Гендерный аспект во взглядах представителей философской и педагогической мысли России XIX века

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

К. Ю. Брешковская

Тульский государственный педагогический университет

им. Л. Н. Толстого

М. А. Кувырталова

Тульский государственный педагогический университет

им. Л. Н. Толстого

Е. В. Панферова

Тульский государственный педагогический университет

им. Л. Н. Толстого

ГЕНДЕРНЫЙ АСПЕКТ ВО ВЗГЛЯДАХ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ФИЛОСОФСКОЙ И ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ МЫСЛИ РОССИИ XIX ВЕКА

В статье рассматриваются вопросы гендера во взглядах представителей философско-педагогической мысли России XIX века (П.Ф. Каптерев, Л.Н. Толстой,

В.В. Розанов, Н.А. Бердяев, А.С. Хомяков, Н.И. Соловьев и др.). Отмечаются характерные черты, присущие отечественной философской мысли и педагогов-мыслителей: доминирующая роль принадлежит мужчине, созидающая и

воспитывающая - женщине; рассматриваются особенности обращения к гендерному аспекту в контексте русской философской и педагогической мысли России XIX века. Раскрывается позиция равенства женщины и мужчины, обусловившую развитие женского образования и воспитания во второй половине XIX века.

Ключевые слова: гендер, мужчина и женщина, основные направления философско-педагогической мысли России XIX века.

K. Yu. Breshkovskaya

TSPU

M. A. Kuvyrtalova

TSPU

E. V. Panferova

TSPU

THE GENDER ASPECT IN VIEWS OF REPRESENTATIVES OF PHILOSOPHICAL AND PEDAGOGICAL THOUGHT OF RUSSIA OF THE XIX CENTURY

The article deals with gender issues in the views of the representatives of philosophical and pedagogical thought of Russia of XIX century (P.F. Kapterev, L.N. Tolstoy, V. V. Rozanov, N. A. Berdyaev, A.S. Homyakov, N. I. Solovyov, and others). The characteristic features inherent in domestic philosophical thought and teachers-thinkers are noted: the dominating role belongs to the man, creating and bringing up - the woman; features of the appeal to gender aspect in the context of the Russian philosophical and pedagogical thought of Russia of the XIX century are considered. The position of equality of the woman and man, caused development of female education and education in the second half of the XIX century reveals.

Keywords: gender, man and woman, main directions of philosophical and pedagogical thought of Russia of the XIX century.

23

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

Категория пола является одной из основ философско-педагогических исследований. Анализ проблем пола, занимал важное место не только в западной традиции, но и в отечественной философской мысли. Отечественная философия имеет собственную богатую традицию в исследовании проблем пола и любви, называемую феноменом «Русского Эроса», представленную выдающимися русскими мыслителями конца Х1Х - ХХ веков В.С. Соловьевым, В.В. Розановым, Н.А. Бердяевым и другими.

Для понимания и более глубокого осмысления функций полоролевых стереотипов обращаются к опыту прошлых веков в попытке проанализировать существующую асимметрию на основе культурно-исторического опыта.

Традиционно Россия рассматривается преимущественно как «женская» цивилизация в духовном смысле. Трагедии и драмы российской истории, подрывали и истощали духовные силы народа, его истинную мужественность и волю к сопротивлению. Однако Россия как страна с «женским началом», понимается в сугубо природном, гендерном смысле как страна, наделенная свойствами покорности, безвольности, пассивности, рассматриваемыми в качестве родовых черт. «Западничество» как социокультурный феномен, понимание женственности в гендерном ключе осуществляло стремлением приобщить Россию к «маскулинным» ценностям и тем самым осуществить дисциплинирующее, организующее и оформляющее начало. Подобная идейная направленность может являться для России небезобидной в силу тенденциозной направленности на цивилизационную переориентацию или социальную трансформацию, что подтвердилось событиями новейшей истории России [14, с. 69].

Первые попытки описания полоролевой стереотипизации были связаны с необходимостью вычленения типичных различий, относящихся к представлениям женщин и мужчин друг о друге и о себе. Так, типично мужской образ представляет собой набор черт, связанный с социально не ограничивающим стилем поведения, рациональными способностями,

активностью и эффективностью. Типично женский образ, напротив, включает социальные и коммуникативные умения, теплоту и эмоциональную поддержку. При этом чрезмерная акцентуация как типично маскулинных, так и типично феминных черт приобретает уже негативную оценочную окраску: типично отрицательными качествами мужчины признаются грубость, авторитаризм, излишний рационализм и т.п., женщин - пассивность, излишняя эмоциональность и т.п. В целом мужчинам приписывается больше положительных качеств, чем женщинам. Мужчины демонстрируют гораздо большую согласованность в отношении типично мужских качеств, чем женщины - женских.

Ретроспективный анализ литературы показал, что традиционно сложились несколько подходов в трактовке гендера (пола). Понятие пола использовалось для обозначения морфологических и физиологических различий, на основе которых человеческие существа рассматриваются как мужские или женские. Согласно первой, гендерные различия детерминированы

24

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

биологически и/или метафизически, что определяет их вечный и неизменный характер. Сторонники второй полагают, что они социально обусловлены и, таким образом, могут быть преодолены вместе с изменением общественных структур.

Помимо биологического и социального аспектов в анализе проблемы пола сложился третий, символический, или философско-культурный аспект, согласно которому мужское и женское на онтологическом и гносеологическом уровнях существуют как элементы культурно-символических рядов: мужское-рациональное-духовное-божественное-культурное; женское-чувственное-

телесное-греховное-природное.

Анализ проблем пола занимал важное место не только в западной, но и в отечественной философской и педагогической мысли XIX века; впервые обозначается дискуссионность и полярность взглядов на сущность мужского и женского начал [8, с. 56]. Общий контекст в подходах к ее рассмотрению был обусловлен поиском разрешения внутренних противоречий и путей дальнейшего развития российской действительности. В условиях сословного характера культуры и просвещения философская и общественнопедагогическая мысль России была неоднородной, о чем свидетельствуют такие направления в ее развитии как славянофильство и западничество, общечеловеческое и общенациональное, либерально-гуманистическое,

радикально-демократическое, религиозно-философское и др. В рамках этих направлений разрабатывались идеи свободы и гуманизма, общедоступности образования, всеобщего бесплатного начального образования, создания русской национальной системы воспитания, связи обучения с трудовым воспитанием, профессиональной подготовкой и т.д. Данные идеи наряду с вопросами детерминированности различия полов явились методологическими

основаниями в подходах философской и педагогической мысли к гендерному аспекту, в котором проблемам осмысления различия полов, роли женщины в семье, создания условий для общественного воспитания и образования женщин отводилось одно из ключевых мест.

В связи с этим представляет интерес обращение к размышлениям представителей ее основных направлений.

Наиболее ярко подходы славянофильства к проблеме гендера в контексте сложившихся исторических и философских идеалов разумности и цельности русской культуры представлены во взглядах А.С. Хомякова. Семья для него -это божественно санкционированный союз полов, в котором «сердце женщины» облагораживает «ум мужчины»; это «святыня», высшая нравственная ценность, в которой эгоистическая (нормальная) любовь преобразуется в высший тип любви на основе «самоотрицающегося эгоизма». В отличие от социальной, политической сферы именно семья создает условия для преодоления «антагонизма полов» [14, с. 286]. В этой связи А.С. Хомяков считал неприемлемым признание права женщины на свободный развод, так как это может привести к «войне полов», деградации общества, в целом. Только дети и семья могут быть, по Хомякову, священной защитой, которая «спасет слабость женщины от буйной энергии мужского превосходства» [14, с. 262].

25

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

Следует согласиться с мнением исследователя А.А. Безруковой, что «взгляды А.С. Хомякова вполне традиционны: пол трактуется им в чисто биологическом смысле, а половая дифференциация, антагонизм и подчинение женщины - как «природная» и «божественная» данность» [1, с. 5]. Данные идеи в последующем будет разделять П.Ф. Каптерев. «Гений ума - мужской гений, гений сердца - женский», - отмечает П.Ф. Каптерев [5, с. 114].

Следует заметить, что, несмотря на принадлежность к разным направлениям, русские философы выделяют общие характеристики женщины. Женское как начало сердца связывается ими с впечатлительностью, мечтательностью, жалостью, милосердием, состраданием, нежностью,

кротостью, смирением, жертвенностью [7, с. 56].

Более развернутую концепцию понимания роли женщины в контексте христианского идеала семьи, национально-образовательных задач в области воспитания, представили И.Ф. Богданович и А.А. Ширинский-Шихматов.

Отвечая на вопрос о цели супружества, как обо всех интересах двух человек, и что для этого требуется, Богданович пишет: «Непринужденного поведения, искреннейшей любви во всех обстоятельствах, дружеского участия в печалях, болезнях, гонениях; словом, добрые супруги добро и зло должны считать общею их частью» [3, с. 105-106]. В отличие от Хомякова он не рассматривает подчинение женщины мужчине как природную данность. Подчеркивая, что «природа, сделав различие в полах, все вещи сделала для них общими, следственно, добродетели и пороки по сей связи имеют равномерные влияния» [3, с. 110]. В случае разногласий («в нравах по воспитанию, по привычкам или темпераменту») «благоразумие и спокойствие жизни требуют сколько возможно стараться уступать слабостям и мало-помалу нежнейшим образом исправлять то, что исправить возможно всякое принуждение и азиатское начальство весьма неудобны, ибо ...раздражая более и более, наконец, произведет ненависть, а тогда едва ли уже остается другой способ, кроме позорного развода» [3, с. 106]. Добрые нравы семьи он рассматривает как залог успешного воспитания детей.

Признавая равенство способностей мужчины и женщины от природы, И.Ф. Богданович считал вполне закономерным разностороннее умственное образование женщины - «наука и литература могут также быть предметами жизненного призвания женщин». Однако при этом отмечал, что женщины, «кои соединяют в себе все приличные дарования их пола» - редкость. В нынешнем веке все хотят более заниматься ученостью, нежели должностями, не разделимыми с их положением» [3, с. 111].

Иной взгляд на вопрос о гендере, назначении женщины в семье и обществе высказали революционеры-демократы 50-х годов XIX века. Статьи М.М. Михайлова сыграли важную роль в распространении идей о равноправном образовании и воспитании женщин и мужчин, в преодолении домостроевских взглядов на роль женщины в семье и обществе.

Представители данного направления в русской общественно-

педагогической мысли рассматривали проблему гендера в контексте задач

26

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

борьбы против изживших себя крепостнических отношений. В этой связи представляет интерес обращение к рационалистической «философии пола» Н. Г. Чернышевского. Для него природная данность разделения людей по половой принадлежности на женщин и мужчин - «проклятие» человека. В отличие от консервативных точек зрения на первенство мужчины, духовное таинство семьи, присутствующих в философии славянофильства, русской религиозной философии, он рассматривал семью как форму подавления личности женщины, поэтому считал необходимым «радикальное преобразование отношений полов между собой, а также всего порядка общества» [15, с. 399]. Вариант такого преобразования общества, основанный на сочетании идей французского утопического социализма и философии «здорового эгоизма» немецкого философа JI. Фейербаха, Чернышевский предлагал в своем романе «Что делать?». Эмансипация женщин в концепции Чернышевского - это ее равенство с мужчиной, избавление от семейного угнетения, экономическая независимость, возможность образования. Как справедливо отмечает О.В. Рябов, финал человеческой истории Чернышевский представлял следующим образом: «Но когда-нибудь будут на свете только «люди»; ни женщин, ни мужчин (которые для меня гораздо нетерпимее женщин) не останется на свете. Тогда люди будут счастливы» [7, с. 64].

Для Чернышевского понятие «свободная любовь» обозначало

искренность, отказ от деспотизма, насилия над чувствами, отказ от ревности. В этом смысле взгляды Чернышевского утверждали идею «свободной любви» и гражданского брака.

В контексте русской религиозной философия проблема гендера подвергалась осмыслению в работах Л.Н. Толстого, В.С. Соловьева и В.В. Розанова и др.

Вопросы о роли женщины и мужчины нашли своё отражение в работах Л.Н. Толстого «О браке и призвании женщины», «Так что же нам делать?», «Выдержка из частного письма по поводу возражений на статью «Женщинам»», «Записки матери», «Женщины», «Записки мужа», «Мысли о воспитании», «Мать», «Об отношениях между полами», «Разговор отца с сыном», «О соске [Об уходе за маленькими детьми]», «Мысли о воспитании» и т.д.

Позиции женщины и мужчины рассматриваются им как способы служения Богу и людям. При этом служение Богу - это то, что создает условия для единения женщины и мужчины на основе блага и любви. Во всем остальном - это две полярности. К увеличению блага в существующем человечестве призваны преимущественно мужчины; к продолжению самого человечества призваны преимущественно женщины. Из этого различия, указывал мыслитель, вытекают обязанности тех и других

Рассуждая о назначении мужчины и женщины, в контексте христианства, критикуя цивилизацию как извращение божественной правды и человеческого естества, Толстой писал: «Назначение женщины и мужчины одно и то же: служение Богу. Но способы служения того и другого пола различны и точно определены. И потому каждый пол должен служить Богу своим, определенным

27

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

для него способом. Главное, исключительное дело женщины, ей только одной предоставленное и необходимое для жизни и совершенствования человечества, — это рождение и первое воспитание детей. И потому на это дело и на то, что соприкасается с ним, должны быть направлены все силы и внимание женщины. Женщина может делать всё то, что делает мужчина, но мужчина не может делать того, что делает женщина (деторождение и первое воспитание). И потому женщина должна полагать все силы на то, чтобы хорошо делать то дело (деторождения и первого воспитания), которое она одна может делать» [13, с. 414].

Положение о роли женщины-матери, «исполняющей волю Бога», находит свое отражение в работе Л.Н. Толстого «Так что же нам делать?» он указывал на то, что настоящая же мать, зная на деле волю Бога, к исполнению ее будет готовить и детей своих. Л.Н. Толстой акцентирует смысл того, что именно нравственное поведение матери, а отнюдь не ее биологическая жизнь, играет определяющую роль константы духовно-нравственного становления ребенка. Нравственный смысл труда женщины, по мысли Толстого, заключается в рождении, воспитании детей, хозяйствовании, является воплощением ее глубинной сущности.

Таким образом, проблема гендера объясняется дуализмом человеческой природы и мира: с какой бы стороны ни взглянуть на мир, он везде состоит из двух сторон, из двух крайностей, взаимно друг друга дополняющих. Есть тепло, и есть холод; есть эгоизм, и есть гуманизм; есть мужественность, есть и женственность, поэтому женщина предназначена дополнять сделанное мужчиной, а не только повторять.

Согласно теологии пола В.С. Соловьева, половая любовь - высшая и абсолютная ценность человеческого бытия. Только такая любовь, по Соловьеву, может создать «истинного человека», потому что «истинный человек в полноте своей идеальной личности. не может быть только мужчиной или только женщиной, а должен быть высшим единством обоих» [8, с. 513].

В «Смысле любви» Соловьёв писал, что «...пребывать в половой раздельности - значит пребывать на пути смерти. Истинный человек в полноте своей идеальной личности, очевидно, не может быть только мужчиной или только женщиной, а должен быть высшим единством обоих». Требование высшего единства мужского и женского вовсе не означало того, что Соловьёв признавал ценность реальной женщины или хотел, чтобы мужчина усвоил некоторые женские добродетели, а женщина - мужские [6, с.129].

Целостный человек для Соловьева - это единство мужского и женского принципов, из которых первый (мужской) есть «субъект познающий и деятельный», т.е. «человек в собственном смысле», а второй (женский) -выступает в качестве «объекта познанного и пассивного» [7, с. 363]. Как мы видим, несмотря на необычность высокой оценки половой любви, в теологии пола В.С. Соловьева воспроизводится традиционная патриархальная логика бинарных оппозиций фемининного и маскулинного.

28

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

Теология пола В.С. Соловьева во многом повлияла на формирование взглядов таких представителей русской религиозной философии, как Н.А. Бердяев (1874-1948), В.В. Розанов (1856-1919), П.А. Флоренский (1882-1943).

Интересны мысли Н.А. Бердяева об амбивалентности женщины, как телесного и как сверх духовного; которое и уступает мужскому, и превосходит его. Под влиянием романтизма утверждаются представления о женщине как существе менее чувственном, чем мужчина. Культ женственности этого периода в России, так же как в Западной Европе и Америке, исключал идею женской сексуальности [7, с. 68].

В этой связи интерес представляют размышления П.Ф. Каптерева. «Христианство является как бы преимущественно религией женщин», -полагает П.Ф. Каптерев, аргументируя это тем, что оно проповедует «мирные добродетели»: любовь к людям, терпение, самоотречение, преданность и повиновение. В языческих же нравственных идеалах, напротив, «было более соприкосновения со свойствами мужского психического типа, чем женского» [5, с. 80]. Достаточно четко он формулирует педагогическую функцию женщины, при этом подчеркивает вслед за К.Д. Ушинским общественное значение женщины-матери для формирования гражданской позиции детей: «Если мать ясно понимает положение общества и государства, их взаимные отношения и те ближайшие задачи, которые стоят на очереди у того и другого, то она может оказать могущественное содействие образованию человека-гражданина; если же она чужда всем подобным вопросам и с головой погружена в переживание разнообразных мелочей своей женской жизни, тогда во влиянии семьи на формирование из дитяти человека-гражданина будет весьма существенный пробел» [5].

Таким образом, во взглядах русских религиозных философов прослеживается влияние консерватизма, характерными особенностями которого были враждебность и противодействие прогрессу, приверженность традиционному. В консерватизме обнаруживаются сходные идейные установки: признание существования всеобщего морально-религиозного

порядка применительно предмета гендера, несовершенство человеческой природы в лице женщины, убеждение в ее природном неравенстве с мужчиной. Враждебность русской утопической мысли к женщине и женственности сочеталась с резкими нападками философов на женское освободительное движение, которое к концу XIX века с уверенностью заявило о своем существовании. Так, Н.Ф. Фёдоров назвал это движение «анормальным и тератологическим явлением», в основе которого лежит глубокое презрение к женщине. По мнению философа, стремление женщины к эмансипации связано с искусственностью городской жизни, в которой женщина ищет равноправия в юридическо-экономических сферах.

Обращение к гендерному аспекту в контексте русской философской и педагогической мысли России XIX века позволяет отметить ряд особенностей:

1. философский аспект основан на амбивалентности отношения к женской природе как проявлению полярности бытия - греховной, разрушительной и, одновременно, созидающей;

29

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

2. дифференциация мужского и женского начал рассматривается также как метафизический или духовно-религиозный принцип;

3. в основе русской философии пола - патриархальные основы, согласно которым доминанта принадлежит мужчине, даже при сравнительно высокой значимости женщины в условиях общества, оценка ее роли никогда не признавалась выше или равной мужской.

Исключение составляли взгляды представителей радикализма в лице Н.Г. Чернышевского и его последователей.

Литература

1. Безрукова А.А. Проблема категории пола в отечественной социально-

философской мысли XIX-XX веков [Электронный ресурс] // Вестник Майкопского государственного технологического университета. 2010. Вып. 4. URL: http://lib.mkgtu.rU/images/stories/ioumal-vmgtu//2010-04/026.pdf (дата

обращения: 15.04.2015). [Bezrukova A.A. Problema kategorii pola v otechestvennoj social'no-filosofskoj mysli XIX-XX vekov [Jelektronnyj resurs] // Vestnik Majkopskogo gosudarstvennogo tehnologicheskogo universiteta. 2010. Vyp. 4. URL: http://lib.mkgtu.ru/images/stories/iournal-vmgtu//2010-04/026.pdf (data

obrashhenija: 15.04.2015). (In Russ.)]

2. Бердяев Н. Письмо будущей жене Л.Ю. Рапп // Эрос и личность. Философия пола и любви. М.: Наука, 1989. С. 15-16. [Berdjaev N. Pis'mo budushhej zhene Jl.Ju. Rapp // Jeros i lichnost'. Filosofija pola i ljubvi. M.Nauka, 1989. Р. 15-16. (In Russ.)]

3. Богданович И.Ф. О воспитании юношества // Антология педагогической мысли России первой половины XIX века / сост. П.А. Лебедев. М.: Педагогика, 1987. 106 с. [Bogdanovich l.F. O vospitanii junoshestva // Antologija pedagogicheskoj mysli Rossii pervoj poloviny XIX veka / sost. P.A. Lebedev. M.: Pedagogika, 1987. 106 р. (In Russ.)]

4. Брешковская К.Ю., Панферова Е.В., Сороцкий М.С. Семьеустройство в контексте философско-педагогического наследия Л.Н. Толстого // Известия ТулГУ. Гуманитарные науки. 2015. Вып. 1. С. 3-13. [Breshkovskaja K.Ju., Panferova E.V., Sorockij M.S. Sem'eustrojstvo v kontekste filosofsko-pedagogicheskogo nasledija L.N. Tolstogo // Izvestija TulGU. Gumanitarnye nauki. 2015. Vyp. 1. Р. 3-13. (In Russ.)]

5. Каптерев П.Ф. О семейном воспитании / сост. и авт. коммент. И.Н. Андреева. М.: Академия, 2000. 168 с. [Kapterev P.F. O semejnom vospitanii / sost. i avt. komment. l.N. Andreeva. M.: Akademija, 2000. 168 р. (In Russ.)]

6. Лосский Н. О. История русской философии. М.: Советский писатель, 1991. 480 с. [Losskij N. O. Istorija russkoj filosofii. M.: Sovetskij pisatel', 1991. 480

р. (In Russ.)]

7. Рябов О.В. Русская философия женственности (Xl-XX века). Иваново: Юнона, 1999. 360 с. [Rjabov O.V. Russkaja filosofija zhenstvennosti (Xl-XX veka). lvanovo: Junona, 1999. 360 р. (ln Russ.)]

30

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого

№ 4, декабрь 2015 г.

8. Соловьев В.С. Собрание сочинений. В 2 т. М.: Мысль, 1988. Т. 2. 822

с. [Solov'ev V.S. Sobranie sochinenij. V 2 t. M.: Mysl', 1988. T. 2. 822 p. (In Russ.)]

9. Толстой Л.Н. Круг чтения: избранные, собранные и расположенные на

каждый день Львом Толстым, мысли многих писателей об истине, жизни и поведении 1904-1908. Т. 1 // Полное собрание сочинений. В 90 т. М.:

Гослитиздат, 1957. Т. 41. 610 с. [Tolstoj L.N. Krug chtenija: izbrannye, sobrannye i raspolozhennye na kazhdyj den' L'vom Tolstym, mysli mnogih pisatelej ob istine, zhizni i povedenii 1904-1908. T. 1 // Polnoe sobranie sochinenij. V 90 t. M.: Goslitizdat, 1957. T. 41. 610 р. (In Russ.)]

10. Толстой Л.Н. Круг чтения: избранные, собранные и расположенные на

каждый день Львом Толстым, мысли многих писателей об истине, жизни и поведении 1904-1908. Т. 2 // Полное собрание сочинений. В 90 т. М.:

Гослитиздат, 1957. Т. 42. 717 с. [Tolstoj L.N. Krug chtenija: izbrannye, sobrannye i raspolozhennye na kazhdyj den' L'vom Tolstym, mysli mnogih pisatelej ob istine, zhizni i povedenii 1904-1908. T. 2 // Polnoe sobranie sochinenij. V 90 t. M.: Goslitizdat, 1957. T. 42. 717 р. (In Russ.)]

11. Толстой Л.Н. Произведения 1856-1869 гг. // Полное собрание сочинений. В 90 т. / под общ. ред. В.Г. Черткова. М.: Гослитиздат, 1936. Т. 7. 432 с. [Tolstoj L.N. Proizvedenija 1856-1869 gg. // Polnoe sobranie sochinenij. V 90 t. / pod obshh. red. V.G. Chertkova. M.: Goslitizdat, 1936. T. 7. 432 р. (In Russ.)]

12. Толстой Л.Н. Произведения 1880-x гг. // Полное собрание сочинений. В 90 т. / под общ. ред. В.Г. Черткова. М.: Гослитиздат, 1937. Т. 25. 916 с. [Tolstoj L.N. Proizvedenija 1880-x gg. // Polnoe sobranie sochinenij. V 90 t. / pod obshh. red. V.G. Chertkova. M.: Goslitizdat, 1937. T. 25. 916 р. (In Russ.)]

13. Хомяков А.С. Сочинения. В 2 т. М.: Московский философский фонд : Медиум, 1994. Т. 1. 591 с. [Homjakov A.S. Sochinenija. V 2 t. M.: Moskovskij filosofskij fond : Medium, 1994. T. 1. 591 р. (In Russ.)]

14. Хомяков А.С. О старом и новом: статьи и очерки. М.: Современник, 1988. 461 с. [Homjakov A.S. O starom i novom: stat'i i ocherki. M.: Sovremennik, 1988. 461 р. (In Russ.)]

15. Чернышевский Н.Г. Что делать? Из рассказов о новых людях. М.: Художественная литература, 1985. 399 с. [Chernyshevskij N.G. Chto delat'? Iz rasskazov o novyh ljudjah. M.: Hudozhestvennaja literatura, 1985. 399 р. (In Russ.)]

16. Чернышевский Н.Г. Письмо Ю.П. Пыпиной [25 февр. 1878] // Полное собрание сочинений. В 15 т. М.: Гослитиздат, 1953. Т. 15. 152 c. [Chernyshevskij

N.G. Pis'mo Ju.P. Pypinoj [25 fevr. 1878] // Polnoe sobranie sochinenij. V 15 t. M.: Goslitizdat, 1953. T. 15. 152 р. (In Russ.)]

17. Ширинский-Шихматов А.А. Письма о воспитании благородной девицы и об обращении ее в мире. М.: Унив. тип., 1901. 318 с. [Shirinskij-Shihmatov A.A. Pis'ma o vospitanii blagorodnoj devicy i ob obrashhenii ee v mire. M.: Univ. tip., 1901. 318 р. (In Russ.)]

31