Санкционный прилив гуманизма

Правительство и Госдума продолжают править законодательство для снижения уголовного давления на предпринимателей — по логике властей это может отчасти компенсировать проблемы бизнеса из-за санкций. Законопроект Минюста об ограничении причин для ареста предпринимателей принят Госдумой в первом чтении. Вскоре на рассмотрение парламентариев поступит и «второй пакет» послаблений — о смягчении ответственности бизнеса за налоговые преступления в случае оплаты недоимки и пени. Бизнес и эксперты, поддерживая либерализацию уголовного наказания, предлагают сделать ее более масштабной — например, закрепить в законе принцип налоговой реконструкции. Следующий пакет поправок предприниматели и Минюст намерены представить уже в марте.

Фото: Сафрон Голиков, Коммерсантъ

Принятые 22 февраля Госдумой в первом чтении поправки к Уголовно-процессуальному кодексу (УПК) направлены на либерализацию производства по уголовным делам, связанным с экономическими преступлениями. Законопроект утверждает приоритет применения судом в отношении предпринимателей и членов органов управления компаний мер пресечения, позволяющих продолжать ведение бизнеса. Замглавы Минюста Андрей Логинов сообщил парламентариям, что количество ходатайств об избрании меры пресечения в виде ареста предпринимателей по таким делам растет: с 118 в 2020 году и 151 в 2021-м до 149 только за первое полугодие 2022 года.

В новой конструкции арест по делам об экономических преступлениях будет возможен только в трех случаях: если предприниматель не имеет места жительства, скрылся или нарушил ранее избранную меру пресечения.

Продлевать сроки ареста и предварительного расследования можно будет только с согласия руководства региональных следственных органов. Сами по себе следственные действия не будут считаться достаточным основанием для продления ареста.

Параллельно с принятием Госдумой поправок к УПК правительство на заседании 22 февраля одобрило второй пакет Минюста по гуманизации уголовного законодательства: изменения в Уголовный кодекс (УК) призваны смягчить наказание за налоговые преступления. В случае уплаты предпринимателем всех сумм недоимки и пени следователь будет обязан вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела или прекратить уже возбужденное. Снижение максимального наказания (с шести или семи до пяти лет лишения свободы по ст. 199–199.2 УК, с четырех до трех лет — по ст. 199.4) переводит такие преступления в категорию «небольшой и средней тяжести» — с меньшим сроком давности. Ранее был смягчен порядок возбуждения уголовных дел за уклонение от налогов: делать это следователи смогут только по материалам налоговиков о возможном наличии в действиях налогоплательщика состава преступления (см. “Ъ” от 3 марта 2022 года).

«То, что налоговые преступления перестанут относиться к категории тяжких, влечет не только прямые, но и косвенные последствия, а именно существенное расширение прав осужденного при рассмотрении вопросов, связанных с исполнением приговора (например, по срокам обращения с ходатайством об условно-досрочном освобождении)»,— рассуждает бизнес-омбудсмен Борис Титов. Однако, по его словам, необходимо скорректировать налоговые составы для того, чтобы четко отделить преступления, связанные с уклонением, от налоговых правонарушений и злоупотреблений.

Борис Титов также считает необходимым включить в УК примечание, которое фиксировало бы обязанность следствия определять размер недоимки с учетом действительного размера расходов налогоплательщика (принцип налоговой реконструкции).

«Пленум Верховного суда в 2019 году постановил, что суды должны учитывать все факторы — как увеличивающие, так и уменьшающие размер неуплаченных налогов, сборов и взносов. Однако на досудебной стадии эти разъяснения не всегда принимаются во внимание»,— отмечает бизнес-омбудсмен. Например, по ст. 199.2 УК предпринимателей нередко привлекают, даже когда расходы были обоснованны, связаны с поддержанием деятельности организации и не уменьшали ее имущественную массу. При этом именно от размера ущерба в первую очередь зависит как сама криминализация деяния, так и его последующая квалификация.

Член генсовета «Деловой России» Екатерина Авдеева отмечает, что приведение сроков давности по налоговым составам к срокам хранения документов позволит предпринимателю сохранить документы, которые докажут, что взаимодействие с контрагентом было обоснованным.

Напомним, что тренд на послабления в уголовном преследовании бизнеса наметился после начала военной операции РФ на Украине — в новых условиях власти пообещали больше свободы в ведении предпринимательской деятельности. Необоснованное преследование со стороны силовиков традиционно называлось одним из главных барьеров для улучшения делового и инвестиционного климата. Поэтому бизнес направил в Минюст уже целый ряд дополнительных инициатив по декриминализации экономических преступлений — часть из них может быть учтена уже этой весной.