Суды

Суды

Генпрокурор помирил два главных суда России

Конституционный и Верховный
       В среду вечером в кабинете главы Конституционного суда Марата Баглая за закрытыми дверями собрались четыре человека: сам Баглай, зампред КС Тамара Морщакова, председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев и генпрокурор Юрий Скуратов. Скуратов, как он сам потом признался, выступал в роли миротворца.
       
       Поводом для встречи стало решение КС. Не так давно он подтвердил свое же прежнее решение о проверке 418-й статьи Уголовно-процессуального кодекса. КС и ВС по-разному смотрели на то, как нужно исполнять решение КС.
       Впрочем, судя по кулуарным разговорам в КС, дело вовсе не в юридическом споре. Проблема гораздо шире — во взаимоотношениях двух судов вообще.
       "Дело 418-й статьи" — отнюдь не первый случай, когда ВС трактует решение КС по-своему. Например, еще в 1993 году, рассматривая очередное дело, КС разъяснил некоторые нюансы правоприменительной практики. Согласно его решению, требовался пересмотр нескольких дел в районных судах. Один из районных судов, вопреки этому, дело пересматривать не захотел. ВС тогда встал на сторону районного суда.
       Конфликт между судами, который до недавнего времени был не заметен для непосвященных и только благодаря "делу 418-й статьи" оказался достоянием общественности, можно назвать конфликтом "физиков и лириков".
       В роли первых — судьи Верховного суда (ВС формируется в основном из "практикующих судей" с большим опытом работы в обычных судах). В роли вторых — конституционные судьи (в подавляющем большинстве теоретики).
       Для судей Верховного суда "конституционники" — парящие в облаках мечтатели. Судьи Конституционного суда осуждают своих коллег за то, что те, по их мнению, руководствуются принципом "цель оправдывает средства".
       Возможно, что ко всему этому еще примешивается ревность, которую испытают "верховники" к своим "молодым" (по времени создания КС), но быстро набравшим вес коллегам. Тем более что у ВС есть пример американской системы, где конституционного суда нет, а есть только верховный.
       Официально судьи категорически отрицают саму возможность конфликта между ведомствами. Так, Вячеслав Лебедев заявил "Коммерсанту-Daily": "Нет никакой конкуренции двух высших судов. Цель у нас одна. Мы давно знаем друг друга. У нас нормальное сотрудничество".
       Правда, представители КС более сдержанны в оценках. Заместитель Марата Баглая Тамара Морщакова сказала "Коммерсанту-Daily": "Я надеюсь, что резерв для достижения единства между судами есть. Доброй воли для достижения такого результата достаточно с обеих сторон. Я надеюсь".
       И только Юрий Скуратов признал наличие конфликта. После состоявшейся в КС беседы он сказал журналистам: "Ну если хотите, считайте меня миротворцем. Конфликта никакого нет. Он исчерпан".
       МАКСИМ Ъ-ЖУКОВ