Международные стандарты обращения с осужденными и уголовно-исполнительное законодательство РФ

ВЕСТНИК ПЕРМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

2009 Юридические науки Выпуск 1

IV. УГОЛОВНОЕ ПРАВО, ПРОЦЕСС, КРИМИНАЛИСТИКА,

КРИМИНОЛОГИЯ

УДК 343.8 : 341.231.4

МЕЖДУНАРОДНЫЕ СТАНДАРТЫ ОБРАЩЕНИЯ С ОСУЖДЕННЫМИ И УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РФ

С.А. Рожков

Кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и прокурорского надзора

Пермского государственного университета, 614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15

Анализируются основные положения некоторых международных актов в сфере обращения с осужденными к лишению свободы, а также имеющиеся проблемы их реализации в уголовно-исполнительном законодательстве Российской Федерации. Обосновывается необходимость перехода от «колонийской» к «тюремной системе», т. е. к более цивилизованному варианту исполнения наказания в виде лишения свободы.

Ключевые слова: международные стандарты обращения с осужденными; содержание осужденных;

уголовно-исполнительное право

За последние десятилетия в результате достаточно эффективного международного сотрудничества в области обеспечения прав и свобод человека, в т. ч. и применительно к системе исполнения уголовных наказаний, было принято ряд международных стандартов обращения с осужденными. Международное сообщество попыталось обобщить правоприменительную практику исполнения наказания в виде лишения свободы (в основном в странах Европы и Америки) и определить в этих международных актах основные тенденции развития пенитенциарной системы [10. С. 39]. В теории уголовно-исполнительного права рассматривается несколько вариантов классификации международных актов в указанной сфере. Так, профессор С.И. Курганов [4. С. 105-106] классифицировал все международные стандарты по масштабу действия на универсальные и региональные, по направленности на акты общего характера и акты специального характера, а по юридической силе на конвенции и пакты, которые являются обязательными (Конвенция ООН против пыток) и иные акты, которые носят рекомендательный характер (Минимальные

© Рожков С.А., 2009

стандартные правила обращения с заключенными) [4. С. 105-106].

К универсальным актам отнесены международно-правовые документы, принятые ООН и распространяющие свое действие на все государства (Всеобщая декларация прав человека, 1948 г.). Региональные - это акты, принятые, например, Советом Европы (Европейские пенитенциарные правила, 1987 г.).

К актам общего характера относятся те, которые закрепляют основы правового статуса человека и гражданина, в т.ч. осужденного (Всеобщая декларация прав человека).

К международным актам специального характера С.И. Курганов относит те, которые устанавливают специальные права и обязанности осужденных, например, Минимальные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила).

Примерно такой же классификации придерживаются профессора П.Г. Пономарев и В.И. Селиверстов [8. С. 376-385; 9. С. 78-80].

Принципиальное значение для уголовно-исполнительного законодательства и практики его применения имеет ст. 10 Международного пакта о гражданских и полити-

ческих правах, в которой говорится, что все лица, лишенные свободы, имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности. В соответствии с данной статьей пенитенциарной системой для заключенных должен предусматриваться режим, «существенной целью которого является их исправление и социальное перевоспитание». Несовершеннолетних правонарушителей следует отделять от совершеннолетних и предоставлять им режим, отвечающий их возрасту и правовому статусу.

В 1984 г. была принята Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (далее - Конвенция). Конвенция предусматривает, что государства-участники должны рассматривать пытки в соответствующем национальном законодательстве как преступления. Она недвусмысленно запрещает любые ссылки в оправдание пыток.

Согласно ст. I Конвенции пытка означает «любое действие, которым какому-либо лицу причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания, наказать его за действие, которое совершило оно или третье лицо или в совершении которого оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия». Следует, однако, иметь в виду, что в предусмотренное Конвенцией определение пытки «не включаются боль или страдания, которые возникают лишь в результате законных санкций, неотделимы от этих санкций или вызываются ими случайно». Как видно, в отличие от упомянутой выше Декларации. Конвенция в принципе допускает причинение боли или страданий не только при «законном лишении свободы», но и в результате действия иных «законных санкций».

26 ноября 1987 г. принимается Европейская конвенция по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, в ст. 5 которой запрещается «принудительный или обязательный труд». Однако в этот термин не включается, в частности, «любая работа, которую обычно должно выполнять лицо, находящееся в заключении согласно положениям ст. 5 настоящей Конвенции или условно освобожденное от такого заключения».

Вместе с тем, наиболее детальные специальные общемировые стандарты применительно к исполнению наказания в виде лишения свободы изложены в Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными (1955 г.) (далее - Правила), которые обобщают рекомендации международных пенитенциарных конгрессов [5; 6. С. 248].

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными состоят из двух частей: ч. I «Общеприменимые правила»; ч. II «Правила, применимые к особым категориям заключенных». В ч. I излагаются основные требования к тюремному содержанию. Они устанавливают следующие разделы: основные принципы, распределение по категориям, помещения, личная гигиена, одежда и спальные принадлежности, питание, физические упражнения и спорт, медицинское обслуживание, дисциплина и наказание, средства усмирения, информация для заключенных и представление ими жалоб, контакты с внешним миром, книги, религия, хранение имущества заключенных, уведомление о смерти, болезни, переводе, перемещение заключенных, персонал заведений, инспекция. Таким образом, в рамках общеприменимых правил можно выделить несколько групп стандартов, относящихся к приему осужденных и их классификации; материально-бытовым условиям; режиму; организации труда; профессиональной подготовке и воспитательной работе; требованиям, предъявляемым к персоналу. Основными принципами указанных стандартов являются беспристрастность и недопущение дискриминации в отношении осужденных к лишению свободы.

Правила устанавливают условия раздельного содержания по категориям мужчин и женщин (либо в различных заведениях, либо в одном заведении, но в различных помещениях); неосужденных заключенных отдельно от осужденных; малолетних от взрослых; заключенных по гражданским делам отдельно от заключенных по уголовным.

В требованиях к помещениям указывается, что там, где заключенные ночуют в камерах или комнатах, каждый должен располагать отдельной камерой или комнатой. Если же имеются общие камеры, размещаемых в них лиц необходимо подвергать тщательному отбору на предмет их совместимости (ст. 9).

Все помещения, которыми пользуются заключенные, должны отвечать санитарным требованиям (с точки зрения кубатуры этих помещений, освещения, отопления и вентиляции). Заключенные имеют право на чистую и приличную одежду, постельное белье, которое регулярно должно меняться. Им следует предоставлять достаточно питательную пищу хорошего качества и хорошо приготовленную и необходимое количество питьевой воды (ст. 17-20). Все заключенные должны иметь возможность хотя бы один час в день проводить на свежем воздухе (ст. 21).

Медицинское обслуживание заключенных предполагает, что все заведения должны иметь по крайней мере одного медицинского работника, имеющего познания в психиатрии. Врач должен ежедневно принимать или посещать больных заключенных и всех тех, кто жалуется на болезнь.

Поскольку тюрьмы служат институтами принуждения и требуют надлежащего уровня управления и безопасности, Правила устанавливают, что «дисциплину и порядок следует поддерживать с твердостью, вводя, однако, только те ограничения, которые необходимы для обеспечения надежности надзора и соблюдения должных правил общежития в заведении» (ст. 27).

При заключении в тюрьму осужденный должен быть информирован о его правах и обязанностях, об условиях отбывания наказания. Каждый осужденный имеет право обратиться с жалобой или с заявлением к

директору заведения, а также в вышестоящие инстанции.

Осужденные имеют право через регулярные промежутки времени под должным надзором общаться с семьями и другими лицами как в порядке переписки, так и в ходе посещений.

В каждом заведении должна быть библиотека.

Каждый осужденный имеет право исповедовать религию. Разрешается посещать заведения служителям культа, которые должны иметь возможность отправлять религиозные обряды, периодически посещать осужденных для бесед на религиозные темы.

Осужденные не имеют права хранить при себе имущество, деньги, ценные предметы, одежду. Они передаются на хранение и возвращаются осужденному при освобождении.

В случаях смерти, болезни, перевода осужденного директор заведения должен незамедлительно уведомить об этом супруга осужденного или близкого родственника.

Заключенные не могут назначаться в дисциплинарном порядке на работу по обслуживанию самого учреждения. Но это правило не должно препятствовать функционированию системы самоуправления, при которой ответственность за определенные виды социальной, воспитательной или спортивной деятельности возлагается на самих заключенных.

Часть II Правил содержит специальные требования, относящиеся к содержанию осужденных. Уточняется, что в каждом заведении должна быть система льгот для поощрения осужденных к хорошему поведению. Труд осужденных не должен приносить им страданий. Осужденные по желанию имеют право на образование. Правила большое значение придают требованиям, предъявляемым к персоналу исправительных учреждений, поскольку «хорошая работа тюремных заведений зависит от добросовестности и гуманности, компетентности и личных качеств этих сотрудников» [7. С. 552-558].

В качестве еще одного направления развития международно-правовых стандартов об обращении с осужденными следует

обозначить деятельность по усовершенствованию отдельных положений Минимальных стандартных правил обращения с заключенными на региональном уровне. В результате такой работы и возникли Европейские тюремные правила (Европейские пенитенциарные правила) [2. С. 117]. Сейчас они являются единственным в мире региональным международно-правовым документом, содержащим столь обширные специальные нормы об обращении с заключенными. Цель данного документа состоит в том, чтобы быть справочным пособием для персонала учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, В ряде случаев обращение к Европейским пенитенциарным Правилам может использоваться для интерпретации положений национального пенитенциарного законодательства. Они делают акцент на ответственности тюремной администрации, а не на непосредственной защите прав отдельных заключенных. Вместе с тем подчеркивается тот факт, что при достижении эффективного тюремного управления защита прав и законных интересов заключенных не должна ослабевать.

С тем чтобы усилить значение Европейских тюремных правил, облегчить их интерпретацию и представить в виде целостной философской системы, к ним приложена Пояснительная записка. Она содержит комментарий отдельных статей Европейских тюремных правил, а также дополнительные указания по их применению.

Подготовка осужденного к освобождению должна начинаться уже с момента поступления заключенного в исправительное учреждение. Правильная классификация заключенных - необходимое условие дифференциации программ и средств обращения с ними, обеспечения безопасности и эффективной управляемости учреждения, оптимального распределения имеющихся сил и ресурсов.

Европейские тюремные правила (ст. 35) определяют принципы введения дисциплинарных взысканий, которые в своей основе аналогичны ст. 29 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными. Важным дополнением служит то, что, помимо указанного выше Европейские

тюремные правила устанавливают необходимость доступа заключенных к процессу апелляции. В одних случаях такая процедура может быть урегулирована законом, в других составляет прерогативу административных органов. Кроме того. п. 37 Европейских тюремных Правил не допускает «коллективных наказаний» заключенных за дисциплинарные проступки.

Наряду с Минимальными стандартными правилами ООН Европейские тюремные правила устанавливают приемлемые пределы, в рамках которых могут использоваться орудия ограничения личной свободы осужденного. В их числе упоминаются наручники и смирительные рубашки. Однако использование цепей или кандалов должно быть запрещено. Характер и особенности применения средств ограничения свободы должны осуществляться в соответствии с законом или административными положениями [7. С. 559-567].

Учитывая изложенное, возникает закономерный вопрос о реализации норм проанализированных выше международных стандартов обращения с осужденными в российском уголовно-исполнительном законодательстве.

Следует отметить, что до конца 1980-х гг. вследствие закрытости советской уголовно-исполнительной системы международные стандарты обращения с осужденными как в законодательной деятельности, так и в правоприменительной практике практически не были востребованы.

Ситуация изменилась в связи с принятием Конституции Российской Федерации в 1993 г., где в ч. 4 ст. 15 была закреплена следующая норма: «Общепризнанные

принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора» [7. С. 574-577].

В уголовно-исполнительном праве за последние годы вопросы реализации международных стандартов также нашли свое отражение. Так, в ч. 1 ст. 3 Уголовноисполнительного кодекса Российской Феде-

рации говорится, что уголовноисполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основываются на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными.

Вместе с тем, несмотря на то что Российская Федерация поставила свою подпись под многими международными договорами, декларациями и правилами и тем самым приняла на себя соответствующие обязательства, реализовать их в полной мере в РФ настоящее время не представляется возможным. Рекомендации (декларации) международных организаций по вопросам исполнения наказаний и обращения с осужденными реализуются в уголовноисполнительном законодательстве Российской Федерации при наличии необходимых экономических и социальных возможностей говорит законодатель в ч. 4 ст. 3 Уголовноисполнительного кодекса Российской Федерации.

Реализацию международных стандартов в Российской Федерации, по мнению профессора А.И.Зубкова [7. С. 586], осложняют: экономический спад и связанное с этим ограничение материально-финансовых ресурсов; рост преступности и увеличение числа осужденных; обострение межнациональных и межэтнических конфликтов; рост наркомании; ухудшение отношений между осужденными и персоналом пенитенциарных учреждений; падение престижа профессиональной уголовно-исполнительной деятельности. К этому следует дополнить и возрождение так называемых «воровских традиций» среди осужденных, что возможно только в условиях «колонийской» системы исполнения лишения свободы.

Следует отметить, что как в России, так и на Западе характер лишения свободы фактически определяется видом учреждения, в котором он отбывается. В западной пенитенциарной системе ими, как правило, являются тюрьмы. Из этого исходят как Минимальные стандартные правила обра-

щения с заключенными, так и Европейские тюремные правила. На этой основе ими определяются возможности и критерии классификации осужденных, условия их размещения, материально-бытового и медико-санитарного обеспечения, принципы управления заведениями, способы организации труда осужденных, меры безопасности и т.п.

Тюремный облик лишения свободы неизбежно наложил отпечаток на саму философию исполнения данного наказания, отраженную в упомянутых международных документах. В соответствии со ст. 57 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными «заключение и другие меры, изолирующие правонарушителя от окружающего мира, причиняют ему страдания уже в силу того, что они отнимают у него право на самоопределение, поскольку они лишают его свободы. Поэтому тюремная система не должна усугублять страдания, вытекающие из этого положения». Европейские тюремные правила демонстрируют аналогичный подход (ст. 64): «Заключение в тюрьму путем лишения свободы является само по себе наказанием. Поэтому условия заключения и тюремные режимы не должны, кроме как в случае оправданной изоляции или для поддержания дисциплины, ухудшать страдание заключенных».

В российской пенитенциарной науке и практике также исходят из того, что лишение свободы - это наказание, связанное с изоляцией осужденных в специальных учреждениях. Однако их облик и структура заметно отличаются от западных. Российская уголовно-исполнительная система исторически сложилась как «колонийская» [7. С. 586].

Таким образом, существующее в современной России лишение свободы - это все же несколько иное наказание, нежели то, философия исполнения которого отражена в Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными и Европейских тюремных правилах. Как следует из упомянутых документов, функциями режима исполнения (отбывания) лишения свободы признаются изоляция, сегрегация (классификация) осужденных, поддержание безопасности и дисциплины. Для отечествен-

ной уголовно-исполнительной (исправительно-трудовой) доктрины и практики традиционно бесспорна и карательная функция режима.

Степень социальной изоляции в колониях меньше, нежели в тюрьме. «Колонийская» система, по мнению профессора А. И. Зубкова, сама по себе имеет немало положительных черт. В первую очередь с точки зрения организации труда, социальновоспитательных мероприятий, подготовки осужденных к жизни на свободе. Однако в рыночной экономике и демократическом государстве труд осужденных объективно не может быть востребован в масштабах и организационных формах, присущих планово-директивной системе хозяйства. При отсутствии широкого привлечения осужденных к труду «колонийская» система неизбежно обнажает свои изъяны. К числу наиболее существенных из них относятся осложнение проблем безопасности, общее ухудшение экономического положения осужденных и персонала, рост влияния неформальной субкультуры и так называемых лидеров отрицательной направленности [7. С. 587].

К отрицательным факторам «колонийской» системы исполнения наказания в виде лишения свободы следует добавить еще и такие, как уровень рецидива после отбытия наказания в исправительных колониях (Каждый второй из числа освободившихся вновь совершает умышленное преступление, причем, как правило, в соучастии, с сокрытием следов преступления; не достигается цель наказания - исправление, поскольку доказано, что при поступлении в колонию лицо представляет меньшую опасность для общества, чем на момент освобождения после отбытия установленного в приговоре суда срока; в условиях колонии у осужденных появляется возможность консолидироваться (концентрация преступников в замкнутом пространстве достигает 3 тыс. чел.), что ведет к выработке различного рода «неформальных правил взаимоотношения», «понятий», «воровских традиций, обычаев» и других вариантов субкультуры преступного мира, примеры тому - серия массовых беспорядков, имевших место в колониях как для совершеннолетних, так и

для несовершеннолетних осужденных, основной целью которых была трансформация так называемых «красных зон» в «черные», где реальная власть находится в ведении так называемых «воров в законе», «смотрящих» и прочих «блатных». В условиях колонии у осужденных появляется возможность широко обмениваться криминальным опытом и формировать преступные группировки для совершения новых преступлений после освобождения; здесь не представляется возможным в полной мере осуществлять индивидуально-воспитательную работу по причине переполнения этих учреждений и большой ротации осужденных (на одного офицера приходится 100 и более осужденных, при этом следует учитывать еще и уровень подготовки персонала) и т.д.

В настоящее время каждый третий мужчина в России уже отбыл наказание в виде лишения свободы или еще отбывает его. Такая ситуация сложилась в результате судебной практики вынесения обвинительных приговоров к наказанию в виде лишения свободы (до 80 %, из них 40 % к реальному наказанию и 40 % к условному). Такая практика сложилась в результате неэффективной в настоящее время системы уголовных наказаний (ст. 44 УК РФ) в части, касающейся недостаточности альтернативных лишению свободы наказаний, в связи с чем суды вынуждены так часто назначать наказание в виде лишения свободы (на что обратил внимание и Президент РФ во время встречи с Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации 15 декабря 2008 г.).

В одном из выступлений Директор ФСИН РФ Ю.И. Калинин заявил, что только 12-16% осужденных, находящихся в местах лишения свободы, представляют реальную опасность для общества, а к остальным можно было применить другие, альтернативные лишению свободы, наказания.

Сложившаяся ситуация свидетельствует о необходимости постепенного перехода уголовно-исполнительной системы России к более цивилизованному варианту исполнения наказания в виде лишения свободы, т. е. от «колонийской» к «тюремной» системе [9; 11. С. 54-59].

В качестве вариантов реализации этих предложений могли бы быть тюрьмы или исправительные учреждения тюремного типа, причем как государственные, так и частные.

Библиографический список

1. Алферов Ю.А. Международный пенитенциарный опыт и его реализация в современных условиях. М.: Домодедово, 1993.

3. Ефремова И.А. Уголовно-

исполнительное право. Курс лекций: учеб. пособие для вузов. М.: Экзамен, 2007.

2. Европейские пенитенциарные правила 1987 г. // Права человека: сб. междунар. договоров. М., 1989.

7. Уголовно-исполнительное право России: учеб. для юрид. вузов и ф-тов / под ред. А.И. Зубкова. М.: Изд. группа ИНФРА-М-НОРМА, 2007.

4. Курганов С.И. Уголовно-исполнительное право: учеб. пособие. М.: Закон и право, 2004.

5. Минимальные стандартные правила обращения с заключенными 1955 г. // Пра-

ва человека: сб. междунар. договоров. М., 1989.

6. Уголовно-исполнительное право Российской Федерации: учеб. для вузов / под общ. ред. М.К. Кислицина. М.: НОРМА, 2001.

8. Уголовно-исполнительное право: учеб. для юрид. вузов / под ред. В.И. Селиверстова. 6-е изд., испр. и доп. М.: ИД «Юриспруденция», 2007.

9. Фефелов В.А. Социально-правовые основы цивилизации исправительных учреждений российской Федерации. Рязань, 1992.

10. Шмаров И.В. Разработка уголовноисполнительного законодательства в свете международных соглашений о защите прав человека и документов ООН, определяющих принципы обращения с осужденными // Советское государство и право. 1990. №11.

11. Шумихин В.Г., Рожков С.А. Реформа уголовно-исполнительного законодательства в условиях перехода к рыночной экономике // Государство и право. 1992. №7.

INTERNATIONAL RIGHTS OF TREATING THE CONVICTS AND THE RUSSIAN FEDERATION CRIMINAL AND EXECUTIVE LEGISLATION

S.A. Rozhkov

Perm State University, 614990, Perm, Bukireva st., 15

The basic provisions are analyzed of some of the international acts about treating the convicts, as well as the existing problems of their realization in the criminal and executive legislation of the Russian Federation. The necessity is justified of the transfer from the “colony system” to the “prison system”, i.e. to a more civilized variant of the execution of the restraint of liberty sentence.

Keywords: international standards of treating the convicts; keeping the convicts; criminal and executive law