Государственная инновация в науке: новая пятилетка - старые проблемы

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИННОВАЦИЯ В НАУКЕ: НОВАЯ ПЯТИЛЕТКА - СТАРЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Андрей Лаврухин

Резюме

Финансовый кризис 2011 года отмечен рекордным сокращением финансирования науки из средств бюджета. Тем самым подводится жирная черта под эпохой бюджетной науки, и на повестку дня выходит вопрос о формах и методах её коммерциализации. Такая постановка вопроса находится в русле наметившихся в последние годы тенденций в политике финансирования науки и отвечает стратегическим ориентирам утверждённой в мае 2011 Государственной программы инновационного развития (ГПИР) Республики Беларусь на 2011-2015 гг.

Практический характер задач ГПИР 2011-2015 переводит инновацию в плоскость реализации законодательных, институциональных, финансовых, кадровых и инфраструктурных реформ. Неспешность их проведения в течение предыдущей пятилетки (ГПИРРБ 2007-2010) сменилась судорожностью и радикализмом реформационных настроений в конце 2011 года, когда на фоне опустошившего бюджет финансового кризиса начал болезненно ощущаться критический уровень наукоёмкости экономики.

Первый год ГПИР 2011-2015 оказался достаточно продуктивным в плане совершенствования законодательства в области научной, научно-технической и инновационной деятельности. Менее впечатляющи результаты реализации инновационных проектов в силу ряда серьёзных инфраструктурных, кадровых и финансовых проблем.

Тенденции:

• возрастание степени недофинансирования науки в силу секвестра бюджетных средств, невосполнимых из внебюджетных источников;

• маргинализация фундаментальных исследований и институциональная реструктуризация (закрытие и/или объединение кафедр, институтов и пр.);

• политическая инструментализация социальных и гуманитарных наук;

• старение, сокращение и эмиграция научных кадров высшей квалификации, исчерпание ресурсной базы для подготовки кандидатов и докторов наук;

• деградация научных и академических сообществ, ужесточение административного контроля и рост бюрократизации;

• наличие инфраструктурных, организационных, кадровых и финансовых проблем, существенно затрудняющих продуктивное взаимодействие между научно-техническим и инновационным сегментами;

• сохранение низкого уровня наукоёмкости экономики и возрастание монотонной зависимости от таких показателей, как, например, интенсивность инновационного процесса.

Кадры в ответе за всё?

Подводя итоги первого года ГПИР 2011—2015, представители власти серьёзно разошлись во мнениях. Если глава Государственного комитета по науке и технологиям (ГКНТ) И. Войтов и Председатель президиума НАН А. Русецкий в целом позитивно оценили прошедший год,1 то президент страны А. Лукашенко обрушился с резкой критикой на сообщество учёных, заявив о необходимости сокращения бюджета НАН на треть и сформулировав формулу выживания в новых условиях.2 Брошенный научному сообществу вызов трудно проигнорировать, ведь в НАН трудится 53% от общего числа всех научных сотрудников, которые производят 51.3% от общего количества статей белорусских авторов, процитированных в Web of Science.3

С другой стороны, радикализм главы государства можно понять, если принять во внимание совокупный итог пятилетних инновационных реформ. Уровень наукоёмкости ВВП Беларуси (0.8% в 2011) по-прежнему остаётся ниже критическо-

1 По словам И. Войтова, за истекший год реализовано 24 крупных инновационных проекта, открыто 4 новых региональных центра Национального парка высоких технологий, дан старт 28 научно-техническим государственным программам и более 600 инновационным проектам по приоритетным направлениям; см.: http://gknt.org.by/rus/news/ news/20120202/ А. Русецкий обратил внимание на 151% рост объёма работ и услуг, 154.3% рост произведённой продукции за счёт внебюджетных источников, 107.7% рост выполненных научных исследований и разработок, 132.3% рост объёма экспорта товаров и услуг, а также поступлений по грантам и технической помощи, по отношению к аналогичным показателям за январь-ноябрь 2010 года; см.: http:// news.tut.by/society/267799.html.

2 Согласно ультиматуму президента, НАН либо должна трансформироваться в «научно-производственную корпорацию», либо утратить статус и преференции лидера, уступив место новым, апробированным в развитых странах институциональным субъектам научной деятельности (научные, исследовательские парки и технопарки, корпоративные университеты-холдинги и др.); см.: http://www.belta.by/ru/all_news/ president/Lukashenko-predlagaet-peresmotret-strukturu-organizatsii-nauki-v-Belarusi_i_582374.html.

3 См.: http://news.tut.by/it/248962.html.

го4 и всё ещё не достигает показателей 2007 года (0.97%), а экономическая эффективность научной деятельности в среднем по республике колеблется между 10 и 12 копейками на 1 рубль затрат. Однако остаётся открытым вопрос, какова в этом степень вины самих учёных. Ведь для того чтобы учёные начали зарабатывать на идеях, необходимо наладить эффективное взаимодействие между научно-техническим и инновационным сегментами, обеспечивающими работу единого научно-инновационного цикла: от зарождения идеи до практической эксплуатации продукта. В свою очередь успех решения этой задачи зависит от наличия трёх благоприятных факторов: финансового, кадрового и инфраструктурного. Можно ли сказать, что в 2011 году эти факторы были благоприятными?

Новая финансовая политика: от бюджетного финансирования к внебюджетным источникам и обратно

Среди итогов года прежде всего бросается в глаза расхождение между планами и реальностью финансирования. Согласно утвержденным прогнозам, в 2011 планировалось довести уровень финансирования науки до 1.2—1.4% ВВП.5 Однако, по самым оптимистичным официальным данным, реальный уровень составил лишь 0.29 % ВВП (или 0.67% ВВП — по показателю «внутренние затраты на научные исследования и разработки»).6 И это без учёта почти трёхкратной девальвации белорусского рубля, что напрямую связано с закупками материалов и оборудования для проведения экспериментальных исследований.7

Более всего резкое сокращение финансирования науки сказалось на фундаментальных исследованиях, на поддерж-

Согласно стандартам ЕС, 2%; см.: Экономическая газета // [Электронный ресурс] Точка доступа: http://www.neg.by/publication/2011_01_28 _14163.Мт1?рпП;=1.

См.: http://neg.by/publication/2011_01_28_14163.html.

См.: http://www.news.date.bs/economics_269965.html. На развитие материально-технической базы науки отчисляется менее

10% от общего объёма бюджетных средств на науку; см.: Состояние национальных систем научно-технической информации в государствах СНГ — членах МКСНТИ. Аналитический обзор. 2009.

4

ку которых в истекшем году предполагалось направить Вг 248.7 млрд, или 10% от внутренних затрат на исследования и разработки. Это на 6.5 процентного пункта меньше, чем в 2010, и в 2 раза меньше, чем в 2005 году.8 Ещё более тяжелая ситуация сложилась в таких секторах научной инфраструктуры, как система научно-технической информации, международное научно-техническое сотрудничество и подготовка кадров высшей квалификации, на развитие которых выделены соответственно 4, 3 и 2.5% от запланированного бюджета.

Исходя из планов финансирования науки на 2012 год становится очевидным, что финансовый кризис и секвестр 2011 явились катализаторами новой политики финансирования науки. Так, по словам И. Войтова, в 2012 в структуре финансирования науки доля бюджетных средств не должна превышать 30%, остальные средства будут распределяться следующим образом: 30% — внебюджетные источники, 35 — 40% — доходы от экспорта.9 Такая структура финансирования вполне релевантна структуре затрат на науку в развитых странах мира.10

Проблема, однако, в том, что Беларусь не располагает ни соответствующим ресурсом внебюджетных источников, ни развитой инфраструктурой, позволяющей сделать рывок в развитии внебюджетного финансирования.11 Напротив, за последние 6 лет в структуре финансирования сложились такие тенденции, которые нельзя переломить в течение года даже при самых благоприятных обстоятельствах. Так, в пе-

См.: Наука и инновационная деятельность в Республике Беларусь.

Минск, 2011. С. 60. Соответственно, доля разработок и прикладных исследований составляет 86%; см.: http://www.belta.by/ru/all_news/ president/Lukashenko-potreboval-do-kontsa-goda-predstavit-emu-kontseptualnye-podxody-k-dalnejshemu-razvitiju-nauchnoj-sfery-v-Belarusi_i_582439.html.

См.: http://http.news.date.bs/economics_269965.html. Доля затрат корпораций на исследования и разработки в общенациональных затратах на НИР в странах Организации экономического сотрудничества и развития приближается к 70%; см.: http:// www.raexpert.ru/researches/expert-inno/part1/

Прежде всего, это обусловлено отсутствием корпоративного сектора и неразвитостью института венчурного инвестирования, играющих ключевую роль в формировании эффективной системы внебюджетного финансирования.

8

9

10

риод с 2005 по 2010 в распределении внутренних затрат на научные исследования доля бюджетных средств сохранялась на уровне 58.1—57.8%. В то же время доля средств из внебюджетных фондов сократилась в 6 раз (с 5.1 до 0.9%), а доля средств из других внебюджетных источников — с 30.5 до 27.7%. Существенно возросла лишь доля средств иностранных инвесторов (включая кредиты и займы) — с 6.3 до 13.6%.12 Однако даже в совокупности с доходами от экспорта13 эта доля не составит и половины от планируемых доходов от экспорта.

Таким образом, наиболее реалистичным из всех прогнозных показателей является двукратное сокращение доли бюджетных средств — с 58% в 2011 до 30% в 2012 г. При этом сокращение бюджетных источников финансирования науки не покроется ростом отчислений из внебюджетных источников. Вывести финансирование науки в 2012 году хотя бы на уровень прогнозных показателей 2011-го можно будет лишь путём увеличения объёма бюджетных средств.14 Но это ставит под вопрос эффективность реструктуризации финансирования науки.

Инфраструктурные разрывы в научно-производственном цикле

Как отмечают эксперты, успех в развитии инновационного потенциала во многом зависит от эффективности взаимодействия между наукой, бизнесом и государством. И здесь ключевым фактором, инициирующим появление у предприятий стимулов к инновациям, является наличия конкурентной среды, выбраковывающей неэффективного собственника. 2011-й год не стал переломным ни в развитии корпоративного сектора, ни в оздоровлении конкурентной среды.

См.: Наука и инновационная деятельность, указ. источник, с. 61.

По предварительным подсчётам, в 2011 их доля в общих затратах на науку составила не более 5%.

По словам первого заместителя премьер-министра В. Семашко, в 2012 году финансирование белорусской науки из республиканского бюджета должно увеличиться в 1.8 раза по сравнению с 2011-м, что составит примерно Вг 1.4 трлн, то есть прогнозный показатель 2011 года; см.: http://scienceportal.org.by/news/fca1d478bcddbf51.html.

12

13

Второй фактор, препятствовавший успешному развитию инновационного потенциала, — это недостаток собственных денежных средств на предприятиях.15 Девальвация вымыла значительные оборотные средства предприятий, тем самым лишив их даже самых призрачных перспектив на осуществление инноваций. Этот недостаток средств можно было бы восполнить за счёт венчурного инвестирования, играющего ключевую роль в формировании эффективной системы внебюджетного финансирования. Но в Беларуси этот финансовый инструмент находится лишь в зачаточном состоянии.16

Аналогичные проблемы имели место и в патентной системе как наиболее существенном факторе коммерциализации интеллектуальной собственности. При почти трёхкратном количественном росте выданных патентов за последние 10 лет (с 537 в 2000 до 1222 в 2010) эффективность использования объектов интеллектуальной собственности мало изменилась. Косвенным признанием этого факта явился указ президента «О мерах по повышению эффективности использования объектов интеллектуальной собственности» (№ 216 от 26.05.2011).

Создание в конце 2011 «Биржи интеллектуальной собственности» можно считать отчаянной, но пока безуспешной попыткой оживить этот сектор рынка. При наличии инфраструктурных разрывов в научно-инновационном цикле, катастрофическом недостатке денежных средств и в целом низком спросе белорусской экономики на инновации количество патентов пока не в состоянии перейти в качество их внедрения. В результате даже редкие кредитоспособные предприя-

См.: Наука и инновационная деятельность в Республике Беларусь. Минск, 2011. С. 132.

Созданный указом № 252 в мае 2010 первый государственный Белорусский инновационный фонд, наделённый функциями венчурного фонда, в конце января 2011 объявил о наличии первых четырёх венчурных проектов; см.: http://www.belta.by/ru/all_news/economics/ Pervye-venchurnye-proekty-opredeleny-v-Belarusi_i_540280.html. В 2011-м начало работать первое негосударственное «Сообщество бизнес-ангелов и венчурных инвесторов БАВИН», объединившее 14 белорусских бизнес-ангелов и имевшее к концу года в активе две истории успеха: создание бутика премиум шоколада Shocos и проект доставки товаров на дом giper.by см: www.bavin.by.

15

16

тия предпочитают заимствовать готовые технологии, а не создавать собственные прорывные инновации.

Пожалуй, единственный действительно позитивный итог года — совершенствование законодательства по наиболее проблемным моментам научно-производственного цикла. Это позволяет надеяться на изменение ситуации к лучшему на рынке венчурных инвестиций, интеллектуальной собственности и инноваций.17

Кадры, которые всё решают

2011 год не смог восполнить и кадровые потери 2010 года, когда общая численность научных сотрудников снизилась на 729 человек (с 32 441 до 31 712 чел.).18 При этом, несмотря на финансовый кризис и снижение уровня жизни, сокращение за счёт эмиграции учёных, как и прежде (в 2009 — 2010), оставалось незначительным. По официальным данным, в 2011 оно составило около 0.1% от общей численности работников, занятых в научной сфере, и профессорско-преподавательского состава высшей школы. Это составляет 7—12% от общей убыли. Следует, правда, отметить, что в период с 2002 по 2010 существенно изменились эмиграционные настроения и значительно расширилась группа потенциальных эмигрантов: твёрдо намеренных эмигрировать — 1 —5%, намеренных временно эмигрировать — 11 —25% от общей численности учёных.19 И тем не менее львиная доля сокращения численности научных кадров вызвана внутренними причинами и порождена системой воспроизводства научных кадров.

Например, с 1 января 2012 вступил в силу Закон Республики Беларусь от 30 декабря 2011 «О внесении изменений и дополнений в Налоговый кодекс Республики Беларусь», в соответствии с которым устанавливаются налоговые льготы, направленные на стимулирование инновационной деятельности; см.: http://www.scienceportal.org.by/news/ cc0324759f2e218f.html.

Наука и инновационная деятельность в Республике Беларусь // Сб. Национального статистического комитета Республики Беларусь. Минск, 2011. С. 20.

Артюхин М.И. Актуальные проблемы интеллектуальной миграции в Республике Беларусь // Философия в Беларуси и перспективы мировой интеллектуальной культуры. Минск, 2011. С. 351.

17

18

Прежде всего, «убыль учёных» обусловлена устойчивым и систематическим снижением количества исследователей с учёными степенями и, что ещё хуже, исчерпанием ресурсной базы для подготовки кандидатов и докторов наук. По свидетельству Председателя президиума НАН А.М. Русецкого, на протяжении многих лет невозможно организовать конкурсный отбор в аспирантуру в силу совпадения количества выделенных мест с количеством поданных заявлений. По словам главного научного секретаря НАН С.А. Чижика, соотношение кандидатов и докторов наук в последние два года почти в три раза ниже (на 1 доктора 4 кандидата), чем в «лихие девяностые» (на 1 доктора приходилось 9—10 кандидатов).20 Даже по официальным данным, общая численность аспирантов научных организаций и учреждений образования снизилась с 5 042 в 2005 до 4 725 в 2010 году.21

Гораздо хуже ситуация в институте докторантуры: за истекшие 6 лет численность защитившихся докторантов сократилась со 116 в 2005 до 45 в 2010 году. Не стал исключением и 2011-й — он дал белорусской науке 520 кандидатов и 47 докторов наук.22 Если при этом ВАК ссылается на «необходимость держать планку» и «заметный рост авторитета белорусского диплома на мировом уровне»23, то это не в состоянии восполнить кадровые потери внутри страны.

Вследствие исчерпания ресурсной базы и сокращения доли наиболее продуктивных научных кадров высшей квалификации24 стабилизация их общей численности на пороговом уровне воспроизводимости достигается за счёт учёных в возрасте 60 лет и старше, что интенсифицирует процесс старе-

Атэстацыя. Электронный научно-теоретический и информационно-методический журнал. Вып. 3. 2011 // [Электронный ресурс] Точка доступа: http://joumaI.vak.oгg.by/mdex.php?go = Pages&m = view&id =

1355.

См.: Наука и инновационная деятельность, указ. сб., с. 49.

Сенькович Ю. Отбор суров, но он отбор // Минский курьер [Электронный ресурс] Точка доступа: http://mk.by/2012/01/25/53584/ По свидетельству главного учёного секретаря ВАК Нины Гулько, после ужесточения требований к диссертациям количество иностранцев, защитившихся в Беларуси, увеличилось с 32 из 9 стран в 2010 до 47 из

13 стран в 2011; см.: http://mk.by/2012/01/25/53584/ См.: Артюхин М.И. Элитные группы в науке: проблемы идентификации и типологии // Наука и инновации. 2011. № 1. С. 50 — 53.

20

21

22

23

ния научных кадров в целом. Так, в НАН РБ средний возраст академиков составляет 73.5, член-корреспондентов — 68.5 года; в БГУ лица пенсионного возраста среди докторов наук составляют 59%, среди кандидатов наук — 39%.25 В целом, по данным Министерства образования за 2011 год, треть кандидатов наук и почти половина докторов наук являются лицами пенсионного возраста.26

Не внёс 2011 год существенных изменений и в модель управления научными сообществами — она по-прежнему остаётся командно-административной в нарушение принципа автономии и самоуправления научных и академических сообществ. Ставшие уже ритуальными требования к ужесточению дисциплины способствуют нарастанию инерции всей системы управления. Непрозрачная и вялая ротация управленческих кадров породила клановость бессменных возрастных управленцев и явилась причиной острого дефицита резерва управленческих кадров из группы работников перспективного возраста (40 — 45 лет). Пренебрежение принципами автономии и самоуправления в научных и академических сообществах создаёт разлагающую трудовой научный этос атмосферу конформизма, приспособленчества и безынициативности. В свою очередь, деградация научных сообществ усиливает позиции администраторов, мобилизующих безынициативных учёных дисциплинарными методами.

Заключение

Развитие инновационной экономики и модернизация института науки неизбежны. В то же время очевидно, что изменить рутинизированные десятилетиями формы научной жизни и преодолеть инерцию воспитанных государством институциональных и индивидуальных привычек в одночасье не получится.

Скромные результаты первого года реформирования института науки связаны с завышенными ожиданиями больших

Атэстацыя, указ. ресурс.

Листопадов В. Почему молодёжь не идёт в науку // Заутра тваёй краг-ны [Электронный ресурс] Точка доступа: http://zautra.by/ aгt.php?sn_nid = 8853&sn_cat=19.

25

эффектов от косметических изменений в крайне неблагоприятных условиях радикального секвестра финансирования науки, неразвитости инновационной инфраструктуры, дефицита кадров и низкой эффективности системы командно-административного управления. Попытки властей «перевести стрелки» на научное сообщество и, нагнав страху, мобилизовать его на зарабатывание денег идеями бесперспективны. Злоупотребление административным ресурсом без адекватного масштабу и глубине реформ финансирования, серьёзных изменений в инфраструктуре и способах управления, развития инновационного потенциала страны может привести — в условиях облегчённой трудовой миграции в рамках Единого экономического пространства — к оттоку квалифицированных кадров и существенному снижению научно-технического потенциала страны.