Коммуникативное пространство в лингвопрагматической парадигме

ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2009 Вып. 1

УДК 81.42 Т.А. Воронцова

КОММУНИКАТИВНОЕ ПРОСТРАНСТВО В ЛИНГВОПРАГМАТИЧЕСКОЙ ПАРАДИГМЕ

Коммуникативное пространство рассматривается в системе ключевых понятий и категорий лингвопрагматики, таких, как адресант, адресат, речевое поведение, коммуникативное намерение, коммуникативная стратегия. Выделены сферы коммуникативного пространства, значимые для процесса речевого взаимодействия адресанта и адресата. Определены коммуникативно-прагматические типы речевого поведения как инструмента формирования коммуникативного пространства.

Ключевые слова: коммуникативное пространство, речевое поведение, лингвопрагма-тика, сферы коммуникативного пространства, коммуникативно-прагматические типы речевого поведения.

Понятие коммуникативное пространство в лингвистике не имеет устойчивого и однозначного определения. В общей теории коммуникации этот термин может трактоваться предельно широко как «территория, среда, в пределах которой происходит взаимодействие» [21]. В «Теории коммуникации» Г.Г. Почепцова коммуникативное пространство - это, в сущности, пространство информационное с той только оговоркой, что «в случае коммуникации речь уже идет о двустороннем процессе, где и генератор и получатель информации обладают активными, формирующими эту коммуникацию ролями» [18. С.295,296]

Нередко понятие коммуникативное пространство фактически приравнивается к понятию дискурс. При этом типологизация дискурса может иметь различные основания: диалогический или монологический характер коммуникации (коммуникативное пространство разговорной речи [3]); способ коммуникации в зависимости от типа «технического» носителя информации (виртуальное коммуникативное пространство, коммуникативное пространство Интернета [6; 1]); стилистические и функциональные параметры дискурса (игровое коммуникативное пространство) и др.

В более узком смысле коммуникативное пространство может быть интерпретировано как проксемическое пространство (актуальное коммуникативное пространство) между участниками общения [10]; как пространство отдельного текста (коммуникативное пространство статьи).

Н.В. Муравьева под коммуникативным пространством человека понимает уровень его коммуникативной компетенции: знания и представления о том, как принято общаться в той или иной ситуации [16].

Известный литературовед и лингвист Б.М. Гаспаров определяет язык как среду существования человека, с которой происходит его постоянное взаимодействие: «Всякий акт употребления языка - будь то произведение высокой ценности или мимолетная реплика в разговоре - представляет собой частицу непрерывно движущегося потока человеческого опыта. В этом своем

качестве он вбирает в себя и отражает в себе уникальное стечение обстоятельств, при которых и для которых он был создан: коммуникативные намерения автора, всегда множественные и противоречивые и никогда не ясные до конца ему самому; взаимоотношения автора и его непосредственных и потенциальных, близких и отдаленных, известных ему и воображаемых адресатов; всевозможные “обстоятельства” - крупные и мелкие, общезначимые или интимные, определяюще важные или случайные, - так или иначе отпечатавшиеся в данном сообщении; общие идеологические черты и стилистический климат эпохи в целом, и той конкретной среды и конкретных личностей, которым сообщение прямо или косвенно адресовано, в частности, жанровые и стилевые черты как самого сообщения, так и той коммуникативной ситуации, в которую оно включается; и наконец - множество ассоциаций с предыдущим опытом, так или иначе попавших в орбиту данного языкового действия: ассоциаций явных и смутных, близких или отдаленных, прозрачно очевидных и эзотерических, понятийных и образных, относящихся ко всему сообщению как целому или отдельным его деталям [5. С.10]. Совокупность и взаимодействие всех этих аспектов - это, по Б.М. Гаспарову, и есть коммуникативное пространство - целостная коммуникативная среда, «в которую говорящие как бы погружаются (выделено нами. - Т.В.) в процессе коммуникативной деятельности» (Там же. С.297).

По мнению Б.М. Гаспарова, для говорящего коммуникативное пространство - это пространство когнитивно-дискурсивное: «Для того чтобы создать или интерпретировать сообщение, говорящему субъекту необходимо ощутить определенную среду, к которой, в его представлении, данное сообщение принадлежит, - своего рода более широкую духовную “картину местности”, на которой располагается и в которую вписывается данный языковой артефакт. Любое сообщение занимает некоторое место в более широкой мысленной картине, и эта его укорененность в определенном мысленном пространстве в значительной степени определяет его смысловой облик». В коммуникативное пространство, наряду с жанровой характеристикой, включаются «такие свойства языкового сообщения, как его “тон”, предметное содержание и та общая интеллектуальная сфера, к которой это содержание принадлежит», а также коммуникативная ситуация «со всем множеством непосредственно наличных, подразумеваемых и домысливаемых компонентов, из которых складывается представление о ней каждого участника» (Там же. С. 295).

Такая объемная лингвофилософская трактовка коммуникативного пространства в данном случае вполне оправдана, поскольку исследовательская задача автора - дать многомерное и многоаспектное представление о языке в процессе коммуникативной деятельности. Обратим внимание на то, что данное Б. М. Гаспаровым определение коммуникативного пространства в значительной степени проецируется на лингвопрагматическое (прагмалингвисти-ческое) понимание процесса коммуникативного взаимодействия, который рассматривается в данной отрасли лингвистического знания в рамках вполне конкретных понятий и категорий.

В лингвопрагматических исследованиях понятие коммуникативного (коммуникативно-прагматического) пространства определяется как речевая ситуация, включающая роли говорящего и слушающего, характеристики времени и места, правила согласования этих целей в рамках кооперативного принципа, правила передачи роли говорящего от одного коммуниканта другому и т.п. Лингвопрагматический подход к языку соотносит коммуникативно-прагматическое пространство с языковыми (типы речевых актов, речевые ходы и т.д.) и ментальными структурами (пропозиции, пресуппозиции, им-пликатуры), обеспечивающими целенаправленность, целесообразность и уместность, а также успешность и удачность коммуникативных действий каждого из партнеров по коммуникации [19. С. 57-59].

Для нас принципиально важным фактом является то, что при любом понимании коммуникативного пространства точкой отсчета в нем всегда является адресант.

По Б.М. Гаспарову, именно когнитивно-дискурсивные представления говорящего формируют и процесс, и «продукт» коммуникативной деятельности. Это «представление автора сообщения о реальном или потенциальном партнере, к которому он обращается, его интересах и намерениях, о характере своих личных и языковых взаимоотношений с ним», а также «самосознание и самооценка говорящего, представление о том, какое впечатление он сам и его сообщение должны производить на окружающих» [5. С.295-297].

В коммуникативно-прагматическом понимании говорящий - это тот, кто не только создает, но и контролирует коммуникативное пространство [19]. В соответствии с этим, конкретизируя понятие коммуникативного пространства, мы рассматриваем его как зону реальных и потенциальных контактов каждого из участников коммуникации с точки зрения говорящего (адресанта).

Создание гармоничного коммуникативного пространства - это ориентация коммуникантов на диалогическое общение в широком смысле слова. Условия успешности такого общения в разных аспектах неоднократно рассматривались в лингвистических исследованиях [7. С.10-44]. Вступая в коммуникативные отношения, каждый из участников общения обладает собственным видением процесса коммуникации, своей роли в нем, имеет свои ценностные ориентиры и собственные представления о том или ином предмете речи. Однако ответственность за «качество» коммуникативного пространства в конкретном коммуникативном акте всегда несет адресант. Понятно, что при непосредственном диалогическом общении в этой роли время от времени (в идеале, по очереди) оказываются оба коммуниканта, следовательно, здесь коммуникативное пространство - зона обоюдной ответственности участников общения.

Очевидно, что при любом понимании коммуникативное пространство многомерно, подвижно, изменчиво, его невозможно структурировать, по крайней мере, однозначно. Вместе с тем, в ракурсе конкретного предмета исследования в коммуникативном пространстве можно с определенной долей условности обозначить сферы, с данным предметом связанные. Лингвопраг-

матический подход в широком понимании, как известно, исследует не только структурные составляющие коммуникативного процесса, но и его дискурсивные характеристики (в которые, по определению, должен быть включен и когнитивный аспект)1.

В соответствии с данным подходом, в коммуникативном пространстве нам представляются значимыми следующие сферы:

1. Собственно речевая сфера актуальна в непосредственном межличностном общении. Это своего рода дискурсивные конвенции по поводу речевого участия в процессе коммуникации каждого из собеседников. Границы этой сферы определяются правилами коммуникации в конкретном дискурсе и параметрами конкретной речевой ситуации. Например, ситуация научной конференции предполагает, с одной стороны, регламентированную последовательность речевого участия коммуникантов (доклад - вопросы к докладчику - обсуждение доклада), с другой - в соответствии с конвенциями научного дискурса («ни у кого нет монополии на научную истину») - равное право на речь всех участников коммуникации независимо от должностей и ученых званий.

2. Аксиологическая сфера коммуникативного пространства рассматривается нами как актуальная для данного коммуникативного акта система ценностей и оценок каждого из коммуникантов. Взаимодействие коммуникантов в данной сфере коммуникативного пространства происходит как при непосредственной (межличностной), так и при опосредованной коммуникации (например, через СМИ), когда не происходит мены коммуникативных ролей адресанта и адресата.

3. Когнитивная сфера коммуникативного пространства - это система ключевых концептов, актуальных для данного коммуникативного акта, своего рода картина мира, которая репрезентируется адресантом и адресатом в рамках данного дискурса. Данная сфера коммуникативного пространства может быть определена для любого типа коммуникации и для любого типа дискурса: от приватных бесед до социально значимых типов дискуса.

Представление адресанта (говорящего) о коммуникативном пространстве в рамках конкретного общения определяет выбор коммуникантом типа речевого поведения. Речевое поведение - это своего рода инструмент формирования коммуникативного пространства, поэтому параметры данного понятия являются принципиально значимыми. Дело в том, что термин «речевое поведение», наряду с понятиями «речевая деятельность», «речевое общение», «коммуникация», оказавшись в сфере интересов социо-, психо-, прагмалин-гвистики и теории речевых актов, до сих пор не имеет однозначной интерпретации. [4. С.13].

Ряд исследователей отрицают осознанность и целенаправленность речевого поведения [8; 11; 12; 13; 20]. Р. Якобсон же, как известно, утверждал,

1 В принципе этот подход правильнее было бы обозначить термином «коммуникативно-дискурсивный» (см.: Воронцова Т. А. Речевая агрессия: вторжение в коммуникативное пространство. Ижевск: Издательский дом «Удмуртский университет», 2006).

что «любое речевое поведение является целенаправленным» [23. С. 195]. Именно такой подход к речевому поведению характерен, например, для социолингвистики, где речевое поведение понимается «как процесс выбора оптимального варианта для построения социально корректного высказывания» [22. С.481]. На социокоммуникативном аспекте, не отрицая деятельностной природы речевого поведения, акцентирует внимание и Т.Г. Винокур. Она считает, что «интерпретация понятия «речевое поведение» должна опираться ровно столько же на сам факт осуществления речи, сколько на совершившийся при этом отбор речевых средств...» [4. С.9]. Т.Г. Винокур рассматривает речевое поведение как совокупность речевых поступков. С внутриязыковой стороны речевое поведение определяется закономерностями употребления языка в речи, а с внеязыковой - социально-психологическими условиями осуществления языковой деятельности (Там же. С. 12).

В лингвопрагматике речевое поведение «понимается как совокупность конвенциональных (осуществляемых в соответствии с правилами) и неконвенциональных (осуществляемых по собственному произволу) речевых поступков, совершаемых индивидом или группой индивидов» [9. С.15], то есть осознанность и целенаправленность рассматриваются как ключевые характеристики речевого поведения. С этих позиций речевое поведение может быть определено как «эмпирически наблюдаемая мотивированная, намеренная, адресованная коммуникативная активность индивида в ситуации речевого взаимодействия, связанная с выбором и использованием речевых и языковых средств в соответствии с коммуникативной задачей» [2. С. 190].

При этом нам представляется целесообразным и логичным разграничение терминов «коммуникативное поведение» и «речевое поведение» (не во всех лингвистических исследованиях эти термины разграничиваются). На наш взгляд, коммуникативное поведение - понятие более широкое, чем речевое поведение. Именно так рассматривают коммуникативное поведение, например, И.Н. Борисова, А.К. Михальская, Н.В. Муравьева, И.А. Стернин1 и др. [2; 14; 16; 17]

Коммуникативное поведение включает в себя неречевое и речевое поведение, в свою очередь, составляющими речевого поведения являются поведение интенциональное и языковое, т.е. «речевое поведение рассматривается как «вербализованная, словесно выраженная часть коммуникативного поведения» [2. С.191]. К неречевым элементам коммуникативного поведения можно отнести в устной коммуникации громкость голоса, интонацию, жесты, в письменной - изображения, характер шрифта. Безусловно, неречевые элементы могут играть важную роль в процессе формирования коммуникативного пространства. Однако, как замечает А.К. Михальская, «в коммуникативном поведении именно речевое поведение - главное, именно оно структурирует, организует все остальное, но вместе с тем и отражает особенности прочего» [15].

1 И.А. Стернин и его последователи используют для такого разграничения термины вербальное коммуникативное поведение и невербальное коммуникативное поведение

Это позволяет говорить о том, что коммуникативно-прагматические типы речевого поведения - это фактически установки говорящего на тот или иной путь формирования коммуникативного пространства. По большому счету, адресант (говорящий) ориентируется на одну из трех установок:

1) осуществить вторжение в коммуникативное пространство адресата, деформировать его в соответствии с собственной картиной мира, представлениями, оценками и т. д.;

2) эксплицировать собственные представления и оценки, не стремясь при этом существенно изменить представления и оценки адресата;

3) создать общее с адресатом качественно новое для себя и для него коммуникативное пространство.

Эти установки можно спроецировать на основные стратегии коммуникации: агрессию, толерантность и вежливость.

Таким образом, понятие коммуникативное пространство органично встраивается в систему ключевых понятий и категорий лингвопрагматики, таких, как адресант, адресат, речевое поведение, коммуникативное намерение, коммуникативная стратегия. Дальнейшее исследование речевых тактик, специфических приемов, речевых и языковых средств, характерных для данных типов речевого взаимодействия, позволит в конечном счете выйти на проблему оптимального общения в различных типах дискурса.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Асмус Н.Г. Лингвистические особенности виртуального коммуникативного пространства: дис. ... канд. филол. наук. Челябинск, 2005.

2. Борисова И.Н. Русский разговорный диалог. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2001.

3. Борисова И.Н. Русский разговорный диалог: зоны толерантного и нетолерантного общения // Философские и лингвокультурологические проблемы толерантности. М.: Олма-Пресс, 2005.

4. Винокур Т.Г. Говорящий и слушающий. Варианты речевого поведения. М.: Наука, 1993.

5. Гаспаров Б.М. Язык, память, образ. Лингвистика языкового существования. М.: Новое литературное обозрение, 1996.

6. Горошко Е.И. Теоретический анализ интернет-жанров // Жанры речи. Вып. 5. Жанр и культура. - Саратов: Изд. центр «Наука», 2007.

7. Демьянков В.З. Тайна диалога: (Введение) // Диалог: Теоретические проблемы и методы исследования. М.: ИНИОН РАН, 1992.

8. Дридзе Т.М. Язык и социальная психология. М.: Высш. школа, 1980.

9 . Клюев Е.В. Речевая коммуникация: учеб. пособие для ун-тов и ин-тов. М.: РИПОЛ КЛАССИК, 2002.

10. Крейдлин Г.Е. Невербальная семиотика в ее соотношении с вербальной: автореф. дис. . д-ра филол. наук. М., 2000.

11. Леонтьев А. А. Психология общения. М.: Смысл, 1999.

12. Матвеева Г.Г. Актуализация прагматического аспекта научного текста. Ростов-н/Д.: Изд-во Ростов. ун-та, 1984.

13. Матвеева Г.Г. Метод перевода для анализа речевого поведения автора исходного текста и переводчика // Проблемы регионального управления, экономики, права и инновационных процессов в образовании: материалы первой междунар. науч.-практ. конф. Таганрог: ТИУиЭ, 2000.

14. Михальская А.К. Русский Сократ: Лекции по сравнительно-исторической риторике. М.: Изд. центр «Academia», 1996.

15. Михальская, А.К. О речевом поведении политиков // Независимая газета. 1999. 3 дек.

16. Муравьева Н.В. Язык конфликта. М.: Термика, 2004. 1 электрон. опт. диск (CD-ROM).

17. Очерк американского коммуникативного поведения / науч. ред. И.А. Стернин, М. А. Стернина. Воронеж: ИСТОКИ, 2001.

18. Почепцов Г.Г. Теория коммуникации. М.: Рефл-бук, К.; Ваклер, 2001.

19. Сусов И.П. Говорящая личность в лингвосоциальном и лингвопрагматическом пространствах // Социальная стратификация языка: материалы межвуз. конф. Пятигорск. гос. пед. ин-та иностр. яз. Пятигорск, 1989.

20. Формановская Н.И. Русский речевой этикет: лингвистический и методический аспекты М.: Русский язык, 1982.

21. Шарков Ф.И., Основы теории коммуникации. / М.: Социальные отношения, 2005.

22. Швейцер А. Д. Социолингвистика // Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Сов. энцикл., 1990.

23. Якобсон Р. Лингвистика и поэтика // Структурализм: «за» и «против». М.: Прогресс, 1975.

Поступила в редакцию 06.03.09

T.A. Vorontsova, doctor of philology, professor Communicative Space in the Linguistic and Pragmatic Paradigm

Communicative space is viewed within a system of the key notions and categories of linguistic pragmatics: addresser, addressee, speech behavior, speech intention, communicative strategy. Communicative space spheres, which are important for the addresser’s and addressee’s speech interaction, have been outlined. Communicative and pragmatic types of speech behavior as a communicative space forming instrument have been defined.

Воронцова Татьяна Александровна, доктор филологических наук, профессор ГОУВПО «Удмуртский государственный университет»

426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1

E-mail: voron500@yandex.ru