Место подлежащего, сказуемого в эрзянском и субъекта, предиката в финском языках

Е.Н. МУХИНА

МЕСТО ПОДЛЕЖАЩЕГО, СКАЗУЕМОГО В ЭРЗЯНСКОМ И СУБЪЕКТА, ПРЕДИКАТА В ФИНСКОМ ЯЗЫКАХ

Ключевые слова: порядок слов, подлежащее, сказуемое, сходство, различие, частица, простое предложение, акцентировать, взаимосвязь, рассуждение (дискурсия).

Рассмотрено место главных членов предложения в эрзянском и финском языках. Выявлены их сходства и различия. Даны определения субъекта и предиката (главных членов предложения). Выявлены взаимосвязь порядка слов с рассуждением (дис-курсией), влияние интонации и логического ударения на расположение слов.

E.N. MUHINA

THE POSITION OF A SUBJECT AND A PREDICATE IN THE ERZYA AND FINNISH LANGUAGES

Key words: word order, subject, predicate, similarity, distinction, particle, simple sentence, emphasize, intercommunication, correct reasoning.

The article is devoted to the position of the principal parts of the sentence in the Erzya and Finnish languages. Here are brought to light their similarities and distinctions. The author gives the definitions of the subject and the predicate (the principal parts of the sentence). In this article is brought to light the intercommunication of word-order with correct reasoning. The influence of intonation and logical stress on word-order is also shown by the author.

Мордовской, как и финской, основой порядка слов в предложении является тип SVO, т.е. S - субъект (subjekti), V - глагол (predikaatti, verbi), O - объект (objekti), а далее следующие члены предложения, например, обстоятельство (adverbiaali), определение (adjektiivi).

Подлежащее (субъект) и сказуемое всегда включаются (формально или потенциально) в состав предложения как два основных самостоятельных компонента, связанных между собой синтаксической связью по способу соответствия. Соотнесённость их форм осуществляется в лице и числе.

Если в предложении имеются второстепенные члены, то, группируясь вокруг главных, они образуют состав подлежащего и сказуемого.

Из этого следует, что подлежащему (субъекту) и сказуемому (предикату) принадлежит важнейшая роль как в грамматической и смысловой организации предложения, так и в процессе упорядочения его компонентов. Определение взаимоотношений подлежащего и субъекта представляет собой важную и необходимую предпосылку исследования структуры предложения.

В простом повествовательном предложении эрзянского и финского языков обычно наблюдается так называемый прямой порядок слов, где подлежащее (субъект) находится перед сказуемым: ср. эрз. Степа якась вирьга [1]. «Степа ходил по лесу»; фин. Liisa lukee romaania [5]. «Лиза читает роман». Отправной точкой высказывания в этих примерах выступают слова Степа, Лиза.

В нашей разговорной речи, как и в тексте, употребляем такие предложения, где стоящее на первом месте подлежащее используется для связи с предшествующим контекстом. Здесь имеет место рассмотрение взаимосвязи теории дискурсии с порядком слов.

Дискурсия - рассуждение, обоснованное предшествующими суждениями, совершаемое путем логических умозаключений. В предложениях распорядок слов и их смысл зависят от предшествующих суждений, что дает возможность показать эмоциональную значимость того или иного члена предложения. Каждое предложение имеет свою тему и рему, а категории актуального членения (тема и рема) - один из главных организаторов связности текста. На основе конструктивной роли темы в организации текста высказал свое мнениие чешский лингвист Ф. Данеш, который предложил классификацию «тематических

последовательностей». Под этим термином ученый подразумевает выбор и организацию тем высказывания, их взаимную связь и иерархию, их отношения к гипертемам текстовых единств более высокого порядка, ко всему тексту и ситуации. Предложение входит в состав текста и взаимодействует с его составными частями. Отсюда следует, что порядок слов каждого члена предложения связывается по смыслу с предыдущим и последующим предложениями. Например: ср. эрз. Берёконть алдо лиссь ацирьгадозь, варштась се пе-лев, косо викшнесь Дёля. Сон арасель, улема тусь кудов [1]. «Из под берега вышел удивленно, посмотрел в ту сторону, где вышивала Дёля. Её не было, наверно ушла домой»; фин. Kalle on opettaja. Han asuu Turussa [4]. «Калле преподаватель. Он живет в Турку». Связующей фразой в этих двух примерах выступают слова в эрзянском сон «она» в форме единственного числа и в финском han «он». Если поставить данные слова на последнее место, то это будет выглядеть так: эрз. Арасель, улема тусь кудов сон. «Нет, наверно ушла домой она». фин. Asuu Turussa han. «Живет в Турку он». Как пишет Л.П. Водясова, в этом случае принцип синтаксической соотнесенности слов нарушается, так как это слово, перемещенное в конец предложения, приобретает значительный смысловой вес и стремится к потере связи с соответствующим словом в предыдущем компоненте [2]. Поэтому местоимения сон «она» и han «он» выражают тему высказывания, которая восходит к реме предшествующего предложения, смысловой же вес данных примеров падает на их рему: эрз. Арасель, улема тусь кудов. фин. Asuu Turussa. В этом случае тему мы можем выразить другими словами как данное и известное. Дискурсию предложения можно показать схематически и выглядит оно так, где Т - тема, Р - рема:

Т - Р1 (первое предложение),

Т2 (=Р1) - Р2 (второе предложение).

Таким образом, выявляется взаимосвязь порядка слов с дискурсией. Словопорядок - расположение членов предложения, определяемое синтаксической нормой или коммуникативным заданием речи, дискурсия - рассуждение, которое обосновывает предыдущий смысл в предложении. Эти два понятия непосредственно связаны с текстом, так как текст подразумевает последовательность предложений, слов, знаков, построенных согласно правилам данного языка и образующих сообщение.

В финском языке существует три типа предложений, в которых субъект находится в конце предложения: 1) экзистенциальные. Например: фин. Huonees-sa on viisi ihmista. «В комнате пять человек»; 2) обладательные. Например: фин. Hanella on paperi. «У него (букв. есть) бумага». В таких конструкциях возможны исключения. Смысл предложения меняется в том случае, когда субъект ставится в начало предложения, а обстоятельства - в конец. Например: фин. Minulla on sanakirja [5]. «У меня есть словарь». Mina omistan sanakirjan. «Я имею словарь». Sanakirja on minun. «Словарь (букв. есть) мой». Sanakirja on minulla. «Словарь (букв. есть) у меня». Liisan sanakirja on minulla lainassa. «Лизин словарь у меня (букв. в заимствовании)»; 3) результативные. Например: фин. Meista tulle kielentutkijoita. «Из нас получатся переводчики».

В мордовских и финских языках подлежащее (субъект) может стоять на первом месте в предложении, если оно имеет форму генитива. Но его употребление в исследуемых языках в качестве падежа субъекта весьма отличается. В эрзянском языке генитивным субъектом выступает слово, обозначающее имя, фамилию или прозвище и имеющее форму основного склонения единственного числа. Например: эрз. Сусань прязо чиремсь мештезэнь. «Голова Суса прислонилась к моей груди». Назаронь ды Нефёдкинэнь якить ведьс вейке анксе-мав. «Семья Назарова и Нефёдкина ходят за водой в одну и ту же прорубь».

В финском языке в несессивных конструкциях генитивный субъект также находится на первом месте. Например: фин. Minun taytyy menna Museokadun Konttoriin. «Мне нужно пойти в контору на улице Музея». Meidan taytyy menna kaksiin ylioppilasjuhliin. «Нам нужно идти к двум на студенческий праздник». В простых повествовательных предложениях эрзянского и финского языков мы находим также некоторые соответствия при постановке сказуемого (предиката) на разные места в предложении. Сказуемое в эрзянском языке выносится на первое место при эмоционально-смысловой акцентуации состояния или действия: эрз. Стясь Ёга Гава малас. «Встал Ёга рядом с Гавой». фин. Osti Liisa sen kirjan, mutta ei se mikaan hyva kirja ole. «Купила Лиза ту книгу, но она была не хорошей».

В исследуемых языках постановка сказуемого на первое место с использованием усилительных частиц способствует ещё большему смысловому его выделению: ср. эрз. Кортыяк аволь ломанькс. «И разговаривает не по-человечески». Улевельтькак пенгенек седее ламо, сестэ овсе паро улевель. «Если было бы (досл., у нас) побольше дров, тогда совсем хорошо было бы» фин. Olettepa te hiljaisia. «Будте же вы спокойны». Soittihan/Soittipas Pekka sinulle usko nyt [5]. «Позвонил же Пекка тебе, верь теперь!» Olenkin muuttanut mieltani. «А я передумал».

Если же сказуемое выражено глаголом в отрицательной форме, то оно является ремой высказывания и поэтому ставится в логически выделяемые места - начало или конец предложения. В эрзянском языке отрицательная форма глагола осуществляется с помощью частицы а. А в финском языке образуется из отрицания ei, которое изменяется по лицам, и основы спрягаемого глагола: ср. эрз. Кортак ансяк сень, мезесь тевентень лезды, мезесь сон-зэ а лоткавты. «Говори только то, что помогает делу, что его не останавливает». Афатильгак, кода ялго ютылинзе разъездстэ кото вайгельбетнень ды эрязкалесь неемс сонзэ, Лизань. «И не заметил, как пешком прошел с разъезда шесть километров и радовался увидеть её, Лизу»; фин. En ole puhunut ranskaa moneen vuoteen. «Не разговаривала по-французски многие годы». Se ei sopinut. «Она не вмещается».

В финском языке в качестве связки в безличных предложениях выступает глагол olla «быть» (on «быть», oli «был»), реже употребляются глаголы-связки tulla «становиться» (tulee, tuli, 3-е лицо единственное число) и kayda «становиться» (kay, kavi, 3-е лицо единственное число). В безличном предложении связка играет весьма важную роль. Она выступает носителем грамматического значения главного члена предложения, а предикатив выражает его лексическое значение, даёт сказуемому конкретное содержание.

Глагол olla «быть» в современном финском языке выступает в двух аспектах: 1) как полнозначный глагол, выражающий бытие, существование или нахождение где-либо, например: Kissa on poydalla. «Кошка находится на столе»; 2) как вспомогательный глагол (связка), являющийся в предложении выразителем лица, числа, времени и наклонения. В этом случае лексическое значение глагола ослаблено, но выступает весьма отчётливо. Например: Poika on sairas. «Мальчик болен».

Таким образом, выявили сходство при постановке главных членов предложения в эрзянском и финском языках. А именно: 1) подлежащее (субъект) находится перед сказуемым (предикатом); 2) подлежащее (субъект) стоит после сказуемого (предиката), если в начале предложения расположены обстоятельства; 3) подлежащее (субъект) может стоять на первом месте, если имеет форму генитива; 4) сказуемое (предикат) выносится на первое место

при эмоционально-смысловой акцентуации; 5) инверсия; 6) постановка сказуемого (предиката) на первое место с использованием усилительных частиц; 7) отрицание в начале и в конце предложения.

Литература

1. Абрамов К. Эрзянь цера: роман / К. Абрамов. Саранск: Морд. кн. изд-во, 1973. 440 с.

2. Водясова Л.П. Порядок слов в компонентах сложного синтаксического целого в эрзя-мордовском языке / Л.П. Водясова // Материалы II Всерос. науч. конф. финно-угроведов, «Финно-угристика на пороге III тысячелетия». Саранск: Тип. «Красный Октябрь», 2000. С. 70-71.

3. Hakulinen A. Sanajarestyksen eri tehtavista / A. Hakulinen // Helsinki: Virittaja, 1975. С. 79-92.

4. Karlsson F. Johdatusta eleiseen kielitieteeseen / F. Karlsson. Helsinki: Finn Lectura, 1976. 279 s.

5. White, L. Suomen kielioppia ulkomalaisille / L. White. Helsinki: Finn Lectura, 1993. 326 s.

МУХИНА ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА родилась в 1980 г. Окончила Мордовский государственный университет. Аспирант Мордовского университета. Область научных интересов -языкознание, синтаксис финно-угорских языков. Автор 3 научных работ.