Этноменталитет как компонент гражданственности

висимость - это те качества, которыми должен обладать современный человек для успешной деятельности. Необходимо актуализировать проблему формирования духовности в семье, так как без духовно здорового человека невозможно построить эффективное экономически развитое общество.

В заключение следует отметить, что предстоит большая духовно-нравственная работа по воспитанию и социализации подрастающего поколения, консолидации и сплочению молодежи, всех групп, на основе патриотизма и гражданственности.

Литература

1. ЛихачевД.С. Прошлое - будущему: ст. и очерки. Л.: Наука, 1985. 575 с.

2. Митрошенков О.А. Пространство российской духовной культуры: испытание переменами // Социологические исследования. 2005. № 1. С. 37-46.

НИКИТИНА НИНА ДМИТРИЕВНА - соискатель ученой степени кандидата философских наук кафедры философии и методологии науки, Чувашский государственный университет, Россия, Чебоксары (director@chuvsu.ru).

NIKITINA NINA DMITRIEVNA - a competitor of scientific degree of Philosophical Sciences candidate of Philosophy and Methodology Science Chair, Chuvash State University, Cheboksary, Russia.

ФЕДОТОВ ВАСИЛИЙ АРТЕМЬЕВИЧ - доктор философских наук, профессор кафедры философии и методологии науки, Чувашский государственный университет, Россия, Чебоксары (vasilij.fedotov@mail.ru).

FEDOTOV VASILIY ARTEMYEVICH - doctor of philosophical sciences, professor of Philosophy and Methodology Science Chair, Chuvash State University, Russia, Cheboksary.

УДК 316.65:39

Э.В. НИКИТИНА

ЭТНОМЕНТАЛИТЕТ КАК КОМПОНЕНТ ГРАЖДАНСТВЕННОСТИ*

Ключевые слова: этнический менталитет, гражданственность, диалектика гражданственности и этничности, общегражданское самосознание, полиэтническая среда, полиэтническое Поволжье.

Освещены проблемы соотношения этноменталитета и гражданственности в полиэтнической Российской Федерации, рассмотрены некоторые ментальные характеристики народов Поволжья в свете проблемы формирования единой гражданственности россиян. Выделены две плоскости исследования динамики взаимоотношений этничности и гражданственности в рамках социально-философского анализа: 1) гражданственность и этноментальность как социокультурные и политические параметры полиэтнической среды; 2) гражданственность и этномен-тальность как основополагающие качества полиэтничного человека.

E.V. NIKITINA

ETHNIC MENTALITY AS A COMPONENT OF CIVIL CONSCIOUSNESS

Key words: ethnic mentality, civic consciousness, dialectics of citizenship and ethnicity, civic identity, multiethnic environment, polyethnic Volga region.

In article the problems of a correlation ethnic mentality and civic consciousness in the multiethnic Russian Federation are covered, some mental characteristics of the peoples of the Volga region in the light of the problem of a formation of the uniform civic identity of Russians are considered. Two planes of the research of a relationship between ethnicity and citizenship within the social-philosophical analysis are allocated: 1) civic consciousness and ethnic mentality as sociocultural and political parameters of the multiethnic environment; 2) civic consciousness and ethnic mentality as fundamental qualities of the polyethnic person.

Среди проблем, сопутствующих формированию единой гражданственности и гражданского общества в современной конфессионально и культурологически разнородной Российской Федерации, стремящейся к восхождению на

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ (проект № 12-ЭЭ-01260 а2).

более высокий цивилизационный уровень, злободневными остаются вопросы полиэтничности, межнациональных отношений и межэтнической адаптации.

Соотношение этнического и гражданского в самосознании человека и общества выявляет степень социальной адаптации и возможность интеграции народов в единое национальное государство. Как пишет Ю.В. Арутюнян, чутким индикатором оценки адаптации к российскому пространству является соотношение этнонационального и гражданского самосознания «этнофоров» (носителей этнического) и «глобалистов» (людей мира с установкой на всеграж-данство), которое отражает меру включенности населения в процесс социальной трансформации, адаптации и интеграции. «По логике модернизации современного общества, взаимодействующие этносы сближаются в разных проявлениях, но это отнюдь не неизбежно. В общих процессах такого направления, как показывает жизненная практика, возможно размежевание, столкновение и даже порой достаточно неожиданные конфликты» [1. С. 92].

Периодически повторяющиеся в государстве национально окрашенные социально-политические трения, выпады против российских национальностей и двуязычия в титульных республиках и другие факты, наподобие продвижения лозунгов «Россия для русских» или «единонациональная Россия», делают практически обязательным для власти и ученых учет особенностей этнических ментальностей и проявлений гражданственности разных этносов, которые диктуют отдельному человеку и обществу в целом различные способы мировосприятия, жизнеустройства и социальной активности.

В конечном счете в современных межэтнических трениях отражается более глубокое противостояние двух мировых цивилизаций - христианского Запада и мусульманского Востока. В центральной России водораздел между ними проходит по Поволжью и Приуралью: с одной стороны - православные мордва, марийцы, чуваши, удмурты, с другой - мусульманские татары и башкиры.

Структурирование гражданского общества, феномен гражданственности невозможно исследовать вне национально-государственного контекста и традиционного духовно-культурного многообразия регионов страны. Теоретическая неразработанность проблем динамики взаимоотношений ментальности, гражданственности и законности на огромном асимметрично полиэтническом пространстве России негативно отражается на решении практических проблем перехода общества к демократическому социально-правовому государству.

Социально-философский аспект исследования проблемы взаимосвязи эт-номентальности и гражданственности в полиэтнических средах предполагает поиск механизмов, способствующих формированию подлинной гражданственности в многонациональном государстве, активизации ценностно-нормативных отношений между гражданами и развитию гражданского общества. На передний план выходит проблема возможности гармоничного сочетания этнической идентификации различных народов в рамках общегражданского самосознания. Каким образом может происходить культивирование гражданского самосознания у всех российских народов - при сохранении полноценной этничности или безмолвном отказе от своего исторического лица? Поскольку прогнозы об уменьшении влияния этнических ментальностей на развитие политической и экономической ситуации в мире и в России не оправдались, вопрос остается открытым.

Система взаимосвязи гражданственности и этничности разноуровневая и многогранная. Этничность и гражданственность разворачиваются в разных плоскостях, но пересекаются и порой параллельны, это слияние и одновременно соперничество. Во-первых, этничность локализована, гражданственность масштабна, т.е. они различаются по степени ареала. Во-вторых, этничность - сочетание

сознательного и бессознательного, гражданственность связана только с сознанием человека. В-третьих, в основе этничности - система природных связей, в гражданственности же доминирует политика. В-четвертых, этничность фиксирует моменты повседневности и быта, гражданственность относится к общественногосударственной позиции человека. В-пятых, гражданственность - социальнополитическое лицо человека, оценка себя в социально-политическом контексте; этноментальность - внутренние, глубинные, нередко потаенные коллективные представления, находящие свое проявление в особенностях поведенческих реакций, в специфике организации социальной и политической жизни и т.п.

Таким образом, этничность выступает «начинкой» гражданственности, в ней содержатся импульсы, которые активизируют гражданственность. Если гражданственность рассматривать как синтез заданных типов человеческого поведения в социально-политической среде, то этноменталитет, выступающий регулятором повседневного поведения человека, матрицей индивидуального и этнического бытия, изначально присутствует в структуре гражданственности народа или этнической группы, являясь неотъемлемым её компонентом.

Традиционные нормы и представления, социально одобряемая ментальная программа поведения направлены на облегчение принятия человеком адекватного решения в типичных обстоятельствах. Гражданственность как добровольная ментальная установка на служение отечеству также предполагает выработку типичных чувств, поведенческих норм, ценностных ориентаций у человека (например, чувства собственного достоинства, внутренней свободы личности, дисциплинированности, уважения и доверия к другим гражданам и государственной власти, способности выполнять свои обязанности, гармоничного сочетания патриотических, национальных и интернациональных чувств).

Разница в том, что ментальность - глубинная часть сознания этноса, связанная с устойчивыми архетипическими структурами, а гражданственность определяется императивом личностного сознания долга, обязанности и учета общих интересов этноса и родины. Только в этом смысле этноментальность оказывает пассивное сопротивление гражданственности. В целом же гражданственность и этноментальность в более или менее организованном, сплоченном обществе можно определить как единое ценностно-смысловое ядро сознания и поведения этнополитичного человека.

В рамках социально-философского анализа можно выделить две плоскости исследования динамики взаимоотношений этничности и гражданственности: 1) гражданственность и этноментальность как социокультурные феномены, 2) гражданственность и этноментальность как основополагающие качества человека.

Первый срез предполагает рассмотрение вопроса, какой потенциал гражданственности есть в этничности, какие качества этноменталитета могут содействовать или препятствовать формированию единого гражданского самосознания в обществе, что в гражданственности способствует или мешает развитию этничности в условиях полиэтнической среды, в частности, в многонациональной России.

Второй срез раскрывает некоторые моменты диалектики гражданственности и этничности человека. Гражданственность является качеством индивидов, позволяющим гражданам-представителям этносов на базе собственного этноменталитета или гражданам-космополитам на базе общечеловеческих ценностей свободно объединяться в добровольные ассоциации для отстаивания частных и общественных интересов. Принадлежность же к этносу не является добровольной, она передается по крови, с рождения, при этом

этническая ментальность формируется подспудно, вбирая в себя и сознательные, и бессознательные пласты человеческой психики.

Ссылаясь на опыт западноевропейских и американских государств, некоторые ученые делают вывод, что торжество подлинной гражданственности достигается при высоком уровне общественного и личностного сознания граждан, когда мысль отделена от эмоций, от ментальных привычек, от влияния архетипических структур сознания. Утверждается, что состояние гражданственности в условиях высококультурных межличностных отношений и нравственных коммуникаций позволяет подняться на уровень надсоциального (культурного) бытия [4. С. 156]. Заявляется, что представление о связи этничности и государственности, о том, что этничность выступает или должна выступать основой государственности, имеет признаки иррациональности [8. С. 5].

Нарастанием кризисных явлений в природе и во многих областях общественной жизни, поставивших человечество перед необходимостью объединения усилий в решении проблем глобального характера, обосновывается первоочередность задачи воспитания «граждан мира», способных выйти из узких рамок этноцентризма, корпоративных интересов [7. С. 33]. Предупреждается, что в современных условиях при ускорении темпов экономических, социальных изменений, повышающих для многих людей риск потерять прочную опору в жизни, наименее пострадают те, у кого лучше развита социальная мобильность при полном отсутствии привязанности к малой родине, отчизне, отдельному государству.

Вопрос, почему этничность должна стать основой государственности, единой гражданственности и каким образом эта идея может быть воплощена в жизнь, если в мире существует более 200 государств и до 5 тысяч этносов, вполне закономерен. На практике, действительно, идея государственности нередко отодвигает на второй план этнические компоненты ментальности. Концепция «плавильного котла», реализуемая в некоторых западных странах (в первую очередь, в США), предполагает жесткую корректировку, насильственную деформацию этноменталитетов народов через образование, воспитание, СМИ под единый государственный стандарт, что ведёт к нивелировке этнических, духовных, мыслительных, культурных особенностей граждан, превращая этносы в безликую толпу.

Этноментальные характеристики российских народов (например, татар, башкир, чувашей, якутов, чеченцев, осетин и др.) не соответствуют европейским классическим представлениям о гражданственности. Поэтому не удивительно, что гражданское строительство Российской Федерации в последнее время происходило на фоне пренебрежения этническими менталитетами и этнической гражданственностью (вспомним события в Чечне). Расцвет демократии в России связывается с преодолением этничности в пользу общегражданской нации (например, по данным ЕВРОСМИЛи от 23 августа 2011 г., слово «национальный» по личному указанию президента Дмитрия Медведева и премьер-министра Владимира Путина можно использовать только в отношении всего государства в целом, а конфликты, вспыхивающие на национальной почве, следует называть «межэтническими»), что, по замыслам российских государственных деятелей, должно устранить этнические преимущества или этнические преграды.

Надежды несостоятельны, поскольку в современной России так и не сформировалось ни славяно-русской нации (государства), ни общероссийской нации (гражданского и этнического конгломерата). По мнению видного социального философа В.С. Барулина, расхождение российского человека и общества на рубеже XX-XXI вв., отказ общества от решения многих политических и экономических проблем и перенос их на отдельного человека при-

вели к человеческому одиночеству, изолированности и заброшенности [2]. Но человек как существо социальное не может и не должен «парить пылинкой в космосе». Многовековая общинная сплоченность, чувство этнического и территориального единения, коллективная жизнь советского периода, чувство сопричастности к великой стране не отрицают, а только усиливают этномен-тальность и этногражданственность народов страны.

В памяти поволжских и кавказских народов сохранились представления об общинном, «вечевом» управлении страной и полной защите всех членов общины сельским сообществом (весьма красноречив факт отсутствия в прошлом у чувашей беспризорных юродивых и сирот, бесприютных калек и нищих). Пустыми оказываются в современной России разговоры о демократии, либерализме, гражданственности и патриотизме на западный манер, когда в государстве процветают «верхи» и прозябают «низы», отдаляются по уровню жизни сверхбогатая и нищая трудовая части населения.

Естественно, простой человек делает выбор не в пользу насильно навязываемых квазигражданских ценностей и квазигражданственности, а предпочитает этнические традиции, поскольку этническая принадлежность не зависит от его социального положения и материального благополучия и в самые трудные времена спасает от духовно-нравственной деградации и гибели. Избавление от заброшенности и социального одиночества, построение истинной гражданственности и сплоченности этносов возможны через возрождение национальной культуры, этнических традиций, обычаев и других духовных ценностей.

В таких полиэтнических регионах, как Чувашская Республика, особенно ярко проявляется взаимосвязь гражданских ориентаций и патриотических настроений населения со спецификой этноменталитетов граждан, их этнической самоидентификацией, межнациональными отношениями. Данные социологических исследований фиксируют парадоксальное, на первый взгляд, явление: среди российских регионов к группам «наименьшего риска» в этно-политическом плане относятся не исконно русские области, а национальные республики Поволжья и Приуралья.

Например, в Чебоксарах, наряду с Ижевском, Йошкар-Олой и Саранском, интенсивность проявления национального самосознания титульной и русской молодежи приблизительно одинакова, существует в целом позитивный уровень этнической толерантности молодежи, большинство молодежи придерживается позиции, что проблемы в сфере межнациональных отношений следует решать мирным путем [3. С. 77].

Социолог Н.М. Иванова приводит любопытную информацию [3. Табл. 4]. На вопрос «Какие чувства Вы испытываете по отношению к своему региону?» в зависимости от национальности респонденты ответили «Я рад, что живу здесь» в следующем соотношении: чуваши - 46,5%, татары - 42,9%, русские - 34,1%; ответили «Хотел(а) бы вообще уехать из России»: чуваши -0,6%, татары - 0,0%, русские - 2,3%.

Ответы на вопрос «В какой мере Вы чувствуете свою близость или отдаленность («свое»-«чужое») с такими людьми?» в зависимости от национальности респондентов распределились следующим образом. «Жителей поселения, в котором я живу (деревня, село, город)» считают «своими» 57,9% чувашей, 71,4% татар, 38,6% русских. «Жители Чувашской Республики» «безразличны» для 15,7% чувашей, 14,3% татар, 31,8% русских. «Жители всей России» - это «далёкое, но не чужое» для 22,0% чувашей, 57,1% татар, 21,6% русских.

Если верить этим цифрам, общероссийская гражданственность наиболее высоко развита у татар и почти в 2,5 раза ниже - у чувашей и русских. Среди

граждан Чувашской Республики у русских в 2 раза выше, чем у чувашей и татар, показатель апатриотичности. Заметно отстают русские и по любви к своей «малой родине», к месту, где родился. Влияние особенностей менталитета народа на гражданскую позицию его представителей очевидно.

На вопрос «Насколько важно для Вас, чтобы мужем или женой Вашего ребенка был человек именно Вашей национальности?» 5,0% чувашей, 42,9% татар и 5,7% русских ответили «Очень важно». У татар почти в 8 раз выше интолерантность к национально-смешанным бракам, что свидетельствует об их твердой ориентации на сохранение этнического лица, этноменталитета, традиционной культуры в рамках своего народа. И при этом татары демонстрируют высокую национальную толерантность к соседствующим народам как к согражданам в едином пространстве российского государства.

Получается, что чем ярче выражен этноменталитет и этноцентризм у человека, тем больше он привязан к родному и братским народам, чувствует ответственность перед малой и большой родиной, перед государством в целом. Нет противоречия между этноменталитетом и этнической гражданственностью поволжских народов с общегосударственным российским гражданством. Есть неумение и нежелание найти и соблюдать баланс между этнич-ностью и гражданственностью россиян.

Российский общегосударственный патриотизм и гражданственность принципиально должны иметь не надэтнический, а полиэтнический характер. Если при воспитании общенациональной гражданственности не будет приветствоваться трансляция позитивного потенциала этноменталитета и этнограждан-ственности, то найти им замену в качестве ценностного, мировоззренческого основания под общегражданские позиции практически невозможно.

Представления о подлинной гражданственности и ее содержательных компонентах формируются веками. В разных культурах сложились собственные смысловые модели гражданственности. Выражая индивидуальный и социальный интерес, а также ментальные установки человека, гражданственность предстает как проявление личностного сознания ответственности и долга по отношению к родине и государству.

Верно отмечает А.М. Князев, что гражданственность личности предполагает не только правовую принадлежность к государству, но и некую «глубинную нравственность», под которой понимается следование личностью общим правилам и императивам, зачастую не предполагающим правовых обязательств и юридической ответственности за неисполнение [5. С. 173]. Эта моральная заинтересованность, «глубинная нравственность» и есть сфера эт-номентальности - то, что формируется в человеке подспудно культурой, бытом, школой родного народа.

Суть российской гражданственности - в полиэтническом взаимотворче-стве ради благоденствующего российского многонационального государства, в котором сосуществуют законная власть и реальная социальная сплоченность. Знание особенностей этноменталитета и поведения людей в условиях конкретной географической среды и социально-политической ситуации необходимо для управления многонациональным государством, сплочения народов ради стабильности, прогресса и вечного мира. «Хватит уповать на благую стихию антагонизмов и войн. С тех пор как существуют абсолютистские сильные государства с их внутренними и взаимными конфликтами, на политикопрагматическое благоразумие полагаться опасно. Следует прямо брать в руководители морально-практический разум и его философско-правовые советы» [6. С. 212].

Литература

1. Арутюнян Ю.В. Россияне: проблемы формирования национально-гражданской идентичности в свете данных этносоциологии // Общественные науки и современность. 2009. № 4. С. 91-97.

2. Барулин В.С. Российский человек в ХХ веке. Потери и обретения себя. СПб.: Алетейя, 2000. 422 с.

3. Иванова Н.М. Молодежь Чувашской Республики на рубеже ХХ-ХХ1 веков: социокультурный облик и тенденции развития. Чебоксары: ЧГИГн, 2008. 98 с.

4. Капустина З.Я. Гражданственность как ценность культуры. Псков: ПОИПКРО, 2006. 216 с.

5. Князев А.М. Воспитание гражданственности. Ч. 1. Воспитание человека и гражданина как философско-педагогическая проблема. М.: Изд-во РАГС, 2007. 184 с.

6. Соловьев Э.Ю. Категорический императив нравственности и права. М.: Прогресс-Традиция, 2005. 416 с.

7. Трофимова И.Г. Формирование гражданственности как качества личности студента (на материале изучения иностранного языка в техническом вузе). Чебоксары: Изд-во Чуваш. ун-та, 2007. 204 с.

8. Шкуратов В.А. Историческая психология. М.: Смысл, 1997. 505 с.

НИКИТИНА ЭРБИНА ВИТАЛЬЕВНА - кандидат философских наук, доцент кафедры философии и методологии науки, Чувашский государственный университет, Россия, Чебоксары (erbina@rambler.ru).

NIKITINA ERBINA VITALYEVNA - candidate of philosophical sciences, assistant professor of Philosophy and Methodology Science Chair, Chuvash State University, Russia, Cheboksary.

УДК 111.11: 124.51

Н.И. ПРАВОВСКАЯ ПОВСЕДНЕВНОСТЬ В АКСИОЛОГИЧЕСКОМ ИЗМЕРЕНИИ

Ключевые слова: повседневность, ценность, вечная ценность, мировоззрение, выбор.

Дан анализ философского понятия «вечная ценность». Рассмотрены аксиологическая и мировоззренческая функции системы ценностей в повседневной жизни человека, влияние общечеловеческих ценностей на процесс принятия решений в повседневной жизненной практике и формирование мировоззрения. Методом трехкругового анализа исследовано слияние событийного, временного и вечного в повседневности. Дана оценка значения гуманитарных ценностей для современного общества.

N.I. PRAVOVSKAYA EVERYDAY LIFE IN AXIOLOGICAL MEASUREMENT

Key words: everyday life, value, eternal value, outlook, choice.

In the article the analysis of philosophical concept «eternal value» is presented, axiological and world outlook functions of the value system in the everyday life are considered. The influence of universal values on the decision-making process in life experience and outlook formation is also described. The integration of the event, time and eternality in everyday activity is investigated by the method of the three-circular analysis. The estimation of humanity values for a modern society is given.

Каждый день жизнь ставит человека перед проблемой выбора. Выбор этот многовариантен, касается всех сфер жизнедеятельности и неразрывно связан с мировоззрением человека. Жизнь, мир, здоровье, семья, любовь, верность, справедливость, истина, бескорыстная дружба, взаимопомощь и т.д. являются вечными ценностями человеческой жизни. Только усвоив и впитав эти ценности, можно создать здоровое, способное к созиданию общество. В условиях духовного кризиса человеку особенно важно ориентироваться на непреходящие ценности бытия. В наши дни актуализируется проблема поиска глубинных оснований, вечных ценностей и мотивации бытия человека и определения его мировоззренческой картины повседневности. Для исследователя представля-