Недостатки законодательной техники в российском законодательстве о социальном обеспечении*

ВЕСТНИК ПЕРМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

2009 Юридические науки Выпуск 1

III. ТРУДОВОЕ ПРАВО И ПРАВО СОЦИАЛЬНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ

УДК 349.3

НЕДОСТАТКИ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ТЕХНИКИ В РОССИЙСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ О СОЦИАЛЬНОМ ОБЕСПЕЧЕНИИ*

Ю.В. Васильева

Кандидат юридических наук, доцент кафедры трудового права и права социального обеспечения

Пермского государственного университета, 614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15

Рассматриваются некоторые вопросы законодательной техники применительно к законодательству о социальном обеспечении РФ. Анализируются ошибки, возникающие в ходе законодательной деятельности, в частности недостаток планирования, отсутствие концептуального подхода при подготовке законопроектов.

Ключевые слова: законодательство; законодательная техника; социальное обеспечение; законодательство о социальном обеспечении

В теории права законодательная техника обычно рассматривается в контексте правотворчества и как составная часть более широкого понятия «юридическая техника». Под ней понимается система правил и приемов подготовки наиболее совершенных по форме и структуре проектов нормативных актов, обеспечивающих максимально полное и точное соответствие формы нормативных предписаний их содержанию, доступность, простоту и обозримость нормативного материала, исчерпывающего весь объем регулируемых вопросов. От соблюдения правил законодательной техники во многом зависит степень совершенства законодательства, доходчивость нормативных актов, высокий уровень систематизации законодательства [16. С. 322]. Признается также, что законодательная техника является важным фактором оптимизации и эффективности законодательства [12]. Напротив, игнорирование правил законодательной техники приводит к законодательным ошибкам и разрушает системность законодательства. Как писал Р. Иеринг, «техниче-

© Васильева Ю.В., 2009

* Статья подготовлена при поддержке РГНФ

ское несовершенство права не есть лишь его частичное несовершенство, не пренебрежение отдельной стороной права. Техническое несовершенство представляет собою несовершенство всего права, недостаток тормозящий право и вредящий ему во всех его целях и задачах» [5. С. 34].

Юридической наукой выработано много приемов и критериев законодательной техники. Основная их часть касается собственно разработки проекта нормативного акта:

- приемы и способы членения текста нормативного акта на структурные единицы - разделы, главы, статьи, части, пункты и абзацы;

- приемы выделения связей между нормативными предписаниями закона (отсылки, примечания, приложения);

- точность и определенность формулировок;

- ясность, доступность и лаконичность языка нормативных актов;

- логическая последовательность изложения, позволяющая избежать противоречий внутри нормативного акта и др. [16. С. 322.; 23. С. 18-20].

Однако законодательная техника не может определяться требованиями лишь

одного проектируемого закона. Для того чтобы подготовить не только научно обоснованные, но и эффективно действующие законы, необходимо, чтобы они «вписались» в систему действующих правовых нормативных актов. Здесь приемы законодательной техники, помимо внутренней непротиворечивой структуры закона, должны учитывать потребности всей системы законодательства. В данном случае можно вести речь:

- о планировании законодательной деятельности;

- закреплении в тексте акта связей между проектируемыми и действующими нормами права;

- сокращении количества актов по одному и тому же вопросу в интересах лучшей обозримости нормативного материала, облегчения пользования им;

- укрупнении нормативных актов и т.п. [16. С. 322].

Особым приемом законодательной техники является систематизация законодательства, включая ее наивысшую форму -кодификацию. Количественное и качественное упрощение права, которое происходит при этом, дает возможность избежать многих ошибок в законотворчестве и в процессе применения права.

Российское законодательство о социальном обеспечении технически пока небезупречно. Но идущий процесс демократизации общественной жизни позволяет надеяться на создание более совершенных способов и приемов (т.е. техники) отражения в законодательстве общественных потребностей. Ведь более высокая организация общества, на которую нацелены проводимые социальные и правовые реформы, обусловливает повышение требований к техническому качеству закона [12. С. 75].

Качество законодательства изначально зависит от правильного планирования законодательного, или, в более широком понимании, правотворческого процесса. В сфере социального обеспечения правотворчество зачастую имеет идеализированный, политизированный и «заполошный» характер. Уже никого не удивляет, что социальные законы

принимаются для решения безотлагательных задач, снятия социальной напряженности, в период предвыборных кампаний. При этом не просчитываются последствия, не оцениваются результаты. Какая-либо четкая программа законопроектных работ в этой сфере до сих пор отсутствует. В результате принятые законы декларативны, фрагментарны, не способны гарантировать права человека на социальное обеспечение.

Методом проб и ошибок ведутся поиски решений таких важнейших проблем, как разграничение полномочий между уровнями публичной власти в социальной сфере, вывод из кризиса пенсионной системы, регулирование процесса «монетизации» льгот. В результате нерешенности этих проблем не принимаются необходимые законы, а многие принятые законы невозможно эффективно применять. Примеров этому достаточно. Понадобилось несколько лет и решение Конституционного суда РФ [13], чтобы был принят закон, позволяющий «военным пенсионерам», работавшим по трудовому договору, получать наряду с пенсией по государственному пенсионному обеспечению трудовую пенсию. Три с половиной года ожидали застрахованные лица с 1953-1957 гг. по 1966 г. рождения (соответственно мужчины и женщины), лишенные в 2005 г. права на формирование накопительной части пенсии, возможности добровольно участвовать в этом процессе [25]. До сих пор не принят Федеральный закон, который должен установить ожидаемый период выплаты трудовой пенсии, применяемый для расчета накопительной части трудовой пенсии в соответствии с п. 9 ст. 14 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. №173 «О трудовых пенсиях в РФ» [20]. В связи с этим накопительная часть трудовой пенсии по старости до сих пор никому не назначена и не выплачивается, хотя число застрахованных лиц, имеющих право на ее получение, год от года растет. Не приняты законы

о профессиональных пенсионных системах, об управлении средствами государственного пенсионного страхования (обеспечения) и др.

Действующее законодательство о социальном обеспечении в высшей степени нестабильно. Оно все более превращается в нагромождение бесчисленных изменений, не устраняющих пробелы и создающих противоречия. Нестабильность законодательства порой принимает гипертрофированные формы. Широко известный Федеральный закон №122 от 22 августа 2004 г. [24], который внес изменения в 152 законодательных акта, а 112 законов признал утратившими силу полностью или частично, уже сам претерпел изменения более двадцати раз. Причем внесение изменений началось еще до вступления Закона №122 в силу. В ноябре-декабре 2004 г. было принято пять федеральных законов1, которыми признавались утратившими силу те или иные статьи и части статей Закона №122. Но затем и эти законы были изменены. Путаница возникает даже в номерах и названиях приведенных актов, не говоря уже о проблемах поиска в многостраничных текстах действующей формулировки нужной нормы. А поскольку актуальные редакции нормативных актов, а равно и перечни актов, утративших юридическую силу, публикуются крайне редко (что также является нарушением правил юридической техники), правоприменитель становится заложником информационных поисковых систем и компетентности их операторов [15. С. 314].

Все это в конечном счете недопустимо затягивает создание необходимых правовых условий для устойчивого развития общества и государства, отдаляет перспективы формирования в России реальных основ социального государства и еще раз убеждает в необходимости планирования законопроектной деятельности, по меньшей мере, на общефедеральном уровне. По мнению председателя Совета Федерации Федерального Собрания РФ С.М. Миронова, стране нужен концептуальный документ, позволяющий ежегодно оценивать приоритеты, содержание и объемы законопроектной деятельно-

1 Федеральные законы от 29.11.2004 №141-ФЗ; от

21.12.2004 №172-ФЗ; от 29.12.2004 №189-ФЗ; от

29.12.2004 №199-ФЗ; от 30.12.2004 №211-ФЗ.

сти [4. С. 6]. По-видимому, такой концептуальный документ должен охватывать материалы, позволяющие решать не только общеправовые задачи, стоящие перед федеральным законодателем, но и более частные, требующие своего развития применительно к конкретным областям общественной жизни, в том числе к сфере права социального обеспечения. Возможность принятия аналогичных документов следует рассмотреть и в субъектах РФ.

О необходимости концептуального подхода к законотворчеству в последнее время говорится достаточно много в научных и в парламентских кругах [1; 3. С. 611649; 7] и даже предпринимаются попытки практической реализации концептуального подхода при реформировании социальных отношений [8]. Но в целом концепция законопроекта, как и концепция развития законодательства, остается для российского законодателя пока лишь ориентиром и используется явно недостаточно. Вместе с тем, отсутствие концептуального подхода к развитию законодательства порождает немало нежелательных последствий. Например, нередко это приводит к тому, что законы, которые должны приниматься в первую очередь, принимаются в последнюю, а обычный тематический закон опережает базовый, положения которого он должен бы конкретизировать. Нарушение последовательности в принятии законодательных актов, а также технические ошибки на стадии их проектирования, выражающиеся в недостаточном увязывании норм действующих и проектируемых законов, может вызывать сбой в механизме их реализации.

Пример подобного нарушения наглядно демонстрируют Федеральные законы №195 от 10 декабря 1995 г. «Об основах социального обслуживания населения в РФ» и №122 от 2 августа 1995 г. «О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов» [17; 18]. Оба закона были приняты в 1995 г., но почему-то тематический закон «О социальном обслуживании граждан пожилого возраста...» был принят на полгода раньше базового закона «Об основах социального обслуживания ...», и мно-

гие нормы этих законов не согласуются друг с другом, либо имеет место их дублирование. Так, ст. 4 закона «О социальном обслуживании граждан пожилого возраста...» закрепляет гарантии прав граждан пожилого возраста и инвалидов, которые, по идее, должны конкретизировать общие положения о гарантиях в сфере социального обслуживания, предоставляемых всем гражданам по закону «Об основах социального обслуживания ...» На деле же этого не происходит и перечисленные в ст. 4 гарантии сводятся к необходимости установления стандартов социального обслуживания, повторяя тем самым ст. 6 закона «Об основах социального обслуживания ...», закрепляющую требование о соответствии социальных услуг государственным стандартам.

Определения одних понятий в этих законах дополняют друг друга, например «социальное обслуживание», «социальная услуга», определения других расходятся. Так, закон «Об основах социального обслуживания .» содержит понятие системы социальных служб, а закон «О социальном обслуживании граждан пожилого возраста...» - понятие системы социального обслуживания. Одни и те же социальные услуги первый из названных законов именует видами социального обслуживания, второй - формами социального обслуживания. Оба закона формулируют принципы социального обслуживания и деятельности в сфере социального обслуживания. При этом принципы, закрепленные в законе «Об основах социального обслуживания ...», распространяются на всех нуждающихся в социальном обслуживании, поскольку он действует по более широкому кругу лиц, а принципы, закрепленные в законе «О социальном обслуживании граждан пожилого возраста.», - только на субъектов данного закона. Казалось бы, вторые принципы должны быть более конкретными, однако специалисты отмечают, что это кажущаяся конкретность - принципы носят чисто декларативный характер и не имеют реальных гарантий воплощения [9. С. 31].

В целом, обозначившуюся практику закрепления в текстах законов определений

основных понятий надо приветствовать. Но обращает на себя внимание, что в большинстве случаев законодатель сопровождает их устойчивыми юридическими формулировками «в целях настоящего федерального закона», «понятия и термины, используемые в настоящем федеральном законе» и т.п. Это приводит к тому, что одно и то же понятие может определяться в нескольких законах, причем, по-разному. Вряд ли в этом есть большой смысл. Скорее, это неизбежный результат отсутствия в федеральном законодательстве о социальном обеспечении единого кодифицированного закона, в котором бы содержались все отраслевые базовые дефиниции. Такие дефиниции, в идеале, создают каркас системы нормативных предписаний, которые затем могут уточняться в зависимости от специфики того или иного отраслевого института. При этом основное содержание определяемых понятий должно оставаться единым. К примеру, понятие «застрахованные лица в системе обязательного социального страхования» надлежит сопровождать следующими базовыми характеристиками: физическое лицо; имеющее доход от выполняемой работы или иной деятельности; обладающее правом получения страхового обеспечения при наступлении страхового случая. Конкретный же перечень застрахованных лиц в каждом виде обязательного социального страхования может и различаться. Но недопустимо когда в законах, регулирующих один и тот же вид страхования (пенсионное), присутствует два различных определения понятия застрахованных лиц. То же самое можно сказать и о полнятиях «страхователь», «страховые взносы», «пенсионные накопления застрахованных лиц» и др. [3. С. 111-113].

Отсутствие концептуального подхода приводит еще и к тому, что наряду со скоропалительным принятием одних, как правило, «экспериментальных», законов принятие других - запланированных и ожидаемых

- затягивается [6. С. 312]. Например, явно не обладая концепцией реформирования системы натуральных льгот, законодатель не только решился на эксперимент в данной

сфере, но еще и осуществил его в такие сжатые сроки, от которых специалисты, реализующие такие же программы за рубежом, просто впадают в ступор: «.как можно так дергать рычаги государственного управления, не понимая, к чему это приведет и как это на гражданах отразится?» [10. С. 156]. Помимо этого необходимо признать ошибкой юридической техники сам подход к проектированию и принятию Федерального закона №122 от 22 августа 2004 г. Этот масштабный закон, затронувший боле 250 актов, называют «законом о монетизации льгот», хотя это всего лишь 10-15% от его объема, а остальное никакого отношения к вопросам льгот не имеет. Во что угодно там вносили изменения - от социальных льгот до вопросов космической деятельности. Правильно ли это? Советник Председателя Совета Федерации РФ В.К. Плотников в связи с этим спрашивает: «Представьте себе законодателя, который честно хочет разобраться во всем этом. Сможет он 250 законов проанализировать, в то время как проходит этот законопроект? Вряд ли . Но допустим, проанализировал. Но во что-то считает надо внести, а вот в это - не надо. А голосовать-то необходимо по всему проекту. Вот и приходится из-за одной правильной нормы принимать кучу вредоносных. Совершенно чудовищная ситуация».

B.К. Плотников убежден: не должно быть нормативных актов в виде закона о внесении изменений в уже действующие законы, затрагивающие более чем одну сферу [10.

C. 55-56].

Однако эта справедливая критика не оказывает должного воздействия на федерального законодателя. В конце 2008 г. вновь был принят Федеральный закон, который внес изменения в 30 законов, регулирующих всевозможные группы общественных отношений, в том числе и в сфере социального обеспечения [26]. При этом в законе нет ни преамбулы, ни вводных положений, ни даже намека на то, в связи с чем

2 К сведению: Федеральный закон №122 на всех стадиях законодательного процесса был рассмотрен менее чем за три месяца [11. С. 11].

произведена такая масштабная коррекция действующего законодательства.

Думается, предлагаемые Советом Федерации подходы к концепции законопроектной деятельности и меры по ее планированию позволят уменьшить количество ошибок, возникающих уже на начальном этапе законотворчества. Кстати, определенные шаги в этом направлении уже предпринимались и в сфере права социального обеспечения. Речь идет о «пакетном» способе рассмотрения и принятия законов. Для развития отраслевого законодательства этот способ особенно важен, поскольку он гораздо эффективнее ограждает от повторений и конфликта между многочисленными и разрозненными правовыми нормами, про-бельности или избыточности правового регулирования. Ведь уровень систематизации законодательства о социальном обеспечении пока низок. Пакетный способ впервые был опробован в 2001 г. при принятии серии законов по реформированию пенсионной системы РФ. Многих ошибок тогда избежать не удалось, но сам подход к проектированию и принятию законов представляется верным.

По справедливому замечанию А.С. Пиголкина, необходимой предпосылкой высокой культуры правотворчества является выявление и тщательное изучение предшествующего законодательства по вопросам, составляющим содержание проектируемого акта. Новый акт вливается в систему права и оказывает на предшествующее законодательство существенное влияние. Установление нового нормативного регулирования, его упорядочение невозможны без официального определения судьбы актов, которые по-иному регулируют тот же вопрос [16. С. 322-323]. Известный ученый в первую очередь имеет ввиду отмену устаревших, утративших свое значение актов. Но не всегда акт требует отмены - в ряде случаев необходимо скорректировать лишь его отдельные нормы, привести их в соответствие со вновь принятым актом.

Не менее важно при проектировании закона учитывать взаимосвязь норм различ-

ной отраслевой принадлежности. Ведь новый нормативный акт, как правило, затрагивает и смежные области общественных отношений. При подготовке законов о социальном обеспечении такая связь нередко игнорируется. Это происходит, главным образом, потому, что соответствующие проекты правовых актов разрабатываются разными структурами при отсутствии каких-либо контактов между ними. Так случилось, например, при модернизации системы государственной службы в РФ и обновлении соответствующего законодательства в 20032005 гг., что привело к коллизии между законодательством о государственной службе и нормами пенсионного законодательства.

Как известно, право на пенсию за выслугу лет федеральных государственных служащих впервые установил Федеральный закон № 166 от 15 декабря 2001 г. «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» [19], который принимался в период, когда еще действовал Федеральный закон «Об основах государственной службы Российской Федерации» 1995 г. Поэтому определение понятия федеральных государственных служащих как граждан, замещавших должности федеральной государственной службы и государственные должности федеральных государственных служащих, определенные Федеральным законом «Об основах государственной службы РФ», полностью соответствовало существовавшей тогда системе государственной службы. Однако закон «Об основах государственной службы РФ» с 1 января 2005 г. утратил силу, а в соответствии с Федеральным законом от 27 мая

2003 г. №58 «О системе государственной службы Российской Федерации» понятие «федеральная государственная служба» является собирательным, объединяющим три вида государственной службы: военной,

правоохранительной и гражданской [21]. Это требует изменения абз. 5 ч. 1 ст. 2 закона «О государственном пенсионном обеспечении», в котором теперь должно содержаться понятие федеральных государственных гражданских служащих. Необходимо изменить и все иные статьи и их части, ка-

сающиеся вопросов пенсионирования указанной категории служащих. Иначе получается, что право на пенсию за выслугу лет по условиям ст. 7 данного закона распространяется на федеральных государственных служащих всех видов государственной службы, хотя на самом деле это не так.

Но главная проблема видится не в терминологических расхождениях, а в необходимости унификации условий и норм пенсионного обеспечения в связи с прохождением любого вида государственной службы. Это следует из положений Федерального закона от 27 июля 2004 г. №79 «О государственной гражданской службе Российской Федерации» [22]. В частности, ст. 6 закона устанавливает взаимосвязь гражданской государственной службы и государственной службы иных видов. Указано, что эта взаимосвязь обеспечивается на основе единства системы государственной службы и принципов ее построения и функционирования. В частности, предусмотрена соотно-симость основных государственных социальных гарантий и основных условий государственного пенсионного обеспечения граждан, проходивших различные виды государственной службы. В ст. 52 закона имеется ссылка на некий Федеральный закон о государственном пенсионном обеспечении граждан РФ, проходивших государственную службу, и их семей. В названии проектируемого закона «читается» намерение законодателя объединить в одном акте нормы пенсионного законодательства, регулирующего отношения по пенсионному обеспечению государственных служащих всех видов государственной службы. Пока они содержатся в разных правовых нормативных актах. Самые значительные из них -Федеральный закон «О государственном пенсионном обеспечении» 2001 г. и Закон РФ от 12 февраля 1993 г. №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях уголовноисполнительной системы и их семей» [2].

Таким образом, планирование законопроектной деятельности, уделение должного внимания концепции законопроекта, соблюдение требования о взаимоувязывании норм различных отраслей законодательства при подготовке законов в сфере права социального обеспечения должно стать необходимым условием своевременного обновления отраслевой нормативной базы, выявления коллизий и пробелов правового регулирования. Соблюдение этих базовых требований законодательной техники позволит избежать многих ошибок, снижающих эффективность законодательства о социальном обеспечении.

Библиографический список

1. Баранов В.М. Концепция законопроекта: понятие, элементы, виды, проблемы реализации // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: сб. ст.: в 2 т. / под ред. В.М. Баранова. Н.Новгород, 2001. Т. 1. С. 82-133.

2. Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1993. №9. Ст. 328.

3. Васильева Ю.В. Пенсионное право Российской Федерации. Пермь, 2006.

4. Доклад Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации 2007 г. «О состоянии законодательства в Российской Федерации. Законодательное обеспечение основных направлений внутренней и внешней политики». М.: Издание Совета Федерации, 2008.

5. Иеринг Р. Юридическая техника / сост. А.В. Поляков. М., 2008.

6. Кобзева С.И. Повышение качества ис-

точников права социального обеспечения - гарантия реализации права на жизнь // Право человека и гарантии его реализации в сфере труда и социального обеспечения: материалы междунар.

науч.-практ конф. / под ред. К.Н. Гусова. М., 2008. С. 310-315.

7. Концепции развития российского законодательства / под ред. Л.А. Окунькова, Ю.А. Тихомирова, Ю.П. Орловского. М., 1998.

8. Концепция реформирования системы пенсионного обеспечения РФ. Утв. постановлением Правительства РФ от 7 августа 1995 г. №790 // Рос. газ. 23 августа 1995 г.

9. Левина М.И. Анализ законов о социальной защите уязвимых групп населения (1995-1999 гг.) // Социальное законодательство России и Великобритании. М.,

2000. С. 20-58.

10. Мониторинг правового пространства и

правоприменительной практики. Пятилетние итоги и перспективы конституционного партнерства: материалы

V Всероссийской научно-практической конференции 26-27 июня 2007 г. М.: Издание Совета Федерации, 2007.

11.Морозова И.С. Проблемы оптимизации процесса «монетизации» натуральных преимуществ в РФ // Журнал Российского права. №8. 2005.

12. Муромцев Г.И. О некоторых особенностях законотворческой техники и методологии ее исследования в современной России // Законотворческая техника современной России. Т. 1. С. 74-82.

13. Определение Конституционного Суда РФ от 11 мая 2006 г. №187-О «По жалобе гражданина Наумчика Вячеслава Викторовича на нарушение его конституционных прав положениями п.п. 2 и 3 ст. 3 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в РФ» // СЗ РФ. 2006. №32. Ст. 3585.

14. Поленина С.В. Качество закона и эффективность законодательства // Советское государство и право. 1987. №7.

15. Поленина С.В. Каким хотелось бы ви-

деть Свод законов Российской Федерации как социального государства // Систематизация законодательства в России (историко-правовые, теоретико-

методологические и технико-юридические проблемы. Н. Новгород, 2008.

С. 308-317.

16. Проблемы общей теории права и государства / под ред. В.С. Нерсесянца. М.,

2001.

17. СЗ РФ. 1995. №50. Ст. 4872.

18. СЗ РФ. 1995. №32. Ст. 3198.

19. СЗ РФ. 2001. №51 (1 ч.). Ст. 4831.

20. СЗ РФ. 2001. №52 (1 ч.). Ст. 4920.

21. СЗ РФ. 2003. №22. Ст. 2063.

22. СЗ РФ. 2004. №31. Ст. 3215.

23. Сырых В.М. Предмет и система законодательной техники как прикладной науки и учебной дисциплины // Законотворческая техника современной России... Т. 1. С. 9-24.

24. Федеральный закон №122 от 22 августа

2004 г. «О внесении изменений в законодательные акты Российской федерации в связи с принятием федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполни-

тельных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2004. №35. Ст. 3607.

25. Федеральный закон № 56 от 30 апреля 2008г. «О дополнительных взносах на накопительную часть трудовой пенсии и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений» // СЗ РФ. 2008. №18. Ст. 1943.

26. Федеральный закон №281 от 25 декабря 2008 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СЗ РФ. 2008. №52 (ч. 1). Ст. 6236.

DRA WBACKS OF LA W TECHNIQUE IN RUSSIAN FEDERATION SOCIAL SECURITY LEGISLATION

Yu.V. Vasilieva

Perm State University, 614990, Perm, Bukireva st., 15

The paper deals with the some points of law technique applied to Social Security Legislation. The errors, appearing in the law process, are analyzed, in particular: lack of planning, the absence of conceptual approach while preparing the law in draft.

Keywords: legislation; law technique; social security; legislation of social security