К вопросу о гуральских лексических диалектизмах

Сер. 9. 2007. Вып. 2. Ч. П

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

О.В. Раина

К ВОПРОСУ О ГУРАЛЬСКИХ ЛЕКСИЧЕСКИХ ДИАЛЕКТИЗМАХ

Состав, семантика и этимология лексических диалектизмов гуральского диалекта польского языка, которые представлены в словаре Ю. Кшижановского, весьма разнообразны и представляют неоспоримый интерес для диалектологии, этнологии, а также для полонистики и - шире - славистики. Выявленная лексика отражает быт, культуру, традиционные занятия, мировоззрение гуралов. По утверждению Казимежа Нитша, гуральский диалект привлекает исследователей своими языковыми и стилистическими особенностями; в фонетике и морфологии этого диалекта нет черт, которые казались бы странными, а лексика-богата и разнообразна, насыщена архаизмами и заимствованиями1.

Древние представления гуралов о мире, человеке и природе отразились в народной мудрости, т. е. пословицах и поговорках. Их наглядно иллюстрируют выбранные нами лексические диалектизмы. Предварительная систематизация материала позволяет выделить два основных типа диалектизмов: 1) названия этнографических реалий, которые встречаются только в диалекте и не имеют эквивалентов в литературном языке, 2) собственно диалектная лексика, гуральская, не реалии, имеющая эквиваленты в литературном языке.

Специфика близкородственных или соседствующих народов наиболее ярко проявляется в заимствованной и стилистически окрашенной лексике, чем и был обусловлен выбор материала для настоящей работы, а именно лексика, встречающаяся в пословицах и поговорках гуральского этноса. Особое внимание в данной статье будет посвящено проблемам заимствований, их языковой природе, будет осуществлена попытка определить круг языков, которые послужили источником рассматриваемых заимствований.

Основной причиной заимствования слов из других языков является потребность в наименовании новых реалий. Что касается диалектов, то лексико-семантическое поле заимствований, отличное от литературного языка, иллюстрирует специфику быта, характер занятий, представлений о мире, верований выбранного этноса, в нашем случае - гуралов. При вхождении в систему нового языка иноязычное слово хоть и подвергается преимущественно фоно-морфологическим изменениям, однако не перестает быть не своим словом. В связи с этим в последнее время исследователи констатируют, что «можно говорить о некой отмеченности, выделенности иноязычного слова не только в языке, но и в сознании говорящих»2. Гуральский диалект довольно активно заимствовал слова из различных языков, в основном близлежащих - словацкого, румынского, украинского, а также из немецкого, чешского и других, которые оставили наиболее заметный след в лексике гуралов на протяжении исторического периода развития, формирования гуральского диалекта польского языка. Заимствованная лексика на протяжении истории развития этноса и соответственно его языка устаревает и выходит из активного употребления, в то время как, с другой стороны, происходит постоянное пополнение словаря новыми словами. Большинство архаизмов (даже если речь идет о диалекте) не всегда выходят из употребления, зачастую они застывают в народной мудрости, поговорках и пословицах.

© О.В. Раина, 2007

Анализируя заимствования в гуральском диалекте, конкретнее - в пословицах и поговорках, можно получить представление о специфике гуральского этноса, а именно о предметах одежды и обуви, орудиях труда, шире - предметах быта, еды и т. п. - т, е. выявить его отличия от поляков Центральной Польши, от близкородственных словаков. Это те области и сферы жизни, в которых проявляется уникальность, неповторимость культуры, менталитета, этнологии изучаемой народности.

Рассмотрим лексические диалектизмы, выбранных нами из пословиц словаря Ю. Кшижановского. Для идеографического описания специфичности гуральских лексических диалектизмов важно использовать понятие «тематической сетки», позволяющее выявить основные семантические поля и их структуру Выбранный нами материал представляется возможным классифицировать по следующим лексико-семантическим полям, т. е. макрополям:

1. Названия этнографических реалий, т. е. лексика, связанная с описанием быта гура-лов, хозяйственного обихода, одежды, условий труда. Большая часть данной лексики называет те понятия, реалии, предметы быта, которые не встречаются у остальных представителей польского языкового ареала, либо имеют свои специфичные черты, отличные от общепольских (напр., Клегрсе - 'гуральская обувь из куска сыромятной кожи', БиЬа]' - 'деревенский парень'). Хотя также довольно часто встречаем и непосредственно диалектную лексику, имеющую полный эквивалент в литературном языке (напр., Бгюра - наряду с литературным сЬ1е\усгупа - 'девушка', но дополнительно гуральский диалект развивает метафорический перенос - 'девушка' - 'платок', чего не встречаем в литературном языке).

Первую группу можно разделить на ряд подгрупп по лексико-семантическому принципу:

1) Одежда, обувь.

- Клегрсе, кгсрсе, кгурсе, кугрсе -'гуральская обувь из куска сыромятной кожи, связанные ремешками'.3 Название специфической гуральской реалии, гуральского предмета быта. Слово заимствовано из словацкого языка, в котором обозначает предмет обуви4.

- Вопёа, Ьипс1а - 'бурка, полушубок'5. Лексема, часто встречаемая в обиходной речи гуралов, которая является отражением реалий жизни. В отличие от литературного языка, а тем более языка городских жителей, в гуральском диалекте, с точки зрения узуса, более частотна, находит отражение и в пословичном материале. Випс1а - заимствование из венгерского языка, в котором оно имеет значение - 'меховая шуба', 'шкура', 'мех', 'полушубок'. В литературном польском языке однокоренное Ьипс1а встречается в значении «зимняя куртка, шуба, бурка»6. Это венгерское заимствование можно встретить также в чешском и словацком языках. В словацком впервые зафиксировано в ХУП-ХУШ вв.7

2) Еда, что довольно часто является специфичным как для народа как такового, так и для мини-этноса, народности. Именно в сфере еды проявляется специфика как региона, так и народа в целом, именно в названиях еды и способах ее приготовления отражается уникальность и неповторимость культуры.

- Мийса- 'мука'8, общеславянское слово, встречающееся в разных славянских языках и их диалектах с различными фонетическими вариантами9.

3) Окружающий растительный и животный мир. Названия природных явлений, а также элементы ландшафта, связанные со спецификой данной местности, а именно - горы, горные реки, долины, что отличает данную местность от остальной Польши.

- 11ог1:ока-'место в горах, где две реки соединяются'10. В литературном языке точного однословного эквивалента не встречаем, поскольку отсутствует подобная

географическая реалия на той территории, на основе говора которой был кодифицирован польский литературный язык. Однако место в горах, где сливаются две реки - региональная географическая реалия, естественно обозначаемая лексемой, относящейся к диалекту конкретно данной местности. Сравним значение данной лексемы в старопольском - «поток вместе с долиной, место разделения двух потоков». Любопытно отметить различия между пониманием данного корня в гуральском диалекте, где данная лексема обозначает «место соединения двух потоков». В славянских языках наблюдаем и то и другое значение: данные чешского языка дают оба значения: roztoka - «долина, место слияния двух потоков, место, где разъединяются два потока», укр. розтока - «место, где разделяется река», встречается в украинском также переносное более широкое значение - «разветвление дорог», в сербо-хорв, диал, rastoka - «разветвление реки», а также «дельта реки». Корень восходит к пра-славянскому orztokb - «разделение, разветвление реки, воды; место, где вода, река делится на несколько рукавов»11. Таким образом, любопытно, что только у гуралов значение слов с данным корнем воспринимается как «слияние двух потоков», тогда как в праславянском и других современных славянских языках и их диалектах (за исключением чешского, где обнаруживаем два значения) находим значение «разъединение двух потоков»,

- Kierdel - 'стадо овец'.12 Лексема представляет собой заимствование из словацкого языка, отражающее специфику жизни и быта гуралов. Гуральский языковой ареал заимствовал данную лексему в одном значении - «стадо овец». С XV в. в польском литературном языка обычно используется trzoda, а в Подгалье и в словацком языке исключительно kierdel13,

- Kolak - 'шип', 'колючка', 'терн'14. Слово отражает специфику данной местности, где растет много колючих растений. Врачебное слово, заимствованное из латинского cólica, в чешском употреблялось однокоренное kolba - для название турниров15.

4) Довольно большую в количественном отношении группу составляют слова, описывающие человека, его качества, достоинства и недостатки. Зачастую это - эмоционально-экспрессивная лексика, хотя встречается и стилистически нейтральная;

• Эмоционально-нейтральные названия человека:

- Dziewula - 'незамужняя девушка'16. Лексема, имеющая эквивалент в литературном языке (dziewczyna).

- Juhaá -'молодой пастух овец в Татрах'17, Лексема, отражающая специфику жизни и быта гуралов, заимствована из народного венгерского языка: Juhász- 'пастух', 'овчар', 'чабан'18, встречается в словацких диалектах, скорее всего пришло из венгерского в XVII-XVIII вв.19 и распространилось в гуральской языковой среде20.

- Suhaj, szuchaj, suhaj- 'молодой батрак'21. Заимствование из словацкого языка, куда попало из венгерского suhanc22.

- Widenka - 'высокая худая женщина'23. Интересен семантический перенос: корень слова wid- - 'видная', чего не находим в литературном языке.

• Эмоционально-экспрессивные названия человека:

- Naglizna - 'человек быстрый, торопливый, стремительный; несдержанный, вспыльчивый человек'24.

- Palárz - 'курильщик'25,

- Kwalba - 'хвастовство', 'хвастливость'26.

5) Эмоции, переживания представлены в большом количестве по понятным причинам, т. к. эмоционально-экспрессивная лексика довольно часто приходит из других языков, экспрессивная окраска у данной области лексики подвижна, изменчива, зачастую стирается,

и язык постоянно нуждается в новых словах с яркой эмоциональной окраской, Соответственно, большинство заимствований можно объяснить описанной тенденцией языка, направленной на возмещение потерь в области эмоционально-экспрессивной лексики.

-Вапо\уас - 'тосковать, скучать по кому-либо или по чему-либо'27. Лексема является заимствованной из словацкого языка. В литературном языке встречается также в виде ЪаЫоучас в значении «жалеть, сожалеть, раскаиваться, беспокоить, тревожить, волновать», было заимствовано из венгерского языка в конце XVII в.28 через словацкий язык29. В литературном языке встречается также в виде ЪаМомгас в значении «жалеть, сожалеть, раскаиваться, беспокоить, тревожить, волновать»30.

- 81шис1а], вйхгёаЗ - 'радостный возглас у гуралов'31. Часть речи, относимая к междометиям, несущая в себе как экспрессивно-эмоциональную окраску, так и специфику быта, жизнедеятельности и поведения гуралов.

2, Собственно диалектная лексика - лексика, относящаяся к диалектизмам, но распространенная на более широком ареале, нежели ареал гуральского диалекта.

1) Еда

- Оги1е - 'картофель'32. Встречается в кашубском диалекте33. Встречается также в словацких диалектах (чаще во множественном числе), что характерно для гуральских говоров. Заимствовано из немецкого языка34,

- - 'готовая еда'35. Встречается в силезских говорах36,

2) Окружающий растительный и животный мир

- Бувс - 'дождь'37. Подобное обозначение зафиксировано также в деревне Доманевка Леньчицкого района38,

- Бг\у1ехъ - 'зверь'39. Встречается в говорах Мазурского Поозерья40.

- .ТесНа- 'пихта'41. Встречается в силезских говорах42. Из праславянского *ес11а43.

3) Человек, его качества, достоинства и недостатки.

- Оагс1а - 'хозяин', 'сельскохозяйственный работник'44. Встречается также и в мазовецкой группе говоров45. В гуральском диалекте в Подгалье имеет значение «зажиточный крестьянин», по происхождению из венгерского языка, в который, в свою очередь, изначально было заимствовано в Х-Х1 вв, из словацкого ^оБросИп»^6, Причем данное слово позднее было заимствовано словаками в измененном фонетически и лексически виде, которое дошло до наших дней в современном словацком языке и говоре современных гуралов.

- \¥гагюа - 'любопытный человек, вмешивающийся в чужие дела'47. Помимо гуральского встречается также в силезской группе говоров48.

- Т\уог7 'трус'49. Встречается в кашубском диалекте50.

4) Эмоции, переживания

- К1ерас - 'колотить', 'стучать'51. Встречается в деревне Доманевка Леньчицкого района52, на Мазурском Поозерье53. Отмечается еще в древнепольском периоде XIV в. в значении «ковать металл для придания формы», а в старопольском языке XVI в. уже встречается уже в переносном значении «наговаривать на кого-либо», ранее, а также в польских диалектах также обнаруживается употребление данной лексемы в метафорическом переносном значении - «доносить на кого-либо, наговаривать». Любопытно сравнить использование данной лексемы в кашубском диалекте - к1ерас в значении «слегка ударять ладонью, стучать, очищать лен от кострика при помощи мялки», а также «болтать; играть в карты». Таким образом, мы видим, что исходное значение проявляется во всех употреблениях этого слова - «нечто, связанное со стуком, ударом», которое в различных

диалектах и в различные периоды жизни польского языка метафоризируется и даже вовсе утрачивается исконное значение (ср. «играть в карты» или «болтать»). В этой связи сравним однокоренные слова в других славянских языках: чешек. : klepat - «стучать, трясти», русск. клепать, сербохорв, клепати - «давать знак, указывать», прасл. *klepati - «стучать, клепать». Этимологически значение глагола определяется его звукоподражательностью54.

- Wrazic - 'всунуть', 'воткнуть'55. Зафиксировано употребление в силезской группе говоров56.

5) Предметы быта.

- Kadub - 'колодка для хранения зерна или посуда, вырезанная из одного куска дерева'57. Подобное обозначение зафиксировано также в деревне Доманевка Леньчицкого района58.

6) Орудия труда.

- Kopaczka, kopac, kopaez - 'мотыга'59. Зафиксировано на территории Чешинской Силезии60. Корень общеславянский, ср. даже словенский язык - Кораска - «мотыга». В литературном языке используется в двух значениях одного происхождения - «ударить ногой» и «копать землю», ср. русск, копаться. Изредка встречается форма kopaczka в значении «мотыга»61.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что этнографизмы обозначают реалии из области быта, орудий труда, одежды, а также описания местности, ландшафта, характерного только для исследуемой области: это те области и сферы жизни, в которых проявляется уникальность, неповторимость культуры, менталитета, этнологии изучаемой народности. Собственно диалектизмы, напротив, описывают универсальные понятия, например: характеристики человека, эмоции, переживания, внешность человека и названия еды. Заимствования в гуральском диалекте указывают на специфику гуральского этноса, а именно на предметы одежды и обуви, орудия труда, шире - предметы быта, еду и т. п., показывают отличия от поляков Центральной Польши и родственных словаков.

1 Kurkowska H., Skorupka S. Stylistyka polska. Zarys. Warszawa, 1959. S. 331.

2 Крысин JI. П. Иноязычное слово в контексте современной общественной жизни // Русский язык конца XX столетия (1985-1995). М., 1996. С. 147.

3 Krzyzanowski J. Nowa ksiçga przyslôw i wyrazen przysiowiowych polskich. Warszawa. 1978. T. 4. S. 197.

4 Brückner A. Sfowniketymologicznyjçzykapolskiego. Warszawa, 1957. S. 229.

5 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 173.

6 Brückner A. Op. cit. S. 49.

7 Historicky slovnik slovenského jazyka. T. 1. Bratislava, 1991. S. 164.

8 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 212

9 A. Brückner. Op. cit. S. 327.

10 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 236.

11 W. Borys. Slownik etymologiczny jçzyka polskiego. Krakôw, 2005. S. 523.

n Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 197.

13 Brückner A.. Op. cit. S. 228.

"Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 199.

15 A. Brückner. Op. cit. S. 244-245.

"'Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 183.

17Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 194.

18 A. Brückner. Op. cit. S. 208.

19 Historicky slovnik slovenskeho jazyka. Bratislava. S. 534.

20 Bankowski A.. Siownik etymologiczny jazyka polskiego. Warszawa, 2000. T. 1. S. 596.

21 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 244.

22 Garamvölgyi J. Op. cit. 1985. S. 1227.

23 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 256. uKrzyianowsk J. Op. cit. S. 213. 25 Krzyzanowsk J. Op. cit. S.220. ^Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 204. 27Krzyzanowsk J. Op. cit. S.171. 2SA. Brückner. Op. cit. S. 15.

29 Historicky slovnik slovenskeho jazyka. S. 110. 30A. Bruckner. Op. cit. S. 15.

31 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 244.

32 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 190

33 Labuda A. Slowniczek kaszubski. Warszawa, 1960. S. 15.

34 Historicky slovnik slovenskeho jazyka. S. 384, ^Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 254.

36 Siownik gwary sl^skiej. Katowice, 1996. S. 80. 37'Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 183.

38 SzymczakM. Siownik gwary domaniewka w powiecie l^czyckim. Wroclaw, 1962-1964. T. 1. S. 165. ^Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 183.

40 Siownik Warmii i Mazur. Warszawa, 1987. T. 1. S.182.

41 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 193.

42 Siownik gwary sl^skiej. Katowice, 1996. S. 28.

43 Borys W. Op. cit. S. 215.

44 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 187.

45 Siownik Warmii i Mazur. T.2. S. 182.

46 Brückner A. Op. cit. S. 137.

47Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 258.

48 Siownik gwary äl^kiej. Katowice, 1996. S. 81.

49Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 252.

50 Labuda A. Slowniczek kaszubski. Warszawa, 1960. S. 82. slKrzyzanowsk J. Op. cit. S. 198.

52 SzymczakM. Siownik gwary domaniewka w powiecie l^czyckim. Wroclaw, 1962-1964. T. 3. S. 386.

53 Siownik Warmii i Mazur. T.3. S. 208.

54 Siownik etymologiczny jazyka polskiego. Krakow, 2005. S. 234. 55Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 258.

56 Siownik gwary sl^skiej. Katowice, 1996. S. 81. 57Krzyzanowsk J'. Op. cit. S.195.

58 Szymczak M. Op. cit. S. 358.

59 Krzyzanowsk J. Op. cit. S. 200.

60 Siownik gwary sl^skiej. Katowice. S. 35.

61 Brückner A. Op. cit. S. 255.

Статья принята к печати 8 ноября 2006 г