«Московский Текст» А. Н. Островского

человечески масштабен, тоже выведен за рамки идеологического поля» (с. 336). Отмечается, что соотношение героя и идеи играет важную структурообразующую роль.

В завершение Г.М. Ребель рассматривает «жанровые формы идеологического романа», определяя суть различия двух романных форм: в идеологическом романе Тургенева «идея и носитель идеи проверяются жизнью», тогда как в идеологическом романе Достоевского «идея и ее носитель проверяются как бы лабораторным, экспериментальным путем» (с. 369).

С.А. Подофеденко

2019.02.018. К.А. ЖУЛЬКОВА. «МОСКОВСКИЙ ТЕКСТ» АН. ОСТРОВСКОГО. (Обзор).

Ключевые слова: А.Н. Островский; драматургия; Москва; Замоскворечье; захолустье; характер.

А.Н. Островский является поистине московским драматургом. По подсчетам А.И. Ревякина, из 47 опубликованных Островским при жизни оригинальных пьес «события двадцати семи происходят целиком в древней столице, действие трех исторических хроник частично совершается также в ней, происшествие одной пьесы протекает на подмосковной даче, и в десяти пьесах Москва упоминается»1. А по сведениям «Частотного словаря языка А.Н. Островского», в произведениях художественных и нехудожественных макротопоним Москва употреблен драматургом 2164 раза2 и относится к тысяче самых частых слов (5, с. 99).

Оценивая художественную картографию писателя, канд. фи-лол. наук О.Н. Купцова (МГУ, Москва) замечает, что в актуальном для литературы всего XIX столетия геопоэтическом споре-соперничестве между столицей древней и новой - Москвой и Петербургом - А.Н. Островский принял активное участие, однако его вклад в этот спор своеобразен: «На художественной карте Островского, своими контурами полностью не совпадающей ни с близкими ему славянофилами, ни с западниками, столица одна - Москва;

1 Ревякин А.И. Москва в жизни и творчестве А.Н. Островского. - М., 1962. -

С. 465.

2 А.Н. Островский. Энциклопедия. - Кострома: Кострома-издат; Шуя: Изд-во ФГБОУ ВПО «ШГПУ», 2012. - С. 581.

Петербург же фактически отсутствует, его как будто не существует. Драматург использует минус-прием, создавая геопоэтическое пространство с одним центром, а не с двумя конкурирующими» (4, с. 78).

По мнению исследовательницы, столкновение статики -движения, консервативного - обновляющегося, азиатского - европейского строится не на соположении «московского» и «петербургского», но через сравнение «московского» и «замоскворецкого» (оппозиция возникает внутри одного города, а не в паре полярно отличающихся друг от друга городов). Не случайно Островского называли «Колумбом Замоскворечья». В художественной картографии драматурга Москва с Кремлем и посадом и Замоскворечье, расположенные на противоположных берегах реки, представляют собой как бы два различных города, существующих одновременно, но будто в разных эпохах.

О.Н. Купцова утверждает, что, несмотря на узнаваемость Замоскворечья по реальным улицам, храмам, городским объектам, в художественном мире Островского это - не столько существующий район Москвы, описанный по законам реалистического письма, сколько «сборный», литературный (часто сказочно-фольклорный) внеисторический образ Москвы, созданный в противовес другому городу, «на том берегу» (4, с. 80).

Наряду с Замоскворечьем Островский селил своих героев, в соответствии с их социальным положением, и в других местах Москвы. Доктор филол. наук Л.В. Чернец (МГУ, Москва) указывает на то, что пьеса «Поздняя любовь» имеет подзаголовок «сцены из жизни захолустья», однако «это "захолустье" - часть Москвы» (6, с. 21).

В захолустье живут люди небогатые, а то и совсем бедные, но благородные, такие как герои пьесы «Трудовой хлеб» - Наташа, Евгения, Корпелов, Чепурин. По замечанию И.А. Едошиной, подробно исследующей книгу «Избранные пьесы о Москве» (1948), составленную А.И. Ревякиным, куда помимо «Твердого хлеба» вошли «Козьма Захарьич Минин-Сухорук», «На всякого мудреца довольно простоты», «Свои люди - сочтемся!», «Бедная невеста», Островский «постепенно открывал благородную природу бедных людей, а по существу, утверждал мысль о несовместимости денег и благородства» (1, с. 75).

В пьесах Островского упомянуты все важнейшие памятные места столицы, улицы и переулки. Местом действия становятся и Сокольники, и Гостиный двор, колокольня Ивана Великого, Ивер-ская часовня, Кузнецкий мост, Каретный ряд и многое другое. Такое топографическое разнообразие свидетельствует о всеохватности, стремлении изобразить множество картин из жизни москвичей, доказывает стремление автора показать типичные обстоятельства, изобразить часто встречающиеся характеры.

Москва как национальный общественно-политический и культурный центр, сердце России, задействована в таких исторических пьесах, как «Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский», «Тушино», «Воевода», «Комик XVII столетия». Но основное внимание Островский уделяет быту и нравам своих современников.

Доктор филол. наук Е.А. Жиндеева и Д.Н. Гришина ((МГПИ, Саранск) отмечают, что писатель, начавший свой творческий путь как последователь Н.В. Гоголя, сторонник идей В.Г. Белинского и А.И. Герцена, как представитель «натуральной школы», в большей степени интересуется жизнью людей, населявших Москву. В городе представлены все сословия: дворяне, купцы, чиновники, мещане, простой люд. Центр города - престижные Тверская, Пречистенка, Остоженка, Арбат, Никитская, Поварская, Мясницкая - место проживания знатных дворян и чиновничьей аристократии. Здесь обитают Чебоксаровы, Кучумов, Телятев («Бешеные деньги»), Крутицкий и Мамаев («На всякого мудреца довольно простоты»), Вышневский («Доходное место»), Прибытков («Последняя жертва»). На прогулки и пикники московская знать предпочитала выезжать в Петровско-Разумовский парк или Сокольники.

Островский застал еще аристократическую Москву 1840-х годов - блестящую, роскошную, изысканную, владелицу огромных земельных и лесных угодий. Однако к 1870-м годам дворянство утратило политическую власть и экономическое господство, сохранив в основном только внешний лоск. Появились новые черты, доминирование которых удручало Островского. Дворянская честь стала уступать место стремлению во чтобы то ни стало приумножить денежное состояние. А смыслом жизни многих московских семейств становится устройство будущего их дочек, сынков, племянников и племянниц. Изображая социальные характеры Москвы, писатель обличает ее пороки.

Нелегко живется представителям интеллигенции, они ненавидят произвол и насилие, стоят на позициях служения Родине. «Общественные пороки крепки, невежественное большинство сильно. Борьба трудна и часто пагубна; но тем больше славы для избранных: на них благословение потомства; без них ложь, насилие выросли бы до того, что закрыли бы от людей свет солнечный», -убеждает свою жену Жадов1.

Авторы статьи подчеркивают, что пьесы Островского -«подлинная энциклопедия русской жизни второй половины XIX в., где Москва выступает не просто столицей нашей страны, она - душа России. Именно эту душу так хорошо знает и любит, несмотря ни на что, А.Н. Островский» (2, с. 174).

«Островский изображает не только бытовое пространство, но и пространство символическое, показывающее духовную красоту и силу России», - отмечает и О.Н. Красникова (ЛГУ, СПб.), анализируя драму Островского «Не так живи, как хочется», работа над которой осуществлялась в 1854 г., а первая публикация состоялась в

1855 г. Действие ее происходит «[в] Москве в конце XVIII столе-

2

тия, на масленице» .

Островский изображает нравы московского купечества в обыденной среде. Мир пьесы подчиняется традициям христианства и «Домостроя». Однако Москва - это город соблазнов, место падения нравов. «В Москве места много, есть где погулять, была б охота»3, - утверждает Петр. Жители города находятся под влиянием праздника: «Смоталась совсем, и день и ночь пьяна, дым коромыслом; такая уж эта неделя, право»4.

Очевидно, что место действия пьесы было сознательно выбрано автором. По мнению О.Н. Красниковой, «случись такая драматическая ситуация, которая показана нам в финале "Не так живи, как хочется", не в Москве, а на Волге, развязка была бы совершен-

1 Островский А.Н. Собр. соч.: В 10 т. / Под ред. Владыкина Г.И., Ревяки-на А.И., Филиппова В.А. [Электронный ресурс]. - М.: Гослитиздат, 1960. - Т. 5. -Режим доступа: http://az.lib.rU/o/ostrowskij_a_n/text_0110.shtml

2 Островский А.Н. Полн. собр. соч.: В 12 т. / Под общ. ред. Владыкина Г.И. [и др.]. - М.: Искусство, 1973. - Т. 1: Художественная проза. Пьесы, (1843-1854). -С. 379.

3 Там же. - С. 381.

4 Там же. - С. 393.

но иной. Безусловно, мы вспоминаем трагедию Катерины из "Грозы"» (3, с. 149). Отправившись с ножом в руке искать жену, Петр идет к Москве-реке «такой страшный, без шапки... того и гляди, в прорубь попадет», но удар колокола выводит его из оцепенения: «Гляжу - я на самом-то юру Москва-реки стою над прорубем»1. Пьеса заканчивается монологом Петра и примирением мужа и жены. Если масленица «закружила» Петра и «увлекла» его из дома, заставив забыть о семейном долге, то «конец шумного праздника -утренний благовест - вновь возвращает героя к правильной жизни и к будничному состоянию. Не случайно именно накануне Великого поста и с помощью звука колоколов приходит к герою просветление» (3, с. 153).

Однако прежде всего Москва в произведениях драматурга предстает воплощением общерусских начал, определяющих особенностей России. По словам И.А. Гончарова: «Островский исписал всю московскую жизнь, не города Москвы, а жизнь московско" 2 го, т.е. великороссийского государства» .

Список литературы

1. Едошина И.А. Об одной книге с «московскими» пьесами А.Н. Островского и самих пьесах // Щелыковские чтения 2017: Московская усадьба в творческой жизни А.Н. Островского и русских писателей Х'УШ-ХГХ вв.: Сб. ст. / Науч. ред. и сост. Едошина И.А. - Кострома: Авантитул, 2018. - С. 60-80.

2. Жиндеева Е.А., Гришина Д.Н. Москва как объект и субъект изображения в пьесах А.Н. Островского // Гуманитарные науки и стратегии образования: Пути интеграции: Сборник научных трудов по материалам V Международной научно-практической конференции - Надькинских чтений / Водясова Л.П. (отв. ред.). - Саранск, 2018. - С. 170-175.

3. Красникова О.Н. Художественное пространство пьесы А.Н. Островского «Не так живи, как хочется» // Пушкинские чтения-2017. Художественные стратегии классической и новой словесности: Жанр, автор, текст: Материалы XXII международной научной конференции. - СПб., 2017. - С. 147-154.

4. Купцова О.Н. Художественная картография А.Н. Островского: Город // Уральский исторический вестник. - Екатеринбург, 2018. - № 2(59). - С. 78-86.

1 Островский А.Н. Полн. собр. соч.: В 12 т. / Под общ. ред. Владыкина Г.И. [и др.]. - М.: Искусство, 1973. - Т. 1: Художественная проза. Пьесы, (1843-1854). -С. 414.

2 Гончаров И.А. Собрание сочинений: В 8 т. - М.: Гослитиздат, 1955. -Т. 8. - С. 178-179.

5. Цветкова Е.В. Топонимическая система в пьесе А.Н. Островского «Праздничный сон - до обеда» // Щелыковские чтения-2017. Московская усадьба в творческой жизни А.Н. Островского и русских писателей XVIII-XIX вв.: Сб. статей / Науч. ред. и сост. И.А. Едошина. - Кострома: Авантитул, 2018. - С. 97-108.

6. Чернец Л.В. Мотив окна в произведениях А.Н. Островского // Щелыковские чтения-2017. Московская усадьба в творческой жизни А.Н. Островского и русских писателей XVIII-XIX вв.: Сб. статей / Науч. ред. и сост. И.А. Едошина. -Кострома: Авантитул, 2018. - С. 19-34.

2019.02.019. Т.М. МИЛЛИОНЩИКОВА. ИКОНА И МОЛИТВА В ОБРАЗНОЙ СИСТЕМЕ РОМАНОВ Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО: ИССЛЕДОВАНИЯ ЛИТЕРАТУРОВЕДОВ США. (Обзор).

Ключевые слова: Ф.М. Достоевский; икона; русская иконопись; визуальные образы; этнический колорит; мифологизм; символика; эмблема; экфрасис.

В работах североамериканских славистов М. Каневской, Н. Соломиной-Минихен и М.-К.А. Гарно в историко-культурном отечественном и западноевропейском контексте XIX в. рассматриваются место и роль иконы и молитвы в художественном и эпистолярном наследии Ф.М. Достоевского.

В основе статьи Марины Каневской (Marina Kanevsky) (Ин-дианский университет) (2) лежит гипотеза об иконографической структуре романа Ф.М. Достоевского «Записки из Мертвого дома». Внимание американской исследовательницы сосредоточено на зрительной стороне выражения религиозной идеи, пронизывающей это произведение, на экфрасисе романа. Зрительные образы, возникающие в сознании читателя, ассоциируются с элементами, символами, а иногда и с целыми композициями русских икон.

М. Каневская рассматривает организацию сюжетов, образов, отдельных историй и лиц романа через метафору русского иконописного цикла (житийная икона, праздничный ряд иконостаса).

Как житийная икона, так и праздничный ряд иконостаса могут быть уподоблены книге, по которой человек не столько читает, сколько вспоминает и узнает хорошо знакомые сюжеты в мифологически-хронологическом порядке. В романе Достоевского особо акцентирована мифологичность временного цикла: это и год из жизни заключенного, и выборка эпизодов из всего каторжного