Адвокаты устали от очередей в СИЗО

Как стало известно "Ъ", Федеральная палата адвокатов (ФПА) обратилась к уполномоченному по правам человека в РФ Татьяне Москальковой с просьбой подключиться к решению проблемы, связанной с очередями в СИЗО. Чтобы попасть к клиентам, защитникам приходится с пяти утра стоять у стен тюрем, но и это не гарантирует попадание внутрь. Все упирается в крайне небольшое количество помещений для работы адвокатов с подзащитными, переполненность СИЗО и неоптимальный режим их работы. Воспользовавшись такой ситуацией, "решальщики" уже давно наладили возле московских СИЗО торговлю местами в очередях на свидание с подзащитными.

Как отмечается в адресованном госпоже Москальковой письме, особенно остро проблема свиданий адвокатов со своими подзащитными стоит в Москве, где лимит содержащихся в СИЗО превышен в полтора раза. По словам президента ФПА Юрия Пилипенко, по состоянию на 8 апреля 2016 года в девяти столичных изоляторах содержались 11 909 человек при лимите 8,6 тыс. человек. При этом ежедневно каждое из этих пенитенциарных учреждений могут посещать максимум 20 адвокатов. Основной причиной такой низкой пропускной способности является недостаточное количество в СИЗО следственных кабинетов. Согласно нормам проектирования изоляторов и тюрем ФСИН России, например, в учреждениях с лимитом 1 тыс. человек их должно быть 45, а в рассчитанных на 2 тыс. человек — 75. При этом в тех же "Матросской Тишине" и знаменитой "Бутырке", в каждой из которых может содержаться чуть более 2 тыс. человек, таких кабинетов, по данным "Ъ", всего по 20. А в том же СИЗО "Лефортово", рассчитанном лишь на 300 человек, кабинетов для свиданий — пять.

В этой связи, говорится в обращении ФПА, чтобы попасть к своим подзащитным, адвокатам приходится приезжать к зданию СИЗО к пяти часам утра. Впрочем, это тоже не гарантирует попадание в тюрьму, поскольку желающих слишком много. Как говорит адвокат Сергей Бадамшин, перед тем же СИЗО "Лефортово" защитникам даже приходилось тянуть жребий, чтобы распределить очередь для свиданий со своими подзащитными на неделю вперед. По словам защитников, в последнее время возле столичных изоляторов начала активно процветать торговля местами в очередях для прохода в СИЗО. При этом представители адвокатского сообщества говорят, что зачастую их приходится покупать даже следователям. И это при том, что за ними в изоляторах ежедневно бронируются, как правило, сразу несколько кабинетов.

Самым проблематичным для посещений защитниками в Москве СИЗО является "Шестерка" — ФКУ СИЗО N6 УФСИН (ул. Шоссейная, д. 92), где содержатся женщины и бывшие сотрудники правоохранительных органов; следом идут Бутырская тюрьма и "Лефортово". Возле последнего СИЗО списки адвокатов, как говорят защитники, висят прямо на деревьях, а возле них в машинах всю ночь дежурят люди.

"Очередь в СИЗО — это обычная практика. Особенный бардак в "Бутырке" (СИЗО N2), Медведково (N4) и сейчас в Печатниках (N6),— говорит адвокат Светлана Сидоркина.— Если намечен поход в СИЗО, то можно не планировать на этот день никаких мероприятий, поскольку весь день проведешь там. В моей практике бывало и такое, что целый день прождешь и к клиенту не попадешь". По поводу очередей в "Бутырке" солидарны практически все адвокаты. В обращении ФПА приводится рассказанная защитником Вадимом Кобзевым история о том, как весной этого года следователь никак не мог попасть к клиенту в СИЗО N2. Дошло до того, что следователь добился перевода подзащитного в "Матросскую Тишину", чтобы всем — и самому следователю, и защитнику — было удобнее работать. Адвокат Кобзев знает случаи, когда его коллеги сразу же отказывались от работы, если узнавали, что клиент содержится в "Бутырке": "Слишком серьезные временные затраты".

В ФПА отмечают, что, кроме объективных причин на ограничение доступа адвокатов в СИЗО, есть проблемы организационного характера. В частности, защитники критикуют распорядок работы СИЗО. По их словам, адвокатов допускают к клиентам только после 10:00 и максимум до 15:00-17:00, куда входит еще и обеденный перерыв в учреждении.

Выход из положения адвокаты видят в том, чтобы строить новые СИЗО или открывать в старых дополнительные следственные кабинеты. Президент ФПА Юрий Пилипенко даже предлагает за счет адвокатского сообщества поставить в тюремных дворах специальные вагончики для свиданий.

Помочь решить проблему могут и электронные очереди, которые уже давно функционируют в различных госучреждениях. Также защитники в своем обращении к госпоже Москальковой призывают суды меньше сажать за преступления небольшой тяжести. "Суды при принятии решений о заключении под стражу подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, как правило, не учитывают лимиты наполнения следственных изоляторов и информацией о превышении таких лимитов не располагают",— говорится в обращении.

В ФСИН признают, что проблемы свиданий адвокатов со своими подзащитными существуют. "Учитывая, что большинство учреждений уголовно-исполнительной системы построены до введения в 2001 году норм проектирования в действие, количество следственных кабинетов зачастую не соответствует установленным требованиям,— заявили "Ъ" в ФСИН.— Так, например, в следственных изоляторах Центрального федерального округа функционирует всего 366 кабинетов следователей и адвокатов".

При этом в ведомстве отмечают, что кабинеты адвокатам для работы с подзащитными предоставляются в порядке живой очереди. "Согласно закону заключенные под стражу могут иметь свидания с защитниками без ограничения продолжительности. Повлиять на это мы не можем, и, таким образом, длительность ожидания адвокатов в очереди находится в прямой зависимости от продолжительности свиданий тех, кто прибыл раньше",— констатировали в ФСИН. При этом в пенитенциарном ведомстве говорят, что в той же Москве определенные шаги для решения проблемы уже сделаны. Так, в СИЗО "Матросская Тишина" и Бутырском СИЗО уже организована электронная очередь, где защитники могут заранее записаться на встречу со своим подзащитным. Кроме этого, во всех следственных изоляторах Москвы "при наличии соответствующей необходимости" выделяются так называемые экспресс-кабинеты для непродолжительного общения защитников и следователей с арестантами.