Типы экологического поведения: Homo ecologus vs. Homo consumer

СОЦИАЛЬНАЯ ЭКОЛОГИЯ. СОЦИОЛОГИЯ МИГРАЦИИ

УДК 316

Л. Г. ТИТАРЕНКО,

доктор социологических наук, профессор,

Белорусский государственный университет, г. Минск

ТИПЫ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ПОВЕДЕНИЯ:

HOMO ECOLOGUS vs. HOMO CONSUMER

На основе проведенных эмпирических исследований выделены основные типы экологического поведения городского населения Беларуси. Автор анализирует уровень экологических знаний, информированности разных групп горожан по проблемам экологии, приоритетные экологические ценности и сопоставляет их с выделенными типами поведения. Использованная эмпирическая типологизация учитывает не только уровень поведения, но и его соответствие экологическим ценностям и знаниям респондентов. Делается вывод о необходимости совершенствования экологического воспитания городского населения для совершения перехода от типа поведения Homo consumer к типу Homo ecologus.

Ключевые слова: экологические ценности, типы экологического поведения, экологически ориентированный образ жизни, городское население, Беларусь.

Типы поведения населения и экологические ценности

В Беларуси, ориентирующейся на концепцию устойчивого развития, экологические ценности выдвигаются в число приоритетных наряду с ценностями социально-экономической стабильности и роста благосостояния населения. Поэтому распространение в массовом сознании граждан экологических ценностей, перестройка образа жизни населения на экологический лад, активная защита окружающей среды, формирование экологической культуры -необходимые условия дальнейшего устойчивого существования белорусского общества [1]. В то же время это и обязательное условие роста качества жизни населения нашей страны и мира в целом [2; 3].

По мере того как повседневный образ жизни населения приобретает более экологический характер, меняются коллективные и индивидуальные взаимоотношения человека с природой: граждане сознательно включаются в работу экологических групп и коллективные действия по защите окружающей среды, по изменению законодательства в области экологической политики государств, по улучшению окружающей среды, стараются перестраивать свою повседневную жизнь на «дружественный» лад к природе по нормам экологической культуры: экономить ресурсы, поддерживать баланс отношений с окружающей средой, заботиться о природе по месту жительства. Индивидуальные и коллективные экологические ценности и практики являются

106

Л. Г Титаренко

важными индикаторами перестройки образа жизни населения (хотя они представляют лишь часть индикаторов устойчивого развития общества). Экологически ориентированный образ жизни, основанный на приоритете экологических ценностей, должен стать нормой в обществе: люди обязаны заботиться о чистоте окружающей среды, защите природы, отказываться от излишнего потребления природных ресурсов.

В проведенном автором исследовании конструирование типов экологического поведения осуществлялось исходя из того, что оптимальные типы будут характеризоваться высоким уровнем развития экологических ценностей и других составляющих экологически ориентированного образа жизни, тогда как их альтернативой будут типы поведения, отличающиеся низким уровнем экологических знаний, слабым пониманием важности проблем экологии, неучастием в их практическом решении, при доминировании потребительских ценностей и ориентаций. Иначе говоря, на одной стороне континуума находится тип поведения, соответствующий экоцентристскому подходу и демонстрирующий приоритет экологических ценностей над потребительскими, а на другой - антропоцентристскому подходу и потребительским ценностям: Homo ecologus vs. Homo consumer [2, c. 92].

Методология исследования

Для белорусского общества изучение экологических ценностей и экологически ориентированного поведения (т. е. экологического образа жизни населения) социологическими методами является достаточно новой проблемой, хотя проблема формирования экологического сознания, экологических ценностей и культуры давно включена в сферу интересов научного сообщества [4; 5; 6; 7]. Поскольку три четверти населения страны живут в городах, особую актуальность приобретает исследование указанной проблемы для городского населения. В рамках социологического изучения экологического сознания и поведения населения Минска была разработана методология замера экологических ценностей, доминирующих в сознании горожан, уровня их информированности, их самооценки степени экологичности собственного образа жизни, а также замера форм индивидуального и коллективного поведения, которые определяют, насколько экологически ориентированным является весь образ жизни граждан. Поскольку население Минска имеет самый высокий в республике уровень образования (в городе практически все взрослые имеют как минимум среднее образование), для получения эмпирических данных были взяты две группы горожан, типичных по уровню образования для Минска: студенчество (молодое поколение минчан, имеющих неполное высшее образование разного профиля) и среднее поколение (лица 40-59 лет с высшим и средним/средним специальным образованием). Условно эти две группы, репрезентирующие молодое поколение минчан (родившиеся после 1991 г., обучающиеся на 3-4 курсах минских вузов) и среднее поколение (граждане,

Типы экологического поведения: Homo ecologus vs. Homo consumer

107

социализированные в условиях СССР и живущие в настоящее время в городе Минске), были названы поколениями «детей» и «родителей». Гипотеза состояла в том, что эти группы минчан могут иметь наиболее высокий уровень экологических знаний, экологической культуры, экологического поведения, и, следовательно, могут служить образцом для других (менее образованных) групп минчан. Сравнение этих двух групп позволяет проследить, является ли молодое поколение более ориентированным на приоритеты экологии, чем среднее поколение, представители которого находятся у власти и принимают судьбоносные для страны решения. Иначе говоря, можно ли ожидать, что молодое поколение будет способно совершить радикальный «эко-поворот», необходимость которого осознается учеными и гражданским обществом России [8, с. 10], и без которого невозможна реализация проекта модернизации и устойчивого развития общества.

Первичная социологическая информация была получена в ходе массового анкетного опроса указанных двух групп населения Минска в пять этапов, осуществленных в 2010-2014 гг. по единому инструментарию. Выборки имели целевой характер, каждая возрастная группа состояла из примерно равного числа женщин и мужчин. Студенты 3-4 курсов репрезентировали пять вузов Минска с технической, естественнонаучной и гуманитарной направленностью обучения. Молодежь опрашивалась в студенческих группах методом группового раздаточного опроса, с учетом паритета по полу, профилю и курсу обучения. В квотном опросе среднего поколения были сбалансированы три признака: пол, возраст, образование. В результате каждая возрастная выборка составила 1000 чел., что позволило нам сравнивать поколенческие группы между собой, а также сконструировать типы экологически ориентированного поведения, характерные для каждой возрастной группы.

Исследовательская гипотеза состояла в том, что если группа населения включает экологические ценности в число приоритетов, ориентируется на экологический образ жизни, то эти элементы сознания стимулируют внедрение экологического образа жизни в повседневную жизнь, т. е. способствуют экологизации повседневных жизненных практик граждан. Мы полагали, что две группы могут различаться уровнями знаний: молодежь будет более информированной в силу получения научных знаний в настоящее время, а не в прошлом, как это имеет место со средним поколением минчан. В то же время предполагалось, что разрыв в знаниях и ценностях между поколениями не будет велик, т. к. условия жизни в большом городе сглаживают возможные различия, а высокий уровень образования обеих групп позволяет сознательно формировать свой образ жизни, руководствуясь экологическими ценностями. Ожидалось, что достаточно большое число молодежи будет включено в экологические групповые практики, а среднего поколения - в индивидуальные действия экологического характера. В целом студенчество рассматривалось нами как потенциальный агент нового типа социальной активности в социально-экологической сфере, поскольку молодое поколение на пост-

108

Л. Г Титаренко

советском пространстве получает в вузе научные знания, соответствующие экоцентрическому мировоззрению и ориентированные на концепцию устойчивого развития общества [9, с. 134].

Экологические приоритеты и ценности двух поколений

Важным показателем сформированности экологического сознания граждан является наличный уровень знаний относительно экологической проекции жизни. Информированность населения - гносеологическая основа формирования экологической культуры и ценностных ориентаций горожан.

По результатам наших исследований не было выявлено существенных (статистически значимых) различий в уровне знаний экологических проблем двух поколений: они продемонстрировали средний уровень знаний. Поскольку он замерялся в форме самооценки, можно предположить, что «родители» более скромно оценили свои знания экологических проблем, чем молодежь. Возможно и обратное: знания студенчества были выше, чем знания представителей поколения «родителей», т. к. они были получены недавно (на первых курсах обучения в вузе). Оба поколения практически одинаково критически оценили важность различных экологических проблем Минска (выделив, прежде всего, загрязнение воздуха выхлопными газами), республики (радиоактивное загрязнение, загрязнение сточных вод и т. п.).

Уровень информированности обоих поколений минчан можно считать одинаковым (средним), но приоритетность источников информации выявлена разная: у студентов первенствует Интернет, затем идут вуз и школа, у среднего поколения - телевидение, затем школа и вуз, и чуть меньше остальные СМИ. Очевидно, что оба поколения потребляют не только объективную информацию при обучении в школе и вузе, но и расхожие стереотипы массового сознания об экологии, транслируемые в СМИ и Интернете. Этот вывод прежде всего относится к представителям среднего поколения, которые закончили учебу много лет тому назад, хотя и ссылаются на институты образования как на важный источник своих знаний. Разделить реальные знания, базирующиеся на научных данных, и массовые стереотипы (например, порожденные чернобыльским синдромом) в исследовании не представлялось возможным. Однако остается фактом, что для населения столицы характерен средний уровень знаний о проблемах экологии, что совершенно недостаточно для продвижения принятой модели устойчивого развития общества и мотивации активного экологического поведения. Сходный вывод о нехватке у населения экологических знаний был сделан и авторами другого белорусского исследования, проведенного ранее [1, с. 258].

Недостаточно высокий уровень знаний свидетельствует о низкой эффективности мер экологического просвещения и низких качественных или количественных характеристиках распространяемой массовой информации, либо о немотивированности населения на усвоение экологических знаний

Типы экологического поведения: Homo ecologus vs. Homo consumer

109

(т. е. о приоритете иных ценностей населения). Можно сожалеть и о том, что у студенчества на первое место выходит Интернет, а не знания, полученные в стенах высшей школы, т. к. именно в рамках вузов должны формироваться научные основы проэкологически ориентированного профессионального мировоззрения, происходить становление ценностно-смысловой сферы личности, осваиваться на практике экологические нормы и требования [10, с. 5]. Поэтому улучшение информированности населения по проблемам экологии (увеличение числа статей в СМИ по экологической тематике, регулярная публикация материалов на веб-сайтах, акцентирование экологических проблем в воспитательной работе с молодежью) - задача первой необходимости в оптимизации общественного мнения горожан по проблемам экологии и их последующего включения в экологические действия (сначала хотя бы на уровне своего двора, квартиры, учебного заведения, а затем и района, города) и формирование гражданской ответственности у молодежи.

Выявленные в исследовании показатели уровня экологических знаний не способствуют формированию зрелого экологического сознания, они недостаточны также для воспитания сознательного экологического отношения населения к окружающей среде, для практического воплощения экологических императивов в повседневных практиках. Значительная часть респондентов не задумывается, в каком обществе они бы хотели жить, и какими средствами можно достичь роста качества жизни горожан. Действительно, в опросе лишь половина представителей обоих поколений указала, что «дружественное» отношение к природе, признание ее условием гармонического развития личности и средой обитания человека является «очень важным» или «важным» для них. Остальные 50 % опрошенных (с преобладанием среди них представителей молодого поколения) в первую очередь характеризовали природу как часть национального богатства, источник благ и экономических ресурсов общества, т. е. рассматривали природу по-мичурински - прежде всего, как объект человеческого воздействия ради достижения собственных целей. Такое отношение типично для антропоцентричного подхода, который в целом соответствует приоритету социально-экономических императивов в развитии общества, ориентации на материальные показатели научно-технического прогресса и рациональность, характерных для индустриализма. Однако сегодня, в эпоху глобальных экологических угроз и осознания нехватки ресурсов природы для удовлетворения постоянно возрастающих человеческих потребностей, этот подход стимулирует потребительство, порождает иллюзии о возможном росте благосостояния без учета ограниченности природных ресурсов и поэтому не помогает в решении экологических проблем и утверждении экологического образа жизни. Если сравнить эту ситуацию с Россией, то там положение еще более острое: по мнению О. Н. Яницкого, там уже «достигнут лимит несущей способности среды» [11, с. 51].

Из представленного в анкете набора ценностей респонденты обоих поколений отдали предпочтение семье, на второе место поставив здоровье. Вслед

110

Л. Г Титаренко

за семьей и здоровьем, с большим отрывом, респонденты выбрали материальные ценности (высокая зарплата, материальное благополучие), а также душевный покой (более половины молодежи и среднего поколения). Из экологических ценностей самое высокое место заняли «благоприятные экологические условия жизни» (45 %) и «забота об окружающей среде» (40 %). Однако аналогичная ценность - «сохранение природы» - была отмечена лишь третью опрошенных, а участие в конкретных экологических действиях - 30 % студентов и менее 10 % лиц среднего поколения. Такая нелогичность в ответах может свидетельствовать об их непродуманности. В целом экологические ценности значительно уступили материальным и антропоцентристским приоритетам респондентов. Выявленные ценностные приоритеты горожан не соответствуют принципам экоцентризма; они лишь подтверждают, что, во-первых, уровень наличных экологических знаний населения и принятия ответственности за окружающую среду недостаточно высок, во-вторых, знания не всегда мотивируют горожан на действия, соответствующие этим знаниям, и поэтому не всегда оказывают влияние на их повседневные практики.

Отметим, что на вопрос, считают ли респонденты свой уровень знаний достаточным, чтобы сделать образ жизни более экологически ориентированным, половина респондентов ответила утвердительно. Лишь пятая часть признала свой уровень знаний по экологическим вопросам недостаточным. Значит, дефицит таких знаний не только существует, но и осознается как минимум двадцатью процентами опрошенных. И все же не в недостатке знаний кроется проблема. На вопрос о том, что мешает людям перестроить жизнь на более экологический лад, на первом месте оказались не низкие знания, а отсутствие собственной инициативы. Для среднего поколения этот показатель ответов был выше 50 %, для студентов - чуть ниже. Иначе говоря, пассивность населения, его практическое безразличие к проблемам экологии (не только на уровне района, города, но и зачастую на уровне собственной жизни) - это главный тормоз на пути практической экологизации образа жизни города. Вторым по важности и по ранжиру препятствием экологизации собственного образа жизни респондентами было названо отсутствие поддержки и конкретных мер экологического характера со стороны государства (четверть опрошенных). Вряд ли это означает, что белорусское государство ничего не предпринимает для защиты окружающей среды (по крайней мере, ни масштабных экологических катастроф, как в России, ни гневных статей в СМИ, ни протестных действий по этому поводу в Беларуси нет), однако, по мнению населения, социализированного в условиях государственного патернализма, именно этот институт должен взять на себя инициативу даже в том, чтобы заставить (или мотивировать) граждан перестроить их собственную жизнь на экологический лад. Патернализм глубоко укоренен в сознании населения: за пять лет, прошедших с начала исследования в 2010 г., как свидетельствуют данные первого опроса, картина не изменилась [12, с. 36]. Инертность массового сознания, практическая неготовность населения к самостоятель-

Типы экологического поведения: Homo ecologus vs. Homo consumer

111

ным реальным действиям по-прежнему мешает горожанам изменить жизнь на экологический лад.

Эти два препятствия соответственно отражают внутренний и внешний локусы контроля поведения горожан: с одной стороны, респонденты видят причину невозможности перехода к более экологическому образу жизни в себе, собственных действиях (или их отсутствии), с другой - перекладывают ответственность на государство. Отсутствие личной инициативы граждан, подкрепленное патерналистской политикой государства, является главной причиной недостаточно высокого уровня экологических знаний респондентов, их низкой мотивированности на получение новых знаний и практической переориентации на более экологический образ жизни.

В обществе, ориентированном на модель устойчивого развития, не только социально-экологические движения и организации, но и государственные СМИ должны постоянно доводить до населения объективную информацию экологического мониторинга экологического состояния среды обитания, не сиюминутных последствиях перехода к экологическому образу жизни.

Типы экологического поведения

Для оценки экологически ориентированного поведения респондентам были предложены шесть пар высказываний: одно из высказываний в каждой паре соответствовало экологически ориентированному образу жизни, другое - нет. Ответы респондентов показали, что более половины всех опрошенных: (1) по возможности выбрасывают мусор в раздельные контейнеры, (2) выбрасывают мусор только в урны и специальные контейнеры, а не куда попало, (3) используют энергосберегающие лампочки вместо обычных, (4) отключают из розетки электрические приборы, которые долго не используются. На два оставшихся вопроса (покупка генно-модифицированных продуктов питания, а также приобретение товаров в упаковке из переработанных материалов) ответы студентов были положительными в 3-4 случаях из 10, тогда как ответы поколения «родителей» - на том же уровне, что и другие их ответы (т. е. более 50 % отвечала положительно). Исходя из полученных ответов был рассчитан интегральный показатель экологического поведения: он составил для обоих поколений менее 4 баллов из 6 возможных, что соответствует среднему уровню. У молодежи он оказался ниже, чем у «родителей», прежде всего, за счет низкого процента ответов на вопрос о приобретении товаров в упаковке из переработанных материалов. Видимо, студенты не обращают на это внимания либо не считают, что упаковка товаров может повлиять на сохранение природных ресурсов. Так или иначе, по интегральному показателю экологического поведения поколение «родителей» несколько обогнало поколение «детей» (т. е. наша гипотеза не подтвердилась), хотя обе группы остались на среднем уровне индивидуальных экологически ориентированных повседневных поступков. Этот результат может быть обусловлен невысокими показателями

112

Л. Г Титаренко

уровня информированности населения, неукорененностью их экологических ценностей в качестве базовых, и, как следствие, ограниченностью гносеологической базы для реализации знаний на практике, а также отсутствием инициативы со стороны граждан, которое отмечалось самими респондентами.

Что касается участия респондентов в коллективных экологически ориентированных акциях на уровне города (голосование за кандидата в депутаты с программой действий по защите окружающей среды, обращение в органы власти с заявлением, жалобой по поводу нарушения природоохранного законодательства, финансовая поддержка акций по охране окружающей среды) либо в коллективных акциях экологического характера (уборке территории, посадке деревьев), общий уровень активности обеих групп горожан оказался ниже 10 %, а по отдельным видам действий - почти на нуле. Однако на прямой вопрос, предпринимали ли граждане какие-либо конкретные действия для решения экологических проблем, 18-19 % ответили положительно. Такой ответ соответствует реальности лишь в том случае, если все респонденты принимали участие в разных видах акций, т. к. сумма ответов на все предложенные варианты как раз и дает эту цифру. Если же это были одни и те же активисты, тогда их число не должно было превысить 7-8 %. Только эта часть респондентов может быть оценена как экологические активисты; скорректированная по другим индикаторам, она составляет примерно 11-12 % от числа опрошенных. Это не так мало, учитывая тот факт, что в Беларуси вообще отмечается низкий уровень социально-экологической активности населения. Например, по данным международного исследования ценностей (2011, национальная выборка), активное членство в экологических организациях отметило 0,3 % респондентов. Такая ситуация типична и для других постсоветских стран: по данным того же исследования, показатели для России и Украины были столь же низкие: на участие в экологических демонстрациях указали около 1 % в Беларуси, 2 % в России и 3 % в Украине, а на пожертвования денег экологическим организациям - соответственно 7,9 %, 3,7 % и 5,2 % [13].

Оставшиеся респонденты, не вошедшие в число экологических активистов, не образуют единой пассивной группы: корреляция ответов респондентов об уровне их знаний, установках на экологические действия, экологических ценностях и участии в конкретных действиях позволяет выделить, кроме уже упомянутого активного типа, собственно пассивный и два промежуточных типа поведения: (а) «экологически информированные пассивные граждане», т. е. лица, имеющие достаточный уровень знаний и понимающие важность экологических проблем (судя по их ценностям), но не предпринимающие личных действий экологического характера (48-50 %). Возможно, они скептически относятся к экологизации образа жизни, либо не нашли приемлемых для них способов реализации экологических знаний, либо их экологические ценности неустойчивы; (б) «неинформированные активные» - лица, плохо информированные по проблемам экологии, но желающие приобрести больше знаний и перестроить свой образ жизни на более экологический (10-11 %). Респон-

Типы экологического поведения: Homo ecologus vs. Homo consumer

113

денты, попавшие в собственно пассивный тип поведения, отличаются низким уровнем экологических знаний и понимания экологических проблем, отсутствием экологических ценностей, у них нет мотивации к конкретным действиям по перестройке своего образа жизни или же они вообще безразличны к этим проблемам (25-28 %). Конкретные цифры, соответствующие тому или иному типу поведения каждого поколения, год от года несколько различались, но тенденция преобладания промежуточного типа при минимальной представленности в обществе экологических активистов сохранялась и в поколении студентов, и в поколении «родителей». Четкой динамики в изменении экологических ценностей, равно как и в типах поведения, выявлено не было.

Так или иначе, говоря об экологической активности респондентов и тех мерах и шагах, которые принимаются ими в ответ на возникающие проблемы окружающей среды, необходимо констатировать их низкую экологическую вовлеченность в конкретные практики. И если на групповом уровне это можно объяснить общей социальной пассивностью белорусского населения (во всем, что не касается непосредственно его кошелька), то на уровне индивидуальных действий главная причина кроется в сознании и культуре людей. Очевидно, что большинство населения Минска (включая студентов) соответствует созерцательно-пассивному уровню экологического поведения: люди знают о наличии экологических проблем, хотели бы сделать свой образ жизни более экологичным, но не мотивированы принимать деятельное участие в решении реальных экологических проблем, а их экологическое поведение не выходит за рамки повседневных практик, в лучшем случае. Полагаем, что их экологические ценности так и не стали доминантными, даже если респонденты это декларируют в опросе. Не выявлено прямой зависимости между этим типом поведения и полом, возрастом, уровнем образования респондентов.

Таким образом, изначальная гипотеза о том, что студенчество, как наиболее образованная часть молодежи в этой возрастной группе, выражает заинтересованность в изменении образа жизни на экологически ориентированный и служит моделью для других групп молодежи, опережая по активности и ценностям старшее поколение, не подтвердилась. Поведение студенчества, судя по его практической вовлеченности в экологические акции, свидетельствует о высоком уровне экологического безразличия и, скорее, затрудняет переход общества к модели устойчивого развития. Студенты ничем качественно не отличаются от среднего поколения ни в знаниях, ни в ценностях, ни в уровне экологической активности, их поведение соответствует общему недостаточно высокому социально-экономическому уровню жизни и общей потребительской ориентации населения. Чтобы осуществить поворот к homo ecologus, необходимы, кроме прочего, более эффективные меры воздействия на молодежь. Продуманный комплекс мотивационных мероприятий (включая экологическое просвещение и образование) на основе экологической идеологии, зафиксированной в государственной экологической политике, поможет

114

Л. Г Титаренко

перевести данный процесс с уровня намерений на уровень конкретных действий, что может существенно повлиять на экологическое сознание и поведение населения.

Выводы

Результаты исследования показали, что существуют объективные условия, затрудняющие переход населения к проэкологическому образу жизни и, следовательно, переходу общества к устойчивому развитию. Прежде всего, это ситуативное внимание к экологической проблематике. Когда интерес к вопросам окружающей среды имеет дискретный характер, внимание людей легко переключается с экологической проблематики на более злободневную в контексте Беларуси экономическую сферу. Игнорирование экологической проблематики негативно отражается на функционировании всего общества в целом.

Выявлено, что недостаток знаний не является главным препятствием для формирования экологического сознания и поведения населения Минска, роста уровня экологической культуры. Главное - неготовность граждан перейти к экологически ориентированному образу жизни, массовая ориентация на тип Homo consumer, а не Homo ecologus в повседневной жизни. Перелом сложившейся ситуации требует целенаправленных действий системы образования, ее переориентации на формирование активной экологической позиции граждан, а не информированности как таковой.

Литература

1. Устойчивое развитие и социально-экологические параметры качества жизни / А. И. Зе-ленков [и др.] ; под науч. ред. А. И. Зеленкова. - Минск, 2011. - 292 с.

2. Гирусов, Э. В. Экологическая культура как высшая форма гуманизма / Э. В. Гирусов // Философия и общество. - 2009. - № 4. - С. 74-92.

3. Яницкий, О. Н. К вопросу о концепции экосоциального знания / О. Н. Яницкий // Со-цис. - 2013. - № 4. - С. 3-13.

4. Экологическая безопасность в динамике социокультурного развития / Н. Е. Захарова [и др.] ; под ред. Д. И. Широканова. - Минск : Белорус. наука, 2007. - 177 с.

5. Карако, П. С. Социальная экология: экологическое сознание / П. С. Карако. - Минск : Экоперспектива, 2011. - 215 с.

6. Водопьянов, П. А. Экологические последствия научно-технического прогресса / П. А. Водопьянов. - Минск, 1980. - 72 с.

7. Зеленков, А. И. Особенности влияния трансформационных процессов на образ жизни, условия жизни и здоровье населения современной Беларуси / А. И. Зеленков, Д. Г. Ротман // Образ жизни и здоровье населения новых независимых государств : сб. науч. ст. - Минск, 2003. - С. 110-122.

8. Яницкий, О. Н. Пожары 2010 г. в России: экосоциологический анализ / О. Н. Яницкий // Социс. - 2011. - № 3. - C. 3-12.

9. Двойнев, В. В. Экологическое сознание студентов: актуальность изучения / В. В. Двой-нев // Высшее образование в России. - 2007. - № 5. - С. 134-136.

10. Аргунова, М. В. Экология и устойчивое развитие в системе образования / М. В. Аргунова // Наука и школа. - 2009. - № 2. - С. 4-7.

Типы экологического поведения: Homo ecologus vs. Homo consumer

115

11. Яницкий, О. Н. Социальные движения в современном обществе: вопросы теории / О. Н. Яницкий // Социс. - 2013. - № 3. - С. 50-59.

12. Титаренко, Л. Г. Экологический образ жизни минчан / Л. Г Титаренко // Социс. -2011. - № 3. - С. 32-37.

13. World Values Survey. Data and documentation [Electronic resource]. - Mode of access: http:// www.worldvaluessurvey.org. - Date of access: 03.06.2014.

L. G. TITARENKO

TYPES OF ECOLOGICAL BEHAVIOUR: HOMO ECOLOGUS vs. HOMO CONSUMER

Summary

The main empirical types of the ecological behavior of the urban population of Belarus have been constructed on the basis of the sociological research. The author analyses the level of ecological knowledge and the level of information gained by the two groups of the urban population. The prioritized ecological values of the respondents are compared with the selected types of behavior. The used empirical typology takes into account not only the level of behavior, but its compliance with the ecological values and ecological knowledge of the respondents. The author concludes that it is necessary to improve the ecological upbringing of the urban population in Belarus in order to make a shift from the type of behavior HOMO CONSUMER to the type named HOMO ECOLOGUS.

Keywords: ecological values, types of ecological behavior, ecologically oriented way of life, urban population, Belarus.

Поступила 06.10.2014 г.