Золотые происки

Учредители компании "Ника" с нуля создали крупнейшего производителя на рынке ювелирных часов. Следующий шаг — убедить клиентов, что российские часы могут стоить как Rolex.

В здании, похожем на музей, в огромном сейфе лежат слитки золота. Неожиданно они начинают превращаться в золотые часы. Срабатывает сигнализация, охрана в панике бегает и не может понять, что происходит. Рекламный ролик, снятый IQ marketing и Fetish Film для компании "Ника", можно было увидеть осенью и зимой на федеральных телеканалах.

В реальности часовая компания "Ника" располагается в московской промзоне у метро "Коломенская". В литейном цеху золотые бруски валяются на верстаках возле прокатных станков — можно взять, подержать в руках. Брусок длиной 70 см стоит более 5 млн руб. "Если мы тут напортачим с составом, то металл не получит пробу в Пробирной палате. Представляешь, какова цена ошибки?" — говорит начальник литейного цеха Николай Чепеленко. На наших глазах он варит в печи сплав золота, серебра и "секретных добавок" (у каждого ювелира они свои) и готовится выплавить очередную заготовку.

У "Ники", основанной в 2003 году, производство почти полного цикла. На нем работают более 570 человек. Здесь делают пресс-формы для станков, льют золотой сплав, штампуют корпуса и вручную закрепляют бриллианты под микроскопом в дорогих моделях. "Мы бы и рады что-то отдать на аутсорсинг, но или партнеры задирают цены, или качество хромает",— разводит руками совладелец "Ники" Алексей Богданов.

Не делают на "Нике" только сами часовые механизмы — их закупают в Швейцарии и Японии. Это крупнейшее производство ювелирных часов в стране. Ближайший конкурент — компания "Анлина" — в прошлом году предоставила в Пробирную палату 45 тыс. часов, "Ника" — 224,8 тыс. Выручка компании за прошлый год превысила 2,4 млрд руб. Создать с нуля новое производство на часовом рынке оказалось проще, чем возродить советских гигантов.

Будь бережлив и не звезди

У каждого из четырех акционеров "Ники" свое амплуа: Тенгиз Саникидзе играет на барабанах, Георгий Мордехашвили — на гитаре, а Елена Хитрина поет. Лишь у Алексея Богданова еще в детстве в музыкальной школе обнаружили полное отсутствие слуха. Ни одного корпоратива не проходит, чтобы джаз-банд "Ника" не исполнил свой хит: ""Ника" идет, стрелки вперед".

Любой здравомыслящий бизнес-консультант предостережет от создания компании друзьями, тем более вчетвером и с равными долями. Но бизнес "Ники" родился именно из дружбы.

Основной бизнес Алексея Богданова в 1990-е — инвесткомпания "Альпари" — занималась доверительным управлением и оказывала брокерские услуги. Кризис 1998 года практически разрушил этот бизнес. Богданов вышел из него, продав свою долю. "Мне тогда показалось, что в России нужно заниматься чем-то более серьезным. Не спекулировать ценными бумагами, а создавать продукт",— говорит Алексей.

Идею продукта предложил Саникидзе. Как наемный менеджер он организовал несколько небольших ювелирных мастерских в Грузии и России. "С одной стороны, была дорогая Швейцария, с другой — небольшие российские ювелирные производители, которые помимо колец и цепочек выпускали маленькие несовременные женские часики из золота, "копеечки"",— вспоминает Богданов. Партнеры решили делать "народные" золотые часы. При цене от 15 тыс. руб. они стоили бы в несколько раз меньше швейцарских, но имели бы современный дизайн. "У европейских потребителей часы из золота не пользуются популярностью, их выпускают мало, а стоят они очень дорого. Многим же россиянам важно, чтобы часы были золотыми",— говорит директор департамента закупок и эксклюзивных продаж ювелирного дома "Эстет" Федор Полуденный.

В 2002 году партнеры подписали кодекс компании — смесь корпоративных стандартов и общечеловеческих ценностей. Например, пожелание "будь бережлив" там соседствует с "не сплетничай" и "не звезди". По кодексу друзья не могут продавать свои доли и вынимать деньги из бизнеса без согласия партнеров. "Банальные, конечно, вещи,— признает Богданов,— но когда у всех партнеров равные права и обязанности, нужны четкие правила игры".

$1 млн потратила на ребрэндинг компания "Ника" в 2010 году. Фигуру богини победы Ники заменили на знак, напоминающий мужской галстук-бабочку

Верный ход

Правила игры партнеры разработали быстро. Создать качественный продукт оказалось куда сложнее. Владельцы "Ники" закупили бэушные турецкие станки и разместили их в полуподвальном помещении в Черемушках. Оптовых клиентов удалось найти на выставке "Росювелирэкспорт": "Ника" рассчитывала не на часовые магазины, которые торгуют в основном швейцарскими и японскими часами, а на ювелирные салоны. Московская фабрика начала со 100-200 часов в месяц, и тут же посыпались нарекания.

"Ника" использовала часовые механизмы российского завода "Чайка", но они оказались ненадежными: 20-30% часов быстро выходили из строя. Тогда владельцы "Ники" решили закупать швейцарские механизмы ETA, Ronda и японские Miyota Seiko и другие. Стоили эти механизмы в три раза больше российских, от 30-50 евро, зато не ломались. Правда, чтобы уложиться в "народные" 15 тыс. руб., компания делала часы с полым корпусом. Из-за этого внутрь попадали влага и пыль. Выход нашел Тенгиз Саникидзе: он обратил внимание, как устроены кухонные часы,— механизм вставлялся в корпус из дерева. Так на "Нике" придумали и запатентовали в 2004 году технологию: механизм помещается в капсулу из стали, а уже поверх нее ставится золотой корпус. Часы получаются тяжелые, крепкие, но при этом на них уходит меньше золота. "Это ноу-хау компании,— признает Федор Полуденный,— больше так никто не делает".

Тех, кто в принципе делает в России часы, становилось все меньше. В СССР существовали такие гиганты, как Первый и Второй московские часовые заводы (брэнды "Полет" и "Слава" соответственно), Угличский часовой завод ("Чайка"). Однако по данным маркетингового агентства Step by step с начала 2000-х продажи российских производителей ежегодно уменьшались на 15%. По цене они не выдержали конкуренции с китайской продукцией, по качеству — со швейцарской и японской. Но ювелирные часы покупают не для того, чтобы узнавать время. Это скорее аксессуар, украшение.

Вставшие часы

Скрестить ювелирный и часовой бизнес пыталась не только "Ника". Например, выходцы с Первого московского часового завода создали компанию "Мактайм", с Угличского — "Анлина".

Расширить ассортимент, выпуская часы, пытались и ювелиры — например, в середине 2000-х станки закупил "Адамас". Но на продажи часов в ювелирных сетях приходится не более 1-2% ассортимента — этот бизнес оказался небольшим и хлопотным. Нужно постоянно обновлять модельный ряд, закупать дорогое оборудование и пресс-формы. "Мы решили сконцентрироваться на классических ювелирных изделиях",— объясняет руководитель по связям с общественностью "Адамаса" Влада Баранова. В итоге компания продала оборудование "Нике". Владельцы последней в 2007 году арендовали новое, более просторное помещение на "Коломенской" и как раз расширяли парк станков.

До того как "Ника" вышла в прибыль, ее владельцы в течение трех лет инвестировали $2 млн. Сейчас у "Ники" самый широкий среди российских производителей часов ассортимент — 40 коллекций. Помимо золотых часов в кризис компания начала выпускать серебряные по цене от 5 тыс. руб. Сейчас на них приходится 30% оборота. При этом "Ника" продается в 7  тыс. ювелирных магазинов (всего в России их около 10 тыс.). В кризис, когда упали арендные ставки, "Ника" даже запустила одноименную сеть небольших специализированных магазинов в Москве. Сейчас сеть насчитывает 13 точек, но балансирует на грани рентабельности.

Широкая представленность в розниц — это и хорошо, и плохо. "Мы уперлись в потолок: за счет экстенсивного развития быстро расти уже не получится",— говорит Алексей Богданов. Если до кризиса 2008 года выручка компании стабильно прибавляла по 50% в год, то по итогам 2011 года рост составил всего 10%.

Основной потребитель "Ники" — женщины от 35 лет со средним достатком. Больше 75% из них живут в регионах. Чтобы придать бизнесу ускорение, Богданов решил привлечь более обеспеченную аудиторию, в первую очередь мужчин. Эти люди менее падки на золото. Для них важнее дизайн и брэнд.

Русская экзотика

Когда часовому мастеру Владимиру Зинкевичу было 15 лет, соседка имела неосторожность пригласить его на экскурсию на Первый московский часовой завод. "Я пришел и увидел: более двух тысяч девушек собирают часы. Тогда-то я понял, что буду часовым мастером",— смеется Зинкевич.

С тех пор все изменилось: в команде Владимира работают одни мужчины. Они вручную собирают часы и скелетоны из серии "Ника Exclusive" (розничная цена 265-500  тыс. руб.). "Вы на мордочку панды посмотрите,— показывает Зинкевич часы в китайском стиле.— Если у часовщика некомфортные условия работы, то и мордочка будет грустная. А наша — улыбается".

Брэнд "Ника Exclusive" появился в продаже в собственных магазинах "Ники" в декабре 2011 года. Собирают их вручную из золота и драгоценных камней, используют механизмы стоимостью от 400 евро. Некоторые часы выполняются по индивидуальному заказу. Например, Зинкевич сделал часы для профессионального дегустатора вин: золотая виноградная лоза начинается на циферблате, проходит через весь механизм, а на крышке превращается в сапфировую каплю вина, которая падает в выгравированный бокал. На работу ушло полгода, зато клиент заплатил за часы больше миллиона рублей.

Весной продажи "Ника Exclusive" стартуют в 110 ювелирных салонах, Параллельно "Ника" стала заказывать часы у Константина Чайкина — единственного россиянина, который входит в международную Академию независимых часовщиков (AHCI). Он вручную собирает механизмы и продает часы за $50-100 тыс. "У многих есть швейцарские часы, а российские luxury-модели — это редкость, что-то новое",— убежден Богданов.

Он планирует, что через пару лет будет ежегодно продавать около 1 тыс. часов "Ника Exclusive" на сумму от $10 млн. Это относительно немного, учитывая, что, например, Rolex продает около 500 тыс. экземпляров в год. Другое начинание Богданова, рассчитанное на мужчин,— ювелирные аксессуары. В прошлом году помимо часов "Ника" стала выпускать ручки, запонки, зажимы для галстуков и денег и пр. Сейчас на них приходится меньше 1% от оборота компании. Основу ассортимента — свыше 60% — по-прежнему составляют золотые часы "Ника".

$25 млн Такова цена самых дорогих часов в мире 201-carat Chopard. Они были выпущены в 2008 году. Общий вес всех камней, инкрустированных в часы,— 200 карат

Телевидение против Пушкина

Как человек, который носит на руке часы за 800 тыс. руб., Алексей Богданов не ограничивает свои горизонты: "Задача — сделать первый российский брэнд на ювелирном рынке". Крупные ювелирные холдинги занимаются продвижением собственных розничных сетей. Брэндировать сами кольца, цепочки и сережки сложно технически. Часы и ручки — другое дело. Здесь узнаваемый брэнд, как надеется Богданов, вполне может стать драйвером продаж.

В прошлом году "Ника" провела исследование узнаваемости своей торговой марки. Результаты оказались неутешительными. Брэнд знали всего около 3% россиян. Чтобы исправить ситуацию, владельцы "Ники" решились на неординарный шаг: вложили около 150 млн руб. в масштабную рекламную кампанию на ТВ, в "наружке", глянцевых журналах и интернете. По данным TNS Gallup Media, на продвижение в "глянце" больше "Ники" потратил в прошлом году только Rolex — $2,2 млн против $2 млн. "Хороший бюджет для нашего рынка — кампанию заметили",— признает Влада Баранова из компании "Адамас".

Пока же модели потребления у известных западных брэндов и у "Ники" разные. Покупая, например, Breguet, человек платит за брэнд с 230-летней историей, который упоминается в произведениях Александра Пушкина. Выбирая "Нику", человек в первую очередь смотрит, сколько граммов золота содержится в этих часах. Чтобы люди платили не только за золото, но и за марку "Ника", Богданову и его джаз-банду предстоит потратить еще немало денег и времени.