Газ наш насущный (статья вторая)

Газ наш насущный

(статья вторая)*

ЮА. Ершов

Доктор экономических наук, профессор

В XXI веке природный газ с его отчетливо выраженными конкурентными преимуществами привлекает к себе особое внимание. Автор, однако, отдает отчет в том, что для повышения жизнеспособности нации природного газа окажется мало. В ту же копилку возможностей должны быть брошены и другие ресурсы, способные пополнить казну валютными доходами. Флагманом в сборе бюджетных и валютных поступлений, видимо, останется нефть и нефтепродукты, особенно те их виды, которые будут производиться на модернизированных заводах по новым технологиям.

Таким образом, именно "дары природы” - сырье и топливо, если они имеются в изобилии, должны быть использованы на благо страны. В этой связи надо давать отпор тем, кто лоббирует производство "деревянных велосипедов” и строительство "воздушных замков” и ради этого публично рассуждает о "нефтяной игле”, "ресурсном проклятии” России, гибельности для экономики высоких цен на нефть и газ, российских вариантов "голландской болезни” и другим умозаключениям, авторы которых то ли умышленно, то ли по незнанию игнорируют тот факт, что сегодня ТЭК, как очень точно отметил руководи-

тель Федерального агентства по энергетике РФ С.А. Оганесян, является одним из наиболее отчетливо развивающихся производственных комплексов российской промышленности, непосредственным образом определяющим состояние и перспективы развития национальной экономики, создающим 28% ВВП, 30% промышленной продукции, 32% доходов консолидированного и 54% доходов федерального бюджета, 54% экспорта, около 45% валютных поступлений1.

К этому можно лишь добавить, что и в 2004 г., как и раньше, нефть и газ обеспечили 3,6% прироста ВВП страны из общего его прироста в 7,1 %2. Иными словами, более половины прироста были опять получены за счет ТЭКа. Ключевым фактором в приросте остальной части был потребительский спрос, который в свою очередь сильно зависит от доходов, образовавшихся в ТЭК. Приведенные показатели лишний раз показывают, что пока, при современном состоянии экономического развития России, путь к технологическому изобилию, к структурной перестройке напрямую связан с доходами от продажи нефти, газа, леса, металлов и других "подарков Природы”, как бы в компенсацию России за ее суровый климат и

* Статья публикуется в порядке обсуждения.

географическое положение, затрудняющее хозяйственное освоение огромных территорий страны.

Решение газовой проблемы в России могло бы осуществиться в рамках специально разработанной комплексной программы "Экспорт для реформы”, которую следовало бы подготовить в ударные сроки, поскольку время не ждет и поезд упускаемого прогресса вот-вот отойдет навсегда от станции "Москва”. Масштабы этой программы можно было бы расширить за счет параллельно осуществляемых программ мобилизации доходов из других источников, например, восстановления государственной монополии на водку, огосударствления автострахования и др.3 Но главным в программе оставалось бы ее направленность на всемерное развитие экспорта, позволяющее быстро аккумулировать доходы для осуществления программ обеспечения устойчивого развития экономики и выхода из трясины социальных проблем.

Этим путем шли большинство государств, поставивших перед собой задачу достижения экономического прогресса. Вместе с тем, по мнению автора, любому неформальному решению проблемы газового рынка должна предшествовать разработка концептуального положения, декларирующего позицию страны в решении вопроса о дальнейших путях развития газовой отрасли. Такой документ должен четко сформулировать положение о том, что увеличение добычи и экспорта газа на длительный период должны получить статус одного из самых приоритетных направлений развития и ТЭК, и экономики, и внешнеэкономической политики России. При этом понимается, что этот провозглашенный курс должен быть частью общей программы среднесрочного развития страны, предусматривающей осуществление ресурсно-экспортоориентированного сценария развития экономики России, рассчитанный на срок 12-15 лет, по истечении которого страна смогла бы более решительно перейти на инновационно-ориентированную модель развития, опираясь на созданную прочую финансовую базу и не испытывая никаких сбоев в

самодостаточности в области энергоресурсов и энергии и сохраняя при этом надежные источники пополнения казны.

Выбор ресурсно-экспортоориентированного сценария не означает, что вопросы технологического обновления будут забыты. Наоборот, им должно уделяться исключительное внимание, однако их решение будет сконцентрировано, помимо оборонного сектора, на обеспечении страны энерго- и ресурсосберегающим оборудованием и технологиями, чтобы одержать решающую победу над беспрецедентной национальной расточительностью ресурсов и энергии. Энергетическая стратегия отмечает, что потенциальные возможности энергосбережения составляют 39-47% текущего потребления энергии, а это означает, что до половины энергии, потребляемой в стране, пускается на ветер. По данным ИНЭИ РАН, возможности газосбережения в России составляют 130,9 млрд куб. м в год, что почти эквивалентно российскому экспорту газа в дальнее зарубежье.

Живым примером наиболее эффективного внедрения нового подхода к энергосбережению является начало строительства электростанции "Ивановские ПГУ”, оснащенной парагазовой установкой, позволяющей за счет повышения уровня КПД (до 50-53% по сравнению с 35-38% у действующих в стране параси-ловых блоков) обеспечить экономию до 30% потребляемого газа.4 Выполнение проекта позволит открыть дорогу отечественному оборудованию для 20 ТЭЦ, для которых должны быть произведены более 100 комплексов установок, не говоря уже

о том, что массовое внедрение новой техники ограничит выполнение усиленно пропагандируемого перевода электростанций страны с применения газа на использование угля, что грозит увеличением загрязнения атмосферы у одного из главных участников Киотского протокола.

В формировании специальной политики государства в области природного газа на первый план выдвигаются организационные вопросы. Как известно, в России на рынке газа практически монополь-

но выступает ОАО “Газпром”, который совместно со своими дочерними и зависимыми обществами, осуществляет 85-90% добычи газа, контролирует более 60% разведанных запасов газа России, владеет 70% лицензий на разработку газовых месторождений. ОАО “Газпром” добывает также порядка 10-11 млн т нефти и контролирует более 99% акций крупнейшего нефтехимического холдинга “Сибур”, на долю которого приходится около 47% общероссийского производства синтетического каучука, 48% - производства шин, 25% полиэтилена. “Газпром” владеет активами многих других предприятий, в том числе и непрофильного характера, что, по нашему мнению, не может не отвлекать крупнейшую организацию от выполнения ее основных задач.

Поставки газа за пределы границ бывшего СССР осуществляются практически монопольно ОАО “Газпром” через свое 100% предприятие “Газэкспорт”. Для экспорта газа “Газпром” создал за границей разветвленную сеть совместных компаний, филиалов и дочерних организаций, специальную инфраструктуру, позволяющую успешно реализовать намеченные к продаже экспортные фонды.

Анализируя перспективы развития газовой отрасли, нельзя не обратить внимание на крайне низкие показатели ожидаемой добычи газа, запланированные Энергетической стратегией и, видимо, самим “Газпромом”. Так, добыча газа концерном в 2020 г. определяется в 580590 млрд куб м против 545 млрд куб м в 2004 г. Иными словами, за предстоящие 15 лет добыча, как ожидают, увеличится всего лишь на 6-8%. Не поражают воображение также и официальные цифры, сообщенные “Газпромом” в отношении добычи газа в 2030 г. “Газпром” предполагает добыть к этому году 630 млрд куб. м (прирост немногим более 15% по сравнению с современным уровнем). В свете этих данных вряд ли можно рассчитывать, что Россия сумеет сохранить свои лидирующие позиции на мировом рынке газа, не говоря уже о более амбициозных задачах -стать ведущим игроком на этом рынке.

Кроме "Газпрома”, добычу газа в России осуществляют крупные вертикально-интегрированные нефтяные компании (ВИНК), а также многочисленная группа так называемых независимых газовых компаний.

ВИНК в 2003 г. добыли 40,5 млрд куб м, в которые входят как природный, так и попутный газ. Лидерами добычи были ОАО НК "Сургутнефтегаз”, ОАО НК "Роснефть” и ОАО НК "ЛУКойл”. Добыча природного газа независимыми газодобывающими компаниями составила в 2003 г. 39,6 млрд куб м. Таким образом, вне "Газпрома” в России в 2003 г. было добыто более 80 млрд куб м газа, это обеспечило 13% общероссийской добычи.

Энергетическая стратегия прогнозирует рост объема добычи газа независимыми производителями до 105-115 млрд куб.м в 2010 г. (17% общероссийской добычи) и 140-150 млрд куб. м (20%) в 2020 г.

Прописанные Стратегией наметки будущих объемов добычи газа независимыми компаниями и ВИНК явно не корреспондируются с существующей реальностью. Достаточно отметить, что только "ЛУКойл” наметил к 2013 г. увеличить добычу газа почти в 10 раз - с существующего уровня около 6 млрд куб.м - до 50 млрд куб.м. Газовые активы компании на Ямале, а также на севере Каспия являются надежной базой для осуществления такого рода заявки на роль крупного игрока на газовом рынке России, обеспечивающего не 7-8% добычи независимых компаний, как это было в 2003 г., а примерно 80% совокупной добычи независимыми компаниями, определенной на этот период Энергетической стратегией.

Учитывая тенденцию к увеличению добычи нефти другими компаниями, в первую очередь ВИНК, нетрудно спрогнозировать, что только за счет увеличения объема добываемого попутного газа их доля в "независимом секторе” должна увеличиться, а вместе с этим должны существенно расшириться и сами границы "независимого” сектора газового рынка. К

этому следует добавить, что в недалекой перспективе будет решена проблема сжигания газа в факелах, что еще больше увеличит ресурс попутного газа. В 2002 году из 44 млрд куб. м извлеченного нефтяного попутного газа было сожжено в факелах 11,2 млрд куб. м5. По другим источникам, в России только в Тюменской области сжигается в факелах 15 млрд куб. м газа в год6. Нерешенность проблемы утилизации попутного газа сдерживает развитие нефтяного сектора ТЭК, так как увеличение добычи нефти неизбежно сопровождается увеличением добычи попутного газа.

Успех осуществления курса на ускорение развития газового сектора будет зависеть от быстроты и четкости решения накопившихся организационных проблем и, в первую очередь, от устранения всех недоговоренностей и двусмысленности в отношении реформы ОАО "Газпром” и рынка газа в стране.

В России уже несколько лет пытались осуществить радикальные структурные изменения в газовой отрасли страны, включая осуществление реформирования ОАО "Газпром”. Энергетическая стратегия к числу приоритетов такой перестройки на перспективу относит повышение прозрачности финансово-хозяйственной деятельности "Газпрома” на основе раздельного учета затрат по видам деятельности, совершенствование системы внутренней торговли газом, включая ликвидацию препятствующих ее развитию узких мест газотранспортной системы, и поэтапный переход к эффективному внутреннему рынку газа. Иными словами, Стратегия не предусматривает проведение каких-либо мер в области реформирования существующего механизма осуществления внешнеторговых операций с газом и не нацелена на осуществление масштабной экспансии за границу.

В целях стимулирования развития рыночных отношений в газовой отрасли в нашей стране принято решение о разработке концепции, определяющей содержание и последовательность принятия мер по развитию рынка газа. В настоящее

время имеются различные варианты такой концепции.

Свою концепцию реформы разработал и "Газпром”, причем не только разработал, но и начал претворять ее в жизнь.

Проводимая реформа осуществляется "Газпромом” в два этапа. Первый -уже практически завершенный, имеет целью совершенствование структуры управления, регламентных процедур и системы бюджетирования на уровне головной компании. Второй этап предусматривает совершенствование внутрикорпоративной структуры управления за счет повышения эффективности работы концерна как вертикально интегрированной компании и оптимизации структуры управления на уровне дочерних обществ.

В результате структурных преобразований будет полностью завершена работа по разделению финансовых потоков в добыче, транспортировке, переработке, подземном хранении и сбыте газа. Предполагается также выделить в обособленные подразделения сервисные службы, распределительные сети, социальные инфраструктуры. Осуществляемые преобразования позволят, как полагает компания, увеличить степень прозрачности затрат при добыче, транспортировке и сбыте газа.

Предполагается, что Правительство России рассмотрит вопрос о реформе газового рынка и его крупнейшего субъекта

- "Газпрома”. Сегодня же в газовой промышленности еще далеко до согласия относительно концепции рынка газа и реформирования деятельности его субъектов с учетом потенциальных возможностей отрасли и учете интересов все более возрастающего "независимого сектора”.

Складывающиеся условия диктуют срочную необходимость занять газовую нишу на мировом рынке, пока она еще не заполнена до конца другими экспортерами, а сжиженный природный газ (СПГ) как товар еще только набирает свою коммерческую привлекательность, способную быстро превратить СПГ в роковую для сетевого магистрального газа силу, угрожающую многомиллиардным ущербом для тех

экспортеров, которые по-прежнему продолжают играть на одном поле. При этом экспортеру важно отдавать себе отчет в том, что в газовой отрасли с момента принятия решения об осуществлении любого крупного проекта и до завершения этого проекта проходит много лет и тратятся крупные материальные средства, которые еще надо заранее мобилизовать, иначе конкурентные преимущества так и останутся на бумаге.

В этой связи наиболее свежим является пример с намерением "Газпрома” освоить рынок СПГ в США - стоило фирме заявить о своем намерении с 201 1 г. экспортировать в США 15 млн т СПГ в год, что было подтверждено Президентом РФ Путиным В.В. в Братиславе на встрече с Президентом Дж. Бушем, как появилось сообщение о том, что Катар (третий по доле в мировых запасах газа после России и Ирана) готов подписать контракт на поставку в США, начиная с 2010 г., 7,5 млн т СПГ с нового проекта Qutargas - 4, в который инвестирует 6 млрд долл. Royal Dutch/Shell. "Сроки - ключевой фактор, -отмечает Д.Стерн из оксфордского института энергетических исследований. - Если опоздать, то окажешься в конце огромной очереди желающих попасть на американский рынок СПГ”.7

По нашему мнению, реализация Россией такого амбициозного проекта, как удержание и даже существенное расширение своей "газовой ниши” на мировом рынке этого энергоносителя в условиях глобализации и еще большей политизации международных энергетических проблем, потребует формирования единой государственной политики, направленной на дальнейшее укрепления позиций государственного сектора в газовой отрасли и в первую очередь усиление, а не ослабление позиций ОАО "Газпром”. В этой связи предпринятые в конце 2004 г. - начале 2005 г. меры по получению государством контрольного пакета акций "Газпрома” можно только приветствовать. Это сделает "Газпром” не только юридически полностью управляемым государством, по и либерализирует рынок акций газового концерна.

Что же касается возможности объединения под одну крышу "Газпрома”, с государственными "Роснефтью” и "Зару-бежнефтью”, то эта акция имеет и положительную, и отрицательную стороны.

С одной стороны, сегодня "Газпром” и "Роснефть” ведут активную общую работу по освоению Штокмановского газоконденсатного, Приразломного нефтегазового месторождения на шельфе Баренцева моря, Харампурского нефтегазового месторождения в Ямало-Ненецком автономном округе и других месторождений, что открывает путь к повышению эффективности работы за счет снижения издержек, удешевления внедрения передовых технологий, повышения управляемости обеими компаниями.

С другой стороны, объединение компаний мешает государству более четко обозначить свою позицию в отношении своего участия на рынке нефти и нефтепродуктов. Вместо одного суперконцерна могло бы быть две (а в случае с "Зарубеж-нефтью” и три) организации, каждая из которых занималась бы своим делом и действовала бы на своем сегменте нефтегазового рынка, активно осуществляя государственную политику и составляя мощную конкурентную силу в отношении других ВИНК. "На то и щука в море, чтобы карась не дремал”.

Самостоятельная "Роснефть” могла бы, помимо своих обычных функций, взять на себя и роль государственного представителя в капиталах компаний, создаваемых для освоения крупных нефтяных проектов на базе схемы соглашений по разделу продукции, незаслуженно разрушенной известными поправками к соответствующему закону. "Зарубежнефть”, сохраняя самостоятельность и укрепляясь, внесло бы весьма конструктивные начала в зарубежную деятельность в нефтяной сфере, распространяя вширь свой положительный опыт работы во Вьетнаме.

Укрепление государственного участия на рынках нефти и газа активно способствовало бы усилению международной роли России на этих высокополитизиро-ванных стратегически важных участках

мирового рынка и укреплению российской экономики. Более того, в современных условиях, когда мир столкнулся с проблемой угрозы нарушения нормального снабжения энергоресурсами в силу возникновения угрозы террористических актов, нестабильного политического положения в главном центре мирового снабжения нефтью на Ближнем Востоке, когда к этим факторам ощутимо добавилось явное несоответствие мирового спроса и предложения, создающее дефицит нефти на мировом рынке, укрепление позиций России как крупного экспортера, обеспечивающего гарантированные поставки нефти и газа, явилось бы важнейшим вкладом нашей страны в создание международной системы энергетической безопасности.

Другим мероприятием по воссозданию регулирующей роли государства могло бы явиться введение государственной монополии на экспорт газа, практически уже осуществляемой с применением термина "единый экспортный канал”, понимая под этим "каналом” ОАО "Газпром”. Юридическое закрепление монополии путем изменения соответствующих статей Федерального закона "О газоснабжении Российской Федерации” и других законодательных актов внесло бы окончательную ясность в расстановку сил на газовом рынке. Это тем более необходимо, что отсутствие юридически закрепленного порядка ведет к попыткам независимых компаний самостоятельно выходить на мировой рынок со своими предложениями, нарушающими ценовую политику "Газпрома”. В этой связи можно привести лишь один пример: российская газета "Ведомости” сообщила, что восточногерманская газовая компания Verbundnetz Gas (VNG) получает огромное количество предложений из России от так называемых независимых производителей газа, предлагающих к продаже топливо. "В течение прошлого года мы получили предложения от различных компаний и лиц закупить в России газ в общем объеме около 290 млрд куб. м, при том, что мы импортируем лишь около 7 млрд куб. м российского газа”, -заявил руководитель управления по закупкам газа VNG8.

"Газпром”, осуществляя государственную монополию на экспорт газа, мог бы реализовать экспортные излишки газа независимых компаний и ВИНК на комиссионных началах по взаимоприемлемым ценам, конечно, при наличии специально разработанного механизма, исключающего произвол монополиста в отношении возможности навязывания только своих условий независимым компаниям по реализации газа на внешних рынках.

Официальное введение государственной монополии на экспорт газа и радикальное укрепление государственного сектора в газовой отрасли промышленности России, очевидно, вызовет негативную реакцию со стороны сторонников теории развития России по рыночной модели, предусматривающей как раз действия обратного порядка - вытеснение государственных начал из экономических процессов, полное разгосударствление собственности, всемерную либерализацию внешней торговли. По их мнению, рынок, как волшебная палочка, сам все решит, определит, расставит по своим местам и обеспечит процветание государству. Бескомпромиссность подобного рода рассуждений опровергается ходом мирового экономического развития. Практически повсеместно в государствах, развивающихся по рыночной модели, сохраняются те или иные государственные структуры, саморегулирующаяся рыночная система тесно переплетается с государственным регулированием, налаживается комбинация взаимоподдержки государственных и рыночных начал на благо государства и развития экономики. Более того, практически большинство крупнейших проектов (а российский план создания сверхмощной газовой отрасли может относиться к проектам подобного рода) осуществлялись по линии государственного сектора. К этому можно добавить и опыт стран-членов ОПЕК, успешно решающих производственные и торговые проблемы на государственных основах. Да и сами теоретики современного капитализма четко формулируют необходимость сочетания государственных и частных подходов в решении вопросов экономического развития.

Так, кейнсианская экономическая теория ориентирует нас на то, что "капитализм не является саморегулирующейся системой, способной к бесконечному процветанию” и что "саморегулирующийся рынок за руки нас не возьмет и к вершинам прогресса не приведет”9.

Важнейшей проблемой, требующей неотложного решения в ходе реформы российского газового рынка, является обеспечение мирного сосуществования ОАО "Газпром” с независимыми газовыми компаниями, включая ВИНК, особенно в части, касающейся транспортировки и утилизации добытого газа.

СМИ неоднократно сообщали о трудностях, испытываемых независимыми компаниями при осуществлении ими гарантированного законом права на доступ к трубе, что постоянно угрожает этим компаниям практически крахом всей их коммерческой деятельности. Говоря более конкретно о проблеме взаимоотношений "Газпрома” и независимых компаний, можно сослаться на мнение специалистов Минпромэнерго России, которые отмечали, что основными проблемами для независимых производителей газа являются:

- откровенное нежелание ОАО "Газпром” пускать газ независимых производителей в газотранспортную систему, находящуюся в распоряжении монополии;

- отсутствие механизмов инвестирования средств "независимых” в транспортную инфраструктуру;

- отсутствие механизма гарантированного доступа "независимых” в сеть;

- существование целого ряда ограничений, искусственно созданных ОАО "Газпром”, направленных на ограничение доступа в сеть, в том числе отсутствие четкой методики тарифообразования на транспорт газа "независимыми” и сам размер тарифа10.

К этому можно добавить наличие неосуществимой мечты у "независимых” получить самостоятельный выход на внешний рынок, а также неблагоприятные условия участия их во вновь создаваемых рыночных механизмах, в частности в газовой бирже.

При нерешенности этих проблем вряд ли можно рассчитывать, что независимые компании сумеют скомпенсировать намечающийся недобор добычи газа ОАО "Газпромом”, что нанесет непоправимый ущерб государственной политике в области освоения газового потенциала и сдержит развитие нефтедобычи у ВИНК.

Продолжающаяся много лет критика "Газпрома” властными структурами и реакция на нее монополиста напоминает обычную сцену, когда отец угрожает сыну выпороть его за плохое поведение, а сын отвечает отцу: "Папа, я больше не буду” и с утра снова начинает бедокурить. К этому можно добавить, что проект федерального закона "О магистральном трубопроводном транспорте” - ключевом документе, призванном внести полную ясность в сложившееся положение вещей и обеспечить успешное развитие отрасли, много лет пылится на полках в Государственной Думе. Правда, сейчас закон о магистральном транзите вновь решили вынести на обсуждение.

"Положение об обеспечении доступа независимых организаций к газотранспортной системе "Газпрома”, утвержденное Постановлением Правительства РФ еще 14 июля 1997 г., хотя и дополнялось новыми положениями, тем не менее не устранило дискриминацию "независимых” в пользовании трубой.

Проблему прокачки газа "независимых” не решает и готовящееся "Газпромом” положение об упрощенном порядке доступа к трубе, утверждение которого намечено на первое полугодие 2005 г.11 Одним словом, в стране продолжает сохраняться положение, при котором, как заявила независимая компания "Нортгаз”, "Газпром” в любой момент может отказаться принимать наш газ в трубу, ничем это не мотивируя12”.

Необходимо учитывать при этом, что газотранспортная система "Газпрома”, по оценкам экспертов, уже достигла верхнего предела технических возможностей, оцениваемых в 600 млрд куб. м. Это означает необходимость радикального решения вопроса о наращивании пропуск-

ной способности трубопроводов и изыскании крупных капиталовложений в транспортную инфраструктуру.

И "Газпром”, и "независимые”, (последние включают самую мощную "тройку” компаний - "Итера”, "Новатэк” и "Норт-газ”) выразили готовность предоставить средства для модернизации и дальнейшего развития транспортной системы при условии разработки механизма пользования трубопроводами, исключающего дискриминацию независимых компаний. Думается, что и ВИНК согласятся внести свою долю в развитие сети.

Решение задачи предлагаемого крупномасштабного выхода России на мировой рынок и максимального использования ее конкурентных преимуществ потребует мобилизации всех возможных источников увеличения добычи и укрепления экспортного потенциала. В этих условиях, по нашему мнению, лучшим решением транспортной проблемы было бы создание единой независимой государственной компании, владеющей магистральной газотранспортной сетью, способной обеспечить выполнение поставленных задач по увеличению объемов добычи и экспорта газа. Доля участия государства в уставном капитале такой компании должна, по нашему мнению, составлять не менее 50% плюс одна голосующая акция. Это означает, что частному капиталу будет также предоставлена возможность внести свою лепту в прекращение необъявленной транспортной войны между "Газпромом” и независимыми компаниями, включая ВИНК.

Хочется верить, что в одном ряду с государственными "Транснефтью” и "Транснефтепродуктом” появится и новая государственная компания "Нацтрансгаз”, что позволит обеспечить контроль государства над всеми газопотоками, в том числе предназначенными для транзита за пределами России и пропускаемые транзитом через российскую территорию.

Примечания:

1 Выступление на российско-норвежской нефтегазовой конференции в Ставангере, 25-26 января 2005 г.

2 "Российская бизнес-газета”, 8 февраля 2005 г.

3 Налоговые отчисления алкогольной отрасли составляют сейчас лишь 3% доходной части бюджета против 25% в советские времена, а потери бюджета от "теневого” оборота водки оцениваются в 60 млрд руб. в год.

4 "Коммерсант”, 25 февраля 2005 г.

5 А. Воронин. Энергетическая стратегия России. М.: 2004, с. 56.

6 Ю. Трофимов. Российский газ: стратегия и тактика. "Вестник экономики”, № 19, 2004.

7 "Ведомости”, 25 февраля 2005 г.

8 "Ведомости”, 11 февраля 2005 г.

9 Д. Кейнс. Общая теория занятости, процента и денег. Том 2. М.: 1993 , с. 430.

10 "Нефтегазовая вертикаль”, №1, 2005,

с.56.

11 "Коммерсант”, 24 февраля 2005 г.

12 Там же