Исследование морфемной и словообразовательной структуры слова в башкирском языке

ЛИНГВИСТИКА

К.Г. Ишбаев

ИССЛЕДОВАНИЕ МОРФЕМНОЙ И СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ СЛОВА В БАШКИРСКОМ ЯЗЫКЕ

Исследование особенностей морфемной и словообразовательной структуры слова является одной из актуальный проблем изучения строя башкирского языка.

По морфемной структуре, способам образования слов и их грамматических форм башкирский язык, как и другие тюркские языки, относится к типу агглютинативных языков.

В башкирском языкознании к настоящему времени можно найти ряд исследований, касающихся морфемного строения слова [I]. Однако системное и более детальное изучение морфемной структуры собственно башкирских слов и заимствований из других языков, выяснение происходящих в них морфонологических и семасиологических изменений остаются одной из ма-лоразработанныгх проблем в башкирском языкознании.

Как известно, в морфемике основной единицей выступают морф и морфема; кроме них, выделяются также алломорфы и варианты морфем. Это положение касается языков как флективной, так агглютинативной системы, в том числе и башкирского языка.

Морф — это минимальная значимая часть слова; слово может состоять из одного, двух и более морфов; в соответствии с этим в языке выщеляются слова одноморфные (эш «дело, работа», у%ы- «читать», йылы «теплый», куп «много») и многоморфные (уй-ла- «думать, мыслить», уй-ла-н-ыл-ган «продуманный»).

Один и тот же морф может иметь алломорфы — звуковые разновидности, одинаковые по значению и позиции, но несколько различаю-

щиеся по составу фонем; сравните: ал-ма «не бери» и бир-мэ «не давай» (-ма/-мэ); ташсы «каменщик» и эш-се «рабочий» (-сы/-се).

Совокупность морфов, связанных единым значением, одинаковой позицией, близостью фонемного состава, образует морфему; например, группы алломорфов кук-, куг- в словах кук-кел «синеватый», куг-эр- «синеть» и -зы/-зе в словах тау-^ы «гору», ер-^е «землю» объединяются в отдельные морфемы.

В отдельных случаях в составе слов различаются и варианты морфем, которые в формальном и семантическом плане выступают как взаимозаменяемые синонимичные элементы; например: ал-а-м «беру» = ал-а-мын «беру» (-м = -мын).

В башкирском языке, как и в других тюркских языках, по своему значению, местоположению и функциям морфемы подразделяются на два типа: а) на корневые морфемы или корни и б) на аффиксальные морфемы или аффиксы: йыр (корень) + сы (аффикс) — лар (аффикс) + га (аффикс) > йырсыларга «певцам».

Корневая морфема — это основная и постоянная часть слова, содержащая в себе его лексическое значение; наличие корня в слове обязательно; слов, не имеющих корней, не бывает; безаффиксные же слова имеются. Новые лексические единицы образуются обычно на базе корневых морфем и называются родственными словами.

Корневые и простые производные слова состоят из одного корня (тщ «быстро», тщ-лек «скорость»), а сложные слова — из двух и более корней (карт+эсэй «бабушка», дус-иш «друзья,

Ишбаев Карим Гайсеевич, доктор филологических наук, профессор, заведующий отделом социальных и гуманитарных наук Стерлитамакского филиала АН РБ, заведующий кафедрой башкирской и русской филологии и методики преподавания Стерлитамакской государственной педагогической академии имени Зайнаб Биишевой

©Ишбаев К.Г., 2009

приятели», эбей-к+эбей «старушки», радио+те-ле+уз-эк «радиотелецентр»).

В современном башкирском языке наблюдаются корни свободные и связанные: а) свободные корни могут употребляться самостоятельно, а также свободно сочетаться с другими корневыми или аффиксальными морфемами (квн «день», кон-доз «днем», коньяк «юг», кон-тон «день и ночь, днем и ночью»); б) связанные корни выгавляются в отдельных словах лишь в сочетании с другими морфемами; в результате исторического развития языка их первичные варианты не сохранились и самостоятельно не употребляются (оз-он «длинный, долгий, протяжный»; озон-ай- «удлиняться»; оз-он-лок «длина, долгота, протяженность»; оз-он-са «продолговатый»; оз-ак «долгий, длительный, продолжительный; долго, длительно, продолжительно»; оз-ак-ла- «медлить, задержаться», оз-ак-ка «надолго», оз-он+аяк «долгоножка»; оз-он+морон «долгоносик»; оз-он-оз-ак «долгий-предолгий, длинный-предлинный; очень долго, очень длинно»).

Вышвление слов, состоящих из связанных корней, и определение их природы имеют как теоретическое, так и практическое значение в изучении морфемной структуры слова. Это имеет непосредственное отношение к этимологическим исследованиям в области исторической лексикологии, в частности, в определении первичных корневыгх слов в башкирском языке [2].

Все аффиксальные морфемы в башкирском языке, как и в других тюркских языках, употребляются под общим названием «аффикс» [3, с 18].

Аффикс — это морфема, придающая слову лексическое, грамматическое и лексико-грамматическое значения. Они присоединяются непосредственно к корню или к другим аффиксам, находящимся в сочетании с корнем: бел- «знать», бел-ем «знание, образование», бел-ем-ле «грамотный, образованный; знающий».

Аффикс является связанной морфемой, он не может употребляться самостоятельно; количественный состав аффиксов также ограничен.

Природа аффиксальных морфем в тюркских, в том числе и в башкирском языках, не до конца еще определена, но тем не менее, мы считаем целесообразным изучение аффиксов, подразделяя их по значениям и функциям на три группы: словообразующие, формообразующие и словоизменительные [4].

Словообразующие аффиксы, присоединяясь к корню слова (или словообразующей основе),

изменяют его лексическое значение и образуют новую лексическую единицу: йэй «лето» (имя существительное)+ -ге > йэйге «летний» (имя прилагательное); яцы «новый» (имя прилагательное) + -р >яцыр- «обновляться» (глагол).

Формообразующие аффиксы, присоединяясь к корню (или основе), изменяют не только его грамматическое значение, но одновременно придают определенный оттенок к лексическому значению; в результате получается словоформа с новой морфологической категорией. В современном башкирском языке к формообразующим аффиксам можно отнести аффиксы, употребляющиеся в формировании следующих морфологических категорий: аффиксы субъективной оценки (йондоз-сок «звездочка», бала-кай «детка, деточка»); аффиксы категории числа (кроме личныгх глаголов): агас-тар «деревья», егэрлелэр «трудолюбивые»; аффиксы категории модальности (айыу-мы «медведь ли», айыу-зыр «наверно, медведь», айыу-сы «медведь же»); аффиксы категории степени сравнения: йылы-рак «теплее», тиз-ерэк «быстрее, скорее»; аффиксы разрядов имен числительных: беренсе «первый», бер-эр «по одному»; аффиксы неличных форм глагола: ку-рергэ «чтобы видеть», кургэн (кеше) «видевший» и др.; аффиксы категории залога: тозо- «строить», тозо-л- «строиться», тозо-ш- «помогать строить» и др.; аффиксы категорий наклонения и времени: бел- «знать», бел-де «знал», бел-ер «будет «знать» и др.; аффиксы категории меры и степени (аспекту-альности) глагола: кил-гелэ «приходить, приезжать»; эйт-келэ «многократно говорить» и др.; аффиксы категории отрицания глаголов: ас- «открывать», ас-ма «не открывать».

Аффиксы -мы/-ме, -сы/-се, -дыр/-дер по давней традиции рассматриваются в составе частиц. Мы придерживаемся того мнения, что они являются показателями категории модальности и относятся к группе формообразующих аффиксов.

Словоизменительные аффиксы, присоединяясь к корню (или основе), не влияют на его лексическое значение, лишь изменяют грамматическое значение и служат для установления синтаксических отношений.

К этой группе относятся: аффиксы категории падежа (йыл «год», йыл-га «году», йыл-ды «год» и др.); аффиксы категории принадлежности (ил-ем «моя страна», ил-ец «твоя страна», ил-ебез «наша страна» и др.); аффиксы категории сказуемости (баксасы-мын «я — садовод, я являюсь садоводом»; баксасы-кыц «ты — садовод, ты явля-

ешься садоводом» и др.); аффиксы категорий лица и числа глаголов (ала-м «беру», ала-кыц «берешь», ала-быз «берем» и др.).

В башкирском языке, как и в других тюркских языках, слово- и формообразующие аффиксы в большинстве случаев являются однозначными, а словоизменительные аффиксы (кроме аффиксов падежей) — многозначными; кроме того, в башкирском языке все три типа аффиксов согласно закону сингармонизма могут выступать в различных фонологических вариантах (от 2-х до 16-и единиц).

В языкознании сложилось мнение, что в тюркских языках слова начинаются с корня, все типы аффиксов находятся после корня, а аффиксы, находящиеся перед корнем, то есть префиксы, присущие агглютинативным языжам (семито-хамитской, кавказской, палеоазиатской группам), а также флективным языкам (например, индоевропейской группе), в тюркских языжах отсутствуют [5]. Однако некоторые лингвисты пытаются обосновать наличие префиксов и префиксоидов в отдельных тюркских, в частности, в азербайджанском, туркменском, узбекском, киргизском, турецком языжах [6].

В башкирском же языке в исконно башкирских словах общетюркского присхождения выделяются лишь аффиксы, стоящие после корня, а префиксы отсутствуют. Следует отметить, что в башкирском языке, как и в некоторых других тюркских языках, наблюдается явление префиксации как один из способов морфематического словообразования. Однако сфера ее употребления ограничена, так как здесь речь идет лишь о префиксах и префиксоидах, заимствованных из греческого, латинского, персидского и других языков: а) из западноевропейских языков: де-монтажла- «демонтировать», анти-кщэксэ «античастица», микро-донья «микромир», прото-башкорттар «протобашкиры» и др.; б) из персидского и арабского языков: хисап «счет» > би-хисап «без счета, очень много», дога «молитва» > бэд-дога «проклятие» и др.

Кроме префиксов, в башкирском языке используются суффиксы и суффиксоиды, встречающиеся в иноязычных словах:

а) суффиксы, усвоенные из персидского и арабского языков: -кэр (эш «дело, работа» > эш-мэ-кэр «деятель»; -мэн: эз «след» > эз-эр-мэн «следопыт»; -хур: бал «мед» > бал-хур «любительмеда»; -и: торок «турок» > торк-и «тюркский» и др.);

б) суффиксы, усвоенные из русского языка и через русский язык из европейских языков: -аль

(горизонт-аль < горизонтальный; дискусси-он < дискуссионный и др.).

В башкирском языке созданы и опубликованы словари корневых и аффиксальных морфем, а также в «Словообразовательном словаре башкирского языка» [7] в виде приложения дан список наиболее часто употребляющихся иноязычных префиксов и префиксоидов, суффиксов и суффиксоидов. Однако необходимо создать более или менее полный свод аффиксальных морфем с указанием на их источники (собственно башкирские и заимствованные) и типы (словообразующие, формообразующие и словоизменительные).

В процессе исторического развития отдельные слова в составе лексики подвергаются определенным изменениям, которые влияют на их фоно-морфемную структуру, лексическое значение и морфологические признаки. Такого рода изменения в фоно-морфемной структуре слова, как опрощение, переразложение, усложнение и замещение в свою очередь приводят к семанти-ко-структурным явлениям, которые нуждаются в комплексном изучении их проявлений как в области словообразования, так и в системе формообразования и словоизменения.

Последние исследования башкирских лингвистов показывают целесообразность классификации слов по их словообразовательной структуре по следующей схеме. Все слова подразделяются на две группы: корневые (непроизводные) и производные; а производные в свою очередь делятся на простое производное слово, сложные слова (сращенное сложное слово, составное сложное слово, парное слово, повторительное слово, сложносокращенное слово), сокращенное слово, переносное слово.

Все эти типы слов по своему происхождению так или иначе имеют отношение к одному из следующих способов словообразования, которые функционируют в башкирском языке: лексический, лексико-семантический, фонологический, морфематический, аббревиация, лексико-грамматический и лексико-синтаксический. По каждому из этих способов мы находим определенные сведения в работах башкирских языковедов. Тем не менее мы считаем, что отдельные способы, например, лексико-семантический, фонологический, аббревиация, требуют более основательного и детального изучения.

В языкознании изучение системы словообразования любого конкретного языка рассматри-

вается в двух планах: 1) какими способами и на базе каких частей речи образуются (или образованы) слова, относящиеся к определенной части речи; например, «какими способами и на базе каких частей речи образуются (или образованы) имена прилагательные в башкирском языке»;

2) какая определенная часть речи служит (или может служить) базой для образования новых слов, принадлежащих другим конкретным частям речи; например, «для образования каких новых слов, принадлежащих другим конкретным частям речи, служит (или может служить) имя существительное в башкирском языке».

До недавнего времени изучение словообразовательной системы как в русском языкознании, так и в тюркологии (в частности, в башкирском языкознании) велось в основном в первом направлении, на второе направление не обращалось должного внимания.

В последние годы в башкирском языкознании активизировалась работа по изучению башкирского словообразования по второму направлению: появились разделы в отдельных монографиях, опубликованы статьи, издан «Словообразовательный словарь башкирского языка», составленный по принципу словообразовательного гнезда, в основе которого лежит потенциальная возможность каждого слова, взятого как словообразующая основа.

Таким образом, в башкирском языкознании в последнее время уделяется особое внимание всестороннему исследованию словообразовательной системы башкирского языка, в частности, морфемной и словообразовательной структуры слова в башкирском языке. А для решения тех

проблем, которые стоят перед отдельными областями башкирского языкознания, созданы достаточно веские теоретические основы в виде фундаментальных и прикладных исследований и практические возможности в лице научных кадров.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ишбаев К.Г. Башкирский язык: Морфемика. Словообразование. — Уфа: Гилем, 2000. — 247 с.; Ишбаев K.F., Абдуллина Г.Р., Ишкилдина З.К Баш-хорт теленец морфемикаЬы, ЬузьяЪалышы Ьэм мор-фонологияЪы. — 0фе: Гилем, 2006. — 178 б.

2. Гарипов Т.М. Историко-этимологический словарь башкирского языка. Первый выпуск. Корнеслова с гласными инициалями. — Уфа: БГПУ, 2007. — 140 с.

3. Ишбаев К.Г. Башкирский язык: Морфемика. Словообразование. — Уфа: Гилем, 2000.

4. Абдуллина Г.Р. Формообразование башкирского языка. — Уфа: Гилем, 2008. — 236 с.; Абдуллина Г.Р. Словоизменение башкирского языка. — Уфа: Гилем, 2008. — 124 с.

5. Дмитриев Н.К. Грамматика башкирского языка. — М.; Л.: АН СССР, 1948. — 276 с.: Гарипов Т.М. Башкирское именное словообразование. — Уфа: БФ АН СССР, 1959. — 224 с.

6. Тенишев Э.Р. Введение // Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Морфология. — М.: Наука, 1988. — С. 8.

7. Эхтэмов М.Х. Башкорт теленец морфемалар Ьузлеге. — 0фе: Башкортостан китап нэшриэте, 1992. — 272 б.; Уразбаева З.Г. Словарь аффиксальных морфем башкирского языка. — Уфа: Гилем, 2004. — 82 с.; Ишбаев К.Г., Ишкилдина З.К. Башкорт теленен ЬузьяЪалыш Ьу^леге. — 0фе: Гилем, 2005. — 552 б.

Ключевые слова: агглютинативные языки, флективные языки, алломорфы, морфемы, аффиксы, префиксы, суффиксы.

Key words: agglutinative languages, inflectional languages, allomorphs, morphemes, affixes, prefixes, suffixes.

Karim G. Ishbayev

INVESTIGATION OF MORPHEMIC AND WORD-BUILDING STRUCTURE OF A WORD IN THE BASHKIR LANGUAGE

The theoretical foundations of the Bashkort word-building system are shown in this paper; the challenge questions of morpheme and word-building of the Bashkort word-form are described; the main word-building ways and means are considered; the morphological and semasiological phenomena, taking place in the word-production process, are discovered; the potential possibilities of the development of word-building system are defined.