"Хоттабыча можем потерять"

Главной темой Девятой Международной выставки интеллектуальной литературы Non/Fiction, которая пройдет в Центральном Доме Художника с 28 ноября по 2 декабря, объявлена детская литература. Коммерсантъ-Weekend задал ведущим детским издателям следующие вопросы:

1.ЧТО ТАКОЕ СЕГОДНЯ ДЕТСКАЯ КНИГА?

2.НАСКОЛЬКО СЕГОДНЯ АКТУАЛЬНЫ СОВЕТСКИЕ ДЕТСКИЕ КНИГИ?

3.КАК ДЕТСКИЕ КНИГИ ВЫДЕРЖИВАЮТ КОНКУРЕНЦИЮ С КОМПЬЮТЕРОМ?

4.КАКОВЫ ПЕРСПЕКТИВЫ?

Сергей Пархоменко

Главный редактор издательской группы "Аттикус" (в группу входит детское издательство "Махаон" — основано в 1996 году)

1

Сегодня, вот прямо сейчас, понятие "детская книга" меняет смысл. До сих пор у значительного количества людей было ясное и четкое представление, что такое детская книжка. В профессиональной среде это называется Гримперандерсен. Потому что люди думают как: детская книжка — это "Красная шапочка", детская книжка — это "Огниво". То есть существует некий набор текстов, которые заведомо считаются детскими книжками. Вот Чуковский, и Барто, и Маршак — это детские книжки. А остального дома может и не быть. Но сегодня мы присутствуем при смене поколений — поколений не детей, а родителей. Вот у меня в феврале родится внук. И я совершенно не уверен, что первая книжка, которую купят ему его родители, будет Маршак. Сменилось поколение людей, которые хотели, чтобы книжки были похожи на "Библиотеку приключений" в разноцветных обложках, которая стояла дома. Именно сейчас происходит эта радикальная смена вкусов.

Речь, конечно, не идет о немедленной смене ассортимента. Речь идет о том, что все сильнее становятся позиции "новой" детской книги. У такой книги два полноценных автора — автор текста и автор иллюстраций. У такой книги высококлассный дизайн. Она напечатана на хорошей бумаге по высоким технологиям цветной печати и заключена в высококачественный твердый переплет. Все это вместе называется picture book. Это книжно-художественный продукт. Это книжка для совместного чтения и рассматривания с ребенком. И главное, для обсуждения.

2

Советская детская и подростковая литература — я говорю не про "Маршак-Чуковский", а про литературу второго ряда — подлежит реанимации настолько, насколько подлежит реанимации любой другой советский товар. Конфеты "Мишка" и "Белочка" очень вкусные, но многие сорта швейцарского шоколада намного вкуснее "Мишки" и "Белочки". И по мере того как люди пробуют разные товары, начинают принимать решения — какой выбрать.

3

Россия — страна отсталая с точки зрения компьютерной культуры. Поэтому наше детское книгоиздание не испытывает такого давления нетекстовой культуры, как на Западе. Но ситуация меняется... И именно поэтому у нас все большую силу набирают picture books. История появления picture books — это история о том, как книжная индустрия сопротивляется индустрии компьютерной. Ведь эти большие красивые, с всякими вклеенными картами и потайными кармашками — это такой компьютер на бумаге. В компьютере ты в это место кликнул бы, а здесь открываешь кармашек. Плюс имеешь всякие приятные вещи вроде тактильности.

4

Все больше picture books, все больше художественных проектов будет делаться здесь нашими авторами и на нашем материале. От этого не уйти — люди хотят отечественной литературы. Уже начинают появляться русские книжки такого рода. Их становится больше и больше на глазах. Но вообще, я к разговорам о том, что западные книжки нашим детям не полезны, потому что там предлагаются другие реалии, отношусь скептически. Дети быстро привыкают к условностям. Они же не удивляются тому, что один из самых популярных сказочных персонажей — осел. Не самое распространенное у нас, между прочим, животное.

Ирина Балахонова

Генеральный директор и главный редактор издательства "Самокат"

Татьяна Кормер

Арт-директор (издательство "Самокат" основано в 2002 году)

1

Детская книжка — это не только Чуковский с рисунками Конашевича, не только Милн. Мы хотим найти в современном мире авторов, которые в состоянии найти и показать другим свой мир детства, которые в состоянии помочь ребенку или его порадовать. У этого человека должно быть свое видение мира, своя позиция. Он должен уметь говорить и забавно, и честно... А задача издателя в том, чтобы то оформление, которое эта книга будет иметь, максимально соответствовало содержанию.

Детская книжка должна говорить с ребенком о том, что сейчас с ним происходит. Поэтому "классических" детских книг недостаточно. Должны все время появляться новые. В России появление таких новых книг — скорее исключение, тогда как на Западе это правило. Но вообще-то именно так и должно быть — во все эпохи с детьми говорили о том времени, в котором дети жили. Просто у нас в какой-то момент в этом, как и во многом другом, случилась пауза. Мы хотим эту паузу прервать, но пока не находим авторов — теперешние взрослые сами не знают, что рассказывать детям про жизнь.

2

То, что сегодня так популярно — детские рисованные книжки,— у нас появились в двадцатых годах, раньше, чем на Западе. Владимир Лебедев, например, оформлял детские книжки еще до того, как вынужденно стал реалистом. Кстати его ранние книжки пользуются большой популярностью, например, во Франции. Их там переиздают, хотят устроить выставку. Вот эти книжки мы считаем актуальными.

А что до советского "золотого набора"... Когда в рейтинге наиболее продаваемых книг всегда первые места занимают Чуковский и Барто, которые, конечно, сами по себе чудесные, это означает стагнацию.

И вообще, переиздавать "советскую классику" очень легко. Но, с другой стороны,— почему бы вместо этого не сделать что-нибудь новое? А кроме того, на ней и так прекрасно живут всякие издательства, которые всегда — еще с советских времен — ее издавали. Зачем с ними конкурировать? Мы не можем с ними конкурировать на финской бумаге и с хорошими иллюстрациями. Кстати, еще и потому, что читатель не хочет, скажем, "Тимура и его команду" на финской бумаге...

3

Сегодня для ребенка источник информации — компьютер. На носу появление e-book. Книга вообще как источник информации себя изжила. Книга как источник знаний себя изжила. Книга как объект не изживет себя никогда. И маленький человек может с ее помощью развивать в себе вкус. Но именно из-за наступления мультимедиа книга должна быть такой красивой. Нельзя забывать о том, насколько виртуальный мир важен в жизни ребенка, и книга ни в коем случае не должна ему уступать.

4

Нам кажется, что сейчас происходит некий слом. Люди уже настолько очумели от этих аляповатых обложек, от этих больших фиолетовых глаз и розовых свиней — когда и в "Трех поросятах", и в "Трех мушкетерах" персонаж выглядит одинаково — и готовы воспринимать то, что выглядит "немассово", что создано с уважением к читателю. Читателя важно уважать, относиться к нему так же, как к себе, а не отговариваться тем, что "нас не поймут", и запускать что-то заведомо попсовое.

Ирина Борисовна Котунова

Заместитель генерального директора издательства "Детская литература" (издательство основано в 1933 году)

1

Качественная детская книга — это книга, рассчитанная на понимание психологии ребенка. Книга для ребенка трех-четырех лет — это не то же самое, что книга для ребенка, пошедшего в начальную школу, или подростка. Автор должен понимать, для кого он пишет. Издатель — для кого он издает. Детская книга должна помогать ребенку в познании мира. И не надо бояться "серьезности". Боясь ее, мы отучили ребенка думать, работать. А учеба — это труд. Притом довольно монотонный. И чтение — это труд. Не только труд, связанный с узнаванием новых фактов, это еще и труд по созданию своей души. Это получение нового опыта. В моей жизни, например, большую роль сыграла книга Гарина-Михайловского "Тема и Жучка". Я ее наизусть знала. Я вместе с этим мальчиком лезла за Жучкой в старый колодец, мне ее было жалко. Детская книга должна воспитывать душу.

2

Конечно, "советский пантеон" должен быть пересмотрен. Какие-то книги безнадежно устарели. Но среди них — множество талантливых книг. В советское время были годы, когда "Детгиз" выпускал по пятьсот книг, то есть в день выходило почти по две книги. И среди них была масса хороших, которые и сегодня будут хорошими. Нельзя разбрасываться тем, что мы имеем.

Мы в какой-то степени потеряли уже одно поколение, а можем потерять и следующее. Дети перестают читать. Теряется связь поколений. Раньше одним словом, понятным для всех, можно было обозначить целое явление. Что такое Павка Корчагин, понимали все. Это был условный знак, на который все реагировали. А есть ли что-нибудь вроде этого сейчас? Ну, может быть, старик Хоттабыч... Но мы можем скоро и Хоттабыча потерять.

3

У нас про то, что компьютер вытесняет книгу, говорить рано. Где у нас, кроме Москвы, ребенок вообще имеет доступ к компьютеру. Да я и вообще не думаю, что компьютер книгу может в принципе вытеснить. Он может ее только повторить.

4

Перспектива зависит от того, появятся ли новые авторы и появятся ли какие-нибудь инструменты для того, чтобы их пропагандировать. Сегодня с новыми авторами очень плохо. У нас нет книг, отвечающих на вызовы времени. И во взрослой литературе их тоже нет. А дети вопросы о том, что с нами сейчас происходит, задают еще чаще, чем взрослые. Они ведь вообще почемучки. Но практически нет писателей, которые могут им на эти вопросы ответить. А тех, кто имеется, очень трудно продавать. Потому что люди видят книгу неизвестного автора и не понимают, что это. Люди не осведомлены о новых книгах. Им легче прийти и купить "Доктора Айболита", в котором они уверены. Рынок обрушил на нас море книг, но у нас нет никаких инструментов, позволяющих в нем ориентироваться. Откуда людям знать, что их дети должны читать и в каком возрасте? Вот они и берут "Чуковского-Маршака-Барто". Здесь хотя бы не ошибешься.