Максим Бакун vs Майкл Калви

В пятницу Следственный комитет России (СКР) закончил предъявление обвинений по делу крупного американского инвестора, главы фонда Baring Vostok Майкла Калви. Ему вместе с пятью сообщниками инкриминировали совершение особо крупного, на 2,5 млрд руб., мошенничества. Никто из фигурантов своей вины не признал, а от дачи показаний все они отказались, ссылаясь на то, что еще не выработали со своими защитниками позицию по делу.

Обвинение Майклу Калви предъявил следователь по особо важным делам 2-го отдела управления по расследованию преступлений против государственной власти и в сфере экономики Главного следственного управления (ГСУ) СКР Максим Бакун. При этом следует отметить, что майор юстиции Бакун уже имеет опыт расследования дел, связанных с США. Одной из его подследственных являлась скандально известная арбитражная судья Ирина Баранова, заочно обвиняемая в коррупции. Пока следствие добивалось согласия коллег госпожи Барановой на ее уголовное преследование, она сбежала в Майами, где родила ребенка и получила вид на жительство. Сотрудничать по этому делу с Россией власти США отказались, сославшись на отсутствие договора о правовой помощи между странами.

Чем известен Майкл Калви

Сама процедура в спецблоке СИЗО «Матросская Тишина», известном также как «Кремлевский централ», где по решению Басманного райсуда содержится господин Калви, заняла около получаса. Майор Бакун вручил подозреваемому Калви и его адвокатам постановление о привлечении инвестора в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. Ознакомившись с ним, господин Калви, неплохо знающий русский язык, вину в мошенничестве не признал, а от дачи показаний в своем новом процессуальном статусе отказался, сославшись на то, что ему еще надо согласовать свою позицию с адвокатами.

«Майкл не просто невиновен. Не было самого события преступления!» — заявил “Ъ” адвокат американского инвестора Дмитрий Клеточкин.

По словам защитника, от дачи показаний отказались и другие обвиняемые по громкому делу, в том числе директор финансового департамента Baring Vostok Capital Partners (BVCP) гражданин Франции Филипп Дельпаль, следственные действия с которым также проводились в «Кремлевском централе».

Что такое инвестиционная компания Baring Vostok

Их предполагаемых соучастников — партнера BVCP Вагана Абгаряна, директора по инвестициям Baring Ивана Зюзина и советника председателя правления ПАО «Норвик-банк» Алексея Кордичева, бывшего предправления КБ «Восточный экспресс банк» (сейчас ПАО «КБ "Восточный"»),— обвинили в СИЗО-4 «Медведь».

Защитники фигурантов громкого дела полагают, что в его основе лежит спор между акционерами банка «Восточный», который должен решаться в порядке гражданского или арбитражного судопроизводства, а не уголовного дела.

Отметим, что само дело в 19 часов 30 минут 13 февраля возбудила подполковник юстиции ГСУ СКР Людмила Самойленко, которая до перевода в центральный аппарат комитета работала в Санкт-Петербурге. Известность она получила благодаря уголовному преследованию за мошенничество депутата городского законодательного собрания Светланы Нестеровой, обвиняемой в мошенничестве, и гинеколога Виктории Кирилловой, обманывавшей своих клиенток.

Из фабулы дела инвесторов и предъявленного затем обвинения следует, что преступление было совершено в Москве в феврале 2017 года, когда господин Калви, являющийся бенефициарным владельцем контрольного пакета акций КБ «Восточный», и его предполагаемые сообщники убедили другого акционера и члена совета директоров банка Шерзода Юсупова проголосовать за невыгодное для финансовой структуры соглашение. Согласно ему, в счет долгов по кредитам на 2,5 млрд руб., не возвращенным НАО «Первое коллекторское агентство» (ему требовались средства на выкуп чужих долгов), банк получил 59,9% акций люксембургской компании International Financial Technology Group. Господин Калви, которому подконтрольно НАО, оценивал акции в 3 млрд руб., тогда как аудиторы господина Юсупова пришли к заключению, что они стоят не более 600 тыс. руб.

О предполагаемых махинациях в ГСУ СКР узнали от сотрудников ФСБ и столичного УЭБиПК, обнаруживших в действиях господина Калви и его партнеров признаки мошенничества. Поскольку без потерпевших возбуждать дела по ч. 4 ст. 159 УК РФ по закону нельзя, таковыми были признаны Шерзод Юсупов, написавший заявление в правоохранительные органы, и сам КБ «Восточный». Пока защите обвиняемых неизвестно о том, чтобы потерпевшие заявили в рамках расследования исковые требования к ним.

Отметим, что при избрании ему меры пресечения в виде ареста господин Калви рассказывал, что он пострадал в результате корпоративного конфликта. После присоединения Юниаструм-банка к банку «Восточный экспресс» в 2017 году в КБ «Восточный» была обнаружена недостача на сумму около 3 млрд руб. По версии господина Калви, оказалось, что через несколько дней после подписания соответствующего соглашения деньги были выведены из банка по десяти сделкам, которые американец назвал фиктивными. Для их расторжения был подан иск в лондонский суд, ответчиками по которому выступали бывший президент Юниаструм-банка, а сейчас член совета директоров «Восточного» Артем Аветисян и, по некоторым данным, Шерзод Юсупов.

Еще через некоторое время ЦБ, проверив «Восточный», потребовал увеличить резервы банка на 19 млрд руб. Майкл Калви, по его словам, имел возможность внести большую часть требуемой суммы, но при этом уменьшались доли остальных акционеров банка, в том числе господина Аветисяна.

Сейчас стороны не комментируют историю, предшествовавшую уголовному делу. Адвокаты господина Калви при этом отмечают, что они уполномочены обсуждать только уголовное преследование своего клиента.

28 февраля Мосгорсуд рассмотрит жалобу защиты главы Baring Vostok на его арест, а чуть ранее — его предполагаемых подельников. Как и при избрании меры пресечения, поручителями готовы выступить десятки известных бизнесменов, к которым в пятницу присоединился глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев. За смягчение мер пресечения фигурантам дела выступили уполномоченный по правам предпринимателей Борис Титов и Ассоциация профессиональных инвесторов, полагающая, что изменение позиции следствия и суда помогло бы «минимизировать риски ухудшения инвестиционного климата» и «продолжить привлечение инвестиций в российскую экономику». Однако, как правило, решающую роль в апелляционной инстанции играет позиция Генпрокуратуры, надзирающей за предварительным следствием. Ранее она признала законность уголовного дела, возбужденного в отношении инвестора, а в суде первой инстанции поддержала по нему обвинение.

Фотогалерея

1 / 9