В. Г. Венжер о кооперации и справедливом обществе

Вестник Института экономики Российской академии наук

6/2014

НАСЛЕДИЕ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКИ

М.И. ВОЕЙКОВ доктор экономических наук, профессор Институт экономики РАН

В.Г. ВЕНЖЕР О КООПЕРАЦИИ И СПРАВЕДЛИВОМ ОБЩЕСТВЕ

В статье показан вклад В.Г. Венжера в развитии экономической науки советского периода. Особое внимание уделяется его исследованиям аграрных проблем как составной части политической экономии социализма. Анализируется его теория «кооперативного социализма» и методологические проблемы разработки проекта справедливого общества.

Ключевые слова: кооперация, колхозный строй, аграрные проблемы, позитивистский и нормативный подходы, справедливое общество.

Н110, К110, Р210.

Научные труды Владимира Григорьевича Венжера составляют заметную страницу в истории советской экономической мысли, точнее, политической экономии социализма, как тогда называли эту отрасль общественной науки в СССР. Он был, пожалуй, самым крупным представителем социалистической мысли в аграрной экономической науке советского периода. Разных и хороших ученых-аграриев было достаточно, но только В. Венжеру удалось наиболее глубоко и последовательно отразить кооперативные, а следовательно, социалистические, в его понимании, потребности крестьянства. Его можно считать последним представителем весьма популярной в России в конце Х1Х и в начале ХХ в. теории кооперативного социализма. И удивительно, как он смог выжить в те годы, разделяя близкую к лево-эсеровской концепцию социализма. Правда, на него всегда смотрели как на диссидента советской экономической науки, иногда жестко критиковали, иногда давали возможность говорить и печатать свои научные труды.

1

Как бы ни относиться к советскому периоду нашей истории, следует признать существование в России с 1917 по 1991 гг. особого социально-экономического строя, который можно называть советским строем, советской системой, советским типом экономической системы. Эта система имела и свою идеологию, и свою общественную науку, в том числе и политическую экономию социализма. Я этот строй по многим причинам не могу назвать социалистическим и, стало быть, не могу принять такое название, как «политическая экономия социализма» [8]. Но так тогда называлась наука, в рамках которой работал Венжер, будучи наиболее ярким представителем аграрной ветви этой науки.

Сам Венжер критически относился к недостаткам и изъянам советского строя и в книге, написанной в последний год своей жизни, писал вполне откровенно: «Наш социализм ни полным, ни даже развернутым пока что далеко не является. Раз так, то, следовательно, переходный период от капитализма к социализму все еще продолжается и будет продолжаться до тех пор, пока это строительство не завершится в полной мере или во всяком случае не достигнет состояния всеобщего достатка...». И тут же специально подчеркивал: «Значит ли это, что социальный строй со всеми его порожденными сталинизмом и сталинщиной недостатками, который установился в нашей стране в результате Октябрьской революции, не является социалистическим? Нет, не значит. Он был с самого начала социалистическим.» [7, с. 50]. Уже здесь у Венжера появляется известное противоречие. Если переходный период еще далеко не закончился, если еще существуют капиталистические отношения, то, стало быть, общественный строй не может быть социалистическим. Ведь никто из большевиков экономический строй Советской России в 1920-х годах не называл социализмом. Обычно употребляли название переходный период или госкапитализм. Последний термин был почти официальным.

Сегодня некоторые авторы стараются перечеркнуть весь советский период, в том числе советскую экономическую науку. А ведь эта наука пыталась решать и решала многие конкретные проблемы хозяйственного развития, позволила создать мощное государство с громадным экономическим потенциалом. Более того, многие поли-тэкономические разработки были направлены на развитие общества в сторону все большего социализма, как тогда его понимали. Существование советской политической экономии социализма - непреложный факт, несмотря на то что социализма в точном марксистском понимании не было.

Действительно, трудно представить науку, которая изучает то, чего нет в реальности. Но тут случай особый. Социалистическая мысль

появилась задолго до того, как возникли какие-либо предпосылки социализма. Если оставить в стороне утопические сочинения и взять марксистский период, то обнаружим довольно обширную научную литературу, в которой серьезно обсуждаются проблемы наилучшего устройства будущего общества, то есть социализма. Значит, если самого социализма нет, то наука о нем уже существует много десятилетий и насчитывает многие сотни, если не тысячи, серьезных научных сочинений.

По многим представлениям, социализм не приходит в мир каким-либо стихийным образом, сам собой, а сознательно вырабатывается обществом. Результаты науки фиксируются и становятся достоянием общества в письменных текстах, в книгах. Поэтому «лучшее общество» вырабатывается теоретическим знанием. Это вытекает и из классического марксизма, и из работ других социалистических мыслителей, например, из трудов М. Туган-Барановского, Н. Бердяева, «социальной инженерии» К. Поппера. Поэтому в данном случае можно говорить о социальной науке социализма, т.е. науке о том, что будет, а не о том, что есть. Именно в этом смысле создавал свою теорию «конструктивного социализма» Виктор Чернов. И по большому счету В.Г. Венжер, конструируя «кооперативный социализм», придерживался этого же нормативного направления в науке. Обратим внимание на утверждение Л.В. Никифорова, что Венжер «считал, что дать априорную характеристику социалистической системы нельзя. Конкретные черты социализма возникают только в процессе его развития» [9, с. 45]. С одной стороны, Венжер, возможно, действительно держался известной ленинской формулы, что нельзя заранее предугадать конкретные формы общественного развития. Этой формулы словесно держались почти все советские обществоведы. Но, с другой стороны, Венжер, как и многие советские экономисты, предлагал усовершенствовать советское общество, исходя из неких теоретических и практических представлений. Во всех своих работах Венжер указывал, каким именно должно быть социалистическое общество. В этом смысле его теория «кооперативного социализма» носит конструктивный характер.

Это достаточно важный момент, характеризующий сложившуюся методологию отечественной экономической науки, которая полностью сохранилась и до сегодняшнего дня. Суть дела в том, что почти все серьезные экономические сочинения советского периода были написаны в нормативном плане, т. е. содержали некие предложения по улучшению тех или иных сторон экономической системы. Просто описательные работы, выполненные, как сейчас говорят, в дескриптивном методе, не считались достаточно научными. Описание экономической практики сводилось по преимуществу к пересказу принимаемых «партией и правительством» решений и проблем их выполнения.

Спонтанного экономического развития не было - государство пыталось всем планомерно управлять.

Нормативный подход Венжера, его предложения по совершенствованию советского общества опирались на хозяйственную практику, были ответом на реальные потребности экономики. То есть подход Венжера и других экономистов, сторонников реального направления в советской политической экономии, был нормативным в узком смысле, указывая, что надо исправить «здесь и сейчас». По сути это был позитивистский подход в науке. В конкретных своих предложениях (продажа техники колхозам, переход к зарплате вместо трудодней в колхозах) Венжер исходил не из неких идеалов, а из реальных потребностей хозяйственной практики, которая часто искажалась неверными решениями «партии и правительства». И обычный позитивистский подход требовал исправления этих ошибочных решений. Это одна сторона вопроса. С другой стороны, развивая теорию «кооперативного социализма», Венжер переходил на классический нормативный подход, даже на «книжный». Ибо «кооперативный социализм» для Венжера был идеей, нормой правильного общественного устройства. Он научно, «книжно» разрабатывал теорию «кооперативного социализма» для будущего (лучшего) состояния общества. Вклад Венжера в развитие политической экономии социализма есть вклад в науку о лучшем устройстве общества.

2

Политическая экономия социализма в нашей стране выполняла несколько функций. Одной из них была конструктивная функция, когда пытались усовершенствовать различные стороны и формы советского общества. Наиболее дальновидные умные ученые полагали, что общество, которое реально существовало в советский период, можно было называть социалистическим только условно, с оговорками. И представляли себе настоящее социалистическое общество лишь в будущем.

В рамках этого направления политической экономии социализма было значительно легче развернуть теоретические построения, высказывать различные взгляды, разворачивать дискуссии. Почти все основные дискуссии в советской экономической науке охватываются этой функцией, как соответствующей основному предназначению политической экономии социализма.

Другая функция политической экономии социализма - это создание общей теории социализма. Такие попытки были у многих исследователей, но результат их оказался ничтожным. Главная причина состоит опять-таки в том, что советскую практику многие исследова-

тели принимали за практику социалистического общества и никак не могли непротиворечиво увязать ее с классическим марксизмом или с какой-либо другой общей социалистической теорией.

В этом отношении Венжер составлял некоторое исключение. Он занимался аграрными проблемами и отстаивал принципы кооперативного социализма. Это была общая теория, имевшая некоторую легитимацию в работах В.И. Ленина. И все-таки она не совсем вписывалась в советский официоз. Перед Венжером стояла другая проблема. Он не был ортодоксальным приверженцем классического марксизма (в каутскианской его трактовке). Он писал: «Полный социализм есть строй кооперативный» [7, с. 87-88]. Всего этого он не мог откровенно написать в советский период - приходилось маневрировать. Он сделал достаточно полные конкретные разработки по развитию колхозной кооперации, что всегда вызывало оживленную дискуссию и даже жесткую критику. Однако общую теорию кооперативного социализма ему разработать не удалось, вернее, ему не позволили. Но даже то, что удалось сделать Венжеру, достойно изучения и переосмысления сегодня.

3

Венжер был представителем кооперативного социализма. Можно даже сказать, что он был теоретическим последователем лидера эсеровской партии Виктора Чернова. В. Чернов во многих своих работах отстаивал принцип социализации деревни через кооперацию, полагая что в деревне социализм может утвердиться только как кооперативный [10]. Правда, для города Чернов предполагал развитие синдикализма, который в союзе с деревенским кооперативизмом и создаст социалистическое общество. Венжер же принципы кооперации распространял на все общество, на все предприятия. «При наличии общественной формы собственности, - писал он, - каждое отдельное предприятие лучше и надежнее всего превратить в предприятие кооперативное. В настоящее же время, поскольку по целому ряду объективного и субъективного характера причин наши промышленные предприятия являются государственными, превращать их в государственно-кооперативные следует путем сдачи по договору трудовым коллективам». «Самое главное и самое ответственное, - писал он о горбачевской перестройке, - это перевод, постепенный, но неукоснительно последовательный, всей и промышленной и земледельческой деятельности на рельсы кооперативности. ... Конечная цель перестройки - перевод всей экономики страны на рельсы общественного самоуправления, следовательно, на рельсы всеобщей кооперативно-сти» [7, с. 93, 91]. Еще раньше он писал, что «социализм есть единый кооператив» [5, с. 21].

Прав ли В. Венжер? Действительно ли лучшее общество - это общество самоуправленческих кооперативов? При всей привлекательности именно такой схемы отметим, что пока еще общественная наука четкого ответа дать не может. Есть убежденные сторонники кооперативного устройства общества. Напомним в этой связи слова В.И. Ленина, которые часто цитировал Венжер: «строй цивилизованных кооператоров при общественной собственности на средства производства, при классовой победе пролетариата над буржуазией - это есть строй социализма» [11, с. 373]. Приведем еще слова А.В. Чаянова: «В дальнейшем развитии кооперации она будет все в большей и большей мере переводить в русло общественного кооперативного хозяйства различные отрасли крестьянского хозяйства. Эти элементы общественного хозяйства и закладывают в крестьянском хозяйстве основные начала будущей социалистической организации земледелия» [12, с. 9]. Этой позиции и держался Венжер во многих своих работах.

Но есть и скептики. Пожалуй, наиболее умный скептицизм высказал М.И. Туган-Барановский. Он писал следующее: «Кооперация возникла в непосредственной связи с социалистическим движением, но было бы очень ошибочно смешивать кооперацию с социализмом». И дальше: «Если тело кооператива создано капитализмом, то душа кооператива вдохнута социалистическим идеалом» [13, с. 62, 67]. Эта диалектическая позиция соответствует реальности. Современный автор, К.И. Вахитов, пишет: «Историческая практика показала, однако, что социально преобразующие возможности кооперации весьма ограничены, а доктрины «кооперативного социализма», «кооперативной республики» несостоятельны» [14, с. 171]. Научно аргументированно это положение развивает Л.В. Никифоров: «В кооперативном производстве господствует та же эквивалентная форма экономических связей, которая в условиях общественного разделения труда присуща частному присвоению». Следовательно, «кооперация не может стать самостоятельной господствующей формой производства» [15, с. 214, 218]. Венжер держался именно этого направления. Почему?

Ответ на этот вопрос заключается в том, что ограниченность кооперативной формы стала вполне очевидной только к концу ХХ в. Многие социалисты искали какие-либо формы общественного производства, альтернативные частнокапиталистическому производству. Кооперация давала в этом смысле некоторые надежды. Другая, более существенная сторона этого вопроса состоит в том, что для советской практики кооперация была действительно более адекватной формой сельскохозяйственного производства. В советской экономической реальности колхозы только по названию были кооперативами. Венжер разрабатывал конструкцию превращения их в действительные кооперативы, что более полно соответствовало бы объективной необходимости.

4

Значение кооперации Венжер видел в том, что она согласует индивидуальные и общественные интересы производителей, особенно тех, кто занят сельскохозяйственным трудом. Сегодня можно констатировать, что обычный марксистский, точнее, каутскианский подход вполне разделяли В.И. Ленин и другие большевики. Тезис о том, что земледелие по мере развития капитализма превращается в фабрику и что здесь экономические и трудовые отношения ничем не будут отличаться от отношений в промышленности, не оправдался. До сих пор и, видимо, еще долго земледелие будет представлять особую отрасль производства с особыми хозяйственными и трудовыми отношениями. И единственный путь развития земледелия, а следовательно, социализации его - это кооперация. Именно это доказывал Венжер всеми своими работами.

Большую часть своих трудов Венжер посвятил анализу колхозов как последовательно кооперативных предприятий. Он неустанно подчеркивал, что колхозы должны быть свободны от жесткой опеки государства. Он писал еще в 1965 г., что колхоз в своей производственной деятельности должен «опираться исключительно на собственные материальные и трудовые ресурсы, ему по праву принадлежит и полная самостоятельность в планировании своего производства», «никто не может колхозам спускать сверху плановые задания ни по объему производства, ни по реализации продукции, ни по посевным площадям и их размещению, ни по поголовью и видам скота» [2, с. 271, 273]. А ведь все это действительно было!

Сегодня интересно другое. Никакого диктата в отношении колхозов уже нет. Но ведь нет и самих колхозов как массового явления. Может быть, колхоз как форма кооперации в сельскохозяйственном производстве вообще довольно искусственная вещь. Об этом писал еще М.И. Туган-Барановский в начале ХХ в. «Как бы глубоко ни было влияние кооперации на крестьянское хозяйство, все же это хозяйство оставалось бы крестьянским и отнюдь не стало бы социалистическим, ибо в основе его по-прежнему лежала бы частная собственность крестьянина на средства производства и продукты его труда» [13, с. 294295]. Получается, что рыночная экономика, за что постоянно выступал Венжер, сама по себе не способствует развитию кооперации, по крайней мере в сельскохозяйственном производстве.

Известный диссидент П.М. Абовин-Егидес пытался проводить эти теории Венжера (конечно, не зная их автора) в своей колхозной практике, когда был председателем колхоза в Пензенской области. О том, что из этого получилось, можно прочитать в его очень интересной и поучительной книге «Философ в колхозе». П.М. Абовин-Егидес пишет:

«И вот наступило долгожданное время: хрущевское руководство решило ликвидировать МТС и передать технику колхозам. Казалось бы, прекрасно. Колхоз - кооперативное производственное объединение, и все средства производства должны быть в его собственности». Вроде бы, наступило и время, и практика, о которой писал Венжер в своих письмах Сталину. Но и в хрущевский период хорошее дело, по русскому обыкновению, извратили. На самом деле колхозы силой заставляли оплачивать старую технику МТС в обязательном порядке. «Колхоз, - пишет Абовин-Егидес, - не имел права не выкупить технику, не имел возможности отказаться ее выкупить» [16, с. 131, 133]. Венжера за кооперативные теории лишь жестко критиковали, П.М. Абовина-Егидеса за практические действия в соответствии с этими теориям упекли в конце концов в психушку. Это лишний раз показывает, что в советский период в политэкономических теориях все-таки что-то можно было высказывать. Критиковали, но не до смерти.

В. Венжер, работая над формой кооперации и развитием колхозного строя, боролся, в сущности, с государственным социализмом. Это и понятно - кооперативный социализм противоположен государственному.

5

Развивая теорию кооперативного социализма, Венжер естественным образом оказался сторонником более общей теории рыночного социализма. Он был ближайшим и многолетним сотрудником Я.А. Крон-рода, который возглавлял целое направление рыночного социализма в Институте экономики АН СССР. Кронрод, Венжер и их сторонники старались избегать этого ошельмованного в советской печати термина. «Свыше сорока лет я работал с Яковом Абрамовичем по проблемам политической экономии социализма и наблюдал день за днем научную деятельность этого неутомимого исследователя», - вспоминал Венжер впоследствии [6, с. 29]. Конечно, сегодня к этой теории можно относиться по-разному. Но это была научная теория, которая позволяла конструктивно обсуждать проблемы совершенствования экономической системы «реального социализма». Конечно, только обсуждать. Как уже отмечалось, политическая экономия социализма - это наука не столько о том, что есть, сколько о том, что должно быть. Поэтому и теория рыночного социализма - это комплекс представлений о лучшем устройстве ближайшего общественного будущего, которое не очень далеко выходит за пределы рыночной экономики.

По этому вопросу у Кронрода было существенное расхождение с Венжером. Если Кронрод под рыночным социализмом понимал рыночную экономику с некоторыми элементами социализации, то

Венжер под рыночным социализмом понимал социализм с некоторыми элементами рыночной экономики. В своей последней книге он специально уточнял: «Более точно и правильно нужно говорить о социалистическом рынке, а не о «рыночном социализме» [7, с. 107]. Поэтому кооперация, по Венжеру, и есть социализм, но еще в рыночной среде. В целом это расхождение проявилось в том, что Кронрод в конце жизни отказался рассматривать советское общество как социалистическое и назвал его соцолигархизмом [17]. Венжер же до самого конца, судя по его последней книге, вышедшей в свет в 1990 г., считал советское общество социалистическим.

Венжер осуждал «книжный подход» к политической экономии социализма. Вот его слова: «Двадцатые годы можно охарактеризовать как время, когда в рассуждениях о социализме среди экономистов преобладал все еще книжный подход. Именно в те годы немало было высказано различного рода фантастических представлений по ряду весьма актуальных вопросов практики» [6, с. 30]. Но как понять, какие представления о лучшем устройстве общества фантастические, а какие правильные? Как раз 1920-е годы отличаются неимоверным богатством идей, интересных предложений и гениальных догадок советских экономистов, в отличие от последующих времен.

Тут можно увидеть основное противоречие в исследованиях Вен-жера. С одной стороны, он осуждал «книжный подход», с другой стороны, сам писал книги о проекте «кооперативного социализма». Такого социализма никогда не было, и до сих пор нигде нет. И как признают современные исследователи, вряд ли будет. Но кооперативный идеал, который разрабатывал Венжер, содержит много привлекательных черт и характеристик, что дает надежду на воспроизводство их в лучшем обществе будущего. В будущем общественном устройстве сохранятся и разовьются многие полезные кооперативные начала, но это не значит, что это общество будет «кооперативным социализмом». Все эти рассуждения и предположения Венжера построены на книжном подходе. И в то же время, сообразуясь с этим идеалом, Венжер много работал над решением практических проблем развития аграрного сектора экономики, в т.ч. колхозного строя. А значит, занимался эмпирическими исследованиями.

Венжер много и плодотворно писал на эти темы, за что и был неоднократно критикуем. «Экономическое руководство колхозами предполагает, - писал он в середине 1960-х годов, - что вместо жесткого централизованного планирования, заключающего в себе много административного, используются исключительно стоимостные рычаги: цена, прибыль, кредит, льготы и другие стимулы для воздействия на развитие колхозов в желательном для народного хозяйства направлении» [2, с. 279]. В другой работе он отмечал: «Природе колхозного

производства наиболее соответствует порядок свободной реализации своей товарной продукции» [3, с. 12].

Вместе с тем важно обратить внимание на определенные противоречия. в рассуждениях В. Венжера, поскольку дискуссия о рыночном социализме далеко еще не закончена1. Так, Венжер, с одной стороны, справедливо считал, что «одним натуральным показателем нельзя еще составить себе исчерпывающего представления о состоянии хозяйства. Последнее достигается лишь на основе анализа стоимостных показателей» и что «хозяйственные отношения следует рассматривать как отношения стоимостные» [1, с. 137, 139]. Однако, с другой стороны, в той же книге он писал, что в условиях социализма «отпадают такие стоимостные категории, как рыночная стоимость, цена производства, стоимость рабочей силы и прибавочная стоимость, абсолютная рента и цена земли» [1, с. 86]. Например, Венжер пишет, что при социализме «отпадает необходимость в стоимостной оценке земли» [1, с. 105]. Конечно, если иметь в виду сталинистскую трактовку социализма, которой был вынужден держаться Венжер, то действие стоимостных отношений в такой модели рыночного социализма должно было быть ограничено. Что усиленно и делалось не только в практике сталинского социализма, но и в практике «реального социализма».

Если же к вопросу подходить теоретически, то никак нельзя представить себе рыночную экономику без категории рыночной стоимости. Без последней все стоимостные показатели и цены приобретают формальный, необязательный характер. Сам Венжер указывает, что «хозяйственно-расчетные отношения следует рассматривать как отношения стоимостные». Стоимостные отношения, однако, всегда могут быть только рыночные, их нельзя придумать в Госплане или в другом государственном органе. В другом месте он пишет о необходимости «перехода от обязательной продажи колхозами своей товарной продукции к свободной продаже по ценам, отражающим уровень производства и производительности труда» [1, с. 138, 345]. Но как все это можно совместить? Ведь если земля «при социализме» не имеет цены, то рушится весь хозрасчет в аграрном секторе. Земля разная, и чтобы учесть затраты по ее использованию, надо знать ее цену. Как без оценки земли можно определить эффективность сельскохозяйственного производства? Только очень приблизительно и условно. А цена может быть только рыночной.

1 Особенно оживленно эти вопросы сегодня обсуждаются западными учеными. См., например,: Roosevelt F. and Belkin D. (eds.) Why Market Socialism? Voices from DISSENT. N. Y., 1994; Oilman B. Market Socialism. The Debat Among Socialists. N. Y., 1998. Так же и журнал «Альтернативы» неоднократно затрагивал эти вопросы. См.: «Альтернативы» 1996. № 4. С. 2-14; 1997. № 1. С. 8-57; № 3. С. 78-97; 1998. № 2. С. 97-112.

6

Венжер был убежденным коммунистом, не переродившимся в поборника тоталитарного режима и апологета всего, что творилось в стране и в сталинские, и в хрущевские времена. Он был убежденным противником бюрократических излишеств советского строя, критиковал ошибки государственного руководства и недостатки общественного устройства. Ученый всегда оставался защитником принципов «рыночного социализма», хотя и не пользовался этим термином. И то, что рыночные отношения в советской экономической реальности были объективно необходимы, он чувствовал и знал не из книжек, а из реальной жизни. Здесь проявился его прагматизм ученого-позитивиста. И в то же время он разделял коммунистические убеждения, стремился воплотить в жизнь кооперативный идеал. Венжер не был согласен и с упрощенной критикой пути, пройденного нашей страной. Он считал, что «историков ждет воистину колоссальная работа по переосмыслению нашей не парадной истории, а всего того, что в ней было и хорошего и плохого, и верного и неверного, и победного или неудачного» [7, с. 71].

Обращение Венжера к проблемам кооперации и их широкая трактовка свидетельствует о том, что он не был узким экономистом-аграрником, т.е. аграрником-отраслевиком. Он верно указывает: «Агарные проблемы всегда воспринимались как проблемы отношений классов, связанных с земельными отношениями и земледельческой деятельностью. Если отвлечься от этой стороны аграрных проблем, то остаются проблемы развития сельского хозяйства как отрасли» [4, с. 58]. Ему был свойственен широкий политэкономический подход не просто к кооперации, а через кооперацию к общей теории общественного устройства. Возможности для такого подхода давала аграрная сфера, где сохранялись негосударственные формы хозяйства. Применительно к аграрной сфере можно было откровеннее сказать то, чего нельзя было говорить относительно общества в целом. Лишь в своей последней книге В. Венжер смог полнее раскрыть свое понимание объективных тенденций общественного развития и послереволюционной истории нашей страны.

Последняя книга В. Венжера посвящена не аграрным проблемам и отношениям, хотя анализ этих проблем в ней есть. В этой книге ученый пытается осмыслить пройденный нашей страной путь и наметить ближайшие перспективы развития России. Венжер ставит вопрос: «А возможен ли, вообще говоря, социализм как самостоятельная общественная формация, как социально справедливая во всех отношениях общность людей?» [7, с. 106]. И отвечает на него утвердительно: «Мы против эксплуатации человека человеком. Мы за социально справедливое

и равное положение в обществе независимо от национальной принадлежности, вероисповедания и других особенностей каждого народа.

Таково мое заключительное слово» [7, с. 108].

Литература

1. Венжер В.Г. Использование закона стоимости в колхозном производстве. Изд. 2-е. М.: «Наука», 1965.

2. Венжер В.Г. Особенности колхозной экономики и проблемы ее развития.. В кн.: Производство, накопление, потребление. М.: «Экономика», 1965.

3. Венжер В.Г. Колхозный строй на современном этапе. М.: «Экономика», 1966.

4. Венжер В.Г. Социально-экономическая структура в условиях развитого социалистического общества // Тезисы докладов на институтской научной конференции по проблеме: «Марксистско-ленинская теория развитой социалистической экономики». М.: ИЭ АН СССР, 1970.

5. Венжер В.Г. Социально-экономические перспективы развития колхозного строя. М.: Наука, 1979.

6. Венжер В.Г. О творческом пути в науке Я.А. Кронрода // Политэко-номические проблемы функционирования социалистической экономики. М.: ЦЭМИ АН СССР, 1986.

7. Венжер В.Г. Как было, как могло быть, как стало, как должно стать. Вопросы истории нашего строя. М.: Наука, 1990.

8. Воейков М.И. Советская политическая экономия: оценки и переоценки. М.: ИЭ РАН, 2012. Гл. 1.

9. Никифоров Л.В. Венжер Владимир Григорьевич. // Институт экономики в лицах. Вып. 1. М.: ИЭ РАН, 2005.

10. Чернов В.М. Конструктивный социализм. М., 1997.

11. Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45.

12. Чаянов А. Краткий курс кооперации. 4-е изд. М., 1925.

13. Туган-Барановский М.И. Социальные основы кооперации. М.: Экономика, 1989.

14. Вахитов К.И. Кооперация. Теория, история, практика: Избранные изречения, факты, материалы, комментарии. М., 2013.

15. Никифоров Л.В. Сущность кооперативных отношений. // Кооперация. Страницы истории. Вып. 8. / Отв. редактор Н.К. Фигуровская. М.: ИЭ РАН, 1999.

16. Абовин-Егидес П. М. Философ в колхозе. М., 1998. С. 131, 133.

17. Кронрод Я.А. Очерки социально-экономического развития ХХ века. М.: Наука, 1992.

M.I. VOEYKOV

Doctor habilitatus of economics, professor, Institute of economics of the Russian Academy

of sciences, Moscow, Russia

mvok1943@mail.ru

V.G. VENJER ON CO-OPERATIVE AND JUSTICE SOCIETY

The article illustrates the contribution Venzher VG in the development of economic science-Soviet period. Particular attention is paid to his research agricultural issues as an integral part of the political economy of socialism. Analyzes his theory of "the cooperative socialism" and methodological problems drafting equitable society.

Keywords: cooperation, collective farm system, agrarian problems, the positive and regulatory approaches, just society.

JEL: H110, K110, P210.