Литературный текст в образовательном пространстве музея Н. А. Некрасова «Карабиха»

УДК 008

Н. В. Киселева

Литературный текст в образовательном пространстве музея Н. А. Некрасова «Карабиха»

Сегодня мы являемся свидетелями того, что литературный текст, созданный два века назад становится для современных школьников сложным в плане понимания авторского замысла. Поиск способов, благодаря которым мог бы состояться диалог юных читателей с авторами разных эпох, мы видим в проведении урока литературы в пространстве музея. В статье раскрывается роль литературного текста в образовательном пространстве музея на примере выставки «Кому на Руси жить хорошо»: поэма Н. А. Некрасова сквозь время», проходившей в государственном литературно-мемориальном музее-заповеднике Н. А. Некрасова «Карабиха» в 2015 году.

Ключевые слова: литературный текст, музейное пространство, диалог, Николай Алексеевич Некрасов, поэма «Кому на Руси жить хорошо», выставка, экспозиция, визуализация текста, образовательный процесс, школьники, урок литературы.

N. V. Kiseleva

Literary text in the educational space of N. A. Nekrasov museum "Karabiha"

Today, modern schoolchildren find it hard to understand the author's message in a literary text written two centuries ago. Looking for the ways to bring the authors of different epochs closer to young readers, we offer conducting Literature lessons in museums. The article shows the role of literary text in the educational space of the exhibition "Who Is Happy in Russia?": Nekrasov's poem through time" held in N. A. Nekrasov state literary memorial museum-preserve "Karabiha" in 2015.

Key words: literary text, museum space, dialogue, Nikolai Alekseyevich Nekrasov, poem "Who Is Happy in Russia?", exhibition, text visualization, educational process, schoolchildren, Literature lesson.

Полтора века отделяет современных школьников от времени написания итогового некрасовского произведения. В связи с чем у учителя-словесника возникает вопрос: насколько способны обучающиеся услышать голос поэта, понять его мысль, воспринять проблематику произведения, «увидеть» образы и сюжеты, к которым обращается автор? Тем более, что «одна из главных специфических черт труда педагога-литератора состоит в особых, сотворческих условиях его протекания. Причем, в отличие, скажем, от учителя-химика или физика, математика или биолога предметом сотворчества на уроке литературы являются не научные истины, а художественные открытия писателя, которые для каждого человека имеют личностный, сокровенный смысл». [3, с. 16]. Следовательно, задача педагога в современных условиях усложняется: как помочь ученикам освоить / осмыслить литературный текст, написанный более 150 лет назад. Один из таких способов - обращение к музейному пространству. Ярким примером такой консолидации стала выставка «Кому на Руси жить хорошо»: поэма

Н. А. Некрасова сквозь время», проходившая осенью в государственном литературно-мемориальном музее-заповеднике Н. А. Некрасова «Карабиха» (2015). В качестве экспозиционеров здесь выступили научные сотрудники музея-заповедника кандидат культурологии В. А. Лётин и А. А. Молчанова, а также художник В. А. Бутусов.

Основная цель выставки была определена ими как привлечение внимания посетителей к поэме Н. А. Некрасова.

А для актуализации классического текста в современном культурном пространстве поставлены следующие задачи: во-первых, познакомить посетителя с различными вариантами издания поэмы конца XIX - начала XX вв. Во-вторых, указать на важные для творческого кредо Н. А. Некрасова темы: служения народу, свободы народа, самоидентификации просвещенных слоев общества в пореформенный период. В-третьих, при помощи выставочных комплексов обратить внимание на полемический, неоднозначный характер некрасовского произведения,

© Киселева Н. В., 2016

на его характерные черты: полемичность, символичность, эмоциональную выразительность.

В композиции поэмы «Кому на Руси жить хорошо», несмотря на ее незаконченность, видны черты классической эпопеи: сочетание панорам жизни и крупных планов судеб отдельных персонажей, соотнесенность действия с природным временем; динамика развития образной системы и проблематики произведения от «анекдота» к полемическому высказыванию. Так построена была и выставка: в «Прологе» намечена схема путешествия, а выставочные экспонаты раскрывали образы героев, с которыми встречаются мужики-правдоискатели.

Художественное оформление выставки соответствовало композиционным элементам образа некрасовской Руси и трем основным мотивам поэмы: пути, неба / простора, пира. Важным моментом общения или разобщения людей в некрасовской поэме является пир, также представленный множеством вариантов от мужицкой гулянки до социально-политической дискуссии.

В художественном оформлении выставки эти мотивы были представлены символически. По периметру зала была сделана кремниевая засыпка - образ дороги. На ней и располагались витрины и выставочные комплексы, тем самым просмотр экспозиции становился символическим «путешествием». Окна закрывали масштабные фотоизображения некрасовских мест Ярославского края, так или иначе связанных с миром «Кому на Руси жить хорошо» (Аббакумцево, Тимохино, Волга вблизи Николо-Бабайского монастыря, усадьба князей Полозовых в с. Спас-Виталий под Диевым-Городищем). За счет того, что сквозь их материал (банерная сетка) просвечивал реальный свет, создавалось ощущение воздушности и безграничности этих «далей». Мотив же пира визуализировался в превращении одной из витрин в покрытый скатертью монументальный стол. Такое образное решение очень важно в плане образовательного процесса, поскольку дает посетителям положительный импульс для дальнейшего восприятия выставки, особенно, если речь идет об аудитории современных школьников. Эмоциональное включение в процесс восприятия предлагаемого выставочного текста делает его личностно значимым, а, следовательно, и более продуктивным его восприятие. Это позволяет школьникам стать не только «наблюдателями», но и «соучастником» тех событий, о которых говорится в поэме.

Рукописи черновиков поэмы (фотокопии), представленные в самом начале выставки, рассказывали о творческих усилиях, прилагаемых Н. А. Некрасовым для создания этого произведения. Об этом говорят многочисленные правки и вставки, сделанные автором в тексте. Эта «сумятица» черновиков словно передает то противоречивое время, в которое создавалось произведение. Время сложное и для страны, и для поэта, и для его редакторской карьеры.

В просвещенных кругах Российской империи происходит понимание того, что реформа 1861 г. не принесла ни свободы, ни счастья народу. Это приводит к появлению настроений раздражения и разочарования в деятельности правительства, которое становится все более реакционным. И, как следствие, для «Современника» 1866 г. стал роковым: 28 мая журнал закрыт личным распоряжением императора Александра II. Его закрытие болезненно переживалось Н. А. Некрасовым, посвятившим этому изданию 19 лет жизни.

Таким образом, кризисные настроения, характерные для эпохи, совпали с кризисным настроением самого поэта. Так музейными предметами передается важная мысль об эволюции замысла произведения от веселого рассказа-шутки к эпопее, акцентируется внимание посетителей на трудностях работы над произведением, которые были вызваны ухудшением здоровья автора. О желании Н. А. Некрасова написать как можно больше, вопреки обстоятельствам: «Одно, о чем сожалею глубоко, это что не кончил свою поэму «Кому на Руси жить хорошо». В нее «должен был войти весь опыт, данный Николаю Алексеевичу изучением народа, все сведения о нем, накопленные ... «по словечку» в течение двадцати лет», - вспоминал о беседах с Некрасовым Г. И. Успенский [4, с. 196]. В пространстве выставки эти хрестоматийные цитаты «вочеловечи-ваются». Вновь став историей жизни человека, художественное произведение оказывается и частью духовного опыта современника. Напомним, что традиционный урок литературы начинается именно с творческого пути поэта. Но в школе перед изучением поэмы «Кому на Руси жить хорошо» учитель говорит о творческом замысле произведения, и такой подход позволяет акцентировать внимание на актуальности, в первую очередь, содержания поэмы. В музейном пространстве, через черновики и первые издания произведения акцентировался именно личностный аспект авторского отношения к произведению. К тому же в выставочном пространстве

удалось создать и своеобразный «стереоскопический» эффект, показав произведение в разных «временных» интерпретациях, это было усилено изданиями трех исследований разных лет, посвященных либо самому Н. А. Некрасову, либо его произведению, и ведь каждое из них - символическая веха в истории бытования поэмы в культуре.

В первом исследовании приоритет отдается социальной оценке произведения литературной критикой конца XIX - начала XX вв. С. А. Вен-геров задает инерцию восприятия поэмы, усомнившись в ее художественных достоинствах [1]. Второе издание, представленное на выставке, «Истоки великой поэмы. Н. А. Некрасов «Кому на Руси жить хорошо» обращает внимание посетителей на переоценку творчества Н. А. Некрасова, произошедшую во второй половине XX в. Некрасовское творчество вообще и его поэма в частности оцениваются в этот период не только в ряду классических произведений отечественной литературы, но и в сопоставлении с произведениями мировой культуры. Необходимо отметить значимость этого издания для музея, поскольку редактором и составителем его был А. Ф. Тарасов - первый директор «Карабихи» [2].

О том, как творчество Некрасова изучается в наше время, говорит третье издание - диссертационное исследование Т. В. Сажениной на тему «Динамические аспекты сюжета в поэме Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» (2014). Этот экспонат был раскрыт на том разделе, который посвящен актуальности исследования, где читаем: «Одной из принципиальных тенденций современного некрасоведения является поворот к более детальной разработке проблем авторской поэтики <...>. Исследователи все чаще начинают обращаться к таким аспектам, как соотношение художественного задания и так называемого социального заказа, соотношение лирической и эпической тенденций в сюжете поэмы, <...> и проблемы интерпретации текста поэмы. Предпринимаются попытки осмыслить природу некрасовского лиризма. Разработка этих вопросов, важных для понимания поэтики Некрасова, чрезвычайно далека от логического завершения» [5, с. 12].

Уже первые экспонаты выставки показывали, что поэма Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» проходит сквозь время. Дать же современность звучания произведения - самая трудное для учителя литературы, но именно это важ-

но для сегодняшних школьников и именно это было представлено на карабихской выставке.

Создатели выставочного текста отказались от пересказа сюжета произведения, избрав более трудный, но эффектный проблемный метод. И дальнейшая интерпретация поэмы на этой выставке связана с наиболее важными из них: служения народу, свободы народа, самоидентификации просвещенных кругов пореформенной России.

Тема служения народу важна не только для этого произведения, но и для всего творчества Н. А. Некрасова. В поэме им не только критикуется традиционная, сформированная религиозной культурой модель служения как службы / работы (образ попа), но и предлагается своя оригинальная, синтезирующая опыт религиозного и светского начал - служение как призвание, как миссия (образ Григория Добросклонова).

Среди экспонатов первой витрины были представлены предметы облачения священника (нижняя полка), акцентирующие «исторические» задачи миссии священнослужителя, о чем можно было узнать из этикеток с соответствующими комментариями: избранность (епитрахиль), жертвенность (поручи), ревностное служение (набедренник). Экспозиционерам важно было донести до посетителей мысль об изначальном жертвенном характере идеи служения.

Неоднозначность бытования образа священнослужителя в культуре этого времени представлялась контрастом. На одной полке соотносились оригинальные фотографии священников конца XIX в. и репродукции с картин художников-передвижников, писавшихся одновременно с некрасовской поэмой. Просветительская деятельность этих «попов», их гражданское служение и верность семейным ценностям - вот главные черты провинциального духовенства, которые «считываются» с документов эпохи - фотографий. Из подписей к фотографиям становилось известно, что это священники, связанные с некрасовскими местами, и даже сподвижники поэта. Так И. Г. Зыков был одним из инициаторов, наряду с самим Н. А. Некрасовым, организации в Абакумцевского земского училища. Не случайно «фоном» к этой витрине стало изображение панорамы этого села с упоминаемым в тексте поэмы прудом. И наоборот, при показе репродукций с картин передвижников по принципу контраста, опять же характерному для некрасовской поэтики, внимание было уделено

сатирической оценке образа священника в кругах демократически настроенной интеллигенции.

Наконец, третья полка витрины, была посвящена образу попа в тексте произведения. Здесь выставлялась первая публикация этой части в журнале «Отечественные записки» (1869, № 1, с. 208-220). Поп - первый из тех, с кем мужики-странники встречаются на своем пути. Образ этот не однозначен: с одной стороны, показано сочувствие персонажа (правда на грани презрения) крестьянам, с другой стороны - «ретроспективная» идеализация им крепостничества, с смакованием материальных благ (сытость, богатство) недавнего прошлого. Отсутствие в тексте открытого осуждения предоставляло возможность читателю самостоятельного выбора отношения к персонажу. Обращение к «попу», зачастую долгое время пропускаемому на школьных уроках, должно было в значительной мере стимулировать желание «освежить» текст поэмы, в первую очередь, у представителей старшего поколения.

Текст сопровождался показом иллюстраций к этой главе, созданных художниками в разные годы XX в. и в разных техниках из фондов музей-заповедника. Увы, они-то и демонстрировали «привычную» однозначность понимания художниками-интерпретаторами этого образа: бытовая зарисовка, политический плакат, рисунок-шарж -все было пронизано исключительно оценочно-прямолинейными социально-сатирическими мотивами. Такие контрасты, провоцирующие посетителя выставки «споткнуться», о некое смысловое несоответствие. Они привлекают внимание, прежде всего, к тексту произведения, заставляя искать ответ на вопрос там. Поэтому они имеют большое значение в преодолении инерционного восприятия классического текста, способствуют формированию собственной позиции к его содержанию.

Следующая витрина раскрывала посетителям некрасовскую модель служения Отечеству: соединение лучших традиций духовной культуры и гражданской позиции. Главным качеством «служителя» по Некрасову является его абсолютная духовная свобода. Модель служения, предлагаемая Некрасовым, трагична. Ее персонификацией является в поэме образ Григория Добросклонова -аЬег еgo поэта, который в реальной жизни осознавал свою несвободу («Мне борьба мешала быть поэтом, / Песни мне мешали быть борцом...»).

«Сам» же Григорий был представлен скульптурой Е. Сметаниной 1950-х гг. В его внешнем

облике через подъем головы и взгляд, обращенный вперед и вверх, характерная для героя душевная открытость и устремленность в будущее. В отличие от взгляда образа попа, который в поэме не только ретроспективен по мыслям и взгляд которого обращен исключительно долу.

Интерпретация образа Григория Доброскло-нова начиналась с книги на верхней полки (Полное собрание стихов Н. А. Некрасова в одном томе, 1882), раскрытой на эпизоде, показывающем начало выбора жизненного пути Григорием, «молитвенном» звучании его песни. Способность к сочувствию и состраданию человеку через эту деталь раскрывались как особые качества натуры этого образа. К сожалению, экспонирование текста, поднятого довольно высоко, и данного под углом художником В. А. Бутусовым, несколько затрудняло его восприятие. Тем не менее, зритель при некотором усилии мог стать читателем. Это постоянное соотнесение вербального печатного текста и текста визуального, создаваемого музейными предметами, здесь и далее обогащало и эмоционально, и содержательно восприятие данной экспозиции.

Связь образа Гриши с реальностью, его уко-реннность в судьбе поэта, обыгрывалась номерами журнала «Современник» (1859, 1864), в которых были впервые напечатаны стихотворения «На смерть приятеля» и «Памяти Добролюбова». Н. А. Добролюбов и В. Г. Белинский стали прототипами образа Григория Добросклонова. Такой выход за пределы границ текста поэмы в пространство биографии и историко-худо-жественного контекста позволял посетителям выставки осознать степень значимости этого образа для автора. И Гриша здесь представал не клишированным поэтом-демократом и не субтильным «мальчиком Достоевского», как его видят некоторые современные филологи, а в первую очередь, трагическим поэтом, способным выражать в своей поэзии боль человеческой души от первого лица. Именно это и делает его в поэтике Некрасова автором «песен», самого «народного» жанра народного творчества. Такая уникальная возможность прочтения соотнесенных в реальном времени и едином пространстве поэтических текстов позволяла посетителям выставки увидеть «лексические» переклички между ними: характерное использование слов с религиозной образности

При показе же экспонатов, представленных на третьей полке, обозначалась динамика восприятия проблемы в некрасоведческой рефлексии

XX в. от отрицающих религиозность некрасовской поэзии (Н. Н. Скатов) до определения религиозности как одной из характерных черт некрасовской поэтики (Т. А. Житова). Ключевым понятием и, собственно, итогом размышлений экспозиционеров на эту тему явилось понятие «совести» как основы этической системы поэта (З. Н. Гиппиус).

Предваряя раздел выставки, посвященный русскому народу, указывалась значимость понимания неоднозначности образа народа в поэме Н. А. Некрасова. Народные образы создавались им на основе типизации и, вместе с тем, детальной проработки, но автор отнюдь не идеализирует своих героев. На уроках литературы при анализе конкретных эпизодов учитель, естественно затрагивает образ народа. Но образовательное пространство музея позволяет вести разговор об образе народа не абстрактно, а конкретно, например, используя для этого предметы быта крестьян. Именно при обзорном показе групп предметов быта крестьян разговор заходил о том, что их объединяет: природный материал, предназначение для ручного труда. Исходя из этого, делался вывод о связи простого человека с миром природы. Такая близость являлась одной из основ спасения души человека. Тяжелый крестьянский труд жизни народа - замкнутый круг ежедневного непосильного труда.

На экспозиции отдельно были поставлены: кандалы и ведро с ковшом, символизировавшие два способа вырваться из этого круга - пьянство (водка продавалась ведрами) и бунт. Здесь важно, чтобы современный молодой человек, увидел «вынесенность» этих предметов за пределы круга жизни. Их исключительность обращала внимание на связанные с ними проблемы и тщетность их решения такими способами. И опьянение, и бунт давали лишь временное освобождение, а их последствия похмелье и раскаяние лишь усугубляли душевное страдание.

Поэтому контрастом им служила деревянная колыбель, возносимая над остальными предметами. Колыбель как символ абсолютной любви. Обращало на себя внимание, что наряду с колыбелью возносилась в выставочном пространстве этого раздела и скульптура «Савелия-богатыря святорусского». Это не случайно, поскольку в некрасовском мире таковой является любовь к ребенку. Именно через нее раскрываются человеческие (и нечеловеческие) качества душ персонажей, именно через любовь к правнуку Де-мушке и отчаяние, вызванное его гибелью, отта-

ивает душой старик-бунтарь. Так через музейные предметы актуализируется важный момент для понимания идейного замысла «народной темы» в произведении.

С колыбелью напрямую связана и тема материнства, нашедшая воплощение в образе Матрены Тимофеевны. Несмотря на то, что в этом тематическом блоке ее изображения нет, суть героини раскрывается через предметный ряд домашней утвари. Современному молодому человеку трудно идентифицировать предметы посуды по названиям. Но подобранные по форме и функции (чувствуется женская рука А. А. Молчановой), они давали представление о вместительности и практичности. В связи с чем самым вместительным и самым «практичным» (широкое горло) оказалась вынесенная на передней план корчага, из которой можно было наесться-напиться многим. Так музейный предмет оказывается в контексте выставочного пространства ключевым средством идентификации одного из главных персонажей произведения.

Блок крестьянской утвари перекликается с темой пира, представленной в следующем выставочном комплексе. Это своеобразное лирическое отступление в выставочного текста. В поэме пир - это основная ситуация общения героев поэмы. При этом мотив пира был представлен весьма разнообразно, а именно это выражалось в иллюстрациях, помещенных на столе-витрине.

Во-первых, это крестьянский пир, причем художники по-разному трактовали мотив пира: от начала поэмы, где пиры заканчиваются дракой («Пьяная ночь»), потом превращаются в социально-политические диспуты («Счастливые») и, наконец, всеобщий праздник («Пир на весь мир»). Основной акцент делался на «природной» эволюции мотива пира в поэме от физического насыщения пищей в ее начале и жадного утоления «животного» голода к метафорическому пиру духа (образ поэта Григория Добросклонова).

Во-вторых, это пир духа - творческий акт. Основным источником изучения этой стороны пира становился рисунок Г. А. Перовой «Обложка к поэме Н. А. Некрасова.»: композиция работы, особенность ракурса, передающего панорамный обзор.

В-третьих, показан пир помещиков. Опять же через иллюстрации к поэме, посвященные встречам мужиков с помещиками, перед нами предстает карикатурный характер изображения кн. Утятина и Оболт-Оболдуева. Пространственно они противопоставлялись крестьянам. Важно

было показать посетителям драматизм семейного обеда князей Утятиных, который превращался в «антипир», так как вместо единения персонажей показывал их духовную разобщенность. Вступившие в сговор с «наследниками» крестьяне ждали смерти старика, чтобы поделить его наследство.

Естественно, что следующий выставочный комплекс будет посвящен образам помещиков. При этом и здесь, верные своему принципу, экспозиционеры «помещают» некрасовских помещиков в историко-культурный контекст.

Отмена крепостного права стала началом конца дворянской культуры. Среди предметного мира дворянской культуры, представленного на выставке, выделяются экспонаты, которые передают отношении этого сословия к миру природы: защита от него (зонтик), агрессивное вторжение (охота).

И вновь перед нами литературный текст. Номера журналов «Отечественные записки» раскрыты на главах, посвященных князьям Утятину и Оболт-Оболдуеву. Вчитываясь в текст, после знакомства с их «образом жизни» в предшествующем разделе выставки, понимаем, что наряду с явно отрицательными чертами - «крепостническими» по своей природе (лень, презрение к народу, презрение к труду, алчность, деспотичность, эгоцентризм и т. д.) раскрывались их человеческие привязанности к семье, дому-предков, родной стороне. И эти карикатурные образы приобретают драматизм. Остро переживал утрату родового пространства - дома Оболт-Оболдуев (вырублен парк, где герой узнал о предстоящем рождении первенца; срублен дедом посаженный дуб; дом предков разобран на кирпич). А полубезумный князь Утятин трагикомично предстает единственным «счастливым» в поэме, так как только он верит в уважительное отношение к нему крестьян и любовь родственников.

Один из журналов «Отечественные записки», расположенный на второй полке, раскрыт на эпизоде, спора Павла Веретенникова с Якимом Нагим. В ходе беседы на уроках в школе с учениками раскрывается в первую очередь значение монолога Якима. Выставка же акцентирует образ Павла. В первую очередь через «предъявление» прототипов-фольклористов Павлов Якушкина и Рыбникова, книги которых были здесь и представлены. Желание постижения народной жизни Веретенниковым дается через эпизод подношения ему двух чекушек водки собеседнику. Здесь важен психологический подтекст эпизода, суть

которого в том, что здесь два представителя обозленных сословий не пытаются договориться, но выходят на контакт друг с другом через действие, которое и является свидетельством сочувствия и понимания, в данном случае «Барина» Веретенникова духовным терзаниям Якима.

При показе книг, расположенных на третьей полке витрины, отмечается важность литературы в осмыслении дворянской культуры (И. С. Тургенев «Дворянское гнездо», 1859). Во второй половине XIX в. были характерны исследования исторического характера, при этом уже намечались тенденции идеализации и романтизации недавнего прошлого.

Завершал выставку показ изданий поэмы, осуществленных в различные годы и на различных языках. Это особенно важно: посетители видят, что проблемы, о которых поэт говорит, характерны не только для русского народа, но и для всего человечества, но различное стилевое решение поэмы указывает на то, что в качестве главного смыслового акцента выносится на обложку.

Итак, мы видим, что литературный текст в образовательном пространстве музея начинает переходит из вербального состояния в визуальное, тем самым приближая текст к современной действительности, то есть к визуальному продуцированию смысла. О литературном тексте нам не просто рассказывали, но была сделана попытка его показать с акцентированием дополняющих «школьное» восприятие поэмы смыслов. На выставке особую значимость приобретали музейные предметы, организованные в оригинальные выставочные тексты. Это очень важно для уроков литературы, поскольку такое изучение литературного текста позволяет перевести учеников из «обычного состояния в поле эстетического переживания» [3, с. 50].

Библиографический список

1. Венгеров, С. А. Некрасов [Текст] / С. А. Венгеров // Энциклопедический словарь. Издательство Брокгауза и Эфрона. - Режим доступа: http://rucont.ru/efd/12258. - (Дата обращения: 26.01.2016).

2. Исаев, А. Н. Живые истоки [Текст] / А. Н. Исаев Истоки великой поэмы. - Ярославль : Кн. изд-во, 1962. - 276 с.

3. Кан-Калик, В. А., Хазан, В. И. Психолого-педагогические основы преподавания литературы в школе [Текст] : учеб. пособие для студентов пед.

ин-тов / В. А. Кан-Калик, В. И. Хазан. - М. : Просвещение, 1988. - 225 с. : ил.

4. Лебедев, Ю. В. Литература [Текст] : учеб. пособие для учащихся 10 кл. сред. шк. В 2 ч. / Ю. В. Лебедев. - Ч. 1. - М. : Просвещение, 1992. -224 с.

5. Саженина, Т. В. Динамические аспекты сюжета в поэме Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» [Текст] : дисс. на...канд. филол. наук. Специальность 10.01.01. - Русская литература / Т. В. Саженина. - Новосибирск, 2014.

Bibliograficheskij spisok

1. Vengerov, S. A. Nekrasov [Tekst] / S. A. Vengerov // Jenciklopedicheskij slovar'. Izdatel'stvo Brokgauza i Jefrona. - Rezhim dostupa: http://rucont.ru/efd/12258. - (Data obrashhenija: 26.01.2016).

2. Isaev, A. N. Zhivye istoki [Tekst] / A. N. Isaev Istoki velikoj pojemy. - Jaroslavl' : Kn. izd-vo, 1962. - 276 s.

3. Kan-Kalik, V. A., Hazan, V. I. Psihologo-pedagogicheskie osnovy prepodavanija literatury v shkole [Tekst] : ucheb. posobie dlja studentov ped. in-tov / V. A. Kan-Kalik, V. I. Hazan. - M. : Prosveshhenie, 1988. - 225 s. : il.

4. Lebedev, Ju. V. Literatura [Tekst] : ucheb. posobie dlja uchashhihsja 10 kl. sred. shk. V 2 ch. / Ju. V. Lebedev. - Ch. 1. - M. : Prosveshhenie, 1992. -224 s.

5. Sazhenina, T. V. Dinamicheskie aspekty sjuzheta v pójeme N. A. Nekrasova «Komu na Rusi zhit' horosho» [Tekst] : diss. na...kand. filol. nauk. Special'nost' 10.01.01. - Russkaja literatura / T. V. Sazhenina. - Novosibirsk, 2014.

Дата поступления статьи в редакцию: 26.01.2016 Дата принятия статьи к печати: 29.02.2016