Кубинский маневр

Павел Дубравский

Фото: из личного архива Павла Дубравского

В прошедшее воскресенье, 25 сентября, на Кубе состоялся референдум по изменению семейного кодекса. Но в отличие от других испаноязычных стран, где эта повестка является одним из наборов глобальных вопросов, референдум на Кубе служит скорее отвлекающим маневром от социально-экономических проблем. Главный вопрос — воспользуются ли жители острова возможностями референдума вернуть себе политические права.

Кубинцам предложили пойти по пути большинства стран Южной Америки и легализовать однополые браки, а также дать таким парам возможность усыновлять детей. В новом проекте семейного кодекса расширяются права несовершеннолетних: теперь родители не «опекуны», а несут ответственность за психофизиологическое состояние своих детей. Разрешат суррогатное материнство, но без возможности извлекать из этого прибыль. Также запретят насилие на основе половых различий.

Референдум по вопросам семейного кодекса активно продвигается проправительственными организациями. Кубинские власти призывают голосовать «за» и проводят массовые шествия на главной набережной страны — Малекон. Но само голосование выглядит больше как возможность дать кубинцам «выпустить пар» после протестов 2019 и 2021 годов.

Фокус на вопросах гендерного равенства уводит правительство от необходимости в ближайшее время обсуждать проблемы социально-экономического спектра.

А сам референдум становится возможностью поиграть с популярной в Латинской Америке гендерной повесткой.

Нынешний президент Мигель Диас-Канель работает над образом Кубы как государства «демократического централизма» и ищет возможности для кооперации с новыми левыми в Латинской Америке. Это выглядит как попытка изменить восприятие страны через актуальную мировую повестку, но без серьезных экономических и политических изменений.

Страна находится в удручающем социально-экономическом состоянии. Международная изоляция, торговое эмбарго и отрезанность от остального мира сильно сказываются на уровне жизни кубинцев. «Корралито» (ограничение на свободное передвижение капитала) приводит к дефициту жизненно необходимых товаров и развитию «черного рынка». Эти проблемы вызвали массовые протесты летом 2021 года.

Помимо экономики и внешней изоляции ключевой проблемой стала сама политическая система. В стране с 1959 года разрешена одна партия — Коммунистическая, чьи лидеры не избираются на национальных выборах. Президент Диас-Канель контролирует все три ветви власти — судебную, законодательную и исполнительную. Организация прошедшего референдума продемонстрировала слабое «уважение» к транспарентности избирательного процесса. Кубинские власти в любом случае в выигрыше. Если оппозиция убедит кубинцев проголосовать против, тогда правительство красиво «умоет руки» и закроет тему гендерного равенства и прав людей нетрадиционной сексуальной ориентации. Если большинство одобрит изменения, то Мигель Диас-Канель будет восприниматься как прогрессивный левый лидер, а голосование «за» будет считаться поддержкой Коммунистической партии.

В стране не существует развитых социологических служб, поэтому сложно предсказать финальный результат. Предыдущие референдумы чаще собирали под 90% и больше голосов «за», как было с голосованием по изменению конституции в 2019 году. Главный вопрос — сколько кубинцев примет участие в голосовании. Сейчас есть два базовых сценария. Первый включает отказ от участия в качестве протеста против системных проблем Кубы и невозможности их поменять. Второй подразумевает классическую явку, где среднестатистический кубинец проголосует «за». Ключевым электоратом станут молодые люди, примерно 40 тыс. из них смогут проголосовать впервые.

Результаты референдума станут известны к концу недели. Результаты покажут, станет ли голосование против поправок общенациональным протестом, или новый 100-страничный семейный кодекс зацементирует гендерные права, но вместе с ними и права политические.