Либерализация

Либерализация

Борис Ельцин и Владимир Каданников высказались за снижение налогов

       Случилось. То, чего мы все ждали и за что боролись последние недели, случилось. Впервые после опубликования в Ъ обращения в поддержку либерализации налоговой системы оно встретило понимание на самом высоком уровне. Президент России согласился с тем, что налоговую систему России надо менять, причем менять в самое ближайшее время. Это ответственное заявление было сделано Борисом Ельциным на съезде общественного движения в его поддержку, что символизирует начало нового этапа во взаимоотношениях президента и российского бизнеса.
       
       Стучась ежедневно в двери всех властных структур и требуя реакции на наше обращение, мы и не предполагали, что наши усилия так скоро дадут желаемый эффект. Поэтому выступление Бориса Ельцина на съезде стало приятной неожиданностью. Оно продемонстрировало, что точка зрения налогоплательщиков может сыграть далеко не последнюю роль в нынешней предвыборной кампании. Борис Ельцин обладает тем неоспоримым преимуществом перед своими соперниками, что лишь он способен облекать предвыборные декларации в форму конкретных документов, безотлагательно превращая бесплотные обещания в реальные действия.
       Уже в понедельник мы почувствовали, что громоздкая бюрократическая машина начинает набирать обороты: первый вице-премьер Владимир Каданников, поддержав обращение о либерализации налоговой системы, дал указание учесть его при подготовке предложений о реформе налоговой системы.
       Первая брешь в стене была пробита. Как бы неповоротлив, как бы медлителен ни был государственный аппарат, у него есть одно существенное преимущество — однажды "встав на рельсы", бумага долго с них не сойдет. И либо дойдет до станции назначения, либо окажется на запасном пути. Последнего мы, конечно, не допустим, поскольку ясно отдаем себе отчет в том, что налоги сейчас стали главным вопросом не только экономики или политики, но и всей общественной жизни. Налоги, как считает известный американский историк Чарльз Адамс, являются первопричиной всех общественных катаклизмов, и смена эпох в человеческой истории определяется прежде всего сменой налоговых систем. Каждой из которых соответствует свой собственный тип взаимоотношений личности и государства. При этом отсутствие налогов является либо признаком беспросветной дикости, либо тотального рабства.
       В современном западном обществе в отношении налогов хоть и не безболезненно, но все же достигнуто определенное согласие. Налоги рассматриваются как неизбежное зло, которое каждый член общества добровольно терпит ради стабильности и порядка. Государство, уже более не являясь самодовлеющей силой, стало относительно послушным инструментом в руках большинства граждан. Налоги, на которые и содержится это государство, таким образом превращаются в добровольный взнос на собственные же нужды. Именно поэтому западный налогоплательщик не стесняется задаться вслух вопросом: "Куда идут мои налоги?" И именно поэтому облеченные властью выборные политики так боятся этого вопроса — их провалы делают из них неудачливых директоров корпорации, которым ее акционеры доверили свои деньги. Разумеется, на первых же выборах неудачники оказываются уволенными.
       В России ситуация пока иная. Наш налогоплательщик гораздо менее горд своей ролью финансовой опоры государства. С его точки зрения налоги — это форма благодарности гражданина заботящемуся о нем государству. Не вдаваясь в подробный анализ "заботливости" нашего государства, можно без малейшей натяжки утверждать, что сама дискуссия между властью и гражданами на тему налогов является простым выяснением отношений, от результатов которого и зависит дальнейшая судьба этих отношений. Все это похоже на супружескую пару, много лет пытавшуюся распределить обязанности в семье, погрязшую во взаимных претензиях, но отлично понимающую всю невозможность развода.
       То, что Борис Ельцин так явно озабочен судьбой налоговой системы, свидетельствует не только о его заинтересованности в стабильности экономики, но и о понимании истоков психологической напряженности в обществе. Гражданин, которого государство давит налогами, не давая ничего взамен, не может ни любить, ни уважать это государство. Тем более он не может думать о благе такого государства. Самое мягкое слово, которым можно определить его отношение к государству, — неприязнь. Поэтому обращение Бориса Ельцина к теме налогов не может остаться безответным. И уже сейчас, обозревая ту почту, которую получил Ъ в ответ на обращение в поддержку либерализации налоговой системы, есть все основания утверждать, что тема налогов в ходе нынешних выборов будет играть неизмеримо большую роль, чем когда бы то ни было в прошлом. При этом следует помнить, что опыт демократического общества свидетельствует о колоссальном политическом потенциале налоговой темы. Пример Стива Форбса, набравшего большое число голосов в ходе борьбы за право стать лидером американских республиканцев, говорит сам за себя. Эти голоса принесло ему всего лишь одно положение его скудной предвыборной программы: отменить все налоги, заменив их на один-единственный 17-процентный налог с продаж. Не следует забывать и о том, что британский премьер Маргарет Тэтчер была вынуждена уйти в отставку из-за отказа английского общества согласиться с ее планом введения непопулярного налога — "подушной подати".
       Признавая необходимость скорейшей реформы налоговой системы, Борис Ельцин действует в соответствии с принципом, открытым философом Гельвецием и ставшим главным секретом успеха многих государственных деятелей в век информационного взрыва: "Знание немногого существенного освобождает от знания многих частностей". Налоговая реформа и Налоговый кодекс как раз и являются тем существенным, что игнорировать невозможно. Доказательством тому служит обращение "О совершенствовании налогового законодательства и инвестициях в экономику России", направленное лидерам страны представителями иностранного бизнеса. Это обращение показывает, что налоговая система России уже давно не носит чисто внутриполитического и внутриэкономического характера, а обрела международное значение.
       Мы рады, что нам удалось немного сдвинуть гору, до сих пор казавшуюся неприступной. Мы рады, что идея либерализации налоговой системы стала полноправным обитателем самых высоких кабинетов власти. И мы рады, что это произошло по инициативе тех, кто подписал обращение, и благодаря тем из вас, кто поддержал нас. Реакция на наше обращение со стороны делового мира России, культурной элиты страны и ее общественных деятелей, частных лиц, принадлежащих к самым разным социальным группам, свидетельствует о том, что все российское общество ждет от своего государства конкретных решений. Последние заявления Бориса Ельцина дают основания надеяться, что государство наконец услышало своих граждан.
       РЕДАКЦИЯ