Структурные особенности антропонимов в романах Людмилы Улицкой «Даниэль Штайн, переводчик» и «Искренне Ваш Шурик»

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 25 (240). Филология. Искусствоведение. Вып. 58 . С. 95-99.

Э. Ф. Маслова

СТРУКТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ АНТРОПОНИМОВ В РОМАНАХ ЛЮДМИЛЫ УЛИЦКОЙ «ДАНИЭЛЬ ШТАЙН, ПЕРЕВОДЧИК»

И «ИСКРЕННЕ ВАШ ШУРИК»

Статья посвящена анализу структурных особенностей антропонимической лексики в художественных текстах Людмилы Улицкой. Материалом исследования послужили роман «Искренне Ваш Шурик», который стал одной из самых читаемых книг 2004 года, и роман «Даниэль Штайн, переводчик», вышедший в 2006 году и написанный на документальной основе. Выбор именно этих произведений обусловлен их тематической противоположностью, что, безусловно, будет способствовать многогранности и объективности результатов исследования.

Ключевые слова: антропонимы, структурные особенности, Людмила Улицкая, роман «Даниэль Штайн, переводчик», роман «Искренне Ваш Шурик».

Проза Людмилы Улицкой привлекла внимание критиков в 90-х годах ХХ века. С этого времени и до наших дней ее творчество остается объектом активного обсуждения. Имя Л. Улицкой - по спросу, тиражам, количеству переводов на иностранные языки и пр. - занимает в современном литературном процессе одно из главенствующих мест.

Малоисследованность прозы Л. Улицкой в языковом аспекте (в особенности антропони-мическом) определяет актуальность настоящей работы.

В человеческом мире все имеет свое обозначение или имя. Диапазон обозначений предельно широк, включая конкретные имена, закрепленные за единичным носителем, и заканчивая сложными абстрактными понятиями. По мнению выдающегося русского философа А. Ф. Лосева, внесшего существенный вклад в развитие ономастики, назвать вещь, дать ей имя, выделить ее из потока смутных явлений, преодолеть хаотическую текучесть жизни - значит сделать мир осмысленным. В имени обосновывается глубочайшая природа социальности и проявлена сама социальная действительность. Слово или имя - это орудие общения с предметами и арена сознательной встречи с их внутренней жизнью [5. С. 48].

По мнению А. Ф. Лосева, «в слове и, в особенности, в имени - все наше культурное богатство, накопленное в течение веков» [5. С. 28]. Исследования антропонимов в художественной литературе сформировались в отдельное направление. Именами собственными в русле литературной ономастики занимались такие ученые, как М. С. Альтман, А. Л. Бем, П. М. Бицилли, Л. П. Ваганова, И. Б. Вороно-

ва, Е. Б. Иванова, В. М. Калинкин, Ю. А. Карпенко, Г. Ф. Ковалев, М. В. Горбаневский,

В. И. Супрун и другие. В художественном произведении имена приобретают или усиливают черты образности, играют важную роль в социальной и национальной характеристике персонажа, в передаче исторического колорита произведения.

Антропонимическая формула - это определенный порядок следования различных видов антропонимов в именовании человека. Как отмечает Ю. Т. Листрова-Правда, «русские антропонимы, образующие формулы русского речевого этикета, применяемые к друзьям, знакомым, родственникам в определенных ситуациях общения, во многом отличаются в этом качестве от собственных личных имен любого иностранного языка» [4. С. 4].

Антропонимические модели связаны с особенностями конкретного языка, с национальными традициями именования людей, с принятыми национальными этикетными нормами. Они опираются на историческое и культурное развитие страны, отражая особенности национального мышления и духовной жизни народа. Процесс развития именований человека - это «непрерывный поиск наиболее удобной формы, в высокой степени отвечающей потребностям коллектива в четкой идентификации личности, юридически закрепленной и соответствующей традициям, обычаям, своеобразной моде и, естественно, времени» [3. С. 4].

Совокупность всех антропонимических единиц произведений Улицкой образует ан-тропонимическую систему, по многим параметрам отличающуюся от именных корпусов многих известных нам авторов.

В зависимости от количества компонентов в антропонимической формуле различаются однокомпонентные, двухкомпонентные и трехкомпонентные модели. Сгруппировав выделенные из романов «Даниэль Штайн, переводчик» и «Искренне Ваш Шурик» антропонимические формулы по количеству компонентов, мы получили своеобразную функциональную парадигму наименований, позволившую увидеть приоритет использования Людмилой Улицкой одних формул по сравнению с другими.

Как известно, развернутая антропонимиче-ская формула именования русского человека

- это полное трехкомпонентное описательное именование лица, реализующее максимальную его идентификацию с учетом официальной обстановки, социальной принадлежности именуемого в определенный исторический период. Зафиксированные в произведениях Людмилы Улицкой формулы именования показали, что сочетание «фамилия + имя + отчество» (в дальнейшем Ф+И+О) используется для официального именования лица, для полной его индивидуализации: «В ходе оперативной проверки установлено, что Бенда Тереза Кшиштофовна, тайная монахиня, в 1975 году приняла постриг» (Л. Улицкая «Даниэль Штайн, переводчик»).

Модель Ф+И+О используется писателями для знакомства читателя с персонажами своих произведений, для выделения их из числа других, т. е. в номинативной (назывной) и идентифицирующей функциях, например: «Третий адресат - Ионавичуте Анна Гедеминовна, заведующая отделом прозы литовского журнала «Молодёжь Литвы»»; «В трудах Маймонида, известного в еврейских источниках как Моше Бен Маймон или Рамбам, иудейского учителя и комментатора XII века, встречаются острые выпады против христиан, столь же мало обоснованные, как и антиеврейские высказывания некоторых из отцов Церкви» (Л. Улицкая «Даниэль Штайн, переводчик»).

Данная трехкомпонентная модель используется для составления списка людей. Этот прием довольно распространен в романе «Даниэль Штайн, переводчик», что, несомненно, обусловлено его жанровой принадлежностью к документальной хронике. Например: «В соответствии с договорённостью посылаю квартальный отчёт со списком граждан государства Израиль, принявших крещение за 1.01

- 25.03.1985 года в храмах РПЦ.

1. Анищенко Пётр Акимович, г. р. 1930, Троицкое Подворье, Иерусалим.

2. Львовская Наталья Аароновна, г. р. 1949

- Эйн Карем, Горенский монастырь.

3. Рухадзе Георгий Ноевич, г. р. 1958 - Монастырь Св. Креста в Иерусалиме.

5. Рапопорт Раиса Семёновна, г. р. 1938 -церковь Св. Иоанна Воина, Беэр Шева».

Модель Ф+И+О отмечается в официальных документах. Рассмотрим фрагмент одного из таких документов: «23-34-98/124510IYR и^-11 Ир. Ал. - Кадомцева Ирина Алексеевна, гражданка Франции, издательство «Путь» (Л. Улицкая «Даниэль Штайн, переводчик»).

Справедливо считается, что трехкомпонентная модель Ф+И+О характерна для делового, официального общения. Например: «Выявлен составитель заявления Брыкин Николай Васильевич, с которым была проведена соотв. работа» (Л. Улицкая «Даниэль Штайн, переводчик»).

В анализируемых произведениях Л. Улиц-кой модель Ф+И+О представлена 10 примерами: Анищенко Петр Акимович, Брыкин Николай Васильевич, Ионавичуте Анна Гедеминов-на, Кадомцева Ирина Алексеевна, Львовская Наталья Аароновна, Моше Бен Маймон, Рапопорт Раиса Семёновна, Рубин Андрей Иосифович, Рубина Елена Антоновна, Рухадзе Георгий Ноевич. Таким образом, включение в текст романа «Даниэль Штайн, переводчик» трехсловной конструкции Ф+И+О способствует усилению тематико-жанровых свойств композиции.

Трехкомпонентная формула И+О+Ф менее официальна, содержит коннотации вежливости, серьезности, почтительности, сдержанности, более свойственна для текстов разговорного стиля. Так, в одной из самых читаемых книг 2004 года, романе «Искренне Ваш Шурик», модель И+Ф+О представлена 9 примерами: Александр Андреевич Корн, Елизавета Ивановна Корн, Вера Александровна Корн, Александр Сигизмундович Левандовский, Александр Николаевич Корн, Ирина Петровна Кругликова, Валерия Адамовна Конецкая, Галина Ивановна Лопатникова, Ирина Петровна Крутикова.

Данная трехкомпонентная модель употребляется прежде всего с целью индивидуализации человека, о котором идет речь. Так, в романе «Искренне Ваш Шурик» рассказывается о родственниках главного героя романа: «Отец ребенка, Александр Сигизмундович Левандов-ский, с демонической и несколько уцененной внешностью, с гнутым носом и крутыми кудрями, которые он, смирившись, после пятидесяти перестал красить, с раннего возраста

обещал стать музыкальным гением»; «...его дед, Александр Николаевич Корн, громоздкий, с большим твердым подбородком, упирающимся в высокий ворот парадной сорочки...» (Л. Улицкая «Искренне Ваш Шурик»).

«Это были годы, когда заканчивался перевод частных железных дорог в казенное ведомство, и Александр Николаевич Корн осуществлял этот многолетний проект государственной важности» (Л. Улицкая «Искренне Ваш Шурик»).

Во фрагменте романа «Искренне Ваш Шурик», когда главный герой пытается устроиться на вечернее отделение института, одна из дам уточняет:

- Кем вам приходится Елизавета Ивановна Корн?

- Бабушка. Она в прошлом году умерла.

«Шурик понятия не имел, что дама эта

была той самой Ириной Петровной Кругликовой, которая лет десять домогалась профессорского места, занимаемого Елизаветой Ивановной».

Примеры использования антропонимичес-ких моделей для именования 3-го лица и повествования о нем показали, что каждая из них имеет свою сферу употребления, специфику функционирования, частотность и определяется степенью официальности / неофициаль-ности.

Изучение коннотаций антропонимов в рассмотренном языковом материале показало: трехкомпонентная модель не имеет широкого использования в анализируемых произведениях Людмилы Улицкой. Согласно проведенному исследованию, превалирует двухкомпонентная модель именования И+Ф и Ф+И. Соотношение трехкомпонентной модели к двухкомпонентной, таким образом, равно 1:22.

Двухкомпонентная модель И+Ф имеет большую частотность использования по сравнению с моделью Ф+И. Например: «Справа от Шурика сидел Вадим Полинковский, слева

- Лиля Ласкина»; «Лучшим химиком в их подгруппе была Аля Тогусова, казашка на тонких недоразвитых ножках, сходившихся в единственной точке, в лодыжках» (Л. Улицкая «Искренне Ваш Шурик»).

Личное имя собственное в двухкомпонентной модели именования 3-го лица может использоваться не только в паспортной форме, но и в производных, например: «Вторая девица называлась Лена Стовба» (вместо паспортного - Елена); «Ну, а Наташа, Наташа

Островская чем тебе не хороша?» (Л. Улиц-кая «Искренне Ваш Шурик»).

Многочисленными являются двусловные формулы, среди которых преобладают конструкции типа «имя + отчество» (Елизавета Ивановна, Матильда Павловна, Фаина Ивановна). Отчество в произведениях Людмилы Улицкой практически всегда неотделимо от личного имени и употребляется в сочетании с ним.

Рассмотрим функции употребления отчеств в анализируемых произведениях Л. Улицкой. Оно употребляется, прежде всего, как «специализированный элемент уважительности» [7.

С. 75] по отношению к тому, о ком идет речь: «Александр Николаевич, технический директор железнодорожного ведомства, человек европейского образования и безукоризненного воспитания, был начальником этого специального поезда»; «Фаина Ивановна была умна, по-своему даже талантлива» (Л. Улицкая «Искренне Ваш Шурик»).

В сфере же семейных отношений именование по имени-отчеству указывает на подчеркнутое уважение: «С первого же дня обязанности поделили таким образом, что на долю Верочки приходилось кормление грудью, а все остальное взяла на себя Елизавета Ивановна»; «Сидела теперь на этом стуле Ирина Владимировна, давняя подруга Веры, состоявшая с ней в отдаленном родстве» (Л. Улицкая «Искренне Ваш Шурик»).

Личное имя в сочетании с отчеством употребляется и для именования человека, имеющего более высокий социальный статус, занимающего руководящую должность: «Маму спрашивала ее начальница, Фаина Ивановна» (Л. Улицкая «Искренне Ваш Шурик»).

Материальное положение персонажа также может влиять на использование именования по имени-отчеству: «Геннадий Николаевич тоже три недели в том году отлежал у вас там, в Кремлевке... Геннадий Николаевич устроит -как членов семьи...» (Л. Улицкая «Искренне Ваш Шурик»).

Разговорная форма мужских отчеств, в которых суффиксы -ович, -евич заменяются суффиксами -ыч, -ич, также представлена в анализируемых произведениях. Разговорный стиль речи поддерживается сочетанием форм имени и отчества, образованных за счет фонетической компрессии. Например: «Добро пожаловать, Сан Саныч», - широко улыбнулся, сверкнув металлом (Л. Улицкая «Искренне Ваш Шурик»).

Необходимо подчеркнуть, что традиции русской литературы связаны с намеренностью подбора писателем социально значимых антропонимов, включая их структуру и модели именования. Наши наблюдения подтверждают мнение Ю. А. Карпенко о том, что «писатель может видоизменять ономастические модели, по-своему интерпретировать ономастические нормы, но обычно он не нарушает принципа узнаваемости. Ведь имена персонажей и названия географических объектов в художественном произведении соотносят его действие с определенным местом (страной, языком), временем, социальной средой. И писатель поэтому не может не считаться с определенными ономастическими нормами» [1. С. 35].

Проведенное исследование выявило, что наиболее многочисленной в анализируемых произведениях Людмилы Улицкой является односоставная модель именования персонажей, которая представлена моделями: личное имя и фамилия.

Однословная антропонимическая модель «личное имя» представлена:

1. Официальными формами личных имен (Александр, Даниэль, Елизавета, Ефим, Мария и др.). Эти антропонимы являются непроизводными, носят нейтральный характер. К данной группе относится большая часть зафиксированных в текстах Людмилы Улицкой имен собственных.

По нашим подсчетам, только в романе «Даниэль Штайн, переводчик» писательница использует 1982 личных имени. Наиболее активными в употреблении являются имена: Даниэль (351 раз), Ефим (109 раз), Хильда (103 раза), Эва (71 раз), Эстер (63 раза), Михаил (34 раза) и др.

Попутно заметим, что большая часть имен

- еврейского, немецкого и польского происхождения, что, безусловно, связано с идейнотематическим замыслом романа: в произведении говорится о польском еврее, прошедшем через годы нацистской оккупации, настигшей его в Белоруссии. Его принимают за нееврея и вынуждают служить официальным переводчиком с немецкого на польский и белорусский в гестапо.

Антропонимы Улицкой отличаются обилием эмоционально-стилистических вариантов, выражающих разнообразные коннота-тивные значения. Каждый из именных вариантов стилистически окрашен. Полные имена имеют оттенки официальности, гипокористи-

ки и квалитатива, в определенной степени фамильярны.

2. Личными квалитативными именами со значением субъективной оценки (Шурик, Верочка, Женька и др.). Имена данной группы различаются коннотативной характеристикой. Так, выделяются антропонимы с уменьшительно-пренебрежительным оттенком значения типа Лилька, Алька, Ленка, Сонька, Катька, Туська и др., а также онимы с уменьшительноласкательным значением: Аллочка, Лерочка, Катенька, Славочка и др.

Изучение словообразовательной структуры имен показало достаточно регулярное употребление формантов субъективной оценки с уменьшительным значением: -к, -ик, -ечк-/-очк-, -еньк- / -оньк- и др. Таковы, в частности, субъективно-оценочные образования типа Лилька, Толик, Вадик, Жанночка, Веруся, Над-юша, Филиппок.

Анализируя частотность употребления данной группы антропонимов в романе Л. Улиц-кой «Искренне Ваш Шурик», мы пришли к выводу, что наиболее активными в употреблении являются следующие квалитативные имена: Шурик (1266 раз), Лилька (81 раз), Верочка (38 раз), Аллочка (18 раз), Веруся (13 раз).

3. Личными гипокористическими именами, стилистически нейтральными. Данные антропонимы представлены сокращенными формами типа Соня (вместо Софья), Катя (вместо Екатерина), Женя (вместо Евгений) и т. д.

Ряд личных имен употребляется в просторечной огласовке: Мотя, Туся, Дуня, Тимоша, Матюша. Отмечены также устаревшие имена: Евдокия, Матрена, Поликарп, Тимофей. Существование этих онимов в речевой практике объективно приводит к включению их в художественные тексты.

Следует отметить, что Людмила Улицкая использует в своих текстах иностранные имена: Беата, Даниэль, Дитер, Жоэль, Матильда, Ганс, Энрике и др. Такие имена существенно доминируют в романе «Даниэль Штайн, переводчик», документальной исторической хронике, что способствует усилению художественной выразительности романа.

Рассмотрим употребление писателем однословной антропонимической модели «фамилия». В исследуемых нами произведениях Л. Улицкая использует простые фамилии (не зафиксировано ни одной составной фамилии). Производной базой фамилий выступают имена нарицательные (Ведерникова, Лопатникова,

Морозовы, Ласкина, Коробова, Столешников) и имена собственные (Филипповы, Григорян). К непроизводным фамилиям относятся заимствованные (Манн, Пелле, Шведт, Штамм) и исторические (Бах, Лермонтов, Мольер, Моцарт) антропонимы.

Таким образом, структурный анализ ан-тропонимического пространства романов Л. Улицкой позволяет сделать вывод о том, что использование конкретных моделей именования определено жанровыми особенностями произведений.

Наиболее многочисленной в проанализированных романах Людмилы Улицкой является односоставная модель именования персонажей, представленная личными именами и фамилиями, что свидетельствует о стремлении автора к максимальной близости к разговорному народному русскому языку, о так называемой «демократичности» языка произведений Улицкой.

Список литературы

1. Карпенко, Ю. А. Имя собственное в художественной литературе // Филол. науки. 1986. № 4. С. 34-40.

2. Ковалев, Г. Ф. Ономастические этюды : писатель и имя : монография. Воронеж : Изд-во гос. пед. ун-та, 2002. 275 с.

3. Королева, И. А. Становление русской ан-тропонимической системы : дис. ... д-ра филол. наук. М., 2000. 387 с.

4. Листрова-Правда, Ю. Т. Выявление национально-культурной семантики номинативных языковых единиц // Русское слово в лингвострановедческом аспекте. Воронеж : Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 1987. С. 4-12.

5. Лосев, А. Ф. Философия имени. М. : МГУ, 1990. 269 с.

6. Никонов, В. М. Коннотативная характеристика имен собственных (по данным лингвокультурологических исследований, словарей и текстов художественных произведений) // Материалы юбилейной конф., посвящ. 60-летию филологического факультета ВГУ : языкознание. Воронеж : Изд-во Воронеж. гос. ун-та. 2002. Вып. 1. С.137-148.

7. Формановская, Н. И. Имя-отчество как национальный обычай и современные СМИ // Рус. словесность. 2004. № 4. С. 71-77.