«Избранная Трампом тактика очень болезненная»

В Госдуме считают, что позиция США по Крыму остудила завышенные ожидания от Дональда Трампа. Об этом заявил глава комитета по международным делам Леонид Слуцкий. Накануне позицию американского президента озвучил пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер. По его словам, Трамп ожидает, что Россия займется деэскалацией конфликта на Украине и вернет Крым. Ведущий «Коммерсантъ FM» Максим Митченков обсудил тему с директором Фонда изучения США имени Франклина Рузвельта Юрием Рогулевым.

— Насколько неожиданно такое поведение Трампа?

— Оно вряд ли может считаться неожиданным. Потому что вопрос с востоком Украины, с Донбассом — это один вопрос, вопрос о Крыме — это другой. Вряд ли можно было ожидать, что Трамп примет сторону России по вопросу Крыма без каких-либо решений международных инстанций, организаций. Поэтому мне представляется, что если кто-то и рассчитывал на его заявления по Крыму, то это были, конечно, чересчур завышенные ожидания.

— А насколько эти заявления отличаются от его предвыборной риторики, или тогда не было однозначной позиции у Трампа?

— Нет, во-первых, он тогда не конкретизировал никакие обстоятельства и никакие факторы. Трамп не раскрывал подробности, связанные с ситуацией на Украине. Он говорил о российско-американских отношениях. С моей точки зрения, вопрос о Крыме никак не помешает их улучшению, если этого будет действительно хотеть Трамп.

— Рассчитывала ли Москва, что диалог по этому поводу может пойти по-другому?

— Я не думаю, что кто-то всерьез в правительстве рассчитывал, что Трамп будет делать какие-то реверансы в сторону России. Речь шла об изменении курса, об изменении направления, о переходе от конфронтации и противостояния к переговорам, к диалогу. Вот о чем шел разговор. Так же и вопрос о санкциях. Я не припомню в российско-американских, советско-американских отношениях периода, когда бы какие-нибудь санкции не объявлялись в отношении Советского Союза или России. Даже в 90-е годы, когда у нас развивались отношения и действовала поправка Джексона-Вэника, ее замораживали, но она действовала. Ее отменили с большим трудом и сразу же приняли «закон Магнитского». Сейчас если отменят указы Обамы, останется «закон Магнитского», то есть в любом случае санкции в той или иной мере останутся.

Вопрос с Крымом тоже, безусловно, сохранится на долгие годы, пока не будет достигнуто международное признание этого вопроса или в двусторонних российско-украинских отношениях. Но это не мешает развитию диалога между двумя странами.

— Как будет реагировать Кремль на эти заявления?

— Я думаю, достаточно осторожно и взвешенно, во-первых, потому что одних заявлений, конечно, недостаточно, мы уже их наслушались в ходе избирательной кампании и в ходе работы предыдущей администрации. Здесь важны конкретные действия. Мы должны дождаться того момента, когда все-таки окончательно будет сформирована команда Дональда Трампа, и будет в общем и целом проводиться какой-то внешнеполитический курс, или в российско-американских отношениях будет намечена некая цель, которую будут пытаться достигнуть обе стороны. Заявлений много делается, и на них нужно обращать соответствующее внимание, принимать к сведению, но не более того.

— Можно ли на этом фоне говорить, что пока о перезагрузке отношений США и России речи не идет?

— И так, и так, даже наш министр иностранных дел заявлял о том, что ни о какой перезагрузке речи нет. Речь идет об изменении атмосферы, об изменении подхода к российско-американским отношениям. Повторяю, что предыдущая администрация к концу своего срока пребывания фактически перешла к конфронтации, к давлению на Россию по всем фронтам, к отказу от обсуждения каких-то вопросов. Даже визит Барака Обамы в Россию, как вы помните, был отменен.

Так что в этом плане, я думаю, были некоторые надежды на то, что политика нынешней администрации будет более прагматичной, более взвешенной, менее идеологизированной. Но мы видим, что сама по себе ситуация в Вашингтоне и в американском Конгрессе, конечно, очень накалена. Борьба эта избирательная продолжается, причем острая фаза никак не спадет, успокоения не наступило после выборов Трампа. Это свидетельствует о том, что трудно будет в такой ситуации добиваться какого-то более позитивного курса в российско-американских отношениях.

— Видимо, придется отказаться от того представления, что Трамп — пророссийский лидер?

— Конечно. Понимаете, его поставили в дурацкую ситуацию. Даже сейчас звучали сообщения о том, что якобы представители его избирательной команды контактировали с высокопоставленными представителями российской разведки, то есть идет такой вал, накат обвинений, которые если начнешь опровергать, скажут, что значит там что-то такое есть, раз опровергает. Соглашаться с этим нельзя. Не упомянуть об этом тоже невозможно. То есть избранная тактика очень болезненная.