"Спрос на газ будет расти"

На протяжении уже двух недель по первой нитке подводного газопровода "Северный поток" в Европу бесперебойно подается российский газ. Руководитель нового департамента "Россия" акционера проекта "Северный поток" компании "Винтерсхалл" МАРИО МЕРЕН полагает, что немецкие акционеры не ошиблись, поддержав пять лет назад инициативу "Газпрома".

Газопровод "Северный поток" (Nord Stream) идет через акваторию Балтийского моря от бухты Портовая (район Выборга в Ленинградской области) до побережья Германии (район Грайфсвальда). Протяженность — около 1,2 тыс. км. Среди акционеров — ОАО "Газпром" (51%), немецкие E.ON Ruhrgas (15,5%) и Wintershall AG (15,5%), голландская N.V. Nederlandse Gasunie (9%), французская GDF Suez (9%). Общая стоимость проекта составила €8,8 млрд. Первая нитка символически запущена с территории Германии 8 ноября 2011 года. В настоящее время "Газпром" занимает около четверти газового рынка в Европе.

"Винтерсхалл Холдинг ГмбХ" (Wintershall Holding GmbH) — 100% дочернее предприятие концерна BASF (г. Людвигсхафен, Германия), более 75 лет занимается поиском и добычей нефти и газа в Европе, Северной Африке, Южной Америке, России и Прикаспийском регионе. Разворачивается геологоразведка в Персидском заливе. В компании занято более 2 тыс. сотрудников из 35 стран. Через совместные предприятия с ОАО "Газпром" (компании WINGAS и WINGAS TRANSPORT) Wintershall является ведущим игроком на рынке газоснабжения на рынках Германии и Европы.

— Когда акционеры компании ждут первых дивидендов от проекта "Северный поток"?

— Компания "Винтерсхалл" стала первой иностранной компанией, поддержавшей проект. Мы были той глухой лягушкой, что добиралась до вершины горы, не слушая тех, кто говорил, что это невозможно. Наши исследования подтвердили, что "Северный поток" — это наиболее эффективный транзитный путь для российского газа. В мае управляющий директор компании Маттиас Варниг в интервью телеканалу Russia Today сообщил, что проектный срок окупаемости составит 14-15 лет.

— А ваше видение "Южного потока", акционером которого компания стала в марте?

— Когда ситуация на мировых рынках не отличается стабильностью, очевидной становится необходимость инвестиций в надежное обеспечение транспортировки энергоресурсов. Именно "Южный поток", на наш взгляд, сможет обеспечить дополнительные гарантии надежного снабжения энергоресурсами Южной Европы. Мы обладаем уникальным опытом реализации подобных проектов и сможем оказать не только инвестиционно-финансовую, но и технологическую поддержку проекту. "Винтерсхалл" примет участие в строительстве морской части газопровода.

Планируемая проектная мощность газопровода "Южный поток" на первом этапе 31,5 млрд куб. м газа в год, максимальная — 63 млрд куб. м. Длина трубы по российской территории составляет 4150 км, морского участка — около 940 км, базового маршрута по территории Евросоюза Побережье Болгарии--Сербия--Венгрия--Словения--Австрия — 1,7 тыс. км. От основной трассы предполагаются отводы в Хорватию и Македонию, рассматривается вариант строительства ветки через Грецию в Италию. На текущий момент уже завершено ТЭО морского участка и сухопутных участков в странах, через которые пройдет труба. Сейчас идет разработка проектной документации. Ввод газопровода в эксплуатацию ожидается в 2015 году.

— Какой видится кривая падения (или повышения) спроса на газ в ближайшие три, пять, десять лет в Европе? В мире?

— Суммарный рост спроса на энергоносители до 2030 года может составить 45%. Основным источником роста, на наш взгляд, станут азиатские страны. Спрос на газ в Европе будет расти. По данным Кембриджской ассоциации энергетических исследований, импорт природного газа в ЕС к 2015 году возрастет до 420 млрд куб. м, а в 2020 году уже составит 470 млрд куб. м, что на 42% больше, чем в 2009 году.

На наш взгляд, природный газ сегодня оптимальное решение для обеспечения энергетической безопасности Европы. Это экологически чистая энергия по доступным ценам.

В Германии на сегодняшний день около 5 млрд кВт электроэнергии производится с помощью солнечных панелей — это примерно 1% необходимого нам электричества. Германия — страна с самым большим количеством солнечных батарей. С середины 1990-х годов в эту область было инвестировано €23 млрд. Но в этом нет особой пользы, если это развитие может поддерживаться лишь миллиардными субсидиями. Эффективность выглядит иначе.

Общая сумма инвестиций в "Северный поток" — €7,4 млрд. Мощность газопровода составит 55 млрд куб. м природного газа в год. Это значит, что один газопровод в состоянии обеспечить энергией, сопоставимой с тем объемом, который производят 40 атомных электростанций, 50 электростанций, работающих на угле, или 160 тыс. ветроэнергетических установок.

А если сравнивать эффективность "Северного потока" с транспортировкой сжиженного газа, то для того, чтобы доставить объем газа, который будет прокачиваться по трансбалтийской магистрали в год, понадобилось бы 600 танкеров с СПГ.

Главным критерием должна оставаться эффективность.

К тому же атомная энергия, на которую в Европе возлагали большие надежды, после страшных событий в Японии переживает серьезный кризис, и пока неизвестно, как именно будет развиваться атомная энергетика в дальнейшем.

— В чем ошибка "Газпрома", что он упускает, настаивая на формуле "бери или плати" (take or pay)?

— Я бы, наверное, не стал называть это ошибкой. Большинство контрактов, по которым работает "Газпром", долгосрочные, то есть российская сторона гарантирует своим потребителям определенное количество топлива вне зависимости от текущей рыночной конъюнктуры. В основе всех соглашений и контрактов лежит взаимовыгодный подход. Претензии по поводу take or pay возникали в основном в 2009 году после кризиса, когда спрос на энергию в Европе значительно снизился. Сейчас мы видим, что на мировых рынках нарастает напряженность, в том числе из-за сложной ситуации в арабских странах. Кроме того, мы испытываем нарастающую конкуренцию за энергоресурсы со стороны развивающихся стран, прежде всего Китая. Евросоюзу нужно гарантировать поставки энергоресурсов, и расширение сотрудничества с Россией может существенно снизить наши риски. Стабильность поставок энергоресурсов является основой для нашего будущего.

— Как вы можете объяснить природу сентябрьских обысков в дочерних компаниях "Газпрома"?

— Могу лишь сказать, что в дочерних компаниях ОАО "Газпром" и "Винтерсхалла" обысков не было.

— Что вы думаете по поводу недооцененности газа на мировом углеводородном рынке?

— Если говорить о текущей ситуации на рынке, то газ действительно недооценен. При пересчете основных углеводородов, нефти и газа, на их теплотворную способность сегодня цена газа составит всего порядка 70% от цены нефти. Экспортеры газа стремятся к тому, чтобы цена газа стала сопоставима с ценой нефти. Рано или поздно это произойдет.

Недооцененными являются и уникальные характеристики природного газа как самого экологически чистого из ископаемых видов топлива. При выработке одной единицы энергии из природного газа выделяется меньше углекислого газа, чем у всех известных энергоносителей. Использование природного газа может стать самым эффективным инструментом для достижения глобальных климатических целей по снижению углеводородных выбросов в атмосферу помимо внедрения энергоэффективных технологий и развития возобновляемых источников энергии.

— Ваша оценка налогового климата в России.

— Национальная налоговая политика — это внутреннее дело России. Для компаний, вкладывающих средства в долгосрочные проекты, как это делает "Винтерсхалл", важно, чтобы налоговая политика и налоговые системы были надежными и не подвергались сильным изменениям. Вполне возможно, что повышение налогов на добычу полезных ископаемых в России, которое в настоящее время обсуждается и, в частности, коснется "Газпрома", повлияет и на наши проекты. Не исключено, что оно окажет сильное влияние на экономическую эффективность уже сделанных и планируемых инвестиций.

— Как вы оцениваете инвестиционную составляющую российской экономики? А если в сравнении с Чили, где вы работали?

— "Винтерсхалл" работает в России уже более 20 лет. За эти годы мы инвестировали в экономику России сотни миллионов евро и реализовали не один совместный проект. Все эти годы нам всегда удавалось договариваться с нашими российскими партнерами. Само появление отдельного департамента "Винтерсхалла", курирующего проекты в России,— яркое свидетельство того, что нам комфортно работать в России, мы готовы вкладывать деньги и видим здесь будущее.

Я бы не стал сравнивать Россию и Чили. Но у меня сложилось впечатление, что бюрократические барьеры, препятствующие предпринимательской деятельности, в Чили немножко ниже, чем в России. Хотя немецкие компании привыкли иметь дело с бюрократическими барьерами.

— Основной риск в нефтегазовой отрасли связан с ограниченностью запасов и месторождений, а основная бизнес-возможность — с разведкой и разработкой месторождений. Это про Россию, как вы думаете?

— Это абсолютно стандартное правило. Критерии, о которых вы говорите, носят не национальный, а отраслевой характер. Все предприятия отрасли сталкиваются со схожими проблемами вне зависимости от их географического месторасположения. Помимо ограниченности запасов и месторождений одним из основных рисков является также доступ предприятий к существующим запасам. Например, в этом году мы все были свидетелями многочисленных ситуаций нестабильности в странах Северной Африки и Ближнего Востока, оказавших существенное влияние на ресурсный рынок. С другой стороны, сегодня развитие технологий, совершенствование бизнес-процессов, ожидаемый высокий спрос на энергоносители позволяют добывающим компаниям идти в регионы, деятельность в которых ранее считалась рискованной и высокозатратной. Другой важной задачей является повышение дебита на существующих месторождениях.

— Судя по вашему карьерному росту, вы человек преуспевающий, чего это стоит с точки зрения напряжения сил, расходования времени, жертв в отношении семьи и др.?

— Моя карьера сложилась, и, что немаловажно, я все время оставался частью одной компании. Работая внутри одной компании, не надо тратить дополнительных сил и времени на адаптацию. Кроме того, я всегда имел счастье иметь хороших сотрудников, ведь успех не достигается в одиночку. Несомненно, чем-то приходится жертвовать. Мой рабочий график предполагает огромное количество поездок по всему миру, иногда — в самые отдаленные его уголки, но я стараюсь соблюдать баланс между работой и личной жизнью. Надеюсь, мне это удается, но наверняка об этом лучше могла бы сказать моя жена.