Три методических приема изучения этнической культуры

Не стали решающими в улучшении качественного состава кадров культпросвету чреждений и 80-е годы, несмотря на многочисленные постановления, принимавшиеся партийными и советскими органами. Так, среди клубных работников в .1985 г. специалиста составляли только 34,4 %, а среди библиотечных — 56 %. В отдельных районах эти показатели были еще ниже: в Ардатовском дипломированных клубных работников было всего 28 %, в Инсарском — 15, в Старошайгов-ском — 10, в Теньгушевском — 9 %. Не произошло позитивных сдвигов и в так называемые перестроечные годы.

Несмотря на то, что за последние два десятилетия число штатных работников культуры удвоилось, содержание их работы не улучшилось. Сегодня культурно-просветительные работники

по уровню образования, обшей культуры и специальной подготовки уступают другим отрядам сельской интеллигенции, тогда как именно они призваны удовлетворять культурные запросы всех слоев населения. Необходимо совершенствование системы культпросветоб-разования, в первую очередь профессиональный отбор с учетом потребностей того или иного региона, обеспечение республиканского училища культуры высококвалифицированными кадрами. Нужны конструктивные меры по закреплению кадров культпросветработников, связанные с улучшением организации их быта, повышением престижности специальности клубного и библиотечного работника. Дело подбора и воспитания кадров сельской интеллигенции должно быть поднято на общегосударственный уровень.

ффффффффффффффффффффффффффффффффффф

три методических приема изучения

этнической культуры

В. Ф. ВАВИЛИН, кандидат исторических наук

В современной этнологии особую значимость приобретают проблемы национального своеобразия в культуре народов различных регионов России, особенно в зодчестве и архитектуре.

Почему традиционные поселения и комплексы жилища привлекательнее и живописнее современных? Где истоки национального своеобразия, отличий и особенностей зодчества, архитектуры и других компонент культуры? Какие факторы влияют на их развитие? Какова значимость этих воздействий на те или иные компоненты этнической культуры?

Как получить ответы на поставленные вопросы и выбрать наиболее рациональные методы этнологического исследования? Арсенал их достаточно богат. Это и сравнительный типологический анализ летописных и архивных материалов, переписей населения, материалов этнографических и этносоци-ологических обследований населения с привлечением методов историко-этно-

графического картографирования, математической статистики, корреляционного и комбинаторного анализа, теории графов и каузального моделирования с обработкой статистико-этногра-фической информации на ЭВМ и многие другие методические приемы.

Попытаемся ответить на поставленные выше вопросы с привлечением различных методов исследования. Сделаем несколько частных замечаний. Культура каждого народа, на наш взгляд, одновременно национальна и интернациональна, так как в ней имеются черты, сближающие ее с культурой других народов и в то же время придающие ей определенное своеобразие и неповторимость. В этой связи существенное значение имеет уточнение вроде бы вполне устоявшихся понятийно-терминологических дефиниций таких категорий, как национальные особенности, национальные отличия, национальное своеобразие. Во все эти понятия нередко вкла-

43

дывается один и тот же смысл, хотя в большинстве случаев он далеко не одинаков.

Национальные, вернее, этнические (субэтнические), особенности, — это черты, присущие только компонентам культуры одного этноса, субэтноса или этнографической груши* конкретного региона. Они проявляются в сравнении с компонентами культуры других этносов, субэтносов, этнографических групп, проживающих в том же регионе.

Проанализируем этот тезис на конкретном примере. Зададимся вопросом, имели ли место в прошлом и есть ли в настоящее время этнические особенности в зодчестве мордвы-мокши и мор-двы-эрзи по сравнению с зодчеством русских и татар Мордовской ССР

Исйользуя методику сравнительного типологического анализа, основываясь на научных исследованиях В. Н. Бе-лицер [1], Н. П. Макушина [8], И. Н. Смирнова [91, Н. Н. Харузина [10], А. О. Хейкеля [11], а также материалах статистико-этногрзфических экспедиций [6, 7], охватывающих период с конца XVIII в. до наших дней, можно установить, что в XIX — начале XX в. комплексы жилища мордвы-мокши и мордвы-эрзи отличались от построек окрестного русского и татарского населения Мордовии. Некоторые их типологические признаки имели как этнические, так и субэтнические особенности, с течением времени постепенно сглаживавшиеся и к сегодняшнему дню или исчезнувшие совсем или полностью снивелировавшиеся.

Этнические (субэтнические) отличия выявляются при сравнений культуры этносов, субэтносов, этнических групп, проживающих в разных регионах. По сравнению с этническими (субэтническими) особенностями они проявляются более заметно и рельефно [5 ].

Этническое своеобразие отражает наличие специфических черт в культуре локальных групп этносов, субэтносов, этнографических групп, проживающих в одном регионе, складывающихся под воздействием всей совокупности местных физико-географических условий, климата, природного окружения, профиля хозяйства и т. п.

Для выявления своеобразия в этнической культуре, установления границ географической распространенности тех или иных компонент культуры наиболее приемлемым представляется использование методов историко-этногра-фического картографирования. Фиксируя на картах распространенность тех или иных этнографических явлений с установленными градациями по степени бытования (преобладающие, бытующие, единичные явления), можно выявить своеобразие в компонентах этнической культуры, произвести районирование региона, выделить этногеогра-фические зоны и установить закономерности в функционировании этнических культур [2].

Основываясь на методах историко-этнографического картографирования различных компонент культуры на территории Мордовии, удалось выделить шесть этногеографических зон: северозападную, юго-западную, южную, серединную, северо-восточную и юго-восточную [3 ]. Данное обстоятельство имеет большое практическое значение для внесения местного регионального колорита и своеобразия в массовую сельскую жилую застройку республикц.

Для получения ответа на вопрос о факторах, влияющих на функционирование этнической культуры, можно также воспользоваться приемами истори-

ко-этнографического картографирования по методике структурного анализа и моделирования этнокультурных комг плексов, хорошо зарекомендовавшей себя в практике этнографических исследований [12].

Однако при привлечении к анализу большого количества данных отчетливо проявляется ограниченность данного метода при изучении содержательных сторон функционирования этнической культуры.

Так, например, для достаточно обстоятельного анализа факторов, влияющих на современное функционирование компонент культуры этнических групп сельского населения Мордовской ССР, пришлось бы выполнить более 300 этнографических карт: .36 карт с параметрами социально-поселенческой среды межнациональных взаимодействий

мокшанского, эрзянского, русского и татарского населения 28 карт, раскрывающих социальную микросреду межэтнических контактов; 48 карт, фиксирующих демосоциальные характеристики этнических групп, а также более 200 карт, показывающих бытование компонент этнических культур: 48 — по языку, 20 — по профессиональной культуре, 12 — по фольклору, 16 — по одежде, 20 — по семейным обрядам, 8 — по национальной кухне, 48 — по комплексам жилища, 8 — по утвари, 24 — по этнической психологии и другим этнокультурным переменным.

Ясно, что комплексно охватить, сопоставить и выявить закономерности в столь широком круге реалий при помощи методов этнографического картографирования можно, но это сопряжено со значительными трудностями.

Для изучения причинно-следственного механизма функционирования той или иной этнической культуры, исследования внутреннего строения ее основных компонент, раскрытия степени устойчивости этнокультурных компонент к внешним воздействиям, определения их мбста в общей системе культуры и других вопросов подобного рода более подходящими представляются количественные методы исследования на основе корреляционного и комбинаторного анализа, теории Графов и причинно-следственного моделирования с обработкой статистико-этнографической

информации на ЭВМ [4 ].

Проиллюстрируем это на конкретном примере. Зададимся вопросом, влияют ли на современное функционирование компонент этнической культуры сельского населения Мордовской ССР параметры социально-поселенческой среды межэтнических взаимодействий, условно называемых нами БУ-фактора-ми. Если да, то как ранжируются по значимости эти факторы.

Допустим, что БУ-факторы этнических групп включают в свой состав 11 параметров: количество поселений, их людность, густота и функциональные типы, удаленность от районных центров, статус райцентров, типы, формы и этногеографические структуры внутрихозяйственного расселения, формы и

этногеографические структуры ареалов расселения.

Предположим, что этническая культура рассматриваемых групп населения характеризуется шестью компонентами: языковой (Ь>, профессиональной культуры (Рс), этнопсихологической (ЕР), материальной культуры (Мс), обрядовой (с) и фольклорной (Р).

Методика количественной оценки влияния БУ-факторов на функционирование компонент этнической культуры достаточно проста. Общая формула определения ранга значимости факторов имеет вид

,

ё

где Rng — ранг значимости п-го фактора для функционирования компонен-

ты культуры §-и этнической группы;

Kпg — коэффициент множественной корреляции п-го фактора с компонентой культуры g-й этНическбй группы; ^^ — коэффициент, учитывающий особенности количественных распределений п-го фактора у g-й этнической группы; п — номер фактора; g — номер этнической группы.

Коэффициенты К^ рассчитываются по формуле

Кпё

100

/

1

I

\

Ю

V

1

/

ё

где К^ — коэффициент множественной корреляции п-го фактора с переменными компоненты культуры g-й этнической группы; [ — номер переменной.

Коэффициенты \Vttg вычисляются по формуле

Wng 1

иди

1001

V

\

/

}

где Ggj — количественное распределение подразделений п-го фактора у g-й этнической группы, %; У) — коэффициент, учитывающий влияние подразделений п-го фактора на функциони-

V

рование компоненты этнической культуры; 1 — номер подразделения в п-м

факторе.

Обработка статистико-этнографической информации по приведенным формулам на ЭВМ не составляет большого

труда, а результаты расчетов дают бо-гатуд) нищу для размышлений.

Оказывается, что йарамегры "Ьоци-ально-поселенческой среды межнациональных взаимодействий имеют неодинаковую значимость для этнокультурных процессов и ранжируются в баллах следующим образом: этногеографиче-скай структура внутрихозяйственного расселения (5,0), количество поселений этнических групп (4,9), густота поселений (4,5), этногеографическая структура ареалов расселения (4,4), людность поселений (4,3), фсфмы ареалов расселения (4,2), функциональные типы поселений (3,6), удаленность поселений от районных центров (3,5), формы ареалов расселения этнических групп (3,3), типы внутрихозяйственного расселения (3,0), статус райцентров (2,0).

Влияние БУ-факторов на функционирование культуры этнических групп также различно: языковая компетентность, речевое поведение, языковые ориентации — 3,3, внутриэтнические связи и межнациональные отношения — 2,6, художественная литература, пресса, профессиональная музыка — 2,5, жилище, одежда, пища, утварь, материально-вещ-ная среда — 2,0, семейная обрядность

— 1,9, фольклор — 1,4.

Полученные количественные показатели свидетельствуют о том, что степень языковой компетентности населе-

ния республики в области языков этнических партнеров определяется их количественным соотношением в регионе: языковая компетентность этнических групп выше в области языка той части населения, которая в регионе численно преобладает. При этом тип социально-поселенческой среды на языковую компетентность численно преобладающей группы населения существенно не влияет.

Параметры социально-поселенческой среды межэтнических взаимодействий не создают относительно благоприятных условий для межэтнических контактов мокшанского и эрзянского населения Мордовии. Данное обстоятельство, естественно, существенно препятствует внутриэтнической консолидации и способствует межэтнической интеграции субэтнических групп мордвы с окружающим русским населением. На этом основании можно сделать вывод о том, что их консолидация в одну этническую общность в обозримом будущем вряд ли возможна. Сближение будет происходить не на общемордовской, а на полиэтничной основе.

Сказанное, думается, достаточно убедительно свидетельствует о том, что выбор того или иного метода изучения этнической культуры определяется целями и задачами исследования.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Белицер В. Н. Жилые и хозяйственные постройки мордвы-мокши на территории Мордовской АССР в конце XIX—первой половине XX в. // Исследования по материальной культуре мордовского народа. М., 1963. С. 161 — 191.

2. Вавилин В. Ф. Использование историко-этнографического атласа для структурного анализа и моделирования этнокультурных комплексов // Историко-этнографический атлас Урала и Поволжья: Препринты докладов и сообщек;-.."

Уфа, 1976. С. 9 — 11.

3. Вавилин В, Ф. Мордовское народное зодчество: Учеб. пособие / Мордов. ун-т. Саранск, 1980. 98 с.

4. Вавилин В. Ф. Количественная оценка современных этнокультурных процессов в Мордовской АССР (сельское население). Саранск: Изд-во Сарат. ун-та. Саран, фил., 1989. 168 с.

5. Вавилин В. Ф. О национальном своеобразии мордовского народного зодчества // Вести. Мордов, ун-та. 1991. № 2. С. 29 — 33.

6. Вавилин В. Ф. Материалы статистико-эт-нографической экспедиции МНИИЯЛИЭ по исследованию сельских поселений и комплексов жи-

лища Мордовской АССР 1974 г. // Рукоп. фонд МНИИЯЛИЭ. И. 857 — И. 869.

7. Вавилин В. Ф. Материалы статистико-эт-нографического исследования сельского населения Мордовской АССР 1985 — 1986 гг. // Там

же. И. 1141 — И. 1142, И. 1147, И. 1149 — И. 1160.

8. Макушин Н. П. Современное эрзянское жилище на территории Мордовской АССР // Исследования по материальной культуре мордовского народа. М., 1963. С. 192 — 209.

9. Смирнов И. Н. Мордва: Историко-этнографический очерк. Казань: Типография Императорского ун-та, 1895. 304 с.

10. Харузин Н. Н. Очерк истории развития жилища у финнов. М., 1895. 284 с.

11. Heikel А. О. Die Gebäude der Ceremissen,Mordwinen, Esten und Finnen. Helsingfors, 1888. 351 S.

12. Vavilin V. F., Kondratyev V. S. An analusis of the Structure of Ethno-Cultural Complexes // Problems of the European Ethnoqraphy and Folklore. Moscow, 1982. P. 33 — 38.