Специфика отношений собственности в условиях реформирования экономики

УДК 330.52

СПЕЦИФИКА ОТНОШЕНИЙ СОБСТВЕННОСТИ В УСЛОВИЯХ РЕФОРМИРОВАНИЯ ЭКОНОМИКИ

© В.Т. Доржиева

В статье раскрывается сущность и многообразие форм собственности в условиях рыночного механизма. Производится обзор взглядов экономистов, представителей преимущественно марксистского и институционального направлений, рассматривающих отношения собственности, их влияние на систему производственных отношений. Рассмотрена специфика различных форм собственности, перспективы ее развития в будущем.

Ключевые слова: собственность; формы собственности; частная и государственная собственность; производственные отношения.

На современном этапе развития экономических отношений в среде российских экономистов установилась традиция классифицировать формы собственности как некое аморфное множество, не поддающееся жесткой формализации. Причем в ходе исторического развития происходила постоянная трансформация отношений собственности: одни формы собственности сменялись другими. Новейшая экономическая история России не является в этом смысле исключением. Смена форм собственности в России происходила революционными темпами и в условиях, когда само понятие «собственность» трактовалось по-разному. Такая тотальная смена формы собственности без одновременной глубокой рационализации отношений владения, пользования и управления объектами собственности не только не смогла решить проблемы повышения эффективности функционирования экономической системы, но и усугубила положение.

Существует много заявлений со стороны экономистов разных теоретических школ о близости теоретических направлений марксизма и институционализма. Критики институционалистов давно замечали марксистские элементы у Веблена, Коммонса, которые, однако, категорически возражали против обвинений их в марксизме.

Авторы каждой из точек зрения настаивают только на своей интерпретации экономических отношений собственности. Среди отечественных авторов представляют наибольший интерес работы следующих авторов: НИ. Базылева, В.Я. Иохина, Ю.Ф. Си-мионова, Е.Ф. Борисова, Г.М. Гукасьяна,

А.И. Добрынина, Р.И. Капелюшникова,

В.М. Кулькова Н.В. Хессина, К.А. Хубиева,

В.П. Шкредова и др.

В настоящее время вопрос об экономической эффективности каждой формы собственности приобретает особую актуальность. Так как неправильный и необоснованный выбор формы собственности может снизить как эффективность функционирования каждого отдельного субъекта рынка в отдельности, так и темпы экономического роста всей страны.

Цель работы - раскрыть сущность и рассмотреть многообразие форм собственности в условиях трансформации рыночного механизма ведения хозяйства.

Период экономических реформ в нашей стране стал тяжелым испытанием для отечественной политической экономии. Это коснулось в полной мере теории собственности, которую значительно опережала практика. Наряду со сложностями в научной интерпретации трансформации отношений собственности, были подвергнуты отрицанию многие основы политической экономии. Вследствие перехода к новому механизму экономической координации объективно встала необходимость его теоретического обоснования.

К. Маркс рассматривал собственность в качестве отношения к предметам, как к своим собственным. В знаменитом Кодексе Наполеона (Гражданский кодекс Франции) отмечается, что собственность есть право пользоваться и распоряжаться вещами наиболее абсолютным образом.

Вместе с тем ряд институционалистов -Коммонс в начале XX в., Рэмстед в 90-е гг. XX в., утверждали, что все марксистские теории являются, по существу, институциональными. Существует еще одно проявление

родства институционализма и марксизма: оба направления объединяет сходство их критических аргументов, обращенных к неоклассической теории. Следует обратить внимание на заявление Уэнделла Гордона (W. Gordon) в книге «Институциональная экономика: меняющаяся система»: «то, что институционалисты называют институтами, на марксистском жаргоне выражается понятием «производственные отношения».

Глобальное распространение рыночных принципов экономического развития объективно формирует общетеоретические подходы к анализу как мирохозяйственных, так и национальных экономических процессов. Сложилась идеальная теоретическая модель, которая, подобно лакмусовой бумаге, служит для определения степени освоения рыночной ориентации в той или иной национальной экономике.

Однако ни в одной стране рыночное развитие не является самоцелью. Повсюду рыночный механизм служит определенным общественным целям, достижение которых предполагает также удовлетворение разнообразных индивидуальных потребностей. И хотя современный, информационный этап развития человеческого общества диктует некие общемировые стандарты жизни и бизнеса во всех уголках земного шара, все же многообразие условий на разных континентах и в разных странах модифицирует рыночную модель, подстраивая под национальные особенности и специфику.

Эта рыночная модель, формируемая в настоящее время в России, определяется отношениями собственности, которые оказывают существенное влияние на развитие любой экономической системы.

Система отношений собственности с позиций неоинституционального направления экономической теории определяется «как фактически действующая в обществе система исключений из доступа к материальным и нематериальным ресурсам» [1]. То есть собственность на ресурс понимается как система ограничений возможности принятия решений о судьбе данного ресурса со стороны остальных субъектов общественного воспроизводства. В определениях правомочий у сторонников неоинституционализма отчетливо наблюдается внепроизводственный подход к теории собственности. Данная категория

трактуется как принадлежность для одних лиц и отчуждение для других. Внепроизвод-ственное понимание содержания отношений собственности, властный подход к собственности как монополизации экономическими группами средств и результатов производства подвергались серьезной критике с фундаментальных позиций системного анализа экономических отношений присвоения [2]. В настоящее время отчасти в угоду политическим конъюнктурным интересам, но во многом и под влиянием требований хозяйственной жизни современное развитие собственности во многом пошло по пути упрощения постановок проблем и ухода от сложных вопросов, которые не поддаются быстрому решению с выходом на готовые к практическому использованию результаты.

Однако и в рамках теории прав собственности видно, что правомочия, как в сокращенной триаде владения, пользования, распоряжения, так и в расширенной неоин-ституциональной классификации, - это не только и даже не столько права, связанные с исключением остальных участников воспроизводственного процесса из доступа к вещам, но прежде всего права по управлению этими объектами. Поэтому в процессе эволюции научного знания, подчиненного своим внутренним законам, становится очевидной справедливость позиции ученых, отстаивающих подход к анализу собственности «путем изучения совокупности производственных отношений» [3]. Поскольку «сами производственные отношения являются отношениями присвоения», экономическая система собственности рассматривалась ими как совокупность отношений по поводу производства и присвоения стоимости, а для капиталистического способа производства - прибавочной стоимости. Поэтому признавалось, что, «охватывая всю совокупность производственных отношений и будучи ее эквивалентом, собственность (в различных ее формах) превращается в единственный предмет политической экономии» [3].

Если рассматривать ход эволюции, развития в полемике взглядов отечественной политэкономической школы на проблемы собственности, то логично вытекает вывод о приоритете системного подхода к исследованию этого сложнейшего экономического явления, поскольку «полное определение тако-

го сложного явления, как собственность, можно достичь только теоретическим, внутренне субординированным развертыванием всей системы категорий, выражающей всю систему отношений присвоения» [4]. Собственность как особая, интегральная категория является отражением всех производственных отношений в обществе.

Особенная роль категории собственности, которая вбирает в себя специфические черты всей совокупности производственных отношений, но вместе с тем не может быть отождествлена с ними, подобна значению категории стоимости в экономической системе. В этом смысле категории собственности и стоимости, в частности меновой стоимости и прав собственности, смыкаются между собой как отражения одной и той же экономической действительности. Итак, экономика воспроизводит структуру отношений собственности, с одной стороны, и систему стоимостных взаимосвязей и взаимозависимостей - с другой. Формой проявления этой глубинной, фундаментальной двойственности производственных отношений, подчиняющихся действию универсального диалектического закона единства и борьбы противоположностей, становится тождество систем меновой стоимости и прав собственности.

Созидательный потенциал данного направления исследований «проблем соотношения разнотипных по своей природе общественных отношений: юридических и экономических» [3, 5] особенно ярко подтверждается как сегодняшним бурным развитием неоинституциональной теории, так и началом фундаментального изучения вопросов, лежащих на стыке базисных и надстроечных отношений, в отечественной экономической науке. В настоящее время ученые, работающие в русле неоинституционализма, активно занимаются разработкой проблематики отношений собственности. В рамках этого теоретического направления были получены значимые результаты на стыке исследований экономики и права, необходимость которых была продиктована объективными процессами как в мировой, так и в отечественной экономике. К числу наиболее весомых теоретических результатов, касающихся взаимосвязи системы меновой стоимости в трактовке общего экономического равновесия и структуры распределения прав собственности хозяй-

ствующих субъектов, можно отнести фундаментальную для современного экономического анализа теорему Коуза [6]. Она связывает категории трансакционных издержек и прав собственности с механизмом распределения ресурсов, максимизирующим одновременно общественное и частное экономическое благосостояние. Эта теорема гласит, что если рыночные цены заданы экзогенно, права собственности четко специфицированы, а транзакционные издержки и эффект дохода (богатства) пренебрежимо малы, то эффективность размещения ресурсов, или структуры производства, инвариантна относительно первоначального распределения прав собственности. Другими словами, если выполняются условия теоремы Коуза, то в этом случае экономика достигнет общего равновесия при любых изначальных комбинациях правомочий хозяйствующих агентов, а существование внешних эффектов, следовательно, и трансакционных издержек исключается.

Из теоремы Коуза вытекают три важные следствия. Первым следствием является то, что действие внешних эффектов имеет двустороннюю направленность: выгоды одного экономического агента несут ущерб другому. Это влечет за собой два других следствия. Данная теорема гарантирует при выполнении ее предпосылок отсутствие экстерналий, или внешних эффектов. Это второе следствие. Наконец, она показывает, что экономический смысл категории прав собственности состоит в том, что они обеспечивают интернализацию внешних эффектов, т. е. в преобразовании их в частные издержки или выгоды. Это третье следствие теоремы Коуза [6]. Таким образом, данная теорема позволяет не только связать между собой категории собственности и стоимости, равновесия и экономической эффективности, но и намечает пути развития представления о стоимостной структуре экономики в модели общего равновесия через вовлечение в анализ экстерналий, или внешних эффектов.

Размытые права собственности служат одной из причин возникновения экстерналий, которые нарушают общественно эффективную аллокацию ресурсов. Наглядной иллюстрацией нестабильности народного хозяйства в условиях размытости прав собственности является Российская Федерация

после проведения массовой первой приватизации. В теории предполагается, что для рыночной экономики характерно доминирование отношений частной собственности, адекватных конкурентной рыночной среде, в которой господствуют товарно-денежные отношения, в силу чего связи между хозяйствующими субъектами устанавливаются не непосредственно в процессе производства с помощью прямых директив, как было ранее в плановой экономике, а в сфере обращения посредством спроса. Отношения между производителями носят овеществленный, опосредованный характер и поэтому могут быть только товарными, и регулируются рынком. Результатом этого должна быть полная экономическая обособленность предприятий-товаропроизводителей и наличие у них жестких бюджетных ограничений. Юридически этот феномен обособления хозяйственных единиц закрепляется в виде системы отношений частной собственности, что, правда, не исключает существования мощного сектора государственной собственности, который, однако, является одним из укладов частнособственнической экономики.

Реальное содержание отношений собственности диктует свои законы, превалирующие над теми формальными рамками прав собственности, которые ставит для хозяйствующих субъектов экономическая политика. Воля отдельных личностей и групп с близкими индивидуальными экономическими интересами, пусть даже обладающих широкой экономической властью, зачастую оказывается явно или неявно подчиненной глубинным силам, движущим хозяйственным процессом и его реализацией в стоимостных пропорциях и отношениях собственности как внутри предприятий, так и в экономике в целом.

Пучки прав собственности, сочетающие различные их комбинации, являются предметом перераспределения в условиях как полной, так и неполной спецификации, а зачастую и крайне неопределенной, размытой категорией в процессе экономической трансформации. С одной стороны, в силу того, что трансакционные издержки мешают перераспределению правомочий, а также благодаря процессам нечеткой спецификации и размывания прав собственности в экономике, последние, по теореме Коуза, оказывают непосредственное влияние на систему меновой

стоимости. С другой - в той мере, в какой четко определенные права собственности свободно перераспределяются, они выступают посредством механизма ценообразования в качестве эквивалента денежным потокам, а их структура противостоит в качестве отображения системе меновой стоимости.

Достаточно общим является двойственное представление общественного хозяйства, в т. ч. и в трансформационных условиях, как единства и противоположности систем меновой стоимости и прав собственности. Данные категории олицетворяют иерархически структурированную и упорядоченную совокупность отношений по поводу производства и присвоения хозяйственных благ. Динамически, диалектически перетекая одна в другую, они формируют разносторонность, многогранность и одновременно полноту описания всей экономической системы [7].

Российская экономика не может пока считаться рыночной по содержательным характеристикам. Российский рынок - пока незрелый рынок (так, объем фондового рынка и собственного банковского капитала совершенно не соответствует масштабам страны) и деструктивный рынок (высокий уровень бедности и социальной дифференциации, слабая защита прав собственности).

С качественной точки зрения переходный период закончится в том случае, если состоится переход к более эффективной экономической системе по сравнению с предыдущей. Ведь цель перехода состояла не в том, чтобы перейти к какой никакой рыночной экономике (такого рода экономику можно найти и в слаборазвитых странах), а в том, чтобы сформировать современную эффективную экономику, соответствующую основным перспективным тенденциям мирового развития и отражающую национальную специфику страны.

Что отличает отношения и права собственности в переходной экономике от обычных рыночных экономик развитых стран?

Во-первых, отношения и права собственности подвижны и изменчивы. Государственная или акционерная собственность лишь внешне совпадает с той же формой в стабильной экономической системе, неся в себе существенное отличное содержание, связанное с тем, что характер и присвоения (отчуждения), и распоряжения в переходной

экономике находится в процессе трансформации, движения от бюрократического огосударствления и планирования к новым отношениям.

Точно так же отличны от традиционных и «пучки прав собственности», в которых проявляется присвоение и распоряжение общественным богатством в наших условиях. Последнее связано прежде всего с тем, что, во-вторых, права собственности в условиях переходной экономики слабо специфицированы или не специфицированы вообще. Последнее характерно и для экономической, и для институциональной, и для правовой спецификации. Иными словами, в условиях трансформации складывается ситуация, в которой не только с формально-правовой, но с содержательно-экономической точки зрения, равно как и в организационно-институциональном плане, никто толком не знает, какими правами собственника и на что он обладает, за что, какую и перед кем он несет ответственность, кто еще обладает какими-либо правами на его собственность и т. п.

В-третьих, развитие новых отношений и прав собственности в переходной экономике происходит в условиях сохранения значительной инерционности в хозяйственной, институциональной и правовой сферах. Отношения собственности формируются в отечественной экономике не с нуля и не на пустом месте, а на базе перехода к новому качеству от прежней системы отношений собственности, основанной на высокой степени огосударствления, бюрократическом отчуждении работника от средств производства, административно-командной модели распоряжения и т. п. Основной «пучок» прав собственности в этой системе был распределен между различными уровнями бюрократической иерархии и хозяевами «теневой экономики». Все эти черты прошлого не исчезают в одночасье и оказывают существенное влияние на содержание отношений собственности в переходной экономике, структуру их форм, распределение прав собственности и природу ее субъектов.

Наличие определенной инерции в трансформации отношений собственности соединяется, в-четвертых, с объективной необходимостью определенных качественных изменений в содержании, структуре форм и правах собственности. Речь идет о качест-

венном изменении экономических отношений и их институциональных, а также правовых форм. Это разрушение прежней системы может идти по различным путям: приватизации, т. е. замены государственно-бюрократической модели отчуждения работника от собственности на частно-капиталистическую, или демократической реформы собственности, призванной не только преодолеть старые формы отчуждения, но и обеспечить свободное соединение работника со средствами производства, а не создавать новые формы его отчуждения. Именно этот трансформационный процесс и составлял главную специфическую черту собственности в переходной экономике. Необходимость преобразований абсолютно монополизированной государственной собственности в нашей стране практически не вызывала сомнения, даже у большинства властных структур. Однако по поводу направлений и методов этих преобразований разгорелась ожесточенная борьба не только между представителями «старой» и «новой» партийно-бюрократической но-

менклатуры, но и внутри нее. К этой борьбе «подключились» и представители региональных и местных структур, хозяйственные руководители, а также «теневой» и криминальный капитал.

Все они хотели получить на «законных» основаниях в соответствии с возможностями занимаемого положения свою долю общественного имущества или легализовать уже имеющееся. Тотальная смена формы собственности (приватизация) без одновременной глубокой рационализации отношений владения, пользования и управления объектами собственности не решает и не может решить проблемы повышения эффективности функционирования экономической системы. Именно поэтому формальная и массовая передача титула собственности в частные руки не только привела Россию к выходу из экономического кризиса, разразившегося еще в период господства государственной собственности, но и усугубила его.

Усиление контролирующих функций государства вследствие административной реформы высших органов исполнительной государственной власти увеличило присутствие государства в корпоративном секторе национальной экономики. Государство приобретало собственность, а также возвращало

за долги. В 2006-2007 гг. стоимость имущественных активов крупных российских компаний возросла в разы, «взорвав», по сути, фондовые рынки развитых государств. Отмечается рост капитализации крупных отечественных корпораций, причем наиболее интенсивно в компаниях со значительным или доминирующим присутствием государственной формы собственности.

Ротация форм собственности обусловлена в основном экономическими причинами. Инструментом деприватизации собственности у т. н. неэффективных собственников служит дополнительная эмиссия акций в размере долга, которые становятся собственностью государства. При угрозе неизбежного банкротства (инициируемого или планируемого собственниками) происходит выкуп контрольного пакета акций государством. В РАО «ЕЭС России» государству принадлежало 52,68 % акций, в целом на долю государства приходится треть капитализации двухсот самых дорогостоящих компаний России [8].

Опыт развитых стран показывает: в определенной экономической ситуации государственные корпорации способны развиваться интенсивнее, чем компании частного сектора. Например, при значительном износе инфраструктурных объектов, обеспечивающих безопасность перевозок, требуются значительные прямые инвестиции (капитальные вложения) в развитие транспортной сети государства; расширение экспортных поставок сырьевых ресурсов невозможно без весомых финансовых вложений в новое строительство продуктопроводов. Увеличение доли государственного сектора в любой современной экономике - тенденция временная, обусловленная потребностью экстенсивного расширения. Когда потребность в модернизации снижается либо исчезает, структура собственности изменяется.

В силу открытости экономики для внешних инвесторов может сложиться ситуация, когда иностранные участники обладают большими, чем национальные, финансовыми возможностями для приобретения активов, национально значимых для государства. Когда отечественным, даже вполне эффективным, корпорациям «не хватает» финансовых ресурсов для таких сделок, тогда покупателем выступает государство - в лице на 100 %

подконтрольной ему корпорации. Со временем, после накопления достаточных финансовых ресурсов крупными отечественными бизнес-структурами, госактивы могут быть реализованы частному сектору.

Интересы государства распространяются и на корпорации, обусловливающие стратегическое позиционирование страны в мирохозяйственных связях, а также в области обороноспособности. Если такое предприятие находится в частной собственности, собственник может перепрофилировать его (или отдельные производства) из-за снижения рентабельности. В этом случае государство также «сработает» эффективно, если выкупит по рыночной цене контрольные пакеты акций существующих предприятий. Это выгоднее, чем строить новые. Используя рычаги регулирования, государство решит проблемы взаимного демпинга участников на мировых рынках, усилит НИОКР и маркетинговую базу, при необходимости проведет организационную реструктуризацию (например, создаст холдинг со 100 % участием государства). После реструктуризации бизнеса, а именно: совершенствования системы управления, выработки рациональной финансово-экономической политики корпорации, улучшения операционной деятельности, обновления системы маркетинга и системы управления персоналом, компания по рыночной цене через аукцион продается новому эффективному собственнику.

Такие операции могут принести государству значительно больше, чем оно реально затратит на реструктуризацию и финансовое оздоровление корпорации. Важно правильно определить временные периоды для «усиления» либо «ослабления» государственного присутствия в конкретном секторе национальной экономики, разработать адекватный инструментарий для оценки целесообразности соответствующих управленческих решений.

В-пятых, наличие качественных принципиальных изменений в отношениях собственности и неспецифицированность ее прав обусловливают существенно большую, чем в стабильной экономике, роль институциональных, политических и иных волевых факторов в динамике собственности и типичность разрыва, а не единства форм и содержания собственности.

В заключение хотелось бы отметить, что отношения собственности буквально пронизывают все фазы хозяйственной деятельности. Решающее значение здесь имеет собственность на средства производства, которая формирует всю остальную систему отношений, а также то, какие отношения возникают между собственниками средств производства и лицом, не являющимся им; как распределяются производственный продукт, как осуществляется его обмен на другие продукты.

Собственность экономически реализуется, если она приносит доход владельцу, который позволяет не только окупать затраты, но и получать прибыль.

Говоря о собственности как об экономических отношениях, надо подчеркнуть то, что это отношения не субъекта к объекту, а отношения между субъектами по поводу того, кто владеет, кто пользуется, распоряжается и управляет объектом собственности. История развития отношений собственности показывает, что тот класс и та социальная группа, которая владеет средствами производства, по существу определяет всю остальную систему, поэтому всякое изменение экономических отношений всегда предполагает, прежде всего, изменение отношений собственности.

1. Капелюшников Р.И. Экономическая теория прав собственности: Методология, основные понятия, круг проблем. М., 1990. С. 11-17.

2. Саков М. Проблема собственности в экономическом учении Маркса // Коммунист. 1983. № 4. С. 17.

3. Хубиев К.А. Ретроспективный и перспективный взгляд на решение проблем собственности в «Курсе политической экономии» Н.А. Цаголова // Российская экономическая наука: традиции и современность. М., 1998.

С. 24-38, 98.

4. Шаститко А.Е. Внешние эффекты и трансакционные издержки. М., 1997. С. 9-16.

5. Кульков В.М. Возможности синтеза в теории собственности // Российская экономическая наука: традиции и современность. М., 1998.

С. 39-46.

6. The economics of property rights / ed. by E.G. Furuboth, S. Pejovich. Cambridge, 1974. P. 49.

7. Экономическая теория в современной России: Глобальные тенденции и национальные традиции // под ред. А. А. Пороховского. М., 2003. С. 155.

8. Федорович В.О., Федорович Т.В. Государственная собственность: управление структурными изменениями и капитализация крупных корпоративных образований // ЭКО. 2008. № 7. С. 28.

Поступила в редакцию 31.08.2009 г.

Dorzhieva V.T. Specifity of property relations within the conditions of the economy reforming. The article reveals and considers essence of the variety of types of ownership in the conditions of the market mechanism. The review of sights of economists, representatives of Marxist and institutional directions mainly, considering the property interrelations, its influence on the system of production relations. Peculiarity of the different types of ownership and its prospects development in the future are considered.

Key words: property; types of ownership; private and state ownership; production relations.