Поиск диалога с контекстом: историзм в архитектуре и градорстроительстве современной Украины

ПОИСК ДИАЛОГА С КОНТЕКСТОМ: ИСТОРИЗМ В АРХИТЕКТУРЕ И ГРАДОРСТРОИТЕЛЬСТВЕ СОВРЕМЕННОЙ УКРАИНЫ

© Линда С.Н.*

Национальный университет «Львовская политехника», Украина, г. Львов

В статье рассмотрены доминирующие тенденции в развитии архитектуры и градостроительства современной Украины - историзм, как мировоззренческая позиция архитекторов и контекстуальный подход, как методическая платформа для его реализации в условиях сформированной застройки. На основе приведенных примеров определены позитивные и негативные стороны этих процессов.

Тенденция к гуманизации архитектурной среды проявилась в украинских городах еще в советскую эпоху и связывалась она с возрождением традиционных культурных ценностей. Особенной динамики это явление набрало в середине 1990-х годов - во время относительной стабилизации политической и экономической ситуации в стране, когда уверенно начали возрастать масштабы городского строительства. В 1997 г. доктор архитектуры, профессор И. Фомин писал: «Общий всплеск интереса к судьбе архитектурного наследия объясняется просто. Минувшее XX столетие принесло великие изменение во все сферы жизни. Это, прежде всего, политическая, социальная и научно-техническая революции. Слишком быстро, на глазах одного поколения, изменяются образы городов и условия жизни в них. Резко возросли темпы строительства и новая застройка стает антиподом исторически сложившийся, которая должна уступать ей место. В результате в людей возникает тревожное чувство потери связи с минувшими достижениями культуры... Повышенный интерес к архитектурному наследию в исторических городах Украины к тому же обусловленный становлением ее государственности и возрождением ее национального самосознания» [1].

Городские власти исторических городов Украины, как правило, осознают необходимость бережного отношения к историко-архитектурным памятникам центральных районов городов, поэтому в условиях рынка проблема проектирования новых сооружений и их комплексов в исторической застройки стала особенно актуальной. Сейчас остается один путь - искать компромиссный вариант: сохранить историческую среду, одновременно развивая ее. Таким образом основой творческого мировоззрения большинства современных украинских архитекторов стал историзм - мышление категориями стилей прошлого и вовлечение их форм для решения акту-

* Доцент кафедры «Архитектурное проектирование», кандидат архитектуры, доцент.

альных задач архитектуры. А методологическую платформу сформировал принцип контекстуализма, который предусматривает соответствие нового объекта сформированному контексту, в котором прошлое и настоящие, история и современность, - важно и интересно для архитектора, а ударение делается больше на отображении и поддержке существующей ситуации, чем не новом объекте. Таким образом будущее рассматривается архитекторами в контексте прошлого, а новая архитектура стает средовой, выдержанной в масштабе и модуле существующей ситуации: новый объект становится индивидуальным, но не самодостаточным.

Контекстуализм зародился в США в 1960-х годах, но наибольшее распространение и теоретическое обоснование получил в 1970-х в Европе годах. Тема, которая особенно волновала европейских постмодернистов-урбанистов, был кризис современного города и рационалистического урбанизма «Афинской хартии». Постмодернисты Л. Кроль, братья Крие, М. Кюло пропагандировали новый взгляд в европейском градостроительстве, который был представлен в книге Л. Крие «Хартия реконструкции европейских городов» (1978 г.). В книге впервые была сформулирована идея города как «морального проекта», а не только результата функциональной целесообразности и экономической деятельности. Начала универсальной типологии городских пространств архитектор искал в историческом наследии [2, с. 78-80]. Крие Л. разработал специфическую концепцию «города в городе», которая основывалась на фрагментации городской ткани на отдельные кварталы, каждый из которые является «городом в миниатюре» и наполнен всеми необходимыми функциями [3, с. 76-80].

Трудно утверждать, что поколение современных украинских архитекторов было воспитано на теоретических работах Л. Крие, но тем не менее основные идеи его книги стали практиковаться с 1990-х годов в Украине. Это можно объяснить причинами как внутренними (необходимость сохранения архитектурного наследия и своеобразной городской среды), так и внешними влияниями (знакомство с результатами градостроительной деятельности западноевропейских архитекторов, с импортом из Запада готовых и апробированных идей). Контекстуальный подход стал одной из важнейшей составляющей практики строительства в условиях исторически сформированной застройки городов Украины.

Примером реализации этого подхода при создании новой градостроительной единицы - городского квартала - стал проект застройки ул. Ко-жумяцкой в Киеве (генпроектировщик ТАМ В. Шкрогаль, 2008 г.) (рис. 1). Улица рассматривается как органическое продолжение застройки Андреевского спуска - одной из главных исторических осей Киева. Она следует морфологии сложного ландшафта, формируя одновременно как связанную с городом структуру, так и самостоятельную градостроительную организацию. Архитектура каждого дома (максимальная высота - 4 этажа) инди-

видуальна и основывается на стилизациях классицизма, модерна и укра-инского барокко [4].

а) макет застройки б) фасад дома в стиле модерн

Рис. 1. Проект застройки ул. Кожумяцкой в Киеве

Контекстуальный подход стал основой для С. Ежова и В. Селиванова при разработке проекта жилого дома на ул. Январского восстания, 10 в Киеве. Авторы писали: «Это феноменальное историческое место. Не хотелось тут строить авангарда. Самое первое: учли соседство с виллой К. Испиланти (1798 г.) и введи масштабную примыкающую арку. Напротив -Слупский Николаевский собор, прекрасный пример украинского барокко. Рядом - жилой дом, построенный И. Каракисом в стиле конструктивизма». Новым домом архитекторы намеревались поддержать историческую коммуникацию эпох, стилей, мастеров [5].

Интересный пример реализации идеи контекстуализма представлен в г. Ровно. В новом генплане города (2003 г.) была разработана градостроительная концепция формирования нового общественного комплекса обще -городского значения в западной части уг. Соборной - главной магистрали г. Ровно. В начале 2000-х годов были модернизированы жилые дома 1950-х годов , а в 2006-2007 годах был сооружен наземно-подземно многофункцио-нальный комплекс. Наземная часть состояла из шести-восьмиэтажных жилых домов, стилистика которых возвращалась к эпохе «сталинского ампира» и неоклассицистической ротонды-памятника Марии Несвицкой -основательницы города (рис. 2). Таким образом был не только создан новый общественный комплекс, но восполнен и развит исторический контекст сильно пострадавшего в годы войны города [6].

Примеры использования контекста как «точки отсчета» в современной архитектурной практике находим во многих городах Украины. Характе-ным примером могут быть жилые дома в Сабанеевском проулке в Одессе

(М. Повстанюк, 1994-1995 гг.) (рис. 3). Архитектор обратился к типологии жилых зданий, характерной для застройки улиц Маразлиевской и Канатной конца XIX - начала XX века. Таки образом была органично завершена застройка исторического проулка и городской контекст обогатился объектами, которые создали чувство «историчности» места [7].

а) новые жилые дома иа уп.Соборной б) памятник-ротонда Марии Несвицской

Рис. 2. Наземная часть нового общественного комплекса в г. Ровно

Встречаем примеры «искренней» контекстуальности во Львове. Наиболее ярким может быть новый корпус Института внутренних дел на ул. Городоцкой (Ю. Джигиль, 2001 г.). Здание «вклинивается» во фронт исторической улицы и сложным функциональным объемом выходит во внут-ренний двор. Симметрический фасад з усложненной артикуляцией основан на постмодернистских аллюзиях, которые обыгрывают ассоциации с местным модерном [8, с. 658].

Рис. 3. Жилые дома в Саба- Рис. 4. Здание львовской филии «Укр-неевском проулке в Одессе соцбанка» на пл. Мицкевича во Львове

Но само по себе использование форм архитектурных стилей прошлого в современной практике не гарантирует констекстуальности произведения. Историзм тоже может быть конфликтным и квазиконтекстуальным. Примером этого есть здание львовской филии «Укрсоцбанка» на пл. Мицкевича во Львове (А. Базюк, О. Огоновский, 1998-2005 гг.) (рис. 4). Здание находится в самом сердце исторического города и, казалось бы, такое центральное расположение обязывает особенно чутко подходить к масштабу, пропорциям и образу объекта. Но, несмотря на подчеркнутую историци-стичность решения (апелляция к формам средневековой архитектуры), здание выглядит как агрессивная крепость-форпост в гуманистическом окружении архитектуры конца XIX - начала XX веков. Пуританская архитектура несколько смягчается модуляциями на тему львовского историзма II половины XIX века, которые объединены с признаками «современности», но формирует какой-то свой контекст, собственное семиотическое поле, не связанное с окружением [8, с. 649].

Немногие приведенные выше примеры очерчивают круг основных проблем, связанных с процессом активного нового освоения архитектурной среды исторических городов Украины. С одной стороны - неподдельный интерес к прошлому, стремление сохранить уникальность городской среды стимулируют архитекторов к контекстуальности мышления и использовании средового подхода, которые означают максимально чуткое вписывание новых зданий в сформированную структуру и их подчинение историческому контексту. Декларация такого подхода несомненно позитивная сторона сегодняшних процессов формирования нового архитектурного мышления. Одним из наиболее популярных средств реализации этого намерения есть использование форм и знаков в актуальной практике, свидетельствующих об обращении к исторической памяти места, к его наследию, к «genius loci»

- духу места. В тоже время развивается другая, настораживающая тенденция: подмена декларации котекстуальности. Исторические формы стают как бы «лозунгом», прикрытием для решения абсолютно других проблем, которые не имеют ничего общего с понятием сохранения контекста. Историзм поневоле стает фактором агрессии для сформированной среды из-за гипертрофированного масштаба, диспропорциональности, потери чувства меры.

Список литературы:

1. Фомин И. Новое испытание старого Киева // Зеркало недели. - 1997.

- № 48 (165).

2. Архитектура Запада / ЦНТИ теории и истории архитектуры. - М.: Стройиздат, 1987. - Кн. 4: Модернизм и постмодернизм. Критика концепций / Ш.Д. Аскаров, А.П. Соколина, A.B. Ефимов и др. - М., 1987. - 181 с.

3. Jencks Ch. The New Paradigm in Architecture. The Language of PostModernism. - New Haven - London: Yale University Press, 2007. - 272 p.

4. Застройка на Кожемяках в Киеве // А+С. - 2008. - № 2.- С. 80-89.

5. Украинское барокко // А.С.С. - 2004. - № 5. - С. 67.

6. Посацький Б. С. Центр PiBHoro - новий етап розвитку // Архиектур-ний в1сник. - 2008. - № 34. - С. 32-36.

7. Лгнда С. М. Контекстуал1зм як елемент м1стобуд1вного мислення в apxiTeKrypi ^торизму сучасно! Украши // Шстобудування та територ1аль-не планування. Науково-техшчний зб1рник / Вщпов. ред. М.М. Осетрш. -К.: КНУБА, 2009. - Вип. 34. - С. 270-276.

8. Архттектура Львова. Час i стит: XIII-XXI ст. / Упор. i наук. ред. Ю.О. Б1рюльов. - Льв1в: Центр £вропи, 2008. - 720 с.

ТРАДИЦИИ И НОВАЦИИ В АРХИТЕКТУРЕ РЫБИНСКА 1920-Х - НАЧАЛА 1930-Х ГОДОВ

© Махнин A.A.*

г. Ярославль

В статье освещается постконструктивизм, а также традиционные и новаторские влияния на архитектуру в России в 1920-1930-х годах. Термин «постконструктивизм» был введен историком архитектуры С.О. Хан-Магомедовым для описания процесса перехода авангардистских течений к сталинскому неоклассицизму. Возникновение этого стиля видится, скорее, не как естественный процесс в архитектурном сообществе, а как результат государственного вмешательства.

В советской архитектуре 1920-1930-х годов концепция конструктивизма составляла сердцевину архитектурного авангарда. С середины 20-х годов XX века конструктивизм становится наиболее признанным направлением и закрепляется в общественном сознании как олицетворение архитектурного авангарда в целом.

Творческая концепция конструктивизма и производственного искусства была порождена модернистским прорывом проекта в реальную действительность, футуристским штурмом будущего.

В развитии системы идей и организационной консолидации конструктивизма ключевую роль сыграл М.Я. Гинзбург. Он подчеркивал, что конструктивизм - не «стиль», но метод деятельности. Архитекторы в функциональной архитектуре выражали преклонение перед техническими возможностями, перед новым богом-машиной как примером разумной гармонии функционально обусловленных частей. Архитектура 1920-1930-х годов, ее новые формы отражали также стремление перестроить быт человека,

* Архитектор.