Узок круг

Ermenegildo Zegna Group совместно с Prada Group в этом году приобрела контрольный пакет акций итальянского производителя кашемира Filati Biagioli Modesto — маленького бренда с многолетней историей. В Италии таких множество: 25% капитала страны держится на семейных брендах. Но если раньше новость о покупке гигантом маленькой компании воспринималась трагически, то сегодня даже король уличной моды Вирджил Абло продает свое детище Off-White самой большой модной корпорации — LVMH (сумма сделки не разглашается). Таких сделок впереди будет еще много: мир выходит из кризиса, вызванного пандемией, маленьким брендам тяжело выживать, оставаясь независимыми, большие корпорации сокращают траты на собственное производство, вступая в партнерство с брендами, у которых это производство уже налажено. К тому же аутентичные бренды уделяют большое внимание деталям, что добавит очков любой марке, производящей вещи под эгидой фешен-конгломератов. В общем, казалось бы, складывается ситуация, которая в английском называется win-win.

Но зачем эта информация потребителю? А затем, что как только аутентичный бренд попадает в «пакет брендов» крупного холдинга, из него почти всегда уходит душа и остается чистый расчет вперемешку с маркетингом. Поэтому искать последних из могикан — любимая забава байеров и исследователей мужской моды. Редакция «Коммерсантъ.Стиль» составила краткий список тех, кто все еще на свободе.

Gammarelli

Годовой доход чуть меньше $5 млн

1 / 5

Марка, основанная в конце XVIII века — в 1798 году, вручную шьет одежду и создает аксессуары для клерикальной элиты Италии, включая понтификов. Этому занятию посвятили себя уже шесть поколений семьи Gammarelli. Однако внимание модных редакторов, знатоков и коллекционеров эта марка привлекает по другой причине. Дело в носках. Купить ярко-красные носки в бутике Gammarelli на Via di Santa Chiara в Риме неподалеку от Пантеона — традиция, которой придерживаются многие. Демна Гвасалия, создавая первое за 55 лет кутюрное шоу Balenciaga, решил включить легендарные носки в свой показ. Не все обратили на это внимание (на показе было на что посмотреть), но знатоками жест был отмечен.

PT Torino

Годовой доход меньше $5 млн

1 / 4

Идеальный пример того, как превратить семейное дело в прибыльный бизнес. В 1969 году Пьеранджело Фассино запустил марку PT (Pantaloni Torino), которая начала серийное производство мужских брюк,— до этого семья Фассино занималась производством и продажей тканей. А в 2000 году его сын Эдоардо переименовал бренд в PT Torino и переориентировал его с массового на индивидуальный ручной пошив. Что, кстати, соответствует современному тренду на отказ от перепроизводства: компания выполняет конкретные заказы, а значит, использует (и главное, тратит) меньше ресурсов. Дизайнеры бренда утверждают, что двух пар брюк или джинсов одинакового оттенка у них не найти.

Finamore 1925

Годовой доход неизвестен

1 / 4

Неаполитанская марка, которая принадлежит одной семье. Вначале она выпускала только рубашки — основательница компании Каролина Финаморе открыла ателье в Неаполе и шила рубашки по своим канонам: использовались только итальянский хлопок и лен, пуговицы делались из перламутра, а строчка, воротники и манжеты создавались по лекалам Каролины. Все секреты она передала сыну, а он — своим детям, которые сделали Finamore 1925 международной маркой. Кстати, пуговицы на рубашках до сих пор перламутровые. Ассортимент с годами расширился (в арсенале марки есть пиджаки, галстуки, шарфы и нагрудные платки), а бизнес остался семейным, что впечатляет, учитывая объемы продаж: рубашки, произведенные семьей Финаморе в Италии, можно найти в Европе, Азии и на обоих американских континентах.

Barena Venezia

Годовой доход $6 млн

1 / 6

Эта венецианская марка молодая (основана в 1993 году), но имеет предысторию. Ее основатель Сандро Зара начал работать с тканями еще в 1960-х годах, будучи агентом компании по производству текстиля. Изучив индустрию и рынок, он создал собственную марку одежды, основанную на итальянских традициях. Barena выпускает одежду в морском стиле — отсюда и лодка на логотипе бренда. В компании работает и дочь Сандро, Франческа, в 2010 году она заняла пост креативного директора женского направления. Бренд стал развиваться довольно быстро благодаря связям Сандро Зары в индустрии и чутью креативного директора марки Массимо Пигоццо. Barena по-прежнему принадлежит семье Зара и, судя по всему, не нуждается в поддержке крупных конгломератов.