Оценка эффективности бюджетно-налоговой политики: ретроспективный и целеориентированный подходы

ПРИОРИТЕТЫРОССИИ

28 (265) - 2014

УДК 330.322.3

оценка эффективности бюджетно-налоговой политики: ретроспективный и целеориентированный подходы

л. л. игонина,

доктор экономических наук, профессор, заведующая кафедрой экономики и финансов E-mail: LLIgonina@fa.ru

Финансовый университет при Правительстве РФ, Краснодарский филиал

В статье исследованы подходы к оценке эффективности бюджетно-налоговой политики. Обобщены результаты эмпирических исследований воздействия фискальных стимулов на макроэкономические параметры. Показано, что существенный разброс и даже противоречивость эконометрических оценок свидетельствуют об определенных ограничениях методов статистического анализа ретроспективных данных. Обоснован целеориентированный подход к оценке эффективности бюджетно-налоговой политики в единстве ее результатов, целей и инструментов, уточнены состав и иерархия целей бюджетно-налоговой политики с позиций формирования новой модели социохозяйственного развития.

Ключевые слова: бюджетно-налоговая политика, эффективность, фискальные мультипликаторы, целеориентированный подход

Решение приоритетных задач в экономической и социальной сферах требует кардинального повышения эффективности бюджетно-налоговой политики государства. При этом необходимо сформировать новую модель социохозяйственного развития, построенную на инновационной основе, качественной производственной и финансовой инфраструктурах, действенной системе предоставления общественных услуг. Такая необходимость определяет значимость оценки эффективности проводимой бюджетно-налоговой политики с позиций не только

поддержки экономического роста, но и повышения уровня жизни населения как конечного потребителя этих услуг, что предполагает разработку соответствующих концептуальных подходов.

Проблема эффективности бюджетно-налоговой политики государства как инструмента макроэкономического регулирования, в том числе противодействия кризисам, в течение длительного периода находится в центре научных экономических исследований. Первые упоминания о ней связаны с событийной канвой Великой депрессии 1929-1933 гг., когда правительства ряда стран были поставлены перед необходимостью повышения функциональной роли бюджетно-налоговой политики в макроэкономической стабилизации.

В 1970-х гг. дискуссия сторонников кейнсиан-ской и неоклассической теорий об эффективности бюджетно-налоговой политики была переведена в русло компаративного сопоставления ее функциональной действенности с потенциалом влияния на национальную экономику денежно-кредитной политики. В системе мер макроэкономической стабилизации приоритетными стали считаться инструменты денежно-кредитной политики, при этом даже представители новой кейнсианской исследовательской программы экономики с негибкими ценами рассматривали оптимальность монетарной политики при условии экзогенно заданной или

пассивной роли фискальной политики. Однако к 2000-м гг. стало утверждаться положение о необходимости согласования инструментов бюджетно-налоговой и денежно-кредитной политики, а в ряде случаев - и о предпочтительности стратегического лидерства бюджетно-налоговой политики по отношению к монетарной [12]. Последний финансовый кризис показал ограниченность чисто монетарного регулирования, что актуализировало исследования в части выявления возможных каналов воздействия бюджетно-налоговой политики на экономику.

Теоретические и эмпирические исследования результатов воздействия фискальных стимулов на макроэкономические показатели базируются прежде всего на анализе фискальных мультипликаторов. Последние рассчитываются как отношение изменений фундаментальных переменных (валового внутреннего продукта, потребления, инвестиций и пр.) к экзогенному изменению стимулов бюджетно-налоговой политики (совокупных расходов и доходов бюджета, а также их отдельных элементных составляющих) за определенный период времени.

В западной литературе широкое распространение получили эмпирические оценки фискальных мультипликаторов с использованием методов статистического анализа ретроспективных данных. Результаты таких оценок весьма неоднозначны и имеют существенный разброс даже для одной страны. В частности, в исследовании воздействия фискальных стимулов в США установлено, что фискальная экспансия в размере 1% от ВВП ведет к росту ВВП приблизительно на один процентный пункт в том же году и на 2-3 п.п. в последующие несколько лет, когда эффект становится максимальным [21, 23]. Согласно обзору Всемирного банка за 2010 г., фискальный мультипликатор для США оценивается на уровне 0,5 [19], иные эмпирические оценки, полученные различными исследователями, располагаются в диапазоне от 0,5 до 1[16].

Результаты оценок для стран ОЭСР при использовании аналогичных технологий варьировались в диапазоне от -2,3 до 3,7 [22]. В работах, в которых были предприняты межстрановые исследования, получены низкие и отрицательные значения фискальных мультипликаторов [15, 17, 21]. Отрицательные значения могут быть объяснены тем, что фискальное стимулирование имеет негативное воздействие, если оно уменьшает доверие потребителей и инвесторов, а также усиливает проблемы устойчивости бюджетно-налоговой политики.

Согласно обзору Европейской комиссии [13], содержащему обобщенные результаты эмпирических оценок фискальных мультипликаторов для некоторых развитых стран, полученные в исследованиях последних лет, значения краткосрочных фискальных мультипликаторов колеблются в пределах 0,4-1,6, а значения среднесрочных показателей несколько ниже.

Имеющиеся расхождения в оценках эффективности бюджетно-налоговой политики объясняются целым рядом обстоятельств, в числе которых можно выделить:

- особенности применяемой методологии (структурные модели, векторные авторегрессии, метод кейсов*);

- межстрановые различия;

- наличие прямых и обратных связей между бюджетно-налоговой политикой и экономической активностью;

- сложность выделения фискальных шоков в динамике расходов, а также изменений ВВП, вызванных фискальными стимуляторами либо под действием других факторов;

- единовременность или периодичность фискальных мер;

- накладывающиеся друг на друга внутренние и внешние временные лаги (между моментами внесения предложений о корректировке бюджетно-налоговой политики и вступления этих предложений в законодательную силу, осуществления мер фискального воздействия и проявления их экономического эффекта). Кроме того, последние исследования эффективности бюджетно-налоговой политики при различных экономических условиях (по данным стран ОЭСР) выявили ключевое влияние таких факторов, как режим валютного курса, инфляция, мобильность капитала, размер государственного долга, развитость финансовых рынков, фаза экономического цикла [11], а также степень открытости экономики [18]. Совокупность этих факторов влияет на величину и даже знак фискального мультипликатора.

Было показано, что в период глубокой рецессии бюджетно-налоговая политика оказывается более действенной, нежели в периоды благоприятного экономического развития: величина фискального

* Метод кейсов (англ. case-study, метод конкретных ситуаций, метод ситуационного анализа) - техника обучения, использующая описание реальных экономических, социальных и бизнес-ситуаций.

мультипликатора увеличивается до полутора раз [18]. В развивающихся странах при прочих равных условиях фискальные мультипликаторы характеризуются существенно более низкой величиной, чем в развитых странах (как правило, меньше единицы) [20]. Это обусловлено факторами повышенной инфляции, относительной неразвитости финансовых рынков, нестабильной экономической политики в развивающихся странах по сравнению с развитыми.

В России эконометрические исследования воздействия фискальных стимулов на макроэкономические показатели являются пока немногочисленными, однако их результаты тоже различаются в силу особенностей методологии и горизонта исследования [2, 8]. Так, оценка, проведенная методом структурных авторегрессий с использованием квартальных данных по расходам государственного сектора на конечное потребление и валовое накопление за 2000-2007 гг., показала, что величина фискального мультипликатора при увеличении доли госрасходов в ВВП на 1 п.п. составляет 0,6 и соответствует кумулятивному росту ВВП в течение трех лет [2]. По оценкам Центра макроэкономических исследований Сбербанка России, полученным методом 2-шагового оценивания с использованием квартальных показателей расходов расширенного бюджета в 2000-2010 гг., фискальный мультипликатор в течение года после увеличения доли бюджетных расходов в ВВП на 1 п.п. колеблется в пределах 0,13-0,28 п.п. [8].

%

25 п

20 -

15 -

10 -

5 -

22,0

21,5

21,9

2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013

Рис. 1. Доля бюджетных средств в структуре источников финансирования инвестиций в основной капитал в 2000-2013 гг, %: 1 - бюджетные расходы на инвестиции в основной капитал, всего; 2 - средства федерального бюджета; 3 - средства бюджетов субъектов Федерации: 4 - средства местных бюджетов

При различии конкретных оценок значений фискальных мультипликаторов в целом результаты, полученные исследователями, подтверждают гипотезу о менее высокой эффективности бюджетно-налоговой политики в развивающихся странах, открытых экономиках, а также о росте действенности бюджетно-налоговой политики в кризисные периоды. Так, по данным Центра макроэкономических исследований Сбербанка России, значение фискального мультипликатора в период кризиса 2009-2010 гг. оказалось практически в два раза больше аналогичного показателя в 2000-2008 гг.

Вместе с тем вряд ли правомерно на основе упомянутых исследований делать вывод о том, что «проводимая в настоящее время в России фискальная политика сдерживания роста бюджетных обязательств с одновременным пополнением Резервного фонда и ФНБ представляется наиболее оптимальной» [9]. Согласно оценкам того же Центра макроэкономических исследований Сбербанка России, среди крупных категорий расходов российского расширенного бюджета расходы по статьям «национальная экономика, ЖКХ и окружающая среда» являются наиболее эффективными (величина мультипликатора составляет 0,55) и примерно в два раза превосходят по эффективности расходы по статьям «социальная сфера и культура» (0,21) и «национальная оборона, безопасность и правоохранительная деятельность» (0,29) [8]. Также значение мультипликатора государственных инвестиций

оказалось значительно выше 0,5.

Следует отметить, что доля бюджетных средств в структуре источников финансирования инвестиций в основной капитал, по данным Федеральной службы государственной статистики, в 2013 г. снизилась по сравнению с 2000 г. на 1,2 п.п. В кризисный период 2008-2009 гг. эта доля также не превышала уровня 2000 г. (рис. 1).

Неслучайно российская экономика оказалась одной из наиболее пострадавших в результате последнего кризиса, хотя

антикризисный пакет мер российского правительства, составивший с учетом мер Банка России 12% ВВП, оценивался экспертами как один из самых крупных в мире. Он включал рост социальных обязательств и расходов расширенного бюджета, в результате чего доля последних в ВВП возросла с 17,7% в 2008 г. до 21,9% в 2009 г.

Для развитых в социальном и экономическом отношениях стран оптимальные величины государственных расходов колеблются в пределах 43-53%. При этом с позиции общественной эффективности, измеряемой значением индекса развития человеческого потенциала, их уровень на несколько пунктов выше, чем с позиции экономической эффективности, оцениваемой по показателю экономического выпуска (ВВП) [3].

Современная бюджетно-налоговая политика России характеризуется более низкой долей перераспределения ВВП и бюджетных расходов, направляемых на поддержку экономики и социальной сферы, чем в развитых странах, уравнительным налогообложением при игнорировании рентного характера доходов, низкой действенностью инвестиционных и экологических льгот, ростом заимствований на внутреннем и внешнем рынках при введении бюджетного правила, предполагающего приоритеты резервирования, а не инвестиционного использования дополнительных доходов [6, 7]. В силу этих особенностей бюджетно-налоговой политики страны задачи оценки ее эффективности являются особо острыми.

Таким образом, наиболее значимым результатом проведенных исследований стал вывод о том, что фискальные мультипликаторы зависят от комплекса факторов, в том числе степени развитости экономической и финансовой систем страны, а также фазы экономического цикла. Вместе с тем существенный разброс и даже противоречивость эконометри-ческих оценок свидетельствуют об ограничениях методов статистического анализа ретроспективных данных, возможностях их интерпретации и, тем более, экстраполяции на перспективу. Между тем превентивная оценка фискальных мультипликаторов на этапе бюджетного планирования позволила бы выделить приоритетные сферы бюджетного финансирования, определить направления корректировки системы налогообложения с позиций общественной и экономической эффективности [6, 7], выявить размеры экономических последствий, как от снижения совокупных расходов бюджетной

системы, так и отдельных их компонент. В этой связи особо важное значение приобретает обоснование целеориентированного подхода к оценке эффективности бюджетно-налоговой политики.

С точки зрения данного подхода эффективность бюджетно-налоговой политики в наиболее общем смысле может рассматриваться как степень адекватности достигнутых в процессе ее осуществления результатов намеченным целям, а также как степень приближения результата к цели с учетом произведенных затрат [5]. Для оценки эффективности бюджетно-налоговой политики с позиций адекватности достигнутых в процессе ее осуществления результатов намеченным целям следует определить степень относительной близости к границе эффективности и выявить соответствие достигнутых критериальных параметров их заданным значениям. Для оценки эффективности бюджетно-налоговой политики в разрезе ее основных направлений могут быть использованы частные индикаторы, характеризующие степень приближения результата к цели с учетом произведенных затрат.

Детализируя данные положения, прежде всего уточним состав целей бюджетно-налоговой политики. Уточнение состава целей бюджетно-налоговой политики и их иерархии представляется весьма важным в связи со следующими обстоятельствами. В экономической литературе, посвященной исследованию эффективности современной бюджетно-налоговой политики, можно условно выделить два аспекта: широкий, когда эффективность бюджетно-налоговой политики рассматривается в связи с ее воздействием на макроэкономические процессы, и узкий, ориентированный на изучение ключевых параметров самой бюджетно-налоговой системы. При этом полученные в рамках данных аспектов анализа оценки могут вступать в противоречие, поскольку бюджетно-налоговая политика, эффективная с точки зрения второго критерия, может быть совершенно неэффективной с точки зрения первого [1].

Известно, что успешное развитие не сводится только к росту валового внутреннего продукта, процесс развития должен способствовать повышению уровня жизни и развитию человеческого потенциала. Цели экономической политики, сформулированные в официальных документах государства, с учетом особенностей конкретно-исторического этапа развития задают конечные цели ее функциональных составляющих. С учетом этих обстоятельств в ка-

честве конечной цели бюджетно-налоговой политики следует рассматривать обеспечение устойчивого социально-экономического развития страны и повышение уровня жизни населения, проживающего на ее территории. Такое обеспечение предполагает необходимость достижения более конкретных целей развития бюджетно-налоговой системы, которые могут быть количественно измерены в виде тех или иных целевых показателей.

С позиций временного аспекта цели бюджетно-налоговой политики можно подразделить на два уровня. Первый уровень представлен стратегическими (долгосрочными) целями, отражающими воздействие бюджетно-налоговой политики на социально-экономические процессы. Их достижение предусматривает реализацию целей второго уровня -тактических и оперативных, при этом тактические цели выдвигаются на среднесрочный период, а оперативные - на определенном временном отрезке, с учетом динамики общественно-политической и экономической ситуации. Цели второго уровня характеризуют заданные параметры в бюджетно-налоговой сфере, что связано с выбором базового фискального индикатора и его таргетированием на среднесрочный период с определением конкретных значений на текущий финансовый год по принципу «плавающей» трехлетки. При формировании и декомпозиции целей с учетом их возможных противоречий приоритетными должны быть стратегические цели, при том, что комплекс тактических и оперативных целей при их анализе может оказывать влияние на корректировку стратегических целей. Реализация целей осуществляется с помощью определенных фискальных инструментов, и, таким образом, бюджетно-налоговая политика выступает в единстве целей, инструментов и результатов.

В бюджетно-налоговой политике, как в любом управленческом процессе, необходимо постоянно соотносить заданные цели и достигнутые результаты, с тем чтобы своевременно выявлять их возможные разрывы и выбирать решения, позволяющие максимально приблизиться к достижению установленных целей, используя при этом оптимальный набор и масштаб применяемых инструментов. При определении конечных целей бюджетно-налоговой политики и значений целевых индикаторов фискальные власти на основании модели, связывающей целевые индикаторы и имеющийся набор инструментов, должны установить те количественные значения инструментов, которые необходимы для

получения заданных целевых индикаторов.

Итак, в качестве цели первого уровня должно выступать обеспечение устойчивого социально-экономического развития страны и повышения уровня жизни населения. Количественными измерителями данной цели могут быть показатели, дающие наиболее общее представление об уровне социально-экономического развития страны и уровне жизни населения, проживающего на ее территории. Это, например, валовой внутренний продукт как обобщающий показатель экономической деятельности, отражающий процесс производства товаров и услуг для конечного использования, и фактическое конечное потребление домашних хозяйств - показатель, характеризующий конечное использование потребительских товаров и услуг.

Что же касается цели второго уровня, то в качестве ее параметрического показателя, на взгляд автора, можно рассматривать заданное значение величины фискального пространства. Концепция фискального пространства государств, выдвинутая экспертами МВФ Р. Роем, П. Хеллером, А. Шиком и другими исследователями, содержит идею о взаимосвязанном учете в действиях правительства по бюджетно-налоговому регулированию факторов роста бюджетных доходов, оптимизации бюджетных расходов и получения обоснованных займов. По мнению П. Хеллера, «правительство может создавать фискальное пространство путем увеличения налогов, получения внешних грантов, сокращения менее приоритетных расходов, получения заемных средств (от своих граждан или внешних кредиторов) либо привлечения займов из банковской системы (и увеличения тем самым денежной массы). Однако это следует делать без ущерба для макроэкономической стабильности и устойчивости бюджета, то есть правительство должно быть уверено в том, что как в краткосрочном, так и долгосрочном плане оно будет иметь возможность финансировать желаемые программы расходов и обслуживать свою задолженность» [10].

Определения фискального пространства в исследованиях западных авторов достаточно вариативны, оно рассматривается как «финансирование, доступное правительству в результате конкретных политических действий по расширению мобилизации ресурсов и реформ, необходимых для управления и создания благоприятных институциональных и экономических условий, обеспечивающих эффективность этих политических действий для

определенного набора целей развития» [14]; резерв бюджета, который позволяет обеспечивать ресурсами достижение поставленной цели без ущерба для его финансовой устойчивости [10]; денежные средства, доступные в пределах годового или среднесрочного бюджета [24]; возможности финансирования дефицита бюджета без резкого увеличения стоимости финансирования и вытеснения частных инвестиций [25]. В отечественной экономической литературе концепция фискального пространства еще только получает свое развитие, но, тем не менее, некоторыми авторами уже разработаны подходы к определению его величины [4].

Величина фискального пространства складывается из значений фискальных переменных - доходов, расходов (в части их оптимизации), трансфертов и займов, определяющих сбалансированность и устойчивость бюджета. При разработке бюджетно-налоговой политики данные переменные могут быть заданы в соответствии с основными направлениями бюджетно-налоговой политики (политики доходов, политики расходов, политики сбалансированного и устойчивого развития бюджета), а для достижения поставленных целей - сформирован набор определенных инструментов. С учетом вышеизложенного взаимосвязь результатов, целей и инструментов бюджетно-налоговой политики может быть представлена следующим образом (рис. 2).

Поскольку процесс реализации бюджетно-налоговой политики предполагает постоянное соотнесение заданных целей и достигнутых результатов, то объективно заданным критерием ее эффективности является минимальная степень разрывов между заданными целями и достигнутыми результатами. Данный критерий должен быть конкретизирован с учетом соотношения целей бюджетно-налоговой политики.

Целеориентированный подход к оценке эффективности бюджетно-налоговой политики государства вполне согласуется с реализуемой в настоящее время концепцией программного бюджета. В соответствии с заданной иерархией целей данный подход обеспечивает эффективность проводимой бюджетно-налоговой политики, в первую очередь -с позиций поддержки экономического роста и повышения уровня жизни населения.

Список литературы

1. Балацкий Е.В. Эффективность фискальной политики государства // Проблемы прогнозирования. 2000. № 5. С. 32-45.

2. Власов С.А., Пономаренко А.А. Роль бюджетной политики в условиях финансово-экономического кризиса // Новая экономическая ассоциация. 2010. № 7. С. 111-133.

3. Греков И.Е. Стратегия социально-экономического развития России: бюджетные и денежно- 7

кредитные аспекты: монография. М.: Дело и сервис, 2009, 198 с.

4. Дьякова Е.Б., Перекрестова Л.В. Применение концепции фискального пространства в мировой практике и ее адаптация в регионах России. URL: http://uecs.ru/finansi-i-kredit/item/1835-2012-12-21-10-33-33.

5. Игонина Л.Л. Воздействие фискальной и монетарной политики на развитие экономики и социальной сферы // Финансы и кредит. 2014. N° 15. С.37-45.

6. Игонина Л.Л. Конкурентоспособность национальной экономики: инновационные императивы и финансовые регуляторы // Экономический анализ: теория и практика. 2014. № 7. С. 12-20.

7. Игонина Л.Л. Финансовая система и финансовая политика в контексте задач обеспечения социохозяйственного развития // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2013. № 43. С. 2-8.

8. Обзор Центра макроэкономических исследований Сбербанка России. Эффективность госрасходов в России. URL: http://sberbank.ru/common/img/ uploaded/files/pdf/press_center/Review_20110113. pdf.

9. Обзор экономических показателей. Экономическая экспертная группа. URL: http://budgetrf. ru/Publications/Magazines/EEG/EEG201303171110/ EEG2013031711 10_ 000.htm.

10. Хеллер П. Фискальное пространство - что это такое и как его получить? // Финансы и развитие. 2009. Июнь. С. 32-33.

11. Corsetti G., Meier A., Muller G.J. What determines government spending multipliers? // The Conference Global Dimensions of the Financial Crisis / Federal Reserve Bank of New York. 2010. P. 124-142.

12. Dixit A., Lambertini L. Interactions of commitment and discretion in monetary and fiscal policies // American Economic Review. 2003. № 93. P. 1522-1542.

13. Fiscal multipliers and publicdebt dynamics in consolidations // Economic Papers. 2012. July. P. 531-555.

14. Fiscal space for what? Analytical issues from a human development perspective. Paper for the G-20

Workshop on fiscal policy. Istanbul, June 30-July 2,

2007. URL: http://kw.undp.org/content/dam/aplaws/ publication.

15. Giavazzi F., Pagano M. Can severe fiscal contractions be expansionary? Tales of two small European countries // NBER Macroeconomics Annual. 1990. P. 1121-1145.

16. Hall R.E. By how much does GDP rise if the government buys more output? // NBER Working Paper. No. 15496.

17. Hemming R., Kell M., Mahfouz S. The effectiveness of fiscal policy in stimulating economic activity // A review of the literature. IMF working paper. February, 2008.

18. Ilzetzki E., Mendoza E., Vegh C.A. How big (small) are fiscal multipliers? URL: http://water. gov.bm/portal/server.pt/gateway/PTARGS_0_2_ 18757_935_233626_43/http%3B/ptpublisher.gov. bm%3B7087/publishedcontent/publish/ministry_of_fi-nance/new_minisry_of_finance/sage_report_and_ap-pendixes/glidepath/how_big_small_are_fiscal_multi-pliers.pdf.

19. IMF World Economic Outlook (WEO), October 2010. URL: http://imf.org/external/pubs/ft/ weo/2010/02.

20. Kraay A. Government spending multipliers in developing countries, 2012. URL: http://elibrary. worldbank.org/doi/pdf/10.1596/1813-9450-6099.

21. Olivier B., Perotti R. An empirical characterization of the dynamic effects of changes in government spending and taxes on output // Quarterly Journal of Economics. 2004. Vol. 117. P. 1329-1368.

22. Perotti R. Estimating the effects of fiscal policy in OECD countries // CEPR Discussion Paper. 2005. N° 4842 (London: Centre for Economic Policy Research). P. 115-120.

23. Romer C., Romer D. The macroeconomic effects of tax changes: estimates based on a new measure of fiscal shocks. University of California, Berkeley,

2008, P. 20-24.

24. Schick A. Budgeting for fiscal space. URL: http://oecd.org/gov/budgeting/45361746.pdf.

25. ZandiM., ChengX., PackardT. Special Report. Moody's Analytics, 2011. URL: http://economy.com.

National interests: priorities and security Priorities of Russia

ISSN 2311-875X

EVALUATION OF THE EFFECTIVENESS OF FISCAL POLICY: RETROSPECTIVE AND GOAL-ORIENTED approaches

Lyudmila L. IGONINA

Abstract

The paper examines the approaches to assessment of the effectiveness of fiscal policy. It summarizes the results of empirical studies on the effects of fiscal incentives on macroeconomic performance. It shows that considerable variation and even contradictory econometric estimates indicate some restrictions on methods of statistical analysis of historical data. The author grounds the goal-oriented approach to assessing the effectiveness of fiscal policy in the unity of its results, objectives and instruments. The author also refines the structure and hierarchy of objectives of fiscal policy from the perspective of a new model of socio-economic development.

Keywords: fiscal policy, efficiency, fiscal multipliers, goal-oriented approach

References

1. Balatskii E.V. Effektivnost' fiskal'noi politiki gosudarstva [The effectiveness of fiscal policy]. Prob-lemy prognozirovaniya - Problems of forecasting, 2000, no. 5, pp. 32-45.

2. Vlasov S.A., Ponomarenko A.A. Rol' byudzhet-noi politiki v usloviyakh finansovo-ekonomicheskogo krizisa [The role of fiscal policy in terms of financial and economic crisis]. Novaya ekonomicheskaya as-sotsiatsiya - New Economic Association, 2010, no. 7, pp. 111-133.

3. Grekov I.E. Strategiya sotsial'no-ekonom-icheskogo razvitiya Rossii: byudzhetnye i denezhno-kreditnye aspekty: monografiya [The strategy of social and economic development of Russia: budget and monetary aspects: a monograph]. Moscow, Delo i servis Publ., 2009, 198 p.

4. D'yakova E.B., Perekrestova L.V. Primenenie kontseptsii fiskal 'nogo prostranstva v mirovoi praktike i ee adaptatsiya v regionakh Rossii [The application of the concept of fiscal space in the world and its adaptation in the regions of Russia]. Available at: http://uecs.ru/finansi-i-kredit/item/1835-2012-12-21-10-33-33.

5. Igonina L.L. Vozdeistvie fiskal'noi i monetarnoi politiki na razvitie ekonomiki i sotsial'noi sfery [The impact of fiscal and monetary policy on the economy and social sphere]. Finansy i kredit - Finance and credit, 2014, no. 15, pp. 37-45.

6. Igonina L.L. Konkurentosposobnost' natsional'noi ekonomiki: innovatsionnye imperativy i finansovye regulyatory [The competitiveness of the national economy: innovation imperatives and financial regulators]. Ekonomicheskii analiz: teoriya i praktika - Economic analysis: theory and practice, 2014, no. 7, pp. 12-20.

7. Igonina L.L. Finansovaya sistema i finans-ovaya politika v kontekste zadach obespecheniya sot-siokhozyaistvennogo razvitiya [The financial system and financial policies in the context of the challenges of socio-economic development]. Natsional 'nye interesy: prioritety i bezopasnost' - National interests: priorities and security, 2013, no. 43, pp. 2-8.

8. Review of Center for Macroeconomic Research of Russia. Efficiency of public spending in Russia. Available at: http://sberbank.ru/common/img/uploaded/files/ pdf/press_center/Review_20110113.pdf.

9. Overview of economic indicators. Economic Expert Group. Available at: http://budgetrf.ru/Publications/ Magazines/EEG/EEG201303171110/EEG2013031711 10_ 000.htm.

10. Heller P. Fiskal'noe prostranstvo - chto eto takoe i kak ego poluchit'? [Fiscal Space: What Is It and How to Get It?]. Finansy i razvitie - Finance and development, 2009, June, pp. 32-33.

11. Corsetti G., Meier A., Muller G.J. What Determines Government Spending Multipliers? The Conference Global Dimensions of the Financial Crisis. Federal Reserve Bank of New York, 2010, pp. 124-142.

12. Dixit A., Lambertini L. Interactions of Commitment and Discretion in Monetary and Fiscal Policies. American Economic Review, 2003, no. 93, pp.1522-1542.

13. Fiscal Multipliers and Public Debt Dynamics in Consolidations. Economic Papers, 2012, July, pp.531-555.

14. Fiscal Space for What? Analytical issues from a human development perspective. Paper for the G-20 Workshop on fiscal policy. Istanbul, June 30-July 2, 2007. Available at: http://kw.undp.org/content/dam/ aplaws/publication.

15. Giavazzi F., Pagano M. Can Severe Fiscal Contractions Be Expansionary? Tales of two small European countries. NBER Macroeconomics Annual, 1990,pp.1121-1145.

16. Hall RE. By How Much Does GDP Rise if the Government Buys More Output? NBER Working Paper, no. 15496.

17. Hemming R., Kell M., Mahfouz S. The Effectiveness of Fiscal Policy in Stimulating Economic Activity. A Review of the Literature. IMF Working Paper, February, 2008.

18. Ilzetzki E., Mendoza E., Vegh C.A. How Big (Small) Are Fiscal Multipliers? Available at: http:// water.gov.bm/portal/server.pt/gateway/PTARGS_0_ 2_18757_935_233626_43/http%3B/ptpublisher.gov. bm%3B7087/publishedcontent/publish/ministry_of_fi-nance/new_minisry_of_finance/sage_report_and_ap-pendixes/glidepath/how_big_small_are_fiscal_multi-pliers.pdf.

19. IMF World Economic Outlook (WEO). October, 2010. Available at: http://imf.org/external/pubs/ft/ weo/2010/02.

20. Kraay A. Government Spending Multipliers in Developing Countries, 2012. Available at: http://elibrary. worldbank.org/doi/pdf/10.1596/1813-9450-6099.

21. Olivier B., Perotti R. An Empirical Characterization of the Dynamic Effects of Changes in Government Spending and Taxes on Output. Quarterly Journal of Economics, 2004, vol. 117, pp. 1329-1368.

22. Perotti R. Estimating the Effects of Fiscal Policy in OECD Countries. CEPR Discussion Paper, 2005, no. 4842 (London: Centre for Economic Policy Research), pp. 115-120.

23. Romer C., Romer D. The Macroeconomic Effects of Tax Changes: Estimates Based on a New Measure of Fiscal Shocks. University of California, Berkeley, 2008, pp. 20-24.

24. Schick A. Budgeting for Fiscal Space. Available at: http://oecd.org/gov/budgeting/45361746.pdf.

25. Zandi M., Cheng X., Packard T. Special Report. Moody's Analytics, 2011. Available at: http://economy. com.

Lyudmila L. IGONINA

Financial University under Government of Russian Federation, Krasnodar Branch, Krasnodar, Russian Federation LLIgonina@fa.ru