Модели взаимодействия граждан и власти в условиях политических изменений

УДК 32.019.51 ББК 66.3

Сидорова Д.С., аспирант ННГУ им. Н.И. Лобачевского г. Нижний Новгород, Россия

МОДЕЛИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ГРАЖДАН И ВЛАСТИ В УСЛОВИЯХ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИЗМЕНЕНИЙ

Индивид и государство являются источниками власти и субъектами политики, особенности взаимодействия между ними обуславливают принципы организации власти. Установки граждан в отношении своей роли в политике, их восприятие власти и оценка деятельности элиты являются индикатором политического развития общества [6, с. 181].

Мы считаем, что политические изменения (демократизация) основываются не только на институциональных реформах, но и, в первую очередь, на изменении ценностных ориентаций и моделей политического поведения. Первичность социокультурных условий в данном процессе доказывается компаративистами и теоретиками модернизации (Алмонд, Верба, Пай, Инглхарт, Даймонд и др.). Наша гипотеза состоит в том, что модель взаимодействия граждан с представителями власти является показателем изменений в ценностях общества и в политической самоидентификации индивидов.

Большинство исследователей выделяют три модели взаимодействия: патерналистскую этатистскую, либеральную (модель интереса) и партнерскую. На наш взгляд, стабильности демократии соответствуют взаимоотношения сотрудничества: партнерская модель отражает «золотую середину» во взаимоотношениях индивида и власти. В этатистской модели приоритет отдается государству, что создает условия подавления личности и ее интересов. Либеральная модель, напротив, признает огромную роль саморегулирования, взаимодействие формируется в зависимости

от интересов общества. Однако множественность интересов может привести к социальной напряженности. При несогласованности целей возможно формирование конфликтной модели, что обуславливает нестабильность системы.

Взаимодействие индивидов и власти («жизненных сфер» и государства) изучается через категорию «человек политический». Этот термин ввел Аристотель, подчеркивая политическую сущность человека. В.М. Капицын считает, что «человек политический» является характеристикой такого «состояния общества, в котором люди вынуждены постоянно осуществлять политическое посредничество, чтобы сбалансировать личные, общественные и государственные интересы» [2, с. 116].

В данной статье мы поставили цель проанализировать черты «человека политического» в современной России и на основе анализа выявить модель взаимодействия граждан и власти, которая сформировалась в обществе. Мы рассматриваем субъективное восприятие индивида в политике (политическую самоидентификацию).

Политическая идентичность включает «образ индивида» в опросах общественного мнения. Нам важно, как воспринимает себя индивид и какую роль отводит в качестве участника политического процесса. Кроме того, необходимо учитывать общественные ожидания по отношению к власти и оценку деятельности политической элиты.

Следовательно, мы рассматриваем четыре показателя в анализе взаимодействия между гражданами и властью: интерес к политике, активность индивидов, политическая ответственность, а также лояльность к власти. На основе этих критериев были выделены следующие роли индивидов: «подданный», «прихожанин», «наблюдатель», «участник», «избиратель», «боец», а также потенциальный участник».

Роли соответствуют типологиям политических культур, предложенным Г. Алмондом, С. Вербой, Ф. Хьюнксом и Ф. Ф. Хикспурсом. Первые три типа относятся к пассивным, характеризуются апатичностью, лояльностью к политиче-

ской системе в целом. «Участник», «гражданин», «избиратель», «боец» являются активными акторами политических отношений, проявляют интерес к политике, предъявляет требования отчетности элиты перед обществом.

«Потенциальный участник» (термин Г. Алмонда) рассматривается как смешанных тип [1, с. 18], который характеризуется ситуативным участием, политической компетентностью граждан, ориентацией на компромисс во взаимодействии с властью. «Подданный» и «наблюдатель», скорее всего, выберут этатистсткую (патерналистскую) модель взаимоотношения, «боец», соответственно, - протестную, «потенциальный участник» - партнерскую модель, а «участник» и «избиратель» - модель интереса. Однако «избиратель» опирается на власть, которая несет полную ответственность за принятые решения, граждане только участвуют в выборе лидеров.

На основе анализа результатов опросов [4, с. 29-42] мы пришли к выводу, что в обществе индивид воспринимается либо как «избиратель», либо как «боец». Уровень доверия властям ниже среднего, около 20 % граждан выступают за смену существующей власти. Остальные менее радикальны, но считают, что перемены необходимы, только 10 % довольны ситуацией в стране и деятельностью элиты. Причинами недоверия является корысть, безответственность, невыполнение обязательств политическими лидерами.

Низкий уровень доверия обуславливает незаинтересованность в политике, политическую пассивность: 30 % считает, что политика «не наше дело», 22 % - не видят смысла в участии из-за невозможности влиять на принятие решений. Непосредственное участие не поддерживают более 75 % населения.

С другой стороны, в обществе распространено мнение о важности выборов как института рекрутирования элиты, а также необходимости системы общественного контроля и обратной связи с властью (оценка принимаемых решений,

информированность населения, учет интересов общества при принятии решений).

Таким образом, пока граждане отводят себе роль «избирателя», с наделением ответственности только представителей власти. Но положительной тенденцией можно назвать принятие таких демократических ценностей как автономность частной сферы (государство может полностью контролировать все властные институты, но не личную жизнь), избирательное право.

В целом повышается интерес к политике: по мнению 26 % жителей, в СМИ недостаточно информации о политике (по опросам, 18 % отказываются активно участвовать именно по причине политической некомпетентности).

Изменения ценностей особенно характерно для молодежи и для людей с высшим образованием. И если во втором случае приоритетна партнерская модель взаимоотношений с властью, молодое поколение выступает за конфликтную модель (либо открытый протест, либо отчуждение). Старшее поколение «выбирает» традиционную этатистскую модель. Следовательно, можно сделать вывод о постепенном изменении ценностей и роли индивида. Но отсутствие консенсуса (как в обществе, так и между элитой и гражданами) является препятствием стабильности демократии. Индивид по-прежнему остается несамостоятельным участником политического процесса, большое влияние оказывает деятельность элит.

Библиографический указатель:

1. Алмонд Г. Гражданская культура и стабильность демократии / Г. Алмонд // Полис, 1992. № 4. С. 14-32.

2. Капицын В. М. Человек политический / В. М. Капи-цын // Философская антропология. Человек многомерный: уч. пособие для студентов вузов / под ред. С. А. Лебедева. М.: Юнити-Дана. 2010. 492 с.

3. Мойсов В. В. Политическое поведение населения в

рамках эволюции режима взаимодействия власти и общества / В. В. Мойсов // Человек, культура, общество: межвуз. сб. науч. трудов. Волгоград: Политехник, 2004. С. 97-104.

4. Общественное мнение - 2012 / Аналитический до-

клад Левада-центра. М.: Левада Центр, 2012. 232 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.levada.

гц/Ьоок8/оЬ8ЬсЬе8^еппое-шпеше-2012.

5. Тихонова Н. Е. Личность, общность, власть в российской социокультурной модели / Тихонова Н. Е. // Общественные науки и современность, 2001. № 3. С. 30-40.

6. Шестопал Е. Б. Взаимоотношения граждан и власти в ходе демократического транзита в России. Теоретические проблемы / Е. Б. Шестопал // Логос, 2003. № 4-5. С. 178185.