Процессы региональной интеграции в мировой экономике

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 6. ЭКОНОМИКА. 2007. № 2

ЭКОНОМИКА ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН

А.А. Бойченко

ПРОЦЕССЫ РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ

В МИРОВОЙ ЭКОНОМИКЕ

Во второй половине XX в. в результате беспрецедентного усиления интернационализации хозяйственной жизни сформировались две основные тенденции, определяющие современное развитие мировой экономики, — глобализация и международная интеграция (международное интегрирование). По определению одного из основоположников отечественной школы интеграционных исследований, Ю.В. Шишкова, «глобализация — это новое качество интернационализации на стадии предельно возможного развития ее вширь, а интеграция — наивысшая ступень ее развития вглубь»1. «Международное интегрирование — это наивысшая на сегодня ступень интернационализации, когда нарастающая взаимозависимость двух или нескольких стран переходит в сращивание национальных рынков товаров, услуг, капиталов и рабочей силы и формирование целостного рыночного пространства с единой валютно-финансовой системой, единой в основном правовой системой и теснейшей координацией внутри- и внешнеэкономической политики соответствующих государств»2. В настоящее время в силу сохранения глубоких качественных различий в уровне социально-экономического развития и специфики национальных интересов членов мирового сообщества международная интеграция ограничена пределами определенных регионов мира, что обусловливает широкое использование термина «региональная интеграция» (или «регионализация», «регионализм»3) при обозначении данной формы интернационализации.

Региональная интеграция как процесс находится в сложном, неоднозначном, противоречивом взаимодействии с глобализа-

1 Шишков Ю.В. Интеграционные процессы на пороге XXI века: Почему не интегрируются страны СНГ. VI.. 2001. С. 17.

2 Там же.

3 Понятие «региональная интеграция» относится к числу тех, которые имеют несколько различных аспектов и допускают разные интерпретации. В контексте проблематики международного интегрирования термины «региональная интеграция», «регионализм» и «регионализация» употребляются как взаимозаменяемые, поэтому далее они используются как синонимы.

цией мировой экономики. Несмотря на определенное сходство предпосылок, объективных основ и движущих сил развития этих явлений, соотношение между регионализацией и глобализацией мирового хозяйства имеет характер диалектической взаимозависимости. С одной стороны, движимая научно-техническим прогрессом и прежде всего информационной революцией, питаемая идеями неолиберального толка, глобализация устраняет препятствия на пути свободного перемещения товаров, услуг, капиталов, миграционных потоков. Одним из таких препятствий является неоднородность пространственно-хозяйственных структур, порождаемая региональными объединениями. С другой стороны, вот уже более полувека динамичное развитие и усложнение интеграционных образований является фактором, цементирующим региональные связи национальных экономик, ограничивая их обмен с так называемым «остальным миром». Таким образом, международное интегрирование и глобализация мирохозяйственных отношений — явления хотя и противоречивые, но сосуществующие, и в ближайшем будущем мир, очевидно, будет свидетелем их острого противоборства.

В этой связи заслуживает внимания цивилизационный подход видного теоретика международной экономической интеграции Л.И. Глухарева к исследованию интеграционных процессов, в соответствии с которым духовным, морально-нравственным стержнем и пределом интеграционных союзов является цивилизация. Через религию, культуру, особенности быта и мировоззрения цивилизации воздействуют на социально-политические модели как государств, так и интеграционных союзов и могут как форсировать, так и тормозить интеграционные процессы, обусловливая стратегию как сближения, так и разъединения. На определенном историческом этапе могут совпадать экономический и политический векторы развития, но в то же время они могут расходиться с цивилизационным сознанием и мировоззрением, что и создает проблему конфликта, идеологическое и религиозное противостояние4. Такой подход допускает предположение, что в XXI в. региональная интеграция может явиться альтернативой глобализации, определенной тенденцией неоизоляционизма региональных блоков, т.е. деглобализацией.

Многоплановость проблемы соотношения интеграционных и глобализационных процессов проявляется в том, что в теории вопроса допускается, а в реальной жизни нередко происходит

4 См. подробнее: Европа перемен: концепции и стратегии интеграционных процессов / Под ред. Л.И. Глухарева. VI.. 2006; Общеевропейский процесс и гуманитарная Европа: Роль университетов / Под ред. Л.И. Глухарева, В. Страды. VI.. 1995.

создание глобальных экономических структур посредством укрупнения «строительного материала» — национальных хозяйств посредством их объединения в региональные группировки. В результате такого объединения формируются более конкурентоспособные территориальные образования, имеющие более диверсифицированный и востребованный потенциал участия в международном разделении труда. «Объединение отдельных, ранее более или менее разрозненных стран в региональные интеграционные блоки способствует "сцеплению" — через взаимодействие этих группировок — всех основных участников мирохозяйственных отношений, — отмечает B.C. Паньков. — При этом отдельные интеграционные группировки выступают как члены влиятельных глобальных экономических организаций. Так, не только отдельные страны ЕС, но и Евросоюз как международная организация являются членами ВТО. Это способствует интенсификации процесса либерализации мировой торговли в рамках ВТО, т.е. содействует процессу глобализации в целом»5.

Представляется поэтому целесообразным различать, как это предлагает В.В. Михеев, открытый и закрытый регионализм. «Открытый регионализм, — отмечает этот известный исследователь, — рассматривающий экономическое развитие и интеграционное взаимодействие стран данного региона в контексте развития мировой экономики, находится в русле экономической глобализации, служит своеобразной предпосылкой, этапом, предшествующим глобализации мировой экономики. Регионализм закрытый, напротив, противодействует глобализации. Нацелен на защиту исключительно данного конкретного региона от негативных последствий глобализации. Представляет собой расширенную до региональных пределов автаркическую политику "опоры на собственные силы"»6.

В современных условиях активизации интеграционных процессов происходит обновление старых и возникновение новых интеграционных группировок, диверсификация их организационных форм, эволюция от более простых к более сложным интеграционным моделям. Разнообразие интеграционных форм позволяет большинству государств независимо от их положения в мире, потенциала и уровня развития находить свое место в этих процессах. Мировые и региональные державы видят в интеграции мощный инструмент своего политико-экономического доминирования;

3 Паньков B.C. Глобализация экономики: вызовы и ответы Германии // Экономика XXI века. 2005. № 6. С. 86.

6 Глобализация и крупные полупериферийные страны // Научные доклады. Вып. 1. VI.. 2003. С. 213.

развивающиеся страны рассматривают ее как возможность укрепления своих позиций на мировой арене и лучшей защиты национальных интересов в условиях глобализации мировой экономики.

Реальное интегрирование той или иной группы стран становится возможным лишь тогда, когда эти страны достигают необходимого уровня интеграционной зрелости7. «В экономике это достаточно высокий уровень развития обрабатывающей промышленности, обеспечивающий широкую диверсификацию экспортно-импортных операций страны и глубокую вовлеченность ее в международное разделение производственного процесса, и хорошо развитая финансовая инфраструктура. В политике — прочно устоявшаяся демократия с четким разделением властей и верховенством закона, что делает предсказуемым поведение страны на международной арене и обеспечивает ей необходимую степень доверия со стороны партнеров по блоку»8. Подлинная интеграция возможна лишь при наличии полного доверия интегрирующихся государств, поскольку она сопряжена с неизбежным, пусть даже частичным, растворением национальных государственных и правовых институтов в более широкой межгосударственной или даже надгосударственной структуре.

Первые межгосударственные объединения интеграционной направленности появились еще в 50-е гг. XX в. Однако в последние десятилетия на фоне нарастающей глобализации процессы международного экономического интегрирования заметно эволюционировали и приобрели новые черты, среди которых, в частности, можно отметить тенденцию к укрупнению интеграционных объединений и появление моделей разноскоростной интеграции.

Региональные экономические группировки больше не являются «закрытыми крепостями». Они открыты для новых участников, и не только формально, что подтверждается на практике. Более того, современная модель региональной интеграции, так называемый «новый регионализм», открывает возможность экономического интегрирования стран с большой дифференциацией уровней развития экономик. Менее развитые в экономическом отношении страны вовлекаются в интеграционные блоки высокоразвитых государств. Так, НАФТА объединяет США, Канаду и Мексику, АТЭС— индустриальные, новые индустриальные и развивающиеся страны. В результате двух последних расширений ЕС (в 2004 и

7 Подробнее см.: Шишков Ю.В. Интеграционная зрелость — непременное условие сращивания национальных экономик // Россия и СН Г в новейших европейских интеграционных процессах. VI.. 2003.

8 Шишков Ю.В. Отечественная теория региональной интеграции: опыт прошлого и взгляд в будущее // МЭиМО. 2006. № 4. С. 59.

2007 гг.) в этот блок вошли в большинстве своем страны, значительно отстающие от государств Западной Европы по уровню своего экономического развития. В новых интеграционных объединениях формируется плотное ядро из наиболее развитых стран, которые, являясь мотором интеграции, оказывают существенную помощь (финансовую, технологическую и др.) менее развитым странам в целях «экономической конвергенции» — «подтягивания» уровня их социально-экономического развития к уровню более развитых стран и ускорения их адаптации к условиям жесткой конкуренции внутри такого интеграционного блока. Одной из важных задач интеграционного регионализма является создание благоприятных условий для трансформации технологически отсталых стран-членов, укрепления их конкурентоспособности и их интеграции в мировую экономику.

В начале прошлого десятилетия обозначилась тенденция формирования так называемой «сетевой» модели интеграции, развивающейся пока в виде зон свободной торговли (ЗСТ) и охватывающей созревшие для интегрирования страны независимо от того, являются ли они соседями или расположены на разных континентах и отдалены друг от друга многими тысячами километров9. Необходимо также подчеркнуть определенную мобильность образующих интеграционные союзы субъектов — государств, зачастую одновременно участвующих более чем в одном региональном интеграционном объединении. Так, трансатлантическое измерение имеет соглашение о ЗСТ Мексики с Евросоюзом (2000 г.), а также с ЕАСТ (2001 г.); Чили с ЕС (2003 г.) и ЕАСТ (2004 г.); Южной Африки с ЕС (2000 г.); ЮАР с МЕРКОСУР (2000 г.). На протяжении последних нескольких лет ведутся переговоры о заключении аналогичного договора между ЕС и МЕРКОСУР. Однако пока трудно оценить, какое развитие в ближайшем будущем получит сетевая модель интеграции и будет ли она альтернативой ее региональной модели.

В настоящее время самым зрелым интеграционным объединением в мире является Европейский союз, который сумел путем постоянных поисков и ценой ошибок выработать, по существу эталонную модель международной экономической интеграции. Европейский союз — это проект, до сих пор не имеющий аналогов ни на одном континенте. Он выступает в качестве модели международной экономической интеграции, отличительной чертой которой является сознательный отказ стран-участниц от части национального суверенитета в пользу наднационального регулирования. На протяжении 90-х гг. минувшего столетия и в начале

9 Там же. С. 62—63.

нынешнего века наблюдается процесс укрепления позиций наднациональных органов Европейского союза, прежде всего Европейского парламента и Европейской комиссии. За указанный период правовое пространство деятельности этих структур расширилось весьма существенно.

Сейчас Европейский союз представляет собой гигантский экономический блок, в 27 странах которого проживает около 490 млн человек. Его совокупный ВВП составляет более четверти мирового. На Евросоюз также приходится около одной пятой мирового экспорта и столько же импорта.

За последние годы важнейшим институциональным экономическим изменением в ЕС стало образование Экономического и валютного союза (ЭВС)10. Внутри ЭВС экономический и валютный элементы интеграции тесно взаимосвязаны и взаимообусловлены. Для формирования единого экономического пространства11 на территории всех участников ЭВС проводится общая экономическая политика, а валютный союз, обслуживая это пространство, зиждется на выполнении единых требований к странам—членам союза в отношении национальных темпов инфляции, процентных ставок по долгосрочным кредитам, бюджетного дефицита, уровня государственной задолженности и динамики обменного курса валюты.

В рамках ЭВС его участники добровольно делегируют единым органам ЕС ряд суверенных прав. Так, Европейским центральным банком (ЕЦБ) и Европейской системой центральных банков (ЕСЦБ) проводится единая (наднациональная) денежно-кредитная политика и функционирует единая европейская валюта — евро. Важнейшей задачей ЕЦБ является обеспечение устойчивости денежного обращения и стабильная ценность денег, которая выражается прежде всего в показателях инфляции. Свидетельством успешности единой денежной политики, проводимой ЕЦБ, явилось обеспечение доверия к евро, укрепление его позиций в мировой экономике. Евро стал одной из сильнейших валют в мире, вполне конкурентоспособной с долларом. Растет количество привязанных к евро валют. К настоящему времени более полу-

10 Участниками валютного союза (члены еврозоны, единая денежная единица которых — евро) пока являются только 13 из 27 стран ЕС.

1 Понятие единого экономического пространства впервые было официально определено в подписанном 2 мая 1992 г. Соглашении о создании Европейского экономического пространства между ЕС и ЕАСТ. Под «однородным европейским экономическим пространством» подразумевается: свободное передвижение товаров, лиц, услуг, капиталов, а также соблюдение правил конкуренции и тесное сотрудничество в других областях, таких, как научно-техническое развитие, экология, образование и социальная политика.

сотни стран вне еврозоны, имеющих с ней тесные торговые и финансовые отношения, так или иначе ориентируются в своих валютных режимах на евро. Все чаще звучит идея так называемой евросферы, сторонники которой включают в это понятие не только ЕС в составе 27 государств плюс 2 государства-кандидата (Турция и Хорватия), но и страны СНГ, Ближнего Востока, Северной Африки и даже государства южнее Сахары (всего более 100 стран)12.

В то же время финансовая политика осталась прерогативой национальных правительств, которые через государственный бюджет и социальные фонды перераспределяют в среднем 48—50% ВВП (этот показатель колеблется от 34,4% в Ирландии до 58,3% в Швеции)13. Существование общего бюджета ЕС, несмотря на его значимость для аграрной и региональной политики, все же пока не позволяет говорить о наличии полноценной финансовой политики Евросоюза, тем более что величина бюджета ЕС законодательно ограничена и не превышает 1,27% совокупного ВВП стран-участниц. Финансовая политика в ЭВС пока сводится к мониторингу и рекомендациям со стороны органов Евросоюза. Задача сближения налоговых систем и уровней налогообложения в странах—участницах ЭВС пока не является приоритетной, однако необходимость координации финансовой (бюджетной и налоговой) политики стран ЭВС становится все более настоятельной14.

При этом очевиден риск возникновения определенных проблем, связанных с координацией налоговой политики. Согласно выработанному несколько лет тому назад подходу, косвенные налоги полностью остаются в ведении национальных правительств, и вопрос об их гармонизации не поднимается. В то же время органы ЕС имеют право следить за политикой стран в области прямого налогообложения, с тем чтобы она не приводила к налоговому демпингу (с помощью которого обычно стимулируют приток иностранных инвестиций) и не мешала нормальному функционированию единого внутреннего рынка ЕС. Главная проблема здесь заключается в том, что решения по налоговой политике принимаются единогласно. При подготовке Ниццкого договора (2000 г.) Совет прилагал все свои усилия к попытке отнести данную область к числу вопросов, по которым решения выносятся квалифицированным большинством, однако он потерпел неудачу. В результате расширения ЕС становится все труднее находить

12 Современная Европа. 2006. Nb 6. С. 141.

13 См.: Гутник В.Л. Европейский экономический и валютный союз: предварительные итоги и перспективы развития // МЭиМО. 2005. Nb 5. С. 5.

14 Там же. С. 6.

компромисс в такой чувствительной области, как налогообложение, когда каждая из 27 стран — членов ЕС, по сути, имеет право вето15.

На рубеже XX—XXI вв. Европейский союз, объединяющий подавляющее число европейских стран, столкнулся с вызовами растущей глобализации и одновременно с необходимостью внутренней модернизации и проведения достаточно глубоких реформ в ряде сфер. Проблема адаптации ЕС к новым условиям усложняется его пространственным расширением и одновременной реализацией курса на углубление интеграции. В ближайшие годы Евросоюзу предстоит решать ряд сложнейших задач, к числу которых относятся: устранение еще существующих препятствий, затрудняющих функционирование как единого внутреннего рынка, так и Экономического и валютного союза; проведение реформы институтов ЕС, призванной обеспечить их действенность после расширения Союза; адаптация к новым реалиям как самого Евросоюза, так и новых членов без потери достижений предшествующего периода; завершение перехода к общему пространству свободы, безопасности и правопорядка; а также к общей внешней политике и политике безопасности и обороны.

В марте 2000 г. на Лисабонском саммите был принят один из наиболее амбициозных социально-экономических проектов ЕС, получивший название Лисабонской стратегии. Его целью являлось создание к 2010 г. наиболее конкурентоспособной и динамичной экономики в мире, основанной на передовых знаниях, при сохранении западноевропейских ценностей, обеспечении гармоничности экономического развития и повышении социальной сплоченности общества.

Объективной причиной разработки Лисабонской стратегии наряду с внутренними социально-экономическими проблемами ЕС (сложная депрессивная экономическая и социальная обстановка в большинстве стран ЕС-15, необходимость реформирования институциональной структуры, старение населения, сокращение рождаемости, легальный и нелегальный приток мигрантов из Северной Африки, с Ближнего Востока и из Турции) явилось обострение на рубеже веков мирохозяйственной конкуренции и ослабление позиций ЕС в мировом хозяйстве. В числе главных причин отставания Евросоюза — более низкие темпы коммерциализации достижений НТП в ЕС и повышение курса евро по отношению к основным валютам мира. Согласно оценке Французского института международных отношений, при сохранении существующих

13 Расширение Европейского союза и Россия / Под ред. О.В. Буториной,

Ю.А. Борко. VI.. 2006. С. 128.

тенденций к неуклонному ослаблению позиций экономики Евросоюза в мировом хозяйстве в результате утраты ею необходимой динамики, гибкости, инновационности, а значит, и международной конкурентоспособности, к 2050 г. 45% мирового ВВП будет производиться в Китае, 31 — в США и только 17% — в Европейском союзе. Доли Китая, США и Европейского союза в мировой торговле составят соответственно 51, 17 и 17%. Политические последствия этих сдвигов очевидны16.

С целью преодоления сложившейся ситуации в Лисабонской стратегии были сформулированы ключевые направления модернизации западноевропейской экономической системы и социальной модели.

В первую очередь страны ЕС выдвинули цель — преодолеть отставание от США по основным параметрам экономического развития, для чего в Лисабоне были поставлены задачи повышения к 2010 г. темпов экономического роста до уровня не менее 3% в год, увеличения инвестиций в науку и технологии до 3% ВВП, повышения квоты занятости до 70% и т.д.

Однако выполнение стратегии шло крайне медленно, и к 2004 г. она оказалась на грани срыва. Неуспех был главным образом обусловлен недостаточной ответственностью национальных государств за внедрение единогласно принятой программы. Весной 2004 г. Совет ЕС утвердил специальный план экстренных мероприятий по спасению Лисабонской стратегии. В ноябре того же года Группа высокого уровня под руководством бывшего премьер-министра Нидерландов Вима Кока подготовила доклад, в котором проанализировала неутешительные промежуточные итоги и наметила пути актуализации программы17, в том числе отказ от нереалистичных целей и сосредоточение на пяти ключевых группах мер:

1) в области научных исследований и конструкторских разработок — привлечение в Европу ученых высокого уровня со всего мира и ликвидация препятствий, мешающих им обосноваться и работать в Европе;

2) в сфере законодательства — снятие препон на пути свободного обращения услуг, в том числе финансовых, внутри ЕС;

3) в сфере предпринимательства — ограничение административных рычагов регулирования бизнеса;

4) в сфере занятости — разработка стратегии пожизненного обучения и ясной стратегии действий в условиях старения населения;

5) в сфере экологии — исследование и активное внедрение экологических инноваций, выработка европейского плана дейст-

16 Современная Европа. 2005. N° 5. С. 27.

17 Расширение Европейского союза и Россия. С. 374.

вий по «технологии окружающей среды» для обеспечения устойчивого развития.

В феврале 2005 г. была учреждена группа по вопросам продвижения Лиссабонской стратегии, которую возглавил лично председатель Европейской комиссии Жозе Мануэль Дурау-Баррозу. На состоявшемся в конце марта 2005 г. саммите Европейского союза было подтверждено решение о сужении стратегического фокуса программы: постановлением саммита в качестве основных задач Лисабонской стратегии были оставлены экономический рост (достижение показателя 3% в год) и создание рабочих мест (6 млн к 2010 г.), а также были сохранены три главных направления реформ — экономика, социальная сфера и экология. Принципиальным новшеством стал перенос центра тяжести на национальный уровень и переход на трехлетний цикл планирования: было решено придать новый импульс реализации целей Лисабонской стратегии путем составления трехгодичных национальных программ по ее внедрению. Постановления последнего, весеннего саммита 2006 г. наряду с сохранением установок предыдущего года предусматривают, в частности, увеличение инвестиций в образование, развитие социальной инфраструктуры и проработку вопроса внедрения в Евросоюзе концепции «Иехюигку», которая была разработана и реализована в Дании и других северных странах совместно с социальными партнерами и имела успешные результаты в сфере повышения занятости. Эта концепция объединяет политику упрощения условий найма и увольнения работников с высоким уровнем социальной защиты, а также с обязанностью и юридическим правом безработных на повышение профессиональной квалификации.

Уверенности в том, что Лисабонскую стратегию удастся полностью реализовать в означенный срок, сейчас нет. Тем не менее страны ЕС не собираются совсем отказываться от ее внедрения, поскольку она содержит немало полезных шагов, направленных на приспособление Европы к условиям глобализации. Программа остается на повестке дня в качестве одного из основных направлений интеграционной деятельности, подчеркивая необходимость сохранить равновесие между экономической составляющей, социальными аспектами и защитой окружающей среды.

Европейский союз также переживает и конституционный кризис. Как известно, 29 октября 2004 г. в Риме главы 25 государств и правительств, входящих в Евросоюз, подписали текст первой единой Конституции ЕС (подписанный текст называется Договор, учреждающий Конституцию для Европы). Будущий основной закон объединяет и заменяет собой основополагающие договоры, которые были этапными на пути интеграции и которыми Европейский союз руководствовался последние 47 лет. Однако это не

означает, что Конституция вступила в силу со дня ее подписания: она должна быть ратифицирована в национальных парламентах (в некоторых странах на референдумах) всех стран — членов ЕС. В полном объеме все положения Европейской Конституции должны войти в действие только в 2014 г.18 Проведенные в начале лета 2005 г. во Франции и Нидерландах референдумы по вопросу ратификации Конституционного договора дали отрицательный результат. Во Франции против принятия Конституции проголосовало 54,9%, в Нидерландах — 61,6%. Обсуждение Европейской Конституции и демонстрация негативного отношения к ней во Франции и Нидерландах высветили как политические и экономические просчеты руководства ЕС и некоторых стран, входящих в Союз, так и приверженность Европы выбранному курсу на интеграцию. Результаты референдума отразили трудности интеграции. Своими голосами против жители этих двух стран выразили страх перед ростом безработицы, притоком дешевой рабочей силы из Восточной Европы, перед созданием новых каналов для наркотрафика и незаконной иммиграции, дальнейшей исламизацией христианской Европы. Отрицательная реакция проявилась по отношению к идее федерализма в качестве скорой реальной перспективы, усилению унификации и регламентации повседневной жизни. Расширение ЕС в 2004 г. расшатало социально-экономический фундамент Евросоюза, усилив опасения населения за свое материальное положение и уровень социального обеспечения. Внутренние социальные реформы, проводимые в таких странах ЕС, как Германия, Франция, Италия, вызвали социальные конфликты и массовые выступления, которые фактически слились с протестами «евроскептиков», выступивших против Конституции и дальнейшего расширения Союза. Это позволяет рассматривать итоги референдумов во Франции и Нидерландах не только как выступление против политики ЕС, но и как голосование против политики собственных правительств19. Предсказать судьбу Конституции сегодня трудно. Несмотря на все сложности, со временем Конституция будет принята, но, вероятно, в модифицированном виде. Позитивные результаты конституционного референдума в июле 2005 г. в Люксембурге свидетельствуют о продолжении процесса принятия Конституции. Вне зависимости от конечной судьбы нынешнего проекта Конституции ЕС представляется неизбежной постепенная концентрация власти в наднациональных органах Евросоюза в будущем.

18 Современная Европа. 2004. № 3. С. 25.

19 Там же. С. 21, 25, 27.

Неоднозначна текущая оценка итогов вступления в ЕС десяти новых государств20 в 2004 г. с позиций Сообщества в целом. Евросоюз получил достаточный прирост ресурсов и увеличил свою трансграничную зону. В то же время следует отметить, что экономический потенциал данного, пятого этапа расширения ЕС наименьший за всю его историю. К тому же низкий уровень доходов в странах ЦВЕ ограничивает емкость новых рынков и объем совокупного спроса. Расширение ЕС одновременно возлагает на него новые дополнительные обязательства. Осложняется задача поддержания единого темпа интеграции, выполнение Лисабонской программы, более громоздким становится аппарат управления, затрудняется процесс принятия решений и разработки единого курса.

Пятое расширение ЕС существенно отличается от предыдущих как по количественным, так и по качественным параметрам21. Впервые численный состав Евросоюза возрос почти вдвое. Это создает непомерную нагрузку на институциональную систему ЕС. Еврозона стала структурой, объединяющей меньшинство стран — участниц ЕС. В прошлом в состав Сообщества вступали государства с идентичными моделями политического и социально-экономического устройства, тогда как из десяти присоединившихся в 2004 г. стран восемь ранее не развивались на основе западноевропейской социально-экономической модели и не принадлежали к западноевропейской системе безопасности. Впервые в Евросоюз вступили государства с очень существенным отставанием в уровне экономического и социального развития. В новых странах-членах (исключая Кипр и Мальту) далеко не закончено формирование эффективной рыночной экономики, правового государства и гражданского общества. Несмотря на фундаментальные сдвиги, произошедшие в постсоциалистических странах — членах ЕС и свидетельствующие о создании в них основ современной рыночной экономики, большинство новых участников Евросоюза пока не отвечает западноевропейским политическим и экономическим стандартам. По величине ВНД22 на душу населения между ЕС-15 и ЕС-8 продолжает оставаться «дистанция огромного размера»,

20 1 мая 2004 г. членами ЕС юридически стали Венгрия, Польша, Чехия, Словакия, Латвия, Литва, Эстония, Словения, Кипр и Мальта.

21 См. подробнее: Борко ЮЛ. Расширение и углубление европейской интеграции // МЭиМО. 2004. С. 15-29.

22 В последние годы Всемирный банк, как и некоторые другие международные организации, в своих публикациях стали именовать валовой национальный продукт (ВНП) валовым национальным доходом (ВНД) (см.: Паньков B.C. Постсоциалистические страны — члены ЕС: конец трансформации? // Мир перемен. 2005. N° 2. С. 121).

6 ВМУ, экономика, № 2

81

несмотря на то что вступлению этих стран в ЕС предшествовал подготовительный период, продлившийся для большинства из них около 11 лет. Лишь Словения, в которой объем ВВП на душу населения составляет 78% от среднего уровня для ЕС и приблизительно соответствует показателям Греции и Португалии, при сопоставлении с ЕС-15 выглядит более или менее убедительно.

Новые страны — члены ЕС стали участниками экономической части ЭВС, поскольку общая экономическая политика, за минимальными исключениями, распространяется на все государства Евросоюза. Одновременно эти страны, кроме Словении23, находятся в стороне от валютной составляющей ЭВС. Для интеграции ЕС-7 в зону евро этим странам необходимо привести свои показатели в соответствие с критериями Пакта стабильности и роста. Так, дефицит госбюджета в большинстве ЕС-7 составляет 6—11% ВВП, тогда как по Пакту стабильности и роста он должен укладываться в лимит 3%24. Как известно, Пакт стабильности и роста (позднее переименованный в Пакт стабильности, занятости и роста) был принят в июне 1997 г. на сессии Европейского совета в Амстердаме. Пакт предложила в 1995 г. Германия, которая опасалась, что отдельные страны, вступив в валютный союз, перестанут соблюдать бюджетную дисциплину и таким образом нанесут ущерб позициям единой валюты. Впоследствии именно Германия оказалась главным нарушителем Пакта. Согласно Пакту стабильности и роста, участники валютного союза обязуются сводить госбюджет с положительным или нулевым сальдо. Если дефицит превысит 3% ВВП, страна обязана исправить положение в течение года. В противном случае ей будет предписано внести беспроцентный депозит в размере от 0,2 до 0,5% ВВП, который подлежит возврату, если дефицит устраняется в течение двух лет. В противном случае депозит преобразуется в безвозвратный штраф, а провинившееся государство должно внести новый депозит, и так вплоть до устранения неоправданного дефицита. Пакт допускал возможность превышения лимита бюджетного дефицита лишь в том случае, если это превышение является исключительным и временным, следствием непредвиденного события, неподконтрольного государству-члену, например необычно глубокого экономического кризиса (снижение ВВП на 2% и более)25.

Строгое следование положениям европейского Пакта стабильности и роста представляло существенную проблему при координации бюджетной политики. Пять стран из двенадцати (Германия,

23 С 14 января 2007 г. в Словении введен евро.

24 Мир перемен. 2005. № 2. С. 129.

25 См.: Шемятенков В.Г. Европейская интеграция. VI.. 2003. С. 150.

Франция, Португалия, Италия и Греция) уже нарушали (и некоторые неоднократно) требования Пакта. Например, за период с 2000 по 2003 г. бюджетные дефициты в Германии и Франции увеличились с 1 до 3,75 и с 1,5 до 3,5% соответственно26.

Саммит Евросоюза, состоявшийся весной 2005 г., утвердил реформу Пакта стабильности и роста, которая явилась его логичной адаптацией к нынешним сложным экономическим условиям и возможностям ЕС. Основные ограничительные рамки в Пакте были сохранены, однако он стал более гибким, в частности, было введено понятие «особые обстоятельства», в связи с которыми страны могут временно выходить за установленные пределы бюджетного дефицита без штрафных санкций и т.д.

В Европейском союзе все интенсивнее идут процессы дифференциации. Сразу после последнего расширения в Союзе возникла «зона региональной политики», которая будет в полном объеме распространена на новые государства-члены лишь после 2014 г.; новые государства-члены не являются полными участниками Шенгенских соглашений; для новых членов действуют ограничения в отношении свободного передвижения трудящихся и т.д.27

Известный ученый-европеист Ю.А. Борко отмечает, что большинство экспертов европейской интеграции сходятся во мнении, что неоднородность (гетерогенность) Евросоюза резко возрастает, причем «по нескольким параметрам: размерам (большие и малые страны), уровням экономического развития (высоко- и среднеразвитые национальные хозяйства), состоянию систем рыночной экономики и демократии (зрелые и формирующиеся системы), географическому положению государств-членов (Северный, Западный, Южный и Центральный регионы Европы). Страны с одинаковыми или близкими параметрами, тем более если речь идет не об одном, а о двух-четырех параметрах, тяготеют друг к другу и способны объединяться в устойчивые группировки или временные коалиции на основе общих интересов и задач. В случае возникновения неблагоприятных условий разрыв в уровнях развития и дифференциация национально-государственных интересов могут привести к тому, что центробежные тенденции возобладают над центростремительными, а в кризисной ситуации ЕС может расколоться на несколько региональных группировок или полностью «дезинтегрироваться»28.

ЕС руководствовался главным образом политическими, а не экономическими соображениями, принимая решение о приеме

26 МЭиМО. 2005. № 5. С. 6, 11.

27 Современная Европа. 2005. N° 3. С. 40—42.

28 Расширение Европейского союза и Россия. С. 38—39.

стран ЦВЕ в Союз. Расширение — политический императив для ЕС. Процесс расширения Евросоюза не закончился. 1 января 2007 г. в него вступили Болгария и Румыния. 3 октября 2005 г. начались переговоры о вступлении Турции в ЕС. Евросоюз намерен также рассмотреть кандидатуры Албании, Боснии, Македонии, Сербии, Хорватии (Хорватия уже зарегистрирована в качестве государства-кандидата) и Черногории. ЕС является центром притяжения для большинства стран СНГ. Растет интерес Украины, Молдовы29 и трех стран Закавказья — Грузии, Армении и Азербайджана — к экономическому и политическому объединению с Европейским союзом. На саммите ЕС в апреле 2006 г. в Брюсселе было принято решение заморозить дальнейшее расширение Евросоюза до решения к 2009 г. вопроса о его Конституции. Провал принятия единой Конституции ЕС еще не означает поражения данного проекта, поэтому не стоит недооценивать перспективы развития Европейского союза. Представляется, что механизм европейской экономической интеграции, несмотря на сложности и противоречия, обладает высокими адаптационными возможностями.

На Американском континенте интеграционные процессы развиваются в иной форме, нежели в Западной Европе. Сращивание национальных хозяйств с разной степенью успеха проходит в рамках зон свободной торговли — Североамериканской и Латиноамериканской. Здесь государства не отказываются даже от малой части своего суверенитета в пользу какого-либо наднационального органа, но при этом следуют принятым на себя обязательствам по устранению таможенных барьеров на пути межстранового перемещения товаров и услуг и либерализации режимов миграции капиталов.

Главное отличие североамериканской интеграции состоит в том, что в Северной Америке объединение начиналось не сверху, не по политическому решению, а снизу, в результате свободного движения, высокого уровня взаимопереплетения и взаимопроникновения капиталов стран, интегрирующих национальные экономики в единый народно-хозяйственный комплекс. Ее главной движущей силой был частный бизнес. Практика показывает, что такая модель интеграции не уступает по результативности западноевропейской, а по многим показателям превосходит ее. Причем инициатива объединения исходила от более слабых партнеров. В Европе политика была и осталась движущей силой объединения. В интеграционных отношениях на Североамериканском континенте политика следует за ними, хотя и постоянно вторгается в

29 В 1998 г. Молдова заключила с ЕС Соглашение о партнерстве и сотрудничестве.

них, но, скорее, является неизбежной спутницей этих отношений. Соглашение об образовании Североамериканской зоны свободной торговли (North American Free Trade Area — НАФТА)30 было подписано США, Канадой и Мексикой в 1992 г. и вступило в силу в январе 1994 г. НАФТА можно считать превалирующе рыночным союзом, а ЕС — превалирующе политическим31. Соглашение о создании НАФТА преследовало чисто экономические цели. Речь шла не только о внешней торговле, но и об ускорении структурной перестройки экономики стран-участниц, повышении конкурентоспособности североамериканских товаров на зарубежных рынках.

Соглашение о свободной торговле между тремя странами в качестве одной из главных целей предусматривает наряду с устранением торговых барьеров (отмена к 2010 г. всех таможенных пошлин и поэтапное упразднение значительного числа нетарифных барьеров во взаимной торговле товарами и услугами) увеличение возможностей для инвестиций в странах-участницах. Положения соглашения распространяются на все виды инвестиций, в том числе в создание совместных предприятий, недвижимость, ценные бумаги, интеллектуальную собственность. Первоначальные цели НАФТА за минувший период в основном были достигнуты.

Соглашение о создании НАФТА предполагает, что страны-участницы сохранят национальные таможенные тарифы в торговле с третьими странами. В договоре о НАФТА не предусматривается перерастание трехсторонней зоны свободной торговли в таможенный союз. Однако будущее североамериканской интеграции, место и роль каждого из ее участников активно обсуждаются в научно-общественных кругах. Очень ярко это проявилось при обсуждении инициатив мексиканского президента В. Фокса, выдвинутых в ходе его визита в США и Канаду в августе 2000 г. и получивших известность как «НАФТА плюс». По предложенному им плану интеграция должна привести к формированию североамериканского общего рынка. В результате через 20—30 лет могут появиться многие новые компоненты соглашения, в том числе таможенный союз с единым внешним тарифом, согласование главных направлений государственной политики, единая валютная политика, свободный перелив рабочей силы, финансовая поддержка отсталых южных и юго-восточных районов Мексики.

30 НАФТА представляет собой региональную зону свободной торговли с населением в 406 млн человек и совокупным валовым продуктом в размере 10,3 трлн долл. На ее долю приходится около 20% всего объема мировой торговли (БИКИ. 2001. 2 дек. С. 4).

31 См.: Дейкин А., Комкова Е. «НАФТА плюс» — «НАФТА — минус»? // Мир перемен. 2005. Nb 1. С. 176—177.

В основу «плана Фокса» легли исследования мексиканских ученых опыта функционирования ЕС. Было предложено создать для Мексики Фонд развития в 10—30 млрд долл. наподобие европейского фонда социального сплочения, использовавшегося для «подтягивания» социально-экономических показателей Испании, Португалии, Греции и Ирландии до уровней, позволявших им вступить в экономический и валютный союз. США и Канада расценили это предложение как преждевременное. Ни один из партнеров Мексики не проявил стремления к значительному изменению институциональной основы НАФТА32. Экономическая интеграция в странах Северной Америки сочетается со стремлением сохранить национальную самобытность в политике и социокультурных вопросах.

Создание единого хозяйственного комплекса в рамках НАФТА затрудняется огромным разрывом в уровнях экономического развития Мексики и ее северных партнеров по блоку. Канада и Мексика являются скорее конкурентами на американском рынке товаров и рабочей силы, соперниками по привлечению капитала и технологий американских корпораций, чем партнерами по интеграционному процессу. Во взаимодействии США, Канады и Мексики очевидно расхождение общего глубинного порядка: Мексика более других партнеров заинтересована в «общинном» отношении всех участников к возникающим проблемам и в трехстороннем формате их решения. Между тем у США, в особенности после 11 сентября 2001 г., превалирует заинтересованность в укреплении внутренней и внешней безопасности, и они предпочитают односторонние действия. Канада взяла курс на двусторонние отношения внутри НАФТА — отдельно с США, отдельно с Мексикой. Форма и глубина будущего развития североамериканской интеграции зависит в большей степени от взаимоотношений США с Канадой33.

Интеграционные процессы в Южной Америке начались более сорока лет тому назад, однако в силу отсутствующей тогда объективной основы для интеграционного взаимодействия и наличия определенных противоречий между интегрирующимися странами, в частности различным толкованием целей интеграции, созданные в то время без должной проработки взаимных интересов и реальных возможностей партнеров группировки интеграционной направленности, такие, как ЛАСТ, ЛАИи др., оказались малоэффективными. Интеграционный процесс затормозился. В конце 80-х гг. в Южной Америке возникла потребность в оживлении интеграции, но уже на новой основе. Тому способствовали три

32 Там же. С. 172-173.

33 Мир перемен. 2005. № 1. С. 173.

важных обстоятельства — усиление протекционизма со стороны главного торгового партнера региона — США, осторожная, выборочная либерализация экономики в Бразилии, позволившая сохранить некоторые важные рычаги государственного регулирования, и явный кризис либеральной модели в Аргентине. Несмотря на разные экономические пути и их итоги, двум ведущим странам региона все же удалось выработать общий подход к интеграции. В результате в 1991 г. появилась региональная интеграционная группировка «Общий рынок Юга» - МЕРКОСУР (MERCOSUR), в которую вошли Бразилия, Аргентина, Уругвай и Парагвай. Эта «четверка» заявила о намерении развивать интеграционный процесс в собственных интересах, приступив к согласованию политики по ограничению иностранного капитала в экономике стран группировки. К концу 1990-х гг. зона свободной торговли в рамках МЕРКОСУР приблизилась к таможенному союзу (единый внешний тариф был установлен для 85% товаров). При этом Бразилия отчетливо становилась ведущей силой в формировании объединительных тенденций34. Ассоциированными членами МЕРКОСУР в 1996 г. стали Боливия и Чили, в декабре 2003 г. — Перу, а в 2004 г. — Венесуэла, Колумбия и Эквадор. В декабре 2006 г. Венесуэла вошла в состав МЕРКОСУР, однако без права голоса до тех пор, пока ею не будут выполнены все требования, предъявляемые к полноправным членам сообщества. В настоящее время МЕРКОСУР является третьим в мире интеграционным объединением после НАФТА и ЕС по величине совокупного валового продукта.

Более 10 лет в рамках МЕРКОСУР обсуждается вопрос о создании коллективной валюты, однако пока конкретных сроков перехода на нее не установлено. Представляется, что в обозримой перспективе вопрос о единой валюте в МЕРКОСУР будет носить скорее дискуссионный, нежели практический характер.

В октябре 2004 г. в Монтевидео было утверждено беспрецедентное соглашение об экономической взаимодополняемости, означавшее появление зоны свободной торговли между МЕРКОСУР и Андским содружеством наций (ACH). В декабре 2004 г. 12 государств подписали Декларацию Куско (Перу) о формировании Южноамериканского сообщества наций (ЮАСН). В ней речь шла о развитии политической, социальной, экономической, инфраструктурной и экологической интеграции в пределах Южной Америки, причем объединительные процессы должны сочетаться с укреплением позиций Латинской и Карибской Америки в мировом

34 См.: Романова 3. Южная Америка — новый этап экономической интеграции // Экономист. 2006. № 5. С. 74.

сообществе. В ЮАСН вошли три разных интеграционных блока — ведущий МЕРКОСУР, Андское сообщество наций и присоединившееся Карибское сообщество (Гайана и Суринам). В январе 2005г. вступило в силу соглашение о создании в формате ЮАСН зоны свободной торговли. Соглашение предусматривает осуществление в течение 15 лет на объединяющейся территории свободного передвижения товаров и услуг35. Формирование мощного интеграционного объединения отражает беспокойство многих стран региона, которые в принципе поддерживают идею создания межамериканской зоны свободной торговли, однако по вполне понятным причинам выступают против двусторонних переговоров с США на этот счет, где их позиции были бы заведомо проигрышными, и предпочитают действовать сообща, объединив предварительно усилия в рамках Южной Америки. Дальнейшее развитие южноамериканской интеграции сопряжено с немалыми трудностями и противоречиями, однако оно имеет необратимый характер.

В последние годы заметные усилия в целях интегрирования своих экономик предпринимают страны Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). Специфика интеграционных процессов в АТР, характера движущих сил, форм и механизмов их реализации определяется особенностями данного региона: его значительными размерами, существенными перепадами в уровнях экономического, прежде всего промышленного развития, размерами хозяйственного потенциала, численностью населения, различиями в политической ориентации, исторических и социокультурных корнях36. В интеграционные процессы в этом регионе вовлечены такие крупные государства, как Китай, США, Япония, Индия, Республика Корея.

Одним из наиболее авторитетных и динамично развивающихся интеграционных объединений в АТР является Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), которая представляет собой своеобразное поле притяжения и для азиатских и для внере-гиональных «игроков». Она создана в 1967 г. и объединяет почти все государства региона. Это одно из крупнейших в мире интеграционных объединений, численность населения которого насчитывает около 500 млн человек, совокупный ВНП стран АСЕАН превышает 660 млрд долл.37

Несмотря на сохраняющийся разрыв в уровнях экономического и социального развития, болезненную трансформацию стран с

35 Там же. С. 76-77.

36 См.: Якубовский В. Россия в Тихоокеанском интеграционном поле // Россия и современный мир. 2003. № 2. С. 164.

37 Международная жизнь. 2004. № 1. С. 44.

традиционным укладом экономики в условиях глобализации, схожесть производимой продукции в отдельных странах и ориентацию их производственного сектора на внутренний рынок, объем торговли между странами АСЕАН за последнее десятилетие удвоился во многом благодаря снижению ввозных пошлин.

Основными ориентирами интеграционного взаимодействия в АСЕАН являются:

— содействие равноправному экономическому развитию, сокращению бедности и преодолению диспропорций в уровнях экономического развития государств региона на основе осуществления принятой на саммите АСЕАН в 1997 г. программы «АСЕАН — видение в 2020 году: партнерство в динамичном развитии»; механизмами реализации этой программы являются: выдвинутая в 2000 г. инициатива интеграции АСЕАН (МАИ), Ханойский план действий (ХПД) и Программа сотрудничества в развитии бассейна реки Меконг38;

— содействие развитию сотрудничества в экономической, научно-технической, социальной и культурной областях;

— создание зоны свободной торговли АСЕАН (АФТА);

— реализация схемы промышленного сотрудничества АСЕАН (АИКО);

— реализация рамочного Соглашения о Зоне инвестиций АСЕАН (АИА), предусматривающего предоставление на взаимной основе гражданам государств — партнеров по группировке к 2010 г. прав, аналогичных распространяемым на отечественных инвесторов; инвесторы из государств, не входящих в АСЕАН, получат такие же права к 2020 г.

Региональная экономическая интеграция в рамках АСЕАН осуществляется на основе принципа «открытого регионализма». С точки зрения перспектив экономического развития стран АСЕАН важнейшее значение имеет соглашение о создании к 2010—2013 гг. зоны свободной торговли АСЕАН — Китай. Помимо КНР ею будут охвачены Япония и Южная Корея. Таким образом, было положено начало формированию крупнейшей в мире по численности населения входящих в нее стран зоны свободной торговли товарами и услугами — Восточно-Азиатской зоны свободной торговли (ВАЗСТ)39. Участники новой группировки должны обеспечить ее достаточную открытость прежде всего по отношению к США и гарантировать соблюдение ряда основополагающих принципов (соблюдение прав человека, проведение активной и скоор-

38 Международная жизнь. 2004. № 2. С. 49.

39 БИКИ. 2002. 30 ноября.

динированной политики в области охраны окружающей среды и пр.).

В настоящее время АСЕАН является влиятельным центром притяжения в АТР и в политической, и в экономической сфере. Следует отметить, что Индия, которая непосредственно примыкает к региону, в котором сосредоточены страны АСЕАН, подписала соглашение о создании с ними к 2012 г. зоны свободной торговли40. Летом 2003 г. Россия заключила соглашение о партнерстве с АСЕАН.

Существенное влияние на экономическую ситуацию в АТР также оказывает межправительственный форум «Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество» — АТЭС (Asia-Pacific Economic Cooperation — APEC), охватывающий широкий круг областей и сфер деятельности, связанных в первую очередь с экономикой.

АТЭС образован в 1989 г. в целях поддержания экономического роста и развития стран-участниц, усиления положительного воздействия растущей экономической взаимозависимости стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), в том числе в области услуг, капитала и технологий; укрепления открытой многосторонней торговой системы; увеличения степени либерализации торговли и инвестиций в АТР, усиления и стимулирования частного сектора; использования принципов свободного рынка для увеличения преимуществ регионального сотрудничества. Данная организация учреждена на принципах многообразия, добровольности, консенсуса. В настоящее время в нее входит 21 государство и территория, в том числе пять стран Америки (Канада, США, Мексика, Перу, Чили), 13 стран и территорий Азии (Бруней, Вьетнам, Индонезия, КНР, Малайзия, Папуа — Новая Гвинея, Республика Корея, Сингапур, Сянган (Гонконг), Тайвань, Таиланд, Филиппины, Япония), а также Россия, Австралия и Новая Зеландия.

АТЭС имеет формально консультативный статус. Ежегодно (с 1993 г.) проводятся саммиты лидеров АТЭС, называемые встречами «лидеров экономик», что придает объединению неформальный характер. Хотя официально декларируется лишь консультативный статус АТЭС, фактически предпринимаются попытки выработки и применения региональных правил торговли, инвестиционной и финансовой деятельности, проводятся встречи отраслевых министров и экспертов по вопросам сотрудничества в различных областях. Большинство стран — участниц АТЭС входит в ВТО. В регионе АТЭСпроживают более 2,5 млрд человек, совокупный ВВП

40 Там же. 2003. 1 нояб.

стран-членов составляет свыше 18 трлн долл., их доля в мировой торговле 47%41. Объемы внутрирегиональной торговли в настоящее время превышают 70% внешнеторгового оборота стран — участниц АТЭС42.

На втором саммите (г. Богор, Индонезия, 1994 г.) принята Декларация экономических лидеров АТЭС, определившая стратегическую цель объединения — формирование к 2020 г. системы свободной и открытой торговли и инвестиций в АТР, причем развитые страны-члены должны достичь ее к 2010 г. Можно предположить, что будет активно развиваться тенденция расширения интеграционных связей по линии Восточная Азия — Юго-Восточная Азия — Южная Азия. Необходимо учитывать, что в регионе имеются три ядерных государства (Россия, КНР, США), существует опасность расширения «ядерного клуба» (Япония, КНДР и Южная Корея). Эти важные обстоятельства обусловливают необходимость определения стратегии внешней и внешнеэкономической политики России (члена АТЭС с 1998 г.) в этом регионе и осмысления своего места в региональном сотрудничестве.

Интеграционные процессы на Африканском континенте начались в 60-е гг. Впоследствии здесь был создан не один десяток субрегиональных группировок, которые охватили почти все страны континента. Однако большинство этих формирований в силу целого ряда причин как объективного, так и субъективного характера оказались малоэффективными и не достигли ожидаемого интеграционного эффекта. Африканские страны отличаются более низким по сравнению с мировым уровнем экономического развития, что накладывает отпечаток на характер и возможности интеграции. «Наименьшие возможности экономического интегрирования с внешними партнерами, — как отмечает Ю.В. Шишков, — у аграрных стран и тех, которые делают лишь первые шаги по пути индустриализации. Их экономики либо вовсе не являются взаимодополняющими, либо дополняют друг друга в очень узком диапазоне и потому не столько тяготеют друг к другу, сколько взаимоотталкиваются как соперники на мировом рынке. Их торговое тяготение к индустриальным странам тоже не может реализоваться в форме интегрирования с последними, но уже по другой причине: из-за глубокого разрыва в уровнях технико-экономического и социально-культурного развития, в моделях хозяйствования и правовых системах и даже в качестве человеческого капитала»43. Сдерживающим фактором развития интеграции на Африканском

41 Россия и современный мир. 2003. N° 2. С. 165.

42БИКИ. 2001. 17 мая.

43 Шишков Ю.В. Интеграционные процессы на пороге XXI века. С. 74.

континенте является также политическая неустойчивость. Тем не менее страны Африки стремятся активизировать региональное сотрудничество и продолжают поиск адекватной его модели.

На постсоветском пространстве экономическая интеграция сопряжена со значительными противоречиями и трудностями. Множество принятых политических решений по различным аспектам интеграции в СНГ не смогло в силу объективных причин стимулировать интеграционные процессы. Вследствие серьезных различий в уровнях развития экономик, механизмах управления ими, темпах, формах и методах перехода от плановой к рыночной экономике и действия ряда других факторов, в том числе боязни политической и экономической зависимости от России, присущей некоторым государствам некомпетентности в вопросах внутренней и международной экономической политики, бюрократизма и примитивного национализма, экономическая интеграция на постсоветском пространстве с середины прошлого десятилетия приняла разноскоростной и разноуровневый характер, что нашло свое выражение в создании в рамках СНГ нескольких более ограниченных по количеству участников и глубине взаимодействия интеграционных объединений.

Наиболее масштабным как по охвату стран, так и по амбициозности задач был проект создания Экономического союза. Соответствующий договор подписали в Москве 24 сентября 1993 г. 12 государств СНГ, причем 11 — в качестве полноправных членов, а Украина как ассоциированный член. В развитие договоренности в 1994 г. заключены многосторонние соглашения, которые по идее должны были способствовать созданию «союза двенадцати». В силу отсутствия до сих пор объективных условий для подобной модели сотрудничества, необходимой интеграционной социально-экономической и политико-правовой зрелости стран СНГ экономическая интеграция в формате всего Содружества в настоящее время находится в кризисном состоянии, и ее перспективы весьма расплывчаты.

Существенно более консолидированным объединением является созданное в 2000 г. Евразийское экономическое сообщество — ЕврАзЭС (Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан — с января 2006 г.). Со времени учреждения ЕврАзЭС наряде направлений интеграции, прежде всего в области либерализции торговли достигнут заметный прогресс. В настоящее время таможенные пошлины и иные изъятия из режима свободной торговли между государствами ЕврАзЭС практически отсутствуют. Кроме того, реальные интеграционные устремления в рамках ЕврАзЭС принесли осязаемые результаты в таких областях, как создание интегрированной таможенной инфраструктуры;

формирование единой транспортной инфраструктуры; сближение и оптимизация работы финансовых систем (здесь следует особо отметить учреждение РФ и Казахстаном в январе 2006 г. Евразийского банка развития, который в перспективе может стать инвестиционным банком всего Сообщества); регулирование трудовых миграционных потоков в направлении их облегчения путем устранения неоправданных препон и упорядочения; объединение энергетических систем44.

На неформальном саммите лидеров государств ЕврАзЭС в августе 2006 г., по существу, были приняты решения о разноско-ростной интеграции в рамках Сообщества, что свидетельствует о более реалистическом взгляде на возможности и перспективы процесса международной экономической интеграции. Важно то принципиальное обстоятельство, что до сих пор любой документ в ЕврАзЭС считался действующим только после присоединения к нему всех членов Сообщества. Теперь же действует положение о том, что Узбекистан, Киргизия и Таджикистан вступят в таможенный союз по мере их готовности45.

В феврале 2003 г. президенты России, Украины, Белоруссии и Казахстана подписали в Москве заявление о подготовке к формированию единого экономического пространства (ЕЭП). В Декларации «четырех» определено, что государства хотят создать единое пространство для свободного передвижения товаров, услуг, капиталов, рабочей силы, т.е. фактически сформировать общий рынок в ареале своих территорий. Заметной динамики в реализации этого проекта не просматривается.

Довольно высок уровень интеграционного взаимодействия экономик России и Белоруссии. 8 декабря 1999 г. был подписан Договор о создании Союзного государства и Программа действий по реализации положений этого договора. Продвижение обоих государств по пути к экономическому и валютному союзу сдерживается различной степенью зрелости рыночной экономики и демократических институтов гражданского общества.

Участие России в интеграционных проектах на постсоветском пространстве может быть успешным только в том случае, если она достигнет более высокой конкурентоспособности в регионе по сравнению с новыми экономическими игроками и новыми формирующимися центрами политического влияния. Резервы углубления интеграционного взаимодействия на постсоветском пространстве, несомненно, имеются, но остаются нереализованными, что

44 См.: Обуховский В.В. Сравнительный анализ моделей международной экономической интеграции: Автореф. дис. ... канд. экон. наук. VI.. 2006. С. 16—17.

45 Там же. С. 17.

ослабляет конкурентные позиции всей этой группы стран в мировой экономике. Упускать преимущества более глубокого экономического взаимодействия было бы крайне опрометчивым.

В заключение следует отметить, что процессы регионализации, все более усложняясь, оказывают весомое влияние на ход глобализации. Большинство интеграционных объединений вслед за ЕС и НАФТА следуют политике открытого регионализма. Этот вектор развития отчетливо проявился, в частности, в эволюции МЕРКОСУР в направлении либерализации внутренней и внешней экономической политики. С другой стороны, постоянно меняющийся политический ландшафт регионов мира может обратить вспять наметившуюся тенденцию. В этой связи, как представляется, перспективы глобализации мировой экономики будут во многом зависеть от характера региональных объединений.