Механизм образования экспрессивности в поэтической речи: структурная и позиционная экспрессивность художественного контекста (аналитический аспект)

ФИЛОЛОГИЯИ РУСУ АНГЛИС РУССКАЯ И АНГЛИЙСКАЯ ФИЛОЛОГИЯ

Р. Самадова, Ш. Дусматова

МЕХАНИЗМ ОБРАЗОВАНИЯ ЭКСПРЕССИВНОСТИ В ПОЭТИЧЕСКОЙ РЕЧИ: СТРУКТУРНАЯ И ПОЗИЦИОННАЯ ЭКСПРЕССИВНОСТЬ ХУДОЖЕСТВЕННОГО КОНТЕКСТА

Ключевые слова: экспрессия, обязательные и факультативные экспрессивные модели, типы экспрессивных моделей, эффект экспрессии

«Синхронность литературного языка не исключает возможность рассмотрения его в рамках одной системы на протяжении большого отрезка истории» (8,98). Изучение систем современных литературных таджикского и русского языков с этой точки зрения должно сопровождаться обязательным учетом внутренней динамики их языковых явлений, анализом функций происходящих в них процессов. В этой связи огромное значение имеют воззрения Л.В. Щербы о сложности понятия «система современного литературного языка», где взаимодействуют активные процессы стилизации лексических единиц, в которых новые отношения сосуществуют со старыми, вырабатываются новые каноны словоупотребления, вырастает сложная синонимия, развиваются тонкие оттенки значений омонимии, антонимии, многозначности. Отсюда «структура литературного языка представляет собою внутреннее единство, но сложное, подвижное и динамическое» (8, 99). Точность и доказательность квалификации языковой стилизации во многом зависит от правильного выбора точки отсчета для привлекаемых письменных источников, которые должны и могут служить самым надежным законодателем норм словоупотребления (1).

В. Дорошевский справедливо считал, что «решающим фактором отбора примеров чаще всего становится стилистическая ценность слов текста, эта их ценность решает, будут ли они, и если да, то каким образом они будут служить языковому мышлению, понимаемому как общественный процесс, т.е. делу языковой культуры» (5, 76). Учитывая архивность стилизации экспрессии лексики в контексте художественной речи, в свое время В.В. Виноградов выдвигал идею создания функционально-стилистического словаря и функционально-стилистической лексикологии, ставя эту задачу в связь с тем, что все многообразие значений и смысловых нюансов слова, его возможных применений, его отношений к другим словесным сферам сосредотачивается и объединяется в его функционально-стилистической характеристике (3).

Весьма ценно, что, начиная свою статью «Основные типы общей теории лексикографии» этюдом «Основные типы словарей», Л. В. Щерба в примечании подчеркивает, что «дальнейшие этюды предполагается посвятить природе слова, его значению и употреблению; его связям с другими словами того же языка, благодаря которым лексика каждого языка в каждый данный момент времени представляет собой определенную систему, и, наконец, построению словарной статьи в связи с семантическим, грамматическим и стилистическим анализом слова» (8, 89).

Язык художественной литературы, включая и её словарные ресурсы, представляет собой динамичную, постоянно изменяющуюся открытую систему, для которой способность её лексических элементов к экспрессии является естественным явлением в её социальном существовании. Известно, что динамика и эволюция художественной речи протекают в условиях её постоянного совершенствования и обогащения экспрессией. Поскольку оценка этой семантической категории, характеризующей различные формы проявления выразительной функции знака любого языка, его способности выражать в содержании языковых единиц многообразие и эмоциональных, и оценочных отношений субъекта речи (писателя, поэта, коммуниканта и слушателя) к тому, что происходит во внешнем или внутреннем мире человека, изучение механизма образования экспрессии художественной речи, бесспорно, значимо:

Этот старый кувшин безутешней вдовца

С полки, в лавке гончарной, кричит без конца:

«Где, - кричит он, - гончар, продавец, покупатель?

Нет на свете купца, гончара, продавца!»

Омар Хайям (Перевод Г. Плисецкого).

Эти конструкции отличаются высокой информативностью, т.е. хранением в своих формах максимальной экспрессивной информации, опробованной возможностями выражения и передачи эмоциональной мысли. Информационная ценность экспрессии есть качество самих элементов языка рубан, но, естественно, она находится в самой тесной зависимости от количества и качества единиц информации, выраженной на данном языке. Понятие информационной ценности непосредственно связано с коммуникативной эффективностью данного высказывания, удобством пользования им.

В более конкретном языковом поле рубай существенными оказываются развитость экспрессивной семантики как лексической, так и грамматической (синтаксической). Стилистическая и иная дифференцированность словесных единиц, в частности, наличие утонченности и усложненности средств выражения, устойчивость экспрессивного стандарта и характер его нормированносги, степень её самобытной уникальности составляют теорию языкового планирования сюжетной линии рубай.

Имея достаточно сложную логическую структуру грамматики и лексики рубай, возможные различные преобразования модели могут быть организованы по канонам стилистики порождающей грамматики, т.е. быть представлены в виде последовательной цепочки, в которой каждый базисный уровень имеет свои единицы (старый кувшин, безутешный вдовец, лавка гончарная, гончар, продавец, покупатель, купец). Между тем эти факты, описываемые на разных уровнях (фонологии, морфологии, словообразования, синтаксиса) с синхронной точки зрения создают единое и более стройное толкование экспрессивных информаций, стилистически рассмотренных в совокупности и описанных на специально выделенном для этого лексическом уровне. Экспрессия и её своеобразная лексико-грамматическая представленность в контексте рубан требуют обращения к грамматической информации. Причем грамматика понимается в увязке со стилистикой экспрессии, что даёт возможность рассмотреть

целый ряд тонких наблюдений автора рубан над семантической структурой экспрессивно противопоставленных и своеобразно оформленных единиц:

Для того, кто за внешностью видит нутро. Зло с добром - словно золото и серебро. Ибо то и другое - дается на время, Ибо кончатся скоро и зло и добро.

О. Хайям (Перевод Г. Плисецкого). Здесь мы имеем возможность оригинального многоаспектного рассмотрения контрастной содержательной структуры единиц поэзии с их способностью осмысления соответствующего спектра значений с их специфическим и требующим специальных процедур построением, фиксация которых осуществляется в контексте именно с помощью контрастного описания реальности и лингвистических их феноменов - (внешность/нутро, зло/добро, золото/серебро, то/другое). Показательно, что в этом смысле стилистика экспрессии является моделью логико-семантической структуры контекста с концептуальным входом и фиксированными семантическими связями между его единицами.

Как свидетельствуют указанные выше художественные контексты, наслаиваясь на обязательное для каждого предложения объективно-модальное значение, экспрессия, используя свои формально-выраженные или невыраженные ресурсы, привносит в смысл контекста то или иное субъективно-модальное значение: В садах моей тутттп могильные цветы, Ни поросли надежд, ни завязи мечты. Безжизненны пески в моем умершем сердце. В нем даже не растут отчаянья кусты.

Баба Тахир (Перевод Дм. Седых). Любовь к тебе слепит и жжет сильней огня, Лишь горсточку золы оставит от меня. Но даже если ты любовь под корень срубишь, Побеги прорастут немедленно из пня.

Баба Тахир (Перевод Дм. Седых). Экспрессивность языковых единиц данного образца художественной речи заключается в способности их содержательной стороны отражать эти отношения в виде особых экспрессивных, признаков:

Для луга разума - зима губительная ты.

Для цветника любви - весна живительная ты.

И если я пророк любви, то о тебе скажу я:

Сама богиня красоты пленительная ты.

Омар Хайям. (Перевод Г. Плисецкого).

В кыт'а представлена грамматическая и акцентуационная характеристика словесных единиц, информация об их синтаксической и лексической сочетаемости в аспекте некоей противопоставленности семантики слов. При разноприродности и смысловом различии эмоциональных и оценочных признаков они, будучи субъективными, противостоят в языке объективному значению коммуникативных или номинативных его единиц:

Подобно тигру, жизнь когтями тело рвет.

А ум и сердце взял в оковы небосвод.

О небосвод, молю, сними свои оковы.

Достаточен земной невыносимый гнет.

Баба Тахир (Перевод Дм. Седых).

Как убеждают поэтические иллюстрации сферы поэтизированной лексики, этот динамичный процесс происходит особенно своеобразно, оригинально и интенсивно в силу специфики словарного состава поэтики и зависимости процесса порождения художественного слова от тех литературно-творческих условий, в которых появляются соответствующие реалии поэтической действительности:

«Ад и рай - в небесах», - утверждают ханжи.

Я, в себя заглянув, убедился во лжи:

Ад и рай - не круги во дворце мирозданья,

Ад и рай - это две половины души.

О. Хайям (Перевод Г. Плисецкого).

Или в оригинале рубаията Рудаки -

Руят - дарьёи хусну лаълат - мардон.

Зудфат - анбар. садаф - дахон. дур дандон.

Абру - киштию чини пешонй - мавч.

Гирдоби бало - габгабу чашмат - туфон.

Результат такой семантической противопоставленности и зависимости экспрессивной лексики зачастую находит выражение в двуедином процессе - стилизации эмоций говорящего и экспрессии словесных единиц контекста:

Бар инщи туам на сабр пайдост, на дил,

Бе рун туам на ацл бар чост, на дил;

Ин гам, ки марост, к^и К,оф аст, на гам,

Ин дил, ки турост, санги хорост, на дил.

Рудаки.

Объективные колебания лексической системы рубай связаны с их экспрессивным развитием, когда варианты описания являются переходными ступенями от одной характеризации к другой.

Эволюция языка художественного контекста и его лексических единиц определяется внешними и внутренними факторами, главным из которых всегда остается непосредственная связь языка его (контекста) с обществом, говорящим на этом языке, и потому социальная природа языка по-разному проявляется в художественной речи в разных аспектах его представления и развития:

О сердце, ты - корабль, сидящий у лагуны

На рифе, где кипят и пенятся буруны.

Мне говорят: «Тахир, сыграй на таре нам!»

Но разве зазвучат оборванные струны?

Баба Тахир (Перевод Дм. Седых).

Это дает основание для выбора и разграничения факторов, связанных с устройством лексической системы художественной речи, соотношение которых можно интерпретировать как отношение необходимости и возможности, а также сравнения (как стилизации экспрессии с помощью сравнения):

Если ты слезу уронила, что же мне сказать о себе,

Если слезы текут безмолвно по щекам моим, как поток.

А. Джами (Перевод В. Державина).

Или -

Вот из глаз твоих две слезинки заблестели на розах щек,

Будто брызги дождя упали на тюльпановый лепесток.

А. Джами (Перевод В. Державина).

Как убеждают примеры иллюстраций, категория экспрессивности может охватывать все значимые единицы языка (предложения, отдельные лексические знаки, фразеологизмы, словообразовательные морфемы) и любые элементы языковой структуры, используя самые различные языковые средства и способы для своего формального выражения, либо оставаясь формально не выраженной.

С ученые записки" V 65 -

В сфере художественного способа выражения мысли замысел автора определяет необходимость изменений слов, а внутренние законы языка предоставляют те возможности, которыми располагает язык для их реализации в контексте художественной речи, в ряду которых в поэзии доминирует экспрессивно и эмоционально-выразительная потенция слов.

Стремясь расширить элементы формулы творчества, описывая экспрессию лексики художественной речи как доминанту в поэзии и прозе, в осмыслении изображаемой ею поэтической действительности, исследуя важные аспекты этих проблем, своеобразно анализируя и достойно оценивая богатый языковой арсенал и художественно-образные доминанты художественной речи, возможно установить своеобразие её лексики в глубоких содержательных пластах экспрессии, и в конечном счете, получить ключ к постижению замысла автора, сокрытого в недрах сложных переплетений, изображаемых им образно-оценочных реалий. В них можно разглядеть отражение панорамы своеобразно-оригинальной языковой жизни словесных единиц, обитаемых в важнейших конструктивных, малых и больших контекстах поэзии или прозы.

Решающие элементы композиционного строя поэтизированного текста того или иного творца художественного произведения возможно обнаружить через призму сравнительного, описательного и статистического методов. Они предоставляют возможность перенести центр тяжести анализа поэтического контекста с готовых языковых форм с определенной эмоционально-оценочной потенцией на стилистические приёмы их использования, на приёмы экспрессии лексики вполне нейтральных языковых элементов, которые скрыты в глубинах композиции и стиля задуманной автором модели. В них порою глубокие контрастные философские эффекты достигаются простыми и весьма оригинально скомбинированными средствами экспрессии, а наиболее сложно организованные способы контрастного художественного представления разнородных классов экспрессивных единиц и приемы целесообразного их внедрения в контекст зачастую не имеют непосредственно очевидного внешнего выражения:

Благородство и подлость, отвага и страх -

Все с рожденья заложено в наших телах.

Мы до смерти не станем ни лучше, ни хуже -

Мы такие, какими нас создал аллах!

О. Хайям (Перевод Г. Плисецкого).

Но их экспрессивные интенции и статусы таятся в глубине смысла и требуют проницательного взгляда исследователя и читателя для их выявления. Эти приёмы наглядно представляют, какие принципы и установки организации текста поэтики создают иллюзию полной адекватности словесно-художественного воспроизведения реалий действительности в сравнении с поэтической.

Дар ипщ чу Рудакй шудам сер аз чон.

Аз гирьяи хунин мижаам шуд мардон.

Алцисса, ки аз бими азоби х,ич,рон...

Дар оташи рашкам дигар аз д^захиён.

Показательно, что рубан может представлять и эмоциональную, и экспрессивную, и иерархическую особенности своих знаковых единиц.

Первым таким источником является органическая связь лексики с ориентацией творческого мышления автора, способность которой определяет, в какой функции, для какой цели, отражения каких реалий поэтической действительности следует использовать ту ли иную лексику, что могло бы обусловить бесконечное обогащение экспрессией её системы в поэзии.

Вторым источником обогащения словарных ресурсов поэзии является их оригинальная стилизация, заложенная в самом её устройстве, содержащем большие потенциальные возможности обновления экспрессией, представленные в инвентаре слов, используемых для образования и выражения поэтизированных реалий. Порою в поэзии количество реальных слов во много раз меньше тех возможностей, которые заложены в инвентаре слов, использующихся для описания непоэтизированных контекстов:

Фату на лик свой опустили в смущеньи солнце и луна,

Как только с двух своих тюльпанов покров откинула она.

И с яблоком сравнить я мог бы её атласный подбородок.

Но яблок с мускусным дыханьем не знает ни одна страна.

Рудаки (Перевод В. Левика).

Если образно определить систему словообразования лексики в поэзии, то она всегда находится на страже порождения новых смыслов слов, коль скоро обнаружится потребность в таких

словах. При этом исследующий специфику лексики поэтического контекста должен помнить, что постоянное обогащение словарного состава арсеналов поэтического контекста исходит из характерностей семантического эмоционально-экспрессивного варьирования слов на основе переносов семантики или наименования объектов описания, что является органическим и постоянным их свойством. Однако показ процесса динамизации лексики посредством стилизации и экспрессии словарного состава поэтического текста не является односторонним, направленным лишь на пополнение его за счет новых словарных единиц. В нем (контексте) происходит и другой процесс - процесс показа видоизменения лексики под влиянием текстообразующих элементов, к которым можно, в первую очередь, отнести процесс экспрессивной синонимизации и антонимизации лексических единиц, представляющих собой постепенное структурное движение или видоизменение одной и той же семантической потенции лексики. Каждая из таких групп, сохраняя исконную семантику слова, тем не менее, характеризуется в языковом отношении известным звуко-буквенным, семантическим и структурным своеобразием. Синонимы и антонимы - ценностные необходимые лексические ресурсы лексикологии для выражения реалий поэтики, тот фонд и та основа, без которой трудно передать своеобразную противопоставленную аналогию поэтической мысли и её лексику. Опознавательной приметой экспрессии в художественной речи может служить стилистическая окраска синонимических и антонимических слов и фразеологизмов, связанная с нормами экспрессивного их употребления в определенных речевых ситуациях, поскольку экспрессия тесно связана с коммуникативной целью речевых актов и с экспрессивными категориями предложений поэтического контекста:

Нищий мнит себя шахом, напившись вина.

Львом лисица становится, если пьяна.

Захмелевшая старость беспечна, как юность.

Опьяневшая юность, как старость, умна.

О. Хайям (Перевод Г. Плисецкого).

В рубай новый взгляд автора-творца выбирает и демонстрирует глубокие контрасты экспрессии языковых моделей между

логико-философским и собственно лингвистическим базисным понятием.

К формальным ресурсам экспрессии относятся фонетический облик слов, добавочное логическое ударение, интонационный рисунок предложения, порядок слов, ритм речи, а также словообразовательные средства. При формальной невыраженности экспрессии на неё указывает экспрессивная значимость языковых единиц, т.е. та эмоциональная или оценочная окрашенность значений, которая остается в них за вычетом объективного содержания.

В связи со смысловой неоднородностью признаков экспрессивности принято различать экспрессивно-эмоциональные и экспрессивно-оценочные значения слов. Первые образуются в основном при помощи суффиксального словообразования и характеризуются широким охватом существительных и прилагательных, а в меньшей мере и наречий. В них достаточно четко разведены объективная направленность значений и эмоциональные наслоения:

Омытые слезами туч, сады оделись в яркий шелк.

И пряной амбры аромат весенний ветер нам несет.

Рудаки (Перевод В. Левина).

Вторые семантически более прозрачны, так как они формируются за счет переосмысления нейтральных значений слов, а также при помощи аффиксальных средств, которые употребляются в несобственных, вторичных для них значениях.

Цветок смеется мне вдали - иль то зовет меня Лейли.

Рыдая, облако пройтет - Маджнун, быть может, слезы льет.

Рудаки (Перевод В. Левина).

Оценочный компонент имеет более сложную смысловую структуру по сравнению с эмоциональной, поскольку оценочное наслоение акцентирует в семантике слова признаковое содержание, выдвигая его на передний план.

В соответствии со стилистической дифференциацией номинативного состава языка в Тя и Ря принято классифицировать экспрессивно-стилистические значения слов, выступающие как экспрессивно окрашенные синонимы нейтральных слов в диапазоне определенного стиля речи.

При учете формально-структурного выражения экспрессивных моделей разграничиваются экспрессивно-фонетические, экспрессивно-морфологические (словообразовательные), экспрессивно-лексические и экспрессивно-синтаксические единицы языка.

Таким образом, стилизации экспрессивности как особому способу художественного изображения и выражения поэтизированных реалий, свойственно употребление слов и фраз, особых «галантных» выражений, словоформ с уменьшительно-ласкательными (оценочными) суффиксами; с синтаксической эмоциональной обращенностью к читателю эмоционально-оценочным приложением, порождающими в совокупности определенные эффекты художественной речи. Объединение элементов, прогнозирующих эффект формулы содержательно-стилистического развертывания художественной речи, идет как бы по двум независимым, но постоянно соотносящимся линиям и вытекает, в частности, из правила «семантического согласования» их элементов, действующего при осмыслении высказывания. При этом поэтический язык открывает новые возможности экспрессивного воздействия слова и его окружения, влияния на восприятие поэтического слова, его фонетического, грамматического и семантического контекста употребления. Поэтический контекст влияет на входящий в него лексический элемент и происходит акцентирование определенных семантических признаков в слове, присоединение факультативных словесных единиц, экспрессивизация элементов смысла, объединение смыслов с сохранением известной самостоятельной повторяемости каждого из них, контрастное подчеркивание экспликации данной предметной области:

Бар ипщи туам на сабр пай тост, на дил.

Бе рун туам на акл бар чост. на дил;

Пи гам, ки марост. кухи К,оФ аст, на гам.

Ин дил. ки турост. санги хорост. на дил.

Рудаки (Перевод В. Левина).

Словари поэтических контекстов отдельных авторов позволяют выявить для каждого слова всё множество его (слова) контекста и на этой основе точнее определить специфические процессы поэтического языка и индивидуальные характерности лексической системы поэзии отдельных творцов художественного слова, умеющих создавать новые контексты; тонко понимая их смысл, читатель может отличить

возможные контексты экспрессии от невозможных, прочувствовать композиционно-стилистические принципы развертывания художественной речи.

ЛИТЕРАТУРА

1. Абдукадиров А. Хусусият^ои маъноию услубии лексикаи назми М. Турсунзода (Семантические и стилистические особенности поэзии М. Турсунзаде). - Душанбе - 1988

2. Александрова О.В. Проблемы экспрессивного синтаксиса. - М. -Высшая школа. - 1984

3.Виноградов В.В. Русская наука о русском литературном языке. Ученые записки МГУ. Вып. 106., Т.Ш., кн. 1. - 1946

4. Виноградов В.В. Русская речь, её изучение и вопросы речевой культуры. / ВЯ. - 1961. - № 4; Его же, Стилистика. Теория поэтической речи и некоторые задачи русского языкознания. / ВЯ.

- 1964. - № 3.

5. Дорошевский В. Элементы лексикологии и семиотики. М. 1973

6.Ишонова Д.Г. Хусусиятх,ои лексикию услубии назми Лоик; Шералй (Лексико-стилистические особенности поэзии Лоика Шерали). - Худжанд - 2006 - 152 с.

7.Камолиддинов Б. Забои ва услуби Х,аким Карим (Язык и стиль Хакима Карима). - Душанбе. -Ирфон. -1967. - 184 с.

8.Щерба Л.В. Опыт общей теории лексикографии. ИАН ОЛЯ. -1940.

Механизм образования экспрессивности в поэтической речи: структурная и позиционная экспрессивность художественного контекста

Р. Самадова, Ш. Дусматова

Ключевые слова: экспрессия, обязательные и факультативные экспрессивные модели, типы экспрессивных моделей, эффект экспрессии

В статье наряду с функциональными стилями выделяются стили экспрессивные по характеру заключенной в языковых элементах экспрессии, показана многомерность функционально-

УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ

стилевой системы художественной речи, выделяется функцио-налъно-стнлевая сфера художественного контекста, описывается объединенная определенным функциональным назначением система языковых элементов, способов их отбора, употребления, взаимного сочетания и соотношения.

Mechanism of Expressiveness Formation in Poetical Discourse: Structural and Positional Expressiveness of Belles- Lettres Context

R Samadova, Sh. Dusmatova

Key words: expressiveness, compulsory and optional expressive models, types of expressive models, effect of expressiveness.

Alongside with functional styles those of expressiveness are singled out in the article - according to the character of expressiveness contained in language elements the author demonstrates the multifacetness of the functional - stylistic system of belles-lettres discourse; they single out a functional -stylistic sphere of the belles-lettres context, describe the system of language elements united by a definite functional assignment, the ways of their selection, usage, mutual combination and correlation.