Реализация закона дифференциации и интеграции этнических стереотипов как фактор развития межкультурных влияний

УДК 316.347

К. М. Оганян, В. П. Бранский

Реализация закона дифференциации и интеграции этнических стереотипов как фактор развития межкультурных влияний

Данная статья посвящена исследованию характера взаимоотношения межкультурных влияний и закона дифференциации и интеграции идеалов. Методом аналогии выявлены роли социальных идеалов при формировании новых этнических стереотипов и сформулирована общая закономерность взаимоотношения социальных идеалов и этнических стереотипов.

Ключевые слова: этническая общность, поведенческий стереотип, этническое самосознание, этническая интеграция, закон этногенеза

Kadzik M. Oganyan, Vladimir P. Branskij

The law of ethnic stereotypes' differentiation and integration realization as a factor of intercultural influences development

This article is devoted to research the relationship's nature of cross-cultural influences and the law of differentiation and integration ideals. The analogy method revealed roles of social ideals when forming new ethnic stereotypes and the general regularity of social ideals relationship and ethnic stereotypes is formulated.

Key word: ethnic community, behavioral stereotype, ethnic consciousness, ethnic integration, ethno genesis law

Исследование закона дифференциации и интеграции идеалов в сочетании с законом релевантности привело к следующему выводу: имеется тенденция к закономерному расщеплению единых стереотипов поведения на множество субстереотипов, превращение этих субстереотипов в самостоятельные стереотипы и, последующее, столь же закономерное, слияние этих стереотипов в суперстереотипы.

Этому процессу, естественно, соответствует процесс чередования дифференциации и интеграции этнических общностей (этносов). Наглядно характер взаимоотношения закона дифференциации и интеграции идеалов с «океаном» возможных межэтнических взаимодействий («межкультурных влияний») можно представить следующим образом. Допустим, в обыкновенном океане имеются различные зоны обитания морских существ. При этом зоны с большим числом мелких существ чередуются с зонами с малым количеством крупных существ. Допустим, что в океан периодически опускается сеть, размер ячеек которой варьирует в зависимости от величины обитателей соответствующей зоны: когда сеть попадает в зону с большим количеством мелких существ, ее ячейки соответственно уменьшаются, а когда она оказывается в зоне с малым количеством крупных существ, то размер ее ячеек соответственно увеличивается. В первом случае улов состоит из большого числа

• Том 206 • Социология культуры: опыт и новые парадигмы • Часть 1 •

385

Раздел IV. Этничность в контексте культуры

малых существ, а во втором из малого числа крупных существ (в частном случае, может состоять даже из одного). Допустим, что каждый раз улов в данной зоне сбрасывается на берег и сеть вновь погружается в следующую зону. Очевидно, что конечным результатом такого взаимодействия сети с океаном будет «дорожка» на берегу из чередующихся больших множеств мелких существ и малых множеств, крупных существ (некоторые из которых будут состоять из одного элемента).

Нетрудно догадаться, что в процессе этногенеза аналогом упомянутого океана является множество возможных межэтнических взаимодействий («межкультурных влияний»), о котором речь шла раньше; аналогом различных зон обитания - множества возможных (аналитических и синтетических) стереотипов поведения (своего рода, «виртуальная реальность», создаваемая межэтническими взаимодействиями); аналогом сети - закон дифференциации и интеграции социальных идеалов; аналогом «пульсации» (варьирования) размера ячеек сети - закон релевантности; аналогом улова - множество реальных (аналитических и синтетических) стереотипов поведения; наконец, аналогом береговой «дорожки» - закон дифференциации и интеграции этнических стереотипов.

Данная аналогия показывает наглядно, какую роль в процессе этногенеза должны играть такие факторы, как «идеологический контроль межкультурных влияний» и «этническая предрасположенность к специфическим социальным идеалам». К сожалению, до последнего времени в многочисленных теориях этногенеза этим факторам не уделялось должного внимания.

Рассмотренная только что аналогия наглядно иллюстрирует, какую роль, с одной стороны, старые социальные идеалы могут играть в формировании новых этнических стереотипов, а, с другой стороны, какую роль старые этнические стереотипы могут играть в реализации новых социальных идеалов. Таким образом, общая закономерность взаимоотношения социальных идеалов и этнических стереотипов состоит в том, что социальные идеалы способствуют формированию этнических стереотипов, а специфические этнические стереотипы - реализации специфических социальных идеалов.

Подчеркнем, что закон дифференциации и интеграции поведенческих стереотипов является необходимым теоретическим следствием из двух указанных теоретических законов. Можно сколько угодно сомневаться в существовании такого закона, но нельзя его отвергать, признавая в то же время наличие закона дифференциации и интеграции идеалов и закона релевантности. Так как дифференциация и интеграция поведенческих стереотипов обязательно ведет к дифференциации и интеграции этнических общностей (этносов), то чередование этнической дивергенции и этнической конвергенции оказывается не просто возможным, а необходимым процессом. Если мы теперь посмотрим на структуру закона дифференциации и интеграции поведенческих стереотипов, то сразу заметим четыре примечательных обстоятельства:

386 • Труды Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств • 2014 •

Раздел IV. Этничность в контексте культуры

1) Периодическое появление оппозиции мощной этнической общности множеству более слабых этнических общностей, склонных к взаимному антагонизму.

2) Более того, сам релятивистский характер этнических общностей является результатом их происхождения из одного источника - некоторого первичного этноса, из которого они возникли в результате дифференциации этого этноса. Стало быть, этнические корреляции, существующие между этносами, связаны с процессом дифференциации их «родительского» этноса и само их существование как таковых немыслимо друг без друга. Это делает понятным то известное положение релятивистской теории нации1, что, с одной стороны, этнос всегда возникает в рамках некоторой этнической системы отсчета; а, с другой стороны, сама эта система исторична и со временем заменяется другой системой.

Замечательно, однако, то, что та относительность этнического бытия, которая диктуется законом дифференциации и интеграции поведенческих стереотипов, предполагает объективность, историчность и социальность этого бытия (вопреки субъективистским, иррационалистическим и натуралистическим подходам к природе этноса и нации.) Иррационалистические концепции приписывают этносу сверхъестественное происхождение и потому считают его вечной категорией (отрицая, тем самым, историчность этноса). Субъективистские же концепции (частным случаем которых является конструктивистское направление в теории этносов и наций), признавая естественное происхождение этноса, его социальность и историчность, в то же время отказываются обсуждать вопрос об объективных основаниях этнического самосознания. Более того, они пытаются возложить ответственность за возникновение такого самосознания на субъективные козни политиков. Между тем, эти козни становятся возможными именно потому, что этнические общности с различными стереотипами поведения возникают до и независимо от этих козней. Объяснять существование этносов и наций такими кознями - значит ставить телегу впереди лошади.

3) Периодическое появление тенденции к объединению этносов на одном социальном полюсе как прелюдии к их распаду на другом.

4) Многократность пассионарных толчков обеспечивает устойчивость глобального процесса самоорганизации межэтнического взаимодействия. В масштабе всемирной истории нет перекоса ни в ту ни в другую сторону, ибо устанавливается нормальный автоколебательный режим.

Теперь надо вспомнить о том защитном панцире, который каждый этнос рано или поздно стремится надеть на себя. Ведь «нация» есть государственно оформленный (актуально или потенциально) этнос. Нетрудно понять, что если этнос распадается на два или более самостоятельных этноса, то этим двум этносам окажется тесно в старом защитном панцире: ведь последний был приспособлен для охраны старого «унитарного» стереотипа, а теперь появились два или несколько сепаратных стереотипа, охрана которых требует создания новых защитных панцирей. Если

• Том 204 • Живая Этика и Культура: идеи наследия семьи Рерихов в нашей жизни • Выпуск 2

387

Раздел IV. Этничность в контексте культуры

новые поведенческие стереотипы существенно различны, защита одного из них может начать мешать защите другого.

Напротив, если два (или более) этноса сливаются в один этнос, то им нет больше надобности иметь несколько отдельных панцирей и гораздо удобнее надеть на себя один панцирь, специально приспособленный для защиты нового «унитарного» стереотипа поведения. Единство стереотипа поведения сделает бессмысленным существование особых институтов для защиты разных поведенческих стереотипов (ввиду того, что защита стереотипа одной части объединенного этноса теперь уже не может помешать защите другой его части).

Итак, мы приходим к заключению, что закон дифференциации в интеграции этнических стереотипов не может не иметь в качестве своего практически особо важного следствия закон дифференциации и интеграции этнических государств -закономерное чередование распада полиэтнических государств на моноэтнические (тенденция к сепаратизму) и объединения моноэтнических государств в полиэтнические (тенденция к юнионизму2). В универсальности указанной закономерности легко убедиться, сравнивая эволюцию государств в разных географических регионах - от Западной Европы до Дальнего Востока.

Несмотря на громадные этнические различия, одна и та же социальная закономерность действует с упрямой настойчивостью, не считаясь ни с какими вариациями «смысла жизни» и «образа жизни» у разных народов. Она достаточно хорошо известна на примере эволюции государственной жизни Западной и Восточной Европы, поэтому проиллюстрируем ее действие на примере истории государственного устройства Китая3 (за период с Мв. до н. э., по XIX в. (см. табл. 1).

Из сказанного ясно, что закон дифференциации и интеграции поведенческих стереотипов открывает путь к теоретическому объяснению новых эмпирических закономерностей.

Таблица 1

История государственного устройства Китая

Исторический период Государственное устройство Характер структурной эволюции

IV-III в. до н. э. Эпоха Воюющих царств Распад

III в. до н. э. - III в. Эпоха Империй Объединение

III-VI вв. Западная и Восточная Хань Распад

VI-Х вв. Эпоха Троецарствия (и других государственных образований) Объединение

Х-XIII вв. Эпоха империй Суй и Тан Эпоха Пятацарствия (и других государственных образований) Распад

XIII-XIX вв. Эпоха империй Юань, Мин, Цин Объединение

388 • Труды Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств • 2014 •

Раздел IV. Этничность в контексте культуры

Прежде всего, само чередование пассионарных толчков благодаря фазовому сдвигу процессов дифференциации и интеграции этнических общностей делает неизбежным историческое неравенство народов с точки зрения их участия в мировом историческом процессе - появление «цепочки» народов, обреченных играть на соответствующих этапах мировой истории доминирующую роль, достигать своего этнического и политического акме.

Основанием этого неравенства является неравенство поведенческих стереотипов относительно социальных идеалов. «Историческими» (в гегелевском смысле) оказываются те народы, образ жизни которых благоприятствует реализации нового эпохального идеала4; «неисторическими» - образ жизни которых не содействует решению этой задачи.

Во-первых, каждый доминирующий народ переживает эпоху этнической интеграции, а затем дифференциации. Естественно, что именно по этой причине каждый такой народ испытывает вначале пассионарный подъем, а затем - упадок.

Так как закон дифференциации и интеграции идеалов не только допускает, но и предполагает временное возвращение («возрождение», «ренессанс», «возврат к истокам») прежних социальных идеалов56, а формула тезауруса этнических процессов предполагает существование одинаковых (в том числе, и прежних) поведенческих стереотипов, то становится понятным, почему пассионарный подъем и упадок у одного и того же народа может быть как одно, так и многократным (явление регенерации). Дело сводится просто к тому, что прежний (или близкий к прежнему) социальный идеал находит (или приготовляет) поведенческий стереотип, релевантный этому идеалу в прошлом (порой, даже очень отдаленном).

Возможен, однако, и другой случай, когда регенерация обусловлена не возвращением старого идеала, а возникновением такого нового идеала, для реализации которого нужен именно тот старый поведенческий стереотип, который играл большую роль в прошлом7. Тогда этот новый идеал (если он не найдет требуемый стереотип в готовом виде) будет инициировать именно такое взаимодействие существующих стереотипов, которое сформирует этот идеологически эффективный стереотип (каким бы «старым» и «обветшалым» он ни казался).

В-третьих, как мы уже видели, периодическое расщепление идеалов и их синтез, именно вследствие закона релевантности, неизбежно будет приводить к периодическому расщеплению (дифференциации) и синтезу (интеграции) идеологически эффективных поведенческих стереотипов, а это, в свою очередь, к периодическому расщеплению и слиянию этнических общностей8. Мы, следовательно, получаем своеобразный «диалектический» закон этногенеза: сотрудничество народов и их борьба взаимно предполагают друг друга - борьба создает почву для нового сотрудничества, а это сотрудничество подготавливает предпосылки для новой борьбы. Очевидно, что когда мы переходим к государственно оформленным этно-

• Том 204 • Живая Этика и Культура: идеи наследия семьи Рерихов в нашей жизни • Выпуск 2

389

Раздел IV. Этничность в контексте культуры

сам («нациям»), этническое сотрудничество и этническая борьба принимает форму сотрудничества и борьбы национальных государств9.

В-четвертых, очевидно, что если сотрудничество народов доходит в своем развитии до их объединения в единый народ, то это создает тенденцию к объединению соответствующих национальных государств. А если борьба народов, живущих в одном многонациональном государстве, доходит в своем развитии до их полного отчуждения и изоляции друг от друга, тогда возникает тенденция и к их государственному разделению.

Учитывая сказанное, трудно отделаться от впечатления, что закон дифференциации и интеграции этнических стереотипов есть не что иное как столь тяжело поддающийся анализу и давно искомый фундаментальный закон этногенеза. Как мы уже убедились, этот закон является следствием закона дифференциации и интеграции идеалов и закона релевантности. Связь эта является очень сложной и тонкой, маскируется множеством побочных обстоятельств и потому не может быть обнаружена без глубокого теоретического анализа этнографических и исторических фактов. Причем речь идет не о теоретическом анализе вообще, а об его особой разновидности, диктуемой социальной синергетикой10.

Поскольку межэтническое взаимодействие является главной движущей силой истории, то потенциальная бесконечность формирования и реализации общечеловеческого идеала и приближения к вселенскому этносу очень поучительна. Если бы на каком-то этапе истории региональные этносы исчезли и, соответственно, прекратилось бы межэтническое взаимодействие, то это бы означало, что история человечества утратила всякий смысл. Следовательно, именно потенциальная бесконечность межэтнического взаимодействия гарантирует сохранность «смысла истории».

Примечания

1 Здравомыслов А. Межнациональные конфликты в постсоветском пространстве. М., 1997. С. 238.

2 Юнионизм может выступать в трех формах - империализм, конфедератизм и федерализм, причем все эти формы могут самым причудливым образом сочетаться друг с другом.

3 «Китай тоже переживал регулярные периоды единения и распада» (Здравомыслов А. Межнациональные конфликты в постсоветском пространстве. М.: Аспект Пресс, 1997. С. 238).

4 Обратим внимание, что этот идеал может сформироваться совсем у другого народа, причем у такого, образ жизни которого отнюдь не благоприятен для реализации этого идеала. Например, коммунистический идеал в его марксистском варианте сформировался в Западной Европе в XIX в., а получил широкое распространение только в России и ряде стран Востока в ХХ в. Аналогично нацистский идеал возник во Франции (Гобино, XIX в.), а получил

390

• Труды Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств • 2014 •

Раздел IV. Этничность в контексте культуры

материальное воплощение в Германии в XX в.

5 Бранский В. П. Искусство и философия. Калининград: Янтарный сказ, 1999. Гл. 4, § 2.

6 Оганян К. М. Глобализация и социальный идеал в современном российском обществе // Вестн. Ереван. ун-та. Ереван, 2010.

7 Оганян К. М. Образование как процесс идеалообразующего формирования личности человека // Успехи современного естествознания. М.: Акад. естествознания. 2010. № 9.

8 Оганян К. М., Бранский В. П. Социальный идеал и выбор оптимального пути глобализации // Личность и культура. 2009. № 6. С. 18-21.

9 Оганян К. М. Методологические основы исследования межпоколенных отношений в обществе // Культурная идентификация молодежи в условиях глобализации: материалы междунар. конф. СПб.: Изд-во Политехн. ун-та, 2010. С. 93-97.

10 Синергетическая философия истории: коллектив. моногр. // под ред. В. П. Бранского. СПб.: Копи-принт, Рязань, 2009; Бранский В. П. Искусство и философия. Калининград, 1999. Гл. 4, § 2; Бранский В. П., Пожарский С. Д. Глобализация и синергетический историзм. СПб.: Поитехника, 2004. 400 с.; Синергетика и исторический историзм / под ред. В. П. Бранского. СПб.: Осипов, 2005. 324 с.

• Том 204 • Живая Этика и Культура: идеи наследия семьи Рерихов в нашей жизни • Выпуск 2

391