Биоиндикация загрязнения экосистем в зоне влияния золотодобычи на юге Дальнего Востока 

Биоиндикация загрязнения экосистем в зоне влияния золотодобычи на юге дальнего востока

Крупская Л.Т. (mamaev@igd.khv.ru), Саксин Б.Г., Бондаренко Е.И., Ершов М.А., Бабурин А.А.

Институт горного дела ДВО РАН

ВВЕДЕНИЕ

Горное производство по характеру своего воздействия на окружающую среду является одним из наиболее масштабных и долговременных. Неслучайно интенсивное развитие горнопромышленного комплекса на юге Дальнего Востока уже привело к нарушению всех компонентов природной среды, активному поступлению токсичных химических элементов в окружающие ландшафты. Произошло накопление в них опасных для всего живого веществ. В некоторых горнодобывающих районах Дальнего Востока перейден порог самозащиты природы, нарушилось ее биологическое равновесие. Поэтому проблемы рационального использования естественных, в том числе минерально-сырьевых, ресурсов в процессе их освоения в настоящее время приобретают особое значение. Однако вопросы, касающиеся оценки изменения природных систем при этом, остаются исследованными недостаточно. По ним имеются лишь фрагментарные данные, либо первоначальные количественные оценки. Актуальность изучения региональных систем и закономерностей их формирования и развития определяются именно этим обстоятельством. Поскольку устойчивое развитие объединяет в себе три важных аспекта -социально-экономический, экологический и технолого-технический, то эта проблема не может быть решена без комплексного подхода, без всестороннего анализа разнородных одновременных воздействий горного производства на объекты природной среды. Совершенствование природопользования, экологическая обоснованность всей горнодобывающей деятельности - главная задача современности, обуславливающая необходимость создания биологических основ стратегии устойчивого развития экосистем территории горнопромышленного освоения.

Биология, составляющая научную основу любого практического использования биологических процессов и систем, за последние несколько десятилетий сделала огромный скачок на пути исследования жизненных явлений. Особенно велика ее роль в биомониторинге загрязнения компонентов биосферы. В экологических исследованиях почв, например, используются биологические показатели: «дыхание», ферментативная активность, численность микроорганизмов и ее качественный состав и др. К сожалению, в условиях горных предприятий юга Дальнего Востока эта проблема оказалась практически не изученной. Разработка региональных программ экологической безопасности требует четкого количественного определения параметров и критериев, характеризующих состояние экосистем и допустимых пределов изменений. Следует иметь в виду, что негативные последствия техногенного загрязнения окружающей природной среды заключаются не только в общетоксическом действии, приводящем к ослаблению жизнеспособности и преждевременной гибели отдельных особей, но и в отдаленных эффектах этого действия - эмбриотоксичных, тератогенных мутагенных, цитотоксичных и др. Следствием этого является ухудшение физиологического состояния потомства, что в свою очередь приводит к изменению генетического статуса популяции в целом. В связи с этим нами сделана попытка обоснования генетического подхода в оценке экологического состояния окружающей среды при освоении минерального сырья. Целью исследования

явилась оценка биологически и экологически значимых техногенных нагрузок на основе реакций на них живых организмов в зоне влияния горного предприятия для обеспечения его экологической и социальной безопасности

В основу работы положены результаты экспедиционных и полевых исследований, проведенных в период с 2002 по 2003 гг.

1. ИЗУЧЕННОСТЬ ПРОБЛЕМЫ

Ежегодно из недр Земли извлекается огромная масса минерального сырья. Несомненно возрастают горы отвалов, содержащих отходы горного производства. Как правило, негативные последствия горнодобывающей деятельности сказываются на состоянии растительного и животного мира, в конечном счете на здоровье человека.

Следовательно, требуется разработка действенных мер по предотвращению отрицательного техногенного воздействия на природные системы в целом и ее компоненты в частности.

Одним из аспектов решения этой проблемы является развитие дружественных к природе биоориентированных технологий, основанных на использовании биологических процессов, участии в них живых организмов (растений, животных, микроорганизмов) и их частей (клеток, ферментов) для получения экологически чистой продукции.

Используя возможности живых организмов, человек может, подобно природным процессам круговорота веществ, организовать «индустриальный метаболизм», проанализировать материальные потоки, вовлеченные им в сферу техногенеза, организовать комплексное и рациональное использование природных ресурсов (Гиляров, 1965; 1995; Вернадский, 1978; 1983; Курчева, 1979; Покаржевский, 1987; Рябинин, Ганин, 1987; Полевой, 1989; Криволуцкий, 1994; Лобанов, 1987; Тимофеева, 1996; 1997 и др.).

Современный этап научно-технического прогресса характеризуется революционными изменениями в биологии. Она вышла на лидирующие позиции в современном естествознании, на молекулярный и субклеточный уровень.

Обострившиеся на пороге ХХ1 века экологические проблемы, в т.ч. в горнодобывающей промышленности, уже не могут быть решены теми традиционными методами, которые использовались ранее. Поэтому возникла необходимость в разработке и внедрении принципиально новых методических подходов к оценке экологической ситуации в горняцких поселках на юге Дальнего Востока.

Базируясь на публикациях ученых из различных стран, в т. ч. России, а также наших собственных, с точки зрения возможности достижения гармонии в социобиотехносфере можно теоретически предложить использование потенциала биологических объектов в следующих видах горных и природоохранных работ: горноподготовительные, горные, добычные, мониторинг за состоянием качества природных объектов, рекультивации нарушенной горными работами природной среды.

Как считают И.П. Герасимов (1975), М.А. Глазовская (1992), В.И. Коробкин, Л.В. Передельский (2000), Д.С. Орлов и др. (1991), В.А. Вронский (1996), В.Е. Соколов (1994), У.Дж. Мэннинг, У.А. Федер (1985), А.В. Дончева и др. (1992), Р.Шуберт (1988), ВН. Майстренко, Р.З. Хамитов (1996), Ю.С. Юсфин и др. (2002) и др., главными задачами мониторинга, в т. ч. биомониторинга являются периодическое наблюдение за состоянием биосферы, оценка и прогноз состояния природной среды, выявление факторов и источников антропогенных воздействий на окружающую среду и др. Основное требование, предъявляемое к природным индикаторам, - способность отражать (фиксировать) воздействие и сохранять его в «ПАМЯТИ» с минимальной трансформацией до времени опробования.

Метод оценки абиотических и биотических факторов местообитания при помощи биологических систем часто называют биоиндикацией. Значительное место среди тест-

объектов, которые нашли применение с целью биологической индикации, по праву принадлежит растениям. Большой интерес представляет лихеноиндикация (вид биоиндикации, заключающийся в изучении в качестве биоиндикаторов лишайников) (Lindberg, Narries, 1981, Magomedova, 1988, Scolt, 1990.). Как правило, признаками биологической деградации в процессе техногенного воздействия является снижение уровня активной микробной массы. Некоторые исследователи в качестве комплексного показателя загрязнения почвенной системы рекомендуют фитотоксичность. Это тестовый интегральный показатель, который определяется как свойство загрязненной почвы подавлять прорастание семян, рост и развитие высших растений.

Достоинством биоиндикаторов является то, что они характеризуются следующими особенностям:

- реакция на относительно слабые нагрузки вследствие эффекта кумуляции

дозы;

- суммирование действия различных антропогенных факторов;

- не требуется регистрация химических и физических параметров, характеризующих состояние окружающей среды;

- фиксация скорости проходящих изменений в окружающей среде;

- обнаружение тенденций развития окружающей среды;

- возможность оценки и контроля степени воздействия загрязняющих веществ на живые организмы и человека.

Следует отметить, что внедрение биологического мониторинга имеет особое значение, поскольку традиционные способы оценки качества компонентов биосферы путем физико-химического анализа сложны и дорогостоящи. Поэтому решение проблемы определения суммарного действия присутствующих в окружающей среде мутагенов на живые организмы возможно лишь путем организации комплексного биомониторинга с использованием современных высокочувствительных биоиндикаторов.

К сожалению, на Дальнем Востоке практически не изучены возможности использования растений для оценки качества окружающей среды в зоне влияния горного производства. Известны лишь работы Л.Т. Крупской с соавторами (2000), Н.А. Рябинина, Г.Н. Ганина (1992, 1995), Н.Г.Куимовой и др. (1999). Однако имеющиеся данные свидетельствуют о крайне низком уровне знаний в этой области. А цитологические и цитогенетические тест-системы, являющиеся наиболее информативными, высокочувствительными и достаточными для адекватной оценки влияния горнопромышленных объектов на экологическое состояние экосистем в горняцких поселках, до сих пор здесь не нашли применения. На горных предприятиях не создана система не только биологического, но и горно-экологического мониторинга. В связи с этим возникла необходимость в проведении исследований по оценке общего техногенного загрязнения экосистем в процессе освоения минерального сырья с использованием биологических систем. На этой основе разработаны предложения по применению методики экспресс оценки качества среды по тест-системе «Стерильность пыльцы» и «Ростовому тесту».

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ

Целью исследования явилась оценка биологически и экологически значимых техногенных нагрузок на основе реакций на них живых организмов в зоне влияния горного предприятия для обеспечения его экологической и социальной безопасности.

Исходя из цели исследования, определены следующие задачи:

1. Анализ, обобщение и систематизация литературных данных и материалов патентного поиска по проблеме биоиндикации техногенных нагрузок на основе реакций на них живых организмов;

2. Оценка месторождения как источника загрязнения экосистем токсичными элементами в процессе золотодобычи;

3. Комплексная оценка изменения природных систем в техногенных биогеоценозах под воздействием горного производства;

Методологической основой исследования послужило учение академика В. И. Вернадского о биосфере и ноосфере и основные положения, изложенные в «Программе и методике изучения техногенных биогеоценозов» (Колесников, Моторина, 1974).

Для решения первой задачи предусматривалось использование следующего комплекса основных методов:

- анализа и обобщения результатов теоретических и экспериментальных исследований по проблеме;

- систематизации и научного классифицирования.

Главным и определяющим методом исследования явился системно-комплексный.

Характер решения второй и третьей задачи предопределил использование общепринятых современных инструментальных и традиционных физико-химических и ландшафтно-экологических методов. В отобранных образцах почвогрунтов, донных отложений, растительности определялось 25 элементов на спектрофотометре ПГС. Выполнен физико-химический анализ по методике ЦИНАО («Определение тяжелых металлов в почвах и растительной продукции», 1989). Кроме того, использованы методики экспресс оценки состояния окружающей среды по тест-системе «Стерильность пыльцы растений-биоиндикаторов» и по «Ростовому тесту» (Горовая, 2000). Для определения уровня стерильности пыльцы использовался йодный метод окраски (Паушева, 1988; Горовая и др., 1996). Биоиндикационная оценка состояния объектов биосферы проводилась по методике М.С. Гилярова (1965), Н.М. Черновой (1988). Структура микроорганизмов исследовалась по методике Д.Г. Звягинцева (1980).

Полученные количественные показатели обрабатывались с применением статистических методов.

Схема полевых исследований представлена на рисунке 1.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Источники загрязнения экосистем при освоении минерального сырья

В геологическом строении района Кербинского прииска принимают участие в разной степени дислоцированные сланцы разнообразного состава, иногда с прослоями сланцевых песчаников, слюдистых кварцитов, алевролитов, диабазов (Самырская, Талыминская, Сагурская и др. свиты). Метаморфизованные толщи прорваны гранитоидами палеозойского возраста. Коренные месторождения золота в районе не обнаружены, известны лишь отдельные рудопроявления. На россыпное золото в районе отработано порядка 1800 км2 площади. Добыто около 50 т золота.

В качестве объекта исследования нами выбрана одна из продуктивных россыпей по р. Семи, которая в настоящее время представляет практический интерес как техногенная. Долина р. Семи и ее притоков приурочена к тектоническим нарушениям в метаморфизованных осадочных породах верхнего и среднего палеозея, слагающих крыло Гонгренской антиклинали (Сорокин, Ван-Ван-Е, 2000). На верхнем участке долина реки пересекает зону даек раннемелового возраста преимущественно основного состава. В правом борту долины в средней ее части, известно непромышленное месторождение Кербинской золотокварцевый малосульфидной формации. В нижней - проявление малосульфидной кварцевой прожилково-вкрапленной минерализации.

Рисунок 1

Район прииска Кербинский. Схема расположения профилей и площадок комплексного опробования компонентов природной среды, планируемых ИГД ДВО РАН.

Бассейн р. Семи находится в пределах Приамурско-Приморской геоморфологической провинции, в зоне сочленения Ям-Алинь-Буреинской горной страны с Тугуро-Эвронской впадиной. Район характеризуется низкогорным рельефом с абсолютными отметками 500-600 м и средней глубиной расчленения 240-250 м. Продольный профиль долины близок к эрозионной терминанте. Наблюдается ступенчатое погружение долины в сторону впадины. Ширина долины достигает 1 км. Мощность аллювия изменяется от 2-3,5 м до 35-40 м. Целиковая россыпь - аллювиальная, долинная, выдержанная.

Имелось 2 золотоносных пласта: первый приурочен к плотиковому элювию; второй

- к аллювию на глубине 3-3,5 м. Вмещающие породы - это высоко глинистые аллювиальные отложения. Галька представлена слабоокатанными обломками филлитов и кварца. Протяженность россыпи около 14 км при средней ширине промышленного контура - 225 м (от 20 до 500 м.). Россыпь разрабатывалась с 1888г. Техногенные образования (отходы) обнаружены в верховьях реки в виде отвалов гидромеханизированного способа разработки, в средней и нижней частях - дражного. К отходам относятся хвосты шлихообогатительных установок (ШОУ), которые сохраняются на участках насыпного складирования в пределах территории поселка.

Минералогический анализ шлихов (данные Ятлуковой, 1994, таблица 1) показал, что легкая фракция представлена кварцем и слюдистыми минералами. Основная масса тяжелой фракции - это магнетит, гематит, сульфиды (пирит, киноварь, иногда галенит). Широко распространен лимонит по пириту. Кроме того, отмечается ильменит, циркон, хромит, гроссуляр, анатаз. Свободное золота покрыто лимонитовой рубашкой, 49% его заключено в классе крупности - 0,02мм. В этой связи при дражной отработке потери могли достигать 98%. Полуколичественный спектральный анализ свидетельствует о том, что в некоторых фракциях шлиха содержание W достигает 100 х 10-3%, 2г - 300х10%, ^

- 20х10-3%, РЬ - 200-3 00х10-3%, БЬ - 100х10"3%, Лб - 100х10"3%, - 30-60*10-3%, Su -30х10-3% (таблица 2). Для оценки отходов, представленных отвальным комплексом, нами определено содержание в них подвижных форм некоторых химических элементов.

Таблица 1

ГРАНУЛОМЕТРИЧЕСКИЙ И ВЕЩЕСТВЕННЫЙ СОСТАВ ШЛИХА КЕРБИНСКОГО ПРИИСКА

Классы крупности, Фракции Выход фракции от Выход класса, % Содержание золота, г/т Распределение золота, % Минеральный состав

мм класса, %

+6 Магнитная 11,35 24,06 1,37 Металлический скрап

Легкая 23,08 Кварц-30%, слюдистые минералы

Тяжелая 76,92 Гематит-90%, пирит- д.зд., турмалин- ед. зн., ильменит- зн., золото- зн.

Итого 100,00 6,73 62,9 2,40

-6+3 Легкая 15,38 Кварц лимонитизированный, слюдистые минералы

Тяжелая 84,62 Гематит-80%, лимонит- зн., пирит- ед.зн., киноварь- ед.зн., гранат- ед.зн., золото- 2зн.

Итого 100,00 12,27 25,8 1,80

-3+1,6 Легкая 15,69 Кварц, слюдистые минералы

Тяжелая 84,31 Гематит-80%, гроссуляр- ед.зн., пири- ед.зн., киноварь- ед.зн., золото- 11 зн., корунд- 2 зерна

Итого 100,00 19,39 122,0 13,35

Итого: 100,00 6,68 120 4,54

-1,6+1,0 Легкая 42,88 Кварц, слюдистые минералы

Тяжелая 4,72 Гематит-80%, пири- ед.зн., киноварь- ед.зн., золото- 2зн, галенит- зн., гранат- ед.зн.,

Электромагн и- тная 52,4 Гематит- 95%, лимонит по пириту

-1,0+0,4 Легкая 30,67 Кварц- 50%, слюдистые минералы - 50%

Тяжелая 2,67 Пирит- 50%, галенит- 20%, киноварь- 15%, золото- 14 зн., шеелит- зн., циркон- ед.зн., платина

Электромагн и-тная 66,66 Гематит- 30%, ильменит- 30%, лимонит по пириту- 30%, пирит- ед.зн., гранат- ед.зн., хромит- ед.зн., киноварь- ед.зн.

Итого 100,00 22,49 320 40,67

-0,4+0,2 Легкая 42,88 Кварц- 50%, слюдистые минералы - 50%

Тяжелая 4,72 Пирит- 50%, киноварь- 28%, галенит- 20%, циркон-зерна, касситерит- зн., анатаз- ед.зн., золото- 16 зн., шеелит- 5%, лимонит по пириту -ед.зн., платина- 6 зн.

-0,4+0,2 Электромагн итная 52,4 Гематит- 40%, пирит - зерна, гранат- зн., ильменит- 30%, лимонит по пириту- 10%, эпидот- ед.зн., гроссуляр- ед.зн., киноварь-ед.зн., циркон- ед. зн., хромит- ед.зн.

Итого 100,00 6,68 120 4,54

-0,2+0,1 Легкая 43,29 Кварц- 50%, слюдистые минералы - 50%

Тяжелая 4,76 Пирит- 40%, циркон- 10%, киноварь- 5%, галенит- 10%, анатаз- ед.зн., кассетерит- ед.зн., золото-22 зерна, шеелит- 15%

Электромагн итная 51,95

Итого 100,00 1,57 297,5 2,64

-0,1+ 0,53 1220,0 3,67

+0,042 0,62 735 2,57

-0,042 ВСЕГО: 100,00 196,88 100,00

Таблица 2

РЕЗУЛЬТАТЫ СПЕКТРАЛЬНОГО ПОЛУЛИЧЕСТВЕННОГО АНАЛИЗ ПРОДУКТОВ ЧЕРНОГО ШЛИХА

КЕРБИНСКОГО ПРИИСКА, %х10"3

Элементы КЛАССЫ КРУПНОСТИ, мм

+6 -6+3 -3+1,6 -1,6+1,0 -1,0+0,4 -0,4+0,2 -0,2+0,1 -0,1+0,042 -0,042

3,0 2,0 2,0 2,0 3,0 6,0 6,0 10,0 3,0

А1 30 800 800 800 2,0 2,0 1,0 1,0 800

Мв 200 100 100 100 200 600 100 200 400

СЯ 300 300 200 300 200 300 200 400 100

Fe >10,0 >10,0 >10,0 >10,0 >10,0 >10,0 >10,0 >10,0 >10,0

МП 200 200 200 300 400 800 800 800 1,0

N1 8 4 4 6 4 6 4 6 4

Со 2 2 4 4 3 4 3 3 1

Т1 300 200 200 200 200 400 400 400 100

V 40 30 30 40 10 10 4 8 1

Сг 300 100 200 300 800 1,0 400 300 60

Мо - - - - - - 01 02 02

W 10 8 8 10 60 60 80 100 30

№ 1 1 1 1 1 1 - - -

2г 40 10 6 6 4 8 80 300 6

Си 8 6 6 6 8 10 10 20 20

РЪ 30 20 10 40 200 30 30 30 300

01 01 08 02 04 06 04 1 1

БЪ - - - - - 10 20 10 10

ы 06 - 06 08 2 6 4 6 3

As - - - 100 - 30 60 80 60

2п 10 60 30 20 20 30 10 30 30

бп 10 8 30 1 30 10 6 10 3

ся 06 06 06 08 06 0.8 06 06 06

№ 40 40 40 40 60 60 40 60 40

вя - - - 80 20 20 20 20 30

Be 006 004 006 - 006 - 008 008 008

У 2 1 08 08 08 1 08 2 06

УЪ 02 01 01 01 01 02 01 02 01

бг - - - - - - - 10 -

Бс 06 04 04 04 04 08 06 1 06

В 30 20 20 20 20 20 20 20 20

Аи 2 60 60 2 3 8 6 80 40

Таким образом, несмотря на то, что вещественный состав отходов разнообразен, все они содержат в подвижных формах, токсичные химические элементы, такие, как: РЬ, С^ лб. Кроме того, достаточно высокой является и зараженность отходов техногенной и природной (киноварь) ртутью

Поскольку отвалы и другие отходы практически не изолированы от водных экосистем, они несомненно оказывают на них также негативное влияние на экосистемы, находящиеся в зоне их влияния.

Итак, отходы золотодобычи Кербинского прииска являются источником техногенного загрязнения природных систем. В них обнаружены аномальные количества меди, цинка, ртути и других токсичных элементов. Другим объектом исследования явился рудник «Многовершинный», отрабатывающий одноименное коренное месторождение золота. Анализ аэрофотоматериалов, полевые исследования, а также изучение минералогического состава, агрохимических свойств вскрышных пород, грунтосмесей хвостохранилища, степени токсичности руды, химических свойств сбросной пульпы (твердого), отходов этого горного предприятия позволяет сделать вывод о несомненном негативном их воздействии на окружающую природную среду. Являясь первичным источником загрязнения экосистем, отвалы вскрышных пород образованы обломками массивно-кристаллических (граниты и гранодиориты), осадочными породами (алевролиты, аргиллиты). Наибольшим распространением в отвалах пользуются разновидности мелкозернистых песчаников. В минералогическом составе вмещающих пород преобладают плагиоклаз, кварц, биотит, пироксен, роговая обманка, калишпат. Вскрышные породы характеризуются кислой реакцией среды, избыточным содержанием железа и алюминия, лимитирующим развитие микроорганизмов. Незначительное содержание микрофлоры, слабовыраженные биохимические процессы, суровость климата предопределяют низкую их биогенность. В отходах переработки (пульпа) рудника Многовершинного обнаружено довольно значительное количество токсичных химических элементов (селен, теллур, железо, цинк, титан, марганец, свинец и др.). Их высокая токсичность создает потенциальную опасность для растений и животных, а также человека. Положение усугубляется тем, что в районе загрязнения весомый их процент находится в подвижной форме (Важенин, 1980, Зырин, 1981 и др.).

Таким образом, источником техногенного загрязнения природных систем зоны влияния Кербинского прииска и рудника Многовершинного являются прежде всего их отходы. В них обнаружены аномальные количества токсичных для объектов природной среды химических элементов.

ОБСУЖДЕНИЕ

ЭКОЛОГО-ГЕОХИМИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА СОСТОЯНИЯ ЭКОСИСТЕМ В ЗОНЕ ВЛИЯНИЯ ЗОЛОТОДОБЫЧИ НА ЮГЕ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

Процессы естественного зарастания нарушенных земель и почвообразование

Техногенная экосистема начинается с образованием молодых техногенных форм рельефа. После усадки грунта и эрозионных процессов наступает их стабилизация, т. е. зрелость техногенного ландшафта.

В это время происходит заселение нарушенных горными работами земель различными сообществами низших и высших растений, микроорганизмами и животным населением. В первичных экосистемах нами выделены три фазы: техногенного формирования ландшафта, посттехногенного развития склонных процессов, способствующих упрощению форм техногенного рельефа и оптимизации посттехногенного ландшафта, совпадающий с периодом проведения мероприятий по рекультивации земель.

Обычно на пологих северных и северо-восточных экспозициях и в замкнутых понижениях поселяются первые группировки низших и высших растений. В это время на отвалах вскрышных пород формируются альгоценозы и микробоценозы. Участвуя в процессе деструкции, трансформации и минерализации органического вещества и благодаря их ферментативной системе, они способствуют формированию "молодых почв". Процесс первоначального возникновения фитоценозов протекает через ряд последовательных стадий (сукцессий). В начале появляются растения - пионеры, из которых формируются сообщества, эволюционирующие через разнотравно- и бобовозлаковые в злаковые ценозы. Четко выделяются следующие стадии: пионерная, простая, сложной группировки и замкнутый фитоценоз. Продолжительность каждой из них определяется природно-климатическими особенностями, эдафическими факторами, качественным, видовым количественным составом растительности.

В связи с выше изложенным необходимо отметить следующие, что: во-первых, регенерационные фитоценозы формируются за счет видов окружающих ландшафтов, во-вторых, продуктивность растительных сообществ на отвалах возрастает по мере усложнения флористического состава. Изучение процессов естественного зарастания отвалов и почвообразования свидетельствует об одновременности их возникновения, согласованности ,синхронности и взаимозависимости. Почвы характеризуются карликовостью почвенного профиля. На отвалах обнаружена тенденция формирования примитивного, слаборазвитого типа почвенного профиля. Здесь формируются обычно примитивные слаборазвитые почвы.

Экологическая оценка техногенных почв, растительности и донных отложений

Как свидетельствуют данные спектрального анализа техногенных почв (таблиц 2), разработка золотосодержащего минерального сырья способствует ускоренному техногенному загрязнению почв, особенно самых верхних горизонтов (0-10 см; 10-20 см.).

Аналогичный вывод можно сделать по содержанию подвижных форм химических элементов в почвах, растительности и донных отложениях (таблица 3) (таблица 5), в т.ч. ртути (таблица 4, рисунок 2). Обследование большого числа отвалов зоны влияния Кербинского прииска и сформировавшихся экосистем показывает, что наиболее часто аномальные значения мышьяка, цинка, свинца и др. элементов по отношению к общему фону (кларкам) в них обнаруживаются по профилю 1, где ранее интенсивно проводились эксплутационные работы. Здесь нередки содержания в пробах свинца от 20 до 30х10-3 % (таблица 4), бария от 60 до 10х10-3%, цинка от 10 до 40х10-3%. Выявлено значительное количество в почвах подвижного фосфора (до 450 мг/кг).

Проведенные исследования позволили обнаружить превышение подвижных форм мышьяка, цинка, свинца, меди и др. элементов в почвах и растительности, а также донных отложениях по профилю 1 (точки 3 и 4), заложенному в месте впадения р. Семи в р. Амгунь. Аномальное содержание цинка фиксировалось в почвах (до 80 мг/кг) в точке 2 (профилю 1).

В отобранных пробах почв, растительности, донных отложениях, приуроченных к естественной россыпи (профиль 2), выявлено некоторое увеличение в содержании токсичных химических элементов. Исследование характера площадного рассеяния техногенной ртути в объектах природной среды свидетельствует о накоплении значительных ее количеств (до 20-40 мг/кг). Радиальный отбор проб (рисунок 2) почвогрунтов вокруг шлихообогатительной установки (ШОУ) позволил выявить тенденцию к миграции в них ртути в северо-восточном направлении, по розе ветров.

Изучение количества минеральных веществ (золы) в растениях (Кербинский прииск, рудник Многовершинный) свидетельствует о том, что в листьях, например, маакии амурской содержание золы было на 18 % выше, чем таковое в контроле. Нами подтверждена характерная закономерность, чем выше загрязнение, тем больше зольных веществ накапливается в растениях.

Таблица 3

СОДЕРЖАНИЕ ПОДВИЖНЫХ ХИМИЧЕСКИХ ЭЛЕМЕНТОВ В ПОЧВАХ, РАСТИТЕЛЬНОСТИ И ИЛАХ

№ п/п Место отбора образца Глубина отбора образца, см Содержание химических элементов в мг/кг

кадмия свинца цинка меди мышьяка подвижн ого фосфора

1 2 3 4 5 6 7 8 9

1. Профиль 1, точка 1 0-10 0,22 9,10 3,40 5,30 3,60

2. Профиль1, точка 1 10-20 0,22 11,50 6,40 5,90 2,00

3. Профиль1, точка 1 20-30 0,21 8,50 3,00 5,00 1,84 330,0

4. Профиль1, точка 1 ил 0,22 9,50 9,10 6,00 1,60 300,0

5.

6. Профиль1, точка 2 0-10 0,22 9,40 80,4 5,7 1,72

7. Профиль1, точка 2 10-20 0,18 8,00 7,50 4,00 1,84 386,0

8. Профиль1, точка 2 20-30 0,16 9,50 5,20 5,50 1,52

9.

10. Профиль1, точка 3 0-10 0,20 9,80 3,10 4,90 2,10

11. Профиль1, точка 3 10-20 0,26 7,00 2,90 4,50 2,40 450,0

12. Профиль1, точка 3 20-30 0,16 9,70 6,80 5,90 2,84

13. Профиль1, точка 3 ил 0,31 9,60 9,10 5,50 2,48

14. Профиль1, точка 4 0-10 0,21 13,40 6,60 8,30 1,40

15. Профиль1, точка 4 10-20 0,28 7,40 4-30 3-30 2,56

16. Профиль1, точка 4 20-30 0,32 9,30 11,30 6,80 2,60 53,0

17. Профиль1, точка 4 ил 0,26 10,10 6,00 6,20 2,92 39,0

18. Профиль2, точка 1 10-20 0,19 6,20 2,10 3,50 1,26

19. Профиль2, точка 1 20-30 0,56 12,80 4,60 6,20 1,56 93,0

20. Профиль2, точка 3 0-10 0,45 15,30 12,00 7,20 0,28 31,0

21. Профиль2, точка 3 растит. 0,30 10,30 2,30 6,50 2,24

Таблица 4

Результаты химического анализа почв, растительности и донных отложений

Местоположение, номер профиля, глубина Содержание ртути

отбора

1 2

Профиль 1, растительность т1 н/о

т2 н/о

т3 0,016

т4 0,008

Почвы

(0-10 см) т1 0,029

т2 0,028

т3 0,020

т4 0,022

Донные отложения

т1 0,025

т2 0,028

т3 0,028

т4 0,015

П р и м е ч а н и е: предел обнаружения 0,001 мк/кг

Методические указания по определению тяжелых металлов в почвах. М.: ЦИНАО, 1992.

Таблица 5

Биондикация экологической напряженности по стерильности пыльцы растений.

Название горного Название Количество Стерильность Зона

предприятия, место растений - исследованн пыльцы воздействия

отбора растений биоиндикаторов ых клеток

Рудник Кипрей 500 18,0±0,52 1

"Многовершинный" узколистный

, Левый Ул анафалис 500 16,8±0,54 1

жемчужный

ромашка 500 17,5±0,53 1

непахучая

Рудник Ромашка 500 10,5±3,06 2

"Многовершинный" непахучая

, Средний Ул анафалис 500 9,6±0,76 2

жемчужный

кипрей 500 7,9±0,54 2

узколистный

Рудник Анафалис 500 4,4±0,32 3

"Многовершинный" жемчужный

, Ул кипрей 500 4,5±0,27 3

узколистный

осот полевой 500 4,2±0,87 3

Контроль Ромашка 500 0,8±0,19

непахучая

анафалис 500 0,6±0,16

жемчужный

кипрей 500 0,6±0,17

узколистный

Содержание ртути в поверхностном слое почвогрунтов (радиальный отбор) (х - мг/кг) Кербинский прииск

С

Примечание:

1) 1,58х - содержание ртути в мг/кг сухого вещества; 2) 100 м, 300 м -расстояние на котором отобраны образцы

Рисунок 2

Состояние почв, оцениваемое по количеству и составу почвенной микрофлоры в зоне влияния горного предприятия, свидетельствует об очень низкой биогенности почвогрунтов Многовершинного рудника. Численность, например, микрофлоры на среде МПА колебалась от 200 тыс. до 800 тыс., что по шкале, разработанной Д.Г. Звягинцевым (1978) для оценки степени обогащенности ими почвенного покрова, дает основания отнести их к очень бедным. Такая же картина и с олигонитрофилами на среде ЭШБИ. Резко снижалась численность микрофлоры в образцах, отобранных в непосредственной близости от техногенного источника (хвостохранилище, обогатительная фабрика). Сравнивая их содержание в техногенных почвах и на контроле, можно утверждать о катастрофических изменениях в структуре микробных сообществ. Перестройка микробоценозов, уменьшение численности, изменение видового состава позволяют утверждать о деградации почвенного покрова. Отмеченное косвенно подтверждает активизацию процессов общего загрязнения токсикантами компонентов биосферы, в т. ч. почв и биоты, при освоении золотосодержащего минерального сырья на юге Дальнего Востока.

На основании анализа, обобщения и систематизации литературных данных и наших собственных материалов выявлено, что растительность признается универсальным интегрирующим показателем состояния природно-техногенных систем. Не имея возможности перемещаться в пространстве и тем самым уклоняться от техногенного влияния, растения беспрерывно находятся в зоне действия неблагоприятных факторов. В связи с этим они могут быть использованы как интегральные тест-системы, которые отображают суммарное воздействие экологических токсикантов. Биологическая характеристика состояния экосистем в зоне влияния золотодобывающих предприятий нами проводилась с применением следующих показателей:

1. Видовой состав и фитоценотическая зависимость видов (состояние биоразнообразия);

2. Доля антропофильных видов в составе растительных группировок и скорость восстановления коренной растительности;

3. Элементы биологического круговорота (накопленные запасы фитомассы, фракционный состав, мортмасса и ее трансформация; прирост годичного кольца вида -биоиндикатора; биохимические характеристики: содержание в фитомассе различных химических элементов, зольность);

4. Вес 1000 семян и жизнеспособность;

5. Тератологические изменения растений (уродства) различных органов, связанные с геохимическими аномалиями;

Горные разработки, существенно изменившие геоморфологию долинного ландшафта, значительно повлияли на биологическое разнообразие. Как показали наши исследования, примерно 50 % площади отвалов не затеняются растительностью. По элементам микрорельефа она распределяется неравномерно. Сплошной покров высокой сомкнутости размещается узкой (иногда однорядной) полосой по береговой линии у подножия отвалов. Вверх по крутому склону взбираются только одиночные особи. На вершинах техногенного объекта картина наблюдается разная - от каменистой пустыни до сплошного высоко сомкнутого леса. Чаще всего наблюдается пейзаж «саванного» типа, когда группы, куртины и одиночные экземпляры растений покрывают до 20 % площади, располагаясь в микро понижениях нанорельефа. Деревья низкорослые, часто кустовидной формы с низкоопушенными кронами. При этом, в связи с захоронением нижних ветвей сползающим терригенным материалом, растения укореняются и формируется клоновая заросль. Вся растительность на отвалах мелко контурная и в большинстве случаев полидоминантная (смешанная). Однако имеются участки с явно выраженным доминированием. Исследования зоны влияния хвостохранилища (рудник Многовершинный) с западной и юго-западной стороны показали очень незначительную сомкнутость растительного покрова здесь. Покрытие составило около 15 % площади

(древесно-кустарниковые), а травяной покров - не более 5-7 %. Формирующиеся в техногенных условиях почвы отличаются «сжатостью» почвенного профиля, высоким содержание щебня и дресвы, слабым развитием процессов иллювиирования, замедленной гумификацией растительных остатков.

При описании растительности обращалось внимание на тератологические изменений. Так, на бортовых откосах, в зоне влияния хвостохранилища обнаружены особи кипрея узколистного с деформированными соцветиями. Нахождение таких же экземпляров на газонах в центре поселка «Многовершинный» свидетельствует о том, что здесь мы имеем дело с общим экологическим неблагополучием. Основополагающее место при изучении состояния и прогноза развития популяции в техногенных экосистемах занимает генетический подход.

Негативные последствия техногенного загрязнения экосистем в процессе золотодобычи заключаются не только в общетоксическом действии, приводящем к дезактивизации функций, ослаблению жизнеспособности и преждевременной гибели отдельных особей, но и в отдаленных эффектах этого действия - эмбриотоксичных, тератогенных мутагенных, цитотоксичных и др. Следствием этого является ухудшение физиологического состояния потомства, что в свою очередь приводит к изменению генетического статуса популяции в целом. Отмеченное выше косвенно подтверждает активизацию процессов общего загрязнения токсикантами компонентов биосферы, в т. ч. почв и биоты, при освоении золотосодержащего минерального сырья, в зоне влияния отходов золотодобычи.

Нашими исследованиями доказано, что решение проблемы определения присутствующих в природных системах мутагенов возможно с использованием современных высокочувствительных биоиндикаторов цитогенетических систем. Цитологические и цитогенетические тест-системы являются наиболее информативными, высокочувствительными и достаточными для адекватной оценки влияния горнодобывающих объектов на экологическое состояние объектов природной среды (Паушева, 1988; 1996; Горовая, 2002). Нашими исследованиями экосистем в зоне влияния золотодобычи на юге Дальнего Востока установлено, что коренная растительность полностью уничтожена, а производная представлена сорно-пионерной группировкой на техногенных формах рельефа. Процесс самозарастания протекает неудовлетворительно. Показатели биоразнообразия и биопродуктивности значительно снижены. Использованный нами для определения общего загрязнения экосистем территории горнопромышленного освоения «Ростовой тест» позволил сделать вывод о том, что энергия прорастания семян в техногенных условиях на 79 % меньше, чем у семян контрольного варианта. Это свидетельствует о неспособности к самовосстановлению и самовозобновлению популяций, приуроченных к зоне влияния горного предприятия. Подтверждением сказанного является использование для оценки интенсивности мутагенного воздействия при техногенном загрязнении природных систем в процессе освоения минерального сырья «Метода стерильности пыльцы растений-биоиндикаторов» (таблица 5). Оно позволило установить, что клетки стерильной (пораженной техногенезом) и фертильной (здоровой) пыльцы отличаются по количеству крахмала. Фертильные зерна пыльцы полностью заполнены крахмалом, а стерильные - не имеют его вообще или имеют следы. Фертильные зерна окрашиваются в коричневые тона разной интенсивности, а стерильные или совсем не окрашиваются, или окрашиваются фрагментарно на 20 -30 %, приобретая слабый практически прозрачный светло-желтый тон. Результаты подсчета стерильных и фертильных пыльцевых зерен растений -биоиндикаторов, проведенные под микроскопом, для условий рудника Многовершинного представлены в таблице 5. По нашему мнению, внедрение цитогенетического мониторинга окружающей среды в зоне влияния золотодобычи на юге Дальнего Востока имеет особое значение. Полученные в процессе исследований материалы будут в

дальнейшем использоваться для выявления растений-биоиндикаторов техногенного загрязнения экосистем под влиянием горного производства.

ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ И ПРАКТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПО БИОИНДИКАЦИИ ТЕХНОГЕННОГО ЗАГРЯЗНЕНИЯ ЭКОСИСТЕМ В ЗОНЕ ВЛИЯНИЯ ГОРНОГО

ПРЕДПРИЯТИЯ

На примере Кербинского прииска и рудника Многовершинного сделаны выводы о степени опасности основного источника загрязнения экосистем - отходов горного производства.

Известно, что традиционные способы изучения качества объектов окружающей среды путем физико-химического анализа сложны и дорогостоящи. Решение проблемы определения суммарного действия присутствующих в окружающей среде мутагенов в условиях освоения месторождений дальневосточного региона возможно на основе использования не дорогих современных высокочувствительных, наиболее информативных тест-систем. Поэтому целесообразно их рекомендовать для оценки качества среды обитания в горняцких поселках.

В дальнейшем эти исследования предполагается продолжить.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

На основе анализа, обобщения и систематизации литературных данных сделан вывод о том, что одним из общепринятых интегральных показателей техногенеза является техногенная нагрузка, а также число и перечень приоритетных загрязняющих веществ. Основным источником техногенного загрязнения в процессе золотодобычи в Дальневосточном регионе являются отходы горного производства. Отрицательные его последствия при освоении минерального сырья заключаются не только в общетоксическом действии на живых организмов (в т.ч. растительности, животных и микроорганизмов), ослаблении жизнеспособности и преждевременной гибели отдельных особей, но и в отдаленных эффектах этого действия - тератогенных, цитотоксических и др. В связи с этим впервые для условий горных предприятий юга Дальнего Востока была сделана попытка поиска высокочувствительных и наиболее информативных цитогенетических тест-систем для оценки степени техногенного загрязнения компонентов биосферы. Здесь в качестве показателя интенсивности мутагенных воздействий использовались стерильность пыльцы растений - биоиндикаторов (ромашки непахучей, кипрея узколистного, анафалиса жемчужного, осота полевого и др.) и энергия прорастания семян, свидетельствующие об ухудшении физиологического состояния и изменениях генетического статуса популяции в целом. Считаем необходимым продолжить внедрение методики экспресс оценки состояния окружающей среды по тест-системе «Стерильность пыльцы» и «Ростовой тест» для оценки качества среды обитания в зоне влияния золотодобычи на юге Дальнего Востока.

Наши результаты предварительны, они требуют корректировки.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Коробкин В. К., Передельский Л. В. Экология. Ростов-на-Дону, 2000, 575 с.

2. Орлов Д.С., Малинина М.С., Мотусова Т.В. Химическое загрязнение почв и их охрана. М.: ВО «Агропромиздат», 1991, 303 с.

3. Вронский В.А. Прикладная экология. Ростов-на-Дону: Феникс, 1996, 509 с.

4. Соколов В.Е. Фундаментальные биологические и экологические исследования // Вестник РАН, 1991. Т.64 №9. с. 797-809

5. Мэннинг У. ДЖ:, Федер У.А. Биомониторинг загрязнения атмосферы с помощью растений / Перевод с английского: Гидрометеоиздат, 1985. 143 с.

6. Крючков В.В. Предельные антропогенные нагрузки и состояние экосистем севера // Экология, 1991. №3. с. 28-40

7. Дончева А.В., Казаков Л.К., Калуцков В.Н. Ландшафтная индикация загрязнения природной среды. М.: Экология, 1992. 256 с.

8. Биоиндикация загрязнений наземных экосистем / Перевод с немецкого. Под редакцией Р. Шуберта М.: Мир, 1988. 350 с.

9. Герасимов И.П. Научные основы современного мониторинга окружающей среды // Изв. АН СССР. Сер. Географ., 1975, №3. с. 13-25

10. Глазовская М.А. Биогеохимическая организованность экологического пространства в природных и антропогенных ландшафтах как критерий их устойчивости // Изв. РАН. Сер. Геогр., 1992. №5. с. 5-12

11. Юсфин Ю.С., Леонтьев Л.И., Черноусов П.И. Промышленность и окружающая среда. М.: ИКЦ, 2002. 469 с.

12. Майстренко В.Н., Хамитов Р.З., Будников Г.К. Эколого-аналитический мониторинг суперэкотоксикантов. М.: Химия, 1996, 319 с.

13. Израэль Ю.А. Экология и контроль состояния природной среды. М.: Гидрометеоиздат, 1984. 560 с.

14. Снакин В.В., Мельниченко В.Е., Бутовский Р.О. Оценка состояния и устойчивости экосистем. М., 1992. 181 с.

15. LindbergS.E., NarriessR.C. The role of atmospheric deposition in an eastern U.S. deciduous forests - Water, Air and Soil Pollution, 1981.V. 16, 1. P. 13-31

16. Magomedova M.A. Lichens in the monitoring of northern ecosystems, - In: Arctic Research: Advances and Prospects. Proceedings of Conference of Arctic and Nordic Countries on Coordination of Research in the Arctic, Leningrad, 1988, Moscow, Nauka, 1990, Part 2. P. 114.

17. Scott M.G., Hutchinson T.C. The use of lichen growth abnormalities as an early warning indicator of forest dieback. - Environ. Monit. And Assessment, 1990, v. 15, 3. P. 213-218

18. Рябинин Н.А., Ганин Г.Н., Панькова А.Н. Об устойчивости почвенной биоты к загрязнению сернистым ангидридом //Влияние промышленных предприятий на окружающую среду /ИЭМЖ им. А.Н. Северцова. М.:: Наука, 1987.С. 279-284.

19. Солнцева Н.П. Методика ландшафтно-геохимических исследований влияния техногенных потоков на среду // Техногенные потоки вещества в ландшафте и состояние экосистем. М.: Наука, 1982. с. 82-112.

20. Соколов В.Е., Шланки Я., Криволуцкий Е.А. Международная программа по биоиндикации антропогенного загрязнения природной среды // Экология 1990. №2. с. 9094

21. Никаноров А.М., Жулидов А.В., Покаржевский А.П. Биомониторинг тяжелых металлов в пресноводных экосистемах. Л.: Гидрометеоиздат, 1985. с. 144

22. КузнецовЕ.В., Мосина Л.В., Химина Е.Г. Накопление тяжелых металлов в почвах и годичных слоях древесины ЛОД ГСХА // Влияние промышленных предприятий на окружающую среду: Тез. Докл. Звенигород-Пущино, 1984. с. 110-112

23. Аржанова В.С., Елпатьевский П.В. Геохимия ландшафтов и техногенез. М.: Наука, 1990

24. Яблоков А.В., Остроумов С.А. Уровни охраны живой природы. М.: Наука,1985. 175 с.

25. МоисеевН.Н. Человек и ноосфера. М.: Молодая гвардия, 1990. 352 с.

26. Шапарь А.Г. и др. Методические подходы к выбору стратегии устойчивого развития территории. Днепропетровск, 1996. Т. 1. 137 c..

27. Нечаева Г.В. Эколого-ландшафтно-геохимическое картографирование Прибайкалья: Тезисы докл. 4 объединенного международного симпозиума по проблемам прикладной геохимии. Иркутск, 1994. с. 128

28. Кожова О.М., Павлов Б.К. Экологические аспекты геохимического мониторинга // Геохимия техногенеза. Тез. докл. 1 Всесоюзн. Совещ. Иркутск.: ИГУ, 1985. Т. III. С. 11-14

29. Гришина Л.А., Копцик Г.Н., Моргун Л.В. Организация и проведение почвенных исследований для экологического мониторинга. М.: Изд-во МГУ. 1991. 82 с.

30. Дворникова Л.Л., Горбовская А.Д. Изменение физико-химических и биологических свойств почв автоморфных ландшафтов под влиянием антропогенного воздействия // Вестник ЛГУ, 1988. Сер. 7. Вып. 2. Геология и география. С. 57-63

31. Евдокимова Е.А. Эколого-микробиологические основы охраны почв Крайнего Севера. Апатиты, 1995. с. 286

32. Кандрашин Е.Р. Сингенез и продуктивность естественной растительности и полукультурфитоценозов на отвалах угольных разрезов Кузбасса // Почвообразование в техногенных ландшафтах. Новосибирск.: Наука, 1979. с. 163-169

33. Купрянова И.И., Румянцев Г.Ю., Шпанов Е.П., Маринов Б.Н. Геохимические аспекты техногенного загрязнения почвы и воды при эксплуатации редкометалльно-флюоритовых месторождений // Разведка и охрана недр. 1995. № 7. с. 22-25

34. Илялетдинов А.Н., Глазунов В.Д. Способ биологической очистки сточных вод от ионов тяжелых металлов. А С. 812762 СССР. МКИ С02Б/34. Опубл. 15.03.81. Бюл. №10

35. Илялетдинов А.Н. Микробиологическое превращение металлов. Алма-Ата.: Наука Казахской СССР, 1984. 266 с.

36. Илялетдинов А.Н., Алиева Р.М. Микробиология и биотехнология очистки промышленных сточных вод. Алма-Ата.: Изд-во «Гылым». 1990. 225 с.

37. Коробушкина Е.Д., Черняк А.С., Минеев Г.Г., Родченко Е.К. Исследование биохимического состава продуктов метаболизма золоторастворяющих штаммов бактерий // Биология микроорганизмов и их использование в народном хозяйстве: Межвуз. Сборник. Иркутск, 1974. Т. 43. № 1. с. 49-54

38. Кулебакин В. Г. Микроорганизмы рекультивируемых отвалов Байдаевского углеразреза в Кузбассе и их окислительная активность // Почвообразование в техногенных ландшафтах. Новосибирск: Наука, 1979. с. 179-185

39. Летунова С.В., Ковальский В.В Геохимическая экология микроорганизмов. М.: Наука, 1978. 146 с.

40.Никитина З.И. Микробиологический мониторинг наземных экосистем. Новосибирск: Наука, 1991. 219 с.

41. Крупская Л. Т. и др. О проблемах мониторинга состояния экосистем в районах золотодобычи на юге Дальнего Востока России // Экологические системы и приборы, 2000. № 10. С.2 - 5.

42. Звягинцев Д.Г., Кожевин П.А., Кочкана Г.А. Микробная сукцессия в почве и определение экологических стратегий наземных экосистем. Новосибирск, 1981. Т. 50. №2 с. 353-359.

43. Биоаккумуляция тяжелых металлов фототрофными организмами. М.: МГУ каф. Физиологии микроорганизмов биологического факультета, 2000. 2 с.

44. Евсеева Т., Фролова Н., Куприянова Е. Биоиндикация: от методов до методологии защиты окружающей среды. М.: 1999. 6 с.

45. Колесников Б.П., Моторина Л.В. Методы изучения биогеоценозов в техногенных ландшафтах //Программа и методика изучения техногенных биогеоценозов. М., 1978. С.5-21.

46.Звягинцев Д.Г. Методы почвенной микробиологии т биохимии. М.: Изд-во МГУ, 1980. 234 с.

47. ГиляровМ.С. Зоологический метод диагностики почв. М.:Наука, 1965. 278 с.

48. Паушева З.П. Практикум по цитологии растений. М.: Агропромиздат. 1988. 255 с.