Царица вальсов

Парюра, этот ювелирный венец творения, после года забвения вновь вернулась в праздничный бальный дресс-код. О том, почему именно парюре в парадном костюме досталось столь значительное место, объясняет Екатерина Истомина.

Сегодня достойная традиция рождественских и предновогодних балов как-то пришла в себя, однако до дореволюционного идеала еще далеко. Поэтому для почитателей истинных бальных танцев существует единственно верный маршрут — в Вену. Этот город пышных тортов, шницелей и яблочных штруделей (и, разумеется, легенды мира десертов — венского Sacher) встретит желающих вальсировать в Хофбург-паласе зимней прохладой вымощенных булыжником улиц. Беспощадная по причине яркости уличная иллюминация, холод и необходимость кутаться в настоящие русские соболя даже на балу в бывшем дворце Марии-Терезии и Франца-Иосифа — таковы главные особенности праздничной Вены. А "выгуливать" парюры следует именно там, в блистательной австрийской столице.

Итак, в декабре 2006 года на лучших венских балах был совершенно неожиданно введен новый бриллиантовый dress-code: всем дамам непременно полагалось иметь бриллиантовое украшение в прическе (разумеется, танцевать допускали и тех, кто такого украшения по обидной оплошности не завел — и мы оказались в числе именно таких бестолковых гостей). В то время как парюра, эта славная и на самом деле великая участница всех турниров вальсов и полек, ненадолго сдала свои царственные позиции.

Однако в этом году бриллиантовые украшения для волос, эти изощренные и блистательные кунштюки "высокой ювелирной моды", должны будут уступить нашей милой старушке парюре ее законное место. Ведь ни одна модная новинка не способна поколебать тот царственный престол, на который самой всемирной историей драгоценностей была воздвигнута парюра.

Говоря по справедливости, слово "парюра" в переводе с французского (la parure) означает "полный сет украшений", то есть большой комплект, состоящий из большого колье, браслета, кольца, броши для корсажа, а также украшения для волос. Правда, некоторые куртизанки эпохи Второй империи, как, например, пухлая и немного мужеподобная, на наш вкус, Белль Отеро (или же Красавица Отеро), вносили свои существенные коррективы в классический состав парюры. Так, красавица Отеро заказала у ювелира Фредерика Бушрона полностью бриллиантовое крепление для подвязки — это эротическое украшение в форме треугольника имело крайне сложную конструкцию, но великий ювелир превосходно справился с поставленной ему задачей. В парюру могли быть включены и подвески или даже драгоценный веер. И, разумеется, неотъемлемую часть классической парюры составляли тиары, диадемы и эгреты.

Сегодня классическая французская парюра, конечно, сильно сдала в весе. И всему виной революционные изменения, случившиеся в моде в XX веке. Так, с исчезновением жесткого корсета канула в вечность и корсетная брошь в виде бриллиантового банта или длинной бриллиантовой же "гирлянды" в стиле Людовика XVI. С появлением женской короткой стрижки исчезли из обихода тиары и легкие изящные эгретки, некогда украшавшие сложные прически. Ювелирный браслет оказался в немилости из-за популярности маленьких ювелирных часов, ставших актуальными в 1910-е годы и оказавшихся в итоге более функциональными. И только большое колье ничто и никто не в силах отменить — через годы, через расстояния оно осталось с нами. Теперь, когда от классической парюры осталось только большое колье, именно последнему, на наш взгляд, стоит присвоить парадное историческое название.

Это только кажется, что парюра, то есть колье,— предмет, исполненный однообразия и старомодной скуки. Прошли те времена, когда колье ювелиры "шили по одним лекалам",— определенной, строгой стилистической моды на этот предмет больше не существует. Причина тому — новая схема работы больших ювелирных домов, которые сегодня предпочитают обращаться к собственным архивам, использовать важные исторические сюжеты, нежели разрабатывать и искать какой-то новый цельный стиль.

Между тем отсутствие явных новых стилистических решений вовсе не означает отсутствия ювелирных трендов. Есть популярные ювелирные вещи, хотя это покажется парадоксальным — ведь это дорогие драгоценности. К трендовым вещам можно отнести, например, колье-ошейники, или чокер,— ювелирную новинку 1920-х. Короткий чокер в громкую эпоху джаза противопоставлялся длинному сотуару, эти украшения обоих видов отлично дополняли новые платье ар-деко — в форме чехла и без привычной талии. Сотуары, вошедшие в моду два года назад, уже выглядят скорее добропорядочной классикой, их надевают не на вечер, а на день. В то время как чокеры, занявшие место вечерних драгоценностей, вещей для раутов, расположились на остромодных позициях.

Безусловно, чокер — это очень хищная, агрессивная ювелирная вещь, такой "ошейник" плотно-плотно обнимает горло. По причине моды любой чокер будет выглядеть сегодня очень стильной вещью, причем совершенно не важно, из какого материла он сделан. Это может быть и платина или золото с классическими драгоценными камнями, или толстая бархатная лента с драгоценными аппликациями, или ритмичная "связка" разноцветных жемчужных нитей, скрепленных бриллиантовыми плашками, или кожа ската, шершавая "галюша", столь популярная в эпоху ар-деко.

В более консервативной и традиционной нише находятся большие парадные колье, которые имитируют различные предметы кутюра — французского ручного шитья. Это могут быть широкие или узкие ювелирные "галстуки", короткие и длинные "индийские" шарфы, "сотканные" из подвижных золотых нитей (часто они могут служить даже ювелирными поясами — и в этом случае они станут по-настоящему индийскими украшениями), колье-"зипы", от Zip, молнии, причем эта молния, сделанная из золота и с настоящими бриллиантами, расстегивается.

Колье асимметричных форм более остромодны, чем симметричные. Ценится экстравагантность, смелость и даже вызов. Еще из конструктивных особенностей можно отметить наличие множества колье-трансформеров — в большинстве случаев это цветочные колье или колье в пышноватом индийском стиле, различные части которых могут служить брошами, серьгами или даже браслетами.

Цветочные колье взгромоздились сегодня на самый пик гламура. Такое высокопоставленное положение связано с тем, что флористические сюжеты были в этом году крайне популярны. При этом почти все большие ювелирные дома стараются достичь как можно большей правдоподобности и максимально избегнуть какой бы то ни было абстракции. Это страстное желание того, чтобы цветок или цветочный букет обязательно выглядели правдоподобно, возникает тоже не случайно. Ведь сегодня стало модно говорить о том, что старые мастера сертисажа (ювелиры, которые работают с камнями и оправами, создают сложные рисунки pave) навсегда уходят от нас и уносят с собой в могилу секреты своего мастерства. О том, что эти секреты "старых мастеров" нужно обязательно сохранить, что нужно выращивать новую смену, усиленно говорят не только в офисах компаний и в ателье (причем как в ювелирных, так и в часовых). Это является и предметом светской беседы. Поэтому сейчас ювелиры стали, в некотором смысле, соревноваться — какой дом лучше сможет сохранить и продемонстрировать старое искусство сертисажа.

Из восточных и этнических тем в большей степени популярна индийская, которая в период увлечения азиатской экзотикой, то есть три-пять лет назад, была обойдена вниманием ювелиров, сосредоточивших свои усилия на шинуазри.

Парадные жемчужные нитки — классика жанра, несмотря на то что жемчуг вошел в моду два года назад. Другое дело, что сейчас на смену белой классике приходит классика цветная — жемчуг всех возможных оттенков, которые только может дать жемчужная устрица. Еще более классическими парюрами следует считать колье из белых бриллиантов с другими драгоценными камнями — рубинами (на первом месте), сапфирами и изумрудами (второе и третье места соответственно).

Нет ювелирной вещи более театральной, чем колье. Не случайно, что большие колье столь часто являются основными экспонатами ювелирных выставок. Дело в том, что для колье — в отличие от кольца или серег — иногда даже и не требуется владелица.