Онтологические начала функционирования гражданского оборота

Вопросы частного права

Научная специальность

12.00.03 «Гражданское право; предпринимательское право; семейное право;

международное частное право»

УДК 347.1

ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ НАЧАЛА ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБОРОТА

© Виниченко Ю. В., 2019

Байкальский государственный университет, Иркутск, Россия

В развитие разрабатываемой научной теории гражданского оборота как системы рассматривается вопрос о факторах (началах), влияющих на функционирование данной системы. В числе последних выделяются онтологические начала - фактические обстоятельства жизни общества, обусловившие появление гражданского оборота и определяющие его существование (бытие) и развитие, предпринимается их анализ. Обосновывается, что к онтологическим началам функционирования гражданского оборота следует относить: 1) экономические факторы (в их числе: а) персонификацию имущества; б) общественное разделение труда в форме производственной специализации; в) уровень материального, технического и технологического общественного развития; г) ограниченность ресурсов); 2) географические факторы; 3) факторы, характеризующие субъектов - участников гражданского оборота (в их числе: а) безграничность потребностей субъектов; б) разумность как природную познавательную способность физических лиц адекватно воспринимать окружающую действительность, понимать связь вещей и явлений и действовать целесообразно этой связи; в) персональные ценностные качества субъектов - их этические, морально-нравственные личностные свойства). Отмечается, что онтологические начала функционирования гражданского оборота являются объективными (т. е. существуют независимо от человеческого сознания) и по своему происхождению и влиянию на гражданский оборот имеют эндогенный (внутренний) характер, вследствие чего они определяют естественное, закономерное движение данной системы; таким образом, знание этих факторов позволяет выявлять тенденции развития гражданского оборота, а на этом основании - направления соответствующего правового воздействия на него. В то же время обращается внимание на то, что при определении и реализации мер, направленных на регулирование гражданского оборота, непременно следует учитывать элемент флуктуации, присущий факторам, связанным с характеристикой субъектов -участников оборота.

Ключевые слова: гражданский оборот, система гражданского оборота, научная теория гражданского оборота, функционирование гражданского оборота, начала функционирования гражданского оборота, онтологические начала функционирования гражданского оборота, эндогенные факторы, правовое регулирование гражданского оборота, системный подход.

Приступая к рассмотрению вопроса, вынесенного в заглавие настоящей работы, в числе вводных положений, прежде всего, необходимо сделать ряд понятийно-терминологических пояснений:

1) относительно понятия функционирования гражданского оборота. Исходя из восприятия гражданского оборота как социальной системы [131] и положений общей теории систем

1 В порядке уточнения авторской позиции, изложенной в указанной статье, считаем необходимым отметить, что дальнейшее осмысление проблемы понимания гражданского оборота привело нас к выводу о том, что гражданский оборот опосредует удовлетворение не только имущественных потребностей субъектов. В связи с этим скорректировано предложенное нами ранее определение гражданского оборота; на настоящий момент мы исходим из следующего его понимания: гражданский оборот есть система социальных связей, призванная опосредовать удовлетворение индивидуальных потребностей ее участников путем смены обладателей благ (объектов, имеющих потребительную стоимость).

(далее - ОТС), постулирующих, что функционированием системы является ее деятельность на пути достижения цели [38; 44, гл. II, III], реальный пространственно-временной процесс осуществления ею определенной функции [20, с. 97], под функционированием гражданского оборота (или, что то же - экономического оборота, оборота [14]) в дальнейшем изложении будет пониматься деятельность этой системы на пути достижения цели ее существования - опосредования удовлетворения индивидуальных потребностей участников оборота - путем реализации такой функции данной системы, как смена обладателей благ (объектов, имеющих потребительную стоимость);

2) относительно понятия онтологических начал функционирования гражданского оборота. Мы подразумеваем под ними фактические об-

стоятельства жизни общества, обусловившие появление гражданского оборота и определяющие его существование (бытие) и развитие. Приведенное определение основывается на восприятии гражданского оборота как подсистемы общества, функционирующей под воздействием множества различных начал (факторов), а также на разделяемой нами научной позиции, касающейся интерпретации категории «начало». В последнем вопросе мы вслед за Н. П. Асланян -автором соответствующей научной теории [4] -полагаем верным выделять в категории «начало» два смысловых компонента - гносеологический и онтологический: гносеологическими (мировоззренческими, теоретико-познавательными) началами определенного феномена являются его «идеальные, концептуальные основания», т. е. система принципов, воззрений, взглядов, представлений о данном феномене [5, с. 33]; онтологическими («бытийственны-ми», историческими) - «факторы, вызвавшие его к жизни, оказавшие существенное воздействие на обретение им бытия, обусловившие ту или иную его форму» [5, с. 203]1. Указанные начала, разграничиваемые по субстанциональному признаку2, различны по своей природе, которая проявляется в характере их влияния, в частности, на функционирование гражданского оборота: влияние онтологических начал является объективным (т. е. независимым от человеческого сознания), гносеологических начал -субъективным (соответственно, зависимым от сознания людей, производным от него).

Здесь же необходимо пояснить, в чем усматривается теоретическая и практическая значимость исследования поставленного вопроса. На наш взгляд, он крайне важен с юридико-праг-матической точки зрения: только зная, чем обусловлено то или иное состояние либо поведение системы гражданского оборота, какие начала (факторы) имеют при этом решающее значение и каков характер их влияния, можно более или менее точно прогнозировать направления развития данной системы, а на этом основании -принимать такие новые либо так изменять или дополнять существующие правовые нормы, призванные регламентировать гражданский оборот, которые будут иметь ожидаемый от этого эффект, не сопровождаясь «побочным действием» (сводящим на нет самые благие за-

конодательные мотивы) типа обхода закона, криминализации оборота или иных подобных негативных социальных явлений.

Характеристика онтологических начал функционирования гражданского оборота

Исследование вопроса об онтологических началах функционирования системы гражданского оборота представляется целесообразным начать с рассмотрения генезиса данной системы.

Предпринятый анализ специальной литературы по истории первобытного общества, истории экономики и экономической теории позволяет утверждать, что возникновение оборота явилось объективным следствием общественного развития, а именно перехода наших предков к земледелию и скотоводству, т. е. от присваивающего (собирательства, охоты и рыболовства) к производящему хозяйству [39, с. 8-9, 20-21, 37-38 и др.; 1, с. 184, 305 и др.; 50, с. 11, 15-16 и др.; 22, с. 16; 23, с. 89-90 и др.]. При этом занятие земледелием следует рассматривать не просто как смену рода и характера деятельности членов данного доклассового общества, а как переход от первобытной общины к общине земледельческой (крестьянской), характеризующейся дуализмом между общинной собственностью на землю и парцеллярным крестьянским хозяйством, с неизбежностью предполагавшим частное присвоение продуктов труда [25, с. 418419]. Именно с появлением «своего» имущества у отдельных членов общины стали возможны и отношения по переходу благ3, обмена ими.

Без появления индивидуальной собственности (не как права, а как фактической принадлежности, присвоенности), в условиях собственности коллективной, оборот (смена обладателей) благ возникнуть не мог. По существу, индивидуальное присвоение сформировало субъектов оборота, первым объектом которого явился избыточный продукт. Таким образом, одним из онтологических начал системы гражданского оборота и ее функционирования - фактором, детерминировавшим ее появление, - следует признать персонификацию имущества (индивидуальное присвоение благ, индивидуальную собственность в экономическом смысле). Данный фактор имел значение не только на стадии зарождения (возникновения) системы оборо-та4; в качестве непременного, конститутивного условия функционирования данной системы он

1 Такими «первоистоками», «порождающей стихией», по мнению ученого, могут быть любые факторы, т. е. любые существенные фактические обстоятельства [5, с. 33].

2 В контексте основного вопроса философии, на категориях которой покоится данная градация, онтологические (исторические) начала относятся к сфере материального (бытию), гносеологические (мировоззренческие) - к сфере идеального (сознанию).

3 В экономической теории определяемых как «любая полезность (предмет, явление, продукт труда), удовлетворяющая определенную человеческую потребность» [27, с. 33].

4 Которое произошло с переходом от родовой к земледельческой общине (в период неолита, т. е. еще до нашей эры), а не, как полагают отдельные ученые, «в связи с принятием Гражданского кодекса РФ» [19, с. 5].

выступает на всем протяжении истории общества. «Ничьи» блага обращаться не могут.

При этом, подчеркнем, речь должна идти именно о фактической присвоенности благ. С одной стороны, индивидуальная собственность в ее нормативном отображении была известна на Руси еще в начале X в., о чем свидетельствуют договоры «с греками» (911, 945 гг.), содержащие нормы о наследстве: «Ибо ежели бы имущество принадлежало роду, - писал И. Д. Беляев, - то не было бы места для завещания: член рода не мог бы распоряжаться и отдавать в собственность после своей смерти то, на что и сам не имел права собственности при жизни» [7, с. 71]. С другой стороны, о юридическом отношении к вещам, т. е. о праве собственности на них, как представляется, можно говорить не ранее закрепления на законодательном уровне самого понятия «право собственности», что в России происходит только в конце XVIII в., в указах Екатерины II (Манифест 28 июня 1782 г.)1. Но если права собственности до этого момента не существовало, а была только собственность как фактическое (экономическое) завладение, присвоение «навеки», «впрок» [15, с. 591, 527, 641, 696, 758, 759], то, онтологически связывая оборот благ исключительно с правом собственности на них, придется сделать вывод, что гражданского оборота в тот период не было.

Чем же тогда объяснить наличие в памятниках русского права - Русской Правде (относящейся к XII в.), Новгородской2 и Псковской3 судных грамотах, Судебниках 1497 и 1550 гг., Соборном уложении 1649 г. - норм, касающихся оборота имущественных благ?

Помимо положений об опосредующих оборот договорах (купле-продаже, займе, найме, залоге и др.), это, в частности, нормы о порядке наследования, содержавшиеся в ст. 90-95, 98, 100-106 Пространной редакции Русской Правды [35, с. 70-71], ст. 15, 88-91 Псковской Судной грамоты [35, с. 333, 339-340], ст. 60 Судебника 1497 г. [36, с. 61], ст. 92 Судебника 1550 г. [36, с. 119], ст. 1-15 и др. гл. XVII «О вотчинах» Соборного уложения 1649 г. [37, с. 178-182].

К нормам, связанным с переходом имущественных благ, можно отнести и многочисленные правила о возмещении вреда. Например, в

1 Впрочем, в данной связи уместно привести замечание С. В. Пах-мана, сделанное правоведом в 1877 г., о том, что понятие права собственности «и поныне не установилось даже в законодательстве, так что самыя выражения "собственность" и "владение" употребляются большею частию как синонимы» [30, с. 2].

2 Вопрос о времени составления Новгородской судной грамоты является дискуссионным. Исследователи относят ее к разным периодам - 1440, 1446, 1456, 1471 гг. (подробнее см. [35, с. 303-304]).

3 1397 г. (1467 г.). О датировании Псковской судной грамоты см.

[15, с. 122; 35, с. 345].

ст. 2 Русской Правды в ее Краткой редакции по Академическому списку устанавливалось, что если кто-то не может за себя мстить, «то взяти ему на обиду 3 гривне, а летцю мъзда» [35, с. 47], что в переводе Б. Б. Кафенгауза означает «пусть возьмет с виновного 3 гривны и сверх того плату лекарю» [48, с. 4]. Об обязанности возместить убытки потерпевшему за лжесвидетельство, в случае потравы посева скотом говорилось в ст. 61, 67 Судебника 1497 г. [36, с. 61-62], ст. 86, 99 Судебника 1550 г. [36, с. 117-118, 120]. О возможности «доправити по сыску, и отдати истцу» причиненные последнему убытки, «взя-ти цену» по оценке сторонних людей за учиненную «поруху», за испорченное («мышми... изъ-еденое») платье или за определенную наемную вещь, гласили нормы ст. 211, 216, 224, 272-274 и др. гл. X «О суде» Соборного уложения 1649 г. [37, с. 138-140, 148-149].

Наконец, в рассматриваемых актах содержалась масса положений о торговле, купцах и т. п. (случаях «на торгу»4, «торговцех», «торговых людех» и «торговых гостех»): нормы ст. 32, 34, 37, 48, 54, 55, 117 Пространной редакции Русской Правды [35, с. 66-68, 72]; преамбула, правила ст. 17, 18, 36, 38 Новгородской судной грамоты [35, с. 304, 306-308]; нормы ст. 27, 38, 45, 46, 47, 101 Псковской судной грамоты [35, с. 334-337, 341-343]; положения ст. 46, 47, 55 и др. Судебника 1497 г. [36, с. 60-61]; правила ст. 26, 85, 90, 91, 93, 95 и др. Судебника 1550 г. [36, с. 101, 117-119]; нормы ст. 26, 206, 269, 276 и др. гл. X «О суде» Соборного уложения 1649 г. [37, с. 106, 136, 148-149]. Помимо приведенных норм, содержащихся в сводных законодательных актах (касающихся разнообразных общественных отношений), были и специальные акты, посвященные регламентации торговых отношений. В качестве примера можно привести Новгородский устав великого князя Всеволода о церковных судах, людях и мерилах торговых5 - документ, которым князь устанавливал за городом контроль над торговыми мерами и связанный с ними суд, а также взимание торговых пошлин (см., в частности, ст. 4, 15 указанного акта [35, с. 250-251, 255-256, 252]).

Признавая реальную значимость, а не номинальный характер всего массива приведенных выше норм, т. е. отражение в них наиболее ак-

4 Относительно значения термина «торг» уместно привести комментарий специалистов к ст. 32 Пространной редакции Русской Правды, на основании которого можно заключить, что он понимался как городская торговая площадь: «.указание на форму информации о бежавшем (закличють и [его] на торгу) -публичное извещение на городской торговой площади.» [35, с. 96].

5 В вопросе датирования данного документа историки не единодушны; разброс мнений варьируется от 1136 г. до конца XIV в. [35, с. 249].

туальных и многочисленных, как можно полагать, ситуаций и отношений, существующих в обществе и нуждающихся в упорядочении, следует признать и факт наличия самих соответствующих социальных связей.

То же можно сказать и о советском периоде. Категорические возражения вызывают суждения типа «в Советском Союзе гражданского оборота не было», подкрепляемые указанием на отсутствие в нашем государстве того периода права частной собственности. В качестве контраргумента достаточно привести терминологию и положения ст. 16, 20-23, 54, 181 ГК РСФСР 1922 г.1, п. 3 постановления Совмина СССР от 13 августа 1958 г. № 914 «Об утверждении Положения о Государственном архивном фонде Союза ССР и сети центральных государственных архивов СССР»2.

Возвращаясь к общему вопросу о факторах, онтологически детерминирующих функционирование гражданского оборота, укажем, что

1 В частности, ст. 181 Кодекса касалась купли-продажи и устанавливала, что ее предметом «может быть всякое имущество, не изъятое из гражданского оборота»; особые правила действовали в отношении права покупки золотой и серебряной монеты и иностранной валюты. Общий характер имела норма ст. 20, в соответствии с которой имущество, изъятое из гражданского оборота, могло быть объектом гражданского права «лишь в тех пределах, в каких это положительно указано законом». Часть из таких пределов, по сути, устанавливалась в непосредственно следующих за ст. 20 иных статьях Кодекса, однако, заметим, при этом использовался термин не «гражданский», а «частный оборот». Так, норма ст. 21 ГК РСФСР гласила: «Земля является достоянием государства и не может быть предметом частного оборота. Владение землею допускается только на правах пользования». Изъятыми из частного оборота являлись также национализированные и муниципализированные предприятия, их оборудование, железные дороги и их подвижной состав, национализированные суда, а равно национализированные и муниципализированные строения (ст. 22). В соответствии с положением ст. 23 изъятыми из частного оборота признавались: оружие (кроме охотничьего оружия и огнеприпасов, приобретение которых регулировалось особыми правилами), взрывчатые вещества, воинское снаряжение, летательные аппараты, телеграфное и радиотелеграфное имущество, аннулированные ценные бумаги, спиртные напитки свыше установленной законом крепости и сильнодействующие яды. Выражение «частный оборот» содержалось и в норме ст. 54 Кодекса, согласно которой предметом частной собственности могли быть: «немуниципализированные строения, предприятия торговые, предприятия промышленные, имеющие наемных рабочих в количестве, не превышающем предусмотренного особыми законами; орудия и средства производства, деньги, ценные бумаги и прочие ценности, в том числе золотая и серебряная монета и иностранная валюта, предметы домашнего обихода, хозяйства и личного потребления, товары, продажа коих не воспрещается законом, и всякое имущество, не изъятое из частного оборота». Термин «гражданский оборот» использовался также в норме ст. 16 Кодекса, устанавливающей, что «юридические лица участвуют в гражданском обороте и вступают в сделки через посредство своих органов или через своих представителей» // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

2 Норма данного пункта постановления устанавливала, что «документальные материалы, включенные в состав Государственного архивного фонда Союза ССР, изъяты из гражданского оборота и не могут являться объектом купли-продажи и других сделок со стороны учреждений, организаций, предприятий, а также отдельных граждан» // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

еще одним началом рассматриваемой системы следует считать общественное разделение труда, самым непосредственным образом обусловливающее необходимость удовлетворения субъектами своих потребностей за счет «чужих» благ. Можно утверждать, что по мере экономического развития общества отмеченное разделение только нарастает. Степень и масштабы производственной специализации3, наблюдаемой сегодня во всех сферах (секторах) и на всех уровнях экономики (от микро- до мезо-, макро- и мега-)4, очевидны любому обывателю и дают основание для вывода: общественное разделение труда не только обусловило появление оборота [23, с. 89-91], но в форме специализации продолжает оказывать влияние на его функционирование и в настоящее время. В частности, оно определяет такое функциональное свойство системы гражданского оборота, как активность, которое характеризует поведение системы, выражающее ее способность оказывать воздействие на среду, исходя из собственных целей или функциональных задач [33, с. 384]. Подобное воздействие может заключаться, например, в необходимости выработки системой права (как самостоятельной, наряду с гражданским оборотом, подсистемой общества и в этом смысле элементом внешней среды системы оборота) юридических основ новых видов экономической (хозяйственной) деятельности5. Являясь по существу направлением естественного развития системы оборота, специализация обеспечивает также реализацию такого функционального процесса последней, как самовоспроизводство - спонтанное, т. е. самопроизвольно протекающее поведение системы, направленное на ее воспроизводство за счет внутренних ресурсов и резервов [33, с. 385].

Другим внутренним ресурсом и резервом, обеспечивающим самовоспроизводство си-

3 В экономической теории этим термином обозначают: «1) сосредоточение деятельности на относительно узких, специальных направлениях, отдельных технологических операциях или видах выпускаемой продукции; 2) приобретение специальных знаний и навыков в определенной области; 3) разделение труда по его отдельным видам, формам» [32]. Выделяют такие виды специализации, как: предметная (выпуск конечного продукта), подетальная (выпуск отдельных деталей для производства готовой продукции), технологическая (специализация отдельных стадий технологического процесса) [16, с. 306; 32].

4 В микроэкономике за основу анализа берется наименьшая хозяйственная единица - «домохозяйство» (отдельная фирма); мезоэ-кономика изучает законы и поведение определенных подсистем национальной экономики (агропромышленный комплекс, региональная экономика и т. п.); макроэкономика исследует экономику страны в целом; мегаэкономика изучает законы и поведение мировой экономики [27, с. 19].

5 Например, семейного предпринимательства, на необходимость специального законодательного регулирования в России которого указывается в отечественной юридической литературе [24], или, скажем, робототехники [3].

стемы гражданского оборота, наверное, еще в большей мере, является непрерывно увеличивающий свои темпы уровень материального, технического и технологического общественного развития. Именно данный фактор обусловил в свое время переход общества от доиндустри-альной экономики к индустриальной, а последней - к постиндустриальной. Очевидно, что при сохранении сущности системы оборота (выполнения им функции смены обладателей имущественных благ) состав оборота, сложность его структуры и интенсивность в отмеченные периоды были различными. Материальное, техническое и технологическое развитие общества ведет к расширению и модификации экономических связей, порождая усложнение и видоизменение структуры системы гражданского оборота - появление в ней уровней, а в настоящее время - также «виртуализацию» пространства самого гражданского оборота. С этим связаны и функциональные интеграционные процессы (в ОТС понимаемые как объединение элементов и частей системы в целое, достижение системой целостности более высокого уровня [33, с. 385]): тенденция их расширения в гражданском обороте по мере прогресса материально-технического развития общества имеет характер общесистемной закономерности.

Рассматриваемый фактор детерминирует такое видовое свойство системы гражданского оборота, как ее динамический характер1, предполагающий постоянное развитие данной системы, т. е. количественное и качественное изменение ее состава (видов объектов, субъек-тов)2, типов и видов связей между элементами (например, появление и развитие электронной коммерции), что обусловливает не только необходимость периодической корректировки соответствующих правовых норм (либо такое их юридико-техническое оформление, которое если и не исключит вовсе, то минимизирует постоянное внесение изменений и дополнений в нормативные правовые акты), но и ставит вопрос о появлении в юридической науке и законодательстве принципиально новых разделов (например, так называемого права роботов или робототехнического права [3]).

1 Подробнее о предлагаемых в науке типологиях систем см. [33, с. 389-398].

2 Например, на современном этапе - появление криптовалюты, виртуального «игрового» имущества как фактически наличествующих объектов оборота или такой разновидности субъектов, как социальные интернет-сети [49]. Здесь же можно указать на бесконечно приумножающиеся идентификаторы, в том числе виртуальные, которые «позволяют установить, выявить, опознать» субъектов и объекты гражданского оборота [34]: ИНН (идентификационный номер налогоплательщика), идентификационные коды автора ORCID и ResearcherlD, кадастровые номера недвижимости, штрих-коды, e-mail, доменные имена и т. д.

Говоря о фактических социальных обстоятельствах функционирования гражданского оборота, следует указать также на ограниченность и редкость ресурсов, необходимых для производства благ. В экономической теории естественная ограниченность ресурсов (природных, инвестиционных, трудовых) интерпретируется как их конечность; редкость ресурсов заключается в том, что «все имеющиеся в распоряжении любого общества ресурсы всегда недостаточны для полного удовлетворения всех потребностей людей» [27, с. 30]. Иногда такое разграничение не проводят, просто отмечая, что ресурсы «недостаточны, т. е. ограничены. Если бы ресурсов хватало, то не было бы надобности в экономической теории, поиске путей повышения уровня благосостояния общества» [40, с. 18].

С любой из указанных позиций об ограниченности ресурсов, на наш взгляд, можно говорить не только в масштабах общества в целом, но и относительно каждого конкретного субъекта. В последнем случае влияние данного фактора на систему гражданского оборота усматривается в том, что в условиях ограниченности ресурсов перед субъектами - участниками оборота всегда стоит задача выбора: какими из своих потребностей они могут пренебречь и от каких благ, необходимых для удовлетворения этих потребностей, они готовы отказаться. Безусловно, это не может не сказываться на системе связей, образующих гражданский оборот, на избираемых субъектами моделях своего поведения и, как следствие, на соответствующих формах их правового опосредования (например, заключение с целью получения имущества договоров не купли-продажи, а мены, аренды, найма и т. п.).

В числе онтологических факторов, влияющих на функционирование гражданского оборота, нельзя не выделить и географический фактор. Его значимость отмечают, в частности, экономисты [23, с. 478, 493, 497 и др.], по мнению которых главными условиями, или средами, в которых осуществляется деятельность людей, являются две: социальная (общественная) и естественная (географическая); к социальной среде жизни людей относят отношения собственности и социальное устройство общества, к естественной среде - разного рода ресурсы и иные условия жизни [27, с. 29-30].

Выделенный фактор, на наш взгляд, влияет на ряд моментов. Прежде всего, этим определяется объем и скорость оборота: представляется бесспорным, что процесс гражданского оборота, скажем, в районах Крайнего Севера протекает значительно медленнее, чем в любом из российских мегаполисов; в последних система

гражданского оборота функционирует более интенсивно. Соответственно, разнится и объем товарооборота. Природно-климатические, суть также географические, условия объективно определяют, кроме этого, потребности субъектов и, следовательно, преобладающие объекты оборота (их состав) в границах той или иной территории, климатической зоны: очевидно, что, например, в Иркутской области в отличие от Краснодарского края потребность в меховых изделиях и удельный вес последних в общем количестве оборачиваемых объектов несравнимо больше, чем потребность в пляжных купальных костюмах и их доля на рынке.

С точки зрения функционирования системы гражданского оборота под воздействием географического фактора проявляется, в частности, такое свойство данной системы, как реактивность (характеризующее поведение системы, однозначно обусловленное воздействием среды [33, с. 384]), а также свойство адаптивности (характеризующее степень приспособленности системы к новым условиям ее развития [Там же]) и соответствующий ему функциональный процесс приспособления системы к изменяющимся условиям жизнедеятельности - адаптацию.

В отдельную группу онтологических начал функционирования системы гражданского оборота можно выделить факторы, характеризующие субъектов - участников гражданского оборота.

К ним, на наш взгляд, прежде всего, следует отнести безграничность потребностей субъектов в смысле их неутолимости. «Человек представляет собой испытывающее нужду животное и редко достигает состояния полного удовлетворения, разве что на короткое время. Как только удовлетворяется одно желание, тут же его место занимает другое. Когда и оно удовлетворено, на передний план выступает третье и т. д. Отличительной чертой человека на протяжении всей его жизни является то, что он беспрерывно чего-то желает», - писал знаменитый американский психолог А. Х. Маслоу [26, с. 3738], как известно, расположивший все потребности человека1 в виде определенной иерархии, получившей название «пирамида Маслоу». Эмпирический опыт убеждает нас в абсолютной справедливости данного суждения: удовлетворив все «низшие» потребности, человек не останавливается и продолжает подниматься вверх по пирамиде потребностей все выше и

1 Ученый определил пять наборов целей, которые обозначил базовыми потребностями, и отнес к ним: физиологические нужды, потребность в безопасности, потребность в любви, потребность в удовлетворении чувства собственного достоинства и потребность в самоактуализации. Подробнее см. [26, с. 45-55].

выше. Именно данным началом обусловлены и эмерджентность системы гражданского оборота (т. е. свойство системы и ее компонентов, связанное с поддержанием целостности системы и обусловленное наличием в ней интегративных связей [33, с. 385]), и ее устойчивость (т. е. способность системы поддерживать намеченный режим функционирования, сохранять равновесие, несмотря на возмущающие воздействия [Там же]). Иными словами, именно благодаря неиссякаемости человеческих потребностей люди, несмотря на внутренние колебания или внешние потрясения, будут изыскивать возможности и средства для удовлетворения своих потребностей, вновь и вновь порождая инте-гративные связи, образующие существо гражданского оборота, и тем самым делая последний бесконечно функционирующей системой.

Еще одним онтологическим началом функционирования системы гражданского оборота, по нашему мнению, является разумность как природная познавательная способность физических лиц, непосредственно участвующих в гражданском обороте, адекватно воспринимать окружающую действительность, понимать связь вещей и явлений и действовать целесообразно этой связи2. Указанную способность субъектов как компонентов системы гражданского оборота уже в первом приближении нельзя не соотнести с таким функциональным свойством любой системы, как целесообразность -способность элементов и подсистем подчинять свое поведение общим целям системы [Там же]. Более того, разумность не только обусловливает определенное (целесообразное) поведение участников системы гражданского оборота, в том числе следование ими существующим правилам и нормам, но и выступает началом, буквально - источником самоорганизации и саморегуляции данной системы, т. е. деятельности по выработке внутренних правил или моделей действия оборота (обычаев, деловых обыкновений, договорных конструкций и т. п.), а также реакции на то или иное воздействие на систему оборота со стороны внешней среды, включая установления позитивного права. Как писал В. М. Хвостов, «разум, отличающий человека от животного, дает возможность сознательно относиться и к социальной жизни. Многое в истории человеческих обществ является продуктом условий, не зависящих от человеческого рассудка и не входящих в людские расчеты. Но тем не менее целевая деятельность людей, освещаемая данными познания, составляет могущественный фактор социального развития.

2 Тезис о возможности подобного понимания категории «разумность» в гражданском праве был обоснован нами ранее [12].

Она приводит к тому, что и формы человеческого общежития не остаются одними и теми же, но постоянно развиваются и разнообразятся» [47, с. 9-10].

Особое место в ряду онтологических факторов функционирования системы гражданского оборота, на наш взгляд, занимают персональные ценностные качества субъектов, представляющие собой сформированные у субъектов под влиянием социума их этические, морально-нравственные личностные свойства1. Такими ценностными качествами являются, в частности, справедливость, до-бросовестность2. По причине ограниченности рамок настоящей работы, не допускающих как подробного анализа соответствующих категорий, так и освещения множества имеющихся релевантных научных работ, в общем виде укажем лишь, из какого понимания справедливости и добросовестности мы исходим, причисляя их к онтологическим началам функционирования гражданского оборота, и в чем, по нашему мнению, состоит их онтологическое влияние на действие исследуемой системы.

Справедливость мы понимаем как нечто, обеспечивающее баланс интересов различных субъектов [21, с. 353 и др.], как «компромисс, сочетание противоположных интересов, в результате которого каждый получает "свое"» [2, с. 58]3; добросовестность - как масштаб, стандарт оценивания поведения субъектов (объективная добросовестность)4 либо как извинительное незнание конкретного лица о фактах или правах других лиц (субъективная добросовестность) [29, с. 56; 6, § 2 Ч. I; 17, с. 8-9; 31, с. 111-112]5. Указанные, равно как и иные пер-

1В данной связи сделаем оговорку терминологического толка - об использовании терминов и соответствующих им понятий «этика» («этический»), «мораль» («моральный») и «нравственность» («нравственный»). Предприняв попытку их разграничения и убедившись, что интерпретация данных терминов неоднозначна (см.: [42, с. 408]), а их исходные значения близки до уровня смешения (см.: [45, с. 587; 46, с. 309, 275-276]), поскольку это не приблизит нас к сути основного вопроса - о влиянии соответствующих факторов на функционирование системы гражданского оборота - мы позволили себе обобщенно обозначить эти факторы как «ценностные» (т. е. отражающие дихотомии «добро и зло», «добродетель и порок», «справедливость и своенравность», «правильное и неправильное» и др.), безотносительно к их характеристике как этических, моральных, нравственных, морально-нравственных, морально-этических и т. п.

2 Онтологическое свойство каждого из них обосновано и в циви-листической литературе [2, с. 117, 119, 25, 58; 28, с. 153 и др.].

3 В отечественной науке гражданского права этический характер принципа справедливости признают, например, А. Г. Карапетов, А. И. Савельев, Д. Е. Богданов, С. А. Иванова [21, с. 279 и след., 309; 9, с. 6, 19 и след.; 19, с. 16].

4 Содержание которой составляет обязанность субъектов «проявлять должную заботливость о правах и интересах других участников гражданского оборота» [18, с. 225].

5 Нравственный характер добросовестности в юридической лите-

ратуре отмечают, например: [6; 10, с. 11, 24-25; 43, с. 25].

сональные ценностные качества субъектов, следует относить не к гносеологическим, а к онтологическим началам функционирования гражданского оборота ввиду свойственности их субъектам как элементу данной системы. Иными словами, персональные ценностные качества субъектов выступают факторами, онтологически (бытийственно) обусловливающими функционирование системы гражданского оборота, поскольку являются не «голой» идеей, абстрактными представлениями о справедливости и добросовестности, а качествами, реально воплощенными в конкретных лицах и, таким образом, существующими в этой системе как некая объективно наличествующая данность, непосредственно детерминирующая действия субъектов, а через это - и функционирование системы гражданского оборота в целом.

Следует заметить, что к числу ценностных личностных свойств субъектов могут быть отнесены не только справедливость и добросовестность. Так, Н. Л. Бондаренко рассматривает в качестве фактора, активизирующего гражданский оборот, доверие6, отмечая, что эффективный гражданский оборот «немыслим без доверия к законодателю, определяющему "правила игры"» [11, с. 65].

Позиция Н. Л. Бондаренко в части рассмотрения доверия как фактора, оказывающего влияние на гражданский оборот, принципиальных возражений не вызывает и в целом заслуживает поддержки. Вместе с тем не вполне ясно, что понимает автор под эффективностью гражданского оборота. На наш взгляд, термин «эффективный» применительно к гражданскому обороту является излишним, поскольку противоположного - неэффективного гражданского оборота быть не может: выражение «эффективный гражданский оборот» буквально означает, что гражданский оборот достигает определенного эффекта (результата), а по существу - что он функционирует; но, если гражданский оборот не будет функционировать (достигать результата своего действия - смены обладателей благ), следует констатировать, что он отсутствует.

Кроме этого, не можем согласиться с тезисом Н. Л. Бондаренко, согласно которому «правила

6 А именно, указывая на дискуссионность вопроса о необходимости использования этических ценностных категорий в гражданско-правовых отношениях, она пишет, что «вместе с тем эффективное функционирование гражданского оборота возможно только на основе доверия его участников друг к другу, государству, законодателю, судебной системе» [11, с. 64]. При этом доверие автор трактует как «психологическое состояние, когда субъект добровольно, осознанно и без колебаний ставит свое личное благополучие в зависимость от внешнего фактора, которому доверяет» [Там же].

игры» для гражданского оборота определяет законодатель. Безусловно, роль позитивного права в нормировании системы оборота весьма значительна. Однако неверно полагать, что поведение этой системы зависит исключительно от внешнего законодательного воздействия на нее. Гораздо большее влияние на функционирование гражданского оборота оказывают рассмотренные онтологические начала.

В силу своей объективной природы, т. е. существования вне и независимо от человеческого сознания, онтологические начала имеют характер сущностно неизменных данностей, закономерностей. При этом все они, за исключением географического фактора, по характеру происхождения и влияния на гражданский оборот являются внутрисистемными, следовательно, эндогенными1 и, таким образом, факторами, определяющими эволюционное, естественное (само-)развитие системы оборота. В частности, такие факторы, как персонификация имущества, общественное разделение труда, уровень материального, технического и технологического общественного развития, ограниченность ресурсов, можно объединить в группу экономических начал, эндогенный характер которых по отношению к системе гражданского оборота вытекает из того, что последняя относится, как мы установили, к экономической сфере общества [13; 14]. Что касается таких факторов, как безграничность потребностей субъектов, разумность (природная познавательная способность физических лиц) и персональные ценностные качества субъектов, то они относятся к числу эндогенных, т. е. определяющих действие системы гражданского оборота изнутри, на том основании, что характеризуют участников гражданского оборота, являющихся элементом данной системы.

Объективный характер существования онтологических начал функционирования системы гражданского оборота, а также их принадлежность к числу эндогенных факторов, детерминирующих внутреннее естественное (эволюционное, закономерное) развитие системы оборота, с одной стороны, свидетельствуют о самодостаточности данной системы, о ее высоком самоорганизационном потенциале, а с другой, юридически значимой, - позволяют, при условии знания таких факторов, относительно точно определять тенденции развития гражданского оборота и на этом основании -направления соответствующего правового воздействия на него. В частности, прогнози-

1 Эндогенный (от «эндо...» [гр. епйоп - внутри]) - «внутреннего происхождения, вызываемый внутренними причинами» [41, с. 716-717].

руемым является появление в гражданском обороте новых видов хозяйственной деятельности и расширение интеграционных процессов (что объективно обусловлено постоянным развитием производственной специализации), новых видов объектов (что детерминировано материально-техническим и технологическим социальным прогрессом), повышение общего уровня потребностей субъектов (что диктуется уровнем материального развития современного общества, а также безграничностью потребностей субъектов) и т. д. Безусловно, для конкретики и точности соответствующих прогнозов необходимы дополнительные «вводные» данные, например: информация о том, в каких направлениях ведутся перспективные научно-технические исследования и экспериментальные разработки - для выявления объектов, которые могут потребовать оформления их специального правового режима; статистические данные о количестве и составе потребляемых субъектами благ, степени удовлетворенности участников оборота актуальной ситуацией, их ожиданиях и т. п. - для определения организационно-правовых форм деятельности, договорных и иных конструкций, востребованных у субъектов оборота, достаточности этих форм и конструкций, готовности субъектов на пути удовлетворения своих потребностей безоговорочно следовать нормативно-правовым предписаниям.

В данной связи следует отметить, что уровень социального сознания, отраженного в персональных ценностных свойствах субъектов, равно как и уровень развития познавательных способностей, потребностей, у всех субъектов различен. Более того, поведение каждого из субъектов в сфере оборота с позиций морально-нравственной оценки, целесообразности принимаемых решений, не является стабильным (постоянным), наверняка предсказуемым. Указанные обстоятельства определяют отнесение системы гражданского оборота к числу вероятностных, специфической особенностью которых, согласно ОТС, является «отсутствие регулярности в поведении элементов: их характеристики изменяют свои значения независимым образом» [8, с. 10]. Это обстоятельство следует учитывать при принятии тех или иных правовых норм либо иных государственно-управленческих решений, направленных на урегулирование гражданского оборота, изначально допуская наличие в прогнозах реакции последнего на определенное воздействие со стороны права доли «погрешности».

Обобщая изложенное, онтологическими началами системы гражданского оборота, т. е. фактическими обстоятельствами жизни обще-

ства, обусловившими появление гражданского оборота и объективно определяющими его существование (бытие) и развитие, следует признать: 1) экономические факторы, в их числе: а) персонификацию имущества; б) общественное разделение труда, на современном этапе имеющее форму производственной специализации; в) уровень материального, технического и технологического общественного развития; г) ограниченность ресурсов; 2) географический фактор; 3) факторы, характеризующие субъектов - участников гражданского оборота, в их числе: а) безграничность потребностей субъектов; б) разумность как природную познавательную способность физических лиц адекватно воспринимать окружающую действительность, понимать связь вещей и явлений и действовать целесообразно этой связи; в) персональные ценностные качества субъектов - их этические, морально-нравственные личностные свойства.

Онтологические начала функционирования системы гражданского оборота имеют объективный, т. е. независимый от человеческого сознания характер и, за исключением географического фактора, по характеру происхождения и влияния на гражданский оборот являются эндогенными, т. е. определяющими естественное (эволюционное, закономерное) развитие данной системы, исходя из чего знание таких факторов позволяет определять тенденции развития гражданского оборота и на этом основании - направления соответствующего правового воздействия на него. В то же время часть онтологических начал функционирования системы гражданского оборота, а именно связанная с характеристикой субъектов - ее участников, содержит элемент флуктуации, что непременно следует учитывать при определении и реализации мер, направленных на регулирование гражданского оборота. Ш

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Алексеев В. П., Першиц А. И. История первобытного общества : учебник. М. : Высш. шк., 1990. 351 с.

2. Аракелян А. Ю. Справедливость в российском гражданском праве : дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.03. Краснодар, 2008. 225 с.

3. Аристов Е. В., Кузнецова О. А. К вопросу о формировании и развитии права роботов (правового регулирования робототехники) // Наука и образование: хозяйство и экономика; предпринимательское право; право и управление. 2018. № 8 (99). С. 58-62.

4. Асланян Н. П. Основные начала российского частного права : дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.03. Москва, 2001. 365 с.

5. Асланян Н. П. Основные начала российского частного права : монография. Иркутск : Изд-во ИГЭА, 2001. 270 с.

6. Белов В. А. К вопросу о недобросовестности налогоплательщика: критический анализ правоприменительной практики. М. : Волтерс Клувер, 2006. 96 с.

7. Беляев И. Д. Лекции по истории русского законодательства. М. : Типо-лит. С. А. Петровского и Н. П. Панина, 1879. 736 с.

8. Блауберг И. В. Целостность и система // Системные исследования. Ежегодник 1977. М. : Наука, 1977. С. 5-28.

9. Богданов Д. Е. Справедливость как основное начало гражданско-правовой ответственности в российском и зарубежном праве : монография. М. : Проспект, 2013. 271 с.

10. Богданова Е. Е. Добросовестность участников договорных отношений и проблемы защиты их субъективных гражданских прав : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.03. М., 2010. 63 с.

11. Бондаренко Н. Л. Доверие как условие эффективного гражданского оборота // Пятый пермский международный конгресс ученых-юристов : материалы Между-нар. науч.-практ. конф. (г. Пермь, Перм. гос. нац. исслед. ун-т, 24-25 окт. 2014 г.) / отв. ред. О. А. Кузнецова. Пермь, 2014. С. 63-65.

12. Виниченко Ю. В. Разумность в гражданском праве России : автореф. дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.03. Иркутск, 2003. 21 с.

13. Виниченко Ю. В. Гражданский оборот как система // Сиб. юрид. вестн. 2015. № 4. С. 47-53.

14. Виниченко Ю. В. О соотношении гражданского и экономического оборота // Изв. Иркут. гос. экон. акад. 2015. Т. 25, № 5. С. 879-887. Э01 : 10.17150/1993-3541.2015.25(5).879-887.

15. Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. М. : Территория будущего, 2005. 800 с.

16. Гацалов М. М. Современный экономический словарь-справочник. Ухта : УГТУ 2002. 371 с.

17. Дроздова Т. Ю. Добросовестность в российском гражданском праве : автореф. дис. . канд. юрид. наук : 12.00.03. М., 2005. 26 с.

18. Епифанцева Т. Ю. Принцип добросовестности в гражданском праве // Принципы права: общетеоретические и отраслевые аспекты : материалы Межвуз. круглого стола, проводимого в рамках 70-й конф. преподавателей и докторантов БГУЭП (г. Иркутск, 25 марта 2011 г.). Иркутск, 2011. С. 222-225.

19. Иванова С. А. Принцип справедливости в гражданском праве России : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.01, 12.00.03. Владимир, 2006. 45 с.

20. Каган М. С. Система и структура // Систем. исслед. Ежегодник 1983. М. : Наука, 1983. С. 86-106.

21. Карапетов А. Г. Свобода договора и ее пределы. Т. 1: Теоретические, исторические и политико-правовые основания принципа свободы договора и его ограничений / А. Г. Карапетов, А. И. Савельев. М. : Статут, 2012. 452 с.

22. Крымин В. Н. Введение в экономическую историю. История экономики : учеб. пособие. М. : Юрайт, 2019. 184 с.

23. Курс лекций по основам экономики; микроэкономике; макроэкономике / под ред. В. П. Горева. Иркутск : Изд-во БГУЭП, 2003. 541 с.

24. Левушкин А. Н. Семейное супружеское предпринимательство и продажа бизнеса супругов по законодательству Российской Федерации // Законы России: опыт, анализ, практика. 2018. № 4. С. 25-29.

25. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. М. : Гос. изд-во полит. лит., 1961. Т. 19. 670 с.

26. Маслоу А. Х. Мотивация и личность. М. : Питер, 2014. 351 с.

27. Маховикова Г. А., Гукасьян Г. М., Амосова В. В. Экономическая теория : учебник и практикум. М. : Юрайт, 2019. 443 с.

28. Новикова Т. В. Понятие добросовестности в российском гражданском праве : дис. . канд. юрид. наук : 12.00.03. Краснодар, 2008. 192 с.

29. Новицкий И. Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права // Вестн. граждан. права. 1916. № 6. С. 56-90.

30. Пахман С. В. Обычное гражданское право в России. Юридические очерки. Т. 1: Собственность, обязательства и средства судебного охранения. СПб. : тип. 2-го отд. собственной Е. И. В. канцелярии, 1877. 447 с.

31. Принципы гражданского права и их реализация : монография / под ред. Т. П. Подшивалова, Г. С. Демидовой. М. : Проспект, 2017. 352 с.

32. Райзберг Б. А., Лозовский Л. Ш., Стародубцева Е. Б. Современный экономический словарь. М. : Инфра-М, 2011 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

33. Резник Ю. М. Введение в социальную теорию: Социальная системология. М. : Наука, 2003. 525 с.

34. Рожкова М. А. Идентификаторы [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2017. 18 янв. URL: https://zakon.ru/ blog/2017/01/18/identifikatory (дата обращения: 12.04.2019).

35. Российское законодательство X-XX вв. В 9 т. Т. 1: Законодательство Древней Руси. М. : Юрид. лит.,

1984. 432 с.

36. Российское законодательство X-XX вв. В 9 т. Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М. : Юрид. лит.,

1985. 520 с.

37. Российское законодательство X-XX вв. В 9 т. Т. 3: Акты Земских соборов. М. : Юрид. лит., 1985. 512 с.

38. Сагатовский В. Н. Опыт построения категориального аппарата системного подхода // Философ. науки. 1976. № 3. С. 67-78.

39. Семенов Ю. И. Первобытная коммуна и соседская крестьянская община // Становление классов и государства : сб. стат. М. : Наука, 1976. С. 7-86.

40. Сидоров В. А., Кузнецова Е. Л., Болик А. В. Общая экономическая теория: учебник для студентов высших учебных заведений [Электронный ресурс] : электрон. учеб. изд. Майкоп : ЭлИТ, 2017, 603 с. URL: http://201824.selcdn. ru/elit-050/index.html (дата обращения: 10.04.2019).

41. Современный словарь иностранных слов. СПб. : Дуэт, 1994. 752 с.

42. Современный философский словарь / под общ. В. Е. Кемерова. М. : Акад. проект, 2004. 864 с.

43. Татарников А. В. Принципы разумности и добросовестности в гражданском праве России : автореф. дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.03. М., 2010. 30 с.

44. Уемов А. И. Системный подход и общая теория систем. М. : Мысль, 1978. 272 с.

45. Философия : энцикл. словарь / под ред. А. А. Иви-на. М. : Гардарики, 2004. 1072 с.

46. Философский энциклопедический словарь / ред.-сост. Е. Ф. Губский, Г. В. Кораблева, В. А. Лутченко. М. : Ин-фра-М, 2002. 576 с.

47. Хвостов В. М. Общая теория права. Элементарный очерк. М. : Университет. тип., 1905. 212 с.

48. Хрестоматия по истории государства и права России : учеб. пособие / сост. Ю. П. Титов. М. : Проспект, 2000. 472 с.

49. Черемисинова М. Е. Социальная интернет-сеть в качестве субъекта правоотношений // Право в сфере Интернета : сб. ст. / рук. авт. кол. и отв. ред. М. А. Рожкова. М. : Статут, 2018. С. 375-386.

50. Экономическая история : учебник / О. Д. Кузнецова, И. Н. Шапкин, А. С. Квасов, Л. И. Пермякова. М. : Юрайт, 2016. 424 с.

REFERENCES

Alekseev V.P., Pershits A.I. Istoriya pervobytnogo obshchestva. Moscow, Vyssh. shk. Publ., 1990, 351 p.

Arakelyan A.Yu. Spravedlivost v rossiyskom grazhdanskom prave. Dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.03. Krasnodar, 2008, 225 p.

Aristov E.V., Kuznetsova O.A. K voprosu o formirovanii i razvitii prava robotov

Aslanyan N.P. Osnovnye nachala rossiyskogo chastnogo prava. Dis. ... d-ra yurid. nauk : 12.00.03. Moscow, 2001, 365 p.

Aslanyan N.P. Osnovnye nachala rossiyskogo chastnogo prava. Irkutsk, IGEA Publ., 2001, 270 p.

Belov V.A. K voprosu o nedobrosovestnosti nalogoplatelshchika: kri-ticheskiy analiz pravoprimenitelnoy praktiki. Moscow, Volters Kluver Publ., 2006, 96 p.

Belyaev I.D. Lektsii po istorii russkogo zakonodatelstva. Moscow, Tipo-lit. S. A. Petrovskogo i N. P. Panina Publ., 1879, 736 p.

Blauberg I.V. TSelostnost i Sistema. Sistemnye issledovaniya. Ezhegodnik 1977. Moscow, Nauka Publ., 1977, pp. 5-28.

Bogdanov D.E. Spravedlivost kak osnovnoe nachalo grazhdansko-pravovoy otvetstvennosti v rossiyskom i zarubezhnom prave. Moscow, Prospekt Publ., 2013, 271 p.

Bogdanova E.E. Dobrosovestnost uchastnikov dogovornykh otnosheniy i problemy zashchity ikh subektivnykh grazhdanskikh prav. Avtoref. dis. . d-ra yurid. nauk : 12.00.03. Moscow, 2010. 63 p.

Vinichenko Yu.V. Razumnost v grazhdanskom prave Rossii. Avtoref. dis. . kand. yurid. nauk : 12.00.03. Irkutsk, 2003, 21 p.

Vinichenko Yu.V. Grazhdanskiy oborot kak Sistema. Sibirskiy yuri-dicheskiy vestnik, 2015, no 4, pp. 47-53.

Vinichenko Yu.V. O sootnoshenii grazhdanskogo i ekonomicheskogo oborota. Izvestiya Irkutskoy gosudarstvennoy ekonomicheskoy akademii, 2015, vol. 25, no 5, pp. 879-887. DOI : 10.17150/1993-3541.2015.25

Vladimirskiy-Budanov M.F. Obzor istorii russkogo prava. Moscow, Ter-ritoriya budushchego Publ., 2005, 800 p.

Gatsalov M.M. Sovremennyy ekonomicheskiy slovar-spravochnik. Ukh-ta, UGTU Publ., 2002, 371 p.

Drozdova T.Yu. Dobrosovestnost v rossiyskom grazhdanskom prave. Avtoref. dis. . kand. yurid. nauk : 12.00.03. Moscow, 2005, 26 p.

Ivanova S.A. Printsip spravedlivosti v grazhdanskom prave Rossii. Avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk : 12.00.01, 12.00.03. Vladimir, 2006, 45 p.

Kagan M.S. Sistema i struktura. Sistemnye issledovaniya. Ezhegod-nik 1983. Moscow, Nauka Publ., 1983, pp. 86-106.

Karapetov A.G., Savelev A.I. Svoboda dogovora i ee predely. T. 1: Teoreticheskie, istoricheskie i politiko-pravovye osnovaniya printsipa svobody dogovora i ego ogranicheniy. Moscow, Statut Publ., 2012, 452 p.

Krymin V.N. Vvedenie v ekonomicheskuyu istoriyu. Istoriya ekonomi-ki. Moscow, YUrayt Publ., 2019, 184 p.

Gorev V.P.

Levushkin A.N. Semeynoe supruzheskoe predprinimatelstvo i pro-dazha biznesa suprugov po zakonodatelstvu Rossiyskoy Federatsii. Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika, 2018, no 4, pp. 25-29.

Marks K., Engels F. Sochineniya. Vol. 19. Moscow, Gos. izd-vo polit. lit. Publ., 1961, 670 p.

Maslou A.KH. Motivatsiya i lichnost. Moscow, Piter Publ., 2014, 351 p.

Makhovikova G.A., Gukasyan G.M., Amosova V.V. Ekonomicheskaya teoriya : uchebnik i praktikum. Moscow, YUrayt Publ., 2019, 443 p.

Novikova T.V. Ponyatie dobrosovestnosti v rossiyskom grazhdanskom prave. Dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.03. Krasnodar, 2008, 192 p.

Novitskiy I.B. Printsip dobroy sovesti v proekte obyazatelstvennogo prava. Vestn. grazhdanskogo prava, 1916, no 6, pp. 56-90.

Pakhman S.V. Obychnoe grazhdanskoe pravo v Rossii. YUridicheskie ocherki. T. 1. Sobstvennost, obyazatelstva i sredstva sudebnogo okhraneniya. Sankt-Peterburg, 1877, tip. 2-go otd. sobstvennoy E. I. V. kantselyarii Publ., 447 p.

Podshivalov T.P., Demidova G.S.

Rayzberg B.A., Lozovskiy L.SH., Starodubtseva E.B. Sovremennyy ekonomicheskiy slovar. Moscow, Infra-M Publ., 2011. KonsultantPlyus. [Elektronnyy resurs].

Reznik Yu.M. Vvedenie v sotsialnuyu teoriyu : Sotsialnaya sistemo-logiya. Moscow, Nauka Publ., 2003, 525 p.

Rozhkova M.A. Identifikatory [Elektronnyy resurs]. Zakon.ru. 2017. 18 yanv. URL: https://zakon.ru/blog/2017/01/18/identifikatory

Rossiyskoe zakonodatelstvo X-XX vv. In 9 vol., vol. 1. Zakonodatel-stvo Drevney Rusi. Moscow, Yurid. lit. Publ., 1984, 432 p.

Rossiyskoe zakonodatelstvo X-XX vv. In 9 vol., vol. 2. Zakonodatel-stvo perioda obrazovaniya i ukrepleniya Russkogo tsentralizovannogo gosudarstva. Moscow, Yurid. lit. Publ., 1985, 520 p.

Rossiyskoe zakonodatelstvo X-XX vv. In 9 vol., vol. 3. Akty Zemskikh soborov. Moscow, Yurid. lit. Publ., 1985, 512 p.

Sagatovskiy V.N. Opyt postroeniya kategorialnogo apparata sis-temnogo podkhoda, Filosofskie nauki, 1976, no 3, pp. 67-78.

Semenov Yu.I. Pervobytnaya kommuna i sosedskaya krestyanskaya ob-shchina. Stanovlenie klassov i gosudarstva: sb. statey. Moscow, Nauka Publ., 1976, pp. 7-86.

Sidorov V.A., Kuznetsova E.L., Bolik A.V. Obshchaya ekonomicheskaya teoriya [Elektronnyy resurs]. Maykop, ElIT Publ., 2017, 603 p. URL: http://201824.selcdn.ru/elit-050/index.html

Sovremennyy slovar inostrannykh slov. Sankt-Peterburg, Duet Publ., 1994, 752 p.

Kemerova V.E.

Tatarnikov A.V. Printsipy razumnosti i dobrosovestnosti v grazh-danskom prave Rossii. Avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.03. Moscow, 2010, 30 p.

Uemov A.I. Sistemnyy podkhod i obshchaya teoriya sistem. Moscow, Mysl Publ., 1978, 272 p.

Ivin A.A.

Gubskiy E.F., Korableva G.V., Lutchenko V.A.

Titov Yu.P.

CHeremisinova M.E. Sotsialnaya internet-set v kachestve subekta pravootnosheniy. Pravo v sfere Interneta. Sb. st. Ruk. avt. kol. i otv. red. M.A. Rozhkova. Moscow, Statut Publ., 2018, pp. 375-386.

Kuznetsova O.D., SHapkin I.N., Kvasov A.S., Permyakova L.I. Ekonomicheskaya istoriya. Moscow, YUrayt Publ., 2016, 424 p.

Ontological Bases of Civil Circulation Functioning

© Vinichenko lu. V., 2019

Within the development of scientific theory of civil circulation as a system the author refers to the issue of factors (bases) affecting the functioning of such system. Among such bases are allocated ontological bases - factual circumstances of the life of society, which led to the emergence of the civil circulation, determine its existence (being) and development and which are analyzed in this article. It is grounded that the ontological bases of civil circulation functioning should include: 1) economic factors (among them: a) personification of property; b) social division of labor in form of production specialization; c) level of material, technical and technological social development; d) resource constraints); 2) geographical factors; 3) factors characterizing subjects - participants of civil circulation (among them: a) infinity of subjects' needs; b) rationality as natural cognition ability of individuals to sufficiently perceive surrounding reality, recognize connection of things and occurrences and act appropriate to mentioned connection; c) personal value merits of subjects - their ethical, moral personal specifications). It is noted that ontological bases of civil circulation functioning are objective (i.e. exist independently of people's consciousness) and by its origin and influence on civil circulation have endogenous (internal) character, and therefore they determine natural, regular movement of mentioned system; thus, knowledge of these factors allows to identify development trends of civil circulation and based on this - direction of relevant legal regulation of it. At the same time the author draws the attention to the fact that in case of defining and implementing measures to regulate civil circulation it is necessary to take into account fluctuation element inherent in factors characterizing subjects - participants of circulation.

Keywords: civil circulation; system of civil circulation; scientific theory of civil circulation; functioning of civil circulation; bases of civil circulation functioning; ontological bases of civil circulation functioning; endogenous factors; legal regulation of civil circulation; systems approach.