О названиях домашних животных в андийских языках по видовым и групповым понятиям (на материале ахвахского, каратинского и тиндинского языков)

УДК 811.351.12

А. Г. Умаргаджиева

О НАЗВАНИЯХ ДОМАШНИХ ЖИВОТНЫХ В АНДИЙСКИХ ЯЗЫКАХ ПО ВИДОВЫМ И ГРУППОВЫМ ПОНЯТИЯМ

Статья посвящена групповым и видовым понятиям животноводческой лексики бесписьменных андийских языков, которые генетически составляют аваро-андо-цезскую группу. Для сравнительного анализа привлечены ахвахский, каратинский и тиндин-ский из восьми языков андийской группы.

The article is devoted to the group and species concepts of cattle - breeding lexicon of non -written Andi languages which generically make the Avar - Andi - Tsez group. Three languages out of eight from the Andi group are involved in the comparative analysis: Akhvakh, Karata and Tindi.

Ключевые слова: животноводческая лексика, бесписьменные языки, аваро-андо-цезская языковая группа, масдарный суффикс, языковой уровень.

Keywords: cattle-breeding lexicon, non-written languages, the Avar-Andi-Tsez group of languages, the Andi language, masdar suffix, linguistic level.

Разведение крупного и мелкого рогатого скота способствовало появлению в языках аваро-ан-дийского региона терминологии, в которой представлены названия, отражающие видовые, половозрастные и другие особенности.

Сравнительный анализ материала трех андийских языков дает возможность выявить сходные и отличительные особенности, характеризующие тот или иной язык или группу андийских языков в целом. Прослеживаются основы общедагестанской, общеаваро-андо-цезской и общеандийской лексики.

Значительное количество названий животных и насекомых восходит к общеавароандийскому хронологическому уровню и является общим для всех авароандийских языков. К ним относятся, например, такие названия, как животное, ягненок, баран, коза, бык, осел, мул, собака, кошка, рысь, еж, волк, куница, лев, лиса, медведь, мышь, шакал, блоха, вошь, комар, моль, лягушка, паук, муха, пиявка и др.

Некоторые термины имеют единую общеандийскую основу, т. е. представлены во всех андийских языках, что является следствием самостоятельного, обособленного развития языков андийского региона. Сюда можно отнести такие наименования, как корова, теленок, кобыла, щенок, конь, пчела.

© Умаргаджиева А. Г., 2009

Ряд слов не имеет материальной общности во всех андийских языках. Единство разрушено наличием разнокорневого эквивалента в одном из языков группы. Например комар (андийские языки -к1к1ара, щ1ара, ккяра, к1ара, къара, а в ах-вахском и в одном говоре каратинского языка встречается другая основа - джиби, жибила).

По разнообразию и по объему названий животного мира лексика андийских языков во многом опережает общедагестанскую и общеаваро-андийскую. Здесь представлена терминология, в которой заложены характеристики животного мира: пол, возраст и дополнительная характеристика. А признак вида имеет различные лексемы: боццар/бец1ур/беч1уха/руц1ц1у 1) мелкий рогатый скот» 2) имущество, состояние, богатство, х1айван/ х1ван/ х1ема/ х1аван «крупный рогатый скот», болъон/болъо" «свинья», хъелеко-г1инк1о/ она/ г1уг1уча «птица» и др. В названиях домашних животных отмечено много лексем исконного происхождения. Встречается несколько слов, усвоенных из аварского, грузинского, персидского и тюркских языков. Многие названия домашних и диких животных в андийских языках являются общедагестанскими.

В андийских языках представлены разные названия для обозначения видовой и групповой совокупности животных. Обобщающее собирательное понятие «мелкий и крупный рогатый скот» передают следующие слова: бен1уха-боц-цар, х1аван-к1анар, х1аван, боцар (тиндин.), х1ай-ван, х1ва", бец1ц1ур (каратин.), х1ема-бен1уха, ланги-бен1уха (ахвах.) (букв. «мелкий рогатый скот - крупный рогатый скот // крупный рогатый скот - мелкий рогатый скот»).

Наибольшее число терминов связано с мелким рогатым скотом (МРС), в номенклатуре которых широко представлены видовые названия, обозначающие каждый вид по полу, возрасту, цвету, экстерьеру.

Собственно лексем, обозначающих совокупность видов животных в андийских языках, немного. Чаще при этом употребляются слова аваро-андо-цезского происхождения, а также заимствования: илхъи «табун лошадей», рехьет1/ре-хьет/рехьет1и «стадо овец, коров, быков».

Родовым наименованием для обозначения мелкого рогатого скота в андийских языках используется термин который представлен во всех аваро-андо-цезских языках с некоторыми вариациями (гиг. буц1и, тинд. боцар, год. пурци, багв. бец1ур, кар. бец1ур, анд. буц1ир, ботл. буц1и, ахв. руц1у/бен1уха, авар. боц1и). В андийских языках корневой ц1 представлен точными фонетическими соответствиями. Возможно, это объясняется тем, что основа рассматриваемыми языками усвоена из аварского в период распада аваро-андо-цезского языка-основы, ср. в аварс-

Лингвистика

ком боцТцЫ - в гиг. тинд. буц1и (дезабруптиви-зация сильной аффрикаты). Конечный -р в годо-беринском языке подвергся метатезе. В большинстве же авароандийских языков он утерян. Как отмечено Т. Е. Гудава, тенденция «изнашивания» (усечения) конца основы - обычное явление для этих языков [1].

Видовое наименование представителей козьих ц1ц1енал1и (тинд.). ц1ц1енал1о (карат.), ц1ц1ирил1и (ахвах.). Образования подобного типа т. е. с формантом генитива (с последующей их лексикализацией), - явление, характерное для всех андийских языков [2].

В андийских языках богато представлена терминология, обозначающая овец и коз по половозрастному признаку. Эти термины отражают количество прожитых лет от рождения, количество окотов (у самок), количество прожитых лет после кастрации (у самцов).

Овца с рождения имеет следующие возрастные наименования без различия пола: кьер (тинд.), кьидер (карат.), кьейе (ахвах.) «ягненок до шести месяцев»; рет1ана (тинд.), рекъ1е (ахвах.) «ягненок от шести месяцев до года». Коза с рождения до года именуется ц1икер (тинд.), ц1ц1ик1ар (ка-ратин.), ч1ек1е (ахвах.).

Специальными терминами обозначаются ягненок и козленок в зависимости от времени их рождения - ими являются два термина, образованные аналитическим способом. В качестве второго компонента в обоих выступает причастие со значением «родившийся», а первый обозначает время. Ср. в ахвах. ццибера гведабе (кьейе, ч1ек1е) «родившийся в начале зимы» (ягненок или козленок); риъиба гведабе (кьейе, ч1ек1е) «родившийся в начале лета» (ягненок или козленок).

Пол козы или овцы до года конкретизируется прилагательными, обозначающими самку или самца, в сочетании с видовым названием молодняка: кьер, рет1ана, ц1ц1ик1ар (тинд.), кьидер, ц1икер (карат.), кьейе, рекъ1е, ч1ек1е (ахвах.): кунт1аб (карат., тинд.), эк1вадабе (ахвах.) «самец», гьак1уб/гьаккуб (тинд., каратин.), ак1к1а-дабе (ахвах.) «самка».

Термин кьер (тинд.), кьидер (каратин.), кьейе (ахвах.) с некоторыми фонетическими отклонениями употребляется во многих аваро-андо-цезских языках: гиг. кьедир, багв. кьерер, год. кьи-дир, ботл. кьет1ер, чам. кьили, авар. кьег1ер, цез. л1ели, хварш. л1ели, гин. л1ели, гунз. л1иле. Исходной для данной группы языков Т. Е. Гудава полагает форму кьедер/кьедир [3]. В основе выделяется конечный элемент -р, присутствующий в ряде имен (среди них и несколько терминов, обозначающих детенышей животных) андийских языков (ср.: гиг. лъедир «теленок», ц1ц1еч1ир «козленок», кьедир «ягненок», чанир «полтуши»,

тинд., анг. минар «голова», собств. тинд. мийар «нос», гьумур «семя», хунсссар «легкое», боц-цар «MPC» и др. Этот элемент в историческом плане может быть признан как словообразовательный. Данное предположение подтверждает и факт функционирования его в современных андийских языках в качестве масдарного суффикса. А масдар, как известно, очень часто, лек-сикализовавшись, переходит в разряд существительных (ср.: тинд. гьанкъажар «жажда» - гьан-къажилъа «испытывать жажду»; гьанч1ар «полка», «сорняки» - гьанч1агьилъа «полоть»). В ахвахском языке он, как правило, усекается по принципу «изнашивания» конца основы [4]. Но в рассматриваемом термине (т. е. обозначающем ягненка) отсутствие -р в некоторых языках объясняется иначе: в ед. ч. гакв. диалекта (и дидой-ских языках) используется, по мнению Т. Е. Гу-дава, форма мн. ч. других андийских языков и гиг. диалекта чамалинского языка [5]. Как отмечает П. Т. Магомедова, из этого логически вытекает, что гакв. диалектом, а также цезскими языками основа усвоена из других андийских языков [6].

Основу соотносят в литературе с общедагестанским языковым уровнем [7].

Слово рет1ана «ягненок от шести месяцев до года» незначительными фонетическими вариантами представлено в трех близкородственных языках (чам. йет1ана, багв. рет1ана) [8]; ср.: абаз. ты, абх. аты, кааб., адыг., убых т1ы. П. Т. Ма-гомедова увязывает этимологическую корневую морфему -т1ана (префиксальные -ре, -йе - фонетические варианты окаменелого классного экспонента) с глаголом бит1вала, одним из многочисленных значений которого является «отнять от груди», «отлучить». А ягнят, обозначаемых рассматриваемым термином в этом возрасте, отнимают от матери, т. е. лишают материнского молока и содержат отдельно.

Термин релъаб в тиндинском языке, обозначающий ягненка от года до полутора лет, является субстантированным прилагательным; ср. релъаб «яловый». Основа (в обоих значениях) бытует и в других андийских языках. Ср.: чам. йелъаб, багв. релгьаб, год. ребла, анд. ребла «ягненок до полутора лет»; чам. йелъаб, багв. релгьаб, год. реблъа, карат. релъбаб, арчоб.релъаб, ток. леблаб «яловая» - о самке любого животного; ахв. элъаххурулъ1а «объяловеть». Т. Е. Гудава сравнивает год. реблъа «яловая» с ботл. реб «весна». На первый взгляд, оснований для их сближения достаточно: возрастной отсчет животных обычно связан с временами года - осенью и весной. В славянских языках, например, наименования молодой, не ягнившейся годовалой овцы (русская ярка) увязывается с церк.-слав. яра «весна». Но внешнее сходство этих основ представ-

ляется всего лишь случайным совпадением, вызываемым метатезой конечного -б.

Лексема ч1ек1е «козленок» в ахвахском имеет и второе значение «стрелки чеснока или лука», употребляется и в переносном значении «шалун». С некоторыми фонетическими вариантами основа бытует во всех андийских и во многих цез-ских языках: анд. ц1ек1ир, год., ботл. ц1ек1ир, багв. с1ек1ер, кар. ц1ик1ер, тинд. ц1ик1ар, цез. цек1и, хварш. чик1и. гунз., бежт. чик1е [9]. Исходной для этих языков Т. Е. Гудава считает форму ц1ек1ир/ц1ик1ер.

У овец с полутора лет, у коз с 1 года начинается дифференциация наименований по половозрастному признаку. Самки имеют следующие возрастные наименования: гьаркки (тинд.), а"к1к1е (ахвах.), гьарк1к1ин (карат.) «овца от полутора до двух лет» (т. е. самка, способная к окоту). Основа этого термина со значением «овца с полутора до двух лет» с немногими фонетическими вариантами представлена во многих андийских и аварском языках (чам. гьас1им, багв. гьарщ1им. анд. гьарч1ин, авар. г1орк1к1ен, год. гьарккин. Из цезских языков основа бытует только в гинухском - къини (соотношение корневых к1//къ между аварским и цезским языками отмечено Т. Е. Гудава [10]).

Термин «двухгодовалая овца» образован в андийских языках от семантемы «самка». Ср.: ахвах. ак1к1и, тинд. гьаккуб, карат, гьарк1к1е, чам. гьак1уб, год. гьаркки. авар. ц1ц1уйаб, анд. горч1и, багв. гьак1уб.

Исходным для корневых к1, ч1, щ1, с1, к, кк является к1. Основу связывают и с лак. цу, груз. зу, адыг. бзы «самка». Конечный элемент основы -им (-ин, -ен) в историческом плане следует квалифицировать как словообразовательный. Свидетельством тому является наличие данного суффикса и в других словах (ср.: авар. бухьизе «завязать» - рохьен «веревка», бицине «рассказать» - бицен «предание»).

Термины и"ха (ахвах.), риха (тинд.), ригьа (карат.) обозначают понятие «взрослая овца», «овцематка». В близкородственных языках тоже представлена эта же основа: авар. чаху/чахъу, багв. рийа, годоб. риха, чам. иха/ риха/инха.

Термины со значением «коза» ц1ц1онол1и (ахвах.), ц1ц1енал1о (карат.), цценал1и (тинд.) в специальной литературе относят к общедагестанскому уровню - основа его прослеживается почти во всех группах дагестанских языков [11].

Общими наименованиями взрослых самцов являются термины: кви", а"лъи «баран» и т1ука

«козел». От них разными способами (словосложением или аналитическим способом) образуются термины, связанные с возрастом, кастрацией или породой. Они являются составляющими композитов, обозначающих возрастные наименования кастрированных самцов (до 4 лет). В качестве вторых компонентов в таких композитах используются слова, не употребляемые в самостоятельном лексическом значении.

Термин кби" «баран» в различном фонетическом оформлении представлен почти во всех ава-ро-андийских языках: авар. куй, анд. кун, ботл. ку"й, багв., тинд. квин, год. кунгьи, лексические его параллели встречаются и в некоторых языках (лак. ку, дарг. кигьа) других групп дагестанских языков, а также в одном из нахских (чеч. ка). Формы дагестанских языков рассматриваются Б. Б. Талибовым как исконные [12].

Основа слова т1ука «козел» представлена и в близкородственных языках: год. т1ука, анд. т1ука. багв., чам. ч1ут1а, цез., хварш., гин. т1ека, гунз., бежт. т1ига. Форму ч1ут1а (в багв. и чам.) можно рассмотреть как результат метатезы и последующей палатализации начального согласного - т1ука > к1ут1а > ч1ут1а. Т. Е. Гудава полагает, что рассматриваемая основа проникла в андоцезские языки из тюркских: кум., азерб., турец. тэкэ, др.-т. тека [13].

Примечания

1. Гудава Т. Е. Сравнительно-исторический анализ консонантизма дидойских языков. Тбилиси: Мец-ниереба, 1979. С. 156; Гудава Т. Е. Консонантизм андийских языков. Тбилиси: Изд-во АН ГССР, 1964. С. 51.

2. Гудава Т. Е. Сравнительно-исторический анализ... С. 57.

3. Там же. С. 184.

4. Гудава Т. Е. Консонантизм. С. 51.

5. Гудава Т. Е. Сравнительно-исторический анализ. С. 184.

6. Магомедова П. Т. Термины овцеводства в чама-линском языке // Отраслевая лексика дагестанских языков: Названия животных и птиц. Махачкала, 1988. С. 86.

7. Сравнительно-историческая лексика дагестанских языков / отв. ред. проф. Г. Б. Муркелинский. М.: Наука, 1971. С. 160.

8. Гудава Т. Е. Консонантизм. С. 127.

9. Гудава Т. Е. Сравнительно-исторический анализ. С. 156.

10. Там же. С. 197.

11. Сравнительно-историческая лексика дагестанских языков. С. 152.

12. Там же. С. 148.

13. Гудава Т. Е. Сравнительно-исторический анализ. С. 74.