Теория языка в свете «Основного вопроса» философии

Селищев А. С.

ТЕОРИЯ ЯЗЫКА В СВЕТЕ «ОСНОВНОГО ВОПРОСА» ФИЛОСОФИИ

Аннотация. В статье предпринята попытка классификации теорий языка в свете так называемого «основного вопроса» философии. На этой основе выявлена специфика подхода различных школ к взаимозависимости категорий «язык» и «мышление».

Ключевые слова. Теория языка, материализм, объективный идеализм, субъективный идеализм, дуализм, основной закон философии, язык и мышление.

Selishchev A.S.

THE THEORY OF LANGUAGE IN THE LIGHT OF THE "FUNDAMENTAL QUESTION" OF PHILOSOPHY

Abstract. The article attempts to classify the language theories in the light of the so-called "fundamental question" of philosophy. On this basis, revealed the specifics of the approach to the different schools of the interdependence of the categories "language" and "thinking".

Keywords. Language theory, materialism, objective idealism, subjective idealism, dualism, the fundamental law of the philosophy, language and thinking

Введение

Категория «язык» является одним из камней преткновения общественной науки, в какой бы её отрасли данная категория не рассматривалась: философия, лингвистика, психология и т.п. На протяжении многих десятилетий не умолкают сетования, что проблема остается одной из самых трудноразрешимых. И это вполне объяснимо, если иметь в виду, что изучая категорию «язык», исследователь неизбежно должен затронуть парную ей категорию «мышление». А отсюда «рукой подать» до ключевой философской пары: «материя (мир)» и «сознание». Тем самым, неминуемо столкновение с так называемым «основным вопросом» философии. Мимо этой дихотомии пройти оказывается невозможно. Как отмечает видный отечественный философ Юрий Иванович Семенов, название двух данных противостоящих друг другу видов реальности может быть самым различным: бытие и сознание, мир и познание, материя и мышление, природа и дух, вещи и мысли, материальное и идеальное, физическое и психическое и т.п. Но суть при этом остается одной и той же. Определить же понятия «мир» и «сознание» возможно единственным способом: указать, какой из двух обозначаемых этими понятиями видов реальности принимается за первичный, а какой - за вторичный [12, с. 71-73].

Как известно, Фридрих Энгельс в своей работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» (1886) назвал проблему отношения мира и сознания, основным вопросом философии. В связи с этим следует учитывать, по крайней мере, два важных момента.

ГРНТИ 16.01.07 © Селищев А.С., 2016

Александр Сергеевич Селищев - доктор экономических наук, профессор, профессор кафедры экономики и управления Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов.

Контактные данные для связи с автором: 192171, Санкт-Петербург, Ивановская ул., д. 19, кв. 24 (Russia, St. Petersburg, Ivanovskaya str., 19, 24). Тел.: 8 921 905-62-24. Е-mail: selishchev@yandex.ru.

Во-первых, отношение к марксистской диалектике, классиком которой является Ф. Энгельс, очень неоднозначно в среде современных исследователей. Многие из них, не считающие себя её приверженцами, вышеупомянутую проблему попросту игнорируют, или, так или иначе, демонстрируют к ней свое отрицательное отношение. Осознавая это, мы все же вынесли фразу «основной вопрос» философии в заголовок, чтобы, независимо от того, признается существование этой категории или нет, сделать ее своеобразным водоразделом при рассмотрении основных концепций.

Во-вторых, философия как таковая не имеет собственного эмпирического базиса. Ее положения не могут быть проверены путем наблюдения или эксперимента. Философы в своих спорах не могут обращаться к данным опытов. Поэтому все их дискуссии, как правило, бесконечны и не оканчиваются консенсусом. Как писал великий немецкий философ Иммануил Кант: «В сфере чистого разума не бывает настоящей полемики. Обе стороны толкут воду в ступе и дерутся со своими тенями, так как они выходят за пределы природы, туда, где для их догматических уловок нет ничего, что можно было бы схватить и удержать. Они могут бороться сколько угодно; тени разрубаемые ими, мгновенно срастаются вновь» [5, с. 628].

Теория языка как никакая иная находится в самой непосредственной близости к основному вопросу философии. И именно этим, прежде всего, объясняются все трудности ее формирования. Недавно вышел весьма солидный труд лингвиста Людмилы Григорьевны Зубковой, которая проделала гигантский труд, стремясь обобщить основные теории языка [4]. Неудивительно, что вслед за всеми остальными исследователями Л.Г. Зубкова пишет, что существует мнение, будто общая теория языка настолько непоследовательна, что ее эволюцию невозможно проследить. Такое мнение может показаться вполне правомерным, продолжает она, если сравнить исходные принципы основных лингвистических направлений последних двух столетий и вспомнить, как яростно ниспровергаются время от времени все предшествующие теории языка, и как меняется определение самого предмета лингвистики в разных направлениях [4, с. 17-18].

Чтобы определить свою позицию относительно природы языка, следует определиться относительно природы мышления. А для этого нужно определить свою позицию относительно взаимоотношения бытия и мышления или материи и сознания (что является первичным, определяющим, в данной паре, а что - вторичным). Но так как основной вопрос философии невозможно разрешить однозначно, значит, и все остальные проблемы остаются бездоказательными. Можно лишь объявить о личной предпочтительности той или иной позиции.

Как известно, относительно основного вопроса философии существует материалистический подход (признание материи первичной категорией, а сознания - вторичной) и идеалистический подход (признание сознания первичной категорией, а материи - вторичной). В свою очередь, материализм можно подразделить на два основных вида: натурматериализм (относящий материальный мир только к природе и допускающий отклонения в сторону идеализма в прочих сферах, т.е. непоследовательный материализм) и диалектический материализм (всеобъемлющий материализм или панматериализм). Что касается идеализма, то его также можно подразделить по большому счету на два основных вида: объективный (в основе мира - абсолютный дух или абсолютный разум) и субъективный (мир является проявлением сознания). Помимо этого можно выделить еще и дуализм, то есть промежуточную позицию между материализмом и идеализмом (рис. 1).

Рис. 1. Философские школы и основной вопрос философии

Всякий оригинальный лингвист, разрабатывающий свою концепцию языка, осознает он это или нет, с той или иной последовательностью неизбежно занимает ту или иную позицию по основному вопросу философии, что с той же неизбежностью определяет суть разрабатываемой языковой концепции. В данной статье мы остановимся на четырех основных подходах к основному вопросу философии, и на основе этого попытаемся классифицировать основные теории языка. Мы рассмотрим: (1) диалектический материализме, (2) объективный идеализм, (3) субъективный идеализм, (4) дуализм. В данной работе не рассматривается натурматериализм. Тем не менее, следует особо упомянуть о выдающемся лингвисте, немецком стихийном материалисте Августе Шлейхере, который трактовал лингвистику как естественную науку и находился под огромным влиянием теории Дарвина. Натурализм Шлейхера являлся своеобразной реакцией на доминирование в языкознании идеализма В. Гумбольдта.

В европейской цивилизации основа материализма и идеализма были заложены в Древней Греции. Материалистическую традицию принято вести от Демокрита (460-370 гг. до н.э.), а идеалистическую (объективную) от Платона (428-348 гг. до н.э.). При этом следует отметить важное обстоятельство: если все основные труды Платона дошли до нас в целости и сохранности, то от работ Демокрита остались лишь фрагменты. Подчеркнем, что субъективный идеализм сформировался позже объективного, а последовательный диалектический материализм и вовсе относительно недавно - второй половине XIX века. Тем не менее, сначала становимся на концепции материализма, затем объективного и субъективного идеализма, завершив рассмотрением дуализма.

1. Материалистическая парадигма

Материалистическая диалектика рассматривает природу языка и мышления как часть общего вопроса о связи и взаимной обусловленности материи и сознания в свете основного вопроса философии. В диалектической паре категорий «материя» и «сознание» (рис. 2) материя является категорией первичной. В понимании материалистов, материя - это все то, что нас окружает, все то, что существует вне нас и независимо от нашего сознания, т.е. весь необъятный внешний мир, который действует на наши органы чувств, вызывает ощущения. Необъемлемым свойством или атрибутом материи является движение (материя существует только в движении и иначе существовать не может).

Рис. 2. Материалистическая модель: «мышление-язык»

Формами существования материи являются пространство и время: иначе, чем в пространстве, материя существовать не может. Все, что совершается в мире, происходит во времени. Поэтому время является также формой существования материи. По мнению диалектических материалистов, в мире никогда не существовало, не существует и не может существовать ни одного явления, которое не было бы результатом движения, развития материи. Существует только один материальный мир. Другими словами, мир един, потому что он материален.

Сознание вторично. Сознание - продукт высокоразвитой материи. Сознание - функция мозга. Оно не может существовать без мозга, своего материального носителя. Мозг - орган мышления. Природа, материя существовала тогда, когда никакого сознания еще не было. Сознание возникло позже. Сознание человека зависит от состояния его организма, тела. Сознание отражает бытие, значит бытие первично, а сознание вторично, производно. Не существует сознания, оторванного от материи. Нет поэтому ни души, ни «того света», ни рая, ни ада [10, с. 20].

Именно с корой головного мозга, в частности с корой больших полушарий, связаны высшие проявления нервной деятельности. Развитие нервной системы приводит к усложнению поведения животных. И все же, по мнению материалистов, нельзя говорить о мышлении животных в подлинном смысле этого слова. Академик И.П. Павлов (1849-1936) подчеркивал условность аналогий между душевной деятельностью животных и человека. Психика человека специфична, то есть она носит особый, только человеку свойственный характер. У обезьяны мышление непосредственно связано с окружающими предметами. И оно невозможно без прямой связи с ними. У обезьяны отсутствует способность образовывать абстрактные понятия. Она обладает так называемым «предметным мышлением». У человека же мышление качественно иное. Он знакомится с предметами в процессе производственной, научной деятельности, в быту. Вырабатываются абстрактные понятия. Человек абстрагируется от конкретных форм конкретных предметов, выделяет общие их свойства. Именно эта черта человеческого мышления - его абстрактный характер - недоступен животным.

Вместе с тем, человеку мало иметь биологически полноценный мозг, чтобы обладать человеческим сознанием. Он должен еще жить в обществе, в коллективе. Вне человеческого коллектива нет и человеческого мышления. Мышление возникает как результат жизни людей в обществе. Оно может проявиться лишь тогда, когда человек, с одной стороны, отражает природу, с другой - когда люди вступают в определенные отношения друг с другом в трудовой, производственной деятельности. Труд создал человека, человеческое общество. Именно в труде, в производственной деятельности развивается мозг человека, его сознание. Сознание есть продукт жизни человека в человеческом обществе. Оно - явление общественное. Процесс формирования мышления и языка показан в работе Ф. Энгельса «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» (1876).

Однако применение естественных орудий не есть еще труд в подлинном смысле слова. Труд в подлинном смысле слова начинается лишь тогда, когда появляются первые искусственно изготовленные человеческой рукой орудия труда. Вместе с этим появляется речь. В процессе совместного труда у формировавшихся людей появляется насущная потребность что-то сказать друг другу. Эта потребность создала себе свой орган. Гортань постепенно преобразовывается. Так возникает членораздельная речь - язык - средство обмена мыслями, средство общения между людьми, материальная оболочка мышления. Мышление не может существовать без языка. Между ними существует неразрывная связь, единство.

Единство языка и мышления вытекают из самой природы мышления. Только в словах мысль становится реальной. Пока она в голове у человека, она как бы мертва, недоступна для других людей. Поэтому язык можно назвать практическим, действительным сознанием. К. Маркс отмечал, что язык является непосредственной действительностью мысли. Это значит, что иначе, чем в языковой материальной оболочке мышление не существует. Даже тогда, когда мы не выражаем наших мыслей вслух, а только, как говорят, думаем про себя, мы тоже облекаем их в словесную, языковую оболочку.

Язык и мышление едины, но не тождественны. Мышление отражает действительность. Язык же есть средство, при помощи которого мысли передаются другим людям. Мышление связано с действительностью непосредственно. Язык же связан с действительностью через мышление. Соотношение языка, мышления и действительности таково: мышление отражает действительность, а язык является формой выражения мышления. Язык, являясь формой выражения мышления, в свою очередь имеет свое содержание - объективный мир, отраженный в сознании [2, с. 353-354].

Если материальное явление имеет непосредственно свою материальную внешность, данную нам в ощущениях, живом созерцании, то этого нельзя сказать о духовном явлении. Последнее становится доступным органам чувств лишь опосредованно - через материальные средства, выражающие его. Поскольку духовное явление может возникать из материального, может существовать, выражаться и передаваться только в материальном и через него, то мы здесь имеем дело с явлениями не однопоряд-ковыми, а разного порядка. Материальное явление, имеющее свои материальные внутренние содержание и форму, в этом единстве выражает духовное явление, имеющее свое внутреннее духовное содержание и духовную форму. В языке мысли существуют в физических материальных звуках и не могут без них существовать, а тем более передаваться. И не только мысли, а и чувства могут существовать и передаваться только в материальном и через него [9, с. 221]. Единство языка и мышления, по мнению сторонников диалектического материализма, заложено в «клеточке», в «основной единице»

языка - в слове. Слово всегда есть единство значения и звукового знака. Смысловая сторона, или лексическое значение есть обобщенное отражение явлений действительности.

Понятие, как форма логического мышления, есть тоже результат обобщения, есть отражение существенно-общих определений. В этом отношении значение слова и понятия совпадают. Они имеет свои внутренние содержание и форму. Точно так же значение слова «в себе», в чистом виде, имеет свои внутренние содержание и форму. Но в составе слова понятие в единстве своего содержания и формы будет выступать как содержание, а звуковая сторона - как его внешность, внешняя форма выражения его.

Поскольку значение слова, само по себе, без звуковой стороны не возникает, не существует и не передается, то оно необходимым образом воплощается в эту звуковую сторону, подчиняет ее себе, приобретает, таким образом, материальную внешность и через нее проявляет себя. Звуковая сторона слова есть материальное средство выражения духовного или есть особым образом организованный звуковой, материальный процесс, который подчиняется духовной стороне (понятию, смыслу) и используется для образования значимых единиц языка - слов, фраз и т.д. Звуковая сторона тоже, конечно, имеет свое материальное содержание и свою материальную форму, но как средство выражения духовного она выступает как материальная внешность, внешняя форма, выражающая духовное содержание. Таким образом, слово есть сложное единство духовного (понятие, или значение) и материального (звуковой знак), единство, в котором содержанием является духовное, а внешней формой - материальное. Для содержания слова совершенно безразлично, в какой именно внешней форме оно будет выражаться. Например, для понятие «стол» безразлично: будет ли оно выражаться в русском «стол» или в немецком «der Tisch». Но так или иначе в слове звуковая сторона необходима [9, с. 223].

Слова в определенной взаимосвязи составляют язык, который есть также единство содержания и формы. Но при этом мы должны подчеркнуть, что так как язык это не механическая сумма слов, а строгая их организация и взаимодействие, то формой - внутренней организацией языка - является грамматический строй, изучаемый грамматикой (морфологией и синтаксисом), а содержанием -лексика, словарный состав, изучаемый лексикологией. Главное отличие мышления от языка, по мнению материалистов, состоит в том, что мышление, как таковое, есть процесс опосредованного отражения действительности, рассматриваемого в чистом виде, свободном от звуковой стороны языка виде, в тот время как язык не свободен ни от своей звуковой стороны, ни от мыслей, он есть единство мыслей, понятий и звуковой стороны. И только в этом единстве состоит его сущность. А это и означает, что язык есть непосредственная действительность мышления, «есть практическое, существующее и для других людей и лишь тем самым существующее также и для меня самого, действительное сознание» [8, с. 29].

Сделаем промежуточные выводы. Во-первых, так как мышление и язык отражают материю и являются по отношению к ней категориями вторичными, то все национальные языки сводимы, в конце концов, к общим универсалиям. Непреодолимых границ между языками не существует. Любые понятия на одном языке могут адекватно передаваться на любой другой язык. Во-вторых, не существует так называемых языковых картин мира, так все языки отражают единую материю. В-третьих, культурологическая специфика того или иного языка не носит абсолютного характера, а сводится лишь к ряду нюансов, не затрагивающих сути коммуникативной деятельности. 2. Объективно-идеалистическая парадигма

В отличие от материалистов, идеалисты (как объективные, так и субъективные) в качестве исходного пункта в объяснении действительности берут не практическую деятельность человека, не производство, а сознание. То есть за исходный пункт берется результат и через его призму объясняется материальное. При этом наиболее древним философским течением является объективный идеализм, ведущий, как уже отмечалось, свое начало от Платона. В СССР изучению идеализма уделялось самое пристальное внимание. Начало этому положили две капитальных монографии о субъективном и объективном идеализме [13, 14]. Основные течения объективного идеализма приведены на рис. 3. К настоящему времени все эти течения либо прекратили существование, либо утратили заметное влияние. Так, например, школа неоплатонистов действовала в III-VI вв.

Рис. 3. Основные течения объективного идеализма

Томизм возник в XIII веке. Отправной точкой томистской философии является признание существования двух миров: многообразного духовного, нематериального мира, мира сущностей, и тленного, быстротечного материального мира, который находится ниже и, следовательно, подчиняется первому. Истинной, подлинной реальностью обладает только духовный, «реальный» мир; он не подчиняется законам природы, стоит «над» ней. Материальный, физический мир - это реальность «второго порядка». Он не суверенен, а подчинен первому и зависит от него. Таким образом, абсолютная реальность -это реальность нематериального мира, т.е. реальность «немирового бытия». Все остальное реально лишь постольку, поскольку оно получает существование от этой истинной реальности [13, с. 434]. С 1879 по 1963 гг. модернизированный томизм - неотомизм, являлся официальной философией католической церкви.

В персонализме основной вопрос философии, об отношении мышления к бытию, выступает как проблема отношения личности к Вселенной. Личность («персона») - основная категория персонализма. Личность объявляется им единственной и высшей реальностью. При этом он имеет в виду не реального конкретного человека, а духовную субстанцию, «единство сложных изменений сознания». Персоналисты распространяют понятие личности как «духовной активности» на всю действительность. Весь мир состоит якобы из множества духовных субстанций. Представление о Вселенной завершается признанием существования высшей духовной субстанции - Бога, который является в конечном итоге творцом всего существующего. Предметы, явления, события и факты объективного мира наделяются волей и сознанием. Источником, из которого возникает сознание, является не высокоорганизованная материя, а мировое сознание, «первичный разум». Конечной причиной наших ощущений и представлений являются не материальные предметы, а некое высшее, божественное существо [13, с. 354].

Гегель и его последователи. Наиболее теоретически развитую систему объективного идеализма создал Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770-1831), который поставил перед собой задачу разработать своеобразную всеохватывающую философскую систему, объясняющую буквально все, что существует в мире. Первоначалом в мире Гегель считал «мировую идею», некий безличный, оторванный от человека разум (рис. 4). Как и в любой концепции объективного идеализма, Гегель объективизировал и абсолютизировал «мировую идею», которая выступает в качестве творца, созидателя всего материального. В этой конструкции материальное, весь предметный мир есть простая форма бытия воплощенной в нем идеи. Восприняв от своих предшественников в немецкой классике Фихте и Шеллинга идею о тождестве мышления и бытия, духа и природы, субъекта и объекта, Гегель учил, что «мировая идея» существует вечно и изначально содержит в себе в скрытом виде все возможные явления природы и общества, являясь источником и движущей силой мира.

Рис. 4. Объективно-идеалистическая модель: «мышление-язык»

Исторической заслугой Гегеля является тщательная разработка диалектической методологии, которая, по его мнению, лежит в основе понимания всего существующего, в первую очередь, мировой идеи. Гегель поставил задачу раскрыть логику существования и развития «мировой идеи», а так как она находится в тождестве с природой, то, следовательно, принципы и законы бытия природы, общества и человека, в том числе и его сознания. По учению Гегеля, «мировая идея» находится в постоянном процессе саморазвития, постепенного изменения, раскрытия и развертывания своего содержания. Первоначально идея развивается в самой себе, затем принимает форму природы

В гегелевской теории языка следует выделить три основных аспекта: (1) язык как воплощение абстрактных представлений; (2) язык как произведение рассудка; (3) язык как сущее для других людей самосознание. Соответственно с этим место теории языка в философской системе Гегеля определяется той ролью, какую он отводил языку в процессе движения познания от представлений к понятиям, от рассудка к разуму и как связующему звену между индивидуальным и общественным сознанием. Признавая, что процесс познания протекает по законам диалектики, Гегель стремился вскрыть противоречия, характеризующие роль языка в познании. В своей теории он пытался ответить на вопросы: каким образом язык, созданный для выражения абстрактных представлений, делает своим содержанием понятия? Каким образом язык, являющийся произведением рассудка, становится орудием разума? Гегель считал язык орудием мысли, наиболее соответствующим ее природе.

Блестки гениальности Гегеля можно обнаружить в некоторых наметках диалектической трактовки языка - в его предположении о существовании связи (но не абстрактного тождества) языка и мышления, в его понимании роли языка в осуществлении связи индивидуального и общественного сознания, в его попытках охарактеризовать специфические противоречия, присущие языку, а также в утверждении, что наличие чистых (формальных) языковых знаков не мешает доминированию в языке рационального начала. При внимательном рассмотрении концепции Гегеля можно судить, что если из этой концепции удалить понятия «мировая идея», «мировой разум», то его диалектический метод фактически раскрывает диалектические процессы, присущие материальному миру. Распространение диалектического метода с «мировой идеи» на весь остальной мир Гегель обосновывает идеей тождества духа и природы [16, с. 171-174]. Современный вариант учения Гегеля, неогегельянство, некоторое время существовал в США, Великобритании, Германии и Франции, к середине 1970-х годов существенно утратив свое влияние.

Сделаем промежуточные выводы. Во-первых, в объективно-идеалистической философии мышление и язык находятся в диалектическом взаимоотношении с абсолютным разумом. В силу этого непреодолимых границ между языками не существует. Любые понятия на одном языке могут адекватно передаваться на любой другой язык. Во-вторых, не существует так называемых языковых картин мира, так как абсолютный разум (мировая идея) един. В-третьих, культурологическая специфика того или иного языка не носит абсолютного характера, а сводится лишь к ряду нюансов, не затрагивающих сути коммуникативной деятельности. В-четвертых, роль абсолютного разума (мировой идеи) в теории объективных идеалистов сопоставима с ролью общественного труда в теории диалектических материалистов.

3. Субъективно-идеалистическая парадигма и ее «опровержение»

Субъективный идеализм гораздо моложе идеализма объективного. Духовным отцом многих его течений принято считать Джорджа Беркли (1658-1753). В отличие от объективного идеализма, идеализм субъективный в настоящее время очень активно развивается по многим направлениям. Правда, большинство его сторонников (в отличие от материалистов и объективных идеалистов) отрицают или игнорируют саму постановку основного вопроса философии. Тем не менее, по своей сути, философы, принадлежащие к этому течению, считают (в различных интерпретациях), что все то, что принято называть внешним миром, состоит из ощущений личности (рис. 5).

Существование материальных объектов как содержание сознания

субъекта

i к

Дух, мышление и язык человека

Рис. 5. Модель субъективно-идеалистическая: «мышление--язык»

Весьма затруднительно привести четкую классификацию основных течений субъективного идеализма в силу их многочисленности и нюансов отдельных направлений, школ и подвидов. На рис. 6 в самом общем виде изображены основные течения субъективного идеализма. Два течения, неореализм и феноменология будут лишь кратко упомянуты.

Рис. 6. Основные течения субъективного идеализма

Неореализм - направление в англо-американской философии начала XX века. Главной его особенностью был отказ от гносеологического дуализма Джона Локка (1632-1704) и поздних форм реализма. Неореализм признавал независимое существование объектов и их непосредственную данность субъекту в процессе познания. Пожалуй, самым знаменитым представителем этого течения был Бертран Рассел (1872-1970). Неореалисты считали познающее сознание свойством человеческого организма, связанным с поведенческими реакциями. В настоящее время данное философское течение не очень популярно, тем не менее, оно оказало определенное влияние на развитие теории языка.

Феноменология (учение о феноменах) - направление в философии XX века, определявшее свою задачу как описание опыта познающего сознания и выделение в нём сущностных черт. Основателем феноменологии считается Эдмунд Гуссерль (1859-1938), который призывал отказаться от построения дедуктивных схем философии и обратиться к первичному опыту. Идеи феноменологии также были восприняты многими течениями лингвистики.

Кантианство. Самой яркой фигурой субъективного идеализма следует признать Иммануила Канта (1724-1804), на идеях которого выросла немецкая классическая философия, а также неокантианство. Именно Кант оказал первостепенное влияние на формирование мировоззрения Вильгельма фон Гумбольдта (1767-1835), основателя современной лингвистики. Об этом, в частности, неоднократно упоминает Рудольф Гайм (1821-1901) когда пишет, что Гумбольдт находился под большим влиянием, прежде всего, Шиллера, Канта и Гёте [1, с. 129]. Гайм также отмечает, что ничто, за исключением эллинизма, не влияло на научный образ мыслей и мировоззрение Гумбольдта как Кант. Так, если Гердер свое опровержение кантовской критики отчасти черпает в ссылках на язык, то Гумбольдт, напротив, как бы намеренно именно на языке испытывает правильность кантовских утверждений, идет по стопам «Критики чистого разума». Существует целый ряд мест, продолжает Гайм, в которых гумбольд-товский анализ языка составляет как бы параллель к кантовскому анализу человеческого познания. И можно сказать, что Гумбольдт был бы кантианцем даже в том случае, если бы он не читал ни одной строки Канта, «даже если бы Кант ничего не писал и никогда не существовал» [1, с. 368-372].

Кроме того, говоря о лингвистических теориях данного направления, следует, несомненно, упомянуть программное произведение немецкого философа-неокантианца Эрнста Кассирера (1874-1945) «Философия символических форм. Язык», оказавшее заметное влияние на формирование лингвистической теории [6].

Развитие учения Гумбольдта преобразовалось в неогумбольдтианство (гипотеза Сепира-Уорфа и школа Л. Весбергера в Германии), а также направления структурализма, которые отождествляют язык

и мышление, но уже в результате абсолютизации относительной самостоятельности языка. Они рассматривают язык как некую имманентную сущность, как систему противопоставлений, характер которых не зависит от реальных свойств членов этих противопоставлений (Ф. де Соссюр, Л. Ельмслев и др.). С точки зрения представителей последних теорий язык не только определяет характер и структуру мышления, но и сам характер отражения объективной действительности. Таким образом, в рамках теорий взаимоотношения языка и мышления, развиваемых сторонниками неогумбольдтианства и некоторых направлений структурализма, язык рассматривается как нечто определяющее по отношению к объективной действительности. Следовательно, в философском плане эти теории могут квалифицироваться как своего рода «лингвистический идеализм» [11, с. 3]. Гипотеза лингвистической относительности Се-пира-Уорфа развивалась, прежде всего, в США в то время, когда там господствовали взгляды бихевио-ристов и структуралистов. Впоследствии ее преодолел картезианский рационализм Хомского.

Прагматизм. В последней трети XVIII века в качестве самостоятельного течения оформляется прагматизм, основателем которого принято считать Чарлза Пирса (1839-1914). Пирс формулирует основной принцип прагматизма, согласно которому содержание любых идей и понятий о вещах исчерпывается представлением об их возможных последствиях для нас. «Принцип Пирса» по существу есть истолкование Беркли в духе утилитаризма. Для Беркли «быть - значит быть в восприятии». Для Пирса, быть -значит иметь практические последствия. Иначе говоря, Пирс полагает, что существует только то, что так или иначе затрагивает наши интересы, что может принести пользу или вред. Классический прагматизм отрицает познаваемость мира и реальности его существования, объективных закономерностей в природе и обществе. Никакой объективной реальности не существует, реальностью является то, во что человек верит. Изменение верования означает, тем самым, изменение реальности.

Для прагматиста мир абсолютно пластичен и податлив воле индивида. В нем нет ничего независящего от человека. Вся реальность рассматривается лишь как чистая возможность, действительность которой не только целиком определяется субъектом, но и существует лишь в отношении к субъекту. Поэтому для прагматистов говорить о мире как существующем независимо от активности человека так же нелепо, как для Беркли говорить о вещах, которые никто не воспринимает. Для прагматистов мышление представляет собой основную естественно возникшую и развивающуюся функцию приспособления. Чарльз Пирс оказал немалое влияние на идеи лингвистического позитивизма. Именно к нему восходит субъективно-идеалистическая тройственная классификация знаков и семиотика.

Позитивизм является, пожалуй, самым влиятельным течением философии, выступающим под знаком позитивного, или положительного знания. Данное течение возникло во Франции в первой трети XIX века. Его основателем считается Огюст Конт (1798-1857). Идейные истоки позитивизма уходят к агностицизму Д. Юма и И. Канта, а также к субъективному идеализму Дж. Беркли. Для характеристики позитивизма небезынтересна его трактовка основного вопроса философии. Этот вопрос был объявлен Контом неразрешимым, но затем, в ходе эволюции позитивизма, появились мнения, что он поддается «преодолению» на основе «нейтрального», якобы не материалистического и не идеалистического истолкования ощущений. Позднее позитивисты заявили, что основной вопрос философии лишен научного смысла. В истории позитивизма выделяются три основных этапа (рис. 7). Различие между этими этапами обнаруживается в изменении истолковании основного вопроса философии, шедшем от заявлений о невозможности разрешить его к отрицанию содержащейся в нем дилеммы, а затем и самого этого вопроса вообще.

Рис. 7. Этапы развития позитивизма и «преодоления» основного вопроса философии

Первый этап - позитивизм XIX века. Его представители - О. Конт, Дж.Ст. Милль (1806-1873) и Герберт Спенсер (1820-1903) - требовали отказа от проникновения в сущность явлений и ограничения познания лишь установлением последовательности, чередования явлений. Они отрицали возможность познания внутренних, существенных связей и отношений, отрицали объективный характер закономерностей. Второй этап - эмпириокритицизм или махизм (Авенариус, Мах и др.). Его представители толковали опыт субъективно-идеалистически, как совокупность ощущений и переживаний субъекта, рассматриваемых вне связи их с внешним источником. Третий этап - неопозитивизм - сложился в 1920-х годах: Рудольф Карнап (1891-1970), Мориц Шлик (1882-1936). Сохраняя в своих учениях в гипертрофированной форме ряд главных черт старого позитивизма, неопозитивисты придали ему новые черты. Они заняли крайне нигилистическую позицию по отношению к основному вопросу философии. Неопозитивисты подменили философию логикой и исследованием структуры языка. Неопозитивизм с самого своего начала в известном смысле уже был семантическим течением в позитивизме, поскольку стремился перенести центр тяжести своей философской проблематики на вопросы употребления языка. Среди семантических идеалистов наряду с теоретиками-неопозитивистами образовалось течение «прикладной семантики».

Предтечей неопозитивизма является Людвиг Витгенштейн (1881-1951). В центре его рассуждений в «Логико-философском трактате» (1921) стоит язык. При этом роль языка в процессе познания абсолютизируется: все философские проблемы сводятся к языковым. Так, по Витгенштейну, цель философии состоит в логическом разъяснении мыслей: философия должна прояснять и строго разграничивать мысли, которые без этого являются темными и расплывчатыми. Вследствие неправильных толкований языка, то есть лингвистической путаницы, а также стремления к всеобщему и единому (эссенциализм) возникают якобы философские проблемы, или, что то же, «псевдопроблемы». Витгенштейн заявлял о своей свободе от философских, то есть мировоззренческих вопросов, утверждая, что философские проблемы основываются на ошибках нашего языка и что все, что вообще может быть высказано, высказывается ясно, «а о чем невозможно говорить, о том следует молчать».

Неопозитивисты отрицательно относятся к самой постановке основного вопроса философии, отрицают вторичность мышления по отношению к бытию и определяют мышление как форму «нейтральных» структурных связей. Неопозитивизм отрицает материалистическую концепцию отражения объективной действительности, происходящее в форме мысли.

Сделаем промежуточные выводы. Во-первых, все лингвистические теории, имеющие в качестве теоретического базиса субъективный идеализм, игнорируют взаимоотношения между материей и сознанием. Во-вторых, в связи с этим объектом исследования является исключительно язык, роль которого абсолютизируется. В-третьих, абсолютизация языка порождает концепцию о так называемых многочисленных языковых картинах мира: язык формирует мышление.

4. Дуалистская парадигма

Кроме материалистического и идеалистического ответа на основной вопрос философии существует, по крайней мере, еще один, занимающий промежуточное положение: это дуализм (рис. 1). Крупным представителем данного философского направления является выдающийся французский ученый Рене Декарт (1596-1660), который возглавил так называемое картезианское направление в философии. По мнению Декарта, ни материя не является первичной по отношению к сознанию, ни дух - по отношению к материи. Эти два вида реальности абсолютно равноправны и образуют два самостоятельных мира. Другими словами, существуют две субстанции: материальная и идеальная. Идеальная, духовная, мыслящая субстанция, в свою очередь, подразделяется на производную и конечную субстанцию, то есть душу человека (дух), а также на первичную и бесконечную, то есть - Бога. С другой стороны, материя, как и дух, также является конечной субстанцией.

Бог, абсолютно совершенное существо, сотворил материальный мир, человека и законы природы, а далее все это действует самостоятельно без божественного вмешательства. В мире нет ничего, кроме движущейся материи различных видов. Материя состоит из элементарных частиц, взаимодействия которых и производит все природные явления. Главный признак, или атрибут, материальной, телесной субстанции, согласно Декарту, - это ее протяженность в длину, ширину и глубину. Абсолютной пустоты не существует. Мысль человека полностью не зависит от телесно-чувственного начала, этого основного источника заблуждений. Духовная жизнь - это познавательно-мыслительная деятельность

в ее наивысших проявлениях - интуиции и дедукции. Если материя - полностью безжизненна и бездуховна, то живой человеческий дух, напротив, бестелесен. Специфика картезианского дуализма связана с убеждением во взаимном исключении субстанций телесной и духовной.

По Декарту идеи выступают в трех разновидностях [15, с. 99-119]. Первый вид идей - идеи, проникающие в человеческий дух извне. Например, идея Солнца. Эти идеи образны и неустойчивы. Второй вид идей - идеи, образующиеся человеческим духом на основе предшествующих идей. Это та же идея Солнца, но осмысленная астрономически. Данный вид идей более устойчив. Наконец, третьи идеи, предельно устойчивы и абсолютно истинны - врожденные идеи. Первостепенную роль среди врожденных идей играют идеи субстанций, а наибольшую - идея актуально бесконечного, всегда правдивого Бога. Она образует последнюю незыблемую основу познания и бытия. Врожденность идеи Бога, по убеждению Декарта, осознается легче всех других.

Картезианская концепция врожденности идей - важнейший этап априористического истолкования теоретического знания. Начало этой традиции было заложено объективным идеалистом Платоном. Платон заявлял о бессмертии человеческих душ, которые до своего вселения в человеческое тело впитывают наиболее ценное знание из самосущного мира идей. В положении о существовании врожденных идей (как и интеллектуальных интуиций) Декарт абсолютизировал важнейший гносеологический факт - существование непосредственного знания, роль которого фундаментальна. Такая абсолютизация - одно из главных теоретических оснований картезианской метафизики. Схематичное изображение дуалистической модели «мышление-язык» представлено на рис. 8. В данном случае абсолютный дух (Бог) создал бездуховную материю и человеческий разум и более не вмешивается в запущенный процесс.

!

\------------1

I

I г--------,-----------

Нематериальный дух

: ""--------1-----------

I

Рис. 8. Модель дуалистическая: «мышление--язык»

Бездуховная материя

Врожденный разум (и язык) человека

Среди современных лингвистов, по сути, приверженцем данной модели является Наом Хомский (1928), с концепцией картезианской лингвистики и генеративной грамматики. Природу этого учения метко подметил современный немецкий философ Альбрехт Эрхардт (1925), который назвал позицию Хомского объективно-идеалистической, платонико-схоластической [17, с. 75-79], дуалистической, по сути. Идеи Хомского и его последователей генеративистов можно кратко изложить следующим образом: несмотря на поверхностные структурные и семантические различия, во всех языках есть общие элементы, которые складываются в различные комбинации. Элементарные семантические составляющие обеспечивают и доказывают единство мышления людей независимо от их языков. Мышление в паре «язык и мышление» первично, а язык производен и вторичен. Говорящие на разных языках используют одну и ту же систему концептуализации впечатлений и ощущений - т.е. тех импульсов, которые поступают в их сознание от внешнего мира [3, с. 322-323]. Этим Хомский и его последователи наносили ощутимый удар по воззрениям гипотезы лингвистической относительности последователей В. Гумбольдта.

Сделаем промежуточные выводы. Во-первых, являясь дуалистическими, теории данного направления все же тяготеют к объективному идеализму и дистанцируются от субъективного идеализма. Национальные языки сводимы к общим универсалиям. Непреодолимых границ между языками не существует. Во-вторых, дар языка и мышления врожденно присущ человеку. Родившись в том или ином языковом окружении, ребенок легко «настраивается» на соответствующую доминанту. В-третьих, не существует так называемых, языковых картин мира. В-четвертых, культурологическая специфика того или иного языка не носит абсолютного характера, а сводится лишь к ряду нюансов, не затрагивающих сути коммуникативной деятельности.

Общие выводы

Во-первых, языковые теории, базирующиеся на четырех философских основах, по-разному толкуют природу языка. Вместе с тем, языковые теории материалистические, объективно-идеалистические и дуалистические более или менее едины в том, что все языки сводимы к единым универсалиям. Во-вторых, особые позиции занимают лингвистические теории, базирующиеся на субъективно-идеалистической основе. В данном случае роль языка всемерно абсолютизируется, что находит свое проявление в самых разных аспектах. В-третьих, в данной статье мы никаким образом не пытаемся придерживаться той или иной позиции, пропагандировать те или иные концепции, полагая, что каждый волен выбрать их самостоятельно.

ЛИТЕРАТУРА

1. Гайм Р. Вильгельм фон Гумбольдт. Описание его жизни и характеристика. М.: УРСС, 2004, 529 с.

2. Галкина-Федорук Е.М. О форме и содержании в языке // Мышление и язык. М.: Госполитиздат, 1957. С. 352-407.

3. Герберт Л. Лингвистика картины мира и национальный характер в языке // От лингвистики к мифу: лингвистическая культурология в поисках «этнической ментальности». СПб.: Антология, 2013. С. 316-333.

4. Зубкова Л.Г. Эволюция представления о Языке. М.: Языки славянской культуры, 2015. 760 с.

5. Кант И. Критика чистого разума // Кант И. Соч. в 6 т. Т. 3. М., 1964. 799 с.

6. Кассирер Э. Философия символических форм. Т. 1: Язык. М.: Академический проспект, 2011. 270 с.

7. Коган С.Я. Проблема языка в философии Гегеля и экзистенциализм // Вопросы философии. 1966. № 4. С. 121-131.

8. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 3. М., 1955. С. 7-544.

9. МинасянА.М. Категории содержания и формы. Ростов-на-Дону: Изд-во Ростовского ун-та, 1962. 312 с.

10. ОвшийЯ.О. Материя и сознание. М.: Знание, 1961. 40 с.

11. ПанфиловВ.З. Грамматика и логика. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1963. 80 с.

12. Семенов Ю.И. Введение в науку философии. Кн. 1: Предмет философии, ее основные понятия и место в системе человеческого знания. М.: ЛЕНАД, 2015. 222 с.

13. Современный объективный идеализм. Критические очерки. М.: Изд-во социально-экономической литературы, 1963. 478 с.

14. Современный субъективный идеализм. Критические очерки. М.: Изд-во политической литературы, 1957. 528 с.

15. Соколов В.В. Философия духа и материи Рене Декарта. М.: ЛИБРОКОМ, 2011. 144 с.

16. Тимошин Н.И. О сущности идеализма. Самара: Самарская государственная академия культуры и искусства, 2011. 228 с.

17. Эрхардт А. Критика современной лингвистической философии. М.: Прогресс, 1977. 160 с.