ПОВТОРЫ В СУДЕБНОЙ РЕЧИ

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2020.100.10.062

ПОВТОРЫ В СУДЕБНОЙ РЕЧИ

Научная статья

Баишева З.В. *

Институт права Башкирского государственного университета, Уфа, Россия * Корреспондирующий автор

Аннотация

В статье рассматривается риторическая фигура повтор и особенности ее применения в судебном выступлении на материале защитительных речей известного российского адвоката второй половины ХХ века Я.С. Киселева. Автор подчеркивает особую роль различных видов повтора в усилении воздейственности речи. Делается вывод о том, что подбор видов повтора, которые употребляются в конкретном выступлении, зависит как от содержания речи, определяемого обстоятельствами дела, направлением защиты, контраргументами, так и от мастерства оратора. Цель статьи - обратить внимание исследователей на данную проблему и дать практикующим судебным деятелям пример успешного применения различных видов повтора в защитительной речи.

Ключевые слова: судебная речь, риторические фигуры, анафора, расширенный повтор, удвоение слов, симплока.

REPETITIONS IN THE JUDICIAL SPEECH

Research article

Baisheva Z.V.*

Institute of Law, Bashkir State University, Ufa, Russia

* Corresponding author

Abstract

The paper examines the rhetorical figure of repetitions and the features of its application in a judicial speech based on the materials of the defensive speeches of the famous Russian lawyer of the second half of the twentieth-century, Y.S. Kiselev. The author emphasizes the unique role of various types of repetition in enhancing the impact of the speech. It is concluded that the choise of the types of repetition that are used in a particular speech depends both on the content of the speech, determined by the circumstances of the case, the direction of defense, counterarguments, and on skills of a speaker. The purpose of the article is to draw the attention of researchers to this problem and give practicing judicial officials an example of the successful use of various types of repetition in a defense speech.

Keywords: forensic speech, rhetorical figures, anaphora, extended repetition, word doubling, symloca.

Введение

Теоретики и практики судебного красноречия отмечают низкое качество обвинительных и защитительных речей, выделяют множество недостатков в выступлениях как обвинителей, так и защитников: «клишированность, стандартизованность» речи судебных ораторов [1, С. 15]; отсутствие «не только средств эмоциональной выразительности, языкового чутья, но и логики рассуждений» [12, С. 22]. Специалисты с сожалением констатируют, что «языковое богатство родного языка очень часто остается невостребованным, а художественные, выразительные средства языка существуют как бы вдали от судебной речи» [10, С. 50]; а «растянутость, пустословие, логическая бессвязность» стали «наиболее распространенными пороками судебной речи» [16] и т.п.

Все это говорит о важности исследования обвинительных и защитительных выступлений известных юристов, для того чтобы дать современным практикующим судебным деятелям примеры эффективного построения и произнесения речей, результативного применения различных средств выразительности для достижения целей убеждения адресата, доказательства истинности ораторской позиции.

Статья посвящена рассмотрению одной из наиболее распространенных риторических фигур в публичном выступлении, в том числе и в судебной речи, - повтора. О популярности этой фигуры в ораторской речи говорит существующее разнообразие видов повтора - повторение слов, выражений, фраз, смысловой повтор; анафора, удвоение слов, расширенный повтор, варьируемый повтор, параллелизм, эпифора, подхват, симплока и др. Именно поэтому повторы постоянно в центре внимания ученых-лингвистов. См., например: [11], [9], [17], [15].

Однако повторы, их виды, функции в судебных речах почти не исследованы. Единичны работы, посвященные изучению этой фигуры. Так, Е.В. Тархова рассматривает различные типы повторов в текстах судебных речей в соотношении с их функциональной значимостью и особенностями представления в речи [14]; Т.Н. Синеокова анализирует повторы в аспекте реализации эмоциональной составляющей в судебной речи [13].

Мы описываем различные виды повторов, которые использует в защитительной речи известный адвокат второй половины ХХ века Я.С. Киселев, с целью дать образцы их практического применения с тем, чтобы современные судебные деятели смогли разработать свои специфичные методы употребления этой фигуры, способствующие усилению убедительности выступления.

Всем сказанным обусловлена новизна и актуальность нашей работы.

Основная часть

Нами исследованы выступления Я.С. Киселева, включенные в сборник «Судебные речи» [8], а также широко известная речь в защиту Бердникова [7].

В выступлениях Я.С. Киселева обнаруживаются самые разнообразные виды повтора, которые являются важным средством усиления речевого воздействия: повторяемые фрагменты привлекают внимание к нужной мысли, придавая

информации особую значимость, закрепляются в памяти, тем самым облегчается понимание и восприятие проблемы и, следовательно, повышается убедительность выступления. Наше исследование показало, что повтор является наиболее частотной риторической фигурой в речах Я.С. Киселева. Повторяются слова, словосочетания, предложения. Широко представлены во всех его выступлениях анафора, расширенный повтор и удвоение слов.

Для Я.С. Киселева характерно использование анафоры. Это обычно повтор слова или словосочетания, фразы в начале двух предложений. Эти предложения могут представлять собой параллельные конструкции. Например: «она все сделает, чтобы семейный мир был налажен, она все сделает, чтобы любимый был возле нее» [6, С. 118]. Тогда анафора выделяет и подчеркивает информацию, содержащуюся в параллельных элементах.

Нередко анафора применяется в сочетании с риторическими вопросами. Такое объединение позволяет использовать функции обеих риторических фигур: при их помощи оратор привлекает внимание адресата к важному моменту в речи, отрицает либо утверждает представленную в вопросе информацию и одновременно значительно усиливает экспрессивность (воздейственность) ораторских слов: «Можно ли о Ковалеве говорить так, как говорил товарищ прокурор? Можно ли называть его человеком, у которого самым сильным чувством была ревность?» [5, С. 18].

Иногда анафора сводит в один ряд неодинаковые по строению и синтаксическому уровню конструкции, устанавливая их взаимосвязь с одним и тем же элементом. Так, в следующем примере повтор мать огорчилась объединяет предложения, осложненные уточняющими конструкциями и однородными членами, и предложение с прямой речью: «Мать огорчилась (и это вполне естественно), но только огорчилась, и ничего больше! Она не попрекала дочь, не стенала, что семья и дочь опозорены. Мать огорчилась, но в меру, и сказала Нине: «Я не возражаю, но ты сама скажи об этом отцу. Каждый должен нести ответственность за то, что он делает» [3, С. 81].

Анафора позволяет остановить внимание на определенном моменте изложения, раскрыть содержание речи на этой точке, уточнить, рассмотреть этот момент с разных сторон: «Перед нами женщина, которая стремилась к высоким, строгим и светлым чувствам, которая верила, что браки, заключенные в загсе, прочнее, святее и светлее тех, о которых говорили, что они заключаются на небесах» [6, С. 121]; «Ковалев не понимал, почему так сопротивлялась Нина, почему она не хотела, чтобы ее оградили от оскорбительных намеков, почему так безропотно соглашалась сносить их» [5, С. 19].

В следующем фрагменте при помощи анафоры оратор подчеркивает нужную фактическую информацию, ее значимость, уточняет мысль: «Неплохо придумала Наталия Федоровна! И не только потому, что выдумка открывала для нее кошелек Бердникова. Неплохо придумала и потому, что женским чутьем своим угадала: крепче всего привяжет к себе Бердникова, если он почувствует себя нужным ей» [7, С. 357].

Очень активно используется оратором расширенный повтор, т.е. повтор с добавлением новых слов. Такой речевой прием позволяет задержать внимание адресата на данной мысли, а также уточнить и дополнить ее: «Тогда мать настаивает на том, чтобы дочь сделала аборт, настаивает, зная, что аборт на этой стадии беременности опасен и может кончиться смертью» [3. С. 79]. Повтор слова настаивает осуществляется здесь с целью обратить внимание слушателей на действие, обозначенное этим словом, а также на факты, связанные с этим действием.

«Туркина лгала, лгала все время, лгала про все. Лгала про мужа, лгала, что хочет связать свою жизнь с Бердниковым, лгала про свои чувства» [7, С. 359]. В этом фрагменте повторяющееся лгала является стержневым словом, вокруг которого сосредоточивается основной смысл высказывания. Здесь явно представлен воздействующий эффект повтора, который в данном случае выражает чувства, негативное отношение оратора к действиям Туркиной и тем самым оказывает эмоциональное воздействие на адресата. С каждым повтором лгала слушатель ощущает нарастание интенсивности названного действия, его всеохватывающее распространение.

Особенность применения расширенного повтора в речах Я.С. Киселева в том, что повторяется обычно слово, обозначающее действие (глагол, краткое причастие, деепричастие). Как правило, с каждым повтором названное действие уточняется, характеризуется с разных сторон, обрастает дополнительными фактами. Например: «Боясь за себя, боясь, что, встретившись с Туркиной с глазу на глаз, он не совладает с собой, Бердников и написал...» [7, С. 361]; «Он сдал в аренду не два, а три помещения, сдал больше, чем просили, сдал больше, чем сам определил в своей собственной резолюции» [4, С. 180].

Широко представлена в судебных выступлениях Я.С. Киселева древняя риторическая фигура удвоение слов, играющая особую роль в речах с выражением чувств, сильных эмоций, накала страстей. Здесь удвоение слов означает их усиление: «Мне тяжело, очень тяжело, но насколько тяжелее ей, моей бедной Нине!» [5, С. 23]; «Вероятно, только страхом, огромным страхом перед тем, что она теряет любовь мужа, <...> можно объяснить <...> очень тяжкую по последствиям «ложь во спасение», к которой она прибегла» [5, С. 22]. Повторяются слова тяжело и страхом с усилением очень и огромным, тем самым привлекается внимание слушателей к силе чувств, эмоций, испытываемых лицами, оказавшимися в непростой жизненной ситуации.

При помощи удвоения слов оратор также выделяет, подчеркивает свое отношение к обсуждаемому явлению, оценивает, характеризует это явление: «важно, очень важно раскрыть процесс соскальзывания подростков на путь к преступлению» [2, С. 95]; «подсудимые <...> становились заурядными правонарушителями, которые по убогости, да, да, по убогости, моральной и интеллектуальной, сломали себе жизнь» [2, С. 90]; «тогда ему трудно будет, очень трудно будет убедить, что действовал он только из любви к ближнему» [4, С. 169].

Свойствен Я.С. Киселеву так называемый цитатный повтор. Например, оратор повторяет фразу, произнесенную Туркиной: «Я не питаю никакого зла к Бердникову», объявляет, что она «заслуживает особого внимания», затем рассматривает ее с разных сторон, характеризует, оценивает: «не питает зла, значит, не станет возводить ложное обвинение»; «верно, не питает она зла к подсудимому»; «Стоит призадуматься, как могло случиться, что жертва не питает зла к обидчику?»; «Как же ей, униженной и оскорбленной, не питать зла к нему?». Фраза, рассмотренная со всех сторон, обретает силу аргумента: на основе исследования всего, связанного с этой фразой, оратор делает вывод: «. если правда то, что Туркина показывала о Бердникове, то она говорит неправду, заявляя, что не питает к нему зла. Или, если говорит правду, что не имеет против него зла, то неправда все то, что она наговорила на Бердникова» [7, С. 350].

Мы рассмотрели те виды повтора, которые широко представлены в каждой защитительной речи Я.С. Киселева. Другие виды повтора употребляются значительно реже, но всегда обоснованно и эффективно. Например, редко, но очень успешно применяет известный адвокат симплоку. Сочетание анафоры и эпифоры придает особую эмоциональность высказыванию, значительно усиливая воздейственность ораторских слов: «Она «поверяла» ему, как тяжело она переносит смерть мужа, и он верил ей. Она «поверяла» ему, что ей в ее состоянии больше всего нужна верная и надежная мужская рука, которая защитила бы от бед и напастей, и Бердников верил ей» [7, С. 357].

Симплока дает возможность оратору лаконично передать самую суть показаний лица. При помощи этой фигуры защитник незаметно переставляет акценты, и факты, названные Туркиной, начинают работать в пользу подзащитного Бердникова: «Она показала, что была принята на завод по рекомендации и настоянию Бердникова. Эти показания ее верны. Она показывала, что Бердников, мастер, начальник смены, сам обучал ее токарному делу. И эти показания ее верны. Она показала, что бывали случаи, когда Бердников, хотя небольшую, но часть работы за нее делал, чтобы она выполнила норму. И эти показания ее верны» [7, С. 351].

Еще более выразительным оказывается соединение симплоки с параллелизмом, при этом каждая параллельная конструкция представляет собой аргумент-факт: «Туркина показывала: Бердников придирчиво выискивал брак в ее работе. И это подтвердилось. Туркина показывала: Бердников выживал ее с завода. И это подтвердилось» [7, С. 351]. Из контекста понимаем, что оформленные в симплоку факты служат частью доказательства невиновности Бердникова, призваны раскрыть противоречия в показаниях Туркиной, «полуправдивость» этих показаний.

Заключение

Таким образом, в защитительных речах Я.С. Киселева представлен широкий спектр видов повтора, что свидетельствует об ораторском мастерстве адвоката. Излюбленными видами повтора являются анафора, расширенный повтор, удвоение слов (по результатам нашего исследования, эти виды повторов очень активно применяются в каждой речи). Другие виды повтора встречаются реже, однако их применение всегда целесообразно и результативно. В целом, весь комплекс видов повтора, использованных в каждой конкретной речи, на наш взгляд, продиктован обстоятельствами дела, характером контраргументов, линией защиты, целью оратора и другими условиями, которые определяют содержание защитительной речи, а также особенностями ораторского стиля Я.С. Киселева.

Конфликт интересов Conflict of Interest

Не указан. None declared.

Список литературы / References

1. Ивакина Н.Н. Основы судебного красноречия (риторика для юристов): учебное пособие / Н.Н. Ивакина. - М.: Юристъ, 2002. - 384 с.

2. Киселев Я.С. Дело Бугрова / Я.С. Киселев // Судебные речи. - Л.: Лениздат, 1967. - С. 89-98.

3. Киселев Я.С. Дело Даниловой / Я.С. Киселев // Судебные речи. - Л.: Лениздат, 1967. - С. 77-88.

4. Киселев Я.С. Дело Иволгина / Я.С. Киселев // Судебные речи. - Л.: Лениздат, 1967. - С. 165-183.

5. Киселев Я.С. Дело Ковалева / Я.С. Киселев // Судебные речи. - Л.: Лениздат, 1967. - С. 7-30.

6. Киселев Я.С. Дело Левчинской / Я.С. Киселев /. Судебные речи. - Л.: Лениздат, 1967. - С. 113-123.

7. Киселев Я.С. Речь в защиту Бердникова / Я.С. Киселев // Основы судебного красноречия (риторика для юристов): учебное пособие. - М.: Юристъ, 2002. - С. 348-362.

8. Киселев Я.С. Судебные речи / Я.С. Киселев. - Л.: Лениздат, 1967. - 224 с.

9. Ковальчук И.Ю. Повтор и его функции в тексте: дис. ... канд. филол. н. / И.Ю. Ковальчук. - Пятигорск, 2004. - 149 c.

10. Ломовский В.Д. Ораторское искусство для целей правосудия / В.Д. Ломовский // Российская юстиция. - 1998. -№ 9. - С. 49 - 50.

11. Савченко Л.И. Повтор как стилистическая категория в художественной прозе Ф.М. Достоевского: дис...канд. филол. н. / Л.И. Савченко. - Ташкент, 1984. - 202 с.

12. Сивкова Е.А. Русский язык и культура речи: учебное пособие для студентов, обучающихся по направлению «Юриспруденция» / Е.А. Сивкова. - Челябинск, 2013. - 126 с.

13. Синеокова Т.Н. Структурно-семантические особенности повторов в судебной речи / Т.Н. Синеокова // Юрислингвистика, 2011. [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/strukturno-semanticheskie-osobennosti-povtorov-v-sudebnoy-rechi-1 (дата обращения: 1.09.2020).

14. Тархова Е.В. Повторы и их функции в судебной речи: автореф. ... канд. филол. н. / Е.В. Тархова. - Тамбов, 2007. - 251 с. [Электронный ресурс]. URL: http://www.dslib.net/russkij-jazyk/povtory-i-ih-funkcii-v-sudebnoj-rechi.html (дата обращения: 1.09.2020).

15. Уланова К.Л. Значение повтора как речевой формы категории тождества в ораторской речи / К.Л. Уланова // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки, 2015. [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/znachenie-povtora-kak-rechevoy-formy-kategorii-tozhdestva-v-oratorskoy-rechi (дата обращения: 1.09.2020).

16. Чурилов Ю. Справочник юридических хитростей для начинающих юристов и профессионалов / Ю. Чурилов. -2017. [Электронный ресурс]. URL: https://lawbook.online/yuridicheskoy-tehniki-osnovyi/kak-vyistupat-rechyu-71489.html (дата обращения: 1.09.2020).

17. Юдаева О.В. Повторы как экспоненты эмоционального компонента воздействия / О.В. Юдаева // Вестник Московской международной академии. - 2013. [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/povtory-kak-eksponenty-emotsionalnogo-komponenta-vozdeystviya (дата обращения: 1.09.2020).

Список литературы на английском языке / References of English

1. Ivakina N.N. Osnovy sudebnogo krasnorechija (ritorika dlja juristov): uchebnoe posobie [Fundamentals of judicial eloquence (rhetoric for lawyers): textbook] / N.N. Ivakina. - M.: Jurist, 2002. - 384 p. [in Russian]

2. Kiselev Ja.S. Delo Bugrova [Bugrov's Case] / Ja.S. Kiselev // Sudebnye rechi [Court speeches]. - L.: Lenizdat, 1967. -P. 89-98. [in Russian]

3. Kiselev Ja.S. Delo Danilovoj [The Danilova Case] / Ja.S. Kiselev // Sudebnye rechi [Court speeches]. - L.: Lenizdat, 1967. - P. 77-88. [in Russian]

4. Kiselev Ja.S. Delo Ivolgina [Ivolgin's Case] / Ja.S. Kiselev // Sudebnye rechi [Court speeches]. - L.: Lenizdat, 1967. -P. 165-183. [in Russian]

5. Kiselev Ja.S. Delo Kovaleva [Kovalev's Case] / Ja.S. Kiselev // Sudebnye rechi [Court speeches]. - L.: Lenizdat, 1967. -P. 7-30. [in Russian]

6. Kiselev Ja.S. Delo Levchinskoj [Levchinskaya Case] / Ja.S. Kiselev //. Sudebnye rechi [Court speeches]. - L.: Lenizdat, 1967. - P. 113-123. [in Russian]

7. Kiselev Ja.S. Rech' v zashhitu Berdnikova [Speech in defense of Berdnikov] / Ja.S. Kiselev // Osnovy sudebnogo krasnorechija (ritorika dlja juristov): uchebnoe posobie [Fundamentals of judicial eloquence (rhetoric for lawyers): textbook]. -M.: Jurist, 2002. - P. 348-362. [in Russian]

8. Kiselev Ja.S. Sudebnye rechi [Court speeches] / Ja.S. Kiselev. - L.: Lenizdat, 1967. - 224 p. [in Russian]

9. Koval'chuk I.Ju. Povtor i ego funkcii v tekste [Repeat and its functions in the text]: dis. ... of PhD in Philology / I.Ju. Koval'chuk. - Pjatigorsk, 2004. - 149 p. [in Russian]

10. Lomovskij V.D. Oratorskoe iskusstvo dlja celej pravosudija [Public speaking for the purposes of justice] / V.D. Lomovskij // Rossijskaja justicija [Russian justice]. - 1998. - № 9. - P. 49 - 50. [in Russian]

11. Savchenko L.I. Povtor kak stilisticheskaja kategorija v hudozhestvennoj proze F.M. Dostoevskogo [Repetition as a stylistic category in F. M. Dostoevsky's fiction]: dis. ... of PhD in Philology / L.I. Savchenko. - Tashkent, 1984. - 202 p. [in Russian]

12. Sivkova E.A. Russkij jazyk i kul'tura rechi: uchebnoe posobie dlja studentov, obuchajushhihsja po napravleniju «Jurisprudencija» [Russian language and speech culture: a textbook for students studying in the direction of «Jurisprudence»] / E.A. Sivkova. - Cheljabinsk, 2013. - 126 p. [in Russian]

13. Sineokova T.N. Strukturno-semanticheskie osobennosti povtorov v sudebnoj rechi [Structural and semantic features of repetitions in judicial speech] / T.N. Sineokova // Jurislingvistika [Legal linguistics], 2011. [Electronic resource]. - URL: https://cyberleninka.ru/article/n7strukturno-semanticheskie-osobennosti-povtorov-v-sudebnoy-rechi-1 (accessed: 1.09.2020). [in Russian]

14. Tarhova E.V. Povtory i ih funkcii v sudebnoj rechi [Repetitions and their functions in court speech]: abstract ... of PhD in Philology / E.V. Tarhova. - Tambov, 2007. - 251 p. [Electronic resource]. - URL: http://www.dslib.net/russkij-jazyk/povtory-i-ih-funkcii-v-sudebnoj-rechi.html (accessed: 1.09.2020). [in Russian]

15. Ulanova K.L. Znachenie povtora kak rechevoj formy kategorii tozhdestva v oratorskoj rechi [The meaning of repetition as a speech form of the identity category in oratory] / K.L. Ulanova // Gumanitarnye, social'no-jekonomicheskie i obshhestvennye nauki [Humanities, socio-economic and social Sciences], 2015. [Electronic resource]. - URL: https://cyberleninka.ru/article/n/znachenie-povtora-kak-rechevoy-formy-kategorii-tozhdestva-v-oratorskoy-rechi (accessed: 1.09.2020). [in Russian]

16. Churilov Ju. Spravochnik juridicheskih hitrostej dlja nachinajushhih juristov i professionalov [Directory of legal tricks for novice lawyers and professionals] / Ju. Churilov. - 2017. [Electronic resource]. - URL: https://lawbook.online/yuridicheskoy-tehniki-osnovyi/kak-vyistupat-rechyu-71489.html (accessed: 1.09.2020). [in Russian]

17. Judaeva O.V. Povtory kak jeksponenty jemocional'nogo komponenta vozdejstvija [Repetitions as exponents of the emotional component of impact] / O.V. Judaeva // Vestnik Moskovskoj mezhdunarodnoj akademii [Bulletin of the Moscow international Academy]. - 2013. [Electronic resource]. - URL: https://cyberleninka.ru/article/n/povtory-kak-eksponenty-emotsionalnogo-komponenta-vozdeystviya (accessed: 1.09.2020). [in Russian]