Понятие истины в административном процессе

Все главные проблемы теории познания касаются либо формирования понятия истины, либо средств и путей достижения таковой, либо структуры и форм ее существования.

Анализируя доказывание в административном процессе как специфическую разновидность познания в правоприменительной деятельности, следует обратиться к философии и другим теоретическим наукам. Так, при исследовании проблем процесса доказывания по делам об административных правонарушениях невозможно обойтись без философских категорий познания и его видов, в частности истины как цели познания.

Истина, будучи гносеологической проблемой, принадлежит к числу известных философских тем. К ней обращались как в древности, так и посвящали свои труды современные ученые. Несмотря на это, и сегодня категория истины продолжает оставаться объектом многочисленных философских рассуждений и научных споров.

Формирование классической концепции истины связано с именем Аристотеля, который при построении своих теоретических положений исходил из необходимости критики парадоксов софистов, провозглашавших отсутствие четкого разделения правды и неправды. В этой связи он утверждал, что существуют правда и неправда, поскольку в противном случае трудно вообще что-либо излагать, ведь излагающий одновременно говорит и «да», и «нет» [1, с. 340-355]. Благодаря этому понятие истины претерпевает изменения. Оно сопрягается с идеями рациональности, познаваемости и рассматривается в трех значимых направлениях - мировоззренческом, онтогносеологическом и логическом. В дальнейшем исследуемая категория приобретает универсальный характер. Именно поэтому другие философские явления либо включают ее в свое содержание, либо соотносятся как с целью познавательного поиска.

Итак, все главные проблемы теории познания касаются либо формирования понятия истины, либо средств и путей достижения таковой, либо структуры и форм ее существования. Как отмечалось, в истории философских воззрений существовали разные интерпретации истины: «истина - это соответствие знаний действительности»; «опытная подтверждаемость»; «свойство самосогласованности знаний»; «полезность знания, его эффективность»; «соглашение» и другие [2, с. 11].

Как подчеркивает В.В. Ильин, в теории познания различают два уровня познавательной деятельности человека: обыденный (донаучный) и научный. Обыденное познание, другими словами житейские знания, базируется на понятиях здравого смысла, практического знания, реализуемого в естественной жизни. Теория научного знания характеризует этот вид познавательной деятельности человека с помощью таких критериев, как внутренняя непротиворечивость, критикуемость, общезначимость и т.д. [3, с. 3].

В первом случае уполномоченное лицо, обладающее правом доказывания по делу, должно иметь профессиональные навыки, во втором - процесс доказывания должен соответствовать интересам других субъектов - участников по делу. Кроме того, современная философия не сомневается в том, что в любом явлении, объекте соотношение содержания и формы выражается в их единстве, причем форма есть способ выражения содержания: «доказательство - способ обоснования истинности суждения, системы суждений или теории с помощью логических умозаключений и практических средств» [4, с. 180].

Следует отметить, что в КоАП РФ, так же как и в иных действующих процессуальных кодексах, нет никакого упоминания об установлении истины. Ранее ч. 2 ст. 243 УПК РСФСР содержала требование того, чтобы председательствующий принимал все предусмотренные кодексом меры для всестороннего, полного, объективного исследования обстоятельств дела и установления истины. Необходимо указать, что в целом знание об истине в процессуальном доказывании формировалось в основном в уголовном и гражданском процессах, что же касается административного процесса, то исследования такого характера практически не проводились. Поэтому научная база познания истины опирается на учения специалистов в области уголовного и гражданского процесса.

По сей день в процессуальных науках продолжается дискуссия о возможности установления истины при производстве по делу. Так, В. Зажицкий считает, что значительное расширение начал состязательности в уголовном судопроизводстве, по существу, исключило из доказательственного

права истину как цель доказывания, но «с точки зрения здравого смысла, а также методологических предпосылок истину в уголовном судопроизводстве нельзя объявлять недостижимой... В уголовном судопроизводстве должен быть ориентир: в ходе доказывания по уголовному делу должна быть установлена истина, понимаемая как достоверное установление обстоятельств совершения преступления, а также их юридическая оценка с точки зрения норм уголовного закона, т.е. квалификация преступления» [5, с. 45-47].

Установление истины по делу является условием достижения цели судебного разбирательства -защиты от всяких посягательств прав и охраняемых законом интересов граждан и организаций -таково мнение Ю.К. Осипова, при этом под установлением истины по делу понимается установление судом действительных обстоятельств дела, прав и обязанностей сторон [6, с. 159]. Важнейшим условием выполнения задач уголовного судопроизводства является установление истины по уголовному делу, считает А.С. Кобликов, находя, что установление истины - цель доказывания по уголовному делу [7, с. 57]. Этой же точки зрения придерживается П.А. Лупинская, указывая, что «установить истину в уголовном процессе означает познать происшедшее событие и все обстоятельства, подлежащие установлению по уголовному делу, в соответствии с тем, как они имели место в действительности» [8, с. 161].

На наш взгляд, приведенные выше точки зрения сходятся в одном: цель процесса доказывания в первую очередь связана с установлением истины, т.е. соответствия выводов судьи или органов (их должностных лиц), уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях, фактам объективной действительности в их юридическом значении.

По общему мнению, принятому в теории доказывания, в правоприменительной деятельности (прежде всего, в уголовной, гражданской и административной) процессуальное доказывание выступает как разновидность познания и может быть правильно понято лишь в свете теории отражения. Сам факт административного правонарушения отражается в окружающей обстановке и сознании людей в виде непосредственных и опосредованных отпечатков - следов административного правонарушения. Отражение на объектах окружающей обстановки, т.е. первичное отражение является объективной основой будущих доказательств.

Представляется, что есть субъективные и объективные факторы, которые не всегда позволяют получить в результате рассмотрения дела знания, адекватно отражающие события реальной жизни.

Прежде всего, следует отметить, что истина сама по себе не является задачей административного процесса. Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Истина как полное, реально-подлинное знание о предмете, т.е. фактических обстоятельствах дела, не является конечной целью административного процесса, а может быть лишь одним из элементов правоприменительного процесса. Решение по делу будет законным, обоснованным и справедливым только тогда, когда к правильно установленным фактическим обстоятельствам дела будут правильно применены нормы права.

Кроме того, административно-правовая реформа, проводимая сегодня, позволяет вести речь о концептуальном изменении формы административного процесса, что неизбежно влечет за собой возникновение новой состязательной сути процесса, которой явно противоречат прежние представления о доказывании как познавательной деятельности органов исполнительной власти и суда, направленной на установление истины. В обоснованание данной точки зрения приведем следующие доводы.

1. Вопрос о состязательности как основе организации административного процесса поставила, в первую очередь, зарождающаяся в перестраивающейся России судебная власть. Процессуальное равноправие участников административного процесса закреплено в ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и главе 25 КоАП РФ, в самом общем виде - это положения, в соответствии с которыми участники административного процесса пользуются равными правами по представлению доказательств, участию

в их исследовании, заявлению ходатайств и отводов. Процессуальное равноправие сторон является предпосылкой и условием состязательности процесса [9, с. 23].

Нормативное выражение принципа состязательности в Конституции РФ во многом предопределило дальнейшие направления судебной реформы и совершенствование административнопроцессуального законодательства. Однако принятый в итоге многолетних дискуссий новый КоАП РФ не определил в числе прочих принцип состязательности и равноправия сторон, что, по нашему мнению, является существенным недочетом действующего законодательства, восполнимым путем внесения изменений в процессуальную часть административного законодательства. Здесь важно отметить, что даже в ранее действовавшем КоАП РСФСР существовала норма, обеспечивающая рассмотрение дела об административном правонарушении на началах равенства граждан (ст. 228 КоАП РСФСР). Смысловое же содержание нормы, обеспечивающей закрепление принципа состязательности и равноправия сторон, по нашему мнению, нашло свое отражение в принципе равенства перед законом (ст. 1.4 КоАП РФ).

2. О признании административного процесса состязательным свидетельствует и легализация презумпции невиновности как основного начала такой организации административноюрисдикционного процесса, при котором бремя доказывания лежит на одной из сторон, а именно той, что ведет производство по делу об административном правонарушении - е1 тсишЬй ргоЬайо, qui &сй, поп qui negat (доказывать обязан тот, кто утверждает, а не тот, кто отрицает). В соответствии с этим правилом лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, вина в совершении административного правонарушения устанавливается судьями, органами, должностными лицами, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях. В постановлении Пленума Верховного суда РФ от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что при рассмотрении дела об административном правонарушении судья обязан произвести перечисленные в ст. 29.1 КоАП РФ процессуальные действия в целях выполнения предусмотренных ст. 24.1 КоАП РФ задач всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения обстоятельств каждого дела, разрешения его в соответствии с законом.

Эти формулировки не оставляют сомнения в том, что в предмет доказывания в производстве по делам об административных правонарушениях входит установление вины лица в совершении административного правонарушения (ст. 26.1 КоАП РФ). Таким образом, невиновность лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, сохраняется до тех пор, пока не доказано обратное, невиновность в доказывании не нуждается.

Здесь необходимо отметить, что в административном законодательстве появились исключения из данного принципа. И в частности, бремя доказывания перекладывается на лицо, привлекаемое к административной ответственности в случае совершения им правонарушения в области дорожного движения и фиксации этого правонарушения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи. Такая позиция законодателя в очередной раз подтверждает определенные начала состязательности процесса, а соответственно, наличие признаков формальной истины в административном процессе.

3. Производство по делу об административном правонарушении по общему правилу возбуждается в случае непосредственного обнаружения должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения; поступление из правоохранительных органов, а также из других государственных органов, органов местного самоуправления, от общественных объединений материалов, содержащих данные, указывающие на наличие события административного правонарушения; сообщения и заявления физических и юридических лиц, а также сообщения в средствах массовой информации, содержащие данные, указывающие на наличие события административного правонарушения (за исключением административных правонарушений, предусмотренных ч. 2 ст. 5.27, ст. 14.12, 14.13 КоАП РФ); фиксации административного

правонарушения в области дорожного движения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи; подтверждение в содержащихся в сообщении или заявлении собственника (владельца транспортного средства данных о том, что в случаях фиксации административного правонарушения в области дорожного движения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами транспортное средство находилось во владении и пользовании другого лица). Возложенная на органы и должностных лиц обязанность выяснить все обстоятельства совершения административного правонарушения, нормативным выражением которых служит предмет доказывания (ст. 26.1 КоАП РФ), совпадает с обязанностью обосновать утверждение о виновности лица, совершившего административное правонарушение.

Судья, члены коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу. Таким образом, обязанность доказывания считается выполненной, если путем собирания, проверки и оценки доказательств установлены все элементы предмета доказывания, в первую очередь виновность лица в совершении административного правонарушения. Данный вид юридической гарантии состязательной формы административного процесса обеспечивается также посредством: предоставления

участвующим в деле лицам право участия в исследовании доказательств; право задавать вопросы другим участвующим в производстве по делу лицам, а также свидетелям, экспертам, специалистам.

Проведенный анализ позволяет выявить определенную совокупность признаков, определяющих административный процесс как состязательный: действие принципа равноправия сторон; легализация презумпции невиновности как гарантии состязательности и равноправия сторон; всестороннее, полное и объективное исследование всех обстоятельств дела об административных правонарушениях.

Указывая на наличие состязательных начал в процессе установления истины по делу, отдельные авторы утверждают, что состязательная форма процесса исключает представления о доказывании как обязанности установления истины. Состязательность и доказывание - понятия несовместимые [10].

По нашему мнению, данное утверждение преждевременно. Наличие состязательных начал в административном процессе свидетельствует не об отсутствии института доказывания и, соответственно, процесса познания в форме установления истины по делу, а, скорее, о развивающейся на началах состязательности формальной истине в административном процессе.

Литература

1. Антология мировой философии. М., 1969. Т. 1. Ч. 1.

2. Чуданов Э.М. Теория познания. М., 1977.

3. Ильин В.В. Теория познания. М., 1993.

4. Философский энциклопедический словарь. М., 2007.

5. Зажицкий В. Новые нормы доказательственного права и практика их применения // Российская юстиция. 2003. № 7.

6. Гражданский процесс / Под ред. Ю.К. Осипова. М., 1995.

7. Уголовный процесс / Под ред. А.С. Кобликова. М., 1999.

8. Уголовное процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. М., 1998.

9. Баландин В.П., Павлушина А.А. Принципы юридического процесса / Под ред. В.М. Веляхина. Тольятти, 2001.

10. Лазарева В. Состязательность и доказывание в уголовном процессе // Российское право. 2007. № 3.