К вопросу об обеспечении баланса конституционных ценностей в сфере гражданского судопроизводства

К ВОПРОСУ ОБ ОБЕСПЕЧЕНИИ БАЛАНСА КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ В СФЕРЕ ГРАЖДАНСКОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

ФЕДАН Максим Юрьевич

Аннотация: в статье рассматривается вопрос соблюдения баланса конституционных ценностей в сфере гражданского судопроизводства. Автором исследуется проблематика соотношения частных и публичных интересов, подлежащих судебной защите с позиций конституционного правопонимания.

Annotation: the article reviews the issue of constitutional values in their balance with regard to the sphere of civil justice. The author analyses the problem of correlation private and public interests as objects ofjudicial (civil) relieffrom the viewpoint of constitutional interpretation.

Ключевые слова: гражданское судопроизводство, конституционное правопонимание, общее благо, публичные интересы, частные интересы, баланс правовых ценностей, конституционали-зация.

Key words: civil justice, constitutional interpretation, common good, public interest, private interest, balance of constitutional values, constitutionalisation.

В то время как «представители французского народа» полагают, что «забвение прав человека или пренебрежение к ним являются единственными причинам общественных бедствий»1, на сегодняшний день безоговорочно согласиться с данным тезисом не представляется возможным. Права и свободы человека, безусловно, являются высшей конституционной ценностью, однако, наряду с ними имеет место целый ряд иных аксиологических составляющих правовой материи, значением которых не стоит пренебрегать.

Основные (конституционные) права личности и иные конституционные ценности существуют не разобщенно. Они выстраиваются в целостную иерархическую систему, что предполагает наличие определенного конституционного баланса между структурными элементами этой системы. Обнаруживать искомый баланс во всех случаях необходимо исключительно через призму конституционного правопонимания.

Данный научный подход строится на идеях конституционализма и представляет собой подлинно правовое восприятие не только формально юридических, но и всех правовых (и даже «около-правовых») процессов, протекающих в современном социуме, предполагает

конституционную герменевтику как особую форму юридической аргументации.

Конституционное правопонимание позволяет поставить знак равенства между категориями «должный», «правильный», «идеальный», «справедливый», «правовой», с одной стороны, и «конституционный», с другой, поскольку само право здесь может быть представлено как «самостоятельный конституционный институт»2, как система, существующая и развивающаяся в соответствии с конституционными закономерностями.

Актуальность гармонизации конституционных ценностей в большинстве случаев обусловлена дихотомией частных и публичных интересов. Конституционно-правовое восприятие правовой действительности позволяет усмотреть квинтэссенцию публичного интереса в идее общего блага. В последнее время проблематика общего блага в доктрине описывается применительно к субъективному праву собственности. Оснований для этого предостаточно: еще римские юристы говорили об «общем благе» в ключе реализации правомочий владения, пользования и распоряжения имуществом. Метод конституционной компарти-вистики обращает к положениям Основного Закона ФРГ о том, что пользование собственностью должно одновременно служить обще-

1 Цит. по: Маклаков В. В. Конституции зарубежных государств : учеб. пособие. 5-е изд., перераб и доп. М. : Волтерс Клувер, 2007. С. 80.

2 Плигин В.Н. Доклад на научно-практической конференции в Кремле 12 декабря 2008 года // Конституция Российской Федерации: к 15-летию принятия Основного закона: Текст. Комментарии. М. : Статут. 2009. С. 139.

му благу (ст. 14) или, например, к Конституции Японии, согласно которой право собственности устанавливается законом с тем, чтобы оно не противоречило общественному благосостоянию (ст. 29)3. Нельзя не согласиться, что для юридической конфликтологии право собственности, имея в большинстве случаев материально выраженный объект, - наиболее показательный образец соотношения частных и публичных интересов (гарантий, пределов и ограничений субъективных прав). Вместе с тем, это лишь частный пример, и категория «общее благо» не лежит исключительно в области «приватизации», «национализации»,

«реквизиции» и тому подобных процессов оформления различных форм собственности. Содержание этого понятия гораздо шире.

Общее благо находится над интересами отдельной личности и обуславливает возможность их ограничения. При этом для определения интересов общего блага (общей пользы) имеют значение не общие интересы, а одинаковые, универсальные интересы, предпочтения, присущие любому человеку4. Таким образом, общее благо в содержательном плане может быть оформлено и индивидуальным законным интересом отдельного лица, который имманентно присущ каждому в силу хотя бы инстинкта самосохранения и сосуществования, причем существования комфортного и достойного.

Часто в литературе частный и публичный интересы преподносятся как антагонизмы. Такого рода «ограниченное» восприятие данной проблематики вызвано, прежде всего, «дефицитом конституционного правопонимания»5. Важно понимать, что «общее» и «частное» в праве не есть противоположности. Во всей своей совокупности право (публичное и частное) служит общему благу, которое будучи так или иначе сочетанием частных интересов, не может рассматриваться как антоним личной пользе6. Такое видение соответствует конституционно-правовому подходу и лежит в основе идеи о конституционализации всех отраслей

3 См.: Маклаков В.В. Указ. соч. С. 119, 399.

4 Подробнее см.: Дедов Д.И. Реализация принципа соразмерности в правовом регулировании предпринимательской деятельности : дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2003. 423 с.

5 См., например: Крусс В.И. О дефиците конституционного правопонимания и неконституционности нормативных конструкций российского таможенного законодательства // Конституционное и муниципальное право. 2010. № 10. С. 42-53.

6 Дорохин С.В. Деление права на публичное и частное: кон-

ституционно-правовой аспект. М. : Волтерс Клувер, 2006. С. 31.

отечественного права (в том числе и процессуального).

Реализация публичных интересов является условием реализации интересов частных. Публичные интересы имеют характер общечеловеческий, доступный и присущий всем людям, независимо от социального статуса. Желание жить в теплых домах, ходить по освещенным улицам, пользоваться чистой водой свойственно каждому человеку. Частные же интересы более индивидуализированы, они несут в себе отпечаток личных пристрастий,

7

вкусов, привычек .

Нормативное оформление целей и задач гражданского судопроизводства в современных процессуальных кодексах предполагает первоочередную защиту нарушенных и оспоренных прав и законных интересов. Однако это не означает, что интересы общего блага исключаются из объектов судебной защиты.

Председатель Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькин емко отмечает, что «многочисленные и разнообразные эмпирические цели в конечном счете восходят к общей цели (идее), которая объединяет людей в политическое сообщество и на которой держится все государство. Эта цель в своем содержательном аспекте выражается в общем благе (общее добро). В формально-юридическом аспекте такой целью является утверждение правовых начал»8. Иными словами, искомый баланс следует обнаруживать именно на уровне конституционно-правовых основ и именно конституционно-правовыми (в широком смысле) методами.

Наличие у граждан в обществе определенного комплекса ценностей является непременным условием функционирования государственного механизма в целом и судебной системы в частности. Ценностями в теории государства и права принято в самом общем виде определять как «все, что вызывает к себе положительное отношение, рассматривается как благо, добро, польза, должное»9, нравственность, справедливость.

Конституционное правопонимание предполагает юридизацию нравственных аспектов

7 См.: Шарнина Л.А. Частные и публичные интересы в конституционном праве // Конституционное и муниципальное право. 2005. № 4. С. 4-6.

8 Зорькин В.Д. Ценностный подход в конституционном регулировании прав и свобод // Журн. рос. права. 2008. № 12. С. 3-14.

9 Колоколов Н.А. Судебная власть как общеправовой феномен. М. : Юрист, 2007. С. 181.

деятельности, их законодательную конкретизацию через призму общечеловеческих (конституционных) ценностей, что должно способствовать формированию должного (конституционного) правопонимания допустимости совершения отдельных деяний, а значит и потенциальной возможности разрешения проблемы определения рамок (пределов) приемлемого поведения10.

Обеспечение публичных интересов в гражданском производстве достигается посредством закрепления в законодательстве полномочий прокуратуры на обращение в суд в защиту публичных интересов (ст. 45 Гражданского процессуального кодекса РФ (ГПК РФ), 52 Арбитражного процессуального кодекса РФ (АПК РФ)). Если в арбитражном процессе функции прокурора сводятся в большинстве случаев к защите публичного интереса как интереса государственного, то в гражданском процессе прокурор вправе обратиться в суд с иском в защиту неопределенного круга лиц, то есть общего блага, отличного от интереса государства (в буквальном понимании).

Большинство ученых-процессуалистов

сходятся в том, что категория «неопределенный круг лиц» предполагает особый предмет судебной защиты - некие общие блага (ценности). Эта защита направлена на обеспечение правового, экономического, социального, экологического благополучия общества, то есть все, что выходит за пределы интересов конкретного лица, есть защита публичного интереса, в том числе и в случаях предъявления исков в интересах неопределенного круга лиц. В. Ярков утверждает, что для российского законодательства в части защиты неопределенного круга лиц характерна «защита только публичного интереса». Иными словами, это означает, что прокурор защищает права не

конкретной категории лиц, а общества в це-

11

лом .

Таким образом, гражданское производство предполагает нормативно закрепленные механизмы непосредственного обеспечения публичных интересов посредством полномочия прокурора обратиться в суд с заявлением в защиту публичных интересов.

10 Подробнее см.: Крусс В.И. Теория конституционного правопользования. С. 618-670.

11 См.: Салахутдинова Г.И. «Публичный интерес», «интересы неопределенного круга лиц» и «государственные интере-

сы» как основание для обращения прокурора в суд // Законность. 2010. № 12. С. 32-35.

Представляется, что судебная защита публичного интереса обладает теми же чертами, что правосудное обеспечении субъективных прав и свобод. Иное бы противоречило балансу конституционных ценностей в гражданском процессе. В частности, думается, что для судебного гарантирования публичного интереса действует правило о процедурности судебной и невозможность произвольного выбора способа защиты нарушенных благ. Данное требовании отчетливо проявляется в практике Верховного Суда РФ применительно к полномочиям прокурора в гражданском процессе. Например, Верховный Суд РФ неоднократно разъяснял, что понятия «значительное число граждан» и «неопределенный круг лиц» не равнозначны и прокурор вправе обратиться в суд с заявлением лишь в защиту неопределенного круга лиц12. Неопределенный круг -это такой круг лиц, который невозможно индивидуализировать (определить), привлечь в процесс в качестве истцов, указать в исковом заявлении фамилию, имя, отчество, место жительства каждого из истцов, решить вопрос о правах и обязанностях каждого из них при разрешении дела.

Более того, ГПК РФ предъявляет дополнительные требования к оформлению искового заявления, поданного в суд прокурором в защиту публичного интереса. Согласно ч. 3 ст. 131 ГПК РФ в исковом заявлении, предъявляемом прокурором в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований или в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц, должно быть указано, в чем конкретно заключаются их интересы, какое право нарушено, а также должна содержаться ссылка на закон или иной нормативный правовой акт, предусматривающие способы защиты этих интересов.

В судебной практике Тверской области имеется следующий пример: прокурор обратился в районный суд в интересах неопределенного круга лиц к управляющей компании о признании незаконными действий по начислению платы за жилое помещение и коммунальные услуги собственникам помещений в жилых домах по конкретным адресам, мотивировав заявленные требования следующим: круг лиц, являющихся собственниками жилых

12 См., например: Определение Верховного Суда РФ от 24.08.2007 г. № 77-В07-10 // СПС «КонсультантПлюс».

помещений в указанных многоквартирных домах, невозможно индивидуализировать, привлечь в гражданском судопроизводстве в качестве истца в виду их (собственников жилых помещений) большого числа и постоянной смены, по причине предусмотренного ст. 27 Конституции Российской Федерации права граждан свободно передвигаться и выбирать место пребывания и жительства, а также права свободно распоряжаться своим имуществом (жилым помещением), в том числе правом продажи или покупки13.

Очевидно, что в данном споре имелась возможность в исковом заявлении указать фамилию, имя, отчество, место жительства каждого из истцов, поскольку круг лиц, в интересах которых обратился в суд с заявлением прокурор, индивидуализирован: конкретно определен каждый плательщик платы за жилье и коммунальные услуги по указанным в иске адресам. Довод о смене собственников жилых помещений прокурором является лишь предположением, не доказан и документально не подтвержден. А факт наличия у каждого конституционных прав и обязанностей, в том числе предусмотренных ст. 27 и 35 Конституции РФ, не позволяет говорить о неопределенном круге лиц. В противном случае, любая совокупность истцов/ответчиков в процессе могла бы быть признана неопределенной группой лиц ввиду наличия у них конституционных прав.

Приведенный пример, кроме всего прочего, имеет своей целью, чтобы дискурс об общем благе и о балансе частных и публичных интересов не был сведен к той крайности, при которой конституционные ценности публичного характера являются ширмой для этатистских манипуляций государственного аппарата. Вполне ясно, что личность в противостоянии с государством является более «слабым» соперником. Именно поэтому личность, ее права и свободы в Конституции РФ имеют приоритетное положение (в том числе с целью «уравновесить силы»).

Потенциал обеспечительно-гарантирую-щего характера гражданского судопроизводства направлен не только на защиту и обеспечение основных прав и свобод граждан, но также подразумевает в качестве своей цели охрану публичных интересов и ценностей, отвечающих признакам конституционности. В этой связи гражданское судопроизводство обладает гарантирующими свойствами самого высокого уровня, поскольку посредством судебных процедур, с учетом конституционного принципа верховенства права, конституционных ценностей общего блага, нравственности и справедливости, обеспечивается аксиологи-чески выверенный - применительно к конкретным обстоятельствам дела - конституционный баланс частных и публичных интересов, достигается в идеале необходимая гармонизация правового регулирования.

13 См.: официальный сайт Бологовского городского суда Тверской области. ИЯЬ: http://bologovsky.twr.sudrf.ru/modules. php?name=bsr&op=show_text&srv_num=1&id=6960004110531124 0591711000204385