Оценка в ментальной сфере языка

Сер. 9. 2007. Вып. 3. Ч. II

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Г.Ф. Иванова

ОЦЕНКА В МЕНТАЛЬНОЙ СФЕРЕ ЯЗЫКА

Оценка как выражение мнения человека об объектах окружающей действительности занимает важное место в ментальной семантике языка, отражающей представления, воззрения, «чувствования» общности людей определенной эпохи, географической области или социальной среды. В процессе практической деятельности человек, с одной стороны, познает мир, отрывая природные качества вещей, классифицируя предметы и явления, с другой стороны, характеризует явления объективного мира с точки зрения их ценностного характера - добра и зла, пользы и вреда и т. п. Как писал Ф. Ницше: «Человек сперва вкладывал ценности вещи, чтобы сохранить себя, - он создал сперва смысл вещам, человеческий смысл! Поэтому называет он себя человеком, т. е. оценивающим»1. Для человеческого сознания, помимо номинативно-классифицирующей деятельности, обслуживающей познавательные потребности человека, «столь же естественно реагировать на мир эмоционально, квалифицируя обозначаемое как приятное или неприятное, полезное или бесполезное, чрезмерно большое или слишком малое, интенсивно или мало проявляющееся, представляющее собой личностное или социальное "добро" или "зло"»2.

Исследование оценки как универсальной категории, в течение долгого времени приковывавшей к себе внимание психологов, философов, логиков, в последние десятилетия приобретает особую актуальность в лингвистических описаниях. Если в философских исследованиях на протяжении многих лет продолжаются дискуссии о гносеологическом статусе оценок и о том, какова природа «настоящих» оценок - когнитивная или аффективная, а психология рассматривает оценивание как «важнейшую функцию сознания», то лингвистов интересуют вопросы языковой репрезентации оценки: специфика выражения на разных уровнях языковой системы, статус оценочного компонента в структуре значения слова, эмотивно-оценочные аспекты описания языковой личности.

Более чем вековой опыт изучения оценки в философии и психологии показал всю ее сложность и многогранность, что породило массу конкурирующих и диаметрально противоположных решений в языкознании. Все это свидетельствует, во-первых, о неординарности проблемы оценки, в целом, для науки; во-вторых, об уникальной многогранности и широчайшем распространении феномена оценки в различных сферах деятельности человека и общества. Оценочные явления разных уровней и природы, сложно взаимодействуя между собой, представляют собой реализацию оценочной функции психики, которая занимает промежуточное место между познавательной и регуляторной функциями. М.В. Никитин3 определяет оценку как одну из центральных операций сознания, своеобразную по цели, средствам и методу. Оценка - мыслительное действие на интуитивной основе, которое ориентировано (в диапазоне от догадки до убеждения) на выявление наличия тех или иных признаков у вещей и событий (включая наличие самих вещей и событий). Результат оценки - мнение о наличии, количестве и качестве признаков у вещей и событий и о наличии каких-то вещей или событий в какой-то ситуации.

© Г.Ф. Иванова, 2007

Оценивание, являясь одной из основных функций человеческого сознания, может осуществляться только посредством языка, - в этом проявляется взаимосвязь языка и мышления. В оценке отражаются общие законы человеческого мышления и познания мира, поэтому она является универсальной лингвистической категорией.

В области изучения категории оценки в языкознании сложились направления, которые могут быть представлены следующим образом: системно-семантическое (JT.B. Васильев, H.A. Лукьянова, Т.А. Трипольская и др.); функционально-семантическое (В.Н. Телия, Е.М. Вольф, И.А. Стернин, Т.В. Маркелова, JI.A. Сергеева и др.); семантико-прагматическое (Н.Д. Арутюнова, Л.А.Киселева, В.И. Шаховский и др.); лексикографическое (Ю.Д. Апресян, Г.Н. Скляревская, O.A. Новоселова и др.). В последнее время исследователи обращаются к описанию специфики оценочных высказываний и текстов (Л.А. Пиотровская, Е.Ю. Мягкова, Ю.С. Сорокин и др.). В качестве составляющих культурных концептов оценка становится объектом изучения в лингвокультурологической парадигме (Т.В. Писанова, A.B. Суслов и др.) Тем не менее, рассмотрение говорящего человека в его аксиологической деятельности в современной лингвистике порождает больше вопросов, чем ответов. Кризис ценностей современной России проявляется в активной динамике оценок. Современные лингвистические исследования суммарно констатируют общее нарастание прагматического фона в языке, охват оценочными параметрами все большей части словаря. Многие лингвисты отмечают, что стремление все оценить, приписать всему определенное качество - это особенность русского менталитета, отражающаяся и в языковом сознании, и в коммуникативном поведении русских. Так, И.А. Стернин указывает, что русским свойственна «оценочность, любовь к высказыванию оценок людей и событий в процессе общения»4. По мнению К. Касьяновой, «одним из составляющих русского этнического характера является "судейский комплекс"», а это означает постоянную необходимость оценивать свое и чужое поведение с точки зрения определенных эталонов и норм поведения, принятых в нашей культуре, «стремление встать на "объективную" точку зрения, рассуждать и оценивать как бы от имени "другого лица" или "дела", а также от имени некоторого целого, которое включает в себя оценивающего субъекта вместе с "другими лицами" и внешними обстоятельствами»5. Как показывают экспериментальные исследования6, этот "судейский комплекс» весьма своеобразно проявляется при восприятии человеческого тела как культурного предмета: русские отдают предпочтение (неосознанно) социальной характеристике той или иной части тела (напр., глаза - добрые, руки -умные и т. п.), а литовцы и грузины - размеру.

В изучении категории оценки нам представляется важным разграничение собственно лингвистических и логических моментов. Кажется несостоятельной точка зрения некоторых лингвистов (С.Н. Паниной, Г.И. Мамановой, Г.Г. Кошель и др.), понимающих оценку как социально детерминированный компонент всех знаменательных слов. Так, по мнению Г.И. Мамановой, «оценка может присутствовать даже в термине»7. С нашей точки зрения, статус оценочных единиц может быть приписан только тем словам, в которых оценочный компонент является принадлежностью лексического значения. Лексемы типа орденоносец, рабовладелец и подобные им не являются оценочными; в таких случаях на обозначаемые словом предметы и явления переносятся качественная оценка или этическое и эмоциональное отношение, которые они получают в обществе. Такие факты изучаются когнитивной семантикой. Согласно концепции М.В. Никитина, наше мышление по своему методу и уровню знания мира является по преимуществу оценочным, т. е. мыслительная деятельность в основном совершается на уровне и в форме оценок. Способность к оценке

определяет меру вписанности организма в среду обитания. На дологическом уровне сознания оценке соответствуют рефлекторные интуитивно-чувственные оценочные ощущения и представления. На уровне понятийно-умозаключающего сознания оценка принимает вид суждений, мнения (с возможной модусной частью «полагаю, думаю, что...; представляется, что. ..ит. п.»). М.В. Никитин в своей работе расширяет традиционные представления об оценке, предполагающие рассмотрение только аксиологического аспекта проблемы и показывает, что оценка охватывает все пять уровней описания денотатов: онтологический, эпистемический, эмотивный, прагматический и репрезентативный. Тем не менее, понимая, что оценка - один из важнейших моментов в структуре отражательной деятельности сознания (она составляет самостоятельный уровень этой деятельности), мы, вслед за JIM. Васильевым8, считаем, что шкала оценок, заключенная в значениях языковых единиц не полностью соответствует шкале оценок нашего сознания. «Язык избирательно отражает как реальные свойства вещей, так и те оценки, которые приписываются им нашим сознанием»9. При четком разграничении логического и лингвистического аспектов оценки из оценочной лексики будут исключены слова «потенциально печальные или потенциально радостные» (Стернин) типа смерть, катастрофа, война, близкие к отрицательному или положительному полюсу в когнитивной картине мира, но не являющиеся оценочными в языковой, предикаты отношения (пригодный, правильный), предикаты свойства (умный, большой), предикаты эмоционального переживания (сожалеть, любить) и эмоционального состояния (радоваться, гневаться) и некоторые другие. Оценочными нами считаются предикаты, все понятийное содержание которых сводится к оценке (хороший, плохой, полезный), и предикаты, выражающие оценку в виде многообразных коннотаций, наслоившихся на понятийное содержание языковых значений (негодяй, мерзавец и т. д.).

Оценка чаще всего понимается как отношение между субъектом и объектом. Вряд ли целесообразно так широко трактовать оценку, поскольку субъектно-объектные отношения бывают разными: и оценочными, и неоценочными. Оценочными следует считать только такие отношения, которые обусловлены не первым (объективным), а вторым (субъективным) членением мира, т. е. таким его членением, в основе которого лежат не реальные свойства предметов и явлений, а лишь наши субъективные впечатления, наши эмоциональные реакции на них и умственные заключения о их роли в нашей жизни. Оценка представляет собой мнение о признаках вещей и событий в диапазоне выше предположения и ниже твердо установленного знания. Кроме того, оценка отражает не только субъект-объектные отношения, но и субъект-субъектные отношения (явление самооценки).

Мы солидарны с точкой зрения JI.A. Сергеевой10, что оценкой можно считать лишь такое мнение о предмете, которое выражает характеристику последнего через соотнесение его с категорией ценности (A.A. Ивин11 также описывает оценку как «установление ценностного отношения (выраженного в языке) между субъектом и предметом»). Рассматривают оценку как фактор, структурирующий ядро языкового сознания и формирующий ценностную картину мира, Ю.Н. Караулов, Е.С. Яковлева, К. Касьянова и др. Представляется важным дать определение ключевому понятию «ценность». В самом общем смысле «под ценностью, или добром, принято понимать все, что является объектом желания, нужды, стремления, интереса и т. д.»12. В философии ценности трактуются неоднозначно13. Самое широкое толкование этого понятия дается в «Философском словаре», согласно которому, ценности - «специфически социальные определения объектов окружающего мира, выявляющие их положительные или отрицательные значения для человека и общества (благо, добро и зло, прекрасное и безобразное, заключенные в явлениях общественной жизни

и природы)»14. Понятие ценности (и связанное с ним понятие оценки) является одним из основных, определяющих сущность Человека. Ценностная ориентация является одной из важных характеристик человеческого способа освоения действительности, а ценности составляют основу человеческого мировоззрения. По отношению к субъекту (человеку) ценности служат объектом его интересов, а для его сознания выполняют функцию повседневных ориентиров в предметной и социальной действительности, обозначений его различных практических отношений к окружающим предметам и явлениям. Наряду с предметными ценностями в качестве ценностей выступают также некоторые явления общественного сознания, выражающие интересы субъекта в идеальной форме (понятия добра и зла, идеалы, моральные нормативы и принципы). Данные формы сознания не просто описывают какие-то действительные или воображаемые явления реальности, а даю: им оценку, одобряют или осуждают их, требуют их осуществления или устранения, т. е. являются нормативными по своему характеру. Таким образом, ценность ориентирована на эталон, а оценка - результат сравнения с эталоном.

В настоящее время в отечественной аксиологии ценность определяется как «значение объекта для субъекта». Это значение может быть как положительным, так и отрицательным, и поэтому ценность имеет биполярную структуру: каждой ценности соответствует антиценность. Ценности формируют ценностную картину мира, которая обусловлена особенностями культуры и связана с реконструкцией определенной ценностной подсистемы знаний человека и включает в себя как коллективные, так и индивидуальные ценности. Ценностные ориентации не являются чем-то раз и навсегда установленным, они подвергаются изменениям в соответствии с изменениями в культуре.

Язык как феномен культуры фиксирует и опосредованным образом отражает как систему ценностей, настроения, оценки, существующие на данный момент в данном социуме, так и ценности, являющиеся вечными для данной культуры. Более того, язык, непрерывно взаимодействуя с культурой и мышлением, формирует носителя языка как личность, принадлежащую к данному социокультурному сообществу, навязывая и развивая систему ценностей, мораль, поведение, отношение к людям15.

Анализ ценностных предпочтений с точки зрения их национально-культурной специфики предоставляет широкие возможности для исследования национального языкового сознания, построения модели языковой личности.

Например, в работе A.B. Головановой16 на основе сопоставительного изучения русского и польского языков выявлены национальные особенности ценностных систем, отразившиеся в языковом материале. Исследовательница отмечает принципиальную общность национальных ценностных систем, обусловленную, с одной стороны, общностью культурных стереотипов двух народов, а с другой - родством двух языков, но отмечает некоторые различия в ценностных интерпретациях таких концептов, как праздность, добродетель и глупость. Так, в польском языке не закреплена гедонистическая трактовка концепта праздность. И в русском, и в польском языках праздность определяется как абсолютная антиценность в этической и утилитарной системах ценностей. В русском языке, с гедонистической точки зрения, праздность - как естественное, приятное состояние человека - получает интерпретацию ценности, что подтверждается языковыми фактами (Есть потешно, а работать докучно; Как ни мечи, а лучше на печи; Были б хлеб да одежа, так и ел бы лежа). Добродетель, с этической точки зрения, является абсолютной ценностью и занимает центральное место в соответствующих подсистемах двух языков, но в польском языке закреплена трактовка соответствующего концепта как антиценности

в утилитарной подсистеме, а также интерпретация концепта глупость как ценности в утилитарной подсистеме и как антиценности в этической. Репрезентации данных вариантов зафиксированы в польском материале (Деньгами добродетель не платит, Даром быть добродетельным - очень голова болит, Если бы глупых не было, то умные бы с голоду поумирали, Дела глупых - жатва умных, Из глупости все грехи растут).

Интересные наблюдения с точки зрения выявления ценностных смыслов имеются в работах Г.Д. Гачева, С.Г. Тер-Минасовой, Л.Г. Бабенко, Е.В. Бабаевой, Е.В. Ивановой и другие исследователей славянских и иных языков. Например, в результате сравнительного исследования русского и английского языков, проведенного С.Г. Тер-Минасовой, были выделены определенные качества личности и социальные отношения, признанные в данных обществах как более или менее важные17. С.Г. Тер-Минасова отмечает, что в английском языке по сравнению с русским чаще в фразообразовании преобладают следующие ценностные смыслы: честность, осторожность, трудолюбие, профессионализм, ответственность, сдержанность в речи, бережливость, эгоизм, свобода личности, консерватизм, материальное благополучие, закрытость семейной жизни. В содержательной области русской идиоматики заметно большее, чем в английской, пространство занимают следующие ценностные понятия: опытность, общительность, корпоративность, патриотизм, справедливость. Специфически присущей русской фразеологии ценностью оказывается гостеприимство. Анализ языкового материала свидетельствует о большой роли эмоциональной оценки у носителей русского языка, тенденции к т. н. переоценке, в отличие, например, от знаменитой английской недооценки, недосказанности

Несомненно, этнолингвокультурологический аспект изучения языковой категории оценки в условиях современного активного взаимопроникновения культур приобретает особую актуальность и значимость и является в настоящее время одним из наиболее перспективных.

Оценка как ценностный аспект значения присутствует в самых разных языковых выражениях, охватывает широкий диапазон языковых единиц; при этом каждый уровень языковой структуры имее' гвои специфические средства выражения аксиологических отношений.

3 фонетике важнейшим средством выражения оценки служит интонация: с ее помощью эксплицируются эмоционально-субъективные оценки. Интонация оценочности может наслаиваться на семантику слов с ингерентной, т. е. изначально присущей слову, экспрессивностью, а может приобретаться словом в определенном контексте и быть единственным средством, выражающим оценку в данном слове.

Об оценочной семантике говорят применительно к аффшссам. На морфемно-мор-фологическом уровне иногда происходит взаимодействие оценки, заложенной в корне слова, и эмоционально-оценочного значения аффикса. Оценки могут действовать в одном направлении, усиливая общий итог (добрейший), может происходить смягчение негативной оценки (глуповатый, дурачок). Поставленные в определенные контекстные условия, слова с уменьшительно-ласкательными суффиксами могут приобретать отрицательную ироническую окраску (покушал грибочков и чуть не умер). Необходимо отметить, что мелиоративные эмоциональные оценки выражаются, как правило, уменьшительно-ласкательными

суффиксами, в то время как пейоративные могут выражаться практически любыми аффиксами. Важной представляется также мысль Н.А. Лукьяновой о необходимости разграничения словообразовательных модификаций и словообразовательных транспозиций с суффиксами субъективной оценки (дождичек, компотик - симпатяга, верзила)™. Наблюдения показывают, что первые в речи отчасти теряют свою оценочность; при этом эмоциональный момент становится ведущим (Выпей молочка!; Это колхознички натворили) или вообще отсутствует (Пробейте билетик). Вторые же являются ярким оценочным средством (А пес попался умняга).

Основным языковым уровнем, способным выражать любые виды оценок, является лексико-семантический. Еще В.В. Виноградов указывал, что «слово не только обладает грамматическими и лексическими, предметными значениями, но и в то же время выражает оценку субъекта оценки...»19 Очевидно, существует целая группа слов, для которой главным является квалификация, передача отношения говорящего к обозначаемому: хороший, скверный, клеветник, кляча, барахлить (о моторе, машине и т. д.). Этот пласт лексики передает суть семантической категории оценки. Для одних слов оценочное значение составляет их основное лексическое содержание (очаровательный, великолепный), для других оценочное значение является одним из составляющих компонентов их семантической структуры. Анализ материала на лексико-семантическом уровне показывает, что место оценочного компонента в структуре значения, «вес» его, способ представления (эксплицитный/имплицитный) могут быть различными. Сема оценочности может занимать разные позиции в семной структуре и в соответствии с этим она выполняет различные функции: входит в денотацию или в коннотацию. Эта возможность оценки занимать различное место в структуре значения (денотативной или коннотативной его части) делит всю лексику, выражающую оценку, на два крупных блока: оценочную лексику и лексику с оценочной коннотацией,

Об оценочной семантике можно говорить также в отношении целых высказываний и текстов. При этом высказывание воспринимается как оценочное даже при отсутствии оценочных предикатов и слов с оценочной коннотацией. Выражение оценочности в тексте изучается герменевтикой, исследующей имплицитные значения.

Таким образом, можно говорить о том, что оценочная модальность пронизывает все уровни структуры языка и является неотъемлемым компонентом значения ее элементов.

Общая картина типологии оценочных предикатов имеет двухуровневое строение. Высшим, максимально обобщенным, уровнем является сфера общеоценочных значений (хороший-плохой), выражающих «чистую» оценку, без указания на объективные свойства предмета. В таких случаях оценка дается по совокупности разнородных свойств (хороший чай подразумевает и то, что он высокого качества, и то, что свежезаварен, и то, что горячий, и то, что достаточно крепкий, и т. д.). Комплексность содержания общеоценочных предикатов объясняется механизмами выведения оценки. Каждый объект действительности обладает неопределенным по числу и составу набором акси-ологически релевантных свойств, которые должны быть приняты во внимание при выведении общей оценки. Эти свойства могут вступать между собой в конфликт. Объект в одном отношении может характеризоваться положительными свойствами, а в другом отрицательными. Общая оценка должна составлять своего рода баланс положительных и отрицательных факторов. Дальнейшая классификация на этом уровне отражает количественное варьирование первичных оценочных признаков (превосходный, отличный, чудесный - плохонький, наихудший, скверный). Второй уровень ценностной структуры

образует сфера частнооценочных значений, сочетающих дескрипцию и оценку. При этом объект оценивается по какому-нибудь одному аспекту: или с точки зрения внешнего вида, или по моральным качествам, или с учетом его полезности для выполнения определенной задачи. Для частных оценок большое значение имеет основание оценки, которое является единственным (в отличие от общих оценок) и определяется индивидуальными и социальными стереотипами носителей языка. Дальнейшая лингвистическая классификация частных оценок осуществляется в зависимости от характера основание Среди частнооценочных предикатов различаются: 1) этические предикаты (добрый, злой); 2) эстетические (красивый, безобразный)-, 3) сенсорные (приятный, противный); 4) утилитарные (полезный, вредный). Л.М. Васильев выделяет еще группу модально-оценочных предикатов, выражающих оценку с точки зрения необходимости, долженствования, возможности, уверенности (надо, необходимо, конечно). Частные оценки, в конечном счете, могут быть выведены на первый, высший уровень и интерпретированы в терминах хорошего и плохого, но не наоборот: ср. «это плохо, потому что вредно/ некрасиво ¡неприятно», но логически некорректно сказать «это вредно/некрасиво/неприятно, потому что плохо». Следует заметить, что нет обязательной корреляции хорошего с полезным/приятным/должным, равно как плохого с вредным/неприятным/недолжным20. Вполне возможно что, например, нечто вредное будет оценено как хорошее в какой-то ситуации.

Оценка является универсальной семантической категорией. Общеоценочные предикаты входят в состав примитивов А. Вежбицкой21. Языковая объективация оценки обусловлена правилами, законами и условиями жизни того или иного социума.

1 Ницше Ф. Так говорил Заратустра II Ницше Ф. Соч.: В 2 т. М., 1990. Т. 2. С. 42.

2 Телия В.Н, Типы языковых значений: Связанные значения слова в языке. М., 1981. С. 203.

3 Никитин М.В. Основания когнитивной семантики. СПб., 2003,

4 Стернин И.А. Коммуникативное поведение в структуре национальной культуры // Этнокультурная специфика языкового сознания. М„ 1996. С. 97-112.

5 Касьянова К. О русском национальном характере. М., 1994. С. 220,

6 Уфимцева Н.В. Этнический характер, образ себя и языковое сознание русских // Языковое сознание: формирование и функционирование. М., 2000. С. 160.

7 Маманова Г.И. О природе категории оценки и ее общих и различительных признаках в русском и казахском языках // Филологический сборник. Вып. XVII. Алма-ата, 1976. С. 214.

8 Васильев Л.М. Семантическая категория оценки и оценочные предикаты // Исследования по семантике: Семантические категории в русском языке. Уфа, 1996. С. 62-66.

9 Там же. С. 63.

10 Сергеева JI.A. Проблемы оценочной семантики. М,, 2003.

" Ивин A.A. Основания логики оценок. М., 1970. С. 25.

12 Там же. С. 25.

13 Обзор см.: СергееваЛ.А. Указ. соч. С. 23.

14 Философский словарь / Под ред. И.Т, Фролова. М., 1987. С. 534.

15 Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация. М., 2000.

!i Голованова A.B. Ценности и оценки в языковом отражении: Дис. ..канд. филологических наук. Пермь, 2002.

17 Тер-Минасова С.Г. Указ. соч.

18 Лукьянова H.A. Экспрессивность в системе, словаре и речи // Человеческий фактор в языке: Языковые механизмы экспрессивности. М., 1991. С. 157-178.

19 Виноградов В.В, Русский язык. Грамматическое учение о слове. 3-е изд. М„ 1986. С. 21

20 Никитин М.В, Указ. соч. С. 76.

г1 Вежбицкая А, -мантические универсалии и описание я^чков. М., 1999

Статья принята к печати 26 февраля 2007 г.