Фольклорные тексты в собственной записи исполнителя: проблема сохранения и передачи фольклорной традиции (на материале несказочной прозы Н. К. Ялатова)

УДК 398

К. В. Яданова

ФОЛЬКЛОРНЫЕ ТЕКСТЫ В СОБСТВЕННОЙ ЗАПИСИ ИСПОЛНИТЕЛЯ: ПРОБЛЕМА СОХРАНЕНИЯ И ПЕРЕДАЧИ

ФОЛЬКЛОРНОЙ ТРАДИЦИИ (НА МАТЕРИАЛЕ НЕСКАЗОЧНОЙ

ПРОЗЫ Н. К. ЯЛАТОВА)

Проблема сохранения и передачи фольклорной традиции является одной из наиболее актуальных в современной фольклористике. Собственные записи исполнителей фольклора занимают особое место в традиции воспроизводства и передачи текстов. В настоящей работе мы намерены рассмотреть особенности текстов-самозаписей на материале преданий сказителя Н. К. Ялатова.

Первые самозаписи фольклорных текстов в алтайской фольклористике отмечены до революции в трудах М. В. Чевалкова [12, с. 12-15; 2, с. 7, 31J. В советское время из исполнителей алтайского фольклора наиболее активно записывал собственные тексты Н. К. Ялатов.

Николай Кокурович Ялатов (1927-2002) - известный алтайский сказитель - кайчы, знаток богатой фольклорной традиции - родился в с. Коргобы Шебалинского района Республики Алтай. Закончив Горно-Алтайский зооветеринарный техникум, многие годы работал ветеринаром в селах Шебалинского района. Искусству кайчы он научился у своего деда Сырана, который исполнял сказания горловым пением - кай в сопровождении топшура [16, с. 9]. В отличие от своего деда, Н. К. Ялатов сказывал эпос в интонированной речевой манере [16, с. 7; 7, с. 45; 8].

Репертуар Н. К. Ялатова составляли не только героический эпос («Олбцир» (Оленгир), «Чымалы-каан» (Царь-муравей), «Катан-Мерген ле Катан-Кбкшин», «Janap» и др.), он и другие жанры устной народной поэзии. В архиве Института алтаистики им. С. С. Суразакова (Республика Алтай) хранятся тексты фольклорных произведений (героический эпос, сказки, предания, былички, песни и др.) в самозаписи Н. К. Ялатова. Являясь грамотным исполнителем, он записывал свой репертуар фольклорной традиции и отправлял в архив института.

Среди столь богатого материала нас заинтересовали предания на сюжет «Встреча охотника с духами-хозяевами». Данный сюжет распространен не только у южных и северных алтайцев, он известен многим тюр-коязычным народам: шорцам [6, с. 252-343; 4, с. 11-37], хакасам [11, с. 158— 16; 17, с. 88-92; 3, с. 52], тувинцам [15, с. 245-248], якутам [14, с. 215-237], казахам [9, с. 60; 10, с. 112-149], киргизам [13, с. 16-35; 5, с. 127] и др.

В архивных фондах Института алтаистики нам удалось обнаружить на этот сюжет более тридцати текстов охотничьих преданий, среди них: один

текст, записанный от Н. К. ЯлатоваИ. Б. Шинжиным (запись 1984 г.), другой - вариант этого предания - в самозаписи Н. К. Ялатова (запись 1987 г.) (ФМ № 397) [1]. Тексты имеют следующее содержание.

Охотники (сказитель и ясновидящий) отправляются на охоту. Сказитель сказывает кай чбрчбк (героический эпос). Ясновидящий видит, как собрались в охотничий стан послушать кай чорчок духи-хозяева: дух-хозяин Алтая, духи-хозяева различных местностей, рек, озер. Немного запоздав, приходит дух-хозяйка озера / болотистой реки («без обуви» / «без штанов»), не найдя свободного места, «вспрыгнув, садится на нос кайчы», Ясновидящий, увидев это, смеется. Сказитель подумав, что смеются над ним, сердится, прерывает исполнение сказания. Дух-хозяин Алтая наказывает духа-хозяйку озера / болотистой реки: отдает ее «коня» - марала «с раной на спине» сказителю. Духи-хозяева, дух-хозяин Алтая одаривают охотников богатой добычей (ФМ № 397).

Вариант предания в самозаписи Н. К. Ялатова намного больше, чем текст, записанный от него же И. Б. Шинжиным. В записи И. Б. Шинжина персонажи нарицательные, нет конкретных топонимов, место действия -тайга. Встреча охотников с духами-хозяевами происходит в первый же день, после неудачной охоты, вечером в охотничьем стане. Приход духов-хозяев вызван исполнением героического эпоса кайчы.

В тексте в самозаписи Н. К. Ялатова место действия, где происходит событие - тайга 1айлукуш, персонажи наделены конкретными именами: охотникАцчы, «старый кайчы Какаш», ясновидящий Кбкбш. В отличие от варианта в записи И. Б. Шинжина, этот текст состоит из шести встреч охотников с духами-хозяевами: каждый раз, когда сказитель сказывает кай чбрчбк, духи-хозяева собираются послушать кай, после исполнения сказания следует одаривание охотников духами-хозяевами богатой добычей.

Таким образом, текст предания в самозаписи самого исполнителя и вариант этого предания в записи собирателя от того же исполнителя существенно отличаются друг от друга. Описание действия в тексте-самозаписи намного подробнее, сюжет состоит из несколько повторяющихся эпизодов (приход духов-хозяев послушать кай, одаривание ими богатой добычей охотников). В отличие от текста в записи собирателя, текст в самозаписи исполнителя наделен конкретными топонимами и именами персонажей.

В одном тексте («Дух-хозяйка аршана», ФМ № 397) [1], который Н. К. Ялатов слышал в 1973 г. в гостях в с. Ко коря Кош-Агачского района и записал по памяти в 1987 г., место действия: «на Чуе в тайге Бугузун». Персонаж предания: «человек по имени Анчы, растивший шестерых детей»:

1) охотник Анчы ранит марала - «лошадь» духа-хозяйки целебного источника - аршащ

2) идет по кровавым следам марала и обнаруживает аршан\

3) происходит несколько встреч охотника с духом-хозяйкой целебного источника;

4) дух-хозяйка вылечивает больного охотника и устанавливает обряд и ритуал целебного источника.

В текст входит благопожелание - алкыш, который произносится во время отламывания веточки можжевельника - артыш / арчын. Варианты разновременных записей предания о духе-хозяйке аршана в самозаписи Н. К. Ялатова хранятся в фольклорных материалах (ФМ): № 366 (год записи - 1984-й, год поступления в архив - 1985-й), № 450 (год записи - 1988-й, год поступления в архив - 1992-й), № 438 (год записи - 1991-й) [1]. Н. К. Ялатов точно не указывает, от кого слышал текст предания, но в его записях существуют некоторые расхождения во времени, когда им был услышан текст. Если в ФМ № 397 он пишет, что слышал предание в 1973 г. в гостях в с. Кокоря Кош-Агачского района, то в ФМ № 366 и ФМ № 438 пишет, что слышал текст в 1975 г. во время посещения целебного источника Бугузун Кош-Агачского района. Возможно, сказитель слышал предание два раза у разных исполнителей, хотя в содержании вариантов предания существенных различий не прослеживается. Только текст предания в ФМ № 450 является самым коротким, он состоит из одной встречи охотника с духом-хозяйкой аршана, эпизод «в гостях (в каменном аиле) у духа-хозяйки аршана» отсутствует. Если во всех вариантах герой выступает с именем Ацчы (букв. - охотник), то в этой записи герой нарицательный - просто охотник. В приложении данной статьи приводим текст предания (перевод на русский язык осуществлен нами).

Таким образом, в разновременных записях предания о духе-хозяйке аршана Н. К. Ялатова существует большой промежуток между временем, когда слышал сказитель текст от другого исполнителя и временем записи им этого предания по памяти и сдачей самозаписи в архив института. Этим объясняется добавления к главному сюжету исполнителем от себя некоторых эпизодов и деталей предания, их приукрашивание, импровизация и дальнейшее развитие сюжета.

В местности Бугузун Кош-Агачского района до настоящего времени существует аршан / аржан. Сюжет нахождения целебного источника охотником распространен по всему Горному Алтаю: охотник ранит марала / горного козла, идет по его кровавым следам. Находит целебный источник - аржан, в котором исцеляется раненый зверь.

Почти во всех текстах несказочной прозы в самозаписи Н. К. Ялатова (ФМ №№> 397, 360, 347, 366, 403, 432, 438, 450) присутствуют конкретные топонимы, персонажи наделены именами. Благодаря подробным описаниям и повторам эпизодов тексты являются объемными, внутри текстов много глаголов действия, диалогов персонажей. Очевидно влияние исполнителя как сказителя героического эпоса, сказочника на текст предания, былички.

С. С. Суразаков отмечает, что тексты сказаний Н. К. Ялатова «близки к текстам исполнителей кайчи с замедленным повествованием за счет подробных описаний и перечисления деталей» [16, с. 12].

Тексты преданий в самозаписи Н. К. Ялатова насыщены традиционными эпическими формулами: «Турган ]ери артып калган, барган изи ]огу ла. - Место, где стояла - осталось, следов не видно» («Дух-хозяйка аршана»), «Та усак барган ба, ас ]орткон бо - Долго ли ехал, коротко ли», «Укпас ]ердец угуп ийген, сеспес ]ердец сезип ийген - То, что невозможно услышать - услышала, то, что невозможно предчувствовать -предчувствовала», «Уккан-кбргбнин тдкпдй-чачпай кучундатпыр - Не выронив (не вылив)-не выбросив, рассказал всё, что слышал-видел», «Салкын эмес салкын сок[к]он, ]откон эмес ]откон болды — Подул ветер, не похожий на ветер, пошел дождь, не похожий на дождь» и др.

В текстах присутствуют художественные средства, большинство которых встречаются в героическом эпосе: эпитеты («ак кемирчек киис -белый, мягкий [букв, как не затвердевший хрящ] войлок», «кацыл мбш -древний кедр», <у'аларлу от - пламенный огонь» и др.), сравнения («кебис ошкош ]алац - поляна похожая на ковер»), гиперболы («]алац болгон ке]им-токумы - широкий свой потник-поле»), метонимия («эки ]ацыс сааганду болуптыр - имели двух дойных») и др.

Чаще художественно-поэтические средства используются при описании внешности духов-хозяев: «Андагы ]улган /ирггщин ошкош коп кубулгазынду калык^'оны Алтай устуниц алтан]узун чечектери ошкош, ]ер устуниц]етен }узун чечектеринге туцей бу эмтири. - Множество собравшихся там людей [духов-хозяев] подобные миражу, с волшебными чарами, были похожи на шестьдесят различных цветов Алтая, точно как семьдесят цветов земли»; «[Аршанныц ээзиннц] кеп-чырайы кун ошкош ¡аркындалат - Вся она [дух-хозяйка аршана] светилась как солнце»; «Салкын ээси — сары эмеген, куйун ээси - куу эмеген - Дух-хозяйка ветра - светлая [букв, желтая] женщина, дух-хозяйка вихря - бледная женщина» и т. д.

Фольклорные тексты в собственной записи исполнителя - одна из неисследованных тем в алтайской фольклористике. На примере преданий в самозаписи Н. К. Ялатова мы попытались раскрыть особенности текстоз-самозаписей и пришли к выводу, что на них влияет время, обстановка записи, импровизация исполнителя. Н. К. Ялатов как сказитель, сказочник привнес в тексты охотничьих преданий много эпических формул и художественных средств, которые встречаются в сказках и сказаниях.

Аршанныц ээзи

Кош-Агаш аймакта аршанныц ээзи кыс бала тежер. Бу керегинде мындый кеп-кучун бар. Бу керек сууныц ]анындагы турган ту [у] да [болгон]. Бир ацчы сыгынды шыркалай аткан. Шыркалу сыгынды нстеп ол ту[у]ныц баэ/сынга чык[к]ан. Кбрсб, байагы сыгын бздктб сууныц ичинге кирип, суу ичип турган эмтир. Оныц ]анында мбцун сурлу мызылдаган кийнмду кьгс сыгынды]унуп турган.

Ацчы бзбкти тбмбн басканын бойы да билбей калган. Сууга ]едип келсе, сыгын[н]ыц канду изи ]адыры. Кижи ]уктап клеткенин сыгын сезеле, сыгын мацтай бертир. Мынац ары барган изинде кан ]ок, кадык эмтир. Ацчы коркуганынга боругун суруп, бажырып, айдынып, суудац ичип, ]унунуп турала, брб кбрсб, сууныц бажында байагы мбцун сурлу кийим кийген сурекей]араш кыс турды.

Ацчы колы-буды тыркыражып, тизеленип, чбгбдбптир, jacmpa эткенин айдынып та болбой туктурула берген. Кыс ацчыны кезе кбруп, айдыптыр: «Слер богюор бзбк буругар ла иче-карынар оору кижи. Мениц am эдип минип турган сыгынымды не гиыркалаганыгар?» - den кыс бала сурады.

«Айлымнац чык[к]аным удай берген, сыгын учурарда алты баламды азырарга аткан эдим. Слердиц адыгар den билбедим. Бир кинчегимди таштагар» - den ацчы катап ла бурузун айдынып турды.

«Озоо суу ла Алтайдыц ээзинец алкыш-быйан сурар керек, оноц сыгынды адар керек болгон. Je канайдар, сыгынды блтуре атпаганар ]акшы, ол j азылып калар. Балдарлу кижиге килеп турум. Ол тбмбн japam[m]a тарбаганныц ичегени бар. Они бу темирле казып ийсегер, алты тарбан jadap, эки эркегин блтуруп алыгар. Бирузин бого он беш кунге jun эмденеригер. Экинчизин ]ансагар балдарыгарга апарып береригер. Уч jbima кажы ла кустуц куран айында азык-тулукту келип эмденсегер jеткерлу ору-¡оболдоц ]азылып каларар. Алтайдыц ацын адып, шок jemupcep, быйан болбос» - den кыстыц айткалы мындый болгон.

Ол кун[н]ец бери ацчы Алтайдац jö6u joK ац атпас болуп сбзун берген. Айткан ]акылтаны буспай, чике будуруп, уч ]ылга эмденеле, jазылып калган. Оноц ло бери калык-joH бойы-бойынац угужуп, бу аржан сууга келер болуп калган тежет.

Дух-хозяйка аршана

Дух-хозяйка аршана в Кош-Агаче, говорят, девушка. Об этом есть такой рассказ. Этот случай [произошел] на горе, который находится вблизи реки. Один охотник выстрелив, ранил марала, идя по следам раненого марала, взобрался на вершину горы. Видит: тот марал, зайдя в речную долину, оказывается, пьет воду. Рядом с ним девушка в сверкающей серебром одежде купала марала.

Охотник сам не заметил, как стал спускаться вниз по долине. Дошел до реки и [видит]: лежат кровавые следы марала. Заметив приближение человека, марал убежал. В следах, которые идут с этого [места], крови нет, оказывается, [зверь] исцелился. Охотник, испугавшись, снял шапку, стал молиться, произносить благопожелание. Выпив воды, помывшись, посмотрел наверх и [видит]: в верховье реки стоит та же очень красивая девушка, одетая в прекрасную серебряную одежду.

Ноги-руки охотника задрожали, опустился на колени, стал молиться. Не смог сказать, что сделал неправильно, запнулся.

Девушка, строго посмотрев на охотника, сказала: «Вы сами больной человек с язвой желудка и с больной печенью. Почему ранили моего марала, на котором я езжу как на лошади?» - так спросила девушка.

Охотник стал снова оправдываться: «Прошло много времени с тех пор, как я выехал из дома. Когда встретился марал, я выстрелил в него, чтобы прокормить своих шестерых детей. Я не знал, что это ваша лошадь. Простите меня».

Девушка ответила: «Сначала надо было попросить благословение - алкыш у духов-хозяев реки и Алтая, потом только надо было стрелять в марала. Ну что поделаешь, хорошо, что не застрелили марала насмерть. Он поправится. Сжалюсь над человеком с детьми. Там, внизу, на берегу, есть нора сурка. Ког-

гда копнёте этим железом, там буцут лежать шесть сурков. Убейте двух самцов, одним [из них] будете питаться здесь, лечась в течение пятнадцати дней. Второго [сурка] отвезете домой детям. Когда в течение трех лет каждую осень в августе месяце будете приезжать на лечение с припасами еды, то излечитесь от опасной болезни. Если причините вред, застрелив зверя Алтая, то благости не будет».

С того дня охотник дал слово, что не будет стрелять зверя без разрешения [духа-хозяина] Алтая. Исполнив все поручения [духа-хозяйки аршана], охотник, полечившись три года [на аршане], поправился. Говорят, с тех пор народ, узнав друг у друга [о целебном источнике], стал приезжать на аршан [1, ФМ № 450, тетрадь № 10, с. 7-8].

Библиографический список

1. Архив Института алтаистики им. С. С. Суразакова Республики Алтай.

2. Бедюров, Б. Я. Светолюбы Алтая / Б. Я. Бедюров // Памятное завещание: Алтайская дореволюционная проза. - Горно-Алтайск, 1990. - С. 3-42.

3. Бурнаков, В. А. Духи гор в традиционных представлениях хакасов / В. А. Бурнаков //Г. Н. Потанин и народы Алтае-Саянского горного региона: через поколения в будущее. - Горно-Алтайск, 2005. - С. 166-177.

4. Волшебная Сибирь: Памятники фольклора / сост. А. В. Преловский. - М., 2003.-256 с.

5. Диваев, А. А. Семь сказок киргизов Сыр-Дарьинской области / А. А. Дива-ев // Этнографическое обозрение. - М., 1906. - № 1-2. - С. 127.

6. Дыренкова, Н. П. Шорский фольклор / Н. П. Дыренкова. - М.; Л., 1940. -448 с.

7. Казагачева, 3. С. Зарождение алтайской литературы / 3. С. Казагачева. -Горно-Алтайск, 1972. - 147 с.

8. Казагачева, 3. С. Алтайские героические сказания «Очи-Бала», «Кан-Алтын». (Аспекты текстологии и перевода) / З.С. Казагачева. - Горно-Алтайск, 2002.-352 с.

9. Казахский фольклор в собрании Г. Н. Потанина. - Алма-Ата, 1972.

10. Каскабасов, С. А. Казахская несказочная проза / С.А. Каскабасов. - Алма-Ата, 1990.-240 с.

11. Катанов, Н. Ф. Хакасский фольклор (Из книги «Образцы народной литературы тюркских племен», Т. IX, СПб., 1907) / Н. Ф. Катанов. - Абакан, 1963. -163 с.

12. Образцы народной литературы тюркских племен, живущих в Южной Сибири и Дзунгарской степи, собраны В. В. Радловым - СПб., 1866. - Ч. 1. - 410 с.

13. Пантусов, Н. Н. Материалы к изучению казак-киргизскаго наречия / Н. Н. Пантусов. - Казань, 1901. - Вып. Ш. - С. 16-35.

14. Предания, легенды и мифы Саха (якутов) / сост. H.A. Алексеев, Н. В. Емельянов, В. Т. Петров. - Новосибирск, 1995. - 400 с. - (Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока).

15. Сказки и предания алтайских тувинцев (Собраны Эрикой Таубе). - М., 1994. -382 с.

16. Суразаков, С. С. Н. К. Ялатов и его сказание «Олёнгир» // Оленгир: героическое сказание алтайцев. Сказитель Н. К. Ялатов / С.С. Суразаков. - Горно-Алтайск, 1970. - С. 5-24.

17. Фольклор саянских тюрков XIX в. Из собрания Н. Ф. Катанова / сост. А. В. Преловский. - М., 2003. - Т. 2. - 624 с.