Добросовестность при осуществлении гражданских прав

Юрова И.О.

ДОБРОСОВЕСТНОСТЬ ПРИ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ

Цель: Исследование истории развития законодательства в России и проведение сравнительного анализа законодательства РФ и законодательства стран ближнего и дальнего зарубежья в сфере установления пределов осуществления гражданского права.

Методология: Использовались историко-правовой и сравнительно-правовой методы.

Результаты: Рассмотрен опыт законодательства РФ в регулировании пределов осуществления гражданских прав как меры противодействия злоупотреблению правом. На основании трудов отечественных и иностранных авторов и положений зарубежного гражданского законодательства выявлена необходимость рассмотрения проблемы злоупотребления правом как одного из условий для стабилизации гражданско-правовых отношений в развитии предпринимательской деятельности и договорных отношений. Установлено, что добросовестность участников гражданских правоотношений как основное начало гражданского законодательства является сдерживающим фактором антиобщественных и негативных проявлений в гражданском обороте.

Новизна/оригинальность/ценность: Статья имеет научную ценность, поскольку является одной из первых попыток рассмотреть положения законодательства РФ о добросовестном осуществлении прав в сравнении с положениями гражданского законодательства некоторых других стран ближнего и дальнего зарубежья, что может быть полезно для дальнейших исследований при решении проблемы злоупотребления правом, а также в определении места добросовестности в регулировании гражданско-правовых отношений.

Ключевые слова: добросовестность, пределы осуществления прав, злоупотребление правом, защита гражданских прав.

Yurova I.O.

WELFARE IN THE IMPLEMENTATION OF CIVIL RIGHTS

Purpose: The study of the history of the development of legislation in Russia and the conduct of comparative analysis of the legislation of the Russian Federation and the laws of the countries of near and far abroad in the field of establishing the limits of the implementation of civil law.

Methodology: History-legal and comparatively legal methods were used.

Results: The experience of the legislation of the Russian Federation in the legislative regulation of the limits of the exercise of civil rights is considered, as a measure to counteract abuse of law. Based on the works of domestic and foreign authors and the provisions of foreign civil law, the need to address the problem of abuse of law as one of the conditions for the stabilization of civil relations in the development of business and contractual relations is identified. It is established that the conscientiousness of participants in civil legal relations, as the main principle of civil legislation, is a deterrent to antisocial and negative manifestations in civil circulation.

Novelty/originality/value: The article is of scientific value, since it is one of the first attempts to review the provisions of the Russian Federation's legislation on the conscientious exercise of rights, in comparison with the provisions of civil legislation in some other countries of the near and far abroad, which may be useful for further research into the problem of abuse of law. And also in determining the place of good faith in the regulation of civil law relations.

Keywords: conscientiousness, limits of the exercise of rights, abuse of law, protection of civil rights.

Гражданский кодекс Российской Федерации в ст. 10 «Пределы осуществления гражданских прав» предполагает добросовестность участников правоотношений. Действия с намерением причинения вреда, противоправные действия в обход закона статья относит к недобросовестным действиям, к злоупотреблению правом. Таким образом, понятие добросовестности в гражданском законодательстве уточняет такое правовое явление, как злоупотребление правом [3]. Следует согласиться с тем, что предполагаемая законодателем добро-

совестность участников, являясь неким пределом осуществления гражданских прав, исключает злоупотребление правом.

Законодательство дореволюционного и советского периодов не содержало прямого запрета на злоупотребление правом. Запрет на злоупотребление в дореволюционном праве отражается лишь в нескольких постановлениях Сената. В одном из этих положений содержался запрет на ведение хозяйственной деятельности, нарушающей права соседа. Такое положение значилось в

евразийская

> 5 (30) 2017 <

адвокатура

проекте обязательственного права Гражданского уложения 1902 года, но в силу оно так и не вступило [8].

В первой статье ГК РФСР 1922 года [10] закрепляется принцип недопустимости осуществления гражданских прав в противоречии с их социально-хозяйственным назначением. Гражданские права, осуществляемые в противоречие такому назначению, законом уже не охранялись.

Основы гражданского законодательства 1961 года [9] закрепляют охрану гражданских прав в случае их осуществления в соответствии с назначением, в условиях политической задачи строительства коммунизма в социалистическом обществе. Это было фактическое закрепление приоритета публичных интересов над частными.

Лишь в 1991 году в ст. 5 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик закрепляется положение, согласно которому осуществление гражданских прав не должно нарушать прав и охраняемых законодательством интересов третьих лиц. Осуществляя свои права, граждане должны уважать моральные принципы общества и правила деловой этики. Более того, учитывая на тот момент расширение объема правоспособности физических и юридических лиц, статья закрепляла положение о недопустимости использования предпринимателями гражданских прав, которое имеет цель ограничение конкуренции. Таким образом, с этого времени закреплялось такое положение, при котором осуществление гражданских прав не должно противоречить не только публичным, но и частным интересам.

В 1994 году Гражданский кодекс Российской Федерации в п. 3 ст. 10 устанавливал, что разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается законом в случаях, когда защита гражданских прав находится в зависимости от разумных и добросовестных действий участников правоотношений. Нарушая этим действующие сегодня общие принципы разумности и добросовестности при осуществлении гражданских прав, прямо не устанавливая требования добросовестного поведения, закон соответственно опирался на другие нормы социального поведения. И отступление от этих требований не влекло никаких негативных правовых последствий.

На сегодня, в силу изменений ГК РФ в соответствии с федеральным законом от 30.12.2012, п. 3 ст. 1 ГК РФ закрепил добросовестность участников гражданских правоотношений в качестве основного начала гражданского законодательства. Теперь судьи обращаются не только к ч. 3 ст. 17

Конституции РФ, устанавливающей, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, но и к ст. 10 ГК РФ даже в том случае, когда прямое требование добросовестности в отношении осуществления какого-либо права отсутствовало.

По справедливому замечанию Э.О. Гаврило-ва, «действия считаются добросовестными, если они соответствуют «доброй совести», общим принципам справедливости, морали, нравственности» [5]. Это означает, что, совершая определенные действия, субъект гражданского права обязан учитывать требования не только закона, но и морально-нравственных установок.

В условиях активного роста предпринимательской деятельности и развития договорных отношений, когда разработка механизмов взаимодействия и некоторой идентичности правовых систем становится важной составляющей для стабилизации гражданско-правового оборота, требуется рассмотрение проблемы злоупотребления правом, его теоретического осмысления не только в трудах отечественных и иностранных авторов, но и в положениях зарубежного гражданского законодательства.

Так, ст. 8 общей части Гражданского кодекса Республики Казахстан (далее - ГК РК), в отличие от ГК РФ, не выделяет шикану (причинение вреда с предварительным умыслом). Причинение вреда, вызванное недобросовестными действиями с умыслом и без такого, законодателем РК уравнивается. Указанное же в ст. 10 ГК РФ причинение вреда другим лицам при наличии умысла выделено как более значимый повод защиты прав потерпевших от такого правонарушения.

Необходимо обратить внимание на то, что участники злоупотребляют правом ни в коем случае не по незнанию, а по предварительному умыслу. Действия, квалифицируемые законодателем как злоупотребление правом, изначально совершаются с целью удовлетворения своих личных интересов в обход закона и с нарушением назначения права. Априори при злоупотреблении правом умысел присутствует всегда.

И хотя добросовестность в ГК РК не закреплена в качестве основных начал гражданского законодательства, все же в п. 4 ст. 8 ГК РК конкретно указано, что граждане и юридические лица должны действовать при осуществлении своих прав разумно, добросовестно и справедливо, соблюдать требования, содержащиеся в законодательстве, и нравственные принципы общества. Специально оговаривается необходимость соблюдения предпринимателями правил деловой этики.

eurasian

> 5 (30) 2017 <

advocacy

В ст. 8 ГК РК закрепляется, что обязанность действовать добросовестно во всех смыслах не может быть исключена или ограничена договором. Сравнивая статьи ГК РФ «Осуществление гражданских прав», «Пределы осуществления гражданских прав», следует заметить, что ни одна из них не дает подобное ограничение при заключении договора. Хотя тут следует согласиться с тем, что любое понимание свободы нельзя рассматривать как вседозволенность. Применительно к принципу свободы договора это значит, что и он должен иметь пределы и ограничения своего действия, которые установлены федеральным законом или в закрепленном федеральным законом порядке [4]. В данном случае свобода договора в РФ ограничена добросовестностью как одним из основных начал гражданского законодательства.

Можно было бы утверждать, что свобода заключения договора, относительно принципов добросовестного поведения в ГК РК, ограниченная прямым запретом, свидетельствовала бы о большей склонности казахстанского законодательства к формализму. Но тут необходимо учесть, что закрепление в ст. 8 ГК РК запрета на ограничение или исключение обязанности участников договора действовать добросовестно является абсолютно необходимым ввиду того, что изначально добросовестность установления, исполнения гражданских прав и обязанностей не закреплена как общее императивное требование к участникам гражданского оборота.

Гражданский кодекс Республики Беларусь (далее - ГК РБ) в п. 4 ст. 2 «Основные начала гражданского законодательства» также закрепляет положение о добросовестном осуществлении гражданами своих прав, раскрывая в п. 2 ст. 2 понятие добросовестности, когда осуществление гражданских прав не должно противоречить общественной пользе и безопасности, наносить вред окружающей среде, историко-культурным ценностям, ущемлять права и защищаемые законом интересы других лиц. Такая очередность требований, соответствующих понятию добросовестности, в первую очередь выражает принцип приоритета интересов общественных над частными. В нарушение установленного в ст. 2 ГК РБ общего принципа добросовестности последний пункт ст. 9 ГК РБ устанавливает зависимость защиты гражданских прав от конкретных случаев, когда законодательство требует добросовестного и разумного осуществления прав.

Гражданский кодекс Кыргызской Республики (далее - ГК КР) не устанавливает принцип добросовестного и разумного осуществления прав

в качестве общего начала гражданского законодательства, ставит защиту гражданских прав в зависимость от случаев, когда добросовестность и разумность действий участников предполагается законом, как и ГК РБ.

Законодатели Киргизии (ст. 9 ГК КР) и Белоруссии (ст. 9 ГК РБ) устанавливают обязанность лица, злоупотребившего правом, восстановить положение лица потерпевшего и возместить причиненный ущерб, тогда как ГК РФ в ст. 10 указывает право потерпевшего лица требовать возмещения убытков, причиненных злоупотреблением. Ст. 8 ГК РК, в свою очередь, дает подробную дефиницию понимания законодателем добросовестности, требуемой от участников гражданских отношений.

Очевидно, что для правовой мысли стран ближнего зарубежья проблема злоупотребления правом актуальна. И если добросовестность участников в ГК РФ установлена в качестве одного из основополагающих и безоговорочно действующих начал гражданского законодательства, кодексы Казахстана, Киргизии и Белоруссии также не оставляют добросовестность без должного внимания.

Обращаясь к развитию законодательного регулирования злоупотребления правом в дальнем зарубежье, следует заметить, что запрет на злоупотребление правом в Западной Европе в кодифицированном законе был проведен еще в 1794 году в Прусском земском уложении Ландрехт. Строительные уставы и городские права ряда городов Германии (Мюнхен и Гамбург) издавна пытались ограничить произвол управомоченных лиц, устанавливая запрет на так называемые Neidbau - сооружения, возводимые собственником земельного участка с единственной целью досадить соседям [1].

Французская декларация прав человека и гражданина 1789 года [6] предписывала, что каждый гражданин должен отвечать за злоупотребление своим правом свободы мысли, мнения и соответственно действий в случаях, предусмотренных законом. На сегодняшний день принцип добросовестности во Франции закреплен в качестве одного из общих принципов права договора на основании принятого 10 февраля 2016 года Правительством Франции постановления № 2016-131 «О Праве договоров, об общих положениях и доказывании обязательств» [2]. Французский законодатель, опасаясь ограничения свобод граждан, допускает термин «злоупотребление» только в определенных ситуациях. Понятие «злоупотребление правом» дается в Гражданском кодексе Франции, в разделе «Деликты». Соответственно

евразийская

> 5 (30) 2017 <

адвокатура

наличие ущерба является обязательным условием применения судами мер при выявлении злоупотребления правом [11].

Гражданское уложение Швейцарии 1907 года содержало положение о недопустимости всякого злоупотребления правом, необходимости поступать по доброй совести при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей [7]. При регулировании современных правоотношений, когда злоупотребление правом явно, но в законе не предусмотрено регулирование таких ситуаций, суды в Швейцарии уполномочены признавать действия направленными на злоупотребление правом и давать собственную мотивировку [11].

Как видно, перед зарубежным законодателем проблема злоупотребления правом обозначена более чем столетним опытом. В современном зарубежном законодательстве формулировки закона являются достаточно широкими, ввиду чего судам приходится определять злоупотребление, исходя из фактических обстоятельств каждого конкретного дела. В связи с этим необходимо подчеркнуть тесную связь факта злоупотребления правом с различными жизненными ситуациями, что затрудняет его типизацию в нормах закона.

Рассмотренная история развития отечественного законодательства об осуществлении права в определенных рамках позволяет сделать вывод, как недолог опыт законодателя России и ближнего зарубежья в регулировании добросовестного осуществления прав. Также следует заметить, что законодатель ближнего и дальнего зарубежья избегает полной юридизации понятия добросовестности. Добросовестность как основополагающее начало гражданского законодательства должна не только обязывать сознание участников гражданского оборота действовать надлежаще путем внешнего воздействия, выраженного в законодательных актах, но и на «внутреннем» уровне призывать правосознание граждан использовать предоставленное государством право разумно, при удовлетворении своего субъективного интереса избегать «вольного» осуществления своего права в обход закона, действуя в этом случае несправедливо по отношению к интересам третьих лиц, общества и государства.

Проблема злоупотребления правом - следствие деформации правосознания. Это проявление правового эгоцентризма и отрицание права как ценности. Осуществление гражданских прав в рамках понимания границ своей свободы, разумности и добросовестности является сдерживающим фактором антиобщественных и негативных проявлений в гражданском обороте.

Пристатейный библиографический список

1. Huber K. Uber den Rechtsmissbrauch. Bern, l9l0. С. l2.

2. Безик К.С. Условные обязательства в новой редакции гражданского кодекса Франции // Сибирский юридический вестник. Вопросы частного права. 20l7. № 1. С. 63.

3. Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. M.: Волтерс Клувер, 2008.

4. Волос A.A. Принципы обязательственного права / под ред. Е.В. Вавилина. M.: Статут, 2016.

5. Гаврилов Э. О введении в Гражданский кодекс РФ общих норм, устанавливающих принцип добросовестности // Хозяйство и право. 2013. № 8.

6. Mаклаков В.В. Конституции зарубежных государств: учеб. пособ. M.: БЕК, 1999.

7. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. M.: Статут, 1998.

8. Поротикова О.А. Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом. M.: Волтерс Клу-вер, 2007.

9. Хрестоматия по истории отечественного государства и права (послеоктябрьский период) / под. ред. О.И. Чистякова. M.: СПб., 1994.

10. Чистяков О.И., Новицкая Т.Е., Червертков О.И., Кутьина Г.А. Хрестоматия по истории отечественного государства и права 1917-1991 гг. M.: Зерцало, 1997.

11. [Электронный ресурс]. URL: http://www.lidings. com/ru/articles2?id=76.

References

1. Huber K. Uber den Rechtsmissbrauch. Bern, 1910. S. 12.

2. Bezik K.S. Uslovnye objazatel'stva v novoj redakcii grazhdanskogo kodeksa Francii // Sibirskij juridicheskij vestnik. Voprosy chastnogo prava. 2017. № 1. S. 63.

3. Vavilin E.V. Osushhestvlenie i zashhita grazhdan-skih prav. M.: Volters Kluver, 2008.

4. Volos A.A. Principy objazatel'stvennogo prava / pod red. E.V. Vavilina. M.: Statut, 2016.

5. Gavrilov Je. O vvedenii v Grazhdanskij kodeks RF obshhih norm, ustanavlivajushhih princip dobrosovest-nosti // Hozjajstvo i pravo. 2013. № 8.

6. Maklakov V.V. Konstitucii zarubezhnyh gosu-darstv: ucheb. posob. M.: BEK, 1999.

7. Pokrovskij I.A. Osnovnye problemy grazhdanskogo prava. M.: Statut, 1998.

8. Porotikova O.A. Problema zloupotreblenija sub#ek-tivnym grazhdanskim pravom. M.: Volters Kluver, 2007.

9. Hrestomatija po istorii otechestvennogo gosudarst-va i prava (posleoktjabr'skij period) / pod. red. O.I. Chist-jakova. M.: SPb., 1994.

10. Chistjakov O.I., Novickaja T.E., Chervertkov O.I., Kut'ina G.A. Hrestomatija po istorii otechestvennogo gos-udarstva i prava 1917-1991 gg. M.: Zercalo, 1997.

11. [Jelektronnyj resurs]. URL: http://www.lidings. com/ru/articles2?id=76.