Чем дальше в лес, тем меньше дров

Накануне декабрьского заседания Комитета министров Совета Европы (КМСЕ) российские власти представили в Страсбург отчет об исполнении решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) по делу «Кировлеса» (документ опубликован на сайте Совета Европы). По мнению Москвы, после того как это дело ушло в Страсбургском суде «на второй круг», КМСЕ должен снять с контроля исполнение первого решения по этой жалобе, вынесенного еще в 2016 году. На самом деле делать это не обязательно, возражает эксперт: оба процесса могут идти параллельно.

Петр Офицеров и Алексей Навальный

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ

18 июля 2013 года Ленинский райсуд Кирова признал Алексея Навального и Петра Офицерова виновными в растрате принадлежавшего компании «Кировлес» имущества в особо крупном размере (ч. 4 ст. 160 УК РФ) и приговорил их к пяти и четырем годам лишения свободы соответственно. В октябре Кировский облсуд заменил реальное лишение свободы на условное. Осужденные пожаловались в ЕСПЧ, который в феврале 2016 года признал нарушение прав подсудимых на справедливое разбирательство и на наказание исключительно на основании закона. Во исполнение этого решения Верховный суд РФ в ноябре того же года отменил приговор и направил дело на пересмотр, однако Ленинский райсуд Кирова в феврале 2017 года вновь вынес обвинительный приговор.

Об исполнении решения ЕСПЧ по первому делу «Кировлеса» Россия отчиталась еще в конце 2017 года: пересмотр оспоренного заявителями приговора был произведен, а присужденная компенсация выплачена в полном объеме, утверждал Минюст, тогда отвечавший за ведение дел в ЕСПЧ. Однако Страсбург с этим не согласился: там пришли к выводу, что Россия не устранила правовые последствия несправедливого приговора. По мнению КМСЕ, господа Навальный и Офицеров были повторно признаны виновными за действия, которые ЕСПЧ назвал неотличимыми от нормальной деловой активности, а новое судебное разбирательство не устранило допущенные нарушения (в частности, был сохранен запрет Алексею Навальному участвовать в выборах в связи с приговором суда). Отказ снять дело с контроля и требование допустить господина Навального к выборам президента-2018 вызвали резкую реакцию российских властей: Минюст РФ заявил о необоснованном выходе КМСЕ за пределы своей компетенции и попытке «политического давления на российские власти в предстоящий электоральный период».

К выборам Алексея Навального в итоге не допустили, а вопрос с исполнением постановления ЕСПЧ так и остался нерешенным (как и в случае со схожим решением по делу «Ив Роше», условный приговор по которому господину Навальному в феврале 2021 года заменили на реальный срок).

Но теперь у российских властей, которых в отношениях с ЕСПЧ с июля 2021 года представляет Генпрокуратура, появился дополнительный аргумент в пользу снятия этого решения с контроля.

Они напоминают, что ЕСПЧ уже коммуницировал жалобу Алексея Навального на второй приговор по делу «Кировлеса» «в связи с предполагаемым нарушением российскими властями положений конвенции» и российская сторона представила свои аргументы по существу этого спора. Однако КМСЕ не может оценивать национальные судебные акты, жалобы на которые уже приняты ЕСПЧ и рассматриваются им как новый вопрос, подчеркивается в отчете российских властей — в противном случае это нарушило бы права Российской Федерации как участника состязательного процесса.

Адвокат Алексея Навального Ольга Михайлова не ответила на звонки “Ъ”. Источник, близкий к аппарату уполномоченного России в ЕСПЧ, говорит, что российская сторона в данном случае из двух зол выбирает меньшее: существующие правила игры предполагают, что любые действия, направленные на поддержание диалога, лучше, чем открытый отказ от него. Это позволяет по крайней мере не обострять ситуацию и не ставить Страсбург перед необходимостью принятия более жестких мер, поясняет собеседник.

На самом деле это не первый случай, когда КМСЕ приходится контролировать ход исполнения решения параллельно с повторным обращением заявителей в ЕСПЧ, отмечает руководитель международной практики правозащитной группы «Агора» Кирилл Коротеев.

Как показывает практика, до сих пор одно другому не мешало: например, жалобы на бомбардировки чеченского села Катыр-Юрт рассматриваются все вместе, хотя первому решению суда 15 лет, а последнему — шесть, напоминает юрист. Но даже если КМСЕ согласится с аргументами российской стороны, то ЕСПЧ все равно предстоит решать, было ли это неисполнением решения или новым нарушением. И практика пока складывается таким образом, что если при пересмотре дела национальными судами результат оказывается тот же, то ЕСПЧ впоследствии признает новое нарушение Конвенции о защите прав человека, резюмирует эксперт.