Структурно-содержательный анализ семейного самосознания женщины

Н. Н. Васягина, канд. псих. наук, профессор, заведующая кафедрой, К. В. Адушкина, старший преподаватель, кафедра психологии образования, Уральский государственный педагогический университет, г. Екатеринбург, Россия, korkva@yandex.ru

СТРУКТУРНО-СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ СЕМЕЙНОГО САМОСОЗНАНИЯ ЖЕНЩИНЫ

Как глобальные, так и специфически российские процессы самым серьезным образом сказываются на семье и семейных отношениях. Одним из наиболее значимых и заметных процессов является изменение роли женщины в семье и обществе. Рост экономической и социальной независимости, активное включение женщин в общественную и профессиональную деятельность вне дома, с одной стороны, повышает благосостояние семьи, а с другой — обуславливает большие требования к брачно-семейным отношениям, делая семью менее устойчивой; влияет на характер детско-родительских, супружеских и родственных отношений. В результате идет старение общества, рождаемость снижается в среднем на 1 % каждый год, каждая пятая благополучная и здоровая россиянка от 18 до 35 не готова связывать себя узами брака и рожать ребенка (по данным ВЦИОМ 2009-2010 гг.).

Обобщая данные многочисленных исследований, можно выделить две основные тенденции, определяющие развитие семейных отношений в современном обществе. Во-первых, усиление автономности личности, преобладание субъектного начала — профессиональная и экономическая независимость от семьи, свобода выхода и самопричисления делает современного человека все более активным субъектом семейных отношений (Т. В. Андреева, Е. И. Артамонова, Е. В. Екжанова, С. В. Ковалев, В. А. Сысенко, Л. Б. Шнейдер и др.). Во-

вторых, феминизация современной семьи — трансформация семьи и семейных отношений неразрывно связана с процессом женской эмансипации, в результате которой основные семейные функции сосредоточились в руках женщины — воспитание детей, распоряжение семейным бюджетом, бытовое, а зачастую и материальное обеспечение, распределение семейных обязанностей и т. п., при этом лидерство мужчины приобретает формальный характер (Б. М. Бим-Бад, С. Н. Гавров, Л. Гудков, Г. Уилс и др.). Эти тенденции устойчивы и будут усиливаться в ближайшие годы1.

В свете вышеизложенного особый исследовательский интерес приобретает семейное самосознание женщины как осознание себя членом семьи и субъектом семейных отношений. Обращение к этому феномену дает возможность оценить состояние современной российской семьи в преломлении через основное смыслообразующее образование личности женщины — ее самосознание.

Различные аспекты семейной проблематики, в том числе и семейное самосознание, рассматриваются в достаточно широком предметном аспекте. Однако наиболее динамично развиваются теории, в которых объектом исследования является семья в целом: системный подход, в рамках которого осуществлен анализ специфических признаков семейной системы, принципов психосоциальной организации семьи, осознана системная обусловленность проблем

у членов семьи, предложены техники семейного консультирования и психотерапии (Ю. Е. Алешина, И. К. Берг, М. Боу-эн, С. Джонсон, С. Минухин, В. Сатир, Р. Шварц, Э. Г. Эйдемиллер и др.), традиционный подход к семье как малой группе (А. И. Антонов, О. А. Карабанова, Н. Я. Соловьев, А. Г. Харчев и многие другие); представление о семье как о социальном институте. На первый план выходит проблема восприятия семьи ее членами, для описания которого существует множество понятий: «образ Мы», «семейная идентичность», «эмоциональное и когнитивное Мы данной семьи», «семейные мифы», «модель семьи», «образ семьи», «имплицитная теория семьи» (С. Анджело, Н. Н. Лебедева, О. А. Минеева, Е. Е. Сапогова, И. А. Разу-мова, М. Уайт, А. Феррейра, Д. Фримен, А. В. Черников, Л. Б. Шнейдер, А. Эллис и др.)2. Сторонники данного подхода сходятся во мнении, что адекватное семейное самосознание отражается в образе «МЫ», включающем в себя символику, тради-

ции, мифы, реликвии, историю (общее прошлое) и т. п., который определяет стиль семейной жизни, характер и правила группового и индивидуального поведения (О. А. Карабанова, Т. М. Мишина, У. А. Тарновска-Якобец и др.).

Несмотря на достижения в изучении семьи как некого единства, в современной науке существует запрос на исследование человека не столько сквозь призму его включенности в те или иные общественные образования, сколько с точки зрения его индивидуальности, уникальности личности. Для преодоления данного противоречия необходимо обоснование семейного самосознания как индивидуальной психологической реальности. Такой подход дает возможность работать с теми проявлениями, которые имеют для человека больший личностный смысл и практическую значимость, чем представление о групповых семейных нормах. Заметим, что для описания индивидуальной психологической реальности термин «семейное самосознание» ранее не употреблялся, хотя последние годы исследования в этом направлении ведутся. Так,

Семья дает женщине возможность любить и быть

любимой, дарить заботу и получать в ответ внимание

Э. Г. Эйдемиллер ввел понятие «внутренний образ семьи», состоящий из семейных представлений и семейных постулатов, где под семейными представлениями понимаются представления каждого конкретного индивида о семье и своей вовлеченности в семейные отношения3. Развивая представление о семейной ментальности как интегра-тивном многоуровневом системном образовании (И. А. Можаровская, Н. Н. Посысоев, Т. В. Семенова, В. А. Сонин и др.), Е. А. Морозова выделяет в ней три уровня, в том числе и индивидуальный, который, по мнению автора, определяется статусом, позициями в общении, ролью, стилем взаимодействия в семейном пространстве4. Таким образом, в последнее десятилетие в отечественной психологии предпринимаются попытки рассмотрения семейного самосознания как индивидуальной психологической реальности, однако отсутствие единого терминологического поля затрудняет построение целостного представления о данном феномене.

Опираясь на опыт, накопленный в отечественной и зарубежной - психологии, мы определяем семейное самосознание как частный случай самосознания личности, т. е. элемент самосознания личности, направленный на осознание себя членом семьи, субъектом семейных отношений. Структура семейного самосознания представлена тремя компонентами (когнитивный, эмоциональный, поведенческий), имеющими специфическую содержательную наполненность: так, содержание когнитивного компонента определяется через систему представлений о себе как члене семьи, эмоциональный компонент строится на основании таких категорий, как отношение к себе как члену семьи и самооценка; содержание поведенческого компонента представлено особенностями взаимодействия с разными членами своей семьи, выполняемыми семейными ролями. Носителем семейного самосознания является каждый член семьи, однако, учитывая феминизацию современной семьи, в качестве субъекта семейных отношений нами была рассмотрена женщина5.

В эмпирическом исследовании семейного самосознания приняли участие

124 женщины, отобранные методом случай ной выборки, проживающие в разных горо дах Свердловской области. Все респонден ты состоят в официальном браке, имеют одного или нескольких несовершеннолетних детей, проживают отдельно от родителей. Выборка является репрезентативной по своему составу.

Исследование строилось по следующей схеме: анализ представлений респондентов о семье и выполняемых семейных ролях, изучение конструктов, наполняющих структурные компоненты семейного самосознания женщин и установление связей между ними, эмпирическая верификация типологии женщин на основе комбинации элементов их семейного самосознания, выделение индикаторов принадлежности женщины к тому или иному типу, разработка рекомендаций по реализации индивидуальной психологической помощи женщинам разных типов.

В ходе эмпирического исследования была установлена доминирующая значимость семейных ролей в жизни женщин, в особенности роли жены (100 %), матери (100 %) и дочери (78 %). Изучение смыслового наполнения выделенных ролей позволило выделить основные смыслы семейной жизни: семья дает женщине возможность любить и быть любимой, дарить заботу и получать в ответ внимание. Также был выявлен ряд негативных тенденций: конфронтация семейных и профессиональных ролей (39 %), конфликтная конкуренция различных семейных ролей (32 %), вытеснение родственных связей дружескими (только для 17 % респондентов родственные связи являются значимыми).

Полученные результаты дали возможность уточнить представление о структурно-содержательных особенностях семейного самосознания женщины, выделить наиболее значимые семейные роли: мать, жена, дочь, и разработать стратегию дальнейшего исследования.

Анализ конструктов, наполняющих каждый из структурных компонентов се-

мейного самосознания женщин (когнитивный, эмоциональный, поведенческий) позволил установить содержательную наполненность их семейного самосознания:

Когнитивный компонент:

— семейная сфера в сознании женщин эмоционально насыщена и высоко дифференцирована;

— в содержании когнитивного компонента особое место занимают конструкты, определяющие отношение к себе (сильная — мягкая, добродушная — злая, почти идеальная — есть над чем работать — 23 %) и отношение к членам семьи (уважаю своих родителей — не общается с родителями, люблю мужа — плохие отношения с мужем, тесная связь с детьми — нет таковой — 21 %);

Эмоциональный компонент:

— положительная идентификация преобладает над отрицательной (с идеальной (63 %), счастливой (60 %) и несчастной женщиной (30 %);

— превалирует внутренне-недифференцированное чувство «за» самого себя как члена семьи, т. е. позитивное глобальное самоотношение (91 %), при этом у 66 % респондентов оно выражено особенно ярко;

— наблюдается выраженное самопринятие (88 %), самоинтерес (81 %), аутосим-патия (73 %), т. е. вера в себя и свои возможности, принятие себя таким, как есть, интерес к собственным мыслям и чувствам;

— преобладание позитивного самоотношения (63 %) сопряжено с отсутствием ожидания положительных оценок от членов семьи (37 %);

Поведенческий компонент:

— наблюдается отсутствие четких границ между мужскими и женскими семейными ролями и функциями (67 %);

— выявлена высокая значимость для женщин отношений с партнером по браку («хороший семьянин» (21 %) — жизнь вне семьи непривлекательна, общество супруга доставляет удовольствие), отношений с ребенком (15 %) — воспитание ребенка

доставляет радость, дом и счастье ребенка являются важными ценностями;

— наиболее проблемной сферой являются отношения женщин со своими родителями, с взрослением ребенка и сепарацией от родительской семьи меняются особенности эмоциональных отношений, общения и взаимодействия, а контроль со стороны родителей остается неизменным («сверхавторитет родителей» (21 %) и «зависимость, несамостоятельность матери» (37 %)).

С целью уточнения полученных данных был применен метод ранговой корреляции Спирмена, что позволило установить значимые связи между структурными компонентами семейного самосознания женщины.

Так, было выявлено, что представление о себе как члене семьи тесно связано с самоотношением, которое взаимодействует с чуткостью женщины по отношению к близким людям, ее стремлением к симбиозу или обособлению, а также с особенностями ее идентификации с окружающими. Тонкое восприятие личности близких людей является основой для самоуважения (когнитивная диффериенцированность и самоуважение (р=0,01, г=-0,26)), а ощущение счастья в семейной жизни дает возможность относиться к себе с симпатией (амбивалентность по идентификации и аутосимпатия (р=0,01, г =0,24)). Интересно, что более счастливыми в семейной жизни чувствуют себя женщины, для которых характерны когнитивная простота и склонность к симбиозу в отношениях (коэффициент идентификации и доверительность супружеских отношений (р=0,01, г =0,21)), хотя обратной стороной этой растворенности в семье является чувство зависимости и несамостоятельности (коэффициент идентификации и зависимость и несамостоятельность матери (р=0,01, г =0,21)). Для многих женщин ощущение счастья в семейной жизни связано с умением выстроить оптимальный эмоциональный контакт со своим ребенком (идентификация с идеальной женщиной и уклонение от контакта с ребенком (р=0,01, г =-0,25)).

Более счастливыми в семейной жизни чувствуют себя женщины, для которых характерны когнитивная простота и склонность к симбиозу в отношениях.

Различные аспекты самоотношения являются значимыми показателями состояния семейной сферы: так, высокий уровень ау-тосимпатии и самоинтереса связан с защитными механизмами личности (аутосимпа-тия и невротический родительский паттерн (р=0,01, г =0,43), доверительные отношения супругов (р=0,01, г =-0,38), самоинтерес и взаимопонимание супругов (р=0,01, г =0,-29), семейные конфликты (р=0,02, г =0,19)); ожидаемое отношение других — с представлениями об идеальной семье в общественном сознании (ожидаемое отношение других и «эмоциональный климат в семье» (р=0,03, г =0,18), «доверительность супружеских отношений» (р=0,02, г =0,20), «партнерские отношения с ребенком» (р=0,05, г =0,17), «авторитетность матери» (р=0,01, г =0,36), и, наконец, самоуважение — показатель гармонии в отношениях членов семьи (самоуважение и отношение к ребенку опытного родителя (р=0,01, г =0,34), раздражительность и вспыльчивость (р=0,02, г =-0,19)).

Наряду с выявленными особенностями, на основе комбинации элементов семейного самосознания нами была эмпирически верифицирована типология женщин. На данном этапе исследования статистическая обработка результатов осуществлялась на основе кластерного и факторного анализа. Сначала ко всему массиву исходных данных применялся кластерный анализ (метод Уорда), позволяющий разделить выборку на качественно однородные группы. Исходные переменные респондентов каждой группы по единой методической процедуре, для выявления и объяснения взаимосвязей между ними, подверглись факторному анализу (метод главных компонент, вращения Varimax). На основании критериев Кетелла и Кайзера в каждой группе были выделены факторы, рассмотренные как причины совместной изменчивости входящих в них переменных, что позволило выделить и описать факторную структуру пяти типов женщин.

Так, факторную структуру доминантного типа составили следующие факторы: самостоятельность и самоуважение (16,55 %

от всех дисперсий), негативное отношение к партнеру по браку (13,22 % от всех дисперсий), подавление ребенка (12,1 % от всех дисперсий), противопоставление собственной матери (10,67 % от всех дисперсий), опора на собственное мнение (8,75 % от всех дисперсий), отсутствие семейных конфликтов (7,27 % от всех дисперсий), отсутствие конфликта между семейными и профессиональными ролями (6,77 % от всех дисперсий), материальное обеспечение семьи (5,83 % от всех дисперсий). Женщины, принадлежащие к «доминантному» типу (22,5 % выборки), выполняют большую часть семейных ролей, что вызывает у них повышенную раздражительность, вспыльчивость, отсутствие ощущения счастья. В отношениях с ребенком эти женщины проявляют доминантность, чрезмерно вмешиваясь в мир ребенка, проявляя излишнюю строгость, стремясь ускорить его развитие. Супругу в семье отведено мало ролей, что заставляет женщину задумываться о перераспределении обязанностей, чувствовать неудовлетворенность браком, взаимопонимание между супругами отсутствует. Мать не является авторитетом для таких женщин, более того, они склонны противопоставлять себя ей, считая, что мать воспринимает их неадекватно, является слабой и нетребовательной. Сами женщины этого типа предпочитают действовать без оглядки на мнение окружающих, самостоятельны и независимы в своих решениях. Конфликты в их семьях отсутствуют, вероятно, такое распределение семейных ролей и отношений устраивает всех членов семьи, которые компенсируют друг друга.

Самооценка женщин данного типа неоднородна, с одной стороны они уважают себя за все, что делают для своей семьи, за последовательность -

своих действий, готовы принимать себя такими, какие есть, но в то же время не испытывают самоинтереса, уровень их рефлексии достаточно низок, важно, что, уважая и принимая себя, они не ждут этого от близких людей, и это приводит к искаже нию их восприятия, внутреннему напряже

Женщины, принадлежащие к «доминантному» типу, выполня ют большую часть семейных ролей, что вызывает у них повышенную раздражительность вспыльчивость, отсутствие ощущения счастья.

нию, ощущению тщетности своих усилий, и, следовательно, к усилению давления на членов своей семьи.

Факторную структуру зависимого типа составили факторы: исключение внесемей-ных влияний (20,84 % от всех дисперсий), поддержание эмоционального климата в семье (13,11 % от всех дисперсий), авторитетность матери (12,35 % от всех дисперсий), отношение к партнеру по браку «хорошего семьянина» (10,93 % от всех дисперсий), материальное обеспечение семьи (10,23 % от всех дисперсий), безучастность мужа (8,75 % от всех дисперсий), когнитивная простота (7,92 % от всех дисперсий).

Женщины «зависимого» типа (17,7 % выборки) имеют противоречивый внутренний мир, с одной стороны, они зависимы от своей семьи, посвящают ей много времени, ограничивают свои интересы рамками семьи, но, с другой стороны, они не чувствуют удовлетворения от выполнения роли хозяйки дома и винят себя в этом. Эти женщины с трудом принимают самостоятельные решения и готовы переложить ответственность на окружающих, мать или супруга, если же этого не происходит, считают, что близкие их не понимают, проявляют равнодушие. Для отношений с ребенком характерен оптимальный эмоциональный контакт или фиксация на ребенке. Ограничивая семейной сферой самих себя, эти женщины также воспитывают своих детей. Общий фон самоотношения этих женщин позитивный, в то же время им свойственны такие эмоциональные реакции на себя, как раздражение, презрение, издевка. Женщины данной группы отличаются высокими требованиями к себе, что нередко приводит к конфликту между «Я» реальным и «Я» идеальным, признанию своей малоценности.

- Установка на самообвинение сопровождается развитием внутреннего напряжения, ощущением невозможности удовлетворения основных потребностей. В связи с чем женщины данного типа не могут назвать себя счастливыми.

Факторную структуру «ориентированного на родительство» типа составили фак-

торы: хороший семьянин (20,28 % от всех дисперсий), амбивалентное самоотношение (17,57 % от всех дисперсий), опасение обидеть (15,16 % от всех дисперсий), воспитание детей (10,97 % от всех дисперсий), когнитивная сложность (8,62 % от всех дисперсий), самоуверенность (7,67 % от всех дисперсий).

Для женщин «ориентированного на родительство» типа (17,7 % выборки) характерен позитивный фон самоотношения, истинным источником своих достижений и неудач считают преимущественно себя. При этом фиксируется высокая готовность к изменению «Я — концепции», открытость новому опыту познания себя, поиски соответствия реального и идеального «Я». Неудовлетворенность собой для этих женщин является источником желания развивать и совершенствовать себя.

Жизнь без семьи для них не привлекательна, общество родных доставляет удовольствие, такие женщины готовы прислушиваться к мнению окружающих, например супруга или собственной матери, но решения чаще принимают самостоятельно. Супружеские отношения характеризуются легкостью общения, проявлением взаимной эмпатии, сходством во взглядах, хотя взаимопонимание достигается не всегда, что может быть связано со спецификой распределения семейных ролей (женщина зарабатывает деньги, а мужчина занимается воспитанием детей).

Работа отнимает много времени, это приводит к внутреннему конфликту между семейными и профессиональными ролями, раздражительности, ощущению самопожертвования, чувству вины. В детско-родительских отношениях превалирует излишняя концентрация на ребенке, вероятно, так женщины компенсируют недостаточное количество времени, которое могут проводить с ним. Собственная мать представляется последовательной, вдумчивой, но достаточно черствой, поскольку женщины этого типа не чувствуют удовлетворения своей потребности в тепле и уюте, которых ждут от матери, тем не менее они готовы прислушиваться к ее советам. Несмотря на

трудности, женщины данного типа довольны своей семейной жизнью, подтверждением чему служит их самоидентификация с идеальной и счастливой женщиной.

Факторную структуру «эгоцентричного» типа составили факторы: глобальное самоотношение (18,43 % от всех дисперсий), сходство во взглядах супругов (16,69 % от всех дисперсий), материальное обеспечение семьи мужем (11,96 % от всех дисперсий), самоидентификация с матерью (10,5 % от всех дисперсий), раздражительность и вспыльчивость (8,25 % от всех дисперсий), подавление воли ребенка (8,19 % от всех дисперсий), отстраненность от семьи (7,55 % от всех дисперсий).

Главной характеристикой женщин «эгоцентричного» типа (19,3 % выборки) является отстраненность и обособленность в собственной семье. Большинство семейных обязанностей возложено на мужа, но даже исполнение минимума семейных обязанностей вызывает у этих женщин недовольство и чувство неудовлетворенности. Эти женщины считают семью концом «хорошей жизни» или ощущают, что жизнь в семье не зависит от их воли. Они стараются установить партнерские отношения с ребенком, но основу их родительской позиции составляет доминирование и излишняя концентрация. Родители, и особенно мать, обладают для таких женщин сверхавторитетом и продолжают осуществлять контроль над жизнью своих дочерей. Сами женщины идентифицируют себя со своей матерью, чем, скорее всего, объясняются особенности их собственной родительской позиции, которую они считают идеальной. Самоотношение этих женщин носит нарциссический

характер. Высоко оценивая свой духовный потенциал, богатство своего внутреннего мира, испытуемые склонны воспринимать себя как индивидуальность и высоко ценить свою собственную неповторимость. При этом наблюдается высокая ригидность «Я»-концепции, стремление сохранить в неизменном виде свои качества, требования к себе, а главное — видение и оценку себя. Ощущение самодостаточности и достижения идеала мешает реализации возможности саморазвития и самосовершенствования. Предрасположенность воспринимать окружающий мир как угрожающий самооценке может провоцировать повышение уровня личностной тревожности, что не приносит женщинам данного типа субъективного ощущения счастья.

Факторная структура «ориентированного на супружество» типа представлена следующими факторами: семейные ценности (17,69 % от всех дисперсий), подавление агрессивности ребенка (14,23 % от всех дисперсий), особенности самоидентификации (13,86 % от всех дисперсий), отсутствие самообвинения (8,59 % от всех дисперсий), сексуальный партнер (9,82 % от всех дисперсий), невротические паттерны (6,41 % от всех дисперсий), развитие ребенка (5,91 % от всех дисперсий), раздражительность и вспыльчивость (5,28 % от всех дисперсий).

Для женщин «ориентированного на супружество» типа (22,5 % выборки) характерен высокий уровень рефлексии, когнитивная сложность, они склонны кодировать все нюансы и тонкости личности окружающих, включая неизбежные противоречия. Иногда это приводит к преувеличению реально имеющихся проблем, и они находят в себе элементы невротизации, хотя анализ семейных отношений свидетельствует о том, что на самом деле это не так, а сами респонденты идентифицируют себя с идеальными и счастливыми женщинами. В жизни этих женщин родители обладают непререкаемым авторитетом, мать требовательна, последовательна и принимает непосредственное участие в жизни дочери, при этом женщины, с одной стороны, считают, что их матери имеют о них искаженное представление, относятся к ним как к недостаточно взрослым и самостоятельным, но, с другой стороны,

идентифицируют себя с ними. С этим, на наш взгляд, связаны особенности их отношений с ребенком: подавление, чрезмерная забота, отсутствие отношений на равных и т. п., т. е. реализация воспитательной модели, характерной для их собственных матерей. Отношения с супругом свидетельствуют о высоком уровне удовлетворенности браком: искренность, взаимопонимание, общие символы семьи, хотя при этом иногда муж кажется женщинам безучастным.

Общий фон восприятия себя у этих людей положительный. Женщины данного типа не склонны обвинять себя в своих неудачах и возникающих конфликтах. Они осуществляют защиту своего «Я» путем обвинения других людей, перенесением ответственности на окружающих. Ощущение удовлетворенности собой сочетается с порицанием других, поисками в них источников неприятностей.

Таким образом, в созданной нами типологии женщин можно условно выделить два субъективно удовлетворенных (ориентированные на родительство и ориентированные на супружество) типа и три субъективно неудовлетворенных (доминантные, зависимые, эгоцентричные) типа. На наш взгляд, независимо от наличия реальных проблем, за психологической помощью в первую очередь обратятся женщины неудовлетворенные своей семейной жизнью, поэтому именно для работы психолога с этой категорией женщин, с учетом особенностей восприятия и осознания женщиной каждого из типов себя в семье, специфики ее отношения к себе как члену семьи, особенностей реализации семейных ролей, функций и взаимодействия с членами семьи, нами разработаны рекомендации, а также определены индикаторы (с помощью контент-анализа самоописаний), позволяющие идентифицировать тип женщины в ходе первичной психологической консультации.

Так, представительницы доминантного типа описывают себя при помощи следующих конструктов: трудолюбивая, загруженная, много на себя беру, контролирую, руковожу, бываю диктатором. Для этих женщин характерен сильный, но зачастую и нереализованный мотив власти, который выражается в стремлении «стать начальником», «занять руководящую должность», мечтах о

славе (стать певицей или кинозвездой) или хотя бы получить признание, благодарность со стороны близких. Недовольство сложившимся в семье распределением ролей проявляется в желании избавиться от части бытовых обязанностей (уборщица, прачка).

Поведенческие и эмоциональные особенности женщин данного типа тесно связаны с низким рефлексивным уровнем и противопоставлением собственной матери. В связи с чем работа психолога с этими женщинами должна быть направлена на выявление и осознание ими нерациональности части своих убеждений; освоение новых, плодотворных способов совладания с ситуацией; развитие навыков рефлексии и саморегуляции.

В самоописаниях представительниц зависимого типа присутствуют следующие определения: терпеливая, уступчивая, порабощенная домашними делами, не строгая с детьми, «сумасшедшая» мама. Эти женщины понимают, что их успешной реализации мешают такие качества, как услужливость, неумение отстаивать собственное мнение. Для них характерно нереализованное желание путешествовать, общаться с новыми людьми.

В работе с такими женщинами необходимо в первую очередь обратить внимание на выявление и осознание конфликта между профессиональными и семейными ролями, а также между разными семейными ролями. Важно развивать навыки рефлексии, интерес к собственной личности, умение отстаивать собственную точку зрения. Работа психолога с этими женщинами может вестись в следующих направлениях: устранение конфликта между Я-реальным и Я-идеальным, устранение чрезмерной зависимости от чужого мнения, формирование доверия к себе, своим силам и возможностям, формирование внутренней мотивации к активности.

Анализ самоописаний представительниц эгоцентричного типа показывает: эти женщины совершенно не готовы менять что-либо в себе, для того чтобы сделать свою жизнь более счастливой, считают, что у них нет качеств, от которых нужно было бы избавиться. Женщины данного типа не испытывают интереса к хозяйственным делам и не желают считаться с интересами членов

семьи, характеризуя их как «обязаловку», «нудность», скуку. Они не стремятся к первенству, характеризуют отношение членов семьи как непонимание и неблагодарность, поэтому стремятся к независимости.

В процессе индивидуальной работы психологу необходимо обратить внимание на самоидентификацию этих женщин с собственной матерью и проработать паттерны прародительской семьи. Основную работу необходимо направить на коррекцию самооценки, формирование ответственности за свою жизнь. Использовать имеющийся потенциал, в частности высокую когнитивную дифференцированность самосознания, для формирования более критичного отношения к себе, своим достоинствам и недостаткам.

Таким образом, представление о семейном самосознании как индивидуальной психологической реальности, его сущности, структуре и содержании, дает возможность изучения женщины как субъекта, имеющего собственное видение семейной ситуации и себя в ней, мотивов, которыми она руководствуется при выстраивании различных семейных отношений, ценности семьи и отдельных семейных ролей. На основании такого подхода можно оказывать эффективную психологическую помощь, как в групповой, так и индивидуальной форме. ^4

1. Бим-Бад Б. М., Гавров С. Н. Модернизация института семьи: макросоциологический, экономический и антрополого-педагогический анализ. М.: Интеллектуальная книга — Новый хронограф, 2010.

2. Минеева О. А., Лидерс А. Г. Многомерное шкалирование психосемантических данных как прием исследования имплицитных теорий (на примере имплицитных теорий семьи) // Психологическая диагностика. 2007. № 6. С. 26-50; Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. Психология и психотерапия семьи. СПб.: Питер, 1999.

3. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. Психология и психотерапия семьи. СПб.: Питер, 1999.

4. Морозова Е. А. Психология семейной менталь-ности у молодежи: автореф. дис. ... д-ра псих. наук / Самарский областной институт повышения квалификации и переподготовки работников образования. СПб, 2011.

5. Васягина Н. Н., Адушкина К. В. К вопросу о семейном самосознании // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. 2009. № 7. С. 32-34.