О некоторых названиях мастей домашнего скота в балканских языках

О НЕКОТОРЫХ НАЗВАНИЯХ МАСТЕЙ ДОМАШНЕГО СКОТА В БАЛКАНСКИХ ЯЗЫКАХ1

Резюме: В статье верифицируются две из 501 албанско-восточнороманской лексической изоглоссы (межъязыкового исторического соответствия), представленных в: Домосилецкая 2002 - № 46 BUC-BUS (с. 420) и № 156 GJES-CHES (с. 430). Результат лексико-семантических взаимовлияний в №46 обнаруживается лишь в зоне албанский -арумынский - новогреческий - саракачанский. Что касаемо албанских, южнославянских и дакорумынских диалектов, то здесь можно говорить лишь о совпадении древнейших экспрессивных звуковых комплексов. № 156 однородным историческим соответствием вообще не является, а распадается на три внешне сходные параллели, не имеющие между собой исторических связей.

Ключевые слова: балканская лексика скотоводческая лексика понятийный словарь лексические изоглоссы этимология заимствования

В 2002 г. увидел свет авторский «Албанско-восточнороман-

V> V> V> V> /—Ч

ский сопоставительный понятийный словарь: Скотоводческая лексика» объемом около 24000 лексических единиц (Домосилецкая 2002). На стр. 416-459 данного издания помещен список так называемых «изоглосс» или межъязыковых исторических соответствий, включающий 501 лексическую параллель между однокоренными словоформами албанского и восточнороманских языков. Цель настоящей работы - попытка ликвидировать некоторый не совсем обоснованный максимализм в поиске таких параллелей, который объяснялся слепым энтузиазмом автора усматривать изоглоссу там, где она на самом деле не выстраивается. Кроме того, материал расширен за счет привлечения данных иных балканских языков, не вошедших в рамки данного словаря.

Речь пойдет о двух параллелях: № 46 BUC - BUS (Домосилецкая 2002: 420) и № 156 GJES - CHES (Домосилецкая 2002: 430). Хотя данные лексемы служат для обозначения в албанских и восточнороманских говорах определенных мастей скота, они не основаны непосредственно на принципах лексического

1 В дополнение к: Домосилецкая 2002.

отражения цветовосприятия и цветоназывания. Это лексика отпредметная, отглагольная или квалитативная, изначально не связанная с базовыми понятиями цветообозначения, подвергшаяся разрыву с однокоренными образованиями вследствие перестройки семантических связей и фонетических изменений. Задача в данном случае - подвести зафиксированные формы к их этимонам, установить первоначальное значение и форму слова и определить, являются ли данные этимоны тождественными.

1. BUC - BUS

Здесь имеем дело с частью встречающегося во многих языках обширного массива слов, связанных с экспрессивным звуковым комплексом BU-. См. АЛБ. Ьыдкё ‘овца с рыжей мордой’ (тоск. Томоррица), Ьыдкё ‘коза с рыжей мордой’ (переходный говор Сулёвы), Ьыс ‘черная коза с рыжей мордой’ (Брэгдэти-и-Поштэм - южнотоск. ляберийский говор), Ьыдкё ‘черная коза’ (севернотоск. Дангелы), Ьыс ‘черная коза с темными (коричневыми) щеками’ (Брэгдэти-и-Поштэм - южнотоск. ляберийский говор), Ьыдкё ‘черная коза с рыжим пятнами вокруг глаз’, Ьыск ‘черный козел с рыжими пятнами вокруг глаз’ (южнотоск. Музина), Ьыдагак ‘козел с белыми губами’ (тоск. Поградец) (Домосилецкая 2002), см. также совр. литер. алб. Ьыshak ‘маленький слабый ягненок с небольшим количеством шерсти’, алб. диал. Ьыд ‘опухоль, шишка’, Ьыд ‘пухлолицый, толстощекий; крепыш, здоровяк’, Ьыдко, Ьыдкап, Ьыдкагап ‘то же’ > Ьыда1ет ‘распухать’; Ьыshak и Ьыshiq ‘пухлый, надутый’, Ьыshliqe ‘пузырь от ожога’, отсюда метафорич. ‘плоды вяза’. Кроме того, Э. Чабеем зафиксированы следующие формы: Ьыд прилаг. ‘толстощекий, здоровяк, крепыш’, южнотоск. Ьыдкё ж.р. ‘толстощекая’ (в основном о детях), в Калабрии Ьыдк; в Большой Мальсии т'ы Ьыдые, т’ы жЬыда1ё, т’ы Ьыда1ё ‘чуть не лопается кожа на лице’; в южнотоскской Музине (Дельвина) Ьыдкё ‘черная коза с рыжими пятами возле глаз’, для м.р. Ьыдк, чамер. Ьыshkё ‘овца с большими толстыми губами’ (Qabej 1976: 344).

По мнению Э. Чабея, само прилаг. Ьыд - ‘элементарное образование’ (т. е. первичная экспрессивная номинация), отсюда все субстантивные образования типа Ьыдкё (Qabej 1976: 344-345).

Обращает на себя внимание семантическое ядро данной группы однокоренных слов - ‘пухлый, распухший’. На именное образование Ьыд - Ьыsh, следовательно, мог повлиять глагол mЬыsh, гег. mыsh ‘наполнять’, исконный в албанском: 1. < IE *Ь(h)eы-(s)- ‘надувать, натекать, пухнуть’ (Pokorny 1959: 98-101);

2. < PAlb. *en-Ьыsa родств. др.-греч. Puvero < *Puo-v-ero ‘заполнять, набивать до отказа’ (Orel 1998: 253); 3. < др.-алб. (*Нап ) Ьыт- (ср. др.-греч. Pwro или Puvero) < IE *Ь(}г)ып(е^-о- (Demi-raj 1997: 262).

В пастушеской лексике различных албанских говоров развитие семантики могло идти следующим образом: ‘пухлый, распухший’ > ‘толстомордый, толстощекий’ > ‘с выделяющейся по какому-либо признаку мордой’ > ‘с мордой (или ее частями), выделяющейся по цвету’, параллельно могли осуществляться прочие окказионально закрепленные переносы типа ‘черная коза’.

Далее см: АРУМ. ЬыЪка ‘белая овца с рыжей мордой’, Ьыысы, Ьысш ‘с рыжими пятнами вокруг глаз’, Ьыыса, Ьысе ‘овца с рыжими пятнами вокруг глаз’, Ьы§сы ‘темный мелкий рогатый скот (коричневого оттенка)’, Ьы§сы ‘гнедой, караковый пес’ (Домосилецкая 2002); вне пастушеской терминологии см. также Ьы§сы ‘темноволосый, смуглый, брюнет; ласкательное обращение к черноглазому глазастому ребенку’, Ьысicos, Ьыlсicos ‘мясистый, пухлый’, Ьы§cыtos ‘округлый’. Можно согласиться с Т. Папахаджи в том, что последние формы представляют собой заимствования из алб. Ьы1д ‘мясистый’, ка Ьы1д ‘он толстый, жирный’ (Papahagi 1963: 227). Судя по семантике (наименования скота прежде всего по отличающемуся рыжему цвету морды, а уже отсюда по коричневой окраске всей шерсти), здесь можно с уверенностью говорить об албанском влиянии на арумынский. НОВОГРЕЧ. ^лоиюо^ ‘опухоль, шишка’, по мнению Н. Андриотиса, славизм (AvSpiroxn 1967), в чем нет веских оснований с ним не согласиться. Диалектные новогреческие образования типа /жотокощ ‘с рыжим щеками’(КлЫ 2007: 215) могут быть как албанскими, так и арумынскими заимствованиями. То же справедливо и для САРАКАЧАН. Ьыскы ‘с белым туловищем и рыжими щеками - о баранах’ (Qabej 1976: 344).

ДАКОРУМ. формы обладают довольно большой семантической амплитудой: Ьы§ ‘рыжий’ (Олтения), Ьы§а ‘маленькая корова’ (Банат), Ьысш ‘овца с рыжими пятнами вокруг глаз’ (Мара-муреш), Ьысш ‘серый (мышастый) конь’ (Мунтения) (Домосилецкая 2002). Все они скорее могут рассматриваться как соответствия на уровне созвучия, независимые параллельные южнобалканскому ареалу образования от того же экспрессивного элемента Ьы- .

Южнославянский материал, как и дакорумынский, не предоставляет в отношении данного звукового комплекса исторических параллелей и также свидетельствует об экспрессивной окрашенности форманта Ьы-, в целом отражающего концепт ‘пухлый, наполненный’. Подобные лексемы во всех славянских языках исконные. Семантически они не выходят далеко за пределы данного концепта и не используются для наименования мастей скота. СЕРБ.: буцмаст ‘толстощекий’, буцов ‘толстощекий (человек)’, буцоъа ‘толстяк, карапуз, толстощекий ребенок’, СЛОВЕН. Ьыса ‘тыква, посудная тыква; вздутие’. БОЛГ.: буца ‘ком, комок, кусок; опухоль, припухлость’, свински буци ‘болезнь свинка, паротит’, бучка ‘комок, кусок, кусочек’ < *бутьца, родств. бутея ‘толстеть, тучнеть’ < IE *Ь^ы-й-ка ‘нечто толстое, надутое’ (Български етимологичен речник 1963). Обнаружены диалектные хорватские формы, на первый взгляд созвучные албанским и ближе всего связанные с названиями домашнего скота, это Ьы$а ‘маленькая толстая корова; кличка некрупного толстого вола’ > Ьы^та, Ьы$ак. Однако восходят они совершенно к другому источнику - венгерскому, ср. венг. Ьы,ш

/ V> V> • 1 1 / V>

приземистый, толстый, коренастый , а Ьыско толстощекий, с пухлым лицом’ к венг. Ьысгко ‘толстый и маленький’ или Ьыszma ‘толстощекий’ (Skok 1971: 244). Ср. также венг. Ьыска ‘небольшой холм, бугор’, Ьыckds ‘холмистый, бугристый’.

Таким образом, оказывается, что результат лексико-семантических взаимовлияний здесь обнаруживается лишь в зоне ал/"* V> V> V> V> тт

банский - арумынский - новогреческий - саракачанский. Что касается албанских, южнославянских и дакорумынских диалектов, то о тождественности этимонов BUC - BUS здесь можно говорить очень условно, только как о совпадении древнейших экспрессивных звуковых комплексов.

V V

Очень сходными BUC - BUS по своему фонетическому облику и по семантическому ядру (‘нечто пухлое, шаровидное, округлое’) оказываются два параллельных образования BOC -BOC, объединяющие албанский, греческий, болгарский, сербский, хорватский (в дакорумынском только как заимствование). Это также несомненно экспрессивные корни, восходящие к глубокой древности, связанные не с номинацией домашнего скота, а с народной фитонимической и ботанической терминологией (Домосилецкая: 2006).

2. GJES, GJESH - CHES

В албанской диалектной (гегской) пастушеской лексике слово представлено довольно широко: gjeshkё ‘коза с белым брюхом’ (Мат), gjezbardha ‘коза с белой мордой’, gjez-kuqe ‘о козе с рыжей мордой’ при обобщающем значении gjesk ‘коза, у которой при общей черной окраске рыжим цветом выделяются брюхо и ноги’ (переходная между гег. и тоск. зона Думре), gjeshe ‘черная коза с белым брюхом’ (Вальбона), gjeshkё ‘то же’ (Мат), gjeshelara ‘пестрая, пятнистая корова’ (Мирдита), gjeshe ‘о козе с белой полосой по спине (или на брюхе)’ (Вальбона), nieshe ‘то же’ (Мбишкодра), gjiesho ‘козел с белой полосой вдоль брюха’ (Большая Мальсия) (Домосилецкая 2GG2). Таким образом, в гегской зоне албанского имеются два вида данной лексемы: gjesh и gjez.

Здесь опять же имеем дело с явным отглагольным наименованием масти скота, см. алб. ngjesh, gjesh ‘опоясывать, застегивать, обвязывать’, что родственно др.-греч. ZWCTnP ‘пояс; перевязь’, ‘опоясывающий, надеваемый на талию’,

Zwoxpa ‘повязка’. Б. Демирай указывает на существование двух гегских диалектных существительных в значении ‘пояс’ -gjeshё, njeshё (Demiraj 1997: 299). В основе ясная ассоциация и метафорический перенос ‘опоясанный’ > ‘с (белой) выделяющейся на брюхе полосой’. Ср. gjeshё = dhi пё mes tё bardhё букв. ‘коза с белой серединой’ = me njё rrip tё bardhё пё mes tё trupit букв. ‘с белым ремнем, поясом посредине тела’. Важно заметить, что в мировосприятия албанцев членение туловища скота так называемым «поясом» происходит не в горизонтальной, а в вертикальной плоскости.

Слово, несомненно, в албанском исконное, несмотря на ряд нижеприводимых трактовок.

1. Э. Чабей (Qabej 2GG2: 84) с опорой на Г. Мейера (Meyer 1891: 3G8) сближает с авест. yasta, греч. ZwcTqp ‘пояс’, литов. j^sti ‘опоясывать’, j^sta ‘пояс’, ст.-слав. по-ясъ. См. аналогично у Покорного (Pokorny 1959: 513). При этом корневое -e- - рефлекс индоевроп. -д-, т. е. слово возводится к IE *in-jdsd;

2. В. Орел возводит к PAlb *en-jausa, родств. авест. yahayeiti ‘опоясывать’, др.-греч. Zwvvu^i ‘то же’, литов. j^sti ‘то же’, слав. *jasati ‘рвать одежду’ < ‘рвать на полосы, ленты’, *po-jasъ. По его мнению, имеем дело с переходом PAlb *-s- > -sh-, что объясняется скорее «правилом RUKI», а не развитием -sh- из *-sj- (Orel 1998: 299), см. в этой связи также работы: La Piana 1939: 92; Pokorny 1959: 513.

3. Б. Демирай обращает внимание на проблему с начальным gj-. Опираясь на хронологию вокализации начальных ларинга-лов в албанском, он утверждает, что оформление слова могло произойти не ранее периода латинизации (ср. gjymtyre ‘сочле-ние, сустав’ < лат. jйnctйra ‘связь, соединение’, gjygj ‘суд’ < лат. jйdex ‘судья’), т. е. др.-алб. *Vds- > в романский период *Їді > gjesh (Demiraj 1997: 299-3GG).

Несомненной межъязыковой параллелью, а точнее прямым заимствованием из данных албанских форм, можно считать АРУМ. g’esucanat, g’esucanut ‘рыжевато-белый, бело-рыжий’, g’es ‘рыжий’, g'esa ‘рыжая - о козе’, g’esuli ‘рыжий пес’, g’esucanuta ‘пестрая - о козе’ + g’esu-laiu ‘черно-рыжий’; МЕГЛ ghiesa ‘черная коза с рыжим брюхом’, Ghiesa - кличка чернорыжей козы (Домосилецкая 2GG2). По всей видимости, все они из алб. gjes или, gjesh. При этом албанская семантика лучше всего сохранена в мегленорумынском (выделение брюха, полосы на брюхе другого цвета). В арумынском произошел сдвиг в сторону обозначения рыжей масти. В свою очередь из восточнороманских говоров, предположительно, проникли в албанский тоскский такие слова как gjese ‘самка мула с белым брюхом’ и gjeso ‘рыжий осел’ (сев.-тоск.), gjes ‘о черной козе с белой полосой на брюхе’ (южнотоск. Брэгдэти-и-Поштэм) (Домо-силецкая 2GG2). Однако не исключена и исконность их в албанском, ср. искон. гег. gjez (см. выше).

В «Албанско-восточнороманском сопоставительном понятийном словаре» в качестве междиалектного соответствия гегс-кому ngjesh безусловно ошибочно приведена тоскская форма gjose: gjose, gjoske ‘коза’ (Пермет), диал. тоск. gjose, gjoske ‘черная коза с белым пятном на лбу’, gjoske ‘черная коза с белым брюхом’ (сев.-тоск. Томорица), gjos(e) ‘черный козел (коза) с белыми полосами’ (Музина), gjoske ‘со щеками разного цвета’ (Полис) (Домосилецкая 2GG2). Э. Чабей свитедельствует также о gjose ‘черная коза с пятном на лбу; запеченное козье мясо’ (Qa-bej 1996: 336). С точки зрения Г. Мейера и Э. Чабея, тоск. gjose восходит к слав. прилаг. козъе (мясо) (Meyer 1891: 142; Qa-bej 1996: 336), что (как бы странно ни выглядело) все же гораздо правдоподобнее связи с гег. (n)gjesh. Таким образом, данную часть параллели, предложенной нами ранее (Домосилецкая 2GG2: 43G) можно считать ошибочной.

Что касается ГРЕЧ. укюоа ‘старая коза или овца; перен. развратная уродина, старая греховодница’, а также ‘запеченное козье мясо’, то это явный славянизм, опосредованный тоскским

влиянием < gjosё < козье (мясо) (Meyer 1894: 65; Qabej 1996: 336; AvSpwrq 1967: 45).

В ДАКОРУМ. встречаются: gheu§a ‘черная коза с белым пятном на лбу’ (Вылча - Олтения), Gheu§a - кличка козы с рыжими пятнами вокруг глаз (Олтения), geu§a ‘с черными пятнами вокруг глаз’ (горы Родна - северо-восток Трансильвании) (Домосилецкая 2GG2). Несмотря на некоторое расхождение в семантике (сохранение понятия пестроты, но в основном на морде) здесь можно предполагать влияние алб. GJESH-/GJEZ. Однако другие дакорумынские формы, отмеченные как параллельные (Домосилецкая 2GG2: 43G), таковыми не являются: che§a ‘буйволица с белым пятном на лбу’ (Фэгэраш - Трансильвания), che§ei ‘пестрый, пятнистый’ (Арад - Трансильвания), che§ ‘то же’ (Хунэдоара, Жина, Кришчор - Трансильвания), che§et ‘пятнистая - о свинье’ (Бихор - Трансильвания), Che§u - кличка пятнистой свиньи (Олтения), Che§u - кличка пегого коня (Олтения). Здесь налицо явное венгерское влияние. По сведениям А. Чора-неску, это редкое трансильванское слово < венг. kese ‘пятнистый, пестрый’ (Cioranescu 1958-1966: 167). Однако с учетом дополнительных диалектных материалов оно оказывается не столь уж редким: Che§a, Che§uca как кличка пестрого скота, che§et ‘с белыми пятнами’ (Бихор), cal che§, che§it, che§et (Бихор) - о пегом коне, che§eu ‘пестрый бык’ (Арад) (Ta-mas 1966: 198). Все восходят к венг. диал. kese, kesely ‘пятнистый, пестрый’, ср. совр. литер. венг. keseЦй ‘гриф’.

Таким образом, заявленное в качестве исторического соответствия GJES, GJESH - CHES таковым не является, а распадается на три внешне сходные параллели, не имеющие между собой исторических связей: 1. албанизм GJESH GJEZ

(албанский гегский, а также часть тоскских форм - арумынский - мегленорумынский - румынский олтянский в форме GHEU§ + румынские регионализмы в районе гор Родна); 2. славизм GJOS (албанский тоскский - греческий при полном отсутствии восточнороманских слов). 3. трансильванский дакорумынский унгаризм CHE§.

Литература

Български етимологичен речник. 1963. Сост. Вл. Георгиев, И. Дури-данов. Cв. 2. София.

Домосилецкая М. В. 2GG2. Албанско-восточнороманский сопостави-

тельный понятийный словарь: Скотоводческая лексика. СПб. Наука.

Домосилецкая М. В. 2006. Ботаническая лексика в этимологических трудах Э. Чабея (4.-8.) // Acta Linguistica Petropolitana. Труды Института лингвистических исследований. Том II. Часть 1. СПб. С.157-168.

Qabej E. 1976. Studime etimologjike пё fushё tё shqipes. Bleu II (A-B). Т1гапё.

Qabej E. 1996. Studime etimologjike пё fushё tё shqipes. Bleu IV (Dh-J). Tira^.

Qabej E. 2002. Studime etimologjike ^ fushё tё shqipes. Bleu VI (N-Rr). Tiranё.

Cioranescu A. 1958-1966. Diccionario etimologico Rumano. La Laguna. Demiraj B. 1997. Albanische Etymologien. (Untersuchungen zum Albanischen Erbwortschatz). Amsterdam; Atlanta.

Kahl Th. 2007. Hirten in Kontakt. Sprach- und Kulturwandel ehemaliger Wanderhirten (Albanisch, Aromunisch, Griechisch). Wien; Berlin. Meyer G. 1891. Etymologisches Worterbuch der albanesischen Sprache. Strassburg.

Meyer G. 1894. Neugriechische Studien. II. Die Slavischen, Albanischen und Rumanischen Lehnworter im Neugriechischen // Sitzungsberichte der Kaiserlichen Akademie der Wissenschaften in Wien. Band CXXX. Wien.

Orel V. 1998. Albanian Etymological Dictionary. Leiden; Boston; Koln. Papahagi T. 1963. Dictionarul dialectului aromin general §i etimologic. Bucure§ti.

La Piana. 1939. Studi linguistici albanesi. V.I. Palermo.

Pokorny J. 1959. Indogermanisches Etymologisches Worterbuch. Bd.I. Bern; Munchen.

Skok P. 1971. Etimologijski rjecnik hrvatskoga ili srpskoga jezika. Kn. 1. Zagreb.

Tamas L. 1966. Etymologisch-historisches Worterbuch der ungarischen Elemente im Rumanischen. Budapest.

AvSpwcn N. П. 1967. 'Ехи^оХоугко Xs^iko koiv^ NsosX^nviK^c;.

ф£aaaXov^кn.

M. V. Domosiletskaya. Some names of cattle colours in Balkan languages

The paper verifies two isoglosses between Albanian and Eastern Romance languages discussed in “Albanian-Eastern Romance Vocabulary (Pastoral Concepts)” by Marina V. Domosiletskaya (2002), pages 416-459. These are isoglosses № 46 BUC-BUS (p. 420) and №156 GJES-CHES (p. 430). № 46 turned out to be the result of mutual lexic-semantic interferences only in Albanian-Arumanian-Greek-Karakachan area. As for Albanian-Dacorumanian and Albanian-South Slavic dialects, ancient onomatopoeic overlapping or the coincidence of expressive words is most plausible. № 156 turned out to be a combination of three superficially similar correspondences, possessing no historical relation, rather than a homogeneous correspondence.