Цели и задачи судопроизводства в отечественном и зарубежном цивилистическом процессе в контексте повышения эффективности правосудия

Гагиев Аюп Каримсултанович

соискатель Поволжской академии государственной службы им. П.А. Столыпина, руководитель Аппарата Правительства Республики Ингушетия, г. Магас

Цели и задачи судопроизводства в отечественном и зарубежном цивилистическом процессе в контексте повышения эффективности правосудия

Аннотация:

Статья посвящена проблемам определения целей и задач гражданского и арбитражного судопроизводства для повышения его эффективности. В выводах даются конкретные предложения по совершенствованию действующих гражданского процессуального и арбитражного процессуального кодексов.

Annotation:

This article is devoted to the problems of defining goals and objectives of civil and arbitration proceedings to improve its effectiveness. The findings provide specific suggestions for improving the existing civil procedure and arbitration procedure codes.

Ключевые слова: гражданский процесс, арбитражный процесс, эффективность.

Keywords: civil procedure, the arbitral process efficiency.

Проблема целей и задач Щ гражданского судопроизводства не относится к кругу хорошо исследованных в отечественной науке теории права и цивилистического процесса. В теории права проблема целей и задач права и правового регулирования широко дискутировалась в рамках исследований эффективности права и правового регулирования, однако указанные исследования не выстроили однозначной научной концепции.

Конечная цель и обеспечивающие ее задачи судопроизводства не могут быть лишь научно обоснованной теоретической абстракцией, в противном случае все дискуссии вокруг целей и задач судопроизводства лишаются практического смысла.

Представляется целесообразным анализировать цели гражданского и арбитражного судопроизводства не только в контексте их легального закрепления и аналитического обзора соответствующих правовых доктрин, но и в русле

общегуманитарного их понимания.

Цели и задачи той или иной деятельности принято дифференцировать в рамках социальногуманитарного знания. Различие целей и задач фактически проявляется в том, что в цели непосредственно сосредотачивается глобальное предназначение той или иной деятельности или общественного явления, а в задачах - путь, тактика достижения указанной цели.

Цели, стоящие перед судебной властью, естественно становились предметом обсуждения и в рамках теории гражданского процессуального права. По существу, практически любая научная работа так или иначе связана с предложениями процессуалистов, направленными на более эффективное отправление правосудия. Соответственно, тесно связанная с указанной, проблема целей и задач гражданского и арбитражного судопроизводства затрагивается учеными. Следует заметить, что в литературе существует тенденция к отождествлению понятий цели и задачи судебной власти и задачи гражданского

______________________________________50

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2009 • №3

судопроизводства, либо правосудия [1].

Судопроизводство и правосудие -родственные, но не тождественные по объему понятия. Если правосудие по сути представляет собой правозащитную деятельность

уполномоченного государственного органа, осуществляемую в установленном законом порядке, то судопроизводство - это непосредственный порядок разбирательства инициированного субъектом права спора. [2, с. 231]

Актуальной проблемой теории и практики поэтапного создания правового государства является защита прав и свобод человека, которые служат своеобразным индикатором

совершенствования институтов гражданского общества и государства.

Россия провозгласила права и свободы человека в 1991 г., приняв Декларацию прав и свобод человека и гражданина, а в 1993 г. данные идеи получил и более глубокое развитие в Конституции РФ, которая увязала их с общепризнанными принципами и нормами Международного права.

Для эффективной защиты прав и свобод человека и гражданина судебная власть как одна из ветвей государственной власти должна обладать определенной свободой и самостоятельностью. Кроме того, она заключает в себе способность и возможность волевого воздействия государства на поведение людей. Это воздействие осуществляется через суды и посредством деятельности судей в особых, установленных законом процедурных формах. [3, с. 21]

А.В. Цихоцкий, говоря о цели правосудия в гражданской юрисдикции, имеет в виду прежде всего социально значимый результат деятельности, отражение того, что должно быть достигнуто в ходе отправления правосудия. По мнению ученого, в процессе определения социально значимых целей правосудия законодатель должен ориентироваться на удовлетворение потребностей общества в целом и каждого конкретного его члена. Соответственно, цели правосудия по гражданским делам представляют собой организованную систему, состоящую из трех элементов. «Цели первого уровня» - это многочисленные цели, достигаемые субъектами гражданского судопроизводства в процессе их вступления в гражданские процессуальные отношения. «Цели второго уровня» - это цели правосудия как вида государственной деятельности, осуществляемой судом. «Цели третьего уровня» - общие для всей

системы гражданской юрисдикции. Конкретизируя, ученый приходит к следующей иерархии целей:

а) защита прав и свобод человека и гражданина посредством правильного разрешения судебных дел;

б) охрана прав лиц, участвующих в гражданских делах;

в) оказание воспитательного воздействия на лиц, участвующих в гражданских делах;

г) содействие укреплению законности и предупреждение правонарушений. [4, с. 224-225]

Особую ценность, на наш взгляд, имеет в данной точке зрения системный подход к целям и задачам гражданского процесса и обоснование социальной природы правосудия. Однако, на наш взгляд, выделение самостоятельной цели, связанной с воспитательным воздействием более характерно не для цивилистической юрисдикции, а для уголовной.

Г.А. Жилиным и И.М. Зайцевым было обосновано понятие целевых установок гражданского судопроизводства. Фактически, здесь мы имеем дело с объединением понятий «цели» и «установки» в лексическом контексте. «Целевые установки гражданского судопроизводства - это состояние сознательной устремленности субъекта к активным действиям, направленным на достижение заранее определенного и желаемого им результата». [5] Под целевой установкой при этом Г.А. Жилин понимает субъективную категорию, имеющую, однако возможность стать объективной только в случае волевых действий субъекта-носителя установки. Если же подобные действия не предприняты, установка остается скрытой в сознании субъекта и не является категорией правовой жизни. И.М. Зайцев наполняет понятие «целевые установки гражданского судопроизводства» несколько иным содержанием. Он полагает, что целевые установки представляют собой систему целей и задач, поставленных перед судом на всех стадиях процесса и на каждой отдельно взятой стадии [6, с. 187]. Таким образом, первая позиция шире и включает ценностную ориентацию не только суда, но и иных лиц, участвующих в гражданском и арбитражном судопроизводстве.

Полагаем, что, несмотря на логичность и обоснованность, предложенный Г.А. Жилиным и И.М Зайцевым термин более характерен для доктринального анализа существующих правовых явлений, но не слишком перспективен относительно совершенствования

законодательства, тем более он не может быть

51

введен в гражданский и арбитражный процессуальный закон. Действительно, введение и легальное определение указанного термина вызовет несоизмеримые проблемы законодательной техники, вызванные, прежде всего, дефиницией указанного явления. Исторические категории «цели» и «задачи» являются, по нашему мнению, более перспективными.

Проследив историю легального закрепления исследуемых нами категорий в отечественном процессуальном праве, заметим, что в ГПК РСФСР 1980 года были использованы оба термина в практически идентичным современному значении. Задачи и цели судопроизводства ни в коей мере не являются тождественными, хотя в русском языке они имеют похожую семантику. [8, с. 187] Под задачами понимается то, что требует исполнения, разрешения, а под целями то, к чему стремятся, что необходимо осуществить [8, с. 802].

Отвечая на вопрос, для чего законодатель использует два фактически синонимичных понятия рядом, Г.А. Жилин замечает, что важность использования двух понятий связана с двоякой сущностью целевых установок, обусловленной последовательным развитием гражданского процесса как нормативной модели абстрактного гражданского дела. С одной стороны, целевая установка есть желаемый результат процессуальной деятельности, а с другой -нормативно закрепленное средство достижения такого результата на определенном этапе гражданского судопроизводства. [5, с. 16] Подобная точка зрения не нашла поддержки в научной литературе. Так, Н.В. Ченцов указывает, что цели и задачи гражданского судопроизводства необходимо различать. Под целью следует понимать предназначение судебной власти, а под задачами - совокупность способов, служащих для достижения цели. [9, с. 4]

Точка зрения о разграничении целей и задач гражданского процесса нашла отражение в трудах И.М. Зайцева. Задачу гражданского судопроизводства, по мнению ученого необходимо рассматривать как ближайшую, частную, актуальную цель. Близость целей и задач обусловлена тем, что цели всегда образуют систему взаимосвязанных и взаимодополняющих структурных элементов, одной из составных частей которой является задача. [6, с. 13]

А.Т. Боннер поддерживает позицию относительно синонимии целей и задач гражданского процесса, однако он выступает за

введение относительно анализируемого явления единого термина «задачи», причем задачи ученый подразделяет на общие и частные. По мнению А.Т. Боннера частной задачей судопроизводства, достигаемой при рассмотрении каждого конкретного гражданского дела выступает правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел, а общей задачей судопроизводства, которая может быть разрешена лишь при рассмотрении всей совокупности гражданских дел всеми судами страны выступает защита прав, свобод и охраняемых законом интересов граждан и организаций. [10, с. 14-15]

По мнению С.Л. Дегтярева, взаимосвязь всех выделяемых задач и их соответствие одной общей цели при рассмотрении судебной власти как объекта исследования должна присутствовать априори, так как цель - это основной смысл всей деятельности, т.е. любых действий, направленных на ее выполнение. Более того, задачи также определяют характер и содержание деятельности. Например, задача оптимизации правосудия меняет и содержание

процессуальной деятельности в зависимости от категории дела, других критериев. [11, с. 6]

По нашему мнению, понятие целей и задач гражданского и арбитражного судопроизводства необходимо разграничивать. Мы полагаем, что с позиции рационализации и усовершенствования законодательной техники, необходимо выделять единую цель гражданского и арбитражного судопроизводства - защита прав и свобод человека, гражданина и их объединений. Конституционно гарантированное право на судебную защиту выступает в виде правоотношения, на одной стороне которого находится лицо, обратившееся за защитой, а на другой - суд, обязанный рассмотреть жалобу этого лица и принять законное и обоснованное решение. [12, с. 2] Правосудие является наиболее продуктивным и цивилизованным средством разрешения возникающих между гражданами и организациями конфликтов, защиты прав и свобод граждан, а в конечном итоге интересов гражданского общества и государства. Право на справедливое судебное разбирательство признается за каждым человеком и гражданином. Статья 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод гласит: «Каждый имеет право при определении его гражданских прав и обязанностей или при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявленного ему, на справедливое публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и

____________________________________52

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2009 • №3

беспристрастным судом, созданным на основании закона». Аналогичное право провозглашено во Всеобщей декларации прав человека (ст. 10), а также закреплено в ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Право на обращение в суд за судебной защитой есть у всех и каждого, оно естественно и неотчуждаемо. Решение вопроса о его фактической реализации не подконтрольно ни обществу, ни государству, оно принадлежит только конкретному индивиду как элементу гражданского общества.

Доступное, своевременное и справедливое рассмотрение гражданского (в широком смысле указанного понятия) дела - это «обязательный минимум», который необходимо достичь при рассмотрении и разрешении судом общей юрисдикции и арбитражным судом каждого дела.

Широкое понятие защиты прав и законных интересов субъектов гражданского и арбитражного процесса не всегда достигается на практике по совокупности объективных причин, но лицу, которое обращается в суд должно быть обеспечено правильно и своевременное рассмотрение его притязания. Без выполнения задач по доступному, своевременному и справедливому рассмотрению и разрешению дела, достигнутая в форме защиты права цель может не удовлетворить в достаточной мере интерес субъектов гражданского и арбитражного процесса.

Представляется необходимым обратиться к зарубежной практике закрепления целей и задач в процессуальном праве. Традиционно, в странах системы общего права, принципиальные положения судопроизводства и судоустройства не являются центральной частью кодифицированных актов, что связано, прежде всего, с особенностями правовой культуры указанных государств. Однако составители и комментаторы Правил гражданского судопроизводства Великобритании 1998 г. особо выделяют небольшую по объему и количеству статей (их четыре) часть 1, где сосредоточены нормы принципиального значения. Основной целью (overriding objective) правосудия объявляется справедливое разбирательство и разрешение дел, судам и участникам процессов предписано действовать согласованно и неизменно учитывать критерий справедливости при применении и интерпретации любых конкретных правил судопроизводства. В английской правовой системе закрепление идеи справедливости правосудия происходило, в

частности, в связи с ратификацией международных конвенций, призванных гарантировать свободы, права, интересы граждан.

Традиционно юстиция отождествляется со справедливостью. Однако данная категория, в отличие от категорий законности и обоснованности решений, не имеет точного нормативного закрепления, а равно не предполагает использования каких-либо обязательных методов производства, обеспечивающих достижение определенных результатов. Поэтому с равной степенью убедительности понятием справедливости правосудия оперируют юристы, придерживающиеся разных мнений относительно его содержания. [13, с. 68-74] Таким образом, британский законодатель формулирует основную цель судопроизводства, но не приводит перечень задач.

В традициях постсоветского правового пространства формулировать исключительно задачи гражданского судопроизводства. Так, ГПК Украины в статье 1 закрепляет, что задачами гражданского судопроизводства являются справедливое, непредвзятое и своевременное рассмотрение гражданского спора с целью защиты нарушенных либо оспариваемых прав. [14, с. 74-106] Аналогичный подход демонстрирует статья 5 ГПК Казахстана. Задачами гражданского судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов граждан, государства и организаций, укрепление законности и правопорядка, предупреждение правонарушений. [15, с. 64-77]

В отечественной доктрине широкую известность получила классификация целей судопроизводства, автором которой является Г.А. Жилин. Он предлагает классифицировать цели гражданского и арбитражного судопроизводства на итоговые и промежуточные, основные и дополнительные, общие и специальные. [5, с. 7, 32]

Указанная классификация целей в процессуальной теории не является, по нашему мнению, достаточно разработанной. Однако совершенствование легального закрепления целей и задач гражданского и арбитражного судопроизводства в законе требует, на наш взгляд, ее детального рассмотрения.

Понятие итоговых и конечных целей судопроизводства представляется

тождественным. Те и другие состоят в эффективной защите нарушенного либо оспариваемого права или законного интереса.

Наличие промежуточных целей

5э

судопроизводства обусловлено стадийностью как основным свойством гражданского и арбитражного процесса. Промежуточная цель, там образом, это образ делаемого результата, достигаемого сторонами и судом на той или иной стадии судопроизводства.

Основные цели, по нашему мнению, тождественны итоговым. Основной целью, как было рассмотрено ранее не может являться достижение объективной истины по делу.

Дополнительные цели вызваны спецификой деятельности суда как властного распорядительно органа. Под ними мы понимаем некоторые эффекты, оказываемые деятельностью по отправлению правосудия на общественную жизнь в целом.

Общие цели необходимо трактовать как сближающие все стадии гражданского и арбитражного процесса. Именно общие цели формируют единство арбитражной процессуальной формы.

Под специальными целями необходимо понимать индивидуальные цели каждого участника процесса, либо присущие определенной стадии процесса цели. Цели судопроизводства не могут быть бессодержательными, поставленными безотносительно интересов участников судопроизводства. [16, с. 159] Субъекты гражданского и арбитражного судопроизводства нуждаются в принятии решения, основанного не только на формальном соответствии закону, но и отражающего фактическое положение дел. Единство правового и фактического анализа спорных правоотношений при наличии серьезных трудностей в анализе той и другой ее стороны определяет востребованность в деятельности суда судейского усмотрения. Оно необходимо для осуществления процессуальной деятельности, направленной на установление фактических обстоятельств по делу и конкретизацию в понимании применимого права. [17, с. 352-353]

Итак, цели свойственны не только судопроизводству в целом, но и каждой судебной инстанции. Заметим, что понятие стадий судопроизводства является дискуссионным, что в целом негативно сказывается на единообразном применении общего понятийного аппарата. [18, с. 18-20]

Условия реализации целей судопроизводства нередко смешивают с предпосылками их достижения. Причем к числу предпосылок относят правоспособность и дееспособность лиц, обратившихся за судебной защитой [19, с. 134-

136], наличие у них профессиональных либо законных представителей, отнесение дела к компетенции арбитражных судов либо судов общей юрисдикции, выполнение критериев подсудности спора, наличие правовой заинтересованности в исходе спора [20, с. 4244], уплату государственной пошлины. Исходя из общегуманитарных представлений о предпосылке деятельности к ней можно отнести общие условия достижения целей. Однако совокупность предпосылок не ограничивается упомянутыми выше условиями. Условия достижения цели, наряду с предпосылками успешной деятельности охватывают цели деятельности всех субъектов гражданского и арбитражного процесса.

Конституция РФ 1993 года непосредственных задач, стоящих перед судебной властью в целом, а также арбитражными судами и судами общей юрисдикции, не выделяет. Однако ст. 10 Конституции РФ устанавливает принцип самостоятельности судебной власти, ст. 18 Конституции РФ указывает на обеспечительный характер правосудия непосредственно действующих прав и свобод человека и гражданина, а в ст. 46 Конституции РФ закреплено глобальное право на судебную защиту этих прав и свобод. В совокупности перечисленные нормы позволяют С.Л. Дегтяреву выстроить следующую иерархию конституционных задач судебной власти. Основной задачей является осуществление правосудия. В толковании Конституционного Суда осуществление правосудия является исключительной компетенцией судебной власти. Не принижая роли и значения механизма обеспечения прав человека и гражданина законодательной и исполнительной власти, следует особо выделить судебную власть во всем правозащитном механизме. Судебная власть обладает качественными атрибутами, позволяющими выполнять возложенные на нее государством задачи и функции.

В качестве второй задачи судебной власти С.Л. Дегтярев в анализируемой нами работе выделяет обеспечение непосредственно действующих прав и свобод человека и гражданина. По нашему мнению, указанные ученым задачи не являются элементами одного понятийного ряда и находятся в отношениях соподчиненности. Эффективность государственной деятельности в целом и деятельности судебной власти в частности определяется той степенью защищенности прав и свобод человека и гражданина в разных аспектах человеческой

______________________________________54

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2009 • №3

деятельности, которая гарантируется государством. Так как человек, его права и свободы в Российской Федерации являются высшей конституционной ценностью и центральным элементом в иерархии правовых ценностей в целом, полагаем необходимым подчеркнуть данный аспект в определении целей и задач гражданского и арбитражного судопроизводства и утверждаем, что обеспечение и защита непосредственно действующих прав человека и гражданина необходимо рассматривать в качестве цели гражданского и арбитражного судопроизводства..

Для современной экономической и правовой реальности России характерно развитие альтернативных способов разрешения экономических и гражданско-правовых споров. Действующий АПК РФ уделяет примирительным процедурам внимание, поэтому в литературе ставится вопрос, всегда ли разрешение спора по существу является задачей суда, либо арбитражные суды и суды обшей юрисдикции должны способствовать примирению сторон и популяризации альтернативных способов разрешения юридического конфликта. Действующее гражданское и арбитражное процессуальное законодательство не включает содействие устранению юридического конфликта в число целей и задач судопроизводства в соответствующих судах.

В современной правовой литературе по поводу относимости примирительных процедур к числу целей и задач гражданского и арбитражного судопроизводства сформировалось три основных концепции:

1) материальная субъектная теория защиты права;

2) теория защиты действительного права

3) теория устранения конфликта. [21, с. 8]

Мы полагаем, что отнесение устранения

конфликта к целям гражданского и арбитражного процесса представляет собой неоправданное расширение предмета регулирования указанных отраслей. Альтернативное разрешение споров представляет собой перспективный формирующийся институт российского права и правоприменительной практики который не должен включаться в состав процессуальных норм.

Некоторые ученые полагают, что цель судопроизводства невозможно связывать с этическими чувствами, например с чувством справедливости. [22, с. 81] Сторонники анализируемой позиции полагают, что говоря о справедливости как цели судопроизводства,

неизбежно происходит удвоение понятий: право, по их мнению, является изначально справедливым.

Этические чувства представляют собой объективные явления субъективной природы. По мнению Е.И. Носыревой, их необходимо учитывать прежде всего в деятельности третейских судов, основной целью которой является примирение сторон. [23, с. 196-200] Некоторые авторы прослеживают связь между судейским усмотрением и справедливостью как явлением правовой реальности. Так, А. Барак пишет, что справедливость и беспристрастность судебного решения представляет собой фактический критерий выбора, которым руководствуется судья в процессе принятия решения. [17, с. 32] Этот же автор признает, что такие этические ценности как честность и справедливость являются основой для формирования принципов процессуального права и процессуальной деятельности суда. [17, с. 68]

Полагаем, что деятельность государственных судов не должна идти в разрез с обеспечением справедливости, однако обеспечение справедливости по ряду причин не подходит на роль конечной цели правосудия. Прежде всего, необходимо иметь ввиду, что в правовом поле понятие справедливости непосредственно связано с установленным законом режимом защиты прав и свобод, соответственно справедливое разбирательство дела по существу является одной из задач судопроизводства, посредством реализации которой, достигается конечная цель правосудия - защита прав и законных интересов субъектов процессуальной деятельности.

Зачастую, говоря о практической эффективности деятельности суда общей юрисдикции или арбитражного суда, принято употреблять такие количественные показатели, как рассмотрение определенного количества дел, поступивших в судебный орган, за установленный законом промежуток времени.

Представляется, что наделение количественного показателя определяющим значением не соответствует общим тенденциям повышения эффективности судебной системы. В арбитражных судах и судах общей юрисдикции до настоящего времени отсутствует обязательное к исполнению нормирование труда. Отмечается, что отсутствует элементарная возможность для восстановления здоровья и работоспособности судебных работников. Подобная ситуация приводит к поспешному и поверхностному рассмотрению дел, влечет за собой судебные

55

ошибки. В результате мы видим отсутствие зримой культуры правосудия, их замещение отрицательными реакциями на нервное напряжение. [24, с. 13-14]

Эта проблема характерна не только для отечественного правосудия. Недостаточное финансирование судебной системы во Франции приводит к тому, что нагрузка судей является чрезмерной. Рабочий день составляет до восьмидесяти часов в неделю, невзирая на стаж работы. При средней по стране заработной плате. [25, с. 65-66]

Представляется, что рассмотрение как можно большего количества дел за отчетный период не может быть ни целью судопроизводства в суде, ни критерием эффективности процессуальной деятельности суда.

В литературе также обсуждается вопрос уменьшения процессуальных сроков рассмотрения дела. Высказывалось мнение, что «борьба за сроки» является ни чем иным, как возрастной болезнью судов. [26, с. 15] В настоящее время преобладает подход, в соответствии с которым суд любой инстанции должен рассмотреть дело в разумные сроки. Разумный срок разбирательства в арбитражном суде непосредственно связан с качеством разбирательства дела. [27, с. 21] Соответственно оперативность судебного разбирательства не может быть самостоятельной целью правосудия. Однако и качественное рассмотрение дела называть основной целью судопроизводства представляется затруднительным ввиду размытости критериев качества и необходимости дополнительного определения самого понятия качества. Соответственно, категория качества требует рассмотрения на уровне совокупности критериев.

Цель судопроизводства, представляется, состоит в защите нарушенного права, оспариваемого законного интереса. Судопроизводство в арбитражном суде представляет собой сложное правовое явление, закономерно развивающееся по стадиям в различных судебных инстанциях, нацеленное на защиту субъективного права или охраняемого законом интереса, учитывающее диспозитивную волю лиц, участвующих в деле при обеспечении судом определенного процессуальной формой режима рассмотрения дела.

Согласно легальному определению, данному в ст. 2 ГПК РФ, целью гражданского судопроизводства в суде общей юрисдикции является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов

Российской Федерации, ее субъектов, федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, прав, свобод и охраняемых законом интересов других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых, административно-правовых или иных правоотношений.

В этом определении, прежде всего, обращает на себя внимание тот факт, что законодатель отказался от термина «охрана», полностью исключив его как из гражданского, так и из арбитражного процессуального закона.

В процитированной статье сформулированы и иные цели гражданского судопроизводства: оно должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, уважительному отношению к праву в целом.

Долгое время в науке гражданского и арбитражного процессуального права принимался принцип объективной истины, соответственно менялась и конечная цель гражданской процессуальной деятельности. После принятия Федерального закона от 27 октября 1995 г. «О внесении изменений и дополнений в Гражданский процессуальный кодекс РСФСР» дискуссионным является вопрос о принципе объективной истины, применительно к теме нашего исследования, признание необходимости принципа объективной истины в процессуальных науках повлечет за собой изменение цели гражданского и арбитражного судопроизводства на установление объективной истины по каждому конкретному гражданскому делу и защиту прав и свобод соответствующих субъектов. Таким образом, необходимым для дальнейшего исследования является принятие определенной позиции относительно принципа объективной истины.

В числе последних работ, где подробно анализируются различные точки зрения по этой проблеме и обосновывается утверждение о сохранении принципа объективной (судебной) истины в российском гражданском судопроизводстве, можно назвать монографию А.Т. Боннера. [28] Разделяя позицию А.Т. Боннера о необходимости сохранения принципа объективной истины в гражданском процессе, мы считаем, что, в настоящий момент сложно согласиться с суждением о том, что указанный принцип закреплен в действующем российском гражданском и арбитражном процессуальном законодательстве.

Мы не оспариваем тот факт, что до принятия

______________________________________56

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2009 • №3

Федерального закона от 27 октября 1995 г. принцип объективной истины был закреплен в ГПК РСФСР комбинированным путем: прямо в ст. 14 ГПК и косвенно во множестве других норм Кодекса [28, с. 51-53]. С нашей точки зрения, применительно к производству в суде первой инстанции как в арбитражном суде, так и в суде общей юрисдикции соответствует фактическому положению дел и утверждение о том, что «весь строй гражданского процесса ориентирован главным образом на установление судом действительных обстоятельств дела» [28, с. 59]. Однако нельзя отождествлять установление фактического положения дел с целями кассационного и надзорного производства.

Главным обстоятельством,

свидетельствующим о фактическом исключении принципа объективной истины из российского гражданского и арбитражного процессуального законодательства, является не освобождение суда от активной роли в процессе доказывания, а то, что в действующем законодательстве, по существу, предусмотрена возможность использования фикций законности и обоснованности судебного решения. [29, с. 5461]

Как правильно отмечается в литературе, без устремленности к истине процесс правосудия теряет свой смысл [30, с. 120]. Следует также отметить, что достижение объективной истины по гражданскому делу предполагает не установление всех фактических обстоятельств, связанных со спорным правоотношением, а установление действительных обстоятельств, которые в соответствии с нормами материального права достаточны для вынесения решения по делу. С этих позиций установление объективной истины по гражданскому делу вполне достижимо.

С.Ф. Афанасьев полагает, что суд в результате своей познавательной деятельности устанавливает юридическую истину, включающую в себя, во-первых, соответствие знаний суда действительным обстоятельствам, во-вторых, соответствие выводов суда требованиям процессуального закона. [31, с. 21]

Итак, ряд ученых убежден в существовании объективной истины в гражданском процессе, несмотря на значительные изменения в процессуальном законодательстве.

В литературе также высказано мнение, что суд устанавливает так называемую формальную истину, то есть выносит свое решение только на основе и только в рамках тех доказательств, которые были исследованы в ходе судебного разбирательства. [32, с. 26] Подводя некоторые

итоги сказанному о принципе объективной истины в гражданском и арбитражном судопроизводстве, мы считаем содержанием принципа объективной истины обязанность суда установить достоверность всех фактов, входящих в предмет доказывания по конкретному делу и основывать судебное решение исключительно на достоверных фактах в совокупности с обязанностью сторон основывать свою позицию по делу исключительно на доказательствах, соответствующих всем требованиям процессуального закона. По нашему мнению, закрепление в законе принципа объективной истины вряд ли послужит повышению эффективности гражданского и арбитражного судопроизводства в силу того, что функциональную роль указанного принципа выполняют требования, предъявляемые к предмету доказывания.

Средством достижения цели гражданского и арбитражного судопроизводства являются задачи гражданского и арбитражного судопроизводства. Перед гражданским судопроизводством, исходя из текста закона, стоят две задачи, сформулированные как единое целое. Первая задача - правильное рассмотрение и разрешение гражданских дел. Долгое время единственным критерием правильности судебного решения являлось выполнение требований объективной истины. Между тем, в странах классической состязательной системы в доктрине и практике активно используется такое понятие как «стандарт доказывания». Он представляет собой критерий, в соответствии с которым суд выносит решение в пользу одной из сторон. Иными словами, если бы речь шла об установлении объективной истины, можно было бы сказать, что стандарт достигнут, когда истина по делу установлена.

Стандарт доказывания в странах классической состязательной системы связан с выполнением сторонами бремени доказывания. «Если доказательство таково, что суд присяжных может сказать: «Мы знаем, что это более вероятно, чем нет, то бремя выполнено». [33, р. 132] Итак, стандарт доказывания не требует обязательного установления объективной истины, скорее он играет роль определенного критерия надлежащей выполнимости сторонами предписанного процессуальным законом бремени доказывания.

В большинстве гражданских дел стандарт доказывания прост: стороне требуется доказать, что определенный факт имел место более вероятно, нежели нет. Необходимо заметить, что сама категория стандарта доказывания предполагает определенную гибкость, отсутствие

57

раз и навсегда закрепленного перечня фактов, обязательных для доказывания по всем категориям дел.

Отечественный законодатель, официально сняв с суда обязанность по установлению объективной истины, тем не менее легально закрепил задачу о правильном разрешении дел, не обратив, тем не менее, необходимой доли внимания на лексическую близость понятий « правильный» и «истинный». [8, с. 529] Таким образом, в ГПК введен критерий правильности, однако сам критерий правильности отправления правосудия кодексом не разъяснен. Заметим, что действующему арбитражному процессуальному законодательству не свойственно понятие правильности в отправлении правосудия.

Г.А. Жилин считает, что рассмотреть дело правильно означает выполнить все процессуальные действия в соответствии с требованиями материального и процессуального права, а следовательно, и в сроки, установленные законом. Верное по существу судебное постановление, но вынесенное с нарушением сроков нельзя считать в полной мере правильным, не могут быть достигнуты цели гражданского судопроизводства и при своевременном, но неправильном рассмотрении гражданского дела. [5, с. 24-26] Необходимо подчеркнуть, что исходя из приведенной позиции, не представляется возможным разграничить задачи правильности и своевременности кактаковые.

Правильное рассмотрение дела в условиях состязательного процесса должно означать, что суд выносит справедливое решение в пользу той стороны, которая выполнила бремя доказывания. При невыполнении бремени доказывания ни одной из сторон суд не в состоянии удовлетворить заявленный иск, следовательно, должен отказать в удовлетворении иска. При частичном выполнении бремени доказывании, суд удовлетворяет иск в части.

Ценность зависимости стандарта доказывания от бремени доказывания заключается в том, что стороны могут правильно оценить свою правовую позицию, позицию своего процессуального противника и в результате пойти на примирительные процедуры или мировое соглашение.

Второй задачей современного гражданского судопроизводства является своевременное рассмотрение гражданских дел. Быстрота, в отличие от своевременности, является понятием неопределенным, она означает лишь соблюдение установленных законом сроков при совершении определенных процессуальных действий.

Никакого иного смыслового значения соответствующий термин иметь не может.

Формулировка задач в действующем АПК РФ представляется еще более широкой. Законодатель не выделяет непосредственной цели судопроизводства в арбитражном суде, что, на наш взгляд, не означает, что деятельность арбитражных судов по рассмотрению и разрешению подведомственных им дел является лишенной цели.

В качестве задач арбитражного судопроизводства выделяется не только защита прав, свобод и законных интересов субъектов экономической деятельности, но и обеспечение доступности правосудия в арбитражном суде, справедливое публичное разбирательство дела независимым и беспристрастным судом, укрепление законности, предотвращение правонарушений, формирование уважительного отношения к закону и суду, содействие становлению партнерских деловых отношений, формированию обычаев делового оборота.

Очевидно, что формулировка действующего ГПК РФ допускает двоякую цель гражданского судопроизводства: наряду с защитой прав и свобод в качестве цели рассматривается укрепление законности и правопорядка, предупреждению правонарушений,

формированию уважительного отношения к закону и суду. Законность - это определенный режим общественной жизни, метод государственного руководства, состоящий в организации общественных отношений посредством издания и неуклонного осуществления законов и других правовых актов. Законность можно рассматривать как центральный принцип права, определяющий многие другие его принципы и положения. В более широком плане можно сказать, что законность -это общий принцип организации современного демократического государства, основа обеспечения и защиты прав личности и поддержания правопорядка в стране. Законность - стержень нормального функционирования всей общественной системы. [34, с. 7-12] По нашему мнению, всеобъемлющий характер понятия законности и правопорядка не должен служить основанием для включения обеспечения законности и правопорядка в функции гражданской юрисдикции. Указанный вопрос коррелирует с проблемой правоохранительной функции суда. «Потребность государства в деятельности органов судебной власти носит объективный характер и определяется необходимостью правового разрешения

______________________________________58

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2009 • №3

возникающих в демократическом обществе коллизий, юридически упорядоченного осуществления правоохранительных функций. Именно суду государство предоставляет право разрешать противоречия между личностью и государственными органами, гражданином и экономическими структурами, споры между последними. Именно суд уполномочен в определенном законом порядке признать лицо виновным в совершении преступления или административного правонарушения, применить к нему меру уголовного наказания или административного воздействия либо разрешить правовой спор между гражданами или между юридическими и физическими лицами». [3] Заметим, что подобные высказывания подвергались критике еще на заре формирования современного цивилистического процесса. Так, в 1991 г. академик РАН Б.Н. Топорнин писал: “Надо признать, что восприятию судебной власти как особой, самостоятельной и равной в системе разделения властей препятствуют традиции недалекого прошлого, когда суд рассматривался главным образом как звено в системе правоохранительных органов». [35, с. 26] И тогда же концепцией судебной реформы 1991 г. суд был определен в качестве средства разрешения споров о праве и устранения юридических неопределенностей, в связи с чем в юридической, в том числе учебной, литературе укрепилась точка зрения о том, что суд не может рассматриваться в качестве одного из правоохранительных органов. [36, с. 11]

По нашему мнению, в указанном отрывке происходит отождествление функции отправления правосудия с правоохранительной функцией. В целом необходимо признать, что правоохранительная функция в большей степени свойственна суду уголовной юрисдикции, нежели гражданским и арбитражным судам, деятельность которых направлена в большей степени на рассмотрение споров и защиту прав и интересов. Полагаем, что возложение соответствующей задачи на арбитражные суды и суды общей юрисдикции по сути является неоправданным удвоением принципа законности, который характерен процессу судопроизводства в целом.

В действующем АПК РФ определены задачи судопроизводства, без разграничения целей. Подобный подход, по нашему мнению, в некоторой степени обедняет регулятивный потенциал кодекса и не соответствует ценностной ориентации российской правовой системы, а также общей теории целей и задач человеческой

деятельности. Цель любого обновления законодательства - приведение его в соответствие с текущими потребностями общества, а также отражение современных тенденций развития общества, т.е. непосредственное воплощение идеи права. Следует согласиться с Д.А. Керимовым в том, что законы лишь постольку являются правом, поскольку адекватно отражают динамику объективного общественного развития [37, с. 160].

По нашему мнению, цель защиты прав и свобод должна быть выделена и в арбитражном судопроизводстве. Кроме того, соответствующие статьи процессуальных кодексов необходимо назвать «Цели и задачи судопроизводства». Статью 2 АПК РФ необходимо изложить в следующей редакции: «С целью защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц в указанной сфере арбитражный суд реализует следующие задачи

1)справедливое публичное судебное разбирательство в установленный законом срок независимым и беспристрастным судом;

2)обеспечение доступности правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности».

Статью 2 ГПК РФ необходимо изложить в следующей редакции: «Задачами гражданского судопроизводства являются доступное, своевременное и справедливое рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений».

Представляется, подобная трактовка целей и задач судопроизводства соответствует как роли суда в современном обществе, так и тенденциям развития состязательности в процессуальном праве. Более того, подобный подход позволит отождествить легальные задачи судопроизводства и критерии эффективности процессуальной деятельности суда и лиц,

59

участвующих в деле в гражданском и арбитражном процессе.

Литература:

1. См. например: Жилин Г. А. Цели гражданского судопроизводства и их реализация в суде первой инстанции. М., 2000; Решетникова И.В., Ярков В. В. Гражданское право и гражданский процесс в современной России. Екатеринбург; М., 1999 (гл. 6); Проблемы доступности и эффективности правосудия в арбитражном и гражданском судопроизводстве // Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Москва, 31 января -1 февраля 2001. М., 2001.

2. См.: Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: ИГП РАН. 2003.

3. См. : Морозов А.П. Конституционные основы арбитражного правосудия в Российской Федерации // Правосудие в Поволжье. № 4. 2007.

4. См. Цихоцкий А.В. Теоретические проблемы эффективности правосудия по гражданским делам. Новосибирск, 1998.

5. Жилин Г. А. Цели гражданского судопроизводства и их реализация в суде первой инстанции. М., 2000.

6. См. Зайцев И.М. Целевые установки гражданского судопроизводства // Проблемы реформы гражданского процессуального права и практики его применения. Свердловск, 1990.

7. Указ процессуального права и практики его применения. Свердловск, 1990.

8. См. : Ожегов С.И. Словарь русского языка.

9. См. : Ченцов Н.В. Государственный интерес в гражданском процессе // Теория и практика субъективных прав и процессуальной формы их защиты. Сборник научных статей. Тверь, 2000.

10. См.: Боннер А.Т. Принцип законности в советском гражданском процессе. М., 1989.

11. См. : Дегтярев С.Л. Реализация судебной власти в гражданском судопроизводстве. М.,

12. См.: Лебедев В.М. Судейская

беспристрастность и социальный контроль за судом. // Российская юстиция. 2001. № 7.

13. См.: Кудрявцева Е.В.Новые английские правила гражданского судопроизводства // Законодательство 2000. № 12.

14. См.: Комаров В. Актуальные проблемы

реформы гражданского процессуального и арбитражного процессуального

законодательства Украины //СНГ : Реформа гражданского процессуального права. М.: Городец, 2002.

15. Баймолдина, З. Х.О структуре ГПК Республики Казахстана // Заметки о современном гражданском и арбитражном процессуальном праве. М.: Городец, 2004.

16. См. : Алексеев С.С. Право на пороге нового тысячелетия. Некоторые тенденции мирового

правового развития. М.: Статут, 2000.

17. См.: Барак А. Судейское усмотрение. М.: Норма, 1999.

18. См. : Боннер А. Т. Применение нормативных актов в гражданском процессе. М. : Юридическая литература., 1980.

19. См.: Курылев С.В. Основы теории доказывания в советском правоведении. Минск, 1969.

20. См.: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970.

21. См.: Некрошюс В. Указ. соч.

22. См.: Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М. 1998.

23. См.: Носырева Е.И. Соотношение правосудия и альтернативных процедур разрешения споров / / проблемы защиты интересов граждан и организаций. Краснодар, 2002.

24. См. : Топильская Л. Как нам обустроить судебную власть // Российская юстиция. 2000. №

11.

25. См. : Лелу В, Судьи протестуют. Цит. по Реферативный журнал. Серия 4. Государство и право. 2002. № 4.

26. Приходько И.А., Пацация М.Ш. Арбитражный процесс в современной России. М. : Издательство /Российской академии правосудия, 2002.

27. ШерстюкВ.М. Новые положения третьего арбитражного процессуального кодекса РФ. М., 2001.

28. См.: Боннер А.Т. Установление

обстоятельств гражданских дел. М., 2000.

29. См.: например Шумилова Л. Ф. Принципы состязательности и объективной истины как основополагающие начала правоприменительной практики //Журнал российского права. 2005. № 11.

30. Мурадьян Э.М. Об учебниках по гражданскому процессу // Государство и право. 2000. №4.

31. См.: Афанасьев С.Ф. Проблема истины в гражданском судопроизводстве. Автореф. дисс. к. ю. н. Саратов, 1998.

32. Бернам У, Решетникова И.В., Ярков В.В.

Судебная реформа: проблемы гражданской юрисдикции. Екатеринбург: Изд-во

гуманитарного ун-та. 1996.

33. Egglestone R. Evidence, Proof and Probability. 2nd Edition. London. 1983.

34. См.: Кудрявцев В.Н.Законность: Содержание и современное состояние // Журнал российского права. 1998. №1.

35. См. : Топорнин Б.Н. Суд и разделение властей //Вестник Верховного Суда СССР. 1991. №6.

36. См.: Савельева Т.И. Судебная власть в гражданском обороте: Учеб. пособ. Саратов, 1997.

37. Керимов Д.А. Культура и техника законотворчества. М. : Юрид. лит., 1991.

______________________________________60

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2009 • №3