У монополий вырабатывается иммунитет

После смены руководства Федеральная антимонопольная служба (ФАС) начала переосмысливать ряд своих прежних идей в области регулирования. В частности, сейчас речь идет об ограничении сферы применения и смягчении поправок к закону о конкуренции, регулирующих результаты интеллектуальной деятельности. Исходно они вызвали резкое неприятие со стороны IT-компаний и ряда министерств. Эксперты полагают, что ФАС решила пойти на компромисс с другими регуляторами и крупным бизнесом, а в перспективе тенденция может затронуть и другие сферы, где служба прежде выступала с жесткими инициативами.

Новый глава ФАС Максим Шаскольский задумался о коррекции жесткой позиции своего предшественника по регулированию ряда вопросов

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ / купить фото

ФАС направила на согласование в АНО «Цифровая экономика» новую редакцию поправок к закону «О защите конкуренции» в части регулирования результатов интеллектуальной деятельности, “Ъ” ознакомился с доработанной версией проекта. Документ выступает частью пятого антимонопольного пакета ФАС и посвящен отмене «антимонопольных иммунитетов», которые распространяются на интеллектуальную собственность, что мешает службе регулировать связанные с ней рынки.

В первую очередь речь идет о цифровой среде и IT-компаниях, договоры и ценообразование которых сейчас фактически не подпадают под общее конкурентное регулирование.

Проект исходно столкнулся с резким сопротивлением. С его критикой выступали участники IT-рынка (см. “Ъ” от 2 апреля), Минцифры (см. “Ъ” от 27 марта) и Минэкономики (см. “Ъ” от 22 июля). Бизнес опасался, что ФАС получит слишком широкие полномочия в цифровой среде.

В новой редакции документа «видна капитуляция ФАС»: если раньше иммунитеты хотели отменить для всех участников цифрового рынка, то теперь сферу применения ограничили до лекарственных средств и интернет-платформ, отмечает заместитель председателя комитета Российского союза промышленников и предпринимателей по интеллектуальной собственности Анатолий Семенов. Смягчение позиции может быть связано со сменой главы ФАС, полагает он.

В ноябре «тяжеловес» Игорь Артемьев ушел в отставку, новый же глава службы Максим Шаскольский, очевидно, решил ускорить завершение крупных проектов предшественника и «пошел на поводу у монополистов», считает господин Семенов.

Он допускает смягчение позиций службы и по другим направлениям, отмечая, что «вполне логично ожидать, что ФАС превратится из хищника в травоядное ведомство, которое будет больше заниматься воспитанием, чем привлечением к ответственности». При Игоре Артемьеве ФАС тоже действовала избирательно, но, вероятно, это из соображений сбережения инвестиционного климата для иностранных инвесторов, добавляет господин Семенов.

От предшественника новому главе ФАС достался в наследство целый ряд жестких инициатив — в основном в отношении крупного бизнеса. Например, в естественных монополиях — нефтетранспорте, электросетях, железных дорогах — служба хотела внедрить инвестиционный тариф (пока безуспешно). Не выделена и транспортная составляющая в тарифе «Газпрома», на чем настаивали в ФАС.

С 2015 года ФАС активно предпринимала попытки взять под контроль ставку перевалки в портах, считая ее завышенной во многих случаях, но проиграла в Верховном суде прецедентное дело о штрафе в 9,7 млрд руб. против НМТП (см. “Ъ” от 26 декабря 2018 года). В последнее время позиция ФАС обрела экологический уклон, и служба начала настаивать на различных санкциях для угольных портов, которые ведут неэкологичную перевалку.

ФАС также предлагала ОАО РЖД полностью выйти из оперирования, продав Федеральную грузовую компанию. К обсуждению этой идеи сейчас вернулись — но не в контексте снижения транспортных издержек грузоотправителей, а в поисках средств для финансирования инвестпрограммы ОАО РЖД, и, по информации “Ъ”, инициатива исходила не от ФАС.

Что же касается цифровых рынков, то в новом виде закон вряд ли будет решать их актуальные проблемы: сфера действия проекта настолько сужена, что сложно даже придумать кейс, который бы подпадал под эти правила, отмечает управляющий партнер юридической фирмы «Юста Аура» Евгений Дедков.

В новой версии проекта из-под регулирования вышли сделки по договорам франчайзинга и часть, касающаяся авторских прав, остались только патенты и ноу-хау, поясняет господин Дедков. Кроме того, в проекте не рассматриваются отношения бизнеса с потребителями, тогда как большинство претензий к гигантам рынка связаны именно с этим: например, когда при подключении к каким-то сетям нет вариантов выбора и приходится покупать навязываемые дополнительные услуги или следовать несправедливо высоким штрафным санкциям монополиста.

Впрочем, некоторые нормы все еще способны вызвать беспокойство у бизнеса, например, пункт об «установлении необоснованно высокой цены за право использования объекта интеллектуальной деятельности», добавляет руководитель юридической фирмы «Интернет и право» Антон Серго. Он поясняет, что сложно определить «необоснованно высокую цену» на уникальный программный продукт или базу данных, не имеющие аналогов. По его мнению, новый проект мог стать результатом некоего «политического компромисса» с другими регуляторами, но бизнес в лице владельцев популярных сайтов и производителей софта все равно выступит против него.

В сегменте программного обеспечения российских правообладателей-монополистов почти нет, уточняет заместитель гендиректора Softline по реализации национальных проектов Андрей Шолохов. Поэтому данная антимонопольная практика будет использоваться по отношению к западным вендорам, что фактически усиливает курс на импортозамещение.