Ветер коммерческих перемен

В Пермском крае может появиться первый масштабный объект альтернативной энергетики. Крупнейший игрок на российском рынке использования возобновляемых источников энергии (ВИЭ) компания «Фортум» заявила о готовности начать строительство промышленного ветропарка. Идею безоговорочно поддержали краевые власти, присвоив проекту статус приоритетного. Экспертное сообщество идею развития зеленой энергетики также приветствует, но обращает внимание на возможные риски и осложнения.

Проект первого промышленного ветропарка, по мощности сопоставимого с полноценной ТЭЦ, представила совету по предпринимательству Пермского края УК «Ветроэнергетика» — совместное предприятие «Роснано» и «дочки» финского концерна Fortum — ПАО «Фортум», созданное в начале 2017 года специально для реализации проектов строительства электростанций, работающих на основе ветра. В 2017–2018 годах Фонд развития ветроэнергетики, которым управляет УК, прошел отбор проектов возобновляемых источников энергии, который несколько лет проводит «Совет рынка» с целью стимулирования зеленой генерации, и получил право строительства объектов совокупной мощностью около 2 ГВт с возможностью компенсации капитальных затрат через договоры о предоставлении мощности.

В январе этого года компания ввела первый в России промышленный ветропарк в Ульяновске мощностью 35 МВт. Мощность первой очереди ветропарка, который она намерена построить в Пермском крае к концу 2020 года, по плану будет в три раза выше 100 МВт. Разместить его планируется в Ординском районе. Сейчас дочернее предприятие УК «Ветрогенерация», созданное для реализации проекта в регионе — ООО «Шестой ветропарк ФРВ», ведет переговоры об аренде конкретных земельных участков. И в этом вопросе компания попросила поддержки властей: часть земель потребуется перевести в статус промышленных, муниципальные земли она хотела бы получить, минуя процедуру торгов. Статус приоритетного инвестиционного проекта, который проект получил по итогам заседания совета по предпринимательству, позволяет на это рассчитывать. Общий объем инвестиций оценивается в 9,9 млрд рублей. Инвестор готов вложить в него до 30% собственных средств, остальные намерен привлечь в банках. Сейчас компания готовится к инженерным изысканиям, получить итоговый проект планирует к осени 2019 года, после чего в конце года намерена начать строительные работы и к декабрю 2020 года ввести ветропарк в эксплуатацию.

Главный вопрос: а есть ли в Пермском крае ресурс, необходимый для функционирования нового объекта, то есть ветер? Инвестор утверждает: ветер будет! «Если бы ветра здесь не было, нас бы здесь тоже не было,— парирует скептические замечания руководитель направления по развитию проектов ООО «Шестой ветропарк ФРВ» Евгений Шидяев.— Первое, на чем мы основываемся при отборе площадок, это система многолетнего мониторинга ветропотенциала на высоте 100 метров. Исходя из этого, мы определяем те регионы, где это возможно. В том районе, который мы определили, так называемый коммерческий ветер есть».

Компания намерена использовать установки мощностью 4 МВт высотой 100 метров. Средняя скорость ветра, необходимая для работы этих установок,— 7 метров в секунду. Такие условия, по данным кафедры метеорологии Пермского государственного национального исследовательского университета, есть на северо-западе края (это Гайнский и западная часть Чердынского районов), на западе вдоль побережья Камы и гребневой части восточных предгорий. Южная и юго-западная части края, по их данным, менее перспективны. Расчеты, на которых основываются ученые, проводились в конце восьмидесятых, примерно десять лет назад корректировались с учетом меняющихся климатических условий и современных технических возможностей. «Расчетов, конечно, недостаточно, для принятия решений оценку нужно производить более качественно, но тем не менее, согласно полученным результатам, если на территории края использовать ветроагрегаты из расчета одна установка на 100 квадратных километров, можно производить 1,3 млрд кВт*ч»,— отмечает доцент кафедры метеорологии и охраны атмосферы ПГНИУ Владимир Шкляев. При этом он обращает внимание, что учитывать нужно не только среднюю скорость ветра, но и продолжительность штиля, который может составлять до трех месяцев в году на высоте 100 метров, и до пяти на высоте 30 метров. «Мы не можем полностью перейти на ветроэнергетику, это не морское побережье, у нас условия штилевые. Все равно придется комбинировать различные источники энергии. Кроме того, в крае наблюдается тенденция к постепенному снижению средней скорости ветра, это связано с климатическими особенностями»,— пояснил он.

Гендиректор «Пермэнергосбыта» Игорь Шершаков отмечает высокий уровень капитальных затрат при создании возобновляемой энергетики и, соответственно, более длинный срок окупаемости. Также, по его словам, серьезными затратами обернется строительство линий электропередачи и их техприсоединение к общей сети. В то же время, по словам эксперта, объективные мировые тенденции демонстрируют перспективность этого направления. Так, например, в общем балансе Германии ветряные стации вырабатывают примерно 16% энергии, а в целом возобновляемые источники электроэнергии — более 37%. «Успех таких проектов в России во многом зависит от заинтересованности федерального правительства, создания специальных программ, в рамках которых будет осуществляться поддержка и развитие ветроэнергетики. Только эти меры позволят привлечь в отрасль инвесторов»,— считает господин Шершаков.

К мировому опыту при оценке перспектив развития ветрогенерации в крае апеллирует и президент Пермской торгово-промышленной палаты Олег Жданов, в течение многих лет возглавлявший «Пермэнерго». «Пермский край — энергоизбыточный регион, но у нас существует довольно большой перекос в сторону производства электроэнергии из газа. Поэтому, если говорить о диверсификации и распределении рисков, развитие альтернативной энергетики — это интересно. Тем более что в мире наблюдается устойчивая тенденция к поддержке возобновляемых источников энергии»,— говорит Олег Жданов. При этом он обращает внимание на экономические риски. В первую очередь это затраты на присоединение объекта генерации к сетям.

УК «Ветроэнергетика», к слову, еще только предстоит оценить стоимость схемы выдачи мощности в выбранной ей локации. Кроме того, в 2024 году в России могут быть кардинально пересмотрены меры поддержки «зеленой» энергетики. В частности, может быть отменен или существенно изменен механизм гарантированной оплаты мощности, что сделает ВИЭ-проекты не такими привлекательными. Также, по мнению господина Жданова, нужно внимательно оценить, как это ни парадоксально, экологические риски «зеленой» энергетики. «У любого проекта есть обратная сторона. Когда „зеленые“ активисты говорят: давайте использовать бумажные пакеты вместо пластиковых, идея кажется отличной, но, если задуматься, то мы увидим, что на производство бумаги тратится гораздо больше ресурсов, чем на производство и утилизацию пластика вместе взятые. То же самое с электромобилями: да, они не загрязняют окружающую среду, но откуда они берут энергию? Если она производится из угля, это, возможно, наносит еще больший ущерб окружающей среде»,— считает эксперт.

Абсолютно зеленой генерации нет — так, и у ветропарков есть свой побочный эффект. Владимир Шкляев обращает внимание на низкочастотные колебания, которые возникают в результате работы агрегатов. Они могут воздействовать на живые организмы. Кроме того, ветрогенераторы — это источник вибрации, которая может влиять на биоценоз. Например, опыт показал, что ветряки разгоняют червей на сельскохозяйственных угодьях. В Европе, где ветрогенерация появилась еще в конце прошлого века и первые установки уже начали выводиться из строя, специалисты столкнулись с еще более серьезной проблемой — утилизации элементов конструкции.

«Есть такое понятие, как жизненный цикл продукта. Сейчас Европа столкнулась с тем, что не существует экономичной и безопасной технологии утилизации самих ветроагрегатов, отдельные элементы которых состоят не просто из пластика, который не разлагается, а из композитного материала, который еще и переработке поддается с трудом. А речь идет о десятках тысяч тонн такого рода отходов. Так что, с одной стороны, ветрогенерация действительно экологически чистый процесс, но производство и, главное, утилизация конструкций требуют значительного расхода ресурсов»,— отмечает доцент кафедры охраны окружающей среды Пермского национального исследовательского политехнического университета Наталья Слюсарь.

В министерстве экономического развития Пермского края все риски обещают принять во внимание, и в целом перспективу развития альтернативной энергетики в регионе оценивают позитивно. Хотя иных кандидатов на освоение энергии пермского ветра или солнца, кроме УК «Ветроэнергетика», пока не видно. «Других готовых проектных решений пока нет, но мы активно смотрим, интересуемся другими возобновляемыми источниками энергии. Это один из приоритетов развития экономики Пермского края. Появление таких альтернативных источников в общей массе будет удешевлять стоимость данных ресурсов. Кроме того, это экологически безопасно, поэтому нам это интересно»,— говорит министр экономического развития и инвестиций Пермского края Максим Колесников. В то же время УК «Ветроэнергетика», кажется, всерьез заинтересовалась регионом и сейчас продолжает подбор участков для строительства второй и третьей очередей проекта. Инвестор рассматривает возможность строительства в Пермском крае объектов генерации общей мощностью 300–400 МВт.