Философское осмысление ключевых веков российской истории Ч. I – XIV век

ФИЛОСОФСКОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ КЛЮЧЕВЫХ ВЕКОВ РОССИЙСКОЙ ИСТОРИИ Ч. I - XIV ВЕК

Николай Николаевич Кожевников,

доктор философских наук, профессор Северо-Восточного федерального университета им. М. К. Аммосова

Вера Софроновна Данилова,

доктор философских наук, профессор Северо-Восточного федерального университета им. М. К. Аммосова

На историю можно смотреть под разными углами и в каждой эпохе находить что-то важное. Однако если связать историю с планетарными и космическими процессами, с эволюцией биосферы, с основными ритмами становления культурно-цивилиза-ционных систем, с самоорганизацией планетарно-цивилизационного бытия, то можно использовать универсальные критерии, которые позволят определить ключевые (переломные) века истории. Например, в качестве двух исходных постулатов настоящего исследования можно использовать следующие фундаментальные идеи Л. Н. Гумилёва.

1. В истории России было два основных этапа. «События этноге-незов народов нашего Отечества составляют историческую канву жизни, по крайней мере, двух разных суперэтносов. Поэтому необходимо различать историю Древней Киевской Руси (с IX до XIII в., включая и историю Новгорода до его падения в XV в.) и историю Московской Руси (с XIII столетия до наших дней). При этом ключевым периодом для понимания отечественной исторической судьбы являются три века: XIII, XIV, XV, - когда русская действительность формировалась как результат интерференции (наложения) двух разных процессов этногенеза. Финальная фаза этногенеза Киевской Руси сочеталась с начальным, инкубационным периодом истории будущей России, и это сочетание придало столь трагическую окраску времени Александра Невского, Дмитрия Донского и Василия Тёмного» [1, с. 292]. Не вдаваясь во второстепенные исторические детали, рассмотрим как ядро трёх вышеупомянутых веков именно XIV век.

Н. Н. Кожевников, В. С. Данилова

2. Возникновение этноса Велико-росов в XIII веке и его самоидентификация в XIV, XV вв. «Суть явления состоит в том, что в определённый момент времени на узкой, шириной 200 - 300 км, и вытянутой полосе поверхности Земли, имеющей геометрию, близкую к геодезической линии, возникает серия пассионарных популяций, внутри которых начинаются бурные процессы этногенеза, приводящие через 130 - 160 лет к появлению группы новых этнических систем, проходящих синхронно все последовательные фазы этногенеза (если процесс этногенеза не обрывается извне: стихийные бедствия, истребление и т.д.)» [2, с. 305]. Среди таких пассионарных толчков нас интересует обозначенный Л. Н. Гумилёвым под номером IX (пассионарный толчок XIII в.н.э.), когда возникли четыре новых этноса. «1. Литовцы. Создание жёсткой княжеской власти. Расширение княжества Литовского от Балтийского до Чёрного морей. Принятие христианства. Слияние с Польшей. 2. Великороссы. Возвышение Московского княжества. Рост служилого сословия. Широкая метисация славянского, тюркского и угорского населения Восточной Европы» [2, с. 308]. История этноса Литвы и Польши тесно связана с историей России, тогда как этносы Отоманской Порты и Эфиопии, рассматриваемые в этой группе как третий и четвёртый этносы, непосредственного отношения к рассматриваемому вопросу не имеют.

В XIII в. Древняя Русь, возникшая несколько веков до этого на основе славянского этноса, с эпохой величия Киева, Чернигова, Переславля уходила в прошлое. Новгород с Псковом, вследствие своей удалённости от региона основных военных конфликтов,

продержались ещё достаточно долго, но какой-либо значимой роли для становления России уже не играли. Система координат, в которой существовала Древняя Русь, не выдержала испытания новыми жизненными реалиями, среди которых выделим, прежде всего, следующие.

1. Нарастание процесса раздробления удельных княжеств. На Руси никогда не был майората, согласно которому всё наследство (титул, земли) получал старший сын. Пытались наделить, хотя и в неравной конечно степени, всех детей, которых обычно было много. Поэтому к нашествию татар Русь была очень раздроблена. Россия, возникшая на основе Московского княжества, а затем и царства, будет гораздо более централизованным государством.

2. В Московское княжество охотно переселялись жители соседних областей, в том числе и самые пассионарные представители этих земель. Тому было несколько причин: удаленность Москвы от наиболее опасных подверженных набегам соседних государств регионов; выгодное расположение на перекрёстке торговых путей; гибкая политика Московских князей, обеспечившая относительное спокойствие в пределах их княжества; перенос в Москву митрополичьей кафедры, что делало её центром российской религиозной жизни. Этнос «русские» оказался интернациональным, вобрав в себя представителей славянских, татарского, литовского, финно-угорского народов. «К 1380 г. Древняя Русь «растворилась» в Литве и Московской Руси» [2, с. 164].

3. Традиции Древней Руси требовали непримиримой борьбы с татаро-монгольским нашествием. Множество городов, деревень, людей погибли в этой борьбе. Россия пошла другим путём - союза с Ордой. Этот путь оказался тяжёлым, изнурительным, но возможным. Великой Орде это тоже было выгодно, поскольку она не собиралась завоевывать Древнюю Русь (ей это было не по силам), но уничтожить Русь в случае непримиримой конфронтации она, наверное, сумела бы.

Начиная с Александра Невского, Русь выбрала путь на союз с татаро-монголами и конфронтацию с Западом. «Его (А. Невский не знал этого) сделают святым. Святым он не был никогда. Был ли он добр? Едва ли. Умён - да. Дружил и хитрил с татарами, не раз ездил в Орду, в Сарай и даже в Каракорум, к самому кагану мунгальскому. Но выбрав свой путь, шёл по нему до конца. Себя заставлял верить, что надо так... Сам гнулся, других гнул. Твёрдо помнил, как отец умно и вовремя склонился перед Батыем, не пришёл на Сить умирать вместе с Юрием - и получил золотой владимирский стол» [3, т .1, с. 23].

С 1263 г., а фактически с 1277 г., удельным князем Московским становится Даниил Александрович (младший сын А. Невского), с которого и пошла Московская ветвь Рюриковичей, сумевших укрепить Московское царство, сделав его основанием Российской империи. «Прежде всего московские Даниловичи отличаются замечательно устойчивой посредственностью - не выше и не ниже среднего уровня... Не блистая ни крупными талантами, ни яркими доблестями, эти князья равно не отличались и крупными пороками или страс-

Александр Невский.

Иллюстрация Е. Доведовой

тями. Это делало их во многих отношениях образцами умеренности и аккуратности» [4, с. 47].

Начиная с 1304 г. (после смерти последнего из сыновей Александра Невского Андрея Городецкого) началась борьба за великокняжеский ярлык между Михаилом Ярославовичем тверским и Юрием Даниловичем московским. У первого было больше прав на этот ярлык, но «Юрий московский был также силён, если ещё не сильнее Михаила тверского, и потому считал себя вправе быть ему соперником» [5, с. 216]. Борьба продолжалась вплоть до 1375 г.. Правители Орды всячески её поощряли, поскольку она изматывала русские княжества, делая их более слабыми. «Укрепилась торговая и княжная Тверь, самою природой (перекрестье волжского, смоленского и новгородского торговых путей) поставленная быть столицей новой Руси. Укрепилась бы одна династия, а значит, на столетие раньше страна пришла бы к непрерывной и твёрдой государственной власти, а там, глядишь, и не потребовалось бы с опозданием на два-три века вводить западные университеты и академии, приглашать немцев, спорить о «западничестве» и исконности - свои учёные были бы давно!... Можно ли предположить, что в Орде тогда не одолели бы мусульмане, что со

временем, поколебавшись, Орда приняла крещение от православных митрополитов, и не пошла бы тогда иначе вся судьба великой степи и стран Ближнего Востока?... А может и то, что не сумели бы тверские князья справиться с Ордой и, в тщетном усилии, погубили страну? Или же создали государство, стойно западным, враждебное степной стихии, густо заселённое, но небольшое, с границей на Оке, так потом и не переплеснувшее за Волгу и Урал, в просторы и дали Сибири?» [6, т. 2, с. 25]. Юрий, в конце концов, добился великокняжеского ярлыка. Этому способствовала его женитьба на Кончаке, сестре хана Узбека, правителя Орды. Его образ негативен, особенно в сравнении с Михаилом Тверским и, наверное, совершенно справедливо, что сын последнего, князь «Дмитрий - Грозные очи» убил Юрия в Орде. Однако с точки зрения всемирного исторического процесса борьба, начатая Юрием против Твери, дала свои позитивные результаты.

Москва долгое время была слабее Твери, а потом старалась замаскировать свою силу, действуя другими более циничными средствами, используя все возможные из них в то время. «К московским князьям приезжало много знатных слуг, бояр со своими дружинами, с юга и из других уделов Суздальских. Поступая на службу к московским князьям, эти слуги усиливали собой рать московскую, но и сами, служа сильному князю, улучшали свое положение и становились ещё знатнее. Быть слугой и боярином великого князя было лучше, чем служить в простом уделе; поэтому слуги московских князей старались, чтобы великое княжение всегда принадлежало Москве» [7, с. 165]. Михаил Тверской и Юрий Московский оба были убиты, но брат последнего Иоанн I - Калита (правил в 1325 - 1340 гг., великий князь с 1328 г.), а затем его сыновья Симеон Гордый (1340 - 1353 гг.) и Иван II - Красный (1353 -1359 гг.) действовали осторожно, последовательно, разумно, с большой долей хитрости и коварства.

Кто из людей той эпохи внёс наибольший вклад в становление России, кого можно считать носителем пас-сионарого признака? Прежде всего, пассионариев было много среди простого народа, обитавшего на окраине Суздальско-Владирской Руси, где располагалась Москва. Крестьянин, ратник, купец, священник - все они чувствовали ответственность за происходящее. Внутренний мир этих людей был предельно прост, а жизнь необыкновенно трудна. Мировоззрение основывалось на вере в Бога и в княжескую власть, что не мешало, однако, отдельным индивидуумам перебегать от князя к князю из-за обид и даже выгоды. Жизнь сводилась к тяжёлому труду, кровавым и изнурительным войнам, постоянной опасности из-за внешних набегов, болезней, которые чаще всего кончались смертью, но всё это воспринималось как нечто естественное.

Несколько исторических фигур выделяются здесь особо. «Годы княжения Ивана Калиты, а затем его сыновей Симеона и Ивана - время значительного возрастания московского могущества. Опираясь на монгольскую силу извне, Иван Калита мог спокойно заняться внутренним устройством русской земли.

Летописец отмечает, что по всей русской земле наступила тишина великая» [8, с. 116]. Помимо этих великих князей огромный вклад в становление России внёс князь Дмитрий Иоанович, прозванием Донской, но проблема была в том, что он возглавил Московское княжество после внезапной смерти отца в возрасте девяти лет. «Природа одарила внука Калитина важными достоинствами, но требовалось немало времени для приведения их в зрелость, и государство успело бы между тем погибнуть, если бы Провидение не даровало Димитрию пестунов и советчиков мудрых, воспитавших и юного князя и величие России» [9, с 166]. Первым среди этих советчиков был святитель Алексей. Здесь следует также упомянуть первого митрополита московского Петра и настоятеля Троице-Сергиевского монастыря Сергия Радонежского. Кроме того, в Москве были толковые советники, военноначальники, например, Протасий Фёдорович - боярин, московский тысяцкий. Он был доверенным лицом княжеского дома и при Даниле Александровиче и при Иване Калите. По завещанию митрополита Петра опекал церковное хозяйство, отвечал за строительство собора Успения в Московском Кремле. В последних главах своего третьего тома «Истории России» С. М. Соловьёв подробно перечисляет основных помощников великих князей. Например, в

Святой Сергий Радонежский.

Н. К. Рерих, 1932

конце главы VI «События в княжение сыновей Иоанна Калиты»: «Но кто же были эти бояре, которые, по выражению Симеона, отцу его добра хотели... боярин Родион Нестерович.., отправил рать... с Александром Ивановичем и Фёдором Акинфовичем... Симеон послал за невестою Андрея Кобылу и Алексея Босо-волокова... по очень важному делу Симеон отправил в Орду Фёдора Хлебовича... в Константинополь послами Дементия Давыдова и Юрия Воробьёва» [5, с. 265]. В конце главы VII «Княжение Дмитрия Иоанновича Донского»: «Между свидетелями, подписавшимися на второй духовной великого князя имя Дмитрия Михайловича (Волынский-Боброк) стоит на первом месте. После... следует Тимофей Васильевич, окольничий. После... следует подпись Ивана Родионовича Квашни. После... следуют имена двух Фёдоров Андреевичей: первый был сын... Андрея Кобылы (Кошка), Другой боярин Фёдор Андреевич Свибл был правнук знаменитого Акинфа» [5, с. 309]. В этих перечнях еще несколько десятков имен, и именно эти люди создали величие Московскому княжеству. В исторических летописях эти персонажи считались второстепенными, и данных о них исключительно мало, так же, как и о непосредственном устройстве жизни того времени. Куда важнее казалось описывать войны, бедствия и другие неравновесные процессы, тогда всё, что история нам оставила, существует благодаря процессам равновесным. Поэтому любые сведения о социальной и гуманитарной среде того времени, их становлении имеют исключительное значение.

Митрополит Пётр «подолгуживал в Москве... Благодаря тому у него завязалась тесная дружба с князем Иваном Калитой, который правил Москвой ещё при жизни старшего брата Юрия во время его частых отлучек. Случилось так, что в этом городе владыку и застигла смерть (в 1326 г.). Но эта случайность стала заветом для дальнейших митрополитов. Преемник Петра Феогност уже не захотел жить во Владимире, поселился на новом митрополичьем подворье в Москве, у чудотворцева гроба в новопостроенном Успенском соборе. Так Москва стала церковной столицей Руси задолго прежде, чем сделалась столицей политической» [4, с. 23]. Святитель Алексий происходил «из знатной боярской семьи Плещеевых. Посвященный в митрополиты (1354 г.), Алексий при слабом Иване Красном и в малолетство сына его Димитрия стоял во главе Московского княжества, был, можно сказать, его правителем. Обладая исключительным умом и способностями, митрополит Алексий пользовался большой благосклонностью в Орде (где он вылечил болевшую глазами ханшу Тайдулу) и содействовал тому, что великое княжение укрепилось окончательно за московскими князьями» [7, с. 168].

Ключевым событием XIV века стала Куликовская битва, на которой была одержана победа по многим параметрам символическая. Во-первых, были огромные потери - опоздавшие на битву литовцы (80 тысяч), которых сумел задержать князь Олег рязанский с пятитысячным войском, перерезали всех раненых в обозе, возвращавшемся с битвы. Оставались неснятыми угрозы со

стороны Литвы и Синей Орды. Расцвет Золотой Орды, пришедшийся на годы правления ханов Узбека (1312 -1341 гг.) и его сына Джанибека (1342 - 1357 гг.) закончился с убийством Бердибека, сына последнего, в 1359 г. Началась «Великая замятня», когда за двадцать лет на престоле сменилось 25 ханов, и которую остановил только Тохтамыш к 1380 г. Вследствие этой смуты Великая Орда распалась на Белую и Синюю. Белая была побеждена на Куликовом поле, что было положительно оценено и Тохтамышем, возглавившем Синюю Орду, и Тимуром (Тамерланом), который возглавлял степных кочевников, принявших ислам. Однако несмотря на приверженность традиционной политике союза с Россией, Синяя Орда пошла на неё войной. Это было следствием недальновидности Тохтамыша, войска которого в 1382 г. сначала осадили Москву, а затем «ворвались в город и устроили резню. Погибло почти всё население Москвы, город был

КгЬ ГЛ И ( П О л ул и 1¿Ьл\ » н ию А М О (I (О ( о ^ьицХ^ито^пллнр . потшцчнлмнглн Чк тгкН^н^гм^импо/Ь . п'гкгд1Ьп%или^( н|(и*с^((глн . нгикгд/ксл^шнеуегкгклии }}нг1:г/ук<А>0€т^1Л/МИ**у1<[ЫтиСуЬ . а/

<<иугук<м5к нпо*по^ын . ничпомпьеГио н^ипош^кьчи/ь . ниулуяилп^оилтлА нгм^ошл

Разорение Москвы Тохтамышем в 1382 году.

Лицевой летописный свод, XVI век

разорён» [2, с. 166]. Однако «этническое значение произошедшего в 1380 г. на Куликовом поле оказалось колоссальным. Суздальцы, влади-мирцы, ростовцы, псковичи пошли сражаться на Куликово поле как представители своих княжеств, но вернулись оттуда русскими, хотя и живущими в разных городах. И поэтому в этнической истории нашей страны Куликовская битва считается тем событием, после которого новая этническая общность - Московская Русь - стала реальностью, фактом всемирно-исторического значения» [2, с. 164]. «Большим счастьем для Дмитрия было то обстоятельство, что он ранее успел сломить сопротивление тверских князей. Тверских полков не было с Дмитрием на Куликовом поле, но, по крайней мере, они и против Дмитрия не выступали» [8, с. 125]. Святитель Алексий умер в 1378 г, поэтому благословление на Куликовскую битву Дмитрий Донской получил от Сергия Радонежского.

Таким образом, основным результатом XIV века можно считать возникновение России. Москва сыграла роль объединительного центра, для чего просто был нужен новый город (не Владимир, не Новгород, не Ростов, не Суздаль и не Тверь). В этих старых городах были прочны институты, созданные еще в Древней Руси, и они мешали становлению пассионарных структур представителей новой волны. Таким новым городом могли стать Можайск, Коломна, Димитров, но там должна была возникнуть династия князей, точно соответствующих геополитической ситуации. Эта династия должна была «следовать курсом» Александра Невского и использовать все доступные ей средства для укрепления своего могущества, что и получилось в Москве. Итогом стало мощное российское государство, существующее до сих пор.

Какие механизмы способствовали сплочению россиян и созданию России. Во-первых, возникновение нового «русского» этноса в XIII в., который на протяжении XIV и XV веков активно формировался. Во-вторых, борьба и взаимодействие с Великой Ордой. Борьба сплотила россиян, сделав их единым этносом, а взаимодействие позволило обогатиться как России, так и Орде. Первая переняла механизмы государственности, а значительная часть второй - религию и культуру, что и послужило основанием для образования единых социальных структур, их всесторонней институциализации. В-третьих, православная церковь, которая в эти века также была на пассионарном подъёме, не притеснялась татаро-монголами, а наоборот сама активно действовала в Орде. Однако то, что произошло, представляется узенькой тропинкой посреди огромного числа вариантов иного исторического развития, но этот реализованный вариант оказался, по-видимому, наиболее

Преподобный Сергий благословляет Дмитрия Донского.

Художник Алексей Кившенко

оптимальным и выгодным для всех народов северной Евразии. Можно только удивляться и восхищаться, как то ли судьба, то ли стечение обстоятельств, провели Россию между Сциллой и Харибдой исторических катастроф, дав ей невероятный шанс для будущего.

Список литературы

1. Гумилёв, Л. Н. От Руси к России : очерки этнической истории / Л. Н. Гумилёв. - М. : Экопрос, 1992.

- 336 с.

2. Гумилёв, Л. Н. Этносфера : история людей и история природы / Л. Н. Гумилёв. - М. : Экопрос, 1993.

- 544 с.

3. Балашов, Д. М. Младший сын : избранные произведения в двух томах/Д. М. Балашов. - М.: Современник, 1986. - Т. 1. - 592 с.

4. Ключевский, В. О. Курс русской истории : собрание соч. в 9 т. / В. О. Ключевский. - М. : Мысль, 1988.

- Т. 2. - 447 с.

5. Соловьёв, С. М. История России с древнейших времён: в 15 книгах / С. М. Соловьёв. - М. : Изд-во социально-экономической литературы, 1960. - Кн. 2-я. -Т. Ш-1У. - 784 с.

6. Балашов, Д. М. Великий стол : избранные произведения в двух томах/Д. М. Балашов. - М.: Современник, 1986. -Т. 2. - 446 с.

7. Платонов, С. Ф. Полный курс лекций по русской истории / С.Ф. Платонов. - СПб. : Кристалл, 1998. -840 с.

8. Вернадский, Г. В. Начертание русской истории / Г. В. Вернадский. - СПб. : Лань, 2000. - 320 с.

9. Карамзин, Н. М. История государства Российского: в 4-х книгах / Н. М. Карамзин. - Ростов-на-Дону: Феникс, 1997. - Кн. 2-я. - Т. 1У-У.I. - 608 с.