Процессуальный интерес прокурора, участвующего в качестве государственного обвинителя в суде

Х.М. Лукожев *

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ИНТЕРЕС ПРОКУРОРА, УЧАСТВУЮЩЕГО В КАЧЕСТВЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНИТЕЛЯ В СУДЕ

Ключевые слова: государственный обвинитель, прокурор, процессуальный интерес, сторона, процессуальные функции, сообвинитель.

In clause the attempt is undertaken to formulate concept of remedial interest of a state prosecutor of court. The remedial interest is expressed in concrete behavior of the participant of criminal legal proceedings his need, that a result of criminal-remedial activity became the certain result, arranging it. For upholding public interest the state allocates the representatives with imperious powers. The representative of the state in court is the public prosecutor-state prosecutor. The public interest, by the public prosecutor in court should be lawful. The public prosecutor can not and should not assert private interest. The public prosecutor asserts public interest even in case of maintenance of the civil suit. In it also there is his difference from the civil claimant, which asserts the private interest, whereas the public prosecutor asserts interest state, expressing in restoration of the rights of the citizens and legal persons, injureds of a crime, and, thus, in assistance in maintenance of justice.

В теории уголовного процесса сторона определяется как «участник судопроизводства, который отстаивает перед судом определенный охраняемый законом интерес и пользуется для этого теми же правами, которыми обладает участник судопроизводства, отстаивающий противоположный интерес»1.

Процессуальный интерес прокурора, участвующего в суде в качестве государственного обвинителя, В. М. Савицкий объясняет следующим образом: «У прокурора, поддерживающего обвинение, тоже есть определенный процессуальный интерес. Появление этого интереса связано с тем, что прокурор обнаружил преступное нарушение закона, принял меры к установлению и раскрытию преступления и, изобличив виновного, передал дело на рассмотрение суда. Убедившись в обоснованности выводов обвинительного заключения и утвердив его, прокурор, естественно, стремится к тому, чтобы суд согласился с этими выводами и вынес обвинительный приговор. Процессуальный интерес прокурора от начала и до конца продиктован его положением органа надзора за соблюдением законности. Когда совершает-

* Кандидат юридических наук, заведующий кафедрой публично-правовых дисциплин Краснодарского филиала Международного университета. [lukogev@yandex.ru]

1 Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. М.: Наука, 1971. С. 96.

289

ся преступление, правоохранительная обязанность прокурора заставляет его преследовать, обвинять виновного»1.

Появление сторон в судебном разбирательстве В.М. Савицкий видит в том, что: «Диаметральная противоположность процессуальных функций обвинения и защиты вызывает естественную поляризацию носителей этих функций...»2.

Применительно к обвиняемому, на наш взгляд, правильно утверждает С.Д. Шестакова, что «внутреннее стремление лица, в действительности совершившего преступление, избежать уголовной ответственности предметом правового регулирования не является. В равной мере не подлежит правовому регулированию и желание обвиняемого помочь раскрытию преступления, если оно не дошло до адресата в соответствующей форме. Таким образом, сами потребности не могут оцениваться с точки зрения их законности, пока они не проявятся в его внешнем поведении и не станут его интересом. В этом случае одни из них будут незаконными и запрещены правовыми нормами, другие будут рассматриваться в качестве законных и разрешены, если они общественно нейтральны и даже поощрены, если они общественно полезны»3.

Так, в качестве незаконного проявления потребности обвиняемого избежать ответственности (независимо от того, совершил он в действительности преступление или нет) является, например, оговор другого лица. Дозволенным проявлением этой потребности является дача этим лицом заведомо ложных показаний. К поощряемому относится интерес обвиняемого в оказании содействия раскрытию преступления. Поощрение этого интереса обеспечивается наличием в законе возможности прекращения дела в связи с деятельным раскаянием. При этом для права не имеют значения внутренние убеждения обвиняемого к деятельному раскаянию.

Сказанное свидетельствует о том, что законность процессуального интереса не означает наличие соответствия между внутренними стремлениями и правами, вытекающими из соответствующего уголовно-правового отношения. Процессуальный интерес может быть законным и тогда, когда его субъект стремится к результату, на который он в рамках существующего уголовно-правового отношения права не имеет 4. Как указывает С.Д. Шестакова, «Формулирование понятия стороны на основе противополагания одного процессуального интереса другому не оправдано сужает содержание этого тер-

1 Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. М.: Наука, 1971. С. 97.

2 Там же. С. 98.

3 Шестакова С.Д. Состязательность уголовного процесса. СПб.: Юридический центрПресс, 2001. С. 19.

4 Шестакова С.Д. Состязательность уголовного процесса. СПб.: Юрид. центрПресс, 2001. С. 19.

мина. Защита появляется лишь тогда, когда существует обвинение. Однако защита не всегда направлена на полное оправдание обвинения. Процессуальные интересы обвинителя и обвиняемого могут быть не только противоположными, но и частично пересекающимися и даже совпадающими»1.

О пересечении процессуальных интересов обвинителя и защитника выгсказышаются и многие другие исследователи. Так, Р.Д. Рахунов, И.Г. Сапожников, Л.М. Козак, М.Г. Коржик отмечают, что: «... немало случаев, когда обвинитель расходится с защитником в деталях, а по существу оба они приходят к единым вышодам. Бывают такие судебные процессы, когда защитнику остается присоединиться к обвинителю, поскольку обвинитель мотивированно отказался от обвинения. Имеет ли здесь место процессуальная борьба между обвинителем и защитником в ходе всего периода судебного разбирательства? Очевидно, нет»2.

Если взглянуть на эту проблему с точки зрения философии, а именно материалистической диалектики и закона единства и борьбы противоположностей, то чистая состязательность и столкновение процессуальный интересов друг с другом является лишь частью закона диалектики — борьбой противоположностей. Единством же является частичное пересечение, а иной раз и совпадение интересов. Единство интересов, хотя бы по некоторым позициям, дает основание сторонам уже не только для состязания, а также для решения общих задач и достижения общих целей путем уступок — компромиссов. В уголовно-процессуальном законодательстве многих за-падныгх государствах уже давно существует институт сделок. В УПК РФ хотя прямо и не говорится о компромиссах, но они тоже существуют (например, особый порядок судебного разбирательства).

Исходя из высказанного, можно сформулировать понятие процессуального интереса и стороны следующим образом.

Процессуальным интерес — это выраженная в конкретном поведении участника уголовного судопроизводства потребность к тому, чтобы итогом уголовно-процессуальной деятельности стал определенный устраивающий его результат.

Сторона — это участник (или несколько участников) уголовного процесса, наделенным таким правовым статусом, который обеспечивает ему реальную возможность оказывать влияние на движение уголовного дела в целях достижения своего процессуального интереса путем использования процессуальный средств.

1 Шестакова С.Д. Состязательность уголовного процесса. СПб.: Юрид. центрПресс, 2001. С. 19—20.

2 Рахунов Р.Д., Сапожников И.Г., Козак Л.М, Коржик М.Г. Прокурорский надзор за законностью рассмотрения в судах уголовных дел. М., 1963. С. 49—50.

Таким образом, функции государственного обвинения, отражающей процессуальный интерес прокурора участвующего в суде, корреспондирует функция защиты самого подсудимого, его защитника, оспаривающих обвинение в целом или отдельные его части, выдвигающих доводы за оправдание подсудимого или смягчение его ответственности.

Стороны в суде существуют всегда, когда реализуются функции обвинения и защиты, когда возникает спор, борьба мнений по поводу виновности подсудимого и меры наказания, грозящего ему.

В ряде государств (Германия, Франция) прокурор не признается стороной в процессе 1. В Германии применительно к стадии судебного разбирательства подчеркивается, что прокурор не является стороной в процессе. Согласно ч. 3 § 243 УПК, он только представляет в суде обвинение 2. В соответствии со ст. 32 УПК Франции на прокурора не распространяется понятие «стороны» и, следовательно, суд не вправе обращаться с ним как со стороной в процессе3. В Греции прокурор также не рассматривается как сторона в суде. Он считается объективной властью, занятой только установлением истины и обеспечением правильного применения законов4.

В ст. 35—37-2-7 УПК штата Индиана сказано следующее: «The prosecuting attorney and the parties are», что означает «государственный обвинитель и стороны». Следовательно, в некоторых штатах США концепция состязательности имеет весьма важную особенность — государственный обвинитель не входит в состав стороны обвинения. Стороны в понимании уголовно-процессуального права штата Индиана — это только непосредственно заинтересованные в исходе дела лица5.

Работа прокурора — государственного обвинителя специфична. Ее задачей является отстаивание интересов государства путем принятия мер по привлечению к ответственности лиц, преступивших уголовный закон. Преследуя тех, кто совершает преступления, государство исходит из целей охраны интересов граждан, общества и своих собственных. Интересы, которые защищает прокурор, всегда публичные, т.е. общественно значимые.

Признавая приоритет прав личности по отношению к интересам государства, следует четко понимать, что без государства, без устанавливаемых государством и обеспечиваемых государством юридических процедур эти

1 Филимонов Б.А. Защитник в германском уголовном процессе. М., 1997. С. 56.

2 Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Уголовный процесс западных государств. М., 2002. С. 452.

3 Уголовно-процессуальный кодекс Франции. М., 1967.

4 Ульянов В.Г. Государственное обвинение в российском уголовном судопроизводстве: процессуальные и криминалистические аспекты. М.: Олма-пресс, 2002. С. 37.

5 Волколуп О.В. Система уголовного судопроизводства и проблемы ее совершенствования. СПб., Юрид. центрПресс, 2003. С. 141.

права не могут быть реализованы. Для гарантии прав и свобод человека и гражданина необходима государственная сила, ориентирующая взаимоотношения государства с личностью не с позиции буквально понимаемой силы, а с точки зрения силы установленного в интересах всего общества и основанного на верховенстве закона безусловного требования ценности прав каждого отдельного человека.

В общем виде частные интересы участвующих в уголовном процессе лиц можно определить как потребности в охране их материальных и процессуальный прав, связанных с вовлечением в уголовное судопроизводство, правильном применении норм закона.

Как отмечается в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15 января 1999 г.: «Частный интерес потерпевшего состоит в восстановлении всех его прав, нарушенных преступлением, в защите чести и достоинства личности, возмещении причиненного ему не только материального, но и морального вреда. потерпевший заинтересован в том, чтобы способствовать раскрытию преступления, установлению истины по делу, изобличению преступника и справедливому воздаянию за содеянное»1.

В то же время содержание личного интереса каждого отдельного лица может быть сугубо прагматичным: у обвиняемого — избежать наказания, у потерпевшего — получить максимальное возмещение за причиненные преступлением страдания.

Для отстаивания публичного интереса государство наделяет своих представителей властными полномочиями. Представителем государства в суде является прокурор. Публичный интерес, отстаиваемым прокурором в суде является законным. Прокурор не может и не должен отстаивать частным интерес. Если же частный интерес имеет место в деятельности государственного обвинителя, то с уверенностью можно говорить, что этот интерес незаконный (ему, как минимум, можно заявить отвод).

Прокурор отстаивает публичный интерес даже в случае поддержания гражданского иска. В этом и есть его отличие от гражданского истца, которым является в соответствии с ч. 1 ст. 44 УПК РФ физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного и морального вреда, при наличии оснований полагать, что данным вред причинен ему непосредственно преступлением. То есть гражданский истец отстаивает свой частный (личный) интерес, тогда как прокурор отстаивает интерес государственный, выражающийся в восстановлении прав граждан

1 Постановление Конституционного Суда РФ от 15 января 1999г. № 1-П по делу о проверке конституционности положений частей первой и второй Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина М.А. Клюева // Собрание законодательста РФ. 1999. № 4. Ст. 602.

и юридических лиц, пострадавших от преступления, и тем самым в содействии в обеспечении правосудия.

Таким образом, интерес прокурора в суде — это интерес государства и общества обеспечить правопорядок путем обвинения лиц, совершивших преступление, и возмещения ущерба, нанесенного преступлением.

В связи с этим мы не можем согласиться с мнением А.А. Шамардина, который считает, что: «Если преступление причинило вред личности, а не государству, значит право на защиту своих интересов принадлежит потерпевшему — субъекту нарушенного права. Именно личный интерес потерпевшего должен быть здесь движущим началом. Все действия органов, осуществляющих уголовное преследование, в данном случае должны быть производны от воли потерпевшего»1.

Любое преступление независимо от того, к какой категории оно относится по объекту преступления уголовным законодательством и по видам уголовного преступления уголовно--процессуальным законодательством, посягает не только на права личности, но нарушает интересы общества в целом. Это вытекает из самого определения преступления. Таковым признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное Уголовным кодексом под угрозой наказания (ч. 1 ст. 14 УК РФ). Следовательно, у государственного обвинителя, участвующего в рассмотрении уголовных дел частного обвинения, также публичный интерес.

Преступление, направленное против интересов публичных — государственной, общественной, экологической и экономической безопасности, конституционного строя, здоровья населения и общественной нравственности, государственной службы и правосудия, мира и безопасности человечества и т.д., могут и должны преследоваться публичным порядком, то есть возбуждаться по инициативе органов, осуществляющих уголовное преследование, которые на всем протяжении процесса обязаны, поддерживая обвинение, представлять государственные или общественные интересы. Это полностью отвечает Конституции РФ (п. 3 ст. 55). При этом если преступление, нарушившее публичный интерес, затронуло и права частного лица, то последнее не исключается из процесса, а является его равноправным участником на стороне обвинения, поскольку лишь потерпевший, а не государственный обвинитель может адекватно представлять в обвинении свои личные интересы.

Принцип публичности отражает конституционную обязанность государства по защите общества и отдельного человека от преступлений, необходимость в государственном, публичном механизме защиты прав и свобод че-

1 Шамардин A.A. Частные начала обвинения и становление принципа диспозитивности в уголовном процессе России. Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2001.

ловека от преступного их нарушения. В этом смысле принцип публичности выражается в институте публичного обвинения. Прокурор, в отличие от суда (суд, как орган государства, действует от его имени, но отнюдь не в его интересах, а независимо от них, а также каких-либо частныгх интересов), по долгу службы обязан защищать именно публичные интересы в процессе, а значит, его участие в делах публичного обвинения обязательно. Что же касается деяний, по которым уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в частном порядке, то здесь государственное обвинение и публичность должна быть исключением, а не правилом. Участие прокурора в уголовном деле не должно влечь уменьшения прав потерпевшего, так как прокурор поддерживает публичный интерес, а потерпевший — частным. Поэтому и в случае, когда в деле публичного обвинения присутствует прокурор, потерпевший остается частным обвинителем. Его можно назвать в этом случае и «сообвинителем», и «субсидиарным» обвинителем, и «добавочным» обвинителем, как называл его И.Я. Фойницкий', однако сути дела это не меняет, так как функция потерпевшего остается обвинительной, а интерес, которая эта деятельность преследует, остается частным.

Но представление о прокуроре в суде только как о «государственном обвинителе» противоречит многофункциональному характеру его деятельности и сводит ее до односторонней обвинительной функции, называемой обвинительным уклоном. Прокурор не может и не должен быть заинтересован в осуждении невиновного, так как в отличие от защитника участвует в уголовном судопроизводстве не в личном качестве, а как представитель государства, что накладывает на него, по нашему мнению, особые обязанности: содействовать всестороннему и объективному разрешению дела, реагировать на любые нарушения закона, чьи бы интересы они не ущемляли, отказаться от обвинения в случае, когда оно не нашло подтверждения.

Исходя из вышеизложенного, можно сформулировать процессуальным интерес прокурора как выраженную в его поведении потребность государства и общества в обеспечении правопорядка, путем исследования всех обстоятельств дела, обвинения лиц, совершивших преступление и отказа от обвинения в отношении лиц, не совершавших преступление, а также в возмещении имущественного и морального вреда, причиненного преступлением.

1 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. II. СПб.: Альфа, 1996. С. 27—28.