Этническая идентичность в политических коммуникациях

  Этническая идентичность в политических коммуникациях

Джантеева Д.С.

Карачаево-Черкесский институт гуманитарных исследований при Правительстве КЧР, Черкесск, Российская Федерация.

Аннотация. В статье анализируются теоретические аспекты проявления этнической идентичности в политико-коммуникативных процессах в условиях развития современного информационного общества. Автором отмечены специфичные черты и основные виды этнополитических коммуникаций, а также их зависимость от стратификационной системы с неравномерным распределением власти и ресурсов между этническими общностями. По мнению автора, межэтнические неранговые взаимодействия в сфере власти располагают к достижению идейного единства или даже установлению отношений сотрудничества, что очень важно для стабилизации этно-политической ситуации.

Ключевые слова: нация, политические коммуникации, этническая идентичность, информационное общество, этнополитические коммуникации

Для цитирования: Джантеева Д.С. Этническая идентичность в политических коммуникациях // Коммуникология. 2018. Том 6. №2. С. 133-141. DOI 10.21453/2311-30652018-6-2-133-141.

Сведения об авторе: Джульета Солтановна Джантеева, кандидат исторических наук, доцент, заведующая отделом социологических исследований и анализа Карачаево-Черкесского института гуманитарных исследований при Правительстве КЧР. Адрес: 369000, КЧР, г. Черкесск, ул. Горького, 1а. E-mail: dchulyach@inbox.ru.

Статья поступила в редакцию: 02.04.2018. Принята к печати: 11.04.2018.

Этническая идентичность и коммуникационная революция в политике

В современном постиндустриальном обществе, где производство информационного продукта является движущей силой образования и развития общества [Masuda: 29], коммуникационные технологии стали частью социально-политической трансформации. Исследователи продолжают поиски ответов на вопросы - не исчезнет ли этнос как коллективная идентичность и социально-политический ресурс в информационный век? Как используется этническая идентичность группами, сталкивающимися с различными проблемами, порожденными глобализацией и новыми медиа? [Zurawski...]. Как в условиях разнообразия и увеличивающейся сегментации виртуальных культурных пространств и деструктивной деятельности отдельных организаций и индивидов интегрировать виртуальную этическую общину в принимающее общество? [Luo: 49]. Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с влиянием современных информационно-коммуникационных технологий на этнополитические процес-

сы не столь очевидны и прогнозируемы, поэтому требуют повышенного исследовательского внимания.

Коммуникационная революция в политике [Gerald: 1-12] сопровождается возрастанием плотности и частоты этнически обусловленных политических контактов, институционализацией этнополитического информационного пространства и повышением медиа воздействия на этнополитическое сознание граждан. Это закономерные процессы, если учесть коммуникативную природу нации и этно-национальной дифференциации.

К. Дойч, рассматривая проблему сосуществования и взаимодействия народов посредством информационного обмена, подчеркивал, что «внутри системы должна циркулировать информация, произведенная ей самой, а нежелательная информация должна отбрасываться» [Этнос и политика...: 112-115]. Применение такого избирательного подхода к информации привело к тому что сегодня, не смотря на увеличение использования онлайновых средств массовой информации, по всему миру имеются ограничения, свидетельствующие о наличии широких различий в использовании этих технологий [Karim: 14] как новыми социальными движениями, включая транснациональные сообщества [Culture and Politics.], так и этническими группами [Communities Across Borders.].

Теоретические аспекты этнополитических коммуникаций

Усложнение процессов производства, хранения, трансляции и использования политически значимой информации в обществе, обновления средств/каналов передачи и сохранения информационных ресурсов, усложнения коммуникационных сетей и их функциональной направленности обусловливает необходимость исследования различных аспектов политических коммуникаций. Их составной частью являются этнополитические коммуникации (ЭПК), имеющие свою специфику на всех уровнях общения в полиэтничном социуме. А продолжающийся поиск адекватного понимания этничности и его проявлений объективно выводит на вопросы, без решения которых сомнительна возможность управления процессами межэтнических коммуникаций, придания им большей устойчивости [Чагилов: 9].

Этнополитические коммуникации рассматриваются нами как форма взаимодействия иноэтничных акторов политики друг с другом и/или с аналогичными субъектами, от мнения и действий которых зависит успешность достижения преследуемых ими политических целей. Акторы политики идентифицируют иноэтничных социальных субъектов (индивидов, группы, организации) как целевые группы, когда они становятся значимыми соучастниками тех проблемных этнополитических ситуаций, в которых он оказывается. При этом значимость соучастников определяется их политическим потенциалом (ресурсами, размером, активностью, заинтересованностью, этнополитическим статусом, личным отношением), а также уровнем критичности и регулярностью ситуации. Чем критичнее ситуация и чем чаще она повторяется, тем чаще коммуникатор нуждается в

поддержке целевой группы. В полиэтничной среде такой группой, как правило, выступает полиэтническое сообщество, где этническое большинство составляет та этническая группа, к которой принадлежит коммуникатор. На основе взаимной этнической идентификации этой группы и коммуникатора можно рассчитывать на взаимопонимание между коммуницируемыми сторонами. При этом доминирующее значение имеют их политические интересы, т.к. внутри одного этноса возможны разногласия по политическим мотивам, связанные с инструментальной деятельностью лидеров мнений, сетевых сообществ (кланов) и других влиятельных акторов политики. Взаимодействие коммуникатора с целевой аудиторией осуществляется в процессе взаимосвязанных и взаимообусловленных коммуникативных актов.

Сложность выделения ЭПК из других видов коммуникативных практик связана с тем, что в полиэтничных сообществах многочисленные политические контакты между этносами устанавливаются в разном соотношении с политическими целями, преследуемыми каждой этнической группой именно на данном этапе. Представители отдельных этнических групп, выступая интегральным центром, устанавливают намеренные политические контакты со всеми заинтересованными этнополитическими группами для проведения государственной политики. В России таким интегральным коммуникативным центром на всех уровнях политического взаимодействия является русский народ.

Государственная национальная политика России не предполагает проведение процедур, предусматривающих повышение или сохранение «коммуникативного статуса» того или иного этноса в социально-политической структуре страны/региона, в них не раскрываются механизмы накопления/продвижения/дискредитации этнополитического капитала и формирования этнически проецированного имиджа и т.д. Зачастую государственная политика не удовлетворяет интересам этнополитических групп, использующих политические коммуникации для презентации и оказания соответствующего давления на государственную власть. Иногда усилению этого давления способствуют интегрированные в одно сообщество этнические группы, преследующие сходные политические цели, что не означает отказа от собственно этнических интересов. Наоборот, этнические группы могут объединиться с иноэтничными группами для удовлетворения своих политических интересов, что невозможно обеспечить без указанной интеграции как взаимовыгодного сотрудничества на определенном этапе.

Как видим, ЭПК имеют этнические основания, а этническая идентичность используется как инструмент в политической борьбе. Другой специфической чертой ЭПК выступает частое рассогласование общности межэтнических политических интересов на всех уровнях общения. С этим связан процесс подготовки коммуникативных актов, при котором особая значимость придается определению идентификации коммуникативной проблемы и целевых групп, выбору социокультурного сценария, конструированию формы этнически спроецированных сообщений и выбору соответствующих каналов и т.д. Как следствие, этнический фактор способствует генерации многих коммуникативных политических

практик, межэтнических взаимодействий, внутри- и межинституциональных взаимодействий государственных и гражданских структур.

В этой связи социальные, политические и этнополитические коммуникации в полиэтничных сообществах иногда трудно разграничить и определить, к тому же сами коммуникации многообразны по роли, функциональности, целенаправленности и разнообразны по динамическим показателям. Таким образом, этнический фактор может использоваться и активно используется «этническими предпринимателями» как действенное оружие в конкурентной борьбе за политическую власть или ее удержание. Но, как отмечают российские ученые [Дробиже-ва: 8-9], такой конструктивистский подход не учитывает двух вещей - «значимости нравственных, эмоциональных и аффилиативных факторов» и, поскольку он исключает исторические подходы, то не объясняет - почему одни идеи «этнических предпринимателей» способны запустить механизм этнической мобилизации и объединить людей, а другие - нет. На наш взгляд, здесь немаловажную роль играет и этносимволический подход с использованием в политико- коммуникативном пространстве этнических мифов, воспоминаний, традиций и символов этнического наследия, о которых писал Э. Смит [Smith]. Учитывая, что значительная часть этноса может оставаться аполитичной, пассивно участвуя в политической коммуникации, являясь сторонним наблюдателем действий политической элиты и этнополитических групп, сам термин «этнополитические коммуникации» противоречив и спорен. К тому же, ЭПК могут сформироваться на экономической, социально-политической или другой внеэтнической основе и лишь в последующем приобрести этнический характер. Поэтому понятие «этнополитические коммуникации», охватывающее широкий спектр коммуникации, трудно обнаружить в чистом виде. Но учитывая связь этнических групп с информационно-коммуникативными процессами (генезисом, преобразованием, передачей, хранением и использованием информации) и их взаимодействие в мире политики с целью изменения намерений, мнений и этнических картин мира друг друга в свою пользу, не говорить об ЭПК невозможно.

ЭПК основаны на принципах власти и взаимозависимости, что обуславливает ранжирование коммуникативных актов. Как правило, в этнополитологии ЭПК, связанные с ранговой или стратификационной системой с неравномерным распределением власти и ресурсов между этническими общностями, характеризуются отношениями соперничества/конкуренции. Межэтнические неранговые взаимодействия в сфере власти, наоборот, располагают к достижению идейного единства или даже установлению отношений сотрудничества.

Между тем, ЭПК можно разделить на комплиментарные и конфликтные. Комплиментарные ЭПК, как правило, возникают между этносами, имеющими антропометрическую и культурную (языковую, религиозную) общность, а также занимают относительно удовлетворяющую их позицию в социально-политической структуре общества. Различия по указанным параметрам, возникающие при этноцентристском подходе, могут стать предлогом для конфликтных (кризисных) коммуникаций. «В любом случае, - пишет Н.Ф. Понамарев, - социальные

субъекты либо конфликтуют, либо договариваются, либо избегают друг друга» [Пономарев: 5].

ЭПК подобно политическим коммуникациям различаются на два вида: горизонтальный и вертикальный. Первый вариант предусматривает коммуникации между относительно рядоположенными институциональными компонентами или этнополитическими субъектами (между различными этнически заинтересованными группами, этноэлитами или взаимодействующими в массовых акциях эт-нофорами). В данном случае ситуация усложняется возможностью использования манипулятивных технологий и «лингвистики убеждения», нацеленных на побуждение человека к действиям, изначально противоречащим его убеждениям и ценностям [Сулейманова, Рябова: 7].

Второй вариант предусматривает отношения между различными иерархич-ными уровнями макрополитической структуры, например, когда заинтересованные этнические группы выдвигают требования к правительству путем декларации этническими НКО или партиями требований по поводу корректировки политического курса.

Установление этнополитических контактов возможно на всех уровнях общения и именно различия между массовыми, групповыми, межличностными коммуникациями порождают дифференциацию «макро-», «мета-» и «микрокоммуникации» этноса. Этнические микрокоммуникации представляют собой групповые и межличностные коммуникации представителей разных этносов также наблюдаемые в политической сфере, а метакоммуникации устанавливаются между организациями. Макроэтнические коммуникации предусматривают включение в политический процесс подавляющего большинства этнической общности. Между всеми видами коммуникации существует взаимосвязь, взаимообусловленность и в то же время различие. Макро-, мета- и микрокоммуникации этноса в мире политики рассматриваются нами как общее и отдельное, вследствие чего микрокоммуникации синтезируют в себе родовые свойства других видов коммуникаций, однако не сводятся к ним всецело. Одним из таких родовых свойств этноса является этнополитическая культура, определяемая нами как качество актора политики с присущими ему способностями к установлению/поддержанию контактов по вопросам власти с иноэтничными субъектами. Этнополитическая культура определяет характер протекания этнополитических процессов [Даракчян: 10].

О детерминантах взаимодействия иноэтничных акторов политики

Анализируя детерминирующую связь между этнополитическими коммуникациями и этнополитической культурой, необходимо учитывать принцип структурной эквивалентности взаимодействующих факторов, т.е. сопоставлять акты коммуникации и этнополитическую культуру соответствующего уровня. Например, этнические микрокоммуникации в мире политики предписывают политическим акторам определенные нормы коммуникативного поведения на групповом/межличностном уровне и могут зависеть от действий отдельного человека [Джантеева].

Этнополитическая культура во многом определяет систему этнополитических коммуникаций и, в свою очередь, обусловлена ею. Этнические коммуникации объективны, иногда они независимы от воли и этнического сознания взаимодействующих акторов политики, т.к. в них люди могут участвовать не на основе личных установок в отношении коммуникатора, а по факту своей принадлежности к определенной этнической группе. Этнополитическая культура не только средство проявления этнических коммуникаций соответствующего уровня, а наоборот, этнополитические коммуникации представляют собой результат и форму не только взаимного обмена информацией между взаимодействующими акторами политики, но и проявлений этнополитической культуры. Подобно всякой форме, коммуникации оказываются вторичными и производными относительно выражаемого ими содержания.

Также предметом изучения межэтнических коммуникаций в мире политики для нас становятся представления иноэтничных акторов политики друг о друге, об аналогичных социальных субъектах, с которыми они взаимодействуют для достижения своих политических целей. Определяющую роль при этом играет этнополитическая культура этнофоров, на основе которой они дифференцируют «свою» и «чужую» группы/общности, идентифицируя себя с первой и выражая коммуникативную готовность к установлению контактов именно с ней, при условии исключения этноо-бусловленных психических состояний и процессов. Для нас особое значение имеют детерминанты, состояния и последствия ЭПК. Ясно, что их сочетание обусловлено многими факторами, которые определяют характер и эффективность ЭПК.

Известный социолог Т.Ф. Петтигрю вслед за Дж.У. Оллпортом выделил 4 класса взаимозависимых, влияющих на отношения между расами факторов, которые могут быть отнесены и к межэтническим коммуникациям в мире политики: исторические, социально-культурные, личностные и ситуационные:

- исторические факторы складываются из истории этнических групп/общностей и истории общения между ними;

- социально-культурные факторы (культурные, экономические, политические, демографические, экологические и т.д.);

- личностные факторы включают в себя достаточно глубоко укоренившиеся личностные склонности к внутригрупповым предрассудкам, авторитаризму либо конформизму, потребность в одобрении, искаженное восприятие действительности под воздействием политических идеологий и этнических мифов;

- ситуационные факторы определяются непосредственной межгрупповой ситуацией. Они аккумулируют все остальные факторы и порождают межгрупповые отношения как таковые [Иванова: 36]. Действие всех указанных факторов в немалой степени складывается под влиянием этнополитической культуры, поэтому ее анализ необходим в каждой актуальной политической ситуации.

Значение коммуникативной сущности общества и этнической (национальной)политики

В заключительной части отметим, что сегодня мы не можем отрицать факт совместного существования этносов в «пространстве всеобъемлющей комму-

никации» и наличия у них «коммуникативной потребности» [Конецкая], вынуждающей вести коммуникативный образ жизни. С момента зарождения человечества информативные связи стали неотъемлемым элементом социальной сущности человека, а в последствии - «носителями культурных традиций, обычаев и родового, этнического, национального своеобразия....» [Шарков]. К тому же совместное существование различных этносов на одной территории при решении этно- и политических задач объективно нацеливает на поиск компромиссов и методов коллективных действий. В особенности это ощущается в современной России, где продолжается процесс формирования национально-государственной идентичности, а государственная национальная политика на современном этапе направлена на решение главной задачи - разработку проекта гражданской нации, обеспечение гражданского единства и консолидацию общества в условиях регионального многообразия и этнокультурного развития общностей [Зорин, Абрамов: 16]. Очевидно, решить эту задачу невозможно без учета интересов всех участников этнополитического процесса.

Источники

ДаракчянГ.О. (2008). Формирование межнациональной культуры общения как составная часть этнополитической культуры студенческой молодежи (на материалах Краснодарского края). Автореферат дисс. к. полит. н., Ростов-н/Д.

Джантеева Д.С. (2014). Нормативное измерение политических коммуникаций: теоретический аспект // Гуманитарная мысль Северного Кавказа в общероссийском научном пространстве. Материалы Всероссийской научной конференции с международным участием. 15-17 ноября 2012 года. Черкесск: КЧИГИ. В 2-х ч., Ч.1. C. 66-70.

ДробижеваЛ.М. (2013). Этничность в социально-политическом пространстве Российской Федерации. Опыт 20 лет. М.: Новый хронограф.

Иванова Ю.И. (2000). Этнос: социокультурная динамика и традиции. Автореферат...д-ра ф.н. Москва.

Пономарев Н.Ф. (2007). Политические коммуникации и манипуляции: Учебное пособие. М.: Аспект Пресс.

Сулейманова Ш.С., РябоваЕ.Л. (2018). Информация в XXI веке: роль и влияние. - М.: Международный издательский центр «Этносоциум».

Чагилов В.Р. (2002). Этничность и постсвоременность: политизированная этническая идентичность в условиях глобализации. Невинномысск.

Этнос и политика: Хрестоматия (2000). Авт.-сост. А.А. Прозаускас. Москва.

Шарков Ф.И. (2014). Особенности развития коммуникаций в современном обществе // Коммуникология [эл. ресурс]: http://www.communicology.us/2014/01/ blog-post_9280.html.

Зорин В.Ю., Абрамов А.В. (2018). Государственная национальная политика, консолидация общества и политическая наука в современной России // Вестник Московского государственного областного университета (эл. журнал). № 1. D0I:10.18384/2224-0209-2018-1-861.

Gerald B. (1982). The Communications Revolution in Politics. Academy of Political Science. NY Vol. 34. No. 4. P. 1-12.

Communities Across Borders: New Immigrants and Transnational Cultures (2002). Ed. by P. Kennedy & V. Roudometof. Routledge.

Culture and Politics in the Information Age. Edited by Frank Webster, 2001.University of Birmingham.288 pp.

Karim K.H. (1998). From Ethnic Media to Global Media: Transnational Communication Networks Among Diasporic Communities.

Luo L. (2016). Digital ethnic Media: Integrating Minorities & Connecting Diversities. Lund University. P. 1-56.

Masuda Y. (1983). The Information Society as Postindustrial Society. Wash.: World Future Soc. ZurawskiN. (1996). Ethnicity and the Internet in a Global Society. University of Münster, Germany [el. source]: https://www.isoc.org/inet96/proceedings/e8/e8_1.htm.

Smith A.D. (1999). Myths and memories of the nation. N.Y: Oxford Univ. Press.

 Ethnic Identity in Political Communication

Juliete S. Dzhanteeva

Karachay-Cherkess Institute of Humanitarian Research, Cherkessk, Russia.

Abstract. The paper is dedicated to the analysis of the theoretical aspects of ethnic identity in political and communicative processes in the conditions of development of modern information society. The author has noted specific lines and main types of ethnopolitical communication and its dependence on stratification system with uneven distribution of resources and power between ethnic communities. According to the author, interethnic unranked interactions in political power dispose to achievement of ideological unity and to the establishment of the relations of cooperation, which is crucially important for stabilization of ethnopolitical situation.

Keywords: nation, political communication, ethnic identity, information society, ethnopolitical communication

For citation: Dzhanteeva J.S. Ethnic Identity in Political Communication. Communicology (Russia). 2018. Vol. 6. No.2. P. 133-141. DOI 10.21453 / 2311-3065-2018-6-2-133-141.

Inf. about the author: Juliete Soltanovna Dzhanteeva, Cand. Sci (Hist.), associate professor, head of department of sociological research and analysis of the Karachay-Cherkess Institute of Humanitarian Research. Address: 369000, KChR, Cherkessk, Gorky St., 1A. E-mail: dchulyach@inbox.ru.

Received: 02.04.2018. Accepted: 11.04.2018.

References

Chagilov V.R. (2002). Ethnicity and Postmodernity: the politized ethnic identity in the conditions of globalization. Nevinnomyssk (In Rus).

Communities Across Borders: New Immigrants and Transnational Cultures (2002). Ed. by P. Kennedy & V. Roudometof. Routledge.

Culture and Politics in the Information Age. Edited by Frank Webster, 2001.University of Birmingham.288 pp.

Darakchyan G.O. (2008). Formation of international culture of communication as a component of ethnopolitical culture of students (on materials of Krasnodar region). Abstract ... diss. Cand. Sc. (Pol.), Rostov-on-Don (In Rus).

Drobizheva L.M. (2013). Ethnicity in socio-political space of the Russian Federation. Experience of 20 years. Moscow: New Chronograph (In Rus).

Dzhanteeva J.S. (2014). Standard measurement of political communication: theoretical aspect. In: Humanitarian thought of the North Caucasus in the all-Russian scientific space. Materials of the All-Russian scientific conference with the international participation. 15-17 of November, 2012. Cherkessk: KChIGI. In 2 vols, Vol.1. P. 66-70 (In Rus).

Ethnos and Politicy: anthology (2000). Ed. A.A. Prozauskas. Moscow (In Rus.). Gerald B. (1982). The Communications Revolution in Politics. Academy of Political Science. NY Vol. 34. No. 4. P. 1-12.

Ivanova Yu.I. Ethnos: sociocultural dynamics and traditions. Abstract ... diss. Dr. Sc. (Philos.). Moscow (In Rus).

Karim K.H. (1998). From Ethnic Media to Global Media: Transnational Communication Networks Among Diasporic Communities.

Luo L. (2016). Digital ethnic Media: Integrating Minorities & Connecting Diversities. Lund University. P. 1-56.

Masuda Y (1983). The Information Society as Postindustrial Society. Wash.: World Future Soc. Ponomarev N.F. (2007). Political communications and manipulations: Manual. Moscow: Aspect Press (In Rus).

Sharkov F.I. (2014). Features of development of communication in modern society. Communicology [el. source]: http://www.communicology.us/2014/01/blog-post_9280.html). Smith A.D. (1999). Myths and memories of the nation. N.Y: Oxford Univ. Press. Suleymanova Sh.S., Ryabova E.L. (2018). Information in the 21st century: role and influence. M.: International publishing center 'Etnosotsium' (In Rus).

Zorin V.Y, Abramov A.V. (2018). State national policy, consolidation of society and political science in modern Russia. Bulletin of the Moscow state regional university (online journal). No. 1. D0I:10.18384/2224-0209-2018-1-861.

Zurawski N. (1996). Ethnicity and the Internet in a Global Society. University of Münster, Germany [el. source]: https://www.isoc.org/inet96/proceedings/e8/e8_1.htm.

Международная академия коммуникологии

Коммуникология. Том 6. № 2. 2018. Communicology (Russia). Vol. 6. No. 2. 2018.

Ссылку на опубликованные в журнале статьи оформлять следующим образом: а) на русском языке, например:

Шарков Ф.И., Киреева О.Ф. (2013) Коммуникационный консалтинг тендерных отношений в деловом мире //

Коммуникология. Том 3. № 6. С. 25-36. b) References in English (example): Sharkov, F I., Kireeva O.F (2013) Communication consulting of Gender relations in the business world.

Communicology (Russia). Vol. 3. No. 6. P 25-36.

Никакая часть данной публикации не может быть воспроизведена или распространена в любой форме или любыми средствами, или храниться в базе данных или информационно-поисковой системе без предварительного письменного согласия редакции журнала «Коммуникология», в том числе, но не ограничиваясь, в любой сети или других электронных носителях или при передаче данных, или трансляции для дистанционного обучения. Позиция авторов представленных в номере статей не всегда совпадает с позицией издателей журнала.

No part of this publication may be reproduced or distributed in any form or by any means, or stored in a database or retrieval system without the prior written consent of the Editorial Board of the journal "Communicology", including, but not limited to, in any network or other electronic media or transmission, or broadcast for distance learning. The position of the authors represented in the journal does not always coincide with the position of the publishers of the journal.

Зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор). Свидетельство о регистрации ПИ № ФС 77-54393 от 10.06.2013 г. Зарегистрирован Международным центром стандартной нумерации сериальных изданий (International Standard Serial Numbering - ISSN) с присвоением международного стандартного номера ISSN 2311-3065 (print), ISSN 2311-3332 (online). Включен в базы данных Российского индекса научного цитирования (РИНЦ), Всероссийского института научной и технической информации Российской академии наук (ВИНИТИ РАН), EBSCO, ULRICHSWEB, ООО «Ивис».

Редакция:

119606, г Москва, просп. Вернадского, 84 Телефоны: +7 (499) 956-05-01, +7 (499) 956-07-01 E-mail: sharkov_felix@mail.ru Сайт журнала в Интернете: http://www.communicology.us Издатель: ЗАО «Центр исследований и внедрения инновационных технологий управления организациями «ОПТИМА ПРОЕКТ»» (119019, г. Москва, ул. Волхонка, д. 15, офис 27).

Индекс журнала в каталоге агентства «Роспечать» - 62195 Тираж 700 экз. Цена свободная. Подписано в печать 25.04.2018 г. Формат 70х100/16 Бумага офсетная. Печать офсетная. Усл. печ. л. 9. Заказ №

Отпечатано: Акционерное общество «Т8 Издательские Технологии» 109316, Москва, Волгоградский проспект, дом 42, корпус 5 Тел.: 8 (499) 322-38-30