Декарбонизация не терпит пауз

Энергокризис, заставивший многие страны временно пересмотреть свои экологические приоритеты, привел их к необходимости принимать меры для ускорения процесса декарбонизации. Но если Европа при первой возможности стабилизировала свое потребление «грязных» энергоресурсов, то Азиатско-Тихоокеанский регион до сих пор продолжает наращивать закупки угля. Эксперты полагают, что, несмотря на обнародованные планы в сфере углеродной нейтральности, фактические успехи будут во многом зависеть от глобальной политической и экономической ситуации в ближайшие годы.

Фото: Kai Pfaffenbach / Reuters

В конце мая лидеры стран G7 (США, Канада, Франция, ФРГ, Италия, Великобритания и Япония) подтвердили намерение перейти на полную углеродную нейтральность до 2050 года и обеспечить сохранение предела повышения температуры до 1,5°C. В итоговой декларации участники подчеркнули обязательство ускорить поэтапный отказ от использования ископаемых видов топлива, призвав другие государства к сотрудничеству в этой области. В документе также отмечается, что страны G7 будут стараться прекратить к этому сроку субсидирование проектов с неэффективным использованием ископаемого топлива. Газовый сектор является исключением из этого правила как допустимый переходный этап.

Шаг вперед, два назад

Риторика о сохранении планов по декарбонизации у крупнейших экономик мира возникла в прошлом году, когда стало очевидно, что даже лидеры зеленой повестки готовы, пусть и временно, отказаться от ее принципов в случае политических и экономических кризисов. Так, после резкого роста в 2022 году цен на газ, которые несколько недель превышали $3 тыс. за 1 тыс. кубометров, а также на фоне обострения конкуренции за сжиженный природный газ Европа резко повысила импорт самого «грязного» вида топлива — угля (на 51%, до 65 млн тонн). В результате выработка угольных ТЭС, по данным аналитического центра Ember, выросла на 7%. В целом мировое потребление угля в 2022-м впервые в истории превысило 8 млрд тонн (рост на 1,2%), сообщало Международное энергетическое агентство (МЭА). Это, как признавал директор МЭА по энергетическим рынкам и безопасности Кейсуке Садамори, привело к увеличению глобальных выбросов. Но, отмечал он, «в то же время есть много признаков того, что кризис ускоряет повышение энергоэффективности, внедрение возобновляемых источников энергии и тепловых насосов».

В конце мая генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш призвал страны G7 полностью отказаться от угольной энергетики уже к 2030 году, отметив, что страны «семерки» отстают от намеченного ранее графика декарбонизации. Он пояснил, что следующие пять лет, вероятно, будут самыми жаркими за всю историю метеонаблюдений. Чтобы наверстать упущенное время, он предложил программу ускорения энергоперехода, в рамках которой страны G7 должны мобилизовать финансовые и технические ресурсы для поддержки развивающихся государств. Им предполагалось выделять около $100 млрд в год на борьбу с климатическими изменениями.

Но если европейские и западные страны готовы отказаться от угля и нефти, то в азиатских странах их потребление в ближайшие годы будет только расти. Так, к 2025 году страны Европы намерены сократить потребление угля на 7%, до 552 млн т, США — на 6,3%, до 383 млн т, Япония — на 3,8%, до 158 млн т, в то же время Индия может нарастить его на 3,4%, до 1,2 млрд т, Китай — на 0,7%, до 6,5 млрд т, что перечеркнет практически все усилия остальных стран, учитывая объемы спроса. По оценкам Росконгресса, в 2022 году доля угля в генерирующем сегменте азиатского региона выросла до 57%, прибавив 2,5% по сравнению с 2021-м. Таким образом, становится очевидно, что, несмотря на все заявления Запада, фактически экологическая повестка формируется на Востоке.

Деньги важнее

Аналогичная ситуация складывается и в нефтегазовой сфере. По оценке МЭА, расходы на разведку и добычу нефти и газа в мире в 2023 году вырастут на 7%, вернувшись к уровню 2019-го. То есть сейчас крупнейшие производители инвестируют больше, чем до пандемии COVID-19. Основной рост придется на крупные нефтяные компании на Ближнем Востоке. Главной причиной такого оживления является высокий уровень цен на углеводороды, благодаря которым отраслевые игроки в прошлом году получили рекордную прибыль.

Не желая ее терять, крупнейшие мировые нефтегазовые компании начали тормозить продвижение климатической повестки. Например, акционеры американских Exxon Mobil Corp. и Chevron Corp. в конце мая отклонили основную часть климатических инициатив, в том числе касающихся снижения выбросов по всей цепочке потребления выпускаемых ими товаров, а также публикации данных относительно ESG-ориентиров и раскрытия информации о рисках утечек нефти. Энергокомпании в США традиционно поддерживают сокращение только прямых и косвенных выбросов (Охват 1 и 2), в то время как экоактивисты требуют установить цели для сокращения выбросов, генерируемых в том числе и потребителями их продукции (Охват 3). Ранее в этом году аналогичные климатические инициативы в британских нефтегазовых компаниях BP Plc и Shell также не смогли получить поддержку большинства акционеров. Главный исполнительный директор ExxonMobil Даррен Вудс пояснял, что компания выиграла в результате вложений в добычу углеводородов в тот момент, когда другие игроки сектора сокращали инвестиции. По его словам, снижение финансирования никак не поможет снизить глобальный спрос, вслед за которым растет предложение.

По прогнозу Минэнерго США, в ближайшие два года мировая добыча нефти увеличится на 1,5 млн и 1,3 млн баррелей в сутки соответственно, несмотря на решение ОПЕК+ о новых сокращениях производства. Сделка альянса ОПЕК+ в начале июня была распространена на 2024 год со снижением со следующего года общего целевого уровня добычи нефти на 1,4 млн баррелей в сутки. Основными глобальными источниками роста производства станут США, Норвегия, Канада, Бразилия и Гайана.

Зеленая генерация растет

Несмотря на подобную позицию многих мировых нефтегазовых компаний, инвестиции в альтернативную энергетику растут более высокими темпами, чем вложения в разработку углеводородов. По данным МЭА, из $2,8 трлн общего объема вложений в энергетику более $1,7 трлн, как ожидается, пойдет на экологически чистые технологии, включая возобновляемые источники энергии, электромобили, атомную энергетику, сети, хранилища, топливо с низким уровнем выбросов и повышение эффективности. При этом впервые размеры финансирования солнечной генерации ($382 млрд) превысят вложения в добычу нефти ($371 млрд).

Но, уверены эксперты, несмотря на колоссальные инвестиции в чистую энергетику, в случае новых кризисных ситуаций (например, сильных морозов, неподходящих погодных условий или недоступности экологичных видов топлива) европейские страны и другие приверженцы энергоперехода снова вернутся к потреблению «грязных» энергоресурсов, таких как уголь. Это, отмечают на рынке, отсрочит достижение целей по декарбонизации или потребует увеличения инвестиций для восстановления текущего графика.