Иллюстрированная книга и комикс

Секция «Изобразительное искусство»

Иллюстрированная книга и комикс

Г.Д. Махашвили,

кандидат искусствоведения, доцент кафедры иллюстрации и эстампа

Иллюстрированная книга и комикс - два очень разных, и в то же время во многом схожих вида искусства. Имеет смысл говорить о комиксе именно как об отдельном виде искусства, а не о специфическом жанре иллюстрированной книги или журнала, поскольку структурные различия между ними достаточно существенны. Чтобы разобраться в этих различиях, необходимо для начала проанализировать, каковы основные характерные черты комикса.

Известный комиксист Уилл Айснер, автор книг по истории и теории комикса, определяет этот вид искусства как «sequential art»», что можно перевести как «искусство последовательности» или «искусство изображать последовательность». И действительно, главный отличительный признак комикса - изображение последовательно происходящих событий на одном листе. Чаще всего эти события размещаются в отдельных кадрах, хотя иногда встречается объединение разновременных событий в общем изобразительном пространстве.

Другой неотъемлемой чертой комикса является включение изображения и текста в единую композицию кадра и, если брать шире, всей полосы. Обычно тексты (это могут быть реплики и мысли персонажей, а также комментарии и «закадровый текст» автора) размещаются в специально отведенных рамках. Форма и цвет этих рамок может варьироваться, но чаще всего художники исходят из устоявшихся традиций комикса, определяющих символическое соответствие формы тому или иному виду текста (напр., «баллоны» в большинстве случаев содержат прямую речь, «облачка» — размышления, прямоугольные рамки - авторский текст, и т. п.).

За свою краткую историю комиксы успели выработать свой собственный язык визуальных символов, к которым относятся и вышеупомянутые смысловые значения форм текстовых рамок. Состав и час-

тота использования подобной символики может различаться как от жанра к жанру, так и от страны к стране. Особенно сильно различаются в этом плане западные и японские комиксы; чтобы подчеркнуть эти различия, последние в литературе часто обозначаются японским названием комикса - «манга». Используемая в комиксах символика может включать в себя: условные обозначения эмоций (это, в частности, одна из характерных черт графического языка манги), ономатопею (звукоподражательные слова, чаще всего включающиеся непосредственно в изображение без рамки и играющие роль звуковых эффектов), и т. п. Для людей, знакомых со спецификой комиксного нарратива, считывание этих символов не представляет особого труда, но для нового читателя оно может представлять определенную проблему.

Присущий комиксу принцип кадрирования изображений может подталкивать художника к использованию глубокого кинематографического пространства, разнообразных ракурсов, масштабов, фрагментов. В таком случае бывает непросто добиться гармоничного композиционного сочетания традиционно плоских баллонов текста с объемным пространством кадра. Встречаются и комиксы с полным и почти полным отсутствием иллюзии пространственной глубины и единой жестко установленной точкой взгляда «камеры». Если комиксы первого типа близки по своим композиционным принципам к кинематографу, то вторые имеют больше общего с театром (причем, скорее с кукольным театром, в котором почти полностью отсутствует пространственная глубина, зато преувеличенная экспрессия «актеров» напоминает комиксную). Возможно и совмещение этих двух подходов; в этом случае смена ракурса, масштаба или типа пространства часто играет роль мощного смыслового акцента.

Помимо вышеприведенных особенностей, вытекающих из специфики комикса как вида искусства, художники-комиксисты, вопреки распространенному мнению, не ограничены в выборе стиля, манеры, техники изображения. Такие требования встречались в комиксе начала-середины XX в., и были связаны частично с технологическими ограничениями дешевой цветной печати, частично - с популярностью в те годы определенных стилей мультипликации. Невысокое качество рисунка, текста, сюжетов в ранних комиксах обусловлено, прежде всего, мизерными гонорарами, которые издатели платили комиксистам в погоне за быстрой прибылью на рынке дешевой массовой литературы.

Также неверным является мнение, что комикс - вид искусства, предназначенный исключительно для детей и подростков. Почти сразу, с момента своего возникновения, комиксы быстро освоили достаточно широкий выбор жанров, рассчитанных на самую разную аудиторию. Первые комиксы стремились занять наиболее востребованные ниши на книжном рынке: детских книжек-картинок и бульварной лите-

ратуры. Отсюда — специфический ассортимент тем и сюжетов, сохранившийся в американском комиксе почти до конца XX в. Но уже во второй половине прошлого столетия начинают появляться комиксы, рассчитанные на взрослого, образованного читателя (причем в таких странах, как Великобритания, Франция, Япония, этот процесс происходил активнее, чем в США). Такие комиксы (иногда некоторые из них называют «graphic novels» — «графические романы») выделяются внимательным и продуманным подходом к глубине сюжета, красоте литературного стиля, художественному уровню изображения.

Таким образом, на основании всего вышесказанного можно сделать вывод об основных различиях между визуальным языком иллюстрированной книги и комикса. В первую очередь это, конечно, совершенно разные подходы к зрительной трактовке времени и происходящих в нем событий. Комикс дробит время на множество кадров, каждый из которых заключает в себе все необходимое для полного восприятия произошедшего в данный момент. В иллюстрированных изданиях же текст идет сквозь книгу непрерывным потоком, а приостанавливающие это движение иллюстрации нередко сами отображают не столько конкретное мгновение, сколько обобщение некоего более крупного временного отрезка. Проблема сложности трактовки времени в книжном искусстве (в том числе, в силу специфики вышеупомянутого контраста между непрерывностью текста и тормозящей функцией иллюстраций) поднималась в отечественной искусствоведческой литературе, в первую очередь, В.А. Фаворским.

Из этого коренного отличия вытекает и разница в компоновке текста и изображения. Если в иллюстрированной книге текст — это, опять же, единый и неразрывный поток, льющийся сквозь книгу по установленным художником правилам (размеры, пропорции и расположение текстовых блоков, кегль и гарнитура шрифта, и т. п.), то в комиксе текст так же, как и время, нарезается на «ломтики», распределяемые по отдельным кадрам, так что вновь прочесть их как целостный нарра-тив читатель способен только воспринимая их вместе с изображением, причем основную смысловую связующую роль здесь играет именно последнее.

Существует ли влияние комикса и характерных для него изобразительных особенностей на художественный язык иллюстрированной книги? Анализ произведений книжного искусства XX в., как отечественных, так и зарубежных, показывает, что существует. В большинстве случаев, впрочем, подобное влияние не распространяется дальше заимствования художниками книги одного или нескольких условных кодов и обозначений из богатой библиотеки комиксной символики. Так, например, советский художник С. Коваленков (например, в книгах Т. Макарова «Тайный маленький дом» (1980) и Д. Самойлов «Слоненок

пошел учиться» (1982)) и его американский коллега M. Сендак (например, в «Hector Protector and As I Went Over the Water: Two Nursery Rhymes» (1965)) внедряют в традиционный язык иллюстрированных изданий баллоны с репликами, чем усиливают игровой элемент своих иллюстраций. С. Денисов, иллюстрируя книгу К. Грэма «Ветер в ивах» (1988), использует более широкий арсенал изобразительных кодов: баллоны, «облачка», подписи, авторский текст, и даже ономатопею. В результате иллюстрации Денисова не только обретают индивидуальность и определенный шарм, но и убедительно точно передают атмосферу эксцентричного чудачества сказки Грэма.

Встречаются примеры и более существенного проникновения комиксного языка в искусство иллюстрированной книги: например, применение метода кадрирования нарратива. Так поступает, в частности, упомянутый выше M. Сендак в своей авторской книге «In the Night Kitchen» (1970): транслируя, в качестве легкой аллюзии, композиционные принципы, характерные для классической серии комиксов «Little Nemo» У. MaкКея, Сендак смело разбивает пространство иллюстрации на несколько кадров, изображающих даже не столько разные моменты действия, сколько сравнение самого действия и его результата. Дробит на кадры нарратив и Н. Радлов, чьи «Рассказы в картинках» (1937) местами превращаются из, собственно, рассказов в картинках в короткие «немые» комиксы. Отчасти так же поступает и Г. Ясинский (например, в книгах «Стена через реку» (1974), «Про Петю» (1975)); впрочем, текст у него остается все тем же непрерывным потоком, делится на кадры здесь только изобразительный ряд. Тем не менее, легкость считывания кадров с простыми, почти знаковыми рисунками побуждает юного читателя так же легко прочесть и небольшие абзацы текста, расположенные между иллюстрациями.

Что касается случаев влияния иллюстрированной книги на современный комикс, то они встречаются гораздо реже. Если не принимать в расчет прямые цитаты (например, имитация манеры раннего И. Билибина в серии «Fables» Б. Уиллингэма), то подобные творческие поиски являются уделом в основном авангардных и андерграундных произведений, экспериментирующих с самой формой комикса и возможностями ее модификации. Так, например, комикс «Black Dossier» (2007) (дополнительный выпуск постмодернистской серии «The League of Extraordinary Gentlemen» А. Mурa и К. О'Нила) является, по сути, попыткой разложить единый нарратив на отдельные хронологические эпизоды, каждому из которых соответствует своя форма подачи информации: комикс, иллюстрированная книга, набор открыток, рассказ в картинках, журнальная публикация с иллюстрациями, и т. п. Помимо очевидной творческой игры с сочетанием и противопоставлением различных нарративных методов, здесь, безусловно, присутствует и другая цель,

не менее важная для Мура и О'Нила: освоить и ввести в оборот современного комикса выразительные средства, присущие другим синтетическим видам искусства, также основанным на сочетании изображения и текста.

В приведенных выше примерах комиксисты подходят к иллюстрированной книге как к искусству более традиционному и консервативному, чем сравнительно молодой комикс, но у которого, впрочем, есть чему поучиться. Однако влияние книжного искусства неожиданно прослеживается и в самых новых и актуальных сферах развития комикса. Речь идет о так называемых «вебкомиксах»» (или «сетевых комиксах»), которые получили широкую популярность во всем мире в связи с повсеместным распространением Интернета в начале 2000-х гг. Каждый желающий имеет возможность опубликовать в свободном доступе свои рисованные истории, и найти читателей, а возможно даже и спонсоров. Большинство вебкомиксов сохраняет систему организации листа, характерную для печатных комиксов - такой подход является характерным для любого вида искусства, осваивающего новые технологические возможности.

В то же время некоторые авторы начинают активно экспериментировать с программными и креативными особенностями сетевого комикса в поисках нового художественного языка для молодого жанра. И эти эксперименты привели, в том числе, к тому, что некоторые вебко-миксисты как бы «заново открывают» для себя изобразительные возможности иллюстрированной книги. В их работах (можно, в частности, отметить «Homestuck» Э. Хасси, «Kidd Radd» Д. Миллера, некоторые работы Э. Кэрролл) дробление действия на кадры становится менее заметно или исчезает вовсе, текст может исчезать из кадра и переходить в подписи к изображению, и т. п. Конечно, эти вебкомиксы не слишком похожи на привычные для нас иллюстрированные издания; они часто содержат анимацию, звуки, интерактивные элементы - что также является результатом творческих поисков их создателей. Тем не менее, эти вебкомиксы, существующие целиком в виртуальной сетевой среде и обретшие там популярность и значительную аудиторию читателей, позволяют нам взглянуть на возможные перспективы иллюстрированной книги как вида искусства в век постоянно модернизирующих нашу жизнь технологий.

Библиографический список

1. Фаворский В.А. Литературно-теоретическое наследие / В.А. Фаворский. - М. : Советский художник, 1988. - 588 с.: ил.

2. Русский комикс : сб. статей / сост. Александров Ю., Бар-зах А. - М. : Новое литературное обозрение, 2010. - 352 с.: ил.

3. Eisner W. Comics and Sequential Art. - Paramus, NJ: Poorhouse Press, 1990. - 164 p.: ill.

4. Eisner W. Graphic Storytelling and Visual Narrative. - New York: W.W. Norton, 2008. - 169 p.: ill.

5. McCloud S Understanding Comics: The Invisible Art. - New York: HarperPerennial, 1994. - 215 p.: ill.

6. Hussie A. Homestuck. - http://www.mspaintadventures.

com/?s=6

7. Miller D. Kidd Radd. - http://www.bgreco.net/kidradd/

8. Carroll E Comics. - http://www.emcarroll.com/comic/