Альянс на скаку остановят

Российско-американский саммит не принес договоренностей, но запустил переговоры о безопасности в Евро-Атлантике. В фокусе деятельность НАТО и постсоветское пространство — в первую очередь Украина. После долгих лет санкций и дипломатических войн это не мало. Правда, последние инициативы президента США Джо Байдена породили раскол: прежде монолитный в своем отношении к России Запад поделился на тех, кто за диалог и, возможно, компромиссы, и сторонников давления на Москву. Чья возьмет — неясно, но новая реальность уже возникла, и акцент смещается с войны на мир.

Президенты США и России Джо Байден и Владимир Путин хоть и далеки от того, чтобы смотреть в одном направлении, но находят общие темы для разговора

Фото: Reuters

Перезагрузка 2.0

Двухчасовой российско-американский видеосаммит запустил процессы, которых в отношениях России и коллективного Запада не было даже до начавшегося в 2014 году украинского кризиса. И тем более после того, как РФ присоединила Крым, а на востоке Украины разгорелся конфликт.

Все указывает на то, что стороны готовятся к серьезным переговорам по вопросам, давно их волнующим, но не решавшимся с тех пор, как с карты мира исчез СССР. Конкретики пока немного. Официальный представитель российского МИДа Мария Захарова 9 декабря сообщила, что уже идет работа по реализации решений президентов России и США.

«Могу заверить, что эта работа ведется. Давайте дадим нашим экспертам какое-то время для того, чтобы поделиться с вами не просто лозунгами, а фактами и результатами их работы. Мы это обязательно сделаем, но дайте чуть больше времени»,— сказала госпожа Захарова.

В общих чертах направление работы обозначили президенты Владимир Путин и Джо Байден. Правда, сделали они это размыто.

Комментируя итоги переговоров 8 декабря — на следующий день после онлайн-встречи,— Владимир Путин рассказал, что стороны продолжат дискуссию о глобальной безопасности, которая должна «распространяться в равной степени на всех». «Свои соображения Россия подготовит буквально в течение нескольких дней, в течение недели. Мы передадим это американской стороне на рассмотрение. И договорились о том, что будет создана соответствующая структура, которая сможет этим профессионально заниматься»,— рассказал господин Путин.

Джо Байден, тоже 8 декабря, анонсировал встречу на самом высоком уровне с участием России, США и как минимум четырех союзников Вашингтона по НАТО. На ней, по его словам, обсудят российскую обеспокоенность касательно расширения альянса и то, «возможно ли выработать какие-либо меры для снижения напряженности на восточном фланге».

Четырьмя союзниками, судя по всему, являются Германия, Франция, Великобритания и Италия. С лидерами этих стран американский президент говорил до и сразу после переговоров с российским коллегой. Каких-то деталей американская сторона не предоставила, обещав сделать это позже.

Форматы, упомянутые господами Путиным и Байденом, без дополнительных вводных выглядят беспрецедентными.

До глобального похолодания в отношениях Североатлантический альянс и Москва общались в рамках Совета Россия—НАТО, но никогда в формате «5+1». Что за «соответствующую структуру» имел в виду Владимир Путин и каким там может быть состав участников — непонятно. «Это пока не определено»,— отметил близкий к Кремлю собеседник “Ъ”.

Москва сейчас исходит из того, что ее запросная позиция по неким юридическим гарантиям безопасности Вашингтоном отвергнута не была. «Я думаю, что здесь нет предопределенности, что они не подпишут что-то, как раз наоборот. Ситуация, которая сложилась в настоящий момент,— ситуация глубокого кризиса в Евро-Атлантике и потенциального конфликта, люди осознают, что дальше так продолжаться не может,— заявил 9 декабря заместитель главы МИД РФ Сергей Рябков (цитата по ТАСС).— Мы предлагаем здравую альтернативу происходящему. Правовые гарантии могут быть оформлены по-разному, но это должны быть именно гарантии договорного типа. Сейчас качественно новая обстановка, и, соответственно, она должна рассматриваться и решаться по-другому».

В последний раз Россия предлагала заключить договор о европейской безопасности в 2008 году. Незадолго до августовской войны в Грузии о нем объявил тогдашний президент РФ Дмитрий Медведев. Идея Западом поддержана не была, что, впрочем, не помешало послевоенной перезагрузке отношений сначала между Россией и ЕС, а потом и с США. Одним из главных признаков оттепели на европейском направлении стала амбициозная инициатива «Партнерство для модернизации». Старт ей дали на саммите Россия—Евросоюз в Ростове-на-Дону в 2010 году. Углубленное сотрудничество предполагало сближение экономик, установление безвизового режима и другие шаги. Украинский кризис обрушил все. Оттолкнулись ли сейчас стороны от дна, на котором отношения между ними лежат с 2014 года, говорить рано. Ситуация, однако, воспринимается как новая.

Разговоры про переговоры

Изменения, реальные они или кажущиеся, воспринимаются неоднозначно. Эксперт по России вашингтонского Wilson Centre Уильям Хилл в беседе с “Ъ” назвал важным сам факт встречи президентов и обсуждение ими чувствительных вопросов.

«Начался процесс переговоров по разоружению, по контролю за вооружениями. Это хорошее дело. Такого процесса больше пяти лет не было, и он очень необходим для нашей и мировой безопасности. Я считаю саммит ограниченным, но все же успехом»,— говорит господин Хилл.

С похожего ракурса смотрит на ситуацию директор Азиатско-Тихоокеанских программ Московского центра Карнеги Александр Габуев: «Американской стороной было сказано, что она готова всерьез обсуждать российские озабоченности военными рисками на западных границах. Это уже большой шаг вперед, потому что раньше соображение о том, что у России могут быть озабоченности и что их нужно и можно обсуждать, вообще отметалось с порога. Сейчас очевидно, что это станет предметом дипломатических переговоров, о которых лидеры договорились и которые будут вести уже их команды».

«Если воспринимать всерьез слова о подготовке встречи руководителей России и избранных стран НАТО, то сам факт этого можно считать кардинальным сдвигом»,— сказал “Ъ” директор по научной работе Фонда развития и поддержки Международного дискуссионного клуба «Валдай», председатель Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов.

Он считает, что такая встреча означала бы признание ведущими государствами альянса проблемы с системой безопасности в Европе: «До сих пор считалось, что такой проблемы просто не существует, а есть только смутьян Россия, которая никак не поймет, чего сама хочет. Созыв такой встречи, что бы там ни говорилось,— согласие с тем, что есть предмет для обсуждения». Кроме того, продолжает эксперт, выделение внутри НАТО ядра, которое и должно обсуждать наиболее сущностные вопросы, не распыляя присутствие за счет небольших стран,—послание весьма явное и не соответствующее всей прежней риторике о равноправии и равной важности каждого участника.

«Иными словами, это явный шаг в сторону российской позиции. Но это все в том случае, если заявленное Байденом действительно готовится и состоится. Учитывая неизбежное сопротивление и внутри США, и внутри альянса, потребуется весьма решительное проявление воли, чтобы это продавить. Нет ощущения, что имеется готовность к подобному»,— полагает Федор Лукьянов.

Газета Financial Times уже назвала предложение Джо Байдена о созыве встречи в формате «5+1» «значительной дипломатической уступкой России». И такая уступка не всем нравится.

Бывший спецпосланник президента США Дональда Трампа по контролю над вооружениями Маршалл Биллингсли раскритиковал Джо Байдена за использование термина «восточный фронт». «Это играет на руку России, которая давно хочет заставить нас договариваться об отводе сил от этого так называемого фронта, что оставило бы страны Балтии без защиты»,— написал он в Twitter. Но больше всего бывшего высокопоставленного чиновника возмутил тот факт, что Джо Байден разделил страны НАТО на «основных» и остальных. «Консультации должны вестись со всеми странами альянса вне зависимости от их размера»,— настаивает он.

Этой же точки зрения придерживается бывший глава информационного бюро НАТО в Москве Роберт Пшель. «Во-первых, члены НАТО ведь уже достигли согласия относительно того, что так называемые российские озабоченности выдуманы, представляют собой угрозу, а их принятие (всерьез.— “Ъ”) будет нарушением ключевых принципов альянса,— прокомментировал он новость о новом формате "5+1".— Во-вторых, непонятно, почему небольшая группа стран должна обсуждать вопросы, которые касаются НАТО в целом? А в-третьих, сейчас плохой тайминг (для того, чтобы делать подобные предложения.— “Ъ”), поскольку это создает впечатление, что шантаж Москвы по Украине оправдал себя». По словам господина Пшеля, инициатива Джо Байдена лишила его дара речи.

Таким образом, шаги американского президента на российском направлении уже вызвали сопротивление тех, кто считает, что давление на Москву не должно снижаться. Вопрос в том, каким будет это противодействие и чья линия в итоге возьмет верх.

Ни Крыма, ни огня

Москва и Вашингтон не скрывали: на саммите доминировала украинская тема как важная часть вопроса глобальной безопасности. Весь прошлый месяц на Украине и на Западе говорили о подготовке российского вторжения в соседнюю страну. В США, ЕС и НАТО предупредили и продолжают предупреждать, что ответом на подобные действия будут жесткие санкции. Российская сторона, в том числе на уровне Владимира Путина, опровергала обвинения в подготовке нападения на Украину.

После общения президентов обстановка вроде немного разрядилась. Но окончательного успокоения не произошло.

«Рано говорить, что ничего не будет на Украине в плане безопасности или в другом месте где-то. Это сложные вопросы. История украинского вопроса длится долго, и этот вопрос за одну беседу не решить»,— говорит Уильям Хилл.

Александр Габуев согласен: «Тот факт, что президенты поговорили,— временная развязка и передышка. Но от военных действий не страхует. Если была уверенность, что они могли быть, эта уверенность никуда не делась. Ничего не свидетельствует, что этот сценарий полностью нейтрализован».

Между тем контакт российского и американского президентов спровоцировал серию вербальных и невербальных сигналов в сторону Киева. При всей важности украинской темы с Владимиром Зеленским американский лидер поговорил только в четверг — спустя двое суток после общения с Владимиром Путиным. Кроме того, Джо Байден однозначно заявил, что США не рассматривают использование военной силы в связи с разногласиями с Россией по Украине. В глаза бросался еще один важный нюанс: ни Джо Байден, ни чиновники его администрации, комментировавшие переговоры с Россией, ни разу не произнесли слово «Крым», комментируя украинский кризис. Это при том, что в этом году Киев предпринял максимальные усилия, чтобы крымский вопрос в международной повестке встал во весь рост. С этой целью в августе в украинской столице был проведен саммит «Крымской платформы», позже объявленный серьезным внешнеполитическим достижением.

В четверг Associated Press (AP) со ссылкой на информированный источник сообщило, что высокопоставленные чиновники в Госдепе США довели до украинского руководства, что страна может не рассчитывать на членство в НАТО в ближайшее десятилетие. Кроме того, говорится в публикации AP, США могут оказать на Украину давление, чтобы побудить Киев двигаться в вопросах урегулирования ситуации в Донбассе через предоставление неподконтрольным регионам определенной автономии.

Дипломатические собеседники “Ъ” подтверждают, что американская сторона подключится к урегулированию конфликта на востоке Украины, но не в рамках «нормандского формата» (Германия, Россия, Украина, Франция), а скорее всего, через «челночную дипломатию».

С большой долей вероятности, это досье возьмет на себя заместитель главы Госдепа по политическим вопросам Виктория Нуланд. В 2015–2016 годах она уже занималась этим вопросом. Между Москвой и Вашингтоном тогда существовал так называемый канал Сурков—Нуланд: в то время украинское направление в Кремле курировал помощник президента Владислав Сурков. Сейчас госпожа Нуланд будет в контакте с заместителем главы администрации президента РФ Дмитрием Козаком. Их первая встреча состоялась в октябре, во время первого после долгого перерыва визита американского дипломата в Россию.

Источник “Ъ” в госструктурах США также сказал, что ожидает, что «в той или иной форме американская сторона активно подключится» к урегулированию конфликта вокруг Украины.

Собеседник “Ъ” в российских госструктурах, занимающийся украинским направлением, считает, что более конкретно о роли США в урегулировании украинского кризиса можно будет говорить после телефонной беседы Джо Байдена с Владимиром Зеленским. Она прошла вечером 9 декабря.

Свидетельством того, что переговоры по Донбассу можно вывести из нынешнего тупика, источник называет инкорпорирование в украинское законодательство «формулы Штайнмайера» (одобрена Трехсторонней контактной группой в октябре 2019 года; определяет механизм введения в действие закона об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей). «Это будет мощный сигнал, что начали выполняться итоги саммита в "нормандском формате", который состоялся два года назад в Париже»,— отмечает собеседник “Ъ”. Если этот и другие согласованные в Париже пункты будут выполнены, не исключает он, можно будет возвращаться к разговору о возобновлении прерванных контактов «нормандцев» на уровне министров иностранных дел и в целом размораживать процесс.