Иммунитет как институт процессуальных отраслей права (на примере российского гражданского процессуального права и исполнительного процессуального права)

УДК 347.91© А.А. Исаенков

А. А. Исаенков

ИММУНИТЕТ КАК ИНСТИТУТ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ОТРАСЛЕЙ ПРАВА

В статье анализируются учения о сущности иммунитета и его роли в гражданском процессе и исполнительном производстве. Помимо традиционных видов иммунитета (судебного, консульского, дипломатического и других), рассматриваются новые иммунитеты - религиозные иммунитеты в гражданском процессе, а также иммунитет от взыскания в исполнительном производстве. Полученные выводы применимы в различных стадиях процесса защиты гражданских прав.

Ключевые слова: иммунитет, российское гражданское процессуальное право, исполнительное процессуальное право, виды иммунитетов, иммунитет от взыскания.

В международном частном праве, а также государственном праве иммунитетам исторически уделялось и уделяется пристальное внимание ученых-правоведов. Более ста лет назад такие ученые, как Л.А. Шалланд [14], П.А. Яковенко [17] и некоторые другие, стали затрагивать вопросы, касающиеся правовых иммунитетов. В последнее время правовой иммунитет становился объектом изучения в диссертационных работах как по указанным отраслям российского права, так и по общей теории права и государства. В качестве примера можно привести диссертации М.Е. Лебедевой [6], А.Г. Репьева [9], Э.В. Туманова [11], И.О. Хлестовой [12], Г.Р Шайхутдиновой [13] и других.

Между тем, иммунитет в процессуальных отраслях российского права, в частности, в гражданском процессуальном и исполнительном праве практически не исследован, имеются лишь отдельные выводы в отношении свидетельского иммунитета (в частности, в работах В.В. Молчанова [7]), и только та категория иммунитета является достаточно изученной в гражданском процессуальном праве, поэтому мы оставим ее за рамками настоящей статьи. Ученые, занимающиеся проблемами одной из самых молодых отраслей российского права - исполнительного процессуального права - с 90-х годов прошлого века, как правило, затрагивали проблемы иммунитета от взыскания в исполнительном производстве [4], который и на современном этапе развития процессуальной науки является объектом пристального внимания в том числе и начинающих исследователей исполнительного производства [3].

Вообще тема иммунитета в гражданском процессуальном праве и исполнительном процессуальном праве России находится на начальном этапе своего развития, так как нет общепринятого понятия иммунитета в гражданской процессуальной науке, не определено место института иммунитета в гражданской процессуальной системе России и соотношение данного института со смежными гражданскими процессуальными категориями.

Изучение проблем института иммунитета (как, впрочем, и любого общеотраслевого института), по нашему мнению, следует начать с имеющихся точек зрения на данный институт в общей теории права, тем более это применимо к иммунитету в гражданском процессуальном праве, который являет собой часть, подвид правового иммунитета вообще и не имеет абсолютного, безусловного характера. Однако нельзя в полной мере согласиться с М. Сулейменовым, который пишет, что если при осуществлении публично-правовых функций государство пользуется безусловным иммунитетом, то при частноправовой деятельности оно лишается иммунитета, причем само вступление государства в частноправовые отношения рассматривается как отказ от иммунитета [10]. Особенность отраслей гражданского процессуального права и исполнительного процессуального права состоит в том, что, с одной стороны, судопроизводство вообще, и, гражданское судопроизводство, в частности, как и исполнительное производство, есть публичный институт, а, с другой стороны, предметом судебного разбирательства, как правило, являются споры и иные правоотношения частноправового характера (за исключением

дел, возникающих из публичных правоотношений, рассматриваемых в порядке, установленном подразделом III ГПК РФ). Эта особенная двойственность проецируется и на институты гражданского процессуального права, при этом не является исключением в этом отношении и иммунитет в гражданском процессуальном праве, что лишний раз подтверждает выведенный М.Ю. Челышевым и Н.Г. Муратовой тезис о «проходящих в системе отечественного права довольно сложных процессах конвергенции частного и публичного права» [8].

В настоящее время правовой науке необходимо подвести теоретическую основу для модернизации норм иммунитетов в российском, в том числе процессуальном, законодательстве, так как все без исключения иммунитеты затрагивают значимые аспекты обеспечения прав, свобод и законных интересов человека и гражданина.

Итак, в гражданском процессе России упоминаются следующие категории иммунитетов: условный (например, когда свидетель вправе, но не обязан давать показания) и безусловный (в частности, невозможность допрашивать кого-то в качестве свидетеля) иммунитеты; судебный иммунитет государства (изъятие дел из-под юрисдикции суда одного государства, когда в качестве субъекта правоотношения выступает другое суверенное государство); дипломатический иммунитет (Ст. 31 Венской конвенции о дипломатических сношениях от 18 апреля 1961 г., согласно которой дипломатические агенты обладают судебным иммунитетом); консульский иммунитет (Венская конвенция о консульских сношениях от 24 апреля 1963 г., согласно которой консульские служащие и должностные лица имеют судебный иммунитет при выполнении консульских функций). В исполнительном праве наиболее известен иммунитет, ставший в России после 2007 года нормативно закрепленным в ст. 4 Федерального Закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» принципом исполнительного производства, т. е. принципом неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи.

Существуют и другие, практически не упоминаемые в гражданской процессуальной литературе и мало изученные иммунитеты, как, например, иммунитеты, связанные с религиозными отношениями, можно назвать лишь одну статью двух авторов - О.В. Бабарыкиной и Г.Б. Рабочева, в которой предпринята попытка

поднять данный вопрос [1], которая не получила дальнейшего продолжения и, к сожалению, практически не была замечена учеными-процессуалистами и не вызвала научной дискуссии, несмотря на важность обозначенной учеными проблемы. Речь в данном случае идет не только об иммунитете в отношении свидетельских показаний, связанном с тайной исповеди, но и об иммунитете в отношении предметов религиозного характера (например, икон, инкрустированных драгоценными камнями церковных книг, крестов и других предметов из драгоценных металлов либо представляющих ценность в силу иных причин), принадлежащих должнику, когда они подлежат изъятию для последующей реализации в целях исполнения требований документов, являющихся основаниями для исполнительного производства.

Следует учитывать, что любой иммунитет -это, по сущности, льгота для одного участника правоотношения, которая ставит его в более привилегированное положение по сравнению с другими участниками правоотношения (в нашем случае - гражданского процессуального или исполнительного правоотношения), и, следовательно, он должен использоваться с большой осторожностью. Здесь вполне применимы выработанные С.М. Шахраем основы системы социального контроля, когда в зависимости от особенностей культурной матрицы общества и его сущностных приоритетов (например, приоритет сохранения традиционного уклада жизни или приоритет прогресса) институт социального контроля отбраковывает все новое, либо, наоборот, создает благоприятные условия для инноваций [15].

Традиционным иммунитетом (т. е. иммунитетом, призванным сохранить установленный политический уклад) является связанный с государственным суверенитетом судебный иммунитет государства, под которым понимается изъятие дел, где в качестве непосредственного участника спорного правоотношения выступает государство, из-под юрисдикции суда любого другого государства. По мнению А.Г. Репьева, наряду с предназначением иммунитета служить «средством наиболее полной реализации прав и законных интересов граждан, а также повышенной правовой защиты субъектов права, выполняющих наиболее значимые международные, государственные и общественные функции», иммунитет «может расцениваться как исторический атавизм, характеризующийся выделением в обществе привилегированных лиц... именно последнее качество иммунитета

и противоречит принципам права: равенству всех перед законом и судом; неотвратимости наступления юридической ответственности»

[9]. '

По справедливому замечанию О.В. Исаенковой, как бы не определялось понятие судебного иммунитета, практически всегда речь идет о его производном характере от государственного суверенитета и аксиомы римского права «Par in parem non habet imperium» («Равный не имеет власти над равным»). По ее мнению, было бы странно, если бы в цивилизованном мире одно государство могло бы было быть привлечено к суду другого государства независимо от того, в связи с чем или по какому вопросу такое привлечение происходило бы. В разные эпохи исторического развития так называемыми «державами-лидерами» предпринимались попытки, в ближайшие к нам эпохи все более завуалированные, уйти от правила «Par in parem non habet imperium», но положительных результатов они не дали. Поэтому в настоящее время только само государство может согласиться на производство по отношении к нему в суде другого государства, при этом согласие должно быть выражено дипломатическим путем или иным явным образом, например, в международном договоре [5].

В отношении действия дипломатического и консульского иммунитетов в гражданском процессе России следует сказать, что он определяются ч. 2 ст. 401 ГПК РФ, где указано, что международные организации подлежат юрисдикции судов в Российской Федерации по гражданским делам в пределах, определенных международными договорами Российской Федерации, федеральными законами. Согласно ч. 3 ст. 401 ГПК РФ аккредитованные в Российской Федерации дипломатические представители иностранных государств, другие лица, указанные в международных договорах Российской Федерации или федеральных законах, подлежат юрисдикции судов в Российской Федерации по гражданским делам в пределах, определенных общепризнанными принципами и нормами международного права или международными договорами Российской Федерации.

Дипломатический иммунитет ограждает дипломатических агентов одного государства от уголовной, административной и гражданской юрисдикции на территории другого государства - государства пребывания агента. Применительно к гражданским процессуальным правоотношениям дипломатический иммунитет предполагает, что дипломатический агент не

может быть принужден стать субъектом этих правоотношений - как то ответчиком по исковым делам, должником в делах приказного производства, свидетелем, экспертом и т.д. По своему усмотрению дипломатический агент может отказаться от привилегии иммунитета в гражданском судопроизводстве - такой отказ должен быть выражен лично уже при возбуждении гражданского дела. Например, такое возможно, если дипломатический агент уверен в неправомерности требований истца и желает внести ясность в возникшее между ним и заявителем иска правоотношение в виде судебного решения об отказе в удовлетворении исковых требований. Однако стоит отметить, что даже если дипломатический агент согласится выступить в качестве ответчика в гражданском судопроизводстве, то при негативном для него исходе процесса (если требование к нему будет судом удовлетворено) для возбуждения по данному делу исполнительного производства должен быть получен новый отказ уже от иммунитета по исполнению судебного решения. Также дипломатический агент всегда может выразить согласие на собственный допрос в качестве свидетеля, явившись в судебное заседание по гражданскому делу между любыми лицами, либо согласившись провести в качестве эксперта необходимую для правильного установления в суде фактов экспертизу. Между тем, выбор конкретного варианта поведения - воспользоваться или нет дипломатическим иммунитетом - всегда остается на усмотрение дипломатического агента.

Консульский иммунитет в гражданском судопроизводстве представляет собой иммунитет консульских должностных лиц и консульских служащих, не подлежащих гражданской юрисдикции судебных органов страны пребывания в отношении действий, совершаемых этими лицами при выполнении консульских функций.

И, наконец, следует отметить и такой иммунитет как иммунитет в отношении взысканий [16], действующий в настоящее время в России в качестве принципа неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи. Парадокс законодательного регулирования названного вида иммунитета состоит в том, что в настоящее время закрепление перечня имущества, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, находится в ст. 446 ГПК РФ, а само принудительное исполнение в России с 1997 года выведено из юрисдикции суда и передано Федеральной

службе судебных приставов. Основной массив норм исполнительного производства также был исключен из ГПК РФ, перейдя в ФЗ «Об исполнительном производстве», в рамках гражданского процессуального регулирования оставлены лишь выдача исполнительного листа, судебное санкционирование отклонений от нормального развития исполнительного производства, оспаривание постановлений и действий (бездействия) должностных лиц службы судебных приставов и порядок защиты нарушенных в исполнительном производстве прав лиц, не являющихся взыскателем или должником.

Средствами защиты положений об иммунитете в отношении взысканий должен выступать, по нашему мнению, наряду с заявлениями об оспаривании действий должностных лиц службы судебных приставов, производивших опись и арест имущества, на которое по закону нельзя обратить взыскание, иски об освобождении от ареста имущества, указанного в ст. 446 ГПК РФ. Между тем, данный иск может предъявляться собственниками или владельцами имущества в порядке ст. 119 Федерального Закона «Об исполнительном производстве», которая регулирует защиту прав «других лиц» (т.е. лиц, не являющихся взыскателями и должниками в исполнительном производстве) при совершении исполнительных действий. Как комментирует ст. 119 Федерального Закона «Об исполнительном производстве» Д.Х. Валеев, особенностью данной нормы является то, что ответчиками при подаче иска об освобождении имущества от ареста одновременно является взыскатель и должник, а если арестованное имущество уже реализовано - то лица, которым передано имущество [2]. Если же речь идет о нарушении

правил иммунитета от взыскания, то ответчиками будут выступать лица, которым передано (или будет передано) имущество, и взыскатель. Должностное лицо службы судебных приставов, которое производило опись и арест имущества, целесообразно привлекать в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Вместе с тем, в таком привлечении нет смысла, если лицо, производившее опись и арест имущества, уже не работает в службе судебных приставов.

Право выбора между порядком защиты, установленным ст. 121 Федерального Закона «Об исполнительном производстве», ст. 441 ГПК РФ, и исковым порядком должно оставаться за должником, имущество которого было описано с предполагаемыми нарушениями положений иммунитета от взыскания. Именно исковой порядок является самым универсальным способом защиты нарушенных или оспоренных прав и только посредством институтов искового производства заинтересованное лицо получает действительно все возможности реализации собственных прав, предусмотренные гражданской процессуальной формой.

В заключение отметим, что нами упомянутая осторожность в использовании процессуальных льгот, одними из которых являются различные виды иммунитетов, не должна быть препятствием к оптимизации данного института, которую следует проводить, основываясь на существующих теоретических разработках ученых-правоведов, опыте действия института иммунитета как в гражданском процессе, так и в смежных отраслях права, а также учитывая российский менталитет и иные составляющие социальной основы общества.

Библиографический список

1. Бабарыкина О.В. Ограничения гражданских процессуальных прав религиозных субъектов [Текст] / О.В. Бабарыкина, Г.Б. Рабочев // Арбитражный и гражданский процесс. - 2010. - №9. -С.6-9; №10 (продолжение) - С. 9-13.

2. Валеев, Д.Х. Комментарий к Федеральному Закону от 2 октября 2007 г. «Об исполнительном производстве» (продолжение) [Текст] / Д.Х. Валеев // Вестник гражданского процесса. - 2013. - № 6. - С. 114.

3. Евсеев, Е.В. Предметы обычной домашней обстановки и обихода, на которые не обращается взыскание [Текст] / Е.В. Евсеев // Вестник гражданского процесса. - 2012. - № 4. - С. 235-241.

4. Исаенкова, О.В. Принципы исполнительного права [Текст] /О.В. Исаенкова // Вестник Саратовской государственной академии права. - 2003. - №1(34). - С. 90-93.

5. Исаенкова, О.В. Судебные иммунитеты в отношении иностранных лиц и государств [Текст] / О.В. Исаенкова // Международная правовая помощь: актуальные вопросы в сфере международного

сотрудничества: материалы Всероссийской научно-практической конференции / Под общ. ред.: Сергун П.П. - М., Саратов: РПА Минюста России, 2011. - С. 28-29.

6. Лебедева, М.Е. Иммунитет иностранного государства от обеспечительных мер в международном частном праве: Международные соглашения и иностранное право [Текст] / М.Е. Лебедева. Дис. ... канд. юр. наук. - М., 2006. - С. 3-206.

7. Молчанов, В. В. «Служебный» свидетельский иммунитет в гражданском судопроизводстве [Текст] / В.В. Молчанов // Российская юстиция. - 2006. - № 4. - С. 10-16.

8. Муратова, Н.Г. О межотраслевой теории процессуальных соглашений: вопросы гражданского права, цивилистического и уголовного процесса [Текст] / Н.Г. Муратова, М.Ю. Челышев // Вестник гражданского процесса. - 2012. - № 4. - С. 13.

9. Репьев, А. Г. Иммунитет как категория российского права [Текст] / А.Г. Репьев. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Саратов, 2011. - С. 3.

10. Сулейменов, М. Иммунитет государства: абсолютный или ограниченный? [Электронный ресурс] / М. Сулейменов // Юрист (Казахстан). - 2010. - № 3. - Режим доступа: http://www.zakon. kz/208826-immunitet-gosudarstva-absoljutnyjj-ili.html, свободный.

11. Туманов, Э.В. Современные тенденции развития иммунитета государства в трансграничных частноправовых отношениях [Текст] / Э.В. Туманов. Автореф. дис. ... канд. юр. наук. - М., 2011. - С. 3-30.

12. Хлестова, И.О. Проблемы юрисдикционного иностранного государства [Текст] / И.О. Хлестова. Дис. .док. юр. наук. - М., 2003. - С.3-274.

13. Шайхутдинова, Г.Р. Юрисдикционный иммунитет государства [Текст] / Г.Р. Шайхутдинова. Дис. ... канд. юр. наук. Казань, 1991. - С. 1-148.

14. Шалланд, Л.А. Иммунитет народных представителей. Юридическое исследование. Т. II. Часть догматическая [Текст] / Л.А. Шалланд. - Юрьев: Типография К. Маттисена, 1913. - С. 3-445.

15. Шахрай С.М., О Конституции: Основной закон как инструмент правовых и социальных преобразований: монография [Текст] / С.М. Шахрай. - М.: Наука, 2013. - С.36.

16. Ярков, В. В. Имущественные иммунитеты от взыскания в предпринимательских отношениях [Текст] / В.В. Ярков //Арбитражный и гражданский процесс. - 2003. - № 10. - С. 9.

17. Яковенко, П. А. К истории иммунитета в Византии [Текст] / П.А. Яковенко. - Юрьев: Типография Эд.Бергмана, 1908. - С. 2-74.

IMMUNITY AS THE INSTITUTE BRANCHES OF THE PROCEDURAL LAW

Alexander A. Isaenkov,

post graduate, Saratov State Law Academy

Abstract. The article analyzes the teachings about the nature of immunity and its role in civil proceedings and enforcement proceedings. In addition to traditional forms of immunity (judicial, consular, diplomatic and other), discusses the new immunities - religious immunities in civil proceedings, as well as immunity from punishment in the enforcement proceedings. The findings are applicable to different stages of the process of protection of civil rights.

Key words: immune system, Russian civil procedural law, Executive procedural law, types of immunities, immunity from seizure.

Сведения об авторе:

Исаенков Александр Андреевич - аспирант кафедры гражданского процесса Саратовской государственной юридической академии (г. Саратов, Российская Федерация), e-mail: oisaenkova@ mail.ru.

Статья поступила в редакцию 10.03.2014