Снижение дифференциации развития регионов как условие гармонизации национальных интересов

номике нуждаются в систематизации, во «встраивании» в единый механизм.

1. Красильников О.Ю. Проблемы структурных преобразований в экономике // Экономист. 2001. № 8. С. 52-58.

2. Сазонова Г.А. Структурная трансформация экономических систем: автореф. дис. ... д-ра эконом. наук. М., 2002.

3. Гасанов М.А. Структурная модернизация -фактор устойчивого развития экономики: автореф. дис. ... канд. эконом. наук. Томск, 2004.

4. Беркович М.И. Макроэкономическая дестабилизация и отраслевой кризис. Кострома, 1997.

5. Государство и отрасли инфраструктуры в современной рыночной экономике / Демидова Л.С. [и др.]. М., 2000.

6. Нерыночный сектор. Структурные реформы и экономический рост. М., 2002..

7. Елисеева И. И. Измерение теневой экономики России. Экономические исследования: теория и приложения. СПб., 2000. Вып. 1.

8. Фитуни Л.Л. Роль теневого международного движения капитала в условиях глобализации // Восток. 2000. № 3. С. 18-19.

9. Радаев В. В. Формирование новых российских рынков: трансакционные издержки, формы контроля и деловая этика. М., 1998.

10. Интервью с А. Кудриным // Итоги. 2003. № 4. 4 февр. С. 12.

11. Гатилов Д.Н. Совершенствование методов налогового стимулирования инновационной деятельности в промышленности: автореф. дис. ... канд. эконом. наук. Белгород, 2003.

12. Watts R.I. The Spending Power in Federal Systems: Comparative Study. Kingston, 1999. Р. 89.

Поступила в редакцию 6.06.2009 г.

Andryushchenko S.N. Role of tax regulation in the structural reorganization of economy. In the article the analysis of means of tax regulation of investments in the course of the Russian reforms is carried out, principal causes of occurrence and deepening of disproportions in structure of the Russian economy are allocated. The article considers one of the most perspective methods of tax regulation - is investment tax credit granting of which does not change fundamental basics of taxation, and at the same time, allows to correct both - the course of investment process and the general condition of manufacture in various branches. Influence directions on investment system for the purpose of increase of innovativeness and structural reorganization of the Russian economy are defined.

Key words: tax regulation; tax stimulation; stimulation of the investments; tax credit.

УДК 330.331

СНИЖЕНИЕ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ РАЗВИТИЯ РЕГИОНОВ КАК УСЛОВИЕ ГАРМОНИЗАЦИИ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСОВ

© Е.А. Колесниченко, В.В. Чернова

В статье снижение дифференциации развития регионов обосновано в качестве необходимого условия гармонизации национальных интересов. Авторами дана оценка современного уровня дифференциации развития территорий, и, в качестве направлений снижения дифференциации, предложена территориальная трансформация и взимание «региональной транзитной ренты».

Ключевые слова: дифференциация развития регионов, гармонизация интересов, территориальная трансформация, рентные отношения.

Уровень развития экономики России определяется ее состоянием. На современном этапе хозяйствования, несмотря на происходящие изменения, сохранилась беспрецедентная раздробленность и разнородность территориального деления на региональном уровне, что крайне негативно влияет на решение социально-экономических проблем, эффективность управления, а следовательно, и на реализацию национальных интересов. В

настоящее время в центре внимания российской общественности находятся региональная экономическая политика, гармонизация взаимоотношений Центра и субъектов РФ. Это связано с тем, что одновременно с усилением вертикали и единства государственной власти осуществляется перераспределение многих прав и полномочий в пользу территориальных образований. В связи с этим происходит качественное изменение статуса

и функций региональных и муниципальных органов управления, существенно возрастает роль регионов в обеспечении стабильного и устойчивого социально-экономического развития страны. Процесс социально-экономических преобразований в стране привел к значительной дифференциации населения, предприятий внутри регионов, в результате чего возникли явные и скрытые социальные конфликты. Таким образом, в контексте решения вопроса гармонизации национальных интересов особого внимания заслуживает высокая степень дифференциации регионального развития.

В экономической науке можно выделить большое количество направлений исследований, связанных с разработкой теоретических и практических аспектов снижения дифференциации развития субъектов РФ.

В имеющейся литературе немало сделано для обоснования методологических подходов к разработке стратегии социальноэкономического развития России и ее регионов. Ученые разных специальностей (экономисты, математики, историки) предлагают различные методологические принципы анализа регионального развития, его источников, условий и закономерностей, которые могут быть использованы или положены в основу исследования этого сложного многофакторного процесса.

Вопросам оценки динамики развития российских регионов, проблемам стратегического управления развитием и воздействия на это федеральной экономической политики посвящены труды известных российских ученых, среди которых: Э.Б. Алаев, О.И. Бетин,

Н.В. Зубаревич, В.Г. Игнатов, А.Я. Лившиц,

О.П. Литовка, П.А. Минакир, А.В. Новиков, С.В. Раевский, Л.В. Смирнягин, А.И. Татар-кин, А.И. Трейвиш, А.И. Швецов, Н.И. Шап-кин и др.

Однако современные условия хозяйствования, определяемые динамикой экономического развития, требуют совершенствования теоретической и методологической базы исследования регионального развития. Особую актуальность в данной связи приобретают разработки новых интегрированных подходов и концепций в рамках совершенствования территориальной организации и управления регионального развития.

Прежде чем исследовать направления снижения дифференциации регионального развития, обратимся к наиболее актуальным концепциям, отражающим тенденции регионального развития. Наиболее интересными в теории регионального развития, на наш взгляд, являются концепции комплексности, устойчивости и самообеспеченности.

Используя диалектический подход к анализу понятия «комплексное развитие», можно разделить его на две составляющие: на процесс и на состояние развития. В качестве главных составляющих процесса комплексного развития региона нами выделяются [1]:

1) экономическая структуризация;

2) взаимодействие региональных факторов производства;

3) формирование регионального рынка;

4) формирование локальной и региональной инфраструктуры;

5) социальное комплексирование, или социализация экономики;

6) комплексное природопользование и охрана окружающей среды.

Таким образом, комплексное развитие -это закономерный региональный процесс, имеющий вполне определенные результаты развития. На базе комплексного развития более действенно решаются социальнодемографические, экологические и иные проблемы, более высокая эффективность общественного производства, решаются рас-селенческие проблемы. Позитивные результаты достигаются за счет комплексного потребления региональных ресурсов, формирования эффективного регионального хозяйствования, комбинирования экономических и производственных факторов, рационализации территориальной структуры производства и расселения населения и других аспектов комплексного развития, отражающих в совокупности системный (синергический) эффект комплексного развития. Можно выделить пять составляющих, которые обеспечивают синергический эффект комплексного развития: экономическая, социальная, экологическая, технологическая и территориальная.

Обратимся к не менее актуальной концепции регионального развития - устойчивости. В последнее десятилетие концепция устойчивого развития стала одним из самых приоритетных, быстроразвивающихся и популярных направлений науки, получившим

поддержку на международном и государственном уровнях.

Концептуальная постановка задачи перехода к устойчивому развитию связана с докладом «Наше общее будущее», подготовленным в 1987 г. Всемирной комиссией по окружающей среде и развитию [2]. В докладе было отмечено, что основными факторами, которые предопределили постановку проблемы устойчивого развития, являются: ре-сурсопоглошающая экономика; постепенное ослабление механизмов самовосстановления качества окружающей среды в результате превышения темпов использования природных ресурсов; неконтролируемый рост нерастворимых отходов; чрезмерное потребление в экономически развитых странах на фоне роста бедности в большинстве стран «третьего мира»; стремительное увеличение численности населения.

Особую роль в пропаганде и распространении идей устойчивого развития, предполагающего сохранение динамического равновесия исторически сложившейся глобальной социоприродной среды, сыграла конференция ООН в 1992 г. в Рио-де-Жанейро (Рио-92). В ее подготовке приняли участие 178 стран мира. На конференции было представлено более 9 тысяч организаций, с докладами выступили высокопоставленные представители (в т. ч. руководители) 118 государств и правительств [3].

С принятием новой парадигмы в большинстве стран мирового сообщества в той или иной степени реализовывались идеи устойчивого развития: создавались общенациональные структуры по устойчивому развитию, разрабатывались государственные программы действий, реализовывались десятки межгосударственных проектов и программ и т. п. [4].

Устойчивость является одним из важнейших требований осуществления восходящей траектории развития системы. Какие бы радикальные сдвиги ни происходили в ней, качество устойчивости не дает системе выйти за пределы «конуса допустимости» (допустимые «раскачивания» траектории развития), что, соответственно, позволяет избежать больших потерь и непредвиденных возмущений. При этом по мере достижения системой более высокого уровня развития эти пределы расширяются, делая систему

более маневренной и гибкой. Однако это происходит лишь в достаточно устойчивой системе [5].

Обобщив все известные определения понятия «устойчивость», предположим, что под устойчивым экономическим развитием в регионе следует понимать такое развитие, при котором обеспечивается воспроизводство всех факторов производства и экономической системы в целом. По нашему мнению, устойчивым может считаться лишь такое экономическое развитие, которое определяется как способность сравнительно быстро возвращаться в исходное состояние либо достигать новой, более высокой, точки на траектории развития. Такое положение экономической системы выступает:

а) как динамическое равновесие между общественными и природными подсистемами;

б) как стратегия резкого сокращения диспаритета между развитыми и развивающимися экономиками, методами технологического прогресса, рационализации потребления и искоренения бедности.

Однако данный подход, как и концепция комплексности развития, рассматривает

лишь процесс и результат, т. е. определяет характер, но не учитывает источник такого развития.

«Комплексное развитие» является характеристикой, отражающей масштабы развития, «устойчивое развитие» определяет характер развития. Целевой или результативной характеристикой, отражающей эффективность развития территории, является понятие «самодостаточность» региона.

Рассмотрим подробнее данную концепцию. Проводимая сегодня социально-экономическая политика предусматривает достижение определенной самодостаточности регионов, которая предполагает эффективное использование всех имеющихся ресурсов, в т. ч. трудовых, перераспределение управленческих функций между государственными и региональными органами власти и управления. Это является важнейшей методологической предпосылкой радикальной реформы управления трудовым потенциалом на макро-, мезо- и микроуровнях [6].

Впервые концепция самодостаточности регионального развития была предложена в 2003 г. Однако уже через несколько лет представители федеральной и региональной

власти согласились с тем, что с финансовой независимостью, или, как значилось в большинстве документов, «самодостаточностью», российских регионов все очень плохо: на словах она как бы есть, а на деле ее нет [7].

На наш взгляд, самодостаточность можно рассматривать в двух аспектах: в узком, т. е. регион - это закрытая самодостаточная система, и в широком, т. е. регион - открытая самодостаточная система.

Изначально понятие самодостаточности было связано с ресурсным потенциалом территории. Однако, на наш взгляд, самодостаточность определяется множеством факторов, таких как ресурсная, инфраструктурная, финансовая самодостаточность, т. е. обладание собственными возможностями [6].

Очевидно, что регионы, поставляющие какой-то ключевой ресурс для нужд всей страны, отличаются высоким уровнем интегрированности в общероссийское экономическое пространство. В этом случае регионы обладали такой характеристикой, как самодостаточность.

Столь же интегрированным является и положение регионов, ресурсное обеспечение которых в значительной степени происходит за счет других территорий России. В этом случае говорить о самодостаточности региона не имеет смысла.

В настоящее время ресурсная самодостаточность регионов рассчитывается через потребность каждого региона во ввозе продукции отраслей природопользования (в % к полной потребности в материальных ресурсах) и превышение добычи природных ресурсов над внутрирегиональными потребностями (в % к общему производству товаров). Сумма этих показателей отражает степень вовлеченности хозяйства региона во внутри-российский обмен природными ресурсами, а степень ресурсной самодостаточности характеризуется величиной производства, не связанного ни с ввозом, ни с вывозом природных ресурсов [8].

Тем самым, как межрегиональный сбыт избытка ресурсов, так и необходимость покрытия их дефицита за счет ввоза выступают факторами интеграции регионов в единое государство. При этом особый интерес представляет выделение наиболее самодостаточных регионов страны, система природопользования в которых допускает

автономное существование с минимальным ввозом и вывозом ресурсов [9]. Данное обстоятельство придает содержанию понятия «самодостаточность» несколько другой оттенок. Самодостаточным следует считать территорию, которая не просто обладает необходимыми ресурсами, а и возможностями для их привлечения.

Есть мнение, что повышения экономической эффективности страна может добиться путем развития конкурентной борьбы регионов друг с другом. «Но у нас уже сейчас регионы по уровню экономического развития в десятки раз отличаются друг от друга. А если они на базе «экономической самодостаточности» начнут еще и жестко конкурировать друг с другом - куда же мы в этом случае приплывем? Уж не к единству страны во всяком случае. А конкуренция между регионами в конце концов закончится созданием 35-40 сверхкрупных регионов с большими экономическими и политическими потенциалами, обособленными друг от друга и от Москвы. Не конкурентность регионов нужно развивать, а их зависимость друг от друга. А для этого нужна совсем иная региональная реформа» [10].

Мы согласны с высказыванием данного автора и считаем, что обеспечение самодостаточности может быть в основе регионального развития лишь при условии укрепления взаимозависимости и взаимосвязей.

Такое положение вещей связано с тем, что в «старой» интерпретации содержание реформы с тезисом об «экономической самодостаточности» предполагало усиление суверенитета территорий и поиск независимых источников обеспечения [11].

Одним из руководящих принципов региональной политики в современной экономике должен стать императив экономической самодостаточности регионов, полагает Грызлов. «Дотационных регионов в России быть не должно. Именно из этого следует исходить при решении вопросов укрупнения или разукрупнения субъектов Федерации» [12]. При этом он обратился к опыту советских времен, тогда, по мнению Грызлова, регио-нов-доноров было значительно больше, чем сейчас. В связи с этим глава парламента считает, что регионам уже давно «пора выходить на режим самодостаточности».

Со своей стороны задачу по обеспечению финансового благополучия регионов Госдума рассматривает как одну из приоритетных, при этом особую роль в этих процессах он отводит Сибири и Дальнему Востоку.

Дадим краткую оценку масштабам дифференциации развития регионов (табл. 1).

В настоящее время характерны беспрецедентные различия между равностатусными по Конституции субъектами федерации [13]:

- по уровню урбанизированное™ территории - от нулевого (100 % сельского населения в республике Бурятии) до максимального (100 % городского населения в Москве);

- по площади территории - в 388 раз -между республиками Саха и Северная Осетия - Алания;

- по уровню собственных доходов бюджета на душу населения - в 107 раз - между Ямало-Ненецким автономным округом и Республикой Дагестан (в 1997 г. между Ямало-Ненецким автономным округом и Республикой Ингушетия разрыв был в 178 раз);

- по уровню расходов бюджета на душу населения - в 25,7 раза - между ЯмалоНенецким автономным округом и Пензенской областью;

- по объему валового регионального продукта на душу населения - в 36 раз - между Ямало-Ненецким автономным округом и Республикой Ингушетия.

Далее проанализируем уровни социального и экономического развития регионов Центрального Федерального округа, включающего 17 областей; из наших расчетов исключаем город Москву, т. к. этот субъект имеет особый статус и несопоставимо высокие показатели по сравнению с остальными (табл. 2).

По данным двух приведенных таблиц заметим, что в России происходит региональное расслоение - отрыв небольшого числа субъектов РФ от основной массы российских регионов. Причем количество «сильных» регионов сокращается, а «слабых», соответственно, увеличивается. Усиливается также региональная поляризация внутри субъектов РФ - экономическая активность все более смещается в сторону крупных городов. Процесс усиления региональной дифференциации происходит одновременно с повышением региональной концентрации экономического потенциала страны. В целом, экономика России «стягивается» на все более узкое пространство [14].

Авторами, в контексте гармонизации национальных интересов, при выявленном уровне дифференциации, предлагается два направления ее снижения.

1) На региональном уровне - трансформация национального регионального пространства. Новая модель регионального хозяйства должна быть направлена на создание условий для регионального развития. Преодоление региональной дифференциации в долгосрочном плане достижимо на базе инфраструктурного обеспечения территорий и их кластеризации на основе экономических принципов. На протяжении всего периода преобразований регионального хозяйствования вопросы постановки и решения проблемных задач в данной области на системном уровне постоянно были и остаются предметом исследования ученых, рассмотрения официальных органов власти и практической реализации во всех сферах и на всех уровнях социально-экономической системы.

Таблица 1

Дифференциация социально-экономического развития федеральных округов

(по данным за 2007 г.) [13]

№ п/п Показатель Национальный уровень

наибольшее значение наименьшее значение разница

1. Объем выпуска промышленной продукции, млн руб. ЦФО (4792700) Дальневосточный (564400) 8,5 раза

2. Объем выпуска продукции сельского хозяйства, млн руб. ЦФО (1616400) Дальневосточный (94200) 17,2 раза

3. Объем работ, выполненных по договорам строительства, млн.руб. ЦФО (892400) Дальневосточный (167600) 5,3 раза

4. Инвестиции в основной капитал, тыс. руб. ЦФО (1231900) Дальневосточный (337800) 3,6 раза

5. Численность безработных, тыс. ч, % Южный (1126,7) Дальневосточный (267,7) 4,2 раза

6. Денежные доходы на душу населения, руб. ЦФО (19193,4) Южный (10287) 1,86 раза

Таблица 2

Дифференциация социально-экономического развития регионов ЦФО (по данным за 2007 г.) [13]

№ п/п Показатель Межрегиональный

наибольшее значение наименьшее значение разница

1. Объем выпуска промышленной продукции, млн руб. Московская обл. (420558) Тамбовская обл. (25563) 16,5 раза

2. Объем выпуска продукции сельского хозяйства, млн руб. Московская обл. (47551) Ивановская обл. (6978) 6,8 раза

3. Объем работ, выполненных по договорам строительства, млн руб. Московская обл. (120237,3) Костромская обл. (3227) 37,3 раза

4. Инвестиции в основной капитал, тыс. руб. Ярославская обл. (26,843) Брянская обл. (5,232) 5,1 раза

5. Численность безработных, тыс. чел., % Владимирская обл. (9,0) Московская обл. (3,3) 2,7 раза

6. Денежные доходы на душу населения, руб. Московская обл. (7233) Ивановская обл. (3468) 2,1 раза

2) На национальном или межрегиональном уровне - направление, обеспечивающее финансовую самодостаточность функционирования путем совершенствования рентных и налогово-бюджетных отношений.

Рассмотрим подробнее данные направления.

Надо отметить значение и территориальной составляющей преодоления дифференциации регионального развития, которая имеет интегральный характер и объединяет все аспекты. Однако территориальная эффективность развития играет и самостоятельную роль, поскольку связана с процессами рационального размещения производительных сил и улучшением территориальной организации производства и расселения населения.

Как мы уже указывали, главной проблемой территориального управления является необходимость построения максимально эффективной, оптимальной по количественным и качественным параметрам системы управления территориями, т. е. такой системы, которая позволяла бы функционировать без сбоев механизму обратной связи во взаимоотношениях между государством, обществом и личностью на различных территориальных уровнях управления.

Таким образом, в проблеме достижения эффективности и оптимальности территориального управления можно выделить две стороны: во-первых, это проблема эффективности самой структуры территориального устройства; во-вторых, проблема эффективности территориального управления как такового.

Проблема определения границ регионов напрямую связана с вызовами, предопределенными особенностями политического пространства России, к числу которых относятся:

1) неоднородность России как «большого пространства»;

2) преобладание вертикальных связей над горизонтальными;

3) неосвоенность многих стратегически важных территорий;

4) большие разрывы между освоенными и обжитыми ареалами.

Исторически экономическое районирование в России прошло следующие этапы (табл. 3).

Из табл. 3 видно, что в процессе территориальной трансформации границ районов исторически заложено противоречие в необходимости учета экономических факторов и ареала этнического расселения. В современных условиях хозяйствования приоритетным принципом районирования должен стать принцип экономической и социальной эффективности - необходимость учета конечного народно-хозяйственного и социального результата при размещении экономики и ее территориальной организации.

Исследование структуры территориального управления требует анализа, прежде всего, его количественных характеристик, в частности, количества единиц территориального управления. В этом смысле система территориального управления России на различных этапах своего развития знала две крайности:

Таблица 3

Этапы районирования территории России

№ п/п Временной период Представители науки или органов власти Принципы районирования

1. 70-е гг. XVIII в. -40-е гг. XIX в. Екатерина II, С.И. Плещеев, К.Ф.Герман, Е.Ф. Зябловский - географическое положение; - освоенность территории; - численность населения

2. 40-80-е гг. XIX в. В.Н. Татищев, К.И. Арсеньев, П. Крюков, Н.П. Огарев - географическое положение; - природно-климатические условия; - занятия населения

3. 80-е гг. XIX в. -20-е гг. XX в. П.П. Семенов-Тяншанский, Д.И. Менделеев - географическое положение; - этнический состав; - разделение труда («породы и промыслов»).

4. 20-50-е гг. XX в. А.В. Усягин, М.Ф. Владимирский, Н.П. Никитин, Н.Н. Баранский - административное устройство; - политико-этнические взгляды; - энергоэкономическое обеспечение территории; - специализация территории

5. 60-80-е гг. XX в. Н. Н. Колосовский, Т.М. Калашникова, И.И. Белоусов - природно-климатические условия; - размещение производственных комплексов

6. 90-е гг. XX в. -начало XXI в. В. К. Бугаев, A.А. Адамеску, B. В. Кистанов - политико-этнические взгляды; - историческое районообразование; - административно-территориальное устройство

7. Настоящее время И. Г. Косиков, В.А. Логов, Д.Н. Козак, Л.И. Якобсон - эффективное жизнеобеспечение и управляемость; - сохранение исторических связей и хозяйственных комплексов; - учет мнения и интересов жителей регионов; - наличие единой и комплексной инфраструктуры на территории

а) либо число управляемых объектов становится избыточно большим (более 300 уездов в допетровской России, около 100 единиц управления в предреволюционной России, 89 субъектов Федерации сегодня), а их роль и значение, соответственно, падают;

б) либо число объектов управления резко уменьшается (8 губерний у Петра I, 7 федеральных округов у Президента В.В. Путина), но сами они становятся чрезмерно крупными, а потому малоуправляемыми.

История территориального управления в России представляет, таким образом, постоянное чередование волн укрупнения и разукрупнения территориальных единиц. Это чередование волн территориального деления показывает, что всякий раз при проведении территориальных реформ и укрупнение, и разукрупнение превышают допустимые пределы. Система стремится к оптимуму, но достигает максимума (до нескольких сот регионов) или минимума (7-8 регионов). В связи с этим, закономерно возникает вопрос: каково должно быть число управляемых объ-

ектов на каждом этаже управления в такой системе территориального устройства?

Менеджмент предлагает нам для характеристики управляющего воздействия т. н. число Меллера (7 + 2). Однако этот принцип, возможно, действенный при управлении организациями и предприятиями, оказывается не вполне подходящим там, где дело касается управления территориями.

Эмпирическим путем нами уже установлено, что всякий раз, когда число управляемых объектов сокращается до 7-8, система стремится разукрупнить регионы. В связи с этим, как представляется, более продуктивным было бы использование кибернетического принципа, подразумевающего, что число охватываемых той или иной системой подсистем должно насчитывать 20-25 единиц. Отсюда следует два вывода.

1. Теоретический. Очевидно, оптимальное число управляемых объектов будет не 7-8 (как это предложено, в частности, последней реформой территориального управления в 2000 г.), а 20-25.

2. Практический. Очевидно, созданные в 2000 г. федеральные округа будут в связи с этим (а также по причинам, изложенным ниже) также разукрупняться.

С учетом предъявляемых требований было пересмотрено территориальное устройство Российской Федерации [15]:

1. Центральный регион является достаточно крупным, и в соответствии с представленными требованиями, требует разукрупнения. Мы считаем целесообразным включить в состав центрального региона только г. Москву и Московскую область.

2. Приокский регион. В его состав целесообразно включить Рязанскую и Тульскую области.

3. Балтийский край включает в себя Санкт-Петербург и Ленинградскую область.

4. Северо-Западный регион (Калининградская, Псковская, Новогородская и Тверская области) сочетает развитую внешнеторговую инфраструктуру Калининграда с весьма слабой транспортной инфраструктурой и аграрной периферией.

5. Северный регион объединяет группу районов пионерного освоения и сырьевой направленности (Республика Карелия, Архангельская область, Мурманская область, Ненецкий автономный округ).

6. Коми-Пермяцкий регион, объединивший в себе республику Коми и Пермский край.

7. Центральный Север (Ярославская, Вологодская и Костромская области) обладают достаточным потенциалом, сходны по природно-климатическим, экономическим и этническим условиям.

8. Восточно-центральный регион представлен такими областями, как Нижегородская, Ивановская, Владимирская области.

9. Западный регион - Калужская, Смоленская, Брянская области. Функционирование данного региона должно быть ориентировано на внешнюю торговлю и внутренние взаимосвязи.

10. Юго-западный регион включает следующие области: Орловская, Курская, Белогородская области, обладающие сходными географическими характеристиками и инфраструктурными особенностями.

11. Природный потенциал Черноземного региона (Воронежская, Тамбовская и Липецкая области), а также его традиционная

роль как основного донора активного населения России определили наличие здесь достаточно высокого потенциала для развития сельского хозяйства.

12. Предкавказье относится к наиболее молодым регионам (Краснодарский край, Ростовская область, Ставропольский край).

13. Кавказ объединяет преимущественно национальные автономии, характеризующиеся разнообразием этнического состава Республики: Адыгея (Адыгея), Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкарская, Калмыкия, Карачаево-Черкесская, Северная Осетия -Алания, Чеченская.

14. Приволжский регион: Пензенская, Кировская, Оренбургская области; Республики: Мордовия, Башкортостан, Марий Эл, Удмуртская, Чувашская Республика - Чаваш.

15. Волжский регион характеризуется разнообразной пространственной структурой, где ядро формируется развитыми центрами (Астраханская, Волгоградская, Самарская, Саратовская Ульяновская, Республика Татарстан).

16. Уральский регион: Челябинская, Свердловская, Тюменская, Курганская области, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа.

17. Западносибирский регион (Новосибирская, Томская и Омская области) оценивается более низким потенциалом устойчивости.

18. Восточная Сибирь (Красноярский край, Таймырский (Долгано-Ненецкий) автономный округ, Эвенкийский автономный округ.

19. Южная Сибирь наряду с четко выраженным центром - Иркутской областью -не имеет областей с гармонично-устойчивым хозяйственным комплексом (Читинская, Иркутская и Кемеровская области, Алтайский край, республики: Алтай, Тыва, Бурятия, Хакасия; Агинский Бурятский и Усть-Ордынский Бурятский автономные округа).

20. Пониженной гармоничностью и устойчивостью характеризуется Дальневосточный регион (Республика Саха (Якутия), Приморский край, Хабаровский край, Амурская область, Камчатская область, Магаданская область, Сахалинская область, Еврейская автономная область, Корякский автономный округ, Чукотский автономный округ).

Рассмотрим второе направление снижения дифференциации регионального развития. В настоящее время возникла необходимость изменения вектора развития российской экономики. Центр тяжести региональной экономической политики страны должен быть перенесен с внешних на внутренние источники развития, т. е. от нынешнего сценария к сценарию регионально-самодостаточного развития.

На современном этапе развития российской экономики многие положения теории природно-ресурсной ренты до сих пор недостаточно учитываются. В то же время, опыт развитых стран показывает, что отлаженная система рентного налогообложения может обеспечивать эффективное использование природных ресурсов и равные условия хозяйствования (независимо от действия природного фактора), стимулировать развитие экономики.

Природный капитал в среднем равен 1/5 мирового капитала, доля природного капитала в России составляет, по разным оценкам, от 40 до 73 % национального богатства. Экспертные оценки элементов национального богатства РФ, проведенные на основе концепции, предложенной Всемирным банком, показывают, что на гражданина России приходится природных ресурсов на сумму около 150 тыс. долл., что намного больше величины этого показателя в странах Ближнего Востока [7].

Центральной экономической проблемой, связанной с распределением природноресурсной ренты, являются отношения собственности на недра и добытые полезные ископаемые. Они характеризуют формы владения, пользования и распоряжения месторождениями, способы присвоения и использования добытых полезных ископаемых, а также условия и результаты деятельности горнодобывающих предприятий.

На наш взгляд, экономический механизм перераспределения общей массы природной ренты в настоящее время функционирует таким образом, что она модифицируется в форме прибыли, которую получают перерабатывающие предприятия и фирмы, поставляющие производителям средства производства, а также через теневой рынок уходит в криминальные структуры.

Структура доходов бюджета деформирована в сторону фискальных изъятий. В России фактически отсутствуют рентные плате -жи в классическом понимании этого термина как платежей, зависящих от объективных возможностей использования ресурса, а не от индивидуальных результатов его эксплуатации. В большинстве случаев роль рентных платежей выполняют налоги, объем поступлений которых зависит от экономических результатов деятельности плательщика. Разнообразие налогов, прямо или косвенно заменяющих ренту, свидетельствует о его неуверенности в возможности эффективно собирать причитающиеся ему рентные платежи.

Дифференциация условий хозяйствования касается не только предприятий, но и регионов в целом. Географическое положение, состав природных ресурсов, культурноисторические особенности, климат не зависят от деятельности предприятий и организаций, расположенных на территории того или иного региона. Это означает, что повышенный доход, связанный с этими факторами, имеет рентный характер и для региона (вариант ренты по положению). Таким образом, в основании российской государственности лежат два типа ренты, которые являются несущими опорами двух уровней российской власти.

На федеральном уровне это, прежде всего, экспортно-сырьевая рента. На региональном - рента территориальная, т. е. право местных властей брать плату со всех, кто зарабатывает на подведомственной им территории. Как мы видим, относительно территории существуют понятия «территориальная рента» (право местных властей брать плату со всех, кто зарабатывает на подведомственной им территории) и «региональная рента» (доход от имеющейся дифференциации условий хозяйствования: географического положения, состава природных ресурсов, культурно-исторических особенностей и т. д.). Автором предложена категория «региональная транзитная рента», которая представляет собой право региональных органов власти взимать плату за инфраструктурное обеспечение экономической деятельности на подведомственной им территории.

Цель применения региональной транзитной ренты - сглаживание различий в условиях производства и сбыта по территории стра-

ны. Отчисления от платежей за добычу полезных ископаемых и другие перечисления, поступающие в государственный бюджет, служат источником финансовых ресурсов, необходимых для перераспределения между регионами. Это перераспределение идет в направлении изъятия рентных доходов у регионов высокой ресурсной оснащенностью, с развитой инфраструктурой в регионы, обеспечивающие транспортировку ресурсов (нефтепроводы, газопроводы, проводы химических веществ).

Применение региональной транзитной ренты по своей сущности противоречит концепции открытости регионального хозяйства, однако автором была предложена концепция обеспечения самодостаточного развития, что не противоречит принципам взимания ренты, но с обеспечением экономических взаимосвязей между регионами.

1. Васильев И.М. Экономические основы активизации финансовых ресурсов в обеспечении комплексности развития хозяйства региона. Калуга, 1994.

2. World Co mission of Environment and Development (WCED), Our Common Future. N. Y., 1997.

3. Программа действий: повестка дня на 21 век и другие документы конференции в Рио-де-Жанейро в популярном изложении Женева, 1993.

4. Найденова Р.И. Из дали... в даль: формирование системы управления устойчивым развитием региона // Российское предпринимательство. 2007. № 8 (2).

5. Данилов-Данильян В.И. Устойчивое развитие: выбранный путь или предопределение? // ЭКОС. 1998. № 1.

6. Речко Г.Н. Промышленный сектор в экономической структуре региона // Финансовоэкономическая самодостаточность регионов:

опыт, проблемы, механизм обеспечения. Кемерово, 2003.

7. Валентей С.Д. Постсоюзное экономическое пространство // Российский экономический журнал. 1993. № 7.

8. Вардомский Л.Б. Проблемы регионального развития в контексте российского федерализма. URL: http://federalmcart.ksu.ru\conference\ konfer1\vardomskii.htm. Загл. с экрана.

9. Пилясов А. Политические и экономические факторы развития российских регионов // Вопр. экономики. 2003. № 5.

10. Брич А. Путь России к процветанию в постиндустриальном мире // Вопр. экономики. 2003. № 5.

11. Воронков С.Г. Российские регионы в условиях становления нового типа мировой экономики. URL: http://credo.osu.ru/002/001.shtml. Загл. с экрана.

12. Официальный сайт Минрегионразвития. URL: http://www.minregion.ru/.

13. Официальный сайт Федеральной службы государственной статистики. URL: www.gks.ru/ wps/portal.

14. Берестова Л. О сбалансированности социального развития // Человек и труд. 2004. № 4.

15. Колесниченко ЕА. Проблемы территориальной трансформации регионального пространства // Вестн. Тамб. ун-та. Сер. Гуманитарные науки. Тамбов, 2009. Вып. 2 (70). С. 399.

Поступила в редакцию 9.06.2009 г.

Kolesnichenko E.A., Chernova V.V. Decrease of differentiation of regions’ development as harmonization condition of the national interests. In the article decrease of differentiation of regions’ development is proved as a necessary condition of harmonization of the national interests. Authors present an estimation of modern level of differentiation of development of territories, and, as directions of decrease in differentiation, territorial transformation and collection of “the regional transit rent” is offered.

Key words: differentiation of regions’ development, harmonization of interests, territorial transformation, rent relations.