Градозащитников Петербурга обещали услышать

Градозащитников Петербурга обещали услышать

Комитет по охране памятников Северной столицы дал пояснения поапроекту поправок в закон, охраняющий исторический центр

В Санкт-Петербурге разгорелся скандал после публикации проекта поправок в Закон Санкт-Петербурга № 820-7, регулирующий обращение с историческими домами. В действующей редакции закон защищает от сноса все здания, построенные до 1917 года, в новой — 389 зданий признаны не подлежащими охране как не имеющие исторической ценности. Градозащитники расценили это как легализацию сноса старинных домов и забили тревогу, в Смольном отрицают такую интерпретацию поправок и заверяют, что судьба каждой «неценной» исторической постройки все равно будет решаться в индивидуальном порядке на основании экспертизы.

Вчера КГИОП организовал брифинг для журналистов. На вопросы СМИ отвечал первый заместитель председателя КГИОП Алексей Михайлов

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

16 ноября КГИОП опубликовал государственную историко-культурную экспертизу проекта объединенных зон охраны объектов культурного наследия, расположенных на территории Санкт-Петербурга. Проект разработан ООО «НИиПИ "Спецреставрация"» и содержит изменения, предлагаемые в Закон Санкт-Петербурга № 820–7 «О границах объединенных зон охраны…».

Закон Санкт-Петербурга от 19 января 2009 года № 820–7 «О границах объединенных зон охраны объектов культурного наследия, расположенных на территории Санкт-Петербурга, режимах использования земель и требованиях к градостроительным регламентам в границах указанных зон» принят Законодательным собранием Санкт-Петербурга 24 декабря 2008 года. Закон регулирует сохранение исторической среды в Петербурге, разрешая или запрещая те или иные действия в отношении исторических зданий. Так, почти все дореволюционные постройки, а также «сталинские» здания в зонах охраны были защищены от сноса.

В новой редакции исторические здания, не являющиеся объектами культурного наследия (по оценкам КГИОП, их 14 тыс.) впервые делятся на категории в зависимости от их значимости: ценные средовые объекты, формирующие участки композиционно-завершенных пространств; средовые объекты, соответствующие средовым характеристикам конкретного участка историко-градостроительной среды; несредовые объекты — отдельные здания, строения, сооружения, утратившие историческую среду или не соответствующие ее средовым характеристикам.

«Важно подчеркнуть, что Закон 820–7 не будет регулировать вопросы сноса (разборки) несредовых зданий, в том числе обязывать владельцев указанных зданий совершать действия по их реконструкции»,— уточнялось в пресс-релизе ведомства.

После публикации проекта поправок в один из главных законов города, регулирующих обращение с историческими зданиями, градозащитники объявили в соцсетях, что несредовые здания (в опубликованных поправках их 389) отдаются на откуп застройщикам. «Предположительно, почти все они дореволюционные,— говорилось в посте, опубликованном в телеграм-канале SOS СПб СНОС,— в нынешней редакции закона они охраняются, в новой будут отданы под снос».

Из-за поднявшегося резонанса в прессе вчера КГИОП организовал брифинг для журналистов. На вопросы СМИ отвечал первый заместитель председателя КГИОП Алексей Михайлов. Чиновник рассказал, что из упомянутых 14 тыс. зданий, не признанных памятниками, были обследованы и попали под классификацию 8 тыс. объектов, расположенных в исторических районах и на приграничных участках. Отличие средового объекта от несредового заключается в том, сохраняет ли здание (постройка) историческую среду и «общее представление о его восприятии» или нет, объяснял журналистам терминологию представитель КГИОП. В отношении несредовых объектов не будут действовать режимы охраны, предъявляться требования по сохранению. И тем более к ним не будут предъявляться требования по сносу или преобразованию, подчеркнул господин Михалов: «Я вообще не понимаю, откуда взялось это слово "снос", как будто все пропало, все снесут. Речь идет только о некой дифференциации, ослаблении охраны в отношении несредовых зданий. Дальнейшая судьба этих стадий, безусловно, в каждом случае индивидуальна».

На вопрос, будет ли КГИОП с принятием закона в новой редакции контролировать то, что будет происходить с несредовыми зданиями, первый зампред сначала сказал, что ведомство следит за любой застройкой, которая находится в историческом центре. Но потом добавил: «В нашей компетенции нет полномочий следить за всем, что происходит в городе. То, что ценное, мы выделяем, и за этим ценным следим, для того чтобы горожане и гости Петербурга продолжали получать общее впечатление о нашем историческом городе».

Пришедших градозащитников не пустили на брифинг, но они все-таки смогли задать вопросы господину Михайлову на улице, у здания КГИОП. «Вы снимаете охрану, тем самым допускаете снос несредовых зданий»,— сразу обозначил суть претензий активистов градозащитник Олег Мухин. «Это ваши предположения, опасения»,— парировал первый зампред Михайлов и заверил оставшихся представителей СМИ, что все предложения и опасения граждан комитет принимает в установленном порядке и обязательно озвучит в дальнейшем обсуждении проекта поправок.

«Вы открываете ящик Пандоры, снимая охрану,— настаивал господин Мухин.— Зачем снимать ее, когда половина объектов еще не обследована? Это значит, что сейчас несредовых зданий 400, а в дальнейшем список может пополниться?» Господин Михайлов ответил, что список может как пополниться, так и сократиться, если соответствующее решение примет профессиональный совет. Представители недовольных граждан усомнились в профессионализме экспертов, которые примут участие в дальнейшем прохождении проекта по инстанциям. «Мы присутствовали при рейдерском захвате ВООПИКа»,— высказали активисты свое субъективное оценочное мнение о ситуации со сменой петербургского руководства Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, когда господин Михайлов назвал эту организацию в числе экспертов.

Не ответив, «зачем КГИОП признал несредовыми» дома по конкретным адресам, представитель ведомства заметил: «Вы переоцениваете мои способности, я не помню все объекты наизусть»,— и, еще раз предложив градозащитникам направлять вопросы, предложения и замечания по указанным электронным ящикам, откланялся. В более спокойной обстановке на брифинге господин Михайлов успел сообщить журналистам, что на согласование проекта поправок в закон № 820–7 уйдет несколько месяцев: КГИОП планирует вынести проект на рабочую группу петербургского парламента только в марте 2024 года, а принятие закона может состояться уже в конце 2024-го или в 2025 году.

Контекст

«Уши застройщиков из-за этого предложения торчат так, что ничем их не скроешь»

Мнения общественности по поводу предлагаемых поправок к Закону Санкт-Петербурга от 19 января 2009 года № 820–7 «О границах объединенных зон охраны...» разделились.

Резко не одобрил предлагаемые изменения градозащитник, депутат ЗакСа Санкт-Петербурга от фракции «Яблоко» Борис Вишневский: «Уши застройщиков из-за этого предложения торчат так, что ничем их не скроешь. Конечно, я категорически против идеи КГИОП. И приведу самый простой аргумент: полное отсутствие доверия к тем, кто разработал эту идею и заказывал эту экспертизу»,— написал парламентарий в своем телеграм-канале.

Партнер архитектурного бюро Syntaxis Александр Стариков оценивает законодательную инициативу скорее положительно. «На мой взгляд, внесение данных поправок и уточнений позволит ревитализировать отмершую городскую ткань и создать новую архитектуру, отвечающую актуальным потребностям общества. Да, у Санкт-Петербурга и его исторической части особый статус в общественном сознании, а отношение к любым изменениям и корректировкам условий работы самое пристальное и даже настороженное. И все же чрезмерное желание сохранить старое только лишь потому, что оно определенного возраста, да и в целом ностальгическая фиксация ретроспективного взгляда на идеализированном прошлом может сильно мешать развитию города, мумифицируя важные городские пространства».

Вице-президент ГК Springald Виталий Никифоровский также оценивает нововведения положительно: «Закон 820–7 возник в 2000-х, когда масштаб сноса исторической застройки достиг пугающих масштабов. Он неоднократно дорабатывался и видоизменялся, но основная его идея — определять категории зданий по годам застройки — была неизменной. Проведенная работа, несомненно, колоссальна, и в предлагаемом варианте закон гораздо лучше и качественнее описывает городскую среду и защищает то, что должен защищать, с одной стороны, а с другой — решает проблемы застройки, до этого не решаемые годами. В городе есть не один десяток построек, статус которых препятствовал реализации масштабных проектов в историческом центре, не имеющих культурной и исторической ценности, но охраняемых текущей версией закона».

«Предложенная идея разделения на категории — шаг вперед в сторону развития городских пространств, реализация данного подхода даст мощный импульс к вовлечению в оборот зданий в центре города и частных инвестиций в экономику города. Причем речь идет не о сносе исторических зданий, а о возможности полноценной реконструкции несредовых зданий с увеличением этажности и изменением фасадов зданий»,— думает Александр Демин, член ИКОМОС, руководитель Экспертного центра по девелопменту в Санкт-Петербурге и Ленинградской области.