У России свои МИДы на Карабах

Москва пытается урегулировать острый гуманитарный кризис, в котором оказался Карабах. Челночной дипломатией занимается спецпосланник главы МИД России по вопросам нормализации отношений между Арменией и Азербайджаном Игорь Ховаев. После поездки в Ереван дипломат начал эту неделю с командировки в Баку. Успех миссии не гарантирован: отношения Азербайджана и Армении ухудшаются с каждым днем и каждым сказанным словом.

Блок-пост российских миротворческих сил в Нагорном Карабахе

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ

Спецпредставитель МИД России Игорь Ховаев 4 сентября начал визит в Азербайджан. С местными властями российская делегация намерена обсудить ситуацию вокруг Карабаха и возможные варианты разрешения гуманитарного кризиса, который начался из-за блокирования Лачинской дороги — единственной транспортной артерии, связывающей населенный армянами регион с Арменией.

На прошлой неделе с этой же целью господин Ховаев посещал Ереван. Там он провел переговоры с секретарем Совбеза Арменом Григоряном, а также с Паруйром Ованнисяном, в тот момент исполнявшим обязанности министра иностранных дел. Кроме того, по информации “Ъ”, российский дипломат встретился с главой внешнеполитического ведомства непризнанной Нагорно-Карабахской республики (НКР) Сергеем Газаряном.

В армянском Совбезе после переговоров сообщили, что стороны обсудили «острую необходимость» выхода из гуманитарного кризиса в Карабахе.

Правда, выход этот пока не просматривается: отчетливо видно упорное желание каждой из сторон конфликта — Еревана и Степанакерта (азербайджанское название — Ханкенди) с одной стороны и Баку с другой — жестко отстаивать свою позицию.

В Лачинском коридоре со стороны Армении около месяца стоят грузовики с 400 тоннами гуманитарной помощи жителям Карабаха, к которым недавно добавились фуры, направленные с этой же целью Францией. С азербайджанской стороны, на дороге, ведущей в Степанакерт через Агдам, уже неделю стоит колонна с помощью, направленной азербайджанским обществом Красного Полумесяца.

В первом случае грузы в Карабах не пропускают азербайджанские пограничники, стоящие на контрольно-пропускном пункте «Лачин» (установлен в апреле). Во втором — проехать колонне не дают уже армянские активисты.

Это стояние или даже противостояние колонн с гумпомощью, в то время когда в Карабахе есть острая нужда в продуктах, топливе, медикаментах и других товарах первой необходимости, прекрасно иллюстрирует принципиальность сторон, их цели и различие в подходах к разрешению гуманитарного кризиса, но шире — к вопросу карабахского урегулирования.

Снабжение должно осуществляться только через Лачинский коридор, настаивают Армения и власти НКР. В Баку отвечают: гуманитарный кризис создан искусственно, а все необходимое можно беспрепятственно ввозить через Агдам.

Для Армении и армян Карабаха, говорит собеседник “Ъ” в российских госструктурах, погруженный в тему урегулирования, снабжение региона именно через Лачин — ключевой момент. «Важно, чтобы в Карабахе поддерживалась отдельная от Азербайджана жизнь. Баку же нужно это "подсечь" и переключить снабжение на внутриазербайджанский маршрут (через Агдам.— “Ъ”). Это облегчит интеграцию, лишит Степанакерт возможности поддержания себя. В этом случае все будет зависеть только от Азербайджана»,— отмечает источник “Ъ”.

Ведущий научный сотрудник Центра евро-атлантической безопасности Института международных исследований МГИМО МИД России Сергей Маркедонов в беседе с “Ъ” соглашается: «Если будет транспортная, гуманитарная связка через агдамский маршрут — это интеграция. А бескомпромиссен Азербайджан потому, что никто не пытается и не хочет его остановить».

Директор Кавказского центра политического анализа (Баку) Ахмед Алили подчеркивает: логика азербайджанской стороны понятна — она исходит из того, что вопрос Карабаха решен. «Сейчас все озабочены тем, что происходит в Карабахе. Но всем ясно, почему Азербайджан действует так, а не иначе. Все говорят о блокаде. Но что является блокадой? Контроль над своими границами — это блокада или нет?» — говорит эксперт в разговоре с “Ъ”. Он также отмечает: для Баку важно, чтобы грузы для карабахских армян завозились с азербайджанской стороны, ведь «это тоже часть процесса интеграции Карабаха».

Неполная подконтрольность региона после выигранной в 2020 году войны явно раздражает Баку.

К тому же премьер Армении Никол Пашинян, с одной стороны, признавший территориальную целостность Азербайджана, делает заявления, из которых следует, что вообще-то карабахский вопрос Ереван решенным не считает. Из последних примеров — поздравительное послание господина Пашиняна по случаю Дня принятия Декларации о независимости Нагорного Карабаха.

«Хочу еще раз подчеркнуть, что все заявления о несуществовании Нагорного Карабаха в качестве территориальной единицы и об урегулированности нагорнокарабахской проблемы беспочвенны до тех пор, пока не будут окончательно решены вопросы безопасности и защиты прав армян Нагорного Карабаха. Армения, Нагорный Карабах и международное сообщество четко констатировали: всеобъемлющее и долгосрочное урегулирование конфликта должно происходить исключительно посредством мирного процесса, в том числе путем диалога Баку—Степанакерт в рамках международного механизма»,— заявил премьер Армении.

Директор ереванского Института Кавказа Александр Искандарян объясняет этот подход желанием Еревана «отделить карабахский вопрос в отдельный формат переговоров между Степанакертом и Баку при международном "зонтике"». «Это та линия, которую ведет Ереван»,— сказал он в беседе с “Ъ”.

Сергей Маркедонов отмечает: «Как любой политик, Никол Пашинян пытается обставить свои уступки так, чтобы это не выглядело сдачей позиций».

«Да, признаем территориальную целостность Азербайджана, но при наличии гарантий карабахским армянам и при международном участии. То есть это возврат к вопросу некоего статуса. И Азербайджан против — это для Баку неприемлемо»,— комментирует ситуацию эксперт.

Посвященный в карабахскую тематику российский источник дополняет: «Азербайджан категорически не хочет интернационализации карабахского вопроса, потому что это возврат к переговорам по урегулированию. Баку опасается, что все вернется к довоенным вялым переговорам на десятилетия. Пашиняну же это нужно, чтобы можно было сказать: я передал международникам эту историю и с себя всю ответственность снял».

Никол Пашинян между тем демонстрирует готовность повышать ставки. В недавнем интервью итальянской La Repubblica он довольно четко выразил недовольство Россией, которая с его точки зрения не обеспечила безопасность Армении. «Архитектура безопасности Армении на 99,999% была связана с Россией, в том числе и в логике приобретения оружия и боеприпасов. Однако сегодня, когда Россия сама нуждается в оружии, вооружении и боеприпасах, в этой ситуации понятно, что даже при желании Россия не смогла бы обеспечить потребности безопасности Армении. Этот пример должен показать нам, что в сфере безопасности зависеть или быть привязанным только к одному месту само по себе является стратегической ошибкой»,— заявил господин Пашинян.

Ошибку нужно как-то исправлять. Подсказка насчет того, как именно, появилась быстро. Глава Европейского комитета по расширению НАТО Гюнтер Фелингер пригласил Ереван вступить в альянс.

«Я призываю Армению вступить в НАТО»,— написал господин Фелингер 4 сентября на своей странице в соцсети Х.

Любые разговоры о вступлении Армении в НАТО не имеют с реальностью ничего общего. Во всяком случае пока. Но они иллюстрируют другой слой противостояния на Южном Кавказе — между Россией и Западом. Уже есть конкуренция переговорных форматов. Евросоюз, США и Россия стремятся каждый по-своему помирить Армению и Азербайджан. У Москвы есть преимущество — военное присутствие в регионе в виде миротворцев.

Но это преимущество часто еще и повод для критики. Ереван обвиняет Москву в том, что Азербайджан, установив КПП в Лачинском коридоре, нарушил трехстороннее заявление от 9 ноября 2020 года. Согласно пункту 6 заявления, коридор должны контролировать российские миротворцы, а Азербайджан «гарантирует безопасность движения по Лачинскому коридору граждан, транспортных средств и грузов в обоих направлениях».

В частных беседах российские чиновники признают, что пункт 6 не выполняется. В Баку со своей стороны указывают на пункт 4 этого же документа. А в нем говорится, что миротворческий контингент РФ «развертывается параллельно с выводом армянских вооруженных сил» из Карабаха. И, поскольку в регионе остались вооруженные формирования и военная техника, условие тоже не выполнено.

И это не единственные нереализованные за три года пункты.

Транспортные связи в регионе не восстановлены, логистически сшить Нахичевань с западными районами Азербайджана тоже не получилось. Это открывает возможности для включения в процесс других игроков.

«Западники стали выстраивать параллельные форматы, чтобы перехватить инициативу. Если Запад все поможет решить, зачем там будет нужна Россия? А там и армянская сторона поставит вопрос целесообразности военного присутствия России. Западные форматы и российский дублируют друг друга, а значит — кто кого»,— говорит российский чиновник.

Сергей Маркедонов отмечает, что до 2022 года Запад был готов рассматривать Карабах как некую особую точку для кооперации с Россией. «После 2022 года больше не готов. Цель — выдавить Россию с Кавказа. Создать ситуацию, когда присутствие Москвы будет невыгодно, его будут воспринимать как ненужное обременение»,— уверен эксперт.

По словам господина Маркедонова, игра идет за то, чтобы гомогенизировать политическое пространство: «Грузия уже прозападная, Азербайджан прозападный в другом смысле — в смысле экономических связей. Если сделать прозападной Армению, произойдет гомогенизация пространства». Россия, продолжает собеседник “Ъ”, хотела бы остаться в качестве модератора, которому будут благодарны обе стороны за компромиссное решение. Это позволит «сохранять влияние и на тех, и на других». «Но ситуация непростая, если говорить о компромиссном мире»,— заключает он.

Источник в российских госструктурах говорит, что, несмотря на все сложности, положение России на Южном Кавказе сильно драматизировать не стоит: «Пока позиции сильные. Россия — единственная страна, с которой Азербайджан будет вести диалог. И в плане присутствия никого другого Баку допускать не собирается. Стоит на своем».

При этом собеседник “Ъ” отмечает, что без решения проблемы Карабаха все вопросы (в том числе азербайджано-армянский мирный договор) остаются подвешены.

Миссия Игоря Ховаева, по его словам, это попытка разрешения гуманитарного кризиса, чтобы в регион «начали поступать продовольствие, медикаменты и все остальное». «Главное сейчас убрать гуманитарный кризис, из-за которого сейчас все наэлектризовано. Россия пытается убедить армянскую сторону принять схему Лаврова (главы МИД РФ Сергея Лаврова.— “Ъ”), согласно которой открывается агдамский маршрут, а через сутки начинает работать и Лачин»,— говорит собеседник.