"Мы наблюдаем затягивание сроков проведения листинга"

О перспективах новых энергетических акций корреспонденту Ъ НАТАЛИИ ГРИБ рассказал руководитель комитета по стратегии и реформированию при совете директоров РАО "ЕЭС России" ДЭВИД ХЕРН.

— В какой последовательности будут выведены оптовые генерирующие компании (ОГК) и территориальные генерирующие компании (ТГК) на российские и западные биржи?

— Вы помните, что в сентябре на российские биржи вывели акции ОГК #5, где они в первый день превысили стоимость акций самого РАО "ЕЭС России", но потом снизились до разумных пределов. В ноябре-декабре переходит на единую акцию ОГК #3, и на биржу акции этой компании попадут в начале следующего года. Хотя, по последней информации из РАО ЕЭС, мы наблюдаем процесс затягивания сроков проведения листинга компаний. РАО ЕЭС ссылается на ограничения ФСФР, но я не уверен, что энергохолдинг прикладывает все свои усилия для проведения процедуры листинга. Очевидно, что ФСФР не хочет, чтобы акции ОГК и ТГК попали сразу на зарубежные биржи. Но я абсолютно уверен, что при желании со стороны РАО ЕЭС этот процесс можно было бы ускорить. Понимаю, что это будет нелегко, но делать это нужно, поскольку именно листинг является ключевым моментом для повышения капитализации компаний и привлечения зарубежных инвесторов.

Все остальные ОГК должны конвертировать акции своих дочерних компаний к середине следующего года и летом вывести их на биржи. График сводится к тому, что все компании будут выведены на биржу. Отмечу лишь, что это не регламентируемое каким-либо органом решение, а инициатива самих ОГК и ТГК. Правление РАО "ЕЭС России" приняло решение, что это произойдет до конца июня. Я в это слабо верю. Думаю, что в лучшем случае это произойдет до конца лета следующего года.

— Какие приоритеты выделяют портфельные инвесторы при вложении средств в ОГК или ТГК?

— Сегодня инвесторы смотрят на размер капитализации, оборот и стоимость активов компании. Крупная компания с понятными активами по генерации оценивается инвестором намного выше, чем маленькая со сложной структурой акционерного капитала. К примеру, когда Конаковская ГРЭС вошла в ОГК #5, ее стоимость выросла на 75-80%. То есть портфельные инвесторы голосуют за то, чтобы вместо одной небольшой станции у них появился актив в виде большой компании с понятной структурой, которая не будет трансформироваться. За это люди готовы платить вдвое больше.

— Как вы оцениваете качество рынка акций ОГК и ТГК, их ликвидность и объем торгов по сравнению с ценными бумагами РАО ЕЭС?

— РАО ЕЭС — самая ликвидная бумага в России, и новые компании не будут столь же ликвидны. Это предусмотрено структурой реформирования энергосистемы России. Однако отмечу, что акции ОГК #3 будут самыми ликвидными из ценных бумаг всех ОГК, потому что там больше всего free float и он практически в полном объеме распределен между портфельными инвесторами. В ОГК #2 free float тоже есть, но он сильно сконцентрирован в одних руках. В ОГК #5 поменьше free float, и он тоже довольно концентрирован. "Мосэнерго" в составе ТГК #3, несмотря на то что эта компания крупнее многих ОГК, спросом пользоваться будет, но free float у нее фактически отсутствует, поскольку миноритарные пакеты акций "Мосэнерго" поделены между "Газпромом" и правительством Москвы. Это может ограничить повышение капитализации компании.

— Какие вы видите препятствия для роста цены акций ОГК и ТГК на бирже?

— Начнем с того, что на бирже они еще не торгуются, кроме акций "Мосэнерго". Когда начнутся торги, я бы отметил недостатки в первую очередь ТГК. Это меньшие по размеру компании по сравнению с ОГК. Кроме того, они производят тепло. И хотя, с одной стороны, диверсификация рисков при наличии другого бизнеса должна повышать спрос на бумаги компании, но поскольку ТГК производят социально важный продукт, регулируемый госструктурами, то инвесторы опасаются входить в ТГК. Мотивация проста — невозможно предотвратить и прогнозировать, к примеру, политические риски. Поэтому часть портфельных инвесторов предпочитают ОГК как более простые и понятные по структуре компании с более прогнозируемыми рисками.

— Портфельные инвесторы активнее вкладывают средства в генерацию, сетевые компании или сбыт?

— Они в первую очередь покупают доли в генерирующих компаниях, меньше — в сетевых. Кто-то покупает пакеты сбытовых компаний, но редко, потому что у них нет никаких активов и через год их может уже не быть.

— Но ведь сегодня через сбытовые компании проходят все основные финансовые потоки при распределении прибыли от продажи электроэнергии.

— Это временный порядок. Когда рынок либерализуется полностью, крупные потребители будут покупать электроэнергию либо напрямую у станций, ОГК или ТГК, либо на спотовом рынке. Кто-то уже вышел на ФОРЭМ (Федеральный рынок электроэнергии и мощности.— Ъ), еще большее количество покупателей энергии попыталось, но не смогло. Со временем все желающие выйдут на рынок, и финансовый поток через сбытовые компании обмельчает — из десяти сбытовых компаний исчезнут пять-шесть. Генерация сегодня — это самый понятный вход в энергетику, не обязательно самый лучший или дешевый, но точно самый понятный.

— Какие риски возникают у портфельных инвесторов в случае, если ОГК или ТГК попадут в зависимость от одного мажоритарного акционера?

— Риски здесь понятны. Основной акционер может сместить получение прибыли из рынка продаж электроэнергии в другой сектор. К примеру, СУЭК может поставлять свой уголь на электростанции по высокой цене, а "Русал" — получать прибыль на этапе продажи алюминия, а не электроэнергии. Но в этом случае риски в целом меньше, чем при развитии ситуации, когда мажоритарный акционер — государство. Понимаете, весь смысл реформы энергетики России заключается в том, чтобы генерирующие компании стали частными.

А риски взаимоотношений между мажоритарными и миноритарными инвесторами регулирует закон, который контролирует эти риски. И глава Федеральной антимонопольной службы Игорь Артемьев должен быть нашим защитником. К примеру, если СУЭК начнет взвинчивать цены или накапливать прибыль в другом месте, то миноритарии могут подать на СУЭК в суд. Есть закон, который нас защищает.

— Вы будете рекомендовать американским и австрийским инвестфондам вкладывать средства в генерацию?

— Безусловно. И в первую очередь — в ОГК #5. Не потому, что я акционер этой компании. Наоборот, я акционер, потому что считаю ее самой передовой. Я в свое время участвовал в процессе формирования всех ОГК и помню, сколько было приложено сил для того, чтобы сделать их равнозначными. ОГК #5 отличается тем, что она вышла первой на рынок. Кроме того, менеджмент компании имеет опыт эффективного управления другими станциями, сохраняя при этом конструктивный подход к рыночным механизмам. Думаю, что через пару лет стоимость ОГК #5 значительно увеличится по сравнению с ростом стоимости других ОГК. ОГК #3 также имеет большой потенциал, я высоко оцениваю деятельность менеджмента, который уже встречается с потенциальными инвесторами.

— ОГК #5, по нашей информации, будет проходить процедуру листинга на Лондонской фондовой бирже следующей весной. А как с этим у других ОГК и ТГК?

— Я надеюсь, что все генерирующие компании России пройдут процедуру листинга. По моей инициативе был включен в одно из решений совета директоров РАО "ЕЭС России" пункт о том, что все компании, выделяющиеся из РАО, должны пройти процедуру листинга, чтобы их акции могли котироваться на биржах.