К вопросу о повышении эффективности финансового мониторинга в целях противодействия легализации преступных доходов

УДК 347.73

К ВОПРОСУ О ПОВЫШЕНИИ ЭФФЕКТИВНОСТИ ФИНАНСОВОГО МОНИТОРИНГА

В ЦЕЛЯХ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЛЕГАЛИЗАЦИИ ПРЕСТУПНЫХ ДОХОДОВ

TO THE QUESTION ABOUT THE INCREASE OF EFFICIENCY OF THE FINANCIAL MONITORING FOR COMBATING LEGALIZATION OF CRIMINALLY GAINED INCOMES

М.Г. КАЛЬНЕЙ

Ha основе зарубежной практики организации финансового мониторинга сформулированы предложения по совершенствованию отдельных элементов российской системы противодействия легализации преступных доходов.

Ключевые слова: финансовый мониторинг, противодействие легализации преступных доходов, признаки (критерии) операций, подлежащих обязательному контролю, или необычных сделок.

In the article on the basis of foreign practice of organization of the financial monitoring formulated suggestion on perfection of separate elements of the Russian system for combating legalization of criminally gained incomes.

Key words: the financial monitoring, combating legalization of criminally gained incomes, signs (criteria) of revealing of operations to be put under obligatory control or of extraordinary deals.

В условиях финансового кризиса объемы преступной деятельности и масштабы проникновения преступных доходов в финансовую сферу только усиливаются. Всё большая часть денежных средств перетекает в наиболее доходный сегмент экономики  теневой и (или) криминальный сектор. В связи с этим по-прежнему остается актуальным и продолжает развиваться такое направление государственного финансового контроля, как финансовый мониторинг в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (ПОД/ФТ). Так, в январе 2010 г. Российская Федерация ратифицировала Договор государств-участников Содружества Независимых Г осударств о противодействии легализации (отмыванию) преступных доходов и финансированию терроризма, подписанный в Душанбе 5 октября 2007 г. [1]. В 2009 г. вступило в действие новое Положение Банка России от 29.08.2008 г. № 321-П СО порядке представления кредитными организациями в уполномоченный орган сведений, предусмотренных Федераль-

ным законом СО противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терро-ризмаШ [2]. Банк России издал разъяснение от 16.11.2009 г. № 144-Т [3], которое касается использования в надзорных целях сведений о несвоевременной передаче кредитными организациями информации в соответствии с Федеральным законом от 07.08.2001 г. № 115-ФЗ СО противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма  [4] (далее  Закон № 115-ФЗ), получаемой Банком России от уполномоченного органа  Росфинмониторинга.

Вместе с тем, указанные изменения не коснулись принципиальных основ организации российской системы финансового мониторинга в целях ПОД/ФТ, которые на протяжении нескольких лет подвергаются серьезной и зачастую вполне обоснованной критике. В том числе высказывается мнение о низкой эффективности результатов финансового мониторинга при довольно серьезных затратах на его организацию. В условиях кризиса

© Кальней М.Г., 2010

это наиболее острый вопрос, особенно в банковской сфере. Финансовые институты столкнулись с проблемой сокращения операционных расходов и озаботились вопросами поддержания текущей ликвидности. Функция ПОД/ФТ не приносит прямой прибыли, и подразделение, выполняющее ее, не является «Зарабатывающим С] поэтому потенциально одним из первых сталкивается с проблемой сокращения рабочих мест и общих затрат [5]. Кроме того, довольно часто упоминается проблема, связанная с огромным количеством сообщений об операциях и сделках, поступающих в Росфинмониторинг от организаций  финансовых посредников.

В связи с этим, представляется интересным провести небольшое сравнительное исследование отдельных принципов организации российской системы в целях ПОД/ФТ с аналогичными системами, принятыми в некоторых зарубежных странах.

Хорошо известно, что как российские нормативно-правовые акты в сфере ПОД/ФТ, так и многие другие зарубежные системы организации контроля в данной области основаны на международном законодательстве.

В частности, Российская Федерация ратифицировала Конвенцию Совета Европы от 8 ноября 1990 г. «Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности С, Конвенции ООН «О борьбе с финансированием терроризма С, «Против транснациональной организованной преступности С, «Против коррупции»]

Важную роль в рассматриваемой сфере играют международные организации, в первую очередь  Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ, Financial Action Task Force, FATF). Огромное значение для разработки национальных систем финансового мониторинга имеют Рекомендации ФАТФ по борьбе с отмыванием денег. Эксперты этой международной организации проводят оценки соответствия стран международным стандартам. После такой оценки Россия в 2003 г. была исключена из «черного  списка стран, не участвующих в осуществлении мероприятий, направленных на ПОД/ФТ, а затем принята полноправным членом ФАФТ.

Россия является участником Евразийской группы по противодействию легализа-

ции преступных доходов и финансированию терроризма (ЕАГ). Данная организация была создана по ее инициативе. В состав ЕАГ вошли Беларусь, Казахстан, Киргизия, Китай, Россия и Таджикистан. К основным задачам ЕАГ относятся содействие в распространении международных стандартов с учетом особенностей региона, разработка и проведение совместных мероприятий в пределах компетенции подразделений финансовых разведок, координация программ сотрудничества и технического содействия с международными организациями.

Российское «Подразделение финансовой разведкиППРосфинмониторинг является членом Международной организации подразделений финансовой разведки  группы «Эгмонт» образованной с целью содействия в расширении и систематизации обмена оперативной финансовой информацией между специализированными государственными агентствами (группами) по сбору финансовой информации, повышения квалификации и возможностей сотрудников этих организаций, а также совершенствования применения технологических средств связи между ними. Кроме того, Росфинмониторинг активно участвует в работе Комитета экспертов Совета Европы по оценке мер противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма (Манивэл).

Россия  участник целого ряда иных двух- и многосторонних соглашений в рассматриваемой области. Кроме того, значительную роль при организации системы ПОД/ФТ играют рекомендации, выработанные рядом негосударственных международных организаций. Для кредитных организаций  это Всеобщие директивы по противодействию отмыванию доходов в частном банковском секторе, или так называемые Вольфсбергские принципы, которые были выработаны в 2000 г. по результатам встречи 11 ведущих банков мира (Societe generale, Deutsche Bank AG, ABN AMRO Bank N.V., Banco Santander Central Hispano S.A., Credit Suisse Group, UBS AG, HSBC, Barclays Bank, The Chase Manhattan Private Bank, Citybank N.A., J.P. Morgan). В данном документе определяются приоритетные направления политики банков и основные элементы механизмов по предотвращению использования банковской системы для легализации дохо-

дов, полученных преступным путем. Предполагается, что кредитные организации самостоятельно разрабатывают внутренние документы, устанавливающие порядок выявления и алгоритм действий при обнаружении необычной или подозрительной деятельности клиента. Для необычной или подозрительной деятельности должны быть установлены конкретные примеры. В Принципах приводятся следующие критерии: движение средств по счету, не соответствующее деятельности клиента; операции с использованием средств свыше определенных пороговых значений (хотя такие значения специально не указаны); использование счета в качестве транзитного/частые переводы средств по счету. Необычные и подозрительные операции выявляются путем мониторинга операций клиентов банка, включая анализ информации из многих источников  независимых источников (средств массовой информации, Интернета и т. д.), собственной (внутрибанковской) информации об окружении клиента (например, политическая ситуация в стране клиента). В отношении операций, которые по мнению служащих банка являются необычными, Принципы предлагают три варианта решения: продолжать отношения с клиентом, обеспечив повышенный контроль; прекратить отношения с клиентом; информировать власти о данном случае (под термином «власти» понимается специально уполномоченная организация в соответствии с национальным законодательством). При этом операции по счету могут быть заблокированы, если это предусмотрено нормативными актами [6].

Существенное влияние на организацию контроля в целях ПОД/ФТ оказывают решения Базельского комитета, который был сформирован в 1975 г. управляющими центральных банков 10 стран. В 1988 г. комитет принял отчет о предотвращении преступного использования банковской системы в целях отмывания денег, где рекомендуются определенные процедуры к утверждению банками для предотвращения легализации преступных доходов через банковские системы стран и мира. В отчете отражены принципы предотвращения легализации доходов, полученных преступным путем, в частности: надлежащая идентификация клиента, развитая

законодательная база, сотрудничество с соответствующими органами власти.

Вместе с тем каждая национальная правовая система, основываясь на вышеназванных международных документах, разрабатывает свои особые механизмы реализации принципов финансового мониторинга в целях ПОД/ФТ.

Это, в частности, касается и выработки критериев операций и сделок, которые могут быть связаны с отмыванием доходов и подлежат особому контролю со стороны органи-заций-финансовых посредников. Как правило, критерии операций, которым следует уделять повышенное внимание, определяются финансовым посредником самостоятельно, исходя их базовых признаков, предусмотренных национальным законодательством. При этом может быть установлена некая пороговая сумма операции. Однако сам факт превышения данной суммы, как правило, не влечет за собой обязательное направление сообщения в национальное подразделение финансовой разведки.

Например, в Швейцарии Федеральный закон «О борьбе с отмыванием денег в финансовом секторе  LBA носит рамочный характер [7]. Федеральные органы и органы самоуправления создают свои инструкции и действуют на основании внутренних правил. Нормативные акты не предусматривают фиксирования операции в зависимости от ее суммы. Организация-финансовый посредник самостоятельно оценивает риски проводимых операций. Особое внимание направлено на финансовые средства, превышающие 100 тыс. швейцарских франков. При возникновении подозрений на нелегальность происхождения денежных средств финансовый посредник незамедлительно сообщает об этом в специально созданный орган  Бюро оповещения в сфере отмывания банковских средств (Bureau de communication en matiere de blanchiment d'argent (MROS)). При этом средства блокируются до получения необходимой информации, но не более чем на пять дней. В течение этого времени финансовый посредник не должен информировать никого из лиц, имеющих какое-либо отношение к подозреваемым денежным средствам.

Законодательство Испании обязывает кредитные организации ежемесячно направ-

лять в Центральный банк Испании информацию об операциях, в отношении которых есть основания полагать, что они связаны с легализацией (отмыванием) преступных доходов. Для указанных целей разработан соответствующий перечень признаков, в частности: неоднократно повторяющиеся операции физических и юридических лиц по внесению денежных средств на свои счета и снятию с них наличных сумм, превышающих эквивалент в 8 тыс. долларов США; получение физическими и юридическими лицами банковских чеков и векселей на денежные суммы, превышающие эквивалент в 8 тыс. долларов США за одну операцию. Однако решение о признании указанных операций, связанных с легализацией, и направлении о них информации в Центральный банк Испании принимает кредитная организация.

Аналогично во Франции повышенного внимания со стороны кредитной организации требуют сделки на сумму свыше 8 тыс. евро, а также операции лиц, не являющихся ее постоянными клиентами.

Законодательство Германии и Австрии не содержит особых указаний на сумму операции. В данных государствах контролю подлежат операции, которые вызывают подозрения у сотрудников кредитных организаций в том, что они могут быть связаны с легализацией преступных доходов [8].

Фактически в настоящее время системы контроля и надзора, предусматривающие обязательное сообщение в правительственные агентства обо всех сделках, превышающих определенные суммы наличными, законодательно закреплены лишь в Австралии и США [9].

Довольно интересен в этом смысле пример законодательства Китайской народной Республики. С 2003 г. все банки КНР, а также целый ряд иных организаций-финансовых посредников обязаны хранить не менее пяти лет информацию обо всех сделках, превышающих 200 тыс. юаней (около 29 тыс. долларов США), или подозрительных сделках. Банки обязаны провести проверку платежей юридическим лицам на суммы, превышающие 1 млн юаней (около 150 тыс. долларов) и операциях с наличными денежными средствами на сумму более 200 тыс. юаней. Детальной проверке подлежат расчеты между

физическими лицами через банк и платежи между физическими и юридическими лицами на сумму, превышающую 200 тыс. юаней [10]. Опять же, как мы видим, речь идет исключительно о повышенном внимании к операциям, превышающим определенную сумму.

Таким образом, международно-правовые акты, акты национального законодательства в области ПОД/ФТ большинства зарубежных стран, а также документы международных организаций в рассматриваемой сфере определяют следующее:

устанавливают довольно высокую степень саморегулирования в области выработки критериев операций, которые, возможно, связаны с легализацией преступных доходов. То есть финансовые агенты, в том числе банки, исходя из специфики своей деятельности, клиентской базы, особенностей проводимых операций с денежными средствами, самостоятельно разрабатывают вышеуказанные критерии;

прежде чем фиксировать информацию об операции финансовый посредник должен провести довольно серьезный анализ всех обстоятельств ее совершения, определить наличие признаков, указывающих на то, что данная операция связана с легализацией преступных доходов или финансированием терроризма.

В России Закон № 115-ФЗ называет две категории операций, которые подвергаются особому контролю в целях ПОД/ФТ: операции, подлежащие обязательному контролю, и необычные сделки.

Закон установил закрытый перечень операций, подлежащих обязательному контролю. Это операции, обладающие определенными квалифицирующими признаками, наличие которых обязывает кредитные организации направлять о них сведения в уполномоченный орган вне зависимости от наличия подозрений о связи операции с отмыванием преступных доходов или финансированием терроризма.

Операции, подлежащие обязательному контролю, подразделяются на следующие группы в зависимости от вида и суммы проводимой операции:

операции с денежными средствами или иным имуществом, если сумма, на кото-

рую они совершаются, равна или превышает 600 тыс. руб. либо равна сумме в иностранной валюте, эквивалентной 600 тыс. руб., или превышает ее;

сделки с недвижимым имуществом, если сумма, на которую они совершаются, равна или превышает 3 млн руб. либо равна сумме в иностранной валюте, эквивалентной

3 млн руб., или превышает ее;

операции с денежными средствами или иным имуществом независимо от суммы, с физическими или юридическими лицами, имеющими соответствующую регистрацию (или счет в банках) в государствах (территориях), входящих в так называемый черный список ФАТФ [11];

операции с денежными средствами или иным имуществом независимо от суммы, если хотя бы одной из сторон является организация или физическое лицо, в отношении которых имеются полученные в установленном законом порядке сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, либо юридическое лицо, прямо или косвенно находящееся в собственности или под контролем таких организаций или лица, либо физическое или юридическое лицо, действующее от имени или по указанию таких организаций или лица.

В отношении вышеназванных операций принцип фиксирования информации и ее направления в уполномоченный орган можно назвать «автоматическим» так как организа-ция-финансовый посредник обязана направить сообщение вне зависимости от ее характера. В этом случае, как уже было отмечено, не подвергается анализу состав участников данной операции, ее экономическое и правовое содержание.

Для необычных сделок, наоборот, Закон № 115-ФЗ не называет исчерпывающий перечень критериев. В качестве примеров, которые могут быть использованы при выявлении необычных сделок, Закон, в частности, называет: запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели; несоответствие сделки целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации; выявление неоднократного совершения операций или сделок, характер которых дает ос-

нование полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных настоящим Федеральным законом, и т. п. На основании указанных критериев каждая ор-ганизация-финансовый посредник самостоятельно разрабатывает в правилах внутренне -го контроля признаки необычных операций с учетом специфики своей деятельности. Для кредитных организаций Банк России в развитие положений закона принял рекомендации по разработке кредитными организациями правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации преступных доходов, где приводится более детальный перечень критериев выявления и признаков необычных сделок. В настоящее время они указаны в Приложении 2 к письму Банка России от 13.07.2005 г. № 99-Т [12]. Кроме того, Банк России издавал многочисленные рекомендации, где указывал на отдельные виды банковских операций, требующих повышенного внимания со стороны кредитных организаций. Для других видов финансовых посредников, не являющихся кредитными организациями (профессиональные участники рынка ценных бумаг, страховые организации и лизинговые компании, организации федеральной почтовой связи, ломбарды и другие, предусмотренные ст. 5 Закона № 115-ФЗ), аналогичные рекомендации разработаны Рос-финмониторингом и ФКЦБ России (в настоящее время  ФСФР России) [13].

С формальной точки зрения положения рекомендаций указанных государственных органов не являются обязательными к исполнению, поэтому финансовые посредники имеют право как устанавливать рекомендованные критерии, так и не устанавливать их. Таким образом, процесс выявления (или не-выявления) необычной операции во многом будет зависеть от субъективного мнения сотрудников организаций-финансовых посредников.

В результате российское законодательство устанавливает два противоположных по своему содержанию принципа выявления операций в процессе осуществления финансового мониторинга. С одной стороны, для сделок обязательного контроля установлен жесткий принцип «автоматического» выявления и направления информации. С другой

стороны, для необычных сделок  более либеральный порядок их выявления, где финансовый посредник наделен довольно широкими полномочиями по выработке дополнительных критериев и признаков таких сделок и правом принятия решения о признании сделки необычной. При этом сам перечень критериев и признаков представляется довольно неопределенным.

Наличие вышеназванных факторов, по нашему мнению, является предпосылкой к существенному увеличению количества сообщений, направляемых в уполномоченный орган. За последнее время каждый год в Рос-финмониторинг поступало около 8 млн электронных сообщений об операциях, возможно, связанных с легализацией преступных доходов. До 2/3 от указанной информации является сведениями о необычных сделках. На долю кредитных организаций приходится более 90 % от общего числа сообщений, направляемых в уполномоченный орган всеми организациями-финансовыми посредниками [14]. Только через Главное управление Центрального банка Российской Федерации по Омской области за 2009 г. направлено около

4 тыс. сообщений, содержащих информацию о 40 тыс. операциях и сделках [15]. Следует отметить, что даже в связи со снижением деловой активности в 2009 г. количество сообщений, направленных кредитными организациями в Росфинмониторинг по всей Российской Федерации, уменьшилось «всего» до 6 млн [16].

Закономерно возникает вопрос: возможно ли обработать такой огромный массив информации и выявить именно те операции, которые действительно связаны с отмыванием незаконно полученных доходов, совершением преступлений? Очевидно, что даже с помощью современных программных средств и достаточного штата квалифицированных сотрудников сделать это будет непросто. Представители Росфинмониторинга сами неоднократно подчеркивали, что действующая база накопленной информации содержит в себе значительную долю сообщений, не имеющих никакого отношения к легализации преступных доходов. Такие сообщения представляются финансовыми посредниками либо исходя из формальных критериев, предусмотренных Законом № 115-ФЗ (для операций, под-

лежащих обязательному контролю), либо с целью «перестраховаться» от риска применения санкций со стороны контролирующих органов, как говорится, «на всякий случай» (для необычных сделок). В связи с этим, представляется необходимым сократить количество «пустых» сообщений, направляемых в Росфинмониторинг, повысить качество содержания представляемой информации с учетом вышеназванных положений международного и зарубежного национального законодательства. Для решения данных задач можно предложить следующее.

1. Отказаться от принципа «автоматического» направления информации в целях ПОД/ФТ, т. е. из Закона № 115-ФЗ исключить перечень операций, подлежащих обязательному контролю. Данный принцип следует оставить только по операциям физических и юридических лиц, в отношении которых имеются полученные в установленном порядке сведения об их участии в экстремистской деятельности. Полагаем, что применение «автоматического» принципа фиксирования и направления сообщений требовалось на первоначальном этапе формирования системы выявления операций и сделок в целях ПОД/ФТ. Представляется, что сегодня государство может в большей степени «доверять » финансовым посредникам и в первую очередь кредитным организациям. Можно с определенной долей уверенности сказать, что многие банки в полной мере осознали значимость и необходимость работы, проводимой в целях ПОД/ФТ. Кроме того, за время действия Закона № 115-ФЗ банковская система была уже довольно существенно «очищена» от тех участников, которые были созданы исключительно для целей легализации преступных доходов. С начала действия Закона № 115-ФЗ и до 2008 г. Банк России ежегодно отзывал 30 «40 лицензий на право осуществления банковских операций именно за нарушения законодательства в сфере ПОД/ФТ.

2. Расширить и уточнить признаки операций, которые могут свидетельствовать о факте легализации преступных доходов и финансировании терроризма (назовем их «сомнительными» операциями) [17]. В целях повышения роли закона данные признаки следует предусмотреть в Законе № 115-ФЗ,

указав максимально широкий перечень. Подобные признаки, как уже сказано, разработаны в рекомендациях Банка России и Рос-финмониторинга. При этом нельзя исключать и право финансовых посредников самостоятельно вырабатывать дополнительные критерии таких операций, исходя из специфики их деятельности. Данные критерии можно устанавливать в соответствующих правилах внутреннего контроля финансовых посредников в целях ПОД/ФТ. Полагаем, что реализация данной меры позволит минимизировать субъективный подход при квалификации операций.

3. Подробно изложить в законе порядок выявления «сомнительных» операций, так как более тщательная проверка условий проведения операций снизит риск направления в уполномоченный орган «пустого» сообщения. Возможно, потребуется ввести процедуру обязательного расследования, которая будет проводиться ответственными сотрудниками финансовых посредников. Результаты расследования можно излагать в письменном «мотивированном суждении»  профессиональной оценке всех объективных факторов, позволяющих принять решение о необходимости направления или ненаправления информации в уполномоченный орган. Подобная процедура уже применяется при проведении проверок кредитных организаций [18].

4. Своевременность и полноту направления финансовыми посредниками информации об операциях, возможно, связанных с легализацией преступных доходов и финансированием терроризма, требуется обеспечить мерами контроля со стороны соответствующих государственных органов  Росфин-мониторинга и Банка России (в отношении кредитных организаций). Проверке в том числе будет подвергаться вопрос правильности квалификации операций в качестве «сомнительных» на основании критериев и признаков, установленных в законе и правилах внутреннего контроля в целях ПОД/ФТ.

Следует отметить, что в рассматриваемой сфере существует целый комплекс нерешенных правовых и организационных проблем. Например, есть неопределенность с порядком применения норм Закона № 115-ФЗ об иностранных публичных должностных лицах, которые были имплементированы в

связи с присоединением России к Конвенции ООН «Против коррупции» от 31.10.2003 г. (ратифицирована Федеральным законом от 08.03.2006 г. № 40-ФЗ). Не решен вопрос с двойным надзором за кредитными организациями (которые являются профессиональными участниками рынка ценных бумаг) в сфере ПОД/ФТ, который одновременно осуществляют Банк России и Федеральная служба по финансовым рынкам России.

Многие из существующих проблем связаны с чрезвычайно сжатыми сроками создания национальной системы финансового мониторинга в Российской Федерации, что, в свою очередь, обусловлено целым рядом экономических и политических задач. Можно надеяться на то, что решение этих проблем  дело ближайшего будущего.

1. Федеральный закон от 27.12.2009 № 349-ФЗ // Собрание законодательства РФ.  28.12.2009.

№ 52 (1 ч.).  Ст. 6425.

2. Вестник Банка России.  26.09.2008.  № 54.

3. Документ не опубликован, источник  архив ГУ Банка России по Омской области.

4. Собрание законодательства РФ.  13.08.2001.

№ 33 (часть I).  Ст. 3418.

5. Коваленко Г. Н. Противодействие отмыванию преступных доходов в условиях кризиса // Регламентация банковских операций: Документы и комментарии. 2009.  № 4.

6. См.: Письмо Банка России от 08.04.2003 № 53-Т «О внесении изменений и дополнений в Вольфсбергские принципы» // Вестник Банка России. 2003. П16 апр.  № 20.

7. Мухина О. А. Правовое регулирование противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, в Швейцарии // Финансовое право. 2008.  № 9.

8. Ревенков П. В., Воронин А. Н. Противодействие легализации преступных доходов в Европе // Международные банковские операции.  2009.  № 5.

9. Рыхлов О. А. Международное сотрудничество в противодействии легализации преступных доходов: опыт, проблемы и перспективы // Международное уголовное право и международная юстиция. 2009.  № 1.

10. Букарев В. Б., Трунцевский Ю. В., Шуле-пов Н. А. Зарубежный опыт в сфере правового регулирования противодействия легализации (отмыванию) доходов, приобретенных преступным путем // Международное публичное и частное право. 2007.  № 4.

11. В настоящее время данного списка фактически не существует (см.: Приказ Росфинмони-торинга от 24.01.2007 № 13 «О признании ут-

ратившим силу Приказа Федеральной службы по финансовому мониторингу от 24 апреля 2006 г. № 53 » // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2007. П12 марта.  № 11).

12. Вестник Банка России.  2005.  20 июля.  № 37.

13. Приказ Росфинмониторинга от 08.05.2009 № 103 «Об утверждении Рекомендаций по разработке критериев выявления и определению признаков необычных сделок» // Финансовая газета.  2009.  24 сент.  № 39; Распоряжение ФКЦБ России от 03.07.2002 № 613/р «О методических рекомендациях по реализации профессиональными участниками рынка ценных бумаг требований Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» // Вестник ФКЦБ России.  2002.  28 июня.П № 6.

14. Ясинский И. В. Вопросы имплементации международных стандартов в российское законодательство в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию тер-

роризма // Публично-правовые исследования: ежегодник Центра публично-правовых исследований.  Т. 1.  АНО «Центр публичноправовых исследований», 2006.

15. Архив ГУ Банка России по Омской области.

16. По материалам семинара «Валютная политика. Противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. Валютный контроль»] 8П1 декабря 2009. г. Москва. ЦПП Банка России.

17. Данный термин используется Банком России в своих разъяснениях (см., например: Письмо от 26.12.2005 № 161-Т СОб усилении работы по предотвращению сомнительных операций кредитных организаций» // Вестник Банка России.  2005.  28 дек.П № 70.

18. См. Инструкцию Банка России от 25.08.2003 № 105-И «О порядке проведения проверок кредитных организаций (их филиалов) уполномоченными представителями Центрального банка Российской Федерации» // Вестник Банка России.  2003.  9 дек.  № 67; Латус Е. Б. Цели, понятие и виды банковского регулирования // Банковское право. 2006.  № 6.