Суицидологические аспекты женского алкоголизма

groups, where the increase in antidepressant use was highest. Although some contires do not show such correlations, potential reasons include lack of compliance; pre-existing low SR, resulting in a floor effect; and high rates of alcoholism that may elevate SR or the effect may be confined to women because too few men seek and comply with treatment with antidepressants. The risk of an ecological fallacy, that is, inferring causality from group correlations, prevents attributing decreases in SR solely to antidepressant use. Nevertheless, there is a striking correlation and plausible mechanism linking antidepressant use to declining SR. This may be a consequence of improved treatment of antide-pressant-responsive psychiatric illnesses that increase SR, mainly depression, but studies emphasize the importance of the quantity and quality of the depression treatment as a componrnt of suicide prevention.

Keywords: antidepressants, prescription, level of suicides, prevention.

УДК 616.89-008

СУИЦИДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЖЕНСКОГО АЛКОГОЛИЗМА

О.Ю. Сомкина, А.В. Меринов, М.А. Байкова

ГБОУ ВПО «Рязанский государственный медицинский университет им. академика И.П. Павлова» Минздрава России, г. Рязань, Россия

Контактная информация:

Сомкина Ольга Юрьевна - аспирант кафедры психиатрии ГБОУ ВПО «Рязанский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова» Минздрава России. Адрес: 390010, г. Рязань, ул. Высоковольтная, д. 9. Телефон: (491) 275-43-73, электронный адрес: Olyasomkma@gmail.com

Меринов Алексей Владимирович - доктор медицинских наук, доцент. Место работы и должность: профессор кафедры психиатрии ГБОУ ВПО «Рязанский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова» Минздрава России. Адрес: 390010, г. Рязань, ул. Высоковольтная, д. 9. Телефон: (491) 275-43-73, электронный адрес: merinovalex@gmail.com

Байкова Мария Александровна - клинический ординатор кафедры психиатрии ГБОУ ВПО «Рязанский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова» Минздрава России. Адрес: 390010, г. Рязань, ул. Высоковольтная, д. 9. Телефон: (491) 275-43-73, электронный адрес: lentazzz111@gmail.com

Целью данного исследования явилось изучение влияния алкогольной зависимости на аутоагрессивные показатели женщин, страдающих алкогольной зависимостью. Проведен сравнительный анализ двух групп женщин (страдающих алкогольной зависимостью и здоровых, составляющих контрольную группу), каждая из которых представлена 62 пациентками. Произведено сравнение всех изучаемых признаков в группах. Показано, что женщины, страдающие алкогольной зависимостью, значительно чаще обнаруживают аутоагрессивные паттерны в поведении и мышлении в сравнении с контрольной группой (19,35% женщин, страдающих алкогольной зависимостью, в течение жизни совершали суицидальные попытки, а 22,58% в анамнезе отмечают суицидальные мысли). У них также чаще встречаются несуицидальные паттерны поведения (подверженность насилию в среде женщин, страдающих алкоголизмом, 32,26%, против 1,61% у здоровых респондентов); широко представлены предикторы аутоагрессивного поведения. Все это позволяет сделать вывод, что данный контингент женщин имеет высокий суицидальный риск и заслуживает пристального внимания со стороны наркологической и суицидологической служб.

Ключевые слова: женский алкоголизм, аутоагрессивное поведение, суицидология.

В настоящее время отмечается отчетливая тенденция к росту удельного веса женского алкоголизма по отношению к мужскому (от 1:12 к 1:5) [1, 2]. Считается доказанной связь алкогольной зависимости и суицидального поведения, однако, большинство работ касается мужчин, страдающих алкогольной зависимостью [3, 4, 5]. Алкогольная зависимость у женщин, по-прежнему, продолжает оставаться «неудобной» и «некрасивой» темой. И говоря про алкогольную смертность, в большинстве

случаев мы подразумеваем именно - «смерть пьющего мужчины, трудоспособного возраста» [6, 7]. Аутоагрессивная сфера у женщин, страдающих алкогольной зависимостью, мало изучена. В целом, в популяции уровень женского суицида ниже, чем мужского, тем не менее, женщины гораздо чаще предпринимают попытки свести счеты с жизнью, которые, безусловно, далеко не всегда остаются только попытками [1, 8, 9]. Вклад в национальные суицидологические показатели женщинами, стра-

дающими алкогольной зависимостью, на сегодняшний момент неизвестен.

Таким образом, целью исследования являлось изучение аутоагрессивных характеристик женщин, страдающих алкогольной зависимостью. Согласно поставленной цели, основной задачей исследования явилась оценка структуры аутоагрессивных паттернов поведения у женщин, страдающих алкогольной зависимостью, которая позволит в будущем разработать методы коррекции суицидологически значимых феноменов, а также, максимально индивидуализировать терапевтические подходы лечения основного наркологического заболевания.

Материалы и методы.

Для решения поставленных задач, нами проведено обследование 62 женщин, страдающих алкогольной зависимостью (ЖСАЗ) и 62 здоровых женщин (контрольная группа). Диагнозы оформлялись в соответствии с критериями МКБ-10. Критерии включения в экспериментальную группу: женский пол, наличие установленного в соответствии с диагностическими критериями МКБ-10 диагноза «Алкогольная зависимость» (Б10.2). В соответствии с критериями исключения в работу не включались пациентки, имеющие другие сформированные химические зависимости (кроме никотиновой); пациентки с эндогенными психическими заболеваниями и с наличием органического заболевания центральной нервной системы, имевшегося до формирования алкогольной зависимости; отказ предоставить информированное согласие на участие в исследовании.

Возраст в экспериментальной группе составил 38,8±4,3 года, в контрольной - 40,3±5,2

года соответственно. Срок семейной жизни -17,3±6,6 и 20,7±5,0 лет. Обследованные ре-спондентки были сопоставимы по основным социально-демографическим показателям, значимым различием в группах являлось наличие либо отсутствие алкогольной зависимости.

Всем женщины, включенные в исследование, заполнили опросник для выявления ауто-агрессивных паттернов и их предикторов в прошлом и настоящем, в котором оценивалось наличие исследуемого признака в анамнезе вообще, а также в последние два года, добрачный, брачный периоды [10].

Для решения поставленной задачи было произведено «фронтальное» сравнение всех изучаемых аутоагрессивных признаков в группах. Статистическая обработка данных осуществлялась с использованием пакета статистической обработки данных 81ай8йса 7.0. Статистический анализ проводился в два этапа. На предварительном этапе матрицы полученных данных проверялись на характер распределения, а также анализировались описательные статистические характеристики выборки. Соответствие данных нормальному распределению устанавливалось путем применения критерия согласия Пирсона (х2-квадрат).

Применение статистических методов определения достоверности различий между изучаемыми группами также определялось характером распределения и типом исследуемых переменных. В случае нормального распределения признаков применялся 1-критерий Стьюдента. В иных случаях применялись методы непараметрической статистики.

Таблица 1

Основные статистически значимые (р<0,05) отличия в отношении суицидальных паттернов поведения у женщин, страдающих алкогольной зависимостью, по сравнению со здоровыми респондентками

Признак Основная группа п=62 Здоровые п=62 Значение критерия х2 Значение Р

п % п %

Суицидальная попытка в последние два года 8 12, 9 0 0 6,55 1 0,0105

Суицидальная попытка в период брака 8 12,9 1 1,61 4,31 1 0,0378

Суицидальная попытка в анамнезе вообще 12 19,35 1 1,61 8,59 1 0,0034

Суицидальные мысли в последние два года 10 16,13 0 0 8,81 1 0,003

Суицидальные мысли в период брака 9 14,52 1 1,61 5,33 1 0,021

Суицидальные мысли в анамнезе вообще 14 22,58 3 4,84 6,82 1 0,009

Таблица 2

Основные статистически значимые (р<0,05) отличия несуицидальных аутоагрессивных паттернов поведения у женщин, страдающих алкогольной зависимостью, по сравнению со здоровыми респондентками

Признак Основная группа п=62 Здоровые п=62 Значение критерия х2 Значение df Р<

п % п %

Подверженность насилию в последние два года 13 20,97 1 1,61 9,74 1 0,0018

Подверженность насилию в добрачный период 9 14,52 0 0 7,67 1 0,0056

Подверженность насилию в период брака 14 22,58 1 1,61 10,92 1 0,001

Подверженность насилию в анамнезе вообще 20 32,26 1 1,61 18,57 1 0,0001

Черепно-мозговые травмы в анамнезе 21 33,87 2 3,23 17,29 1 0,0001

Употребление наркотических веществ (несистематическое) 16 25,81 1 1,61 13,36 1 0,0003

Нулевая гипотеза о сходстве двух групп по оцениваемому признаку отвергалась при уровне значимости р<0,05. Выборочные дескриптивные статистики представлены в виде М±SD (средняя ± стандартное квадратичное отклонение).

Результаты и их обсуждение.

Основные статистически значимые отличия в спектрах суицидальных и несуицидальных аутоагрессивных паттернов и их основных предикторов представлены в таблицах 1, 2 и 3.

Результаты, приведенные в таблице 1, убедительно показывают статистически значимые различия в группах в классической суицидальной активности (суицидальные попытки и суицидальные мысли).

Женщины, страдающие алкогольной зависимостью, значительно чаще предпринимают попытки суицида. Обращает на себя внимание их высокая суицидальная активность в отдельный промежуток времени (последние два года до проводимого обследования), что свидетельствует о высоком суицидальном риске в исследуемой группе непосредственно на момент исследования. Стоит отметить, что по таким классическим паттернам аутодеструктивного поведения, как суицидальные мысли в период брака, а также суицидальная попытка в период брака, показатели в группе женщин, страдающих алкогольной зависимостью выше в 9 и 8 раз соответственно. При этом, если рассматривать те же признаки, но во временной период относящийся к последним двум годам жизни, то здесь отмечается тенденция к увеличению показателей (по сравнению с контролем), что косвенно может указывать на прогресс заболевания.

В табл. 2 обращено внимание на то, что подверженность насилию (как физическому, так и сексуальному), как одному из несуицидальных аутоагрессивных паттернов поведения, среди женщин, страдающих алкогольной зависимостью, значительно выше, как в период брака, так и до него. В брачный период она значительнее (22,58% против 14,52%). При одновременном снижении показателей по некоторым признакам классического суицидального поведения (табл. 1 - суицидальные мысли), а также при уменьшении с учетом показателя по признаку «подверженность насилию за последние два года» (20,97%), можно сделать предположение, что в период брака классические паттерны аутоагрес-сивного поведения становятся менее выраженными, заменяясь более «социально приемлемым» видом суицида, например, став жертвой насилия. В данной группе также чаще встречаются такие паттерны несуицидального ауто-агрессивного поведения, как эпизоды импульсивного приёма психоактивных веществ, склонность к рискованному поведению.

Женщины, страдающие алкогольной зависимостью, обнаруживают выраженные элементы агрессивного и антисоциального поведения, вплоть до уголовного преследования и отбывания наказания в местах лишения свободы.

Суицидальным паттернам поведения в исследуемой группе больных сопутствует склонность к гетероагрессии, которая сопровождается частыми актами насилия в отношении подобных респонденток (поскольку насилие зачастую провоцируется собственным агрессивным и провоцирующим поведением, а также фактами семейного насилия).

Таблица 3

Основные статистически значимые (р<0,05) отличия отдельных основных предикторов аутоагрессивного поведения у женщин, страдающих алкогольной зависимостью, по сравнению со здоровыми респондентами

Признак Основная группа п=62 Здоровые п=62 Значение критерия х2 Значение ^ Р<

п % п %

Длительное переживание чувства вины 45 72,58 17 27,42 23,52 1 0,0001

Склонность долго переживать стыд 36 58,06 7 11,29 27,91 1 0,0001

Неоправданный риск в последние два года 20 32,26 2 3,23 15,97 1 0,0001

Неоправданный риск в добрачный период 17 27,42 1 1,61 14,62 1 0,0001

Неоправданный риск в период брака 21 33,87 1 1,61 19,95 1 0,0001

Опасные склонности, привычки, хобби 15 24,19 2 3,23 9,82 1 0,0017

Моменты острого одиночества 39 62,90 6 9,68 35,72 1 0,0001

Моменты безысходности 37 59,68 11 17,74 21,24 1 0,0001

Склонность к перееданию, отказу от пищи 42 67,74 23 37,10 10,48 1 0,0012

Отсутствие четкого смысла жизни 20 32,26 2 3,23 15,97 1 0,0001

Частые угрызения совести 45 72,58 15 24,19 27,16 1 0,0001

Комплекс неполноценности 32 51,61 10 16,12 15,88 1 0,0001

Субъективная уверенность в наличии физического недостатка 22 35,48 3 4,84 16,23 1 0,0001

Гетероагрессивность 34 54,84 11 17,74 18,45 1 0,0001

Полученные данные указывают на связь между аутоагрессивным и гетероагрессивным поведением и позволяют рассматривать повышенную агрессивность женщин с алкогольной зависимостью как один из факторов склонности к аутоагрессивным, в частности суицидальным, типам реакций, что соотносится с данными, описанными в литературе, касательно мужчин, страдающих алкогольной зависимостью [4].

Рассматривая частоту предикторов ауто-агрессивного поведения, можно констатировать, что в отношении большинства из них экспериментальная группа имеет статистически значимые отличия по сравнению с контрольной. Их спектр охватывает большинство наиболее изученных и активно используемых в суицидологической практике предикторов. В таблице представлен как импринтинговый блок предикторов (наличие суицидентов среди близких родственников и друзей), так и блок суицидогенных эмоциональных состояний (одиночество, безысходность, склонность к депрессиям, длительному переживанию вины, мучительным угрызениям совести).

Такие предикторы аутоагрессивного поведения, как отсутствие «смысла жизни», чувство одиночества и безысходности в большей мере характеризуют именно женщин, страдающих алкогольной зависимостью.

Более половины из них имеют сформировавшийся в течение жизни комплекс неполноценности, а треть обнаруживает у себя какой-либо значимый физический недостаток.

Следует отметить также низкую уверенность в продолжительной последующей жизни, что отражает существование некого негативного психологического фона на длительную жизнь в рассматриваемой группе.

Выводы:

1. Алкогольная зависимость в женской популяции представляет собой не менее серьезную проблему, чем алкогольная зависимость в мужской популяции, ассоциированную с большим риском в плане развития суицидальных тенденций на фоне прогрессии заболевания.

2. Женщины, страдающие алкогольной зависимостью, значительно чаще обнаруживают суицидальную активность в мыслях и поведении.

3. В популяции страдающих алкогольной зависимостью женщин, отмечается высокий уровень представленности несуицидальных аутоагрессивных паттернов и предикторов саморазрушающего поведения.

4. В результате настоящего исследования установлено, что женщины, страдающие алко-

Литература:

1. Васильев В.В. Суицидальное поведение женщин (обзор литературы) // Суицидология. - 2012. - №

1. - С. 18-28.

2. Меринов А.В. Суицидологическая, наркологическая и экспериментально-психологическая характеристики супругов в семьях мужчин, страдающих алкогольной зависимостью, в зависимости от динамики брачных отношений // Тюменский медицинский журнал. - 2013. - Том 15, №

2. - С. 25-35.

3. Зотов П.Б., Уманский М.С. Суицидальное поведение больных алкоголизмом позднего возраста в условиях синдрома отмены алкоголя (на примере Юга Тюменской области) // Суицидология. - 2012. - № 3. - С. 41-48.

4. Меринов А.В., Шитов Е.А., Лукашук А.В., Сом-кина О.Ю. Аутоагрессивная характеристика женщин, состоящих в браке с мужчинами, страдающими алкоголизмом // Российский медико-биологический вестник имени академика И.П. Павлова. - 2015. - № 4. - С. 81-86.

5. Уманский М.С., Пивоварчук Ф.И. Проблемы злоупотребления алкоголем у лиц старшего возраста // Научный форум. Сибирь. - 2016. - Том 2, № 2. - С. 63-64.

6. Положий Б.С. Суицидальное поведение (клини-ко-эпидемиологические и этнокультуральные аспекты). - М.: РИО «ФГУ ГНЦ ССП им. В.П. Сербского», 2010. - 232 с.

7. Меринов А.В. Вариант эпискрипта в семьях больных алкогольной зависимостью // Наркология. - 2010. - № 3. - С. 77-80.

8. Немцов А.В. Алкогольный урон регионов России. - М.: NALEX, 2003. - 136 с.

9. Кривулин Е.Н., Мингазов А.Х., Байнова Н.А. К вопросу о профилактике алкоголизма у женщин в разные возрастные периоды // Тюменский медицинский журнал. - 2011. - № 2. - С. 39-40.

10. Шустов Д.И., Меринов А.В. Диагностика ауто-агрессивного поведения при алкоголизме методом терапевтического интервью // Пособие для врачей психиатров-наркологов и психотерапевтов. - М. - 2000. - 20 с.

гольной зависимостью, безусловно, принадлежат к группе повышенного суицидального риска и нуждаются в разработке соответствующих терапевтических мероприятий, направленных на снижение суицидальной напряженности.

References:

1. Vasiliev V.V. Suicidal behavior of women // Sui-cidology. - 2012. - № 1. - P. 18-28.

2. Merinov A.V. Results, neurological and experimental psychological characteristics of the spouses in families of men with alcohol dependence, depending on the dynamics of marital relationships // Tyumen Medical Journal. - 2013. - Vol. 15, № 2. - P. 25-35.

3. Zotov P.B., Umansky M.S. Suicidal behavior of alcoholics in old age of alcohol withdrawal

4. Merinov A.V., Shitov E.A., Lukashuk A.V., Somkina O.Ju. Autoagressivnaja harakteristika zhenshhin, sostojashhih v brake s muzhchinami, stradajushhimi alkogolizmom // Rossijskij mediko-biologicheskij vestnik imeni akademika I.P. Pavlova. - 2015. - № 4. - S. 81-86.

5. Umansky M. S., F. I. Pivovarchuk concern of alcohol abuse in older persons // Scientific forum. Siberia. - 2016. - Vol 2, № 2. - P. 63-64.

6. Polozhij B.S. Suicidal'noe povedenie (kliniko-jepidemiologicheskie i jetnokul'turalnye aspekty). -M.: RIO «FGU GNC SSP im. V.P. Serbskogo»,

2010. - 232 s.

7. Merinov A.V. Variant jepiskripta v sem'jah bol'nyh alkogol'noj zavisimost'ju // Narkologija. - 2010. - № 3. - S. 77-80.

8. Nemcov A.V. Alkogol'nyj uron regionov Rossii. -M.: NALEX, 2003. - 136 s.

9. Krivulin E. N., Mingazov A. Kh., Binova N.. The question of the prevention alcoholisma in women in different age periods // Tyumen Medical Journal. -

2011. - № 2. - P. 39-40.

10. Shustov D.I., Merinov A.V. Diagnostika autoagressivnogo povedenija pri alkogolizme metodom terapevticheskogo interv'ju // Posobie dlja vrachej psihiatrov-narkologov i psihoterapevtov. -M. - 2000. - 20 s.

SUICILOGICAL ASPECTS OF FEMALE ALCOHOLISM

O.Y. Somkina, A.V. Merinov, M.A. Baykova Ryazan State Medical University, Ryazan, Russia

The aim of this study was to investigate the influence of alcohol over-dependence on autoaggressive indicators of women suffering from alcohol addiction. A comparative analysis of the two groups of women (suffering from alcohol

dependence and healthy components of the control group), each of which is represented by 62 patients. Comparison of all the studied traits in groups. It has been shown that women who suffer from alcohol addiction is much more likely to find autoaggressive patterns of behavior and thinking compared with the control group (19.35% of women suffering from alcohol dependence, during the life made suicidal attempts, and 22.58% have a history of suicidal thoughts). They are also more likely to occur non-suicidal patterns of behavior (eg, exposure to violence among women suffering from alcoholism 32.26% against 1.61% in healthy respondents); well represented autoagressive predictors of behavior. All this leads to the conclusion that this contingent of women has a high suicide risk and deserves close attention from the substance abuse and a suicide services.

Keywords: female alcoholism, autoagression, suicidology.

УДК: 616.89-008.44

КАЧЕСТВО РЕГИОНАЛЬНОЙ СТАТИСТИКИ САМОУБИЙСТВ В БЕЛАРУСИ

С.В. Кондричин, Ю.Е. Разводовский

УЗ «Минская Ордена трудового Красного знамени областная клиническая больница», г. Минск, Республика Беларусь

УО «Гродненский государственный медицинский университет», г. Гродно, Республика Беларусь

Контактная информация:

Кондричин Сергеи Вацлавович - врач-кардиолог, кандидат социологических наук. Место работы и должность: УЗ «Минская Ордена трудового Красного знамени областная клиническая больница». Адрес: Республика Беларусь, 223340, Минский район, пос. ЛесноИ, д. 40. Электронный адрес: kandrycz@yandex.ru

Разводовский Юрий Евгеньевич - кандидат медицинских наук. Место работы и должность: старший научный сотрудник научно-исследовательской лаборатории УО «Гродненский государственный медицинский университет». Адрес: Республика Беларусь, 230009, г. Гродно, ул. Горького, 80. Телефон: +375-152-70-18-84, электронный адрес: razvodovsky@tut.by

В настоящей работе рассматривается характер пространственной дифференциации уровня самоубийств в Брестской и Витебской областях Беларуси. Представленные данные указывают на ухудшение качества статистических данных уровня суицидов в Беларуси, что затрудняет научную интерпретацию и международные сравнения данного показателя.

Ключевые слова: суициды, качество статистики, Беларусь.

Первое десятилетие XXI века характеризовалось снижением уровня смертности от самоубийств на большей части территории Европы [1-3]. По данным ВОЗ за это десятилетие снижение показателя самоубийств в Беларуси составило 18,9%, в Российской Федерации 42,3%, в Литве - 34,9%, в Украине - 34,1%, в Германии - 15,3%, во Франции - 12,7% [4]. При этом рост показателя, главным образом, наблюдался в некоторых странах Кавказского региона и на Балканах, где уровень самоубийств традиционно был низким. Одновременно, в это же десятилетие, во многих европейских странах регистрировалось снижение ряда других показателей смертности, включая общий показатель смертности от внешних причин и показатель убийств [4].

Очевидно, что на фоне наличия общеевропейского тренда к снижению показателя самоубийств, представляется затруднительным

проводить оценку эффективности профилактических мероприятий, проводимых на региональном или национальном уровне. Поэтому вряд ли можно считать корректной попытку объяснить тенденцию к снижению этого показателя в одной стране успехами национальной политики, игнорируя при этом присутствие более глобальных процессов. Представляется очевидным, что мониторинг показателей общественного здоровья требует проведения сравнения с показателями соседних территорий [5]. В противном случае, формируется обширное поле для спекулятивных заключений.

Учитывая то, что уровень суицидов является косвенным индикатором социального и морального состояния общества [6], представляется важным располагать надежными статистическими данными уровня этого показателя. В последние годы проблема надежности статистики суицидов обсуждалась в целом ряде ис-