Вооруженное разграбление

Президент Грузии Михаил Саакашвили вчера после изнурительных переговоров с госсекретарем США Кондолизой Райс подписал план мирного урегулирования, разработанный президентом Франции Никола Саркози. Но, как убедился специальный корреспондент "Ъ" ВЛАДИМИР Ъ-СОЛОВЬЕВ, мир в Грузии не наступил ни во время этих переговоров, ни после их завершения.

Дипломатическая капитуляция

Кондолизу Райс, прилетевшую вчера в Тбилиси из Парижа, здесь ждали как мессию. Грузинские телеканалы в прямом эфире фиксировали каждый шаг американского госсекретаря. Вот ее самолет сел в тбилисском аэропорту. Вот из него неторопливо выбирается многочисленная делегация. Вот, аккуратно ступая на тонких высоких каблуках, по трапу спускается долгожданная гостья. Эти кадры потом здесь смаковали почти все шесть часов — пока госпожа Райс вела переговоры с президентом Грузии Михаилом Саакашвили. Резиденция грузинского лидера была переполнена журналистами и секьюрити. В ожидании выхода переговорщиков к прессе и те, и другие увлеченно смотрели Олимпиаду — грузинский борец дзюдо пытался одолеть темнокожего соперника. Но проиграл.

Итоговый брифинг переносился несколько раз. В отсутствие главных героев журналисты терзали спецпредставителя ЕС на Кавказе Питера Семнеби:

— Как вы оцениваете ситуацию в Гори?

— Сообщения оттуда нас очень беспокоят. Многие деревни вокруг этого города сейчас попросту сожжены.

— Уйдут ли из Грузии российские войска?

— Вывод войск — один из пунктов готовящегося соглашения.

— Будут ли направлены в Грузию миротворцы Евросоюза?

— Решение об этом вполне может появиться.

В этот момент в окне мелькнула тень Кондолизы Райс, а еще через секунду она и Михаил Саакашвили появились перед прессой. Первым взял слово грузинский лидер. Выражение лица, с которым он выступал, не было таким мрачным даже в те дни, когда Тбилиси и Гори бомбила российская авиация.

— Мы пять часов обсуждали механизм того, как остановить русское вторжение. Часть наших территорий по-прежнему оккупирована российскими войсками.

Обрисовав текущую ситуацию, президент фактически обвинил в происходящем Европейский союз.

— В апреле в Бухаресте Грузии, и не только ей, отказали в плане действий по членству в НАТО. Нам сказали, что всему виной неурегулированные конфликты. И я тогда сказал всему миру — это худшее, что вы могли ответить. Бухарест стал новым Мюнхеном. Потому что русские стали немедленно готовить для нападения на нас всю инфраструктуру в Абхазии и Южной Осетии.

Он подробно рассказывал о том, как Москва готовилась к войне. Все это он говорил уже не раз, но сейчас, в присутствии Кондолизы Райс господин Саакашвили вновь и вновь повторял, что никакого вторжения Грузии в Южную Осетию не было, а был ответ на российскую агрессию.

— Мы просили, кричали всему миру — остановите их. А русские шаг за шагом готовились и следили за реакцией. За тем, что скажет Европа. Но Европа молчала.

О подписанном соглашении Михаил Саакашвили сказал лишь под конец.

— Я подписал этот документ. Это не финальный документ, а лишь соглашение о прекращении огня. И я хочу, чтобы все знали: Грузия — состоявшееся государство. У России много танков, но они не убьют нашу свободу.

Чем труднее Михаилу Саакашвили было сдерживать эмоции, тем спокойнее на его фоне выглядела Кондолиза Райс.

— Президент Саакашвили подписал соглашение,— подтвердила она.— Русские войска и нерегулярные отряды должны уйти. Чтобы стабилизировать ситуацию, нам нужны международные наблюдатели. Речь не идет о будущем статусе непризнанных республик, а о том, чтобы добиться ухода русских.

Последнюю фразу госпожа Райс повторила много раз за время своего выступления. Еще она ободрила грузинское руководство обещанием скорой американской помощи.

— Когда ситуация стабилизируется, мы немедленно приступим к восставновлению Грузии.

Мир без мира

Между тем мир в Грузии все еще не наступил. Ощущение того, что война закончилась, испаряется, если отъехать меньше, чем за сотню километров от грузинской столицы — в Гори. Здесь продолжали стрелять и когда в Тбилиси ждали прилета госсекретаря США Кондолизы Райс, и когда уже начались ее многочасовые переговоры с президентом Грузии Михаилом Саакашвили. Российская 58-я армия, которая вошла в Гори под предлогом наведения порядка, почему-то ему не способствовала. Грузинская полиция, которой генерал Вячеслав Борисов накануне вроде бы передал контроль над городом, по его же распоряжению была снова оттуда выведена без объяснения причин и расположилась в километре отсюда.

Бойцы российской армии выпускали из Гори всех, кто хотел уйти, но не впускали никого. Дороги в город перекрывали танки, БМП и грузовики. Рядом дежурили солдаты. Они говорили, что стоят, чтобы остановить беспредел, который творится в округе после отхода грузинских войск и вывода полиции. Едва стихли масштабные боевые действия, как из Южной Осетии в грузинские села ринулись вооруженные мародеры. Их отряды хозяйничают между Гори и Цхинвали и в тех грузинских селах на территории Южной Осетии, которые до конфликта контролировались Тбилиси. Вечером в четверг непонятные люди в потрепанном камуфляже на виду у российских военных попытались угнать несколько джипов, на которых приехали журналисты. Машины отбили только после вмешательства солдат. На въезде в Гори, прямо во время выхода в прямой эфир была легко ранена журналистка местного первого канала Томар Урушадзе. Впрочем, можно сказать, ей крупно повезло. Машину турецких телевизионщиков, решивших проехать в Цхинвали со стороны Грузии, изрешетили неизвестные автоматчики. Одному из журналистов пулей выбило глаз, другие тоже получили тяжелые ранения. Так что бронежилеты с надписью "пресса" здесь носят скорее для самоуспокоения.

Беженцы, которые бегут через Гори со всех окрестных сел, говорят о растащенном имуществе, сожженных домах, убитых и избитых родственниках и знакомых. Особенно достается грузинским селам Цхинвальского района.

— Они пришли со стороны Джавы. Все сожгли, все забрали,— причитают люди, бредущие через Гори в Тбилиси из села Курта. Все, что у них осталось, умещается в одной холщовой сумке.

Когда я пытаюсь выяснить у российских военных, почему вокруг мест дислокации 58-й армии повсюду появляются мародеры, утреннюю тишину с треском ломают автоматные очереди. Одна, две, три... На мой вопрос, кто и зачем стреляет, солдаты спокойно отвечают:

— Не парься — лишний боезапас расстреливают.

В этот момент над прилегающим к Гори селом Свенети появляются два боевых вертолета. Для чего здесь летает авиация, я уже не спрашиваю, чтобы не нарваться на ответ "сжигают лишнее горючее".

Секретарь совбеза Грузии Каха Ломая почти не выезжает из Гори. Он обвиняет российскую армию в том, что она закрывает глаза на происходящее в округе:

— Нам говорят, что это не их функции следить за порядком. В то же время нашу полицию они воспринимают как угрозу и не пускают в город.

Ему вторит начальник полицейского управления здешнего региона Вова Джугели:

— Нам говорят — въезжайте. А потом другой генерал отдает приказ военным выдворить полицию.

Судя по всему, приоритетная задача российской армии — разрушение грузинских военных объектов, расположенных в зоне ее досягаемости. Танки уже сровняли с землей новенькую военную базу в Гори. Предварительно оттуда вывезли всю оргтехнику. Впрочем, местные жители признают — если бы не военные, мародеры вели бы себя еще наглее.