Правозащитники согласны оставить картину Брюллова в России

Конституционный суд (КС) вчера провел публичные слушания по жалобе коллекционера из Германии Александра Певзнера на нормы Уголовно-процессуального кодекса (УПК), позволившие Верховному суду (ВС) конфисковать у него шедевр Карла Брюллова "Христос во гробе" спустя более года после прекращения уголовного преследования владельца по делу о контрабанде из-за истечения срока давности. Представители президентского Совета по правам человека (СПЧ) и омбудсмена в РФ поддержали позицию властей о том, что конфискация "орудия преступления" возможна без судебного следствия и вынесения обвинительного приговора. С такой трактовкой презумпции невиновности согласны не все эксперты СПЧ.

Коллекционер из Германии Александр Певзнер обжаловал в КС положения ст. 81 УПК, согласно которым "орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации", а также неопределенность ст. 401.6, запрещающую поворот к худшему в суде кассационной инстанции. Напомним, коллегия по уголовным делам ВС 28 апреля 2016 года признала подлежащей конфискации картину Брюллова как "орудия" преступления, совершенного, по мнению ВС, господином Певзнером в виде ненадлежащего таможенного оформления культурной ценности: не уплатив пошлину, он получил "преступный доход", а "для достижения преступного результата использовалась оспариваемая картина". Она была приобретена Александром Певзнером и его женой Ириной в Брюсселе, в 2003 году ввезена в Санкт-Петербург, арестована ФСБ и передана на хранение в Государственный Русский музей. Дело дошло до суда лишь через десять лет и было прекращено по сроку давности без рассмотрения по существу и вынесения приговора. Но ВС по представлению Генпрокуратуры признал господина Певзнера "уклонившимся от наказания", а конфискацию картины — "соразмерной содеянному" и "не ухудшающей положение" владельцев (в том числе не подвергавшейся уголовному преследованию Ирины Певзнер) мерой. По мнению заявителя, конфискация на таком основании имущества у законных владельцев противоречит Конституции и Конвенции по защите прав человека. Жалоба о нарушении презумпции невиновности, прав собственности и принципа правовой определенности направлена заявителем в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

Представитель заявителя адвокат Максим Крупский вчера доказывал, что конфискация вещественного доказательства неконституционна, если его использование при подготовке к преступлению, а также само преступление не доказаны, и ущерб, нанесенный при его помощи не установлен. Применение этой карательной меры за пределами срока поворота к худшему — тем более нарушает Конституцию, поскольку позволяет "в течение жизни лишать бывших обвиняемых прав собственности". Отметим, что Леноблсуд дважды — в апелляционной и кассационной инстанциях — признал, что картину коллекционерам надо вернуть, с чем впоследствии не согласился ВС.

Представители органов власти вчера единодушно заявили, что конфискация орудий преступления не противоречит принципу презумпции невиновности, отказ обвиняемого от борьбы за свое полное оправдание и прекращение его уголовного преследования по "нереабилитирующим" обстоятельствам "не освобождает виновного" от обязательств по возмещению ущерба и компенсации вреда.

Представитель уполномоченного по правам человека в РФ Иван Соловьев (ранее работал в полиции) назвал позиции властей "высокопрофессиональными и аргументированными". Еще более неожиданным оказалось выступление представителя СПЧ Наталии Евдокимовой, как и научное заключение, подписанное ею, а также судьей в отставке Сергеем Пашиным и профессором Высшей школы экономики Ильей Шаблинским. Госпожа Евдокимова заявила, что выводы СПЧ базируются на позициях ВС и КС, оспоренные нормы соответствуют Конституции, и нежелание обвиняемого продолжать свою защиту может привести к конфискации у него "орудия преступления". "Я бы и хотела сказать, что надо отдать картину, но не могу",— заявила госпожа Евдокимова. Илья Шаблинский сказал "Ъ", что настоял на включении в отзыв СПЧ рекомендации разграничить понятия "орудие преступления" и "предметы контрабанды", но сам считает и спорные нормы, и конфискацию картины противоречащими Конституции. Об этом же заявил "Ъ" член СПЧ адвокат Юрий Костанов.

Судья КС в отставке и член СПЧ Тамара Морщакова считает, что спорная статья УПК не могла быть основанием для конфискации картины, поскольку она не учитывает баланс частных и публичных интересов. Сергей Пашин отмечает, что для конфискации по прекращенному делу должен быть установлен срок давности. По мнению адвоката Сергея Голубка, выступавшие вчера в КС правозащитники "не понимают принцип презумпции невиновности и фактически играют в этом деле на стороне госорганов".