Изучение особенностей эмпатии умственно отсталых школьников с психопатоподобным поведением

УДК 371.9: 151.8 ББК 74.5: 88.48

Землянкина Евгения Дмитриевна преподаватель г. Челябинск Zemlyankina Evgeniya Dmitrievna

Lecturer Chelyabinsk

Изучение особенностей эмпатии умственно отсталых школьников с психопатоподобным поведением Empathy Studying of Mentally-Retarded Pupils with Psychopathy-Like State

В статье представлены результаты экспериментального изучения особенностей эмпатии умственно отсталых детей с психопатоподобным поведением. Исследуются познавательные, эмоциональные и поведенческие компоненты эмпатии. Представлены методики многоаспектного изучения эмпатии. Автор предлагает комплексную качественно-количественную оценку состояния эмпа-тии учащихся 5-6 классов специальных (коррекционных) образовательных учреждений VIII вида с выделением структуры и характера ее нарушения.

The empirical research results of empathy of mentally-retarded children with psychopathy-like state are presented. Cognitive, emotional and behavior components of empathy are investigated. Methods of complex evaluation of empathy are presented. The author offers complex qualitative and quantitative empathy evaluation of the pupils of 5th - 6th grades of special (correctional) schools of the VIIIth type emphasizing the structure and character of its impairments.

Ключевые слова: эмпатия, психопатоподобное поведение, сочувствие, межличностное взаимодействие.

Key words: empathy, psychopathy-like state, sympathy, interpersonal interaction.

Проблема взаимодействия человека с окружающими людьми в социальных науках всегда рассматривалась как одна из центральных, концептуальных. От того, как складывается процесс взаимодействия субъекта с окружающим миром, в какой мере отношения человека с окружающими регулируются пониманием своей причастности к их проблемам, зависит в итоге его собственное эмоциональное благополучие и благополучие других людей (В.В. Знаков, В.Н. Куницына, Н.В. Казаринова, В.М. Погольша и др.).

К числу механизмов, регулирующих поведение людей, определяющих его направленность на партнера по взаимодействию, относят эмпатию [3]. В настоящее время отечественные и зарубежные психологи обозначают термином эмпатия способность личности не только воспринимать и понимать другого че-

ловека и его эмоциональное состояние в процессе взаимодействия, но и эмоционально откликаться и подстраиваться под него, эмпатия считается сложным психологическим образованием, где переплетены познавательные и эмоциональные процессы человека. Проблема эмпатии привлекает внимание представителей различных направлений психологической науки в связи с решением таких практических задач как облегчение взаимодействия людей в группе, адаптации ребенка к миру взрослых и обучения альтруистическому поведению.

Трудности и неудачи подростков и юношей в социальном и межличностном взаимодействии отмечаются многими исследователями в области возрастной, социальной психологии, социологии. Но особенно остро эта проблема проявляется у детей и подростков с интеллектуальной недостаточностью, что определяется специфическими особенностями когнитивной, эмоциональной и потребностно-мотивационной сфер их личности [1]. Для детей с психопатопо-добным поведением процесс взаимодействия с окружающими осложняется еще и в силу таких проявлений, как взрывчатость, брутальность и вязкость аффектов, подавленность и склонность к резким аффективным вспышкам, недоразвитие способности к децентрации личности [2].

В связи с вышесказанным, целью нашего исследования явилось изучение специфических проявлений эмпатии у умственно отсталых школьников с пси-хопатоподобным поведением, обусловленных своеобразием структуры дефекта. Эксперимент происходил на базе специальных (коррекционных) образовательных учреждений VIII вида г. Челябинска и Челябинской области. Экспериментальную группу составили 40 детей в возрасте 12,5 - 14 лет, имеющих заключение психолого-медико-педагогической комиссии - Б 70.1 (легкая умственная отсталость со значительными поведенческими нарушениями, требующими внимания или лечебных мер), Б 70.8 (легкая умственная отсталость, другие поведенческие нарушения). Контрольную группу составили учащиеся 5-6 классов специальных (коррекционных) образовательных учреждений VIII вида с неосложненным вариантом структуры дефекта - 60 человек (32 мальчика, 28 девочек). Всего в эксперименте приняло участие 100 человек в возрасте от 12,5 до 14 лет; мальчиков - 68, девочек - 32.

Для того чтобы вся панорама эмпатии была исследована, испытуемым в ходе эксперимента предлагались ситуации, представленные:

- вербально (метод незаконченных рассказов Т.П. Гавриловой);

- образно (методика «Анализ проблемной ситуации, изображенной на сюжетной картинке», в основе которой лежит методика «свободных характеристик» А.А. Бодалева).

В ходе количественного анализа полученных данных применялись методы математической обработки (критерий ф * - угловое преобразование Фишера, I -критерий Стьюдента, х - критерий Пирсона).

Анализ ответов испытуемых экспериментальной и контрольной группы, выражающих их реакции на ситуации неблагополучия героев «незаконченных рассказов» (методика Т.П. Гавриловой), послужил основой для определения доминирующего вида эмпатии. Процентное распределение по каждому из трех уровней эмпатии, свойственным детям с неосложненным вариантом структуры дефекта и детям с психопатоподобным поведением, представлено в таблице 1 (где ЭГ - экспериментальная группа, КГ - контрольная группа).

Таблица 1

Распределение испытуемых контрольной и экспериментальной группы по общему уровню эмпатии (по результатам «Незаконченных рассказов» Т.П. Гавриловой) в %

I уровень - II уровень - III уровень -

Группа испытуемых устойчивое ситуативное устойчивое

сопереживание проявление сочувствие

Экспериментальная группа 22,5 70 7,5

Контрольная группа 5 73,3 21,7

Анализ таблицы свидетельствует, что у детей контрольной группы и у детей экспериментальной группы преобладает 2 уровень, характеризующий ситуативное проявление эмпатии. Детям контрольной и экспериментальной группы свойственно отсутствие устойчивой тенденции к сопереживанию или сочувствию; ситуативное проявление мотивов и тенденций поведения в ситуациях взаимодействия. Дети с неосложненным и с осложненным вариантом интеллек-

туальной недостаточности с трудом могут представить причины поступков тех объектов познания, с которыми нелегко себя идентифицировать. В ответах испытуемых обеих групп встречается некритичное приписывание другому собственных мыслей, желаний, вынесение эгоцентрических решений, с учетом только собственных потребностей в случаях, когда отсутствует жизненный опыт переживания сходного состояния.

В группе детей с психопатоподобным поведением процент ответов, характеризующих 1 уровень эмпатии (устойчивое сопереживание), выше чем в контрольной группе (р<0,01). В экспериментальной группе больший процент испытуемых характеризуется доминированием потребности в собственном благополучии, преобладанием тенденций эгоистического поведения, переживанием тех же чувств, которые испытывает другой, через отождествление с ним. Решение ситуации в данном случае выносится в пользу персонажа, переживания которого очевидны, аргументация ответов преимущественно связана с привлекательностью для самого ребенка свойств того или иного героя.

В контрольной группе, по сравнению с экспериментальной, выше доля лиц, чьи ответы отражают 3 уровень эмпатии - устойчивое сочувствие (р<0,05). Таким лицам свойственно доминирование в системе межличностных отношений потребности в благополучии другого, потребности помочь ему, преобладание тенденций содействующего поведения. Данная форма связана с актуализацией нравственных побуждений, обусловливает выбор альтруистических способов поведения и стратегий взаимодействия «за другого». Ответы испытуемых контрольной группы, характеризующие проявление сочувствия, свидетельствуют о способности к ролевой пластичности при выборе способа организации собственного поведения в зависимости от требований ситуации, о социальной направленности поступков и действий. Для детей с психопатоподоб-ным поведением устойчивое сочувствие практически не свойственно, лишь 7,5% детей продемонстрировали ответы третьего уровня. Данный факт объясняется слабостью способности к децентрации и преобладанием эгоистических мотивов.

С целью выявления того, насколько у детей с психопатоподобным поведением развито умение психологически оценивать другую личность (эмоциональные состояния, реакции и действия участников ситуации) применялась методика «Анализ проблемной ситуации, изображенной на сюжетной картинке». Сред-негрупповые показатели экспериментальной и контрольной группы по трем критериям: «Эмоциональные состояния», «Действия участников ситуации», «Целостность образа конфликтной ситуации» представлены в таблице 2.

Таблица 2

Среднегрупповые показатели экспериментальной и контрольной группы по методике «Анализ проблемной ситуации, изображенной на сюжетной картинке»

Группа испытуемых критерий

Эмоциональные Действия участников Целостность образа

состояния ситуации конфликтной ситуации

ЭГ 19,6 12,6 11,5

КГ 28 14,35 14,15

Математическая обработка данных с помощью ^критерия Стьюдента показала, что выборки существенно отличаются одна от другой по параметру «Эмоциональные состояния» (р<0,01). Испытуемые контрольной группы при анализе проблемной ситуации на сюжетной картинке в большей степени, чем дети с психопатоподобным поведением ориентированы на анализ и оценку эмоционального состояния персонажей, способны на эмоциональную идентификацию с эмоциональным состоянием другого. В контрольной группе преобладают единицы контент-анализа, характеризующие описание простого эмоционального состояния, адекватного ситуации у одного участника конфликта с попыткой анализа причины. Часть детей контрольной группы продемонстрировала более высокий уровень интерпретации эмоционального состояния (давалось описание простого эмоционального состояния, адекватного ситуации у всех участников конфликта). Описание сложного эмоционального состояния, предполагающего переживание одним субъектом одновременно нескольких состояний, испытуемым свойственно не было.

Испытуемые экспериментальной группы в меньшей степени оказались способными к анализу и оценке эмоционального состояния партнера по общению (героя сюжетной картинки), к проявлению позитивных эмоций по отношению к персонажу, находящемуся в конфликтной ситуации (р<0,01). В экспериментальной группе доминировали единицы контент-анализа, характеризующие неопределенное описание состояния (ответы тина «Не знаю», описание состояний неадекватных ситуации). Характерным для испытуемых экспериментальной группы также явилось недифференцированное описание эмоционального состояния без указания причин такого состояния, или указание причины, неадекватной ситуации («плохое», «хорошее», «веселое настроение», «грустно ей и все»). В редких случаях дети с психопатоподобным поведением давали описание простого эмоционального состояния, адекватного ситуации у одного участника конфликта с попыткой анализа причины.

По критерию «Действия участников ситуации» выборки существенно не отличаются одна от другой. Относительно легко доступной оказалась для всех детей фиксация открытых переменных, характеризующих внешние проявления, действия участников ситуации. Анализ причин их побудивших, интерпретация мотивов поступков была малодоступной по причине слабости аналитико-синтетической деятельности, снижения способности производить обобщение предыдущего опыта и на его основе вырабатывать новые представления.

Математическая обработка подтверждает значимость отличий контрольной и экспериментальной группы по критерию «Целостность образа конфликтной ситуации» (р<0,05). В контрольной группе преобладают единицы контент-анализа, описывающие действия и эмоциональные состояния участников взаимосвязано. При этом испытуемыми описывался только один вариант дальнейшего взаимодействия без указания на переходные этапы и причины именно этого исхода ситуации; предшествующие конфликту события не упоминались. Значительно реже испытуемые контрольной группы описывали взаимосвязано действия и эмоциональные состояния участников, обозначая один вариант дальнейшего взаимодействия с указанием на переходные этапы и причины

именно этого исхода ситуации; при этом описывались предшествующие конфликту события. Детям с психопатоподобным поведением данная группа единиц контент-анализа не была присуща. Неадекватность реагирования на выраженные внешне эмоциональные проявления не давала возможности детям экспериментальной группы полноценно анализировать поступки людей, правильно оценивать их.

Для испытуемых контрольной и экспериментальной группы наиболее затруднительным оказалось проникновение в сущность мотива с лежащими в его основе намерениями. Данный факт подтверждает предположение о том, что детям с интеллектуальной недостаточностью нелегко прогнозировать исход ситуации, ориентируясь на латентные (скрытые) характеристики, в основе которых лежит установление причинно-следственных зависимостей между внешними проявлениями и внутренними переживаниями.

Таким образом, анализ результатов эксперимента свидетельствует, что: -у испытуемых экспериментальной группы, как и у испытуемых контрольной, преобладает ситуативное проявление эмпатии по отношению к животным, взрослым и сверстникам;

-испытуемые обеих групп в равной степени затрудняются представить опыт переживаний, причины поступков тех объектов познания, с которыми нелегко себя идентифицировать;

-отличие ответов испытуемых проявляется в их эмоциональной окрашенности, преобладании у испытуемых экспериментальной группы негативных эмоциональных реакций, агрессивно окрашенных высказываний;

-испытуемые экспериментальной группы чаще, чем испытуемые контрольной, в ответах исходят из резко выраженных эгоистических мотивов. Кроме того, отмечено:

-наличие различий в группах испытуемых по характеру анализа эмоциональных состояний участников ситуации и целостного образа ситуации;

-отсутствие значимых различий при интерпретации действий участников ситуации.

Библиографический список

1. Агавелян, О.К. Социально-перцептивные особенности детей с нарушениями развития. - Челябинск: Издатель Татьяна Лурье, 1999. - 356 с.

2. Коркунов, В.В., Соловьева С.В. Анализ теоретической разработанности проблемы нарушения поведения у учащихся с нарушением интеллекта//Специальное образова-ние.-2005.-№4-С.37-44.

3. Коробейников, И. А. Нарушения развития и социальная адаптация. - М.: Per Se, 2002. - 192 с.

Bibliography

1. Agavelyan, O.K. Social Perception of Children With Defects in Development. -Chelyabinsk: Tatyana Lurye, 1999. - 356 p.

2. Korkunov, V.V., Solovyeva S.V. Analysis of the Theoretical Researches of the Problem of Pupils' Behaviour Disorders //Special Education.-2005.-№4- P.37-44.

3. Korobeynikov, I.A. Disorders of Development & Social Adaptation. - М.: Per Se, 2002. - 192 p.