Российская банковская система: этап посткризиснои адаптации

Финансы, кредит, денежное обращение

В.В.Рудько-Силиванов,

доктор экономических наук, профессор, член-корреспондент РАЕН,

директор МИФКиБД, заведующий кафедрой "Финансы и кредит"ДВГАЗУ;

В.В.Савалей,

доктор экономических наук, профессор кафедры "Финансы и кредит"ДВГАЭУ

РОССИЙСКАЯ БАНКОВСКАЯ СИСТЕМА: ЭТАП ПОСТКРИЗИСНОЙ АДАПТАЦИИ

Изложены условия и характерные особенности развития банковской системы России во второй половине 90-х годов. Дан анализ просчетов осуществляющейся денежно-кредитной политики. Рассмотрены объективные предпосылки созревания финансово-банковского кризиса в России. Раскрыта природа финансового кризиса в странах Азии, показаны сходства и различия с российской ситуацией. Изложена хронология намерений и действий российского правительства и Центрального банка по предотвращению кризиса 1998 года. Дана краткая оценка негативных последствий его для банковской системы и направлений реструктуризации банковского сектора экономики.

При анализе сравнительно короткой истории развития российской банковской системы особый интерес вызывают события четырех последних лет (1996-99 гг.). Финансовый спазм 17 августа 1998 г. рассек этот период на две части, для определения которых вполне приемлемой является терминология "докризисный" и "посткризисный" этапы развития банковской системы России.

Глубокий финансово-экономический кризис, охвативший Россию с середины августа 1998 г., имеет определенную хронологию зарождения, "профиль созревания". Обострение проблем организации и функционирования банковской деятельности отчетливо проявилось уже в 1996-97 гг. и было вызвано: "а) исчерпанием резервов экстенсивного роста банковских институтов; б) снижением нормы доходности банковских операций до уровня ряда других сфер деятельности; в) усилением дефицита денежных средств, обслуживающих экономику; г) возрастанием цены управленческих ошибок" [5].

Эти факторы, относящиеся к императивам переходного периода, оказались в тесной причинно-следственной связи с просчетами в проводимой денежно-кредитной политике. Во-первых, денежно-кредитная политика середины 90-х годов была упрощена до реализации ограничений

денежной массы и совокупного денежного спроса, что в условиях неопределенности положение хозяйствующих субъектов на внутреннем рынке и отсутствии саморегулирующих начал в сфере микроэкономики не обеспечивает сопряжения целей и задач макроэкономической политики с интересами субъектов микроуровня.

Во-вторых, процесс концентрации финансовых ресурсов, начавшийся в условиях обострившейся конкуренции за денежные средства клиентов и возрастания требований рынка к устойчивости и ликвидности банков, был направлен исключительно от периферии к центру, что противоречило территориальной структуре производительных сил, не способствовало консолидации промышленного и банковского капитала в регионах.

В-третьих, существенно деформировался платежно-расчетный оборот вследствие нарастания объемов бартерных сделок, квазиплатежных средств, расчетов наличностью, использования различных инструментов, обеспечивающих выведение доходов экономических субъектов из-под организованного их учета и налогообложения.

В-четвертых, серьезную угрозу устойчивости банковской системы представляло практическое отсутствие развитых механизмов страхования банковских депозитов и недостаточная ликвидность предоставляемых залогов, обусловленная отсутствием залогового законодательства и эффективных систем оценки залога.

В-пятых, углублению деформаций, сложившихся в банковской системе, в немалой степени способствовало практическое отсутствие достоверной информации о действующих банках, их учредителях, затянувшееся формирование развернутой системы пруденциального контроля за всеми сторонами деятельности коммерческих банков.

Классифицированные выше деформации, обострившие проблемы устойчивого функционирования банковской системы, были обусловлены как неблагополучным экономическим и правовым климатом во всех смежных секторах, так и недостаточной эффективностью внутренних нормативно-инструктивных правил и рычагов.

В предкризисный период внешним проявлением неустойчивого состояния российской банковской системы стал процесс финансово-организационного расслоения банковского сообщества как следствие перераспределения рынка банковских услуг. После бурного роста числа кредитных организаций, характерного для первой половины 90-х годов, начался процесс их сокращения и укрупнения и особенно быстро - отзыва лицензий. В 1996-97 гг. количество действующих банков снизилось на 600 единиц, в последующие 1,5 года - еще на 298 (табл.1). Институциональная трансформация стала преобладающей характеристикой развития национальной банковской системы.

Количество действующих коммерческих банков быстро уменьшалось под воздействием нескольких основных факторов. Во-первых, был исчерпан экстенсивный путь формирования банковской инфраструктуры ввиду резкого падения эффективности вложений свободных финансовых ресурсов реального сектора в создание новых кредитных организаций.

Во-вторых, вследствие усиления конкурентной борьбы на рынке банковских услуг неизбежным стало вытеснение с этого рынка кредитных организаций, маломощных и "незащищенных" опекой сильных мира сего. В-третьих, государство в лице Центрального банка РФ активизировало работу по регулированию пропорций банковских балансов, контролю за оценкой рисков. Так, были ужесточены требования к выполнению банками экономических нормативов (введены новые нормативы, ограничивающие банковские риски); предприняты меры по усовершенствованию правовой основы ведения банковского дела (разработка и принятие закона о несостоятельности кредитных организаций, о гарантировании вкладов граждан); был пересмотрен подход к проблемным банкам (определен комплекс процедур по рекапитализации или санации кредитных организаций, имеющих отрицательный капитал) и т.д. Естественно, все это сужало поле функционирования малоэффективных банковских структур.

Таблица 1

Динамика институциональных преобразований банковской системы России *

1.01.95 1.01.96 1.01.97 1.01.98 1.01.99 1.07.99

Число зарегистрированных коммерческих банков 2517 2576 2567 2526 2451 2413

Число действующих коммерческих банков 2452 2273 2008 1673 1425 1375

* Источник: [2].

В результате перераспределения капитала выделилась группа крупных банков, расположенных в Москве и сосредоточивших в своих балансах основную часть финансовых ресурсов (к началу 1998 года 60% активов банковской системы принадлежали 20 крупнейшим российским банкам, еще 28% активов концентрировалось у 180 банков и оставшиеся 12% приходились на 1470 банков). Одним из путей концентрации банковского капитала стало расширение сферы интересов московских банков на российские регионы в поисках новых рынков для диверсификации своей деятельности, что выражалось открытием филиалов и отделений. Региональные предприятия, становясь партнерами крупных московских банков, получали возможность подключения к более развитому банковскому сервису, местные же кредитные организации (мелкие и средние, в первую очередь) при этом теряли клиентуру, так как не могли конкурировать на открытом рынке с более мощными кредитными институтами. Это отражалось на сжатии ресурсной базы местных коммерческих банков, создавалась угроза "вырождения" региональных банковских систем.1 Выделение нескольких десятков крупных банков из общей банковской среды и сосредоточение в них основной части суммарного финансо-

1 В ряде субъектов Федерации список действующих кредитных организаций исчерпывался отделениями Сбербанка и подразделениями Промстройбанка или Агропромбанка.

вого капитала означало, что характерными чертами предкризисного этапа стали, с одной стороны, сложившаяся монополизация банковского дела, с другой - обострение борьбы между финансовыми коалициями, в которые вошли банковские гиганты, за неразделенные еще сегменты российской экономики.

Увеличив размеры капитала, ведущие российские банки сумели выйти на мировой финансовый рынок, войти в международные рейтинг-листы, причем с неплохими оценками. Это открывало новые возможности по привлечению относительно дешевых и "длинных" финансовых ресурсов через эмиссию евробондов и получение синдицированных кредитов, которыми они активно пользовались2. Вместе с тем заимствованный на мировом рынке капитал в подавляющей доле направлялся банками на сверхдоходный рынок государственных ценных бумаг, а риски этих операций слабо увязывались с реальным состоянием государственных и корпоративных финансов России.

Поэтому, когда на рубеже 1997-98 гг. мировой финансовый рынок зашатался от ударов азиатского кризиса, иностранный "летучий" капитал стал быстро уходить с российского рынка. Это усилило давление на курс рубля, до предела обострило дефицит государственного бюджета. Огромными усилиями Центрального банка и Правительства (включая и смену кабинета) весной 1998г. удалось успокоить иностранных инвесторов и вернуть часть капитала в Россию. Но перекосы в его размещении и необеспеченность достаточными государственными и частными гарантиями возвратности постоянно "нависали" над российским финансовым рынком. В целом прогрессивное явление либерализации доступа иностранных частных инвесторов на рынок государственных ценных бумаг способствовало, однако, еще большему смещению центра устойчивости национальной финансово-экономической системы от реального сектора к финансовому, а в нем - к спекулятивным операциям.

Поскольку основная доля финансового капитала оказалась сконцентрированной в двух-трех десятках банков, системная устойчивость финансового сектора экономики России стала определяться состоянием этих институтов. Не случайно счета 12 крупнейших коммерческих банков были переведены на операционное обслуживание в Центральный банк, чтобы ежедневно контролировать состояние ликвидности ведущих кредитных организаций. Однако и эта мера оказалась бессильной, когда государство (самый надежный, по определению, участник финансового рынка) внезапно кардинально изменило параметры этого рынка, в разы понизив курс рубля и заморозив выполнение своих обязательств. Система текущего пруденциального надзора за деятельностью коммерческих банков не имела и не могла иметь инструментов демпфирования таких воздействий.

2 Объем иностранных пассивов в российских банках к концу 1997 г. составлял 19,3 млрд долларов или 23,7% чистых обязательств банков, а у 11 крупнейших банков они достигали 64%.

Специфичным в эти годы было и то, что банковская система столкнулась с необходимостью серьезной корректировки политики управления капиталом и рисками в условиях наблюдавшейся в 1996-97 гг. стабилизации параметров денежного, валютного, фондового рынков. Время зарабатывания "легких инфляционных денег" для банков прошло, а падение доходности основных финансовых инструментов требовало пристального внимания к внутрибанковскому менеджменту в целях модификации структуры балансов, переоценки рисков, поиску резервов повышения конкурентоспособности.

В этот же период утратили свое значение некоторые источники банковских заимствований. Была прекращена выдача централизованных бюджетных кредитов, а рефинансирование коммерческих банков осуществлялось только в форме ломбардного кредитования. Сбережения населения за небольшой частью размещались в регионах в отделениях Сбербанка РФ, что также вызывало трудности у коммерческих банков в вопросах мобилизации финансовых ресурсов.

Болезненной проблемой оставалось тяжелое финансовое положение основной массы предприятий реального сектора как главного кредитоза-емщика и клиента банковской системы. Кредитование продолжало оцениваться высокорискованной и поэтому менее предпочтительной сферой банковских вложений.

Снижение процентных ставок до уровня, при котором возможно начало кредитования нефинансового сектора экономики; наметившаяся прогнозируемость валютного курса, контролируемого границами "валютного коридора"; появление предпосылок к восстановлению экономического роста - все это вкупе с относительным политическим затишьем в сложившихся равновесных экономиках способствовало бы укреплению национальной банковской системы. Однако в России банковский сектор экономики характеризовался недостаточным уровнем капитализации, неудовлетворительной структурой активов, содержащей значительный объем невозвращенных кредитов, высокой зависимостью ряда банков от состояния государственных и местных бюджетов, неполной законодательной базой и другими диспаритетами развития.

Российским банковским институтам в этих условиях предстояло изменить стратегию и тактику работы на рынке банковских услуг.

К началу 1998 года в полной мере была осознана необходимость реструктуризации российской банковской системы с целью ее оздоровления и восстановления доверия к ней клиентов и вкладчиков. Процедура реструктуризации представлялась в поэтапном, по возможности безболезненном отсечении от банковской системы финансово несостоятельных кредитных организаций с тем, чтобы оставить хорошо работающие (как правило крупные) банки, способные кредитовать реальный сектор экономики и эффективно проводить расчеты. Для этого предполагалось принятие ряда мер по институциональному, финансовому и организационному обеспечению реструктуризации. Параллельно к 2000 году планировалось завершение формирования законодательных основ и институциональных структур, стабилизирующих работу банков.

Однако планы эволюционного укрепления банковской системы оказались несовместимыми с реальной политико-экономической ситуацией внутри России и на мировом рынке. Немалый вклад в форсированное развитие системного кризиса внесли внешние факторы. Главный из них - азиатский финансовый кризис второй половины 1997 года, последствия которого достигли России как раз на рубеже вступления в 1998 год.

Глобальному финансовому кризису в АТР предшествовала цепь кризисов на локальных финансовых рынках Малайзии, Сингапура, Индонезии, Таиланда в летние месяцы 1997 г. Затем пострадала экономика Кореи, Гонконга, Тайваня.

Экономика большинства азиатских стран черпала ресурсы своего ускоренного развития за счет масштабного привлечения иностранного капитала. Приток внешних инвестиций стимулировался высокой доходностью вложений в экономику (за счет дешевизны труда и других факторов производства), либеральными внешнеторговыми условиями, контролируемой инфляцией и политической стабильностью.

Иностранный капитал способствовал еще большему ускорению экономического роста, укреплению курса национальной валюты, но одновременно с этим возрастала уязвимость экономик азиатских стран от конъюнктуры на глобальном финансовом рынке.

В структуре иностранного капитала большой удельный вес принадлежал спекулятивным инвестициям. Иностранный капитал доминировал на рынке недвижимости, рынке корпоративных ценных бумаг, он способствовал быстрому и необоснованному увеличению активов местных банков, проводивших рискованную политику размещения капитала. Массированная экспансия спекулятивного иностранного капитала сопровождалась нарастанием дефицита платежного баланса по текущим операциям, а высокорискованная структура банковских активов подвергала эрозии устойчивость финансовой системы этих стран. Подобное состояние финансового рынка требует чрезвычайно выверенных шагов и механизмов по поддержанию хрупкого равновесия между внешними индикаторами экономического роста и внутренним напряжением финансового дисбаланса, чреватого срывом при малейших признаках ухудшения конъюнктуры. Что и произошло летом 1997 года.

В этот период азиатские страны столкнулись с проблемами сжатия рынков сбыта и перепроизводством ширпотреба, с депрессией в экономике Японии (крупнейший инвестор и заказчик продукции) и рядом других проявлений ухудшения экономической конъюнктуры. Замедлился приток иностранного капитала, снизилась эффективность текущих финансовых операций. При дефиците платежного баланса возникло понижательное давление на курс национальных валют, в преддверии ожидаемых потерь начался вывод самого "летучего" иностранного капитала с финансовых рынков азиатских стран.

Банки этих стран, испытывая проблемы с ресурсами, стали сворачивать кредитование экономики, возникла волна банкротств, резко понизились котировки на фондовых рынках, упали валютные запасы. Неминуемым следствием стала цепь девальваций национальных валют (ко-

рейская вона, например, обесценилась в 2 раза по отношению к доллару США). Локальные финансовые кризисы, соединившись, вызвали общеазиатский финансовый кризис, а волны последнего раскачали глобальный мировой рынок.

К концу 1997 года Россия уже была достаточно интегрирована в мировые финансовые процессы, поэтому импульсы дестабилизации в них немедленно отразились на конъюнктуре российского рынка.

В начале 1998 года перед Банком России и Правительством встала дилемма, как удержать финансовую ситуацию под контролем. Рассматривались две возможности:

- девальвация рубля на 30-50%;

- повышение ставок по финансовым операциям и замораживание тем самым потенциала спекулятивного рынка.

Ясно, что существенная девальвация национальной валюты стала бы причиной повышения инфляции, ослабления доверия населения к рублю и ко всей проводимой денежно-кредитной политике, результаты которой (стабильные цены и твердый рубль) признавались чуть ли не единственным "успехом" в программе экономических реформ. Итогом стало бы обострение и без того взрывоопасной социальной напряженности, за которой или параллельно с которой шла бы и макроэкономическая дестабилизация. Не меньшим был бы и удар по политической стабильности, ведь Правительство и Центральный банк в начале 1997 года декларировали, что финансовая стабилизация позволяет удерживать курс национальной валюты вплоть до 2000 года в пределах 6,2 рубля за доллар с отклонениями в ± 20%.

Поэтому был избран второй путь, переносящий бремя потерь с населения на хозяйствующие субъекты, прежде всего, банки, компании-экспортеры и небольшую часть еще работавших предприятий. Что было предпринято? Повышены нормы обязательного резервирования (с 6 до 9% по валютным обязательствам, а затем и до 11%), ставка рефинансирования (с 21% в октябре 1997 г. до 42% в феврале 1998 г.), стоимость ломбардных кредитов (с 17% в октябре до 35% в феврале). В то же время, чтобы не допустить текущих потерь в бюджете, пришлось повышать доходность государственных ценных бумаг, вымывая тем самым последние деньги из реального сектора и создавая на будущее невыполнимые условия погашения внутреннего долга.

После краткосрочной в январе-феврале стабилизации (сказались поддержка МВФ и успокоение мирового рынка) к весне 1998 г. финансовая ситуация снова стала резко ухудшаться и закончилась отставкой Правительства В.Черномырдина. Но смена правительства, его заявления о неизменности курса реформ не повысили рейтинг России. Международные кредиторы уже сформировали негативную оценку российской ситуации.

В двух словах она выражалась в том, что Россия так и не научилась жить по средствам. В течение ряда лет нарастала зависимость потребительского рынка от импорта при снижении эффективности и структу ры экспорта (оружие и сырье) и при систематическом росте внутренней се-

бестоимости. Товарно-валютные и бюджетные диспропорции все время казались временными, а значит под вот-вот ожидаемый рост можно было брать в долг. Политическому руководству страны не хватало мужества честно объявить о свертывании программы долгового финансирования государственных расходов.

В течение четырех последних лет (с 1994 по 1998 гг.) внутренний долг страны вырос в 6,5 раз, причем долг по линии заимствования за счет выпуска государственных ценных бумаг - в 28 раз. Внешний долг России (без учета долга СССР) возрос за этот период в 4,7 раза (табл.2 ).

Таблица 2

Государственный долг Российской Федерации

1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г.

Внутренний долг, всего, млрд руб в том числе по ГКО-ОФЗ, млрд РУб 88,4 10,4 232,1 76,6 434,4 237,2 568,6 384,9 575,6 285,3

Внешний долг, всего, млрд долл. в том числе российская часть в ней долг перед МВФ 119,9 11,3 4,2 120,4 17,4 9,6 125,0 24,2 12,5 123,5 32.1 13.2 147,9 52,9 19,3

* Источник: [2].

Примечание. Для сопоставления данные за 1994-97 гг. приведены в деноминированном исчислении.

Правительство С. Кириенко объявило о двух первостепенных направлениях удержания ситуации под контролем. Первое - вернуть доверие иностранных инвесторов, а с ним и часть международного капитала на российский рынок. Хотя внешний долг России превысил весной 1998 года 130 млрд долларов, непосредственно российские обязательства (т.е. без унаследованного долга СССР) были не столь уж велики (около 40 млрд долларов или примерно 1,5% от годового ВВП в ценах того периода). Плоха была структура российской части долга: преобладали краткосрочные обязательства. Вместе с тем западные кредиторы не могли не понимать, что даже большой совокупный внешний долг России обеспечен значительным сырьевым потенциалом (17% мирового производства сырой нефти, более 25% производства природного газа, почти 20% производства цветных, редких и благородных металлов) и немалыми экспортными доходами (103 млрд долл. в 1997 г., 88 млрд долл. в неблагоприятном 1998 году), которые обеспечивали вполне удовлетворительные коэффициенты погашения внешнего долга России и СССР (табл.3).

Таблица 3

Обслуживание совокупного внешнего долга России

1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г.

Платежи, подлежащие погашению,

млрд долл 20,2 20,2 18,7 14,2 14,6

Доля платежей в объеме экспорта

(потенциал погашения), % 26,9 22,1 18,1 13,7 16,6

Произведенные платежи, млрд долл. 5,6 7,1 7,7 7,7 9,1

Доля платежей в объеме экспорта

(по факту погашения), % 7,4 7,8 7,5 7,5 10,4

Источник: [2, 4}.

Поэтому представлялось, что если успокоить мировое общественное мнение, вернуть иностранный капитал в Россию и одновременно приступить к реструктуризации долгов путем перекредитования (короткие кредиты гасятся длинными займами), то имелись реальные шансы выйти из кризиса с минимальными потерями: "мягкая" девальвация рубля к концу года на 40-50%, рост внешнего долга на 15-20%. Одновременно принятием пакета законов планировалось повысить сбор налогов, укрепить доходную базу, выйти на первичный профицит федерального бюджета, модифицировать социальную сферу и жилищно-коммунальное хозяйство, поглощающие плохо контролируемые ресурсы бюджета.

Первая часть программы сработала - МВФ поверил новому Правительству и принял принципиальное решение о выделении кредитов последовательными траншами на общую сумму около 16 млрд долларов. Вторая часть - провалилась. Госдума заблокировала пакет предложений по налоговым изменениям и уточнению бюджета.

Правительство осталось наедине со своими проблемами. Частные иностранные инвесторы и отечественные финансовые компании сделали вывод: оздоровления внутренних финансов не предвидится, значит, либо произойдет резкая девальвация рубля, либо замораживание обязательств по внутреннему и внешнему долгу. В любом случае рублевые активы превращаются в высокорискованные вложения, значит необходимо срочно их конвертировать в надежные финансовые инструменты и уходить из

рублевого пространства.

С трудом удерживаемое в течение 7 месяцев 1998 года равновесие на валютно-финансовом рынке России рухнуло и последовало "историческое" совместное заявление Правительства и Центрального банка от 17 августа. В нем насчитывалось лишь 7 пунктов, но первые три вызвали тот самый спазм кредитно-финансовой системы страны, последствия которого будут преодолеваться еще ряд лет.

Во-первых, был упразднен прежний коридор удержания курса рубля и объявлен новый (от 6,0 до 9,5 рубля за доллар), но как оказалось не реальный. Уже к 1 октября 1998 г. курс упал до 16 рублей, к концу года -до 20,6 рубля и стабилизировался только на уровне 24-25 рублей за доллар США весной-летом 1999 г.

Во-вторых, были остановлены операции на рынке государственных ценных бумаг, для которых предстояло разработать процедуру переоформления в новые с более длительными сроками погашения (а это

свыше 400 млрд руб).

В-третьих, для российских банков и компаний был введен мораторий сроком на 90 дней по выполнению финансовых обязательств перед нерезидентами, что формально (в соответствии со статьей 8 Устава МВФ) создало юридические основания для реструктурирования долгов, фактически же признавало эти обязательства невозвратными в краткосрочном периоде.

Один из самых ликвидных активов банков и компаний - государственные ценные бумаги - мгновенно превратился в неликвидный груз, тем самым из денежного оборота была выведена значительная доля ре-

сурсов. Стремительно стал обесцениваться и другой ликвидный ресурс -деньги на рублевых счетах хозяйствующих субъектов. Валютные обязательства, наоборот, резко выросли в цене погашения. Структура балансов всех без исключения финансовых институтов и очень многих производственных компаний предстала в иной системе координат, не удовлетворяющей ни требованиям ликвидности, ни требованиям платежеспособности, ни требованиям оптимальных пропорций в соотношении активов и пассивов. Вслед за валютным рынком были парализован кредитный и денежный рынки, расстроена платежно-расчетная система.

Последствия кризиса были глубокими и всеобъемлющими, речь шла не только о временной потери ликвидности отдельными банками, а о наруь&нии функционирования всей банковской системы. Очевидные потери коммерческих банков затронули все основные параметры их деятельности. Суммарные убытки российских банков в результате финансового кризиса составили более 100 миллиардов рублей. Размер банковского капитала за август-октябрь 1998 года снизился примерно на треть, реальные активы банков - на 25%, а нехватка высоколиквидных активов составила 22,3 миллиарда рублей - почти 40% от необходимого объема 16]

Наиболее уязвимыми оказались так называемые структурообра-дющие банки. Кроме денег населения и крупных предприятий, а также валютных займов, источником средств для данных банков был федеральный бюджет, за обслуживание разных программ которого шла ожесточенная борьба. Поэтом}' потери, понесенные крупнейшими многофилиальными банками, предопределили в дальнейшем возникновение сложностей с обслуживанием бюджетных средств банковской системой и стали одной из основных причин замораживания операций на рынке межбанковских кредитов.

Финансовый кризис в России спровоцировал существенные трансформации в инфраструктуре рынка банковских услуг. Большая валютная составляющая баланса и значительные вложения в ГКО парализовали работу практически всех банковских гигантов, возглавлявших список ведущих кредитных организаций страны. Корпоративные клиенты стали \-ходить из проблемных банков и открывать счета в более устойчивых кредитных организациях, которыми оказались помимо Сбербанка, мелкие и средние региональные банки, отечественные банки с иностранным капиталом и банки со стопроцентным иностранным капиталом. В результате, у кредитных организаций, перед которыми стояла перспектива вымирания или поглощения крупными структурами, появился шанс повысить свой статус до уровня опорных банков регионального уровня. Как следствие, был пересмотрен взгляд на структурообразующие банки, формировавшие ядро отечественной кредитно-финансовой системы.

В программе реструктуризации банковской системы появились существенные новшества. Одним из приоритетных направлений деятельности Центрального банка теперь стала поддержка опорных региональных банков. По предварительным намерениям в качестве "опорных" региональных банков был выделен 81 банк в 59 регионах [2]. Около трети из

них относились к группе финансово неустойчивых и им требовалась государственная поддержка. В то же время Банк России посчитал нецелесообразным выделение опорных банков в других 22 регионах страны, достаточно насыщенных банковскими услугами.

Заглавную роль в санации опорных национальных и региональных банков призвано выполнять созданное Правительством и Центробанком Агентство по реструктуризации кредитных организаций (АРКО). Федеральным Законом "О реструктуризации кредитных организаций" потенциальными клиентами АРКО могут быть коммерческие банки, попадающие под один из следующих критериев:

1) доля вкладов граждан в кредитной организации составляет не менее 1% совокупной доли вкладов граждан в кредитных организациях

Российской Федерации;

2) доля активов - не менее 1% совокупной доли активов кредитных организаций Российской Федерации в виде предоставленных юридическим лицам кредитов (займов), за исключением кредитов (займов), предоставленных кредитным организациям;

3) доля вкладов граждан составляет не менее 20% совокупной доли вкладов граждан в кредитных организациях, расположенных на территории субъекта Российской Федерации;

4) доля активов - не менее 20% совокупной доли активов кредитных организаций, расположенных на территории субъекта Российской Федерации.

Кроме того, кредитная организация может перейти под управление Агентства в случае, если достаточность ее капитала, рассчитанная в соответствии с Федеральным законом "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)", не превышает 2% и она не удовлетворяет требования отдельных кредиторов по денежным обязательствам и (или) не исполняет обязанность по уплате обязательных платежей в сроки, превышающие семь дней с момента наступления даты их удовлетворения и (или) исполнения, в связи с отсутствием или недостаточностью денежных средств на корреспондентских счетах кредитной организации.

Приняв после этапа обследования коммерческий банк под свое управление, АРКО получает широкие полномочия в отношении кредитной организации: увеличивать и уменьшать уставный капитал, принимать решения о реорганизации, продавать или передавать права на акции (доли) кредитной организации, принадлежащие агентству, третьим лицам и т.п. Для коммерческих проблемных банков подобное ущемление их самостоятельности перекрывается уже одним следующим полномочием АРКО - "предоставлять займы, размещать депозиты, предоставлять обеспечение, оказывать иные виды финансового содействия кредитной организации".

Финансовые возможности АРКО, однако, ограничиваются крайне слабым резервным фондом (10 млрд руб), в то время как отдельным крупнейшим российским банкам (например, СБС-АГРО или Промстройбанк) для восстановления платежеспособности требуется сумма в 2-4 раза превышающая этот размер. Но для оздоровления ситуации в региональ-

ных банках среднего уровня этих ресурсов могло бы хватить на 10-15 кредитных организаций. В этой связи возникает непростая дилемма: "поднятие на ноги" одного-двух крупных многофилиальных банков либо около полутора десятков опорных региональных кредитных организаций.

По-видимому, деятельность АРКО не станет доминирующей в процессе реструктуризации банковской системы страны. Состояние последней неразрывно связано с состоянием реального сектора экономики, субъекты которого не только образуют основную клиентуру кредитных организаций, но и выступают в качестве их учредителей, а значит заинтересованы в поддержании развитой банковской инфраструктуры в каждом из регионов. Кризис показал несостоятельность политики достижения финансовой стабилизации в ущерб подъему в реальном секторе.

Однако проблемы и перспективы укрепления взаимодействия кредитно-финансового и реального секторов экономики - тема отдельной статьи.

Литература

1. Банк России. Годовой отчет за 1997 год. М.: Центральный банк РФ,

1998. С. 32-37.

2. Бюллетень банковской статисгики Центрального банка РФ. М.: Центральный банк РФ. 1996-1999 гг.

3. Геращенко В.В. Актуальные проблемы банковской системы в 1999 году. Деньги и кредит. 1999. №1. С 3-9.

4. Илларионов А. Как был организован российский финансовый кризис // Вопросы экономики. 1998. №11-12.

5. Рудько-Силиванов В.В. Концептуальные основы и тенденции развития региональных сегментов банковской системы России (на примере Дальнего Востока). Автореф. дис. на соиск. учен. степ. докт. экон. наук. М., ИЭ РАН, 1998.

6. Экономика и жизнь. 1998. №49. с. 2.