Без права ожидания

В лечении онкогематологических заболеваний, и в частности одного из самых агрессивных — диффузной В-крупноклеточной лимфомы (ДВКЛ), наука достигла серьезных успехов. Появились инновационные препараты, существенно снижающие риски прогрессирования и рецидивов и помогающие увеличить продолжительность жизни больных. Однако такая терапия спасения остается недоступной российским пациентам, так как не входит в программы государственного финансирования лекарственного обеспечения.

Пациенты с диффузной В-крупноклеточной лимфомой очень нуждаются в скорейшем внедрении инновационных схем терапии для увеличения выживаемости. Особенно остро вопрос стоит для двух категорий пациентов — больных с впервые выявленной ДВКЛ с высоким риском прогрессирования и пациентов с рецидивами, кому невозможно выполнить трансплантацию костного мозга. В общей сложности таких пациентов в РФ, по оценкам медицинских экспертов, порядка 900. Данные были обнародованы на состоявшемся 30 марта экспертном совете на тему «Оценка клинико-экономических показателей эффективности лекарственных препаратов и их влияние на включение в программы государственного финансирования», организованном Ассоциацией клинических фармакологов, с участием врачей-гематологов и онкологов, специалистов по фармакоэкономике, представителей пациентских организаций. Ведущие эксперты в области лечения агрессивных онкогематологических заболеваний вновь обратили внимание регуляторных органов и общественности на острую проблему доступности инновационной терапии пациентам с ДВКЛ. Несмотря на то что жизнеспасающее лечение есть, получить его крайне сложно, поэтому смертность от этого тяжелого заболевания остается очень высокой.

Диффузная В-крупноклеточная лимфома — редкое (орфанное), крайне агрессивное и быстро прогрессирующее онкогематологическое заболевание с неблагоприятным прогнозом. По критериям редких заболеваний Минздрава (менее 10 новых случаев в год на 100 тыс. населения) ДВКЛ — абсолютно орфанное заболевание: ежегодно в России регистрируют 4–5 новых случаев на 100 тыс. населения. «Сегодня нам известно почти 80 разновидностей лимфом, и ДВКЛ — самая частая и трудно поддающаяся лечению. Ее можно назвать самой частой лимфомой среди редких онкогематологических заболеваний: каждому третьему пациенту, который обращается в Центр гематологии или в поликлинику, ставится данный диагноз»,— рассказывает заведующий отделом гематологии и химиотерапии лимфом ФГБУ «НМИЦ гематологии» Минздрава России, доктор медицинских наук, врач-гематолог Евгений Звонков.

Эти данные схожи с общемировой статистикой: среди неходжкинских лимфом, к которым относится диффузная В-крупноклеточная лимфома, она занимает первое место в мире по частоте от всех злокачественных лимфопролиферативных заболеваний взрослых — в среднем 30%.

Болезнь может развиться в любом возрасте, поражая любой орган или систему. Согласно данным официальной статистики, в России ежегодно диагностируется более 3 тыс. новых случаев диффузной В-крупноклеточной лимфомы, но реальное количество больных может быть на порядок больше, считают эксперты. К сожалению, сегодня в РФ не везде есть возможность провести пациенту полный спектр исследований, включая молекулярно-генетические, и поставить точный диагноз»,— объясняет Евгений Звонков.

ДВКЛ не одно злокачественное заболевание, а группа, объединяющая спектр опухолей, отличающихся по своим признакам и клиническим симптомам. Последние молекулярно-генетические исследования показали, что у заболевания минимум семь форм. Это значит, что лечить коварный недуг очень сложно, и у определенной группы больных лечение оказывается неэффективным. Прежде всего речь идет о рецидивирующих и рефрактерных (устойчивых к первой линии терапии) вариантах ДВКЛ, для лечения которых возможности медицины крайне ограниченны. Одну из главных проблем врачам создает способность клеток опухоли многократно мутировать, чтобы выработать устойчивость к терапии, и после этих мутаций почти у 50% пациентов чувствительность к стандартной химиотерапии становится очень низкой.

Настоящим прорывом в лечении агрессивных лимфом стало создание первого моноклонального противоопухолевого антитела в конце 1990-х годов, являющегося сегодня основой стандарта лечения ДВКЛ. Однако, по оценке заведующей отделением химиотерапии гемобластозов ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н. Н. Блохина» Минздрава России, профессора, доктора медицинских наук Гаяне Тумян, лишь 60–70% пациентов с ДВКЛ отвечают на стандартную терапию. Остальные имеют неблагоприятный прогноз. У пациентов с ранними рецидивами или рефрактерным течением ДВКЛ выживаемость, как правило, не превышает шести месяцев.

«Главная причина, по которой чрезвычайно трудно справиться с этой лимфомой, заключается еще и в том, что болезнь в основном встречается у людей старше 60 лет, которым не подходят ни трансплантация, ни интенсивные методы лечения, успешно применяемые у более молодых пациентов»,— добавляет профессор Тумян.

И сверхзадачей для ученых долгое время было создать лекарственное средство, эффективно работающее на ранних сроках заболевания у трудноизлечимых пациентов, опухоль которых особенно агрессивна и устойчива к стандартной терапии и которые просто не могут ждать — их болезнь очень быстро прогрессирует и приводит к гибели в течение нескольких месяцев. В результате долгих поисков в 2019 году появились новейшие препараты группы иммуноконъюгатов — антитела, которые таргетно (направленно) доставляют высокотоксичные агенты к опухолевым клеткам, и за счет таргетной доставки происходит снижение воздействия препарата на здоровые клетки. В РФ новый препарат — первый в своем классе иммуноконъюгат для терапии ДВКЛ — был зарегистрирован в 2020 году.

Гематологи подчеркивают, что ДВКЛ — это «болезнь одного выстрела», когда у пациента есть только первая ремиссия, и единственная. Поэтому наиболее эффективные, передовые подходы (таргетные препараты и иммуноконъюгаты) должны применяться сразу, в первой линии терапии трудноизлечимых пациентов.

По данным председателя Российского общества онкогематологов, академика РАН, доктора медицинских наук Ирины Поддубной, опубликованным ранее, в структуре злокачественных новообразований (ЗНО) онкогематологические заболевания составляют 8% всех ЗНО. Меж тем в списке причин смертности от рака они занимают седьмое место. При этом она подчеркивает важную особенность — их высокочувствительность к лекарственной терапии, поэтому на первый план выходит доступность необходимых препаратов. Включение онкогематологии в федеральный проект по борьбе с онкологическими заболеваниями помогло улучшить ситуацию с лекарственным обеспечением этой категории пациентов, но обеспечение инновационной таргетной терапией, препаратами второго и третьего поколений получают не более 30–40% пациентов, отмечает президент Всероссийского общества онкогематологии «Содействие» Лилия Матвеева.

Для агрессивных лимфом, к которым относится ДВКЛ, сегодня существует эффективная терапия — препараты группы иммуноконъюгатов, но для того, чтобы она стала доступной пациентам, необходимо внесение изменений в систему оценки инновационных лекарственных препаратов при рассмотрении вопроса об их включении в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП).

Применение специализированной инновационной лекарственной терапии значительно увеличивает общую выживаемость, уверена Ирина Поддубная. Эту идею поддерживает и Гаяне Тумян, не раз подчеркивавшая ранее в своих выступлениях и публикациях, что важно максимально быстро делать инновационные препараты доступными, включая их в клинические рекомендации, перечень ЖНВЛП и клинико-статистические группы заболеваний, для которых предусмотрена модель финансирования ОМС. Это позволит не только улучшить показатели выживаемости таких больных, но и снизить стоимость лечения, уверены медицинские эксперты. По их мнению, применение на ранних этапах лечения ДВКЛ более эффективных опций поможет улучшить результаты первой линии терапии и достичь длительной ремиссии и/или полного выздоровления у большего числа пациентов, чем сегодня, что соответствует задачам национального проекта по борьбе с онкологическими заболеваниями и будет серьезным вкладом в достижение его целей по увеличению продолжительности жизни россиян.