Исторические проблемы социально-политической безопасности российского Дальнего Востока (вторая половина ХХ-начало XXI В. ):

Книги

Вестник ДВО РАН. 2014. № 6

Исторические проблемы социально-политической безопасности российского Дальнего Востока (вторая половина ХХ-начало XXI в.):

в 2 кн. / под общ. ред. д.и.н. А.С. Ващук. Владивосток: ИИАЭ ДВО РАН, 2014. - 360 с.

В Институте истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН опубликована монография, ставшая значительным событием в ученом мире. Издание состоит из двух книг, объединенных концепцией социально-политической безопасности.

Перед коллективом авторов стояла очень непростая задача многоаспектного, комплексного анализа стратегии социально-политической безопасности самого отдаленного и проблемного региона сквозь призму позиции власти в нескольких исторических периодах, сложнейших в истории России.

Классическое структурное построение обеих книг обеспечивает безупречную логику, что способствует достижению общей цели - исследованию задач и функций государства в обеспечении социально-политической безопасности российского Дальнего Востока.

Обе книги имеют при едином Введении свои Предисловия, где подробно рассматриваются теоретические, концептуальные и терминологические особенности исследования. Книги объединены общей задачей - показать соотношение национальной и региональной политики на Дальнем Востоке второй половины ХХ - начала XXI в. во внутриполитическом измерении (для чего вводится понятие «социально-политическая безопасность»), т.е. дальневосточная политика и государственное регулирование миграционных процессов взяты в единой концепции. Научная новизна данного методического решения - в возможности подойти к вопросам государственной политики прошлого с позиции сегодняшнего дня.

В первой книге «Дальневосточная политика: стратегия социально-политической безопасности и механизмы реализации» (А.С. Ващук, А.Е. Савченко, Ю.Н. Ковалевская, Л.А. Крушанова, Е.В. Галенко, А.П. Геращенко, С.Г. Коваленко, А.П. Коняхина) своеобразным «ключом» к пониманию замысла авторов является раздел «Теоретические аспекты исследования». Специфика задач авторов данной книги заключалась в том, что термин «безопасность» в советский период российской истории вбирал в себя доктрину «классовой борьбы» и охрану политического строя СССР методами устранения «врагов народа» на основе «революционной законности». Опираясь на то что сформированная «стратегия безопасности» - явление для России недавнее, авторы ставят для себя цель: воссоздание целостной картины «социально-политической безопасности» в дальневосточном измерении.

Если учесть, что проблемы социально-политической безопасности в последнее время активно исследуются отечественными и зарубежными политологами, выстроить эти проблемы в историческом исследовательском поле было непростой задачей. Однако авторы блестяще с ней справились, показав, что современная Россия со своей огромной территорией балансирует на тонкой грани между преимуществом в размерах и ресурсах и бременем чрезмерного территориального расширения, порождающего нагромождение нерешающихся социальных проблем, переходящих в проблемы политические. Отсюда

необходимость в экстраординарных инструментах, нестандартных решениях и концентрации ресурсов, превосходящих те, что может предоставить сам Дальневосточный регион для реализации потенциальных преимуществ своего геополитического положения и огромных природных богатств.

В соответствии с целями и задачами данного исследования авторами выстроен_«теоре-тический каркас», с помощью которого стало возможным рассмотреть в геополитическом аспекте функционирования государства стратегию социально-политической безопасности. Это позволило во внутриполитическом курсе на удержание власти правящей группой рассмотреть проблемы управляемости общества.

Согласно концепции «вызов-ответ» Арнольда Тойнби, изложенной им в работе «Постижение истории», «Стратегия безопасности Российской Федерации до 2020 года» рассматривается как «ответ» государства на угрозы социально-политические (внутренние) и геополитические (внешние). С этим вполне можно согласиться, поскольку «Стратегия...» потребовала изменений во взаимоотношениях власти и общества, центра и периферии, соответствующей корректировки в различных сегментах бюрократии, выработки новой модели развития Дальнего Востока и отказа от модели его «выживания». Основой модели развития являлись «кластерные проекты» - точки роста каждого дальневосточного субъекта РФ, реализация которых потребовала трехуровневой интеграции: внутрирегиональной, общероссийской и международной. Реализация мега-проектов (от саммита АТЭС-2012 до возрождения Северного морского пути) охватила семь главных кластерных проектов (космического, металлургического, транспортно-логистического, машиностроительного, нефтегазового, инновационного, сельскохозяйственного).

Четыре главы первой книги, логически выстроенные и дополняющие друг друга, являются практическим подтверждением теоретических положений, рассмотренных нами. Глава I «Дальний Восток в региональной политике Центра: задачи развития и проблемы обеспечения социально-политической безопасности» (с. 36-154) вводит читателя в многообразие возможностей обеспечения безопасности страны и региона в середине 1950-1960-х годов. Документально насыщенный текст этой главы последовательно, из параграфа в параграф, воссоздает картину времени, когда политическая система страны выглядела устойчивой, но в обществе уже накапливалась энергия огромной разрушительной силы. Все слои общества были заинтересованы в демонтаже сложившейся системы: партийно-государственная бюрократия желала избавиться от постоянного страха за свою жизнь и карьеру, советским людям, пережившим ужасы и тяготы войны, хотелось иной жизни.

Пойти на перемены и при этом удержать начавшую возрастать энергию общества -такую дилемму решало высшее руководство страны. Обстоятельно, на высоком исследовательском и профессиональном уровне, опираясь на обширные архивные документы, авторы воссоздают ход образования этой дилеммы и сохранения устойчивости государственной власти.

В этих условиях Дальний Восток оставался периферийным регионом, следовавшим политике КПСС. Однако общественное недовольство возрастало и здесь. Оно выражалось, по выводам авторов книги, в потоке обращений к властям, выделенных исследователями в ряд групп: огромного числа бывших и настоящих заключенных, принудительный труд которых широко использовался трестом «Дальстрой»; региональной бюрократии; вымирающих аборигенов Дальнего Востока; рабочего класса, задыхающегося от нищеты; интеллигенции, выступавшей за справедливую ликвидацию разрыва в уровне жизни Центра и дальневосточной периферии.

На убедительном материале и официальных документах раскрывается осознание советским руководством значимости геополитического положения Дальнего Востока и его природных богатств. Так, председатель Совета министров СССР Н.А. Булганин в докладе «Директивы ХХ съезда КПСС по шестому пятилетнему плану развития народного хозяйства СССР на 1956-1960 годы» призывал поставить «.огромные богатства восточных

районов... на службу народного хозяйства». Планировалось построить свыше 100 заводов. За 1961-1965 гг. в развитие Дальнего Востока было вложено столько же средств, сколько за 12 послевоенных лет (1946-1958 гг.), что обеспечило долю Дальнего Востока в национальном доходе на уровне 2,7-2,8 %. По темпам роста общего объема продукции Дальний Восток даже превышал среднереспубликанский показатель.

Особенность этого периода авторы книги видят в предоставлении региональным властным структурам большей самостоятельности в решении местных социальных вопросов. В книге отмечается стремление преодолеть военный и сырьевой уклон в развитии региона и наметившуюся в период правления Н.С. Хрущева линию на преодоление узкотехнократического подхода к освоению Дальнего Востока. Так, в Постановлении ЦК КПСС от января 1960 г. «О развитии города Владивостока» краевому центру отводилась роль «витрины социализма» в АТР с переводом его в высший класс городов.

Однако после смещения Н.С. Хрущева СССР все больше превращался в сырьевую державу. Были упущены благоприятные структурные возможности для реализации потенциала Дальнего Востока и укрепления его безопасности.

Авторы делают документально обоснованный вывод о том, что возможность для «прорыва» в ситуации, благоприятной с геополитической и экономической точек зрения (в геополитике - уверенное и стабильное положение СССР в АТР, в экономике - быстрые темпы роста, высокий уровень технологического развития страны в сравнении со странами АТР), была упущена.

Стратегия социально-политической безопасности середины 1960-1980-х годов отличалась методами обеспечения управленческой эффективности государства. Авторы книги провели глубокий анализ изменений в управлении государством, показав, что спустя лишь месяц после снятия Н.С. Хрущева были отменены его главные преобразования: ликвидированы совнархозы, понижен статус Комитета партийного контроля, изменен Устав КПСС, упразднено деление партийных организаций на сельскохозяйственные и промышленные.

«Брежневский консенсус» в социально-экономическом измерении состоял в том, что регионы в обмен на «заботу» Центра должны были оправдывать «доверие» - выполнять и перевыполнять плановые задания. Таким образом, новая стабилизационная стратегия социально-политической безопасности была призвана обеспечить стабильность, управляемость и бурное развитие советской страны. К этому, по мнению авторов книги, следует добавить кадровый «застой» в верхних эшелонах власти, при котором между политическим и хозяйственным сегментами властной бюрократии углублялся раскол. В целом основным содержанием брежневского периода было то, что постепенно укреплялась и расширялась имитация активности на всех уровнях общества.

Дальневосточные историки убедительно показали в монографии стремительный переход репрессивной, но при этом динамичной сталинской системы в состояние дряхлой безвольности, когда управленческие провалы и следовавшие за ними экономические и социальные проблемы принято было объяснять объективными причинами, не принимая мер. Положение спасло освоение крупнейших и чрезвычайно производительных нефтяных месторождений. Авторы книги приводят впечатляющие данные: в Западной Сибири добыча нефти возросла с 1 млн т в 1965 г. до 400 млн т в 1986 г., составив 65 % общесоюзной добычи. Восточная Сибирь производила нефти больше, чем Иран, Ирак, Ливия, Катор, Объединенные Арабские Эмираты, вместе взятые. Экспорт нефти за 10 лет (1974-1984 гг.) дал стране около 176 млрд инвалютных рублей.

Исследователи в рецензируемой монографии с объективной позиции обращаются к многочисленным научным и политическим дискуссиям тех лет по проблеме роли нефти в развитии России. Является ли нефть проклятием или даром для России? Вывод очевиден: обильные доходы от экспорта нефти страна стала получать в переходный период, когда репрессивные политические системы были разрушены, демократические - не созданы. И до второго десятилетия XXI в. Россия остается в этом переходном периоде. События 2014 г. на Украине и последовавшие санкции США и ЕС «вдруг» показали, что социально-

политическая безопасность России зависит от нефтяных доходов, вытеснивших из стратегии властных структур всех уровней задачи мобилизации общества на производство и самообеспечение всеми видами промышленной и сельскохозяйственной продукции.

Вместе с тем авторы книги, проанализировав и представив общий внутриполитический фон, на котором разворачивалась дальневосточная политика в период стабилизационной стратегии обеспечения социально-политической безопасности, выявили ряд ключевых структурных условий, определяющих интерес Центра к региону и пределы возможного в его развитии.

1. На Дальнем Востоке по сравнению с другими периферийными районами страны действовал фактор геополитической направленности: дальневосточные границы СССР так и не получили всеобщего международного признания; на часть территории претендовали Япония и Китай, превратившийся из союзника в соперника. Противостояние дошло до военных столкновений в районе острова Даманский в 1969 г.

2. Экономический фактор вызвал противоречивые действия властных структур в развитии Дальнего Востока. Сырьевая специализация региона была характерна не только для международного, но и для внутреннего распределения труда.

3. Концентрация на Дальнем Востоке высоких технологий исключительно в оборонно-промышленном комплексе по принципу дублирования производства оборонного назначения предполагала их размещение в максимально отдаленных точках региона.

4. Важнейшим вопросом безопасности социально-политической системы стало решение гипотетической дилеммы: выявление новых природных и сырьевых ресурсов, разработка эффективных путей их освоения и решения инфраструктурных и демографических проблем Дальнего Востока для усиления влияния СССР на страны Тихоокеанского бассейна.

Доказательно и убедительно авторы первой книги монографии воссоздают картину освоения почти дикого, но богатого ресурсами региона: за программами развития восточных регионов стояло ощущение крупного резерва власти и мощной общественной поддержки. Яркий пример этого - реализация мега-проекта - гигантской стройки БАМ.

Вместе с тем потенциальный «общественный договор», к которому толкала вся логика стратегии социально-политической безопасности, - трудовой энтузиазм и политическая лояльность в обмен на рост благосостояния и политического участия (так сформулировали авторы), - не состоялся. Обобщить многоплановый исследовательский труд дальневосточных ученых в рамках рецензии - непростая задача, поскольку развернутый ретроспективный анализ, опирающийся на прекрасно выстроенную теоретическую матрицу, по-новому глубоко и ярко представляет специфику дальневосточной социально-политической безопасности через реализацию двух государственных стратегий - стабилизационной и динамической.

Стабилизационная стратегия основывалась на интенсивном перераспределении ресурсов между различными сегментами бюрократии. Из этого следовало, во-первых, что наличие высокого уровня имеющихся ресурсов делало возможной реализацию планов развития Дальнего Востока, во-вторых, сама стратегия нуждается в их постоянном увеличении, что делает такие планы привлекательными.

Динамическая стратегия доминирует в условиях ресурсного дефицита, поэтому на реализацию планов по развитию Дальнего Востока не хватало ни административных, ни материальных возможностей.

В книге авторы прослеживают два главных направления устойчивого тренда освоения региона, прерванного в 1990-е годы и возобновившегося в 2000-е. Традиционное, освоение природных ресурсов, и направление, связанное с осознанием нового спектра геополитических возможностей Дальнего Востока. Оба направления реализовывались в процессе чередования стабилизационной и динамической стратегий.

Таким образом, коллективный труд дальневосточных ученых позволил по-новому понять и оценить специфику обеспечения социально-политической безопасности

тихоокеанской окраины России на фоне, казалось бы, достаточно известных исторических событий.

Вторая книга монографии - «Миграционные вызовы и стратегии обеспечения социально-политической безопасности Дальневосточной территории» - является логическим продолжением первой. Ее авторы (А.С. Ващук, А.В. Друзяка, Е.Н. Чернолуцкая, Л.И. Галлямова, Г.Г. Ермак, Л.А. Крушанова, Ю.А. Авдеев, В.Л. Ушаков) - представили уникальное исследование исторических аспектов миграционных процессов в контексте социально-политической безопасности. Это сделано в обширных временных рамках: от миграционной политики имперской России на дальневосточной окраине конца XIX- начала ХХ в. до этномиграционных процессов в конце ХХ-начале XXI в.

В книге четыре главы, каждая из которых представляет собой самостоятельное исследование, логически продолжающее предыдущую главу и служащее основой для следующей. Несмотря на то что авторами не оговаривается необходимость выхода за обозначенные временные рамки, находим это оправданным, поскольку предпринимавшиеся меры по стимулированию переселенческого движения на Дальний Восток были политикой имперской России, решавшей стратегические цели закрепления этой территории.

Авторы книги, изучив опыт реформ П. Столыпина, пришли к важному выводу: без политической воли государства, без каждодневных усилий властных структур на местах невозможно заселить эту слабоосвоенную окраину. Трудности быстрого формирования постоянного российского населения в Дальневосточном регионе на начальном этапе его освоения обусловлены поощрением государством иностранной иммиграции, что было обозначено правилами заселения Амурской и Приморской областей (закон от 26 марта 1861 г.). В результате, как показали данные Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г., иностранных подданных в Приморской области было 20,6 %, в Амурской - 10,1 %, тогда как в Европейской России - 0,27 %, Сибири - 1,08 %.

Интересный и ценный опыт продуманной политики вовлечения в сферу активного воздействия миграционных волн из зарубежья - Китая, Кореи, Японии, Америки, стран Европы - может быть очень полезен в решении современных миграционных проблем для обеспечения социально-политической безопасности Дальневосточного региона.

В первой главе - «Исторические аспекты миграционных процессов» по временным периодам и этапам рассмотрен процесс понимания властью конкретных угроз безопасности и необходимости активизации переселений на Дальний Восток. Для показа динамики всех форм переселений в регион, в том числе и принудительной (подневольной категории спецпоселенцев), авторами привлечен богатый архивный материал.

Главная задача второй главы книги, поставленная авторами, - выявить подходы советского государства к ликвидации демографических последствий войны для обеспечения трудовыми ресурсами дальневосточные территории и проблем безопасности (1945-конец 1980-х годов).

Необходимо отметить высокий научный уровень рецензируемой книги, ее безупречный научный стиль, ювелирную точность в подаче текста, насыщенного логично выстроенными фактами, цифрами, законодательными нормативно-правовыми актами на фоне оценки геополитических мировых событий, анализа социально-политической обстановки во всех дальневосточных субъектах РСФСР. Деятельность советских управленческих органов, Военного совета Дальневосточного округа, краевых, областных и районных организаций КПСС, механизмы организованных переселений на плановой, но добровольной основе -все тщательно выверено авторами, подтверждено документально, чтобы объективно показать: прежняя мобилизационная и репрессивная стратегия тоталитарного режима привлечения населения на Дальний Восток оказалась в условиях кризиса недееспособной. Если в 1959-1965 гг. на Дальний Восток из разных районов страны переехали 2,8 млн чел., то выбыло за это же время 2,4 млн.

Исследование характера изменений внутренних и внешних вызовов, их влияния на миграционную политику позволило авторам показать новые функции государства

в закреплении населения и обеспечении государственной безопасности на Дальнем Востоке. Были созданы организационно-инструментальные основы реализации миграционной политики, гарантированы денежные льготы и другие социальные меры для закрепления населения.

Создание новых управленческих структур в миграционной сфере авторы представили читателям как ответ российского государства на миграционные вызовы в новых исторических условиях 1990-х годов ХХ-начала XXI в. Системный кризис, поразивший все сферы жизнедеятельности общества, вызвал политическую нестабильность, резкое снижение жизненного уровня подавляющего большинства граждан вызвало в конце ХХ в. массовый отъезд населения, быстро обретавший масштабы национальной угрозы. За 1991-2010 гг. за пределы Дальнего Востока выехали 1780 тыс. чел., или 22,1 % собственного населения региона. Подобных потерь в современной истории страны не знает ни один российский регион - таков вывод авторов, объективно обобщивших статистические данные. Не менее важен и другой вывод: столкнувшись с глобальным вызовом, российское руководство в условиях борьбы за власть между различными политическими конфигурациями с запозданием приступило к поиску мер, которые могли бы приостановить отток населения с Дальнего Востока России.

Правительство РФ с 1998 г. инициировало разработку концепции миграционной политики и в 2000 г. приняло «Концепцию демографического развития Российской Федерации до 2016 г.», составленную на основе советского опыта, в том числе в области внешней трудовой миграции. В разделах третьей главы книги авторы показали, что Россия на востоке страны сталкивается уже с более мощным набором проблем, формируя свой опыт обеспечения социально-политической безопасности с учетом миграционной составляющей.

Пограничный туризм и введение новых правил визового режима, разрешительного порядка привлечения трудовых мигрантов, миграционное регулирование - вот реакция государства на региональный процесс внешней миграции. Поэтому поиски концептуальной модели миграционной политики России оставались важнейшим аспектом одного из путей обеспечения социально-политической безопасности Дальневосточного региона. Исходя из этого авторы книги увидели особую остроту демографических проблем после проведения переписи населения в 2002 г. и обнародования ее результатов, что стало объектом внимания Совета Безопасности РФ, принявшего 27 ноября 2002 г. в Хабаровске решение «Об основных направлениях обеспечения национальной безопасности Российской Федерации в Дальневосточном федеральном округе».

Среди социально-экономических рисков, которые входили в стадию национальных угроз, авторы книги показали неудовлетворительное выполнение Федеральной целевой программы «Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока до 2012 г.». Потребовался ряд мер в организационной перестройке. Детальный анализ их реализации, устранение противоречий в управлении миграцией, совершенствование контроля над привлечением Инвестиционного фонда соседства (ИФС) как меры предотвращения социально-политических рисков в России начала XXI в. - наиболее сильные разделы третьей главы рецензируемой книги. Принятые меры, как показывают авторы, все же привели к тому, что Дальний Восток в масштабах России до 2006 г. занимал заметное место в структуре общих объемов использовавшейся иностранной рабочей силы, однако в 2007-2009 гг. регион переместился с третьей на шестую позицию из семи в общем объеме ИФС по России. Деструктивное явление разрушало региональные рынки труда в условиях отсутствия в России дифференцированной системы привлечения мигрантов. В результате горнодобывающая, лесозаготовительная, транспортная, строительная, сельскохозяйственная отрасли испытывали острый недостаток трудовых ресурсов: потребность Дальневосточного региона в иностранной рабочей силе составляла порядка 440 тыс. чел., а реально было занято 156,8 тыс. чел.

Идея необходимости переселения квалифицированных кадров, в том числе из-за рубежа, отражена в новой «Концепции государственной миграционной политики Российской

Федерации на период до 2025 года», подписанной Президентом В.В. Путиным 13 июня 2012 г. Авторы монографии подчеркивают, что государственная политика России в сфере регулирования внешней трудовой миграции имела своей основой прагматичный базис, но задача обеспечения социальной безопасности всегда являлась доминирующей и выступала в роли надзорного инструмента, а в деятельности миграционных служб на местах была основной.

Развернувшиеся дискуссии о необходимости использования опыта П. Столыпина по добровольному переселению людей из центральных районов не переросли в реальные дела, поскольку Дальний Восток имеет низкий уровень жизни, неразвитую инфраструктуру и экономику. Кроме того, проблемой становится растущий барьер между российским населением и мигрантами.

Исследованию этномиграционных аспектов социально-политической безопасности на российском Дальнем Востоке посвящена четвертая глава рецензируемого научного труда, где рассматриваются реалии этномиграционных процессов от XIX до начала XXI в. Авторы показывают, что в 2010 г. в Дальневосточном федеральном округе на момент опроса проживало 6 291 900 чел. - по сравнению с переписью 2002 г. население сократилось на 400 тыс. чел. В таблицах в процентном соотношении представлены численность, удельный вес основных национальных групп и численность восточнославянского населения по данным переписей 1989, 2002, 2010 гг.

Современный поток внешних трудовых мигрантов на Дальний Восток авторы книги вполне объективно разделили на три группы: китайскую, кавказскую и центральноази-атскую. Скрупулезный анализ состояния этнокультурного фактора, общественного настроения, характера предпринимательской деятельности национальных общин, факторов усиливающейся мигрантофобии как социального риска, интолерантности местного населения - ценный и значимый вклад ученых ДВО РАН в историческую науку Дальнего Востока. Глава читается «на одном дыхании»: безукоризненный научный стиль и логика изложения богатейших выверенных данных, глубокий анализ происходящих событий с выходом на научные прогнозы развития поднимаемых проблем - все это позволяет согласиться с рядом выводов авторов. «Сценарий запаздывания "ответа" государства на миграционные "вызовы" исчерпал себя уже в начале XXI в. и должен уступить место взвешенному государственному регулированию, основанному на долгосрочном закреплении постоянного населения в регионе, поддержке социально-демографических программ и проектов интеграции определенных мигрантов в дальневосточный социум» - таков главный вывод коллектива ученых Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН, выполнивших данное исследование и опубликовавших монографию, ставшую важным событием для преподавателей, аспирантов, студентов и всех, кто интересуется историей российского Дальнего Востока.

Л.А.МОИСЕЕВА, доктор исторических наук, профессор (Дальневосточная государственная академия искусств, Владивосток).

E-mail: 1977edward@mail.ru