Дискурс, археология знания и интуиция: М. Фуко и А. Бергсон

УДК 165.021

А. В. Маслова

кандидат философских наук, доцент каф. философских наук МГЛУ; е-таЛ: an_masLova@inbox.ru

ДИСКУРС, АРХЕОЛОГИЯ ЗНАНИЯ И ИНТУИЦИЯ: М. ФУКО И А. БЕРГСОН

Статья посвящена проблеме обоснования интуиции в контексте творческой деятельности. За основу берутся две философские концепции французских философов: концепция философской интуиции Анри Бергсона и понятие дискурса Мишеля Фуко. В работе ставится задача соотношения понятий: сознание, дискурс, интуиция и археология знания.

На первый взгляд, Фуко и Бергсон слишком разные философы, чтобы устанавливать корреляции в их учениях. Однако для прояснения смысла интуиции эти две фигуры французской философии становятся рядом и помогают увидеть эту проблему более полно. В данной статье предпринимается попытка увидеть взаимодополняемость концепций философской интуиции Бергсона и археологии знания Фуко. Также проясняется понятие дискурса.

В связи с распространением понятия дискурса на многие области знания дается его первоначальное определение, которое восходит к французской философии XX века. Мишель Фуко дал понятию дискурса философское значение, которое рассматривается в данной статье как ключевое. Дискурс понимается как неотвратимость, судьба мыслительного процесса. Попадая в дискурсивное поле, философ становится заложником определенной траектории, проложенной этим дискурсом. Это не сила традиции, а то, что греки называли логосом, метафизическим законом, по которому происходят мировые процессы, в том числе и мышление.

Однако фатализм дискурса преодолевается творческой способностью интуиции, которая представлена другим великим французским философом Анри Бергсоном. Дихотомия интуиции и дискурса выступает как две стороны одной медали, как два условия для возможности появления нового знания.

Философская интуиция Бергсона выступает как творческая сила развития дискурса, имеющего рациональный закон, по которому строятся высказывания. Берется пример философии Беркли, вобравшего в себя определенную интеллектуальную традицию и создавшего благодаря своей интуиции оригинальную философию познания. Если какие-то части его философии можно обнаружить у предшественников, то целостная, концептуальная, картина возникает на основе его интуиции. Последняя здесь выступает тем невидимым ключом текста, который необходимо «разгадать». В этом кроется особенность дивинаторного метода интерпретации, благодаря которому можно достичь понимания.

Важное место в понимании сущности интуиции занимает идея Мишеля Фуко об археологии знания, в которой он изложил принципы рождения новых смыслов. Провозглашенная французским философом смерть субъекта становится ничем иным, как признанием власти семантического поля, которое организует

мыслительный поток философа, исследователя. Сама идея архива является перспективной в свете цифровой культуры.

Таким образом, в статье проводится синтез трех концептов: дискурс, философская интуиция, археология знания. Этот синтез происходит естественным образом в момент интуитивного озарения, когда соединяются в единое мгновение законы дискурса, субъективные черты личности и архив знаний. Архив здесь следует понимать как информационное поле, в которое попадает ищущее сознание ученого, философа, исследователя.

В заключение статьи кратко изложены выводы и задается направление в исследовании интуиции как когнитивной способности, которая позволяет преодолеть ограниченность субъективного сознания.

Ключевые слова: интуиция; дискурс; археология знания; творчество; мышление.

A. V. Maslova

PhD (PhiLosophy), Associate Professor at the Department of PhiLosophicaL Sciences, MSLU; e-maiL: an_masLova@inbox.ru

DISCOURSE, ARCHEOLOGY OF KNOWLEDGE AND INTUITION: M. FOUCAULT AND H. BERGSON

The articLe is devoted to the probLem of the foundation of intuition in the context of creative activity. The paper treats two basic phiLosophicaL concepts: Henri Bergson's philosophical intuition and MicheL FoucauLt's discourse. The aim of the articLe is to compare the concepts of consciousness, intuition, and archeology of knowledge.

At first gLance, FoucauLt and Bergson are phiLosophers too different to Let us estabLish any correLation between their doctrines. However, the comparison of teachings of Bergson and FoucauLt can heLp us to get a cLearer picture of the meaning of intuition. In the articLe an attempt has been made to anaLyze compLementarity of Bergson's phiLosophicaL intuition and FoucauLt's archeoLogy of knowLedge. An emphasis is aLso Laid on the notion of discourse.

The notion of discourse became rampant in the humanities and sociaL science of the XXth century, the paper traces back its originaL meaning. FoucauLt considers discourse as a fundamentaL phiLosophicaL concept, as ineLuctabiLity and faith of the thinking process. Within the discursive fieLd a phiLosopher becomes a hostage of a certain trajectory determined by this discourse. This is not a tradition stricto sensu but what the Greeks caLLed "Logos" or the metaphysicaL Law determining the worLd processes incLuding thought.

However, the fataLism of discourse is overcome by the creative abiLity of intuition advocated by the great French phiLosopher Henri Bergson. The dichotomy of intuition and discourse appears as two sides of the same coin or as two conditions of new knowLedge.

Bergson's phiLosophicaL intuition appears as the creative power of the deveLopment of discourse having in itseLf a rationaL Law according to which statements are buiLt. The phiLosophy of BerkeLey gives us a good exampLe of both beLonging to a certain

intellectual, tradition and creation of a highLy original, theory of knowledge owing to the philosopher's own intuition. If some aspects BerkeLey's phiLosophy can be found in his predecessors' teachings, the hoListic and conceptuaL picture of BerkeLeyan phiLosophy stems onLy from his intuition. The Latter is an invisibLe key to the text to be deciphered. In it Lies the pecuLiarity of the divinatory method of interpretation Leading to the true understanding.

MicheL FoucauLt's conception of archeoLogy of knowLedge, aimed at the discovery of new meanings, Leaves much room for intuition. The death of the subject, procLaimed by the French phiLosopher, is recognition of the power of the semantic fieLd that organizes the stream of thought of a phiLosopher and a researcher. The very idea of Archive is fruitfuL in the age of digitaL cuLture.

Thus, the present articLe anaLyzes three main concepts: discourse, phiLosophicaL intuition, and archeoLogy of knowLedge. This synthesis occurs naturaLLy at the time of intuitive insight. In the end the author briefLy describes some basic concLusions and makes an attempt to Look at intuition as a cognitive abiLity aLLowing us to overcome the Limitations of subjective consciousness.

Key words: intuition; discourse; archeoLogy of knowLedge; creativity; cognition.

Введение

Понятие дискурса в последнее время приобрело широкое распространение, оно вышло за пределы философии, в лоне которой оно обрело смысл, относящийся к процессу мышления и творческой деятельности философа. «Живая» мысль «встраивается» в процесс конструирования нарратива и «питает» его своей творческой силой. Понятия творчества и дискурса, как поля уже заданных смыслов, кажутся, на первый взгляд, несовместимыми. Однако мы попытаемся выявить их единство, которое станет почвой для обоснования интуиции.

Интуиция и рождение новых смыслов

В поиске обоснования механизмов работы творческой интуиции необходимо учитывать не только онтогенез одной гениальной личности, но и контекст, условия возможности воплощения своего потенциала в произведении. Благодаря этому выходу может быть достигнута стадия общности, переход на метапозицию, с высоты которой можно будет объяснить ее роль в истории. Как «Я» определил Х. Ортега-и-Гассет: «Я есть я и мое обстоятельство, и если я не спасаю его, то не спасаю и самого себя» [Ортега-и-Гассет 1997, а 20]. Творчество является этим спасением.

Состояние усиленного поиска как будто бы утраченного смысла сродни отрешенности, о которой говорил Майстер Экхарт. Стирается граница между объектом и субъектом, полностью исключается воля и теряется связь с наличным бытием, с подручным, о котором писал М. Хайдеггер. Абсолютная захваченность бытием предмета, пребывание в чистом созерцании. А. Маслоу описывает самоактуализированную личность, когда происходит погружение в объект исследования до такой степени, что испытывает неимоверный восторг, радость, сродни экстатическому состоянию мистического опыта [Маслоу 2001]. При этом обязательна утрата «Я», трансцендирование, но не в смысле слияния с толпой, а наоборот, будучи, несомненно, в одиночестве. «Бытие совершается наедине с собой в присутствии Бога» [Гиренок 2010, с. 55]. Можно сказать, что в момент интуитивного созерцания совершается бытие. Возникает вопрос: «что позволяет одной личности со всей своей индивидуальной структурой прийти к всеобщему закону, открыть что-то универсальное?».

Провозглашенная М. Фуко смерть субъекта соотносится с мыслью об отрицании самого себя в истинном творческом акте. Субъект выступает как функция дискурса. В момент инсайта человек как бы подключается к объективному полю дискурса, к «полю высказывания». Иными словами, «...если есть сказанные вещи, то непосредственную причину нужно искать не в вещах, являющихся сказанными, и не в людях, которые их сказали, но в системе дискурсивности, в устанавливаемых ею возможностях и невозможностях высказывания» [Фуко 1996, с. 130]. Подчеркивается уже включенность в исторический контекст.

Например, философ, разрабатывая свою систему, исходит из предшествующего, но вносит в уже сказанное свое, что еще не было сказано, новое, и этот механизм рождения нового знания есть интуиция. Об этом метко сказал Анри Бергсон. Анализируя специфику первичной интуиции Д. Беркли, он говорит, что основные положения философии английского философа можно обнаружить у Дунса Скота, Декарта, у средневековых теологов, у Гоббса можно обнаружить идею о том, что «абстрактные и общие идеи сводятся к словам», а идея о существовании Бога, исходя из наблюдения материи, близка «окказионализму» Мальбранша [Бергсон 2010, с. 169]. Но где же то новшество, которое внесла философия Беркли в развитие мысли? Это его

интуиция, которая организовывает эти положения так, что «.. .каждое из них словно наполняется другими, приобретает рельеф и глубину и становится в корне отличным от предшествующих или современных теорий, с коими его можно было бы чисто внешним образом сблизить» [Бергсон 2010, с. 170]. И поразительно, что эти основные положения вращаются вокруг двух различных образов. Эти образы являют собой те интуитивные предпосылки всего учения, которые как раз осуществляют свою роль генерации нового смысла.

Еще один яркий пример формирования новой концепции, основывающейся в своих предпосылках на уже существующих исследованиях - это открытие Коперником гелиоцентрической системы. Интерес представляет спор с одним из современников ученого. «Основное преимущество Галилея - в его конструктивном воображении, - полагает А. В. Ахутин. - Он исполняет за Шайнера его собственную работу и строит ту геометрическую модель движения «сферы пятен», которой удовлетворяют результаты Шайнера, впервые, собственно говоря, делая наблюдения Шайнера действительно доказательными» [Ахутин 1976, с. 178]. Но вопрос о происхождении этих первичных образов, явившихся как интуиция философа, остается нерешенным. Возможно, имеет место логика в таких вспышках интуиции, которые образуют мерцающую озарениями историю человечества.

В этой связи можно обратиться к концепции археологии знания М. Фуко. Приведенный выше пассаж Бергсона о неповторимости философской системы Беркли при том, что ее основные постулаты можно вывести из предшествующих идей, созвучен мысли о существовании «дискурсивных полей», попадая в которое, словно в аттрактор, мыслитель начинает создавать новые смыслы.

Анализ развития идей на основании их приобщенности к определенным дискурсам, которые выполняют роль организаторов, происходит на уровне сказанного. Высказывание, которое зафиксировано в историческом памятнике (текст, картина, мелодия) является частью определенного дискурса. Произведение рассматривается не какреа-лизация определенной личности со своей историей и субъективными чертами, а как часть развития культуры, т. е. содержания информации, которая составляет архив цивилизации.

Сказанное в тексте, точнее, проявление (подобно фотоискусству при проявлении негатива) первичной интуиции фиксируется

и начинает «жить» в истории. Так, оно становится предшествующим и последующим узловым моментом в развитии мысли одновременно. Археология в этом смысле является тем средством, которое выявляет закономерности появления и развития новых высказываний, безотносительно к тому, кто их выразил.

Этот подход позволяет выйти на уровень культурной эволюции. Это поиск объективных критериев, которые направляют мыслителей, ученых, и детерминируют появление нового знания. Это структура дискурсивных практик, которая как бы заставляет мыслителя говорить определенным образом. Тогда можно сказать, что человек впадает в «доиндивидуальную реальность», «.. .начинает иметь дело с чем-то общим, универсальным, недифференцированным» [Вирно 2013, с. 90]. Ведь дискурс уже дан, но не как завершенное целое, наполненное сокровенными знаниями, но как та область, к достраиванию которой подключается ищущий в поиске ответа на поставленную задачу.

Стоит несколько слов сказать о доиндивидуальной реальности. Паоло Вирно пишет: «Не существует никакого "частного языка", на котором мог бы изъясняться человек, ещё меньше такой язык возможен у ребенка» [Вирно 2013, с. 91]. Получается, что в процессе речи человек уже находится в сфере «интерпсихического». Этот термин важен, так как психическое в основном понимается как сугубо индивидуальное, субъективное, замкнутое, что объясняет трудность передачи другому чувств, эмоций и т. д. (камень преткновения принципа интроспекции). Напротив, «интрапсихическое» - это то, что сформировалось на протяжении всей истории человечества, подобно коллективному бессознательному, которое определяет результат сознательного поиска решения задачи, требующей умственных усилий. На мой взгляд, более подходящим определением этой структуры будет понятие дискурса, как его понимает М. Фуко в книге «Археология знания».

В данной работе французский философ проводит анализ развития трех областей знания: психопатологии, медицины и грамматики. Это три разные направления дискурса. Три дискурсивных поля, где происходит появление новых объектов, ихсравнение, столкновение, борьба, т. е. взаимосвязь высказанных в определенную эпоху определенными личностями идей. Таким образом, если связать закономерность дискурсивных практик и момента рождения нового знания

в интуитивном акте, то последнее органично «встроится» в глобальное прерывное, нелинейное, но детерминированное самим дискурсом развитие. Здесь происходит сопряжение субъективных характеристик личности и того, что находится за ее пределами. Так рождается произведение. Чтобы оно содержало в себе что-то новое, оно должно исходить из первоначальной интуиции автора, которая открывает в пределах одного дискурса еще не сказанное, но должное сказаться.

В связи с этим актуальна мысль Фуко о том, что «необходимо восстановить текст, тонкий и невидимый, который проскальзывает в зазоры между строчками и порой раздвигает их» [Фуко 1996, с. 29]. Иными словами, надо добраться до изначальной интуиции автора. Поразительно, что эта индивидуальная интуиция претендует на всеобщий смысл, и, по сути, является таковой при открытии закона, постулирования аксиом и т. д. Происходит скачок в пространство вечного. Но это вечное само присутствует уже в «говорящем», т. е. в авторе.

Если рассмотреть процесс появления нового знания целостно, то все уровни жизни человека будут задействованы в этом процессе, начиная с биологического материального основания: нейрофизиологического базиса, который управляется генетической информацией, вплоть до квантовых процессов и эпифеноменального, которые происходят в сознании, такие как формулирование мыслей, синтез понятий, т. е. все сознательные действия, направленные на поиск решения творческой задачи. Если первый уровень детерминации являет собой итог биологической эволюции, которая основана на сохранении и изменении биологической информации, записанной в клетках человеческого организма, то второй уровень определяется культурной информацией, т. е. знанием.

Связь создания гениального произведение и интуитивного акта озарения отсылает к поиску источника самой способности интуитивного познания. На основании эволюционного подхода А. Бергсона, обосновывается структурная связь человека с первоначалом, которым является сверхсознание, к которому причастно единичное человеческое сознание. Посредством этой связи можно сквозь свое сознание выйти на уровень сверхсознания и получать информацию о мире непосредственно.

Можно сказать, содержание, которое открывается в момент ин-сайта, подобно закодированной в структуре человеческого организма

информации. С появлением нового способа кодирования информации, появился новый мир, мир человеческой культуры, который представляет собой архив цивилизации. Уместность аналогии генетической репликации с трансляцией культурной информации доказывается данными расчета.

Приведем один из интереснейших фрагментов статьи из газеты «НГ наука»: «Ученые проанализировали развитие 60 основных технологий хранения, обработки и передачи информации за 1986-2007 гг. и пришли к выводу, что суммарные запасы данных всего человечества оцениваются в 295 эксабайт. Это 21-значное число, так как 1 эксабайт -1018 байта. Общий объем информации, производимый людьми, будучи записанным на компакт-диски, может образовать стопку высотой больше орбиты Луны. Правда, это количество - лишь 1 % от информации, содержащейся во всех молекулах ДНК одного человека» [Сухой остаток 2012]. По мнению автора статьи, это говорит о единообразии памяти как таковой. Однако количественные показатели никак не редуцируют сознание человека к его физическому базису. Аналогия уместна до тех пор, пока она не противоречит здравому смыслу и современности.

Попытка обнаружить источник нового знания, понять логику развития смыслов, не может не отсылать к анализу глубинных структур человеческой психики, в которой укоренены когнитивные способности.

Озарение здесь выступает как фактор становления интеллектуальной истории, философии истории, базирующейся на становлении фундаментальных для цивилизации концепций, теорий, гипотез. Делается акцент на информационном аспекте момента озарения, что дает возможность связать историю развития идей с архивацией культурной информации.

Опираясь на работы А. Бергсона и М. Фуко, предпринимается попытка выявить закономерности появления гениальных произведений, в частности. Была предпринята попытка понять связь первоначальной оригинальной интуиции автора и дискурса, в который автор входил и начинал обогащать. Таким образом, единичный интуитивный акт получения знания является, во-первых, зависимым от уже существующего дискурсивного поля, в котором производится поиск заветного решения задачи, во-вторых, учитывая физические основания мыслительных способностей, имеет место детерминированность на биологическом уровне.

Процесс создания оригинального произведения из первичной интуиции определяется несколькими факторами. Выпадение в дискурсивное поле смыслов, в котором происходит поиск, который подобно структуре аттрактору направляет и задает правила формулирования пришедших интуитивным путем мыслей. Также происходит сложный информационный процесс в человеке как носителе архива информации прошлых поколений.

Таким образом, процесс создания гениального произведения связан с работой над информационными архивами, которые под действием определенных личностных качеств приводит к необходимому результату. Человек рассматривается как носитель архива своей цивилизации, аспекты которого культивируются в смысловом пространстве определенного дискурса.

Заключение

Таким образом следует указать на то, что феномен интуиции рассматривается здесь в связи с открытием нового знания в контексте культурной эволюции. Не берутся во внимание другие проявления интуиции: чувственная интуиция, предвидение, интуиция в культуре, препонимание и т. д. Акцент делается только на интуиции открытия, в проблемном контексте которой была предпринята попытка обнаружения точек пересечения субъективного и объективного в момент инсайта.

На основании работ М. Фуко и А. Бергсона вскрывается связь индивидуального, пронизанного сквозь личностный опыт момента озарения и того дискурсивного поля, в которое погружается сознание. Так, мы видим скачок синдивидуального уровня сознания на такой уровень развития человеческой цивилизации, как архив знания. Иными словами, говорится о тайне проникновения единичного сознания с областью объективного. Благодаря творческой силе интуиции дискурс, в котором производится научный, философский поиск, наполняется и имеет развитие. Происходит сохранение и обогащение архива знания.

Последний становится информационным полем, которому придаются каждый раз новые смыслы. А настроенность творческого мышления на достраивание определенной области дискурса, в сочетании с априорными способностями, «встроенными» в физиологию,

дает возможность осуществления интуиции как озарения. Также имеет место зависимость от структуры личности, потому что, как было выявлено, есть люди, которым свойственно интуитивное мышление в сочетании с характерными самой интуиции свойствами.

Исследование интуиции, как древнейшей способности восприятия и понимания мира, является богатейшей областью философского поиска, который с развитием научного дискурса наполняется и углубляется. Подобно выпадению в дискурсивное поле, произошло погружение в смыслы двух выдающихся философов Франции: Анри Бергсона и Мишеля Фуко.

Можно сказать, что в данной статье отражена часть того дискурсивного поля, которое представляет собой ризому высказываний по поводу природы интуиции, и представленная в данной работе их взаимосвязь является произведенным самим этим дискурсом явлением.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Ахутин А. В. История принципов физического эксперимента от Античности

до XVII в. М. : Наука, 1976. 292 с. Бергсон А. Избранное: Сознание и жизнь. М., 2010. 399 с. Блауберг И. И. Анри Бергсон. М. 2003. 672 с.

Вирно П. Грамматика множеств. К анализу форм общественной жизни. М. :

Ад маргинем пресс, 2013. 176 с. Гиренок Ф. Удовольствие мыслить иначе. М. : Мир, 2010. 235 с. Кармин А. С. Интуиция. СПб., 2011. 901 с.

Маслова А. В. Мгновение интуиции и априорное знание // Психология и психотехника. М. : Notabene. № 8. 2012. С. 44-51. Маслоу А. Мотивация личность. Спб.: Евразия, 2001. 478 с. Ортега-и-Гассет Х. Размышления о «Дон Кихоте». СПб. : Изд-во Санкт-

Петербургского университета, 1997. 332 с. Сухой остаток [Электронный ресурс] // НГ наука. 24.10.2012. URL : www.

ng.ru/science/2012-10-24/14_ostatok.html Фуко М. Археология знания. Киев: Ника-Центр, 1996. 208 с. Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет. М. : Касталь, 1996. 448 с. Экхарт М. Об отрешенности. М. ; СПб., 2001. 432 с.