Гражданско-правовая инициатива и диспозитивность: сравнительно-правовой анализ

УДК 347

ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ИНИЦИАТИВА И ДИСПОЗИТИВНОСТЬ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ

CIVIL LAW INITIATIVE AND DISPOSITION:

COMPARATIVE LEGAL ANALYSIS

Е. В. ЖЕЛТОВА

Представлен сравнительно-правовой анализ двух черт метода гражданско-правового регулирования: диспозитивности и инициативы. Исследуются сущностные характеристики обеих правовых категорий, их общие и отличительные черты. Обосновывается вывод о самостоятельности инициативы как черты метода гражданско-правового регулирования.

Ключевые слова: правовая инициатива, диспозитивность, свобода выбора в гражданском обороте, воля.

The article contains comparative legal analysis of two features of the civil-legal regulation method: disposition and initiative. Intrinsic characteristics of those legal categories, their common and distinctive features are analyzed. The author justifies the conclusion about the independence of initiative as the feature of the civil-law regulation method.

Key words: legal initiative, disposition, freedom of choice in civil circulation, will.

Прежде чем приступить к сравнительноправовому анализу инициативы и диспозитивности в рамках гражданско-правового регулирования (как основных черт метода гражданско-правового регулирования) представляется логичным и целесообразным сначала раскрыть сущностные характеристики исследуемых правовых категорий.

Относительно правовой инициативы в науке гражданского права сегодня нет единого подхода к её пониманию. Автором настоящей статьи была подробно изучена общелексическая семантика понятия «инициатива». Применительно к цивилистической науке предлагается следующее определение правовой инициативы: это свобода (независимость) субъекта гражданского права в определении своего поведения и приоритетных направлений собственной деятельности, выраженная в форме конкретных действий, имеющих целью порождение определённых правовых последствий, и обусловленная, с одной стороны, активностью и целесообразностью человеческого мышления и мотивированными поведенческими особенностями человеческой личности,

с другой стороны, материальными потребностями (нуждами) субъекта.

Анализ предложенной дефиниции позволяет выявить следующие характерные черты исследуемого понятия:

1) инициатива всегда предполагает проявление свободы её носителем, заключающейся в самостоятельной деятельности субъекта гражданского права в определении его прав и обязанностей. Свобода есть социальное содержание инициативы;

2) правовая инициатива предполагает активную позицию субъекта, совершение им конкретных волевых действий. Сама по себе свобода действий обусловлена спецификой гражданско-правового регулирования, именно благодаря правовому регулированию свобода индивида становится реальностью. Однако сам закон не делает человека свободным, он лишь открывает альтернативы для свободного действия. Но чтобы реализовать возможности, предусмотренные действующим гражданским законодательством, субъект права должен «пойти вперед», совершая при этом активную деятельность. Поэтому и

© Желтова Е. В., 2012

инициатива как продолжение свободы лица «вовне» в гражданском праве рассматривается как деятельность, иначе как в деятельности она не может быть обнаружена.

Субъективное гражданское право реализуется в активном поведении людей, которые проявляют инициативу. Следовательно, инициативность есть неотъемлемое качество данной личности, когда её волеизъявление «продолжает» себя в других людях. Воля юридического лица также рассматривается как его способность инициативно направлять свою деятельность в области гражданско-правовых отношений к достижению поставленных перед ним целей, обусловленных конкретными экономическими и иными интересами. Юридическое лицо наряду с другими субъектами участвует в гражданском обороте посредством деятельности соответствующих органов, которые и выражают его волю вовне. Без проявления правовой инициативы нет и не может быть деятельности юридического лица в гражданском обороте;

3) основное воздействие на инициативу личности оказывают собственные интересы, материальные нужды лица. Именно конкретный интерес (материальная потребность) служит источником инициативной деятельности людей. При этом в основе частного интереса отдельного лица всегда лежат материальные нужды последнего. Также интерес строится на мышлении и поведенческих особенностях субъекта, который осознает свои потребности и, как правило, способен сам предпринять активные действия для их удовлетворения. Проанализировав свои потребности, а затем сформировав свою волю в процессе отражения объективной действительности в своём сознании, субъект гражданского права переходит к активным действиям по воплощению в жизнь задуманного и осознанного им варианта поведения, направленного на порождение прав и обязанностей, т. е. презюмируется, что интересы находят своё выражение во всяком субъективном праве. Совершению субъектом гражданского права каких бы то ни было действий, т. е. волеизъявлению лица всегда предшествует формирование воли, обусловленной конкретным интересом лица. Такая последовательность действий характерна для возникновения как имущественных, так и личных неимущественных правоотношений.

Что касается диспозитивности, то в ци-вилистической науке она традиционно рассматривается в качестве принципа осуществления гражданских прав [1] и черты метода [2] гражданско-правового регулирования.

Один из наиболее видных исследователей гражданско-правовой концепции диспо-зитивности О. А. Красавчиков, который впервые сформулировал само понятие данной правовой категории, понимал её как «основанную на нормах данной отрасли права юридическую свободу (возможность) субъектов гражданских правоотношений осуществлять свою правосубъектность и свои субъективные права (приобретать, реализовать или распоряжаться ими) по своему усмотрению» [3]. Т. Н. Молчанова, рассматривая диспозитив-ность как возможность совершения автономных юридических действий, делает акцент на самоопределение, индивидуальную регламентацию, когда право урегулирования гражданских правоотношений государство предоставляет самим субъектам гражданского права; а также дополняет вышеуказанное определение указанием на возможность обязанных лиц исполнять свои обязанности по своему усмотрению путём совершения правомерных юридических действий в рамках закона [4].

В монографическом исследовании Р. Б. Брюхова диспозитивность рассматривается в двух значениях: в широком смысле как свобода приобретать субъективные гражданские права и юридические обязанности, определяя структуру субъективных гражданских прав, в том числе путём отступления от правил, установленных диспозитивными нормами закона при совершении сделок, и в узком смысле как свобода осуществлять субъективные гражданские права, использовать формы (порядок) и способы защиты нарушенных прав, выбирать размер и формы привлечения к гражданско-правовой ответственности [5].

Исходя из данных определений, сделаем вывод, что в общем виде диспозитивность представляет собой свободу выбора варианта поведения при возникновении, осуществлении, распоряжении субъективными правами, предполагает автономию воли. Но и правовая инициатива рассматривалась нами как средство реализации свободы. Нет ли в данном случае смешения понятий и не включает ли одна категория другую?

Представляется, что ответ в данном случае отрицательный, хотя, справедливости ради, следует отметить, что общего между правовой инициативой и диспозитивностью действительно много. Остановимся сначала на общих моментах:

1. Оба анализируемых явления базируются на Гражданском кодексе Российской Федерации, нормы которого выступают в качестве их правовой основы. Хотя законодателем ни термин «диспозитивность», ни термин «правовая инициатива» в тексте основного отраслевого закона практически не используются, не вызывает сомнения тот факт, что Кодекс «пронизан» данными категориями, начиная с формулировки общих начал гражданского законодательства и заканчивая положениями об интеллектуальной собственности.

2. Правовая инициатива и диспозитив-ность являются правовыми составляющими свободы [6].

Свобода является своего рода базовым понятием как для автономии воли, так и для инициативы. Притом она связывает обе правовые конструкции таким образом, что позволяет участнику гражданских правоотношений сначала независимо от других субъектов сформировать свою волю внутри самого себя, а затем действовать по своему усмотрению в целях реализации задуманного. Другими словами, свобода (реализуемая через автономию воли и правовую инициативу) используется в качестве движущего начала в формировании (становлении) и развитии гражданских правоотношений.

3. Обе категории предполагают самостоятельность, ввиду чего В. Ф. Яковлев даже допускает возможность отождествления этих понятий [7]. Так, «инициатива выражается в поведении, для которого характерна та или иная степень самостоятельности» [8], а диспозитив-ность есть самостоятельное принятие решений относительно выбора варианта поведения.

4. И диспозитивность, и инициатива находят своё проявление на различных стадиях механизма гражданско-правового регулирования. Р. Б. Брюхов заключает, что «диспозитивность ... отражается в конструкции правовых норм, иных регуляторов общественных отношений, в том числе служит основой деления норм права на диспозитивные и императивные; различается в зависимости от

правосубъектности; имеет свои средства реализации, отнюдь не полностью совпадающие со всеми основаниями возникновения гражданских прав и обязанностей; содержится в субъективных правах на стадии правоотношений; проявляется не только при осуществлении гражданских прав, но и при выборе формы, способов, объёма их защиты, размера и формы привлечения к гражданско-правовой ответственности» [9].

Обе категории взаимообусловлены и развиваются параллельно: инициатива предопределяется диспозитивностью: расширение свободы, предоставление большего объёма дис-позитивности означает и увеличение многообразия её форм и направленности [10], другими словами, расширение возможностей проявления инициативы. В качестве примера можно привести институт брачного договора, законодательно закреплённый в действующем Гражданском кодексе РФ и Семейном кодексе РФ. Появление данного института опосредует динамику имущественных отношений между супругами, одновременное развитие при этом получают и диспозитивность, и правовая инициатива сторон.

И диспозитивность, и правовая инициатива имеют объективно обусловленные границы, поскольку сама свобода в условиях сосуществования огромного количества субъектов в гражданском праве не может быть безграничной. Свобода объективно обладает определёнными пределами, такими как разумность субъекта и соблюдение им моральных норм. При выходе за данные пределы поступок перестает признаваться свободным и, следовательно, не может защищаться правом в качестве такового.

Однако, несмотря на внешнюю схожесть рассматриваемых категорий, различия между ними носят сущностный характер.

Во-первых, диспозитивность лежит в плоскости возможности, а инициатива - в плоскости действительности [11]. Поскольку сама воля - категория, относящаяся к внутреннему миру личности, инициатива в данном случае является внешним (активным) проявлением автономии воли лица. Она находит своё проявление в наделении субъектов гражданского оборота дееспособностью, т. е. способностью приобретать, изменять, прекращать права и обязанности своими действиями.

В то же время для непосредственной реализации этих прав необходима движущая сила, а именно воля лица на их осуществление. Следовательно, сначала лицо, исходя из своих потребностей, определяет свой интерес и свободно формирует свою волю (это некий процесс внутри самого индивида), а затем происходит реализация заложенных в правоспособности возможностей путём совершения соответствующих действий, выражение своих желаний и интересов вовне, т. е. проявление инициативы. Иными словами, автономия воли - первоначальная, «теоретическая» возможность выбора одного (нескольких) из вариантов поведения в соответствии с целями и задачами, стоящими перед участником правоотношений, а проявление инициативы - выбор конкретного варианта поведения и его дальнейшая реализация. Без проявления инициативы автономия воли имеет только значение возможности выбора, но не реализации задуманного. Само волеобразование без волеизъявления не имеет никакого гражданско-правового значения. Другими словами, одной диспозитивности недостаточно для реального волеизъявления субъекта гражданского права.

Как было отмечено ранее, свобода определяется возможностями лица. Свобода получает своё реальное выражение только в практической деятельности лица; в конечном счёте, она выступает в виде поступка. Другими словами, возможность превращается в действительность только посредством совершения субъектом определённых действий, проявления им инициативы. Так, при заключении гражданско-правового договора действия стороны направлены на определение его условий, определение контрагента, а сама процедура заключения договора есть инициативное действие.

Во-вторых, диспозитивность может быть выражена в форме как действия, так и бездействия, а проявление инициативы - всегда только действие. Действительно, сформированная воля может и не иметь практической реализации, в то время как инициатива всегда предполагает активную позицию лица. Так, например, недостаточно только сформировать абстрактную волю на заключение договорных отношений, необходимо ещё определиться с контрагентом, условиями договора, формой его заключения и т. д. В сфере вещных правоотношений также необходимы конкретные

конклюдентные действия, а не только волеоб-разование. От одной воли лица право собственности и иные вещные права не приобретаются и не возникают. С этой точки зрения инициатива как черта метода гражданско-правового регулирования представляется более значимой, нежели автономия воли, поскольку гражданское право есть право активной реализации, право конкретных действий, нацеленных на определённый правовой результат. Также данное принципиальное отличие диспозитивности от правовой инициативы в совокупности с предыдущим анализом, безусловно, даёт все основания говорить об инициативе как самостоятельной черте метода гражданско-правового регулирования.

Подводя итоги, ещё раз отметим взаимообусловленность правовой инициативы и диспозитивности, взаимосвязь этих явлений, без реализации которых идея свободы носила бы только декларативный характер.

1. См., например: Гражданское право : учебник для вузов. Часть первая I под ред. Т. И. Илларионовой, Б. М. Гонгало, В. А. Плетнева. -С. 48 и далее.

2. См.: Братусь С. Н. Предмет и система советского гражданского права. - М. : Юрид. лит., 19б3 ; Брюхов Р. Б. Диспозитивность в гражданском праве России : дис. ... канд. юрид. наук. - Екатеринбург, 200б. - С. 13, 27-39 ; Егоров Н. Д. Гражданско-правовое регулирование общественных отношений: единство и дифференциация. - Л. : Изд-во ЛГУ, 1988 ; Молчанова Т. Н. Диспозитивность в советском гражданском праве : дис. ... канд. юрид. наук. - Свердловск, 1972. - С. 18, 27. Плеша-нов А. Г. Диспозитивное начало в сфере гражданской юрисдикции: проблемы теории и практики. - М. : Норма, 2000. - С. 94 ; Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. - 2-е изд., доп. - М. : Статут, 200б. - С. 113-120.

3. См.: Красавчиков О. А. Диспозитивность в гражданско-правовом регулировании II Советское государство и право. - 1970. - № 1. - С. 45.

4. См.: Молчанова Т. Н. Указ. соч. - С. 18, 27.

5. Брюхов Р. Б. Указ. соч. - С. 24-25.

6. См. подробнее об этом: Брюхов Р. Б. Указ. соч. - С. 25 ; Молчанова Т. Н. Указ. соч. -С. 11-12.

7. См. подробнее об этом: Яковлев В. Ф. Указ. соч. - С. 8б.

8. См.: Молчанова Т. Н. Указ. соч. - С. 75.

9. Брюхов Р. Б. Указ. соч. - С. 27.

10. См.: Молчанова Т. Н. Указ. соч. - С. 101.

11. Там же.