Промышленность закончила год плохо

В четвертом квартале 2017 года промышленность вернулась к падению, увеличив выпуск по итогам года лишь на 1% — вдвое ниже официального прогноза, отчитался Росстат. Хотя столь скромный результат во многом объясняется плохой конъюнктурой — сокращением добычи нефти в рамках сделки ОПЕК+ и относительно теплой погодой,— снятие влияния этих эффектов не сильно его улучшает. В конце 2017 года опросы промышленников были заметно позитивнее статистики Росстата, что указывало на вероятность бодрого начала нового года — но в январе 2018 года планы респондентов резко изменились.

В декабре 2017 года промышленный выпуск в годовом выражении сократился на 1,5% (консенсус-прогноз Bloomberg — стагнация, «Интерфакса» — 0,5% спада). В четвертом квартале падение составило 1,7% (и реализовалось впервые за два года). В результате за 2017 год промпроизводство увеличилось лишь на 1%, что оказалось меньше показателя 2016 года (1,3%) — и вдвое ниже официального прогноза Минэкономики. Слабый годовой показатель во многом объясняет негативная конъюнктура. Хотя добывающие отрасли в 2017 году были единственными, однозначно увеличившими выпуск (на 2%), в четвертом квартале они его сократили (минус 0,7%) из-за сделки ОПЕК+ (год назад перед вступлением сделки в силу производство заметно росло) и теплой погоды, снизившей добычу газа.

Обработка в 2017 году фактически не росла (плюс 0,2% и минус 2,3% за четвертый квартал). Причиной в том числе послужил сильный спад в металлургии, который наблюдался в ноябре-декабре. «В металлургии, вероятно, какая-то проблема со статистикой,— говорит Владимир Сальников из ЦМАКП.— Все подотрасли показывают плюс, и лишь одна — минус, который совпадает с минусом по отрасли. Эта подотрасль явно не занимает 99% выпуска всей металлургии». Обеспечение электроэнергией, газом и паром в четвертом квартале просело на 4,7% (за год не изменилось — плюс 0,1%) на фоне теплого четвертого квартала. Водоснабжение и утилизация отходов также упали за год на 2,8%.

По оценкам ЦМАКП, даже если убрать негативное влияние конъюнктуры, в 2017 году рост промпроизводства был очень медленным — 1,3–1,5%. Оценки же Росстата, которые возвращают рост в промышленность на уровне 0,4% за декабрь с учетом сезонных и календарных эффектов после трех месяцев спада, вряд ли свидетельствуют о смене тенденции. Похожие всплески наблюдались и в другие месяцы. Более того, к среднемесячному значению 2014 года, учитывая сезонность, промпроизводство снижалось и в ноябре, и в декабре 2017 года — после восьми месяцев непрерывного роста.

«Ожидая продолжения роста внутреннего спроса в 2018 году, нормализации погодных условий и постепенного исчезновения эффекта базы, связанного со сделкой ОПЕК+, мы думаем, что в ближайшие месяцы промпроизводство вернется к позитивным темпам роста»,— отмечает Дмитрий Полевой из банка ING. Опережающие индексы ИЭП им. Егора Гайдара и PMI Markit в конце 2017 года фиксировали заметное улучшение оценок спроса и планов выпуска в обработке — что могло говорить о позитивном начале 2018 года. Но сегодня первая оценка индекса промышленного оптимизма ИЭП сильно изменила картину.

Хотя фактические изменения спроса демонстрируют прежнюю слабую положительную динамику, они в разы отстают от ожиданий респондентов (см. график). В январе спрос по-прежнему устраивал 62% опрошенных (на пять пунктов ниже значения декабря 2017 года). В результате планы выпуска, хотя и остаются в плюсе, за декабрь и январь потеряли 13 пунктов, а прогнозы продаж — шесть пунктов. Индекс прогнозов промышленности в декабре-январе рухнул на шесть пунктов, «поставив под сомнение сохранение даже символического роста», пишет автор исследования Сергей Цухло. Напомним, Минэкономики в базовом сценарии, одобренном правительством в сентябре, прогнозирует рост промышленности в 2018 году в 2,5%.