Взаимосвязь стилей воспитания и ранних дезадаптивных схем

УДК 37.015.31, 159.9.072.43

ВЗАИМОСВЯЗЬ СТИЛЕЙ ВОСПИТАНИЯ И РАННИХ ДЕЗАДАПТИВНЫХ СХЕМ

Е. Н. Богданов, П. М. Касьяник, М. В. Галимзянова, Е. В. Романова, Д. М. Фаррелл

Реферат: родительское отношение или стиль воспитания понимаются как педагогическая социальная установка по отношению к детям, включающая в себя рациональный, эмоциональный и поведенческий компоненты. Если в процессе родительского воспитания не удовлетворяются важнейшие эмоциональные потребности ребенка, развиваются ранние дезадаптивные схемы, которые могут способствовать возникновению нарушений отношений у взрослых. Целью работы стало изучение корреляции выраженности дезадаптивных схем у взрослых людей со стилем воспитания и родительского отношения к ним в детстве. Исследовались взрослые люди в возрасте от 21 года до 44 лет, обращавшиеся за психологической помощью по поводу проблем во взаимоотношениях с близкими, в семье, на работе. Обнаружены достоверные корреляционные связи особенностей стилей воспитания, проявляющихся в дет-ско-родительских отношениях, какими их воспринимали в детстве взрослые люди, и выраженности у них ранних де-задаптивных схем. Эти связи позволяют лучше понять происхождение психологических проблем в разных сферах взаимодействия с другими людьми. На основании проведенного исследования можно сделать вывод о том, что

© Богданов Е. Н., Касьяник П. М., Галимзяно-ва М. В., Романова Е. В., Фаррелл Д. М., 2017

в отраженном родительском отношении проявляются некоторые черты, которые обусловливают формирование ранних дезадаптивных схем, развивающихся в дальнейшем как важные личностные качества. Эти данные хорошо согласуются с теоретическими положениями теории развития и воспитания. В то же время они существенно дополняют представления о семейном воспитании и могут использоваться в практической работе по консультированию в области семейных отношений и воспитания (исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках исследовательского проекта № 15-06-10825 «Ранние дезадаптивные схемы и субъективные переживания детства в связи с совла-дающим поведением взрослых»).

Ключевые слова: стили воспитания, воспитательные отношения, формирование личности, ранние дезадап-тивные схемы, консультирование по вопросам семейного воспитания, детско-родительские отношения.

Воспитание здоровой, всесторонне и гармонично развитой личности начинается в семье. Семья не только играет важную роль в поддержании физического здоровья детей, но и обеспечивает первый и наиболее важный социально-психологический контекст для развития человека. Нормальное развитие ребенка предполагает удовлетворение как физиолого-гигиенических,

так и эмоциональных потребностей. В то же время почти все дети в процессе развития сталкиваются с проблемами в обучении, поведении и эмоциональной сфере, которые могут быть связаны с сопутствующими возрастным изменениям конфликтами и стрессом. Большинство поведенческих и эмоциональных проблем у детей отражают сложные отношения между членами семьи, особенно между родителями и детьми. Другими словами, эмоционально-поведенческие проблемы ребенка обусловлены нарушением отношений членов семьи друг с другом и связаны с неправильными методами воспитания и неполноценным взаимодействием родителей со своими детьми.

В самом общем виде воспитание, направленное на изменение психического состояния, мировоззрения и ценностных ориентаций, может рассматриваться как овладение субъектом способами, средствами и нормами удовлетворения своих потребностей в соответствии культурными нормами, присущими конкретной эпохе, сообществу, социальной группе.

В силу менее структурированных целей семейного воспитания по сравнению с образовательными организациями специалисты и исследователи чаще говорят о стилях семейного воспитания и детско-родительских отношениях. В основе того или иного стиля воспитания находится определенное родительское отношение к ребенку. Родительское отношение - это целостная система разнообразных чувств по отношению к ребенку, поведенческих стереотипов, практикуемых в общении с ребенком, особенности восприятия и понимания его индивидуально-психологических особенностей и поступков. Влияние воспитания, родительского отношения, стоящего за родитель-

ским поведением и стилем воспитания, очень велико и затрагивает самые разнообразные аспекты психической жизни и поведения ребенка.

Взаимосвязь понятий «стиль воспитания» и «детско-родительские отношения» в современной педагогической науке еще далека от определенности. Многие авторы отмечают отсутствие единого понимания данной проблемы и не различают понятия «стиль воспитания» и «родительское отношение». Родительское отношение или стиль воспитания понимаются как обобщенные, устойчивые, характерные для конкретного родителя способы поведения и эмоционального общения с ребенком, то есть родительское отношение - это педагогическая социальная установка по отношению к детям, включающая в себя рациональный, эмоциональный и поведенческий компоненты. А. Л. Вен-гер определяет стиль воспитания как «стиль взаимоотношений с ребенком в семье, характеризуемый степенью контроля, заботы и опеки, теснотой эмоциональных контактов между родителями и ребенком,характером руководства поведением ребенка со стороны взрослых, количеством запретов и т. п.» [2].

Таким образом, под стилем семейного воспитания можно подразумевать отношение родителей к ребенку, характер контроля над его действиями, способ предъявления требований, формы поощрения и наказания.

Обобщая наиболее авторитетные концепции и классификации стилей воспитания и родительского отношения можно заметить, что большинство классификаций основаны на критериях интенсивности родительского контроля и особенностей проявления эмоциональной теплоты родителей. Другими важными параметрами дифференциации стилей семейного воспитания служат

степень властности родителей и уважения ими мнения и достижений детей.

Очевидно, что родители используют большой набор стилей в зависимости от ситуации. Тем не менее отдельные тенденции могут повторяться чаще и преобладать в семейном воспитании. Кроме того, в семье отец, мать, бабушки и дедушки могут демонстрировать разные стили отношения к ребенку, часто недостаточно осознавая это, и даже конфликтовать между собой по этому поводу. Именно поэтому при изучении влияния родительского отношения важно дифференцировать отношения разных членов семьи и учитывать, как сам ребенок воспринимал это отношение, направленное на него. Не всегда негативные воспоминания об отношении родителей соответствуют реальному положению. Например, из-за большой загруженности родителей у детей может возникать чувство, что они не нужны. По данным исследований, до 86 % родителей признаются в том, что не могут взаимодействовать со своими детьми на эмоциональном уровне, так как не имеют достаточно свободного времени для общения с ними. Большинство дошкольников 5-6 лет (до 68 %) предпочитают дома смотреть телевизор, а на вопрос «чем ты любишь заниматься с мамой или папой?» 89 % отвечают: «ничем, они со мной не играют» [3]. Несмотря на существующее мнение о том, что большинство родителей хорошо относятся к своим детям, многие авторы указывают на определяющую роль детско-роди-тельских эмоциональных отношений в появлении у взрослых людей существенных жизненных проблем в отношениях с другими и самим собой, неуверенности, отстраненности, а также в патогенезе пограничных нервно-психических расстройств и в происхождении устойчивых эмоциональных нарушений [4].

Психологи и психотерапевты описывают большое количество стилей неадекватного воспитания и дисфункциональных отношений в родительской семье: гипер- и гипоконтроль, навязывание чувства вины, эмоциональное отвержение, гипер- и гипопротекция и др. Авторы одной из классификаций, получившей широкое распространение в практико-ориентированных исследованиях, А. Я. Варга и В. В. Столин выделяют следующие четыре типа неэффективных стилей родительского отношения: принимающе-авторитарный, отвергающий с инфантилизацией и социальной инвалидизацией, симбиоти-ческий, симбиотически-авторитарный. На их основе был разработан метод диагностики особенностей родительской позиции по отношению к ребенку -опросник родительского отношения ОРО [5].

В результате реализации определенного родительского отношения эмоциональные потребности ребенка могут удовлетворяться чрезмерно или недостаточно. Вследствие этого могут формироваться личностные черты, затрудняющие нормальную адаптацию. Дж. Янг связывает характер удовлетворения родителями базовых потребностей ребенка с особенностями характера и поведения во взрослой жизни [4]. В результате взаимодействия неудовлетворенных в детстве базовых потребностей, особенностей темперамента, воспитательных воздействий и условий среды, в которой рос ребенок, формируются ранние дезадаптивные схемы, состоящие из представлений человека о себе, о мире и о других людях. Это воспоминания, телесные ощущения, эмоции, убеждения и представления, которые берут начало в детстве и развиваются в течение жизни. В детстве эти схемы часто помогают в

адаптации, несмотря на свою парадоксальность: например, при отсутствии эмоционального отклика у взрослых ребенку может становиться легче, когда он замыкается в себе, а в ситуации насилия у ребенка может быть больше шансов на выживание, если он верит в свою дефективность, а не в дефективность взрослого. Для взрослого человека дезадаптивные схемы уже не соответствуют адаптивным возможностям личности, не отражают реальное соотношение сил в жизненных коллизиях, следовательно, неверны, дисфункциональны и ограничивают возможности человека. При этом они сохраняют свою силу и часто не осознаются [4].

Схемофокусированный подход первоначально применялся в психотерапии для лечения пациентов с пограничными расстройствами личности. В настоящее время принципы и методы схемотерапии применяются при работе со здоровыми людьми разного возраста в индивидуальном,групповом и семейном психологическом консультировании, в психолого-педагогической коррекционной работе.

Дж. Янг выделяет 5 групп ранних дезадаптивных схем (всего - 18 схем), которые являются устойчивыми когнитивно-эмоциональными паттернами, возникающими в детстве в ответ на определенное отношение к ребенку значимых взрослых, и становятся причиной формирования поведенческих стереотипов, мешающих действовать адекватно сложившейся ситуации. Последствиями дезадаптивного поведения могут быть проблемы в личных отношениях, зависимость отхронических неудач, вредных привычек, негативных эмоций, хроническое состояние стресса и другие нарушения [4].

Первая группа схем носит название «Нарушение связи и отвержение». Эти

схемы мешают сформировать надежную, удовлетворяющую человека привязанность к другим людям. Семейное окружение у таких людей могло отличаться ненадежностью, жестоким обращением, эмоциональной холодностью либо изолированностью от окружающего мира. Став взрослыми, такие люди стремятся либо избегать близких отношений, либо попадают преимущественно в деструктивные отношения.

Вторая группа схем называется «Нарушенная автономия». Эти схемы затрудняют развитие собственной индивидуальности, не позволяют сформировать здоровую самодостаточность, мешают действовать самостоятельно в соответствии со своими желаниями.

Третья группа схем называется «Нарушенные границы». Эти схемы вызывают сложности в выстраивании партнерских отношений с другими людьми, мешают признать, что у других людей есть такие же права; человек производит впечатление эгоистичного, избалованного, безответственного.

Четвертая группа называется «Направленность на других». Схемы этой группы заставляют удовлетворять желания других людей в ущерб собственным интересам, чтобы заслужить одобрение других или же избежать обвинения в свой адрес. Обратной стороной такого отношения к другим людям является накопление чувства гнева, часто неосознаваемого. Возможно, в этих случаях в родительской семье имело место условное принятие, а родители считали, что детей нужно держать в строгости и ставили свои эмоциональные потребности превыше всего, игнорируя потребности ребенка.

Пятая группа схем называется «Сверхбдительность и запреты». Эти схемы подавляют спонтанные чувства и импульсы, в том числе жизнерадост-

ность и удовольствие, заставляют бороться за исполнение жестких внутренних правил, способствуют пессимизму, беспокойству и страху. Возможно, в родительской семье обстановка отличалась угрюмостью и строгостью, поощрялись чрезмерная осторожность и восприятие жизни в мрачном свете.

Таким образом, мы видим, что поведение взрослого человека в сложных жизненных обстоятельствах может определяться стилем родительского воспитания, преобладающим в его детстве, а характер отношений с родителями может способствовать формированию качеств личности взрослого человека, которые проявляются во взаимоотношениях с другими людьми в различных ситуациях. Существует много исследований корреляции родительского отношения, стиля воспитания и различных эмоционально-поведенческих проявлений удетей, особенно дошкольного возраста. Однако на уровне семейного воспитания педагогические исследования редко оперируют статистическими данными о влиянии особенностей воспитания на формирование личностных черт у взрослых (выросших детей).

Целью данного исследования стало изучение корреляции выраженности дезадаптивных схем у взрослых людей со стилем воспитания и родительского отношения к ним в детстве.

В исследовании приняли участие 72 человека в возрасте от 21 года до 44 лет, обращавшиеся за психологической помощью по поводу проблем во взаимоотношениях с близкими, в семье, на работе. Все они в детстве имели полные семьи. В качестве диагностических средств в работе использовались:

1. Опросник отраженного родительского отношения (а. Я. Варга, В. В. Сто-лин), модифицированный Е. В. Романовой, М. В. Галимзяновой.

Для определения особенностей восприятия взрослыми людьми отношения к ним их родителей, а также поведенческих стереотипов, которые, по мнению испытуемых, родители проявляли в общении с ними, был использован модифицированный вариант известной методики. В нем в отличие от стандартной методики испытуемым предлагалось ответить на те же вопросы, только не относительно своего отношения к детям, а относительно своего восприятия отношения к ним самим со стороны каждого из родителей в дошкольный период. Например, вместо утверждения «когда я сравниваю своего ребенка со сверстниками, то они кажутся мне взрослее и по поведению и по суждениям» испытуемым предлагалось оценить высказывание «когда родители сравнивали меня со сверстниками, то мои сверстники казались им взрослее и по поведению и по суждениям».

Опросник состоит из 5 шкал:

1) принятие ребенка. Эта шкала выражает собой общее эмоционально положительное (принятие) или эмоционально отрицательное (отвержение) отношение к ребенку;

2) кооперация. Эта шкала выражает стремление взрослых к сотрудничеству с ребенком, проявление с их стороны искренней заинтересованности и участия в его делах;

3) симбиоз. Вопросы этой шкалы ориентированы на то, чтобы выяснить, стремится взрослый к единению с ребенком или старается сохранить между ребенком и собой психологическую дистанцию;

4) контроль (авторитарная гиперсоциализация). Данная шкала характеризует то, как взрослые контролируют поведение ребенка, насколько они демократичны или авторитарны в отношениях с ним;

5) отношение к неудачам ребенка. Шкала показывает, как взрослые относятся к способностям ребенка, его достоинствам,недостаткам,успехам и неудачам.

2. Опросник дезадаптивных схем Дж. Янга YSQS3 (Young schema questionnaire) в адаптации П. М. Касья-ника и Е. В. Романовой.

Опросник состоит из 90 утверждений, описывающих различные проявления дезадаптивных схем. Респондент оценивает по 6-балльной шкале Лай-керта, насколько каждое утверждение перекликается с его опытом и представлениями

1. Эмоциональная депривированность.

2. Покинутость / нестабильность.

3. Недоверие / ожидание жестокого обращения.

4. Социальная отчужденность.

5. Дефективность / стыд. Нарушенная автономия (неудовлетворенная потребность в

самодостаточности и успешности)

6. Неуспешность.

7. Зависимость / беспомощность.

8. Уязвимость.

9. Спутанность / неразвитая идентичность.

Нарушенные границы

10. Привилегированность / грандиозность.

11. Недостаточность самоконтроля.

Направленность на других

(неудовлетворенная потребность в

самоуважении и принятии себя)

12. Покорность.

13. Самопожертвование.

14. Поиск одобрения.

Сверхбдительность и запреты

(неудовлетворенная потребность в

свободном выражении потребностей и эмоций)

15. Подавление эмоций.

16. Жесткие стандарты.

17. Негативизм / пессимизм.

18. Пунитивность.

Средние показатели родительского отношения в целом соответствуют имеющимся в литературе данным о соотношении стилей, используемых матерями и отцами в семейном воспитании: сим-биотические отношения, контроль и кооперация значительно более выражены у матерей по сравнению с отцами. Средние значения выраженности ранних дезадаптивных схем в данной выборке соответствуют полученным ранее данным в большой группе взрослых, обращавшихся за психологической помощью [10], а наиболее выраженными оказались следующие схемы: «покинутость», «недоверие / ожидание жестокого обращения», «жесткие стандарты», «поиск одобрения», «подавление эмоций», «самопожертвование», «привилегированность» (табл. 1).

Корреляционный анализ показателей отраженного родительского отношения, как его воспринимали респонденты в детстве, и выраженности ранних дезадаптивных схем позволил выявить определенные закономерности (табл. 2). Установлена отрицательная корреляционная взаимосвязь показателя принятия со стороны матери и

Таблица 1

Данные описательной статистики по показателям отраженного родительского отношения

Показатели Средние значения Стандартное отклонение

ОРО мамы

Принятие ребенка 67,21 23,24

Кооперация 44,39 24,38

Симбиоз 51,70 27,17

Контроль 46,14 29,93

Отношение к неудачам ребенка 26,16 25,17

ОРО папы

Принятие ребенка 71,71 18,05

Кооперация 31,32 25,24

Симбиоз 36,93 26,75

Контроль 36,83 28,91

Отношение к неудачам ребенка 16,07 16,20

РДС

Эмоциональная депривированность 10,62 4,98

Покинутость / нестабильность 14,56 5,28

Недоверие / ожидание же- 13,77 6,09

стокого обращения

Социальная отчужденность 12,12 5,45

Дефективность / стыд 9,11 3,69

Неуспешность 10,86 4,85

Зависимость / беспомощность 9,36 3,45

Уязвимость 10,82 4,34

Спутанность/неразвитая идентичность 11,56 3,89

Покорность 13,62 4,78

Самопожертвование 13,80 4,66

Подавление эмоций 14,14 5,58

Жесткие стандарты / придирчивость 17,94 5,69

Привилегированность / грандиозность 13,95 4,79

Недостаточность самоконтроля 13,61 4,58

Поиск одобрения 17,00 5,27

Негативизм / пессимизм 12,52 4,71

Пунитивность 13,12 4,66

схемы «эмоциональная депривирован-ность» (г = -0,384), которая свидетельствует о том, что недостаточное принятие матерью своего ребенка, недостаток любви, тепла, заботы и поддержки способствуют формированию у ребенка, а в дальнейшем и у взрослого устойчивого чувства одиночества, обездоленности и затрудняют установление

близких, доверительных и безопасных личных отношений.

Если в раннем возрасте ребенок ощущает теплое, эмоциональное, принимающее отношение матери, ее симпатию и уважение, если у ребенка создается впечатление, что мать принимает его таким, каков он есть, то у него формируется ощущение надежной, без-

Таблица 2

Корреляционные связи показателей отраженного родительского отношения

Ранние дезадаптивные схемы ОРО мамы ОРО папы

Принятие Кооперация Симбиоз Контроль Отношение к неудачам Принятие Кооперация Симбиоз Контроль Отношение к неудачам

Эмоциональная депривированность -0,3842 -0,25В1

Покинутость / нестабильность 0,2511 -0,2531

Недоверие 0,3372 0,27В1

Социальная отчужденность 0,25В1

Дефективность / стыд

Неуспешность

Зависимость / беспомощность

Уязвимость 0,2741

Спутанность 0,2321 0,3В52 0,29В1

Покорность -0,27В1

Самопожертвование

Подавление эмоций 0,2471

Жесткие стандарты / придирчивость 0,2471 0,30В2 0,2671

Привилегированность / грандиозность

Недостаточность самоконтроля -0,2381 -0,2В31

Поиск одобрения 0,3252 0,2501 0,2571

Негативизм / пессимизм -0,27В1

Пунитивность 0,2501 0,3412

Примечание. 1 - корреляция значима на уровне 0,05 (двусторон.); 2 - корреляция значима на уровне 0,01 (двусторон.).

опасной привязанности и удовлетворяется потребность в стабильных отношениях, любви. Вырастая, такие люди способны испытывать здоровую привязанность к другим и могут строить личные отношения, наполненные любовью, теплом, заботой и поддержкой.

Показатель симбиоза со стороны матери имеет наибольшее количество положительных корреляционных связей с ранними дезадаптивными схе-

мами: «недоверие», «социальная отчужденность», «подавление эмоций», «поиск одобрения», «спутанность», «жесткие стандарты» и «пунитивность». С последними тремя схемами также связан показатель симбиоза со стороны папы. Создание родителями, особенно мамой, избыточно симбиотических отношений с ребенком, как будто они одно целое, стремление оградить его от любых трудностей и жизненных не-

приятностей, удовлетворить абсолютно все потребности ребенка, которого родители считают беззащитным и несамостоятельным, может способствовать тому, что человек будет неосознанно ожидать от других ограничений его свободы, манипулирования им или использования его в своих интересах, проявления своеобразного насилия над его личностью (схема «недоверие»). Из-за очень тесных отношений с родителями человек с детства может усвоить, что ему надо подстраиваться под окружение и подавлять свои желания, вести себя так, чтобы другие были довольны, тогда можно заслужить одобрение окружающих. В этом случае самооценка человека прежде всего зависит от мнений и оценок других людей (схема «поиск одобрения»). Высоко сим-биотичные отношения с родителями в раннем возрасте могут способствовать тому, что у ребенка сформируется уверенность, что любые самостоятельные действия приведут к нежелательному результату, что все у него получается недостаточно хорошо, что нужно прилагать неимоверные усилия, для того чтобы соответствовать определенным стандартам. Очевидно, что это затрудняет формирование у человека высокой самооценки и препятствует построению комфортных, удовлетворительных отношений с людьми (схема «жесткие стандарты»). Схема «социальная отчужденность» также коррелирует с показателем симбиоза с матерью (г = 0,259). Характерной иллюстрацией такой связи могут быть случаи, когда мама воспитывает ребенка «для себя», ограничивая его контакты со сверстниками и другими людьми, в том числе с возможными партнерами в личной жизни, даже по достижении им зрелого возраста.

Построение родителями, особенно папой, излишне симбиотических от-

ношений с ребенком в детстве может также приводить к тому, что ребенок научится проявлять нетерпимость к тем людям, которые не соответствуют его ожиданиям и определенным стандартам. У такого человека могут возникать трудности с тем, чтобы быть снисходительным к ошибкам других людей, принимать их такими, как есть (схема «пу-нитивность»).

Были выявлены корреляции схемы «покинутость / нестабильность» с показателем «кооперация» (г = 0,251) и показателем «отношение к неудачам» со стороны отца (г = -0,253). Это может свидетельствовать о том, что отсутствие снисходительно сочувствующего отношения отца к неудачам и ошибкам ребенка вызывает у него чувство эмоциональной изоляции, одиночества и беспомощности. Указанные схемы относятся к группе «нарушение связи и отвержение».

Положительные корреляционные связи показателя кооперации со стороны мамы и схемы «поиск одобрения» (г = 0,325), а также показателя кооперации со стороны папы и схемы «спутанность / неразвитая идентичность» (г = 0,396) свидетельствуют о том, что чем более мама была погружена в жизнь и деятельность ребенка, старалась во всем ему помогать и гордилась его достижениями, тем вероятнее у ребенка могло сформироваться усиленное стремление искать поддержку, внимание, признание и одобрение у окружающих. Если папа оказывал избыточную помощь и поддержку ребенку, даже если это не было необходимо, подробно вникал во все его дела, старался встать на его позицию в спорных ситуациях, поощрял любую инициативу ребенка, то ребенок может быть чрезвычайно эмоционально привязан к отцу и вовлечен в отношения сначала с ним, а потом

с кем-то из значимых людей. В таком случае может развиться склонность к чрезмерному слиянию, которая способна препятствовать индивидуализации и нормальной адаптации человека в социуме и семейной жизни.

Среди ранних дезадаптивных схем, которые относятся к группе «нарушенная автономия», схема «уязвимость» коррелирует с показателем авторитарности (авторитарная гиперсоциализация) матери (г = 0,274). Эта схема относится к способности самостоятельного существования в мире. Авторитарность матери вызывает чувство страха и нестабильности, постоянное ожидание, что случится что-то страшное, например, в виде наказания. Такой человек не чувствует безопасность даже в обычной обстановке. Хотя эти страхи бывают сильно преувеличены, они могут способствовать значительным затратам усилий и средств, чтобы обеспечить себе надежную и даже избыточную безопасность.

Схема «недостаточность самоконтроля», которая относится к группе «нарушенные границы», отрицательно коррелирует с показателем принятия матери (г = -0,238) и показателем авторитарности отца (г = -0,263), то есть импульсивному недисциплинированному поведению может способствовать отсутствие принимающего отношения со стороны матери (возможно, это происходит в виде компенсаторного протеста) и попустительский стиль воспитания со стороны отца. Известно, что значительное развитие этой схемы связано с различными нарушениями поведения, особенно в подростковом возрасте.

Схема «поиск одобрения», относящаяся к группе «направленность на других», коррелирует с показателем кооперации с отцом (г = 0,257) и показателем

Кооперации с матерью (г=0,325), а также с показателем симбиоза с матерью (г=0,250). Данная схема заключается в преувеличенном стремлении получить одобрение, признание или внимание от других людей, соответствовать вкусам и предпочтениям других людей даже ценой собственного благополучия. Для тех, у кого значительно развита схема «поиск одобрения», важно получение похвалы, поскольку они обычно ориентируются на реакцию других людей, а не на свои собственные ценности, их самооценка больше зависит от внешней похвалы, чем от собственных взглядов. Оценки и мнение других людей являются для них более значимыми, чем их собственное мнение, предпочтения и желания, в результате чего трудно развить устойчивый и целостный образ своей идентичности.

Схемы, относящиеся к группе «сверхбдительность и запреты», имеют корреляции с тремя показателями отраженного родительского отношения: с показателем симбиоза с матерью коррелирует схема «подавление эмоций» (г = 0,247) и схема «пунитивность» (г = 0,250), которая также коррелирует с показателем симбиоза с отцом (г = 0,341). Схема «жесткие стандарты» коррелирует с показателем симбиоза как с отцом (г = 0,267), так и с матерью (г = 0,306), а также с показателем кооперации с матерью (г = 0,247). Схема «негативизм» имеет отрицательную корреляционную взаимосвязь с показателем принятия матери (г = -0,275), что подтверждает влияние холодности матери на формирование негативной установки к миру, на восприятие окружающих событий и людей в отрицательном свете.

Таким образом, характер воспитательного воздействия родителей, который может ими и не осознаваться,

выражается в определенном отношении к поступкам и эмоциям ребенка, его суждениям и ценностям. На основании проведенного исследования можно утверждать, что в отраженном родительском отношении проявляются некоторые черты, которые обусловливают формирование ранних дезадаптивных схем, развивающихся в дальнейшем как важные личностные качества. Эти качества во взрослой жизни могут способствовать гармоничному развитию личности при условии несущественной выраженности дезадаптивных схем. Напротив, значительное развитие де-задаптивных схем может способствовать появлению устойчивых нарушений в поведении, восприятии окружающего и эмоциональных проявлениях, которые, в свою очередь, приводят к появлению проблем во взаимоотношениях с близкими, в семье, на работе.

Анализ взаимосвязей особенностей стилей воспитания, проявляющихся в детско-родительских отношениях, какими их воспринимали в детстве взрослые люди, и выраженности у них ранних дезадаптивных схем показал наличие достоверных корреляций, объясняющих в значительной степени происхождение психологических проблем в разных сферах взаимодействия с другими людьми. В выборке респондентов, обращавшихся за психологической помощью по поводу указанных проблем, обнаруженные корреляции помогают лучше понять механизмы формирования определенных негативных установок и иррациональных убеждений в детском возрасте под влиянием семейного воспитания. Эти данные хорошо согласуются с теоретическими

положениями теории развития и схе-мо-ориентированного подхода в когнитивно-поведенческой психологии. В то же время они существенно дополняют наши представления об этом процессе и позволяют более осмысленно подходить к анализу конкретных случаев в практической работе по консультированию в области семейных отношений и воспитания.

Список литературы

1. Варга А. Я. Введение в системную семейную психотерапию. 2-е изд. М., 2012. 182 с.

2. Психология развития : словарь / под ред. А. Л. Венгера. М., 2005. 176 с.

3. Халикова В. В. Отличие позиций в детско-родительских отношениях у детей с выраженной и невыраженной субъектностью // Мир науки, культуры, образования. 2012. № 7-2. С. 95-98.

4. Young J. E., Klosko J. S., Weishaar M. E. Schema Therapy : a practitioner's guide, guilford press, 2003.

5. Варга А. Я., Столин В. В. Тест родительского отношения : психологические тесты / под ред. А. А. Карелина. М., 2001. Т. 2. С. 144-152.

6. Янг Дж. Э., Уэйнбергер А. Д., Бек А. Т. Когнитивная психотерапия при депрессии // Клиническое руководство по психическим расстройствам / пер. с анг. Э. Г. Эйдемиллера ; под ред. Д. Барлоу. 3-е изд. СПб., 2008. С. 391-454.

7. Концептуальные основы групповой и индивидуальной схематерапии / П. М. Касьяник [и др.] // Рос. психотерапевт. журн. 2013. № 1. С. 23.

8. Холмогорова А. Б. Схема-терапия Дж. Янга -один из наиболее эффективных методов помощи пациентам с пограничным расстройством личности // Журнал консультативная психология и психотерапия. 2014. № 2. Т. 22. С. 78-87.

9. Young J. Schema Therapy Inventories & Related Materials. Schema Therapy Institute. NY,

2015.

10. Касьяник П. М., Галимзянова М. В., Романова Е. В. Выраженность ранних дезадаптивных схем и режимов их функционирования у взрослых, обращавшихся и не обращавшихся за психологической помощью // Прикладная юрид. психология.

2016. № 2(35). С. 75-83.