Развитие системы преступлений против конституционных прав в уголовном кодексе Российской Федерации

ПРОБЛЕМЫ УКРЕПЛЕНИЯ ЗАКОННОСТИ И ПРАВОПОРЯДКА

А. С. Курманов

РАЗВИТИЕ СИСТЕМЫ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ В УГОЛОВНОМ КОДЕКСЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Анализируются вопросы, связанные с классификацией преступлений против конституционных прав и свобод по признакам подвидового объекта внутри главы 19 УК РФ. Рассмотрены дискуссионные вопросы, касающиеся данной проблемы, и предложен авторский подход к ее решению.

Любая отрасль права представляет собой единый комплекс взаимосвязанных между собой систематизированных по группам правовых институтов. Уголовное право в этом смысле не является исключением. В нем четко прослеживается внутреннее структурирование на Общую и Особенную части, которые в свою очередь подразделяются по разделам и главам1.

Применительно к деяниям, предусмотренным главой 19 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК), все входящие в нее нормы также подлежат дальнейшему делению в зависимости от сферы правоприменения. Поскольку указанные уголовно-правовые нормы напрямую связаны со структурой конституционных прав, их систематизацию целесообразно проводить в соответствии с классификацией последних.

Подобную классификацию можно наблюдать, анализируя соответствующие источники международного права: Всеобщую декларацию прав человека, Международный пакт о гражданских и политических правах, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах и ряд других, в соответствии с которыми права и свободы человека можно классифицировать на личные (гражданские), политические, экономические, культурные и трудовые.

Согласно предложенной классификации А. Н. Красиков выделяет три группы указанных преступлений. В первую группу он предлагает включить преступления, посягающие на гражданские права и свободы: нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина (ст. 136 УК), нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137 УК), нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст. 138 УК), нарушение неприкосновенности жилища (ст. 139 УК), отказ в предоставлении гражданину информации (ст. 140 УК), воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и вероисповедания (ст. 148 УК).

Во вторую группу им включены преступления, посягающие на политические права и свободы человека: воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий (ст. 141 УК), нарушение порядка финансирования избирательной кампании кандидата, избирательного объединения, избирательного блока, деятельности инициативной группы по проведению референдума, иной группы участников референдума (ст. 1411 УК), фальсификация избирательных документов, документов референдума (ст. 142 УК), фальсификация итогов голосования

(ст. 1421 УК), воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов (ст. 144 УК), воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них (ст. 149 УК).

В третью группу входят преступления, посягающие на трудовые и иные права и свободы человека и гражданина: нарушение правил охраны труда (ст. 143 УК), необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет (ст. 145 УК), невыплата заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат (ст. 1451 УК), нарушение авторских и смежных прав (ст. 146 УК), нарушение изобретательских и патентных прав (ст. 147 УК)2.

Опираясь на групповой объект посягательства, Л. Г. Мачковский полагает, что все преступления, предусмотренные в гл. 19 УК, следует разделить на следующие виды:

1) преступления против принципа равноправия (ст. 136 УК); 2) преступления против личных (гражданских) прав (ст. 137, 138, 139, 140, 144, 148 УК); 3) преступления против политических прав (ст. 141, 1411, 142, 1421, 149 УК); 4) преступления против социальноэкономических прав (ст. 143, 145, 1451, 146, 147 УК)3.

Некоторые исследователи указанные деяния в зависимости от их характера и содержания предлагают разделить на три группы: 1) преступления против принципа равноправия и политических прав граждан: ст. 136, 141—1422 УК; 2) преступления против личных прав и свобод граждан: ст. 137-140, ст. 148, ст. 149 УК; 3) преступления против трудовых прав граждан: ст. 143-147 УК4.

А. Е. Якубов предлагает несколько иную классификацию: 1) преступления против личных прав (ст. 137, 138, 139, 140, 148 УК); 2) преступления против политических прав (ст. 136, 141, 142, 149 УК); 4) преступления против социально-экономических прав (ст. 143, 144, 145, 146, 147 УК)5.

Таким образом, можно констатировать тот факт, что единого подхода к классификации уголовно-правовых норм главы 19 УК на сегодняшний день не выработано. При этом выделяются нормы, групповая принадлежность которых никем не оспаривается, и нормы, в отношении которых, напротив, наблюдается дуализм по вопросу их расположения в группах.

Как было отмечено выше, высказываются предложения о выделении ст. 136 УК «Нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина» из преступлений против личных прав в самостоятельную группу. Некоторые специалисты относят ст. 140 УК «Отказ в предоставлении информации» к числу посягательств против личных прав6, другие же — к группе преступлений, направленных на политические права7.

В подобных случаях для правильного установления подгруппы преступлений следует определять непосредственную область общественных отношений, в которой рассматриваемое право максимально востребовано ее обладателями. Например, право на получение информации лицом, чьи интересы она затрагивает, можно встретить в политической сфере. Так, кандидат в депутаты систематически получает сведения о поступлении денежных средств на его избирательный счет. Однако если проанализировать нормативные источники,8 с которыми связана реализация гражданами данного права, то получается, что в большинстве случаев такая необходимость чаще возникает при решении вопросов личного характера, а не в политической сфере, например, при ознакомлении с материалами предварительного расследования, оперативной проверки, дисциплинарного производства, ревизии, медицинскими документами и т. д. На основании этого

можно сделать вывод о том, что данное право ближе к личным правам и свободам, чем к политическим.

Таким же образом должен решаться вопрос и с принципом равноправия, который определяет равенство прав и свобод каждого человека и гражданина независимо от каких-либо обстоятельств (пола, расы, национальности и т. д.). Следовательно, он характеризует личный спектр правовых возможностей любого субъекта общественных отношений, и нет необходимости отделять его от иных личных составляющих правового статуса индивида. Видимо, те авторы, которые выделяют принцип равноправия в отдельную группу, считают, что он заслуживает особого положения, и хотят подчеркнуть его значимость среди других составляющих правового статуса индивида. Однако мы, определяя данное положение в группу «личные права», ничуть не умаляем его значения для правообладателя и лишь хотим включить в единый комплекс правовых возможностей, гарантированных Основным Законом и близких по сфере применения.

Дискуссия касается и ст. 144 УК «Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов». В одном случае ее рассматривают как посягательство на

9

трудовые права , в другом — как преступление, направленное на нарушение политических прав10.

Сторонники первой позиции обосновывают свой подход тем, что ст. 144 УК можно отнести к группе преступлений, посягающих на трудовые права, поскольку в ней речь идет о воспрепятствовании профессиональной деятельности журналистов при выполнении последними своих служебных, трудовых обязанностей11.

Вместе с тем, на наш взгляд, данным преступлением под угрозу ставится не право на труд, что в соответствии со ст. 37 Конституции РФ подразумевает в том числе и право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а гарантированная Основным Законом свобода массовой информации. Следовательно, более убедительна вторая позиция, включающая ст. 144 УК в группу преступлений против политических прав и свобод.

Рассмотрев спорные моменты и предложив свой подход к решению проблемы по группировке уголовно наказуемых деяний, хочется остановиться на вопросе формулировок заглавий указанных подгрупп. Как было отмечено, большинство специалистов в области уголовного права остановились на следующей классификации преступлений, предусмотренных главой 19 УК: 1) преступления против личных (гражданских) прав,

2) преступления против политических прав, 3) преступления против трудовых прав.

Представляется, что предложенные формулировки не являются безупречными для уголовного права с точки зрения толкования охранительных функций, включенных в каждую из уголовно-правовых норм. На наш взгляд, использование формулировки «личные (гражданские) права» объясняется тем, что она была заимствована напрямую из конституционного права. Однако в Основном Законе перечисленные права входят в полный перечень охраняемых законом прав, и предложенное название полностью отражает суть включенных в эту группу прав, а в главе 19 УК содержится только часть из них, наряду с нормами, расположенными в других разделах и главах. Так, Т. Н. Нуркаева к числу личных (гражданских) прав относит: право на жизнь и здоровье, право на достоинство личности, на честь и доброе имя; право на свободу и личную неприкосновенность и др.12 С таким подходом никто не будет спорить, указанные права — это действительно личные права каждого человека. Тогда возникает вопрос: насколько правомерно называть подобным образом объединенные в группу нормы, охраняемые одной главой 19

УК, если она не претендует охватить своей юрисдикцией все личные права, охраняемые Уголовным кодексом?

Сложность этого вопроса заключается в том, что невозможно подобрать какой-либо другой правовой термин, который смог бы с точностью охарактеризовать включенную в главу 19 УК группу преступлений против ограниченного круга личных прав, гарантированных Конституцией РФ. Видимо, этот вопрос еще долго будет предметом дискуссии специалистов российской уголовно-правовой науки.

Вместе с тем нельзя согласиться с теми учеными, которые указанную подгруппу называют «Преступления против гражданских прав и свобод». Дело в том, что гражданские права принадлежат только гражданам государства, и они значительно уже по своему объему личных прав и свобод, принадлежащих любому человеку13. Необходимо отметить, что глава 19 УК в равной мере охраняет наряду с правами граждан РФ и права иных лиц (иностранцев и апатридов). Сказанное напрямую касается, например, ст. 136 УК.

Требует корректировки и используемое в уголовном праве такое название подгруппы преступлений, как «Преступления против трудовых прав».

Дело в том, что в указанную группу включается ст. 1451 УК «Невыплата заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат». Если невыплата заработной платы, безусловно, является посягательством на трудовые права, то невыплата пенсий, стипендий, пособий и ряда иных выплат к трудовым отношениям не относится, т. к. потерпевшие не являются работниками учреждений, которые производят их выплату (пенсионеры, студенты, неработающие женщины, получающие пособие на новорожденных и т. д.). Следовательно, название подгруппы не отражает в полной мере объем охраняемых указанной нормой интересов.

В конституционном праве трудовые права включены в более широкий подраздел, называемый «Социально-экономические права». Ряд специалистов использует именно такое название и в уголовном праве14. На наш взгляд, выделять группу с таким названием в главе 19 УК представляется неверным, поскольку многочисленные нормы уголовного закона, объектом которых являются экономические права, содержатся в разделе 8 УК «Преступления в сфере экономики». Подобное название не соответствовало бы охраняемым правам, включенным в указанную группу, делало бы его существенно шире реального объекта уголовно-правовой охраны.

Решение данного вопроса, думается, заключается в изменении названия рассматриваемой группы. Мы предлагаем назвать ее «Преступления против социальных прав». Как обоснованно пишет А. Х. Саидов: «социальная политика государства заключается в том, чтобы создать условия, обеспечивающие достойную жизнь и свободное развитие человека. Это охрана труда, установление размера заработной платы, обеспечивающего прожиточный минимум, поддержка наименее защищенных в социальном плане слоев населения, семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан. Именно в сфере социального обеспечения Конституция предусматривает развитие системы специальных служб, установление государственных пенсий, пособий и иных гарантий социальной защиты»15. В подтверждение предложенной позиции можно сослаться и на тот факт, что государственное управление в области социального обеспечения и регулирования трудовых отношений осуществляется одним государственным институтом — Министерством здравоохранения и социального развития РФ.

Не менее спорным моментом является отнесение ст. 146 УК «Нарушение авторских и смежных прав» и ст. 147 УК «Нарушение изобретательских и патентных прав» большинством ученых к преступлениям против трудовых прав (или, как уже было отмечено автором, к преступлениям против социальных прав), но указанные деяния ровным счетом к ним никакого отношения не имеют. Например, о каких трудовых и даже социальных отношениях может идти речь в случае написания лицом книги, стихов, диссертации и других произведений? Более того, уголовный закон, в свою очередь, охраняет не только имущественные права авторов и изобретателей, но и их личные неимущественные права. Авторское право распространяется на отношения, возникающие в связи с созданием и использованием произведений науки, литературы и искусства. Смежные с авторскими права распространяются на права исполнителей, производителей, организаций эфирного вещания, организаций кабельного вещания. Наряду с авторскими и смежными правами законодательство охраняет и права на объекты промышленной собственности: изобретение, полезную модель, промышленный образец.

Единственным правильным решением, на наш взгляд, является выделение указанных деяний в самостоятельную группу преступлений. Согласно названию включаемых в нее статей указанную группу можно озаглавить «Преступления против авторских, смежных, изобретательских и патентных прав».

Учитывая, что диспозиция ст. 146 и 147 УК имеет бланкетный характер, предлагаем для решения поставленной задачи обратиться к соответствующей области права, регулирующей сферу указанных правоотношений. Например, в ст. 44 Конституции РФ для их характеристики используется такая формулировка, как интеллектуальная собственность. Статья 138 ГК РФ дает легальное определение интеллектуальной собственности: «...в случаях и в порядке, установленных настоящим Кодексом и другими законами, признается исключительное право (интеллектуальная собственность) гражданина или юридического лица на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ или услуг (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания и т. п.)».

В юридической литературе встречаются утверждения о том, что традиционная терминология «интеллектуальная собственность» неудачна, так как влечет смешение с правом собственности на материальные объекты, которое имеет совершенно другое юридическое содержание16. Поэтому права на результаты творческой деятельности предлагается объединить одним термином — «интеллектуальные права», который бу-

17

дет охватывать все виды прав на результаты интеллектуальной деятельности17, который мы и будем использовать для характеристики объекта преступлений, предусмотренных ст. 146 и 147 УК. Следовательно, указанную группу преступлений можно озаглавить как «Преступления против интеллектуальных прав».

Таким образом, проведенное нами исследование позволяет нам обоснованно говорить о том, что преступления, включенные в главу 19 УК, следует разделить на следующие группы:

1) преступления против личных прав (ст. 136-140, 148 УК);

2) преступления против политических прав (ст. 141-1421, 144, 149 УК);

3) преступления против социальных прав (ст. 143, 145, 1451 УК);

4) преступления против интеллектуальных прав (ст. 146, 147 УК).

Примечания

1 См.: Уголовное право России. Общая часть / Отв. ред. Б. В. Здравомыслов. М., 1996. С. 32-39; Уголовное право / Под ред. Н. И. Ветрова, А. В. Арендаренко. М., 2002. С. 8.

2 См.: Красиков А. Н. Уголовно-правовая охрана гражданских и иных конституционных прав и свобод человека и гражданина в России. Саратов, 2000. С. 29.

3 См.: Мачковский Л. Г. Преступления против конституционных прав человека и гражданина: проблемы теории и практики правового регулирования: Дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 120.

4 См.: Уголовное право России: Учеб. для вузов. Особенная часть / Под ред. А. Н. Игнатова, Ю. А. Красикова. М., 2000. С. 147.

5 См.: Курс уголовного права. Особенная часть / Под ред. Г Н. Борзенкова, В. С. Комиссарова. М., 2002. С. 287.

6 Там же. С. 343.

7 См.: Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учеб. / Под ред. А. И. Рарога. М., 1998. С. 106.

8 См.: Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 2006. № 31. Ст. 3448; Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» от 5 июля 1995 г. № 144-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 1995. № 33. Ст. 3349; Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года № 5487-1 // Рос. вести. 1993. 9 сент.; Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации // Собр. законодательства РФ. 2001. № 52. Ст. 4921; Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации // Собр. законодательства РФ. 2002. № 46. Ст. 4532; Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях // Собр. законодательства РФ. 2002. № 1. Ст. 1 и т. д.

9 См.: Уголовное право России. Особенная часть / Под ред. А. Н. Игнатова, Ю. А. Красикова. М., 2000. С. 147; Кузнецова Н. Ф. Об эффективности уголовно-правовой охраны трудовых прав граждан // Государство и право. 1996. № 10. С. 65; Российское уголовное право: Особенная часть / Под ред. В. Н. Кудрявцева, А. В. Наумова. М., 1997. С. 106.

10 См.: Иванов В. Д. Уголовное право. Особенная часть. Ростов н/Д, 2002. С. 75.

11 См.: Закон Российской Федерации «О средствах массовой информации» от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 // Рос. газ. 1992. 8 февр.

12 См.: Нуркаева Т. Н. Уголовно-правовая охрана личных (гражданских) прав и свобод человека (вопросы теории и практики): Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2006. С. 8.

13 См.: Краткий политический словарь / Под ред. Л. А. Оникова, Н. В. Шишлина. М., 2002. С. 356.

14 См., напр.: Курс уголовного права. Особенная часть / Под ред. Г. Н. Борзенкова,В. С. Комиссарова. М., 2001. С. 343.

15 Саидов А. Х. Общепризнанные права человека. М., 2004. С. 124.

16 См.: Дозорцев В. А. Понятие исключительного права // Юрид. мир. 2000. № 3; Защита авторских и смежных прав по законодательству России / Под ред. И. В. Савельевой. М., 2002. С. 48.

17 См.: Дозорцев В. А. Творческий результат: система правообладателей // Вестн. Высшего Арбитражного Суда РФ. 2002. № 11. С. 89.