"Критично важна роль частного сектора"

Дмитрий Песков, директор направления "Молодые профессионалы" Агентства стратегических инициатив (АСИ), рассказал "Огоньку" о наших цифровых перспективах

— На заседании Совета по стратегическому развитию вы заявили о том, что нет необходимости удваивать число программистов до миллиона, а, напротив, хорошо бы снять "запреты" в интернете. Какие еще, по-вашему, нужны корректировки предложенного курса на цифровизацию?

— Курс правильный. Важно, чтобы политика регулятора, и не только в интернете, соответствовала курсу. У нас приняты абсолютно не работающие нормы, например в регулировании беспилотных летательных аппаратов. Что касается интернета, то бизнесы, построенные на распределенных реестрах (блокчейн.— "О"), имеют такой же трансформационный потенциал, как сам интернет 20-25 лет назад. Попытки их зарегулировать не принесут пользу стране, а приведут к бесконечному соревнованию запретов и способов обхода этих запретов, "криптоанархии". Поэтому необходимо создавать предпосылки для появления качественных и жизнеспособных отечественных проектов цифровой экономики. Программа правительства принята для решения этой задачи. Причем количество грамотных программистов должно быть существенно больше, чем миллион. Как минимум в 4-5 раз больше. Только решать они должны не задачки по кодированию, с которыми гораздо лучше справляется любой компьютер. В действительности минимальными навыками владения алгоритмами придется овладеть каждому из нас: они понадобятся в больнице, в школе, в госуправлении, даже в гуманитарных науках и в искусстве. Именно это в программе называется "всеобщей цифровой грамотностью".

— Видите ли вы отличия западного понимания цифровой экономики от того, что планируется делать в России? В чем они?

— Итоговая модель пока не сформирована ни у кого. Мы ждем набегающих технологических волн, которые в значительной мере обнулят предыдущие достижения даже самых сильных экономик. Уже понятно, что логистика, транспорт, мода, образование будут выстроены заново. И именно здесь у нас появляется шанс на "прыжок веры", когда можно рискнуть и выиграть на новых, еще не сложившихся рынках. Поэтому критично важна роль частного сектора — нужно будет делать все очень быстро, никакое государство не управится. Но любая следующая волна, например мы ждем биологической революции в 2020-х годах, будет опираться на цифровую инфраструктуру, в том числе кадровую. Для одной из самых перспективных профессий будущего — биоинформатики принципиально важны именно компетенции в ИТ. Для работы с биологическими данными — порядковый рост центров обработки данных и магистральных каналов передачи данных. Без этой черновой работы — люди, инфраструктура, нормы — не состоятся никакие прорывные проекты в геномике и биотехе. Не менее важна безопасность данных и собственный подход к работе с ними: мы не сможем напрямую заимствовать ни жесткую (многие называют ее антигуманной) китайскую модель, ни сверхлиберальную американскую. Давайте поясню на примере: в китайской модели будущего за критику правительства в соцсетях у вас автоматически вырастет ставка кредита в банке, а в американской вы не сможете получить кредит на обучение, потому что страховая компания выставила большой процент после анализа ваших генов. Хотелось бы найти более человеколюбивую модель для нашей страны.

— Критики принятой на Совете программы говорят об отсутствии в ней конкретики (понятная задача — срок реализации — ответственность — точная сумма) и об отсталости большинства выбранных целей ("они вчерашний день"). Вы с этим согласны?

— Это задача трехлетнего плана, а не программы. Было бы глупо и непрофессионально расписывать конкретные планы до 2024 года. Программа отвечает на вопрос "Что делать?", а трехлетний план должен отвечать на вопрос "Как делать?". И, конечно, на вопрос "Кто виноват в итоговом успехе?".

— АСИ подключился к созданию программы позже правительства, но, как говорят, существенно поменял стратегию ее формирования. Как именно и почему не была сделана ставка на разработки Всемирного банка, которые лоббировала Минсвязь?

— Как быстро формируются мифы. Мы работали в общей команде разработчиков, в которой ключевыми организационными вопросами занималось Министерство связи. Наработки наших иностранных коллег учитывались, но было бы странно, если бы национальную программу нам опять написали заокеанские коллеги. В "цифре" мы чувствуем себя уверенно, и, знаете, 1990-е давно закончились. Что касается роли АСИ, то Агентство оказывало и прямое, и опосредованное влияние на процесс разработки программы. Например, львиная доля наработок сводилась воедино в нашем коворкинг-центре в Москве — это наше пространство будущего, "точка кипения", где легко договариваются частный бизнес, государственные чиновники, лидеры науки и образования. Мы работали над методологией программы, кадровым разделом, но ни в коем случае не лидировали как организация.

— Есть ли точный расчет на отдачу от осуществления такой программы? Каковы цифры?

— Есть прогнозы, сделанные Digital McKinsey. Эффект от цифровизации составит к 2025 году 4,1-8,9 трлн рублей. Что составит 19-34 процента общего увеличения ВВП (источник — отчет "Цифровая Россия: новая реальность", июль 2017 года, Digital McKinsey). Это интересные расчеты, но за базу опять взяты европейские и американские исходные данные, а нам гораздо ближе Китай, Индия.

— Откуда возьмутся высокие технологии, столь необходимые для осуществления программ такого рода, в условиях санкций и ограничений со стороны Запада?

— Ключевые технологии для развития цифровой экономики хорошо известны. Этот список также пересекается со списком сквозных технологий, которые формируют ценностное ядро НТИ (Национальной технологической инициативы), в том числе создание новых рынков с заданными параметрами. Все модели описаны на сайте nti.one. Проблема не в технологиях, а в том, что для их внедрения нужны люди с ярко выраженными лидерскими качествами и необходимыми компетенциями. Проекты, которые инициированы и курируются АСИ, направлены на то, чтобы таких людей у нас в стране стало намного больше. Мало кто знает, но у нас на соревнованиях рабочих профессий Worldskills уже давно есть номинация "Геномная инженерия" — одна из многих, по которой проходят соревнования. Участники — студенты колледжей — должны продемонстрировать, как они освоили технологию редактирования генома человека (CRISPR\Cas9). Но технология редактирования генома — лишь одна из многих. Говоря проще: нужные нам технологии у нас есть, они "уже давно взялись".

— Опрошенный "Огоньком" бизнес сожалеет о том, что АСИ стал еще одной консалтинговой структурой, а не институтом, способным быстро выводить прорывные компании на рынок. Что помешало оправдать надежды?

— Это очень мило, учитывая, что такой задачи перед нами никогда не ставилось. Это прямая функция Роснано, Сколково, РВК. Наши задачи гораздо шире, и в отличие от стандартных рамок действий консультантов мы за свои слова отвечаем. Обещали убрать ряд ограничений для бизнеса — сделали, показав самый быстрый рост среди всех стран — участников рейтинга всемирного банка Doing Business. Даже в условиях санкций. Обещали вернуть престиж рабочим профессиям и собрать новую модель подготовки кадров для промышленности — и на наш национальный чемпионат Worldskills подали заявки команды из 40 стран мира — учиться подготовки кадров уже у нас. Мы всегда выбираем амбициозные цели и независимую оценку результата. А про опросы, по опросам у нас высокий NPS (индекс удовлетворенности) наших партнеров — лидеров бизнеса, образования, социальной сферы. Мы работаем именно с лидерами изменений, а не с организациями. Сегодня на нашей платформе leader-id.ru более 100 тысяч человек, которые не сожалеют, а вместе работают над будущим — своим и своих детей.