Метатеоретический, парадигмальный характер анализа либеральной идеологии

Золотарев Сергей Петрович

кандидат философских наук, докторант кафедры философии и социологии Краснодарского университета МВД России

(тел.: 88612583448)_

Метатеоретический, парадигмальный характер анализа либеральной идеологии

Аннотация

Статья раскрывает основные принципы формирования парадигмального анализа социальных явлений, в том числе и либеральной идеологии, представляет возможности применения парадигмального метода, его особенности и многоуровневый характер, место в сложной системе методов социального познания, раскрывает роль метатеоретического характера анализа либеральной идеологии.

Annotation

Article opens main principles of formation paradigm the analysis of the social phenomena including liberal ideology, represents application possibilities paradigm a method, its features and multilevel character, a place in difficult system of methods of social knowledge, opens a role of metatheoretical character of the analysis of liberal ideology.

Ключевые слова: парадигма, либерализм, идеология, метатеория, социальное познание.

Keywords: a paradigm, liberalism, ideology, a metatheory, social knowledge.

Подчиненность анализа любых социальных явлений (и либеральной идеологии в том числе) определенным нормам и требованиям, наличие в нем конкретных способов постановки решения философских проблем позволяет говорить о присутствии в нем феномена парадигмальности. Вместе с тем, данный феномен, являясь предметом социально-философского познания, нуждается в конкретизации, которая выражается в создании сложных идеальных конструкций -парадигм. Описание структуры и содержания парадигм анализа либеральной идеологии, определение их места среди других идеальных конструкций, раскрытие процесса их формирования - входит в задачу особого социально-философского метода -парадигмального анализа.

Переход от предметного к методологическому пониманию парадигмы следует рассматривать в качестве вполне закономерного процесса. Многие понятия социального познания преодолевали подобную трансформацию. К их числу относятся понятие идеальных типов, которое эволюционировало от платоновского эйдоса к веберовским социально-историческим типам и "рамочному анализу" символического интеракционизма. Данный переход теоретической

конструкции из области чистого умозрения в сферу практической методологии можно обозначить как принцип инструментализации метафизики. Этот принцип прослеживается не только на примере понятия "идеальные типы", он вполне применим и к понятию "парадигма". Косвенное признание инструменталиского понимания логики развития данного понятия можно найти в статье "Парадигма" в Социологической энциклопедии, в которой, в частности, отмечается: "Впервые это понятие появляется в греческой философии для характеристики взаимоотношений духовного и реального мира. Платон в "Тиме" усматривал в парадигме соотношение между идеями как подлинными прообразами вещей и самими вещами. Однако в философский лексикон термин "парадигма" входит с трудами позитивиста Г. Бергмана, а затем и американского философа Томаса Куна. Необходимость введения этого понятия объяснялась потребностью специальных дисциплин упорядочить теоретические школы и используемые ими методы в период экстенсивного развития знания" .

Из вышесказанного можно сделать следующие выводы. Во-первых, понятие "парадигма" в социальном познании следует использовать не в онтологическом и не в социокультурном, но, прежде всего, в

методологическом ключе. На этом основании парадигмы необходимо признать результатом осознанного или неосознанного применения метода парадигмального анализа, а не самостоятельно существующими идеальными или социокультурными феноменами. Во-вторых, парадигмальный анализ представляет собой одно из средств интеграции философской и научной мысли. Благодаря ему в социальном познании реализуется принцип инструментализации метафизики, позволяющий трансформировать отвлеченные идеи, выработанные в философских дисциплинах, в теоретические и эмпирические методы общественных наук. В-третьих, создание историко-теоретических конструкций может быть завершено только с прекращением научно-философского исследования в целом. Это позволяет утверждать неизбежность присутствия в анализе либеральной идеологии той или иной формы парадигмального анализа.

Таким образом, рассмотрение важнейших аспектов парадигмальности анализа либеральной идеологии приводит к необходимости детальной разработки метода парадигмального анализа, с помощью которого становится возможным систематизация теоретических и методологических конструкций, выдвигаемых либеральной идеологией.

Определение отношения парадигмального анализа к другим методам социального познания невозможно без описания целостной структуры методологии обществознания. В методологии социального познания можно выделить три основных области: общую, частную и собственную. В задачу общей методологии входит исследование проблем, которые относятся ко всем философским и научным дисциплинам, исследующим общество. В свою очередь, данные проблемы можно разделить на ряд групп. Известный болгарский философ, специалист в области методологии обществознания Н. Стефанов выделяет четыре такие группы. Первая - предметологическая - группа включает в себя философские и научные исследования общества как особого предмета познания и фиксирует специфические черты социального бытия, его отличия от природного и идеального бытия. Вторая - предметотеоретическая - группа решает проблемы: методы социальной философии; математические методы, применимые для исследования общества; различные теории систем, включая построения теоретической социологии; общенаучные эмпирические и научные методы: наблюдение, измерение, эксперимент, абстрагирование, идеализация и формализация. Третья - метатеоретическая -группа проблем социального познания нацелена

на решение вопросов, связанных с объяснением общих закономерностей образования и функционирования теорий. В задачу метатеоретических методов познания входит: раскрытие логики научного исследования; описание психологии научного творчества; семиотические и формальнологические (сематические) исследования. Четвертую группу, согласно Стефанову, составляют методы, направленные на раскрытие социальных предпосылок научного и философского познания, которую он определяет как метасоциологическую. К ней он относит методы социологии знания и частично методологию праксиологии.

Частная и собственная методология обществознания также включает в себя предметологические, предметотеоретические, метатеоретические и метасоциологические методы исследования. Главное различие между общей, частной и собственной методологией обществознания заключается в предмете исследования. Так, если предмет общей методологии входит в исследование социума в целом, то частная методология раскрывает его наиболее важные аспекты - исторический, структурный, идеологический, ценностный и количественный. В свою очередь, собственная методология детализирует знание о структуре и функциях общества путем методологических приемов таких дисциплин, как политическая история, социология социальных институтов, этика, экономическая статистика и т. д.

Теперь, когда дан общий набросок структуры методов социального познания, попытаемся определить место, которое может занять в ней парадигмальный анализ. Основной задачей парадигмального метода является упорядочение различных теоретических, идеологических и методологических конструкций, в силу чего он является своего рода метатеорией. В связи с важностью данного понятия для проводимого исследования ему необходимо уделить особое внимание. В "Философской энциклопедии" указывается, что "...любая метатеория имеет дело не с содержательно понимаемой научной теорией, а с точным понятием формальной системы." . Из сказанного следует, что метатеорией в строгом значении данного термина могут быть признаны только теории, проясняющие функционирование логических и математических конструкций. И действительно, первыми формами метатеории стали метаматематика Д. Гилберта и металогические дисциплины: логический синтаксис и семантика. Однако позднее предметом метатеоретических исследований становятся содержательные теории, более того, появляются специальные метатеоретические

разделы практически во всех естественных и общественных дисциплинах - метабиология, метахимия, метафилософия, метаистория и т. д. В настоящее время любой анализ теоретической конструкции, способов ее образования или применяемых в ней методов следует признать метатеоретическим анализом. Именно это обстоятельство позволило Стефанову констатировать присутствие метатеоретической проблематики в общей, частной и собственной методологии анализа социальных явлений, в том числе и либеральной идеологии в России.

Располагаясь между предметотеорией и метасоциологией научного познания метатеоретические концепции играют особую роль. В отличие от предметотеоретических построений, т. е. общенаучных методов, исследующих ту или иную область процессов и явлений, метатеория направлена на исследование познавательных конструкций самой методологии. Например, если в задачу психологии входит исследование человеческой психики, то в задачу метапсихологии входит анализ методов, применяемых химической наукой. В свою очередь, метатеория, в противоположность метасоциологии, изучающей социальные предпосылки научного познания, направлена на чисто теоретическое объяснение логики возникновения и развития теоретических, идеологических конструкций. Логико-методологический характер метатеории, ее противоположность социокультурному подходу к формированию теории, тем не менее, оставляет открытым вопрос о характере данного вида построений, поскольку здесь существуют возможности его как научного, так и философского понимания.

Что касается научной интерпретации метатеории, то она находит поддержку как со стороны представителей конкретных научных дисциплин, так и со стороны сциентистски ориентированных мыслителей, стремящихся к изгнанию метафизического способа мышления из сферы научного познания. В области общественных наук данная интерпретация также находит большое число сторонников. Во многом это объясняется неоднозначностью решения вопросов, связанных с определением предмета и характера методологии ряда дисциплин обществознания. При этом метатеория не мыслится как нечто единое, но распределяется на ряд вполне самостоятельных разделов знания и представляет собой конгломерат метадисциплин, напрямую зависящих от методологии исследуемых наук. Сциентистский вариант понимания метатеории Н. Стефанов описывает следующим образом. "Итак, если под

метатеорией понимается теория, предметом изучения которой является некоторая другая теория, то нужно указать, что подобная идея в области обществознания давно выдвигается, например, рядом теоретиков исторической и правовой науки, социологии и т. д. Более того, дифференциация обществознания, как и обогащение аппарата научного исследования в различных общественных науках, с неизбежностью должны привести к фактическому созданию и разработке ряда подобных теорий. По отношению к обществознанию эта закономерность в развитии научного познания является совершенно естественной. Реальные триады самого исследовательского процесса делают необходимым создание и соответствующих отраслей знания, которые имеют предметом данные науки" .

Но применение сциентистского подхода к определению характера метатеории в области социального познания обладает рядом недостатков. К числу важнейших из них следует отнести потерю междисциплинарных связей, возникающую по причине самообоснования наук и замыкания их рамками собственной предметности и методологии. Отсутствие общих методов, связующих социальное познание в единое целое, приводит к дифференциации и локализации методологических программ внутри научных дисциплин. В результате возникают альтернативные версии одной и той же науки. Оказать помощь социальному познанию в обретении внутреннего единства ни один из общенаучных методов не в состоянии уже в силу того обстоятельства, что каждый из них ориентирован на создание предметных теорий, а не на создание теорий второго порядка. В этой ситуации сциентистская интерпретация метатеории частично изменяет причину вторичности, поскольку, локализуя свои построения границами отдельных дисциплин, она отказывается от рассмотрения процесса функционирования теоретического знания в целом и ограничивается предметными теориями. Тем самым теоретичность в самой ее сущности не постигается и основная задача, стоящая перед метатеорией, - дать объяснение выдвижения и функционирования теорий - не выполняется. Решить эту задачу под силу лишь философской интерпретации метатеории.

Специфика философской интерпретации метатеории заключается, во-первых, в предельности объема исследуемого ею предмета, а во-вторых, в ценностном подходе к его рассмотрению. Так, предметом философской метатеории служит рассмотрение теоретической способности в целом и установление принципов

спецификации теоретических методов. Примером таких макрометатеоретических исследований могут служить такие философские исследования, как "Критика чистого разума" И. Канта, "Границы естественно-научного образования понятий" Г. Риккерта, "Критика научного разума" и "Истина мифа" К. Хюбнера, в которых проводится сопоставление основных видов познавательной деятельности и выясняются специфические черты различных теоретических конструктов. В противоположность философской метатеории, научная метатеория не рассматривает теоретическое мышление в целом, но нацелена на объяснение строго определенных теоретических, идеологических конструкций. Поэтому возникает необходимость присутствия метатеории на предельно общем уровне методологии, на котором будут описаны принципы функционирования теоретического мышления, во всех видах познавательной деятельности, включая не только науку и саму философию, но и теологию.

Частные философские метатеории должны описывать специфику теоретического мышления в отдельных областях познавательной деятельности - в обществознании, естествознании или технических науках. Примерами философских метатеорий могут служить: в обществознании - работа К. Манхейма "О специфике культурно-социологического познания", в естествознании - "Структура научных революций" Т. Куна, "Прикладной рационализм" Г. Башляра. Собственные философские метатеории должны не только раскрывать закономерности функционирования

теоретического мышления в области той или иной дисциплины, но и устанавливать связи со способами теоретизирования более высоких уровней. Наиболее яркой иллюстрацией собственной философской метатеории служат метаэтические исследования Дж. Мура, применившего принципы неореалистической интерпретации понятия к рассмотрению структуры и характера этических высказываний. Благодаря тесной связи теоретико-философских и прикладных конструкций, философская метатеория обладает куда большей степенью междисциплинарных связей и внутренней целостностью, нежели научная метатеория.

Более рельефно метатеоретическая сущность парадигмального анализа выявляется при сопоставлении с близкими ему по характеру предметными методами и методологическими приемами. Одним из логико-методологических приемов, имеющим с парадигмальным анализом ряд общих черт, является классификация. В

самом общем виде классификацию можно определить как распределение предметов на классы, каждый из которых отграничен от другого и делится на подклассы. Классификация подчиняется ряду требований, которые совпадают с требованиями деления объема понятия. Важнейшими из них являются: 1) наличие единого основания классификации; 2) равенство объемов классифицируемого класса и членов классификации; 3) объем одного класса не должен входить в объем другого; 4) при разделении на подклассы нельзя допускать пропусков. Обычно выделяют несколько видов классификаций, важнейшими из которых являются естественная и искусственная классификации. Под естественной классификацией понимают распределение предметов по классам на основании того или иного природного признака. В противоположность естественной, искусственная классификация распределяет предметы на основании признака, соответствующего целям проводимого исследования.

Опираясь на классификацию как на свою логико-методологическую базу, парадигмальный анализ не ограничивается данным приемом. В первую очередь, это обусловлено тем, что в задачу парадигмального анализа входит не столько распределение идеальных конструкций по группам, сколько демонстрация закономерностей образования групп. Такой главной закономерностью признается подражание - способность создавать копии, определенным образом отличающиеся от исходного образа. Отсюда следует, что классификация дополняется в методе парадигмального анализа указанием не только основания, но и конкретного способа образования групп.

Принцип подражания (или парадигмальности) приводит к тому, что от рассматриваемого метода нельзя требовать образования строго изолированных классов. Данное свойство парадигмального анализа, с одной стороны, дает повод обвинить его в отсутствии логической строгости, но с другой - позволяет ему раскрыть подлинную стихию теоретического мышления, которая не всегда подчиняется нормам классификации. Так, одна и та же идеальная конструкция может копировать различными способами и тем самым служить основанием для возникновения и функционирования различных парадигм. В результате складывается ситуация, при которой одна парадигма не может в полной мере исключить из себя другую парадигму. Кроме того, далеко не всегда в основании

выделения парадигм лежит конкретный признак. Часто парадигмой признается способность идеальной конструкции порождать теоретическую традицию, что создает затруднения для создания целостной классификации парадигм. Вместе с тем, между классификацией и парадигмальным анализом существует нечто общее - оба методологических приема стремятся упорядочить многообразие исследуемых предметов.

Необходимость использования категорий в процессе конструирования парадигм социального познания объясняется тем, что философия в силу своей нацеленности на решение предельно общих проблем бытия и мышления не может ограничиться эмпирической трактовкой парадигм. Она не может просто перечислить ряд социальных концепций, теорий или методов, вокруг которых формируются научные и философские традиции. Предельность философского знания требует от метода парадигмального анализа рассматривать социальные учения, концепции и теории в контексте решения важнейших онтологических, гносеологических и антропологических проблем. Благодаря этому, парадигмы социального познания являются не только средствами упорядочения результатов теоретического постижения различных аспектов социальной реальности, но и мировоззренческими установками, позволяющими различным формам теоретической мысли выразить свой взгляд на место человека в природно-социальном мире. Естественно, что понимание характера парадигм социального познания требует установления

связи методологии общественных наук не только с принципами и познавательными приемами социальной философии, но и с методами теоретического философского знания. Данное требование выполнимо только с помощью концептуального и категориального мышления. Таким образом, использование методов парадигмального анализа свидетельствует о его принципиальном отличии от метода теоретического моделирования. Это различие связано с принадлежностью этих методов к разным уровням научно-философского познания. Однако метатеоретическая природа метода парадигмального анализа не означает его отрыва ни от эмпирики, ни от методов теоретического познания. Это позволяет парадигмальному анализу, с одной стороны, заимствовать некоторые приемы нижестоящих уровней познания, а с другой - обнаружить их различные мировоззренческие интерпретации.

Значение парадигмального метода для социального познания обусловлено основными функциями, выполняемыми метатеоретическим уровнем научно-философского исследования в обществознании. Его главной задачей является создание теоретических конструкций, способных объяснить возникновение и функционирование социальных концепций, теорий и методов. По этой причине парадигмальный анализ, будучи социально-философским методом, с одной стороны, обобщает результаты социального познания, а с другой - играет роль пропедевтики в научные и философские общественные дисциплины.