Россия и русские в петербургских официальных донесениях и личной переписке Отто фон Бисмарка. 1859-1862 гг

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2008. № 5

В.С. Дударев

РОССИЯ И РУССКИЕ В ПЕТЕРБУРГСКИХ

ОФИЦИАЛЬНЫХ ДОНЕСЕНИЯХ И ЛИЧНОЙ

ПЕРЕПИСКЕ ОТТО ФОН БИСМАРКА. 1859-1862 гг.

В отечественной исторической науке традиция изучения личности и политической деятельности Отто фон Бисмарка начинается с конца XIX в.1 Специального труда, в котором исследовались бы взгляды прусского дипломата на Россию, в историографии нет. Исключение составляет работа Б.Э. Нольде2. В ней основное внимание уделяется внешней политике России и международным отношениям в 60-е гг. XIX столетия.

Несколько работ, посвященных отношению Бисмарка к России, вышло в Германии3. Часть из них была написана в конце XIX в., когда еще не был издан значительный комплекс документов самого Бисмарка, другая часть — после прихода в Германии к власти фашистов, что наложило определенный отпечаток на содержание исследований.

Официальные донесения Бисмарка из Петербурга4, его личная переписка5 за время петербургской миссии были изданы в

1 См.: Сементковский Р.И. Князь Бисмарк. Его жизнь и государственная деятельность. М., 1895; Утин Е.И. Вильгельм I и Бисмарк: Исторические очерки. СПб., 1892; Он же. Император Вильгельм I. Старая и новая Германия. СПб., 1888; Слонимский Л.З. Князь Бисмарк. Опыт характеристики. СПб., 1908; Пименова Э.К. Железный канцлер Бисмарк — творец Германской империи. М., 1917; Ерусалимский А.С. Бисмарк как дипломат // Мысли и воспоминания. М., 1940; Он же. Бисмарк. Дипломатия и милитаризм. М., 1968; Ревуненков В.Г. Приход Бисмарка к власти. Л., 1941; Чубинский В.В. Бисмарк. Политическая биография. М., 1988; Виноградов К.Б. Мировая политика 60—80-х гг. XIX века: события, люди. Л., 1991; Степанова В.В. Конституционный конфликт в Пруссии в 1862—1866 гг. Нижневартовск, 1993; Ах-тамзян A.A. А.М. Горчаков и О. Бисмарк — школа европейской дипломатии XIX в. // Канцлер А.М. Горчаков. 200 лет со дня рождения. М., 1998.

2 См.: Нольде Б.Э. Петербургская миссия Бисмарка 1859—1862 гг. Россия и Европа в начале царствования Александра II. Прага, 1925.

3 Bismarck und Rußland. Enthültungen über die Beziehungen Deutschlands und Rußland von 1859 bis heute. Berlin, 1887; Ebel W. Bismarck und Rußland. Vom Prager Frieden bis zum Ausbruch des Krieges von 1870. Gelnhausen, 1936; Wegner-Korfes S. Otto von Bismarck und Rußland. Berlin, 1990.

4 Die politischen Berichte des Fürsten Bismarck aus Petersburg und Paris 1859—1862 / Hrsg. von L. Raschau. Berlin, 1920.

5 Anhang zu den Gedanken und Erinnerungen von Otto Fürst von Bismark, Kaiser Wilhelm und Bismarck. Stuttgart und Berlin, 1901; Bismarckbriefe 1836—1873 / Hrsg. von Horst Kohl. Bielefeld; Leipzig, 1898.

5 ВМУ, история, № 5

Германии в конце XIX — начале XX в. на немецком языке и на русский язык не переводились. В отечественной историографии эти сообщения не вводились в научный оборот как целостный исторический источник.

Петербургская миссия Бисмарка продолжалась с 1859 по 1862 г. и явилась определенной ступенью в его политической карьере. Письма и донесения прусского дипломата за этот период показывают его взгляды на внешнюю политику Российской империи, оценку внутриполитических событий того времени (отмена крепостного права, начало польского восстания), круг общения Бисмарка в Петербурге, содержат характеристики различных политических деятелей.

По окончании своей миссии в Союзном сейме во Франкфурте Бисмарк в начале 1859 г. был отозван в Берлин. Здесь он провел три месяца томительного ожидания, прежде чем получил от прусского короля разрешение на переезд в Петербург.

Россия встретила прусского дипломата вьюгой, сильным морозом и глубоким снегом. После поездки при четырнадцатиградусном морозе, писал он, «кожа на моем лице отслаивалась»6. Расстояние в 650 километров от Кенигсберга до Пскова было пройдено за 90 часов. В Пскове прусский посланник сел на поезд в Петербург. В письме к жене от 29 марта он положительно отзывался о российской железной дороге: «Поездные купе гораздо лучше наших и отапливаются, 8 часов я проспал как в кровати»7.

В письмах из России встречаются поэтические описания природы. «Железный канцлер» и жесткий политик неожиданно выступает здесь в совершенно ином свете — как романтик, внутренний мир которого находится в гармонии с окружающим миром. В России Бисмарк дал волю своей страсти — охоте. В течение целого года он охотился довольно часто, отъезжая от Петербурга на десятки, а то и на сотни километров. Прусский правительственный советник Койдель отмечал, что «необходимость укрепления нервов тянула его (Бисмарка. — В.Д.) в леса»8.

Особый след в душе Бисмарка оставила Москва. Он писал: «Весьма обширен этот город, и необычно странный своими церк-

6 Bismarckbiiefe 1836-1873. S. 253.

7 Письмо к жене от 28 марта 1859 г. (Fürst Bismarcks Briefe an seine Braut und Gattin. Stuttgart; Berlin, 1910. S. 407).

8 Gespräch mit dem Regierungsrat von Keudel, Mitte März 1862 in Petersburg // Bismarck Otto von. Die gesammelten Werke. 2 Auflage. Berlin 1924-1933. Bd 7. Gespräche: Erster Band (Bis zur Aufrichtung des Deutschen Reiches). S. 44.

* ... *

*

вями с зелеными крышами и бесчисленными куполами; совсем не такой, как Амстердам, но оба — самые оригинальные города, которые я знаю»9.

С теплотой отзывался прусский посланник и о Петербурге, Петергофе и Царском Селе. В столице Бисмарки остановились в доме графа Стенбока на Английской набережной. Дом был меблирован и стоил 7 тыс. рублей в год. Свой выбор Бисмарк объяснял жене тем, что «вид из дома Стенбока плывет над рекой в вечернюю зарю, напротив портовое движение, пар и раздуваемые паруса, сразу справа от дома большой мост на Васильевский остров и единственный железный»10. Когда посланника вызывали в Германию по делам, он скучал по Петербургу и по своему дому на Английской набережной. По соседству с Бисмарком жили высокопоставленные особы. Граф Д.А. Милютин вспоминал: «Мне случалось видеться с ним (Бисмарком. — В.Д.) нередко, тем более что мы были близкими соседями на Английской набережной, когда я жил в доме Чилищева, а он — в доме графа Штейнбока-Фермора»11.

Круг общения Отто фон Бисмарка

В своей корреспонденции Бисмарк часто сознательно не упоминал фамилии людей, с которыми ему приходилось общаться, однако можно попытаться установить основной круг его контактов в Петербурге. По роду деятельности он защищал интересы 40 тыс. пруссаков, живших в России12: мелких прусских чиновников, торговцев, коммерсантов, владельцев маленьких петербургских магазинчиков, мастеровых. Немецкий Петербург включал в себя также значительную часть балтийских немцев. Во время охоты и путешествий иностранный гость имел возможность знакомиться с помещиками и простыми крестьянами. Это как нельзя лучше помогало составить представление о быте деревни, о ходе крестьянской реформы. Вращался он и в военных кругах. Знакомые ему офицеры находились не только в Петербурге. Так, например, о волнениях раскольников в Казанской губернии весной 1861 г. Бисмарку рассказывал «в личных письмах один тамошний офицер»13. Из переписки Бисмарка с другом Клейстом-

9 Письмо к жене от 6-8 июня 1859 г. (Fürst Bismarcks Briefe... S. 437).

10 Письмо к жене от 16 апреля 1859 г. (Ibid. S. 416).

11 Милютин Д.А. Воспоминания. 1860-1862. М., 1999. С. 304.

12 Письмо Бисмарка к художнику Якову Беккеру от 11 июля 1859 г. (Die gesammelten Werke... Bd 14. Briefe: Erster Band (1822-1861). S. 534-535).

13 Bismarck an Schleinitz. 15. V. 1861 // Die politischen Berichte des Fürsten Bismarck... Bd 2. S. 94.

Ретзовым14 за 1861 г. явствует, что прусский посланник общался с графом Григом (Graf Griegh), адъютантом главнокомандующего военно-морским флотом, и генералом Герстенцвейгом15, «тамошним Эдвином Мантефейлем»16. Он отправлял письма о ходатайстве за прусских юношей наместнику Кавказа князю А.И. Барятинскому.

Обширные связи были у Бисмарка в дипломатических кругах Петербурга. Он сам имел довольно весомый авторитет. «Император выделяет меня таким манером, который гарантирует мне положение семейного посланника, как во времена его отца; я единственный дипломат, который имеет более интимный доступ к его персоне»17. Значительную часть информации Бисмарк получал во время светских встреч и собраний. Он совершал бесконечные визиты. В письме к жене он сообщал, что «130 визитов были избытком добродетели»18, т.е. с момента прибытия в Петербург до 14 мая он делал примерно по три визита в день. Цифра внушительная, если учесть тяжелую работу с документацией и составление отчетов в Берлин.

В петербургском высшем свете прусский посланник прибег к верному для дипломата способу получения информации — обществу женщин. Он был знаком с княгиней Оболенской, «госпожой Корсаковой»19, великой княгиней Еленой Павловной. Вероятно, Бисмарк встречался с ней довольно часто, хотя в своих донесениях старался не говорить об этом. Либеральные преобразования имели под собой в Пруссии рыхлую почву. Нерешительность принца-регента начать широкомасштабные реформы в королевстве, сильная консервативная партия в Берлине, постоянные интриги против самого Бисмарка — все это вынуждало его умалчивать об источнике информации, каковым могло быть окружение Елены Павловны.

В Петербурге была еще одна женщина, которую Бисмарк любил сыновней любовью и которая отвечала ему таким же теплым

14 Bismarcks Briefwechsel mit Kleist-Retzow / Hrsg. von. Nerman von Petersdorf. Stuttgart; Berlin, o. J.

15 Герстенцвейг А.Д. (1818—1861) — генерал-лейтенант; с 1856 г. — дежурный генерал Главного штаба, в 1861 г. — варшавский военный генерал-губернатор и председатель правительственной Комиссии внутренних дел Царства Польского.

16 Bismarcks Briefwechsel mit Kleist-Retzow. S. 43.

17 Письмо Бисмарка советнику прусского посольства во Франкфурте Вентцелю от 1 июля 1859 г. (Bismarckbriefe 1836-1873. S. 271).

18 Письмо к жене от 14 мая 1859 г. (Fürst Bismarcks Briefe... S. 428).

19 Возможно, это родственница или жена генерал-лейтенанта М.С. Корсакова, с 1859 г. — наказного атамана Забайкальского казачьего войска и военного губернатора Забайкальской области.

и нежным чувством. Это королева-мать, императрица Александра Федоровна. О «сударыне-матушке» он писал: «Для меня было что-то действительно материнское в ее любезной простоте, и я мог вылить ей свою душу, как будто я знал ее с детства»20. Александра Федоровна помогала Бисмарку в его работе, сообщала ему важные сведения о настроениях своего сына и императорской фамилии. Смерть императрицы 1 ноября 1860 г. стала для прусского посланника личной утратой.

Бисмарк о А.М. Горчакове

Как уже было сказано, петербургские послания Бисмарка содержат характеристику различных политических деятелей. Одним из них был министр иностранных дел России князь А.М. Горчаков.

В характере А.М. Горчакова прусский дипломат подчеркивал такую черту, как честолюбие. Международный конгресс 1859 г. по итальянскому вопросу, писал Бисмарк, должен был стать для министра трибуной, где он смог бы «блистать своим ораторским искусством, приковывая внимание Европы к своим устам... он не отказался бы добровольно от этой инсценировки, которая так льстит его чувству»21.

Во внутренней политике, по мнению Бисмарка, А.М. Горчаков был сторонником либеральных политических преобразований, которые могли дать ему еще больший политический и общественный вес.

Непростыми были отношения между министром иностранных дел и Александром II в решении польского вопроса, проведении внутренних преобразований в России и выборе внешнеполитической линии.

По словам Бисмарка, в польском вопросе «князь Горчаков не разделяет полностью взгляды своего государя. поскольку в отношении поляков он не только более определенно, чем император, придерживается идеи поддержать уступки, сделанные им (полякам. — В.Д.) в мае этого (1861. — В.Д.) года... но считает аналогичные учреждения в России. полезными»22.

Курс Александра II на сближение с Пруссией шел вразрез с франкофильской политикой А.М. Горчакова. Победа первого пути, однако, не означала полного согласия министра с императором.

20 Письмо к жене от 28 июня 1859 г. (Fürst Bismarcks Briefe. S. 442-443).

21 Immediatbericht Bismarcks an den Prinz-Regenten Wilhelm. 27. IV. 1859 // Die politischen Berichte des Fürsten... Bd 1. S. 198.

22 Immediatbericht Bismarcks an den König Wilhelm. 10.XI.1861 // Ibid. Bd 2. S. 130-131.

Бисмарк напишет: «Я вижу... только доказательство покорности (die Fügsamkeit), но не изменение мнения императорского министра»23. Свое подчинение воле императора сам А.М. Горчаков сравнивал с «губкой (der Schwämme), жидкость из которой выжимается императорским сжатием рук (durch einen kaiserlichen Händedruck)»24.

По мнению прусского посланника, внешняя политика А.М. Горчакова была направлена на то, чтобы «создать благоприятный операционный базис (eine günstige Operationsbasis), позволяющий оказывать давление на решения парижского кабинета»25. Это было возможно, если Россия становилась во главе антиреволюционного союза с Австрией и Пруссией. Такой союз был мыслим только в условиях революции, а вызвать ее можно было, лишь поддержав планы Наполеона III. Революционный пожар в Италии, Венгрии, германских землях не представлял опасности для России, но оставалась польская проблема. «Заигрывание с революцией» ставило под удар внутреннее спокойствие в Российской империи и проведение задуманных Александром II преобразований.

Бисмарк был высокого мнения о больших способностях, дипломатическом мастерстве и одаренности А.М. Горчакова. Из петербургских писем видно, что в обществе российского министра прусский посланник высказывался довольно свободно и отстаивал свою точку зрения, когда того требовали интересы Пруссии. Нередко Бисмарк указывал Горчакову на его неправоту по тем или иным вопросам, но делал это всегда в подчеркнуто вежливой форме. В отечественной историографии26 существует представление о Горчакове-учителе и Бисмарке-ученике, что, однако, не подтверждают официальные донесения прусского посланника. Было бы правильнее сказать, что Бисмарк сам определял степень своего «ученичества» в отношениях с А.М. Горчаковым и влияния его воззрений на формирование своих собственных взглядов.

Александр II как человек и политик в оценке

Отто фон Бисмарка

В начале 1859 г. внешнеполитические ведомства Европы были заняты решением итальянской проблемы. Вопрос о создании объединенной Италии затрагивал не только интересы Франции,

23 Bismarck an Schleinitz. 15.VIII.1860 // Ibid. Bd 1. S. 148.

24 Immediatbericht Bismarcks an den Prinz-Regenten Wilhelm. 27.IV.1859 // Ibid. S. 202.

25 Bismarck an Schleinitz. 20.IV.1861 // Ibid. Bd 2. S. 83.

26 В работах Р.И. Сементковского, В.В. Чубинского.

Австрии и итальянских государств. Он втягивал в свою орбиту и раздробленную Германию, а поскольку равновесие сил в Европе ставилось под угрозу, Англия и Россия не могли оставаться безучастными к происходящему в международных отношениях. Опасность новой общеевропейской войны сделалась очевидной.

В этих условиях Александр II явился инициатором созыва общеевропейского конгресса для сохранения мира и спокойствия в Европе. Проведение конгресса под эгидой России означало бы ее выход из международной изоляции. Прусский посланник особо подчеркивал, что «для императора предметом постоянной заботы является опасение, что война получит непредвиденное распространение (eine unabsehbare Ausdehnung27)»28.

Фраза «непредвиденное распространение» становится ясной из донесения Бисмарка на имя принца-регента от 17 июня 1859 г., где передается содержание аудиенции у российского императора. Александр II боялся революционной волны, которая могла быть вызвана событиями в Италии и Германии. «В Европе вряд ли найдется хотя бы один уголок, где пожар революционных страстей не нашел бы горячей смеси. где же тогда будет хотя бы одно правительство, которое останется хозяином своей политики?»29 — спрашивал он Бисмарка. Революция начнется на Западе, во Франции, прокатится по Италии, нахлынет на Венгрию, затопит Балканы и ворвется в Польшу. «Перспектива и исход этого мирового пожара (der Weltbrand) остаются лишенными всякого предвидения, равно как и роль, которую судьба уготовит отдельным державам. я бы сам не смог предсказать роль России»30.

Для сохранения мира в Европе Александр II готов был пойти на весьма неожиданный шаг. На встрече с Бисмарком он скажет: «Я желал бы создать союз между Пруссией, Россией и Францией, поскольку вижу в нем в настоящий момент самое простое и самое действенное средство для гарантии безопасности Европы»31.

По мнению монарха, главной целью этого альянса было бы противостояние революционным движениям. Основным очагом

27 «Die Ausdehnung» в немецком языке имеет значение как пространственного, так и временного растяжения. Бисмарк имеет в виду, что вооруженные действия охватят все б0льшие территории, а вследствие этого — продлятся гораздо дольше.

28 Immediatbericht Bismarcks an dem Prinz-Regent Wilhelm. 26.V.1859 // Die politischen Berichte des Fürsten. Bd 1. S. 218.

29 Immediatbericht Bismarcks an dem Prinz-Regent Wilhelm. 17.VI.1859 // Ibid. S. 224.

30 Ich würde selbst die Rolle Rußlands nicht vorhersagen können // Ibid. S. 225.

31 Immediatbericht Bismarcks an dem Prinz-Regent Wilhelm. 14.VI.1860 // Ibid. S. 232.

революции российский император считал Францию, и «чтобы поставить императора Наполеона на сторону регламентированной и законной системы... хотел бы наложить на него узы альянса»32. Россия становилась бы посредником между Францией и Пруссией и играла бы в альянсе первую роль. Главенство в таком союзе обеспечивало бы главенство и в Европе. Это могло восстановить политический авторитет Российской империи дипломатическим путем. В противном случае «России ничего не оставалось делать, как уединиться, Пруссия не смогла бы придумать ничего лучшего, нежели сделать свои связи с Австрией более крепкими»33. В этих условиях ответом на революцию становился новый союз между Россией, Пруссией и Австрией.

Однако в России отношение к Австрии после Крымской войны было более чем негативным. «Кажется, вся русская политика не допускает никакой другой мысли, кроме как уничтожить Австрию», — писал Бисмарк своей жене 4 апреля 1859 г. из России34. Император не только помнил роль Вены в Крымской войне. Он был недоволен политикой Австрии, направленной на срыв европейского конгресса, призванного решить итальянский вопрос миром. «Если российскому кабинету не удастся получить сатисфакцию от Австрии на поприще конгресса, то он будет искать ее на театре военных действий. чувства Его Императорского Величества в этом направлении глубже и сильнее, чем у его министра (А.М. Горчакова. — В.Д.)»35.

Бисмарк отмечал, что Александр II хочет, с одной стороны, полного разгрома и наказания Австрии, с другой — сохранения безопасности в Европе. Мир в Европе был залогом успешного проведения преобразований в Российской империи и сохранения спокойствия в Царстве Польском. Это прекрасно понимал император, подчеркивая в беседе с Бисмарком, что «тяжело принести в жертву интересам страны свои чувства»36.

Война диктует свои правила и вносит изменения в планы и курс внешней политики великих держав. Так произошло и в 1859 г.

В результате подъема национального движения в Италии Александру II пришлось пересмотреть свою антиавстрийскую политику. Бегства законных правителей итальянских государств, слухи о создании венгерского легиона Кошута, подъем нацио-

32 Ibid. S. 233.

33 Bismarck an Schleinitz. 27.VI.1860 // Ibid. S. 193.

34 Fürst Bismarcks Briefe. S. 412.

35 Bismarck an Schleinitz. 18.IV.1859 // Die politischen Berichte des Fürsten... Bd 1. S. 25.

36 Bismarck an Schleinitz. 1.V.1859 // Ibid. S. 53.

нального движения в Германии обостряли польскую проблему. Внешнеполитический курс Российской империи все отчетливее переориентировался в сторону германских государств. Александр II осознавал необходимость потепления русско-австрийских отношений. Встречные шаги делала и Австрия, подготавливая предложение о пересмотре положений Парижского трактата в пользу России, что было отклонено Францией37.

Большое внимание Бисмарк уделял отношению Александра II к Пруссии. Уже в первых его сообщениях говорилось о желании императора проводить единый с Пруссией внешнеполитический курс: «Для меня важно поддержать объединяющую нас дружбу и связать узы этой дружбы еще крепче; с глубокой скорбью я воспринял бы их охлаждение; и я не был бы виновен, если бы такое несчастье посетило меня, поскольку сделаю все, что позволят мне долг и честь, чтобы этого не допустить»38.

С середины 1860 г. российский император выступил сторонником австро-прусского сотрудничества. На встрече с австрийским посланником графом Туном Александр II советовал Австрии «при всех обстоятельствах объединиться с Пруссией и для этой цели не бояться уступок в области германской политики»39.

В выборе государства-лидера в Германии между Пруссией и Австрией император отдавал предпочтение первому. Александр II подчеркивал, что задача России состоит в том, чтобы срединные государства Германии присоединились к Австрии и Пруссии. Помимо роли посредника в таком благородном деле, как собирание немецких земель, российский монарх «строил преграду от наводнений революции, шествие которой из Италии в Венгрию, а при известных обстоятельствах и во Францию в настоящее время составляет самую серьезную опасность для Европы»40.

В начале ноября 1861 г. в разговоре с Бисмарком Александр II вновь подчеркнул свою готовность поддержать Пруссию в решении германского вопроса, даже если эта поддержка будет осуществляться силовым путем. «Император заявил, что наши (прусские. — В.Д.) старания в этой области будут сопровождаться его наилучшими пожеланиями, что конституционным путем нельзя достигнуть согласия германских князей», — писал прусский посланник41.

37 Bismarck an Schleinitz. 13.IX.1860 // Ibid. S. 167.

38 Immediatbericht Bismarcks an dem Prinz-Regent Wilhelm. 17.VI.1859 // Ibid. S. 223.

39 Bismarck an Schleinitz. 14.VII.1860 // Ibid. S. 134.

40 Ibidem.

41 Bismarck an Bernstorf. 13.XI.1861 // Ibid. Bd 2. S. 135.

Александр II поощрял притязания Пруссии на гегемонию в Германии и мог рассчитывать на взаимную помощь в Восточном вопросе.

По мнению российского императора, политика Наполеона III была непредсказуемой (Unberechenbare) и непостоянной (Unbeständig)42, однако «коалиция против Франции, породила бы то зло, которое мы хотим предотвратить»43, — т.е. общеевропейскую революцию.

В новых условиях невозможно было повторение тайного русско-французского соглашения от 3 марта 1859 г. В апреле 1861 г. Бисмарк писал Шлейницу, что «в действительности императору (Александру II. — ВД) чужда любая мысль о секретном взаимном согласии с Францией»44. Национальная политика Наполеона III, голословность французской стороны в вопросе об отмене ограничительных статей Парижского мира, слухи о тайной поддержке Францией польских беспорядков были весомыми причинами для смены направления внешней политики. Петербург разочаровался в Париже. В сравнении с ним Берлин становился более интересным партнером — по крайней мере, здесь были различные точки соприкосновения, новые идеи, открывались новые области сотрудничества и взаимопомощи.

Политика Англии характеризовалась Александром II как политика двойных стандартов. Сторонник итальянского национального движения, английский кабинет был ярым противником национального движения на Балканах.

Твердый в своих убеждениях, император не мог принять дипломатию Лондона, которая изменялась согласно сиюминутным потребностям и выгодам, «интересам фабрикантов и купцов»45. Англо-русское сотрудничество в области сохранения мира в Европе, защиты прав христианского населения Османской империи носило декларативный характер. Видимость потепления взаимоотношений двух империй скрывала глубокие противоречия в

отношениях между Великобританией и Россией.

* * *

За время своего пребывания в России прусский посланник встречался с императором довольно часто. В письмах в Берлин

42 Immediatbericht Bismarcks an dem Prinz-Regent Wilhelm. 14.VI.1860 // Ibid. Bd 1. S. 232-233.

43 «Eine Koalition gegen Frankreich würde ein verzweifeltes Mittel sein, würde das Übel heraufbeschwören, das wir verhüten wollen» // Ibidem.

44 Bismarck an Schleinitz. 11.IV.1861 // Ibid. Bd 2. S. 68.

45 Immediatbericht Bismarcks an dem Prinz-Regent Wilhelm. 17.VI.1859 // Ibid. Bd 1. S. 226.

Бисмарк многократно подчеркивал трудолюбие монарха, неподдельное рвение, с которым тот брался за любое дело. По словам посланника, прежде чем назначить встречу с представителем иностранной державы или государственным деятелем по какому-либо вопросу, император досконально изучал проблему, составлял свое собственное мнение и лишь после этого был готов к плодотворному обсуждению.

В области внешней политики Александр II руководствовался принципами справедливости и христианской ответственности, отличался постоянством и твердостью во взглядах, не придерживался двойных стандартов. Суть этих принципов Бисмарк сформулировал так: «Стремясь к определенной цели, нужно применять достойные

46

средства для ее достижения»46.

Прусский дипломат видел в императоре человека, приверженного семейным узам и чтящего память своих родных. «Почтение, с которым я отношусь к памяти моего отца, связывает меня со всеми, кого он любил», — говорил Александр II во время открытия памятника Николаю I в июне 1859 г.47

За время своего пребывания в Петербурге Бисмарк понял, что каждый раз, когда речь заходила об угрозе интересам России, в душе Александра II побеждал характер офицера.

9 ноября 1861 г. в Царском Селе состоялась встреча российского императора и Бисмарка. На ней обсуждались события в Польше и возможность дарования политических свобод в России. Об этой беседе Бисмарк сообщил королю Вильгельму в своем письме от 10 ноября. В нем, в частности, приводится высказывание Александра II о роли самодержавной власти в России: «Во всей империи народ видит в монархе помазанного Богом отеческого самодержца. Это имеет силу почти религиозной веры и совсем не зависит от личной преданности, которую могут испытывать ко мне и в которой, я очень хочу в это верить, мне не будет отказано в будущем. Отказаться от полноты власти, которую дает моя корона, значит поколебать дух народа. То почтение, с которым русский народ испокон веков предстоял перед троном ... не может быть уничтожено. Я невосполнимо принизил бы авторитет царствования, если бы позволил разделить его с отдельными представителями дворянства или нации. Лишь Господь знает, куда бы мы вообще пришли с проблемой крестьян и помещиков, если бы авторитет императора более не был бы достаточным...»48.

46 Bismarck an Schleinitz. 9.IV.1859 // Ibid. S. 10.

47 Immediatbericht Bismarcks an dem Prinz-Regent Wilhelm. 17.VI.1859 // Ibid. S. 223.

48 Immediatbericht Bismarcks an dem Kaiser Wilhelm. 10.XI.1861 // Ibid. Bd. 2. S. 130.

Крестьянский вопрос в России глазами Отто фон Бисмарка

По мнению Бисмарка, крестьянское сословие являлось фундаментом, на котором строилось здание Российской империи: «...старорусское крестьянское население, полностью верное императору, здоровое в самом себе и в полной мере способное к общинному самопостоянству (Selbstständigkeit49), является фундаментом для новых порядков внутри и усиливающейся мощи вовне, и этот фундамент будет находиться в распоряжении империи в течение еще многих лет»50.

Бисмарк полагал, что решение крестьянского вопроса окажет благотворное влияние на внутреннюю политику империи, оздоровит экономику и поможет России вернуть былое могущество в международных отношениях. В своих донесениях он прогнозировал связанную с этим цепочку событий: прогрессивная крестьянская реформа как условие для широких преобразований ^ оздоровление и укрепление государства ^ активная внешняя политика сильной державы.

За время пребывания в Петербурге прусский посланник вывел формулу общественного порядка для России. Лишь следуя ей, можно было рассчитывать на успешное проведение крестьянской реформы. Самодержавие — залог спокойствия основной массы населения империи; преданное императору крестьянство — гарантия общественной безопасности во время проведения реформ. По словам Бисмарка, это прекрасно понимал сам Александр II. В памятной записке на имя короля Вильгельма прусский дипломат отметил: «По мере того, как русские будут терять веру в безграничную власть императора, перед страной все отчетливее встанет опасность убийственной крестьянской войны»51.

Положительно оценивая цель крестьянской реформы, прусский посланник скептически отзывался о ее итогах. Для него как для европейца существенным было понятие личной свободы, которую юридически получали крестьяне. Отсутствие у крестьян права свободного передвижения негативно оценивалось им. Находясь в России, Бисмарк пришел к выводу, что главной особенностью российского сельского хозяйства является отходничество. Вследствие суровых природных условий он отводил институту отходничества значительное место в жизни крестьян. И именно отходничеству,

49 Selbstständigkeit — сложносоставное слово. Бисмарк имеет в виду некое самосохранение, самообеспечение, нечто фундаментальное и незыблемое.

50 Bismarck an Schleinitz. 18.IV.1859 // Die politischen Berichte des Fürsten. Bd 1. S. 15.

51 Immediatbericht Bismarcks an dem Kaiser Wilhelm. 10.XI.1861 // Ibid. Bd. 2. S. 130.

главной статье дохода крестьянской семьи до и после страды, вредило отсутствие у крестьян прав на свободное передвижение. Отто фон Бисмарк полагал, что крестьянин не ощущал большой разницы между крепостным правом и зависимостью от штата многочисленных чиновников царской администрации.

По поводу формирования новой системы администрации в деревне прусский посланник составил свое, во многом неутешительное мнение: медлительность царского правительства в таком важном деле была опасной.

Упразднение старых полицейских институтов, слабость, а иногда и отсутствие новых учреждений создавали некий вакуум, который мог привести к нарушению общественного порядка и народному восстанию, «убийственной крестьянской войне».

Польский вопрос в письмах прусского посланника

На время петербургской миссии прусского посланника приходится начало беспорядков в Царстве Польском. Ообстрение польской проблемы угрожало территориальной целостности Пруссии, поэтому Отто фон Бисмарк пристально следил из Петербурга за событиями в Польше. Донесения в Берлин свидетельствуют о жесткой позиции Бисмарка в этом вопросе. Так, в письме к сестре от 14 (26) марта 1861 г. прусский дипломат писал: «Поляки отчаялись в самой жизни; я полностью сочувствую их положению, но если мы желаем сохранить самих себя, нам ничего не остается делать, как уничтожать их»52. Путь реформ в Польше был неприемлем для Бисмарка, от этого он предостерегал как Берлин, так и Петербург.

Твердая позиция Бисмарка в польском вопросе охладила его отношения с министром иностранных дел Российской империи А.М. Горчаковым. Руководитель внешнеполитического ведомства России видел в жестком курсе управления Польшей угрозу русско-французскому сотрудничеству — основной цели Горчакова в тот период. Как следует из донесений Бисмарка, Горчаков уже к середине 1861 г. сделал свой выбор в пользу преобразований в Царстве Польском, нашедших свое отражение в программе маркиза Велепольского.

Ключевой момент донесений — характеристика позиции императора Александра II в решении польского вопроса. Прусский посланник отмечает колебания российского самодержца в выборе диаметрально противоположных мер. Он пишет об Александре

52 Bismarckbriefe 1836-1873. Bielefeld; Leipzig, 1898. S. 302.

как о военном, который желает «твердой рукой» навести порядок в Польше, но при этом характеризует императора как довольно мягкого человека, стремящегося успокоить поляков проведением политических преобразований в Царстве. Бисмарк сообщает о «преобладающих влияниях»53 на государя из среды его ближайшего окружения, подтолкнувших Александра II первоначально к выбору мирного пути решения вопроса, однако доверительные беседы с императором убедили прусского дипломата в том, что зимой 1861/62 г. российский самодержец стал все больше склоняться к силовому варианту урегулирования. Донесения Бисмарка отражают обеспокоенность Александра влиянием польского вопроса на внутреннюю жизнь империи, на проведение преобразований в России, на ход крестьянской реформы. Очевидно, что прусский дипломат видел глубокие последствия событий в Польше для самой России и указывал на них в разговорах с царем.

В системе международных отношений польский вопрос, по словам Бисмарка, ослаблял Пруссию и Россию, что укрепляло позиции Австрии. Желание венского кабинета на фоне обострения польской проблемы восстановить Священный союз Бисмарк считал прикрытием, под которым Австрия стремилась обессилить своих принципиальных противников в Германии и на Балканах. Четкую позицию Англии и Франции в решении польского вопроса Бисмарк в своих донесениях не определял, но лишь отмечал, что мнение о заинтересованности Парижа в эскалации польских событий необоснованно.

Трехлетнее пребывание в России оказало благотворное влияние на Отто фон Бисмарка. Шипы Франкфурта превратились, по его собственным словам, в розы Петербурга. В России Бисмарк получил то душевное спокойствие, которого искал после восьмилетнего пребывания в Союзном сейме. Это стало возможным благодаря теплому отношению к нему Александра II, членов императорской фамилии, А.М. Горчакова и представителей высших слоев общества. Ни в одном из писем Бисмарка за этот период нет каких бы то ни было признаков недовольства по отношению к кому-либо из русских. В Петербурге он завел множество знакомств, которые поддерживал и в будущем.

Из России Бисмарк уехал с целым багажом идей, наблюдений и выводов. В его корреспонденции отразились и отношение пред-

53 Immediatbericht Bismarcks an dem Prinz-Regent Wilhelm. 04.IV.1861 // Die politischen Berichte des Fürsten. Bd 2. S. 56.

* ... *

*

ставителей российского общества к политическим и экономическим проблемам, и различие во взглядах ближайшего окружения Александра II, и внутренние переживания самого императора. В Петербурге прусский политик понял, как в России воспринимались польские события. Это сыграло свою роль в 1863—1864 гг., когда Пруссия должна была сделать свой выбор в решении польского вопроса.

Прусский посланник убедился в том, что во внешней политике империи Александр II выбрал германское направление. Это позволило Пруссии при построении своей внешнеполитической стратегии опираться на Россию, рассчитывать на ее помощь в решении германской проблемы.

На примере Российской империи Отто фон Бисмарк говорил о необходимости преобразований для Пруссии и Германии в целом. Проблема объединения Германии под руководством Пруссии изложена им в нескольких донесениях, которые можно считать программными. В процессе объединения германских земель Бисмарк постепенно осуществлял намеченные, в частности еще в Петербурге, цели и задачи.

Александр II был для прусского дипломата примером деятельного участия монарха в судьбе своего государства. На глазах у Бисмарка проходила отмена крепостного права. Прогрессивное значение этой реформы он видел не только для внутренней жизни России, но и для восстановления ее былого могущества в мире.

Из России прусский посланник уезжал с еще одним убеждением, которое оставалось у него неизменным до конца дней — никогда не воевать против России. «С Россией у нас никогда не будет необходимости воевать, если только либеральные глупости или династические промахи не извратят положения», — таково было

54

его политическое завещание немцам54.

Бисмарк увидел непобедимый дух, присущий русским, его поразило то чувство, с которым россияне подходили к любому ответственному делу и которое ощущалось в самой их жизни. Это была та самая загадка русской души. Понять ее Бисмарк как европеец до конца не смог, но в силе ее убедился.

Поступила в редакцию 12.04.2007

54 Бисмарк О. фон. Воспоминания, мемуары. М.; Минск, 2002. Т. 1. С. 314.