Лишение родительских прав как мера защиты прав и интересов ребенка и обеспечения его безопасности

Шершень Т. В. Лишение родительских прав как мера защиты прав и интересов ребенка и обеспечения его безопасности // Вестник Прикамского социального института. 2018. № 2 (80). C.76-83.

Shershen T. V. Termination of parental rights as a measure to protect the rights and interests of the child and ensure his safety. Bulletin of Prikamsky Social Institute. 2018. No. 2 (80). Pp. 76-83. (In Russ.).

УДК 347.6

Т. В. Шершень

Пермский государственный национальный исследовательский университет, Пермь, Россия

ЛИШЕНИЕ РОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ КАК МЕРА ЗАЩИТЫ ПРАВ И ИНТЕРЕСОВ РЕБЕНКА И ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЕГО БЕЗОПАСНОСТИ

Шершень Тамара Васильевна - кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой гражданского права.

E-mail: grazhdanskoe.pravo@gmail. com

В статье на основе анализа материалов обобщения судебной практики по делам о лишении родительских прав, проведенного в 2018 г. Пермским краевым судом, лишение родительских прав рассматривается как мера защиты прав и интересов ребенка и как способ обеспечения его безопасности. Особое внимание обращено на разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав».

Ключевые слова: лишение родительских прав, ребенок, меры защиты, ответственность, безопасность.

T. V. Shershen

Perm State University, Perm, Russia

TERMINATION OF PARENTAL RIGHTS AS A MEASURE TO PROTECT THE RIGHTS AND INTERESTS OF THE CHILD AND ENSURE

HIS SAFETY

Shershen Tamara V. - Candidate of Juridical Sciences, Associate Professor, Head of the Department of Civil Law.

E-mail: grazhdanskoe.pravo@gmail. com

In the article, based on the analysis of the materials of the generalization of judicial practice on cases of deprivation of parental rights, conducted in 2018 by the Perm regional court, the deprivation of parental rights is considered as a measure of protection of the rights and interests of the child and as a way to ensure its safety. Particular attention is drawn to the explanations in the resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation dated November 14, 2017 № 44 "On the practice of the courts of law in the resolution of disputes related to the protection of the rights and legitimate interests of the child in direct threat to his life or health, as well as the restriction or deprivation of parental rights".

Key words: deprivation of parental rights, child, protection, responsibility, safety.

© Шершень Т. В., 2018

В современном российском обществе назрела необходимость формирования ответственного отношения родителей к выполнению возложенных на них обязанностей, возрождения ценности семьи, прежде всего кровной семьи; создания условий для соблюдения прав и интересов ребенка в семье и ориентации государственной семейной политики на «детствосбережение». В целях обеспечения безопасного детства жизненно важно своевременно выявлять нарушения прав и интересов ребенка и организовывать профилактическую помощь семье, вводить запрет на изъятие (отобрание) детей из семьи без предварительного проведения социально-реабилитационной работы с семьей, включая возможность замены лишения родительских прав ограничением родительских прав. Лишение родительских прав как крайняя мера семейно-правовой ответственности должна применяться лишь тогда, когда оказались безрезультатными меры, позволяющие предупредить лишение родительских прав. Ограничение родительских прав должно рассматриваться в обязательном порядке как промежуточная мера, предшествующая лишению родительских прав. На органы опеки и попечительства должна возлагаться обязанность по оказанию родителям, ограниченным в родительских правах, содействия в изменении образа жизни и поведения, по предоставлению социальной поддержки, психологического и правового сопровождения семьи (ст. 74-76 Семейного кодекса Российской Федерации1 (СК РФ)) в целях создания условий для их реабилитации и возвращения ребенка родителям.

Ратификация Россией ряда международных конвенций по защите прав и интересов детей требует приведения национального законодательства в соответствие с положениями международно-правовых актов, изменения подхода к регулированию порядка осуществления родительских прав и обязанностей, закрепления в семейном законодательстве принципов уважения прав и обязанностей родителей. В силу ст. 8 Конвенции ООН о правах ребенка2 государства-участники обязуются уважать право ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, как предусматривается законом, не допуская противозаконного вмешательства. В силу ст. 9 конвенции государства-участники обеспечивают, чтобы ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию, за исключением случаев, когда компетентные органы, согласно судебному решению, определяют в соответствии с применимым законом и процедурами, что такое разлучение необходимо в наилучших интересах ребенка. Такое определение может оказаться необходимым в том или ином конкретном случае, например, когда родители жестоко обращаются с ребенком или не заботятся о нем, или когда родители проживают раздельно, и необходимо принять решение относительно места проживания ребенка. В силу ст. 54 СК РФ каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, право на совместное проживание с родителями и воспитание ими. Государства-участники уважают право ребенка, который разлучается с одним или обоими родителями, поддерживать на регулярной основе личные отношения и прямые контакты с обоими родителями, за исключением случая, когда это противоречит наилучшим интересам ребенка.

Ежегодно в России рассматривается около 13 млн гражданских дел, из них чуть более 1 млн дел, вытекающих из брачно-семейных отношений, т. е. почти 8,5 % [7, с. 20; 14, с. 15].

За 2017 г. районными (городскими) судами Пермского края рассмотрено 1 424 дела

0 лишении родительских прав, из них 1 122 исковых заявления удовлетворены (78,8 %), по 302 заявлениям отказано в удовлетворении требований (21,2 %), из них по 119 в лишении родительских прав отказано, родитель предупрежден (8,6 %). Для сравнения: в 2015 г.

1 Семейный кодекс Российской Федерации от 29 дек. 1995 г. № 223-Ф3 (ред. от 29 дек. 2017 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1996. № 1. Ст. 16.

2 Конвенция о правах ребенка: одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 нояб. 1989 г. Вступила в силу для СССР 15 сент. 1990 г. // Сборник международных договоров СССР. Вып. XLVI. 1993.

было рассмотрено 1 230 дел, из них по 1 012 делам требования удовлетворены (82,2 %), по 218 отказано в удовлетворении (17,8 %). В 2016 г. можно констатировать незначительный рост данной категории дел: судами края рассмотрено 1 425 дел, из них по 1 156 делам требования удовлетворены (81,1 %), по 269 отказано в удовлетворении (18,9 %). Таким образом, количество дел о лишении родительских прав в Пермском крае увеличилось в 2017 г. по сравнению с 2015 г. на 13,6 % и осталось на прежнем уровне (минус одно дело) по сравнению с 2016 г. [13].

К сожалению, статистика лишения родительских прав не обнадеживает, демонстрирует проблему нестабильности семьи, безответственности родителей, равнодушия их к судьбе детей, что еще более видно на статистике мизерного количества дел о восстановлении в родительских правах. По результатам обобщения судебной практики в 2017 г., районными (городскими) судами Пермского края рассмотрено 1 424 дела о лишении родительских прав. Как справедливо подчеркнуто в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 ноября 2017 г. № 44: «Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей (здесь и далее курсив наш. - Т. Ш ), которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 СК РФ, перечень которых является исчерпывающим.

Лишение родительских прав допускается в случае, когда защитить права и интересы детей иным образом не представляется возможным»1.

Следует отметить, что вопросы юридической ответственности относятся к числу наиболее сложных и проблемных в правовой науке, и вопросы семейно-правовой ответственности не являются исключением. Проблемы ответственности в современном семейном праве России недостаточно изучены не только в теории права, но и в науке семейного права, несмотря на весомое количество публикаций на тему в обозначенной сфере правового регулирования [1; 3; 4; 6; 8; 9; 10; 12; 16; 18; 19]. В ряде научных публикаций справедливо обращено внимание на необходимость устранения допущенных концептуальных ошибок и совершенствования положений действующего законодательства и правоприменительной практики в сфере лишения родительских прав [1; 2; 5; 8; 17].

Принцип приоритета семейного воспитания детей является одним из важнейших принципов государственной семейной политики Российской Федерации. Социальное положение семьи, уровень жизни, материального и социального благополучия семьи, условия воспитания в значительной степени предопределяют жизненный путь ребенка.

По данным департамента социальной политики правительства Пермского края, на 1 января 2018 г. количество семей с детьми, доход которых ниже величины прожиточного минимума, в Пермском крае составляет 85 298, в таких семьях проживают 166 749 детей [13].

По данным мониторинга учета семей и детей, находящихся в социально опасном положении, в Пермском крае отмечается снижение состоящих на учете семей и детей. По состоянию на 1 января 2016 г. на учете находящихся в социально опасном положении состояло 7 097 детей, проживавших в 3 703 семьях. На 1 января 2017 г. на учете состояло 6 939 детей, проживавших в 3 501 семье. На 1 января 2018 г. на учете состоит 6 821 ребенок, они проживают в 3 412 семьях [11, с. 65].

Вместе с тем в докладе Уполномоченного по правам ребенка в Пермском крае за 2016 г. обращено внимание на негативную тенденцию снижения доли снятых с учета

1 О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14 нояб. 2017 г. № 44 // Рос. газета. 2017. № 262.

семей и детей, находящихся в социально опасном положении, по результатам индивидуальной профилактической работы (по положительной реабилитации), а также на тенденцию роста доли семей, находящихся в социально опасном положении, снятых с учета в связи с лишением родительских прав [11, с. 69].

В законе определен исчерпывающий перечень оснований лишения родительских прав (ст. 69 СК РФ). Родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они:

• уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов;

• отказываются без уважительных причин взять своего ребенка из родильного дома (отделения) либо из иной медицинской организации, образовательной организации, организации социального обслуживания или из аналогичных организаций;

• злоупотребляют своими родительскими правами;

• жестоко обращаются с детьми, в том числе осуществляют физическое или психическое насилие над ними, покушаются на их половую неприкосновенность;

• являются больными хроническим алкоголизмом или наркоманией;

• совершили умышленное преступление против жизни или здоровья своих детей, другого родителя детей, супруга, в том числе не являющегося родителем детей, либо против жизни или здоровья иного члена семьи.

В обобщении, проведенном Пермским краевым судом, из 1 264 дел, рассмотренных в 2017 г., наибольшее количество составили дела о лишении родительских прав вследствие уклонения от выполнения обязанностей родителей - 1 037 дел (82 %), при злостном уклонении от уплаты алиментов - 148 дел (11,7 %), в связи с совершением умышленного преступления против жизни или здоровья своих детей, другого родителя детей, супруга, в том числе не являющегося родителем детей, либо против жизни или здоровья иного члена семьи - 38 дел (3 %), в том числе против жизни и здоровья своих детей - 18 дел (1,4 %). В связи с отказом без уважительных причин взять своего ребенка из родильного дома либо из иного лечебного учреждения, воспитательного учреждения, учреждения социальной защиты населения или из других аналогичных учреждений рассмотрено 28 дел (2,2 %). Незначительно количество дел о лишении родительских прав родителей, страдающих хроническим алкоголизмом и наркоманией, - 7 дел (0,6 %), дел о лишении родительских прав из-за жестокого обращения с детьми, физического или психического насилия над ними -6 дел (0,6 %).

Для правильного применения норм семейного законодательства Пленум Верховного Суда РФ разъяснил содержание каждого из оснований лишения родительских прав и порядок их применения1. Так, уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. О злостном характере уклонения от уплаты алиментов могут свидетельствовать: наличие задолженности по алиментам, образовавшейся по вине плательщика алиментов, уплачиваемых им на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или судебного постановления о взыскании алиментов; сокрытие им действительного размера заработка и (или) иного дохода, из которых должно производиться удержание алиментов; розыск родителя, обязанного выплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения; привлечение роди-

1 Первоначально - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 мая 1998 г. № 10 (ред. от 26 дек. 2017 г.) «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей» // Рос. газета. 1998. № 110; впоследствии -Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14 нояб. 2017 г. № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» // Рос. газета. 2017. № 262.

теля к административной или уголовной ответственности за неуплату средств на содержание несовершеннолетнего (ч. 1 ст. 5.35.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях1 (КоАП РФ), ч. 1 ст. 157 Уголовного кодекса Российской Федерации2 (УК РФ)).

Под злоупотреблением родительскими правами следует понимать использование этих прав в ущерб интересам детей, например создание препятствий к получению ими общего образования, вовлечение в занятие азартными играми, склонение к бродяжничеству, попрошайничеству, воровству, проституции, употреблению алкогольной и спиртосодержащей продукции, наркотических средств или психотропных веществ, потенциально опасных психоактивных веществ или одурманивающих веществ, вовлечение в деятельность общественного или религиозного объединения либо иной организации, в отношении которых имеется вступившее в законную силу решение суда о ликвидации или запрете деятельности3.

Жестокое обращение с детьми может выражаться, в частности, в осуществлении родителями физического или психического насилия над ними, в покушении на их половую неприкосновенность.

Факт совершения умышленного преступления против жизни или здоровья своих детей, другого родителя детей, супруга, в том числе не являющегося родителем детей, либо против жизни или здоровья иного члена семьи должен быть подтвержден вступившим в законную силу обвинительным приговором суда либо постановлением (определением) суда или постановлением органа предварительного расследования о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию.

Анализ обобщения судебной практики о лишении родительских прав за 2017 г., проведенный Пермским краевым судом, позволил сделать следующие выводы. Больше всего требований о лишении родительских прав заявлено к лицам наиболее трудоспособного возраста, семья которых является неполной, с одним или двумя детьми, с ежемесячным доходом ниже прожиточного минимума. Более 52 % родителей, к которым заявлены требования о лишении родительских прав, не работают и не имеют постоянного заработка, возможности содержать детей. Кроме того, к ним же можно отнести 8,9 % родителей, которые отбывают наказание в местах лишения свободы. Лишь в единичных семьях (8,9 %) ежемесячный доход более или менее приближен к прожиточному минимуму. К уголовной ответственности привлекались 490 родителей (38,8 %), в отношении которых заявлены требования о лишении родительских прав, в том числе за преступления в отношении несовершеннолетних детей - 32 человека (2,5 %), за совершение преступления в отношении другого родителя ребенка - 26 человек (2,1 %), в отношении иного члена семьи - 11 человек (0,9 %), за злостное уклонение от уплаты алиментов (ст. 157 УК РФ) - 34 человека (2,7 %), за иные преступления - 387 человек (30,6 %). Не привлекались к уголовной ответственности 720 человек (57 %), в материалах пятидесяти четырех дел отсутствуют сведе-

1 Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 дек. 2001 г. № 195-ФЗ (ред. от 23 апр. 2018 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. № 1 (ч. I). Ст. 1.

2 Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3 (ред. от 23 апр. 2018 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1996. № 25. Ст. 2954.

3 При этом нельзя не отметить появление в «Российской газете» некорректных публикаций в день принятия Пленумом Верховного Суда РФ Постановления № 44. См.: Петров И. «ВС РФ рекомендовал лишать родительских прав за вовлечение в секты» с текстом следующего содержания: «Верховный суд России на сегодняшнем заседании расширил перечень оснований, по которым суды могут лишить родительских прав нерадивых отцов и матерей» (https://rg.ru/2017/11/ 14/vs-rf-rekomendoval-lishat-roditelskih-prav-za-vovlechenie-v-sekty.html). Суду не предоставлено право расширения оснований лишения родительских прав. Перечень оснований лишения родительских прав закреплен в ст. 69 СК РФ, носит исчерпывающий (закрытый) характер. Верховный Суд РФ путем толкования расширил содержание такого основания, как «злоупотребление родительскими правами», и не более.

ния о привлечении к уголовной ответственности ответчика (2,4 %). К административной ответственности за неисполнение обязанности по содержанию и воспитанию детей и за неуплату средств на содержание детей по ст. 5.35 и 5.35.1 КоАП РФ были привлечены 424 родителя (33,6 %). Согласно информации департамента социальной политики Пермского края, за 2017 г. городскими (районными) комиссиями по делам несовершеннолетних и защите их прав рассмотрено 15 536 протоколов об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 5.35 и 5.35.1 КоАП РФ [13].

На учете врача-нарколога, психиатра с алкогольной зависимостью, употреблением алкоголя, расстройствами личности и поведения в связи с употреблением алкоголя состояло 226 человек (15,9 %). На учете у нарколога в связи с употреблением наркотических веществ, поверхностно-активных веществ, психостимуляторов состояли 139 человек (9,8 %). На учете у психиатра в связи с психическими отклонениями, заболеваниями состояли 34 человека (2,4 %). На учете у нарколога либо психиатра не состояли 930 человек (65,4 %). В материалах девяноста двух дел отсутствовали подобные сведения (6,5%).

Таким образом, значительная часть родителей, в отношении которых были заявлены требования о лишении родительских прав, злоупотребляют алкогольными напитками либо употребляют наркотические вещества (25,7 %), привлекались к уголовной (38,8 %) или административной ответственности (33,6 %).

Из числа ответчиков ранее были лишены родительских прав в отношении других детей 42 человека (3,3 %), ограничены в родительских правах по отношению к ребенку, по которому решался вопрос о лишении родительских прав, - 145 человек (11,5 %), были предупреждены органами опеки и попечительства о надлежащем исполнении родительских обязанностей в отношении ребенка, по которому решается вопрос о лишении родительских прав, - 11 человек (0,9 %), и 1 066 родителей не были предупреждены о надлежащем исполнении родительских обязанностей, ограничены или лишены родительских прав в отношении других детей (84,3 %).

Ранее состояли на учете семей, находящихся в социально опасном положении, 187 семей (14,8 %), были сняты с такого учета 15 семей (1,2 %), в отношении 9 семей, находящихся в социально опасном положении, осуществлялось сопровождение специалистами субъектов системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних (0,7 %); поставлены на профилактический учет в отделе по делам несовершеннолетних Управления внутренних дел на основании Приказа Министерства внутренних дел Российской Федерации от 26 мая 2000 г. № 569 «Об утверждении инструкции по организации работы подразделений по делам несовершеннолетних органов внутренних дел» -20 семей; к «группе риска» отнесены 6 семей (0,5 %). На момент предъявления иска о лишении родительских прав не были поставлены на профилактический учет 1 019 семей (80,6 %) [13].

Из приведенных данных видно, что большинство родителей, в отношении которых заявлены требования о лишении родительских прав, находились вне поля зрения органов и учреждений системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Значительное количество семей, не поставленных на учет (80,6 %), свидетельствует о несвоевременном выявлении таких семей, ненадлежащей профилактической работе.

Вместе с тем родители, к которым ранее применялись такие предусмотренные семейным законодательством превентивные меры, как предупреждение о надлежащем исполнении родительских обязанностей и ограничение в родительских правах, в последующем значительно реже лишаются родительских прав (12,4 %), что свидетельствует о необходимости дальнейшего расширения практики применения превентивных мер к родителям, не исполняющим родительские обязанности.

При проверке условий жизни детей органами опеки и попечительства было установлено, что в 187 семьях ребенок не был обеспечен питанием и одеждой (14,8%), в 1 049 семьях питанием и одеждой ребенок был обеспечен (83 %), в двадцати восьми делах, представленных на обобщение, сведения об обеспечении ребенка питанием и одеждой отсутствовали (2,2 %). Пенсию или пособие на детей получали в 65 семьях (5,1 %), не получали -в 1 153 семьях (91,2 %), в сорока шести делах такие сведения отсутствовали (3,6 %). Отсутствие у родителей или ребенка документа, подтверждающего его статус или дающего право на получение установленных законом льгот и пособий (паспорта, свидетельства о рождении, удостоверения пенсионера, удостоверения инвалида, справки об обучении в общеобразовательном учреждении, прописки и т. п.), является препятствием для получения социальных льгот, пенсии, пособий или субсидий.

Все семьи, которые по различным обстоятельствам оказываются в трудной жизненной ситуации, «группе риска», поставлены на учет семей, находящихся в социально опасном положении, или профилактический учет отдела по делам несовершеннолетних, нуждаются в помощи со стороны государства и должны являться объектом деятельности органов и учреждений системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Проведенный Пермским краевым судом анализ дел о лишении родительских прав, рассмотренных в 2017 г., показал, что работа должна быть направлена прежде всего на превентивные, профилактические меры для минимизации негативных последствий.

Несмотря на необходимость совершенствования положений СК РФ, судебная процедура лишения родительских прав является одной из эффективных мер защиты прав и интересов ребенка и обеспечения его безопасности. Правовым последствием лишения родительских прав является полная утрата всех прав, основанных на факте родства с ребенком, что обусловлено природой лишения родительских прав как меры ответственности за противоправное виновное поведение родителя. Лишение родительских прав - крайняя мера, она применяется судом только за совершение родителями виновного правонарушения в отношении своих детей и только в ситуации, когда защитить права и интересы детей, обеспечить их безопасность другим путем невозможно. Расширение содержания такого основания лишения родительских прав, как «злоупотребление родительскими правами», в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 14 ноября 2017 г. № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» путем включения в него формулировки «вовлечение в деятельность общественного или религиозного объединения либо иной организации, в отношении которых имеется вступившее в законную силу решение суда о ликвидации или запрете деятельности», бесспорно, оправдано и необходимо и отвечает требованию обеспечения безопасности ребенка.

Библиографический список

1. Альбиков И. Р. Совершенствование норм о лишении родительских прав в контексте мер по укреплению правовой защищенности семьи // Нотариус. 2018. № 1. С. 18-20.

2. Беспалов Ю. Ф. Семейное законодательство РФ: некоторые дефекты, проблемы правоприменения и направления совершенствования // Семейное и жилищное право. 2018. № 2. С. 4-7.

3. Гливинская И. Н. Некоторые вопросы ответственности и мер защиты в семейном праве // Семейное и жилищное право. 2009. № 3. С. 14-18.

4. Ерохина Е. В. Лишение родительских прав и восстановление в родительских правах [Электронный ресурс]: практ. пособие. Подготовлено для системы «КонсультантПлюс», 2009.

5. Зубарева О. Г. К вопросу о совершенствовании семейного законодательства в части регулирования родительско-детских отношений // Нотариус. 2018. № 2. С. 18-20.

6. Зыков С. В. О выражении в законодательстве исключительного характера применения лишения родительских прав в качестве меры семейно-правовой ответственности // Семейное и жилищное право. 2017. № 2. С. 9-11.

7. Интервью с председателем судебного состава по семейным делам и защите прав детей Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ А. А. Кликушиным // Судья. 2017. № 6. С. 20-22.

8. Краснова Т. В. Лишение родительских прав: концептуальные ошибки законодателя и проблемы правоприменительной практики // Вестник Омского университета. Серия: Право. 2015. № 3 (44). С. 143-152.

9. Мардахаева П. Н. Лишение родительских прав как мера семейно-правовой ответственности: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. 18 с.

10. Мардахаева П. Н. Лишение родительских прав как мера семейно-правовой ответственности: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005.

11. Миков П. В. О соблюдении и защите прав и законных интересов ребенка и деятельности Уполномоченного по правам ребенка в Пермском крае в 2016 году: ежегод. доклад / Уполномоченный по правам ребенка в Пермском крае. Пермь, 2017. 224 с.

12. Соседова М. В. Меры семейно-правовой ответственности // Судья. 2014. № 6. С. 48-50.

13. Справка по результатам обобщения практики рассмотрения районными (городскими) судами Пермского края дел о лишении родительских прав [Электронный ресурс]. Утв. на заседании Президиума Пермского краевого суда 4 мая 2018 г. URL: http://oblsud.perm.sudrf.ru/modules.php ?name=docum_sud&rid=129 (дата обращения: 10.05.2018).

14. Стенограмма парламентских слушаний Комитета Государственной думы по государственному строительству и законодательству // Семейное и жилищное право. 2018. № 1. С. 7-38.

15. Татаринцева Е. А. Модели правоотношений по воспитанию ребенка в семье и тенденции их формирования в национальном семейном праве. М.: Юстицинформ, 2017.

16. Цуканова В. И. При дополнении оснований лишения родительских прав процессуальные правила не изменились // Судья. 2017. № 6. С. 31-34.

17. Шершень Т. В. О теоретической возможности и практической применимости компенсации морального вреда при защите семейных прав // Судья. 2017. № 6. С. 35-37.

18. Шершень Т. В. Проблемы ответственности в современном российском семейном праве // Семейное и жилищное право. 2010. № 1. С. 3-6.

19. Якушев П. А. Лишение родительских прав и традиционные семейные ценности: процессуальные аспекты гармонизации // Вестник гражданского процесса. 2017. № 5. С. 283-292.