Рубль удобрил зерно

Девальвация рубля и относительно высокие мировые цены на зерно придали уверенности российским фермерам. За неделю средняя стоимость пшеницы на внутреннем рынке взлетела на 1 тыс. руб. и достигла почти 13,3 тыс. руб. за тонну, обновив исторические максимумы и превысив стоимость российской нефти. Такой уровень котировок уже негативно воспринят экспортерами, а аналитики ждут продолжения роста цен внутри страны.

По итогам 16–20 марта средние цены на продовольственную пшеницу в РФ выросли сразу на 1,02 тыс. руб., до 13,27 тыс. руб. за тонну, говорится в отчете «Совэкона». Из него следует, что это максимальный уровень котировок за всю историю. Для сравнения: тонна российской нефти Urals для средиземноморского рынка (CIF Augusta) на 19 марта стоила 12,85 тыс. руб.

Основные причины взлета цен на зерно — резкое падение рубля и высокие мировые цены, говорит директор «Совэкона» Андрей Сизов. По его словам, несмотря на падение остальных рынков, цены на зерно на мировых биржах росли. Так, за прошлую неделю пшеница в Чикаго подорожала на 6,7%, до $198 за тонну, в Париже — 6,9%, до $204 за тонну. Российская пшеница закрепилась на уровне $207 за тонну после резкого падения. Мировой рынок также отреагировал на падение рубля и слухи о возможном ограничении экспорта зерна, отмечают в «Совэконе».

Как пишут аналитики, переработчики и экспортеры активно поднимают закупочные цены. При этом многие владельцы зерна готовы продать урожай за «относительно приемлемую цену». Во-первых, фермерам нужны средства для финансирования посевных работ, во-вторых, требуется освободить склады, третий фактор — те же слухи о возможных экспортных ограничениях, перечисляют в «Совэконе».

Руководитель аналитического центра «Русагротранса» Игорь Павенский согласен, что, несмотря на волатильность курса рубля, не все производители готовы придерживать запасы и торговля идет. По его словам, «Русагротранс» уже повысил прогноз экспорта зерна в марте на 0,2 млн тонн, до 3,6 млн тонн. Гендиректор «Прозерна» Владимир Петриченко, впрочем, отмечает, что заметная часть держателей зерна заняла выжидательную позицию. «Еще неизвестно, по какой цене придется приобретать, например, импортные средства защиты растений»,— говорит он.

По словам господина Сизова, цены на пшеницу в Поволжье и Центральном Черноземье вернулись к экспортному паритету, а рентабельность поставок начинает восстанавливаться.

«Совэкон» планирует на этой неделе повысить прогноз экспорта пшеницы в сезоне (сейчас эта цифра составляет 32,1 млн тонн). Хотя крупный экспортер отмечает, что говорить о закреплении цен на уровне $207 за тонну пока рано, покупатели предлагают за российскую пшеницу $199–200 за тонну, а маржа не превышает $3–5.

Рост локальных цен в первую очередь определяется аппетитами производителей, которые, ориентируясь на возросший курс доллара, считают «сверхдоходы» российских экспортеров и завышают внутренние цены, удерживая объемы, возмущается гендиректор российского подразделения Agrozan Commodities Сабина Содикова. В результате, продолжает она, экспортер вынужден покупать зерно в убыток из-за риска получить штраф за срыв предыдущих контрактов. Но в текущей ситуации всеобщего закрытия границ и нарушения логистических цепочек на фоне вируса спрос крайне нестабильный, потому все шансы остаться со своим зерном до следующего урожая имеет и производитель, добавляет она.

По прогнозам господина Сизова, в ближайшей перспективе на внутреннем рынке пшеница продолжит дорожать, так как фактор девальвации пока не отыгран. Мировые цены также могут продолжить увеличиваться, потому экспорт некоторое время будет довольно рентабельным, отмечает он. Но, предупреждает эксперт, такая ситуация продлится недолго: для экспортеров российская пшеница после резкого роста окажется слишком дорогой.

Владимир Петриченко согласен, что стоимость пшеницы на внутреннем рынке продолжит укрепляться. Но, отмечает он, рост будет зависеть от курса рубля и экспортных цен. Андрей Сизов при этом не исключает, что удорожание зерна на внутреннем рынке приведет к усилению давления на Минсельхоз со стороны основных потребителей, мукомолов и животноводов, с целью введения каких-либо ограничений.