Определение взаимосвязей объектов планировки по материалам городища Иднакар

М.Г. Иванова, Г.А. Степанова.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЗАИМОСВЯЗЕЙ ОБЪЕКТОВ ПЛАНИРОВКИ ПО МАТЕРИАЛАМ ГОРОДИЩА ИДНАКАР

Статья посвящена определению взаимосвязей объектов планировки, как одного из показателей наличия жилищно-хозяйственных и усадебных комплексов, являющихся основной информацией для реконструкции уровня социально-экономического развития древнего населения. Компактность разнофункциональных объектов, ориентация выходов и частотно-контрастных показателей распределения находок позволили достаточно аргументировано выделить на средней части городища Иднакар комплексы, в том числе, и жилищно-хозяйственные.

Ключевые слова: археология, эпоха средневековья, Удмуртия, городище Иднакар, объекты планировки

M.G. Ivanova, G.A. Stepanova DETERMINATION OF INTERRELATIONS OF OBJECTS OF PLANNING BASED ON THE MATERIALS OF THE INDAKAR SETTLEMENT

Determination of interrelations ofobjects ofplanning as one of the indicators of housing andfarmstead complexes, which produce basic information for the reconstruction of the level of social and economic development of the ancient population. Compactness of objects of different functions, orientation of exits and frequency-contrast indicators of the distribution offindings allow identifying complexes, including those of the hosing and household, in the middle part of the Indakar settlement.

Key-words: archaeology, the Middle Ages, Udmutria, the Indakar settlement, objects of planning

Важным моментом в изучении поселений является определение взаимосвязей объектов планировки, как одного из показателей наличия жилищно-хозяйственных и усадебных комплексов, которые являются основной информацией для реконструкции уровня социально-экономического развития древнего населения. Необходимость решения этой задачи определилась при анализе материалов городища Иднакар в рамках разработки проблемы формирования археологического источника и его визуализации (Степанова, Смагин, 1999. С. 203-243; Степанова, Журбин, 2000. С. 69-70), целью которой является выработка информационного стандарта, позволяющего рассматривать объект комплексно: при достаточном объеме и без наличия иррелевантной информации. Выработка подобного стандарта потребовала проведения оценки различных категорий археологической полевой информации с точки зрения востребованности ее в научном анализе, вычленения рабочих/нерабочих признаков и определения набора первичных операций.

Оценке потенциала различных категорий информации, механизмам ее использования при анализе слоев культурного напластования, выделении уровней и объектов панировки, обосновании их границ, выявлению информационного потенциала следов столбовых ям посвящены отдельные статьи (Иванова, Степанова, 2009, 2010, 2010а). В данной публикации рассматриваются некоторые возможности определения взаимосвязей объектов планировки и выделения отдельных жилищно-хозяйственных комплексов на материалах городища Иднакар (чепецкая археологическая культура, IX-XIII вв.), а также объема и категорий информации, которые при исследованиях этого направления входят в разряд релевантной.

Исследования поддержаны Программой интеграционных и междисциплинарных проектов фундаментальных исследований УрО РАН на 2012-2014 гг.

© Иванова М.Г., Степанова Г.А., 2012

Для исследования были определены следующие задачи:

- выявление информации о признаках взаимосвязи объектов планировки, образующих жилищно-хозяйственные комплексы, в публикациях материалов средневековых поселений;

- выявление признаков взаимосвязи объектов планировки по материалам историко-этнографических исследований;

- выявление принципов организации жилищно-хозяйственных комплексов в архитектурно-строительных исследованиях и прогноз следов их отражения в культурном напластовании;

- определение возможных археологических признаков единого жилищно-хозяйственного комплекса на основании проведенных исследований;

- транспонирование результатов исследования на материалы городища Иднакар.

В поисках отражения основных признаков выделения жилищно-хозяйственных

и усадебных комплексов, в первую очередь, были проанализированы работы, посвященные исследованиям поселений средней полосы России значительными площадями, предоставляющими возможность работы с группами объектов, а природные условия и, соответственно, условия организации жизненного пространства имеют сходство. В результате обнаружилось, что в большинстве случаев в публикациях содержатся интерпретации, сами механизмы выделения жилищных и жилищно-хозяйственных комплексов не представлены (Баран, 1987. С. 61-66; Кузьмин, 2008. С. 69-94; Штруве, 1987. С. 142; Руденко, 1998. С. 62-63; Федоров-Давыдов, 1998. С. 6-9 и др.). Единственный признак объединения объектов планировки в комплексы просматривается в компактности их расположения. Механизм выделения жилищнохозяйственных комплексов и усадебной застройки приведен в исследованиях А.В. Кузы, где основным признаком определено наличие их ограждений, фиксируемые в археологических материалах в виде следов столбовых ям (Куза, 1989).

Таким образом, в результате анализа публикаций материалов поселений установлено, что признаками, указывающими на взаимосвязи объектов планировки, могут выступать компактность расположения объектов планировки и наличие ограждений, отраженные в расположении следов столбовых ям в определенном порядке (Куза, 1989; Петров, Сорокин, 1997). Для проверки корректности выявленных и поиска дополнительных признаков объединения объектов планировки в единые жилищнохозяйственные комплексы проанализированы материалы историко-этнографических исследований, в результате которых обнаружилось, что эти признаки не являются бесспорными в решении этого вопроса.

Компактность в расположении объектов планировки не всегда может выступать в роли индикатора объединения элементов планировки в единый комплекс. К примеру, этнографами в конце XIX в. (т.е. уже в период бытования сформированных как жилищно-хозяйственных, так и усадебных комплексов) отмечено, что у удмуртов «... избы стоят в таком беспорядке, что одна изба упирается часто задним углом в переднюю стену соседней избы» (Паллас, Черемшанский. Цит. по Садикову, 2001. С. 40). По этой информации следует, что не всегда близко расположенные постройки относились к единому жилищно-хозяйственному комплексу. Здесь скорее отражено наличие свободного типа застройки поселения, который диктовался природно-климатическими особенностями региона, и был рациональным в отношении целого ряда функциональных и гигиенических требований (Дектерев, 1989. С. 33).

Кроме того, при сравнении материалов этнографии с археологическими, следу-

Рис. 1.Пример фиксации коммуникаций и выходов объектов планировки на основании частоты распределения находок. Городище Иднакар. Исследования 1997-1998 гг.

Фрагменты раскопов.

ет иметь в виду тот достаточно большой промежуток времени, за который могла измениться хозяйственная ориентация населения, например, в сторону преобладания земледелия. Изменения в планировке поселений могли быть вызваны и причинами исторического порядка: распадом родовой общины, переселением, экономией пахотной земли (Дектерев, 1989. С. 33-34). Необходимо также обратить внимание и на то, что жилищно-хозяйственный комплекс, как правило, состоял из набора разнофункциональных объектов, только в этом случае компактность расположения объектов может достаточно убедительно указывать на их принадлежность к единому комплексу.

Второй из выявленных признаков - система расположения следов столбовых ям, маркирующих ограждения, также мало приемлем для применения его к материалам городища Иднакар. Данные историко-этнографических исследований показали, что даже у северо-русского крестьянства XVI-XVIII вв. не зафиксированы традиции огораживания «своей» территории. Наличие изгородей до XIX в. являлось скорее показателем высокого достатка, и только с XIX в. на этой территории было зафиксировано распространение усадебных изгородей (Севан, 1991. С. 56). В отношении наличия/отсутствия традиций ограждения хозяйственных (усадебных) комплексов у населения территории Приуралья и Урала в исследованиях Р.Р. Садикова опять же со ссылкой на материалы П.С. Палласа и В.М. Черемшанского, указывается на отсутствие у удмуртов в конце XIX в. огороженных дворов. Усиливает факт отсутствия этих традиций и то, что описание касается удмуртов, переселившихся,

Рис. 2. Пример объединения объектов планировки в хозяйственные комплексы на основании ориентации выходов. Городище Иднакар. Средняя площадка городища. Уровень планировки 1. Исследования 1994-2004 гг.

по мнению В.М. Черемшанского, в Оренбургскую губернию в XVIII в. из Вятской (Садиков, 2001. С. 40). Опираясь на механизм сохранения традиций, который однозначно включается с попаданием населения в инородную среду (Тихомиров, 2005. С. 107), вряд ли традицию огораживания удмуртских дворов можно считать ранней.

Таким образом, выявленные в публикациях материалов средневековых поселений признаки выделения жилищно-хозяйственных комплексов (следы ограждений и компактность расположения) не являются безоговорочными индикаторами их наличия, но, без сомнения, могут выступать в качестве дополнительных.

Дальнейший поиск произведен по публикациям материалов архитектурно-строительных исследований, которые базируются на практике сложившихся и проверенных временем народных традиций с обязательным учетом природно-климатических условий местности.

Для климатической зоны севера Удмуртии организация усадебных комплексов

требует наличия коротких и удобных связей между жилищем и хозяйственными постройками (Дектерев, 1989. С. 79, 97-98). Такие связи устанавливаются не только собственно расположением объектов относительно друг друга, а, прежде всего, ориентацией их выходов. Возможность объединения группы объектов в жилищно-хозяйственные комплексы по признаку ориентации выходов подтверждается практикой, изложенной в материалах исследований традиционных поселений Среднего При-обья, которые указывают, что ... входом к реке жилище ориентировано в том случае, когда усадьба как таковая отсутствует (нет хозяйственных построек). Если же в состав усадьбы входили амбары и другие постройки, то визуальная связь их с рекой сохранялась через окна, а вход в жилище устраивался со стороны двора, то есть был обращен к хозяйственным постройкам (Нечаева, Рачковский, 1990. С. 312-319; Нечаева, 1991. С. 54). Судя по этим примерам, возможными признаками отражения взаимосвязей объектов планировки на средневековых поселениях Приуралья могут быть:

- компактность расположения объектов планировки, за редким исключением, разнофункциональных;

- ориентация выходов жилых и хозяйственных построек;

- наличие иных признаков коммуникативных связей;

- наличие следов столбовых ям, расположение которых могло бы указывать на изоляцию группы построек от окружающего пространства.

Для выявления выделенных признаков в материалах городища Иднакар, прежде всего, были определены компактно расположенные группы элементов планировки, из которых в исследованиях использованы различные по конструктивным особенностям объекты (рис. 1-2). Дальнейшие исследования потребовали поиска показателей наличия выходов объектов планировки городища Иднакар, которые фиксировались в виде:

- выступов слоя (преимущественно темного рыхлого или пятен глины, золы, угля, в расположении которых читается определенный геометрический контур) от общей линии границ объекта на уровне его строительства;

- ступенями, фиксируемыми чаще всего в стратиграфических разрезах, иногда вы-положенной стенкой (преимущественно для объектов с котлованами в основании);

- выемками и выступами изолирующего слоя в изоляционных площадках и основаниях построек;

- расположением следов столбовых ям.

Данные признаки проявляются как индивидуально каждый, так и в сочетании. Исследуя расположение объектов планировки и соответствующих стратиграфических групп находок, было отмечено, что в некоторых случаях в частоте их распределения наблюдались области разрядки, окруженные полосой сгущения. Эти области иногда сочетались с определенным расположением следов столбовых ям, и в таких случаях могут быть интерпретированы также как объекты планировки легких (некапитальных) конструкций или площадки активного использования. Кроме областей разрядки, в частоте распределения находок прослежены линейные просветы шириной 30-50 см. Вдоль их границ чаще, чем где-либо, встречены украшения и предметы обихода, которые носились на одежде. Это позволяет идентифицировать такие «просветы» с признаками наличия основных направлений коммуникаций (рис. 1) и указателями на взаимосвязи объектов планировки.

Таким образом, компактность разнофункциональных объектов, ориентация выходов и частотно-контрастных показателей распределения находок позволили на

средней части городища Иднакар достаточно аргументировано выделить комплексы, в том числе, и жилищно-хозяйственные (рис. 2), но не исключены и иные признаки, выявление которых остается предметом дальнейших исследований.

Список литературы:

Баран В.Д., 1987 Раннесредневековые древности славян юго-восточной Европы (проблемы сложения, периодизации и социальной структуры // Труды пятого международного конгресса славянской археологии. Т. 1. Вып. 1. - М.: ИА АН СССР. - С. 61-66.

Дектерев С.А., 1989. Климат и архитектура народного жилища. - Свердловск: УрГУ - 208 с.

Журбин И.В., Степанова Г.А., 2000. Компьютерное картографирование в археологии: источники, методика и технология // Новые информационные ресурсы и технологии в исторических исследованиях и образовании: Сборник тезисов докладов и сообщений Всероссийской конференции. - М.: МГУ! - С. 69-70

Иванова М.Г., Степанова Г.А., 2009. Формирование источника для компьютерного моделирования (на материалах городища Иднакар) // Труды КАЭЭ. Вып. VI. Пермские финны и угры Урала в эпоху железа: сб. науч. тр. - Пермь: ПГПУ - С. 68-78.

Иванова М.Г., Степанова Г.А., 2010. Информационный потенциал следов столбовых ям (по материалам городища Иднакар) // Археологическое наследие как отражение исторического опыта взаимодействия человека, природы, общества. XIII Бадеровские чтения. Ижевск: УдГУ - С. 97-109.

Иванова М.Г., Степанова Г.А., 2010а. Критерии выделения границ объектов планировки в процессе формирования археологического источника (на материалах городища Иднакар) // XVIII Уральское археологическое совещание: культурные области, археологические культуры, хронология. Материалы XVIII Уральского археологического совещания (11-16 октября 2010 г.). - Уфа: БГПУ - С. 286-290.

Куза А.В., 1989. Малые города древней Руси. - М.: Наука. - 169 с.

Кузьмин С.Л., 2008. Ладога в эпоху раннего средневековья (середина VIII - начало XII в.) // Исследования археологических памятников эпохи средневековья: сб. научных статей. СПб.: Нестор-История. - С. 69-94.

Нечаева Т. А., Рачковский П.Ю., 1990. Особенности архитектуры народов Среднего Приобья // Архитектурное наследство № 37. - М.: Стройиздат. - С. 312-319.

Нечаева Т. А., 1991. Специфика расселения и анализ объемно-планировочной структуры традиционных поселений хантов и селькупов Среднего Приобья // Проблемы исследования, реставрации и использования архитектурного наследия Российского Севера. - Петрозаводск: ПетрГУ - С. 50-55.

Петров М.И., Сорокин А.Н. О размерах усадеб Древнего Новгорода. История и археология. 11/97 // «Новгород и Новгородская Земля. История и археология». Материалы научной конференции // http://www.bibliotekar.ru/rusNovgorod/54.htm. Время доступа 07.11.11.

Руденко К.А., 1998. Исследования селища и могильника Песчаный остров (Алек-сеевского у дамбы) в Татарии в 1993-1994 гг. // Материалы и исследования по археологии Поволжья. Вып. 1. - Йошкар-Ола: МарНИИ. - С. 72-83.

Севан О.Г., 1991. Материалы к историко-типологическому и генеалогическому исследованию крестьянских усадеб Русского Севера // Проблемы исследования, ре-

ставрации и использования архитектурного наследия Российского Севера. - Петрозаводск: ПетрГУ. - С. 56-71.

Степанова Г.А., Смагин М.Г, 1999. К вопросу о методике извлечения, обработки и сохранения первичной информации на примере городища Иднакар // Новые исследования по средневековой археологии Поволжья и Приуралья. - Ижевск-Глазов. - С. 230-243.

Тихомиров К.Н., 2005. Влияние миграций и новаций на формирование культурного облика населения Западной Сибири в 17-18 вв. // Культура населения XVI-XIX веков как основа формирования современного облика народов Сибири. - Омск: Наука. - С. 107-138.

Штруве К.-В., 1987. Раскопки княжеской крепости славян-вагров в Ольденбурге (Гольштейн) // Труды пятого международного конгресса славянской археологии. Том I. Вып. 2б. - М.: ИА АН СССР. - С. 139-146.

Садиков Р.Р., 2001. Поселения закамских удмуртов. - Уфа: Гилем. - 180 с.

Федоров-Давыдов Г. А., 1998. Раскопки Поволжской археологической экспедицией золотоордынских городов на Нижней Волге // Материалы и исследования по археологии Поволжья. - Йошкар-Ола: МарГУ - С. 38-59.