Место Грузии на политической карте Европы: формирование новых геополитических реалий

МЕСТО ГРУЗИИ НА ПОЛИТИЧЕСКОЙ КАРТЕ ЕВРОПЫ: ФОРМИРОВАНИЕ НОВЫ1Х ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ РЕАЛИЙ

Бека ЧЕДИЯ

доктор политологии, руководитель издательских проектов Тбилисской школы политических исследований

Первоначально, когда Грузия только вышла из состава СССР (декабрь 1991 г.), Запад в геополитическом смысле воспринимался грузинами как единое целое, а Европу они считали своим пространством. Но лишь после того, как сама Европа точнее определилась со своим геополитическим статусом, осуществилась

возможность появления Грузии на ее политической карте. Ведь помимо расширения Евросоюза (ЕС), на повестке дня стоял еще один важный вопрос: что же представляет собой Европа?

До распада СССР было принято условно разделять Европу на Западную и Восточную, но не в географическом смысле, а

по чисто политическому признаку. С появлением новых государств после распада СССР в Восточной Европе началось формирование новых геополитических реалий.

В настоящее время в Грузии задаются лишь одним вопросом: «Будет ли вступление страны в ЕС институционально оформлено или нет?»

Исторические корни европеизма Грузии. Что «приоритетнее»: история, культура, география или политика?

История. Грузия всегда устремляла взор на Европу. Так, в 1713—1716 годах видный общественный деятель С.С. Орбелиани, стремясь заручиться поддержкой европейских правителей и убедить их заключить союз с Грузией, посетил Папу Климента XI и короля Франции Людовика XIV и даже принял католическую веру. Но тогда Европа так и не откликнулась на его предложения.

Примечательно, что идея европеизма в Грузии стала особенно популярна в XVIII веке. В первом грузинском политическом трактате «Мудрец Востока», написанном А. Амилахва-ри, особо подчеркивается огромное влияние европейских просветителей, прежде всего Монтескье, на грузинское общество.

Внимание Грузии было обращено на Европу и в XIX веке; И. Гогебашвили писал тогда, что «начиная с XVIII века вся нация чувствует потребность сближения с Европой».

В 1918 году старания Грузии, казалось, увенчались успехом: она провозгласила независимость от Российской империи и создание Республики, а союзницей выбрала Германию. Интересно, что сформированное в 1918 году правительство Грузии было первым социал-демократическим правительством во всей Европе. Тогдашний глава государства Н. Жордания в своей работе «Внешняя политика Грузии» писал, что Грузия всегда стремилась к Европе и ее культуре, являясь по своей социальной структуре ее исторической частью. Но союз оказался эфемерным, и Европа предала Грузию, не оказав ей помощи в борьбе с советскими оккупантами; в результате европейское развитие грузинского общества было насильственно прервано.

Культура. Христианство — весомый аргумент для доказательства принадлежности Грузии к европейской цивилизации; оно было объявлено здесь официальной религией еще в 30-х годах IV века. В то время принятие христианства было обусловлено внешнеполитическим курсом Грузии, ориентированным на сближении с греко-римским миром, тогда как завоевательная политика Персии грозила привести к уничтожению страны. С тех пор христианство прочно вошло в жизнь грузинского общества и оказало сильное воздействие на развитие его культуры.

Примечательно, что видные грузинские ученые XX века при сравнительном анализе феодального строя Грузии и европейских стран сошлись во мнениях по поводу того, что в XI—XII веках грузинская парадигма феодализма была идентична европейской модели, в частности французской. Более того, исследователи выдвигали теорию так называемого «параллельного развития»; оно прослеживалось в области прав собственности на землю, социальной структуре населения и т.д.

Другой грузинский ученый, Ш. Нуцубидзе, выдвинул теорию «грузинского ренессанса»: он утверждал, что эпоха Возрождения началась в Грузии раньше, чем в Италии.

Судить об обоснованности этих теорий довольно сложно. Так или иначе, стремление грузинского общества к Европе отражено в многочисленных научных исследованиях, пытающихся доказать причастность Грузии к европейскому наследию.

В 1990-х годах в Грузии вышел в свет сборник публикаций грузинских писателей и общественных деятелей начала XX века под названием «Европа или Азия?». Это издание лишний раз подтвердило тот факт, что тема культурной идентичности Грузии всегда была одной из самых актуальных, однако четкого ответа на поставленный вопрос так и не прозвучало.

Для доказательства принадлежности Грузии к европейской цивилизации используются и данные антропологии. В течение 1991—2007 годов в грузинском поселке Дманиси в ходе археологических раскопок были найдены останки как минимум четырех древнейших людей (homo georgicus), живших приблизительно 1 млн 770 тыс. лет назад; их возраст подтверждается как стратиграфическими, так и палеомагнетическими исследованиями, а также наличием обнаруженной ископаемой фауны. Таким образом, как утверждают ученые, homo georgicus — самый древний вид людей, обитавший на территории Европы1. «Грузины — первые европейцы!» — такое утверждение иногда слышится даже из уст представителей политической элиты Грузии.

В чем же заключается европейское сознание? Что значит быть европейцем? На какой территории европеец чувствует себя как дома? На все эти вопросы попытался ответить информационный журнал Министерства иностранных дел Франции «Label France» в июльском номере за 2000 год (в то время Франция председательствовала в ЕС). «Настоящая граница находится в чувстве принадлежности к некоторой общности, — писал по этому поводу историк М. Ферро. Чувствует ли себя француз дома в Лондоне, Берлине или Москве? Без сомнения. В горах Кавказа? Без сомнения, нет». А на вопрос: «До какой точки доходит Европа на востоке?» — французский историк отвечает: «Не до Урала, а до Владивостока. Когда я был в Иркутске и Хабаровске, то отметил, что мышление оставалось тем же, что в Риге и Антверпене. Но в Таджикистане и некоторых республиках Кавказа, входящих в состав России, мне было ясно, что мы уже не в Европе»2.

География. Одной из важнейших проблем является определение места Грузии на карте мира. Советские географы не относили Грузию к европейской части СССР: она, как и все Закавказье, не была отмечена в атласах как часть Европы. Впрочем, до распада СССР вопрос о границах Европы не возникал — он встал на повестке дня после появления новых государств и стал наиболее болезненным для закавказских республик.

Обращает на себя внимание, что стремление Грузии утвердиться на политической карте Европы появилось еще до объявления независимости.

14 ноября 1990 года Верховный совет Грузии выступил с обращением к участникам Парижской конференции, главам государств и правительств стран — участниц Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ — предшественник ОБСЕ). В обращении говорилось: «Грузия на основе многопартийных выборов приобрела возможность выбрать путь, который должен вернуть ее в семью народов Европы. Это будет трудный путь, и ее стремление к независимости не должно перерасти в фактор нестабильности в Европе. Более того, Грузия должна внести свою лепту на региональном уровне развития обеспечения безопасности и сотрудничества, что послужит процессу европейской интеграции... Надеемся, что Парижская конференция и страны, участвующие в Хельсинкском процессе, реально оценят происходящие события в европейской части СССР — справедливое стремление к восстановлению государственной независимости в прошлом

1 [www.dmanisi.ge].

2 Label France, июль 2000, № 40. С. 4—5 (на русск. яз.).

демократических государств, и искусственно не помешают процессу глобальной европейской интеграций и окончательной стабилизации»3.

Вскоре после этого Грузия была официально признана независимым (но не европейским) государством. Долгое время ЕС воспринимал Грузию как часть региона, связывающего Европу и Азию, и не стремился в своей политике к признанию грузин нацией с явно выраженной европейской идентичностью4.

В 1992 году министр иностранных дел Германии Г.Д. Геншер совершил визит в Грузию и даже выступил на митинге по случаю своего приезда. Он тогда заявил: «Отныне Европа никогда не предаст Грузию. Она всегда была ориентирована на Европу, она дважды разочаровывалась, когда ожидала помощи от Европы, в третий раз этого не случится»5.

Для претворения в жизнь его оптимистических заявлений понадобилось почти 16 лет. Когда в сентябре 1993 года регулярные части российской армии под прикрытием абхазских и северокавказских боевиков штурмом взяли столицу Абхазской автономной республики Сухуми, Европа никак не отреагировала на эти события и оставила Грузию лицом к лицу с Россией; страна вынуждена была вступить в СНГ, которое, по задумке Кремля, должно было стать модернизированным СССР.

Политика. В впервые годы независимости Грузию не признавали в качестве европейского государства, но когда дело касалось геополитических проектов, она незамедлительно появлялась на политической карте Европы. Интересно, что сразу же после распада СССР Грузия была вовлечена в важнейший военно-политический процесс — меры в рамках Договора об обычных вооруженных силах в Европе. Этот документ предусматривал сокращение обычных вооружений в Европе. Как известно, 19 ноября 1990 года он был первоначально подписан 22 странами и охватывал территорию от Атлантического океана до Уральских гор. После распада СССР 8 бывших союзных республик ратифицировали этот договор в качестве независимых государств. Более того, в его рамках были определены особые «фланговые зоны», где были предусмотрены более жесткие, по сравнению с другими территориями Европы ограничения. Таким образом, территория Грузии, которую не воспринимали как часть Европы, первой оказалась в границах этих «фланговых зон». В них также вошли Норвегия, Исландия, Армения, Азербайджан, Молдова, Турция, Греция, Румыния, Болгария и некоторые территории России и Украины.

Тогда еще никто не понимал, что в вопросе определения европейской идентичности главную роль играют не география, культура или цивилизация, а политика. Правильность этого вывода подтверждается детальным анализом динамики процесса сближения Грузии и Европы.

Первые шаги в сторону Европы. Совет Европы — это еще не Европа

Почему грузины стремятся в Европу?

Большинство существующих в мире либерально-демократических стран находится в Европе. Понятие «Европа» в грузинском обществе отождествляется с цивилизаци-

3 Обращение Верховного совета Республики Грузия к участникам Парижской конференций, глав государств и правительств стран — участниц совещаний по безопасности и сотрудничеству в Европе, 14 апреля 1990.

4 Commission Communication. Towards a European Union Strategy for Relations with the Transcaucasian Republics, 1995.

5 Сакартвелос Республика, 14 апреля 1992.

ей, демократическими ценностями и экономическим благополучием; делая в своих квартирах дорогой ремонт по современным дизайн-проектам, люди называют его «евроремонтом», не ведая, что такого понятия в области строительства попросту не существует.

Стремление грузин идентифицировать себя с европейцами проявляется и в области спорта, особенно в футболе. Федерация футбола Грузии стала самостоятельной организацией раньше, чем сама республика стала независимой. Этому в немалой степени способствовали лидеры национально-освободительного движения, в том числе и будущий президент З. Гамсахурдиа.

В 1981 году грузинская футбольная команда «Динамо» (Тбилиси) завоевала европейский Кубок Кубков. В период существования СССР подобную триумфальную победу удавалось (дважды) одержать только украинским футболистам. После провозглашения независимости Федерация футбола Грузии вступила в УЕФА — хотя и спортивную, но все-таки европейскую структуру.

Важным шагом было вхождение страны в Совет Европы (СЕ) в 1999 году; это событие стало первым институциональным признанием Грузии как части европейской цивилизации. «Я грузин, следовательно, и европеец!» — это историческая фраза тогдашнего председателя парламента Грузии прозвучала на сессии парламентской ассамблеи СЕ в день вступления страны в эту организацию; «возвращение Грузии в Европу» состоялось.

Этому историческому событию предшествовала длительная дискуссия по поводу целесообразности принятия Грузии в СЕ. 30—31 августа 1998 года состоялся официальный визит делегации СЕ во главе с Генеральным секретарем организации Д. Таршисом в государства Кавказа, после которого был сделан вывод: «Кавказ и его население, благодаря длительным историческим и культурным взаимоотношениям, принадлежат европейской семье... »

Вступление Грузии в СЕ во многом оправдало надежды на европейское развитие страны; оно имело и практическое значение, так как у граждан страны появилась возможность подавать иски в Европейский суд по правам человека.

Как показала практика, СЕ превратился в некую «подготовительную группу», в которой посткоммунистические страны приучают к демократическим нормам и ценностям; со временем наиболее способных переводят в «высшую лигу» — ЕС.

В последнее время политики, и не только грузинские, все чаще задают вопрос: «Если Грузия — член СЕ, значит, она европейское государство, а если это так, то почему же Европа равнодушна к проблемам Грузии?» В марте 2001 года германская газета «Франк-фуртер рундшау» опубликовала статью депутата парламента Ф. Руе. По его мнению, в Германии недооценивают стратегическую значимость региона, надеясь на то, что в крайнем случае все дела сделают американцы. По мнению автора, Германия должна резко пресечь претензии России, особенно по поводу Грузии. А целью этой политики должна служить стабильность Кавказа и его объединение с Европой6.

В 2003 году ЕС разработал новую программу — «Политика европейского соседства». Первоначально в сферу действия программы были включены Алжир, Беларусь, Египет, Иордания, Израиль, Ливан, Ливия, Марокко, Молдова, Палестинская автономия, Сирия, Тунис и Украина — все страны, имеющие сухопутные и морские границы с Европой, кроме России, Азербайджана, Армении и Грузии. Однако возрастающая роль этого региона в транспортировке энергоресурсов способствовала включению в нее Азербайджана, Армении и Грузии. Россия же отказалась участвовать в этой программе и вме-

6 Цитируется по грузинскому переводу газеты «Дрони», 10 марта 2001.

сто этого в рамках Соглашения о партнерстве и сотрудничестве с ЕС осуществляет так называемое стратегическое партнерство7.

Термин «соседство» указывал на то, что Грузия не является потенциальным членом организации, что противоречило ее амбициозным планам. Это не могло устраивать Грузию, которая взяла курс на полноценную интеграцию в ЕС. Однако в 2006 году правительство Грузии после годичной консультации с Евросоюзом утвердило План действий в рамках Программы, хотя после его выполнения не было никаких гарантий дальнейшей интеграции республики в Евросоюз.

Следует отметить, что после «революции роз» стремление интегрироваться в ЕС, наряду с желанием вступить в НАТО, стало элементом официального внешнеполитического курса страны.

Евровидение, или Площадь Европы для грузинской внешней политики

Примечательно, что во время «революции роз» демонстранты несли официальный флаг ЕС, представители которого, находившиеся в Грузии, воспринимали его как революционное знамя. После революции по решению правительства в государственных учреждениях Грузии был вывешен флаг ЕС; на его фоне президент Грузии предстает перед обществом во время официальных встреч с иностранными делегациями; он установлен перед зданием парламента и в кабинетах высших руководителей государства, являясь, наряду с национальным флагом, необходимым атрибутом.

Дело не только в символах. Если до революции в политическом истеблишменте страны никто и не мечтал о вступлении в ЕС, то после нее правящие круги уже определили приблизительную дату этого события (2010 г.).

Министром иностранных дел республики была назначена гражданка Франции и действующий посол этой страны в Грузии С. Зурабишвили, грузинка по происхождению; это явилось своеобразным политическим ходом, рассчитанным на то, чтобы привлечь внимание Европы.

Кроме этого, был введен пост министра по вопросам интеграции в европейские структуры; началась подготовка пакета решений для сближения с ЕС; чтобы подчеркнуть стремление Грузии в Европу, одна из древних площадей Тбилиси была переименована в площадь Европы.

Во время одного из своих первых визитов в Европу президент Грузии М. Саакашвили, находясь в офисе «Евроньюс», с обидой заметил: «Почему ваш канал не передает прогноз погоды Грузии? Она ведь европейская страна!»

После революции общественный вещатель Грузии объединился с ассоциацией общественных вещателей Европы, что дало стране право участвовать в ежегодном музыкальном конкурсе «Евровидение».

Для ускорения процесса интеграции в Европу образование было объявлено приоритетной сферой, хотя грузинская молодежь и без того всегда проявляла особый интерес к получению образования в европейских университетах; в последние годы программы обмена студентами стали частью государственной стратегии в этой сфере. Чтобы войти в

7 [www.delgeo.ec.europa.eu], 2008.

единое европейское образовательное пространство, Грузия, в первую очередь, присоединилась к Болонскому процессу.

Таким образом, происходящие в различных сферах общественной жизни Грузии процессы (в политике, экономике и культурной жизни) так или иначе связаны с Европой.

Так, летом 2009 года в нескольких грузинских городах были проведены выставки работ Пикассо; на их открытии присутствовала вся политическая элита страны. Председатель парламента республики заявил, что проведение этого культурного мероприятия свидетельствует, что Грузия укрепляет свои позиции не только на политической карте Европы, но и в ее культурной жизни.

Евросоюз — новый игрок на Кавказе

2008 год стал переломным в отношениях Грузии с ЕС. Германия, которая, как и Франция, известна своим евроскептицизмом, неожиданно выразила заинтересованность в урегулировании конфликта в Абхазии.

За несколько месяцев до начала российско-грузинской войны министр иностранных дел Германии В. Штайнмайер посетил Тбилиси и даже побывал в зоне конфликта.

Кроме того, был разработан специальный план («план Штайнмайера») по урегулированию ситуации в зоне грузино-абхазского конфликта, но он так и не был осуществлен — в августе началась война.

Но сам факт возрастающего интереса Европы к грузинским проблемам обнадежил грузинскую политическую элиту. При сравнительном анализе изменений в политике ЕС по отношению к Грузии заметны определенные позитивные сдвиги. Так, в 1996 году в ходе официального визита министра иностранных дел Германии К. Кинкеля тогдашний президент Э. Шеварднадзе попросил его о посредничестве в деле урегулирования так называемых «замороженных» конфликтов и получил отказ8. Во время военной интервенции России на территорию Грузии в августе 2008 года именно Европа выступила главным посредником в урегулировании конфликта (в частности, Франция как страна, председательствующая в ЕС); президент Н. Саркози и министр иностранных дел Франции Б. Куш-нер во время войны дважды посетили Грузию.

Таким образом, во время этой войны европейские лидеры (президенты Польши и прибалтийских государств, председатель ОБСЕ и министр иностранных дел Финляндии) оказали беспрецедентную моральную поддержку Грузии. Даже канцлер Германии А. Меркель, известная своим скептицизмом в вопросе сближения новых государств с ЕС, посетила Грузию, взяв на себя роль посредника.

Таким образом, благодаря вмешательству европейских лидеров активные военные действия прекратились в течение 5 дней. Примечательно, что именно европейцы, весьма неодобрительно относившиеся к налаживанию тесных отношений между Грузией и США, остановили российские войска, ведущие наступление на столицу страны.

Н. Саркози заявил, что президент США посоветовал ему не ехать в почти осажденную российскими военными столицу Грузии. Тем самым президент Франции как первое лицо ЕС подчеркнул особую заслугу Европы перед Грузией; с другой стороны, проявилась некая скрытая конкуренция между США и ЕС за влияние в регионе.

См.: OMRI Daily Digest, 25 Іапиагу 1996, № 18.

Вплоть до упомянутых событий грузинские политические круги перманентно упрекали Европу за равнодушие к Грузии и восхваляли США; если раньше за влияние на Кавказе соперничали только два основных игрока — США и Россия, то после августовской войны 2008 года стало ясно, что и ЕС преследует свои интересы в этом регионе.

Направление в Грузию военных наблюдателей ЕС является беспрецедентным случаем: подобного вмешательства в «дела» постсоветского пространства еще не было. Роль этих наблюдателей усилилась после того, как в 2009 году Россия способствовала прекращению мандата военных наблюдателей ОБСЕ и ООН.

Примечательно, что уже через год стал проявляться некий скептицизм по поводу результатов посреднической деятельности ЕС и президента Франции. Влиятельная французская газета «Ле Монд» в июне 2009 года опубликовала статью, в которой старания Н. Саркози по урегулированию грузино-российского конфликта оценивались как недостаточные. Французская пресса упрекает своего лидера в неспособности разрешать конфликты, так как, для того чтобы остановить танки, идущие на столицу Грузии, он во время выработки соглашения Саркози — Медведева пошел на поводу у Москвы; президент, стремясь заработать политические очки, явно переоценил свои заслуги в прекращении войны.

Посредничество ЕС продолжалось и во время внутриполитического кризиса в стране. Особенно активным было вмешательство представителя ЕС на Южном Кавказе П. Семнеби в момент, когда противостояние власти и оппозиции переросло в массовые акции протеста (9 апреля 2009 г.).

Признание Евросоюзом независимости Грузии в 1992 году стало отправным пунктом для развития их сотрудничества, которое никогда не выходило за установленные рамки и определялось существовавшими геополитическими реалиями. ЕС не воспринимал Грузию как полноценного партнера и не выражал заинтересованности в политическом сотрудничестве с ней, ограничиваясь гуманитарным и экономическим донорством. В 1992—2004 годах ЕС оказал Грузии помощь на сумму приблизительно в 450 млн долл.9

В 1999 году вступило в силу Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между Грузией и ЕС (его разработка началась в 1996 г.). В его основе лежит принцип регионального подхода, то есть ЕС имеет свое специальное представительство (с 2003 г.) в регионе, но не в каждом из трех государств в отдельности. Принцип регионального подхода не вполне отвечает интересам амбициозно настроенного грузинского политического истеблишмента, который считает, что Грузия должна раньше двух других государств Кавказа интегрироваться в ЕС.

Грузия как отдельно взятая страна не представляла интереса для Европы; ей легче было бы попасть в ЕС в «дуэте» с Украиной, географическая принадлежность которой к Европе не вызывает сомнений; кроме того, та уже достигла определенных успехов в процессе интеграции с ЕС.

После вступления в ЕС Румынии и Болгарии Грузия географически почти вплотную приблизилась к Европе; связующим звеном между ними стало Черное море, а геополитический расклад в регионе в корне изменился. Именно с этим связана беспрецедентная активизация ЕС во время и после российско-грузинской войны.

«Что ближе — НАТО или ЕС?» — этим вопросом неоднократно задавались политические деятели Грузии. Если до начала российско-грузинской войны предполагалось, что Грузия сначала вступит в НАТО, то после нее заговорили об интеграции в ЕС.

9 [www.enp.ge].

Заслуживает внимания и то, что до начала войны в рамках программы «Политика европейского соседства» предполагалось выделить Грузии 120,8 млн долл. в виде помо-щи10; военные действия в корне изменили ситуацию. 22 октября 2008 года в Брюсселе прошла конференция доноров с участием США и стран ЕС; на этот раз было решено выделить Грузии в качестве экономической помощи приблизительно 4,5 млрд долл.

Восточное партнерство — «суррогат» интеграции или шаг в сторону ЕС?

7 мая 2009 года в Праге был оформлен договор ЕС с 6 постсоветскими государствами (Грузия, Азербайджан, Армения, Украина, Молдова и Беларусь) о «Восточном партнерстве». Ранее Грузия, Азербайджан, Украина и Молдова в свое время объединились в региональную организацию ГУАМ, главной целью которой является интеграция в евроатлантические структуры.

Разработка этой программы была инициативой Швеции и Польши, которые активно поддерживают Грузию; отсюда и оптимизм грузинских властей, оценивающих эту программу не как некую альтернативу вступления страны в ЕС11, но как инструмент сближения с ним. Дело в том, что в рамках этой программы будут оформлены договоры об упрощении визового режима, о свободной торговле и т.д. Литва стала первым государством — членом ЕС, которое вскоре после оформления договора заявило о намерении упростить новый визовый режим с Грузией.

Грузинское руководство уверено, что эта программа будет способствовать получению ассоциированного членства в ЕС, хотя, по заявлению высокопоставленных чиновников, его получат те государства, которые наиболее успешно выполнят обязательства, предусмотренные Политикой соседства ЕС; Украине такое предложение уже сде-лали12.

29 мая 2009 года во время визита президента Грузии в Италию министр иностранных дел Ф. Фратини заверил, что его страна поддерживает ассоциированное членство Грузии в ЕС. Как известно, Италия принадлежит к числу западноевропейских стран, которые, наряду с Германией и Францией, скептически относятся к расширению Евроатлантического сообщества. Именно эти страны на апрельском саммите 2008 года заблокировали решение о присвоении Грузии статуса кандидата на вступление в НАТО.

Российско-грузинская война побудила ЕС ускорить начало осуществления программы «Восточное партнерство». По заявлению президента Еврокомиссии (КЕС) Ж.М. Ба-розо, августовская война дала толчок действиям в этом направлении; он подчеркнул, что данная программа не направлена на создание новых сфер влияния и новых разделительных линий в Европе. По его словам, она представляет собой демонстрацию «мягкой силы» Евросоюза13.

10 См.: European Neighborhood and Partnership Instrument. Georgia. National Indicative Programme, 2007—2013.

11 [www.eu-integration.gov.ge]

12 [www.civil.ge ], 4 декабря 2008.

13 Там же.

Сближение постсоветских стран, бывших в 1990-х годах сателлитами России, с ЕС стало поводом для беспокойства со стороны России. Высказывания российских политических лидеров по вопросу сотрудничества НАТО с постсоветскими странами напоминают агрессивную риторику советских времен. С таким же раздражением российский истеблишмент воспринимает перспективу сближения бывших союзных республик с ЕС.

22 мая 2009 года на саммите ЕС — Россия в Хабаровске президент РФ Д. Медведев заявил: «Для нас непонятно, какую форму примет это партнерство, но мы не хотим, чтобы это партнерство было направлено против нас».

Опасения России по поводу расширения НАТО понятны, хотя и безосновательны: она негативно относится к существованию военной инфраструктуры альянса у своих границ. Но почему она опасается соседства своего главного экономического партнера — ЕС (60% энергоносителей, экспортирующихся из России, приходится именно на рынок стран Евросоюза)? На этот вопрос есть только один ответ: с одной стороны, Россия не хочет потерять влияние на постсоветском пространстве, с другой — опасается остаться в стороне от европейского сообщества. Во время предыдущих расширений ЕС Россия также противилась этому процессу. Тогда она объясняла это желанием наладить тесные отношения с ним.

После присоединения к ЕС трех прибалтийских государств, враждебно настроенных к России, Москва начала опасаться, что это повлияет на ее отношения с Европой. В настоящее время Россия до такой степени недовольна планами вступления Грузии в ЕС, что на одном из брифингов президента Франции, главной темой которого была российско-грузинская война, российский журналист задал вопрос: «А почему в Грузии флаг Евросоюза вывешен на всех государственных учреждениях, ведь эта страна не член ЕС?», на что Н. Саркози ответил: «Это дело Грузии».

«Ожидает ли Грузию судьба Турции?» — это еще один вопрос, который возникает по поводу вероятного вступления Грузии в ЕС, куда Турция уже давно и безуспешно стремится. В 1963 году эта страна подписала договор об ассоциации с ЕС, что подразумевало ее вступление в Союз в 1987 году. Но на Хельсинкском саммите 1999 года Турции был присвоен статус «страны-кандидата», и с тех пор она все еще ждет своей «очереди». Ей все еще предлагают различные варианты сотрудничества; одним из последних стало предложение президента Франции о создании организации сотрудничества стран Средиземного моря. На самом деле это не что иное, как содружество стран, участвующих в программе «Политика европейского соседства».

Но Грузия является христианским государством; этот фактор позволяет грузинскому политическому руководству надеяться на то, что оно может опередить Турцию в процессе интеграции в ЕС. Основанием для столь оптимистических прогнозов могут служить некоторые факты. Например, в 1987 году, когда только начался долгий и утомительный процесс сближения Турции с европейским сообществом, независимые прибалтийские государства вообще не существовали, а теперь они уже являются членами ЕС. Кроме того, Грузия вместе с пятью бывшими республиками СССР уже включена в программу ЕС «Восточное партнерство». Это хотя и не гарантирует «бесплатный билет» в ЕС, но является чем-то более значительным, чем «средиземноморский суррогат», предложенный Турции, имеющей статус страны-кандидата.

Поначалу, до вступления в ЕС Румынии и Болгарии, Турция являлась единственной страной, связывающей Грузию с европейским пространством в географическом аспекте. Кроме того, Турции тоже было выгодно сотрудничество с маленькой христианской страной: достаточно вспомнить созданную по ее инициативе Организацию Черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС). Входящие в эту организацию Румыния и Болга-

рия уже являются членами ЕС; что касается Грузии, Украины, Молдовы, Азербайджана и Армении, то процесс их сближения с европейским сообществом продолжается. Позиции же России не ясны.

Возросший интерес ЕС к Грузии, а также и другим постсоветским странам отнюдь не связан с развитием в них демократии. Достаточно вспомнить Беларусь — ее президента окрестили «последним диктатором Европы». Вполне очевидно, что в угоду своим экономическим интересам (по территории Беларуси проходят транзитные трубопроводы) Европа отодвигает на второй план демократические ценности.

Посредством реализации программы «Восточное партнерство» ЕС намерен постепенно расширить свое влияние на европейской части постсоветского пространства, что может вызвать острое геополитическое противостояние между основными политическими игроками в этом регионе.

Заключение

Первоначально Европа опасалась расширения ЕС на восток, но политическая реальность заставила ее признать европейскую идентичность Грузии. Границы Европы на протяжении истории изменялись, и связанные с ними геополитические проекты относятся к определенным историческим эпохам и стратегиям14.

Интерес Европы к государствам Кавказа продиктован поиском новых источников энергоресурсов, а территория Грузии очень удобна для их транзита из Азербайджана, Туркменистана, Казахстана и Ирана в обход России. В этом смысле важным событием является решение ЕС, принятое летом 2009 года, об осуществлении проекта «Набукко» — с 2014 года начнется транспортировка природного газа в обход России. До этого в ЕС не существовало единой энергетической политики; с самого начала было ясно, что рано или поздно территория Грузии превратится в основной транзитный коридор для транспортировки нефти и газа. Поэтому ЕС еще в 1997 году включил Грузию в свою черноморскую стратегию, одним из компонентов которой было подключение инфраструктуры Кавказа к трансъевропейской сети.

Дискуссии о границах Европы тесно переплетены с вопросом расширения ЕС, с которым ассоциируется понятие «Европа»; многие европейские страны уже объединены в этом сообществе.

Говоря о Европе, все чаще подразумевают именно ЕС; признание Грузии европейской страной поставило на повестку дня вопрос о ее возможном вхождении в него. Таким образом, динамика формирования новых геополитических реалий на Кавказе (несколько лет назад этот регион считался периферией Европы) позволяет предположить, что в процессе формирования новых политических границ Европы Грузии удастся внести свою лепту в создание новой европейской архитектуры.

14 См.: Фуше М. Границы Европы // Label France июль 2000, № 40. С. 14—15.