Енисейская губернская администрация ведомства государственных имуществ (1897-1917): к социальному портрету сибирского чиновничества

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 12 (150).

История. Вып. 31. С. 15-24.

ЕНИСЕЙСКАЯ ГУБЕРНСКАЯ АДМИНИСТРАЦИЯ ВЕДОМСТВА ГОСУДАРСТВЕННЫХИМУЩЕСТВ (1897-1917):

К СОЦИАЛЬНОМУ ПОРТРЕТУ СИБИРСКОГО ЧИНОВНИЧЕСТВА

В силу особого положения сибирских губерний организационная структура и штаты Управления государственными имуществами Енисейской губернии имели определенные отличия от российского аналога. В статье на основе впервые представленных документов и архивных материалов проводится анализ служащих и рассматривается специфика организации Управления государственными имуществами в данном регионе.

Ключевые слова: Енисейская губерния, Управление государственными имуществами, государственные служащие, формулярные списки, чиновничество, штат, оклад, социальное про-

исхождение и образовательный уровень.

Реальная управленческая практика и опыт реализации многочисленных административных реформ сегодня показывают, что изучение политических институтов дореволюционной России является в настоящее время одной из первоочередных задач, стоящих перед отечественной исторической наукой. Эффективность регионального управления во многом определялась и определяется кадровым составом местных администраторов, играющих ключевую роль в реализации правительственной политики. Без чиновничества не может функционировать ни один общественный организм. В то же время, в изучении системы местного управления Сибири до сих пор остаются либо пробелы, либо сюжеты, раскрытые поверхностно, вскользь. Попытки детального изучения Енисейской губернской администрации до сих пор не предпринимались. В глубокой проработке нуждаются вопросы, связанные с рассмотрением основных социальных характеристик чиновничества Енисейской губернии. Это можно проследить на примере одного из ведомств губернии, а именно на примере Управления государственными имуществами.

Целью данной статьи является выявление специфики организации Управления государственными имуществами в Енисейской губернии, рассмотрение властных полномочий должностных лиц, характеристика личного состава данного административного органа, а также анализ служебных качеств конкретных чиновников как лиц, непосредственно обслуживающих нужды государства. Оговоримся, что вопросы функционирования и деятельности управления в данной статье не рассматриваются, так как являются темой отдельного

исследования.

Хронологические рамки статьи охватывают период существования Управления государственными имуществами Енисейской губернии: нижняя граница - 1897 год - год открытия ведомства, верхняя граница - 1917 год - год его ликвидации.

В основе используемой методологии лежит сочетание анализа основных социальных характеристик деятелей администрации (впервые примененного П. А. Зайончковским) и просопографического подхода, сущность которого заключается в рассмотрении основных вех биографий, индивидуальных черт с целью выявления общих характеристик, присущих определенным социальным группам, в конкретном случае, государственным служащим Енисейской губернской администрации. Благодаря применению описательного и хронологического методов стал возможным анализ особенностей организационной структуры Управления государственными имуществами Енисейской губернии в период его существования. Кроме того, использованный нами принцип объективизма в данном исследовании позволил осуществить беспристрастный сбор и интерпретацию материала без идеологической привязанности.

Необходимо отметить крайне невысокую степень изученности в научной литературе вопросов структуры и штатов администрации на региональном уровне. В отечественной историографии чиновничества можно выделить три основных периода: дореволюционный, советский и постсоветский. В основу рассмотрения каждого из периодов положен проблемно-хронологический принцип. Внутри периодов литература подразде-

ляется по территориальному признаку: общероссийская, региональная. В проблемном отношении выделяются исследования государственных органов власти; бюрократических институтов; профессиональной деятельности государственных служащих; чиновничества как социокультурной группы русского общества.

В историографии первого периода научное изучение чиновничества начинается в пореформенное время. Из дореволюционной литературы по истории администрации

XIX в. наибольшее значение имеют труды по общероссийской тематике, сибирские же сюжеты в ней почти не рассматривались. Дореволюционные правоведы и историки внесли большой вклад в исследование органов управления, законодательства, определявшего деятельность местного управления; показали специфические черты управления окраинами; отметили большое значение личностного фактора в административной практике; определили основные проблемы в организации и функционировании всей системы управления1.

Что касается вопроса специфики в организации управления сибирским регионом и Енисейской губернией, то он в трудах дореволюционных исследователей отражен в меньшей степени2. Ещё менее проработан вопрос о чиновничестве. Изучением его отдельных аспектов занимались видные сибирские ученые и общественные деятели: в работах М. Боголепова, Н. М. Ядринцева, Н. Шелгунова сделан акцент на деятельности сибирских управленцев и описан бюрократический способ функционирования губернских органов управления; в свою очередь В.

В. Ивановским, в некоторой степени Н. М. Ядринцевым, отмечено влияние географического фактора и профессиональных занятий на социально-психологический облик чиновничества. Особое внимание дореволюционных историков привлекали великие личности из сибирских администраторов XIX в., такие как М. М. Сперанский и Н. Н. Муравьев-Амурский, которые сыграли значимую роль в жизни сибирского края3.

Отечественная историография советского периода в течение длительного периода вообще не обращалась к проблемам местного управления и чиновничества XIX - начала

XX в. В советской историографии этот вопрос получил освещение только в послевоенный

период. Прежде всего, следует назвать работу Н. П. Ерошкина «История государственных учреждений дореволюционной России», вышедшую в свет первым изданием в 1868 г. В книге дается систематическое изложение структуры и функций государственных учреждений России, сообщаются общие сведения

о государственном аппарате4. Важнейшим событием в историографии стало появление классического труда П. А. Зайончковского «Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в.». Автор в исследовании останавливается на двух вопросах: первый

- система государственных учреждений и ее характеристика; второй - личный состав государственного аппарата, в котором рассмотрены условия службы и состав (сословность, образование, имущественное положение) чиновничества из звеньев высшей и губернской бюрократии центральной России5. Во многом близкими к работам представителей школы П.

А. Зайончковского являются зарубежные исследования Д. Филда, Х. Торке, В. Пинтнера6. В 1991 г. вышла в свет монография М. М. Шумилова «Местное управление и центральная власть в России в 50-х - начале 80-х гг. XIX века», в которой рассмотрены состояние и эволюция губернской администрации накануне и в период либеральных реформ7.

В изучении основных сибиреведческих вопросов значительным этапом стало издание в 1960-х гг. многотомной истории Сибири, в которой, по известным причинам, вопрос государственного управления дореволюционной России рассмотрен недостаточно, однако присутствует описание общественнополитической жизни края, что дало толчок для дальнейшего изучения поставленной нами проблемы8. В 1970-1980-е годы выходят в свет работы А. С. Кузнецова, Л. В. Дамешека, С. В. Кодана по вопросам правительственной политики и ее отдельных направлений в управлении регионом. В монографии Г. Ф. Быкони проанализирован состав чиновничества, приведены краткие биографические сведения о некоторых наиболее типичных представителях различных групп чиновничества Восточной Сибири в XVШ - начале XIX в.9

В современной отечественной историографии возрастает интерес к вопросам государственного управления дореволюционного периода10. В работах ряда ученых впервые в комплексе рассмотрены специфика государственно-правовых институтов управ-

ления Сибири и Дальнего Востока, состав высшей администрации, наиболее значимыми из которых являются труды А. В. Ремнёва, Н. П. Матхановой11. Несомненный интерес представляют диссертационные исследования по региональной тематике, в которых рассматриваются история становления органов управления, их функции, деятельность, реже кадровый состав12. История Енисейской губернии представлена разнообразным спектром работ, основная часть которых посвящена политическому, социально-экономическому развитию региона - крупных публикаций по вопросам управления губернией нет13.

Таким образом, историографический обзор свидетельствует, что рассмотрение вопроса структуры и штата Енисейской губернской администрации в настоящее время актуально и может являться темой отдельных исследований.

Основу данной статьи составил комплекс неопубликованных документальных материалов, систематизированных в соответствии с происхождением и характером содержащейся в них информации. Использованные в работе источники можно разделить на следующие группы:

1) законодательные акты, создававшие нормативную базу для деятельности всех органов власти и определявшие положение чиновничества;

2) делопроизводственная документация: формулярные (послужные) списки, которые являются ценнейшим историческим источником в данном исследовании, так как содержат информацию о чине, должности, возрасте, вероисповедании, социальном происхождении, образовании, жаловании, имуществе, семейном положении, наградах и наказаниях; личные дела, с содержащимися в них рапортами и записками чиновников, позволяющими выявить общие характеристики государственных служащих;

3) официальные справочные издания: всеподданнейшие отчеты, сборники официальных документов, статистические обзоры, памятные книжки Енисейской губернии;

4) дореволюционная периодика и литература мемуарного характера.

При переходе к предмету исследования необходимо отметить, что изучаемая тема обеспечена различными видами источников, поднятый материал в которых, при критическом анализе и сопоставлении друг с другом, по-

зволяет комплексно рассмотреть административный аппарат управления государственными имуществами.

«Учреждение для управления Сибирских губерний» 1822 г. определяло управление Енисейской губернией на протяжении почти целого столетия. Местные органы государственного управления находились в ведении различных министерств, имели сложную, громоздкую структуру. По словам современников, «.. .учреждение это, как и многие другие административные проекты Сперанского, не получило дальнейшего развития и, будучи в свое время весьма пригодным для Сибири в течение шестидесяти лет применения, утратило почти все свои достоинства, так как ныне представляет анахронизм, требующий окончательной отмены»14.

Географическая удаленность, этническая и социальная специфика сибирского региона определяли необходимость управленческой обособленности Сибири. Конечно, как отмечал известный публицист XIX века Е. П. Карнович, «.как ни были бы сильны стремления правительства к установлению во всей России местной администрации на совершенно одинаковых основаниях, достигнуть этого невозможно, разве если ограничиваться одной формальной стороной, а не иметь в виду удовлетворение действительных потребностей местности. Два рода причин требуют для Сибири разнообразия в местной администрации: экономические и топографические»15.

Для управления казенными имениями и государственными крестьянами по реформе П. Д. Киселева в 1837 г. было учреждено Министерство государственных имуществ. Местными органами данного министерства первоначально оставались Казенные палаты, а в 1838 г. были учреждены особые палаты государственных имуществ, сначала в виде опыта в 4 губерниях, затем в 1843 г. - еще в 43 губерниях. В 1866 г. палаты государственных имуществ были преобразованы в Управления государственными имуществами и во главе с управляющими подчинены Министерству государственных имуществ, которое в 1894 г. было реорганизовано в Министерство землевладения и государственных имуществ. Управления в губерниях заведовали лесами, землями, недрами и т. д., в ведении его находились лесничества и казенные имения. Законом 12 июня 1902 г. Управления государственных имуществ были переименованы в

Управления земледелия и государственных имуществ, их функции расширились: стали заведовать государственными землями, оброчными статьями, лесными государственными угодьями, горным делом, управлять государственными крестьянами16. Указом 6 мая 1905 г. Министерство землевладения и государственных имуществ было преобразовано в Главное управление землеустройства и земледелия, а 26 октября 1915 г. - в Министерство земледелия. Через 2 года, 26 октября 1917 г., Министерство земледелия было упразднено, а его структурные части перешли в ведение Наркомата земледелия17.

Центральная власть считала Зауралье «государственной вотчиной». Вплоть до 1917 г. царское правительство в экономической сфере по отношению к Сибири проводило политику «государственного феодализма», составными элементами которой являлись государственная и частно-корпоративная (Кабинет) монополия на землю и природные ресурсы региона, отсутствие крепостного права. К концу XIX в. число крестьян-переселенцев, ищущих земли и свободы в Сибири, увеличилось, кроме того, планировалось строительство Транссибирской магистрали. Все это повышало стоимость земли на восточной окраине, и в северной столице было решено учредить государственные ведомства управления государственными имуществами по примеру центральных губерний, которые в Восточной и Западной Сибири вводились в разное время.

1 марта 1884 г. в Омске было открыто управление государственными имуществами Западной Сибири, которое просуществовало недолго, так как уже через десять лет разделилось на три: Тобольское, Томское и для степных областей18.

Согласно закону от 23.12.1896 г. «О порядке заведования государственными имуще-ствами в Иркутской и Енисейской губерниях и об утверждении штата Управлений государственными имуществами в названных губерниях» данное учреждение в Енисейской губернии было введено только с 1 апреля 1897 года19.

В Иркутской губернии открытие Управления государственными имуществами было отсрочено еще на месяц и начало функционировать с 1 мая 1897 года20.

Управление государственнымиимущества-ми Енисейской губернии заведовало лесами,

состоящими в казенном управлении и ведении, казенными землями и оброчными статьями, местным горным учреждением, имениями, составляющими собственность казны. Кроме того, «.на обязанности Управления лежало наблюдение за имуществами, могущими подлежать обращению в казну по выморочному праву или иным случаям и делопроизводство по сим имуществам, а также рассмотрение

относящихся до крестьянских земель судеб-

21

ных межевых и других дел»21.

Существовало строгое распределение занятий и обязанностей между чинами управления. Управляющему Государственными имуществами как начальнику управления принадлежало главное заведование всеми государственными имуществами делами. В пределах предоставленной власти управляющий действовал единолично и самостоятельно, «не обременяя министерство представлениями о разъяснении встроенных сомнений без крайней в том необходимости». Управляющий государственными имуществами по отношению к личному составу чинов управления замещал открытые вакансии благонадежными и достойными лицами, отдавая предпочтение с высшим и средним образованием. Управляющий представлял кандидатов на должности чиновников особых поручений и землемеров, замещение которых зависело от министерства. Управляющий ходатайствовал через губернатора о награждении достойных служащих, в пределах предоставленной ему власти подвергал взысканию «нерадивых и замеченных в неисполнении служебных обязанностей, а также в других противозаконных поступках».

Помощник управляющего государственными имуществами находился в подчинении управляющего, исполнял все возложенные на него поручения. Он присутствовал по назначению управляющего на заседаниях судебных мест, на торгах в городах и уездах, осматривал государственное имущество и ревизовал порядок управления им. Управляющий мог возложить на помощника такие обязанности, как: наблюдение за правильным и своевременным исполнением дел, наблюдение за учетом лесов и земель, наблюдение за содержанием в порядке планового архива, инвентарных описей и прочих документов.

Непосредственному ведению и окончательному разрешению помощника управления подлежали следующие дела: снабжение

лесных и межевых чинов геодезическим инструментом и чертежными материалами; сбор и рассылке семян, за исключением распоряжения о кредитах на сей предмет; все распоряжения по участию лесных чинов местной администрации в лесоустроительных работах; по определению и увольнению лесной стражи и административных взысканий с оной.

Лесные ревизоры состояли в ведении управляющего и под ближайшим его руководством, каждый исполнял обязанности в своем округе. Лесные ревизоры, проживавшие в Красноярске, привлекались к делам управления по усмотрению управляющего.

Чиновники особых поручений также находились в подчинении и распоряжении управляющего. На чиновников, которые числились при Управлении, преимущественно возлагалось ведение дел в судебных учреждениях и наблюдение за делопроизводством в управлении.

Управляющий государственными иму-ществами заведовал всем штатом лесничих, которые управляли каждый по своему лесничеству. Они были обязаны охранять леса, наблюдать за лесными кондукторами и лесной стражей, заботиться об улучшении управления лесами, преследовать в установленном порядке нарушения уставов казенного управления, вести делопроизводство, счетоводство, денежную и материальную отчетность по установленным правилам.

Помощники являлись зависимыми от лесничего, исполняли все его поручения в отношении как лесных дел и оброчных статей, так и счетоводства, делопроизводства и переписки бумаг Лесничества.

Землемеры состояли в подчинении управляющего. В их ведении был плановый архив, геодезические инструменты и переносные материалы. На него возлагалось межевание границ казенных земель и лесов.

Межевые чины находились в ведении управляющего, который мог поручить землемеру или оному из межевых чинов наблюдение за работами других межевых чинов при управлении. Обязанности делопроизводителей и их помощников определяются общими правилами делопроизводства; распределение между ними зависело от управляющего государственными имуществами22.

Штат Управления государственных иму-ществ Енисейской губернии, утвержденный законом от 23.12.1896 г., состоял из 12 чи-

новников: управляющий, помощник управляющего, старший делопроизводитель, 2 младших делопроизводителя, 3 помощника делопроизводителей, 1 землемер, 3 помощника землемера, писцы в необходимом количе-стве23. Кроме названных, к штату управления государственными имуществами следует отнести также лесных ревизоров, чиновников особых поручений, лесничих, помощников лесничих, межевых чинов, так как они находились в ведении управляющего и занимали административные должности.

На протяжении рассматриваемого периода в связи с реорганизациями, расширением полномочий Управления государственных имуществ увеличивалось число ведомств и служащих, вводились новые должности: младшие таксаторы, лесные кондукторы, а также старший запасной лесничий, ревизор лесоустройства, старший специалист по сельскохозяйственной части, младший инструк-

24

тор по молочному хозяйству24.

Основное изменение численности служащих Управления государственными имуществами Енисейской губернии можно проследить на примере следующих данных: 1898 г.

- 22 должности, 2 вакансии; 1907 г. - 81 должность, 4 вакансии; 1915 г. - 53 должности, 1

25

вакансия25.

Штат Управления государственными иму-ществами Енисейской губернии и заработная плата служащих на 1897 г. отражены в таблице.

Анализируя эти данные, относящиеся к представителям чиновничества от V класса до X класса, четко прослеживается разница их содержания. Материальное обеспечение чиновников Управления государственными имуществами Енисейской губернии было выше (за счет прибавок к жалованью за выслугу лет в Сибири), чем у коллег в губерниях европейской России, но уступало центральным ведомствам. Источниками для исследования вопроса о размерах содержания отдельных групп чиновничества в данном случае являются штатные расписания и формулярные списки. Согласно штату образованного управления в Енисейской губернии управляющий государственными имуществами, имеющий по должности V класс, получал 4000 р. содержания в год, помощник делопроизводителя Х класса - 1950 р. в год27. Управляющий IV класса Отдела сельской экономии и сельскохозяйственной статистики Министерства

Штат Управления государственными имуществами Енисейской губернии26.

Управляющий Число лиц Содержание в год Классы и разряды

жалованье столовых квартирных одному всего по должности

рубли

1 1600 1600 800 4000 4000 V

Помощник управляющего 1 1000 1000 500 2500 2500 VI

Делопроизводители старший 1 440 440 220 1100 1100 УШ

младшие 2 320 320 160 800 1600 IX

Помощники делопроизводителей 3 260 260 130 650 1950 X

Землемер 1 400 400 200 1000 1000 УШ

Помощники землемера 3 280 280 140 700 2100 X

Писцы -- -- -- -- -- 3000

Командировочное довольствие -- -- -- -- -- 5000

Всего 12 -- -- -- -- 22250

земледелия и государственных имуществ -6000 р. содержания в год, помощник управляющего V класса - 4500 р., помощник делопроизводителя УШ класса - 1400 р.28

На протяжении всего XIX в. правительство искало новые подходы в определении преимуществ сибирской службы, переносило основной акцент в преимуществах с чинопроизводства и наград на денежные надбавки. «Положение о преимуществах службы в губерниях и областях Сибирских, в Грузии и областях Кавказской и Закавказских» от

26 мая 1835 г. чинопроизводство классных чиновников в Енисейской губернии определяло общими правилами. Исключение было сделано для приезжающих на службу из Европейской части России канцелярских служителей - для них срок, как и прежде, был сокращен вдвое, с 12 до 6 лет беспорочной службы29. «Положение» 1835 г. при получении «годового жалования не в зачет» обязывало чиновников прослужить в Сибирских

условиях всего не менее года, предоставляло двойные прогоны до места назначения. Изменилась шкала надбавок к жалованью: за

5 лет службы - 1/4 оклада, 10 лет - 1/2, 15 лет

- 3/4, 20 лет - полный оклад. При увольнении со службы чиновники (начиная со столоначальника), прослужившие в Сибири не менее

15 лет, имели право льготную пенсию: 15 лет

- 1/3 оклада, 20 лет - 1/2, 30 лет - полный. Вводились льготные сроки выслуги пенсии и ордена Св. Владимира IV степени (25 лет беспорочной службы): 7 лет за 5 лет. Закон 1842 г. разрешил давать чиновникам отпуска на 2 месяца с сохранением жалованья. Далее вплоть до 1917 года законодательство о гражданской службе особо не претерпело изменений30.

К концу XIX в. чиновничество среднего и низшего звена западных губерний и центральной России, несмотря на тяжелые условия службы, с желанием отправлялось в сибирский регион. Из материалов по личному составу из 33 прошений на службу в учреж-

денное управление удовлетворены были прошения лишь 4 чиновников, другие получили отказ. Принятые на службу 4 чиновника имели опыт службы канцеляристами, помощниками делопроизводителей, просились на замещение вакантных штатных должностей, однако были назначены «.. .писцами по вольному найму с содержанием по трудам и заслугам в размере 15 р. в месяц»31.

Из 33 прошений 17 принадлежало выходцам из Прибалтийских губерний и центральной России, преобладающими из которых являлись Симбирская, Херсонская, Ставропольская, Курская губернии.

Представляет интерес отрывок из письма-прошения вольнонаемного писца, который «слёзно» просится на службу в Управление государственных имуществ Енисейской губернии: «Ваше Превосходительство! В настоящее время я служу в Алатырском удельном округе вольнонаёмным писцом. При значительном числе кандидатов на всякого рода должности из лиц, имеющих право на государственную службу, если здесь и нельзя терять надежды на повышение, то верить в это довольно трудно. Я получаю несколько лет оклад в 25 р. жалованья, но так как я человек семейный, узнав

об открытии в Сибири вверенного Вашему Превосходительству Управления и то, что в Сибири имеется недостаток лиц, знакомых с делопроизводством, и слыша отзывы, что положение служащих более обеспеченное. Прошу Ваше Превосходительство отнестись благосклонно к моей смелой просьбе и покорнейше прошу приказать кому следует дать мне знать о результатах моей просьбы через Алатырское уездное полицейское управление Симбирской губернии. Покорный слуга - мещанин Александр Григорьевич Фомин. 1 сентября 1897»32.

По формулярным спискам служащих Управления государственных имуществ за 1901-1907 гг. было установлено, что 18 из

29 чиновников (62 %) прибыли на службу из Прибалтийских губерний и центральной России. Опыт службы в ведомстве не менее 4-х лет имели 19 чиновников из 29, в связи с этим средний возраст составлял 35 лет, что, впрочем, отвечало общероссийской тенденции. Вероисповедание чиновников управления в основном было православным (23 чел. из 29), однако встречались служащие с лютеранским и римско-католическим вероиспове-данием33.

По сословному происхождению классных чиновников имелась достаточно пестрая картина: 7 % - дети личных дворян, 10 % - дети потомственных дворян; 17 % - дети военных чинов; 14 % - дети священнослужителей; 10 % - дети чиновников; 17 % - из мещан, 21 %

- из крестьян, 3 % - из купеческого сословия. В личной собственности недвижимое имущество никто не имел33.

По формулярным спискам Управления государственными имуществами Енисейской губернии на 1901-1907 гг. из 29 классных чиновников управления 72 % состояли в браке, всего 31% имели детей33. Как показатель роста процента чиновничьих семей с детьми может выступать тот фактор, что средний возраст служащих увеличился с 29 до 36 лет. Впрочем, не каждая семья имела 1 или более детей - всего 31 %, так как чиновники приезжали в Сибирь на время, чтобы «выслужиться», а условия службы в Сибирских губерни-

33

ях оставались тяжелыми33.

Вызывают интерес изменения в образовательном уровне чиновников за время существования ведомства. Согласно формулярным спискам классных служащих 1901-1907 гг. высшее профессиональное образование имели

34 % (Ново-Александрийский институт сельского хозяйства и лесоводства в Люблинской губернии, Киевский Императорский университет Св. Владимира, Петровская земледельческая и лесная академия в Москве, Санкт-Петербургский лесной институт), 50 % - среднее профессиональное образование (земледельческие, лесные, егерские училища), 14 % - среднее непрофессиональное образование (ремесленные, реальные училища), 3% - домашнее образование (принимались на службу после выдержки испытания при губернских гимназиях). К концу существования учреждения ситуация ненамного изменилась, но в положительную сторону: высшее профессиональное образование имели 35 %, среднее профессиональное образование - 52 %, среднее непрофессиональное образование - 13 %, домашнее образование, из просмотренных формулярных списков и личных дел, получил только 1 служащий34. Проведённый анализ свидетельствует, что образовательный и профессиональный уровень енисейской губернской администрации ведомства государственных имуществ являлся достаточно высоким.

Характерной чертой системы управления в Российской империи было большое зна-

чение личностного начала. Формирование и развитие органов государственной власти Енисейской губернии определялось, прежде всего, территориальной спецификой региона.

Образование 1 апреля 1897 г. Управления государственными имуществами Енисейской губернии предусматривало привлечение определенного числа новых государственных служащих. Кадровый вопрос для Восточной Сибири стоял очень остро.

По словам юриста XIX в. А. Д. Градовского, профессора Императорского Санкт-Петербургского университета, «.должность предназначена к осуществлению определенных задач государства. Должности, имея своим назначением осуществление государственных целей, не могут быть рассматриваемы как пассивное орудие личных целей того или другого представителя власти. Нравственное существо должности выражается в сознании должностного лица, что оно служит высшим интересам политического общества, интересам, независимым от частного произвола. Это сознание сообщает должности и занимающему лицу действительный авторитет и направляет последнее к исполнению лежащего на нем долга»35.

Ответственность за назначением штата Управления государственными имуществами лежала на управляющем. Имел показательную судьбу, достойную внимания, первый управляющий ведомства коллежский советник Александр Фомич Духович, 1863 года рождения, православного вероисповедания. «По окончанию курса наук в Петровской земледельческой и лесной академии за предоставленное рассуждение под заглавием “Прорастание семян под влиянием света”, признанное Советом этой Академии удовлетворительным, он удостоен степени кандидата лесоводства от 28.02.1887. Управлением государственных имуществ Западной Сибири причислен к вверенному ему управлению 12.09.1890. С разрешения Г. Товарища министра государственных имуществ, приказом по корпусу лесничих за № 11 переведен на должность помощника лесничего в распоряжение Управления государственных имуществ в Западной Сибири 13.11.1890. Приказом по корпусу лесничих 3.10.1894 г. за № 12 назначен лесным ревизором при Омском управлении государственными иму-ществами. Таковым же отправлен в Томскую губернию 30.10.1894. За службу в Сибири 5

лет назначено прибавочное жалование по 300 р. в год от 06.06.1896. Награжден орденом Св. Анны 3 ст. от 05.04.1898. За службу в Сибири

10 лет назначено прибавочное жалование 800 р. в год 06.06.1901. За отличия пожалован в чин коллежского советника 12.09.1901. За отсутствием Енисейского губернатора управлял губернией с 23 по 28 июня и с 10 по 12 августа 1902 года»36.

Итак, в силу особого положения сибирских губерний организационная структура и штаты Управления государственными имуществами имели определенные отличия от российского аналога. Попытки центральной власти в конце XIX в. внести элементы порядка и рационального устройства в управление государственными имуществами империи привели к учреждению 1 апреля 1897 г. данного ведомства. Очень многое в деятельности сибирской губернской администрации и в жизни управляемых зависело от авторитета, воли, взглядов, вообще человеческих качеств тех, кто занимал государственные должности, находился на гражданской службе. В изучении деятелей государственных органов власти Енисейской губернии предстоит сделать еще немало. Проследить динамику изменения социальных характеристик чиновничества довольно трудно, так как данные служебных списков, в которых содержатся необходимые нам сведения, отрывочны и представлены не за весь интересующий нас период. Однако весь комплекс исследованных источников дает возможность во многом восполнить эти пробелы и выявить численность, состав, социальные характеристики, особенности карьеры чиновников администрации, а также организационную структуру органов управления Енисейской губернии.

Примечания

1 См.: Блинов, И. А. Губернаторы : ист.-юрид. очерк. СПб., 1905; Гессен, В. М. Вопросы местного управления. СПб., 1904; Градов-ский, А. Д. Начала русского государственного права : в 3 ч. Ч. 3. Органы местного управления. СПб., 1908; Евреинов, В. А. Гражданское чинопроизводство в России. СПб., 1887; Корф, С. А. Очерк исторического развития губернаторской должности в России // Вестн. права. 1901. № 9; Страховский, И. М. Губернское устройство // Журн. м-ва юстиции. 1903. № 7, 8, 9.

2 См.: Вейсман, Р. Индивидуализация сибирского права // Сиб. вопр. 1908. № 7; Ивановский, В. В. Административное устройство наших окраин // Учен. зап. Казан. ун-та. 1891. Кн. VI; Карнович, Е. П. Очерки наших порядков административных, судебных и общественных. СПб., 1873; Новая книга о Сибири : Сибирь, ее современное состояние и нужды // Сиб. вопр. 1908. № 29-30, 33-34; [Прутченко,

С. М.] Сибирские окраины. Областные установления, связанные с Сибирским учреждением 1822 г., в строе управления русского государства : ист.-юрид. очерки С. М. Прутченко : в 2 т. СПб., 1899; Ядринцев, Н. М. Сибирь как колония : Современное положение Сибири. Ее нужды и потребности. Ее прошлое и настоящее. СПб., 1892.

3 См.: Боголепов, М. Бюрократия и сибирские нужды // Сиб. вопр. 1906. № 5; Ивановский,

В. В. Бюрократия как самостоятельный общественный класс // Рус. мысль. 1903. № 8; Под гнётом администрации : сиб. письма. Енисейск // Сиб. вопр. 1909. № 2; Шелгунов, Н. Сибирь по большой дороге. Гражданские элементы Иркутского края. СПб., 1871; Ядрин-цев, Н. М. Указ. соч.; Вагин, В. Исторические сведения о деятельности графа М. М. Сперанского в Сибири с 1819 по 1822 год : в 2 т. СПб., 1872-1873; Струве, Б. В. Воспоминания о Сибири // Рус. вестн. 1888. № 4, 5, 6, 10, 11.

4 Ерошкин, Н. П. История государственных учреждений дореволюционной России. М., 1968.

5 Зайончковский, П. А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. М., 1978.

6 См.: Field, D. The End of Serfdom : Nobility and Bureaucracy in Russia, 1855-1861. Cambridge (Mass.), 1976; Lincoln, W. In the vangard of Reforms : Russia's Enlightened Bureaucrats. 1825-1861. Dekalb., 1978; Pintner, W. M. The Social Characteristics of the Early Nineteenth-Century Russian Bureaucracy // Slavic Review. 1970. № 3.

7 Шумилов, М. М. Местное управление и центральная власть в России в 50-х - начале 80-х гг. XIX века. М., 1991.

8 См.: История Сибири с древнейших времен до наших дней : в 5 т. Т. 2. Сибирь в составе феодальной России. Л., 1968. С. 456-465; Там же. Т. 3. Сибирь в эпоху капитализма. С. 71-74.

9 См.: Кузнецов, А. С. Сибирская программа царизма 1852 г. // Очерки истории Сибири.

Вып. 2. Иркутск, 1971; Дамешек, Л. М. Внутренняя политика царизма и народы Сибири (XIX - начало XX в.). Иркутск, 1986; Кодан,

С. В. Сибирская ссылка декабристов : ист.-юрид. исслед. Иркутск, 1983; Никулин, В. Н. Управление крестьянами Сибири в 1861-1905 годах. Новосибирск, 1979; Быконя, Г. Ф. Русское неподатное население Восточной Сибири в XVIII - начале XIX вв. : формирование военно-бюрократического дворянства. Красноярск, 1985.

10 См.: Миронов, Б. Н. Социальная история России периода империи (XVIII - нач. ХХ века). Генезис личности, демократической семьи, гражданского общества и правового государства : в 2 т. Т. 2. СПб., 2000; Писарькова, Л. Ф. К истории взяток в России (по материалам секретной канцелярии кн. Голицыных в первой половине XIX века) // Отечеств. история. 2002. № 5; Общие печатные списки должностных лиц губерний и областей Российской империи (1841-1908) : библиогр. указатель / сост. А. Н. Раздорский. СПб., 1999; Шепелев, Л. Е. Чиновный мир России. СПб., 1999.

11 См.: Власть в Сибири : XVI - начало ХХ в. / сост. М. О. Акишин, А. В. Ремнев. Новосибирск, 2005; Матханова, Н. П. : 1) Высшая администрация Восточной Сибири в середине XIX века. Новосибирск, 2002; 2) Сибирский административный аппарат в XIX веке: учеб. пособие. Новосибирск, 2003; Ремнев, А. В. : 1) Самодержавие и Сибирь. Административная политика в первой половине XIX века. Омск, 1995; 2) Самодержавие и Сибирь. Административная политика второй половины ХК - начала ХХ веков.

12 См.: Болонкина, Е. В. Социально-экономическое развитие Енисейской губернии во второй четверти XIX в. : дис. ... канд. ист. наук. Красноярск, 2006; Кайнова, Е. В. Нижегородская губернская администрация в 1880-х

- первой половине 1890-х гг. : должностные лица, учреждения, направления деятельности : дис. ... канд. ист. наук. М., 2005; Поповиче-ва, Ю. Н. Дальневосточное чиновничество во второй половине XIX века : автореф. дис. ... канд. ист. наук. Владивосток, 2003; Черепанова, И. В. Государственная служба Российской империи XIX века : дис. ... канд. ист. наук. Омск., 2001.

13 Бердников, Л. П. Вся красноярская власть : Очерки истории местного управления и самоуправления (1822-1916). Красноярск, 1995; Губернаторы Енисейской губернии // Крас-

нояр. материк. Красноярск, 1998; Енисейский энциклопедический словарь / под ред. Н. И. Дроздова. Красноярск, 1998; Енисейская губерния - Красноярский край : история в лицах : информ. изд. Красноярск, 2004.

14 Всеподданнейшие отчеты Генерал-губернатора, командующего войсками Восточносибирского военного округа, и бумаг по общим вопросам управления гражданского и военного : в 4 т. Т. 1. / Сборник главнейших официальных докладов по управлению Восточной Сибирью. Иркутск, 1884. С. 122.

15 Карнович, Е. П. Очерки наших порядков административных, судебных и общественных. СПб., 1873. С. 5.

16 См.: Брокгауз, Ф. А. Энциклопедический словарь : в 82 т. Т. 19. / под ред. И. Е. Андреевского. СПб., 1896. С. 356-358.

17 См.: Высшие и центральные государственные учреждения России. 1801-1917 : в 4 т. Т. 3. Центральные государственные учреждения. СПб. : Наука, 2002. С. 72-73.

18 См.: Пантелеев, В. В. Начало сибирского лесного хозяйства // Экономика и жизнь - Сибирь. 1999. Сент.

19 См.: Полный свод законов Российской империи : в 34 т. 3-е изд. Т. 16, № 13582.

20 Там же. Т. 17, № 13895.

21 Архивное агентство Красноярского края. Ф. 401. Оп. 1. Д. 1. Л. 1-2.

22 Там же. Л. 2-9.

23 См.: Полный свод законов Российской империи : в 34 т. 3-е изд. Т. 16, прил. к № 13582.

24 См.: Памятная книжка Енисейской губернии. СПб., 1898. С. 26; Там же. СПб., 1903. С.

34-36; Там же. СПб., 1905. С. 28-29; Там же. СПб., 1907. С. 35-36; Там же. СПб., 1909. С. 41-43; Там же. СПб., 1911. С. 84-87; Там же. СПб., 1913. С. 50-52; Там же. СПб., 1915. С. 61-62.

25 Там же. СПб., 1898. С. 26; Там же. 1907. С.

35-36; Там же. СПб., 1915. С. 61-62.

26 См.: Полный свод законов Российской империи : в 34 т. 3-е изд. Т. 16, прил. к № 13582.

27 Там же. Т. 16, № 13582.

28 Там же. Т. 14, № 10457.

29 См.: Ремнев, А. В. Самодержавие и Сибирь. Административная политика в первой половине XIX в. Омск, 1995. С. 212.

30 Там же. С. 213.

31 Архивное агентство Красноярского края. Ф. 401. Оп. 1. Д. 12. Л. 11, 53, 60, 65.

32 Там же. Л. 57.

33 Архивное агентство Красноярского края. Ф. 401. Оп. 1. Д. 100. Л. 1-148.

34 Там же. Д. 261. 1. Л. 1-12; Д. 290. Л. 41; Д. 341-351; Д. 385. Л. 1; Д. 699. Л. 1-10.

35 Градовский, А. Д. Начала русского государственного права : в 8 т. Т. 2. Органы управления. СПб., 1881. С. 8.

36 Архивное агентство Красноярского края. Ф. 401. Оп. 1. Д. 100. Л. 2-6.