Реализация реформы 19 февраля 1861 г. В Черноземном центре России. Историографический обзор (50-е гг. Xx начало XXI В. )

«СОВРЕМЕННЫЕ ВОПРОСЫ ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЯ И ИСТОРИОГРАФИИ... СПб., 2014»

К. О. Валегина

реализация реформы 19 февраля 1861 г. В черноземном ЦЕНТРЕ РОССИИ. историографический обзор

Вопросами, связанными с изучением последствий реализации реформы 19 февраля 1861 г., на протяжении долгого времени традиционно занимались как дореволюционные, так и современные отечественные исследователи. Значительную роль в активизации работы над изучением условий реализации реформы стало празднование ее 100-летнего юбилея в 1961 г. Представление об этом этапе работы дают два историографических обзора, которые были написаны П. А. Зайончковским и Б. Г. Литваком1, подводящие некоторый итог изучения реформы в послевоенный период.

Изучение условий проведения реформы непосредственно в Черноземном центре началось лишь в середине 50-х гг. XX в.

В историографии данной темы можно выделить несколько этапов: 1) 50-е гг. XX в., когда впервые вводятся в научный оборот уставные грамоты в качестве источника для изучения условий проведения реформы (пока лишь в небольшом объеме, без использования какой-либо методики подбора источников); 2) конец 50-х — 70-е гг. — сплошное массовое изучение большого количества источников, охватывающих различные регионы страны (крупнейшими стали работы П. А. Зайончковского и Б. Г. Литвака); 3) 1980-е — 2000-е гг. — период применения компьютерных техноло-

1 Зайончковский П. А. Советская историография реформы 1861 г. // Вопросы истории. 1961. № 2; Литвак Б. Г. Советская историография реформы 19 февраля 1861 г. // История СССР. 1960. № 6.

гий и разработки единой методики изучения источников с применением математико-статистического аппарата (работы С. Г. Кащенко).

На начальном этапе было написано шесть работ2, из них две посвящены подготовке реформы, остальные в той или иной мере рассматривают вопросы ее осуществления. Среди них выделяется работа В. И. Крутикова, где реализации реформы уделено много внимания, хотя автор оперирует обработанным им материалом уставных грамот только по Алексинскому и Веневскому уездам, а также по Новосильскому уезду Тульской губернии3, изученному еще П. А. Зайончковским. По мнению Б. Г. Литвака, «для выяснения точного процента отрезки, изменений в размере и формах повинностей, особенностей экономической стороны реформы в Тульской губернии необходимо было изучить уставные грамоты всех 12 уездов губернии, т. к., хотя автор и пишет, что «в нашем распоряжении имеются данные обработки уставных грамот по трем наиболее типичным уздам Тульской губернии», по своему характеру уставная грамота, как источник, не терпит выборочного изучения»4.

Кандидатская диссертация К. Ф. Максимовой, посвященная реформе в Тамбовской губернии, основана на изучении 307 уставных грамот Кирсановского и 50 грамот Моршанского уездов. Автор мало внимания уделяла результатам реформы и не объясняла выбор именно этих уездов, но подробно проанализировала проекты улучшения быта помещичьих крестьян, выработанные в Тамбовском комитете по улучшению быта крестьян, попыталась раскрыть причины разногласий в комитете.

2 Бакусова Л. Н. Подготовка отмены крепостного права в центрально-черноземных губерниях: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 1952; Елисеева В. Н. Подготовка крестьянской реформы 1861 г. в Рязанской губернии (Рязанский губернский дворянский комитет 1858-1859 гг.) // Ученые записки гос. пед. ин-та. 1953. № 11; Богданов Г. М. Проведение реформы 1861 г. в Курской губернии // В помощь учителю: Сб. методических разработок по краеведению. Курск, 1959; Крутиков В. И. Отмена крепостного права в Тульской губернии. Тула, 1956; Максимова К. Ф. Крестьянская реформа 1861 г в Тамбовской губернии: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 1951; Шевченко М. М. Помещичьи крестьяне Воронежской губернии накануне и в период падения крепостного права: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Воронеж, 1956.

3 Весьма интересны сведения о количестве дарственных наделов в Тульской губернии: они не совпадают со сведениями статистического сборника «Дарственное надельное землевладение крестьян» и позволяют предположить, что в последнем имеются значительные пропуски и неточности.

4 Литвак Б. Г. Советская историография. С. 113.

Заслуга автора состоит в том, что были введены в научный оборот ранее неиспользовавшиеся материалы.

М. М. Шевченко обработал данные уставных грамот, содержащих сведения о приблизительно 100 000 крестьян Воронежской губернии, однако, по подсчетам Б. Г. Литвака, в Российском государственном историческом архиве имеются данные о свыше 200 000 крестьян, хотя автор и считал свои данные наиболее полными5.

Таким образом, большая часть губерний Черноземного центра стала объектом изучения, причем основное его направление — это рассмотрение реализации «Положений» 19 февраля 1861 г. Однако охват исследования уставных грамот в этот период был еще неполным, а методика анализа далеко не безупречна.

В это же время выходит ряд статей, посвященных крестьянскому и помещичьему хозяйству в середине XIX в.

Надельному землевладению крестьян Тамбовской губернии в 60-х гг. XIX в. посвящена статья Г. М. Птушкина6, в которой автор, используя данные официальной статистики, а также исследование И. И. Игнатович7, приводит таблицу о среднем размере дореформенного и пореформенного земельного надела и отрезках земли бывших помещичьих крестьян по уездам Тамбовской губернии8. В приведенных автором свидетельствах говорится о потерях крестьян в результате отрезки земли после реформы. В целом работа, основанная на материалах официальной статистики, обладает всеми недостатками и условностями работ такого рода.

Изучению помещичьего хозяйства центрального земледельческого района России в годы кризиса крепостной системы посвящена статья Ю. В. Кожухова9. На основании данных А. Скребицкого, работ

5 Там же. С. 114.

6 Птушкин Г. М. Надельное землевладение крестьян Тамбовской губернии в 60-х гг. XIX в. // Труды Воронежского гос. университета: Сб. работ историко-филологического факультета. Воронеж, 1958. Т. 38. С. 20.

7 Игнатович И. И. Помещичьи крестьяне накануне освобождения. М., 1910.

8 Данные таблицы показывают, что площадь земельного надела бывших помещичьих крестьян в среднем была равна 2,48 дес., т. е. на 0,4 дес. меньше, чем площадь дореформенного надела, и на 0,75 дес. меньше среднего земельного надела крестьян во всех губерниях Европейской России (подробнее см.: Птушкин Г. М. Надельное землевладение крестьян Тамбовской губернии в 60-х гг. XIX в. С. 20).

9 Кожухов Ю. В. Помещичье хозяйство центрального земледельческого района России в годы кризиса крепостной системы // Ученые записки Ленинградского гос. пед. ин-та им. А. И. Герцена. Исторический ф-т. Т. 102. Л., 1955.

И. И. Игнатович и материалов губернских ведомостей, автор характеризует состояние помещичьего хозяйства черноземных губерний (Орловской, Курской, Воронежской, Тамбовской, Рязанской, Тульской и Пензенской). Автор приводит свидетельства роста барской запашки в середине XIX в. (до 50,14% в этом районе) и о резком сокращении в два-три раза крестьянского землепользования10.

В 1959 г. вышла монография И. Д. Ковальченко «Крестьяне и крепостное хозяйство Рязанской и Тамбовской губерний в первой половине XIX в. (К истории кризиса феодально-крепостнической системы)», в которой автор, анализируя состояние различных сторон помещичьего хозяйства в данных губерниях, показывал, что наиболее характерной его чертой было все более интенсивное развитие товарно-денежных отношений, что, в свою очередь, привело к разложению феодально-крепостнической системы хозяйства. В 30-50-е гг. XIX в. помещичье хозяйство переживало «состояние хронического и все более усиливающегося упадка, который углублялся, охватывал постепенно все стороны этого хозяйства и достиг наибольшей остроты в 50-х гг.»11

Со второй половины 50-х гг. появляются исследования качественно иного уровня, основанные на сплошном, детальном изучении уставных грамот и выкупных актов. Особую роль здесь сыграли работы Б. Г. Литвака, в частности его кандидатская диссертация «Уставные грамоты Московской губернии как источник по истории реализации «Положений» 19 февраля 1861 г.» (М., 1956), а также ряд статей, опубликованных в эти годы12. Исследования не затрагивали Черноземный центр, но в них была апробирована методика, ставшая впоследствии основой для изучения целого региона.

Ключевым моментом работ Б. Г. Литвака явилось подробное изложение методики обработки фонда уставных грамот. Им был поднят также

10 Там же. С. 88-89.

11 Ковальченко И. Д. Крестьяне и крепостное хозяйство Рязанской и Тамбовской губерний в первой половине XIX в. (К истории кризиса феодально-крепостнической системы хозяйства). М., 1959. С. 136-138.

12 Литвак Б. Г. 1) О приемах публикации источников статистического характера // Исторический архив. М., 1957. № 2; 2) Предварительные итоги обработки уставных грамот шести губерний черноземного центра // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 1960. Киев, 1962.

вопрос о возможности публикации уставных грамот, тщательно проанализирован и изучен формуляр уставной грамоты13.

В это же время появляется ряд работ, посвященных анализу пред-реформенного состояния страны в целом, рассматривающих процесс подготовки и сам ход реформы. Были получены и предварительные выводы о последствиях реформы для крестьян Великороссийских губерний. Классическими работами в этой области стали две монографии П. А. Зайончковского «Отмена крепостного права в России» (1-е издание вышло в свет в 1954 г., 2-е — в 1960 г. и 3-е — в 1968 г.) и «Проведение в жизнь крестьянской реформы» (М., 1958).

Последняя работа П. А. Зайончковского явилась заметным событием в историографии реализации реформы. В своем исследовании автор опирался на данные более чем 7 тыс. уставных грамот и 3,5 тыс. выкупных актов по губерниям Европейской России, в том числе и губерний центрально-черноземного района (по материалам Новосильского и Веневского уездов Тульской губернии, Сенгелевского уезда Симбирской губернии, Нижнедевицкого, Новохоперского и Валуйского уездов Воронежской губернии, а также использовались в работе данные по Кирсановскому уезду Тамбовской губернии, изученные ранее К. Ф. Максимовой).

Анализируя эту монографию П. А. Зайончковского, Б. Г. Литвак высоко оценил проделанную им работу, в которой был собран и введен в научный оборот весь материал из многочисленных неопубликованных диссертаций. Однако, по его мнению, автор не смог преодолеть разнохарактерность собранных им материалов, не выработал единой методики изучения уставных грамот. Литвак не соглашался с мнением Зайончковского о том, что процесс массового обезземеливания крестьян происходил не столько во время проведения реформы, сколько на всем протяжении первой половины XIX в., что и привело к значительному сокращению крестьянского землепользования. Литвак считает неверным «искать причины изменения крестьянского землепользования в период реформы, вне реформы»14. Поэтому причины отрезков следует искать, прежде всего, во всем укладе хозяйства помещика и его планах дальнейшего ведения хозяйства в момент составления уставных грамот. Этим

13 Литвак Б. Г. К истории формуляра уставной грамоты 1861 г. // Археографический ежегодник. 1957. М., 1958.

14 Литвак Б. Г. Советская историография. С. 116-117.

и объясняется необходимость тщательного анализа таких важных компонентов помещичьего хозяйства, как его размер и форма эксплуатации крестьян. Зайончковский обращал внимание на отсутствие связи между размером отрезки и формой эксплуатации крестьян в дореформенное время. Однако Литваком было установлено, что в оброчных имениях процент отрезки выше, чем в барщинных15. И дело здесь не только в отрезках. В некоторых уставных грамотах были отмечены благоприятные условия для крестьян. В пределах волости такие случаи единичны, но в пределах губернии они вырастают в определенное явление, касающееся иногда десятков тысяч крестьян. По мнению Литвака, прирезки, снижение повинностей, благоприятное разверстание и т. д. никак не могут быть объяснены дореформенным процессом обезземеливания крестьян16.

Фундаментальным трудом по истории реформы 1861 г. в Черноземном центре стала монография Б. Г. Литвака «Русская деревня в реформе 1861 г. Черноземный центр. 1861-1895 гг.»17, в которой автор анализирует ситуацию в Воронежской, Курской, Орловской, Рязанской, Тамбовской и Тульской губерниях. Здесь было сосредоточено около четверти всех помещиков и почти пятая часть крепостных России, и именно здесь «крепостное право имело старейшую историческую традицию, именно здешние помещики были самыми ярыми противниками его отмены...»18 Основу исследования составили 17 987 уставных грамот и 17 738 выкупных актов со всеми сопровождающими их документами. Достоверность важнейших показателей предреформенного состояния помещичьей деревни (таких как количество земли крестьян, форма и размер повинностей) устанавливалась путем сплошного сравнения уставных грамот на имения свыше 100 душ с материалами Редакционных комиссий («Извлечения из описаний помещичьих имений свыше 100 душ»)19. Автор с большой степенью доверия относится к данным уставных грамот, т. к. уставная грамота составлялась в то время, когда условия реформы были известны, и помещиками ни к чему было в ней преувеличивать размер дореформенного надела, крестьяне же прекрасно знали, сколько зем-

15 Там же. С. 118.

16 Там же.

17 Литвак Б. Г. Русская деревня в реформе 1861 г. Черноземный центр. 1861-1895. М., 1972.

18 Там же. С. 31.

19 Там же. С. 34.

ли было у них, и всякое неточное указание встречало их возражение. «Помещик же был заинтересован в том, чтобы преувеличить не только размеры, но и количество форм отбываемых повинностей, т. к. если, например, крестьяне не были на чистом оброке, то это автоматически закрывало им возможность воспользоваться правилом, по которому сумма оброка при сохранении прежнего надела не может быть увели-чена20. В то же время данные «Извлечений.» вызывают недоверие автора. Проанализированный материал позволяет сделать вывод о неточности данных «Извлечений.»: лишь в одном случае из 11 размер дореформенного надела крестьян указан меньше, чем в уставных грамотах, в остальных случаях он больше, причем разница составляла от 1,4 до 17,9 %21. Репрезентативность фонда уставных грамот подтверждалась сравнением с данными по населению, приводимыми А. Г. Тройницким22: так, расхождение по Тамбовской губернии составило лишь 2,3 %. Исследование представляло большой интерес не только фактическими результатами, но и на долгие годы стало своего рода методическим эталоном, на который ориентировались позднейшие исследователи. Используя метод группировки данных, автор разделил помещичьи имения следующим образом: до 21 души, от 21 до 100 душ и свыше 100 душ. Недостаток такой группировки, по свидетельству автора, в том, что в группе «свыше 100 душ» нет градации23. Но такая группировка неминуемо вела бы к громоздкости таблиц, поэтому при анализе данных особо были выделены имения крупных помещиков и оценены процессы, в них происходящие. Далее в этих группах имения разделялись по форме повинностей. Подобная методика применялась и при обработке выкупной операции. В то же самое время этот метод обладал ограниченными возможностями, хотя и позволял автору, с одной стороны — сопоставить свои результаты с материалами источников середины XIX в., где такая группировка была традиционна, с другой стороны — являлся недостаточно гибким. Анализируя дореформенное землепользование крестьян, автор приходит в выводу, что в Тамбовской губернии в имениях от 21 до 100 душ был самый низкий надел у барщинных крестьян (барщин-

20 Там же. С. 36.

21 Там же. С. 39.

22 Тройницкий А. Г. Крепостное население в России по 10-й народной переписи. СПб., 1861.

23 Литвак Б. Г. Русская деревня в реформе 1861 г. С. 42.

ные крестьяне имели надел в 2 дес. 2393 саж.; оброчные — 3 дес. 117 саж., на смешанной повинности — 2 дес. 2003 саж.)24.

Таким образом, «пятая часть барщинных крестьян в районе, где барщинные крестьяне составляли свыше 63% всего крепостного населения, понесла реальные потери от наступления помещиков на их надел»25. Самый большой надел в губернии был у крестьян на смешанной повинности в имениях до 21 души Кирсановского уезда — 5 дес. 1400 саж. В имениях с числом от 21 до 100 душ средним наделом от 1 до 2 дес. пользовалось 0,8% оброчных, другие категории крестьян такого надела не имели. Свыше 4 дес. был надел у 5,4% оброчных Борисоглебского уезда. Этот средний надел был самым большим в данной группе. В имениях свыше 100 душ самый низкий средний размер надела в 1066 саж. был у 2% оброчных Усманского уезда, самый высокий — 4 дес. 175 саж. — у оброчных Борисоглебского уезда. В Тамбовской губернии свыше 1000 крестьян на оброке пользовались наделом менее 0,5 дес., и это было в уезде, где барщинные крестьяне имели больше 3 дес. на душу. Но и здесь наивысшие наделы были у оброчных крестьян26. В целом итоги по району были следующие: наиболее благоприятное распределение наделов по их размерам было у оброчных крестьян. Среди них 22% владели землей от 4 дес. и более на душу, 48,3% имели наделы от 3 до 4 дес. У барщинных крестьян только 4,3% имели наделы более 4 дес. и только около 34% — от 3 до 4 дес. Зато здесь не было наделов менее 2 дес.27

По мнению Б. Г. Литвака, это явление вполне объяснимо: наделение барщинных крестьян большим наделом автоматически снижало их отработочные дни на господском поле, оброчный же крестьянин работает на поле для себя28. Анализируя размер оброчных платежей в предрефор-менной деревне, автор устанавливает их прямую зависимость от размера помещичьего имения: чем крупнее имение, тем выше размер оброка29. Анализируя пореформенный надел крестьян, Б. Г. Литвак приходит к выводу, что в Тамбовской губернии был самый низкий процент отрезки по району (всего 40,1%), тогда как прирезка составила 11,9% и без изме-

24 Там же. С. 77.

25 Там же. С. 78.

26 Там же. С. 84-85.

27 Там же. С. 87.

28 Там же. С. 88.

29 Там же. С. 121.

нений осталось 48% крестьянских наделов30. В Усманском уезде отрезка составила 4,2%. Самый высокий процент отрезки был в Борисоглебском уезде — 25,6%, в Козловском и Лебедянском уездах — 6%, в Спасском и Шацком уездах — 12,7%31. Также Тамбовская губерния отличается от всех остальных черноземных губерний тем, что душевой размер оброка сократился здесь в наименьшей степени — всего на 37 коп. Поуездные колебания этого сокращения характеризуются следующими показателями: от 2 коп. в Лебедянском уезде до 97 коп. в Тамбовском. В уездах со значительным числом оброчных крестьян (Елатомский и Шацкий) сокращение было ненамного выше среднегубернского показателя. Если до реформы самый низкий душевой оброк составлял в среднем 4 руб. 39 коп. в Усманском уезде, а самый высший был 9 руб. 24 коп. в Тамбовском, то, по уставным грамотам, эти же уезды остаются на полюсах, но различие оброка несколько сокращается: 4 руб. 31 коп. — 8 руб. 27 коп. И здесь отмечается последовательное повышение душевого оброка по мере возрастания размеров помещичьего хозяйства32. Не соглашаясь с выводом П. А. Зайончковского о зависимости размеров отрезки от всего процесса обезземеливания крестьян, который происходил интенсивно до реформы, Б. Г. Литвак приходит к выводу о «влиянии формы эксплуатации крестьян до реформы на помещичьи планы ведения хозяйства после реформы, а отсюда — о причинной связи формы эксплуатации с отрезкой и прирезкой»33. Автор пришел к заключению, что «отмену крепостного права в России можно рассматривать как единовременный акт только с точки зрения формально-юридической. В действительности это был процесс, на начальной грани которого провозглашалось освобождение личности от власти помещика, а на конечной — создание общинной и подворной поземельной собственности, что расширяло возможность для возникновения парцеллярной собственности и, следовательно, сельскохозяйственного капитализма»34.

В конце 70-х гг. вышла монография Н. М. Дружинина «Русская деревня на переломе. 1861-1880» (М., 1978), в которой автор ставил под сомнение данные, полученные при изучении уставных грамот, т. к., по мне-

30 Там же. С. 153.

31 Там же. С. 192.

32 Там же. С. 284-285.

33 Там же. С. 197.

34 Там же. С. 407.

нию автора, «все эти расчеты только приблизительны, так как цифровые данные уставных грамот часто неточны и самые грамоты далеко не все сохранились»35. Автор пришел к выводу, что «процедура введения в действие уставных грамот лишила крестьян русских губерний огромного земельного пространства и не обеспечила им возможности вести самостоятельное трудовое хозяйство и платить государству и помещикам установленные повинности»36.

Проведению крестьянской реформы 1861 г. в Саратовской губернии посвящено исследование А. Е. Кильмяшкина37. Методика, предложенная автором, представляет несомненный интерес. В центре внимания оказалось изменение крестьянского землепользования по данным уставных грамот и выкупных документов38. В процессе исследования были составлены многочисленные таблицы, в которых автор, взяв за основу методику, предложенную Б. Г. Литваком, но изменив группировку данных, разделил имения по величине и формам эксплуатации (до 21, 21-100, 101-250, 251-500 и свыше 500), по величине дореформенного оброка, послереформенных изменений — выделил селения с отрезкой, прирезкой и без изменений, проанализировал ход выкупной операции. В результате, им было сделано наблюдение, что ко времени выкупа крестьянское землепользование несколько изменилось. Причиной этого явления стало перечисление крестьян уже после составления уставных грамот из одного сельского общества в другое, выкуп уменьшенных наделов или выход крестьян на дарственный надел39. Несмотря на уменьшение выкупных платежей по сравнению с оброком, в положении крестьян не произошло улучшения. Это, по мнению автора, свидетельствовало о грабительском характере крестьянской реформы40.

В своей следующей монографии «Мордовия в реформе 1861 г.»41 А. Е. Кильмяшкин обратился к изучению уездов, составлявших территорию современной Мордовии — Саранскому, Инсарскому, Наровчатскому и Краснослободскому уездам Пензенской губер-

35 Дружинин Н. М. Русская деревня на переломе. 1861-1880. М., 1978. С. 49-50.

36 Там же.

37 Кильмяшкин А. Е. Проведение крестьянской реформы 1861 г. в Саратовской губернии. Саранск, 1997.

38 Автор изучила 1535 дел Фонда 577 Российского государственного исторического архива.

39 Кильмяшкин А. Е. Проведение крестьянской реформы. С. 140.

40 Там же. С. 158.

41 Кильмяшкин А. Е. Мордовия в реформе 1861 г. Саранск, 2000.

нии, Ардатовскому и Корсунскому уездам Симбирской губернии, Темниковскому и Спасскому уездам Тамбовской губернии, Лукояновскому и Сергачскому уездам Нижегородской губернии. Им были изучены 974 уставные грамоты, хранящиеся в Фонде 577 Главного выкупного учреждения Российского государственного исторического архива, которые охватывали 82,1% крепостных крестьян. В работе дан краткий социально-экономический обзор, проанализированы изменения в наделах и повинностях крестьян накануне и после реформы, изучены подготовка реформы в губернских комитетах и крестьянское движение в период введения уставных грамот, а также выкупная операция. Автором были сделаны интересные выводы о том, что качество почвы не имело никакого влияния на выбор помещиком той или иной формы эксплуатации (примером стал Спасский уезд Тамбовской губернии, где был самый большой процент барщинных крестьян, хотя сам уезд по Положениям 1861 г. был отнесен к нечерноземной полосе)42. Анализ итоговых данных многочисленных таблиц, составленных в ходе исследования, свидетельствовал о том, что несколько в лучшем положении находились крестьяне оброчных имений. Наделами в 3 и более десятин накануне реформы пользовались 39,3% крестьян оброчных имений, 35,6% крестьян со смешанной формой эксплуатации и 31,5% крестьян барщинных имений. В лучшем положении были крестьяне группы имений «свыше 500 душ». В этой группе наделами в 3 и более десятин пользовались 54,2% крестьян. В худшем положении были крестьяне группы имений «от 251 до 500 душ» (наделами в 3 и более десятин пользовались только 20,6 % крестьян). В группе «до 21 души» такими наделами пользовались 22,6% крестьян, в группе «от 21 до 100 душ» — 25,6% крестьян и в группе «от 101 до 251 души» пользовались наделами в 3 и более десятин 32% крестьян43. По мнению автора, нельзя с уверенностью утверждать, что крестьяне той или иной формы эксплуатации во всех группах имений были лучше обеспечены землей до реформы. Несмотря на то, что в некоторых уездах в лучшем положении оказались (судя по величине надела) крестьяне с различными формами эксплуатации, тем не менее, эти наделы были нищенские и не могли полностью удовлетворить потребности крестьян. Следовательно, экономическое по-

42 Там же. С. 29-30.

43 Там же. С. 46-48.

ложение крестьянской семьи на территории Мордовии накануне реформы было очень тяжелое44. «Наделы не могли удовлетворить хозяйственной потребности как крестьян — мордвы, так и крестьян в целом по Мордовии. Сравнение наделов, полученных по уставным грамотам с дореформенными, позволяет сделать вывод, что положение крестьян после введения уставных грамот еще больше ухудшилось»45.

С развитием компьютерных технологий, в 80-90-е гг. XX в. методика обработки данных уставных грамот продолжала развиваться. К этому времени относится появление работ, в которых уставные грамоты и выкупные акты анализировались с применением компьютера. С середины 80-х гг. на историческом факультете Ленинградского университета велась работа по изучению последствий реформы 1861 г. на Северо-Западе России. Исследование завершилось созданием одной из наиболее крупных в России компьютерных баз данных. В ее основу были положены сведения, извлеченные из 7000 дел фонда Главного выкупного учреждения (по Санкт-Петербургской, Новгородской и Псковской губерниям). Данные уставных грамот и выкупных актов были обработаны с помощью математико-статистических методов. Результаты этой работы были опубликованы в монографиях: Дегтярев А. Я., Кащенко С. Г., Раскин Д. И. Новгородская деревня в реформе 1861 г. Опыт изучения с применением ЭВМ (Л., 1989); Кащенко С. Г. Реформа 19 февраля 1861 г. в Санкт-Петербургской губернии (Л., 1990); Кащенко С. Г. Реформа 19 февраля 1861 г. на Северо-Западе России (Количественный анализ массовых источников) (М., 1995); Кащенко С. Г. Отмена крепостного права в Псковской губернии (Опыт компьютерного анализа условий реализации крестьянской реформы 19 февраля 1861 г.) (СПб., 1996); Кащенко С. Г. Отмена крепостного права в столичной губернии (Из истории государственных реформ в России 2-й половины XIX в.) (СПб., 2002).

Предложенной методикой обработки уставных грамот С. Г. Кащенко обосновывает применение выборочного метода. По мнению автора, «выборочный метод при изучении реформы не только возможен, но и необходим, т. к. многие тысячи документов не только близки по своему содержанию, но и значения различных показателей в них варьируются весьма мало. Так, похожие друг на друга архивные дела мелкопомест-

44 Там же. С. 49.

45 Там же. С. 172.

ных владельцев, обычно сходны по своему характеру уставные грамоты расположенных недалеко друг от друга деревень в рамках одного уезда. Особенно стандартизированной оказывается пореформенная ситуация, когда помещики при наделении крестьян землей и определении размеров пореформенных повинностей вынуждены были руководствоваться условиями, регламентированными в «Местном Положении о поземельном устройстве крестьян». Опыт проведения масштабных исследований реформы на северо-западе России показывает, что для получения репрезентативных результатов достаточно изучить 10-20% документов, при этом, например, средние «оценочные» показатели, полученные для такой выборки, отличаются от «настоящих» или, как их принято называть в статистике, «генеральных» средних на 1-2%»46.

Впоследствии работа по изучению реформы на Северо-Западе России была продолжена на кафедре источниковедения истории России Санкт-Петербургского государственного университета47.

В современных исследованиях, освещающих реализацию реформы, центральным сюжетом стало не определение степени отрезки или прирезки крестьянских наделов и увеличение или сокращение платежей, а выяснение степени деформации крестьянских наделов и платежей48. «На смену «дореформенной дифференциации» в структуре крестьянских наделов приходит выровненная казенная надельная система. Этот факт, который можно назвать нивелировкой наделов, находит объяснение в механизме реализации реформы. По Положению, предоставляя крестьянам «высший» размер надела, помещик получал право требовать от них высшего размера платежей»49.

Конец 1990-х — 2000-е гг. ознаменовались всплеском интереса к истории реформы в России, и в Черноземном центре в частности. Во многом это было связано с подготовкой к празднованию 150-летия отмены крепостного права в России в 2011 г. Многочисленные исследования были

46 Кащенко С. Г. Некоторые вопросы методики изучения реализации реформы 19 февраля 1861 г. в исследованиях П. А. Зайончковского (взгляд через 50 лет) // Отечественная история. 2004. № 4. С. 85.

47 Апонасенко А. Н. «Реформа 19 февраля 1861 г. в Олонецкой губернии: Опыт компьютерной обработки массовых источников: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. СПб., 2005.

48 Кащенко С. Г. Некоторые вопросы методики. С. 88.

49 Там же. С. 89.

посвящены истории крестьянского и помещичьего хозяйства, имущественных отношений крестьян и пр.50

В 1997 г. в свет вышла монография В. П. Яковлевой «Рынок и сельское хозяйство: Структура помещичьего и крестьянского хозяйства кануна отмены крепостного права в России»51, в которой исследовалось влияние рыночных отношений на производственную структуру помещичьего и крестьянского хозяйства. Источником стали «Экономические примечания» А. И. Менде. В ходе исследования автор выявила значительное разнообразие в уровне сельскохозяйственного производства и развитии товарно-денежных отношений в рамках одной губернии и пришла к выводу, что определяющей причиной стали не столько почвенно-климатические условия, сколько расположение хозяйства относительно путей сообщения. В качестве примера автор приводит два соседних уезда — Моршанский и Кирсановский. Один из них — Моршанский — имел возможность сплавлять сельскохозяйственную продукцию по реке, другой — такой возможности не имел. Несмотря на природные преимущества Кирсановского уезда, в сфере рыночных отношений находился Моршанский уезд52. Анализируя помещичье хозяйство в условиях крепостничества, автор пришла к выводу, что оно успешно вписывалось в систему рыночных отношений, т. к. именно важное преимущество — использование бесплатного труда крепостных крестьян давало выигрыш в себестоимости продукции, даже несмотря на издержки в виде низкой производительности и плохого качества. «С этим, очевидно, связано стремление помещиков и после отмены крепостного права сохранить по возможности прежние или сходные условия хозяйствования»53.

Исследователи Л. М. и Р. Л. Рянские в статье «Актуальные проблемы источниковедения и истории русской крепостной деревни кануна осво-

50 Косов Р. В. Крестьянская земельная собственность Тамбовской губернии в структуре частного землевладения (1861-1906 гг.): опыт микроисторического анализа: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Пенза, 2000; Ласкина С. В. Крестьянство и крестьянское хозяйство Борисоглебского уезда Тамбовской губернии в конце XIX — начале XX вв.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Воронеж, 1996; Свиридов В. В. Сельскохозяйственные общества Тамбовской губернии: вторая половина XIX — начало XX вв.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Тамбов, 2006; Ульянов А. Е. Крестьянское хозяйство Пензенской губернии во второй половине XIX в.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Пенза, 2004.

51 Яковлева В. П. Рынок и сельское хозяйство: Структура помещичьего и крестьянского хозяйства кануна отмены крепостного права в России. Йошкар-Ола, 1997.

52 Там же. С. 194.

53 Там же. С. 197.

бождения (по материалам черноземного центра)»54 на основе массовых источников проанализировали состояние крестьянского и помещичьего хозяйства Черноземного центра перед реформой 1861 г., при этом для обработки основных показателей был применен выборочный метод исследования. Исследованием были охвачены шесть губерний—Воронежская, Курская, Орловская, Рязанская, Тамбовская и Тульская. Основу источни-ковой базы исследования составили подворные описи, годовые отчеты опекунов и другая хозяйственная документация, отложившаяся в личных фондах помещиков и делах об опеке дворянских имений. Для изучения помещичьего хозяйства привлекались материалы по Степным вотчинам Юсуповых (Тульская губерния), по принадлежавшей им же Ракитянской вотчине (Курская губерния), Вячкинской вотчине (Тамбовская губерния) и четырем крупнейшим имениям, входившим в Ивановский вотчинный комплекс Барятинских (Курская губерния)55. Выборка, предназначенная для изучения крестьянского хозяйства, включала сведения о крупном Покровском имении Вишневских (Воронежская губерния) и нескольких менее крупных курских поместьях. Кроме того, были использованы данные из монографии И. Д. Ковальченко, посвященной крепостной деревне Рязанской и Тамбовской губерний, о крупных и крупнейших по своим размерам Покровском, Мишинском, Петровском и Бутском имениях. Авторы пришли к выводу, что «накануне отмены крепостного права хозяйство частновладельческих крестьян Черноземного центра, в первую очередь барщинных, явно сохранившее способность, по меньшей мере, к простому воспроизводству, вполне исправно служило экономической основой для функционирования хозяйства помещиков, в котором, судя по уровню урожайности, главная его отрасль — зерновое производство — была еще далеко не в таком плачевном положении, как это представлялось отечественным историкам-аграрникам второй половины XX в.»56 В середине XIX в. в тамбовской помещичьей деревне еще имелись возможности развития производительных сил, однако это вовсе не означало, что в стране отсутствовали экономические причины отмены крепостного права57.

54 Рянский Л. М., Рянский Р. Л. Актуальные проблемы источниковедения и истории русской крепостной деревни кануна освобождения (по материалам черноземного центра) // Вестник ТГУ. Тамбов, 2008. Вып. 7 (63). С. 326-336.

55 Там же. С. 329.

56 Там же. С. 334.

57 Там же.

Вопросу о надельном землевладении бывших государственных, помещичьих и удельных крестьян пореформенного периода в Черноземном центре было посвящено исследование Е. А. Котовой58. В центре исследования — Воронежская, Курская, Орловская и Тамбовская губернии, основными источниками для изучения которых стали материалы земской и правительственной статистики (как опубликованные, так и из фондов государственных архивов). Выводы автора сводятся к оценке системы надельного землевладения для крестьянства как чрезвычайно тяжелой — дробность участков, их дальность, чересполосность, «длинноземелье» мешали развитию крестьянского хозяйства, распределение надельной земли между крестьянами различных разрядов в пореформенный период было неоднородным59.

К схожим оценкам пришли авторы статьи «Особенности земельных отношений крестьян центрального черноземья в 60-90-е годы XIX в.» А. В. Перепилицын и В. Н. Фурсов60, которые исследовали наиболее существенные аспекты крестьянского землевладения и землепользования в Воронежской, Курской, Орловской и Тамбовской губерний. В ходе исследования, которое основывалось на материалах официальной статистики (Статистика поземельной собственности и населенных мест, Статистический временник Российской империи и пр.), авторами были отмечены следующие характерные явления: в результате осуществления аграрных реформ 1860-х гг. распределение земли между различными категориями крестьян оказалось неравномерным, помещичья деревня во всех четырех центрально-черноземных губерниях лишилась многих земельных угодий, важным способом расширения землепользования крестьян являлась аренда земли, центрально-черноземные губернии относились к регионам с наиболее развитыми арендными отношениями61. Крестьяне были вынуждены арендовать те участки земли, которые образовались в результате чересполосицы. По мнению авторов, «сложившая-

58 Котова Е. А. Надельное землевладение крестьян различных разрядов центрального черноземья во второй половине XIX в. // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: История. Политология. Социология. 2007. № 2. С. 96-101.

59 Там же. С. 100.

60 Перепелицын А. В., Фурсов В. Н. Особенности земельных отношений крестьян центрального черноземья в 60-90-е годы XIX в. // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. 2008. Т. 10. № 8. С. 94-100.

61 Там же. С. 100.

ся после 1861 г. система землевладения и землепользования, являвшаяся компромиссной на стадии принятия аграрного законодательства, оказалась чрезвычайно тяжелой для большинства центрально-черноземного крестьянства, развитие крестьянского хозяйства тормозилось наличием малоземелья, которое для беднейших хозяйств не могло быть устранено ни с помощью аренды, ни за счет покупки новых земель».

Уровню налогообложения крестьянских хозяйств Воронежской, Курской, Орловской и Тамбовской губерний в 60-90-е гг. XIX в. посвящена статья А. В. Перепелицына62, в которой рассматриваются структура, размеры, практика взимания налогов, величина недоимок, оценивается воздействие налоговой политики на развитие крестьянского хозяйства. Источниковой базой исследования стали материалы земской статистики. В ходе исследования автор отметил, что «центрально-черноземные губернии, уплачивая одни из самых значительных в стране налоговых сумм, получали наименьшие государственные расходы, что еще больше усугубляло социально-экономическое положение региона»63. Автор отметил зависимость крестьянского хозяйства от налогообложения и пришел к выводу, что высокие налоги тормозили развитие крестьянского хозяйства64.

В 2009 г. Ю. Ю. Коньшина в статье «К вопросу об имущественном положении крепостных крестьян Тамбовской губернии в первой половине XIX в.»65 обратилась к изучению имущественного положения тамбовских крепостных крестьян первой половины XIX в. по разнообразным показателям в зависимости от демографического состава отдельных хозяйств. Основными источниками для исследования стали подворные описи, содержащие сведения о количественном и качественном составе крестьянских домохозяйств (были проанализированы данные о половозрастной структуре каждого члена семьи, о строениях, скоте, посевах зер-

62 Перепелицын А. В. Налоги, повинности и платежи крестьянских хозяйств центрального черноземья в пореформенный период // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. 2008. Т. 5. № 1. С. 29-35.

63 Там же. С. 33.

64 Там же. С. 35.

65 Коньшина Ю. Ю. 1) К вопросу об имущественном положении крепостных крестьян Тамбовской губернии в первой половине XIX в. // Вестник ТГУ Тамбов, 2009. Вып. 10 (78). С. 155-161; 2) Имущественное положение крепостных крестьян Тамбовской губернии в первой половине XIX в.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Тамбов, 2010.

новых и наличном запасе зерна). Центром внимания исследовательницы стало положение крестьян села Архангельского (Коноплянки), сравнительный анализ имущественного положения которых привел автора к выводу о среднетипичном положении села66.

Кандидатская диссертация Янг Сын Чжо, защищенная на тему «Социальная структура российской деревни в конце XIX — начале XX вв. (1880-1905 гг.): по материалам статистики Центральночерноземных губерний»67, посвящена вопросу хозяйственного положения крестьян и социально-экономическому развитию пореформенной деревни в Воронежской и Тамбовской губерниях и возможности их классификации. Источниками исследования стали статистические сборники, касающиеся народонаселения России, крестьянского и частновладельческого землевладения, земская статистика и др. Сравнивая данные 1877 г. и 1905 г., автор сделал вывод, что в двух изучаемых губерниях резко выросла доля купленной крестьянскими общинами земли. Самой большой группой крестьян-арендонанимателей земли были крестьяне-дарственники, у которых отмечалось самое меньшее количество надельной земли, на втором месте — бывшие государственные крестьяне, и меньше всего нанимателей земли было в группе помещичьих крестьян68.

Кандидатская диссертация Н. С. Цинцадзе посвящена демографическим и экологическим аспектам подготовки и проведения крестьянской реформы69. Автор проанализировала отражение экологических и демографических проблем российского общества в дворянских проектах решения крестьянского вопроса, в художественной и публицистической литературе дореформенного периода, во мнениях самих крестьян по вопросам перераспределения хозяйственных ресурсов в ходе реформы, в отношении представителей власти и общественности к экологическим и демографическим последствиям реформы. На основе изучения обширного количества источников (фонды канцелярии губернатора,

66 Там же. С. 160

67 Янг Сын Чжо. Социальная структура российской деревни в конце XIX — начале XX вв. (1880-1905 гг.): По материалам статистики Центрально-черноземных губерний: Автореф. дис. . канд. ист. наук. М., 2008.

68 Там же. С. 18.

69 Цинцадзе Н. С. Демографические и экологические аспекты подготовки и проведения крестьянской реформы 1861 года в оценках современников: Автореф. дис. . канд. ист. наук. Тамбов, 2009.

Тамбовского по крестьянским делам присутствия, губернской земской управы, дворянского собрания Государственного архива Тамбовской области, дворянские проекты реформы, доклады Хозяйственного отделения Редакционных комиссий, журналы уездных земских собраний, дело-производительные документы, уставные грамоты пяти уездов губернии) исследовательница пришла к выводу, что «один из главных просчетов, заложенных реформаторами в основу разрабатываемой крестьянской реформы, состоял в том, что ими в недостаточной мере учитывались экологические и демографические факторы».

Таким образом, на современном этапе наблюдается значительный интерес к вопросам, связанным с проведением реформы в Черноземном центре, однако условиям реализации посвящено немного работ.

В настоящее время на кафедре источниковедения истории России исторического факультета СПбГУ продолжают изучать итоги отмены крепостного права в различных регионах России. Вслед за северозападными губерниями исследователи обратились к истории проведения крестьянской реформы на Севере (Вологодская губерния) и в Черноземном центре (Тамбовская и Орловская губернии). Изучение уставных грамот различных уездов Тамбовской губернии70 показало, что после реформы исчезли наделы, превосходившие высший размер, установленный по Положению. Подавляющее большинство крестьян, имевших до реформы «излишек» земли, получили наделы размером, соответствующим высшему. Это вполне объяснимо, так как в случае предоставления крестьянам земли больше высшего надела помещик не мог получить с них оброк, превосходивший высший его размер. Таким образом, такое наделение крестьян землей было экономически невыгодно для помещика. В то же время определенной части крестьян земля была

70 Валегина К. О. 1) Некоторые результаты реализации реформы 19 февраля 1861 г. в Борисоглебском уезде Тамбовской губернии // КЛИО. СПб., 2013. № 1 (73). С. 55-59; 2) К вопросу об изменении в надельном землепользовании крестьян Липецкого уезда Тамбовской губернии в ходе реформы 19 февраля 1861 г. // XIV Золотаревские чтения: Материалы научной конференции (27 ноября 2012). Рыбинск, 2012. С. 224-230; 3) Некоторые результаты реализации реформы 19 февраля 1861 г. в Шацком уезде Тамбовской губернии (по материалам Государственного архива Тамбовской области) // Социальная история российской провинции. Ярославль, 2009. С. 28-38; 4) О результатах реализации реформы 1861 г. в Спасском уезде Тамбовской губернии // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 2: История. СПб., 2007. № 4. С. 67-76; 5) Некоторые результаты реализации реформы 19 февраля 1861 г. в Тамбовском уезде Тамбовской губернии // Актуальные проблемы российской истории и культуры. Выборг, 2006. С. 22-34.

прирезана до высшего размера с целью получения максимально возможного оброка. Программа реализации реформы в значительной степени была установлена чиновниками, готовившими реформу. В результате «программы» более половины тамбовских крестьян потеряли землю, фактически не получив явных выгод по уплате платежей. Они были вынуждены в дальнейшем переходить с барщины на оброк, что в условиях преобладания барщинной системы хозяйства было весьма затруднительно. Эта ситуация в регионе существенно отличается от положения в нечерноземных губерниях, где потери в земле в определенной степени компенсировались крестьянам смягчением налогового бремени.

При изучении уставных грамот Тамбовской губернии применялась та же методика построения вариационных рядов, которая была апробирована ранее в исследовании северо-западных губерний (позволяющая детально рассмотреть изменения в структуре наделов).

Таким образом, современные методы изучения массовых источников позволяют сопоставлять результаты в различных губерниях и перейти к изучению экономических последствий реализации реформы на региональном уровне.

Информация о статье

УДК 930

Автор: Валегина Карина Олеговна, ассистент кафедры источниковедния истории России, Институт истории, СПбГУ, Санкт-Петербург, Россия, k.valegina@gmail.com Название: Реализация реформы 19 февраля 1861 г. в Черноземном центре России. Историографический обзор (50-е гг. XX — начало XXI в.) Аннотация: Статья посвящена истории изучения условий проведения реформы 19 февраля 1861 года в Черноземном центре России. Анализируется период с 50-х гг. XX в. до начала XXI в. В истории изучения вопроса можно выделить несколько периодов: 1) 50-е гг. XX в., когда впервые вводятся в научный оборот уставные грамоты в качестве источника для изучения условий проведения реформы (пока лишь в небольшом объеме, без использования какой-либо методики подбора источников); 2) конец 50-х — 70-е гг. — сплошное массовое изучение большого количества источников, охватывающих различные регионы страны; 3) 80-е — 2000-е гг. — период применения компьютерных технологий и разработки единой методики изучения источников с применением математико-статистического аппарата. На современном этапе наблюдается значительный интерес к вопросам, связанным с прове-

дением реформы в Черноземном центре, однако условиям реализации посвящено немного работ. В настоящее время на кафедре источниковедения истории России исторического факультета СПбГУ продолжают изучать итоги отмены крепостного права в различных регионах России. Вслед за северо-западными губерниями исследователи обратились к истории проведения крестьянской реформы на Севере (Вологодская губерния) и в Черноземном центре (Тамбовская и Орловская губернии). Современные методы изучения массовых источников позволяют сопоставлять результаты в различных губерниях и перейти к изучению экономических последствий реализации реформы на региональном уровне.

Ключевые слова: историография, реформа 19 февраля 1861 г., массовые источники

Литература, использованная в статье

Апонасенко, Анна Николаевна. Реформа 19 февраля 1861 г. в Олонецкой губернии: Опыт компьютерной обработки массовых источников: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Санкт-Петербург, 2005. 26 с. Бакусова, Людмила Николаевна. Подготовка отмены крепостного права в центрально-черноземных губерниях: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Ленинград, 1952. 18 с. Богданов, Георгий Макарович. Проведение реформы 1861 г в Курской губернии // В помощь учителю: Сборник методических разработок по краеведению. Курск, 1959. 78 с.

Валегина, Карина Олеговна. К вопросу об изменении в надельном землепользовании крестьян Липецкого уезда Тамбовской губернии в ходе реформы 19 февраля 1861 г. // XIV Золотаревские чтения: Материалы научной конференции (27 ноября 2012). Рыбинск, 2012. С. 224-230. Валегина, Карина Олеговна. Некоторые результаты реализации реформы 19 февраля 1861 г. в Борисоглебском уезде Тамбовской губернии // КЛИО. Санкт-Петербург, 2013. № 1 (73). С. 55-59. Валегина, Карина Олеговна. Некоторые результаты реализации реформы 19 февраля 1861 г. в Шацком уезде Тамбовской губернии (по материалам Государственного архива Тамбовской области) // Социальная история российской провинции. Ярославль, 2009. С. 28-38. Валегина, Карина Олеговна. Некоторые результаты реализации реформы 19 февраля 1861 г в Тамбовском уезде Тамбовской губернии // Актуальные проблемы российской истории и культуры. Выборг, 2006. С. 22-34.

Валегина, Карина Олеговна. О результатах реализации реформы 1861 г. в Спасском уезде Тамбовской губернии // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 2: История. Санкт-Петербург, 2007. № 4. С. 67-76.

Дружинин, Николай Михайлович. Русская деревня на переломе. 1861-1880. Москва: Наука, 1978. 287 с.

Елисеева, Валентина Николаевна. Подготовка крестьянской реформы 1861 г. в Рязанской губернии (Рязанский губернский дворянский комитет 18581859 гг.) // Ученые записки Рязанского гос. пед. ин-та. 1953. № 11. С. 69-125.

Зайончковский, Петр Андреевич. Советская историография реформы 1861 г. // Вопросы истории. 1961. № 2. С. 85-104.

Игнатович, Инна Ивановна. Помещичьи крестьяне накануне освобождения. Москва, 1910. 312 с.

Кащенко, Сергей Григорьевич. Некоторые вопросы методики изучения реализации реформы 19 февраля 1861 г. в исследованиях П. А. Зайончковского (взгляд через 50 лет) // Отечественная история. 2004. № 4. С. 81-92.

Кильмяшкин, Александр Егорович. Мордовия в реформе 1861 г Саранск, 2000. 270 с.

Кильмяшкин, Александр Егорович. Проведение крестьянской реформы 1861 г. в Саратовской губернии. Саранск: МГПИ, 1997. 210 с.

Ковальченко, Иван Дмитриевич. Крестьяне и крепостное хозяйство Рязанской и Тамбовской губерний в первой половине XIX в. (К истории кризиса феодально-крепостнической системы хозяйства). Москва: МГУ, 1959. 275 с.

Кожухов, Юрий Вячеславович. Помещичье хозяйство центрального земледельческого района России в годы кризиса крепостной системы // Ученые записки Ленинградского гос. пед. ин-та им. А. И. Герцена. Исторический ф-т. Т. 102. Ленинград, 1955. С. 87-115.

Коньшина, Юлия Юрьевна. Имущественное положение крепостных крестьян Тамбовской губернии в первой половине XIX в.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Тамбов, 2010. 24 с.

Коньшина, Юлия Юрьевна. К вопросу об имущественном положении крепостных крестьян Тамбовской губернии в первой половине XIX в. // Вестник ТГУ Тамбов, 2009. Вып. 10 (78). С. 155-161.

Косов, Роман Владимирович. Крестьянская земельная собственность Тамбовской губернии в структуре частного землевладения (1861-1906 гг.) опыт микроисторического анализа: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Пенза, 2000. 24 с.

Котова, Евгения Анатольевна. Надельное землевладение крестьян различных разрядов центрального черноземья во второй половине XIX в. // Вестник

Воронежского государственного университета. Серия: История. Политология. Социология. 2007. № 2. С. 96-101.

Крутиков, Всеволод Иванович. Отмена крепостного права в Тульской губернии. Тула: Кн. изд., 1956. 123 с.

Ласкина, Светлана Викторовна. Крестьянство и крестьянское хозяйство Борисоглебского уезда Тамбовской губернии в конце XIX — начале XX вв.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Воронеж, 1996. 22 с.

Литвак, Борис Григорьевич. К истории формуляра уставной грамоты 1861 г. // Археографический ежегодник. 1957. Москва, 1958. С. 157-169.

Литвак, Борис Григорьевич. О некоторых приемах публикации источников статистического характера // Исторический архив. Москва, 1957. № 2. С. 155-166.

Литвак, Борис Григорьевич. Предварительные итоги обработки уставных грамот шести губерний черноземного центра // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 1960. Киев, 1962. С. 418-425.

Литвак, Борис Григорьевич. Русская деревня в реформе 1861 г. Черноземный центр. 1861-1895. Москва, 1972. 422 с.

Литвак, Борис Григорьевич. Советская историография реформы 19 февраля 1861 г // История СССР 1960. № 6. С. 99-121.

Максимова, Капитолина Федоровна. Крестьянская реформа 1861 г в Тамбовской губернии: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Москва, 1951. 20 с.

Перепелицын, Александр Викторович. Налоги, повинности и платежи крестьянских хозяйств центрального черноземья в пореформенный период // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. 2008. Т. 5. № 1. С. 29-35.

Перепелицын, Александр Викторович; Фурсов Владимир Николаевич. Особенности земельных отношений крестьян центрального черноземья в 6090-е годы XIX в. // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. 2008. Т. 10. № 8. С. 94-100.

Птушкин, Григорий Михайлович. Надельное землевладение крестьян Тамбовской губернии в 60-х гг. XIX в. // Труды Воронежского гос. университета: Сб. работ историко-филологического факультета. Т. 38. Воронеж, 1958. С. 18-23.

Рянский, Леонид Михайлович; Рянский, Роман Леонидович. Актуальные проблемы источниковедения и истории русской крепостной деревни кануна освобождения (по материалам черноземного центра) // Вестник ТГУ Тамбов, 2008. Вып. 7 (63). С. 326-336.

Свиридов, Владимир Владимирович. Сельскохозяйственные общества Тамбовской губернии: вторая половина XIX — начало XX вв.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Тамбов, 2006. 28 с. Тройницкий, Александр Григорьевич. Крепостное население в России по 10-й народной переписи. Санкт-Петербург, 1861. 93 с. Ульянов, Антон Евгеньевич. Крестьянское хозяйство Пензенской губернии во второй половине XIX в.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Пенза, 2004. 26 с. Цинцадзе, Нина Сергеевна. Демографические и экологические аспекты подготовки и проведения крестьянской реформы 1861 года в оценках современников: Автореф. дис. . канд. ист. наук. Тамбов, 2009. 24 с. Шевченко, Михаил Минович. Помещичьи крестьяне Воронежской губернии накануне и в период падения крепостного права: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Воронеж, 1956. 23 с. Яковлева, Валентина Павловна. Рынок и сельское хозяйство: Структура помещичьего и крестьянского хозяйства кануна отмены крепостного права в России. Йошкар-Ола, 1997. 214 с. Янг Сын Чжо. Социальная структура российской деревни в конце XIX — начале XX вв. (1880-1905 гг.) По материалам статистики Центрально-черноземных губерний: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Москва, 2008. 30 с.

Information about the article

The article is done with support Grant SRE 5.38.56.2011.

Author: Valegina Karma Olegovna, Аssistant of the Department of Source Studies of Russian History, Institute of History, St. Petersburg State University, St. Petersburg, Russia, k.valegina@gmail.com

Title: The realization of the reform of 19 February 1861 in Russian Chernozem Centre. Historiographic review (50s of 20th century — beginning 21st century) Summary: The article is devoted to the research of the reform's arrangements in 1861 in Russian Chernozem Centre. The time period from 1950 to 2000 years was analyzed. In the history of study is noted several periods: 1) The 50s of 20th century when the historical charters as a source of the studying the reform's arrangements were put in for the first time (small quantity of the charters, there were no procedure of the charter's selection). 2) The period from the end of 50s to the beginning of 70s of 20th century when the mass studying of the historical charters from different parts of the country was existed. 3) The period of 1980-2000s when the use of computer technology, the development

of a common methodology of studying the sources and application of mathematical and statistical tools were existed. Today we can see the high interest to question about the course of reform in Chernozem Centre. However there are few researches about the conditions of realization reform. Nowadays at the rostrum of source study historical department St. Petersburg State University the researches are being continue study about the results of serfdom abolition in some various regions of Russia. The scientists study the history of the course of reform in North (Vologodsk province) and in Chernozem Centre (Tambov and Orlov provinces). The modern methods of study mass resources allowed to compare results in the various regions and move to study the economic consequences of the reform realization in regions. Keywords: Historiography, the reform of 19 February 1861, mass source

References

Aponasenko, Anna Nikolaevna. Reforma 19fevralya 1861 g. v Olonetskoy gubernii: Opyt komp'yuternoy obrabotki massovykh istochnikov: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The Reform of 19 February 1861 in Olonezprovince: The computer working attempt of mass sources: Thesis in History]. St. Petersburg, 2005. 26 p. Bakusova, Lyudmila Nikolaevna. Podgotovka otmeny krepostnogo prava v tsentral'no-chernozemnykh guberniyakh: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The preparing of the serfdom abolition in the centr-chernozem provinces: Thesis in History]. Leningrad, 1952. 18 p. Bogdanov, Georgiy Makarovich. Provedenie reformy 1861 g. v Kurskoy gubernii [The reform 1861 in Kursk province], in V pomoshch uchitelyu: Sbornik metodi-cheskikh razrabotok po kraevedeniyu [To help for teacher: Collection of methods development in study of local lore]. Kursk, 1959. 78 p. Valegina, Karina Olegovna. K voprosu ob izmenenii v nadel'nom zemlepol'zovanii krest'yan Lipetskogo uezda Tambovskoy gubernii v khode reformy 19 fevralya 1861 g. [To the question about changing in the peasant landed-property at Lipezk district in Tambov province while the reform of 19 February 1861], in XIV Zolotarevskie chteniya: Materialy nauchnoy konferentsii (27 noyabrya 2012) [XIVZolotarevsk Reading: Materials of science conference (November 27, 2012)]. Rybinsk, 2012. P. 224-230. Valegina, Karina Olegovna. Nekotorye rezul'taty realizatsii reformy 19 fevralya 1861 g. v Borisoglebskom uezde Tambovskoy gubernii [Some results of realization of the reform 19 February 1861 at Borisoglebsk district in Tambov province], in KLIO. St. Petersburg, 2013. № 1 (73). P. 55-59.

Valegina, Karma Olegovna. Nekotorye rezul'taty realizatsii reformy 19 fevra-lya 1861 g. v Shatskom uezde Tambovskoy gubernii [Some results of realization of the reform 19 February 1861 at Shazk district in Tambov province], in Sotsial'naya istoriya rossiyskoy provintsii [Social history Russian province]. Yaroslavl', 2009. P. 28-38.

Valegina, Karina Olegovna. Nekotorye rezul'taty realizatsii reformy 19 fevralya 1861 g. v Tambovskom uezde Tambovskoy gubernii [Some results of realization of the reform 19 February 1861 at Tambov district in Tambov province], in Aktual'nye problemy rossiyskoy istorii i kul'tury [Actual problems Russian history and culture]. Vyborg, 2006. P. 22-34.

Valegina, Karina Olegovna. O rezul'tatakh realizatsii reformy 1861 g. v Spasskom uezde Tambovskoy gubernii [About results of realization of the reform 19 February 1861 at Spassk district in Tambov province], in Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Seriya 2: Istoriya [St. Petersburg State University Herald. Series 2: History]. St. Petersburg, 2007. № 4. P. 67-76.

Druzhinin, Nikolay Mikhaylovich. Russkaya derevnya na perelome. 1861-1880 [Russian village at the turn. 1861-1880]. Moscow: Nauka Publ., 1978. 287 p.

Eliseeva, Valentina Nikolaevna. Podgotovka krest'yanskoy reformy 1861 g. v Ryazanskoy gubernii (Ryazanskiy gubernskiy dvoryanskiy komitet 1858-1859 gg.) [The preparing of the reform 1861 in Ryazan' province (Ryazan' province nobility committee 1858-1859)], in Uchenye zapiski Ryazanskogo gos. ped. in-ta [Scientific notes of the Ryazan' State Pedagogical Institute]. 1953. № 11. P. 69-125.

Zayonchkovskiy, Petr Andreevich. Sovetskaya istoriografiya reformy 1861 g. [Soviet historiography of the reform 1861], in Voprosy istorii [Questions of History]. 1961. № 2. P. 85-104.

Ignatovich, Inna Ivanovna. Pomeshchich'i krest'yane nakanune osvobozhdeniya [The landlord's peasants the day before freedom]. Moscow, 1910. 312 p.

Kashchenko, Sergey Grigor'evich. Nekotorye voprosy metodiki izucheniya realizatsii reformy 19 fevralya 1861 g. v issledovaniyakh P. A. Zayonchkovskogo (vzglyad cherez 50 let) [Some questions of the study method of the reform 19 February 1861 in researches of P. A. Zayonchkovskii (in 50 years)], in Otechestvennaya istoriya [Native History]. 2004. № 4. P. 81-92.

Kil'myashkin, Aleksandr Egorovich. Mordoviya v reforme 1861 g. [Mordovia in the reform 1861]. Saransk, 2000. 270 p.

Kil'myashkin, Aleksandr Egorovich. Provedenie krest'yanskoy reformy 1861 g. v Saratovskoy gubernii [The reform of 1861 in Saratov province]. Saransk: Mordovian State Pedagogical Institute Press, 1997. 210 p.

Koval'chenko, Ivan Dmitrievich. Krest 'yane i krepostnoe khozyaystvo Ryazanskoy i Tambovskoy guberniy v pervoy polovine XIX v. (K istorii krizisa feodal'no-krepostnicheskoy sistemy khozyaystva) [The peasants and peasant's farms in Ryazan and Tambov provinces at the first half of the 19th century (At the history of crisis offeudal-serfdom system)]. Moscow: Moscow State University Press, 1959. 275 p.

Kozhukhov, Yuriy Vaycheslavovich. Pomeshchich'e khozyaystvo tsentral'nogo zemledel'cheskogo rayona Rossii v gody krizisa krepostnoy sistemy [The landlord's farm in Russian central-chernozem district in the years of crisis of serfdom system], in Uchenye zapiski Leningradskogo gos. ped. in-ta im. A. I. Gertsena. Istoricheskiy fakul 'tet [Scientific notes of the Herzen Leningrad State Pedagogical Institute. Historical Faculty]. Vol. 102. Leningrad, 1955. P. 87-115.

Kon'shina, Yuliya Yur'evna. Imushchestvennoe polozhenie krepostnykh krest'yan Tambovskoy gubernii v pervoy polovine XIX v.: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The property status of serf peasants of Tambov province in the first half of the 19th century: Thesis in History]. Tambov, 2010. 24 p.

Kon'shina, Yuliya Yur'evna. K voprosu ob imushchestvennom polozhenii krepostnykh krest'yan Tambovskoy gubernii v pervoy polovine XIX v. [To the question of the property status of serf peasants of Tambov province in the first half of the 19th century], in Vestnik Tambovskogo gosudarstvennogo universiteta [Tambov State University Herald]. Tambov, 2009. Vyp. 10 (78). P. 155-161.

Kosov, Roman Vladimirovich. Krest'yanskaya zemel'naya sobstvennost' Tambovskoy gubernii v strukture chastnogo zemlevladeniya (1861-1906 gg.) opyt mikroistoricheskogo analiza: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The peasant's property in Tambov province in the structure of the private landed-property (1861-1906): the attempt of the micro-historical analysis: Thesis in History]. Penza, 2000. 24 p.

Kotova, Evgeniya Anatol'evna. Nadel'noe zemlevladenie krest'yan razlichnykh razryadov tsentral'nogo chernozem'ya vo vtoroy polovine XIX v. [An heritance land owing of peasants of different categories of Central Chernozemje in the second half of 19th century], in Vestnik Voronezhskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. Politologiya. Sotsiologiya [Voronezh State University Herald. Series: History. Political science. Sociology]. 2007. № 2. P. 96-101.

Krutikov, Vsevolod Ivanovich. Otmena krepostnogo prava v Tul 'skoy gubernii [The abolition of serfdom in Tulskprovince]. Tula: Book Publ., 1956. 123 p.

Laskina, Svetlana Viktorovna. Krest'yanstvo i krest'yanskoe khozyaystvo Borisoglebskogo uezda Tambovskoy gubernii v kontse XIX — nachale XX

Ре&raзацнs pec^opMti 19 c^eBp&ra 1861 r. ...

vv.: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The peasants and peasant's farm at the Borisoglebsk district in Tambov province at the end of the 19th century — beginning 20th century: Thesis in History]. Voronezh, 1996. 22 p.

Litvak, Boris Grigor'evich. K istorii formulyara ustavnoy gramoty 1861 g. [To the history of the ustavnay gramota form 1861], in Arkheograficheskiy ezhegodnik [Archaeographical annual]. 1957. Moscow, 1958. P. 157-169.

Litvak, Boris Grigor'evich. O nekotorykh priemakh publikatsii istochnikov statis-ticheskogo kharaktera [About some publishing methods of the statistic sources], in Istoricheskiy arkhiv [Historical archive]. Moscow, 1957. № 2. P. 155-166.

Litvak, Boris Grigor'evich. Predvaritel'nye itogi obrabotki ustavnykh gramot shes-ti guberniy chernozemnogo tsentra [The pre-results of the working of ustavnaya gramota of six province in Chernozem centre], in Ezhegodnikpo agrarnoy istorii Vostochnoy Evropy [Annual of agrarian history of East Europe]. 1960. Kiev, 1962. P. 418-425.

Litvak, Boris Grigor'evich. Russkaya derevnya v reforme 1861 g. Chernozemnyj tsentr. 1861-1895 [The Russian village in the reform 1861. Chernozem Centre. 1861-1895]. Moscow, 1972. 422 p.

Litvak, Boris Grigor'evich. Sovetskaya istoriografiya reformy 19 fevralya 1861 g. [Soviet historiography of the reform 19 February 1861], in IstoriyaSSSR [History of USSR]. 1960. № 6. P. 99-121.

Maksimova, Kapitolina Fedorovna. Krest'yanskaya reforma 1861 g. v Tambovskoy gubernii: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The peasant reform 1861 in Tambov province: Thesis in History]. Moscow, 1951. 20 p.

Perepelitsyn, Aleksandr Viktorovich. Nalogi, povinnosti i platezhi krest'yanskikh khozyaystv tsentral'nogo chernozem'ya v poreformennyj period [Taxes, obligations and payments of the peasant's farm in Central Chernozem after reform], in Nauchnye vedomosti Belgorodskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. Politologiya. Ekonomika. Informatika [Scientific Statements of the Belgorod State University. Series: History. Political science. Economy. Informatics]. 2008. Vol. 5. № 1. P. 29-35.

Perepelitsyn, Aleksandr Viktorovich; Fursov Vladimir Nikolaevich. Osobennosti zemel'nykh otnosheniy krest'yan tsentral'nogo chernozem'ya v 60-90-e gody XIX v. [The features of the land relationships between peasants from Central Chernozem in 60-90s of 19th century], in Nauchnye vedomosti Belgorodskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. Politologiya. Ekonomika. Informatika [ScientificStatements oftheBelgorodState University. Series: History. Political science. Economy. Informatics]. 2008. Vol. 10. № 8. P. 94-100.

Ptushkin, Grigoriy Michailovich. Nadel'noe zemlevladenie krest'yan Tambovskoy gubernii v 60-kh gg. XIX v. [An heritance land owing of peasants in Tambov province in 60s of 19th century], in Trudy Voronezhskogo gos. universiteta: Sb. rabot istoriko-filologicheskogo fakul'teta [Works of the Voronezh State University: Collected works of Historical and Philological faculty]. Vol. 38. Kharkiv, 1955. P. 18-23.

Ryanskiy, Leonid Mikhaylovich; Ryanskiy, Roman Leonidovich. Aktual'nye prob-lemy istochnikovedeniya i istorii russkoy krepostnoy derevni kanuna osvobozh-deniya (po materialam chernozemnogo tsentra) [Actual problems of source study and history of Russian serf village on the eve of Abolition (on the Chernozem region materials)], in Vestnik Tambovskogo gosudarstvennogo universiteta [Tambov State University Herald]. Tambov, 2008. Issue 7 (63). P. 326-336.

Sviridov, Vladimir Vladimirovich. Sel 'skokhozyaystvennye obshchestva Tambovskoy gubernii: vtorayapolovinaXIX — nachaloXX vv.: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The agricultural societies in Tambov province: at the second half of the 19th century — beginning of the 20th century: Thesis in History]. Tambov, 2006. 28 p.

Troynitskiy, Aleksandr Grigor'evich. Krepostnoe naselenie v Rossii po 10-y naro-dnoyperepisi [The serfpopulation in Russia on the 10th census]. St. Petersburg, 1861. 93 p.

Ul'yanov, Anton Evgen'evich. Krest'yanskoe khozyaystvo Penzenskoy gubernii vo vtoroy polovine XIX v.: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The peasant's farms in Penza province at the second half of 19th century: Thesis in History]. Penza, 2004. 26 p.

Tsintsadze, Nina Sergeevna. Demograficheskie i ekologicheskie aspekty podgotov-ki i provedeniya krest'yanskoy reformy 1861 goda v otsenkakh sovremennikov: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [Demographic and ecological aspects of the preparation and course of the peasant reform 1861 in the contemporary judgments: Thesis in History]. Tambov, 2009. 24 p.

Shevchenko, Mikhail Minovich. Pomeshchich'i krest'yane Voronezhskoy gubernii nakanune i vperiodpadeniya krepostnogoprava: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The landlord's peasants in Voronezh province of the day before and in the period of fall down serfdom: Thesis in History]. Voronezh, 1956. 23 p.

Yakovleva, Valentina Pavlovna. Rynok i sel'skoe khozyaystvo: Struktura pomeshchich'ego i krest'yanskogo khozyaystva kanuna otmeny krepostnogo prava v Rossii [The market and agricultural: The Structure of landlord's and peasant's farm the day before of the serfdom abolition in Russia]. Yoshkar-Ola, 1997. 214 p.

Yang Syn Chzho. Sotsial'naya struktura rossiyskoy derevni v kontse XIX — nachale XX vv. (1880-1905 gg.) po materialam statistiki Tsentral'no-chernozemnykh guberniy: Avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [The social structure of Russian village at the end of XIX — beginning XX centuries (1880-1905): by statistic materials from Central Chernozem provinces: Thesis in History]. Moscow, 2008. 30 p.