Лингвокультурологический аспект в описании семантики предшествования в русском и английском языках

различиями внутренней и внешней речи участников диалога. Как пишет E.H. Шульга[10, c.9], «потребность взаимопонимания, так же как и сама способность «понимать нечто» - универсальное свойство человеческой природы. Формирование этого качества обусловлено социальными факторами, но как свойство души оно независимо от того социального статуса (положения в обществе), которого достигает та или иная личность. И тот, кто ищет понимания другого, а не самоутверждения, готов к признанию собственных ошибок, которые могут быть следствием заблуждений, предрассудков, неподтвержденных ожиданий и предположений». Следовательно, понимание подразумевает готовность услышать и принять Другого для того, чтобы понять себя. Диалог способствует взаимопониманию субъектов. Человек ведет диалог не только с другими, но и с самим собою, со своей историей, меняясь в ходе этого диалога сам и оказывая одновременно влияние на партнеров по диалогу. И в этой диалектике внутренней и внешней речи каждый из участников диалога раскрывает свои смысловые глубины.

There in the article problem of comprehension in the dialogue of cultures is researched, which includes in itself the problem of comprehension of texts, traditions and values of different cultures. The author comes to the conclusion that автор comprehension means the will to listen to and to accept Alien so that to comprehend yourself. The key words: comprehension, explanation, hermeneutics, dialogue of cultures, culture text.

Список литературы

1. Понимание. Новая философская энциклопедия, 2003 г.// http:// www. terme. ru/ dictionary/ 879/ word/ ponimanie

2. Шлейермахер, Ф.Д. E. Герменевтика// "Общественная мысль", 1993 г., вып. IV. http://www.bim-bad.ru/biblioteka/article_full.php?aid=293

3. Борев Ю. Эстетика// http://www.gumer.info

4. Гадамер Х.-Г. Истина и метод: Основы филос. герменевтики. М.: Прогресс, 1988. С. 448

5. Каган М.С. Философия культуры. Становление и развитие. / Оформление обложки. Олек-сенко, С. Шапиро.СПб.: Издательство "Лань", 1998.С. 199

6. Курганов С., Соломадин И., Осетинский В., Донская E. «Экспрессивный диалог» и диалог-понимание//http://setilab. ru/modules/article/view. article.php/87

7. Курганов С., Соломадин И., Осетинский В., Донская E. «Экспрессивный диалог» и диалог-понимание//http://setilab. ru/modules/article/view. article.php/87

8. Шульга EÄ Проблематика предпонимания в герменевтике, феноменологии и социологии. М.: ИФ РАН, 2004.// http://iph.ras.ru/page48939378.htm

9. Леонтович О.А. Введение в межкультурную коммуникацию. Учебное пособие. Гнозис,2007. С.б5

10. Шульга EÄ Проблематика предпонимания в герменевтике, феноменологии и социологии. М.: ИФ РАН, 2004.-С. 9// http://iph.ras.ru/page48939378.htm

Об авторе

Манапова В.Э. - кандидат философских наук, доцент Дагестанского государственного института народного хозяйства

УДК 814

ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ В ОПИСАНИИ СЕМАНТИКИ ПРЕДШЕСТВОВАНИЯ В РУССКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ.

О.А. Митина

Статья посвящена выявлению средств репрезентации лингвокультурологической семантики при описании предшествования в русском и английском языках. Материалы и выводы могут быть использованы в практике преподавания русского и английского языков как неродных.

Ключевые слова: картина мира, функционально-семантическое поле, функционально-семантическое микрополе прошедшего времени, ядро, периферия.

Внутри единой картины мира существуют разные модели времени - со своими составляющими, свойствами, единицами измерения (в зависимости от области знаний, в которой модель используется) [10, с. б9]. Eсли говорить о времени человеческой жизни, то и здесь прослеживаются особые модели, потому что, как отмечает А.Я. Гуревич, «объективно существующие пространство и время субъективно переживаются и осознаются людьми, причем в разных обществах, на различных стадиях общественного развития, в разных слоях одного и того же общества и даже отдельными индивидами эти категории воспринимаются и применяются неодинаково» [б, с. 44].

Учеными предлагаются различные модели времени, но любая призвана выразить единый, при-

сущий определенной культуре тип восприятия, так как представление о времени - неотъемлемый компонент представления человека о мире в целом, и каждой культуре свойствен особый способ переживания, осмысления и осознания времени. Представление о времени и пространстве - та часть языковой картины мира, которая способна в наибольшей степени отразить национальное своеобразие [См.5, с. 73].

В лингвистической литературе также описываются различные модели времени, но большинство исследователей (Б.А. Успенский, Ю.С. Степанов, Н.Д. Арутюнова и др.) сходятся на том, что существуют две базисные :циклического и линейного времени.

Каждый язык концептуализирует и оформляет действительность в соответствии с собственной системой единиц и отношений, в соответствии с собственной структурой [1, с. 6], в которой «каждый элемент языка имеет собственную, строго очерченную и строго определенную сферу действия» [11, с. 579].

Лингвистическое моделирование мира, осуществляемое через вербальные образы и языковые модели, национально окрашено [ См.8, с. 79]. Язык во все времена оставался наиболее яркой идентифицирующей характеристикой этноса, Пифагор «для познания нравов какого ни есть народа» советовал прежде всего изучить его язык [4, с. 64]. Столь же неоспорима связь языка с культурой, орудием и ипостасью которой он является [13, с. 312], или же, в более сильной, гностической формулировке, отраженной в Евангелии от Иоанна, язык несет в себе источник всего сущего («В начале было слово...»), в том числе и человека.

Еще В. Матезиус указывал на культуроспецифичность взаимодействия языка и мышления: «Каждый язык, воспринимая действительность по-своему, оформляет ее в соответствии со своей собственной системой знаков. Поэтому каждый язык весьма оригинален в отражении действительности и содержит в себе немало особенностей, которые нельзя воспроизвести в каком-либо другом языке» [9, с. 23].

Главное различие между языками состоит не в том, что они могут выразить, а в том, что они должны выражать: «Естественно, внимание говорящих и слушающих на родном языке будет постоянно сосредоточено на таких именно единицах, которые обладают статусом принудительности в их речевом коде. В своей когнитивной функции язык в минимальной степени зависит от грамматической структуры, потому что определение нашего опыта находится в дополнительном отношении к металингвистическим операциям: когнитивный уровень языка не только допускает, но и прямо требует интерпретации-перекодировки, т.е. перевода (translation)» [14, р. 433].

При общности логического строя и мыслительной деятельности человека у разных народов наблюдаются различия языковых представлений. Овладевая иностранным языком, человек не создает новый мир, а знакомится с ним и формирует новое (свое) отношение к этому миру. Наличие в языке различных способов выражения внеязыковых реалий, многообразие средств выражения мыслительной деятельности человека характеризует богатство языка. Русский и английский языки, несомненно, обладают своей сложно структурированной языковой картиной мира.

Сказанное в полной мере относится и к способам представления временных отношений.

Человеческое представление о течении времени воплощается в осуществлении фактов и протекании процессов, для осуществления которых существенную роль играет такой подход к понятию времени, при котором это понятие трактуется в широком смысле, предполагающем многообразие категорий, представляющих разные стороны идеи времени.

Категория времени - одна из самых сложных категорий русского языка. Эта категория, как и многие другие, имеет своим источником реальные отношения. Она отражает в своих формах временные соотношения между явлениями. Во времени существует то, что изменяется, сменяет одно другим, переходит в иное состояние и т.д. [См.12, с. 3].

Идея времени находит отражение в нескольких семантических категориях, выражаемых различными (грамматическими, лексическими, комбинированными) средствами и тесно связанных друг с другом. Данный комплекс, отражающий различные аспекты понятия времени, трактуемого в самом широком смысле, включает категории темпоральности, таксиса, аспектуальности, временной локали-зованности и категорию временного порядка [3, с. 11].

Основанием для межъязыкового исследования является двойственная природа поля, объединяющего универсально-понятийные и конкретно-языковые характеристики [2, с. 49].

Первые обусловлены общими для носителей разных языков элементами мыслительного содержания, закономерно получаемыми при отражении внеязыковой действительности в сознании людей. Речь идет о глубинных семантических связях, «которые свойственны познающему мышлению человека - единому по своей логической структуре» [7, с. 902].

В результате анализа языкового материала, характеристики важнейших содержательных компонентов и структурных показателей темпоральных отношений плана прошедшего в русском и английском языках было выявлено, что семантика предшествования, представленная с участием разноуровневых языковых средств, может быть описана в терминах функциональной грамматики, ее ко-

гнитивно-функционального направления, трактующего темпоральность как одну из функционально-семантических категорий коммуникативной сферы, со структурой поля (макрополя), состоящего из микрополей 1-ой и последующих ступеней.

Одним из микрополей 1-ой ступени функционально-семантического поля (ФСП) темпораль-ности является функционально-семантическое микрополе прошедшего времени (ФСМПВ), которое представляет собой минимальный элемент поля функционально-семантической категории, обладающий самостоятельностью в плане содержания и в плане выражения.

В рамках ФСМПВ в русском языке выделяются два микрополя 2-ой ступени: прошедшего совершенного (ФСМПСВ) и несовершенного (ФСМПНСВ).

Каждое их них включает в свой состав микрополя 3-ей ступени, их образуют семантические варианты (частные значения) прошедшего совершенного и несовершенного. ФСМПНСВ имеет в своем составе микрополя прошедшего несовершенного конкретного единичного действия, прошедшего несовершенного повторяющегося и обычного действия, прошедшего несовершенного обобщенного факта, прошедшего несовершенного в перфектном значении. В ФСМПСВ входят микрополя прошедшего совершенного в перфектном значении и прошедшего совершенного аористического.

Анализированные тексты позволяют высказать предположение, что семантика предшествования носит межъязыковой характер и ее полевые репрезентации в русском и английском языках могут быть представлены как варианты одной и той же схемы.

Исследование семантического потенциала конституентов микрополя прошедшего времени в указанных языках позволило более четко обрисовать границы рассматриваемого микрополя. Было выявлено, что все компоненты его обладают общей семой «предшествование», которая и выступает семантическим базисом ФСМПВ.

Особый интерес для нашего исследования представлял вопрос об общих и различных чертах в русских и английских средствах репрезентации предшествования. Как было показано, русский и английский языки располагают весьма многочисленными и разнообразными средствами отнесения действий, процессов, состояний к прошлому, при этом наличие средств разных языковых уровней, способных обозначать прошедшее время, не создает ни в одном из названных языков избыточности.

В русском ядром микрополя прошедшего времени является глагольная форма на -л несовершенного или совершенного вида. Актуализация семантических разновидностей ПНСВ и ПСВ происходит благодаря различным контекстуальным конкретизаторам. Английский же, как известно, стратифицирует сферу прошедшего с большей степенью детализации. Частным значениям ПНСВ и ПСВ в русском языке соответствуют различные видовременные формы английского глагола.

Ядро английского микрополя конституируется четырьмя морфологическими формами. Таким образом, одно и то же понятийное содержание - предшествование - при построении мысли в английском оказывается структурно расчлененным на несколько сегментов, в то время как в русском предстает как нерасчлененное. Таким образом, в когнитивном плане, познавая один и тот же фрагмент объективной действительности, носители русского и английского языков могут данное семантическое содержание по-разному членить на составляющие и группировать (ср., например, наличие в английском стратификации прошедшего «в глубину» , Past Perfect, которое не является необходимым для носителя русского языка).

Анализ форм и их речевого функционирования показывает, что суммарная область темпоральных смыслов плана прошедшего, потенциально и практически выражаемых в указанных языках, примерно совпадает. Различия состоят в характере членения рассматриваемой семантической сферы, вытекают из типологических особенностей языков и имеют культурологическое значение. Специфика грамматического оформления ядерных конституентов позволяет понять, какие ценности культивируются в сравниваемых языках в качестве привычных и обязательных в употреблении тщательно разработанных технически языковых форм, а какие зависят от интенции говорящего.

Явно выраженная морфологическая ориентация, характерная для ФСМПВ в английском языке (одно из принципиальных различий в устройстве и семантике обозначенного микрополя), по нашему мнению, демонстрирует то обстоятельство, что понятие прошедшего, воплощаемого в речи как время факта, отражается во «внутреннем» духовном мире англо-говорящих как нечто максимально объективизированное, исключающее возможность субъективного преломления. Аналитический характер английского предопределяет широкое использование видовременных форм глаголов и различных конкретиза-торов, которые способствуют актуализации темпоральной семантики плана прошедшего.

Вместе с тем, при всей типологической несхожести и культуроспецифичности английского и русского языков, в структуре и семантическом наполнении соответствующих микрополей наблюдается достаточно высокая степень изоморфизма. Существует определенный параллелизм отдельных звеньев и сегментов структуры ФСМПВ в обоих языках, поуровневая корреляция в передаче семан-

тики предшествования. Несмотря на существующую в английском стратификацию грамматического прошедшего, в практической реализации здесь, как и в русском, доминирующей оказывается одна форма - простого прошедшего (Past Simple).

Важно обратить внимание на тот факт, что такое господствующее положение данной формы зачастую является результатом влияния американского варианта английского языка, т. е. прослеживается тенденция «вытеснения» некоторых граммем (Past Perfect, Present Perfect и др.) из нормативного употребления.

Анализированный материал позволяет утверждать, что на периферии (дальней и ближней) рассматриваемого микрополя важную роль играют разноуровневые средства передачи темпоральных значений в сфере прошедшего. Периферийные зоны русского и английского микрополей прошедшего времени представлены синтаксическими и лексическими видами темпоральности. Это также говорит о проявлении в плане содержания ФСМПВ указанных языков принципа изоморфности.

В сравниваемых языках имеется значительная зона функционального пересечения микрополей прошедшего и настоящего, однако в английском эта область гораздо уже общего сегмента. В русском языке чаще наблюдаются случаи транспозиции настоящего в сферу прошедшего в значении «исторического» («описательного») презенса. Вообще переход глагольных форм в сферу прошедшего более типично для русского языка, где в несобственной функции для выражения прошедшего действия употребляются также формы будущего. В английском такое употребление настоящего времени носит весьма редкий, эпизодический характер. Представляется, что это связано с достаточно строгими правилами согласования времен.

Микросистемы прошедшего времени в обоих языках включают конституенты, обладающие относительным временным значением, которое зависит от темпоральности контекста, в обоих языках они образуют околоядерную зону.

Еще одно различие заключается в том, что в русском языке отмечается более высокий уровень стилистической маркированности средств представления темпоральной семантики плана прошедшего в контекстах, где в английском варианте отмечается стилистическая нейтральность.

Существенные межъязыковые различия проявляются и в наличии ряда лакун, которые компенсируются с помощью дополнительных средств, так как часто используются приемы смысловой конкретизации и сверхперевода. Различная расстановка акцентов на темпоральных характеристиках вытекает главным образом из специфики восприятия и концептуализации действительности носителями русского и английского языков.

Анализированный материал дает расширенное представление о возможностях передачи темпоральных смыслов сферы прошедшего в русском и английском языках.

В дальнейшем представляется возможным продолжить системное описание и объяснение механизмов человеческого усвоения языка и принципы структурирования этих механизмов, учитывая национальную и культурную специфику русского и английского языков.

The article is an attempt to analyse the aspect of cultural studies in the description of the semantics of precedence in the Russian and English languages. The ideas and conclusions of the paper can be used in the experience of teaching Russian and English as foreign languages.

The key words: unified picture of the world, the semantics ofprecedence, functional-semantic field, the past-tense micro field, core, far periphery, near periphery.

Список литературы:

1. Авдеев Ф. Ф. Эта загадочная категория вида // Проблемы изучения живого русского слова на рубеже Материалы Ш Всероссийской научно-практической конференции. Ч. I. Воронеж: ВШУ, 2005. 328 с.

2. Бондарко А. В. Принципы функциональной грамматики и вопросы аспектологии. Л.: Наука, 1983. 208 с.

3. Бондарко А. В. Временной порядок и другие компоненты аспектуально-темпорального комплекса // Взаимодействие грамматических категорий в языке и речи. Вологда: Русь, 1996. 80 с.

4. Воркачев С. Г. Лингвокультурология, языковая личность, концепт: становление антропоцентрической парадигмы в языкознании // Филол. науки. 2001. №1. С. 64-72.

5. Гехтляр С. Я. Русская традиция и русская культура в зеркале языка: учеб. пособие. СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2006. 184 с.

6. Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры. М.: Искусство,1984. 318 с.

7. Колшанский Г.В. Проблема универсалий языка // Proceedings of the 11 Intern. Congress of linguistics, 1.Bologna, 1974. P. 899-903.

8. Лебедева Е. К. Принципы функционально-коммуникативной грамматики и проблемы категории причинных отношений в русском языке // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 9. Филология. 2005. №3. С. 79-98.

9. Матезиус В. Язык и стиль // Пражский лингвистический кружок: Сб. статей; под ред. Н.А.

Кондрашова. М., 1967.

10.Михеева Л. Н. Измерение времени в русском языке: лингвокультурологический аспект // Филол. науки. 2004. №2. С. 69-78.

11.Серебренников Б. А. Части речи // Лингвистический энциклопедический словарь. Главный редактор В.Н. Ярцева. М., 1990. 712 с.

12.Тимофеев К. А. О транспозиции временных форм глагола в русском языке / История языка. Новосибирск, 1999. С. 3-7.

13.Толстой Н.И. Этнолингвистика в кругу гуманитарных дисциплин // Русская словесность. От теории словесности к структуре текста. Антология. М., 1997. С. 312-316.

14.Jakobson R. Language in literature / Ed. by Krystyna Pomorska, Stephen Rudy. Cambr. (Mass.); L.: The Balknap Press of Harvard UP, 1987.

Об авторе

Митина О. А.- кандидат филологических наук, Брянский государственный университета имени академика. И. Г. Петровского, agloanitim@mail.ru

УДК 811.111'34

ИНТОНАЦИЯ АНГЛИЙСКИХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ С ГЛАГОЛОМ-СВЯЗКОЙ "BE"

Е.Н. Митрофанова

В статье представлен интонационный и контекстуальный анализ английских высказываний с глаголом-связкой be, извлеченных из звучащих текстов монологической и диалогической формы, реализованных носителями британского варианта английского языка. Выделено четыре модели интонационной организации данных высказываний, предложено обоснование выбора той или иной интонационной модели в различных контекстуальных условиях. Ключевые слова: интонация, организующая функция интонации, глагол-связка "be ".

При восприятии и интерпретации звучащей речи слушающий обрабатывает поступающий сигнал с учетом его интонации. Организующая функция интонации реализуется через распределение пауз, ударений и ядерных тонов [1, с.85-88]. На материале английского языка описано множество примеров, когда перемещение пауз, словесного и логического ударения, изменение типа ядерного тона производят существенные сдвиги в интерпретации смысла высказывания [1, с.79-96; 2, с.61-181; 3, с. 141-152; 7, р.78-112]. В связном тексте адекватная интонация каждого высказывания способствует его вхождению в создаваемый контекст, при котором интонационная форма текущего высказывания строится с учетом левостороннего контекста и подготавливает условия для восприятия последующего высказывания. Выполняя организующую функцию, интонация отражает тема-рематическую структуру высказывания, опирается на его синтаксическое строение, не нарушает психофизиологических норм протяженности интонационных единиц.

Одно из наших исследований показало, что в читаемой английской монологической речи интонационное членение высказывания на тему и рему в 70% случаев совпадает с его синтаксическим делением на группу подлежащего и группу сказуемого [4]. При этом интонационная граница между тематическим и рематическим блоком проходила перед глаголом в личной форме. Необходимо подчеркнуть, что количественные данные, отражающие эту тенденцию, были получены на конкретном материале - читаемых монологических текстах информационной направленности (объявлениях, репортажах, научно-популярных обзорах). В других речевых условиях они могут отклоняться от указанного процента, однако полагаем, что выявленная тенденция характеризует английскую интонационную систему в целом и будет сохраняться в различных речевых условиях при некотором количественном варьировании.

Целью данной статьи является рассмотрение интонационного оформления высказываний, включающих самый частотный глагол английского языка "be" в личной форме. Этот глагол занимает особое место в грамматической системе языка, что обусловлено его полифункциональностью [5, с.36-37] и способностью к редукции, образованию стяженных форм. В специальной литературе представлены фонетические ограничения на употребление стяженных форм глагола be [8, p.78], однако остаются неясными коммуникативные условия, побуждающие говорящего прибегать к редукции или избегать ее. В качестве гипотезы исследования было выдвинуто предположение о том, что особый лексический, грамматический и фонетический статус данного глагола может оказать воздействие на реализацию организующей функции интонации в высказываниях с этим глаголом. Звучащий речевой материал исследования объемом около трех часов был заимствован из тестирующего аудиокурса IELTS [9] в связи с тем, что он включал образцы чтения и говорения, монологической и диалогической речи.

Из широкого корпуса звучащего материала методом сплошной выборки были отобраны высказывания с глаголом-связкой "be", реализованные с разным интонационным членением. Узкий корпус исследовательско-