Андрей Хомяков: «За текущие полгода мы наложили оборотных штрафов в три раза больше, чем за весь 2020 год»

Управление ФАС по Башкирии заметно контролирует деятельность республиканских органов власти и местных участников тех или иных рынков. Крупные закупки товаров и услуг не остаются без внимания ревизоров регионального ведомства или их московских коллег. На протяжении двух лет УФАС по республике возглавляет Андрей Хомяков, с которым мы поговорили о конкуренции в регионе и методах воздействия на нарушителей закона.

Guide: Андрей Николаевич, расскажите об итогах работы управления за шесть месяцев этого года.

Андрей Хомяков: Что касается практики по ФЗ №135 «О защите конкуренции», то с начала года мы фиксируем несколько меньше нарушений, чем в прошлом году. Точную цифру назвать пока сложно, но предварительный анализ показывает, что в ряде случаев количество нарушений сократилось в два раза. Мы надеемся, что это связано с тем, что органы государственной власти сделали правильные выводы и действуют более осмотрительно и правильно в рамках законодательства.

Тут еще нужно понимать нюансы: в прошлом году мы возбуждали много дел, которые касались заключения контрактов без проведения торгов через систему ФСИН. В этом году такая тенденция не наблюдается. Но, отмечу, что скрупулезный анализ мы пока не проводили, в конце года можно будет более подробно поговорить о динамике нарушений.

G: То есть, далеко не факт, что практика заключения контрактов на строительство через ФСИН завершена? Может быть, просто вы пока об этом не знаете?

А.Х.: Возможно, они и есть. Но после разъяснения центрального аппарата ФАС, наших действий, сложилась соответствующая судебная практика. Суды подтвердили, что федеральный закон «О контрактной системе» позволяет получать ФСИН контракты без проведения торгов, но при этом ведомство должно самостоятельно проводить работы, а не отдавать их на субподряд. Эта норма была введена для того, чтобы структуры, подведомственные ФСИН, могли зарабатывать. При этом некоторые люди восприняли эту возможность довольно своеобразно: получали контракты на генподряд и тут же отдавали их на сторону. Понятно, что это схема ухода от конкурентных процедур. По нашем информации, сейчас это, может быть, и есть, но далеко не в том масштабе, который был ранее.

G: Если я не ошибаюсь, по тем событиями расследуются уголовные дела.

А.Х.: Действительно, возбуждено около десяти уголовных дел. Они все в стадии рассмотрения.

G: Вы возглавляете региональное управление ФАС более двух лет. Как вы оцениваете уровень конкуренции в республике? Какова динамика нарушений?

А.Х.: Динамика нарушений у нас одна и та же. Наверно, это связано с особенностью региона. Если говорить про нарушения антимонопольного законодательства и вынести за скобки факты, связанные с ФСИН, наиболее серьезные нарушения, которые мы фиксируем из года в год — в сфере выделения земельных участков для строительства и ведения сельского хозяйства. В этом году также продолжилась практика нарушения закона субъектами естественных монополий. К ним всегда пристальное внимание. Законодателем на них наложены определенные обязательства. В силу определенных обстоятельств они, наверно, не всегда могут полностью следовать возложенным требованиям, но, раз они взяли на себя такую функцию, то должны стараться следовать букве закона.

G: Какие обычно нарушения вы фиксируете в сфере естественных монополий?

А.Х.: Если мы говорим про электроэнергетику, то, чаще всего, это вопросы технологических присоединений. В меньшей степени это касается тепловых сетей, а также водоснабжения и водоотведения. Если говорить про рынок ТКО, то тут часто встречается навязывание невыгодных условий. Мы стараемся поправлять, выдаем предупреждения. Судебная практика складывается в нашу пользу. Возможно, в том числе из-за этого субъекты естественных монополий в последнее время допускают меньше подобных нарушений или сами же оперативно их исправляют.

G: Продолжая электросетевую тему, не могу не спросить про ситуацию с передачей в концессию электросетей в Стерлитамаке, Салавате и Ишимбайском районе. УФАС установило, что концессионер получил их в аренду с нарушениями. Вы выдали предупреждение главам администраций, выиграли споры в суде, но предписание не выдавали, так как соглашения уже заключены и исполняются. Со стороны может показаться, что предпринятые вами шаги, по факту, ни к чему не привели.

А.Х.: Говорить о конкуренции в естественно-монопольных видах деятельности не совсем правильно. В случаях, которые вы упомянули, нет прямой конкуренции. Кроме того, расторгать договоры в период отопительного сезона будет неверно, так как могут быть нежелательные последствия для населения, в первую очередь.

У нас нет самоцели, установив факт нарушения, взять все и отобрать. Для нас основная цель — сформировать практику, чтобы в дальнейшем предотвратить подобные нарушения. И мы ее сформировали. Сначала мы вынесли предупреждения, защитили их в суде, затем вынесли решения и теперь отстаиваем их. В перспективе, это наша принципиальная позиция, мы привлечем к административной ответственности каждого главу администрации этих трех муниципалитетов, которые допустили нарушения. Что касается предъявления исков о расторжении концессионных соглашений, у нас, конечно, есть такое право, но, повторюсь, для нас это не является самоцелью. Повторюсь, наша основная задача — не допустить подобных нарушений впредь. Кроме того, нужно понимать, что эти электросетевые активы не выбыли из собственности муниципалитетов. Мы будем наблюдать, как будет реализовываться инвестиционная программа в рамках концессионных соглашений. С учетом результатов анализа, оценив плюсы и минусы, мы примем решение — оспаривать в суде законность контрактов, пытаться их расторгнуть или нет. Там очень много подводных камней.

Сфера электроэнергетики и передачи электроэнергии — наиболее зарегулированная отрасль. Этим она существенно отличается от сфер теплоснабжения, водоснабжения, водоотведения. Там белых пятен побольше.

G: Некоторое время назад в поле зрения УФАС попали вопросы предоставления земельных участков застройщикам без проведения торгов. Расскажите, пожалуйста, об этом виде нарушений.

А.Х.: К сожалению, можно констатировать тот факт, что подобные нарушения характерны для муниципалитетов. Не секрет, что в Уфе свободных земельных участков становится все меньше и меньше, поэтому у чиновников возникает соблазн передать земельный участок, скажем так, нужным застройщикам. В других муниципальных образованиях такие истории так же возникают. Мы их выявляем в результате поступления к нам материалов правоохранительных органов, за что им спасибо. Как я говорил ранее, наша задача — не только пресекать нарушения, но и сформировать практику. Чиновники должны видеть, как делать можно, а как нельзя.

G: Часто ли органы государственной и муниципальной власти безоговорочно принимают ваши решения, или они упорно идут оспаривать их в суде?

А.Х.: Ситуация очень даже неплохая. В большинстве случаев органы госвласти реагируют на наши предупреждения и решения. Иногда они оспариваются. И это неплохо, есть разные спорные ситуации. Практика показывает, что зачастую, проиграв в судах, чиновники в дальнейшем не допускают нарушений. Когда человек наступает на одни и те же грабли — это неправильно.

G: Так и до дисквалификации недалеко.

А.Х.: Безусловно. У нас уже есть примеры по дисквалификации. Правда, мы пока не дисквалифицировали чиновников за нарушения антимонопольного законодательства, но в рамках применения положений закона о контрактной системе у нас есть несколько примеров, когда по нашим заявлениям сотрудники были лишены своих должностей. У нас, конечно, не стоит задача дисквалифицировать всех, но, если чиновники будут знать, что такое возможно, они будут чаще задумываться о последствиях своих действий.

G: Накладывали ли вы крупные штрафы в этом году?

А.Х.: За текущие полгода мы наложили оборотных штрафов в три раза больше, чем за весь 2020 год — более 60 млн рублей. Отмечу, что в этой сумме — штрафы, которые мы вынесли по ФСИНовской тематике.

Кроме того, мы вынесли решение о возврате в бюджет стоимости пиксельной елки. Это дело сейчас будет слушаться в апелляции, и, если наша позиция там устоит, у нас будет эффективный инструмент для воздействия на нарушителей. Похожая история с возвратом 360 млн рублей за земельный участок, который был продан гораздо дешевле его кадастровой стоимости.

G: Случаются ли картельные сговоры и на каких товарных рынках?

А.Х.: Да, в последнее время картельные соглашения выявлены в сфере поставки питания, там сумма достаточно приличная — больше полумиллиарда. Также в прошлом году еще было решение, оно сейчас находится в стадии обжалования, о поставке оборудования в школу. Сейчас мы рассматриваем материалы по закупке средств дезинфекции. К сожалению, суммы нарушений достаточно существенны.

G: Наблюдая за технологией картельных соглашений, видно, что компании прокалываются на одном и том же — например, подают заявки на участие в торгах с одних и тех же IP-адресов. Это отсутствие чувства самосохранения или что?

А.Х.: Наверное, надеются на то, что никто об этом не узнает. На авось.

G: Какие еще крупные антимонопольные дела вы рассматриваете в эти дни?

А.Х.: Это касается и земельных участков, выделенных для строительства, и строительства некоторых объектов. Все, наверное, знают, что мы возбудили дело по строительству Центра управления регионом. Мы не говорим, что само по себе это плохо: руководство региона приняло решение его построить — вопросов нет. Нам не совсем понятно, почему это делается без торгов. Наша основная задача сейчас — выяснить, на какие деньги было построено здание. Если бюджетные — это одна история, внебюджетные — немного другая.

G: Чем вы можете объяснить упорство заказчика строительства Центра детской онкологии в Уфе? После ваших решений торги отменяли, потом объявляли вновь…

А.Х.: Мы дадим оценку этой ситуации в рамках рассмотрения дела по ЦУРу. Генпорядчик строительства Центра управления регионов и компания, которую заказчик строительства медцентра, как мы можем судить, пытался пролоббировать — одно лицо. Это не секрет. Почему это происходило? В конкурсе участвовали четыре компании. Три компании — достаточно известные в регионе, с существенным опытом работы. Почему при этом победителем выбрали четвертую компанию, которая не имела такого опыта работ — непонятно. Эти те вопросы, нюансы, которые мы будем рассматривать.

Самое главное — зачем с упорством следовать к своей цели, теряя время? Из-за неоднократной отмены и повторного назначения торгов было потеряно полгода.

G: Минобразования Башкирии исполнило ваше предупреждение по поводу покупки школьной формы? Тогда у вас были подозрения, что министерство лоббирует интересы конкретных производителей.

А.Х.: Министерство отчиталось, что оно исполнено. Мы проверим, и, если это так, то все прекрасно. Хочу отметить, что мы не против единого дизайна школьной формы, мы против лоббирования интересов двух-трех компаний, которые эту форму шьют. У родителей должен быть выбор, у кого и почем купить школьную форму для своих детей.

G: Следит ли УФАС за ситуацией на рынке общественного транспорта Уфы? Частные перевозчики жалуются, что власти якобы перекраивают рынок под «Башавтотранс». Вы наблюдаете нечто подобное?

А.Х.: Субъективно — да, мы видим достаточно шероховатостей. Рынок автоперевозок должен быть конкурентным. Но мы видим, как из года в год ГУП «Башавтотранс» получает значительные субсидии из бюджета на закупку автобусов. При этом жалоб со стороны населения меньше не становится. Получается, что господдержка не ведет к решение проблемы, а должно быть наоборот: мы не должны ждать автобусов по полчаса. Мы много киваем на Москву, и там действительно один перевозчик, но при этом у местных властей есть возможность субсидировать его деятельность. У наших властей такой возможности нет. Поэтому мы выступаем за конкуренцию на этом рынке. При этом к частным перевозчикам должны предъявляться требования по качеству подвижного состава, квалификации водителей и так далее. Правила должны быть одинаковы для всех. А так получается, что у нас «Башавтотранс», финансируемый из бюджета, имеет преимущества.

G: Начался новый отопительный сезон. Наверняка, и в этот раз жители республики будут неприятно удивлены счетами за тепло. В прошлом сезоне УФАС разбирало стоимость тарифа. Что вы тогда установили?

А.Х.: Мы не разбирали тариф, это не наша компетенция. Мы оценивали действия компании БашРТС, но не нашли в них нарушения антимонопольного законодательства. По нашим оценкам, для того, чтобы минимизировать претензии жителей, должна быть нормальная совместная работа администрации города, ресурсоснабжающей организации и управляющих компаний. Именно они сообща должны решать проблемы с теплопотерями. Надо признать, что в инфраструктуру давно никто по-настоящему не вкладывался. Эти проблемы из года в год накаливаются.