Возникновение союзов дальневосточного казачества в Маньчжурии (1920-1930 гг. )

расселить на ее территории белоэмигрантов. Однако это соглашение было сорвано бароном Унгерном. Но, несмотря на неудачу, Семенов не отказался от своих происков. В 1921 г. он установил контакт с баргутским князем Шин-Фу и договорился с ним о создании независимой Монголии. Но и эта акция не удалась. Ее осуществлению помешали японцы, которые уже в то время, видимо, вынашивали планы захвата Монголии. Семенов обратился к губернатору трех северных провинций Китая Ужан-Дзо-Лину с просьбой разрешить расселение белоэмигрантов на территории Маньчжурии. Просьба Семенова была удовлетворена. Общая численность их составила 90 тыс. человек. Главным центром расселения военных и гражданских беженцев стали Харбин, Шанхай, Тяньцзин, Циндао, Дайрен (Дальний) и другие города Китая.

Среди русского воинства дальневосточной эмиграции значительную часть составляли казаки. Они сформировались по земляческому принципу и жили в станицах. Наиболее компактными районами расселения казачества стали Захинган и Трехречье: Ган. Дербул и Хаул. На всей этой территории было более двух десятков станиц. Самой крупной из них была Трехреченская станица, состоявшая из 16 поселений. 7 поселений входили в Якешенскую станиЦУ-

Местный поэт казак Флегонт Бахтин писал в стихотворении:

Место это назвали Трехречье,

Ган. Дербул и Хаул - три реки.

И не думали наши прабабушки-предки,

Что их землю распашут плуги.

Тат, покинув селенья в родном Забайкалье,

Приютилися жить казаки,

Они на приволье привыкли трудиться,

Поменяв на тяжелые сохи клинки.

Квакин A.B. Российская интеллигенция и первая волна эмиграции. Ч. I. - Тверь. 1994.-С. 8.

В.Л. Бурцев вырос в богатой купеческой семье. В студенческие годы сблизился с народовольцами. За участие в революционной деятельности был сослан в Сибирь, откуда бежал за границу. Стал известен благодаря разоблачению провокатора Азефа. Находясь в эмиграции, издавал газету «Общее дело» на средства белогвардейских организаций. По своим взглядам был близок к правым кадетам и октябристам, выступал с пропагандой вооруженной интервенции против Советской России. На страницах газеты печатались статьи о положении врангелевс-кой армии за рубежом, благодаря которым «Общее дело» яв-

ляется ценным источником изучения белой эмиграции. Общее дело. (Париж). - 1920,11 ноября. Там же.

Цит.: Памятная записка о крымской эвакуации. // Белое дело: летопись белой борьбы. Т. IV. (Ред. A.A. Лампе). - Берлин. 1928

- С.99.

См.: Костилов В. Не будем проклинать изгнанье... Пути и судьбы русской эмиграции. - М., 1990. - С. 24-30. Белые русские в Стамбуле. // Родина. - 1998. - № 5. - С. 123. Оболенский В. Крым при Врангеле. - Берлин - Прага. - 1925. -О. 55.

Шульгин В. 1920 год. - София. - 1922. - С. 246. Памятная записка о крымской эвакуации.// Белое дело: Летопись белой борьбы. T.IV. (Ред. A.A. фон Лампе). - Берлин. -1928.-С. 100.

Штейнман Ф. Отступление от Одессы. // Архив Русской революции. Т. I-II,-М„ 1991.-С. 93. Там же.

Цит.: Гинс Г. На Дальнем Востоке. II Русское обозрение. - Пекин. -1920. - С. 336.

Атаман Семенов. О себе. Воспоминания, мысли и выводы -Харбин.-1938.-С. 122. Там же. - С. 172.

Шанхайская жизнь (Шанхай). - 1920, 24 июня. Там же.

Цит.: Атаман Семенов. Указ. соч. - С. 176. Общее дело, 1921, 22 марта Там же.

Цит.: Шкаренков Л.К. Агония белой эмиграции. - М., 1987. -С.31.

Очерк деятельности Всероссийского земского союза за границей. - София. - 1922. - С. 94. Русский совет. - Париж. -1921. - С. 14 -15. Там же.-С. 12 Общее дело, 1921, 26 июня. Там же.

Цит.: АндрияновВ., Москаленко А. Полынь чужбины.-М., 1987.

- С. 92.

Там же. - С. 94.

Общее дело. - 1921, 8 декабря.

Общее дело. - 1921, 8 декабря.

Общее дело. - 1921, 24 июня.

Соничева Н.Е. На чужом берегу. - М.. 1991. - С.21.

Общее дело. - 1922,15 января.

Накануне. - 1922, 7 сентября.

Накануне. - 1922, 7 сентября.

Русское эхо, 1922, 4 июня.

Русское эхо. -1922, 10 июня.

Там же.

Русское эхо. - 1922, 27 июня Атаман Семенов. - Указ. соч. - С.149.

ТИМОНИН Евгений Иванович - доктор исторических наук, действительный член Академии гуманитарных наук, профессор СибАДИ.

со

0

1

0

1

о о

5 §

Г.И. МАЛЫШЕНКО

ИВМ ОмГАУ

УДК 947

ВОЗНИКНОВЕНИЕ СОЮЗОВ ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО КАЗАЧЕСТВА В МАНЬЧЖУРИИ

В гражданской войне 1918-1922 гг. дальневосточное казачество с оружием в руках выступило против советской власти. Красная Армия трудящихся первого в мире социалистического государства нанесла сокрушительный удар по казачьим формированиям, вынужденным с остатками разбитых белогвардейских армий покинуть Россию. Большинство из них оказалось в Маньчжурии и других районах Китая. Лидеры казачьей эмиграции разрабатывали различные планы создания единой организации казаков зарубежного Дальнего Востока для дальнейшей борьбы с Советской Россией и возвращения на родину с помощью военной силы.

Существовавшие первое время белоказачьи воинские группировки под давлением китайских властей вынуждены были «прекратить» свою деятельность. Однако бедственное материальное положение и разобщенность российских беженцев подтолкнули их к идее возрождения на чужбине казачьих поселков и станиц. Это нашло поддержку у лидеров казаков дальневосточной диаспоры. По их мнению, они должны были явиться основой будущих казачьих союзов на территории Северо-Восточного Китая. В

1924 г. в Париже под руководством атамана Донского казачьего войска А.П. Богаевского появился «Казачий Союз». Его возникновение вызвало восторг и отклик в сердцах дальневосточного казачества Китая.

Зарождение казачьих организаций было расценено некоторыми представителями российской эмиграции в Париже и Маньчжурии как проявление сепаратизма. В течение нескольких лет Объединенный Совет Дона, Кубани и Терека подвергался ими травле за их призыв к единению всех эмигрантов. Многие казаки также резко изменили свое отношение к нему, считая его главным виновником новороссийской трагедии. Они перестали рассматривать атаманскую власть как решающий фактор, способный ускорить возвращение беженцев домой. В этих условиях среди них бурно обсуждался вопрос об организации казачьих объединений, в рамках которых атаманы казачьих войск приравнивались а правах с донским атаманом.

После крушения сибирского фронта и ухода за границу мукденская группа казаков предприняла попытку создания общеказачьей станицы. Но противодействие япон-

Сг

I

0

1

£

§

SS S

§ ся

SP £

Co

о

ской военной миссии и обострившиеся разногласия среди казачества не способствовали осуществлению их планов.1 Более благоприятные условия для объединения казаков-эмигрантов наблюдались в Харбине, который превратился в центр дальневосточной эмиграции. Здесь находились с начала постройки Китайской Восточной железной дороги административные учреждения и Правление КВЖД. В них трудились преимущественно русские инженеры, контролеры и конторские служащие. Китайская администрация не препятствовала созданию специальных отрядов, призванных защищать население и поддерживать порядок в полосе отчуждения. Все это было учтено лидерами казачества Харбина при создании в 1923 г. «Восточного Казачьего Союза» (ВКС). Главными причинами зарождения харбинского союза учредители считали внесение организованности среди казаков в Маньчжурии и усиление антибольшевистской борьбы.

В начале своего существования ВКС представлял собой экономический союз. Но постепенно в нем стали преобладать требования и политического характера. Не все казаки проявили желание вступить в объединение. Так, отдельные представители Дона, Терека и Кубани с подозрением отнеслись к идее единения с дальневосточным казачеством. Их поддержали астраханцы и уральцы. Однако большинство выходцев из России высказалось за вхождение в «Восточный Казачий Союз», признав его Устав и Программу.2 Вся полнота власти была сосредоточена в Совете, избранном делегатами-казаками на учредительном собрании. Этот руководящий орган харбинского казачества проявил усердие в расширении своего влияния на основную массу беженцев. Для достижения намеченной цели он содействовал появлению печатных изданий, публиковавших статьи о жизни эмигрантов на чужбине.

Свержение омского правительства адмирала Колчака положило начало формированию под непосредственным руководством атамана Г.М. Семенова общеказачьей организации. Он надеялся на объединение казаков под антибольшевистскими знаменами. С этой целью атаман неоднократно посещал города Северо-Восточного Китая. Однако казачьи союзы в Харбине и Шанхае выступили против его притязаний на лидерство дальневосточной эмиграцией.1 Многие беженцы полагали, что Г. М. Семенов б своей борьбе с большевизмом будет использовать их для восстановления старой дворянской России и превращения «в опричников дворянства». Они рассматривали идеологию «россизма» главным препятствием для сближения р семеновцами. Все текущие вопросы по созданию общеказачьего объединения были возложены на бывшего руководителя правительства забайкальского казачества генерала А.П. Бакшеева.

В 1922 г. на харбинском совещании руководителей белоказачьих частей была сформирована организация военного типа под названием «Союз казаков на Дальнем Востоке». Сохраняя свою преданность атаману Г.М. Семенову, общеказачье объединение во главе с генералом А.П. Бакшеевым выступило за свержение вооруженной силой советской власти и установление в России монархического строя. Для достижения этих целей бакшеевский казачий союз усилил антисоветскую деятельность, в ходе которой удалось вовлечь в него 18 казачьих станиц, объединивших 65 поселков на территории Маньчжурии.

Наиболее крупными объединениями были Трехречен-ская, Якешенская, Баримская, Найджан-Булакская и Ца-ганская станицы. Из 10 существовавших в Харбине станиц 8 принадлежали общеказачьему союзу генерала А.П. Бакшеева. Знаменательным событием для казаков-семе-новцев явилось вступление в 1932 г. в «Союз казаков на Дальнем Востоке», реорганизованного харбинского «Восточного Казачьего Союза». Возникший в 1925 г. «Казачий Союз в Шанхае» препятствовал бакшеевской организации в распространении ее влияния на большинство эмигрантов дальневосточной диаспоры.

В конце октября 1922 г., отступая вместе с «земской ратью» генерала Дитерихса из Приморья, казачий корпус Бородина вступил в пределы Северо-Восточного Китая. Чуть позже Дальневосточная и Уральско-Егерская казачьи группы, возглавляемые генералами Глебовым и Лебедевым, вместе с беженцами на кораблях Сибирской флоти-

лии и Добровольческого флота прибыли в корейский порт Гензан. Не подчинившись требованиям местных властей о разоружении и переходе на положение беженцев, большая часть флотилии покинула в декабре порт с надеждой добраться до Филиппин.4 По договоренности с японской военной миссией местные власти порта направили оставшихся в Корее российских эмигрантов на земляные работы. Неспособных работать на рудниках женщин, детей и стариков генерал Глебов заставлял чистить оружие. Не многие беженцы выдерживали тяжелые условия труда. В лагере русских переселенцев стали проявляться волнения. Чюбы не допустить их распространения по всей Корее японцы разрешили покинуть ее казакам Уральско-Егерской группы. В июне 1923 г. они прибыли в Шанхай и с большими препятствиями сошли на берег, реорганизовавшись в Уральско-Сибирское торговое общество.

Дальневосточная казачья группа генерала Глебова продолжала «прозябать» в корейском порту на пароходах «Охотск», «Защитник» и «Монгулай» до начала августа. Генерал подвергал своих подчиненных всевозможным экзекуциям. В ходе таких испытаний не все провинившиеся казаки могли остаться в живых. Нередко были случаи и со смертельным исходом.5 Однако под давлением большинства беженцев генерал глебов вынужден был издать приказ об уходе из Гензана. В середине сентября 1923 г. группа прибыла н Шанхай и почти год вела переговоры о высадке на берег. За это время ей пришлось пережить самые невероятные античеловеческие условия: отсутствие горячей воды, нехватка продуктов и постоянные провокации японцев. Вся военно-политическая деятельность Дальневосточной казачьей группы сводилась к борьбе за отстаивание и поддержку авторитета атамана забайкальских казаков Г.М. Семенова как преемника верховной власти адмирала Колчака.6

В Шанхае казаки-забайкальцы были переподчинены генералу Оренбургского казачьего войска Анисимоау. В дальнейшем генерал высадил некоторых забайкальцев с парохода «Монгулай» и с оставшимися казаками прибыл во Владивосток. Высаженные на берег беженцы пополнили ряды эмигрантов Северо-Восточного Китая. Многие из них оказались необеспеченными в материальном положении и вынуждены были обходиться случайным заработком.7 Особенно нелегко приходилось после убийства атамана Дутова оренбургским казакам. По инициативе харбинской группы заместителем войскового атамана Оренбургского казачьего войска был избран генерал Анисимов. Но после его ухода на пароходе «Монгулай» из Шанхая право представлять их интересы в дальневосточной эмиграции было поручено находившемуся в Париже генералу Акулинину. Лишь казаки-глебовцы первое время находились на собственном обеспечении, отбывая групповую службу и не теряя надежды на призвание в будущем к освободительной миссии казачьей и всей российской эмиграции.

Шанхайская группа казаков сохранила в эмиграции ненависть к советской власти и отвергла советское подданство при открытии консульства в Маньчжурии. Среди активных ее членов зарождается идея создания общека-эачьей организации. Для реализации этой задачи, благодаря усилиям бывшего присяжного поверенного судебной палаты г. Омска И.Н. Шендрикова и полковника Сибирского казачьего войска А.Г. Грызова, была сформирована группа учредителей «Казачьего Союза в Шанхае», разработавшая Устав по примеру парижского объединения А.П. Богаевского. Весной 1925 г. было избрано временное правление союза, которое приступило к выработке Программы дальневосточного казачества.

В Уставе были определены цели единения всех казачьих войск, находившихся в Маньчжурии и прилегающих к нему районах Китая. Он призывал казаков к упрочению единства и сохранению традиций российской казачьей эмиграции. Этот документ отразил права и обязанности членов общеказачьего союза в Шанхае. Огромное значение для беженцев имела выработка мероприятий, выразивших коренные вопросы жизнедеятельности казачьих областей в условиях будущего государственного устройства России.8 Устав предусматривал установление отношений с теми казачьими союзами, которые признали идей-

но-политическую платформу «Казачьего Союза» в Париже.

Благодаря сложившемуся социально-экономическому и политическому положению казаков в Северо-Восточном Китае создатели общеказачьей организации выразили их стремление вернуться в Россию «во имя самого существования казачества»*. Для осуществления этой задачи необходимо было установить связи с тамошним казачеством. Поэтому основатели шанхайского казачьего союза в Уставе отразили его политический характер. Это объяснялось также и необходимостью совместной борьбы против советской власти.

Согласно положениям основных документов «Казачьего Союза в Шанхае» органами его управления являлись общее собрание и правление. На собрании с правом решающего голоса могли присутствовать представители от станиц, хуторов и групп. Этим правом были наделены атаманы казачьих войск, члены Правления и учредители казачьего объединения в Шанхае. Совещательным голосом на его собраниях обладали члены общеказачьего союза, приглашенные и представители русских эмигрантских объединений, разделявших взгляды казачества. Организационное собрание созывалось создателями «Казачьего Союза» и считалось состоявшимся при наличии половины всех членов. Последующие собрания должны были созываться правлением или по инициативе не менее 1/3 организаций и признавались законными при участии любого числа представителей «Союза»." На учредительном собрании избирались временное правление и ревизионная комиссия. Они могли рассматривать вопросы, связанные с заключением договоров и открытием текущих счетов в международных банках.

В соответствии с основными задачами и целями, установленными Уставом 21 июня 1925 г., временное правление «Казачьего Союза в Шанхае» на заседании рассмотрело проект Программы, состоявшей из трех частей. В ней были определены задачи эмиграции по отношению к Советской России и родным краям, вопросы будущего государственного устройства и социально-экономического развития казачьих земель. По-прежнему казаки отстаивали частную собственность при возрождении хозяйства и подъеме производительных сил новой России с привлечением иностранного капитала без ущерба национальным интересам родины. При составлении Программы члены Правления общеказачьего союза в Шанхае использовали опьгг парижской казачьей организации.

Первыми членами шанхайского объединения были казаки первого сибирского казачьего корпуса генерала Бородина, Уральско-Егерской группы генерала Лeбieдeвa, а также беженцы из флотилии адмирала Старка. Здесь находились те казаки, которые прибыли в Маньчжурию после поражения сибирского фронта. Дальневосточная казачья группа казаков-глебовцев установила тесную связь с возникшим в Шанхае казачьим объединением. Не все казаки этой группы вступили в шанхайскую организацию. В январе 1927 г. большинство из них перешло на службу в волонтерский корпус международного муниципалитета.11

После возникновения «Казачьего Союза в Шанхае» по инициативе генерала Бурлина в 1926 г. появилось «Казачье Объединение». Многие казаки в Маньчжурии и других районах Китая с подозрением отнеслись к этой организации. Они видели в ней стремление ее лидера разделить казаков Северо-Восточного Китая на западных и дальневосточных. В это время забайкальцы все настойчивее стали требовать отставки председателя правления И.Н. Шен-дрикова и проведения досрочных выборов в руководящие органы «Союза шанхайского казачества». Придерживаясь монархических идеалов, они выступили против программных документов дальневосточного союза казаков. 30 января 1926 г. состоялось общее собрание, не признавшее их протеста и вновь избравшее председателем «Союза» И.Н. Шендрикова. Не согласные с этим постановлением забайкальцы и амурцы вышли из «Казачьего Союза».12 Но это уже не могло повлиять на признание союзом общеказачьей организации в Париже.

В условиях обострившихся разногласий общее собрание высказалось за немедленный созыв съезда, который привел бы все казачьи и русские эмигрантские союзы к их

единению в борьбе с большевизмом. Весной 1926 г., после роспуска Русского Совета в Париже, состоялся Зарубежный съезд. В его работе приняло участие 450 делегатов от 200 русских организаций из 26 стран мира. Однако российская эмиграция, как отмечал «Вестник Казачьего Союза», представляла собой разноцветную радугу. Респуб-ликанско-демократическое крыло во главе с П.Н. Милюковым находилось в открытой оппозиции к правому течению, которое преобладало на съезде. В большинстве своем казаки не входили в политические партии. По их мнению, членство некоторых казаков в этих партиях наносило вред делу единения всей казачьей эмиграции. Но постепенно им пришлось отказаться от этого утверждения и признать компромисс с теми политическими партиями, которые вели непримиримую борьбу против Советского государства.

Объединенный Совет Дона, Кубани и Терека, приветствуя саму идею единения казаков, в обращении к ним призвал не посылать своих делегатов на общероссийский съезд. Некоторые руководящие органы казачьих союзов отказались подчиниться этому призыву. Так, например, харбинский казачий союз не только выразил моральную поддержку, но и послал своих представителей в Париж. В своем постановлении ОСДКТ выразил надежду, что дальневосточное казачество внесет необходимые изменения в

занятую им позицию по отношению к Зарубежному съезду."

Для большинства делегатов съезд оставил печальную память о выступлении генерала Краснова, который призвал к созданию объединения на основе монархических принципов. Все попытки казаков-красновцев сплотить казачьи группировки под своими лозунгами не принесли им желаемых результатов. Они выступили за установление в будущей России единоличной диктатуры и выразили готовность заключить соглашение со сторонниками фашизма, зарождавшегося в Европе и на Дальнем Востоке. Но монархизм и фашизм по своей социальной природе были разными явлениями, и отождествлять их не следовало. Это прекрасно понимали многие российские эмигранты, прибывшие на съезд. Они полагали, что совпадение методов достижения намеченных ими целей способствовало лишь временному сближению этих разнородных течений.

В условиях подготовки к войне против СССР японскими милитаристами было сформировано в 1934 г. «Бюро по делам российских эмигрантов». Эта прояпонская организация осуществляла полный контроль за деятельностью общеказачьих союзов в Маньчжурии. С целью подчинения существующих объединений казачества «Союзу казаков на Дальнем Востоке» при поддержке японцев в мае 1938 г. состоялось совещание представителей забайкальских, амурских и уссурийских казаков-эмигрантов.14 Во главе реорганизованного казачьего союза вновь оказался генерал А.П. Бакшеев.

Дальневосточное казачество в эмиграции приняло активное участие в формировании казачьих союзов. В большинстве своем оно проявило непризнание Советского государства и по-разному понимало тактику антисоветской борьбы. Накануне Второй мировой войны среди лидеров казачьей эмиграции обозначилось противостояние за сферы влияния, которое нередко переходило в обычные склоки. Это отражалось на психологическом состоянии эмигрантов, вынужденных покидать СевероВосточный Китай. Некоторые из них поняли бесперспективность своего противодействия политике СССР. И лишь казаки-семеновцы по-прежнему не теряли надежды на возвращение в Россию с помощью японских милитаристов.

1 Грызое А. Г. Казаки на Дальнем Востоке. // Родимый край. - Па-

риж -1920. - С.50.

2 Худобо родов А А Место и роль казачества в жизни русской эмиграции в Маньчжурии (1620 - середина 1940-х годов). // Годы. Люди. Судьбы. История российской эмиграции в Китае. Материалы международной научной конференции, посвященной 100-летию г. Харбина и КВЖД. - М., - С. 75.

3 На Дальнем Востоке. // Казаки за границей. - София. - 1934. - С.

105.

4 Дальневосточные запорожцы. // Казачий путь. - Прага. - 1924. -

N5 30.

5 Государственный архив Российской Федерации. Ф. 5963. Оп. 1. дело № 24.

6 Дальневосточная казачья группа. // Россия. - Шанхай. - 1925. -

№ 273.

: 7 ГАРФ., Ф. 6679. Оп. 1, дело N8 18. ,в ГАРФ., Ф. 5063. Оп. 1, дело № 14. " ГАРФ., Там же. Оп. 1, дело № 16.

10 ГАРФ., Ф. 6344. Оп. 1, дело №94.

11 Сибирское казачье войско. // Часовой. - Париж. - 1934. - № 121. -С. 24.

12 Гненрал П.Н. Краснов в новой роли агитатора на Дону. II Вестник Казачьего Союза. - Париж. - 1927. -№11.

13 ГАРФ., Ф. 5863. Оп. 1, дело № 24.

14 Российская эмиграция в Маньчжурии: военно-политическая деятельность (1820-1945). // Сборник документов. - Южно-Сахалинск. - 1994. - С. 77.

МАПЫШЕНКО Геннадий Иванович - ст. преподаватель Института ветеринарной медицины Омского государственного аграрного университета.

Г. А. ПОРХУНОВ ниш Н »»№: УДК 32 (47+57) КРЕМЯ ПЕРЕМЕН

РАССМАТРИВАЮТСЯ НОВЫЕ ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЕ КОНЦЕПЦИИ УЧЕНЫХ, ОБЪЯСНЯЮЩИЕ ПРОИСХОДЯЩИЕ ПРОЦЕССЫ В РОССИИ И СОВРЕМЕННОМ МИРЕ, А ТАКЖЕ ИХ ПРОГНОЗ НА БОЛЕЕ ОТДАЛЕННУЮ ПЕРСПЕКТИВУ.

Мир стремительно меняет свое лицо и приоритеты после «мирной революции» в СССР, которая привела к распаду страны. Видный американский политический деятель Гэри Харт изменения в СССР связывает прежде всего с деятельностью М.С.Горбачева. «Михаил Горбачев,-пишет он,- практически сам, в одиночку, положил конец холодной войне. Решимость Запада сыграла в этом свою роль, но далеко не главную. Мы до сих пор не знаем, почему он пошел на глубокое и нередко одностороннее изменение политики, практики, идей и представлений, которыми живет его огромная и неспокойная страна».

Именно Горбачев «в одностороннем порядке принципиально перестроил политику своей страны по отношению к Западу... Столь решительные перемены в политике великих держав происходили в прошлом только в одном случае - в случае военного поражения». Огромная страна пустилась в свободное интеграционное плавание в общеевропейскую семью народов, не имея доверия ее населения к своему лидеру и «способности видеть будущее».

Какими мы были, бросившись в поиски лучшего? Вот свидетельства оппонента советского тоталитаризма: «Советская интеллигенция конца XX в. энергична, любознательна и умна, чем интеллигенция в любой другой части мира. Современные советские математики и физики принадлежат к числу лучших в мире. Советские рабочие хорошо подготовлены и способны показывать высокую производительность. Советские достижения в космических и военных технологиях заслуживают уважения. Советские фермы могут производить достаточное количество продуктов». Все это было, когда М.С.Горбачев пришел к власти, когда нашу страну «боялись на Западе». Она считалась «энергичным смертником США в политическом противоборстве сверхдержав». Сейчас этого не признает уже никто.

Гери Харт считает, что к интеграции в западное сообщество государств Россия не готова. «Есть в русском национальном характере нечто такое, - замечает он, - что заставляет его сопротивляться принятию западных норм демократического индивидуализма и стремления к коммерции», потому что русским людям не только трудно к этому привыкнуть, но и потому, что «рынок не накормит престарелых, не даст образования детям, медицинского обслуживания инвалидам, жилья бедным». Для народа привыкшего получать пусть «минимальное, но гарантированное» нелегко привыкнуть к тому, чтобы «презирать голод, бездомность, бедность и безработицу».

О том же напоминает и один из авторитетов капиталистической экономики Дж. Гэлбрайт. Его анализ на уровне приговора больному Западу: «В то, что капиталистическая система имеет тенденцию к совершенствованию, теперь нельзя верить. Социальное неравенство, произвольные и хаотичные нововведения, разрушение окружающей среды, безразличие к личности, власть корпораций над государством, инфляция, неспособность к межотраслевой координации... - это не второстепенные дефекты, а недостатки, глубоко присущие системе».

Современные мыслители считают, что утраченный общественный строй был такой формой цивилизации, в ко-

торую удачно вписывалась Россия. Разрушение этой формы привело «к всеобъемлющей деградации», превращению страны «в сырьевой придаток», к опасности денационализации России, потери ею национального своеобразия.

Но не вое потеряно. Образовавшееся новое пространство СНГ А. Панарину видится «вторым миром» с решающей ролью его народов в делах целой планеты XXI века. Он утверждает, что в наше время перед всеми народами стоит задача: или присоединиться к западной цивилизации, или остаться на «варварской периферии цивилизации с перспективой исчезнуть вообще». В то же время противоречит своей посылке и предсказывает гибель от европейской цивилизации - «если бы население мира уже сегодня имело американский или западноевропейский уровень потребления, то есть осуществило бы западный эталон жизни, наша планета взорвалась бы от экологической нагрузки». Так в западном ли эталоне жизни счастье конкретного народа? Автор прав в одном: «Попытка механического заимствования западных ценностей приводит к самым негативным последствиям».

Сегодня, по мнению американского ученого японского происхождения Френсиса Фукуямы, все альтернативные варианты исторического развития проиграны. Новой сильной идеологии, которая могла бы стать моделью нового развития истории, нет. Поэтому в перспективе истории остается либо повторение пройденного, либо ее конец.

Фундаментальные изменения во всемирной истории Фукуяма связывает с концом «холорчой войны». Наступление «мира» привело к победе «экономического и политического либерализма», а не к конвергенции капитализма и социализма, идею которой отстаивал, в частности, русский социолог-эмигрант П.Сорокин. Наступил триумф Запада. Происшедшие изменения в странах социализма в конце 80-х годов привели к «завершению идеологической эволюции человечества и универсализации западной либеральной демократии как окончательной формы правления». А если это так, то наступил «не просто конец «холодной войны»,., но конец истории как таковой». Тип государства, появившийся «в конце истории» фукуяма определяет как «общечеловеческий». Новый теоретик «общечеловеческого» государства, считает, что в нем «разрешены все противоречия и утолены все потребности». Однако сегодня такого государства мир еще не знает.

Появлению теории «конца истории», без сомнения, способствовали реформы в СССР и других «коммунистических странах». Но эти реформы, утверждает Фукуяма, не были неизбежным следствием материальных условий, в которых эти страны находились - они не находились в «таком уж материальном кризисе». Изменения произошли в результате того, что «одна идея победила другую», когда «на родине мирового пролетариата» в СССР забили «последний гвоздь в крышку фоба с марксизмом-ленинизмом». Провозглашая «конец истории», Фукуяма заявляёт, что наше будущее зависит от того, «в какой степени советская элита усвоит идею общечеловеческого государства». Необходимо осознать, что мы уже находимся «по ту сторону истории», но этому сознанию будет мешать мощь