Социально-экономический статус человека как один из факторов формирования его здоровья

УДК 338.23

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СТАТУС ЧЕЛОВЕКА КАК ОДИН ИЗ ФАКТОРОВ

ФОРМИРОВАНИЯ ЕГО ЗДОРОВЬЯ

© 2017

Недоспасова Ольга Павловна, доктор экономических наук, профессор кафедры экономики Института социально-гуманитарных технологий Шибалков Иван Петрович, аспирант Национальный исследовательский Томский политехнический университет

Аннотация. Традиционно все вопросы, связанные с уровнем здоровья нации, относят к сфере здравоохранения, однако современные научные исследования свидетельствуют о существенном расширении круга факторов, влияющих на состояние здоровья населения, но не управляемых в рамках системы медицинского обеспечения. В статье рассматриваются основные детерминанты здоровья населения с позиции государственного регулирования состояния человеческого капитала и поиска оптимальных управленческих решений, направленных на улучшение его состояния. Факторы здоровья разделены на три группы в зависимости от степени управляемости в рамках региональной социально-экономической системы, в том числе в рамках системы оказания медицинской помощи. Три основных управляемых детерминанты здоровья - доступ к системе здравоохранения, состояние окружающей среды, а также поведение в отношении здоровья во многом определяются социально-экономическим статусом человека (СЭС; socioeconomic status - SES), который включает в себя уровень образования, уровень дохода и род занятий и различия в котором являются наиболее фундаментальной причиной неравенства в области здоровья. Сделан вывод о том, что здоровье населения зависит от ряда детерминант, которые носят комплексный характер и сильно варьируются для каждого конкретного индивида в каждом конкретном случае. Многоаспектность категории здоровья актуализирует адаптацию и совершенствование существующих методов управления социальной сферой. Проблема социального неравенства в отношении здоровья должна быть признана на государственном уровне: только в этом случае учет широкого круга социально-экономических факторов, оказывающих влияние на здоровье населения, позволит значительно повысить эффективность управленческих решений в области общественного здоровья.

Ключевые слова: социально-экономический статус, здоровье, факторы здоровья, уровень доходов, неравенство в здоровье.

SOCIOECONOMIC STATUS (SES) OF A PERSON AS A HEALTH FACTOR

© 2017

Nedospasova Ol'ga Pavlovna, doctor of economic sciences, professor of economics department of Institute of social and humanitarian technologies Shibalkov Ivan Petrovich, post-graduate student National Research Tomsk Polytechnic University

Abstract. Traditionally, all issues related to the health of nation, referred to healthcare system, however, modern scientific studies indicate a significant expansion of range of factors influencing the health status of the population, but not managed within the medical system. The article discusses main determinants of population health from the perspective of government regulation of human capital and search for optimal management decisions to improve its condition. Health factors are divided into three groups depending on the degree of control within the framework of regional socio-economic system, including within the system of medical care. Three major controllable determinants of health - access to health care, environment, and behavior in health are largely determined by socio-economic status (SES), which includes education level, income level and occupation, and differences which are the most fundamental cause of inequalities in health. It is concluded that population health depends on several determinants, which are complex and vary greatly between each particular individual in each case. The complexity category of health actualizes adaptation and improvement of existing methods of management of social sphere. The problem of social inequality in health should be recognized at the state level: only in this case, given the wide range of socio-economic factors influencing the health of the population, will significantly increase the efficiency of managerial decisions in the field of public health.

Keywords: socioeconomic status, SES, health, health factors, the level of income, inequalities in health.

Постановка проблемы в общем виде и ее связь с важными научными и практическими задачами. Здоровье человека является комплексной категорией и имеет множество определений, к примеру, Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) определяет индивидуальное здоровье человека как состояние полного физического, психического и социального благополучия (не только отсутствие болезни или недомогания). Традиционно все вопросы, связанные с уровнем здоровья нации, относят к сфере здравоохранения. Так, в России задачи улучшения здоровья населения, повышения средней продолжительности жизни пытаются решить локально, в рамках управления системой здравоохранения, в частности, в рамках государственной программы развития здравоохранения. Однако современные научные исследования свидетельствуют о существенном расширении круга факторов, влияющих на состояние здоровья населения, но не управляемых в рамках системы медицинского обеспечения.

Анализ последних исследований и публикаций, в которых рассматривались аспекты этой проблемы и на которых обосновывается автор; выделение неразрешенных раньше частей общей проблемы. Факторы здоровья

во многом определяются социально-экономическим статусом человека (СЭС; socioeconomic status - SES), который включает в себя уровень образования, уровень дохода и род занятий и различия в котором являются наиболее фундаментальной причиной неравенства в области здоровья [1]. Основные компоненты СЭС рассматриваются во многих научных исследованиях.

Образование как основной компонент СЭС, поскольку формирует будущие профессиональные возможности и потенциальный заработок. Оно также предоставляет знания и жизненные навыки, которые позволяют более образованных лицам получать доступ к информации и ресурсам в целях улучшения своего здоровья [2]. Существуют исследования, которые доказывают, например, что уровень образования является наиболее точным фактором для прогноза риска сердечно-сосудистых заболеваний [3]. Кроме того, повышение качества образования приводит к улучшению качества человеческого капитала, повышению производительности труда, увеличению дохода на протяжении жизни, а также улучшению социализации следующего поколения.

Более высокие доходы, помимо непосредственно приобретения медицинских услуг, могут обеспечить

более хорошее питание, жилище, образование, отдых и развлечения. Независимо от фактического уровня доходов, распределение доходов внутри стран имеет связь с уровнем смертности [4]. Хотя связь между доходом и здоровьем сильнее при более низких доходах, эффект дохода сохраняется и выше уровня бедности [5]. Многие эмпирические исследования пытаются связать неравенство доходов в обществе с уровнем здоровья - эта проблема является весьма актуальной, т.к. во многих странах в эпоху глобализации увеличивается разрыв между богатыми и бедными. В 1992 году в British Medical Journal была опубликована фундаментальная статья R.G. Wilkinson, демонстрирующая корреляцию между неравенством доходов и продолжительностью жизни в девяти промышленно развитых странах [6]. С тех пор появилось множество других исследований, а также систематических обзоров. Один из наиболее объемных охватывает все документы, написанные на любом языке и опубликованные в период с 1995 по 2008 год, в которых исследуется связь неравенства по доходам (например, коэффициент Джини) с уровнем здоровья и смертности

[7]. Рассмотренные исследования были весьма неоднородны, одним из возможных объяснений чему является существование некоего порогового значения (коэффициент Джини >0,3) влияния неравенства доходов на здоровье населения. Авторы приходят к выводу, что связь между более высоким неравенством доходов и худшими последствиями для здоровья существует, однако необходимы дальнейшие исследования из-за отсутствия эмпирических данных из многих частей мира, включая развивающиеся страны. Проведенный мета-анализ показал, что неравенство доходов связано с избыточным риском преждевременной смертности и низкой субъективной оценкой собственного здоровья. Если связь неравенство-смертность является объективной, то свыше 1,5 миллиона случаев смерти (9,6% смертности взрослого населения) можно было бы предотвратить в 30 странах ОЭСР, выравнивая коэффициент Джини ниже порогового значения 0,3. Заметим, что в России в 2015 году значение коэффициента Джини составило 0,412

[8]. Различные аспекты гипотезы влияния неравенства по доходам на здоровье населения исследовали также A. Wagstaff и E. van Doorslaer [9], J. Mellor и J. Milyo [10]. Интересны и работы профессора J.M. Lynch [11] с соавторами, которые дают проблеме неравенства доходов психосоциальную интерпретацию, т.е. полагают, что прямые последствия для здоровья влечет обобщенная совокупность психосоциальных процессов, которые сопровождают в обществе неравенство по доходам и являются одними из основных факторов, определяющих состояние здоровья населения в богатых странах, или, как минимум, некоторые аспекты неравенства влияют на некоторые аспекты здоровья (заболеваемости и смертности) нации.

Важно отметить, что неравенство доходов является характеристикой социальной системы, в то время как доход является характеристикой отдельного человека. Несмотря на то, что большинство эффектов неравенства доходов - это опосредованные эффекты разности индивидуальных доходов, было бы ошибкой сводить проблему к индивидуальным эффектам. G. Rose утверждал, что причины конкретных случаев заболевания иногда отличаются от причин заболеваемости, другими словами, могут существовать различные детерминанты на индивидуальном и популяционном уровнях, и иногда факторы, которые вызывают болезни у людей, отличаются от факторов заболеваемости среди группы населения [12]. Аналогичный подход работает и в данном случае. В качестве характеристики социальной системы детерминанты неравенства доходов отличаются от индивидуального дохода. Индивидуальный доход по большей части определяется образованием человека, его навыками и усилиями, в то время как неравенство доходов определяется историей, политикой и экономикой.

Разные исследователи сходятся в том, что сокращение неравенства доходов за счет повышения доходов более незащищенных слоев населения позволит улучшить здоровье бедных лиц, а, соответственно, и среднее состояние здоровья населения.

Еще один компонент СЭС - это профессия. Во-первых, исследования показывают, что занятые имеют более высокий уровень здоровья, чем безработные, и что продолжительность безработицы является важным фактором [13]. Некоторые виды пособий по безработице могут служить буфером для неблагоприятного воздействия на здоровье, но лишь некоторое время [14]. Угроза безработицы и отсутствие гарантий занятости также могут повлиять на здоровье. Было доказано, что предполагаемое закрытие заводов и другие угрозы потери рабочих мест вызывали повышение артериального давления, хотя, конечно, оно не всегда принимало хроническую форму [15]. Во-вторых, что касается занятых, то их профессии отличаются по уровню престижа, квалификации, наградам, а также по характеристикам выполняемой работы, и каждый из этих показателей профессионального статуса связан с риском заболеваемости и смертности. Рабочие места с более низким статусом работников несут как физические, так и психосоциальные риски, например, высокий риск производственного травматизма и воздействия токсичных веществ. Кроме того, чем ниже профессиональный статус работника, тем, как правило, более тяжелой работой он занят и тем хуже такая работа контролируется с точки зрения нормирования труда.

Таким образом, образование, доход, род занятий являются мощными, но не до конца понятными детерминантами здоровья; они не могут иметь прямого эффекта, но служат в качестве «прокси-серверов» для других факторов [16]. Представляется, что, вместо непосредственного влияния, неравенство в социально-экономических условиях дифференцированно воздействует на другие факторы, которые имеют более прямую связь с уровнем здоровья, - здравоохранение, состояние окружающей среды, образ жизни.

Формирование целей статьи (постановка задания). Целью исследования является анализ основных детерминант здоровья населения с позиции государственного регулирования состояния человеческого капитала и поиска оптимальных управленческих решений, направленных на улучшение его состояния, а также описание механизмов влияния СЭС на факторы здоровья.

Изложение основного материала исследования с полным обоснованием полученных научных результатов. В качестве основных компонентов здоровья обычно выделяют: соматический; физический; ментальный (умственный, психический); духовно-нравственный; психолого-коммуникативный (психологический); сенсорный; речевой (логопедический); аморбидный (медико-профилактический); репродуктивный [17]. Подобный подход к классификации компонентов здоровья человека обуславливает многообразие влияющих на него факторов, наиболее распространенной группировкой которых является следующая: генетические, состояние окружающей среды, медицинское обслуживание, а также условия и образ жизни людей [18]. Соотношение факторов и компонентов здоровья представлено в таблице 1.

Значимость медицинского обеспечения, по различным оценкам, является самой низкой среди прочих факторов [19], несмотря на то, что большинство населения связывает уровень состояния своего здоровья именно с медицинской помощью. В первую очередь, это обусловлено тем, что до 85% случаев смерти населения в развитых странах связаны с нарушениями здоровья, которые не поддаются лечению современной медициной [20]. Одной из основных причин данной ситуации является недостаточная профилактическая направленность медицины и ориентированность населения на ведение здорового образа жизни, в то время как большинство причин

смерти и серьезных нарушений здоровья связаны с генетическими факторами и образом жизни.

Таблица 1 - Соотношение факторов и компонентов здоровья

Факторы, влияющие на состояние здоровья Компоненты здоровья, на которые влияют факторы

Условия и образ жизни соматический; физический; ментальный

Генетические факторы соматический; физический; ментальный (умственный, психический); сенсорный; репродуктивный

Состояние окружающей среды соматический; физический; репродуктивный

Медицинское обеспечение соматический; физический; ментальный (умственный, психический); сенсорный; речевой (логопедический); аморбидный (медико-профилактический); репродуктивный

При этом регулирование медицинской сферы как фактора формирования здоровья населения имеет разный уровень эффективности в зависимости от социально-экономического положения в стране. Например, в странах с развитой рыночной экономикой (в которых здравоохранение хорошо финансируется и населению обеспечивается практически полный набор всех возможных медицинских услуг) дополнительное увеличение финансирования системы может привести к относительно небольшому эффекту по сравнению со странами, где есть резервы роста в этом направлении [21]. При этом следует иметь в виду, что увеличение финансовой обеспеченности системы оказания медицинской помощи должно обязательно сопровождаться ростом эффективности расходования средств, даже в странах с высоким потенциалом предельной полезности инвестиций в здоровье населения. Без повышения организационной эффективности финансовые вливания не позволят добиться планируемых улучшений. Медицинское обеспечение влияет на большее количество компонентов здоровья, чем остальные факторы. Помимо этого, с общественной точки зрения, медицина является наиболее управляемым и результативным инструментом формирования здоровья, дающим положительный эффект через небольшой промежуток времени. Однако основные компоненты здоровья - соматический, физический, репродуктивный - одновременно находятся под влиянием всех вышеперечисленных факторов. В связи с этим, среди множества факторов, влияющих на состояние здоровье населения, целесообразно выделить три группы в зависимости от степени управляемости в рамках региональной социально-экономической системы, в том числе в рамках системы оказания медицинской помощи:

1) факторы с высокой степенью управляемости - это медицинское обеспечение, т.е. система организации и финансирования здравоохранения, объемы медицинской помощи, предоставляемые населению (в амбула-торно-поликлиническом, стационарном, параклиническом, стационарозамещающем звеньях и скорой медицинской помощи), а также материальные и трудовые ресурсы, задействованные в системе здравоохранения;

2) факторы со средней степенью управляемости - это условия и образ жизни населения (государство оказывает влияние на уровень занятости и доходов, обеспечивает безопасность и социальный комфорт, может заниматься валеологическим образованием населения и пропагандой здорового образа жизни, однако рациональная организация жизнедеятельности во многом остается в зоне ответственности индивида), а также факторы окружающей среды (если бытовые и производственные условия, экологическое благополучие территории могут быть объектами управления, то природно-климатические условия проживания - уже нет);

3) факторы с низкой степенью управляемости - это

генетические факторы (медицина может только корректировать сложившийся генетический фон).

Традиционный подход к управлению здоровьем населения предполагает регулирование и изменение факторов первой группы в рамках выполнения возложенных на систему оказания медицинской помощи функций и практически полностью игнорирует факторы второй группы, которые, однако, являются не менее значимыми.

Три основных управляемых детерминанты здоровья - доступ к системе здравоохранения, состояние окружающей среды, а также поведение в отношении здоровья во многом определяются социально-экономическим статусом человека. Феномен, описывающий зависимость здоровья от СЭС, получил название классового градиента. Классовый градиент устанавливается по большинству нервно-психических и соматических расстройств и, по-видимому, присущ всем обществам западного типа. Как только соответствующие исследования стали вновь проводиться в нашей стране, они тут же воспроизвели эту закономерность [22]. Имеется две основные объяснительные модели для интерпретации классового градиента: теория социальной причинности или социального стресса, которая акцентирует значение объективно худших условий жизни представителей низших классов), и теория социальной селекции, которая утверждает, что распределение индивидов по социальным классам носит вторичный характер, тогда как первичным является врожденный или приобретенный дефицит социально ценных умений. Все эмпирические исследования, основанные на популяционных или селективных выборках, использовавшие вторичную статистическую информацию, проведенные по кросс-секционному или лонги-тюдному плану, не дали пока окончательных выводов в пользу той или иной теоретической модели, но сама связь СЭС со здоровьем не подвергается сомнению [22]. Опишем механизмы влияния СЭС на основные управляемые детерминанты здоровья.

Уровень вредного воздействия окружающей среды связан с социально-экономическим статусом: те, кто ниже по иерархии СЭС, с большей вероятность живут и работают в худшей физической среде. Бедные районы часто расположены вблизи автомагистралей, промышленных зон, мест захоронения токсичных отходов, качество жилья также ухудшается по мере понижения СЭС семьи; зачастую это сопровождается большей жилой скученностью и высоким уровнем шума. Исследования показывают, что, например, заболеваемость астмой среди детей выше в бедных районах, и протекает она тяжелее [23]. Существует множество типов воздействия окружающей среды на здоровье, и каждый из них должен регулироваться на государственном уровне. Факторы социально-экономического статуса, связанные с воздействием на здоровье социальных условий, могут быть даже более важным, чем воздействие физической среды. Социальная изоляция и отсутствие участия в общественной жизни являются сильными предикторами здоровья. Социально изолированные индивиды имеют относительный риск смертности от 1,9 до 5 раз более высокий, чем социально активные [24]. Модели социального взаимодействия также влияют на заболеваемость. Например, заболевания, передаваемые половым путем, быстрее распространяются среди людей, проживающих в более бедных районах. Городское планирование, политика зонирования также имеют свои социальные последствия. Проживание в высотных многоквартирных домах располагает к обособленности индивидов и препятствует социальному взаимодействию. Общества с высоким уровнем социальной сплоченности, доверия, социального капитала имеют более низкие показатели убийств и смертности населения [25]. При этом исследования показывают, что не все бедные люди обладают худшим здоровьем, если живут в бедном районе, а не в богатом. Этот феномен может быть результатом чувства относи-АНИ: экономика и управление. 2017. Т. 6. № 1

тельной депривации: бедный человек в богатом районе живет в благоприятных условиях, но также может чувствовать себя относительно беднее [26]. Улучшение условий в бедных районах является более эффективным, чем переселение людей в другие, более богатые районы.

Доступ к ресурсам системы здравоохранения и качество получаемой медицинской помощи также различаются в зависимости от социально-экономического статуса. Для частной системы здравоохранения справедливо, что лица, которые не имеют страховки, получают медицинскую помощь, в том числе профилактическую, в гораздо меньших объемах, чем застрахованные граждане. Однако даже в тех странах, которые обеспечивают всеобщий охват медицинской помощью, лица с меньшим доходом и более низким уровнем образования не пользуются услугами здравоохранения в той же степени, что и более обеспеченные и образованные сограждане, а ведь доступ к первичной медицинской помощи является одним из механизмов, с помощью которых неравенство доходов влияет на смертность. Так, исследование, проведенное в Канаде, выявило более высокий уровень смертности среди мужчин с низким доходом, низким уровнем образования и низким профессиональным статусом по целому ряду причин смерти, которые поддаются лечению средствами современной медицины [27]. В Англии неравенство в области здравоохранения фактически возросло после создания Национальной системы здравоохранения [28]. Обеспечение всеобщего охвата оказалось недостаточно, чтобы компенсировать более широкие экономические и социальные различия. Таким образом, в некоторых странах некоторого успеха в сокращении неравенств в отношении здоровья можно добиться путем обеспечения всеобщего охвата медицинской помощью, однако в развитых странах эта стратегия политики уже не приближает нас к ликвидации неравенства в отношении здоровья. Однако неравенство в сфере здравоохранения не сводится к неравенству в доступе к медицинским услугам. Так, например, высокий образовательный ценз позволяет пациенту устанавливать паритетные отношения с врачом и влияет на степень удовлетворенности от контакта с ним и от лечения. Низкий материальный и, особенно, образовательный статус сужает возможности выбора в пользу государственной медицины, причем не только в связи с меньшими денежными затратами, но и из-за предубеждений в отношении частных медицинских услуг; способствует накоплению негативного опыта в сфере взаимодействия с системой здравоохранения; препятствует созданию личных социальных сетей альтернативного консультирования по вопросам здоровья. Различие социального статуса пациентов создает стратегии отношения к здоровью, закрепляющие неравенство в поддержании здоровья [29].

Поведенческие факторы также оказывают сильное влияние на преждевременную смертность, и почти все они зависят от СЭС. Наибольший поведенческий риск преждевременной смерти связан с употреблением табака. Курение шире распространено среди людей с более низким уровнем образования и меньшим доходом, кроме того, более образованные и обеспеченные имеют больше шансов на успех при попытке бросить курить [30]. Из этого следует, что усилия по борьбе с курением в большей степени должны быть ориентированы на граждан с низким СЭС, т.е. средства отказа от курения должны быть более доступными для бедных. Низкий социально-экономический статус аналогичным образом связан с невысокой физической культурой и низким потреблением клетчатки и свежих фруктов и овощей [31]. Также выявлена определенная связь статуса с уровнем потребления алкоголя, которое, в свою очередь, ассоциируется с более высокой смертностью. Умеренное потребление алкоголя не показывает градиента по социально-экономическому статусу, в то время как чрезмерное потребление алкоголя является более распространенным среди носителей более низкого статуса [31]. Кроме

того, неполное образование может означать меньшую информированность о рисках для здоровья. Люди зачастую не имеют возможности покинуть бедный район, в котором не созданы условия для полноценного отдыха, зато много рекламы табачных изделий и алкоголя. Поэтому политические инициативы, поощряющие ходьбу и езду на велосипеде, пищевые информационные кампании, профилактические кампании (в том числе по борьбе с курением, алкоголизмом и наркоманией), чтобы быть эффективными в снижении неравенства в здоровье, должны быть приспособлены к жизненным обстоятельствам лиц, находящихся снизу в иерархии СЭС. Скажем, пешеходные и велосипедные дорожки размещают в более безопасных, хорошо освещенных местах (соответственно, в более богатых районах) - это только усиливает дисбаланс. Таким образом, меры по укреплению здоровья населения, которые не ориентированы на бедных, приводят скорее к увеличению неравенства в здоровье. Ликвидация же неравенства требует внимания ко всем компонентам социально-экономического статуса и способам, с помощью которых они влияют на здоровье населения.

Среди промышленно развитых стран, как правило, улучшение здоровья населения является генеральной целью общественной политики. В Европе, к примеру, во многих странах вопрос об улучшении состояния здоровья населения поставлен в прямую зависимость от социально-экономических детерминант, в том числе причин неравенства в здоровье. Так, Национальный институт общественного здравоохранения Швеции определяет следующие блоки целей в области общественного здоровья: развитие гражданского общества, экономическая и социальная безопасность, безопасные и благоприятные условия жизни и образования в детском и подростковом возрасте, достойные условия труда, здоровые и безопасные продукты, качество и доступность медицинской помощи. Главной целью государственной политики является создание условий для хорошего здоровья на равных условиях для всех слоев населения [32]. К сожалению, в России такой широкий подход к управлению здоровьем пока не применяется, несмотря на то, что проблема социальных неравенств в отношении здоровья является для нас крайне актуальной в виду исторически сложившихся различий между разными регионами страны, между городскими и сельскими жителями, жителями малых и крупных городов, а также в виду существующей системы социальной стратификации.

Выводы исследования и перспективы дальнейших изысканий данного направления. Здоровье населения зависит от ряда детерминант, которые во многом определяются социально-экономическим статусом человека, причем существуют объективные механизмы, посредством которых СЭС формирует основные факторы здоровья. Многоаспектность категории здоровья актуализирует адаптацию и совершенствование существующих методов управления социальной сферой. Проблема социального неравенства в отношении здоровья должна быть признана на государственном уровне: только в этом случае учет широкого круга социально-экономических факторов, оказывающих влияние на здоровье населения, позволит значительно повысить эффективность управленческих решений в области общественного здоровья.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Adler N.E., Newman K. Socioeconomic Disparities In Health: Pathways And Policies // Health Affairs. 2002. № 2. P. 60-76.

2. Ross, Wu. The Links between Education and Health // American Sociological Review. 1995. № 10. P. 719-745.

3. Winkleby. Socioeconomic Status and Health: How Education, Income, and Occupation Contribute to Risk Factors for Cardiovascular Disease // American Journal of Public Health. 1992. № 6. P. 816-820.

4. Kennedy B.P., Kawachi I., Prothrow-Stith D. Income

Distribution and Mortality: Cross-Sectional Ecological Study of the Robin Hood Index in the United States // British Medical Journal. 1996. № 312. P. 1004-1007.

5. Backlund, Sorlie, Johnson. A Comparison of the Relationships of Education and Income with Mortality: The National Longitudinal Mortality Study // Social Science and Medicine. 1999. № 10. P. 1373-1384.

6. Wilkinson R.G. Income Distribution and Life Expectancy // British Medical Journal. 1992. 304(6820). P. 165-168.

7. Kondo N., Sembajwe G., Kawachi I. Income inequality, mortality, and self rated health: meta-analysis of multilevel studies // British Medical Journal. 2009. № 339. P. 441-447.

8. Россия в цифрах-2016: Крат.стат.сб. M.: Росстат, 2016. 543 с.

9. Wagstaff A., Doorslaer E. van. Income Inequality and Health: What Does the Literature Tell Us? // Annual Review of Public Health. 2000. № 21. P. 543-567.

10. Mellor J.M., Milyo J. Income Inequality and Individual Health: Evidence from the Current Population Survey // Journal of Human Resources. 2002. 37(3). P. 510539.

11. Lynch J., Davey Smith G., Kaplan G.A. Income Inequality and Mortality: Importance to Health of Individual Income, Psychosocial Environment, or Material Conditions // British Medical Journal. 2000. 320(7243). P. 1200-1204.

12. Rose G. Sick Individuals and Sick Populations // International Journal of Epidemiology. 1985. № 14. P. 3238.

13. Ross, Mirovsky. Does Unemployment Affect Health? // Journal of Health and Social Behavior. 1995. № 3. P. 230243

14. Rodriguez E. Keeping the Unemployed Healthy: The Effect of Means-Tested and Entitlement Benefits in Britain, Germany, and the United States // American Journal of Public Health. 2001. № 9. P. 1403-1411.

15. Schnall P.L. The Impact of Anticipation of Job Loss on Psychological Distress and Worksite Blood Pressure // American Journal of Industrial Medicine. 1992. № 3. P. 417-432.

16. Angell M. Privilege and Health: What's the Connection? // New England Journal of Medicine. 1993. № 2. P. 126-127.

17. Бахтин Ю. К. Факторы формирования здоровья человека и их значение // Молодой ученый. 2012. № 5. С. 397-400.

18. Колбанов В.В. Валеология: основные понятия, термины и определения. СПб.: ДЕАН, 1998. 232 с.

19. Голицына И.И., Карасёва Т.В. Основы валеоло-гии. Шуя: Издательство ШГПУ, 1997. 140 с.

20. Вайнер Э.Н. Общая валеология: учебник для студентов вузов. Липецк: Липецкое книжное издательство, 1998. 183 с.

21. Улумбекова Г.Э., Нигматулин Б.И. Демография и показатели здоровья населения. Факторы, влияющие на здоровье населения. Состояние и деятельность системы здравоохранения в РФ. Общие положения Стратегии развития здравоохранения России до 2020 года // Агентство ПРоАтом: сетевое издание. 2011. URL: http:// www.proatom.ru/files/demografia.pdf (дата обращения: 02.02.2017).

22. Гурвич И.Н. Социально-психологические факторы здоровья // НАРКОМ: сетевое издание. 2013. URL: http://www.narcom.ru/publ/info/511 (дата обращения: 02.02.2017).

23. Weitzman M. Recent Trends in the Prevalence and Severity of Childhood Asthma // Journal of the American Medical Association. 1992. № 19. P. 2673-2677.

24. Berkman L.F., Glass T. Social Epidemiology: Social Integration, Social Networks, Social Support, and Health. -New York: Oxford University Press, 2000. P. 137-173.

25. Sampson, Raudenbush, Earls. Neighborhoods and Violent Crime: A Multilevel Study of Collective Efficacy //

Science. 1997. № 5328. P. 918-924.

26. Kawachi I., Kennedy B.P. Socioeconomic Determinants of Health: Health and Social Cohesion: Why Care About Income Inequality? // British Medical Journal, 1997. № 314. P. 1037-1040.

27. Wood E. Social Inequalities in Male Mortality Amenable to Medical Intervention in British Columbia // Social Science and Medicine. 1999. № 12. P. 1751-1758.

28. Davey Smith G., Bartley M., Blane D. The Black Report on Socioeconomic Inequalities in Health Ten Years On // British Medical Journal. 1990. 301(6748). P. 373-377.

29. Нарская Н.В. Здоровье и социальное неравенство с РФ // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Социально-гуманитарные науки. 2014. № 1. Т. 14.

30. Pierce J.P. Trends in Cigarette Smoking in the United States: Educational Differences Are Increasing // Journal of the American Medical Association. 1989. № 1. P. 56-60.

31. Pamuk E. Socioeconomic Status and Health Chartbook: Health, United States. Hyattsville, Md.: National Center for Health Statistics, 1998.

32. Shi L., Tsai J., Kao S. Public Health, Social Determinants of Health, and Public Policy // Journal of Medical Science. 2009. № 29(2). P. 043-059.

Исследование выполнено на базе Томского политехнического университета при финансовой поддержке Министерства образования и науки Российской Федерации в рамках выполнения научно-исследовательских работ по направлению «Оценка и улучшение социального, экономического и эмоционального благополучия пожилых людей», договор No 14.Z50.31.0029.