Наследование права на вознаграждение за использованиеслужебного произведения

В современной юридической науке в качестве очевидной заявлена следующая проблема: «Правовой режим права на вознаграждение за использование служебного результата интеллектуальной деятельности был едва ли ни одним из наиболее остро и интенсивно обсуждавшихся вопросов при подготовке проекта четвертой части ГК. Необходимость четко определить цивилистическую характеристику этого права стала особенно очевидна именно при включении соответствующей нормы в гражданско-правовую кодификацию законодательства об интеллектуальной собственности. Насколько обоснованным оказалось в результате решение законодателя об исключении права на вознаграждение за использование служебного результата интеллектуальной деятельности из состава наследственного имущества?» [1, с. 25-35].

В части 1 статьи 1295 ГК РФ говорится о том, что «...авторские права на произведение науки, литературы или искусства, созданное в пределах, установленных для работника (автора) трудовых обязанностей (служебное произведение), принадлежат автору». Очевидно, что авторское право на служебное произведение принадлежит автору даже в том случае, если это произведение создано в пределах трудовых обязанностей, поскольку авторское право неотчуждаемо. Но в ч. 2 ст. 1295 ГК РФ почему-то указано, что «.исключительное право на служебное произведение принадлежит работодателю, если трудовым или иным договором между работодателем и автором не предусмотрено иное». В этом контексте вполне логичен вывод о том, что автором является не работник, а работодатель. В данном случае пределы трудовых обязанностей (параметры которых законодатель не раскрывает) не должны лишать работника (автора) права авторства, в том числе и исключительного права на произведение (ч. 2 ст. 1255 ГК РФ).

Интересное мнение по поводу позиции законодателя имеет профессор В.А. Дозорцев: «Критерий служебных обязанностей слишком широк и неопределен, поэтому он, как обособленный, неудовлетворителен - практически он приведет к тому, что все произведения, созданные работником в рамках своей профессии, будут признаны служебными, даже вне рамок задания, полученного от работодателя. Получается, что результаты, созданные при выполнении служебных обязанностей, даже без задания, тоже есть служебное произведение. Это существенным образом ущемляет права и интересы работника, задания которому могут даваться только в пределах его служебных обязанностей. Создание творческого результата, как правило, не может быть предметом трудового договора. Тем более трудовое право не может регулировать возникновение и переход гражданских прав» [2, с. 277-337].

Среди «триады» интеллектуальных прав О.Ю. Шилохвост выделяет иные интеллектуальные права, которые по своему характеру не могут быть однозначно отнесены ни к содержанию исключительного права, ни к личным неимущественным правам. Исследователь отмечает и то, что иное право переходит с оговоркой, которая не противоречит указанию п. 1 ст. 1283 ГК о том, что исключительное право переходит по наследству. Далее указывается, что «имущественный характер права на получение вознаграждения (п. 2 ст. 1295) не вызывает сомнений. Следовательно, остается решить вопрос о степени связи этого права с личностью наследодателя, то есть об отчуждаемости права. По нашему мнению, право автора на получение вознаграждения в этом случае основывается на его личном правовом статусе наемного работника, состоящего в трудовых отношениях с работодателем, на которого и возлагается обязанность по выплате вознаграждения. В этом случае указанное право не может быть реализовано автором за пределами трудовых отношений и вне его правового статуса как работника. Таким образом, никто, кроме работника - автора, создавшего соответствующее произведение, не может осуществить право на получение вознаграждения» [1, с. 25-35].

Профессор В.П. Гаврилов критически относится к заключению ученого О.Ю. Шилохвоста, излагая свое мнение в следующем виде: «Вывод о том, что право на вознаграждение за использование служебных результатов интеллектуальной деятельности по наследству не переходит, базируется на одной теоретической предпосылке: это право неразрывно связано с личностью наследодателя, то есть невозможно отделить его от личности автора. Это право имеет не гражданско-правовой характер. Это право возникает только в трудовых отношениях, основывается на личном правовом статусе наемного работника. Оно не может быть реализовано автором за пределами трудовых отношений» [3, с. 35].

Нам представляется необходимым поддержать точку зрения профессора В.П. Гаврилова, поскольку его аргументация представляется более убедительной. Под личностью наследодателя понимается автор, которому, согласно ст. 1255 ГК, принадлежат следующие права: неотчуждаемое право авторства, которое по наследству не переходит; отчуждаемое исключительное право на произведение; право на вознаграждение за использование служебного произведения, которое отчуждаемо, поскольку является исключительным, т.к. возникает по поводу материального блага, имеющего потребительную стоимость, а отношения по поводу данных благ обладают имущественным характером и регулируются гражданским законодательством. Что касается трудовых отношений, то, по мнению В.А. Дозорцева, «...основанием перехода прав к работодателю является гражданско-правовой, а не трудовой договор, просто в документ, именуемый трудовым договором, могут быть включены гражданско-правовые условия. Идее трудового договора как основания прав работодателя на результат труда противоречит правило об обязательной выплате вознаграждения, помимо заработной платы» [2, с. 277-337].

Данный довод подтверждается также следующим мнением Э.П. Гаврилова: «Трудовое право является подотраслью гражданского права либо lex specialis по отношению к гражданскому праву. В гражданском праве можно найти ответ на поставленный вопрос, хотя и не прямой и не полный. В частности, следует обратить внимание на то, что в соответствии с п. 1 ст. 218 ГК РФ "право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом"» [4, с. 1]. Поэтому, если работник создает эту вещь для себя, он становится ее собственником. Высказанная точка зрения согласуется и с позицией правоприменителя. Так, в п. 26 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 19.06.2006 № 15 указано: «Если произведение создано по служебному заданию работодателя и за его счет либо в порядке выполнения служебных обязанностей, предусмотренных трудовым договором, то в соответствии с законом исключительные права на использование этого произведения переходят к работодателю. При этом личные неимущественные права не отчуждаются и остаются за авторами -физическими лицами. Права на произведения, созданные вне рамок трудового договора или служебного задания, не могут считаться переданными работодателю на основании закона. Например, иллюстрации работника к статье, созданной в порядке служебного задания, не могут рассматриваться как служебное произведение, если они не предусмотрены таким заданием или трудовым договором с работодателем. Размер и порядок выплаты авторского вознаграждения за каждый вид использования служебного произведения устанавливаются договором автора с работодателем. Такой договор носит гражданско-правовой характер, и на него распространяются общие правила о порядке заключения договоров» [5, с. 1].

Точка зрения В.А. Дозорцева по данному вопросу представлена следующим образом: «Первоначальное право в юридическом смысле надо отличать от права, возникающего первично, -последнее можно было бы назвать первичным, хронологию следует отличать от юридической сути. Первоначальное право на результат творческого труда всегда принадлежит автору. Это относится не только к праву авторства, которое вообще неотчуждаемо, но и к исключительным правам, которые имеют имущественный характер и могут находиться в экономическом обороте» [2, с. 277-377]. В качестве примера внедоговорного основания правопреемства можно назвать наследование или правопреемство первоначальных имущественных прав, когда правообладатель перестал существовать по другим причинам.

Большой интерес представляют особенности правопреемства в законе о реализации авторских и смежных прав (далее - ЗРАП) от 9 сентября 1965 г. в Федеративной Республике Германии [6, с. 277377]. Так, в § 30 ЗРАП говорится о том, что «правопреемник автора обладает правами, полагающимися автору согласно настоящему Закону, если не определено иное». А авторское право в свою очередь, согласно п. 1 § 28 ЗРАП, переходит по наследству. В параграфе 43 ЗРАП указано, что «положения настоящего подраздела применяются также в случаях, когда автор создал произведение в порядке выполнения обязанностей, вытекающих из трудовых или служебных отношений, если из содержания или сущности трудовых или служебных отношений не следует ничто иное». В части 1 §

31 ЗРАП говорится следующее: «Автор может предоставить другому лицу право использовать произведения определенными или всевозможными способами. Право на использование произведения может предоставляться как простое или как исключительное право». Часть 2 параграфа 31 ЗРАП раскрывает содержание простого права: «Простое право на использование произведения позволяет владельцу использовать произведение наряду с автором или другими правомочными лицами разрешенным ему способом». В части 3 § 31 ЗРАП приводится понятие исключительного права: «Исключительное право на использование позволяет владельцу использовать произведение, за исключением всех иных лиц, включая автора, разрешенным ему способом и предоставлять простые права на использование произведения. Положения § 35 не затрагиваются». В параграфе 33 ЗРАП мы видим интересную комбинацию простого и исключительного права следующего содержания: «Простое право на использование произведения, предоставленное автором до предоставления исключительного права на использование произведения, остается по отношению к владельцу исключительного права на использование произведения в силе, если между автором и владельцем простого права на использование произведения не согласовано иное». В пункте 5 § 34 ЗРАП сказано, что «если передача права на использование произведения согласно договору или в силу закона допустима без согласия автора, то приобретатель несет солидарную ответственность за исполнение обязательств отчуждателя, вытекающих из договора с автором». Но положения договора основаны на императивных нормах закона, учитывающих свободу воли, основанной на согласии. Так, в п. 1 § 34 ЗРАП говорится, что «права на использование произведения могут передаваться только с согласия автора. Автор не может злонамеренно отказать в согласии». О привилегированности прав автора также говорится в п. 1 § 35 ЗРАП: «Владелец исключительного права на использование произведения может предоставлять простые права на использование произведения только с согласия автора. Согласия не требуется, если исключительное право на использование произведения предоставлено только для соблюдения интересов автора». Из этого положения, основанного на привилегированности прав автора, вытекает привилегированное положение правопреемника (наследника), что подтверждается положением п. 1 § 42 ЗРАП: «Автор может отозвать у обладателя право на использование своего произведения, если данное произведение не соответствует больше его убеждениям и реализация произведения не приемлема для него. Правопреемник автора (§ 30) может объявить об отзыве только в том случае, если он докажет, что автор перед смертью имел право на отзыв, но не мог заявить об отзыве или распорядился в завещании отозвать право на использование произведения».

На основе проведенного анализа ЗРАП приходим к выводу, что к правопреемнику автора (наследнику) после его смерти переходит в порядке универсального правопреемства право на вознаграждение за использование служебного произведения, если из содержания или сущности трудовых или служебных отношений не следует ничто иное и при условии, что права на использование произведения могут передаваться только с согласия автора.

К тому же в Постановлении Пленума Верховного суда РФ № 5, Пленума ВАС РФ № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» [7] (далее - Постановление), в п. 10.1 которого указано: «По смыслу положений пункта 5 статьи 1229 ГК РФ право на вознаграждение входит в состав исключительного права». И оно входит не только по смыслу, но и по существу, поскольку носит имущественный характер. В пункте 10.2 Постановления, как говорилось выше, указывается, что в случаях, установленных положениями ч. 4 ГК РФ, право на вознаграждение сохраняется у автора, исполнителя, изготовителя фонограммы и тогда, когда исключительное право ему не принадлежит, а равно и у обладателя исключительного права, если оно существенно ограничено.

Здесь указан весьма интересный механизм, в силу действия которого может сохраняться право на вознаграждение, когда автору уже не принадлежит исключительное право. Это свидетельствует о том, что у него нет полного отчуждения исключительного права, иначе как бы сохранялось право на вознаграждение, ведь право следования является самостоятельным. В данном случае ограничение может быть только в силу гражданско-правового договора. Согласно ст. 1283 ГК, по наследству

переходит исключительное право. В пункте 10.5 Постановления указано, что, в силу п. 3 ст. 1255 ГК РФ право следования является самостоятельным правом автора, отличным от принадлежащего ему исключительного права на произведение. В пункте 1 статьи 1291 ГК говорится, что «.автор имеет право на получение от продавца вознаграждения в виде процентных отчислений от цены перепродажи (право следования)». Этим еще раз подтверждается, что в данном случае право следования, по мнению законодателя, является связующим элементом между авторским правом и правом на вознаграждение. При этом в п. 3 ст. 1293 ГК указано, что право следования неотчуждаемо, но переходит к наследникам автора на срок действия исключительного права на произведение. Неотчуждаемость права следования вызывает сомнение, поскольку она отнесена ст. 1226 ГК к иным правам, но переходит к наследникам, а, согласно п. 1 ст. 1112 ГК, к наследникам могут переходить только имущественные права. Таким образом, если по наследству переходит неотчуждаемое право следования на вознаграждение, в то время как право на вознаграждение от произведения является отчуждаемым, поскольку является имущественным и следует за правом следования, но не носит характер лично-неимущественного, то право на вознаграждение является следствием права следования и переходит по наследству. В соответствии с вышеизложенным приходим к выводу: поскольку право на вознаграждение, указанное в п. 3 ст. 1291 ГК, ничем не отличается по своим качествам от права на вознаграждение, указанного в п. 3 ст. 1263 ГК, и является исключительным, а ст. 1283 ГК в совокупности со ст. 1241 ГК (в которой подчеркивается универсальность правопреемства) говорят о переходе по наследству исключительного права, то право на вознаграждение, указанное в п. 3 ст. 1291 ГК, согласно ч. 1 ст. 1112 ГК, переходит по наследству.

На основе вышеизложенных заключений предлагаем внести следующие поправки в ГК и изложить ч. 3 ст. 1255 ГК в следующей редакции: «В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, автору произведения наряду с правами, указанными в пункте 2 настоящей статьи, принадлежат другие права, в том числе право на вознаграждение за использование служебного произведения, которое переходит по наследству, право на отзыв, право следования, право доступа к произведениям изобразительного искусства».

Часть же 2 ст. 1295 ГК предлагается изложить в редакции: «Исключительное право на служебное произведение может принадлежать работодателю, если это предусмотрено гражданско-правовым договором между работодателем и автором».