Формирование институциональной среды функционирования рынка сельскохозяйственных земель

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 332.72:631.1

ФОРМИРОВАНИЕ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ СРЕДЫ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ РЫНКА СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ ЗЕМЕЛЬ

Л.О. Оганесян, кандидат экономических наук Е.Н. Федюнина, кандидат экономических наук

Волгоградский государственный аграрный университет

В статье рассматриваются предпосылки формирования нестабильной институциональной среды функционирования рынка сельскохозяйственных земель, для которой характерны такие свойства, как асимметричность, дихотомия, противоречивость, высокие трансакционные издержки, благоприятные условия проявления институциональной ловушки в процессе обращения земельных ресурсов.

Ключевые слова: рынок сельскохозяйственных земель, институциональная среда, нестабильность, асимметричность, дихотомия рынка, институциональные ограничения.

Процесс формирования институциональной среды функционирования и развития рынка сельскохозяйственных земель в экономике России оказался достаточно длительным, противоречивым и незавершенным. Суть проблемы заключается в том, что на первом этапе трансформации экономической системы России институт частной земельной собственности не был полностью признан и юридически оформлен. Долгосрочный характер и непоследовательность институциональных преобразований в аграрной сфере экономики способствовали формированию нестабильной институциональной среды для функционирования рынка сельскохозяйственных земель.

В национальной экономике основы формирования частной собственности на землю были заложены на первом этапе земельной реформы в 1990-1992 гг. В 1990 г. Конституцией РСФСР была признана собственность крестьян на землю, но в то же время был введен 10-летний мораторий на куплю-продажу, что стало сдерживающим фактором для развития рыночных отношений в аграрной сфере экономики России. В декабре 1991 года в соответствии с Указом Президента РФ «О неотложных мерах по проведению земельной реформы в РСФСР» и постановлением Правительства РФ «О порядке реорганизации колхозов», было инициировано становление частной собственности на земельные участки. Соответственно, появилась возможность перехода к частной, коллективно - долевой или другим видам собственности, которая была закреплена в Постановлении Правительства РФ от 4 сентября 1992 года №708 «О порядке приватизации и реорганизации предприятий и организаций агропромышленного комплекса».

Таким образом, в экономике России были введены регуляторы институциональных ограничений, в качестве которых, с одной стороны, можно рассмотреть мораторий на куплю-продажу сельскохозяйственных земель, а с другой стороны, как отмечает А.Н. Макаров, «институт титулованной собственности», представленный в форме собственности на земельную долю [4].

В период проведения второго этапа земельной реформы (1992-1996 гг.) неоднократно уточнялась перечень возможных сделок с земельными участками и земельными долями. В последующих законах, указах Президента РФ и постановлениях правительства частная собственность на землю была закреплена уже в прямой непосредственной формулировке. Был также снят мораторий на куплю-продажу земли, юридически признан ограниченный, регулируемый государством, рыночный оборот земли. Однако, согласно новому Земельному кодексу РФ, в 1996 г. вступает в силу запрет на продажу земель сельскохозяйственного назначения, и в результате рыночный обмен становится практически невозможным.

Важным шагом к созданию института земельной собственности стал принятый в 2000 г. Федеральный закон «О государственном земельном кадастре». С его помощью был утвержден и введен в действие «Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (ЕГРП), содержащий сведения о правах, обремене-ниях, наличии объектов недвижимости и описание границ земельного участка. Собственники земельных долей и участков получили возможность зафиксировать свои права в органах государственной регистрации. Но юридические документы могли быть оформлены только на физически выделенные участки (индивидуальные или коллективные — общедолевые), чьи границы были описаны и удостоверены в установленном порядке. С этой целью земельные участки следовало поставить на государственный кадастровый учет, то есть составить кадастровый план и, соответственно, получить кадастровый номер. Кроме того, в 2001 г. после продолжительных научных, общественных, политических дискуссий и споров, начатых еще с 1994 г., Государственной Думой был принят новый вариант Земельного кодекса, соответствующий новым конституционным положениям. Принятый в июле 2002 г. и введенный в действие в январе 2003 г. федеральный закон «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» узаконил рыночный обмен сельскохозяйственных земель. В новых институциональных условиях только сельскохозяйственные угодья подлежали разделу на доли.

В основу этого закона были положены следующие принципы:

- сохранение целевого использования земельных участков;

- ограничение размеров общей площади сельскохозяйственных угодий, которые могут находиться в собственности гражданина, его близких родственников, а также юридических лиц (между тем каких-либо ограничений на аренду закон не предусматривает);

- установление преимущественного права субъекта РФ или в случаях, установленных законом субъекта Федерации, органа местного самоуправления на покупку продаваемого (кроме продажи с публичных торгов) земельного участка или земельной доли (если другие участники долевой собственности откажутся от ее покупки);

- ограничение прав на приобретение земель сельскохозяйственного назначения иностранными гражданами и юридическими лицами, где доля иностранных граждан, иностранных юридических лиц, лиц без гражданства РФ составляет более 50 %, обладающих правом только на аренду земли [7].

Федеральный закон, уточнив состав сделок с земельными долями и прописав процедуры выделения конкретных земельных участков, практически определил институциональные условия формирования рынка сельскохозяйственных земель. Согласно этому Закону, земельную долю можно продать, подарить, обменять, завещать, отдать в залог, внести в уставный капитал юридического лица, а также передать в доверительное управление (в праве общей собственности на земельный участок) [7]. Однако по Закону покупателями и управляющими долей могли стать только участники общей собственности на участок, а также фермеры или сельскохозяйственные организации, использующие эту землю на правах аренды.

Таким образом, новые институциональные правила вновь ограничили число участников земельных сделок и стали очередным барьером для входа на рынок и перераспределения земельных ресурсов. Земельный кодекс Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 декабря 2010 года №442-ФЗ оказался «логически противоречивым», а некоторые пункты основных принципов земельного законодательства - теоретически необоснованными положениями. Новый институциональный подход со свободным владением, пользованием и распоряжением землей ее собственниками, отраженный в Земельном кодексе, способствует проявлению институциональных ловушек и формированию спекулятивных мотивов спроса на земельную собственность. По

мнению С.Н. Семенова, В.П. Пашкова, в Земельном кодексе экотехническое и агротехническое использование земли сравнивается с использованием земли в качестве недвижимого имущества с правом владения, пользования и распоряжения землей собственниками земельных участков, в связи с чем происходит подмена родовой и видовой формы использования земли, превращая ее «в товарный капитал, в средство спекулятивной наживы» [6, с. 34].

Таким образом, в результате институциональных преобразований в сфере земельных отношений формируются предпосылки развития институциональных противоречий параметров институциональной среды, институциональных соглашений и противоречий устойчивых форм поведения и статусов отдельных субъектов рынка [3].

В процессе приватизации сельскохозяйственные угодья были разделены на «условные» доли, существующие формально, без фактического выдела земельных участков, что получило название «титулованной» долевой собственности, которая практически заблокировала действие рыночного механизма, создав предпосылки роста трансакционных издержек и развития неформальных отношений на рынке прав хозяйствования. Противоречивость и нестабильность институциональной среды способствуют формированию институциональной ловушки, поскольку приобретение полных прав собственности на земельные доли сопряжено с издержками спецификации прав на сельскохозяйственные земли и не позволяет собственнику земельной доли реализовать свои права [8]. Высокие издержки реформирования земельных отношений не способствовали реализации концепции рыночной трансформации аграрной экономики [2]. В результате приватизации сельскохозяйственных земель и неразрешенных противоречий, заложенных в самой концепции реформы, формировался квазирынок сельскохозяйственных земель.

Вместо работающего рынка земли появились огромные площади ничейной, невостребованной, неиспользуемой земли, а земельные права оказались виртуальными, существующими только на бумаге. По данным исследования А.А. Алпатова, к 2003 г. 20 % земельных долей общей площадью 24,6 млн га не были ни оформлены, ни востребованы, что привело к формированию огромного массива бесхозных земель и препятствовало их включению в легальный экономический оборот [1, с. 114, 165]. В то же время многие посевные площади стали обрабатываться без заключения контрактов, что объясняется высокими трансакционными издержками, сопровождающими процедуру регистрации прав на землю. Следует отметить, что на протяжении длительного времени, практически до 2011 года, отсутствовала практика добровольного отказа от земли, поскольку она была сопряжена с ростом трансакционных издержек и длительностью процедуры оформления документов.

Структурная трансформация земельной собственности субъектов Федерации осуществлялась в различных институциональных условиях. Это объясняется тем, что Федеральное земельное законодательство передало субъектам РФ право установления временных границ приватизации и региональных правил выделения земельных участков, которые существенно отличаются по регионам. Так, минимальная норма земельного участка на Кубани составляла 250 га, в сельскохозяйственных районах Сибири с высокими плотностью населения и спросом на землю 5-7 га, а в среднем по России - 1012 га. В результате в регионах, где земля считается лучшей, были введены институциональные барьеры дроблению земли в интересах крупных хозяйств и «латифундистов», что способствовало формированию крупных товаропроизводителей. В депрессивных районах с худшей землей или испытывающих дефицит сельхозугодий в большей степени стали развиваться средние и мелкотоварные хозяйства.

В России принятые законодательные акты стали своеобразными институциональными ограничениями для свободной купли-продажи земель сельскохозяйственного назначения, а появление института частной собственности на землю в виде земельной доли породило глобальную институциональную ловушку, вызвавшую проявление эффекта блокировки и роста трансакционных издержек на рынках сельскохозяйственных земель [5, 9]. Это, в свою очередь, способствует формированию локальных рынков прав хозяйствования и развитию аренды сельскохозяйственных земель. Объектом обмена на рынке земли в форме купли-продажи и аренды стали земельные доли - сельскохозяйственные угодья в виде участков. Поэтому в качестве объекта трансакций следует рассматривать земельную собственность, а способа трансакции - сделку по купле-продаже и аренде земли на рынках сельскохозяйственных земель.

Таким образом, итогом проведенной земельной реформы становится формирование системы коллективно-долевой собственности граждан. В качестве инструмента преобразований в такой системе стали земельные доли, которые оказались барьером трансформации государственной формы собственности в частную собственность. Объясняется это тем, что спецификация прав земельной собственности представляет собой процедуру определения субъектов, объектов прав на землю, системы земельных правомочий, которыми располагает каждый данный субъект. Так как спецификация прав собственности сопровождается ростом трансакционных издержек, то некоторые права невозможно было предоставить в полном объеме. Например, собственник земельной доли по российскому законодательству имеет лишь набор определенных прав и ограничений, которые не позволяют ему стать полноправным собственником.

Проведенный анализ процесса формирования институциональной среды функционирования и развития рынка сельскохозяйственных земель показывает, что в аграрной экономике России сформировалась такая институциональная среда, для которой характерно:

- нестабильность, обусловленная непрерывным процессом корректировки законодательных норм и правил организации сделок с земельной собственностью и способствующая развитию недобросовестной конкуренции и монополизации рынка, асимметричности информации, формированию барьеров для входа на рынок и разных условий реализации прав на земельную собственность в регионах России;

- противоречивость - ситуация на рынке сельскохозяйственных земель, при которой воспроизводится несоответствие формальных правил рыночного обмена и фактических условий реализации прав общей долевой земельной собственности.

Нестабильность и противоречивость институциональной среды способствует закреплению неэффективных норм и правил и негативно влияет на процесс функционирования рынка, вызывая дисфункцию в виде бартерного обмена в условиях аренды земли. В данной ситуации необходимо пересмотреть концепцию формирования экономических и институциональных условий функционирования рынка сельскохозяйственных земель и совершенствования институциональной среды, которая должна быть основана на принципах эффективности использования, ответственности за законность оформления сделок с земельными участками, гарантированности и контроля со стороны государства за реализацией прав земельной собственности.

Библиографический список

1. Алпатов, А.А. Земельная Реформа в новой России [Текст]/ А.А. Алпатов. - М.: АКДИ «Экономика и жизнь», 2005. - 354 с.

2. Дугина, Т.А. Развитие земельных отношений в сельском хозяйстве России [Текст]/ Т.А. Дугина // Российское предпринимательство. - 2014. - №2(248). - С. 78-85.

3. Королюк, Е.В. Механизм защиты собственности на землю [Текст]/ Е.В. Королюк // Международный технико-экономический журнал. - 2013. - №5. - С. 5-10.

4. Макаров, А.Н. Теневая экономика и реформа земельной собственности в современной России [Текст]/ А.Н. Макаров, К.А. Хубиев // Землеустройство, кадастр и мониторинг земель. - 2013. - №5. - С. 19-21.

5. Оганесян, Л.О. Специфика функционирования рынка земли как фактора производства [Текст]/ Л.О. Оганесян, Е.Н. Федюнина // Вестник Алтайского государственного аграрного университета. - 2012. - №5 (91). - С. 132-136.

6. Семенов, С.Н. Земельный кодекс Российской Федерации в его логических противоречиях [Текст]/ С.Н. Семенов, В.П. Пашков // Поволжский торгово-экономический журнал. -2011. - №3. - С. 24-38.

7. Федеральный Закон «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» от 24 июля 2002 года №101-ФЗ. - http://base.garant.ru/12127542/.

8. Федюнина, Е.Н. Трансформация отношений земельной собственности в современной экономике России [Текст]/ Е.Н. Федюнина // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. Серия «Социально-экономические науки и искусство». - 2012. - №9 (73). - С. 142-146.

9. Федюнина, Е.Н. Механизм распределения земельных ресурсов в современной экономике России [Текст]/ Е.Н. Федюнина, Л.О. Оганесян //НАУКОВИЙ В1СНИК ЛНАУ. - 2010. -№ 17. - http://www.nbuv.gov.ua

E-mail: elena.fedyunina@mail.ru