Президенту Анголы снизили орденскую планку

Вчера президент России Владимир Путин встретился с президентом Анголы Жозе Эдуарду душ Сантушем и вручил ему орден Дружбы, из-за которого президент Анголы, по мнению специального корреспондента Ъ АНДРЕЯ Ъ-КОЛЕСНИКОВА, и приехал в Москву.

В самом начале переговоров в Кремле президент Анголы сказал президенту России:

— Мы не только приехали просить вас о помощи.

То есть у Жозе Эдуарду душ Сантуша была и еще какая-то цель. И мне казалось, я понимал, какая. Дело в том, что главным событием встречи двух президентов должна была стать церемония вручения культовому президенту Анголы ордена Дружбы. По информации Ъ, орден Дружбы было решено вручить президенту Анголы после того, как Владимир Путин не посетил ее в своем турне по Африке в сентябре этого года.

По поводу того, почему президент России в последний момент отказался ехать в Анголу, было много версий. На мой взгляд, это случилось, когда Владимиру Путину предложили сделать прививку, без которой полететь в Анголу и попытаться потом влететь в более или менее развитую страну, хотя бы в ЮАР, просто бесперспективно. Как выяснилось, в случае с президентом России и предложение сделать прививку — тоже путь в никуда.

Ангольцы, конечно, обиделись, что Владимир Путин не захотел сделать прививку, и тогда им был обещан визит их президента в Россию в ближайшее время. Те, кто сделал им это предложение, были, очевидно, уверены, что поездка в Россию — бонус для любого иностранца. Впрочем, президент Анголы Жозе Эдуарду душ Сантуш, правящий своей страной с 1978 года и выигравший войну за ее независимость, намерен был сражаться за честь этой страны и в данном случае. Он потребовал, чтобы визит был государственным. Глава любого государства имеет право приехать с госвизитом в какую-нибудь страну не чаще одного раза за срок своего правления. Господин душ Сантуш прекрасно понимал, что вряд ли еще когда-нибудь появится в Москве, так что бескомпромиссно настаивал на своем.

Российские дипломаты, отдавая себе отчет в том, что президент Анголы не может рассчитывать на самый высокий статус визита, который ее лидеру надо заслужить безупречным поведением или хотя бы размером валового внутреннего продукта своей страны, предложили ангольцам заманчивый компромисс: визит будет не государственным, а официальным, но зато Владимир Путин вручит Эдуарду душ Сантушу орден Дружбы. При этом следовало понимать, что статус у этого ордена примерно такой же, как у этого визита.

Впрочем, я обратил внимание на то, что ангольцы, собравшиеся в Малахитовой гостиной Кремля в ожидании, когда закончатся переговоры в расширенном составе, ведут себя очень достойно. Так, один из них, высокопоставленный сотрудник посольства Анголы в России, обернувшись ко мне, вдруг сказал с непонятным торжеством:

— Мы вам ничего больше не должны!

Я попытался объяснить ему, что у меня в этом смысле вообще никаких амбиций нет.

— Мы отдали вам все! — с тем же торжеством повторил он.— Не верите? Пять миллионов долларов! Все, спасибо!

— Мы тоже никому не должны,— сказал я, сообразив наконец, что он имеет в виду.— Только что отдали 22 миллиарда долларов. Тоже спасибо.

Он подозрительно посмотрел на меня:

— Вы не верите?!

— Да верю,— попробовал я отодвинуться от него.

— Не верите... — покачал он головой.— Конечно, у вас об этом предпочитают не говорить. Но спросите у Кудрина (Алексей Кудрин, министр финансов России.—Ъ). Он знает!

— Но не скажет,— вздохнул я.

— Конечно, не скажет! — надменно рассмеялся он.— Но знает.

Интересно, что, как удалось выяснить уже после переговоров, сотрудник посольства был исчерпывающе прав. Накануне встречи двух президентов были перечислены последние несколько миллионов из гигантского госдолга Анголы, часть которого, правда, была пару лет назад малодушно списана.

Рядом, у двери в коридор, ведущий в туалет, перешептывались помощники участников переговоров, время от времени заходившие в зал:

— Да, нет врагов более непримиримых, чем бывшие друзья...

Видимо, переговоры шли непросто.

Об этом же я подумал, увидев лица двух президентов, когда они вошли в Малахитовую гостиную и сели в кресла в полуметре друг от друга. Это были лица не шибко довольных жизнью людей. Они вообще не глядели друг на друга. Они не обменялись ни одной фразой в те полчаса, что подписывались десять соглашений (см. стр. 17). Президент России, пока слева от него сменялись подчиненные, подписывавшие документы, переговаривался с каждым и считал, кажется, своим долгом понимающе усмехаться их шуткам. Он хотел, видимо, показать всем: "Мы — команда!"

Некоторые члены команды, заговорившись с президентом, забывали даже делать то, ради чего садились за этот стол,— подписывать бумаги. И в самом деле, для них было гораздо важнее, чем подписать их, еще пару слов сказать Владимиру Путину — из невысказанного.

Но почему при этом за полчаса Владимир Путин и Жозе Эдуарду душ Сантуш ни разу не взглянули в сторону друг друга? Высокопоставленный источник в Кремле предложил мне не придавать этому решающего значения, из чего я заключил, что переговоры действительно не обрадовали их участников. Два президента зачитали свои заявления. Жозе Эдуарду душ Сантуш сказал, что для него является большой честью получить "через несколько мгновений орден Дружбы".

— Я награжден им за личный вклад в укрепление дружбы между нашими странами,— заявил президент Анголы.

Я никогда еще не слышал, чтобы один человек благодарил другого за орден, который ему еще не вручили.

— Эта награда — заслуга всего ангольского народа,— продолжил президент Анголы, только что настаивавший на том, что орден он получает за личный вклад.— Именно благодаря его усилиям мне вручается эта награда. Это в духе жертвенности и в духе нашего народа, сумевшего отстоять свою независимость!

Жозе Эдуарду душ Сантуш, видимо, отдавал себе отчет в том, что вручение ему ордена является определенной жертвой со стороны Владимира Путина — не в том, впрочем, все-таки смысле, что с гораздо большим удовольствием он оставил бы этот орден себе.

— Хотелось бы пригласить вас к нам в Анголу в соответствии с вашим календарем,— мне показалось, что господин душ Сантуш произнес эти слова с некоторым вызовом.

— Спасибо! — поблагодарил его Владимир Путин.— Я, в свою очередь, рад принимать вас здесь!

Нет, уж лучше вы к нам, означали эти благодарные слова.

Президент России, по-прежнему сидя за столом, заявил, что он пользуется почетной миссией вручить президенту Анголы орден Дружбы. То есть ему понравился ход коллеги, благодарившего за получение ордена задолго до того, как он оказался у него на груди. Президент России теперь радовался тому, что вручает этот орден, хотя он сам сидел сложа руки.

Когда президенты России и Анголы наконец встали, с ними встали и все находившиеся в этот момент в Малахитовой гостиной члены делегаций и журналисты. Все понимали, что им предстоит пережить событие, сравнимое с вручением высокой государственной награды генеральным секретарем ЦК КПСС Леонидом Ильичем Брежневым императору Центральноафриканской республики Бокассе. По крайней мере, для одного человека в зале это был именно такой момент.