Пути развития государственного обвинения в российском уголовном судопроизводстве

© 2007 г. А.Д. Кумыкова

ПУТИ РАЗВИТИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНЕНИЯ В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Осуществляемая в Российской Федерации судебная реформа, одной из задач которой явилось преобразование уголовного процесса из обвинительного в состязательный, выявила невозможность достижения назначения уголовного судопроизводства без эффективной деятельности государственного обвинения.

По мере накопления практики применения нового уголовно-процессуального закона возникло множество проблем, требующих своего разрешения, с ними сталкиваются как прокуроры в процессе поддержания государственного обвинения, так и судьи, а также другие участники процесса при рассмотрении уголовных дел.

В условиях состязательного судопроизводства необходимо по-новому осмыслить процессуальное положение прокурора, поддерживающего обвинение в суде, определить меры по совершенствованию государственного обвинения.

Комплексная разработка теоретических и практических проблем осуществления государственного обвинения, анализ соответствующей законодательной базы и разработка рекомендаций, направленных на совершенствование деятельности прокуроров, поддерживающих государственное обвинение, является неотложной задачей органов прокуратуры на современном этапе.

Прежде всего требуется выявить пробелы в законодательстве, касающиеся производства в суде первой инстанции, и внести соответствующие предложения о возможностях их устранения.

Несмотря на подробную регламентацию в нормах закона об участниках процесса, наделенных функцией поддержания государственного обвинения, остается не разрешенным вопрос о ситуациях, предполагающих участие в этой роли следователя либо дознавателя.

В настоящее время уголовно-процессуальный кодекс РФ определил два фактора, допускающих подобное участие: поручение прокурора и случаи, когда предварительное расследование проведено в форме дознания. Однако по этим признакам нельзя однозначно решить вопрос о назначении обвинителя, способного наиболее качественно поддержать обвинение по делу. Особенно это касается тех дел, где расследование передавалось от одного следователя либо дознавателя другому.

Вряд ли следует полагать, что следователь, участвовавший только в предварительном расследовании, но не принимавший участие в окончательном формулировании обвинения имеет все основания быть в этом деле государственным обвинителем. Скорее всего, наоборот, лишь сформулировавший окончательное обвинение на стадии предварительного расследования следователь либо дознаватель по поручению прокурора и в случаях, когда предварительное расследование произведено в форме дознания, может быть наделен правом поддержания государственного обвинения в суде.

В этой связи предлагается внести соответствующее изменение в Уголовно-процессуальный кодекс РФ и изложить п. 6 ст. 5 в следующей редакции:

- государственный обвинитель - это поддерживающее от имени государства обвинение в суде по уголовному делу должностное лицо органа прокуратуры, а по поручению прокурора и в случаях, когда предварительное расследование произведено в форме дознания, также дознаватель либо следователь, завершивший предварительное расследование по уголовному делу.

Кроме того, нельзя не отметить нецелесообразность поручения поддержания обвинения лицу, практически не подготовленному к этой обязанности. Вместо решения этого вопроса Генеральная Прокуратура РФ выбрала способ, который едва ли можно признать соответствующим закону.

В приказе № 28 от 03.06.2002 г. [1] в п. 1.4 указано «До особого распоряжения исключить поручение поддержания государственного обвинения в суде должностным лицам органа дознания и следователям». Данный приказ запрещает введение п. 6 ст. 5 УПК РФ, ставя её применение в зависимость от особого распоряжения Генерального прокурора РФ.

Вместе с тем Федеральным законом от 22.11.2001 г. «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (ст. 1) вводятся в действие положения УПК РФ (в том числе и п. 6 ст. 5 УПК РФ) с 1 июля 2002 г. [2].

Как видно, п. 1.4. вышеуказанного приказа нарушает положения Конституции РФ, в которой вполне определенно сказано о недопустимости противоречий между федеральным законом и иным актом, изданным в РФ (ч. 5 ст. 76 Конституции РФ). В связи с этим необходимо его исключение из приказа № 28 Генпрокуратуры РФ от 03.06.2002 г. как противоречащего Конституции РФ и не имеющего юридической силы с момента своего издания.

Одновременно необходимо предпринять меры, направленные на подготовку следователей, а также дознавателей к обязанности по поддержанию государственного обвинения в суде.

В этих целях предлагается организовать в органах прокуратуры субъектов РФ группы из числа работников, непосредственно занимающихся функцией обвинения в суде, для проведения систематических занятий по повышению качества участия в судебных заседаниях с обвинительной деятельностью.

На следователей и дознавателей, по согласованию с МВД РФ, необходимо возложить обязанности по прохождению стажировки в этих группах и получению документов, свидетельствующих о приобретении квалификации государственного обвинителя или его очередного повышения. Это позволит добиться двойного эффекта: подготовка следователей и дознавателей к роли государственного обвинителя и повышение собственного уровня знаний ра-

ботниками прокуратуры, которые будут обязаны повышать квалификацию чтобы преподносить знания другим.

Исключение возможности участия в деле обвинителя, досконально не изучившего материалы уголовного дела - первоочередная задача, в цепи проблем, стоящих на пути повышения качества поддержания государственного обвинения. С момента признания о том, что дело подлежит предварительному слушанию, прокурор должен начать подготовку для участия в нем.

На практике часто происходит так, что лишь за несколько дней до проведения предварительного слушания назначают работника прокуратуры для поддержания обвинения по делу. За отведенный короткий срок обвинитель в спешке знакомится с делом, что еще хуже, изучает только обвинительное заключение. Такое «сжатое» ознакомление не редкость, и не способствует качественному построению обвинительной деятельности.

Для решения этой проблемы в первую очередь необходимо определить такие организационные меры, которые с неизбежностью обязали бы прокурорского работника знать материалы дела и обстоятельства производства предварительного расследования.

Несомненно, гораздо больше информации по делам, находящимся в производстве, известно прокурору, осуществляющему надзор за ходом предварительного расследования. Однако на сегодня большинство таких прокуроров не участвуют в судебных разбирательствах в качестве государственного обвинителя, а поручают эту функцию работникам, которые непосредственно задействованы в судебных процессах.

Закрепление за прокурорами-обвинителями уголовных дел с момента их возбуждения для последующего осуществления за ними надзора и поддержания обвинения в суде способствовало решению проблемы малоин-формированности обвинителей по назначаемым к слушанию делам.

В то же время, подобное разделение могло бы сэкономить время и силы, затрачиваемые обвинителями на детальное изучение и анализирование дел, направляемых в суд, а значит, качество поддержания государственного обвинения в результате такой организации повысилось бы.

Возражения, касающиеся того, что обвинитель в этом случае станет зависим от итогов предварительного расследования, нельзя признать достаточно убедительным, так как прокуратура в любом случае ответственна за правильную квалификацию и качество расследования дел, направляемых в судебные органы. Напротив, осознание того, что обвинитель должен публично отстаивать итоги расследования по своим курируемым делам станет обязывающим фактором к более скрупулезному надзору за качеством расследования уголовных дел.

В этих целях полагаем необходимым рекомендовать руководству Прокуратуры РФ издать внутриведомственный акт, в котором следует:

а) указать закрепление за работниками прокуратуры определенных количеств возбужденных дел для осуществления надзора за ходом их расследования;

б) обязать этих работников (по итогам расследования дела) изложить в конце обвинительного заключения свою убежденность о качестве расследования дела, достаточности собранных доказательств, подтверждающих вину обвиняемого, возможности направления дела в суд и готовности поддерживать по нему государственное обвинение.

Последующее утверждение обвинительного заключения руководящим работником прокуратуры станет завершающим моментом, свидетельствующим о необходимости направления уголовного дела в суд.

В пользу вышеизложенного предложения можно привести данные судебной статистики. Так, в 2003 г. не направлено в суды 28430 дел на 37390 лиц (3,3 % от числа лиц по делам, законченным производством), после возвращения прокурору для устранения препятствий их рассмотрения. Из числа дел, возвращенных в 2003 г. генпрокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, лишь по 18 % дел недостатки устранены в определенный законом пятидневный срок, по 54 - с нарушением пятидневного срока (в том числе 12 % свыше одного месяца и 4 % свыше трех месяцев), а 28 % дел в суд вообще не возвращено [3].

При контроле над уголовными делами со стороны сотрудников прокуратуры, осуществляющих функции государственного обвинения, а также учете их мнений руководящими работниками, наделенными полномочием утверждать обвинительное заключение, можно надеяться на значительное уменьшение количеств дел, возвращенных прокурору.

Основным и ведущим направлением прокурорской деятельности должна стать функция государственного обвинения. Именно в этом заключается основное предназначение прокуратуры.

Вместе с тем включать прокуратуру в судебную власть, как один из его инструментов, согласно мнению некоторых авторов, вряд ли целесообразно [4]. Функции, правосудия и государственного преследования имеют существенные отличия, и если речь идет о том, чтобы сторону обвинения в процессе включить в судебную систему, то на это положение, согласно принципу состязательности, должна претендовать и другая сторона - защита.

Прокуратура должна быть отделена от судебной власти. Однако это не означает, что она должна находиться в подчинении другой ветви власти.

Предлагается выделить прокуратуру в самостоятельную систему государственной власти, призванную заниматься преследованием нарушителей закона. При этом необходимо ее расширение путем включения в эту ветвь таких служб, как МВД, ФСБ, Комитет по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, частные детективные и охранные службы и др., т.е. такие структуры, которые непосредственно занимаются функциями пресечения и преследования нарушителей закона.

Новую ветвь государственной власти надлежит возглавить Прокуратуре РФ. Остальные службы могут входить в эту систему как самостоятельные ведомства, состоящие при этом органе. Контроль и координацию деятельности указанных структур по борьбе с право-

нарушениями необходимо возложить на органы прокуратуры, которые и были призваны с самого начала выполнять эту функцию.

По сути Федеральный закон от 17.01.1992 г. № 2202-1 (ред. от 04.011.2005 г.) «О прокуратуре РФ» в ст. 5 («Недопустимость» вмешательства в осуществление прокурорского надзора») закрепляет самостоятельность и независимость прокуратуры от иных государственных органов [2]. В ней говорится, что воздействие в какой-либо форме федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, их представителей, а также должностных лиц на прокурора или следователя с целью повлиять на принимаемое им решение или воспрепятствовать в какой-либо форме его деятельности влечет за собой установленную законом ответственность. Там же сказано, что прокурор и следователь не обязаны давать какие-либо объяснения по существу находящихся в их производстве дел и материалов, а также предоставлять их кому бы то ни было для ознакомления, не иначе как в случаях и порядке, предусмотренных федеральным законодательством.

Определение власти преследования станет элементом, заполняющим пробел между властью исполнения закона, призванной заниматься законной деятельностью и властью судебной, осуществляющей правосудие в отношении лиц, уже обвиняемых государством. Подобные изменения позволят сосредоточить деятельность по выявлению правонарушений и преследованию виновных лиц в единую иерархическую систему, что позволит быстро и качественно решать задачи борьбы с правонарушениями.

Вместе с тем и для ведущей функции прокуратуры - поддержания государственного обвинения в суде,

Кабардино-Балкарский государственный университет

такое построение будет иметь положительное значение. Четкое осознание поставленных государством перед прокуратурой задач позволит сосредоточить основные усилия на совершенствовании их деятельно -сти и в первую очередь в вопросах предупреждения и пресечения правонарушений, выполнения обвинительной функции, а также привлечения виновных лиц к ответственности.

Определение мер, способствующих развитию функции государственного обвинения, выявляет настоятельную необходимость изменения ряда правовых норм и введения новых. Остается только выразить надежду, что те, от кого зависит их практическое воплощение, заинтересованно подойдут к изучению предложений по совершенствованию уголовного процесса и обвинительной деятельности правоохранительных органов.

Литература

1. Приказ Генпрокуратуры РФ от 03.06.2002 г. № 28 «Об организации работы прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» // Консультант плюс (справочная система).

2. Общероссийская сеть правовой информации «Консультант плюс».

3. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. № 8.

4. Жуйков В.М. Право человека и власть закона. М., 1995; Похмелкин В. Участие прокуратуры в рассмотрении гражданских дел - юридический атавизм // Российская юстиция. 2001. № 5.

27 сентября 2006 г.