Некоторые вопросы оценки свойств доказательств в уголовно-процессуальном праве России

В научной литературе выработано единое понятие доказательств как относящихся к уголовному делу сведений, облеченных в требуемую законом процессуальную форму. Поэтому доказательство в соответствии с уголовно-процессуальным законом должно отвечать таким его правовым требованиям, как: относимость, допустимость, достоверность и достаточность. В литературе часто речь идет лишь о двух свойствах доказательств - относимости и допустимости, а это, на наш взгляд, неверно, т. к. противоречит теории доказательственного права, ибо такой объем свойств доказательств делает эту систему свойств доказательств незавершенной и свидетельствует о несоответствии положений ст. 88 УПК РФ, где закреплено, что «каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в их совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела».

Таким образом, мы считаем, что под доказательствами в уголовном судопроизводстве следует понимать содержащиеся в установленной законом форме и отвечающие требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела, полученные из предусмотренных в законе источников.

По логике законодателя необходимо последовательно определять сначала относимость, затем -допустимость, и только потом - достоверность доказательств. Полагаем, что законодатель избрал наиболее оптимальный порядок оценки свойств доказательств, что во многом обусловливает их взаимосвязь.

Предлагаем проанализировать в этом виде понятие доказательства и попытаемся определить вышеуказанные свойства доказательства.

Относимость доказательства в одних источниках трактуется как пригодность устанавливать факты, являющиеся предметом доказывания, т. е. определить логическую связь между сведениями, которые составляют содержание доказательства, и тем, что нужно установить для правильного разрешения уголовного дела. В других источниках относимость понимается как связь между их содержанием и обстоятельствами, подлежащих доказыванию, дающая возможность использовать то или иное доказательство для установления указанных обстоятельств. Относящимся к делу признается лишь то доказательство, которое прямо или косвенно подтверждает какие-либо из обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст. 73 УПК РФ) [1, с. 19].

Определяя перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию, уголовно-процессуальный закон (ст. 73) устанавливает общий для всех уголовных дел и для всех стадий процесса критерий относимости доказательств. Уголовный закон в свою очередь конкретизирует этот критерий применительно к составу расследуемого преступления.

Непосредственным критерием относимости доказательств по конкретному уголовному делу служит круг выдвинутых версий, т. е. предположений о характере обстоятельств, подлежащих доказыванию. Только определив, какие именно факты необходимо выяснить, можно решить вопрос об относимости тех или иных сведений. Другими словами, факты, подлежащие доказыванию, выступают критерием относимости доказательств. Это указывает на исключительно важное значение выдвижения в процессе расследования дела всех реально возможных версий, тщательной проверки фактов исследуемого события.

Относимость как общее свойство процессуальной и не процессуальной информации является основополагающей причиной стремления расширить круг источников сведений, которые проливают свет на факты, подлежащие доказыванию.

Так, наибольшие затруднения на практике при решении вопроса на предмет наличия относимости у тех или иных сведений вызывают так называемые вспомогательные обстоятельства. Такие обстоятельства законом определены в ч. 1 ст. 74 УПК РФ как «иные обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела». Их установление позволяет выявлять наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию по каждому уголовному делу, которые перечислены в ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

В научной литературе традиционно уделяется внимание проблемам допустимости и недопустимости доказательств.

Любой источник доказательств, используемый как средство доказывания, должен быть допустимым.

Подвергнув анализу свойства доказательств, попытаемся определить допустимость доказательств. В уголовно-процессуальной теории под допустимостью доказательств большинство процессуалистов понимают их пригодность с точки зрения процессуальной формы, а некоторые ученые определяют понятие допустимости шире - как соответствие требованиям закона процессуальной формы. Свойство допустимости доказательств является одним их основополагающих и характеризуется рядом важных аспектов [2, с. 28].

Так, Л. М. Карнеева полагает, что допустимость - это признак, относящийся как к форме, так и к содержанию доказательств, свидетельствующий о соблюдении всех требований закона, связанных с их получением и фиксацией: получение из надлежащего источника; уполномоченным на то субъектом; с использованием указанных в законе средств [3, с. 137]. В своей работе Л. М. Карнеева пытается фактически объединить условия допустимости доказательств: 1) соответствие доказательств требованиям закона относительно способов их получения; 2) соответствие доказательств требованиям закона относительно формы их процессуального закрепления.

В данном случае признак допустимости определен недостаточно четко, не совсем понятно утверждение о том, что понятие допустимости связано не только с формой, но и с содержанием доказательств. Обычно под содержанием понимаются сами сведения, которые могут относиться или не относиться к предмету доказывания. Пригодность доказательств по содержанию, т. е. способность доказательств своим содержанием служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для дела, называют относимостью доказательств [4, с. 40]. Таким образом, содержание доказательств характеризует его с точки зрения относимости, а не соответственно допустимости.

В УПК РФ не содержится четкого определения допустимости доказательств ни в одной из статей. Однако исходя из анализа некоторых норм УПК РФ (например, ст. 7, 75 УПК РФ), можно прийти к выводу о том, что в уголовно-процессуальном законе понятие допустимости доказательств все же получило закрепление, правда, в виде указания в ст. 75 УПК РФ на недопустимые доказательства. В вышеуказанной норме приводится общее определение недопустимых доказательств: «Доказательства, полученные с нарушением требований закона УПК РФ, являются недопустимыми и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, подлежащих установлению по уголовному делу» (УПК РСФСР также закреплял правило о запрете использования доказательств, полученных с нарушением закона в ч. 3 ст. 69).

В рамках судебно-правовой реформы это требование было впервые в России закреплено на конституционном уровне: согласно ч. 2 ст. 50 Конституции РФ при осуществлении правосудия не допускаются доказательства, полученные с нарушением требований федерального закона.

Для наглядности приведем пример нарушения вышеуказанных норм законодательства. Так, при рассмотрении уголовного дела судьей Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону по обвинению гр. Табатадзе М. Т. и гр. Алексеевой Н. В. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 139, п. «г» ч. 2, ст. 112, ч. 1 ст. 119 УК РФ, суд пришел к выводу об исключении из числа доказательств по делу протокола осмотра места происшествия, как полученного с нарушением норм УПК РФ [5]. В соответствии со ст. 170, 177 УПК РФ осмотр проводится с участием понятых, которые приглашаются для удостоверения факта следственного действия, его хода и результатов. Данные требования были нарушены, что подтвердили в суде допрошенные в качестве свидетелей понятые, которые пояснили, что не наблюдали за действиями следователя. Кроме того, в протоколе в качестве участника следственного действия указан сотрудник уголовного розыска, а его подпись в протоколе ОМП отсутствует, и, наконец, понятые пояснили, что данный сотрудник ОУР находился в состоянии алкогольного опьянения, и эти факты ничем не были опровергнуты. Все это явилось нарушением ст. 75 УПК РФ, после чего последовало исключение судом протокола ОМП как доказательства по уголовному делу.

В п. 1 и 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ четко указаны два вида доказательств, которые должны признаваться недопустимыми. К ним относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные им в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде показания, а также показания

потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности.

В результате изучения сотрудниками кафедры 320 уголовных дел было установлено, что имеют место факты заявления ходатайств об исключении недопустимых доказательств в связи с получением доказательства из ненадлежащего источника в подготовительной части судебного разбирательства -2,4 %, в судебном следствии - 2,8 % [6, с. 42].

Содержание второго основания признания доказательств недопустимыми заключается в реализации ст. 51 Конституции РФ и обеспечении гарантии процессуальных прав подозреваемого и обвиняемого, в первую очередь перечисленных в ч. 2 ст. 46 и п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ. Данные нормативные требования направлены, прежде всего, на ограждение допрашиваемого от самооговора, признания вины в результате применения к нему какого-либо насилия. Данные нормы имеют охранительный характер и являются гарантией свидетельского иммунитета.

Однако при анализе ст. 51 Конституции РФ и ст. 75 УПК РФ выявляются некоторые расхождения. Конституционное положение о свидетельском иммунитете не закрепляет условие, которое обязывает субъекта расследования обеспечить участие защитника при допросе подозреваемого, обвиняемого, особенно в тех ситуациях, когда они от него отказались. А в соответствии со ст. 75 УПК РФ показания подозреваемого, обвиняемого, данное в отсутствие защитника, признается недопустимым доказательством в случаях, когда имеются существенные противоречия между показаниями, данными в ходе предварительного следствия и в суде. Показания подсудимого, данные им в такой ситуации, не подлежат оглашению в суде (п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК) и не могут быть рассмотрены и оценены в совокупности всей доказательственной базы. Присутствие защитника в указанных случаях законодатель считает гарантом соблюдения закона.

В практике известны случаи, когда суд приходил к выводу о достоверности показаний обвиняемого, полученных в начале предварительного расследования, и недостоверности показаний обвиняемого, полученных позднее. Если же суд установит, что показания обвиняемого не подтверждаются другими доказательствами, то такие показания будут признаны недопустимыми.

По данным проведенного нами исследования, 73,6 % респондентов из числа следователей считают, что исключение недопустимых доказательств усложняет процесс доказывания, но способствует решению задач правосудия в целом, 18,4 % респондентов уверены, что исключение недопустимых доказательств неоправданно затрудняет процесс доказывания. Сторона защиты имеет противоположную точку зрения по этому вопросу. Так, 84,2 % респондентов из числа адвокатов считают, что исключение недопустимых доказательств является барьером на пути использования в процессе доказывания сомнительных, ненадежных доказательств [6, с. 86].

Также в результате исследования встречались случаи, когда сами защитники искусственно создают условия, при которых доказательства в дальнейшем признавались судом как не имеющие юридической силы. Так, 13,3 % опрошенных адвокатов отметили, что советовали своим подзащитным формально отказаться от их услуг с тем, чтобы все показания в дальнейшем были признаны недопустимыми, не оглашались в суде и не оценивались должным образом. В связи с чем возникает возможность исключить как производные недопустимые доказательства основную массу доказательственной базы, собранной на предварительном расследовании [6, с. 48].

На основе анализа юридической литературы можно прийти к выводу о том, что нередко встречается смешение допустимости с другими свойствами доказательств. Так, в монографии «Теория доказательств в советском уголовном процессе» (в параграфе о допустимости доказательств) отражено: «...например, характеристики, содержание которых исчерпывается немотивированными утверждениями типа: "часто устраивал скандалы и драки", "недобросовестно относился к трудовым обязанностям", "систематически пьянствовал" и т. п., сами по себе не имеют доказательственного значения, недопустимы в этом качестве» [7, с. 237].

На наш взгляд, речь здесь может идти о других признаках доказательств, но только не о допустимости. Если такие показания получены законным путем, то они вполне допустимы и могут быть исключены по какому-то иному признаку.

Смешение свойств допустимости с достоверностью допускает С. А. Шейфер, определяющий, что доказательство может быть признано недопустимым, когда примененный познавательный прием

оказывается недостаточно эффективным [8, с. 20-21]. Д. В. Зеленский необоснованно полагает, что недопустимость влечет лишь нарушения закона, затрудняющие установление достоверности доказательств [9, с. 23].

Точное и неукоснительное соблюдение закона при собирании доказательств обеспечивает допустимость полученных доказательств, но не гарантирует их достоверности. Так, участник судопроизводства, допрошенный с соблюдением всех требований процессуальных норм, может дать заведомо ложные показания, которые впоследствии будут опровергнуты иными доказательствами по делу. Например, документ, приобщенный к делу в качестве доказательства, может содержать ложную информацию при подлинных реквизитах.

Рассмотрим следующее свойство доказательства - достоверность.

Как ранее было отмечено, действующий уголовно-процессуальный закон (ст. 88) упоминает о достоверности, но ни названная статья УПК, ни другие не раскрывают данное понятие свойства доказательств. Однако в науке уже достаточно традиционно достоверность рассматривается как обоснованное знание, соответствие которого действительности не вызывает сомнения [10, с. 12].

Достоверность доказательств - свойство показаний свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого и других лиц, заключения эксперта, специалиста, протоколов судебных и следственных действий, иных документов, возникающее тогда, когда установлено, что они соответствуют действительности. Достоверность - это синоним истинности, указывающий на отличие истинного знания от вероятного. Достоверность доказательств - необходимое условие обоснования обвинительного приговора [11, с. 47].

Продолжая анализ правовых норм, можно предположить, что в положении ст. 88 УПК РФ, по которому каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения достоверности, подразумевается распознавание соответствия действительности информации. Другими словами, оценивается, являются ли сведения фактическими, т. е. подкрепленными результатами проверки, оценки, производимыми не произвольно, а с соблюдением требований УПК РФ.

Оценить доказательство на наличие у него такого свойства, как достоверность, возможно только при проведении комплексного исследования. Так, если в ходе предварительного расследования были исключены доказательства, которые признаны недопустимыми, т. е. без тщательной проверки, оценки законности получения сведений правоприменитель утрачивает способность надлежаще разобраться в том, достоверна или не достоверна та или иная информация, относящаяся к делу. Поэтому, на наш взгляд, весьма важной представляется рекомендация правоприменителю в сфере уголовного судопроизводства не исключать, как правило, доказательства на ранних этапах расследования уголовного дела.

Следует отметить, что оценке, с точки зрения достоверности, должны подвергаться лишь те доказательства, которые ранее были признаны допустимыми. Так, на стадии подготовки к судебному заседанию в ходе предварительного слушания доказательства исключаются не из-за недостоверности, а именно из-за их недопустимости. Достоверность же не исключенных доказательств оценивается судом позже, на стадии судебного разбирательства. Если же в начале оценивать достоверность, то при исключении впоследствии из имеющейся группы доказательств какого-либо доказательства, признанного недопустимым, заново придется оценивать достоверность каждого из оставшихся доказательств. Однако дать объективную оценку оставшимся доказательствам, в том числе и тем, которые были первоначально признаны недопустимыми, субъекту оценки будет уже сложнее, т. к. ранее у него уже сформировалась определенная точка зрения по данному вопросу. В этой связи логичен законодатель, который запретил в УПК РФ не только использовать, но и исследовать в ходе судебного разбирательства ранее исключенное судом доказательство (ч. 5 ст. 235 УПК РФ).

Если оценка доказательства с точки зрения допустимости производится в отрыве от других доказательств, используемых для установления наличия или отсутствия того же обстоятельства, имеющего значение для уголовного дела, и обычно осуществляется уже при собирании этого доказательства, то оценка с точки зрения достоверности необходима лишь по отношению к другим доказательствам и дается обычно в конце процесса доказывания. В свою очередь суд может признать недопустимым доказательство, которое, по мнению стороны обвинения, являлось допустимым и достоверным. Но это не означает, что недопустимым оказалось достоверное доказательство, т. к. в

данном случае субъекты оценки доказательства с точки зрения допустимости и достоверности были разные.

Оценка достоверности доказательств складывается из оценки логичности и непротиворечивости, заключенных в нем сведений и из сопоставления этих сведений с уже имеющимися или вновь полученными доказательствами. И поэтому оценка достоверности содержания доказательств осуществляется на всех стадиях производства по уголовному делу и в отношении как отдельных доказательств, так и в отношении всех имеющихся в деле. Ведь появление новых доказательств может повлиять на оценку достоверности сведений, содержащихся в ранее полученном доказательстве. Оценка доказательства как достоверного органом, осуществляющим расследование по уголовному делу, с точки зрения юридической значимости является предварительной. Окончательную оценку дает суд, который не связан с позицией на этот счет стороны обвинения.

Анализируя оценку достоверности доказательства, приведем конкретный пример. Приговором Мартыновского районного суда Ростовской области в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении Гранкина М. Г., Толпинского А. В., Серкина А. А. и Склярова А. С. по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «а, в, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, было установлено, что квалификация действий подсудимых по ст. 161 УК РФ является неверной, поскольку исходя из появления новых доказательств, исследованных в судебном заседании, установлено, что один из подсудимых специально ввел в заблуждение остальных относительно долга потерпевшего и поэтому они считали, что забирают вещи за долг потерпевшего перед их приятелем. Суд посчитал, что в судебном заседании не представлено доказательств на наличие умысла у подсудимых на открытое хищение чужого имущества и переквалифицировал их действия по ч. 1 ст. 330 УК РФ - по признаку «самоуправство» [12].

Из этого следует, что оценка достоверности отдельного доказательства органом предварительного следствия носит предварительный характер.

Еще одно свойство доказательств - это достаточность.

Данное свойство действует только при оценке всей совокупности доказательств по уголовному делу. Достаточность доказательств определяется их количественным и качественным наполнением в материалах уголовного дела, которое позволяет субъекту расследования принять необходимое решение. Достаточность доказательств обеспечивается всесторонностью и полнотой расследования преступлений, которая достигается путем эффективного использования в процессе расследования системы следственных действий.

Таким образом, доказательства следует рассматривать какзакрепленные в установленной законом форме и отвечающие соответствующим требованиям относимости и достоверности любые сведения об обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, полученные из предусмотренных законом источников и обладающих свойством допустимости. Однако наличие указанных свойств не означает достаточности таких сведений, а ведь благодаря последнему свойству доказательств возможно принятие по делу того или иного процессуальное решения, в том числе вынесение обоснованного и справедливого приговора.

Литература

1. Кореневский Ю. В., Падва Г. П. Участие защитника в доказывании по новому уголовно-процессуальному законодательству. М., 2004.

2. Громов Н. А., Зайцева С. А., Гущин А. Н. Доказательства, их виды и доказывание в уголовном процессе. М., 2005.

3. Советский уголовный процесс / под ред. С. В. Бородина. М., 1982.

4. Орлов Ю. К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. М., 2000.

5. Архив Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону, приговор от 3 июня 2008 г. Ростов н/Д, 2012.

6. Крупницкая В. И. Гарантии использования при разбирательстве уголовных дел допустимых доказательств: дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2005.

7. Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973.

8. Шейфер С. А. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе. М., 1972.

9. Зеленский Д. В. Проблемы допустимости доказательств в российском уголовном процессе: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 1995.

10. Гришина Е. П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в уголовном процессе: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1996.

11. Савицкий В. М., Ларин А. М. Уголовный процесс: словарь-справочник. М., 1999.

12. Архив Мартыновского районного суда Ростовской обл., дело №1-47/07 г. сл. Б. Мартыновка, 2012.