Банк «Единственный» напомнил о себе

Агентство по страхованию вкладов обратилось в суд с иском о банкротстве самарского банкира Павла Сычева, с которого в рамках дела о банкротстве московского КБ «Единственный» солидарно с акционером кредитного учреждения Никитой Шестаковым взыскано более полумиллиарда рублей. В Самаре Павел Сычев возглавлял филиалы «Уралсиба» и Юникорбанка. В апреле 2015 года банкир стал и.о. председателя правления банка «Единственный», в том же месяце у банка отозвали лицензию ЦБ. В 2021 году трех топ-менеджеров банка, в том числе Павла Сычева, суд признал виновными в многомиллионных хищениях средств «Единственного» под видом выдачи кредитов.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Агентство по страхованию вкладов потребовало банкротства бывшего и.о. председателя правления столичного ООО «Коммерческий банк «Единственный» Павла Сычева. Соответствующий иск зарегистрирован в Арбитражном суде Самарской области. В 2019 году в рамках дела о банкротстве банка с Павла Сычева и экс-председателя правления Никиты Шестакова солидарно было взыскано более 580 млн руб. в качестве компенсации убытков банка.

• По данным Banki.ru, созданный в 1994 году коммерческий банк «Единственный» представлял собой небольшой по размеру активов столичный моноофисный банк. Основные направления деятельности — обслуживание и кредитование корпоративных клиентов. Бенефициарами банка выступают: Сергей Кувайчиков (19,46%), Владимир Коноваленко (19,46%), Никита Шестаков (19,46%), Полина Подкаменева (19,46%), Вячеслав Беляков (19,46%), Виктор Мясников (2,7%).

В апреле 2015 года ЦБ РФ отозвал у банка лицензию. Как сообщил регулятор, «Единственный» проводил высокорискованную кредитную политику и не создавал адекватных принятым рискам резервов на случай потери по судам. Кроме того, Центробанк выяснил, что «кредитная организация являлась транзитным звеном при проведении ее клиентами сомнительных операций в значительных объемах».

За несколько недель до этого и.о. председателя правления был назначен Павел Сычев. До этого банкир возглавлял самарские филиалы банка «Уралсиб» и Юникорбанка. Вскоре после отзыва лицензии стало известно, что временная администрация выявила недостачу в размере 775 млн руб. при стоимости активов чуть более чем 52 млн руб. Через некоторое время представители АСВ подали иск в арбитражный суд о возмещении убытков к бывшему руководству и владельцам банка на 1,155 млрд руб. В числе ответчиков помимо прочих значились Никита Шестаков, который был как одним из крупнейших акционеров, так и председателем правления кредитного учреждения, и Павел Сычев.

Чуть позже ГСУ СКР возбудило уголовное дело о многомиллионных хищениях. Речь шла о выдаче фиктивных кредитов почти на 1,2 млрд руб. компаниям, которые не вели реальной деятельности. В рамках расследования были задержаны и помещены в СИЗО с санкции суда Шестаков и Сычев, а также Станислав Ялымов, как глава кредитного департамента. Позже их перевели под домашние аресты. В 2020 году все трое получили одинаковое наказание — по три года колонии общего режима. Как сообщила тогда Генпрокуратура, в суде установлено, что Сычев, являясь первым заместителем председателя правления банка, вошел в состав организованной группы, члены которой, в том числе, были сотрудниками банка, для хищения денежных средств кредитной организации. Используя служебное положение, в период с ноября 2014 года по март 2015 года под видом выдачи кредитов подконтрольным организациям Павел Сычев обеспечил перечисление через ссудный счет банка денежных средств на общую сумму более 774,9 млн руб., которые в дальнейшем похищены и распределены между сообщниками.

Как поясняет Владимир Шалаев, адвокат, партнер ООО «Правовая группа», судя по неофициальной статистике, рассчитывать на значительный возврат средств кредиторам не стоит.

«Бывают процедуры, в которых очевидно, что есть активы, на которых можно обратить взыскание или которые можно вернуть. В этом случае инициирование процедуры банкротства целесообразно. Также это случаи, в которых имеются залоговые обязательства или какая-то инсайдерская информация, касающаяся деятельности должника. Если же физлицо или компания потенциально готовились к банкротству или у них изначально не было активов, в таком случае процент взыскания катастрофически мал»,— отмечает адвокат.