Прошедшее время в поэзии Б. А. Ахмадулиной

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 81' 366.582

Т.В. Кузьмина

ПРОШЕДШЕЕ ВРЕМЯ В ПОЭЗИИ Б.А. АХМАДУЛИНОЙ

Исследуется реализация прошедшего времени в поэтических текстах Б.А. Ахмадулиной второго периода творчества. Именно в этот период в стихотворениях поэтессы доминируют формы прошедшего времени.

Ключевые слова: прошедшее время, имперфект, перфект, поэзия Б.А. Ахмадулиной.

Лирика как род литературы имеет ряд особенностей, которые обусловливают своеобразие временных отношений в ней. Многие исследователи утверждают, что лирическим текстам присуща «то-чечность» времени и доминирующая роль настоящего. Однако анализ материала показывает, что не менее значим для поэтической речи и план прошедшего <...> [5. С. 102].

Вообще, время осуществления какого-либо действия определяется по отношению к определенной точке отсчета. «Русская грамматика» отмечает, что система форм времени строится на противопоставлении значений одновременности (формы настоящего времени), предшествования (формы прошедшего времени) или следования (формы будущего времени) по отношению к грамматической точке отсчета. Каждая форма времени заключает в своем грамматическом значении определенное отношение к этому ориентиру (точке отсчета) [10. С. 628].

В рамках одного и того же текста точка отсчета может меняться, а формы времени - указывать на отнесенность действий к разным темпоральным отрезкам, причем резко разделенным на временной оси в хронологическом отношении [5. С. 106].

А.В. Бондарко называет прошедшее время «ситуативно неактуализированной речью», которая проявляется тогда, когда нет непосредственной связи содержания высказывания с речевой ситуацией, в частности, с позицией говорящего в момент речи [2. С. 87]. Н.Д. Арутюнова характеризует прошедшее время как категорию, связанную с памятью, сожалениями и раскаяниями, опытом и знанием фактов [1. С. 52].

Кроме того, нужно отметить, что прошедшее время в поэтической речи является более концептуализированным, нежели настоящее, о чем пишет Н.А. Николина: «Именно эти формы времени особенно близки к наклонению и способны выражать комплекс модальных и оценочных значений. Если понимать время как способ отображения реальности, то прошедшее время, обозначающее процесс, который уже перестал быть реальным, естественно, может использоваться для выражения тех или иных авторских оценок и быть связано с актуализацией определенной точки зрения» [5. С. 178].

Этот факт отмечает и Н.С. Поспелов. Рассматривая совершенный вид прошедшего времени, исследователь утверждает, что формы с перфектным значением выражают субъективное отношение говорящего к тому, что им высказывается о прошлом. Именно потому, что прошлое присутствует в настоящем как совершившийся результат, говорящий необходимо выражает к нему свое отношение, а не ограничивается только объективной передачей этого прошлого [8. С. 70].

Опираясь на размышления Н.С.Поспелова, можно предположить, что наиболее концептуализированным является именно перфектное употребление прошедшего времени.

Рассмотрим формы прошедшего времени, встречающиеся в стихотворных текстах второго периода творчества Б.А. Ахмадулиной (1964-1979). Удалось обнаружить, что именно в этот период прошедшее не просто доминирует в текстах поэта, но представлено разными смысловыми гранями. Среди глаголов прошедшего времени мы также будем обращать внимание на акциональ-ность/неакциональность глаголов, пользуясь при этом классификацией Г.А. Золотовой [4. С. 60-62].

Стихотворения второго периода с преобладанием форм прошедшего времени написаны, в отличие от стихотворений первого периода, в разных темпоральных ключах. Для поэтессы настолько важно переключение временных планов, что невозможно вычленить ни одного стихотворного текста, написанного в едином темпоральном ключе прошедшего времени.

Анализ стихотворений показал, что Б.А.Ахмадулина одинаково активно использует как формы прошедшего времени глаголов совершенного вида (далее - СВ), так и прошедшее несовершенного вида (далее - НСВ).

Е.В. Петрухина отмечает, что в плане прошедшего времени, в котором широко используются глаголы обоих видов, хронологические отношения между действиями выражаются более четко, чем в плане настоящего исторического, исключающего противопоставление форм СВ и НСВ [9. С. 53].

Среди стихотворений второго периода, как и среди стихотворений первого периода, обнаруживаем такие, в которых используются только глаголы СВ, или, наоборот, только глаголы НСВ. Такое видовое употребление, по мнению Е.В. Падучевой, характерно для прошедшего времени, потому как здесь временные соотношения выражаются грамматически не временем, а видом [7. С. 362].

Всего можно выделить два подобных текста: «Весной, весной, в ее начале.»

- присутствуют только формы НСВ и «Снегопад» (Б. Окуджаве) - присутствуют только формы СВ прошедшего времени. Рассмотрим, что дает такое употребление видо-временных форм для интерпретации лирического текста. Отметим, что отдельные стихотворения первого периода также характеризовались единым ключом внутреннего времени (так Г. Гийом называет глагольный вид) [3. С. 11], но для первого периода творчества доминантным было не прошедшее, а настоящее время.

Начнем со стихотворения «Весной, весной, в ее начале.». Всего в стихотворении можно обнаружить 13 форм прошедшего времени НСВ: жила, была, плыл, приходились, не знал, терзал, пестовал, свершался, накрывали, была, являлась, глядела, думала. Все это - формы прошедшего импер-фектного. Среди них почти нет акциональных глаголов, которые могли бы двигать ход повествования, можно вычленить в качестве акциональных глаголы плыл (движение), накрывали (покрытие объекта), свершался (осуществление бытия). Часть глаголов прошедшего времени можно отнести к периферии акциональности - терзал (качественное состояние), пестовал (влияние), являлась (начало существования), глядела (восприятие) и думала (мышление) - так как они располагают признаками акционального класса не в полном наборе. Они не лишены признаков активности и целенаправленности, но представляют не обозначения конкретно наблюдаемого акта, а интерпретацию постоянного или итеративного процесса [4. С. 61-62]. И, наконец, в тексте можно выделить неакциональные предикаты прошедшего времени - жила (существование), была (существование), не знал (интеллектуальная деятельность).

Отметим еще раз, что обозначенные формы глаголов прошедшего времени, уводя нас в прошлое, никак не влияют на движение повествования. Все стихотворение строится как цепь воспоминаний. Эту цепочку воспоминаний и выстраивают предикаты НСВ.

Интересно, что в стихотворении формы прошедшего времени сменяются формами настоящего. Все это выглядит следующим образом: в первых трех строфах время - прошедшее, в четвертой - настоящее, в следующих четырех строфах - снова прошедшее, в последних трех строфах - настоящее. В четвертой строфе настоящее представлено не ядерными (глагольными) формами, а периферийными для выражения времени на грамматическом уровне элементами - безглагольными синтаксическими конструкциями, которые имплицитно выражают отнесенность к настоящему времени:

И ты, прекрасная собака, ты тоже здесь, твой долг высок в том братстве, где собрат собрата терзал и пестовал, как мог.

Кроме того, настоящее подчеркивается еще одним периферийным элементом, контекстуальным обстоятельственным показателем здесь (ты тоже здесь) Хотя здесь - это локализатор не времени, а пространства, но есть соотнесенность с настоящим. В данном четверостишии обнаруживаются устаревшие формы глагола пестовал (воспитывал) и терзал, а также именная форма собрат. Подобное употребление устаревших форм в поэтическом тексте неслучайно, такие слова обычно обладают высоким стилистическим ореолом, что подтверждается пометой в толковом словаре - высок. [6].

Перцептор в данном тексте неподвижен, он не перемещается ни в пространстве, ни во времени. Стихотворение начинается формами прошедшего времени, относящегося к 1-му лицу (я опечалившись жила, я счастлива была), во второй строфе глагол уже характеризует действие, относящееся к 3-му лицу. В данном стихотворении форма плыл употребляется метафорически. При этом переносный характер имеет не только лексическая, но и грамматическая семантика, об этом свидетельствует наглядно-процессное употребление НСВ (плыл в небеса опасным дымом / избыток боли и любви).

Глагол движения плыл метафорически изображает плавное и медленное перемещение субстанций (любви и боли), которое невозможно наблюдать в действительности.

В третьей строфе также нет предикатов, непосредственно характеризующих наблюдателя, используются глаголы единственного и множественного числа, относящиеся к 3-му лицу, (приходились, не знал). В последующих двух строфах предикаты также характеризуют иные объекты (терзал, пестовал, свершался). В пятой строфе появляется контекст, характеризующий наблюдателя (и жизнь моя была проста), который идет параллельно двум другим контекстам (когда к обеду накрывали; являлась странность и краса). В данном случае тоже нет движения перцептора, дается лишь характеристика жизни. В шестой строфе относящиеся к наблюдателю предикаты глядела и думала также выражают процессность. Отметим, что употребляемые в последних строфах глаголы настоящего времени тоже имеют форму НСВ (знают, пахнет, твердят, едят).

Употребление настоящего НСВ в одном ряду с прошедшим НСВ неслучайно, поскольку им-перфектное значение прошедшего НСВ в его изобразительной функции имеет семантическое соответствие со значением настоящего, отличаясь от него только прикрепленностью к плану прошлого [7. С. 90]. Потому формы НСВ прошедшего и настоящего так гармонично сочетаются в тексте. Вообще форма НСВ предполагает момент наблюдения, расположенный статически «в середине» ситуации, поэтому временная позиция наблюдателя при переключении его внимания с одной ситуации на другую может оставаться неизменной. Когда говорят, что в последовательности форм НСВ время не движется, это не движется время наблюдателя [7. С. 362].

В данном стихотворении прошедшее время выражается не только формами имперфекта - ядерными, центральными элементами поля темпоральности, но и периферийными элементами: полным причастием прошедшего времени СВ - прервавший (не зря обед, прервавший беды...), краткими причастиями - рождены (мы рождены на белый свет), и обречены (и к этому обречены), а также деепричастием СВ опечалившись.

Несмотря на СВ указанных полупредикативных элементов, в данном стихотворении важнейшую роль играют именно формы НСВ прошедшего, потому как они растягивают повествование, замедляют течение прошлого. Это свойство прошедшего НСВ отмечает и Е.В. Петрухина, констатируя, что формы НСВ, выражая собой этапы повествования, включают в основную повествовательную линию состояния и длительные процессы [9. С. 53]. Они вносят в ткань текста момент описательности.

Мы не раз говорили, что повествование в данном стихотворении растянуто, в нем больше процессной длительности, чем динамичности (опечалившись жила, плыл в небеса опасным дымом, когда к обеду накрывали и т.д.). Жизнь представляется печальной, а потому медленно текущей и повторяющейся (накрывали). Эта процессуальность в рассматриваемом тексте стихотворения обусловлена значением НСВ, значением имперфекта, непосредственно воспроизводящего прошлое как процесс [8. С. 56].

Далее рассмотрим стихотворение «Снегопад», в котором вычленяются только формы прошедшего СВ. Всего в стихотворении 8 форм прошедшего СВ, и все это - формы перфекта (начал, переиначил, отринул, вытер, возвысил, возымела, возник, пролетел). М.В. Шелякин, подробно описывающий репертуар возможных контекстных условий для реализации перфектного значения, указывает, что в соотносительном употреблении перфектное значение СВ может выступать в функции совместности состояний или результатов в одном временном моменте [11. С. 108-109]. Единым временным моментом в данном стихотворении является время начала снегопада.

В данном тексте почти все глаголы - акциональные, поэтому они активно двигают повествование вперед. К неакциональным можно отнести предикат возымела (обладание). Глагольные предикаты начал, переиначил, отринул, вытер, возвысил и др. так или иначе обозначают действие, его начало, конец, изменение состояния. Само название стихотворения - «Снегопад» - говорит нам о том, что речь пойдет о неком процессе, действии.

Перфектное состояние - это состояние, имеющее своим началом некоторое событие, итоговое состояние которого еще длится в точке отсчета. <...> это состояние актуальности некоторого события, которое произошло недавно [7. С. 159]:

Дома творчества дикую кличку он отринул и вытер с доски и возвысил в полях электричку до всемирного звука тоски.

За счет перфектных форм взгляд движется от дома творчества до полей с электричкой, а потом далее - через сады, огороды к горе и лыжнику, пролетевшему вдалеке.

Наряду с тотально главенствующим прошедшим временем можно обнаружить одну-единственную форму настоящего - медлит (опрометчиво медлит душа), употребленную в самом конце стихотворения. Это единственный глагол во всем стихотворении, который характеризует саму лирическую героиню. Настоящее НСВ соотнесено с прошедшим СВ: для лирической героини важен не быстро сменяющийся ряд событий, а след этих событий, важный для настоящего актуального, для того краткого промежутка между звуком, рождающим слово, который намеренно замедлен.

Кстати, наблюдатель в тексте неподвижный: наречие места вдалеке свидетельствует о его фиксированной позиции; он смотрит на снегопад со стороны и в конце стихотворения выражает свое состояние в пору снегопада:

в промежутке меж звуком и словом опрометчиво медлит душа.

Соотнесенность предикатов и объектов в прошедшем времени выражается следующим образом. Предикаты начал, переиначил, отринул, вытер, возвысил характеризуют процесс снегопада. Глагол возымела соотносится с суммой дерев, предикат возник обозначает момент и место, где появляется голос, а глагол пролетел характеризует ликующего лыжника. Отметим также, что глаголы, характеризующие действия снегопада, употреблены в переносном значении. Сам снегопад, таким образом, олицетворяется в сихотворении.

На уровне периферийных элементов прошедшее время выражается формами деепричастий, сопутствующих действий - обманувши, одолев.

В целом в данном стихотворении формы перфекта описывают динамичную картину снегопада. Употребление перфекта в описательном значении характерно для поэтической речи. Этот факт отмечает Н.С. Поспелов: «<...> такое использование перфектного значения СВ в описательных контекстах присуще поэтическим текстам» [8. С. 88].

В данном тексте формы СВ, в отличие от форм НСВ ускоряют повествование за счет акциональ-ности предикатов. Фраза вездесущая сила движенья является ключевой для данного стихотворения.

Мы проанализировали два лирических текста, в одном из которых употребляются только формы НСВ, а в другом - только формы СВ. Теперь посмотрим, как формы НСВ и СВ прошедшего времени взаимодействуют в пределах одного текста. Для примера возьмем стихотворение «Зимняя замкнутость», относящееся к этому же периоду творчества Б.А. Ахмадулиной. В нем вычленяется самое большое по сравнению с другими стихотворениями этого периода число форм прошедшего времени

- 50: 29 форм СВ и 21 форма НСВ (жила, был, охраняли, несла, оставалось, не гостил, царил, проходил, белел, дребезжал, приезжал, боялась, говорила, знал, не бывало, падал, падал, был, влекла, серебрился, был). Среди форм СВ обнаруживаем 19 форм аориста (побывал, уместилось, спросила, ответила, прошел, исцелил, выпустил, сказал, сказала, похвалился, объяснила, закричал, спросила, не побрезговал, поклонилась, засмеялся, умерла, подумала, сказала) и 10 форм перфекта (занес, возник, осталось, продрог, ушибся, явился, стало (меньше), свела, подтвердил, открылась). В основном в данном стихотворении представлены акциональные глаголы, поскольку повествование в стихотворения постоянно движется. Для начала стихотворения не случайно выбраны две аористные формы прошедшего (гость побывал, снег занес): употребление форм аориста позволяет представить цепочку последовательно сменяющих друг друга действий (в тексте стихотворения важна их последовательность - одно произошло в январе, а другое - в феврале).

Здесь важно соотношение (противопоставление) имперфектного жила лирической героини (неопределенная длительность во времени) и аористного неожиданного, точечного появления гостя (внезапно возник, прошел через стенку).

Далее стихотворение становится близким к диалогу, диалог ведут главная героиня и ее гость. Причем в данном тексте явно противопоставлены скованная замкнутость лирической героини (жила взаперти, снега охраняли дверь) и динамичная последовательность движений гостя (не гостил, а царил):

Странный гость - он в гостях не гостил, а царил.

Он огнем исцелил свой промокший цилиндр, из-за пазухи выпустил свинку морскую..

Далее в тексте гость похвалился, закричал, засмеялся, подтвердил. Все это формы прошедшего

- в значении аориста.

В данном стихотворении формы имперфекта в основном рисуют фон повествования:

Снег все падал и падал, не зная убытка.

И влекла петербургская кожа калош след - лукавый и резвый, как будто улыбка.

Причем формы НСВ могут вторгаться в область употребления форм СВ в повествовательной функции [9. С. 53].

Формы прошедшего перфектного в основном выступают в речи, в диалоге гостя, хотя встречаются и в недиалоговой ткани текста. Но и в диалоге, и в основном тексте формы перфекта указывают на результат действия, а само повествование двигают формы аориста (прошел, исцелил, выпустил), что характерно только для первой части текста. Далее формы аориста используются в авторском слове перед прямой речью: я сказала, странный гость подтвердил и т.д. То есть, если в прямой речи употребляется настоящее время или перфект, аористная форма предшествует им, находится в препозиции.

На периферии поля темпоральности прошедшее время выражено формами полных причастий прошедшего времени СВ (вбитый, замурованном, взращенный, промокшие, промокший, закрытая) и кратким причастием (приготовлен). Кроме того, в данном тексте обнаруживаются лексические показатели прошедшего времени: а вчера колокольчик в полях дребезжал; и давно уж собака моя умерла. Эти конструкции в некотором роде замедляют повествование, поскольку в них речь идет о событиях, не связанных с основным ходом событий. Они уводят нас в сторону, являются некими лирическими отступлениями в тексте.

Итак, мы проанализировали «раздельное» употребление форм СВ и НСВ, а также их совместное функционирование в пределах одного текста.

Отметим, что прошлое на линии субъекта отражается в имперфектном значении форм прошедшего НСВ в изобразительной функции. В нем воспроизводится само течение времени в прошлом без перехода в настоящее [8. С. 89].

Формы же СВ в самой своей семантике содержат динамику и временную перспективу: «Каждый раз, когда некоторое событие описывается с помощью глагола СВ, повествователь должен продвинуться вперед во времени, чтобы обеспечить ретроспективную точку отсчета для этого события». [7. С. 362].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Арутюнова Н.Д. Время: модели и метафоры // Логический анализ языка. Язык и время / отв. ред. Н.Д. Арутюнова, Т.Е. Янко. М.: Индрик, 1997. 352 с.

2. Бондарко А.В. Основы функциональной грамматики: языковая интерпретация идеи времени. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1999. 260 с.

3. Гийом Г. Принципы теоретической лингвистики. М.: Издат. группа «Прогресс»; «Культура», 1992. 218 с.

4. Золотова Г.А. Коммуникативная грамматика русского языка / Г.А. Золотова, Н.К. Онипенко, М.Ю. Сидорова. М.: Ин-т рус. языка им. В.В. Виноградова РАН, 1998. 528 с.

5. Николина Н.А. Категория времени глагола // Поэтическая грамматика. Т. 1 / отв. ред. И.И. Ковтунова, Н.А. Николина. Е.В. Красильникова. М.: Изд. центр «Азбуковник», 2005. 429 с.

6. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. М., 2007. 938 с.

7. Падучева Е.В. Семантические исследования: семантика времени и вида в русском языке; семантика нарратива. М.: Языки славянской культуры, 2011. 480 с.

8. Поспелов Н.С. Мысли о русской грамматике. М.: Наука, 1990. 182 с.

9. Проблемы функциональной грамматики. Категории морфологии и синтаксиса в высказывании / под ред. А.В. Бондарко. СПб.: Наука, 2000. 346 с.

10. Русская грамматика: в 2 т. Т. 1: Фонетика. Фонология. Ударение. Интонация. Словообразование. Морфология / редкол.: Н.Ю. Шведова (гл. ред.) и др. М.: Наука, 1980.

11. Шелякин М.В. Функциональная грамматика русского языка. М.: Рус. яз., 2001. 288 с.

Поступила в редакцию 20.03.13

ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

T. V.Kuzmina

Past tense in B.A. Akhmadulina’s poetry

The article deals with the realization of past tense in B.A. Akhmadulina's poetic texts of the second period of her creative work. In most of her poems of said period the forms of past tense are dominating forms.

Keywords: past tense, imperfect, perfect, poetry of B.A. Akhmadulina.

Кузьмина Татьяна Викторовна, аспирант Kuzmina T.V., postgraduate student

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» Udmurt State University

426034, Росссия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 2) 462034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/2

E-mail: takan87@yandex.ru E-mail: takan87@yandex.ru