Изучение причин и структуры конфликтов у приматов

Использование научного приема атрибутивного маркетингового анализа позволило идентифицировать три основные направления клиентоориентированности коммерческих фирм и индивидуальных предпринимателей на рынке медицинского оборудования: 1) маркетинговые инновации при заочном обслуживании клиентов (в т.ч. интерактивное общение в рамках прямого интернет-контакта или исполнения почтовых и телефонных заявок по реализации медаппаратуры); 2) задействование корпоративных стандартов очного обслуживания клиентов, включая процесс информационного насыщения с помощью справочных терминалов (еще до личного общения с оператором клиентского зала); 3) внедрение (в рамках маркетингового мониторинга движения клиентской базы) систем быстрого интернет-поиска кластеров маркетинговой среды, формирующих объемы будущих продаж (включая данные о цене медаппаратуры, ее дизайне, сроках поставки и клиентских выгодах в виде бонусных, скидок для постоянных покупателей).

Литература

1. Аркадьев, Б.С. Маркетинговый инструментарий при определении емкости территориальных рынков медицинской техники [Текст]//Б.С. Аркадьев// Журнал продаж, 2008.-№ 3. - С.15-19.

2. Виленский, A.B., Федосеев, В.Н. Рынок медицинской техники и здравоохранительных услуг [Текст]//А.В. Виленский//Маркетинг в России и за рубежом, 2001. - № 3. - С.37-39.

Современные проблемы культурологии Чалян В.Г., Мейшеили Н.В., Пачулия И.Г.

Изучение причин и структуры конфликтов у приматов

На всех этапах развития человечества внутривидовая агрессия была и остается одной из его главных проблем. Выдающийся австрийский ученый, лауреат Нобелевской премии, один из основоположников этологии К.Лоренц писал: «Есть веские основания считать внутривидовую агрессию наиболее серьезной опасностью, какая грозит человечеству в современных условиях культурно-исторического и технического развития». Анализ исторических тенденций в эволюции конфликтов показывает, что процесс общественно-исторического развития никоим образом не сопутствует снижению роли агрессии в жизнедеятельности как отдельной личности, так и целых народов, напротив, сопровождается изобретением новых видов оружия, увеличением количества

83

1029-3388

военных конфликтов, террористических актов, бытовых убийств, насилия и самоубийств. Подобная динамика требует особого внимания к исследованиям изучения природы агрессии человека. Биологические основы агрессии человека имеют многофакторную природу. Прежде всего очевидно, что агрессия человека обусловлена его генетическим родством с непосредственными биологическими родственниками в животном мире, у которых агрессия является одним из способов разрешения конфликтов. Очевидно также, что агрессия человека является неизбежным следствием социального образа жизни, также унаследованного человеком от своих ближайших животных родственников. Социальность, то есть потребность к жизни группой, которая является не просто суммой особей, а сложным и неповторимым образованием, является эволюционным приобретением человека как представителя отряда приматов. Следует отметить, что изучение агрессии у животных, в том числе у приматов, является одним из центральных направлений исследований, посвященных изучению их поведения и психики [2; 3; 4; 5; 12; 14; 15]. Кроме собственно исследования агрессивного поведения обезьян, в экспериментах показана перспективность использования животных в качестве моделей для изучения агрессивного поведения человека. Подобные модели (в основном этой цели служат грызуны и приматы) используются для изучения агрессивного поведения человека в контексте установления его связи с темпераментом, выявления роли сенсорных воздействий, установления нейроанатомии, нейрохимии и нейроэндокринологии агрессии, а также в контексте исследования влияния стресса и социальных условий [6;7;9; 17; 11; 13].В частности, было показано, что у приматов, как и у человека, дефицит нейромедиатора серотонина коррелирует с импульсивным и агрессивным поведением [10].

Гипофункция серотонина в сочетании с гиперфункцией другого нейромедиатора - дофамина представляют собой нейрохимическую основу импульсивной агрессии человека [16], проявляющейся как неспособность субъекта контролировать свою агрессивность. Установлено также, что присутствие в геноме некоторых вариантов генов, связанных с транспортом серотонина и моноамин оксидазы (МАО-А) в сочетании с определенными средовыми воздействиями в онтогенезе, является фактором риска, определяющим проявления патологической агрессивности у некоторых индивидуумов. Исследования модели раннего стресса у приматов и грызунов показали, что ранняя материнская депривация и хронический дефицит общения со сверстниками являются факторами риска для формирования патологической агрессивности [18]. Грискевичус и др. [8], отмечая большую роль иерархического статуса и сексуального поведения как мотивов агрессивного поведения животных, исследовали роль этих факторов в инициировании агрессии мужчин и женщин. Вместе с тем, анализ имеющейся литературы, отражающей современный уровень исследования различных аспектов агрессии животных, в том числе приматов, показывает, что главным недостатком этих исследований является практически полное отсутствие целостного изучения конфликтов животных, а не отдельных агрессивных актов.

Причина такой особенности исследований, проводимых на животных, понятна. Агрессивное поведение животных вполне наглядно и представляет собой набор вид о специфических звуковых, мимических и двигательных паттернов, которые легко поддаются регистрации с помощью обычных зоопсихологических и этологических методик. В отличие от изучения собственно агрессии, изучать конфликты у животных значительно труднее в силу того, что конфликты у животных представляют собой более высокий уровень организации поведения и, как и у человека, не сводятся только к собственно агрессивному поведению. Хотя агрессия, бесспорно, является самым надежным объективным свидетельством возникшего в группе конфликта, структура конфликта у животных может быть значительно шире и глубже, чем наблюдающиеся агрессивные действия. Тем не менее, несмотря на сложность изучения конфликтов у животных, потребность в таких исследованиях, особенно в исследованиях конфликтов у приматов, безусловно, имеется. Она связана с тем, что невозможно всесторонне оценить поведение человека в конфликте, не учитывая его биологическую природу. Изучение конфликтов обезьян, установление причин конфликтов, их структуры, длительности и разрешения является оптимальным способом для исследования биологических корней конфликтов у человека. Генетическая и эволюционная связь психики человека и психики обезьян определяет интерес к изучению причин конфликтов у обезьян как способа исследования бессознательной и подсознательной мотивации конфликтного поведения у человека. Такой подход устраняет социальные наслоения, неизбежно возникающие в работе психологов и конфликтологов, облегчает установление тех мотивов конфликта, которые человек либо не осознает, либо предпочитает в них не признаваться [1, с. 109].

Целью исследования являлось изучение на модели приматов биологической основы конфликтного поведения человека. В задачи исследования входило, прежде всего, установление основных причин конфликтов обезьян, структуры конфликтов и их длительности, а также выделение причинных факторов, определяющих тяжесть течения конфликтов и их длительность. В качестве объекта исследования использовались павианы анубисы (Рарю апиЫк), содержащиеся большой группой в вольере Института медицинской приматологии РАМН. Выбор павианов анубисов в качестве модели для изучения биологических корней конфликтного поведения человека не случаен. Эти крупные (вес взрослого самца до 40 кг) обитатели африканских саванн характеризуются сложным поведением, высоким уровнем кооперации и большим разнообразием репертуара коммуникативного поведения, в котором не менее 40 различных звуковых сигналов. Как и другие павианы, анубисы отличаются от макак и мартышек более высоким уровнем способностей к научению и высокими показателями манипуляционной активности, приближающимися к показателям человекообразных приматов.

Методика проводившегося исследования опиралась на стандартные этологические приемы наблюдения и регистрации поведения обезьян (2; АНтапп, 1974), согласно которым осуществлялось сплошное протоколирование поведения и социальных взаимодействий всех особей группы. Учитывая то, что у приматов,

ISNN 1029-3388

как и у всех животных, по видимому, только агрессия может считаться единственно надежным индикатором возникновения конфликта, в качестве конфликтов рассматривались ситуации, которые так или иначе сопровождались агрессивными действиями обезьян. При этом началом конфликта считался момент возникновения конфликтной ситуации, приводившей к началу агрессивных действий, а в качестве конца конфликта рассматривался момент, когда агрессивные действия полностью прекращались и не возобновлялись в течение, по крайней мере, следующих 10 минут. Таким путем у павианов было зарегистрировано в общей сложности 325 конфликтов, участниками которых были особи различного пола и возраста. Наблюдения показали, что большинство (73,2%) конфликтов павианов протекало с участием только двух участников. В таких наиболее простых конфликтах возникшая конфликтная ситуация обычно сопровождалась непродолжительным агрессивным взаимодействием двух противников с последующим их расхождением в разные стороны либо с их последующим примирением. Кроме конфликтов, ограничивавшихся диадными агрессивными взаимодействиями, определенная часть конфликтов павианов (12,6%) включала в себя агрессивные взаимодействия с участием 3-х животных. Третий участник мог демонстрировать агрессивную поддержку агрессора или жертвы либо выступать в роли объекта переадресованной агрессии, демонстрируемой бывшим агрессором или жертвой. Значительная часть конфликтов обезьян (16%) представляла собой сложные многосторонние взаимодействия нескольких особей, которые могли включать в себя кроме прямой агрессии и обратную агрессию, и агрессивную поддержку нескольких особей, и переадресованную агрессию и агрессивный ответ на переадресованную агрессию. В некоторых случаях в рамках одного конфликта отмечались параллельно происходящие агрессивные взаимодействия других особей, которые представляли собой форму агрессивной поддержки кого-либо из участников, когда животное - родственник или сторонник участника конфликта - направляло агрессию на родственника или сторонника другого участника конфликта либо на постороннюю особь.

Для установления причин конфликтов у обезьян был произведен анализ поведения и взаимодействий особей в период мира и спокойствия в группе, непосредственно предшествующий началу агрессивных действий. В результате было показано, что из наблюдавшихся 325 конфликтов в 77 случаях установление причины конфликта невозможно ввиду полного отсутствия в отмеченном поведении участников группы мотива конфликтной ситуации. Эти случаи были исключены из дальнейшего анализа. Остальные 258 конфликтных ситуаций сопровождавшихся агрессивными действиями обезьян, были доступны для анализа. Систематизация этих конфликтов позволила выделить 9 важнейших вариантов конфликтных ситуаций, выступающих как причины конфликтов павианов.

1) Демонстрация иерархических претензий представляла собой конфликтную ситуацию, возникавшую у павианов обычно как следствие потребности инициатора конфликта в подтверждении имеющегося статуса либо

(редко) как способ достижения более высокого иерархического положения. Иерархические демонстрации представляли собой агрессивное поведение, направленное на установление и сохранение определенного иерархического статуса каждой особи в группе. Агрессия в контексте иерархических демонстраций составила 14,2% всех отмечавшихся конфликтов с установленной причиной. Почти в 40% всех наблюдавшихся случаев агрессивные иерархические демонстрации сопровождались обратной агрессией либо агрессивным вмешательством третьей особи. Агрессия в контексте иерархических демонстраций была наиболее характерна для конфликтных пар «агрессор и жертва —самец» (28% всех взаимодействий). Кроме того, у павианов анубисов обычным было демонстрировать в контексте иерархических демонстраций грубое обращение с детенышем. Доля агрессивных взаимодействий конфликтных пар «агрессор -самец или самка, жертва - детеныш», происходивших в таком контексте составила 43,2%. В контексте иерархических демонстраций могли отмечаться разные формы агрессии. Тем не менее, чаще отмечались погони (35%) и разные формы неопасной контактной агрессии (23%).

2) Избегание близости нежелательного партнера или просто избегание близости. Причиной конфликтной ситуации в этом случае является возникновение конфликта в действиях двух особей - особи, приближающейся и навязывающей свою близость, и особи, не желающей эту близость поддерживать. Условия возникновения такого типа конфликтной ситуации довольно разнообразны, например, при нежелательных попытках партнера по группе сесть рядом, осуществить копуляцию или начать груминг. Одной из причин конфликта, возникающего в контексте избегания близости нежелательного партнера, является надоедание, когда агрессия является следствием многократных действий будущей жертвы, неприятных будущему агрессору. Например, взрослое животное может реагировать той или иной формой агрессии на упорно повторяющуюся попытку своего либо постороннего детеныша или подростка взобраться по его хвосту. При этом животное, навязывающее свою близость, оказывается жертвой агрессии, в роли агрессора выступает животное, не желающее эту близость терпеть. Агрессия, инициируемая в контексте избегания близости нежелательного партнера, отмечается в 15,5% конфликтов с установленной причиной. Выраженность демонстрации агрессии в контексте избегания близости нежелательного партнера соответствует видовым различиям в терпимости животных к сокращению межиндивидуальной дистанции и нежелательным взаимодействиям с другими членами группы. Агрессия в контексте избегания близости нежелательного партнера чаще выступает в форме однонаправленного действия, не сопровождающегося агрессивным вмешательством других членов группы (68,4% случаев). Она проявляется преимущественно в виде различных форм контактной агрессии. При этом у павианов анубисов отмечаются в основном неопасные формы контактной агрессии (52,6% всех наблюдавшихся в этом контексте случаев), а жесткая контактная агрессия наблюдается редко (21,0%). Агрессия в контексте избегания нежелательной близости была наиболее характерна для конфликтных

1029-3388

пар «агрессор - самец или самка», «жертва - детеныш» (29,7% всех случаев конфликтов у таких пар), а также для конфликтных пар «агрессор - самка, жертва

- самец» (42,9% всех случаев конфликтов у таких пар). Относительно редко (3,6%) агрессия в контексте избегания близости отмечалась у конфликтных пар «агрессор

- самец, жертва - самка», а также у конфликтных пар «агрессор и жертва - самцы» (12,0%).

3) Конкуренция за близость предпочитаемого партнера представляет собой конфликтную ситуацию, возникающую в результате претензий одновременно двух или более животных за возможность сидеть тесно рядом и взаимодействовать с предпочитаемым партнером. В роли предпочитаемого партнера обычно выступают детеныши, взрослые самцы или высокоранговые самки. Конкуренция за близость предпочитаемого партнера явилась причиной наибольшего числа конфликтов по сравнению с остальными установленными причинами. В контексте конкуренции за близость было инициировано 18% конфликтов павианов, причем прямая агрессия в этом контексте с довольно большой вероятностью сопровождалась дальнейшим агрессивным развитием событий. Конкуренция за близость могла выражаться в форме предупредительной агрессии (50% случаев), дистантной агрессии (34%), неопасной контактной агрессии. Конкуренция за близость как причина агрессии была наиболее характерна для конфликтных пар «агрессор и жертва - самки». У таких конфликтующих пар макак яванских доля агрессивных взаимодействий в контексте конкуренции за близость составила 29% общего числа конфликтов с установленной причиной.

4) Конкуренция за корм как причина агрессивного поведения выражалась в попытках одной обезьяны отобрать привлекательный корм у другого животного. Агрессивное поведение в таком контексте обычно отмечается при попадании в группу ограниченного количества лакомого корма. Проявлением конкуренции за корм можно считать также агрессию, направленную на изгнание конкурентов с кормовой площадки. Конфликты, связанные с конкуренцией за корм, возникали относительно редко; в целом только 11 % всех наблюдаемых у обезьян конфликтов являлись следствием конкуренции за корм. Тем не менее, конфликты такого рода были наиболее жесткими с точки зрения вероятности дальнейшего развития агрессивных событий. Кроме того, в конфликтах, связанных с конкуренцией за корм, наиболее часто (по сравнению с другими видами конфликтов) отмечалась жесткая контактная агрессия и, следовательно, имелась самая высокая вероятность травмирования животных. Доля жесткой контактной агрессии в общем числе агрессивных взаимодействий, инициированных по причине конкуренции за корм, составила 39%. Агрессия в контексте конкуренции за корм отмечалась с сопоставимой частотой у всех категорий конфликтных пар. Конфликты, возникавшие в контексте конкуренции за корм, крайне редко завершались примирением противников.

5) Конкуренция за место выражалась в возникновении одинакового желания двух или более особей занимать одно и то же удобное место в вольере. При этом, мотивация занять привлекательное место, как причина конфликта особей

и источник агрессии, была, по-видимому, значительно слабее мотивации, лежащей в основе конфликтов за корм. Об этом свидетельствует относительная редкость конфликтов, обусловленных конкуренцией за место (2%), а также преимущественно предупредительный характер форм проявления.

6) Защита детеныша как причина агрессии заключается в поведении членов группы, направленном на обеспечение безопасности детеныша. Агрессором в таком контексте обычно являлись самки матери, защищающие своих детенышей от посягательств на них других обезьян, либо от слишком грубого обращения с ними других членов группы. Крайне редко у павианов защиту детенышей осуществляли самцы. В частности, доля агрессивных взаимодействий, инициированных по причине защиты детенышей, составила у конфликтных пар «агрессор и жертва - самцы» 8% общего числа конфликтов этой категории пар, а у конфликтных пар «агрессор - самец, жертва - самка» - 5% конфликтов этой категории пар. Установлено, что в целом конфликты, возникшие по причине защиты детеныша, составили 14% всех отмеченных конфликтов с установленной причиной. При защите детеныша отмечались различные формы агрессии, но преобладали предупредительные формы, погони и неопасная контактная агрессия. Агрессия, возникавшая в контексте защиты детеныша, с высокой частотой завершалась примирением противников.

7) Сексуальная агрессия или конфликты, возникавшие в контексте сексуального поведения, обеспечили около 20% всех отмеченных конфликтов. При этом агрессия выступала в форме поведения «пастьбы» самцом самки. Следует отметить, что 58% конфликтов павианов анубисов, отмеченных у категории «агрессор - самец, жертва - самка» фактически являлись внешним проявлением поведения «пастьбы». Они выражались в демонстративных преследованиях самцом самки (77%), иногда в угрозах и толчках. Жесткая контактная агрессия в таком контексте у них отмечалась крайне редко. Сексуальная агрессия очень редко сопровождалась дальнейшим развитием возникших конфликтов и с наиболее высокой вероятностью завершалась примирением противников.

8) Управление поведением как причина конфликтов выражалась в агрессии, возникавшей в контексте принуждения одной особи к определенному действию или в контексте наказания за ослушание. Поведение управления поведением, с точки зрения мотивации, в роли которой выступает в обоих случаях организация поведения другого животного в соответствии с потребностями агрессора, сходно с сексуальной агрессией. Однако, в отличие от сексуальной агрессии, конфликты в контексте управления поведением отмечались не только у конфликтных пар «агрессор - самец, жертва - самка», но и у других категорий конфликтных пар. Например, наблюдаются две занятые грумингом самки. Одна из самок прекращает обыскивать партнершу и пытается отойти, однако та ей угрожает. Жертва возвращается и продолжает груминг. Следует отметить, что конфликты в контексте управления поведением наблюдали редко (около 2% конфликтов). Формой проявления агрессии, направленной на управление поведением являлись угрозы (52%), иногда толчки (32%), редко удары и укусы (12%).

ISNN 1029-3388

9) Осложнение игры как причина конфликтов представляет собой результат перерастания игровых приемов поведения в настоящие агрессивные действия. Осложнение игры как причина агрессии является некоторым исключением из всех перечисленных выше вариантов возникновения конфликтных ситуаций. Уникальность осложнения игры заключается в полном отсутствии видимой мотивации для возникновения агрессии. Здесь агрессия, по видимому, является следствием формального сходства игровых приемов и агрессивного поведения. Осложнение игры как причина агрессии отмечается в 5% отмеченных конфликтов. Формой проявления агрессии в контексте осложнения игры являются погони -18% случаев, различные варианты неопасной контактной агрессии - 59% случаев и жесткой контактной агрессии - 24% случаев. Агрессия по причине осложнения игры характерна преимущественно для конфликтных пар «агрессор и жертва -самцы» и конфликтных пар «агрессор - самец, жертва - самка», причем участниками таких агрессивных взаимодействий обычно являются неполовозрелые животные.

Литература

1. Анцупов, А.Я., Шипилов, А.И. Конфликтология [Текст] / А.Я. Анцупов, учебник для вузов. - 2е изд. перераб и доп. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002. -591 с.

2. Бутовская, М.Л., Дерягина, М. А. Агрессивное поведение низших узконосых обезьян (Cercopithecidae) [Текст] / М.Л. Бутовская, бюл. МОИП. Отд. биол. 1985.- С. 3-9.

3. Чалян, В .Г., Мейшвили, Н.В. Агрессия и состав конфликтных пар у зеленых мартышек. Российский физиологический журнал им. И.М.Сеченова, 2006,-

4. Bernstein, I. S., Gordon, Т.Р. The function of aggression in primate societies [Текст]/ I.S. Bernstein, Am. Scient., 1974.

5. Bernstein, I.S., Williams, L, Ramsay, M. The expression of aggression in Old World monkeys [Текст]/ I.S. Bernstein. Int. J. Primat, 1983. - С. 113-125.

6. Campbell, A. Attachment, aggression and affiliation: the role of oxytocin in female social behavior [Текст]/ A. Campbell, Biol Psychol. 2008,- C. 1-10.

7. Coccaro, E.F. Central serotonin and impulsive aggression [Текст]/ E.F. Coccaro, Br J Psychiatry Suppl, 1989,-C. 52-62.

8. Griskevichus, V., Tybur, J.M, Gangestad, S .W., Perea, E.F., Shapiro, J.R., Kenrick, D.T.. Aggress to impress: hostility as an evolved context-dependent strategy [Текст]/ V. Griskevichus, J Pers Soc Psycol, 2009.- C. 960-994.

9. Eichelman, В. Aggressive behavior: from laboratory to clinic. Quo vadit? [Текст]/ В. Eichelman, Arch Gen Psychiatry, 1992,-C. 488-492.

10. Ferrari, P.F., Palanza, P, Parmigiani, S, de Ameida, R.M., Miczek, K. A. Serotonin and aggressive behavior in rodents and nonhuman primates: predispositions and plasticity [Текст]/ P.F. Ferrari, Eur J Pharmacol, 2006,- C. 284-285.

11. Huhman, K.L. Social conflict models: can they inform us about humanpsychopathology? [Текст]/ K.L. Huhman, Horm Behav, 2006.- C. 640-646.

12. Judge, P.G., Griflaton, N. S., Fincke, A.M. Conflict management by hamadryas baboons (Papio hamadiyas hamadryas) during crowding: a tension-reduction strategy [Текст]/ P.G. Judge, Am J Primatol, 2006,- C. 993-1006.

13. Mehlman, P.T., Higley, J .D., Faucher, I, Lilly, A. A., Taub, D.M., Vickers, J, Suomi S.J., Linnoila, M. Low CSF 5-HIAA concentrations and severe aggression and impaired impulse control in nonhuman primates [Текст]/ P.T. Mehlman, Am. J Psychiatry, 1994.-C. 1485-1491.

14. Meishvili, N. V., Chalyan, V.G., Rozhkova, Y. Y. The causes of intragroup aggression in Rhesus macaques [Текст]/N.V. Meishvili, Neuroscience and Behavioral Physiology, 2009.- C. 147-151.

15. Ostner, J., Heistermann, M., Schulke, O. Dominance, aggression and physiological stress in wild Assamese macaques (Macaca assamensis) [Текст]/ J. Ostner, Horm Behav, 2008.-C. 613-619.

16. Seo, D., Patrick, C.J., Kennealy, P.J. Role of Serotonin and Dopamine System Interactions in the Neurobiology of Impulsive Aggression and its Comorbidity with other Clinical Disorders [Текст]/D. Seo, Aggress Violent Behav, 2008.-C. 383-395.

17. Summers, С .H., Winberg, S. Interactions between the neural regulation of stress and aggression [Текст]/ C.H. Summers, J Exp Biol, 2006.- C. 4581-4589.

18. Veenema, A.H. Early life stress, the development of aggression and neuroendocrine and neurobiological correlates: what can we learn from animal models? [Текст]/ A.H. Veenema, Front Neuroendocrinol, 2009.- C. 495-518.

И еле в A.A.

Эстетизация социальной действительности образовательного пространства университета как педагогическое условие формирования

экранной культуры студентов

Современное вузовское образование по праву переживает эпоху бурного развития и стремительного роста. Это обусловлено, с одной стороны, всё возрастающими требованиями к качеству подготовки специалистов, с другой -самим обществом и процессами, происходящими внутри него. Многие явления, казавшиеся ясными и самоочевидными, в век компьютерных технологий повернулись совсем не известной стороной.

Сегодня исследователи всё больше говорят о том, что именно технические открытия и их внедрение сформировали совершенно особую культуру - экранную, опирающуюся, прежде всего, на образ и звук. Всеобщее расширение процесса массовой коммуникации и развитие информационного общества оказали влияние на характер и функционирование всей системы экранной культуры. Выяснилось, что это воздействие настолько мощное, что допустимо говорить о тенденции