Россия, Индия и Китай попытались найти что-то общее

В Москве вчера состоялась встреча глав МИДов России, Индии и Китая. Переговоры в так называемом формате РИК, существующем с середины 2000-х годов, выявили недостаток его самостоятельной повестки. Стороны традиционно зафиксировали общее понимание ряда задач, в частности, борьбы с терроризмом, реформы международной финансовой системы и создания многополярного мира. Эксперты отмечают: в условиях существования БРИКС и G20, а также грядущего вступления Индии в ШОС формат трехстороннего взаимодействия будет постепенно терять свою актуальность. Впрочем, у него остается ряд уникальных черт: встречи в формате РИК позволяют трем державам обсуждать проблемы региона без внешних игроков и смягчать усугубляющиеся противоречия Индии и Китая.

"Мы конкретно обсудили перспективы противодействия трансграничным угрозам безопасности: терроризму, экстремизму, незаконному обороту наркотиков, а также угрозе возможного попадания оружия массового уничтожения в распоряжение террористических группировок",— кратко суммировал итоги встречи министр иностранных дел России Сергей Лавров. И добавил, что важность формата РИК обусловлена "происходящими в мире стремительными переменами".

Коллеги российского министра из Индии и Китая Сушма Сварадж и Ван И были с ним в целом согласны, но повестку все-таки имели свою. Глава МИД Индии выделила в качестве главной мировой проблемы терроризм и призвала все страны "не делить террористов на хороших и плохих, на "наших" и "не наших"". Она также призвала коллег по РИК поддержать присоединение Индии к числу постоянных членов Совбеза ООН, на чем страна настаивает уже не первое десятилетие. Источник в индийской делегации сообщил "Ъ", что ожидания Индии были скромными: "Мы не ждем, что Россия и Китай активно будут способствовать принятию Индии в Совбез. Но мы довольны тем, что этот пункт включили в коммюнике".

Ван И, который успел обсудить многие вопросы с Сергеем Лавровым на встрече в середине февраля, ограничился словами об общности подходов трех стран к соблюдению международного права, демократизации международной системы и "уважению выбора народов". Он также пролил свет на подготовленное тройкой коммюнике, которое обозначило пять направлений взаимодействия: в области политики, обороны, финансов и экономики, инфраструктуры и гуманитарных вопросов. По словам Ван И, стороны выдвинули 12 инициатив в области кибербезопасности, помощи терпящим бедствие на море, инфраструктуры, культурного и гуманитарного сотрудничества, кинематографа, обменов молодых дипломатов и ученых, а также борьбы с нетрадиционными угрозами, включая терроризм, пиратство и наркотрафик.

Формат встреч тройки был предложен в конце 1990-х годов тогдашним премьер-министром Евгением Примаковым и впервые опробован в ходе международных мероприятий в 2005-2006 годах. В последние годы, как считает директор Национального комитета по исследованию БРИКС Георгий Толорая, этот формат начал постепенно терять свою актуальность. "Страны активно взаимодействуют в G20 и БРИКС, и повестка там гораздо богаче,— отметил эксперт.— Со вступлением Индии в ШОС (Шанхайскую организацию сотрудничества.— "Ъ") три страны могут обсудить те вопросы, которым обычно мало внимания уделяется на других площадках: военное и антитеррористическое сотрудничество, региональную безопасность". По мнению собеседника "Ъ", Евразия начинает напоминать "тарелку со спагетти": форматов становится все больше, многие из них пересекаются по функциям.

Вице-президент индийского исследовательского центра Observer Research Foundation Самир Саран обратил внимание на то, что цели участия в форуме у Индии, России и Китая различны. "России необходимо создать сообщество в противовес атлантическим странам, Китаю — продвинуть свои экономические проекты, Индии — заручиться поддержкой в борьбе с терроризмом",— сообщил он "Ъ". Тем не менее эксперт полагает, что как минимум две уникальные черты у РИК есть: "Во-первых, это единственный формат общения трех крупнейших азиатских держав, не включающий представителей других регионов. Во-вторых, формат служит важным стабилизатором для двусторонних отношений стран тройки".

А стабилизировать необходимо, прежде всего, ухудшающиеся последнее время индийско-китайские отношения. В начале апреля Пекин в четвертый раз заблокировал (поставил на "техническую паузу") в Совбезе ООН резолюцию по признанию террористом лидера пакистанской группировки "Джаиш-э-Мохаммад" Масуда Ажара, на чем последовательно настаивала Индия. По мнению газеты The Indian Express, сделано это было "после консультации с представителями Пакистана". Исламабад традиционно находится с Дели в плохих отношениях и при этом пользуется широкой поддержкой Пекина, уровень отношений с которым в официальных документах описывается как "выше, чем пики Гималаев". В начале апреля министры обороны США и Индии Эштон Картер и Манохар Паррикар договорились о взаимном использовании своих военных баз, что большинством экспертов рассматривается как шаг, направленный против китайско-пакистанского альянса.

Михаил Коростиков