«Полицейские потихонечку начали терять терпение»

Шествие памяти Бориса Немцова достигло проспекта академика Сахарова, после чего люди постепенно начали расходиться. По разным данным, количество участников марша достигало от 7,5 до 24 тыс. человек. Корреспондент «Коммерсантъ FM» Петр Пархоменко рассказал подробности ведущему радио новостей Марату Кашину.

— Не буду ничего спрашивать о цифрах, понятно, что очень тяжело оценить человеку, идущему вместе со всеми, сколько всего людей собралось. Наверняка ты почувствовал настроение людей. Наверное, знаешь об их дальнейших планах? Сейчас, когда митинг закончился, чем будут заниматься люди, куда пойдут?

— Большинство из них тем или иным маршрутом, сразу ли или после какого-то недолгого отдыха и обогрева, скажем, в каком-нибудь заведении общепита, конечно, большинство людей планирует добраться до Москворецкого моста, до места, где был непосредственно убит Борис Немцов. В ходе марша, кстати, я говорил в одном из предыдущих включений, на входе у рамок раздавали небольшие квиточки, которые, заполнив, можно было оставить там свои данные — таким образом собирались подписи за установку мемориала на месте гибели Немцова. Соответственно, уже на финише шествия на углу фактически проспекта Академика Сахарова и Садового кольца стояли волонтеры с такими — почти как избирательные урны — ящиками, куда можно было заполненный квиточек бросить. По словам тех волонтеров, которые в этом участвовали, в дальнейшем эти подписи будут переданы в мэрию Москвы.

Как я уже говорил, думаю, что большинство участников этого шествия сегодня раньше или позже все-таки доберутся до Москворецкого моста. Я нахожусь на месте завершения шествия и могу сказать, что если голова колонны добралась до финиша уже около трех часов, может быть, трех с небольшим, то после этого, буквально до этих минут, люди сплошным потоком от места финиша, часть, по крайней мере, людей, очень плотной такой толпой шли в сторону метро Красные ворота. В течение больше сорока минут я наблюдал сплошной поток людей. В общем, это произвело некоторое впечатление, потому что во время самого шествия по бульварам, действительно, крайне сложно было оценить общую численность, потому что практически не было точки, с которой можно было бы как-то окинуть взглядом всю колонну, всех собравшихся. А здесь — наоборот, остановившись, можно было видеть, как мимо идут люди и таким образом как-то оценить их количество.

— Петр, в Петербурге, например, прошло не только шествие, но и митинг. В Москве, я знаю, митинг не планировался. Тем не менее, организаторы этого шествия какие-то делали заявления, может быть, в процессе движения, как они сами оценили?

— В процессе движения все лидеры движения, оппозиции, организаторы, понятно, о ком идет речь, шли непосредственно во главе колонны и держали большой баннер, на котором было написано «Россия будет свободной», «Герои не умирают». И в процессе движения к ним было практически не подобраться, потому что, опять же, представители организаторов такую образовали цепочку, то есть пространство в несколько метров перед этим баннером, который возглавлял колонну — в него попасть было нельзя. Очевидно, это было сделано затем, чтобы этот баннер было видно, чтобы удобно было снимать, чтобы, соответственно, колонна не смяла зазевавшихся репортеров. Из-за этого невозможно было с ними поговорить на ходу. Собственно, когда шествие завершилось, эти же организаторы и лидеры сегодняшней акции довольно быстро удалились, в общем, не стали задерживаться для дачи каких-то комментариев.

В целом отмечу, что очень дисциплинированно участники этого шествия себя повели после его завершения: люди перестали скандировать, свернули плакаты, баннеры.

— Петр, вы, конечно, мастер деталей. Мы знаем вас очень хорошо с этой стороны. Еще один вопрос, последний: как вела себя полиция в этой ситуации там, где завершился марш? Она настойчиво предлагала разойтись или держалась на расстоянии, не вмешиваясь?

— Буквально в минуты, когда мы с вами общаемся, я бы сказал, что полицейские потихонечку начали терять терпение и уже как-то, скажем так, менее благожелательно и более настойчиво стали говорить тем, кто по-прежнему оставался в месте завершения шествия, о том, что им следует разойтись. Собственно, справедливости ради надо признать, что происходило это уже спустя почти час после завершения шествия, полицейских, наверное, в этой ситуации можно понять.