К вопросу о возникновении кризисных тенденций в развитии российского сельского хозяйства в 1970-е - начале 1980-х гг. (на материалах Кубани)

К ВОПРОСУ О ВОЗНИКНОВЕНИИ КРИЗИСНЫХ ТЕНДЕНЦИЙ В РАЗВИТИИ РОССИЙСКОГО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА В 1970-е - НАЧАЛЕ 1980-х гг.

И.А. Хронова

Аннотация. В статье рассмотрены основные черты эволюции аграрного сектора экономики Краснодарского края в 1970-е - начале 1980-х годов, показаны изменения в развитии хозяйственного механизма, укреплении материально-технической базы, выявлены основные нерешенные проблемы модернизации.

Ключевые слова: аграрная политика, сельское хозяйство, российская деревня.

Summary. The article describes the main features of the evolution of the agricultural sector of the Krasnodar Territory in the 1970's - early 1980's, shows the changes in the development of the economic mechanism and strengthening material-technical base, identified the major unsolved problems of modernization.

Keywords: farm policy, agriculture, Russia's village.

Общая оценка советской аграрной политики 60-80-х гг. позволяет исследователям утверждать, что уже в начале 70-х гг. в полной мере закрепилась весьма отчетливо проявившаяся еще в предшествующие годы тенденция отступления от решений мартовского пленума 1965 г. в вопросах расширения хозяйственной самостоятельности колхозов и совхозов. Курс мартовского пленума, направленный на совершенствование экономических отношений в сельском хозяйстве, развитие товарно-денежных отношений во многом оказался свернутым. Явственно обозначился курс на усиление административного вмешательства в дела хозяйств, ограничение их самостоятельности в решении перспективных и оперативных вопросов. Попытка расширения само-

стоятельности колхозов и совхозов в рамках сохранения директивного государственного планирования не увенчалась успехом. Никакой хозяйственной самостоятельности хозяйства так и не получили. Реального механизма товарно-денежных отношений не сложилось. Директива победила. Хозяйственная реформа в сельском хозяйстве на рубеже 60-70-х гг. фактически закончилась.

Подобная направленность в развитии хозяйственного механизма не могла не сказаться на реализации курса на укрепление материально-технической базы сельского хозяйства. В целом, за годы девятой пятилетки материально-техническая база сельского хозяйства несколько окрепла. Однако этот рост был весьма умеренным. Так, в 19711975 гг. селу было поставлено 1667,4

243

244

тыс. тракторов, 448.7 тыс. зерноуборочных комбайнов, 1101,8 тыс. грузовых автомобилей и много другой сельскохозяйственной техники. Однако парк тракторов за указанные годы увеличился всего на 357 тыс. шт., зерноуборочных комбайнов — на 57 тыс. шт., грузовых автомобилей — на 260 тыс. шт. [1, 383-389]. Само по себе укрепление материально-технической базы отвечало потребностям развития сельского хозяйства страны и соответствовало тенденциям развития сельского хозяйства передовых стран. Однако провозглашение данного курса приоритетным не было оправданным в условиях, когда на деле не было обеспечено функционирование рыночных механизмов в аграрной экономике. Это означало, что развитие материально-технической базы происходило на основе прежнего административного хозяйственного механизма, неэффективность которого в вопросах индустриализации сельского хозяйства показала предшествующая практика. В итоге, рост капвложений без соответствующего механизма их освоения обернулся на практике небывалым расточительством материальных и финансовых ресурсов.

Укрепление материально-технической базы сельского хозяйства должно было привести к увеличению темпов роста сельскохозяйственного производства. На практике же этого не произошло. Конечно, хотя и медленно, но производство валовой продукции в сельском хозяйстве росло. Однако и абсолютный, и относительный прирост валовой продукции в 1971-1975 гг. был ниже, чем в 1966-1970 гг. Следовательно, рост капиталовложений в сельское хозяйство, укрепление его материально-технической базы сопровождалось паде нием темпов развития сельского

хозяйства. Это парадокс, но лишь кажущийся. Причины снижения динамизма в развитии сельского хозяйства становятся понятными, если учесть, что уже с конца 60-х гг. началось отступление от курса на расширение экономических методов хозяйствования, самостоятельности колхозов и совхозов. Падение темпов развития сельского хозяйства с начала 70-х гг. стало, таким образом, результатом антирыночного, антиреформаторского дрейфа аграрной политики.

Данная тенденция в полной мере была закреплена на долгие годы. За период 1970-1980 гг. в сельское хозяйство страны были направле ны значительные капиталовложения, что привело к укреплению его материально-технической базы, а именно: существенно улучшилась техническая оснащенность, качественно обновился состав машинно-тракторного парка, повысился уровень механизации работ в растениеводстве и животноводстве. Возросла производительность труда в колхозах и совхозах. Ускоренное развитие получили химизация и мелиорация земель. Поставка сельскому хозяйству минеральных удобрений за 15 лет возросла в 3 раза, а площади орошаемых и осушенных земель увеличилась в 1,7 раза [2, 6].

Все это привело к увеличению производства всех видов сельскохозяйственной продукции. Однако огромные капиталовложения в сельское хозяйство использовались крайне неэффективно, и поэтому рост продукции не мог полностью обеспечить потребности населения в продовольствии.

Из пятилетки в пятилетку снижались темпы роста валовой продукции сельского хозяйства во всех регионах страны. Так, в Ростовской области в

8-й пятилетке они составили 20%, в

9-й — более 15%, в 10-й — 5%. В целом по области в 10-й пятилетке в сравнении с предыдущей уменьшилось среднегодовое производство мяса, шерсти и подсолнечника. Краснодарский край также не выполнил государственные планы на 10-ю пятилетку по сахарной свекле, подсолнечнику, плодам ягод и ряду других продуктов. В конце 70-х гг. наметилось сокращение производства валовой продукции сельского хозяйства в стране в целом, что свидетельствовало о наступлении кризиса сельскохозяйственного производства.

Это во многом было связано с усилением неэквивалентного обмена между промышленностью и сельским хозяйством. Например, за предыдущие 15 лет цена 1 т. комбикормов повысилась более чем на 63%. Цена единицы мощности трактора с набором сельскохозяйственных машин возросла на 83%, единицы внесенных минеральных удобрений — в 1,6 раза, стоимость строительства одного скотоместа для крупного рогатого скота — в 2,3 раза, а для свиней — в 4,5 раза и т.п. [3, 28]. Неоправданно быстро росли тарифы на производственные услуги, что привело к изъятию из сельского хозяйства значительной части чистого продукта. Так, за указанный период общий объем производственных услуг, оказанных колхозам и совхозам предприятиями Госкомсельхозтехники (без торговли), увеличился в 4 раза, а масса прибыли, полученная ими, — в 7,6 раза.

Резкое удорожание промышленной продукции негативно отражалось на экономическом и финансовом состоянии колхозов и совхозов. Так, в хозяйствах Краснодарского края из-за высокой себестоимости производимой продукции закупочные цены не возмещали

затраты на ее производство, поэтому 187 колхозов и совхозов края закончили хозяйственную деятельность 1981 г. с убытком в сумме 131 млн руб. [5].

Одна из главных причин, тормозивших развитие сельского хозяйства, наряду с усилением неэквивалентного обмена, состояла в недостатке экономических стимулов в хозяйственной деятельности сельхозпредприятий. В условиях, когда централизованно задавались объемы и структура производства, цены и каналы реализации продукции, даже прибыль не являлась стимулом и критерием эффективности работы хозяйств. В такой ситуации основными рычагами воздействия на руководителей сельхозпредприятий оставались партийная и хозяйственная дисциплина, раздача наград и наказаний.

Серьезные изъяны были и в планировании сельского хозяйства. Очень часто не учитывалась реальная ситуация, существовавшая в колхозах и совхозах при составлении планов, что заведомо обрекало хозяйства на их невыполнение. Так, например, в течение 70-х гг. в Выселковском районе Краснодарского края не выполнялись планы по производству и продаже сельскохозяйственной продукции. В этот период в районе было образовано несколько специализированных хозяйств, что потребовало корректировки посевных площадей. В результате этого в остальных сельхозпредприятиях района произошло перенасыщение зерновых и технических культур, что привело к нарушению их чередования в структуре севооборота и тем самым резко снизило урожайность сельхозкультур. С 8-й по 10-ю пятилетки поголовье животных в районе увеличилось на 80%, а площади под кормовыми культурами уменьшились, что создавало серьезные

245

246

проблемы для развития этой отрасли сельхозпроизводства [6]. Аналогичная ситуация прослеживалась и в других районах края, да и страны в целом. Это позволяет автору сделать вывод, что вся система планирования сельскохозяйственного производства основывалась не на учете реального положения дел в сельском хозяйстве, а на желании планирующих органов ставить перед сельскими тружениками явно невыполнимые задачи, исходя из ложно понимаемых интересов общества и государства.

Одним из важных факторов, сдерживающих развитие аграрного сектора, была структура управления сельским хозяйством, сформировавшаяся в 70-е гг.

Главным органом, отвечающим за состояние сельскохозяйственного производства в стране, было Министерство сельского хозяйства. На краевом и областном уровнях руководство данной отраслью осуществляли производственные управления сельского хозяйства крайисполкомов и облисполкомов и отраслевые тресты совхозов. По мере развития научно-технического прогресса, углубления специализации, концентрации сельскохозяйственного производства, межхозяйственного кооперирования и агропромышленной интеграции, наряду с территориальным, получает распространение и отраслевой принцип управления. Были созданы специализированные организации по обслуживанию сельскохозяйственного производства (Союзсельхозтехника, Министерство мелиорации и водного хозяйства СССР, Министерство сельского строительства СССР и межколхозные строительные организации, Министерство машиностроения СССР для животноводства и кормопроизводства, Сельхозэнерго и др.).

Главной задачей, которую были призваны решать специализированные организации в АПК, являлось обслуживание колхозов и совхозов, обеспечение их необходимой техникой и ее сервисное обслуживание. Так, Госком-сельхозтехника, имеющая ремонтные заводы, снабженческие и торговые организации, должна была обеспечивать поставку сельхозмашин и их ремонт и тем самым избавить колхозы и совхозы от содержания своей ремонтной базы. Однако на практике интересы партнеров часто не совпадали, что вызывало немало нареканий со стороны хозяйств. Об этом свидетельствует анализ материалов и документов, собранных в областных и краевых архивах Северного Кавказа. Так, в письме Абинского райкома КПСС Краснодарского края в крайком отмечалось, что интересы этих ведомств во многом расходятся с потребностями колхозов и совхозов. Например, план «Сельхозтехники» предусматривал провести как можно больше капитальных ремонтов техники, больше продать запасных частей, а хозяйства были заинтересованы в сокращении своих затрат. В результате только в 1980 г., по годовым отчетам колхозов района, затраты на ремонт и обслуживание тракторного парка возросли с 879,3 тыс. руб. по плану до 1187,1 тыс. руб., что сказалось на росте себестоимости продукции.

Важным фактором, затруднявшим работу «Сельхозтехники», была ее оторванность от заводов-изготовителей сельхозтехники. Предприятия, производящие сельхозмашины, слабо реагировали на запросы хозяйств по устранению неисправностей техники, находящейся на гарантийном ремонте, и не несли никакой ответственности за технику, снятую с гарантии. В результа-

те «Сельхозтехника» крайне трудно решала вопросы по обеспечению хозяйств остродефицитными запасными частями. В то же время затраты по устранению неисправностей гарантийной техники составляли 0,8-0,9% от ее основной стоимости, насчитывавшей в среднем по району более 30 тыс. руб., что также ложилось на бюджеты хозяйств [7].

О низком уровне выполнения договорных обязательств свидетельствуют письма руководителей хозяйств в партийные органы, в которых отмечалось, что отношения колхозов и обслуживающих предприятий регулируются договорами, не гарантирующими своевременность их выполнения. Поэтому каждый из них превращается в просьбу, которую можно и не выполнить, и ответственности за невыполнение никто не несет. Противоречивость планирования также вела к тому, что технологические процессы, ради которых создавались обслуживающие сельскохозяйственные предприятия, становились для руководителей этих предприятий второстепенными. Они набирали объемы работ там, где их легче выполнить. Создаваемый дефицит транспорта, материалов, запасных частей порождал уменьшение объемов работ и другие нарушения. В то же время руководители хозяйств 4050% своего рабочего времени теряли на поиски машин, материалов и т.д. [8].

С созданием новых организационных форм хозяйствования возник ряд сложностей в управлении сельским хозяйством. Оно оказалось рассредоточенным по многочисленным ведомствам, стало громоздким и многоступенчатым. В деятельности обслуживающих организаций начали преобладать узковедомственные интересы, отсутствовала необходимая материальная

заинтересованность и ответственность за конечные результаты сельскохозяйственного производства. Создание различных управленческих организаций, расположенных в краевых, областных и районных центрах, вызвало большой отток высококвалифицированных кадров из хозяйств, тем самым значительно ослабив основное производственное звено в сельском хозяйстве — колхозы и совхозы.

О серьезных проблемах, существовавших в системе управления сельским хозяйством, свидетельствует анализ писем, направленных местными партийными и хозяйственными органами Краснодарского края в крайком КПСС. В одном из них отмечается, что аппарат краевого производственного управления сельского хозяйства чрезмерно раздут. В район поступает большое количество текущих бумаг. Так, за 1980 г. и 8 месяцев 1981 г. районному управлению сельского хозяйства поступило 1642 радиограммы, 3462 письма и распоряжения вышестоящих организаций, 122 жалобы и письма трудящихся, итого — 5226 различных документов. В штате управления сельского хозяйства 19 специалистов занимаются ответами на эти документы. Соответственно, перекладывается эта работа и на специалистов хозяйств [9].

Одной из важных причин кризисного состояния сельского хозяйства было неэффективное использование земельных ресурсов. В 70-е гг. государство направило значительные средства на развитие мелиорации. К примеру, на Северном Кавказе был осуществлен пуск второй очереди Большого Ставропольского канала, построен Николаевский гидроузел на реке Дон, завершено строительство Краснодарского водохранилища.

247

На Кубани большая часть орошаемых земель использовалась для производства риса, посевная площадь под которым в 1982 г. составляла 182,8 тыс. га. Вместе с тем орошаемый гектар давал меньше продукции, чем можно было получить. К началу 80-х гг. ни один район не вышел на проектную урожайность сельскохозяйственных культур на орошении. В 1981 г. сбор зерна кукурузы с гектара составил 36 ц — на 44 ц меньше, чем заложено в проектах. Только 123 ц с гектара, или в 2 раза ниже проектной урожайности, было получено овощей. С орошаемых земель не добиралось большое количество риса, картофеля, кормовых и других культур. Главными причинами этого были: неудовлетворительное состояние оросительных систем, нарушение севооборотов, отсутствие комплекса специализированных машин и механизмов для орошаемого земледелия, недостаточные и несвоевременные поставки средств химической защиты. К 1982 г. более 100 тыс. га действовавших рисовых систем в Краснодарском крае требовали коренной реконструкции

248 [ю].

Огромное Краснодарское водохранилище, с площадью зеркала 440 км, длиной 46 км и шириной 9,5 км, позволяло значительно увеличить производство риса и других сельскохозяйственных культур на Кубани. Однако в ходе строительства забыли о не менее важных целях водохранилища — предотвращение паводков (в зону затопления попадало 700 тыс. га), создание гидроэлектро станции на плотине.

Во второй половине 70-х гг. в сельском хозяйстве получили развитие процессы межхозяйственной кооперации и агропромышленной интеграции. Этот курс был направлен на дальней-

шее обобществление производства и труда и слияние государственной и колхозно-кооперативной собственности. В мае 1976 г. ЦК КПСС принял постановление «О дальнейшем развитии специализации и концентрации сельскохозяйственного производства на базе межхозяйственной кооперации и агропромышленной интеграции». В нем отмечалось, что эти процессы открывают надежный путь рационального использования земли, труда, техники, других факторов интенсификации, ускорения на этой основе роста продукции и повышения эффективности сельскохозяйственного производства. Ставилась задача более эффективного использования капитальных вложений, всех материально-технических ресурсов, выделяемых сельскому хозяйству, недопущения каких-либо фактов бесхозяйственности, значительного усиления работы по их выявлению, активному включению в производство всех ресурсов.

Государство вложило огромные средства в формирование производственных фондов этих предприятий. Из общего числа межхозяйственных предприятий и организаций в 1980 г. 18% были заняты производством сельскохозяйственной продукции, 27% составляли межхозяйственные строительные организации и только 2,2% специализировались на производстве продукции растениеводства [4, 87].

Однако в ходе специализации и кооперации в сельскохозяйственном производстве проявились и негативные моменты. В ряде хозяйств были неоправданно упразднены мелкие свиноводческие и птицеводческие фермы, что оказалось в корне ошибочным решением. И хотя на крупных комплек-

сах привесы скота были выше, чем в хозяйствах, однако главным недостатком такой кооперации была экономическая невыгодность участия в ней хозяйств-партнеров.

О неравноправном сотрудничестве между межхозами и хозяйствами сообщали в Краснодарский крайком КПСС из Усть-Лабинского района. На созданный в районе комплекс на 12 тыс. голов для получения говядины хозяйства-пайщики поставляли телок 20-дневного возраста. Но такое сотрудничество было для хозяйств невыгодно из-за разных цен на молодняк КРС, в результате чего хозяйства теряли 820900 тыс. руб. в год. О неэффективном использовании животноводческих комплексов свидетельствовал тот факт, что из 72 комплексов и межхозяйственных предприятий в Ростовской области на проектную мощность вышли только 28%. Они обеспечивались кормами на 69-70% к полной потребности. А серьезные ошибки в проектировании строительства требовали коренной реконструкции уже построенных зданий, что еще больше увеличивало затраты.

Таким образом, в начале 80-х гг. было ясно, что без заинтересованности всех участников в развитии процессов специализации и кооперации большого эффекта достичь нельзя. Значительные государственные и колхозные средства были потрачены неэффективно и не дали серьезной прибавки продукции сельского хозяйства, что, в конечном итоге, снижало фондоотдачу и повышало себестоимость продукции. В результате к началу 80-х гг. производство продукции животноводства в стране было убыточным.

В целом, очевидно, что система управления сельскохозяйственным про-

изводством, сложившаяся в этот период, не могла сбалансировать интересы отраслей, входящих в АПК, а приводила к тому, что отраслевые хозрасчетные цели и интересы преобладали над общими интересами и не способствовали созданию условий для эффективной работы непосредственных производителей сельхозпродукции.

Следовательно, системауправления сельским хозяйством к началу 1980-х гг. не была нацелена на эффективное функционирование АПК и на достижение высоких конечных результатов. Бюрократические методы руководства, мелочная опека колхозов и совхозов, жесткая регламентация хозяйственной деятельности ограничивали самостоятельность и инициативу сель ских тружеников, порождали иждивенческие настроения.

ЛИТЕРАТУРА

1. Народное хозяйство СССР в 1980 г. — М., 1981.

2. Продовольственная программа СССР на период до 1990 г. и меры по ее реализации: Материалы майского Пленума ЦК КПСС 1982 г. — М., 1984. 249

3. Развитие аграрных отношений на современном этапе. — М., 1983.

4. АПК — семидесятые годы // Экономика сельского хозяйства. — 1987. — № 9.

5. Советская Кубань. — 1982. — 17 июля.

6. ЦДНИКК. — Ф. 1774 А. — Оп. 24.

Д. 449. — Л.Л. 35- 37.

7. ЦДНИКК. — Ф. 1774 А. — Оп. 25.

Д. 396. — Л.Л. 4-6.

8. ЦДНИКК. — Ф. 1774 А. — Оп. 25.

Д. 396. — Л. 54.

9. ЦДНИКК. — Ф. 1774 А. — Оп. 25.

Д. 396. — Л. 17.

10. ЦДНИКК. — Ф. 1774 А. — Оп. 26.

Д. 394. — Л. 57.

11. ЦДНИКК. — Ф. 1774 А. — Оп. 25.

Д. 397. — Л. 33.