РТО-фронт

антитеррор

Вчера группа депутатов Госдумы во главе со спикером Борисом Грызловым внесла в нижнюю палату законопроект "О противодействии терроризму". В соответствии с проектом в случае угрозы террористического акта в России может вводиться "режим террористической опасности" (РТО), предполагающий серьезное ограничение прав человека. Проект, готовившийся в течение двух месяцев, появился в Госдуме как раз в тот момент, когда внимание российской общественности отвлечено бурными событиями на Украине (см. стр. 1, 9 и 10).

Теракт в Беслане, заставивший президента пересмотреть подход к устройству российской политической системы, стал основным аргументом за ужесточение антитеррористического законодательства и, в частности, пересмотр действующего закона "О борьбе с терроризмом". Но если уже принятый в первом чтении законопроект о новом порядке избрания губернаторов глава государства инициировал лично, то законопроект "О противодействии терроризму", который готовился при непосредственном участии ФСБ, внесли члены фракции "Единая Россия" — спикер Борис Грызлов и глава комитета по безопасности Владимир Васильев,— а также примкнувшая к ним группа депутатов и членов Совета федерации.

Новый законопроект, в котором, как подчеркивается в пояснительной записке, "отражено, что терроризм — явление политическое", включает в себя несколько принципиально новых норм. Так, основным ведомством, ответственным за пресечение террористической деятельности, становится ФСБ, в то время как МВД может участвовать в контртеррористической операции лишь под началом чекистов. Кроме того, для участия в проведении контртеррористической операции могут быть привлечены вооруженные силы с правом применения оружия и боевой техники. В действующем законе "О борьбе с терроризмом" порядок участия вооруженных сил в контртеррористических операциях подробно не прописан. При этом норма о применении "специальных средств", перечень и порядок применения которых вооруженными силами устанавливаются правительством, осталась без изменений.

"Политизированность" терроризма, о которой сказано в пояснительной записке, в законопроекте подтверждена новой правовой нормой о возможности введения "режима террористической опасности" (РТО), который может быть введен обычным приказом руководителя контртеррористической операцией. То есть, начальником подразделения ФСБ, отвечающим за проведения оперативных действий. Режим террористической опасности станет третьим особым режимом управления наряду с чрезвычайным положением и контртеррористической операцией. Правда, на практике "режим террористической опасности" может стать эффективным методом борьбы не столько с террористами, сколько с любыми не санкционированными властями действиями как отдельных граждан, так и различных политических сил.

Согласно законопроекту, РТО вводится в случае получения информации о подготовке или угрозе теракта и при наличии обстоятельств, "не позволяющих проверить такую информацию". Получается, что любая непроверенная информация, которую ФСБ может расценить как террористическую угрозу (например, сообщение о готовящемся теракте "в одном из городов РФ"), может служить поводом для введения на территории "одного или нескольких субъектов РФ" режима террористической опасности.

Между тем меры, сопровождающие введение РТО, предусматривают весьма серьезные ограничения прав человека. В частности, речь идет о проверке документов у граждан и должностных лиц; удалении граждан с отдельных участков местности и отбуксировке транспорта; введении контроля за телефонными переговорами и электронной почтой; ограничении или запрете на движение транспорта и пешеходов; запрете или ограничении на проведение митингов, шествий, пикетирования и других массовых мероприятий. Режим террористической опасности может действовать не более 60 суток, после чего может быть принято решение о введении режима чрезвычайного положения.

Стоит также отметить, что ограничительные меры в рамках РТО могут вводиться "на отдельных объектах и участках зоны РТО". То есть если властям очень захочется, скажем, отменить очередной митинг коммунистов у стен Госдумы или демонстрацию по случаю очередной годовщины Октябрьской революции, то ФСБ достаточно "узнать" о теракте, якобы готовящемся как раз в месте предполагаемого народного протеста, и на этом основании запретить проведение конкретной массовой акции.

Другим принципиальным нововведением стала статья, которая может значительно затруднить представителям СМИ возможность освещения обстоятельств теракта. Согласно законопроекту, формы и объем информации, предоставляемой СМИ, определяет руководитель оперативного штаба по проведению контртеррористической операции. При этом глава штаба вправе не только ограничить, но и полностью запретить доступ представителей СМИ в зону проведения контртеррористической операции. Если же пресса в зону проведения операции все-таки была допущена, журналистам запретят снимать скрытой камерой, фотографировать, вести аудиозапись и конспектировать подробности происходящего без официального разрешения начальника оперативного штаба.

Впрочем, даже для тех представителей СМИ, которым удастся попасть в зону проведения операции и добиться официального разрешения на ее освещение, законопроект предусматривает довольно широкий перечень запретов. Наряду с нормами, содержащимися и в действующем законе "О борьбе с терроризмом" (запрет на распространение информации, способной затруднить проведение контртеррористической операции, раскрывающей специальные технические приемы и тактику ее проведения, состав и численность привлекаемых сил, а также сведения о сотрудниках спецподразделений и членах оперативного штаба), в новом проекте есть и принципиально новый, но давно лоббируемый депутатами Госдумы запрет: на обнародование информации, содержащей сведения о фактах или сценах "особо жестокого насилия".

Если положения, касающиеся ограничений в отношении СМИ, останутся без изменений, то внесение каких-либо дополнительных поправок в закон "О СМИ", направленных на ограничение информации о терактах, станет уже бессмысленным. Правда, вчера сроки рассмотрения антитеррористического законопроекта в первом чтении известны еще не были. Профильный комитет по безопасности успел лишь разослать новый законопроект по фракциям и комитетам. Тем не менее есть все основания полагать, что законопроект будет рассмотрен в первом чтении еще до конца 2004 года.