Налог на добродетель

До 2005 года в России существовала практика, по которой средства, использованные на благотворительность, учитывались как расходы организации, что существенно снижало сумму налога на прибыль и давало маневр для появления «серых» схем. Сегодня компании-благотворители могут оказывать безвозмездную помощь только из средств чистой прибыли и не освобождаются от уплаты налога на прибыль. Эксперты отмечают, что потенциальные благотворители зачастую регистрируют благотворительные фонды не в России, а в странах с лояльным налоговым режимом и отсутствием административных издержек.

Благотворительная деятельность в России регулируется несколькими документами. Так, Конституция РФ провозглашает, что в стране «поощряются добровольное социальное страхование, создание дополнительных форм социального обеспечения и благотворительность». Есть ряд специальных законов, такие как ФЗ «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях», «О меценатской деятельности», «О некоммерческих организациях», а ряд норм Гражданского кодекса определяет общие положения, например, ст. 582, поясняет Юлия Андреева, адвокат, соруководитель практики частных клиентов адвокатского бюро «S&K Вертикаль».

Льгота для благотворителя

В Налоговом кодексе содержатся нормы, регулирующие налогообложение благотворительной деятельности. По мнению Юлии Андреевой, налоговые льготы на благотворительность целесообразно разделить на три группы: налог на прибыль, НДС, благотворительная деятельность физических лиц и НДФЛ. Так, российское налоговое законодательство, по словам госпожи Андреевой, предписывает организациям-благотворителям оказывать помощь нуждающимся только из средств чистой прибыли. Они не освобождены от уплаты налога на прибыль из тех сумм, которые были направлены на благотворительность.

«Например, в силу ст. 270 Налогового кодекса РФ при определении налоговой базы не учитываются расходы "в виде стоимости безвозмездно переданного имущества (работ, услуг, имущественных прав) и расходов, связанных с такой передачей", а также "целевые отчисления, сделанные налогоплательщиком на содержание некоммерческих организаций и ведение ими уставной деятельности"»,— рассказывает госпожа Андреева.— Министерство финансов РФ в своих письмах высказывало мнение, что расходы, произведенные организацией в рамках благотворительной деятельности, не могут уменьшать налоговую базу по налогу на прибыль. Однако статьей 284 Налогового кодекса РФ органам законодательной власти субъектов РФ дано право уменьшать ставки налога на прибыль в части, подлежащей зачислению в региональный бюджет (с 18 до 13,5%), для отдельных категорий налогоплательщиков».

Эксперт поясняет, что в силу пп. 12 п. 3 ст. 149 Налогового кодекса РФ безвозмездная передача товаров, работ, услуг, имущественных прав в рамках благотворительной деятельности освобождена от обложения НДС. Главное условие — такая деятельность должна вестись в соответствии с ФЗ «О защите конкуренции», и не касаться подакцизных товаров.

Налоговое законодательство РФ также поддерживает физических лиц, решивших заняться благотворительной деятельностью. «Статьей 219 Налогового кодекса РФ предусматривается, что граждане, оказывающие благотворительную помощь, имеют право на социальный налоговый вычет в сумме, равной этой помощи,— комментирует госпожа Андреева.— Это означает, что налогоплательщику возвращают из бюджета часть уплаченного им за год налога на доходы физических лиц (НДФЛ), то есть фактически 13% от суммы его расходов на благотворительность».

Наталья Иванова, учредитель и директор благотворительного фонда «Страна — детям», напоминает, что с 1 января 2019 года вступил в силу 426-ФЗ от 27.11.2018 «О внесении изменений в статьи 219 и 286.1 части второй Налогового кодекса Российской Федерации», который устанавливает льготы для физических и юридических лиц, оказывающих финансовую поддержку государственным и муниципальным учреждениям культуры. «Закон предусматривает для частных благотворителей увеличение размера социального налогового вычета по налогу на доходы физических лиц (НДФЛ) с 25 до 30% от суммы дохода граждан, полученного в налоговом периоде и подлежащего налогообложению,— делится данными Наталья Иванова.— Бизнес получил возможность включать в состав инвестиционного налогового вычета по налогу на прибыль организаций расходы (до 100%) в виде пожертвований». По остальным сферам благотворительной деятельности коммерческих организаций, не связанным с объектами культуры, Налоговый кодекс РФ специальных льгот не предусматривает.

Станислав Бойко, директор по юридическим и налоговым вопросам Moore Stephens Moscow, считает, что для коммерческих предприятий не предоставлено каких-либо существенных налоговых льгот. «Взять, к примеру, НДС: при передаче имущества в благотворительную организацию у компании сразу же возникает обязанность восстанавливать НДС, поскольку данная операция освобождена от НДС. Соответственно, с одной стороны, передача в виде пожертвований освобождена от НДС, но с другой стороны — благотворитель обязан заплатить НДС,— поясняет господин Бойко.— По налогу на прибыль у нас нет никаких льгот. Наоборот, все расходы, связанные с безвозмездной передачей, нельзя учитывать для целей налога на прибыль. По мнению контролирующих органов, предоставление вычетов по расходам на благотворительность приводит к тому, что помощь будет оказана за счет бюджета. Такое мнение высказал Минфин России. Однако совсем не учитывают тот факт, что существенную часть жертвований (80/100) несет именно благотворитель. Налоговый кодекс не предусматривает какой-либо процент дохода, который компания могла бы перечислить без налоговых последствий».

Злоупотребление добром

Валерия Голянова, партнер компании «Бизнес Развитие», считает, что фискальные послабления для компаний-благотворителей стимулируют не социальную ответственность, а развитие схем ухода от налогов. «Такая налоговая "оптимизация" была распространена у нас до 2005 года, когда расходы на благотворительность вычитались для целей налога на прибыль. То есть, по сути, 20% пожертвований оплачивалось из кармана государства, что становилось поводом для использования их для целей вывода и обналичивания денежных средств,— сокрушается госпожа Голянова.— Аналогичная практика распространена и за рубежом. Яркий пример — скандалы с благотворительными фондами Сороса, используемыми как в рамках налоговых схем по снижению корпоративного налога, так и для целей вывода активов, с целью их защиты от притязаний».

Юлия Андреева вспоминает, что в 2014 году активно проверяли фактическую деятельность благотворительного фонда «Дом Роналда Макдоналда», так как, по мнению проверяющих органов, несмотря на заявленную благотворительность, основным видом деятельности компании было указано «прочее денежное посредничество», при этом благотворительность в перечне видов деятельности вообще не указана.

«Была еще одна нашумевшая история: волгоградский фонд "Наше будущее" по результатам проверки ФНС за период с 2013 по 2015 год был привлечен к ответственности в связи с неуплатой налогов. С 2013 по 2015 год фонд не предоставлял налоговые декларации: это объяснялось тем, что он якобы существовал за счет пожертвований и не вел никакой деятельности, требующей отчислений в бюджет,— рассказывает Юлия Андреева.— Оказалось, что в фонде весьма свободно трактовали налоговое законодательство. Организация, которая по документам занималась поддержкой детского музыкального творчества, фактически являлась довольно успешным бизнес-проектом. Фактически фонд представлял собой коммерческое предприятие: он получал от участников деньги, на которые проводил детские фестивали, и не занимался благотворительностью. Все средства перечислялись в рамках договоров, никаких взносов или спонсорской поддержки не предполагалось».

Наталья Иванова отмечает, что до 2005 года занимающиеся благотворительностью организации действительно получали определенную выгоду. «Средства, использованные на благотворительность, учитывались как расходы организации, что существенно снижало сумму налога на прибыль. Это и породило появление множества фиктивных некоммерческих организаций, которые под видом благотворительности прикрывали уход от налогов»,— поясняет она.

По словам Гиоргия Башинуридзе, юриста компании «Юристат», чаще всего злоупотребление налоговыми льготами происходит путем учреждения фиктивных благотворительных обществ. «А налоговые льготы и иные послабления, применяемые к ним вкупе со слабым контролем со стороны государственных органов, позволяют им не только укрывать имущество и деньги, но и активно переправлять их за границу под предлогом международной трансграничной благотворительной деятельности»,— констатирует господин Башинуридзе.

Павел Зюков, старший партнер, руководитель налоговой практики юридической компании Coleman Legal Services, говорит, что встречается построение налоговых схем с использованием фиктивных благотворительных фондов, в частности, в целях экономии на зарплатных налогах. «Например, коммерческая компания создает подконтрольную благотворительную организацию, в которую на основании гражданско-правовых договоров набираются сотрудники данной коммерческой организации в качестве волонтеров, которым выплачивается вся или часть заработной платы в виде необлагаемых НДФЛ и страховыми взносами выплат»,— рассказывает господин Зюков.

Стимул для добрых дел

По мнению директора по развитию благотворительного фонда «Дети наши» Натальи Петровой, пока российский бизнес с трудом «раскручивается» на системные проекты, с отложенным и не всегда легко оцифровываемым результатом. «Сейчас за счет благотворительности большинство российских компаний хочет решать собственные вопросы: усилить HR-бренд, повысить лояльность сотрудников к бренду, развить корпоративную культуру. И зачастую, что особенно грустно, бизнес видит в НКО не партнера, а исполнителя,— сетует госпожа Петрова. Например, к нам в фонд "Дети наши" как-то пришел запрос от компании: "Нам надо вывести 500 сотрудников на волонтерское мероприятие: заборы покрасить, деревья посадить. Завтра". По сути, это был запрос на организацию тимбилдинга с последующим пиаром. Однако никакого толчка для решения социальных проблем такое волонтерство не даст. Очень хочется, чтобы корпорации отчетливо понимали, что задача НКО — это решение конкретных социальных проблем, а не обслуживание бизнеса».

Юлия Андреева напоминает, что в России до конца 2019 года должна появиться обновленная Концепция развития благотворительности, которая разрабатывается по поручению премьер-министра РФ Дмитрия Медведева. Проект документа готовится Минэкономразвития с участием НКО и широко обсуждается в СМИ и на профильных площадках. Возможно, уже в ней мы увидим новые инструменты, говорит эксперт.

По мнению Станислава Бойко, на данный момент самым главным благотворителем выступает государство. А для того чтобы стимулировать частные компании, необходимо предоставить «стандартные» налоговые льготы. «К примеру, предусмотреть какой-либо порог от процентного дохода или суммы дохода, который можно учитывать в качестве расхода и уменьшить налоговую базу по налогу на прибыль,— комментирует господин Бойко.— В 2014 году в Госдуму был внесен законопроект о поощрении меценатства, который предусматривал установление максимальной суммы пожертвований в размере 5 млн рублей. К сожалению, законопроект был отозван».

Павел Кокорев, ведущий юрист Европейской юридической службы, напоминает, что Минфин России и ФНС России в своих письмах неоднократно высказывали следующую точку зрения: «Осуществление расходов в виде благотворительных пожертвований — это добровольное волеизъявление налогоплательщиков, преследующее общеполезные цели, которое не направлено на извлечение доходов в коммерческих целях».

По словам Маргариты Есиповой, руководителя проектов направления «Налоги и право» группы компаний SRG, вкупе с ограничениями, обусловленными правилами об иностранных агентах, мы на практике часто встречаемся с тем, что резиденты РФ, потенциальные благотворители, заинтересованные в развитии какого-либо направления на благотворительных началах, намеренно регистрируют благотворительные организации и фонды за рубежом, где соблюдается конфиденциальность и присутствует максимально благоприятный налоговый режим без излишних административных издержек.

Зарубежный опыт

В Европе пожертвования благотворительным организациям, которые являются плательщиками налога на прибыль, принимаются к вычету. Лимит на вычет, по словам Станислава Бойко, зависит от страны, но обычно составляет 10–20% своих налогооблагаемых доходов за соответствующий период.

«В Германии вычет ограничен 0,4% для юридических лиц и 20% для физических лиц. Существенные налоговые льготы предоставляются в Великобритании, сумма пожертвований применяется к вычету без ограничений. Согласно данным статистики, по количеству благотворительных организаций лидируют Германия и Великобритания»,— констатирует Юлия Андреева.

По словам Екатерины Кругловой, исполнительного директора фонда «Память поколений», в Европе существуют две формы налоговых льгот — это либо вычет из налоговой базы (освобождение от обложения суммы пожертвования), либо налоговый кредит (сумма пожертвования сокращает налог к уплате и используется реже). При этом максимальная величина пожертвований в странах ЕС разнится. «Во Франции, например, законодательно установлено право на снижение налога на доход донора на 50% от общей суммы пожертвования при ограничениях величины пожертвований в 6% облагаемой базы; в Испании предельная величина пожертвований — 10%»,— рассказывает госпожа Круглова. Этот опыт можно было бы перенять.