Международно-правовой стандарт разумности срока применения судом меры пресечения в уголовном судопроизводстве

Рудич Валерий Владимирович

кандидат юридических наук,

Уральский институт экономики, управления и права

Международно-правовой стандарт разумности срока применения судом меры пресечения в уголовном судопроизводстве

В статье анализируются правовые позиции Европейского суда по правам человека относительно международно-правового стандарта разумности срока, который суды обязаны учитывать при принятии решения об избрании меры пресечения или продлении срока действия таковой. Исследуются имеющиеся подходы, содержащиеся в документах Верховного Суда Российской Федерации и Конституционного Суда Российской Федерации, применительно к реализации данного стандарта в правоприменительной практике.

Ключевые слова: уголовный процесс, меры пресечения, заключение под стражу, стандарт разумности срока, обвиняемый, суд, судья.

V.V. Rudich, Candidate of Law, Ural Institute of Economics, Management and Law; е-mail: ruvv66@ bk.ru

International legal standard of reasonableness of the period of application of a preventive measure in a criminal court

This article describes the positions of the European Court of Human Rights concerning the international legal standard of the reasonableness of the term, which the courts are obliged to take into account when deciding whether to take a preventive measure or extend its validity. The available approaches contained in the documents of the Supreme Court of the Russian Federation and the Constitutional Court of the Russian Federation in relation to the implementation of this standard in law enforcement practice are examined.

Key words: criminal procedure, preventive measures, detention, standard of reasonableness of the term, accused, court, judge.

Одним из международно-правовых стандартов принятия решения судом о применении меры пресечения в отношении обвиняемого является стандарт разумности срока, понятие которого закреплено в ст. 6.1 УПК РФ. Отправным положением данного стандарта послужила норма, закрепленная п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которой каждое лицо, подвергнутое аресту или задержанию, имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда.

Неоднократно стандарт разумности срока был предметом разъяснений Конституционного Суда РФ, а позднее стал предметом специального постановления Пленума Верховного Суда РФ [1], в котором были развиты и конкретизированы многие его технические детали.

В специальном пилотном постановлении в отношении России Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд, ЕСПЧ) акцентировал внимание на проблемах, связанных с избранием и продлением меры пресечения в виде заключения под стражу [2].

В частности, ЕСПЧ считает нарушением ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод случаи указания в постановлении о продлении срока содержания под стражей на виновность лица в совершении еще только инкриминируемого ему преступления [3].

Национальные судебные органы должны стремиться к тому, чтобы в рамках каждого конкретного дела продолжительность предварительного заключения обвиняемого не превышала разумного срока [4; 5]. Европейский суд пояснил, что наличие обоснованного подозрения в том, что задержанный совершил преступление, которое стало определяющим условием для оценки законности содержания под стражей, спустя определенное время перестает быть достаточным. В этих случаях суд должен установить, оправдывают ли продолжение лишения свободы другие основания, приведенные органами следствия. Если такие основания являются относимыми и достаточными, суд должен убедиться, что органы следствия проявили «особую тщательность в проведении

56

расследования». Органы следствия обязаны обеспечить убедительное обоснование любого периода содержания под стражей, каким бы коротким он ни был. Суд, продлевая срок содержания под стражей, обязан установить существование конкретных обстоятельств, составляющих основание для длительного содержания под стражей [6].

В другом своем решении Европейский суд пояснил основной критерий оценки разумности срока содержания под стражей: в случае разрешения ходатайства об освобождении из-под стражи или жалобы на продление срока содержания под стражей суд обязан руководствоваться в первую очередь тем, что никто не должен подвергаться пыткам и бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию [7].

Обвиняемый всегда подлежит освобождению из-под стражи до суда, если только не будет доказано, что имеются «существенные и достаточные» основания для продления срока содержания под стражей [8]. Отсутствие в решениях судебных властей, санкционирующих содержание под стражей на протяжении длительного времени, каких-либо оснований для их принятия несовместимо с принципом защиты от произвола, закрепленном в п. 1 ст. 5 Конвенции [9].

Следует отметить, что российские суды применяют данный правовой стандарт в своей практике. Приведем пример такого рода: «Сохранение обоснованности содержания лица под стражей не предотвратит нарушения п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в случаях неоправданной задержки в производстве по делу, что может проявляться в длительных периодах бездействия органов следствия. Допустимо использовать в качестве общего правила тезис: чем дольше содержание под стражей, тем меньше оно может быть оправдано. При продлении срока содержания под стражей суд обязан проверить, сохраняются ли те обстоятельства, которые явились основанием для заключения лица под стражу, и достаточны ли они для продолжения содержания обвиняемого под стражей. Продление срока содержания под стражей не может использоваться для того, чтобы предвосхищать применение к лицу уголовного наказания в виде лишения свободы. Обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей. Следует устанавливать конкретные обстоятельства при решении вопроса о возможности дальнейшего содержания обвиняемого под стражей... В каждом случае суду при рассмотрении вопроса о продлении срока ее действия

по собственной инициативе или по ходатайству участников судебного разбирательства надлежит обсуждать вопрос о возможности применения к подозреваемому, обвиняемому иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу» [10].

Европейский суд сформулировал специальный критерий анализируемого правового стандарта, а именно проявление «особого усердия» при рассмотрении судом вопроса о продлении срока содержания под стражей. Так, в одном из своих решений ЕСПЧ указывает следующее: «Ходатайствуя о продлении срока содержания заявителя под стражей до 16 сентября 2006 г., следователь не продемонстрировал существования конкретных фактов, имеющих значение для продления срока, указав лишь, что освобождение заявителя является «несвоевременным». Европейский суд обеспокоен тем, что районный суд принял столь упрощенный довод и продлил срок содержания заявителя под стражей, придя к выводу о том, что не имеется оснований для отказа в удовлетворении ходатайства заявителя. Районный суд не нашел нужным обсуждение доводов заявителя о том, что он ранее не судим, имеет постоянное место жительства и работу в г. Москве и положительные характеристики. Он оценил эти доводы как несущественные, исходя из того, что тяжесть предъявленных обвинений имеет большее значение, чем конкретные факты, свидетельствующие в пользу освобождения заявителя, и возложил на последнего ответственность за непредставление более убедительных доводов. Европейский суд полагает, что суд переложил бремя доказывания на заявителя, на которого была возложена обязанность доказать отсутствие риска того, что он скроется, продолжит заниматься преступной деятельностью или воспрепятствует отправлению правосудия, неисполнение которого влекло продление срока его содержания под стражей в период разбирательства дела» [11]. В итоге Европейский суд констатировал в данном деле нарушение ст. 5 Конвенции.

Еще одной составляющей анализируемого стандарта следует считать неизменность обстоятельств как основание для продления срока содержания под стражей. По-видимому, в качестве основы «неизменности обстоятельств» (при определении основания продления срока меры пресечения) можно взять следующую формулу, предложенную Европейским судом: «Обстоятельства, послужившие основаниями для избрания лицу меры пресечения в виде заключения под стражу, не отпали и не изменились» [12]. На основании решений ЕСПЧ можно сделать следующие выводы:

1. На органы уголовного преследования возлагается обязанность доказывать, что это

57

основание не претерпело изменения, и (или) предоставлять новые сведения о его наличии. По мере расследования дела обстоятельства, ранее служившие обоснованием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, могут утратить свою актуальность и убедительность. В связи с этим суды должны приводить иные относимые и достаточные основания, требующие продолжительного лишения свободы [13].

2. Возможность вмешательства в отправление правосудия является основанием для заключения под стражу только на первых этапах расследования. После того, как собраны доказательства, данное основание теряет значимость, а необходимость содержания под стражей требует подтверждения новыми сведениями [14].

Так, по делу «Мамедова (Мате^уа) против Российской Федерации» Европейский суд признал, что «на первых этапах расследования опасность вмешательства заявительницы в отправление правосудия могла оправдать заключение ее под стражу. Но после того, как были собраны доказательства, данное основание потеряло значимость. Кроме того, национальные органы не указали, почему они считали, что существовала подобная опасность» [14].

Более привычной в современной судебно-следственной практике является ситуация, когда мера пресечения в виде заключения под стражу изменяется ввиду наметившейся негативной перспективы направления уголовного дела в суд.

Европейский суд, руководствуясь так называемым динамичным подходом, указывает, что по мере продвижения расследования дела все дальше и дальше по «процессуальной траектории» обстоятельства, ранее служившие обоснованием для избрания заключения под стражу, не могут уже сохранять свою актуальность и убедительность. Суды должны приводить иные относимые и достаточные основания, требующие продолжительного лишения свободы. Отсутствие в уголовно-процессуальном законе предельных сроков содержания под стражей в период судебного разбирательства лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, не исключает возможность изменения в их отношении меры пресечения в виде заключения под стражу на иную, более мягкую [12].

При этом суду надо исходить из того, что в конечном счете приоритет имеют права человека, в связи с чем органы уголовного преследования обязаны устанавливать и доказывать существование конкретных фактов, перевешивающих принцип уважения индивидуальной свободы [15]. Наличие веских оснований по-

дозревать арестованного в совершении преступления является обязательным условием правомерности содержания под стражей, но через некоторое время этого уже недостаточно, тогда суд должен установить, оправдывают ли остальные мотивы судебных органов лишение свободы [16].

В современной российской практике при принятии решения о продлении срока содержания под стражей суды шаблонно ссылаются на то, что «обстоятельства, послужившие основанием для избрания лицу меры пресечения в виде заключения под стражу, не отпали и не изменились» [17]. Весьма часто при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей суды в судебных стадиях не рассматривают вопрос о наличии основания для дальнейшего продления срока содержания под стражей, а подходят к вопросу с точки зрения отсутствия основания для отмены или изменения меры пресечения: если ничего не изменилось и нет оснований для отмены меры пресечения в виде заключения под стражу, срок содержания под стражей продлевается [18].

Следует отметить, что в решениях судов апелляционных инстанций прослеживается тенденция установления иного правового стандарта, а именно при продлении срока содержания под стражей суд должен проанализировать ряд значимых обстоятельств: результаты расследования или судебного разбирательства; личность подозреваемого, обвиняемого, его поведение до и после задержания; иные конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на фальсификацию или уничтожение доказательств, или оказать давление на участников уголовного судопроизводства либо иным образом воспрепятствовать расследованию преступления или рассмотрению дела в суде. Помимо перечисленного выше, в постановлении о продлении срока содержания под стражей должны быть отражены обоснованные доводы органов расследования о невозможности своевременного окончания расследования и данные о необходимости производства следственных или процессуальных действий, в том числе с участием обвиняемого: производства очной ставки, допросов, предъявления обвинения, установления других лиц, совершивших преступление, окончания назначенной экспертизы, выполнения требований ст. 215-220 УПК РФ; причины, по которым не произведены процессуальные действия (в том числе ознакомление с материалами уголовного дела), для проведения которых избиралась мера пресечения или продлялся срок содержания под стражей. Если такой причиной явилась неэффективность организации расследования, то

58

это может выступать одним из обстоятельств, влекущих отказ в удовлетворении ходатайства, а также вынесение частного постановления.

Рассматриваемый правовой стандарт распространяет свое действие и на судебные стадии уголовного судопроизводства. Как следует из содержания ч. 2 и 3 ст. 255 УПК РФ, истолкованной в системной связи с нормами ст. 107-109 УПК РФ и в контексте позиций, сформулированных Конституционным Судом РФ [19; 20], если к обвиняемому в ходе подготовки к судебному разбирательству в качестве меры пресечения избран домашний арест (или заключение под стражу), то срок содержания его под стражей (домашним арестом) со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев (за исключением случаев, предусмотренных законом). Суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей или домашним арестом. При этом продление срока действия каждой из указанных мер пресечения допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях в качестве альтернативы заключению под стражу и каждый

1. О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 марта 2016 г. № 11 // Рос. газ. 2016. 6 апр.

2. Постановление ЕСПЧ от 10 янв. 2013 г. по делу «Ананьев и другие против России». Доступ из справ. правовой системы «Кон-сультантПлюс».

3. Постановления ЕСПЧ по делу от 13 июня 2013 г. «Роменский против России». Доступ из справ. правововй системы «Консультант-Плюс».

4. Постановление ЕСПЧ по делу от 15 янв. 2013 г. «Величко против России». Доступ из справ. правововй системы «Консультант-Плюс».

5. Постановление ЕСПЧ по делу от 13 нояб. 2012 г. «Пятков против России». Доступ из справ. правовой системы «Консуль-тантПлюс».

6. Постановления ЕСПЧ по делу от 5 февр. 2013 г. «Мхитарян против Российской Федерации». Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

7. Постановление ЕСПЧ по делу от 20 сент. 2011 г. «ОАО «Нефтяная компания Юкос»

раз не более чем на 3 месяца. В каждом случае продления срока содержания лица под стражей суд должен указать конкретные обстоятельства, обосновывающие продление срока, а также доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств.

В определении (постановлении) должно содержаться обоснование необходимости дальнейшего продления срока домашнего ареста. Само по себе отсутствие в уголовно-процессуальном законе предельных сроков содержания под стражей в период судебного разбирательства лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, не исключает возможность при разрешении вопроса о продлении срока содержания под стражей (домашним арестом) или при рассмотрении ходатайства подсудимого или его защитника об изменении меры пресечения на более мягкую в каждом конкретном случае с учетом установленных в ходе судебного разбирательства фактических и правовых оснований изменить меру пресечения, освободив подсудимого из-под домашнего ареста. Данный судебно-правовой стандарт нашел определенное закрепление в национальной судебной практике как на региональном, так и на местном уровнях [21, с. 156].

1. On some issues arising in proceedings for compensation for the violation of the right to trial within a reasonable time, or right in the performance of a judicial act within a reasonable time: resolution of the Plenum of the Supreme Court on March 29, 2016. № 11 // Rus. newsp. 2016. Apr. 6.

2. Decision of the ECHR on the case on Jan.10, 2013 «Ananiev and others against Russia». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

3. Decision of the ECHR on the case on June 13,2013 «Romensky against Russia». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

4. Decision of the ECHR on the case on Jan. 15, 2013 «Velichko against Russia». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

5. Decision of the ECHR on the case on Nov. 13, 2012 «Pyatkov against Russia». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

6. Decision of the ECHR on the case on Febr. 5, 2013 «Mkhitaryan against the Russian Federation». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

7. Decision of the ECHR on the case on Sept. 20, 2011 «OJSC «Oil Company Yukos» («Neftyanaya kompaniya Yukos») against the Russian Federation». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

59

(OAO «Neftyanaya kompaniya Yukos») против Российской Федерации». Доступ из справ. правовой системы «<КонсультантПлюс».

8. Постановление ЕСПЧ по делу от 6 дек. 2007 г. «<Линд (Lind) против Российской Федерации». Доступ из справ. правовой системы «<КонсультантПлюс».

9. Постановление ЕСПЧ по делу от 24 мая 2007 г. «Игнатов (Ignatov) против Российской Федерации». Доступ из справ. правовой системы «<КонсультантПлюс».

10. Постановления суда о заключении под стражу и продлении срока содержания под стражей: метод. рекомендации: утв. постановлением президиума Свердловского областного суда от 6 авг. 2014 г.

11. Постановление ЕСПЧ по делу от 15 мая 2008 г. «Попков против России». Доступ из справ. правовой системы «Консуль-тантПлюс».

12. Постановление ЕСПЧ по делу от 31 мая 2011 г. «Ходорковский против России». Доступ из справ. правовой системы «Консуль-тантПлюс».

13. Постановление ЕСПЧ по делу от 10 февр. 2011 г. «(Пелевин против России». Доступ из справ. правовой системы «Кон-сультантПлюс».

14. Постановление ЕСПЧ по делу от 1 июня 2006 г. «Мамедова (Mamedova) против Российской Федерации». Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

15. Постановления ЕСПЧ по делу от 8 июня 2006 г. «Корчуганова против России». Доступ из справ. правовой системы «<Консультант-Плюс».

16. Постановление ЕСПЧ по делу от 26 июня 1991 г «<Летелье (Letellier) против Франции». Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

17. Уголовное дело № 1-267/2015 // Архив Ленинского районного суда г. Перми.

18. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 20 дек. 2005 г. № УК 74-о05-58. Доступ из справ. правовой системы «Кон-сультантПлюс».

19. Постановление Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П. Доступ из справ. правовой системы «<Консультант-Плюс».

20. Определение Конституционного Суда РФ от 20 окт. 2005 г. № 372-О. Доступ из справ. правовой системы «<Консультант-Плюс».

21. Зайцев А. О. Реализация международно-правовых стандартов при принятии решений о заключении под стражу в российском уголовном судопроизводстве: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2017.

8. Decision of the ECHR on the case on Dec. 6, 2007 «Lind (Lind) against the Russian Federation». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

9. Decision of the ECHR on the case on May 24, 2007 «Ignatov (Ignatov) against the Russian Federation». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

10. The Court's ruling on detention and extension of detention: method. recommendations: appr. by the decree of the Presidium of the Sverdlovsk regional court on Aug. 6, 2014.

11. Decision of the ECHR on the case on May 15, 2008 «Popkov against Russia». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

12. Decision of the ECHR on the case on May 31, 2011 «Khodorkovsky against Russia». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

13. Decision of the ECHR on the case on Febr. 10, 2011 «Pelevin against Russia». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

14. Decision of the ECHR on the case on June 1, 2006 «Mamedova (Mamedova) against the Russian Federation». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

15. Decision of the ECHR on the case on June 8, 2006 «Korchuganova against Russia». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

16. Decision of the ECHR on the case on June 26, 1991 «Letellier (Letellier) against France». Access from legal reference system «ConsultantPlus».

17. Criminal case № 1-267 /2015 // Archive of the Leninsky district court of Perm.

18. The appeal of the Supreme Court on Dec. 20, 2005 № 74-o05-58. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

19. Decision of the Constitutional Court on March 22, 2005 № 4-P. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

20. Determination of the Constitutional Court on Oct. 20, 2005 № 372-O. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

21. Zaitsev S.A. The implementation of international legal standards when making decisions on the conclusion of detention in the Russian criminal trial: diss. ... Candidate of Law. Moscow, 2017.

60