Транснационализация мировой политической и хозяйственной систем как фактор глобализации

УДК 334

В. С. Шабалина

студент,

факультет государственного управления и международных отношений, ФГБОУ ВО «Юго-Западный государственный университет», г. Курск

Н.Н. Черкасова

канд. ист. наук, доцент, кафедра международных отношений и государственного управления, ФГБОУ ВО «Юго-Западный государственный университет», г. Курск

ТРАНСНАЦИОНАЛИЗАЦИЯ МИРОВОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ХОЗЯЙСТВЕННОЙ СИСТЕМ КАК ФАКТОР ГЛОБАЛИЗАЦИИ

Аннотация. Данная статья построена на объяснении вопроса: через какие политические и экономические факторы процесс транснационализации приводит к глобализации международных отношений в разных сферах. В ней дается четкое разграничение и выявление хозяйственных и государственных аспектов глобализации, произведенных через дедуктивный метод исследований. В результате анализа выведено, что уровень глобализации экономической сферы сильно возрос, что навязывает компаниям, независимо от их происхождения, международные инвестиционные решения на основе законов конкуренции.

Ключевые слова: транснационализация, глобализация, политическое пространство, власть, суверенитет, экономический кризис, ТНК.

V.S. Shabalina, South-West State University, Kursk

N.N. Cherkasova, South-West State University, Kursk

TRANSNATIONALIZATION OF WORLD POLITICAL AND ECONOMIC SYSTEM AS A FACTOR OF

GLOBALIZATION

Abstract. This article is based on the discussion: in which political and economic factors leading to the trans-nationalization process of globalization of international relations in different spheres. It provides a clear separation and identification of business and government aspects of globalization produced by the deductive method of research. The analysis displayed that the level of economic globalization greatly increased that imposes to companies, regardless of their origin, international investment decisions based on the laws of competition.

Keywords: transnationalization, globalization, political space, government, sovereignty, economic crisis,

TNCs.

Начиная с 70-х годов XX века, технико-экономическая, технологическая, финансовая, коммуникационная, информационная революции с дальнейшим образованием лояльных условий экономической глобализации, толерантности к этническому и религиозному плюрализму, масштабного распространения практики двойного гражданства - содействовали образованию новой волны интереса к процессу транснационализации.

Термин «транснационализация» подразумевает тенденцию, согласно которой многие общественные задачи в современных условиях приходится решать посредством институтов и инструментов, выходящих за рамки отдельно взятого национального государства, создавая вне этих рамок новые центры принятия и имплементации решений. Тенденция к транснационализации достигла той степени, когда под ее влиянием трансформируются ставшие привычными политические пространства, и все больше людей вовлекается в систематические контакты, идущие поверх и помимо национально-государственных границ» [1, c. 5]. Термин «политическое пространство» - есть комплекс политических правил и институтов, которым подчиняет свою жизнь некоторое объединение людей. Непременным признаком любого политического пространства является, власть, которую оно каким-то образом формирует, локализует и ограничивает, то есть диктует форму политической организации. В таких пространствах политические связи регулярно преодолевают сложившиеся границы государств, как по горизонтали, так и по вертикали.

Отношения партнерства государства с негосударственными субъектами (индивидуальными и коллективными), реализуемые на международной арене, должны осуществляться посредством повышенной предприимчивости национального центра, его готовностью договариваться с немалым количеством этих субъектов, в том числе, зарубежных. Транснациональные политические пространства в данном случае начнут составлять контекст, в котором современные государства действуют и функционируют и в формировании которого они играют не последнюю роль. Трансграничные связи порождают большую интерактивность в установлении общественных целей, большую демократичность при поиске разумных решений в ситуации неопределенности, приеме противоречивой информации извне национальных границ.

Конец XX века ознаменовался расширением процесса транснационализации политической системы мира, в эпицентре которого оказались негосударственные транснациональные акторы, активно действующие, наряду с государствами, на мировой арене. В начале 1970-х гг. Роберт Кохэн и Джозеф Най, одними из первых заговорившие о реконструкции политической системы мира, некогда базирующейся на принципах Вестфаля, начали разграничивать мировую политику и международные взаимодействия, соотнося первую с «разветвленной и многослойной паутиной связей», соединяющей различных участников международных отношений -многонациональные корпорации, транснациональные общественные движения, НПО, финансовые группы [2, с. 150]. Рассмотрение проблемы формирования отношений, независимых, неподконтрольных и помимо государственных границ, послужило источником целенаправленного изучения глобализации.

Позднее, в 1990 году Джеймс Розенау написал о «раздвоении мира»: «с одной стороны, это межгосударственные взаимоотношения, определяемые «законами» классической дипломатии и стратегии, с другой - взаимодействие «субъектов вне суверенитета», негосударственных участников. Возникшую ситуацию он характеризовал как «постмеждународную политику» [3, с. 2].

Впоследствии транснационализация политической системы мира проходила вместе с активностью транснациональных акторов в рамках следующих изменений:

- увеличилось их количество, а также число людей, вовлеченных в отношения транснациональных акторов;

- расширились границы географии и масштаб их деятельности;

- на мировую арену внедрились новые субъекты, со временем переходящие в транснациональные (глобальные СМИ). Именно сетевая организация предоставляет такого рода СМИ, несмотря на различия и конкуренцию, функционировать как единому актору мировой политики, устанавливая глобальную повестку дня;

- происходит пересечение миссий различных акторов [4, с. 35].

В связи с образованием новых областей и сфер политического пространства самостоятельное значение получили политические взаимодействия «поверх» традиционных государственных границ, а также на субнациональных уровнях, то есть не только внутри, но и «сквозь» границы. Это также качественно изменило традиционную внутреннюю и внешнюю политику стран мира. «Современное государство, а точнее сообщество государств из клуба суверенов превратилось в основу, в своего рода базовую «референтную сетку» всех политических процессов в мире» [5, с. 13]. В мировой политике с упрочняющейся ролью негосударственных акторов суверенные прерогативы и границы государств заметно преобразовываются и с точки зрения норм прошлых поколений могут показаться «размытыми». Но при этом уже сейчас и в дальнейшем именно национальные государства являются начальными «ячейками» мирового устройства. Несмотря на реальный ход глобализации и транснационализации, национальные политии все также закреплены пространственным образом и существуют в характерных именно для них временных координатах. «Последнее должно пониматься не как отрицание «глобального осевого времени», а как указание на то, что национальные политии имеют собственный

«эволюционный возраст» и продолжают свое развитие. Да и сама «ячеистая» структура мировой политики, образуемая государствами, сформировалась и продолжает формироваться в специфических эволюционных и исторических условиях. Так, первые поколения международных систем, включая исторически действительную, а не абстрактную Вестфальскую систему, были в высшей степени асимметричными. Эти системы формировали единичные суверены (в случае с Вестфалией их было всего три - Священная Римская империя германской нации, Швеция и Франция), которые на вторых и третьих ролях принимали в свой клуб избранные по-литии, а всех остальных рассматривали как бесправные объекты своего манипулирования» [5, с. 13]. Системы сменяли друг друга. Точнее будет сказать, что они выходили друг из друга, сохраняя неизменную наследственность. По мере своего становления международные системы разрастались (увеличивался состав их участников) и осложнялись (реформировалась их структура). Перераспределялись отношения между суверенами и правила игры. Места одних ключевых игроков занимали другие. Рост количества акторов и следование принципу баланса сил Моргентау сделало суверенное равенство не менее целесообразным, чем организующую волю государств «ядра» системы. Это помогло появлению наряду с асимметричными также и симметричных связей между государствами, как «ячейками» системы.

Перемены в мировой политике неизбежно способствуют трансформации мировой экономики. В современных реалиях существенное влияние на международно-политическое положение оказывает совокупность факторов экономического развития - ресурсных, финансовых, научно-технологических, производственных. Проанализировав вопрос транснационализации политической системы мира, остановимся на вопросе транснационализации мировой экономики, беря во внимание их взаимозависимости и невозможности прохождения этих процессов раздельно.

Транснационализация хозяйственной жизни - процесс повышения роли транснациональных корпораций в мировой экономике. Задачи транснационализации мировой экономики обрели свою актуальность во второй половине XX века. «Разрозненные национальные экономики и их хозяйствующие субъекты за последнее время обрели новую платформу для сотрудничества под понятием «общий интерес», подразумевающим совместное формирование и перераспределение мирового дохода. Зародились экономические границы функционирования новейших игроков, отличные от административно-государственных границ» [6, с. 42]. Этот этап характеризуется устранением политических перегородок и либерализацией государственного надзора за внешнеэкономическими операциями, а так же наделением национальным статусом иностранных инвесторов во многих областях экономики внутри страны. Рассмотрение современных тенденций развития процесса транснационализации в мировой экономике дает возможность говорить о его существенном усилении. Об этом можно судить, прежде всего, по укреплению роли ТНК в современной мировой экономике, что просматривается, в первую очередь, в увеличении их обилия. В начале XXI века количество ТНК достигло 82 тысяч, владеющих 810 тысячами зарубежных отделений, которые обеспечивают до 10% мирового производства и 33% мирового экспорта [7, с. 18]. Однако на сегодняшний день есть разработки, рассматривающие ТНК в качестве лишь организационных структур, рождающихся при выходе национального капитала за рубеж [8]. Таким образом, транснациональные корпорации, согласно этим исследованиям, своего рода проявление, а не причина повод к экономической транснационализации.

В мировой экономике идет постоянный подъем масштабов транснационализации - увеличения доли международного движения труда, капитала, технологий, информации в общем объеме миграции этих факторов. Транснационализация видится одной из важнейших причин интернационализационного процесса и одним из главных источников глобализации. В ее рамках значительная доля национального потребления, производства, импорта, экспорта и дохода страны подчиняется решениям международных центров, находящихся вне границ данного государства. Такими «ядрами» силы и влияния оказались транснациональные корпорации, спо-

собствующие развитию интернационализации.

Участие транснациональных компаний, являющихся основной силой мирового экономического развития, резко возрастает в конце XX века. Современная мировая экономика уже не является неким сплочением национальных хозяйств, а предстает, как реально работающая геоэкономика, т.е. мироцелостная система с наличием хозяйственных объединений национальных государств, новых субъектов, таких как ТНК, международные (межнациональные) компании, их альянсы. Внутри транснационализации идет процесс урегулирования межгосударственных мер по целенаправленному созданию единого мирового рыночного, экономического, информационного, психологического и, что очень важно, политического пространства.

Процесс транснационализации мировой экономики видится угрозой национальному государству. Последнему все чаще приходится использовать политику лавирования между надобностью установления отношений с ТНК, функционирование которых может принести немалую прибыль и необходимостью наблюдения за их деятельностью ввиду образовавшейся над государством опасностью потери суверенитета. Тем самым, транснационализация мировой экономики порождает существенные изменения в деятельность государств, осуществление ими внутренней и внешней экономической политики. Важнейшим аспектом, повлиявшим на политико-экономические контуры развития мира в XX веке, стала научно-техническая революция. «Современный мир оказался зависимым не только от поведения сильных, но и слабых» [9, с. 7]. В этой связи обращают на себя внимание отрицательные результаты растущей транснационализации - средний и малый бизнес, который, наряду с крупными транснациональными корпорациями, начинает разворачиваться помимо государственных границ. Пример, африканские страны, не имеющие возможность производить конкурентоспособную продукцию, с которой можно было бы выйти на международный рынок. Это показывает существование другой проблемы — расслоения государств и регионов. Последнее сказалось в кризисе 1997-1998 гг., а затем и в современном кризисе [9, с. 11]. Говоря о кризисе конца 1990-х гг., важно выявить причину, по которой этот кризис появился. «На начальном этапе развития система национальных государств и рынок находились между собой в органичной связи. Государствам нужен был экономический рост и система кредитования, а производство и торговля нуждались в безопасности. Развитие экономической системы до глобальных масштабов обозначило перед национальным государством вопросы, разрешить которые оно не в состоянии. Это управление мировой финансовой системой, защита окружающей среды и сохранение социально-экономического баланса между богатыми и сильными, с одной стороны, и бедными и слабыми, с другой» [10, с. 89]. Таким образом, началом появления и разрастания кризиса явилось столкновение интересов национального государства, в центре которого - сохранение суверенитета и глобальной экономической системы.

По мнению Лебедевой М.М., «..кризис, с которым мы столкнулись сегодня, стал, прежде всего, следствием кризиса Вестфальской политической системы мира, что обусловило ее дальнейшее разрушение. Сегодня мы отчетливо наблюдаем несоответствие основных принципов и правил государственно-центристской организации мира современным реалиям, для которых эти правила все чаще оказываются слишком «узкими». Выход за пределы «правил» проявляется во всех областях и экономический кризис, похоже, не является здесь исключением. Иными словами, система, в которой государства во вне «отвечали за все», перестает работать эффективно, а как следствие, мир оказывается плохо управляемым» [9, с. 11]. Изменения, происходящие в политической системе мира, влекут появление процессов размывания ролей акторов, вследствие чего границы последних становятся менее явными.

Сегодня, в связи все набирающей силу тенденции к транснационализации, несомненно, перед государством нужно ставить задачу поиска выхода из кризиса. Они не растворяются и не теряют своего значения. Система государств вклинивается в транснациональный мир.

В мировой политике проходит институциональная селекция, в результате которой фор-

мируются коалиции между классическими и «новыми» акторами.

Тема государственного суверенитета - очень деликатна, потому что касается основ действующего мироустройства и ставит под сомнение наличие порядка в последнем.

«Традиционная» международно-политическая система имела набор средств и инструментов для разрешения межгосударственных споров и конфликтов. Необходимый инструментарий имеет место и сегодня: существование в складывающейся международно-политической системе принципиального звена глобальной проблематики, которое требует не столько устранения споров, сколько составления плана коллективных действий, не столько сокращения разногласий, сколько возрастания взаимной выгоды, не столько выявления совпадения интересов, сколько определения интереса целого.

Удачный результат общего решения проблем может стать стимулом для единого подхода к тем спорным моментам, которые не поддаются исчезновению в «традиционном» режиме [11, с. 4].

Для государства модификация политических пространств под влиянием транснационализации - это не только серьезный вызов, но и новые преимущества [1, с. 5]. У национального правительства оказываются новые возможности для того, чтобы прибегнуть к собственным стабильным транснациональным связям - в том числе конструктивной роли в данной задаче своих ТНК - при решении различных вопросов внешней политики и при выполнении деятельности хозяйственного регулирования.

Список литературы:

1. Стрежнева, М.В. Транснациональное политическое пространство: новые реальности международного развития [Текст]: учебное пособие / М.В. Стрежнева. - М.: ИМЭМО РАН, 2010. - 266 с.

2. Keohane, R.O. Transnational Relation and World Politics [Текст]: tutorial / R.O. Keohane, J.S. Nye. - Cambridge, Boston: Harvard University Press, 1972. - 460 s.

3. Цыганков, П.А. Мировая политика и ее содержание. Регулирования и саморегулирование в мировой политике [Текст] / П.А. Цыганков // Международные процессы. - 2005. -№ 1 (7). - С. 2-6.

4. Зегонов, О.В. Роль «глобальных» СМИ в мировой политике [Текст]: дис. ... канд. полит. наук / О.В. Зегонов. - М.: МГИМО МИД России, 2009. - 130 с.

5. Мельвиль, А.Ю. Политический атлас современности. Опыт многомерного статистического анализа политических систем современных государств [Текст]: учебное пособие / А.Ю. Мельвиль. - М.: МГИМО-университет, 2007. - 272 с.

6. Кочетов, Э. Глобальная экономика и глобальные финансы правят бал в современном мире [Текст] / Э. Кочетов // Экономика и жизнь. - 2009. - № 20. - С. 41-44.

7. World Investment Report 2009 [Текст]: ежегодный доклад / UNCTAD. - Geneva: UNCTAD, 2013. - 150 s.

8. Жун, Х.Ц. Теоретические основы экономической транснационализации [Текст]: статья / Х.Ц. Жун // Журнал международного права и международных отношений. - 2009. - № 3. Режим доступа: http://www.evolutio.info/index.php?option=com_content&task=view&id=1611& Itemid=215 (дата обращени: 12.03.2016).

9. Лебедева, М.М. Мировая политика: политическая реальность и предметное поле дисциплины [Текст]: учебное пособие / под общ. ред. С.В. Кортунова. - М.: Высшая школа экономики, 2010. - 53 с.

10. Strange, S. Toward a Theory of Transnational Empire [Текст]: учебное пособие / под общ. ред. E.O. Czempiel, J. Rozenau. - Lexington, 1989. - 110 с.

11. Барановский, В. Трансформация мировой системы в 2000-х годах. Мир после кризиса [Текст] / В. Барановский // Международные процессы. - 2010. - № 1 (22). - С. 3-5.