Футуристический антиквариат

В своем новом нью-йоркском отделении аукционный дом Phillips de Pury проводит аукцион дизайна "Венских мастерских" — объединения архитекторов, художников и ремесленников, действовавшего в Вене в начале ХХ века.

"Венские мастерские" считались вначале отделением "Сецессиона", ставшего в Австрии синонимом стиля модерн. И хотя живописец Густав Климт, например, также сотрудничал с "Венскими мастерскими" — все-таки они работали в первую очередь с предметами быта. Светильники, столы, стулья и лампы как частное и все жизненное пространство как целое — вот была сфера приложения сил Йозефа Хоффмана и Коломана Мозера, а также легендарного венского архитектора Отто Вагнера, присоединившегося к ним.

Тут все было по-германски серьезно. Интернациональное стремление художников модерна работать со средой тут оформилось в Gesamtkunstwerk — идею тотальности искусства. Сформулированная Хоффманом и Мозером программа провозглашала тождественность понятий искусства и ремесла, а главной целью стало поощрение сотрудничества промышленников, художников и торговцев для успешного производства и сбыта изделий декоративного и прикладного искусства. У "Венских мастерских" были собственные проектные и ремесленные мастерские, сеть магазинов; все изделия считались авторскими, копии не допускались. Марка WW (Wiener Werkstatte) стала своеобразным знаком качества для всей дизайнерской продукции Вены 1900-1910-х годов. Йозеф Хоффман, заведовавший мастерскими, ставил во главу угла качество и настаивал на использовании самых лучших материалов, что не способствовало финансовому успеху и отчасти помешало этому направлению в дизайне прямо "перетечь" в функционализм Баухауса.

Среди полусотни представленных на аукцион Phillips de Pury предметов — те, что сделаны по крупным заказам, например, Отто Вагнером для здания Австрийского почтового банка в Вене в 1906 году. Потолочные и настенные светильники для операционного зала — это некрашеные алюминиевые или окрашенные в белый цвет металлические цоколи, демонстрирующие во всей красе лампы накаливания со сложно скрученной внутри нитью (эстимейт $6-8 тыс. и $12-15 тыс.). Табурет из гнутого и ламинированного бука соединяет новым способом обработанный материал и минималистскую функциональность ($30-40 тыс.). Прочным и практичным выглядит кресло телеграфиста из бука, усиленного алюминием (для здания телеграфа Die Zeit, 1902, $35-45 тыс.). Настольные лампы Йозефа Хоффмана — его визитные карточки. Простых форм, из патинированной латуни, украшенные скромными "юбочками" из белого шелка. Каких-нибудь десять лет назад их вообще не считали достойными коллекционирования — пока некоторые антикварные галереи не начали представлять их на салонах. Невероятное сочетание современности и "антикварности", простота — до идеальности — очень быстро завоевали таким предметам круг любителей. На торгах такая лампа оценена в $25-35 тыс.

Другие знаменитые изделия Йозефа Хоффмана — его стулья и кресла. Самое знаменитое, под названием "Машина для сидения", не представлено на торгах — впрочем, оно достаточно широко тиражировалось. А вот стул с высокой спинкой из гнутого бука и украшающими ее семью шариками сделан специально для выставки дизайна в Вене в 1908 году ($50-70 тыс.).

Предметы Коломана Мозера отличаются графической четкостью: он любил чередование контрастных поверхностей, например черных и белых квадратов. Спинки двух его стульев тоже декорированы квадратами — пустыми и заплетенными соломкой (1903, $75-85 тыс.). Точно так же оформлен борт его сухарницы: серебряная строго геометрическая решетка напоминает защитный кожух машин — и в то же время изящно инкрустирована ляпис-лазурью ($18-22 тыс.). Гораздо больше напоминает о традиционном модерне подвеска из золотых стручков, сделанная Коломаном Мозером ($350-400 тыс.). В мастерской специально хранили засушенные листья и цветы, виноградные лозы — из-за того, что скрючившиеся стручки (видимо, акации) практически не стилизованы, а просто перенесены в золото, брошь кажется не антикварной, а футуристической.

3 марта, Нью-Йорк