К вопросу о деградации порослевых дубрав центрального Черноземья

ЛЕСНОЕ ХОЗЯЙСТВО

саждениях. Переход на уровень растущего дерева позволяет выявить ряд новых закономерностей в устойчивости растений в пихтовых насаждениях.

Социальное положение дерева (среднее расстояние до ближайших «соседей» и конкурентное давление) не является критерием устойчивости деревьев, однако оказывает влияние на текущий прирост растений.

При формировании высокопродуктивных пихтовых насаждений необходимо, чтобы среднее расстояние между деревьями было около 2 м при конкурентном давлении ближайших «соседей» - 4,5.

Критериями устойчивости деревьев пихты могут являться только приростные параметры особей по диаметру и по высоте.

Библиографический список

1. Концепция устойчивого управления лесами Российской Федерации: Постановление коллегии от 31.07.98 №6.

- М.: Федеральная служба лесного хозяйства России, 1998. - 15 с.

2. Усольцев, В.В. Формирование банков данных о фитомассе лесов / В.В. Усольцев. - Екатеринбург.: УРОРА, 1998. - 540 с.

3. Козловский, В.Б. Ход роста основных лесообразующих пород СССР (справочник) / В.Б. Козловский, В.М. Павлов. - М.: Лесная промышленность, 1967. - 327 с.

4. Протопопов, В.В. Средообразующая роль темнохвойного леса / В.В. Протопопов. - Новосибирск.: Наука, 1975.

- 327 с.

5. Лесные экосистемы Енисейского меридиана. - Новосибирск.: Изд-во СО РАН, 2002. - 326 с.

6. Кузьмичев, В.В. Темнохвойные леса подзоны южной тайги Западной Сибири / В.В. Кузьмичев и др. // Структурно-функциональная организация и динамика лесов: мат. Всеросс. конф. - Красноярск, 2004. - с. 49-51.

7. Фалалеев, Э.Н. Пихтовые леса Сибири и их комплексное использование / Э.Н. Фалалеев. - М.: Лесн. пром-сть, 1964. - 179 с.

8. Анучин, Н.П. Таксация и устройство разновозрастных лесов / Н.П. Анучин. - М.: Лесн. пром-сть, 1969. - 63 с.

9. Разработка методов прогноза динамики пространственной структуры смешанных древостоев с использованием аэрокосмической информации : отчет о НИР / В.В. Кузьмичев. - Красноярск: СибГТУ; 1991. - 36 с.

- № гр 05700022. - Инв. №2570089233.

10. ОСТ 56-69-83. Площади пробные лесоустроительные. Метод закладки. - Введен впервые; введ. 23.05.83. - М.: ЦБНТИлесхоз, 1984. - 16с.

11. Вайс, А.А. Горизонтальная структура пихтовых насаждений / А.А. Вайс // Вестник СибГТУ - 2005. - №1. -С. 24-27.

12. Антанайтис, В.В. Прирост леса / В.В. Антанайтис, В.В. Загреев. - М.: Лесн. пром-сть, 1969. -240 с.

13. Вайс, А.А. Объемные таблицы для Среднеобских боров, созданные на основе конкурентных взаимоотношений деревьев / А.А. Вайс // Вестник СибГТУ. - 2002. - №1.

- С. 35-38.

14. Лесотаксационный справочник для южнотаежных лесов Средней Сибири / С.Л. Шевелев и др. - М.: ВНИИЛМ, 2002. - 166 с.

15. Вайс, А.А. Динамика отпада в Среднеобских борах / А.А. Вайс, С.Г. Подвербных // Лесная таксация и лесоустройство: межвуз. сб. науч. тр. - Красноярск, 1992.

- С. 60-67.

16. Вайс, А.А. Динамика характеристики «лучших» деревьев с учетом их горизонтальной структуры / А.А. Вайс // Актуальные проблемы лесного комплекса: сб. науч. тр. Вып. 9. - Брянск: БГИТА, 2004. - С. 6-9.

К ВОПРОСУ О ДЕГРАДАЦИИ ПОРОСЛЕВЫХ ДУБРАВ ЦЕНТРАЛЬНОГО ЧЕРНОЗЕМЬЯ

Н.А. ХАРЧЕНКО, проф. каф. экологии, защиты леса и лесного охотоведения ВГЛТА, д-р биол. наук, Н.Н. ХАРЧЕНКО, проф., начальник Учебно-методического управления ВГЛТА, д-р биол. наук

Царством дуба называют лесоводы Центральное Черноземье. Здесь и в современный период дубравы занимают около 47 % лесопокрытой площади, тогда как по Российской Федерации их доля составляет всего 0,9 % [2]. Дубравы региона являются источником исключительно ценной крупномерной древесины; выполняют важные водоохранные и водорегулирующие функции; приостанавливают водную и ветровую эрозии; сохраняют ценные черноземы, способствуя получению высоких и устойчивых урожаев сельскохозяйственных культур.

В то же время состояние дубрав неуклонно ухудшается. Фиксируется постоянное, практически по всему ареалу дуба, снижение доли высокоствольных насаждений [3]. Низкоствольные

(порослевые) дубравы имеют явно выраженные признаки деградации, что, в свою очередь, вызывает к жизни сукцессионные процессы, ведет к хозяйственному обесцениванию древостоев. Причинно-следственные связи процесса деградации порослевых дубрав, как показывает знакомство с литературой по данной проблеме, остаются все еще не раскрытыми.

Обобщая опубликованные материалы, а также опираясь на результаты собственных исследований, мы приходим к следующим выводам о природе процесса деградации порослевых дубрав.

1. На протяжении тысячелетий в дубравах целенаправленно вырубались лучшие по росту и развитию деревья [5-10, 12]. Это не могло не иметь

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 4/2007

29

ЛЕСНОЕ ХОЗЯЙСТВО

селективных последствий для дуба. Для любого биологического вида целенаправленный отбор по определенному признаку на протяжении многих поколений если не приводит к закреплению этого признака, то, как минимум, существенно увеличивает частоту его встречаемости. Применительно к дубравам региона - это трехтысячелетний эксперимент по отбору деревьев с наиболее слабыми ростовыми, защитными и репродуктивными способностями. Все результаты такого «опыта» еще предстоит детально оценить, но уже сейчас можно констатировать, что это привело к снижению конкурентоспособности дуба, к стагнации и даже регрессу его гомеостатических и толерантных свойств. В то же время многие виды растений, грибов, беспозвоночных и позвоночных животных и других организмов дубравной экосистемы, наоборот, ускоренно прогрессируют. Ярким примером может служить энтомокомплекс дубрав. Ни одна древесная порода не имеет такого обширного и в совершенстве структурированного сообщества дендрофагов, как дуб. По данным А.А. Молчанова [4], на дубе зарегистрировано порядка 1400 паразитирующих насекомых, в то время как на его ближайшем родственнике буке всего 298 видов. В современных дубравах региона заметно сокращается видовое разнообразие орнитофауны, земноводных, пресмыкающихся, многих видов млекопитающих. Численность семеноядных грызунов (лесная и желтогорлая мыши, лесная мышовка и др.) сокращается на фоне роста численности зеле-ноядных видов (рыжая, обыкновенная, водяная полевки и др.). Грибные заболевания, вызывающие некрозы крон, стволовые (ложный дубовый трутовик) и корневые (опенок осенний) гнили образуют очаги массового поражения дуба на значительных площадях. Массовое поражение опенком корневых систем, приводящее к сплошному отмиранию насаждений, стало обычным явлением даже для молодых и средневозрастных культур дуба, созданных посадкой саженцами. Таким образом, санитарное состояние дубрав региона ухудшается, провоцируя периодические волны массового отмирания дуба.

2. Мощным катализатором потери биологической устойчивости дуба стало его многократное порослевое возобновление. В природном механизме сукцессионных преобразований дубравных биогеоценозов «не предусмотрено» их порослевое возобновление. У семенного дуба уже в приспевающем возрасте ослабевает способность

к порослевому возобновлению. Способность давать поросль выработана природой, скорее всего, с целью увеличить выживаемость и конкурентоспособность молодняков, которые сильнее, чем спелый древостой, страдают от снеголома, потрав грызунами и дикими копытными животными. Экологически массовое порослевое возобновление такой долгоживущей породы, как дуб, не оправдано. Исключение половой репродукции ведет к тому, что всю набираемую в процессе оплодотворения и естественного отбора наследственную информацию «съедают» вместе с желудями мыши, сойки и другие животные, а сама древесная порода продолжает тиражировать через порослевое возобновление генетическую информацию многовековой давности. Таким образом расстраивается экосистемная сопряженная эволюция (коэволюция) и создается ситуация, при которой конкурирующие с дубом древесные породы и его паразитические организмы обгоняют, опережают в своем прогрессивном развитии «законсервированный» уровень защитных механизмов хозяина. Естественно, что уделом таких экосистем может быть только их деградация, удержать которую существующими лесохозяйственными мероприятиями, как показывает современная практика, пока не удается.

3. Давно замечено, что дуб практически не восстанавливается семенным путем под пологом материнского древостоя. Появляющийся периодически (после урожайных лет) обильный самосев недолговечен (3-6 лет) и после серии перевершинивания превращается в «торчки» и отмирает. Причиной гибели является затенение и поражение мучнистой росой, препятствующие своевременному одревеснению стволика с последующим его зимним подмерзанием. На образующихся прогалинах и лесных рединах неблагоприятные условия для подроста дуба формируются при раннем и быстром их зарастании густым напочвенным покровом, подлесочными породами, подростом корнеотпрысковой липы и кленового самосева. Сукцессионные процессы в порослевых дубравах, достигших спелого и перестойного возраста, завершаются на настоящем этапе возникновением липово-кленовых древостоев с одиночными деревьями высокоствольного дуба.

4. Лесостепной ландшафт отличается высокой динамичностью, и это его естественное состояние. Обнаружение в почвенных разрезах под лесом «сурчин» (ходы нор крупных степных грызунов - сурков), а в степных поч-

30

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 4/2007

ЛЕСНОЕ ХОЗЯЙСТВО

вах «корневин»(следы давно минерализованных крупных стержневых корней) породило дискуссию о том: «лес ли наступает на степь или наоборот?». Остепнение лесных массивов и возникновение новых лесов в степи, с нашей точки зрения, следует рассматривать как единый процесс вековой динамики лесостепного ландшафта. Деградация дубравных массивов может привести через серию сукцессий к остепнению этих участков. Обладая большим репродуктивным потенциалом по опушкам леса, дуб способен заселять новые «открытые» участки степных пространств. Байрачные дубравы, возникая в наиболее благоприятных для них условиях оврагов и балок, являются начальным этапом процесса образования новых дубравных массивов лесостепи. Неслучайно наиболее крупные дубравы региона сформировались в пределах густой овражно-балочной сети (Шипов лес в Воронежской области, Шебе-кинская дубрава в Белгородской области и др.). Распашка открытых пространств с последующим постоянным сельскохозяйственным пользованием препятствует вековым процессам динамики лесостепного ландшафта. «Лесополье» как культурная модель лесостепи ведет к длительной локализации дубравных массивов, что также провоцирует деградационные процессы в них.

5. Ряд дереворазрушающих грибов, накопив в ходе сапротрофного образа жизни запас инфекции, усилили в дубравах региона паразитическую функцию и перешли в группу организмов, активно влияющих на деградационные процессы. Процесс деградации порослевых дубрав региона представляется в виде последовательных трех этапов (начальный, активный, завершающий), характеризующихся определенным сочетанием отдельных биологических групп грибов в соответствии с их функциональной ролью в дубравных экосистемах. На начальном этапе облигатные паразиты массово представлены мучнистой росой и поперечным надломовидным раком дуба, а факультативные паразиты - группой болезней, вызывающих некроз кроны. На активном этапе деградации среди облигатных паразитов выделяются своей массовостью ложный дубовый трутовик, среди факультативных паразитов - опенок осенний, а факультативных сапрофитов - трутовик серно-желтый и печеночница. Завершающий этап деградации характеризуется обилием сапротрофных грибов. В соответствии с классификацией А.Т. Ва-кина (1954) они распределяются следующим обра-

зом: сапротрофы-пионеры - стереум пурпурный, щелевой гриб; сапротрофы-разрушители - разноцветный трутовик, зональный трутовичок, ирпекс молочно-белый и др.; сапротрофы-сильные разрушители - плоский трутовик.

Таким образом, деградация порослевых дубрав является следствием целенаправленного изъятия из древостоев на протяжении многих веков лучших по росту и развитию деревьев: нарушением коэволюции в дубравных экосистемах, спровоцированным порослевым возобновлением, длительной локализацией распашкой дубравных массивов, нарушающей вековые процессы динамики лесостепного ландшафта. Степень деградации порослевых дубрав наглядно характеризуется комплексами грибов-дереворазрушителей из различных биологических групп.

С учетом изложенного повышение долговечности и биологической устойчивости дуба требует разработки принципиально новой специальной научно аргументированной системы ведения хозяйства в дубравах лесостепи.

Библиографический список

1. Воронцов, А.И. Патология леса / А.И. Воронцов. - М.: Лесная пром-сть, 1978. - 270 с.

2. Лесной фонд России: справочник. - М., 1999. - 649 с.

3. Калиниченко, Н.П. Дубравы России / Н.П. Калиниченко. - М.: ВНИИЦлесресурс, 2000. - 536 с.

4. Молчанов, А.А. Воздействие антропогенных факторов на лес / А.А. Молчанов // Состояние и перспективы дальнейшего улучшения воспроизводства и повышения продуктивности дубрав европейской части СССР - М.: ВНИИЛМ, 1978. - С. 23-27.

5. Новосельцев, В.Д. Дубравы / В.Д. Новосельцев, В.А. Бугаев. - М.: Агропромиздат, 1985. - 214 с.

6. Рожков, А.А. Устойчивость лесов / А.А. Рожков, В.Т. Козак. - М.: Агропромиздат, 1989. - 239 с.

7. Тепляков, В.К. Лес в истории допетровской Руси / В.К. Тепляков. - М.: МЛТИ, 1992 - 79 с.

8. Успенский, В.В. Корабельные леса Черноземья / В.В. Успенский. - Воронеж: ВГЛТА, 1996. - 39 с.

9. Царалунга, В.В. Начало истребления воронежских дубрав / В.В. Царалунга // Интеграция науки и высшего лесотехнического обюразования по управлению качеством леса и лесной продукции. - Воронеж, 2001. - С. 370-374.

10. Цветков, М.А. Изменение лесистости европейской России с конца 17 столетия до 1914 года / М.А. Цветков. - М.: АН СССР, 1957. - 213 с.

11. Цыганов, М.С. Корневины - свидетели бывшей обле-сенности края / М.С. Цыганов // Охрана природы Ц-Ч полосы. - Воронеж: ВГУ, - 1962. - Вып. 4. - С. 37-45.

12. Харченко, Н.А. Антропогенное изменение коэволюци-онных процессов в дубравах - основная причина их ускоренного отмирания / Н.А. Харченко, В.В. Царалунга // Вестник Центрально-Черноземного регионального отделения наук о лесе Российской Академии естественных наук, Воронежской государственной лесотехнической академии. - Вып. 4. - Ч. 2. - Воронеж, 2002. - С. 84-88.

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 4/2007

31