Лингвистические средства выражения понятия "сверхъестественное" в новелле О. Уайльда "кентервильское привидение" и ее переводах на русский язык

УДК 81.23 ББК 81.2 АНГЛ

ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ ПОНЯТИЯ «СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ» В НОВЕЛЛЕ О. УАЙЛЬДА «КЕНТЕРВИЛЬСКОЕ ПРИВИДЕНИЕ» И ЕЕ ПЕРЕВОДАХ НА РУССКИЙ ЯЗЫК

I А.А. Тимофеева

Аннотация. Статья посвящена анализу лингвистических средств выражения понятия «сверхъестественное» в новелле О. Уайльда «Кентер-вильское привидение» (1887 г.). В исследовании приводится сопоставительный анализ аутентичного текста новеллы с двумя ее русскоязычными версиями — Ю.И. Кагарлицкого (1960 г.) и И.А. Разумовской и С.П. Самостреловой (1961 г.). Также в статье приводятся основные принципы передачи лексических единиц, словосочетаний и конструкций с компонентом «сверхъестественное» с английского на русский язык. Актуальность исследования обусловлена тем, что русскоязычные версии данной новеллы ранее не рассматривались с точки зрения выявления в них переводческих стратегий межъязыковой передачи единиц с семантическим компонентом «сверхъестественное». Цель статьи — выявить и проанализировать стратегии, используемые переводчиками с целью межъязыковой передачи единиц с «потусторонней» семантикой.

Ключевые слова: сверхъестественное, перевод, коннотация, лексическая единица, словосочетание, конструкция, семантика, переводческий прием.

413

LINGUISTIC MEANS OF EXPRESSING THE CONCEPT OF "SUPERNATURAL" IN O. WILDE'S NOVEL "THE CANTERVILLE GHOST" AND ITS TRANSLATIONS INTO RUSSIAN LANGUAGE

I A.A. Timofeeva

Abstract. The article is devoted to the analysis of linguistic means of expressing the concept of "supernatural" in the novel by O. Wilde "The Canter-ville Ghost" (1887). The study provides a comparative analysis of the authentic text of the novel with its two Russian-language versions of Yu.I. Kagar-litsky (1960) and I.A. Razumovskaya and S.P. Shotgun (1961). The article

also presents the basic principles of translating the lexical units, word combinations and constructions with a component "supernatural" from English into Russian. The relevance of the study is due to the fact that Russian versions of this novel have not previously been considered from the point of view of identifying in them the translation strategies of inter-lingual transfer of units with the semantic component "supernatural". The purpose of the article is to identify and analyze the strategies used by the translators for the purpose of interlanguage transfer of units with "otherworldly" semantics.

Keywords: supernatural, translation, connotation, a lexical unit, a word combination, a construction, semantics, translation method.

414

Оскар Уайльд — английский философ, эстет, писатель, поэт ирландского происхождения. Один из самых известных драматургов позднего Викторианского периода. Новелла «Кентервильское привидение» впервые была опубликована в лондонском журнале The Court and Society Review в 1887 году. Это было первое прозаико-новеллическое произведение О. Уайльда. Сам писатель охарактеризовал произведение как «материо-идеалистический романтический рассказ» [1].

Для анализа лингвистических средств выражения понятия «сверхъестественное» нами был выбран аутентичный текст новеллы и два ее перевода на русский язык — Ю.И. Кагарлицкого (1960 г.) и И.А. Разумовской и С.П. Самостреловой (1961 г.). Общий объем выборки в рамках научной статьи — 14 примеров из текста оригинала в сопоставлении их с переводными вариантами из двух русскоязычных версий новеллы.

Как отмечает В.Н. Комиссаров, эквивалентность содержания оригинального и переводного текстов — основа их коммуникативной равноценности, в силу которой можно говорить

об иноязычной версии как о полноценном переводе, а не о любом другом виде межъязыкового посредничества. Норма эквивалентности перевода обозначает максимально возможное обеспечение общности содержания оригинального и переводного текстов в пределах, совместимых с другими нормативными требованиями, обеспечивающими адекватность перевода [2].

Л.С. Бархударов под переводом понимает процесс преобразования речевого произведения на языке-исходнике в речевое произведение на другом языке при сохранении неизменного плана содержания, именуемого значением. При этом исследователь отмечает, что понятие плана содержания или значения необходимо рассматривать максимально широко, учитывая все виды отношений, в которых может рассматриваться языковая единица. Сохранение неизменного плана содержания допускает при этом существенную оговорку — при осуществлении межъязыковой передачи неизбежны семантические потери, что ведет к неполной передаче значений, заключенных в тексте оригинала. Учитывая данное замечание, текст перевода

ЕК

невозможно рассматривать в качестве полноценного и непреложного эквивалента текста оригинала, а основной задачей является попытка сделать эту эквивалентность как можно более полной, то есть средствами иного языка передать суть авторских интенций, сведя возможные семантические потери к минимуму [3].

В самом начале новеллы встречаем лексическую единицу с компонентом «сверхъестественное» haunted / населенный призраками при описании Кентервильского замка: "When Mr. Hiram B. Otis, the American Minister, bought Canterville Chase, every one told him he was doing a very foolish thing, as there was no doubt at all that the place was haunted" [4]. И.А. Разумовская и С. П. Са-мострелова предлагают вполне эквивалентный вариант перевода — словосочетание с компонентом «сверхъестественное» водится привидение: «Когда американский посол мистер Хайрэм Б. Отис покупал Кентер-вильский замок, все твердили ему, что он делает большую глупость, ведь было доподлинно известно, что в замке водится привидение» [5]. Ю.И. Кагарлицкий в более ранней русскоязычной версии новеллы предлагает схожий вариант перевода, не нарушающий семантической полноты передачи лексемы исходного текста: «Когда мистер Хайрам Б. Отис, американский посол, решил купить Кентервильский замок, все уверяли его, что он делает ужасную глупость, — было достоверно известно, что в замке обитает привидение» [6].

Также следует отметить, что в аутентичном тексте новеллы встреча-

ется конструкция с компонентом «сверхъестественное» the ghost has been seen by several living members of my family / призрака видели несколько живых членов моей семьи, употребляемая автором в разговоре между Лордом Кентервиллем и мистером Отисом ("...I feel bound to tell you, Mr. Otis, that the ghost has been seen by several living members of my family..." [4]), в то время как в русскоязычной версии новеллы у И. А. Разумовской и С.П. Самостреловой, равно как и у Ю.И. Ка-гарлицкого, видим несколько иную интерпретацию — использование приема целостного преобразования, заключающегося в переносе привидения с роли объекта на позицию субъекта действия при помощи употребления лексической единицы являлось: «Не могу утаить от вас, мистер Отис, что привидение являлось и многим ныне здравствующим членам моей семьи» [5]; «Не скрою от вас, мистер Отис, что привидение это являлось также многим ныне здравствующим членам моего семейства» [6]. 415

Нужно подчеркнуть, что наиболее частотным обозначением сверхъестественного явления в новелле выступает лексема ghost, например, "...I will take the furniture and the ghost at a valuation" [4]. В обеих русскоязычных версиях новеллы — и у И.А. Разумовской и С.П. Самостреловой, и у Ю.И. Кагарлицкого видим схожие варианты перевода: «Беру ваше привидение в придачу к обстановке» [5], «— Что ж, милорд,.. пусть привидение идет вместе с мебелью» [6]. Переводчики, на наш взгляд, стараются опираться на название новеллы в русскоязычной

версии — «Кентервильское привидение», сохраняя семантику и стилистику этого словосочетания с компонентом «сверхъестественное» и в самом тексте. Достаточно частотным в литературе является словосочетание «дом с привидениями», что, по мнению автора данной статьи, обусловливает именно такую интерпретацию названия новеллы О. Уайльда, повествующей о замке с обитающим в нем сверхъестественным явлением.

Схожим примером являются также следующие строки: "I reckon that if there were such thing as a ghost in Europe, wed have it at home in a very short time in one of our public museums, or on the road as a show" [4]. В обеих русскоязычных версиях новеллы лексическая единица ghost интерпретируется ее эквивалентом-калькой — привидение: «Бьюсь об заклад, что, если б в Европе действительно была такая штука, как привидение, его давно уж выставили бы у нас в каком-нибудь музее или возили бы напоказ» [5]; «Так что, заведись в Европе хоть одно привидение, оно мигом 416 очутилось бы у нас в каком-нибудь музее или в разъездном паноптикуме» [6]. Однако у Ю.И. Кагарлицкого видим еще и лексему паноптикум, согласно толковым словарям обозначающую не только музей с экспозициями разнообразных необычайных предметов (например, восковых фигур, причудливых живых существ и т.п.), но и в переносном смысле — сборище чего-то невероятного, сверхъестественного и жуткого [7; 8]. По мнению автора данной статьи, переводчик использовал прием конкретизации с целью подчеркнуть именно потустороннюю природу описываемого явления.

Также в русскоязычной версии новеллы у Ю.И. Кагарлицкого можно встретить еще один пример применения приема конкретизации — словосочетание кентервильское привидение вместо одиночной лексической единицы ghost / привидение: «— Боюсь, что кентервильское привидение все-таки существует, — сказал, улыбаясь, лорд Кентер-виль, — хоть оно, возможно, и не соблазнилось предложениями ваших предприимчивых импресарио» [6], в то время как в более поздней русскоязычной версии новеллы у И.А. Разумовской и С.П. Самостреловой видим прием калькирования — особой формы заимствования путем дословного перевода [5]: «— Боюсь, что привидение все-таки существует, — улыбнулся лорд Кентервиль, — по-видимому, ему просто удалось устоять перед заманчивыми предложениями ваших импрессарио» [5] (в аутентичном тексте — "I fear that the ghost exists", "said Lord Canter-ville, smiling", "though it may have resisted the overtures of your enterprising impresarios" [4]). Вероятно, употребление Ю.И. Кагарлицким именно словосочетания кентервильское привидение характеризует намерение переводчика в тексте еще раз привлечь внимание читателя к загадочному названию новеллы, оказать экспрессивный эффект и пробудить еще больший читательский интерес.

Ю.И. Кагарлицкий в более ранней русскоязычной версии новеллы использует прием целостного преобразования и вводит в текст словосочетание дом с привидением, указывая на основную деталь сюжета новеллы, повествующего именно о замке с обитающим в нем потусторон-

ним явлением: «Что ж, если вас устроит дом с привидением, то все в порядке» [6], в то время как в аутентичном тексте новеллы видим словосочетание с компонентом «сверхъестественное» a ghost in the house/ привидение в доме, семантика которого более расплывчата и менее конкретно указывает именно на постоянное пребывание потусторонней субстанции в Кентервильском замке: "...if you dont mind a ghost in the house, it is all right" [4]. И.А. Разумовская и С.П. Самострелова используют прием добавления, вводя в текст конструкцию иметь у себя в доме привидение, указывая на то, что потусторонний обитатель Кентервильского замка является не более чем приложением к новому имуществу Отисов, но никак не самостоятельно существующим субъектом: «Ну что ж, если вы согласны иметь у себя в доме привидение, значит, все в порядке» [5].

Интерес представляет конструкция с компонентом «сверхъестественное» his guilty spirit still haunts the Chase / его преступный дух все еще обитает в замке: "His body has never been discovered, but his guilty spirit still haunts the Chase" [4]. И.А. Разумовская и С.П. Самостре-лова используют прием целостного преобразования: ««Тела его так и не нашли, а его грешная душа все еще бродит по замку» [5]. Словосочетание грешная душа вне контекста произведения не содержит в своей семантике компонент «сверхъестественное», но в сочетании с лексической единицей бродит приобретает потустороннюю коннотацию. Таким образом, грешная душа в переводном тексте выступает полно-

ценным эквивалентом лексемам дух и привидение, имея то же значение. Ю.И. Кагарлицкий предлагает схожий вариант перевода, употребляя лишь лексическую единицу дух, совмещая приемы калькирования и целостного преобразования: ««Тело его так и не нашли, но грешный дух его доныне бродит по замку» [6]. Нужно отметить, что оба варианта межъязыковой передачи исходной авторской интенции следует признать адекватными, так как общий смысл передан верно.

Также следует упомянуть случаи, когда переводчики намеренно вводят в текст потустороннюю коннотацию и компонент «сверхъестественное», например, употребляя лексему ужасы, в контексте данного произведения приобретающую не только отрицательную коннотацию, но потустороннюю семантику: «Много, много ночей не сомкнула я глаз из-за ужасов, которые здесь творились» [5]; «...ужасы здешних мест много ночей не давали мне смежить век» [6]. В исходном же .^-j тексте видим словосочетание awful things / ужасные вещи с более нейтральной семантикой: "...many and many a night I have not closed my eyes in sleep for the awful things that are done here" [4].

В начале новеллы, когда читатель еще не сталкивается с самим кентервильским привидением, лексическая единица ghost в обеих русскоязычных версиях новеллы интерпретируется лексемой привидение (прием калькирования): «Мистер и миссис Отис горячо заверили честную служанку, что они не боятся привидений, и, призвав благословение божье на своих новых хозяев, а

418

также договорившись о прибавке к жалованью, старая экономка неверными шагами удалилась в свою комнату» [5]; «Но мистер Отис и его супруга заверили почтенную особу, что они не боятся привидений, и, призвав благословенье божье на своих новых хозяев, а также намекнув, что неплохо бы прибавить ей жалованье, старая домоправительница нетвердыми шагами удалилась в свою комнату» [6] (в исходном тексте — "Mr. Otis, however, and his wife warmly assured the honest soul that they were not afraid of ghosts, and, after invoking the blessings of Providence on her new master and mistress, and making arrangements for an increase of salary, the old housekeeper tottered off to her own room" [4]). Сюда же можно отнести и следующие примеры (калькирование): "It must be the ghost" [там же]; «Видно, это дело рук привидения» [5]; «Видно, здесь и в самом деле поработало привидение» [6]. Однако в русскоязычных версиях переводчиками сверхъестественное явление представляется отождествляемым с живым существом, с человеком, о чем говорит употребление ими словосочетания дело рук и лексемы поработало, что является своего рода дополнением к исходному смыслу.

В аутентичном тексте новеллы можно обнаружить лексическую единицу и словосочетание с компонентом «сверхъестественное» даже в границах одного предложения, например, ghosts / привидения и the Psychical Society / Общество исследователей потусторонних явлений: "Mr. Otis began to suspect that he had been to dogmatic in his denial of the existence of ghosts, Mrs. Otis expressed

her intention of joining the Psychical Society, and Washington prepared a long letter to Messrs" [4]. И.А. Разумовская и С.П. Самострелова при переводе обеих единиц на русский язык используют прием калькирования: «...мистер Отис начал склоняться к мысли, что, отрицая существование привидений, он, пожалуй, подходил к вопросу слишком догматически; миссис Отис заявила о своем намерении вступить в Общество исследователей трансцендентальных явлений, а Вашингтон написал длинное письмо...» [5]. Ю.И. Кагарлицкий использует прием лексической замены: «Мистер Отис стал подумывать, не проявил ли он догматизма, отрицая существование духов; миссис Отис высказала намеренье вступить в общество спиритов, а Вашингтон сочинил длинное письмо...» [6]. Следует отметить, что привидение и дух имеют несколько отличающуюся семантику — если привидение представляется видимым сверхъестественным образованием, то дух невидим, представляя собой лишь некоторую энергетику, которую можно почувствовать, но не увидеть, в связи с этим, нам представляется не совсем верным использование Ю.И. Кагарлицким приема лексической замены и введение в текст понятия, противоположного исходному, однако предполагаем, что переводчик сохраняет общую семантику между лексемой дух и словосочетанием общество спиритов — организацией, занимающейся именно попытками вызова и взаимодействия с духами во время своих сеансов [9; 10]. Тем не менее, в аутентичном тексте словосочетание общество спиритов не

встречается, а О. Уайльдом употребляется понятие с более широким значением — общество исследователей потусторонних явлений — организация, занимающаяся изучением не только духов, но и призраков, полтергейстов и других существ иного порядка. В связи с этим, следует признать интерпретацию Ю.И. Кагарлицкого менее удачной, чем попытку межъязыковой передачи интенций автора И.А. Разумовской и С.П. Самостреловой на данном отрезке текста.

Нужно отметить, что О. Уайльд в своей новелле не ограничивается именованием сверхъестественного явления, обитающего в Кентервиль-ском замке только при помощи лексемы ghost / привидение, но вводит в текст также лексическую единицу phantasms / фантомы, синонимом которой является слово призраки: "That night all doubts about the objective existence of phantasms were removed for ever" [4]. В обеих русскоязычных версиях новеллы видим употребление полноценного эквивалента данной единице — лексемы призраки: «Наступившая затем ночь навсегда развеяла все сомнения в реальности призраков» [5]; «Но если и оставались у них какие-либо сомнения в реальности призраков, они в ту же ночь рассеялись навсегда» [6].

Интересным для исследования представляется сочетание в одном предложении лексической единицы ghosts / привидения и словосочетания с компонентом «сверхъестественное» the presentation of psychical phenomena / появление потустороннего феномена: "The conversation in no way turned upon ghosts, so there were

not even those primary conditions of receptive expectation which so often precede the presentation of psychical phenomena" [4]. И.А. Разумовская и С.П. Самострелова используют приемы калькирования и целостного преобразования: «Разговор за столом отнюдь не касался привидений, так что на этот раз не могло быть и речи о психологической подготовке, которая столь часто предшествует необъяснимым потусторонним явлениям» [5]. Тем не менее, использование иной конструкции не искажает передачи общего смысла. Ю.И. Кагарлицкий использует приемы калькирования и конкретизации: «О привидениях даже речи не заходило, так что все присутствующие отнюдь не были в том состоянии повышенной восприимчивости, которое так часто предшествует материализации духов» [6]. Так, переводчиком употребляется словосочетание с компонентом «сверхъестественное» материализация духов, имеющее более узкое, конкретное значение, нежели появление потустороннего феноме- 419 на или необъяснимое потустороннее явление, однако если речь идет именно о привидении, то Ю.И. Ка-гарлицкий неверно интерпретирует понятие исходного текста — по своей семантике дух не является видимым сверхъестественным образованием, в то время как привидение вполне осязаемо, и создается впечатление некоторой его «материальности», поэтому, по мнению автора данной статьи, было бы уместнее использовать либо прием калькирования — пословную передачу исходных единиц текста на русский язык, либо воспользоваться приемом целостного

преобразования и предложить вариант перевода, схожий интерпретации И.А. Разумовской и С.П. Самостреловой, которым в более поздней русскоязычной версии новеллы удалось, таким образом, сохранить интенции автора при переводе.

Лексема the supernatural / сверхъестественное имеет достаточно широкую, обтекаемую семантику, при этом являясь одним из компонентов, образующих общее лексико-семанти-ческое поле «сверхъестественное и потустороннее». О. Уайльд в новелле использует данную лексическую единицу в качестве именования кен-тервильского привидения, очевидно, с целью подчеркнуть загадочность, необъяснимость описываемого явления: "No mention at all was made of the supernatural, nor was Sir Simon de Canterville alluded to in any way" [4]. В обеих русскоязычных версиях новеллы встречаем прием калькирования — использование полноценного эквивалента исходной лексеме: «О сверхъестественном никто не за-япп говаривал, никто и словом не помя-420 нул сэра Саймона Кентервиля» [5]; «Ни о чем сверхъестественном речь не шла, а о сэре Симоне де Кен-тервиле никто даже не заикнулся» [6].

Также следует отметить, что в новелле словосочетание an old man of terrible aspect / старик ужасного вида приобретает компонент «сверхъестественное», так как является описанием внешнего вида кентервиль-ского привидения: "Right in front of him he saw, in the wan moonlight, an old man of terrible aspect" [4]. И.А. Разумовская и С.П. Самостре-лова используют прием добавления, употребляя в тексте конструкцию

старик самого ужасного вида (превосходная степень, использование эмотивного компонента словосочетания с целью усиления экспрессивного эффекта): «Прямо перед собой в слабом свете луны он увидел старика самого ужасного вида» [5]. Ю.И. Кагарлицкий использует прием калькирования: «Прямо перед ним в призрачном свете луны стоял старик ужасного вида» [6].

Разделяем точку зрения В.Н. Комиссарова, полагающего, что адекватный перевод — это способ межъязыковой передачи, отвечающий поставленной цели максимального приближения переводного текста к содержанию текста оригинала [11]. Отметим также, что намерение обеспечить адекватность определяет выбор определенной стратегии перевода. В результате осуществленного сопоставительного анализа двух русскоязычных версий новеллы следует обозначить некоторые выводы в отношении переводческих стратегий, выявленных нами в ходе исследования приемов межъязыковой передачи единиц с семантическим компонентом «сверхъестественное». Так, в русскоязычной версии новеллы у И.А. Разумовской и С.П. Самостреловой (1961 г.) стратегия перевода вышеозначенных единиц осуществляется в рамках следующих составляющих:

1. Операция перевода на формально-знаковом уровне или замещение знака одного языка на знак другого языка — лексическая замена, например, водится привидение вместо haunted (букв. населенный призраками).

2. Контекстно-обусловленная невозможность изменить денотат, исходя из ситуации употребления —

калькирование, например ghost -привидение, the Psychical Society — Общество исследователей трансцендентальных явлений.

3. Отношения перекрещивания — дифференциация — актуализация (уподобление) при переводе дифференциальной семы, отсутствующей или скрытой в оригинале. Сюда можно отнести прием добавления, например, иметь у себя в доме привидение вместо a ghost in the house (букв. привидение в доме). В данном случае, как уже упоминалось, переводчиками подчеркивается тот факт, что привидение Кентервильского замка является собственностью его новых владельцев, но не самостоятельно существующим субъектом. Кроме того, в рамках данного аспекта избранной переводчиками стратегии межъязыковой передачи единиц с семантическим компонентом «сверхъестественное» следует обозначить прием целостного преобразования, представляющий собой разновидность смыслового развития, например его грешная душа все еще бродит по замку вместо his guilty spirit still haunts the Chase (букв. его виновный дух все еще посещает замок). Как уже отмечалось ранее, словосочетание грешная душа вне контекста рассматриваемого произведения не имеет потусторонней коннотации, но в данной ситуации выступает полноценным эквивалентом лексемам дух и привидение, имея схожую с ними семантику. Сюда же можно отнести и пример старик самого ужасного вида вместо an old man of terrible aspect / старик ужасного вида (превосходная степень, использование эмотивного компонента словосочетания с целью усиления экспрессивного эффекта).

4. Применение одновременно двух переводческих приемов в рамках одного отрезка текста — целостное преобразование, например необъяснимые потусторонние явления вместо the presentation of psychical phenomena (букв. появление потустороннего феномена), калькирование, например ghosts — привидения (ср. "The conversation in no way turned upon ghosts, so there were not even those primary conditions of receptive expectation which so often precede the presentation of psychical phenomena" — «Разговор за столом отнюдь не касался привидений, так что на этот раз не могло быть и речи о психологической подготовке, которая столь часто предшествует необъяснимым потусторонним явлениям»).

Более ранняя русскоязычная версия новеллы, представленная переводчиком Ю.И. Кагарлицким (1960 г.), характеризуется следующими составляющими избранной им стратегии межъязыковой передачи единиц с семантическим компонентом «сверхъестественное»:

1. Операция перевода на формально-знаковом уровне или замещение знака одного языка на знак другого языка — лексическая замена, например, обитает привидение вместо haunted (букв. населенный призраками).

2. Отношения включенности — они же гиперо-гипономические отношения. Конкретизация — переход от более широкого значения к более узкому, например кентервильское привидение (словосочетание) вместо ghost / привидение (одиночная лексическая единица). Как уже отмечалось нами ранее, употребление пере-

421

422

водчиком именно словосочетания кентервильское привидение характеризует его намерение в тексте новеллы еще раз привлечь внимание читателя к загадочному названию произведения, оказать экспрессивный эффект и пробудить еще больший читательский интерес.

3. Отношения перекрещивания, внутри которых единица оригинала и единица перевода могут частично пересекаться между собой. Сюда можно отнести прием целостного преобразования, представляющий собой разновидность смыслового развития, например дом с привидением вместо a ghost in the house (букв. привидение в доме). В данном случае переводчиком подчеркивается основная деталь сюжета новеллы — замок с обитающим в нем потусторонним явлением. Еще один пример употребления данного приема — грешный дух его доныне бродит по замку вместо his guilty spirit still haunts the Chase (букв. его виновный дух все еще посещает замок).

4. Контекстно-обусловленная невозможность изменить денотат, исходя из ситуации употребления — калькирование, например spirit -дух, an old man of terrible aspect — старик ужасного вида.

5. Переводческая операция, производимая на смысловом уровне — от знака одного языка к ситуации или денотату — и далее к знаку другого языка. Денотат переводчиком идентифицируется посредством осознания семасиологических связей знака исходного языка. Для обозначения денотата переводчик находит соответствующий знак переводимого языка, что осуществляется им, например, посредством лексической за-

мены, например духи вместо ghosts / призраки, общество спиритов вместо the Psychical Society (букв. общество исследователей паранормальных явлений). Как уже упоминалось нами выше, привидение и дух имеют разные значения: привидение представляет собой осязаемое потустороннее явление, а дух — невидимое, в связи с чем, с нашей точки зрения, использование переводчиком приема лексической замены представляется неверным с точки зрения эквивалентности означенных единиц оригинала и перевода.

6. Использование одновременно двух переводческих приемов в рамках одного отрезка текста — калькирования, например ghosts — привидения, конкретизации, например материализация духов вместо the presentation of psychical phenomena (букв. появление потустороннего феномена).

Необходимо также указать и общие черты переводческой стратегии в обеих русскоязычных версиях новеллы:

1. Отношения перекрещивания, внутри которых единица оригинала и единица перевода могут частично пересекаться между собой. Сюда можно отнести прием целостного преобразования, представляющий собой разновидность смыслового развития, например привидение являлось и многим ныне здравствующим членам моей семьи или привидение это являлось также многим ныне здравствующим членам моего семейства вместо the ghost has been seen by several living members of my family (букв. привидение видели несколько живых членов моей семьи). Как уже упоминалось, данный прием позволил переводчикам, не меняя общего смысла, передать кон-

текстную ситуацию таким образом, что потусторонний объект стал активным субъектом действия.

2. Контекстно-обусловленная невозможность изменить денотат, исходя из ситуации употребления — калькирование, например ghost — привидение (ср.: «Беру ваше привидение в придачу к обстановке»; «— Что ж, милорд,... пусть привидение идет вместе с мебелью»). Сюда же можно отнести и следующие примеры: «Мистер и миссис Отис горячо заверили честную служанку, что они не боятся привидений, и, призвав благословение божье на своих новых хозяев, а также договорившись о прибавке к жалованью, старая экономка неверными шагами удалилась в свою комнату», «Но мистер Отис и его супруга заверили почтенную особу, что они не боятся привидений, и, призвав благословенье божье на своих новых хозяев, а также намекнув, что неплохо бы прибавить ей жалованье, старая домоправительница нетвердыми шагами удалилась в свою комнату»; «Наступившая затем ночь навсегда развеяла все сомнения в реальности призраков»; «Но если и оставались у них какие-либо сомнения в реальности призраков, они в ту же ночь рассеялись навсегда». Также — the supernatural — сверхъестественное (ср.: «О сверхъестественном никто не заговаривал, никто и словом не помянул сэра Саймона Кентервиля»; «Ни о чем сверхъестественном речь не шла, а о сэре Симоне де Кентервиле никто даже не заикнулся»).

3. Отношения включенности — они же гиперо-гипономические отношения. Генерализация — переход от более узкого значения к более широ-

кому, например ужасы вместо the awful things (букв. ужасные вещи) (ср.: «Много, много ночей не сомкнула я глаз из-за ужасов, которые здесь творились»; «...ужасы здешних мест много ночей не давали мне смежить век»).

Как различия, так и общие черты переводческих стратегий, выявленных при сопоставлении двух русскоязычных версий новеллы, позволяют сделать вывод о том, что оба перевода являются в достаточной степени адекватными по отношению к аутентичному тексту, а эквивалентность единиц, содержащих в своей семантике компонент «сверхъестественное», достигается переводчиками путем подбора оптимальных эквивалентов.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. История английской литературы. Т. III [Текст]. — М.: Изд-во Академии Наук СССР, 1958. — 732 с.

2. Комиссаров, В.Н. Теория перевода (лингвистические аспекты): Учеб. для ин-тов и фак. иностр. яз. [Текст] / В.Н. Комиссаров. — М.: Высш.шк., 1990. — 253 с. 423

3. Бархударов, Л.С. Язык и перевод (вопросы общей и частной теории перевода) [Текст] / Л.С. Бархударов. — М.: Международные отношения, 1975. — 240 с.

4. Wilde, O. The Canterville Ghost. Library of Congress, "Treasures", Candlewick Press, Cambridge, Massachusetts. First U.S. edition 1997 [Электронный ресурс]. — URL: http://lib.ru/WILDE/ghost.txt (дата обращения: 10.10.2017).

5. Уайльд, О. Кентервильское привидение (сборник рассказов) [Электронный ресурс]. — URL: https://www.bookcity.club/32426. html (дата обращения: 10.10.2017).

6. Уайльд, О. Кентервильское привидение. Материально-идеалистическая история [Электронный ресурс]. — URL: http://lib. ru/WILDE/wild_ghost.txt (дата обращения: 10.10.2017).

7. Ожегов, С.И. Толковый словарь русского языка [Текст] / С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. — М.: Азъ, 1992.

8. Современная энциклопедия [Электронный ресурс]. — URL: http://dic.academic. ru/contents.nsf/enc1p/ (дата обращения: 10.10.2017).

9. Толковый словарь русского языка [Электронный ресурс]. — URL: http://tolkru.com/ page/duh.php (дата обращения: 10.10.2017).

10. Малый академический словарь [Электронный ресурс]. — URL: http://enc-dic. com/academic/Prividenie-45495.html (дата обращения: 10.10.2017).

11. Комиссаров, В.Н. Общая теория перевода. Учебное пособие [Текст] / В.Н. Комиссаров. — М.: Высшая школа, 1990. — 136 с.

12. Левицкая, Т.Р. Теория и практика перевода с английского языка на русский [Текст] / Т.Р. Левицкая, А.М. Фитерман. — М.: Изд-во лит. на иностр. яз., 1963. — 125 с.

REFERENCES

1. Barhudarov L.S., Jazyk i perevod

2. Istorija anglijskoj literatury, Vol. III, Moscow, Izdatelstvo Akademii Nauk SSSR, 1958, 732 p.

3. Komissarov V.N., Obshhaja teorija perevo-424 da. Uchebnoe posobie, Moscow, Vysshaja

shkola, 1990, 136 p.

4. Komissarov V.N., Teorija perevoda

5. Levickaja T.R., Fiterman A.M., Teorija i praktika perevoda s anglijskogo jazyka na russkij, Moscow, Izdatelstvo literaturi na inostrannih jazikah, 1963, 125 p.

6. Malyj akademicheskij slovar, available at: http://enc-dic.com/academic/Privide-nie-45495.html

7. Ozhegov S.I., Shvedova N.Ju., Tolkovyj slovar russkogo jazyka, Moscow, Az, 1992.

8. Sovremennaja jenciklopedija, available at: http://dic.academic.ru/contents.nsf/enc1p/

9. Tolkovyj slovar russkogo jazyka, available at: http://tolkru.com/page/duh.php

10. Uajld O., Kentervilskoe prividenie

11. Uajld O., Kentervilskoe prividenie. Materi-alno-idealisticheskaja istorija, available at: http://lib.ru/WILDE/wild_ghost.txt

12. Wilde O., The Canterville Ghost. Library of Congress, "Treasures", Candlewick Press, Cambridge, Massachusetts, First U.S. edition 1997, available at: http://lib.ru/WILDE/ghost. txt

Тимофеева Анастасия Андреевна, аспирантка, кафедра контрастивной лингвистики, Институт иностранных языков, Московский педагогический государственный университет, padme-timofeeva@yandex.ru Timofeeva А.А., Post-Graduate Student, Contrastive linguistics Department, Institute of Foreign Languages, Moscow Pedagogical State University, padme-timofeeva@yandex.ru