Традиции российских немцев как историко-культурный феномен

УДК 008

Л.Ю.Егле

ТРАДИЦИИ РОССИЙСКИХ НЕМЦЕВ КАК ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН

В статье исследуется традиционная культура российских немцев, в которой исторически сохраняются непреходящие ценности, определяющие духовную уникальность этноса, способствующие восстановлению культурной преемственности и национально-культурной идентификации. Подчеркивается, что язык высту-пает важнейшей объединяющей силой культурной целостности этноса, его определяющим признаком, инструментом трансляции культурно значимой информации и опыта. В процессе становления традиций важнейшими называются факторы этнической и социальной истории. Рассмотрев основные этапы заселения немцев в Сибири, определяются исторические, политические, социально-культурные факторы, повлиявшие на современное состояние традиционной культуры российских немцев.

Ключевые слова: традиции, традиционная культура, российские немцы, этническая и социальная история, самоидентификация, Сибирь.

L.Y. Egle TRADITIONS OF RUSSIAN GERMANS AS A HISTORICAL AND CULTURAL PHENOMENON

This article examines the traditional culture of Russian Germans, which historically remain the enduring values that define the spiritual uniqueness of the ethnic group and contribute to the restoration of cultural continuity and national cultural identity. It is emphasized that language is the most important unifying force of the ethnic integrity, its defining characteristic, and a tool for distribution of culturally relevant information and experience. In the process of development, the factors of ethnic and social history become the most important traditions. Having considered the main stages of the settlement of Germans in Siberia, we define the historical, political, socio-cultural factors influenced the current state of traditional culture of Russian Germans.

Keywords: tradition, traditional culture, Russian Germans, ethnic and social history, self-identification, Siberia.

Исследование проблем формирования, развития и современного состояния традиционной культуры этнической общности, проживающей за пределами основной этнической территории, является сегодня одной из актуальных задач культурологии. На рубеже ХХ-XXI вв. в традиционной культуре российских немцев наблюдаются явления, требующие глубокого научного осмысления. Резкое сокращение численности немцев в России, связанное с эмиграцией, увеличение количества культурных контактов с Германией, старение носителей этнической культуры, утрата языка, са-мобытности и традиций, трансформация культуры, - всё это определяет необходимость настоящего исследования. Понять и оценить характер изменений, происходящих в традиционной культуре, возможно при условии рассмотрения контекстных изменений, приводящих к модификации текстов, к появлению новой семантики при сохранении глубинных культурных смыслов.

Понятие «традиционная культура» интерпретируется современными исследователями по-разному. Термины «традиционная», «фольклорная», «народная», «архаическая», «крестьянская», «бытовая» культура достаточно часто употребляются как равнозначные. Для нас же важно подчер-кнуть, что традиционная культура российских немцев - это та область культуры, в которой исторически сохраняются непреходящие ценности (идеи и смыслы), выполняющие функции ценностной ориентации этноса, определяющие его духовную уникальность, обеспечивающие консолидацию общества, помогающие восстановлению культурной преемственности и национально-культурной идентификации - необходимой составляющей мировоззренческого потенциала. Нет общества без культуры, т.е., по Э.С.Маркаряну, без адаптивно-адаптирующего механизма, обеспечивающего функционирование общества. Подобный механизм не может сформироваться без «негенетической памяти коллектива» (Ю. М. Лотман), т. е. без традиции, которая в значительной мере представляет собой систему социально-значимых стереотипов. Соответственно, «традиция - это сеть (система) связей настоящего с прошлым, причём при помощи этой сети совершаются определённый отбор, стереотипизация опыта и передача стереотипов, которые затем воспроизводятся» [12, с.106].В этом смысле культура представляет собой адаптивную систему, состоящую из разнопорядковых культурных элементов, как стабильных, так и изменчивых в соответствии с внешним природным и культурно-политическим окружением, и включает в себя традицию - средоточие культурных парадигм, которые неизменны по своей сути и допускают только внешние, хотя порой и очень значительные изменения.

Многочисленные и многообразные по своему характеру и форме культурно-бытовые,

языковые, антропологические, психологические особенности, т. е. так называемые «этнические признаки», способствующие выделению данного этноса в тот или иной исторический период среди других этносов и, прежде всего, среди тех, с кем он непосредственно контактирует, определяют относительное единство и устойчивость этноса. С одной стороны, для того чтобы этнос существовал как целое, необходима относительная устойчивость социального организма (по терминологии Ю.В.Бромлея - «ЭСО», то есть этносоциального организма), в рамках которого он существует, относительная общность территории, единый язык (который вместе с тем может распадаться на близкие или родственные диалекты) и минимальный набор приблизительно общих черт психологического склада и культуры [1, с. 7]. С другой стороны, этносы могут отличаться друг от друга не только целым комплексом устойчивых и взаимосвязанных признаков, образующих определенную структуру, но и одним каким-либо минимальным признаком. Поэтому ни один из них не должен абсолютизироваться, так как каждый может в определённой ситуации оказаться и самым важным, и второстепенным и даже вовсе не играть никакой роли.

К числу наиболее устойчивых этнических признаков, наименее жестко детерминированных социально-экономическими или политическими факторами, принадлежит язык. Язык (прежде всего его социальные функции, лексика и вслед за этим - фольклорные формы) отражает историю народа, характер и интенсивность его связей с соседями, степень его единства, его социальную дифферен-циацию, степень его культурного развития, следовательно, этнический облик культуры в конкретный период развития того или иного этноса [11, с.37].Таким образом, язык выступает важнейшей объединяющей силой культурной целостности этноса, его определяющим признаком, инструментом трансляции культурно значимой информации и опыта. Некоторые современные исследователи рассматривают язык в качестве носителя «смыслов» этнической культуры, другие -как одно из основных условий этнокультурного развития, третьи -как результат этого развития. На наш взгляд, язык необходимо рассматривать в качестве феномена культуры, важнейшего этногенерирующего фактора.

Немецкое население, проживающее сегодня в Сибири, - это одна из самых крупных диас-порных групп немцев, частично сохранивших свою национально-культурную специфику. Их изначальное расселение на территории Российской империи в ^Ш-Х1Х веках привело к формированию шести основных этнических групп: немцы Поволжья, Кавказа, Украины, Прибалтики, Москвы и Петербурга, Волыни. Вплоть до начала массовой депортации в Сибирь немецкое население было в основном изолировано от российского общества географически, административно, конфессионально, хозяйственно и социально. Немцы трепетно сохраняли свой язык и национальные традиции, соблюдали религиозные обряды и передавали их следующим поколениям, редко заключали межнациональные браки, стремились сохранить свою самобытность и противились ассимиляции. Основным средоточием духовной жизни народа была религия, а также вывезенные из германских земель богатейшие традиции немецкой крестьянской культуры: календарные и семейные праздники, обычаи и обряды, хоралы, духовные песни и легенды, народные песни, инструментальная музыка и музыкальные инструменты, пословицы и поговорки, загадки и шванки, изречения, народные приметы и способы лечения, гадания, игры и многое другое [6, с.521].

В процессе становления традиций, каждая из которых понимается как «сложный историко-культурный феномен, формировавшийся под воздействием множества факторов разного порядка»[7], важнейшими являются факторы этнической и социальной истории. На трансформацию традиционной культуры, сохранение языка российских немцев, проживающих в Сибири, большое влияние оказала история их заселения, в которой можно выделить три основных этапа. Рассмотрев каждый из этапов, попытаемся выявить исторические, политические, социально-культурные факторы, повлиявшие на современное состояние традиционной культуры российских немцев. Первый этап относится ко второй половине XIX -началу ХХ века и связан с добровольными переселениями, причиной которых было аграрное перенаселение, нехватка земли в материнских колониях, а также со стремлением царского правительства создать в Сибири из немецких колонистов как можно больше жителей поселков и хуторов для поднятия культуры земли и примера труда окрестному населению. Такие переселенцы были преимущественно из южной части Европейской России и из приволжских немецких селений. Их родным языком был немецкий диалект, который они сохраняли более двух столетий, оставаясь в языковом отношении относительно замкнутыми, мало подвергаясь

внешнему языковому влиянию. АМинх в своей книги «Народные обычаи, обряды, суеверия и предрассудки крестьян Саратовской губернии» отмечает, что в конце XIX в. «немцы составляют совершенно обособленный тип; они не смешиваются браками ни с одной народностью... Более половины здешних колонистов почти совершенно не говорят по-русски, что же касается до женщин, то едва ли найдутся две или три в каждом селении, умеющих сказать несколько русских слов» [9, с.11]. Проводниками литературного языка у немцев служили церковь, школа и газеты. Церковь и школа считались средствами сообщения народу основ веры и способствовали овладению элементарной грамотой, сохранению самобытности немцев в России. С конца XIX в. начинается процесс русификации народного образования, преподавание в школах переходит на русский язык.

Переселенцы из Поволжья основали первые крупные села в Сибири, так в Омском уезде Акмолинской области было основано село Александровка (1893 г.), в Алтайском округе Томской губернии - село Подсосново (1894 г.). Здесь бытовали не только диалекты Поволжья, но и образовывались смешанные диалекты на основе западногерманских (верхненемецкмх) наречий [4]. В 1856 - 57 гг. в Шушенской волости Минусинского уезда была учреждена колония для немцев «с отводим для нее земли» [10, с.73]. Согласно постановлению Переселенческого управления Енисейской губернии в 1907 году был выделен участок на 140 усадебных мест для поселения на нем исключительно немцев-колонистов лютеранского вероисповедания. Так было основано поселение Гнадендорф (по названию прежней колонии, основанной в 1859 г. в Нидеркараманском округе Новоузенского уезда Самарской губернии). Немцы, поселившиеся здесь в 1907-08 гг., были в основном из немецких колоний Самарской, Саратовской, Ставропольской, Волынской губерний. Сегодня здесь село Николаевка Краснотуранского района Красноярского края, получившее свое название в 1914 году. Для этих поселений была характерна не только этническая, но и конфессиональная обособленность, что позволило ограничиться минимумом контактов с русским населением и сохранить свой язык, семейно-бытовые и религиозные традиции.

Второй этап характеризуется переселением немецкого контингента из материнских колоний на Волге, из Причерноморья, Волыни, что обусловлено введением ограничений в землепользовании, ужесточением имущественной и налоговой политики в отношении немецких колонистов западных и центральных областей страны. Однако в основном этот этап связан с насильственным пересе-лением из прифронтовой полосы Азовского побережья и депортацией политэмигрантов и спецпереселенцев-кулаков. Только в период с 1915 по 1918 годы около 200 тыс. волынских немцев было выслано в восточные районы страны. К 1926 году немцы проживали в 16 округах Сибири, их численность составляла 86469 человек [5]. Самая высокая численность немцев наблюдалась в Омском округе. В середине 20-х годов XX века отмечается период своеобразного возрождения этнических меньшинств, обеспечивающего некоторые гарантии этнической, языковой самобытности немцев. Сибирский крайисполком оказывает всевозможное содействие процессам этнической консолидации народов, был начат процесс перегруппировки населенных пунктов и преобразования смешанных в этническом отношении сельсоветов в национальные. Именно так в Минусинском округе в числе национальных сельсоветов в 1930 году признали Александровский и Николаевский сельсовет [8]. Компактное проживание немцев со своей школой, церковью, общественная жизнь на родном языке, несмотря на новые социально-политические и природно-климатические условия, способствовали сохранению и трансляции традиционных элементов культуры. В этот период осуществляется дополнительное финансирование хозяйственно-бытовых и культурных нужд национальных меньшинств. В тоже время в соответствии с рекомендациями совещания Сибкрайкома ВКП(б) по антирелигиозной пропаганде, которое состоялось в г. Новосибирске в 1927 году, начинается активная борьба с религией, закрываются молельные дома, внедряются новые праздники и обряды. Безусловно, этот процесс негативным образом сказался на традиционных религиозных праздниках, обедняя духовную сферу жизни немецкого общества.

Третий период связан с депортацией 1941 года, когда только из Поволжья были отправлены в Сибирь и Казахстан более полумиллиона немцев. По данным НКВД, до массовой депортации чис-лен-ность немцев в Сибири составляла 103400 тыс. человек [2], а к 1 января 1942 г. было депортировано еще около 400 тыс. человек. Всего за период с 1941 по 1942 гг. из европейской части СССР в Сибирь и Казахстан было депортировано 805 тыс. немцев. Основная часть трудового населения была занята в сельском хозяйстве, среди депортированных горожан

были учителя, деятели культуры, медицинские работники и экономисты. Задачи культурного развития в этот период небыли первоочередными, на первом плане остро стояла проблема хозяйственно-бытового устройства.

Несмотря на «ликвидационные законы», принятые в 1914-1915 гг. и запретившие немецкоязычные издания, публичное использование немецкого языка, общественные организации, к началу 40-х годов ХХ века немцы все ещё говорили на родном языке. После депортации в Сибирь возможности сохранить диалект практически не было, во-первых, из-за репрессивной политики советского государства в отношении немцев, которые были вынуждены скрывать свою национальную принадлежность; во-вторых, большинство населения говорило на русском языке и престиж его был очень высок; в-третьих, увеличилось число смешанных браков, что негативно сказалось на бытовании семейных традиций; в-четвёртых, дети ходили в школу, в которой обучение велось на русском языке, так как немцы не имели возможности возродить национальные школы, которые всегда играли значительную роль в сохранении и передаче общественно-исторического опыта, и т.д. Именно немецкие дети в большей степени подвергались воздействию со стороны иноязычного населения, поэтому в их среде более активно протекали ассимиляционные процессы. Следовательно, родной язык использовался только в семье, в общении с немецкоговорящим населением, на религиозных собраниях, традиционных праздниках с большим опасением. В некоторых регионах отмечалось, что употребление родного языка было практически невозможно из-за резко негативного отношения со стороны общественности, за несколько произнесенных немецких слов человек подвергал себя опасности быть обвиненным в национализме и пособничестве немецко-фашистским захватчикам. На родном языке немцы читали привезённые книги, в основном это была духовная литература («Das alte Те51атепЬ/«Старый завет»; «Das neue Testament» von Dr.M.Luther/«Новый завет» д-ра М. Лютера; «Tägliches Handbuch für den guten und bösen Tagen: Aufmunterungen, Gebete, und Sprüche und Seuf-zen»/«Настольная книга для праздников и будней»; «Der Kleine Katechismus»/ «Краткий Катехизис»; «Gebetbuch für die besondere Fälle: Gedenkdaten, für den Kranken»/«Молитвенник для особых случаев: на памятные даты, для болящих» и т.д.). В списках переписи 1959 г. отмечается очень высокая степень сохранения языка, немецкий назвали родным 72,2%, что говорит о несомненном престиже родного языка даже в сложных условиях спецпоселения.

В режиме спецпоселения немцы жили до 1955 года, и только затем была осуществлена поэтапная отмена этого режима и сняты ограничения в правовом отношении с немцев и членов их семей, затем снимаются «огульные обвинения» в пособничестве агрессору, однако переселенцы по-прежнему не имели права возвращаться в места, откуда были выселены. Ограничения в выборе места жительства были сняты только 1972 году.

Важнейшим этапом движения российских немцев за восстановление немецкой автономии, которое, по мнению его активистов, могло «разом решить все наболевшие и неотложные вопросы о культуре, школах, театрах, могло остановить духовную, нравственную деградацию не имеющего культурной и языковой связи советско-немецкого населения»[3], являются шестидесятые годы двадцатого века. Одним из ведущих центров немецкого национального движения была Восточная Сибирь, здесь собирались подписи в поддержку восстановления автономии на Волге, велась агитация, особенно среди сельского населения. В заявлении Брежневу Л.И. и Микояну А.И. инициативная группа по вопросу о полной реабилитации советско-немецкого народа и восстановлении советско-немецкой автономной республики сообщала: «... у нас нет национальных школ для немецких детей, нет своих представителей в Совете Национальностей, крайне неудовлетворительно поставлено или вовсе отсутствует преподавание немецкого языка как родного, а также политико-воспитательная и культурно-массовая работа на родном языке»[3].В беседе, состоявшейся между представителями ЦК КПСС и делегацией советских немцев, искусствовед М. Штейнбах сказал: «... я занимаюсь вопросами национальной культуры малых народностей. И мне очень больно и обидно, что я сталкиваюсь с вымиранием национальной культуры целого народа. Это преступление. Мы должны создать условия для развития национальной культуры самых малых народностей. Если и дальше не будет решён наш вопрос, то погибнет одна из высоких культур» [3]. Требования членов делегации остались без внимания со стороны властей,однако был разрешен выпуск нескольких немецких газет.

Сегодня использование немецкого языка разнится в зависимости от возрастных категорий: старшее поколение, родившееся в 20-40 гг., достаточно хорошо владеет диалектом; несмотря на то, что его представители прожили в иноязычной среде более семидесяти лет, они считают его своим родным языком и при любой возможности стараются говорить на нём, важную роль здесь

в сохранении языка играют богослужебные собрания, которые проводятся на немецком языке, хотя впоследние годы и эта традиция постепенно разрушается (так, например, в п. Рощинский Курагинского района Красноярского края религиозные собрания начали проводить и на русском языке).Для среднего поколения, родившегося уже в Сибири, немецкий язык - это язык их родителей, бабушек и дедушек, такие немцы, как правило, достаточно хорошо знают язык, но редко его используют, только для общения с представителями старшего поколения; младшее поколение считает своим родным языком русский и изучает немецкий как иностранный, достаточно редко встречаются респонденты, изучающие диалект в семье. Таким образом, происходило постепенное вытеснение диалекта не только во внесемейной, но и во внутрисемейной сфере общения и к началу XXI века немецкий язык утратил свою доминирующую роль в качестве инструмента общения среди переселенцев.

Анализируя рукописные тексты немецких духовных песнопений, неканонических молитв и проповедей, полученные нами в ходе фольклорно-этнографических экспедиций в Красноярском крае и Кемеровской области в период с 1995 по 2015 год, мы выявили, что подобные тексты написаны разными вариантами готического шрифта: «швабахер» /Schwabacher, «зюттерлин» ^ийегИп и др. Большая часть зафиксированных нами рукописных сборников написана на «швабахере». Этот письменный шрифт сформировался в Германии и получил свое название по имени местности, городу Швабах в федеративной земле Бавария (швабское письмо -Schwabacher). Наборный шрифт в стиле «швабахер» появился в Аугсберге и Нюрнберге между 1460 и 1472 г. «Швабахером» набраны труды Мартена Лютера (около 1550 г.), большинство текстов переселенцев из Поволжья, зафиксированных нами . На «зюттерлине» написана одна из тетрадей с записями духовных песнопений, обнаруженная нами в г. Киселёвске Кемеровской области в семье немецких переселенцев лютеранского вероисповедания, которые в 30-е годы XX века из Житомирской области Украины переселились в Сибирь, в немецкие колонии под Омском, а в 1942 году были отправлены в г. Киселёвск в трудармию. «Зюттерлин» является стандартизованной формой готического курсива, введённого в 1915 году в Пруссии, а позже, в 1935 году, и в других немецкоязычных странах в качестве письменного шрифта. Этот шрифт официально входил в школьную программу, но наряду с ним в школах преподавался латинский вариант немецкого шрифта. На шрифте «зюттерлин» велась личная переписка между гражданами, выпускались немецкие газеты и книги. Конец «Эпохи зюттерлина» наступил в 1941 году по причине механизации типографского дела (многие буквы «зюттерлина» имели витые формы и разнообразные завитки). Несмотря на то, что «официальная жизнь» шрифта была очень короткой, российские немцы, живущие в Сибири, им владели и сохраняли эту разновидность письма. Таким образом, можно сказать, что вплоть до 80-х годов XX века немцы использовали разные варианты готического шрифта, в том числе, для записи библейских текстов и духовных песнопений. Необходимо отметить, что пение гимнов всегда являлось важной и неотъемлемой частью богослужения и личной духовной жизни каждого прихожанина. Духовные песнопения помогали найти радость и поддержку в жизни, заново открыть для себя силу слов Евангелия.

Итак, несмотря на резкое сокращение количества немцев в связи с эмиграцией в конце 1980- начале 1990 годов в Германию, среди народов России по численности сегодня они занимают второе место в Новосибирской области и Алтайском крае, четвертое место в Кемеровской, Омской, Томской областях и Красноярском крае. Таким образом, российские немцы продолжают оставаться крупной этнической общностью в Сибири, частично сохраняя особенности своей традиционной культуры, и самой большой этнотерриториальной группой в России. Каждый из рассмотренных нам этапов заселения немцев Сибири нашёл отражение в традиционной культуре. Однако необходимо отметить, что с середины XX века процесс трансформации традиционной культуры значительно активизируется. В результате депортации немцы оказались среди местного инонационального окружения, что привело к постепенному вытеснению диалекта не только во внесемейной, но и во внутрисемейной сфере общения, к нарушению традиционного принципа моноконфессиональности поселений, смешение различных конфессиональных групп немецкого населения повлекло за собой разрушение религиозных обрядов, резкое увеличение числа смешанных браков, что негативно сказалось на бытовании семейных традиций. Как результат этих процессов, в начале XXI века остро стоит проблема сохранения традиционной культуры и самобытности российских немцев.

Литература

1.Бромлей Ю. В. Очерки теории этноса. М., 1983. - 410 с.

2. Бруль, В.И. Немцы в Сибири в 1920-1930 гг. // Немцы России и СССР: 1901-1941 гг. - М.: Готика, 2000. -432 с.

3.Вормсбехер Г. Протуберанцы мужества и надежд (1-ая и 2-ая делегации советских немцев в 1965 г.) [Электронный ресурс]. URL: http://wolgadeutsche.ru/wormsbecher/delegat 1 2.htm (дата обращения: 01.06.2015).

4. Воспоминания П. Боннета, ГАКК, ф.1766, оп. 1, д. 203, лл 2,7

5.Всесоюзная перепись населения 1926 г. [Электронный ресурс]. URL:http://demoscope.ru/weekly /ssp/rus nac 26.php (дата обращения: 26.03.2015).

6.Егле Л.Ю. Факторы формирования духовных песнопений немцев в России //Мир науки, культуры, образования. 2014. № 6. С.520-523.

7.Лапин В.А Русский музыкальный фольклор и история (К феноменологии фольклорных традиций): очерки и этюды. М.: Русская песня; РИИИ, 1995. - 200 с.

8.Муниципальное учреждение архив г. Минусинска. - Ф. 115, оп.1, д.280, л.251

9.Народные обычаи, обряды, суеверия и предрассудки крестьян Саратовской губернии. Собраны в 1861 - 1888 годах А.Н. Минхом. Предисл. А. Пыпина. - С-Пб. - 1890. - 154 с.

10. Памятная книжка Енисейской губернии на 1865, 1866 гг. - СПб.,1865. - 371 с.

11. Чистов К. В. Народные традиции и фольклор. Очерки теории. Л., 1986. -304 с.

12. Чистов К.В. Традиции, «традиционные общества» и проблемы варьирования // Советская этнография. 1981. № 2. С. 106 - 112.

1. Bromlej Ju. V. Ocherki teorii jetnosa. M., 1983. - 410 s.

2. Brul', V.I. Nemcy v Sibiri v 1920-1930 gg. // Nemcy Rossii i SSSR: 1901-1941 gg. - M.: Gotika, 2000. - 432 s.

3. Vormsbeher G. Protuberancy muzhestva i nadezhd (1-aja i 2-aja delegacii sovetskih nemcev v 1965 g.) [Jelektronnyj resurs]. URL:

http ://wolgadeutsche.ru/wormsbecher/delegat_1_2.htm (data obrashhenija: 01.06.2015).

4. Vospominanija P. Bonneta, GAKK, f.1766, op. 1, d. 203, ll 2,7

5. Vsesojuznaja perepis' naselenija 1926 g. [Jelektronnyj resurs]. URL:http://demoscope.ru/weekly /ssp/rus_nac_26.php (data obrashhenija: 26.03.2015).

6. Egle L.Ju. Faktory formirovanija duhovnyh pesnopenij nemcev v Rossii //Mir nauki, kul'tury, obrazovanija. 2014. № 6. S.520-523.

7. Lapin V.A. Russkij muzykal'nyj fol'klor i istorija (K fenomenologii fol'klornyh tradicij): ocherki i jetjudy. M.: Russkaja pesnja; RIII, 1995. - 200 s.

8. Municipal'noe uchrezhdenie arhiv g. Minusinska. - F. 115, op.1, d.280, l.251

9. Narodnye obychai, obrjady, sueverija i predrassudki krest'jan Saratovskoj gubernii. Sobrany v 1861 - 1888 godah A.N. Minhom. Predisl. A. Pypina. -S-Pb. - 1890. - 154 s.

10. Pamj atnaj a knizhka Enisej skoj gubernii na 1865, 1866 gg. - SPb.,1865. - 371 s.

11. Chistov K. V. Narodnye tradicii i fol'klor. Ocherki teorii. L., 1986. -304 s.

12. Chistov K.V. Tradicii, «tradicionnye obshhestva» i problemy var'irovanija // Sovetskaja jetnografija. 1981. № 2. S. 106 - 112.