Фильтровщик действительности

"Без воды и ни туды, и ни сюды..." Банально, однако, основываясь именно на этом факте, выстроил свой многомиллионный бизнес Виктор Редько, президент компании Jurby WaterTech International. Высокое качество пива или сока, а также множества иных потребляемых нами продуктов обеспечено благодаря технологиям подготовки и обработки воды, которые внедряет эта компания.

Прощание с государевой службой

Виктор Редько родился в 1964 году в городе Орске на Южном Урале. Окончив среднюю школу, уехал учиться в ульяновское Высшее военное командное училище связи. В качестве командира роты воздушно-десантных войск служил в Кировабаде в Азербайджане, участвовал в ликвидации армяно-азербайджанского конфликта в Нагорном Карабахе. В 1989 году перевелся в Литву — занимался в каунасской учебке подготовкой сержантов ВДВ. Собственно, с этой позиции и уволился из вооруженных сил в 1991 году. Еще до ухода из армии, но уже планируя дальнейшую жизнь "на гражданке", поступил в заочный юридический институт. Правда, по его собственному утверждению, идея заняться бизнесом тогда еще в голову не приходила. "Это было трудное время. Неопределенность, отсутствие нормальной зарплаты. Бродили мысли пойти на другую государеву службу, допустим в органы внутренних дел. Была еще некая вера в государство. Но посмотрел вокруг и понял, что рассчитывать на госслужбу не стоит. Сначала надо просто выжить, хоть как-то прокормить и обеспечить свою семью, а на каком поприще — по большому счету не важно",— вспоминает Виктор Редько.

Как и многие бизнесмены в те годы, свою коммерческую деятельность он начал с простой торговли. Например, возил продукты питания из Литвы на Урал, обратно отправлял цветной металлолом. Позже с бывшими сослуживцами создал фирму, оказывающую содействие в приватизации квартир. Об этом периоде Виктор вспоминает с удовлетворением и нескрываемой гордостью — действительно, большое дело сделали: фирма помогла офицерам Каунасского гарнизона оформить в собственность свои служебные квартиры. В итоге, когда из Литвы стали выводить войска и офицерам пришлось уезжать, квартиры можно было продать и купить новое жилье в России. По сравнению с простой спекуляцией этот бизнес потребовал уже более или менее серьезной организации управления, построения структуры компании. Тогда же, в 1992 году, при уже существующей фирме был создан отдел внешнеторговых операций. В частности, он занимался поставками ГСМ и продуктов нефтехимии из России в Прибалтику, Финляндию, Великобританию.

Вот оно!

Великобритания произвела на будущего миллионера сильное впечатление, возможно предопределившее дальнейшую стратегию развития. "В 1993 году я посетил Лондон и, когда познакомился с британским бизнесом, ужаснулся собственным перспективам. В Британии рынок представлен вертикально интегрированными компаниями, не оставляющими места для простых посредников. Мой же бизнес был построен, грубо говоря, на нужде, когда внутри страны разорваны все связи. Стало очевидно, что это рано или поздно пройдет и нужно как можно скорее что-то менять",— рассказывает Виктор Редько. Компания Jurby продолжала торговать, а ее основатель начал мучительные поиски дальнейшего пути. Было очевидно, что для выживания маленькой компании необходимо идти в какой-то технологический сектор. Рассматривался, правда, и другой вариант — вернуться в Россию и поучаствовать в приватизации всего, что получится. Но все же в качестве стратегического был выбран первый путь. Выбран-то выбран, но чем конкретно заняться? И тут, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

При поставках мазута для тепловой энергетики Украины у компании Jurby "зависло" дебиторки более чем на миллион долларов — потребителям нечем было расплатиться за полученное топливо. Компания оказалась на грани разорения. Виктору пришлось срочно ехать на Украину и заниматься "вытаскиванием денег". Он провел там два месяца и в итоге договорился о сложной взаимозачетной схеме. Компания была спасена. Но самое главное, что Виктор Редько вынес из той поездки,— идею нового бизнеса: "Пока занимался решением проблемы, буквально жил на электростанции, познакомился с организацией ее работы. Естественно, плотно общался с энергетиками. Как-то мне сказали, что у них существует огромная проблема с химводоочисткой. Мол, чтобы станция работала, необходимы импортные материалы, которые раньше закупались через химэкспорт, а сейчас непонятно, где их брать..." Сначала, по словам Виктора, он был удивлен. Оказалось, что специально очищенная и подготовленная вода используется практически во всех отраслях, от металлургии и нефтехимии до фармации и пищевого производства. И каждому предприятию нужна вода уникального состава в зависимости от требований его технологического цикла, рецептуры и т. д. И Виктор понял: вот она, перспективная ниша. Причем не только с точки зрения торговли, но и инжиниринга — разработки технологических решений, реализации проектов по оснащению предприятий оборудованием. А в перспективе — и создания собственного производства оборудования и химикатов.

Даешь воду!

Надо заметить, что требования к питьевой воде и воде для производственных предприятий и ЖКХ, существовавшие в Советском Союзе и доставшиеся по наследству России, были не менее жесткими, чем в Европе. Соответственно, необходимое качество воды достигалось с использованием также доставшегося в наследство морально и физически устаревшего оборудования. Как заметил Виктор Редько, в Советском Союзе тоже были цветные телевизоры собственного производства, показывающие вполне четкую картинку, вопрос только в их сравнении с импортными. Ситуация с технологиями и оборудованием в секторе водоподготовки ничем не отличалась от большинства отраслей — мы отставали от Запада на два поколения. Нет, воду-то получали достаточно качественную, но зато с огромными по западным меркам затратами энергии и химических материалов. Кроме того, устаревшие технологии уже не соответствовали общемировым экологическим требованиям. Все это стало очевидно в результате специально проведенного маркетингового исследования. Определенную фору дало и то, что в 1992-1993 годах в промышленность вообще не инвестировали — только приватизировали и выкачивали по максимуму. Но затем на наш рынок начали выходить крупные международные пищевики: Danone, BBH (пиво "Балтика"), Coca-Cola и др. В любом случае, строили ли они новые производственные мощности или переоснащали купленные, всем им необходима была соответствующая система водоподготовки.

Надо заметить, что в общей стоимости строительства подобных предприятий система водоподготовки занимает 7-10%. То есть, допустим, для большого пивзавода, в строительство которого вложено €80-100 млн, цена водоподготовительного оборудования, включая подготовку охлаждающей воды и очистку стоков, с монтажом составит порядка €5-10 млн. Главная сложность, как заметил Виктор Редько, заключалась в том, чтобы преодолеть барьер недоверия к "русской компании" со стороны иностранцев. Чтобы для начала просто допустили к участию в тендере, а не сразу тащили оборудование и подрядчиков из-за границы. "Существенную роль при получении заказов сыграло то, что мы изначально строили свою компанию по западным стандартам. Пригласили консультантов, которые помогли внедрить на строящемся производстве систему качества ISO 9001. И не для диплома, как многие, а чтоб реально работала. Соответственно уровню подбирали и поставщиков комплектующих. Потом мы приглашали представителей компаний — потенциальных клиентов на завод, чтобы они своими глазами увидели, как работаем",— вспоминает Виктор Редько.

Кстати, был момент, когда отсутствие опыта снова чуть не поставило молодую компанию на грань разорения. Сейчас президент Jurby WaterTech International уже рассказывает об этом как о забавном случае. Одним из самых первых клиентов компании был пивной завод BBH в Прибалтике. Им нужно было поменять систему водоподготовки. Новое оборудование привезли и смонтировали. Набрав из старой системы запас воды, которого хватило бы ровно на сутки работы завода, ее отключили. Соответственно, за 24 часа нужно подключить, наладить новую систему и пустить воду в производство. По идее задача простая и срок вполне реальный. Однако когда систему подключили и начали выводить на нужный режим, то необходимых показателей воды получить не удалось. Вроде все соответствует технологии, а вода не та, непригодна для пивоварения. И что делать — непонятно. "Остается четыре часа. Все руководство завода нервничает, бегает. Еще немного — и придется останавливать производство. А, надо заметить, дело происходит летом, в сезон,— вспоминает Редько.— Короче, катастрофа. И тут кому-то из наших пришло в голову позвонить начальнику цеха химподготовки Криворожской ГРЭС, мол, там используют такую же фильтрующую смолу, может, что посоветуют. Когда тот услышал о нашей проблеме, рассмеялся. Оказалось, что для вывода на нормальный режим нашу ионно-обменную смолу нужно сначала разрядить, то есть пропустить через нее и спустить около 500 кубов воды. Но, чтобы прогнать такой объем, нам потребуется как раз четыре часа. Вдруг время потеряем, а ничего не получится? На свой страх и риск я подписал бумагу, что в случае остановки производства беру на себя компенсацию всех издержек... Слава богу, все прошло благополучно — после прогона необходимого объема вода пошла нужного качества".

Мы, ну и General Electric

Сегодня в Jurby WaterTech International входит три дивизиона — самодостаточные бизнес-единицы. Во-первых, инжиниринг — разработка и реализация проектов по водоподготовке. Во-вторых, собственное производство комплектующих для оборудования, а также более сотни различных расходных химреагентов, используемых как для собственных проектов, так и для продаж сторонним организациям, которыми занимается третий дивизион. Такое сочетание не только позволяет диверсифицировать бизнес, но и создает синергетический эффект. По наблюдениям Виктора Редько, именно в таком виде в мире существует еще всего одна компания — General Electric. Все остальные в основном специализируются на чем-то одном. Разумеется, сравнивать Jurby с мировым гигантом не совсем корректно — General Electric с годовым оборотом "водного направления" $6 млрд находится в иной весовой категории. Другое дело, что достижения созданной с нуля всего 15 лет назад компании можно считать весьма серьезными. Годовой оборот Jurby WaterTech International — $120 млн. Проекты водоподготовки реализуются в странах Балтии, Украине, Казахстане, Бахрейне, Вьетнаме, Индии. Производимые же химикаты и комплектующие поставляются более чем в 30 стран, в том числе Великобританию, Германию, Финляндию, Францию. Только на пивные и соковые производства России компания поставляет химикаты на €1,5 млн в год. Кроме того, компания планирует начать строительство в Литве собственного производства мембран ультрафильтрации и нанофильтрации. Три года велись разработки технологии, отбирались поставщики. На сегодняшний день подобную высокотехнологичную продукцию в Европе выпускают всего лишь два предприятия.

"Мы развиваемся постепенно, то есть берем ровно столько, сколько можем переварить, не уронив качества,— поясняет Виктор.— Недавно мы сдали систему водоподготовки на Ачинском нефтеперерабатывающем заводе. Это был очень сложный проект с привлечением субподрядчиков из совершенно посторонних отраслей, в частности проектного института, строительной компании. Чтобы управлять одновременно множеством проектов подобного уровня, необходимо внедрить систему проджект-менеджмента. И это сейчас одна из наших первоочередных задач".

Непочатый край

Департамент маркетинга Jurby WaterTech International построен по отраслевому принципу. Прежде чем выходить на рынок какой-то конкретной страны, определяется наиболее перспективная отрасль. Дальше изучается структура собственности предприятий, выявляются потенциальные клиенты. Так, до 1998 года основными клиентами Jurby в России были производители напитков. В итоге практически на всех соковых и молочных заводах присутствует их оборудование. Согласно сегодняшним оценкам компании, ближайшие годы в России будут активно развиваться тепловая и атомная энергетика, а также ЖКХ. "Мы видим дефицит электроэнергии, видим инвестиционные программы энергетиков. Каждый новый блок электростанции требует своей водоподготовки. Это огромный бизнес. Только в ближайшие три-четыре года объем рынка в энергетическом секторе — $300-400 млн. На водоподготовку приходится около 3% стоимости электростанции — вот и считайте ее долю в строительстве новых энергоблоков. Государственная программа развития энергетики заявлена, но непонятно, кто будет ее реализовывать: в России и сейчас дефицит инжиниринговых мощностей. Вторая отрасль — ЖКХ. Мы даже создали отдельную региональную компанию, которая будет работать непосредственно в секторе ЖКХ — обеспечивать подготовку питьевой воды для городов. В России это вообще бездонный рынок на многие миллиарды долларов. Пока инвестиции в этот сектор только начались, но они будут расти примерно на $100 млн ежегодно. Для сравнения: объем в пищевой отрасли нами оценивается в $60-80 млн в год, нефтепереработки — $55-65 млн, металлургии — примерно так же",— рассказывает Виктор Редько.

С точки зрения маркетинга водоподготовка и очистка сточных вод — разные секторы. Но на деле они связаны. Пока отечественным предприятиям в большинстве случаев дешевле очистить использованную воду до требований, разрешающих слив, а новую взять из источника. Однако сегодня клиенты в России все чаще ставят задачу по очистке сточных вод для вторичного использования (в Европе же это уже давно в порядке вещей) после необходимой водоподготовки. На некоторых производствах использование вторичной воды достигает уже 50%.

На самом деле отрасль водоподготовки имеет гигантские перспективы во всем мире. Вот и General Electric, уловив очевидную тенденцию, несколько лет назад просто скупила на миллиарды долларов готовые компании, создав новое для себя направление водоподготовки. Не отстают и вездесущие китайцы. Если еще 10 лет назад, по наблюдениям Виктора, на международной выставке AquaTech в Амстердаме не было ни одного стенда китайской компании, то сейчас их уже около 30%.

Развитые страны совершенствуют технологии, предъявляя все более жесткие экологические требования, в том числе к стокам. Кроме того, современные технологии могут решить проблему снабжения питьевой водой традиционно страдающих стран и регионов, таких, как Бахрейн, Кувейт, ОАЭ, Израиль, острова Тенерифе и Мальорка и т. д. Если еще совсем недавно дешевле было пробурить скважину, качать и очищать пластовую воду, то сегодня во многих случаях экономически целесообразно построить в береговой зоне опреснительный завод. Такие заводы строятся уже четверть века. Но именно сейчас благодаря новым мембранным технологиям фильтрации, позволяющим принципиально снизить эксплуатационные затраты, можно ожидать бум строительства опреснительных систем. И наконец, идет постепенное проникновение западных стандартов жизни в страны, где на качество воды внимание традиционно не обращали. Приходит понимание, что качество питьевой воды влияет не только на уровень жизни, но и на уровень смертности. Например, в Индии вода в водопровод по сей день подается прямо из Ганга, куда, согласно традиции, отправляют в последний путь, скажем так, не всегда полностью сгоревших покойников (не у всех есть деньги на дрова). Виктор Редько: "Индия, Китай, Вьетнам очень перспективны. В Индии это действительно гигантская проблема. В этой стране я уже планирую открыть постоянный офис фирмы для реализации инжиниринговых проектов. Например, одна российская компания, которая активно работает в Индии, приглашает нас построить станцию питьевой воды для "небольшой деревеньки" примерно на миллион жителей".