Равнение налево

Равнение налево

Участники ПМЭФ ожидают увеличения влияния государства на экономику

На Петербургском международном экономическом форуме вчера обсуждали перспективы не только российской, но и мировой экономики, точнее — глобальных трендов после пандемии, адаптироваться к которым придется и России. Зарубежные эксперты призывали готовиться к новым эпидемиям, но при этом не рассчитывать на прежние меры поддержки — их правительства себе уже не смогут позволить. При этом был сделан вывод, что в целом роль государств далее будет только расти — вместе с увеличением соцрасходов и ответным ростом долгов и налогов.

На ПМЭФ-2021 помощник президента РФ Максим Орешкин предсказал глобальный «левый поворот в экономической политике» — рост роли государства в экономике

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ / купить фото

При обсуждении глобальных трендов в постпандемическом мире в качестве главных экспертов-визионеров на форуме выступили экс-глава Банка Израиля, предправления JPMorgan Chase International Джейкоб Френкель, профессор психологии Гарвардского университета писатель Стивен Пинкер, а также политолог Фарид Закария (автор «Десяти уроков для мира после пандемии»). Сессию модерировал глава Сбербанка Герман Греф.

Фарид Закария предупредил, что на новую пандемию (в том, что она произойдет, не выразил сомнения ни один из экспертов) не может быть такого же ответа, как на нынешнюю:

«У нас не хватит денег, мы не сможем просто взять и закрыть целые сектора экономики и ввести локдаун».

В то же время цифровизация позволит сохранять активность во многих секторах, и ей будет придаваться все большая роль. «Люди, вероятно, будут ходить в офис четыре дня в неделю, а не пять, как сейчас, и путешествовать меньше»,— предположил Фарид Закария.

Джейкоб Френкель заметил, что ожидания в отношении государства сейчас выше, чем оно на самом деле может дать, и странам необходимо переосмысливать социальные контракты, удерживая баланс для того, чтобы не разрушить экономические стимулы, как это может произойти в случае повышения налогов в ответ на увеличение дефицитов бюджетов.

Стивен Пинкер предположил, что глобализация окажется более важной силой, чем локальные ограничения, так как многие процессы уже «не знают границ».

Он заметил, что конкретные тренды сейчас сложно предсказать — легко обозначить, как ситуация должна развиваться, но результат будет зависеть в том числе от позиции правительств — будет ли это подход, что «пандемия — это чрезвычайная ситуация, мы ее прошли и вернулись к прежнему образу жизни», или же это будет «новый образ жизни». В демократических странах, по оценке Стивена Пинкера, скорее будет реализован первый подход.

На сессии говорилось, что государства, вероятно, будут активнее участвовать в перераспределении доходов, притом что сейчас власти стран ОЭСР уже распределяют 20–30% ВВП. На это Фарид Закария заметил, что действительно сейчас отмечается возросший спрос на то, чтобы государство заняло более активную роль в решении тех или иных проблем. При этом, по его словам, эффективность ответа государства не всегда коррелирует с его долей в экономике — так, лучший ответ на пандемию был у Тайваня, Сингапура и Южной Кореи, где доля государства относительно невелика.

Помощник президента РФ по экономическим вопросам Максим Орешкин, описывая свое видение глобальной повестки, отметил, что через десять лет все будут следить не за ставками центробанков, а за дефицитами правительств — регулирование уйдет в бюджетную политику, так как кредитование не будет расти такими же темпами, как сейчас. Герман Греф на это заметил, что уровень расходов уже резко вырос и может стать неустойчивым. Максим Орешкин в ответ предположил, что долгового кризиса удастся избежать — расходы будут высокими, но ниже, чем после утверждения затратных пакетов поддержки экономики в пандемию.

В целом в ближайшие годы будет происходить сильный рост роли государства — «левый поворот в экономической политике с нами надолго», заверил Максим Орешкин.

Экономисты, впрочем, уже озабочены тем, не грозит ли мировой экономике стагфляция — одновременное сочетание стагнации и роста цен. Развитие ситуации зависит от того, насколько устойчивым будет тренд на повышение инфляции, резко проявившийся этой весной не только в России — в зоне евро, напомним, показатель роста потребцен достиг 2%, что было крайне сложно представить до пандемии, в США и вовсе подскочил до 4,2%. На фоне повышения деловой активности производители одновременно увеличивают и цены, и выпуск.

Однако дальнейшее развитие ситуации будет зависеть не только от спроса и предложения, а в первую очередь от инфляционных ожиданий. «В Европе и Японии ожидания не двигаются, в США они сдвинулись, но минимально, в Турции — гигантский всплеск, поэтому все упирается в независимость ЦБ — в тех странах, где она поддерживается, ожидания не реагируют на временный всплеск»,— заметил ректор РЭШ Рубен Ениколопов. В свою очередь, главный экономист ЕАБР Евгений Винокуров прогнозирует, что на горизонте 2023–2024 годов в странах со средними доходами произойдет несколько долговых кризисов. Рост ставки ФРС перейдет на ставки развивающихся стран, что приведет к резкому увеличению финансовых потребностей и к давлению на бюджеты, затем с долговыми проблемами могут столкнуться и развитые страны, уже нарастившие долг до 120% общего ВВП, предупредил он.