Травмы зубов у детей и подростков

Травмы зубов у детей и подростков

Стоматология

Вероника Акинфиева

Стоматолог-терапевт. К.м.н.

Илья Акинфиев:

С вами программа «Профилактика заболеваний», а также ее ведущие Илья Акинфиев.

Денис Хохлов:

И я, Денис Хохлов. Сегодня мы хотим поговорить про очень важную тему для подрастающего поколения, как травма зубов. Очень часто дети падают, ударяются, зубы иногда ломаются, иногда целиком вылетают. Что делать в таком случае? В этом нам поможет разобраться наш гость, замечательный доктор Вероника Борисовна Акинфиева – врач-стоматолог, кандидат медицинских наук, лектор и член ассоциации цифровой стоматологии.

Илья Акинфиев:

Эта тема важна не только детям, но и их родителям.

Денис Хохлов:

Правильно, родители больше волнуются насчет зубов, они же понимают, что зубы уже не вырастут, потому что ребенок уже сменил зубы. Что же делать?

Начнем с самого начала. Из-за чего это случается, какие бывают травмы и насколько это часто встречается, бывают ли какие-то возрастные пики такой травматизации?

Вероника Акинфиева:

Травма – это повреждение, повреждение тканей зуба и тканей, окружающих зуб. По степени травматизации на первом месте это падение, на втором месте это дорожно-транспортные происшествия, третье место занимают насильственные действия, то есть драки, кто-то кого-то толкнул, и четвертое – это спорт, активные виды спорта. Сейчас зима, пора всевозможных горок, санок, лыж, коньки, всё это тоже ведет к дополнительным падениям и травматизации. Летом это в основном велосипеды, скейтборды и ролики.

По поводу возрастных пиков. 2 – 3 года – первый возрастной пик, когда ребенок учится познавать мир, когда он начал наконец ходить, бегать и делает это очень активно, что за ним не поспевают. Еще не сформирована должным образом координация движений и ребенок ещё не умеет падать, подставив, допустим, ручки, падает прямо носом об асфальт, подбородком. Второй возрастной пик приходится на 9 – 10 лет. Здесь активные виды спорта и активные игры, и мальчики травмируются в 2 раза чаще, чем девочки.

Денис Хохлов:

Естественно, подраться, за девочек подраться – тоже святое дело. Спорт и насилие – для мальчиков вполне естественно. Вообще, какие бывают травмы?

Вероника Акинфиева:

Травм великое множество, более 9 видов только переломов. Это может быть небольшая трещинка на эмали, которую нужно специально рассматривать, а может быть уже перелом эмали, перелом эмали и глубьлежащих тканей дентина, осложненный перелом, когда обнажается пульпа зуба, то есть внутренний сосудистый нервный пучок зуба. Оскольчатая травма, которая занимает и коронковую часть зуба, и корень. Травма корня вместе с прилежащими тканями, такими, как кость, альвеолярный отросток, и более глубокие травмы, где перелом корня сочетается с разрывом мягких тканей и с отломом кости, окружающей зуб. Также ушибы, контузии, вывихи, подвывихи. Самое неприятное – полный вывих, когда зуб оказывается где-то вне полости рта. Различные виды ран в области десны и мягких тканей, от ссадин до разрывов мягких тканей.

Денис Хохлов:

Вероника рассказала так подробно, у меня аж зубы свело.

Илья Акинфиев:

Да, уже даже не хочется горячее и холодное пробовать. Расскажи, пожалуйста, про диагностику. Как определить, что это десна, эмаль либо уже дентин пострадал? У стоматологов есть специальные оптические приборы?

Денис Хохлов:

Или это видно невооруженным глазом?

Вероника Акинфиева:

Вы имеете в виду, как может родитель определить у ребенка или как стоматолог определяет в кресле?

Денис Хохлов:

Родитель, наверное, вряд ли сможет.

Вероника Акинфиева:

На самом деле если ребенок упал, то родитель должен осмотреть. Ребенок упал, а ребенок еще не говорит, допустим, и только плачет и падение было на лицо. Поэтому нужно внимательно осмотреть на предмет именно трещин, сколов и на подвижность зуба.

Денис Хохлов:

То есть, трещину может быть видно?

Вероника Акинфиева:

Да. Если есть выделения крови, то нужно промокнуть салфеткой и всё это увидеть. Понятно, что если ребенок уже говорит, он пожалуется, пожалуется на ноющую боль, пожалуется на резкую боль, на боль при накусывании на зуб или при откусывании и пережевывании. В стоматологическом кресле обязательно проводится рентгендиагностика зуба и выявляется характер травмы и степень травмирования тканей, окружающих зуб.

Денис Хохлов:

Вообще, в любом случае надо вести к стоматологу?

Вероника Акинфиева:

Желательно.

Денис Хохлов:

Желательно, лучше перестраховаться в данном случае. Как говорится, лучше перебдеть, чем недобдеть. Хорошо. Пока мы не пошли к стоматологу, что нужно делать родителям, какая первая помощь?

Вероника Акинфиева:

Успокоить ребенка, успокоиться самим. Провести осмотр хотя бы и убедиться, увидеть, какой зуб травмирован, молочный это зуб или же постоянный, потому что схема действий будет разная. В случае травмирования молочного зуба, это скол зуба, осколок можно найти и его можно держать в физрастворе в холодильнике достаточно долго.

Денис Хохлов:

Если нет физраствора, можно солевой раствор сделать?

Вероника Акинфиева:

Солевой раствор, молоко. Если же постоянный зуб и это не осколок, а, допустим, выпал целиком зуб, то действия должны быть достаточно быстрые по поводу транспортировки самого зуба и по поводу оказания первой помощи ребенку. В таких случаях, если есть возможность, зуб немедленно, в течение 5 минут должен быть опять поставлен в лунку, то есть реплантирован. Если нет такой возможности, то этот зуб не должен находиться в сухом состоянии. Некоторые родители приносят в платочке или в салфетке. Нет, должна быть влажная транспортная среда.

В случае полного вывиха, выпадения, постоянный зуб нужно сразу реплантировать на место.

Илья Акинфиев:

То есть, при полном вывихе зуба родителями должны быть сделаны незамедлительные мероприятия?

Вероника Акинфиева:

Желательно, чтобы сохранить как можно больше живых клеток.

Денис Хохлов:

То есть, не паникуем, сразу берем зуб, кладем его в физраствор или молоко, как я понял, и ставим его в холодильник, или уже без разницы?

Вероника Акинфиева:

С осколком зуба так можно поступить в случае, когда произошел именно полный вывих, потеря зуба из лунки. Если нет возможности сделать самому позиционирование этого зуба в полости рта, то прибегают к действиям специалиста. Всё зависит от того, как далеко вы находитесь и что у вас под рукой. Если вы посреди леса и ничего нет под рукой, ни молока, ни физраствора, слюна – единственное, что может помочь. В идеале зуб ставится на место в лунку и прикусывается салфеткой, чтобы не надавливать сильно на зуб. Если же таких условий нет или родитель боится притронуться к ребенку…

Денис Хохлов:

Я думаю, маленький ребенок сам даже вряд ли даст.

Вероника Акинфиева:

Речь идет о постоянных зубах у детей, с шестилетнего возраста. Молочные зубы не реплантируются, потому что важно сохранить зачаток постоянного зуба.

Денис Хохлов:

Потому что он в любом случае выпадет, рано или поздно.

Вероника Акинфиева:

Да, реплантация здесь не нужна. Здесь единственное, что могут делать, если произошли сколы, скол можно приклеить. Причем, чем младше ребенок, тем, понятно, он меньше усидит в кресле, и быстрее сделать приклейку этого скола, чем с помощью современных материалов делать, например, реконструкцию зуба. То есть, нашелся осколок, он правильно хранился, не пересушен, с помощью современных бодинговых систем его можно приклеить на место. Понятно, что потом мягкая щадящая диета, и зуб выглядит как новый.

Илья Акинфиев:

Можно в рот положить, не в лунку, а под язык, например?

Вероника Акинфиева:

Главное, чтобы не проглотил, да. Но тогда родитель может на себя такую функцию взять.

Илья Акинфиев:

Я тоже хотел сказать, ведь мама может быть контейнером зуба детей. Или папа.

Вероника Акинфиева:

Пакет, в котором есть жидкость.

Денис Хохлов:

Лучше папа, чем пакет. В любом случае, главное, чтобы была влажная среда, правильно я понимаю? Желательно, чтобы она была щелочной, нейтральной?

Вероника Акинфиева:

Подходит что? Подходит физраствор, подходит раствор Хенкса, то есть специальный состав неорганических солей с глюкозой, подходит молоко, которое может оказаться под рукой.

Илья Акинфиев:

Мыть не нужно, просто сразу в молоко?

Вероника Акинфиева:

10 секунд можно промыть от загрязнений, но чистить или спиртом обрабатывать, или спиртовой салфеткой, или хлоргексидином – этого не надо делать. Чем больше живых клеточек останется на корне, тем лучше пройдет регенерация.

Илья Акинфиев:

Мы это делаем для того, чтобы не погибло что?

Вероника Акинфиева:

Связка зуба. Мы говорим о дальнейшей регенерации.

Денис Хохлов:

Если всё-таки случилось так, что связка погибает, всё уже, ничего не сделать? Родители принесли сухой зуб, к сожалению, не смотрели нашу программу.

Вероника Акинфиева:

Если принесли сухой зуб, то речь пойдет об отсроченной реплантации зуба. В этих случаях специалист счищает все некротизированные ткани с поверхности и сосудистый нервный пучок, который был внутри и при отсроченной реплантации погиб, пломбируют канал и после этого реплантируют зуб в лунку и шинируют. Что происходит? В этом случае да, клетки связки погибли, они не восстановятся. У детей достаточно быстро происходит ремоделинг костей и щель, которая была периодонтальной щелью, замещается костью, и зуб таким образом удерживается в лунке. В дальнейшем может быть анкилозирование, то есть, замещение полностью структур костью. Для чего это делается у детей, почему это не делается у взрослых? Ребенок растет, поэтому такие структуры, как альвеолярная часть и корни у него еще развиваются. Поэтому очень важно сохранить окружающие зуб структуры, чтобы они не были деформированы, чтобы в будущем, когда он стал взрослым, были возможны какие-то методы протезирования и имплантации, и они были бы успешны и эстетически подобающе выглядели. Тем не менее, ребенок всё это время, пока не достиг возраста 17 – 21 года может ходить без дефекта во фронтальном отделе, то есть с зубом.

Илья Акинфиев:

Получается, мы дефект не только эстетически, но и функционально восстанавливаем?

Вероника Акинфиева:

Да.

Денис Хохлов:

Зуб рабочий, получается, всё равно, им можно жевать, он не отвалится?

Вероника Акинфиева:

Да, да. Он может измениться в цвете, он может немножко иначе выглядеть, чем соседний, но, тем не менее, окружающие зуб структуры будут сохранены, и сам зуб.

Денис Хохлов:

Но потом, в более взрослом возрасте его всё равно придется, конечно, заместить, правильно?

Вероника Акинфиева:

Да, прибегнуть к протезированию. После 21 года у мальчиков прекращается рост скелета, рост челюстей.

Денис Хохлов:

Такой вопрос: если зуб выпал в грязь, мы чего боимся? Столбняка. Упал в землю, что будем делать?

Вероника Акинфиева:

В любом случае, при реплантации будет назначена антибиотикотерапия и сам зуб будет местно обработан антибактериальными растворами. Что касается прививок от столбняка, то, естественно, в детском возрасте они делаются по схеме: 4,5 месяца, 6 и полтора года. Дальше идет ревакцинация в 7 лет и спустя 7 лет, в 14 лет и далее по схеме каждые 10 лет. Кроме того, если вы обратились в травмпункт, то обязательно проверят на наличие прививки от столбняка, была ли она.

Денис Хохлов:

Если человек уже достаточно взрослый, тогда что делают?

Илья Акинфиев:

Анатоксин. Сразу делают анатоксин, смотрят, действует ли прививка, и через 6 месяцев его повторяют.

Денис Хохлов:

В общем, бояться не стоит в любом случае?

Илья Акинфиев:

Да, в любом случае помощь окажут. Хотелось бы узнать, а что делать, если зуб найти не смогли?

Вероника Акинфиева:

Потерялся? Здесь несколько вариантов. Есть варианты, когда похожий зуб с похожим корнем трансплантируют из бокового отдела в передний, а в боковом отделе ортодонтически закрывают это расстояние. К примеру, потерялся передний зуб, фронтальный зуб, а в боковом отделе, например, у 10-летнего ребенка подрастает премоляр. Он имеет тоже корень одиночный, но другую коронковую форму. Его можно позиционировать в травмированную область, а в дистальном участке закрыть ортодонтически, то есть, сместив соседние зубы, как вариант. Как другой вариант, используют съемное протезирование в виде маленького одиночного зубика, или же ортодонтическую пластинку, которая будет закрывать дефект и не давать смещаться соседним зубам.

Илья Акинфиев:

А доноров зубов не бывает?

Денис Хохлов:

Доноров зубов? Ты имеешь в виду, кто-то отдает зубы? Я, конечно, знаю, исторически, допустим, в XIX веке, когда не было имплантации, собирали зубы у мертвых людей и вставляли живым. Особенно наполеоновские войны дали достаточное количество зубов, потому что зубы должны были быть красивыми, молодыми. Так как воевали, в основном, молодые люди, а зубы, конечно, портились со временем, у стариков забирать не имело смысла, а тут куча погибших молодых людей. Наполеоновские войны где-то на полвека обеспечили тогда стоматологов работой и качественными зубами. Потом подоспела революция и проблема уже в Америке, гражданская война в Америке. Там тоже, как раз, до создания пластика, до начала XX века эти зубы использовались.

Вероника Акинфиева:

Это речь не о реплантации. Скорее всего, речь шла о том, что эти зубы использовались для съемного протезирования.

Денис Хохлов:

Я думаю, что такого нет в современном обществе, достаточно искусственных зубов.

Илья Акинфиев:

Сейчас же 3D-принтеры есть.

Денис Хохлов:

Это тот же самый искусственный зуб. Не надо нам живых людей, которые бы являлись донорами зубов.

Импланты детям не ставите? Я знаю, что взрослым ставят импланты, можно даже, что называется, не заморачиваться.

Вероника Акинфиева:

Да, для взрослых немножко другая тактика действий по поводу травм.

Денис Хохлов:

Почему не ставят детям?

Вероника Акинфиева:

Потому что идет рост скелета, рост челюстей, альвеолярных отростков, поэтому всё может видоизмениться. Поэтому достигается возраст 18 – 21 года, у девочек это 18, у мальчиков – 21 года, потом может идти речь об уже постоянном протезировании или имплантации.

Илья Акинфиев:

Получается, имплантации мы боимся из-за внедрения в костную ткань?

Вероника Акинфиева:

Нет, это из-за того, что будет не тот эстетический результат, который мы хотим получить, потому как будут видоизменяться зубы и костные структуры вокруг импланта. Может оказаться так, что десна выше, не на уровне.

Денис Хохлов:

Будет деформация лицевого черепа, под вопросом, возможно?

Вероника Акинфиева:

Нет, там не то что деформация, но это будет некрасиво, не эстетично, не соразмерно, скажем.

Денис Хохлов:

Стоматологи всегда эстеты. Они говорят: «Мы-то можем ввернуть шуруп, но это будет не эстетично. О чем вы говорите, родители, давайте, вытащим тут зуб и вставим вот туда, красота же будет». Люблю стоматологов! Они за красоту у нас, за прекрасное в мире.

Илья Акинфиев:

Вероника, расскажи, какие врачи занимаются? Любой стоматолог может выполнить такую операцию?

Вероника Акинфиева:

Хирурги, травматологи, пародонтологи.

Денис Хохлов:

Простой терапевт-стоматолог этим не занимается, правильно? Прибежал человек с зубом, какая-нибудь небольшая стоматологическая поликлиника, там нет хирурга, не возьмется обычный стоматолог-терапевт?

Вероника Акинфиева:

Любой ли врач может качественно провести непрямой массаж сердца? Тут то же самое. Он попробует, да. Здесь так же, как и в других сферах: каждый попробует, но не каждый становится узким специалистом. Не сталкивался с этим, или у кого-то устарели знания, кто-то уже институт 20 – 30 лет назад закончил и, собрав остатки знаний, понял, что не осведомлен достаточно в этом вопросе. Хорошо, если сразу сознается, скажет: «Вне моей компетенции». А хуже – скажет, что «Оставляйте всё как есть, пока не вырастете». Я за то, чтобы все специалисты были осведомлены, причем, чтобы это были не только стоматологи, но и врачи, работающие на скорой помощи, в травмпунктах.

Желательно, чтобы реплантацию зуба выполнял узкий специалист: хирург, пародонтолог, травматолог.

Денис Хохлов:

Правильно вообще-то, как и про массаж сердца. Я тоже за то, чтобы все врачи, но не только врачи, а и обычные люди тренировались, проходили курсы первой помощи. А стоматологам хотелось бы, чтобы все, потому что, бывает, действительно, за городом, небольшие клиники, а что делать, зубы выпадают везде.

Вероника Акинфиева:

В любом случае, шинировать должен стоматолог или травматолог.

Денис Хохлов:

Мы поняли, что лучше, всё-таки, искать профессионалов, которые могут правильно сделать имплантацию. Вообще, как нужно говорить – имплант, имплантат, имплантант? Как правильно это называется и что это такое?

Вероника Акинфиева:

Я не эксперт русского языка, но в орфографических словарях встречается «имплант» и «имплантат».

Илья Акинфиев:

Вероника, расскажи про тот ресурс, о котором ты мне так интересно рассказывала, откуда можно черпать информацию профессионалам-стоматологам.

Вероника Акинфиева:

Есть такой ресурс, где собрана информация за, наверное, последние 50 лет. Есть университет в Дании, в Копенгагене, где в отделении челюстно-лицевой травмы собираются такие данные. Этих данных более 50 различных случаев с длительным наблюдением. Поэтому любой специалист, зашедший на ресурс Dental Trauma Guide, может посмотреть и спрогнозировать данную клиническую ситуацию, которая у него произошла, но опыта именно в этом нет. Какие должны быть наблюдения, как часто, к чему это может привести, потому что в случае, допустим, реплантации, которая произошла в отдаленные сроки, может произойти анкилоз. Что тогда с этим зубом делать через 5 лет, как правильно себя вести и как правильно сделать имплантацию в этом участке. Это очень хороший ресурс именно для специалистов.

Денис Хохлов:

Давайте повторим еще раз, называется он dentaltraumaguide.org. Действительно хороший совет, потому что искать лучше из библиотеки. Там на английском всё? Я думаю, что профессионалы скажут нам спасибо за эту информацию.

Какой дальнейший прогноз вообще с зубом, который на сухую вставлен? Нормально можно дожить до 21 года. Спокойно, он не развалится, не выпадет?

Вероника Акинфиева:

Нет, там произойдет замещение корня. Скорее всего. Лучший результат, конечно, не у отсроченных реплантаций, а у незамедлительных. Причем, мне попадались даже в одной из статей фотографии, где ребенок сам себе реплантировал зуб, но он перевернул его другой стороной. Один стоит коронковой частью, а другой стоит перевернутый. Но стоит и хорошо прижился, васкуляризировался и совершенно нормально функционирует.

Денис Хохлов:

Какой герой! Кто-то плакал бы, ползал в соплях, а этот взял, вставил, прижал.

Вероника Акинфиева:

Надо аккуратно брать и, во-первых, надо не хватать за корень, где есть живые клеточки, связки зуба, надо взять за коронковую часть.

Выпавший зуб до реплантации нельзя брать за корень. Надо брать за коронковую часть.

Илья Акинфиев:

Тоже важно, мы об этом не сказали. Значит, молоко, физраствор, слюна и взять за коронковую часть.

Вероника Акинфиева:

Да, не травмируя связку.

Илья Акинфиев:

Сколько времени в физрастворе, либо молоке может провести зуб до отмирания связки?

Вероника Акинфиева:

Его можно и дольше часа транспортировать. В сухом виде за час все-все живые клеточки погибают, а в специальной среде какие-то…

Денис Хохлов:

Ночь простоит, допустим, если вечером ударился?

Вероника Акинфиева:

Да, да, в холодильнике. Так же, как трансплантируют органы, их везут из другой страны, поэтому сохранятся хоть какие-то клетки живыми.

Илья Акинфиев:

Тут сразу интересно про температуру. Где-то плюс 6 - 7 градусов? Главное, чтобы никто это молоко не выпил.

Денис Хохлов:

На самом деле, действительно, бояться не стоит. Класть, ночь можно простоять, спокойно пойти, успокоившись к специалисту?

Вероника Акинфиева:

Нет, нет, не класть! В идеале положить в лунку сразу же. А шинирование проведут чуть позже.

Илья Акинфиев:

Хорошо, если мы не побоимся класть. Саму лунку обрабатывать нужно? Убирать сгусток крови или что-нибудь, а то мы всё про зуб да про зуб.

Вероника Акинфиева:

Мягкие ткани, естественно, требуют ухода и это антисептические растворы, да. Потом стоматолог назначит антибиотикотерапию, потому что при любом повреждении, разрыве мягких тканей мы думаем о том, чтобы инфекция глубоко не проникла, чтобы инфекция не задела соседствующие структуры. Если речь идет о молочных зубах, которые не реплантируются, то там важно, чтобы инфекция не попала в область зачатка, потому что потом на зачатке могут быть либо пятна, либо изменения в эмали, вплоть до полного…

Денис Хохлов:

Зачаток – это что у нас?

Вероника Акинфиева:

Постоянный зубик, который еще сидит в кости.

Денис Хохлов:

Если попадёт инфекция, то можно и этот зуб потерять, соответственно?

Вероника Акинфиева:

Не потерять, но он будет в худшем виде.

Илья Акинфиев:

Денис недавно в Фейсбуке написал про хоккей и своего сына.

Денис Хохлов:

Да, кстати, про хоккей. Там были комментарии, что «ты зря в хоккей хочешь отдавать сына, потому что без зубов останется».

Вероника Акинфиева:

Страховые компании на самом деле отмечают, что самая большая травматизация и обращаемость – это хоккей, потом гандбол, потом футбол.

Денис Хохлов:

Все знают фотографии знаменитых хоккеистов с «заборчиками» во рту.

Вероника Акинфиева:

Есть меры профилактики. Может быть, не все спортсмены или не всегда прибегают к защитным капам. Использование защитных кап на 50% спасет зубы от травм.

Денис Хохлов:

Делать капы, как у боксеров? Они делаются индивидуально или они есть?

Вероника Акинфиева:

Нет, есть стандартные капы трех размеров, которые продаются в магазинах и, может, даже в каких-то спортивных клубах бесплатно выдаются спортсменам. В чем их преимущество? Они являются самым бюджетным вариантом из всех имеющихся, доступным. В чем недостаток? Их надо постоянно держать во рту, прикусив, иначе она слетает. То есть нижняя челюсть должна быть в некотором напряжении. Надо стиснуть зубы.

Денис Хохлов:

Во время игры это, в общем-то, не проблема. Выпустили на лед, стиснул зубы, отыграл минут 10 и потом на замену пошел, выплюнул, воды попил, вроде нормально.

Вероника Акинфиева:

Делаются из резины, из полихлорвинила. Есть индивидуальные капы. По слепку зубов изготавливаются модели, а на моделях уже изготавливается капа. Она сидит достаточно хорошо, плотно, ее не надо прижимать. Этот вариант удобнее. Третий вариант – вариант цифровой стоматологии, когда сканируются зубные ряды и на 3D-принтере отпечатываются капы. Еще мне встречался вариант в спортивных магазинах, продается наборчик юного стоматолога, где можно с помощью нагревания обжать капу и сделать ее, подходящую под свой прикус.

Денис Хохлов:

Страшно: открываешь, и все пломбы остаются в капе.

Вероника Акинфиева:

Нет, нет, не так.

Денис Хохлов:

Это где можно купить?

Вероника Акинфиева:

Спортивные магазины. Индивидуальные капы будут наиболее удобными, скажем так.

Илья Акинфиев:

Подскажи еще один момент. Так как с капами я знаком, есть капы на верхнюю челюсть и есть капы, которые сразу захватывают верхнюю и нижнюю челюсть. В чем отличия и именно уровень безопасности?

Вероника Акинфиева:

Достаточно капы, которая на верхней челюсти и полностью перекрывает верхний зубной ряд. Чаще там и происходит травматизация.

Илья Акинфиев:

Мы забыли спросить, как раз, чаще какие зубы теряются?

Вероника Акинфиева:

Фронтальный отдел. Не боковой отдел, это при насильственных каких-то действиях, ударах, а чаще, всё-таки, падение, это фронтальный отдел.

Илья Акинфиев:

Полный вывих во фронтальном отделе происходит без травматизации костной ткани нижней и верхней челюсти, зачастую?

Вероника Акинфиева:

Я же рассказывала, что есть сочетанные поражения. Достаточно много именно поражений в сочетании. Речь пойдет уже больше об обращении, наверное, к челюстно-лицевым хирургам и о госпитализациях, если еще и поражение мягких тканей, щеки, орбиты, если это ушибы или сотрясение головного мозга. Тогда речь идет о госпитализации. Отвозят в больницу, там уже есть врачи, которые комплексно подойдут к лечению травм.

Илья Акинфиев:

Если нет травматизации челюстей, зубик вставили и после этого сразу домой отпускают? Какие-то рекомендации дают?

Вероника Акинфиева:

Шинирование? Зуб на 4 недели будет зашинирован. Естественно, дадут рекомендации по поводу приема пищи. Это не твердая, мягкая пища, протертая. Будут рекомендации по поводу антибиотикотерапии, по поводу антисептических полосканий и повторных наблюдений с рентгенологическим контролем.

Денис Хохлов:

То есть, уже серьезное дело, месяц надо наблюдать.

Вероника Акинфиева:

На самом деле да, с травмой несколько лет должно происходить динамическое наблюдение травмированных участков.

Денис Хохлов:

Как часто обычно назначают посещение стоматолога? Обычно 2 раза в год нужно?

Вероника Акинфиева:

Нет, нет, здесь чаще, каждые 1,5 – 2 месяца.

Илья Акинфиев:

Про хоккей и так далее мы поговорили. Еще есть конный спорт. Тоже бывают травмы, детишки падают с коняшек.

Вероника Акинфиева:

Тут, если падают, конечно, одними зубами дело не обходится. Это, по-моему, самое травматичное, что может быть.

Денис Хохлов:

Тут нужно использовать шлем, правильно? Это то же самое, что, допустим, картинг, мотоспорт?

Вероника Акинфиева:

Да, шлемы, то же самое при мотоспорте, при байках, велосипедном спорте, обязательно шлем.

Илья Акинфиев:

В ДТП каким образом происходит травматизация зубов?

Вероника Акинфиева:

К сожалению, изолированная травма зубов при ДТП, практически, не встречается. Часто это сочетание травм. Здесь, кроме ремня безопасности, пожалуй, ничего не может помочь.

Денис Хохлов:

Естественно, соблюдение правил дорожного движения.

Илья Акинфиев:

Дистанции и скоростного режима.

Вероника Акинфиева:

Да, и не пишем СМСки за рулем.

Денис Хохлов:

Не красим брови и не подводим губы, естественно.

Вообще, информационная составляющая, осведомленность, нужно ведь, я думаю, работать над этим, чтобы доносить информацию в школах, в детских садах.

Илья Акинфиев:

Кто должен знать, что вот так нужно поступать с потерянными зубами?

Вероника Акинфиева:

Я за то, чтобы все педагоги были осведомлены, все диспетчеры скорых помощей, все администраторы стоматологических клиник были осведомлены и могли быстро сказать всю необходимую информацию родителям травмированного ребенка.

Денис Хохлов:

Про педагогов это правильно, потому что травматизация в школе чаще всего.

Вероника Акинфиева:

К сожалению, это не так. В идеале, чтобы везде в спортивных секциях были бюллетени. Пока родитель ждет свое чадо со спортивного мероприятия, он может почерпнуть необходимую информацию.

Денис Хохлов:

Медпросвет никто не отменял. Мы надеемся, что наша программа хоть небольшой вклад, но внесет в процесс осведомленности населения, потому что, действительно, важная проблема. Зубы не только визуально красивы, но также функционально отсутствие одного зуба снижает качество пищеварения на определенное количество процентов, насколько я понимаю. Чем меньше зубов во рту, тем хуже пищеварение.

Вероника Акинфиева:

Да, и влияет на общительность, скажем так.

Илья Акинфиев:

Если влияет на общительность, это влияет на успех.

Денис Хохлов:

Если ты, конечно, не панк-певец.

Вероника Акинфиева:

На настроение, ты не такой улыбчивый.

Денис Хохлов:

Как всегда, наша традиционная рубрика. Самая лучшая рубрика, самая душевная – пожелания нашим зрителям.

Вероника Акинфиева:

Дорогие родители! Я желаю вашим непоседливым деткам быть активными, целеустремленными, но при этом не травмировать свои зубки! Не останавливаться на достигнутом, изучать окружающий мир вокруг себя. А вам, дорогие родители, в самых нестандартных ситуациях сохранять спокойствие, здравый смысл, здравый взгляд. Вы – пример для подражания, с вас берут пример, будьте спокойны. Здоровья вам и добра вашим семьям!

Денис Хохлов:

Спасибо огромное!

Илья Акинфиев:

Спасибо!

Денис Хохлов:

Детишкам посоветуем грызть только гранит науки, а остальные твердые вещи пусть не грызут.

Сегодня мы говорили с нашим замечательным гостем Вероникой Борисовной Акинфиевой, врачом-стоматологом, лектором, членом ассоциации цифровой стоматологии, кандидатом медицинских наук о том, что же делать, если происходят травмы зубов у детей и подростков. Спасибо огромное!

Вероника Акинфиева:

Спасибо вам за внимание!