Четыре председательства в Совете ЕС и формирование внешней политики Вишеградской группы

УДК 327

Любовь ШИШЕЛИНА1

ЧЕТЫРЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВА В СОВЕТЕ ЕС И ФОРМИРОВАНИЕ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ВИШЕГРАДСКОЙ ГРУППЫ

Аннотация. В статье прослеживается становление совместной политики Вишеградской группы на фоне председательств стран в Совете ЕС, анализируется путь, пройденный странами от ещё до-Лиссабонской миссии Чехии во главе Евросоюза, до выпавшего на не менее сложный период председательства Словакии. Вырисовывается путь, на котором от председательства к председательству страны учились сплочённости действий и возможности отстаивать свои интересы, объединяя голоса. Автор приводит особенности, которые отличают политику стран региона от других стран ЕС и региональных объединений, акцентируя долгосрочный характер решаемых ими задач. Сегодня страны Вишеградской группы оказались на переднем фронте самого сложного направления не только европейской, но и мировой политики, буквально на границе двух противоборствующих идеологий и двух пока неравных по силам интеграционных проектов. От того, как будут далее реализовываться эти проекты, в значительной степени зависит и судьба этих стран.

Ключевые слова: Центральная Европа, Вишеградская группа, Европейский Союз, председательство в Совете Европы, Венгрия, Польша, Словакия, Чехия, В4, Восточное партнёрство.

Так совпало, что 2016 г. стал не только годом 25-летнего юбилея Вишеградской группы, но и годом завершения председательств стран Вишеградской четвёрки в Совете ЕС. 31 декабря Словацкая Республика передала штурвал Евросоюза Мальте, и в ожидании следующего цикла страны Вишеграда, очевидно, проанализируют уроки своего первого опыта управления европейским оркестром. Мы же попытаемся понять, как на этом фоне эволюционировала политика вишеградских стран и как сама четвёрка влияла на решения, принимаемые Европейским Союзом. Как вырабатывался "вишеградский стиль" европейской политики? Чем он, к примеру, отличается от "средиземноморского" или "балтийского"?

Первое отличие, безусловно, заключено в том, что процесс поиска своего места и роли в европейской и международной политике сопровождался у этих стран радикальными внутренними политико-идеологическими и экономическими преобразованиями, в процессе перехода от одного полюса мировой политики к другому. Потому на выбор внешнеполитических предпочтений не могло не оказывать решающего влияния то, какую модель развития перенимали эти государства. То же касается и сферы идеологии. Изначально было понятно, что в этих странах произой-

1 © Шишелина Любовь Николаевна - доктор исторических наук, заведующая отделом исследований Центральной и Восточной Европы Института Европы РАН. Адрес: 125009, Россия, Москва, ул. Моховая, 11-3. E-mail: l.shishelina@gmail.com DOI: http://dx.doi.org/10.15211/soveurope620162031

дет отход от прежней системы ценностей с главенствовавшими более 40 лет установками. Открытым оставался лишь вопрос, характерный для обеих сфер - и экономики, и политики: насколько далеко эти страны зайдут в адаптации евроатланти-ческих ценностей, или в какой-то момент они вернутся к своему собственному цен-тральноевропейскому проекту, отказавшись от асимметрии в конвергенции? Специфика исследуемого региона ставит ещё один не менее важный вопрос: насколько созданная структура "четвёрки" способствовала этому процессу? Как интересен и вопрос: нашли ли уже себя эти страны или они всё ещё в поиске?

На происходящие в регионе процессы ускорения и замедления, безусловно, оказывали влияние и глобальные факторы макроэкономического и мирового политического развития. А если учесть, что все прошедшие со времени начала преобразований 25 лет мир находился в поиске формулы нового миропорядка, то и этим странам вследствие более крупных структурных изменений приходилось корректировать, дополнять и исправлять свою политику. Вступив в НАТО и в ЕС, они получили в этих структурах свои участки ответственности. Однако усилившиеся по мере нахождения в этих организациях разногласия с Брюсселем также постепенно стали выходить на поверхность.

Это явление можно наблюдать в представлении позиции страны через В4: в консолидации с остальными членами или, наоборот, - в дистанцировании от доминирующей позиции "четвёрки". Последнее, кстати, не раз находило своё отражение во время председательства стран В4 в ЕС. Достаточно вспомнить противостояние Тополанек/Дюрчань во время чешского председательства по поводу предложенного венгерским премьер-министром досрочного вступления в зону евро для стран В4 [Bulletin.., 01.03.2009]. Однако спустя семь лет, когда завершились все четыре председательства Вишеградских стран, мы можем сказать, что опыт руководства Советом ЕС убедил их в выигрышное™ совместных действий. Именно это мы и увидели во время последнего, Словацкого председательства.

Словацкое председательство пришлось на сложнейший период в международных отношениях и на время больших проблем для Европы и мира. Продолжая говорить метафорическим языком - на время усиливающейся какофонии в старейшем оркестре Европы, когда музыканты (Британия) уходят вместе со своими инструментами или настаивают на своих интерпретациях Брюссельских произведений (Голландия, В4). Однако заметим, что и другие председательства Вишеградских стран проходили в сложнейших международных условиях, словно сама жизнь испытывала их европейский выбор, подменяя подготовленные партитуры и привычные инструменты импровизацией. Отсутствием новых потрясений в канун и во время председательства повезло лишь Польше, хотя в то время в рамках программы "Восточное партнёрство" как раз были заложены многие предпосылки грядущего общеевропейского кризиса, приведшие к отдалению ЕС и России.

Начало современного газового кризиса, связанного с транзитом через Украину, обострение конфликта в секторе Газа, урегулирование противоречий вокруг подписания Лиссабонского договора, начало глобального финансово-экономического кризиса, запуск программы "Восточное партнёрство" и ещё ряда региональных программ, "арабская весна", BREXIT - все эти судьбоносные для ЕС вопросы пришлись на время председательства стран Вишеградской группы, скорректировав их программы пребывания во главе Совета. 2011 г. стал временем Вишеградских пре-зидентств, когда Венгрию сменила Польша.

Однако попробуем проследить, как в череде председательств складывалось не только единство действий "четвёрки" во внешней политике, но и определялись её приоритеты.

Председательство Чехии, выпавшее на первую половину 2009 г., проходило на фоне чрезвычайно тяжелого периода для всей европейской и мировой экономики, поражённой финансовым кризисом и экономической рецессией. Тогда от неминуемого краха пришлось спасать многомиллиардными кредитами венгерскую и латвийскую экономику. Да ещё к этим задачам в январе добавились две такие серьёзные проблемы, как конфликт по поводу поставок российского природного газа через территорию Украины и активизация военного противостояния на Ближнем Востоке, в Секторе Газа. Чешский премьер-министр Мирек Тополанек тогда назвал две выпавшие на его руководство проблемы "двумя газовыми проблемами". И на что совсем не рассчитывали ни чехи, ни Евросоюз, это внутриполитический кризис, в результате которого Мирека Тополанека в апреле на посту главы кабинета министров сменил Ян Фишер.

Начнём с внутренних сложностей в ЕС. Одной из главных политических проблем стал не ратифицированный на тот момент Лиссабонский договор. Сама Чехия, в чьи задачи входило убеждение Ирландии и Польши поставить свою подпись под общеевропейским документом, оказалась "третьей" в этом раскладе. Параллельно с внесением заключительных поправок в Лиссабонский договор, на которых настаивали "отказники", ей самой ради соответствия "малой европейской конституции" приходилось вносить поправки в собственное законодательство.

Чешскому председательству пришлось также возглавить согласование основных направлений борьбы с кризисом, частью которой как раз являлась борьба с протекционизмом. Мирек Тополанек в качестве председателя не раз предупреждал об угрозе протекционизма со стороны стран-основателей ЕС и даже вступил в полемику с президентом Франции, стремясь воспрепятствовать передислокации французского автомобилестроительного производства из Восточной Европы во Францию. Эта проблема стала главной на Пражском саммите в марте 2009 г., когда лидеры Вишеградских стран [Bulletin.., 01.03.2009] попытались привлечь внимание всей Европы к этой проблеме, сравнив её с новым железным занавесом, который разделит Европу на две половины.

Таким образом, ЕС был поставлен перед необходимостью выработки программы помощи восточно-центральноевропейским государствам. Здесь взгляды разошлись. В то время, как одни ратовали за дифференцированный подход [Ж. Алум-ния], зависящий от уровня интегрированности страны в общий рынок, другие [А. Амбруццини] настаивали, что обещания помощи странам Восточно-Центральной Европы должны носить характер скоординированной политики, а не попыток лечить каждый отдельный случай [Bulletin... 3.03.2009].

На председательство Чехии выпали сразу и несколько юбилейных дат: пятилетие расширения Европейского Союза на Восток, двадцатилетие восточноевропейских революций и десятилетие евро.

На состоявшемся 20 февраля 2009 г. мини-саммите стран Европейского Союза, посвящённом предварительным итогам пяти лет восточной волны расширения, было высказано мнение, что главным итогом для Восточной Европы явилось повышение жизненного уровня, а для Западной - расширение рынка и инвестиционных

возможностей [Bulletin.., 21.02.2009]. Процесс расширения, говорится в резюме саммита, позволил "заякорить" демократию и упрочить европейскую безопасность, повысив тем самым глобальную роль Евросоюза. Однако одновременно было подчёркнуто и то, что кризис наиболее больно ударил именно по экономикам стран Восточно-Центральной Европы, поставив многие из них на грань банкротства. Чтобы избежать этого, Евросоюз обязался предпринять дальнейшие усилия по поддержке этих стран.

На проходившей в Праге 2 марта 2009 г. конференции "Расширение ЕС: 5 лет", организованной председательствующей Чехией, были особо подчёркнуты три позиции, которые, по мнению участников, можно считать положительным результатом расширения. Первое - это финансовая стабильность на микроуровне. Второе -расширение внутреннего рынка ЕС. Третье - мобильность рабочей силы. Как иронично заметил в своём выступлении вице-премьер чешского правительства Александр Вондра, угроза со стороны польского сантехника осталась нереализованной, поскольку прилив рабочих из третьих стран на рынках большинства западноевропейских государств превышает миграцию из восточноевропейских стран-членов ЕС.

В чешское председательство были запущены два проекта, которые оказывают влияние на европейские дела и на отношения Россия - ЕС и сегодня. Это подготовленная Польшей и Швецией программа "Восточное партнёрство", а также проект Южного коридора - нового шёлкового пути.

В рамках проекта Южного коридора впервые была поставлена проблема диверсификации поставок энергетических ресурсов. Эта проблема оказалась чрезвычайно актуальной в связи с блокировкой в январе 2009 г.поставок российского газа через Украину. Чешское руководство эффективно способствовало разрешению проблемы с поставками российского газа через территорию Украины и завершило газовую тему подписанием соглашения по альтернативному газопроводу "Набукко".

Что касается программы "Восточного партнёрства", то старт ей был дан ещё летом 2008 г. как новой версии восточного направления политики соседства. Однако на фоне кризиса эта программа столкнулась с новыми препятствиями. В январе 2009 г. представленная на обсуждение в парламент программа была остро раскритикована евродепутатами. Главное, в чём они сомневались, - это стоит ли принимать единую программу действий в отношении группы стран, которые себя единым регионом не считают и желают выстраивать с Евросоюзом исключительно двусторонние отношения.

Встал вопрос и о том, приглашать ли на установочное заседание проекта представителей России и президента Белоруссии Александра Лукашенко. Фактически в преддверии саммита удалось согласовать лишь то, что программа в случае её принятия будет финансироваться в пропорции 1/3 от общего финансирования программ соседства ЕС.

Серьёзные противоречия скрывались и в подходах к стратегии "Восточного партнёрства". Так, первые лица Германии, Франции, Великобритании, Италии и Бенилюкса предупредили, что данная формула сотрудничества не сулит странам-объектам членства в ЕС, а может рассматриваться лишь как средство воодушевления этих стран к сближению их позиций с ЕС. В то же время Польша, Чехия, Словакия и Венгрия сочли такую позицию неправильной. Разошлись вишеградцы и основатели ЕС и в терминологии. В то время как страны "старой Европы" продол-

жили называть бывшие советские республики "восточными соседями", страны Ви-шеградской Европы и Прибалтики предпочитали именовать приглашённых на саммит новичков из числа бывших республик СССР "европейскими странами". Спор был сглажен после компромиссного предложения использовать термин "восточные партнёры".

На состоявшемся в Праге 7 мая 2009 г. первом саммите "Восточного партнёрства" в отсутствии лидеров десяти ведущих западных государств1, а также двух из шести приглашённых государств - Белоруссии и Молдавии, "восточным партнёрам" была обещана либерализация визового режима, а также дифференцированный подход к подписанию соглашений об усиленном партнёрстве. Кроме того, был согласован формат и график встреч лидеров 33 стран (27+6) и платформы для многостороннего сотрудничества в рамках программы2.

В Евроструктурах по-разному оценивали чешское председательство. Были критические голоса, обвинявшие чешскую команду в том, что она не справилась с программой перезагрузки экономики и регулирования финансового рынка ЕС3. Однако с этой задачей не справились и все последовавшие председательства, в том числе команды стран-основательниц Евросоюза. Тем не менее, большинство всё же учитывало сложность обстановки и масштаб задач, свалившихся на плечи государства, менее чем за пять лет до того ставшего членом Европейского Союза, и отнеслось к первому опыту Чехии с достаточным уважением [Achievements.., 2009].

Для Венгрии председательство в Совете ЕС также наступило далеко не в самый удачный момент её собственной и европейской политической жизни. Со времени принятия полномочий правительством Виктора Орбана прошло немногим более полугода, и в стране ещё продолжался процесс принятия дел от предыдущего руководства. К тому же за несколько месяцев до председательства Венгрия сильно пострадала сначала от наводнения, а затем от технологической катастрофы на алюминиевом производстве. При этом проигравшая выборы Венгерская социалистическая партия заняла резко критиканскую позицию по отношению к кабинету консерваторов, получившему конституционное большинство в 68% в парламенте страны. Так что председательство Венгрии предварил организованный оппозицией скандал вокруг нового закона о СМИ, перекочевавший в стены Европарламента и ставший фоном при представлении премьер-министром Виктором Орбаном программы венгерского председательства "Сильная Европа".

Но и в глобальном плане период выпал сложнейший. С первых дней председательства Венгрии возник ряд непредвиденных ситуаций, требующих неотложного решения. В запланированный план мероприятий вмешались революции в арабских странах, потребовавшие особого внимания венгерского МИД к этому региону. Состоялось несколько поездок министра Яноши Мартони в охваченные волнениями страны: Египет, Тунис, Ливию. Пришлось заниматься проблемой беженцев из этих

1 Франции, Великобритании, Италии, Испании, Люксембурга и т.д.

2 Демократия и качественное управление; экономическая интеграция и конвергенция на основе секторной политики ЕС; безопасность энергопоставок; контакты между гражданами.

3 Например, представитель партии "зелёных" Ребекка Хармс. [Bulletin Quotidien Europe. 15.07.2009].

стран в Европу. Это было начало столкновения Венгрии с мигрантским кризисом, когда её посольство в Ливии отвечало за эвакуацию граждан ЕС и беженцев из охваченного войной региона, а затем координировало действия в рамках программы FRONTEX по защите внешних границ Евросоюза. Уже тогда Венгрия предложила создавать на местах условия для размещения и трудоустройства беженцев.

Венгрия к своему председательству подготовила программы не только экономического и социального характера, но и две региональные: программу Дунайского региона и новый этап программы "Восточного партнёрства". Однако второй саммит по "Восточному партнёрству", планировавшийся Венгрией на май в Будапеште, по решению Совета ЕС был перенесён на осень 2011 г. в Польшу.

Цель Дунайской программы, приуроченной к председательству Венгрии, - согласование общей макрорегиональной стратегии, направленной на поступательное развитие региона, а также защита его природы, своеобразия ландшафта и культурного наследия1. Помимо непосредственной цели повышения жизненного уровня в регионе, одна из задач программы состоит в содействии вступлению в ЕС региона Западных Балкан [The Danube.., 2011]. 3 февраля в Будапеште было объявлено о достижении странами-участницами Дунайской стратегии соглашения по координации действий в воплощении приоритетных направлений программы, были назначены ответственные за 11 приоритетных направлений Дунайской стратегии.

Другими приоритетами Венгрии стали меры по окончательному преодолению экономического кризиса, реформе общей сельскохозяйственной политики, разработке европейской социальной стратегии в отношении бедных слоев и цыганского населения, важная для всей Европы проблема энергосбережения и энергобезопасности, подготовка первого рамочного варианта многолетнего бюджета ЕС.

На состоявшемся 4 февраля заседании Совета ЕС по вопросам энергетики было принято решение о создании к 2014 г. единого европейского рынка газа и электрической энергии, а также о мерах по правовому регулированию этого рынка. А на прошедшем 28 февраля заседании Совета ЕС по вопросам транспорта, связи и энергетики было принято заключительное коммюнике об Энергетической стратегии-2020.

За время председательства Венгрии были завершены переговоры о вступлении в ЕС Хорватии, свёрстан предварительный вариант следующего многолетнего бюджета ЕС, подготовлен к принятию европейский пакт стабильности и развития. Не удалось ввести в Шенгенскую зону Болгарию и Румынию, а также пришлось уступить Польше право проведения Второго саммита в рамках программы "Восточное партнёрство".

В целом можно констатировать, что Венгрия смогла сохранить в своих руках управление в условиях, когда руль ЕС срывали бури внутренних и внешних революций. Деловитость венгерских министров позволила переломить изначальную предвзятость части еврокомиссаров и евродепутатов, увлекшихся оценками внутренней ситуации в Венгрии и спокойнее отнестись к реалиям конституционного большинства одной партии в этой стране.

1 Программа охватывает восемь государств - членов региона и шесть государств за его пределами. Это Германия (земли Баден-Вюртембург и Бавария), Австрия, Венгрия, Чехия, Словакия, Словения, Болгария, Румыния, а также Сербия, Босния-Герцеговина, Черногория, Молдавия и Украина.

Что касается польского председательства, то оно пришлось на уже определившийся с основными международными угрозами период, и у польской команды была возможность к ним подготовиться заранее. Польша приняла ещё более амбициозную программу по ускорению экономического роста и составлению очередного бюджета ЕС на 2014-2020 гг. Кроме того, Варшава поставила целью реформу сельскохозяйственной политики Европейского Союза и укрепление энергетической безопасности. Среди приоритетов Польша выделила изменение системы прямых выплат из фондов поддержки сельского хозяйства, заменив "исторический принцип" "объективными критериями". В числе первоочередных задач отмечалось также усиление боеспособности Европы, сил по поддержанию гражданского правопорядка, продвижение диалога ЕС-НАТО.

Однако особые ожидания Польша связывала с возможностью придать новое дыхание запущенной ею в партнёрстве со Швецией в 2008 г. программе "Восточное партнёрство", запланировав очередной саммит с участием ЕС и государств-членов. Всем своим программам Польша стремилась придать гуманитарный акцент, ставя задачу продвижения демократии в окружение Евросоюза. Она даже предложила создать специальные курсы по обучению демократии для Туниса и других стран. Председательство Польши было принято евродепутатами с гораздо большим оптимизмом, нежели в своё время венгерское. В то время депутат от фракции социалистов и демократов Мартин Шульц, отличившийся ярой критикой венгерского правительства, заявил, что впервые они имеют дело с председательствующей страной в полной мере разделяющей европейское видение.

По мнению участников и прессы, саммит главной польской программы - "Восточного партнёрства", прошедший в Варшаве 29-30 сентября, вызвал интерес гораздо меньше ожидавшегося. Среди лидеров ведущих стран единственной, кто посетил саммит, была немецкий канцлер Ангела Меркель. Власти Белоруссии вновь проигнорировали приглашение.

Саммит несколько продвинулся по пути деклараций о намерениях подписать с Украиной соглашение об ассоциации. Было принято решение о подготовке подобных соглашений с Молдавией и Грузией. Впервые на саммите кавказские государства были признаны европейскими - это особенно оценила азербайджанская делегация. Было решено увеличить финансирование программы до 2013 г. ещё на 150 млн евро в дополнение к выделенным на 2010-2013 гг. 1,9 млрд [Polish Presidency..,2011]. К тому же Польша заявила о собственной инициативе добавить свой миллион в фонд технической помощи странам "Восточного партнёрства" (ВП).

Тем не менее, сама Польша считала саммит удавшимся, поскольку, во-первых, были приняты к сведению европейские устремления стран ВП. Во-вторых, признано необходимым углубление взаимной интеграции и интегрированности этих стран в рынок ЕС, а также достижение безвизового режима и открытия новых программ и платформ взаимодействия для граждан стран партнёрства. Кроме того, по польской инициативе в декабре 2011 г. был создан Европейский фонд за демократию (European Endowment for Democracy) для интенсификации отношений между странами ЕС и странами партнёрства [Polish Presidency.., 2011].

Однако не все страны ЕС отнеслись к программе ВП с одобрением. Кроме того, обнаружились расхождения в понимании целей программы между странами ЕС и

между странами - объектами программы. В частности, оказалось, что не все страны желают принятия новых членов и новой волны расширения ЕС.

Совет ЕС в полугодие председательства Польши попытался также оживить Балтийскую стратегию. Одновременно польский премьер Дональд Туск призвал к скорейшей реформе Лиссабонского договора, в соответствии с вызовами кризиса. По мнению польского премьера, Европа нуждается в стабильном банке и стабильной системе кредитования, а не в существующей практике кризисного реагирования. На этом фоне в ЕС продолжалась дискуссия по поводу дальнейшего развития интеграции, спровоцированная новым высказыванием президента Франции Николя Сарко-зи о необходимости продвижения в направлении Европы двух скоростей, особенно после вступления в ЕС балканских государств.

Выступая с заключительной речью 14 декабря в парламенте ЕС, Дональд Туск подчеркнул, что текущий кризис не распространяется только на экономику и финансы, он одновременно "является кризисом системы, политическим кризисом" [Bulletin.., 15.12.11]. "Это, безусловно, самый серьёзный кризис Европейского Союза с момента его основания" ... По мнению Д. Туска, проблема в том, что ЕС пока не всегда действует как сообщество. В своей речи он призвал европейцев к солидарности, к преодолению угрозы дезинтеграции. В любом случае, отметил польский премьер, после кризиса Европа станет другой: либо проигравшей, либо победившей, и призвал европейцев к консолидации.

Ж.М. Баррозо оценил председательство Польши как высоко профессиональное и одно из наиболее эффективных. К этому мнению присоединились представители практически всех фракций парламента ЕС. На этом фоне наиболее жёсткой выглядела критика внутренней польской оппозиции, осудившей намерения Польши примкнуть к группе "обанкротившихся государств"1.

Словакия также не избежала великих потрясений, потребовавших от неё изменения программы. Буквально за неделю до вступления в права председателя ЕС братиславской команды, 23 июня, британцы проголосовали за выход из состава ЕС, поставив тем самым и самих себя, и Европу в замешательство на много месяцев вперёд.

Для страны-председателя брекзит означал необходимость пересчитывать и переписывать все ранее подготовленные стратегические документы ЕС, включая долгосрочный бюджет. Кроме того, ломать голову над решением проблемы роста миграции, активизации террористических групп и растущих на этом фоне противоречий между государствами ЕС о путях и методах решения этой проблемы. Словаки хотели как лучше, а им, "как всегда", многое пришлось решать с колес, жертвуя основными целями, которые в итоге не смогли получить развернутого решения. На стадии разработки словацкая программа председательства строилась на трёх принципах: достижение ощутимых результатов для улучшения жизненных условий каждого гражданина Евросоюза; преодоление раздробленности, т.е. стремление к совершенствованию механизмов внутреннего рынка; возвращение доверия граждан к институтам ЕС [Programme.., 2016].

1 В частности, такое мнение высказали представители партии ПИС Ярослава Качиньского, заодно осудившие курс Д. Туска на вхождение в еврозону и охарактеризовавшие его как предательство национальных интересов Польши.

И тем не менее - почти к завершению председательства, 15 декабря был озвучен план вывода Британии из ЕС [Informal meeting.., 2016], событие беспрецедентное в истории евроинтеграции.

При активном участии Братиславы удалось улучшить взаимопонимание по проблеме преодоления кризиса с беженцами. На саммите, состоявшемся 20 октября 2016 г., Совет ЕС смог договориться об организации усиленного контроля на внешнем периметре шенгенских границ, ослабевшем под натиском нелегальных мигрантов; об интенсификации сотрудничества со странами исхода беженцев и странами их первоначального прибытия; а также о совершенствовании европейского законодательства о предоставлении убежища [European Council conclusions.., 2016].

Если придать усилиям словацкого председательства географический смысл, то ему активнейшим образом пришлось заниматься проблемами европейской политики соседства. Очевидно, большая концентрация усилий на юго-восточном фланге несколько маргинализировала проблему "Восточного партнёрства", о которой в преамбуле словацкой программы говорилось, что словацкое председательство рассчитано на проведение эффективной европейской политики соседства и будет стремиться к сохранению динамики процесса присоединения [Programme.., 2016].

Тем не менее, впервые в документе ЕС [Big achievement.., 2016] признавалось значительное снижение стабильности в южном и в восточном соседстве. В качестве мер по разрешению ситуации в странах "Восточного партнёрства" Словакия предлагала поддержать эти государства в стабилизации политики безопасности, продолжения реформ, внедрения соглашений об ассоциации и либерализации визового режима. В документе говорилось, что словацкое председательство предоставит всю необходимую поддержку Европейской службе внешних действий и Еврокомиссии в имплементации европейской политики соседства, "будет способствовать углублению политического диалога с соседними странами с особым упором на обеспечение их стабильности, что призвано помочь" - по убеждению составителей программы - "ускорению политической ассоциации и экономической интеграции Украины, Республики Молдовы и Грузии".

Однако в целом Словакия нашла инновационное решение и для проблемы "Восточного партнёрства" - она организовала первый саммит ВП по проблемам климата и окружающей среды, который состоялся 18 октября 2016 года. Вопросы экологии политических отношений были подняты на другой встрече "Восточного партнёрства" - конференции "Молодёжь за права".

Проблема ВП остаётся. Пока она ушла в весьма прагматичную сферу, но явно требует и ждёт своего решения, как и вопрос новой концепции наших взаимоотношений. Под занавес председательства, тем не менее, было принято решение о предоставлении безвизового режима Грузии и Украине, однако срок вступления в действие этой давно ожидавшейся украинцами меры был перенесён ближе к лету 2017 года.

Ещё одна "вишеградская задача" председательства - создание конкурентоспособного энергетического рынка - ещё более осложнилась из-за отсутствия договорённостей между Россией и Украиной. Словакия и весь Вишеградский регион за прошедшие годы практически вплотную приблизились к утрате роли входных во-

рот ЕС для российского газа и сами оказались весьма уязвимы по части обеспечения энергоресурсами.

Несмотря на многочисленные проявления кризиса вокруг ЕС и вовне, Словакия смогла согласовать и утвердить бюджет ЕС на 2017 год. А в целом председательство Словакии, самой маленькой из вишеградских стран и одной из самых молодых европейских дипломатий, прошло без принятия усугубляющих международные отношения решений. Конкретно - оно не оставило после себя шлейфа проблем, решать которые придётся Мальте, а за ней и Эстонии.

Суммируя приоритеты председательств Вишеградских стран, следует подчеркнуть, что они в целом успешно справились с необычайно сложными экономическими и международно-политическими проблемами, выпавшими на их долю, будь то программы преодоления мирового экономического кризиса, корректировки бюджета Евросоюза, первые этапы реагирования на войны в "соседствах", на наплыв мигрантов и т.п. То есть, вишеградские председательства, хотя и не всегда давали конечные решения, всё же были ориентированы на сохранение стабильности и не оставили за собой потрясений пост-вильнюсского масштаба. Они также сумели предложить ряд существенных мер в общеевропейские программы: по преодолению бедности, по реформе сельскохозяйственной политики, по социальной адаптации цыган и развитию примыкающих к ним регионов - Дунайского и Балтийского.

За семь лет со времени председательства Чехии, и до нынешнего председательства Словакии, окончательно определилась и совместная сфера компетенции више-градцев, связанная с политикой Европейского Союза к востоку от его нынешних границ. Это прежде всего проблема энергетической безопасности, вставшая во весь рост с распадом СССР и образованием транзитных территорий, а также программа "Восточного партнёрства", ставившая целью создание дружественного окружения на восточных границах ЕС. Также в рамках ЕС этими странами было усилено внимание к региону Балкан. Их стараниями к Евросоюзу достаточно быстро примкнула Хорватия. Таким образом, Вишеградская группа взяла на себя роль формирования "кольца друзей" к востоку и для Евросоюза, что удачно совпадает с её собственными задачами как региональной группировки, так и с долгосрочными национальными задачами.

Конечно, решения, предлагаемые в рамках этих двух направлений, весьма сложны для исключительной инициативы центральноевропейской четвёрки. Скажем, их старшие партнёры - Франция и Италия до сих пор не находят решения для южного соседства. Однако отрадно заметить отказ от галопирующей динамики в программе "Восточного партнёрства", достигнутой в словацкое председательство. Пока не найдено действительно прорывного решения, - а такого и не может быть без вовлечения в разработку программы, помимо самих объектов Восточной политики, и России, - представляется рациональным перевести взаимодействие с восточными соседями в менее политизированные плоскости, такие как, например, региональная экология, чем и было отмечено председательство Братиславы.

То же относится к проблеме диверсификации поставок газа, которые Брюссель тесно увязывает с уменьшением импорта голубого топлива из России. То есть, играя в этом вопросе в пользу приближаемых транзитных государств - объектов ВП,

чьё экономическое благополучие напрямую зависит от цен на транзит российских энергоресурсов, страны Центральной Европы сами же лишают себя роли внутриев-ропейского распределителя поступающих с востока углеводородов. В свете последних событий на рынке транспортировки газа, страны В4 из стран-распределителей превращаются в конечных получателей газа, который начнёт поступать в Европу по дну Балтийского и Чёрного моря. А, казалось бы, не проще ли было налаживать отношения, не играя на одной стороне, а принимая во внимание общую геополитическую обстановку к востоку. Не случайно ведь, когда дело касается отдельных вишеградских стран, мы можем найти у них и политику открытия на восток (Венгрия), и понимание того, что "лучше иметь отношения с Россией такой, какая она есть, нежели не иметь их вовсе" (Польша).

Поэтому приглушённый аккорд словацкого председательства в программе ВП можно и нужно рассматривать не как сдачу позиций, снижение оборотов, а как пролог к новой восточной политике Вишеградских стран и Европейского Союза. В этой политике государства - "восточные партнёры" ЦЕ и ЕС, и "западные соседи" России из пространства конфронтации превратятся в мост для сотрудничества двух частей Европы. Задача, скажем сразу, геополитического масштаба.

Что прагматичнее - налаживать отношения с Россией или же с Мексикой и ЮАР? А именно это можно прочесть ныне в некоторых внешнеполитических установках государств региона, вынужденно примкнувших к режиму антироссийских санкций.

Что касается России, то и ей следовало бы уделять больше внимания этим ви-шеградским странам, их роли и начать выстраивать позитивную повестку отношений с ними. По всему ощущается, что этот период, как сказал бы Ф.М. Достоевский, "всеобщего просветления в умах" уже недалеко.

Я уже писала в канун председательства Словакии, что от того, какие решения будут приняты в Братиславе, реально зависит и престиж всей Вишеградской группы, признание её особого "вишеградского стиля" во внешней политике. Похоже, этот стиль, действительно, подходит к завершающему этапу формирования и выражается в сдвиге от асимметрии конвергенционного процесса (в том числе по отношению к Брюсселю, которой эти страны следовали весь предыдущий период) к реальному центральноевропейскому ценностному балансу.

References

Achievements of the Czech Presidency. Europe without Barriers. 1 January - 30 June 2009. URL: http://www.eu2009.cz/assets/czech-presidency/programme-and-priorities/achievements/cz-pres_achievements_eng.pdf (November 20, 2016).

Big achievement: Slovak Presidency strikes crucial deal on 2017 EU budget/ Brussels, November, 17. URL: http://www.eu2016.sk/en/press-releases/big-achievement-slovak-presidency-strikes-crucial-deal-on-2017-eu-budget (November 20, 2016).

Bulletin Quotidien Europe. № 9845, 21.02.2009.

Bulletin Quotidien Europe. Special edition. Brussels, 01.03.2009.

Bulletin Quotidien Europe. № 9852, 3.03.2009.

Bulletin Quotidien Europe. 15.07.2009.

Bulletin Quotidien Europe. № 10516. 15.12.11.

EU budget for 2017: Council sets out its position / SK - EU 2016. URL: http://www.eu2016.sk/en/press-releases/eu-budget-for-2017-council-sets-out-its-position (November 20, 2016).

European Council conclusions on migration, 20 October 2016 /URL: http://www.consilium.europa.eu/en/press/press-releases/2016/10/20-european-council-conclusions-migration/ (November 20, 2016).

Informal meeting of the Heads of State or Government of 27 Member States, as well as the Presidents of the European Council and the European Commission. Brussels, 15 December 2016.

Polish Presidency of the Council of the European Union. 1 July - 31 December 2011. URL: http://www.mf.gov.pl/en/documents/764034/1137013/Report_Polish_presidency.pdf (November 20, 2016).

Programme of the Slovak Presidency of the Council of the European Union. 1 July - 31 December, 2016.

Statement after the informal meeting of the 27 heads of state or government, 15 December 2016/ http://www.consilium.europa.eu/en/press/press-releases/2016/12/15-statement-informal-meeting-27/(November 20, 2016).

Summing-up the Hungarian Presidency. Brussels, 27 June 2011. URL: http://www.mfa.gov.hu/kulkepviselet/los_angeles/en/en_Hirek/Summing-up_the_Hungarian_Presidency.htm (November 20, 2016).

The Danube Region Strategy. URL: http://www.eu2011.hu/danube-region-strategy-drs (Oktober 19, 2016).

Vida Krisztina. Evaluation of the First Hungarian EU Council Presidency. ARI 134/2011 - 27/9/2011 (November 20, 2016).

FOUR PRESIDENCIES OF THE EU COUNCIL AND FOREIGN POLICY OF V4

Author. Shishelina L., Doctor of Sciences (History), Head of Department for Central and Eastern European Studies, Institute of Europe RAS. Address: 11-3 Mokhovaya Street, Moscow, 125009, Russia. E-mail: l.shishelina@gmail.com

Abstract. The article traces the formation of the joint policy of the Visegrad group against the background of the presidencies of V4 in the Council of the EU, analyses the distance covered by these countries from the pre-Lisbon mission of the Czech Republic at the head of the EU Council, until the presidency of Slovakia. The author analyses how the presidencies of the Council has taught V4 to pursue cohesion in their actions and to promote opportunities to protect common interests. The article explains the features, which distinguish the politics of V4 from other EU countries and sub-regional groups focusing on the long-term nature of their tasks. The countries of the Visegrad group have found themselves between two parts of Europe, which currently are in opposition to one another. In addition to their obligations to the EU, they also are responsible for the wellbeing of the whole region.

Key words: Central Europe, Visegrad group, European Union, presidency of the EU Council, Hungary, Poland, Slovakia, Czech Republic, V4, Eastern partnership.

DOI: http://dx.doi.org/10.15211/soveurope620162031