Экспорт оружия из России

Экспорт оружия из России

Есть что вывозить и есть кому

       Вчера заседал координационно-наблюдательный совет при Государственной компании по экспорту и импорту вооружений и военной техники ("Росвооружение"). Об успехах компании рассказали помощник президента по вопросам военно-технического сотрудничества с зарубежными странами Борис Кузык и генеральный директор "Росвооружения" генерал-майор Александр Котелкин. Характерная деталь: выступавшие приводили впечатляющие данные о росте экспорта вооружений и военной техники (за 1995 год экспорт вырос в 1,8 раза) из России в целом, как будто речь шла только об операциях "Росвооружения". Между тем число российских экспортеров в последнее время выросло.
       
       "Росвооружение" и раньше заявляло, что российский стреляющий экспорт в 1995 году выйдет на уровень $3 млрд. Вчера было официально подтверждено, что свое обещание экспортеры оружия сдержали. Кроме того, в 1995 году подписаны переходящие на последующие годы контракты на сумму около $6 млрд.
       Александр Котелкин рассказал и об инвестиционной деятельности "Росвооружения". Экспортеры активно поддерживают конверсионные программы. Инвестиции "Росвооружения" в 1995 году на поддержку предприятий военно-промышленного комплекса выросли по сравнению с предыдущим годом в 2,7 раза и составили $420 млн. Из них $192 млн — собственные средства компании, остальное — привлеченные средства банков под гарантии "Росвооружения". Так что "Росвооружение" твердо продвигается по тропе, проложенной многими успешно действующими экспортерами: от чистой коммерции к расширению инвестиций.
       Россия экспортирует военную технику в 51 страну. В числе крупнейших покупателей техники и вооружений Индия, Китай, Малайзия, Кувейт, Кипр, Турция.
       Есть не только географические, но и отраслевые приоритеты в военном экспорте. Почти половина экспорта вооружений, как сообщил пресс-секретарь компании Валерий Погребенков, приходится на авиационную технику. По словам пресс-секретаря, наибольшим спросом за рубежом пользуются самолеты МиГ-29 и СУ-27, а также вертолеты МИ-17 и Ка-50. Популярны за рубежом и боевые машины пехоты БМП-3 и БТР-80А, танки Т-72С и Т-80У, зенитно-ракетные установки С-300В и С-300ПМУ.
       И все же в бочку меда "Росвооружение" добавило ложку дегтя. Во-первых, вряд ли стоило на вчерашнем заседании расписывать достоинства внебюджетного фонда содействия военно-техническому сотрудничеству России с зарубежными странами. Не время. Внебюджетные фонды находятся в прицеле МВФ, с полным основанием считающего их существование формой экспроприации теми или иными ведомствами, концернами или компаниями части средств федерального бюджета. Именно их консолидация в федеральный бюджет — существенная составляющая "домашнего задания", которое правительство получило от МВФ и о котором писал вчера Ъ.
       Во-вторых, хотя "Росвооружение" по-прежнему определяет лицо российского военного экспорта, монополистом компания не является и контролирует уже не весь экспорт. К экспортерам-старожилам — ГК "Росвооружение" и МАПО "МИГ" — добавилось еще семь: право "участия в военно-техническом сотрудничестве с зарубежными странами в установленном порядке сроком на 5 лет" получили АО "Роствертол" (боевые и транспортные вертолеты), концерн "Антей" (комплексы ПВО С-300В), "Гидромаш" (гидравлические агрегаты), Уфимское моторостроительное производственное объединение (авиационные двигатели), КБ приборостроения (противотанковые комплексы), АОЗТ "Метровагонмаш" (шасси для артиллерийских и зенитных установок) и АО "Ижмаш" (стрелковое оружие). Хотя либерализация экспорта оружия налицо, на новичков наложены ограничения, суперновые разработки, за редким исключением, продаже не подлежат.
       Крестным отцом появления оружейников-экспортеров стал первый вице-премьер Олег Сосковец, которому пришлось преодолевать немалое сопротивление "Росвооружения". Смысл появления новых экспортеров, конечно, не в поддержке идеи либерализации. Все куда прозаичнее, речь идет о выживании предприятий ВПК. Парадокс в том, что далеко не все члены этого когда-то благородного, а ныне явно хиреющего семейства в состоянии стать полноценными экспортерами. Компаний, занимающихся и разработкой, и производством оружия, оказалось наперечет. Даже самостоятельный выход на мировой рынок отдельных КБ или серийных заводов, прошедших достаточно жесткий отбор, совсем не обязательно сулит коммерческий успех, тем более что одно дело отстаивать свои права на экспорт внутри России и совсем другое — подтверждать его на мировом, знанием которого новые экспортеры, мягко говоря, похвастаться не могут.
       Но при всех минусах у либерализации продажи оружия за рубеж есть, конечно, свои плюсы. Либерализация нефтяного экспорта, например, привела к существенному расширению вывоза сырой нефти. Но если против вывоза нефти в ущерб, скажем, ее переработке есть существенные возражения, то расширение вывоза оружия при всей специфичности этого товара — это не только сохранение на плаву предприятий ВПК, не утративших научно-технический потенциал, но и увеличение машиностроительного экспорта. Так что есть надежда, что экспортная активность новых экспортеров-оружейников повысит их рейтинг и в России, и на мировых рынках.
       
       АНДРЕЙ Ъ-БАГРОВ