Современная миграция сельского населения: особенности, направления, последствия

УДК 325.111 Ю.Г. Быченко,

В.Л. Шабанов

СОВРЕМЕННАЯ МИГРАЦИЯ СЕЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ: ОСОБЕННОСТИ, НАПРАВЛЕНИЯ, ПОСЛЕДСТВИЯ

С использованием данных Росстата показаны направления миграционных потоков в РФ, в том числе сельского населения. Выявлена связь между миграцией из сельской местности в города, сельской занятостью и качеством жизни. Проанализированы такие последствия сельско-городской миграции, как депопуляция сельского населения и деформация его половозрастной структуры. Оценены перспективы дальнейшего развития сельской местности при сохранении существующих трендов. Представлены пути совершенствования миграционных процессов сельского населения России. Обосновывается двойственность саморазвития демографических ресурсов сельского сообщества как результата обеспечения условий саморазвития социально-экономических потребностей сельчан, а также как отражение процесса оптимизации государственной миграционной политики.

Ключевые слова: сальдо миграции, миграционные потоки, людность, депопуляция, половозрастной состав, занятость.

Yu.G. Bychenko, V.L. Shabanov

MODERN MIGRATION OF RURAL POPULATION: TRENDS AND CONSEQUENCES

The paper uses the data of Rosstat to show directions of migration flows in the Russian Federation including the rural population. The correlation between migration from rural to urban areas, rural employment and quality of life is shown. The authors analyze the consequences of such rural-urban migration as depopulation in rural areas and deformation of its demographic structure. The prospects for further development of rural areas if current trends continue are described. The paper presents ways to improve migration of rural population of Russia. The dual character of self-development of demographic resources in rural communities as a result of creating conditions to ensure self-development of socio-economic needs of rural population as well as optimization of the state migration policy is examined.

Key words: migration balance, migratory movements, population size, depopulation, sex and age composition, employment.

Современная Россия переходит к принципиально новому типу развития - инновационному общественному, основными факторами которого становятся человеческие ресурсы, знания, образование, интеллектуально-образовательный человеческий потенциал населения. На пути становления информационного общества, формирования цивилизации высокой духовности, творчества, развития массовой инициативы и демократизации общественных отношений исчерпываются экономические и технологические возможности человеческой эволюции. Важнейшей целью и факторами социально-экономического развития становится человеческий ресурс общества в целом и его отдельных сообществ.

В новых условиях обостряются проблемы развития демографических человеческих ресурсов и отдельных групп населения России, резко сокращается ресурсный состав населения, проживающего в сельской местности, происходит денакопление человеческого капитала сельского сообщества. Можно констатировать, что в современных условиях обостряются противоречия в процессе развития населения в целом и отдельных сельских сообществ России [1]. Последнее ставит перед современными исследователями новые задачи, которые необходимо решать в сложившихся условиях.

Во-первых, необходимо теоретически уточнить категорию миграции, определить параметры ее оценки; выявить сущностные черты современных миграционных процессов сельского сообщества; определить специфику проявления данного явления в условиях инновационных трансформаций российского общества.

Во-вторых, необходимо осуществить анализ направлений миграционных потоков в Российской Федерации, в том числе сельского населения; выявить социальные проблемы, связанные с реализацией миграции сельского населения; наметить предпосылки устранения существующих противоречий.

Обоснуем наше видение решения данных задач в условиях современного этапа социально-экономического реформирования аграрно-промышленного комплекса России.

Человеческие ресурсы в современном понимании представляют собой важнейший фактор социально-экономического развития как страны в целом, так и ее отдельных территорий. Человеческие ресурсы - системное социальноэкономическое понятие. Их развитие во многом зависит от процессов миграции. Последняя в современных условиях характеризуется как процесс перемещения людей определенного сообщества через границы заранее определенной территории. Процесс миграции осуществляется в связи со сменой постоянного места жительства, трудоустройства субъектов в новых социокультурных условиях жизнедеятельности. Миграция характе-

ризуется внешними разнонаправленными социальными процессами: эмиграцией (социальный процесс выбытия населения с определенной территории) и иммиграцией (социальный процесс прибытия населения на определенную территорию). Анализ миграционных процессов предусматривает необходимость оценки разницы между эмиграцией и иммиграцией населения на определенной территории. Разница социальных потоков эмиграции и иммиграции населения характеризует общий объем чистой миграции на исследуемой территории. Сумма социальных потоков эмиграции и иммиграции населения характеризует объем валовой миграции на определенной территории. Важно отметить, что миграция может исследоваться как на уровне всего населения, так и на уровне его отдельных групп: городского, сельского, взрослого, коренного населения. Проанализируем некоторые миграционные процессы сельского и городского населения России.

Миграция сельского населения в города свидетельствует о поступательном развитии общества. В периоды тяжелых кризисов, в большей степени затрагивающих городскую экономику, направление миграции меняется, происходит аграризация малых городов и значительная натурализация сельской экономики.

В новейшей истории России был краткий период в начале 1990-х гг., когда наблюдалась сильная возвратная миграция из городов в села, превышающая миграцию из сел в города. По мере преодоления системного кризиса вектор миграции поменялся: сельское население вновь стало активно мигрировать в города в поисках работы и жизненных перспектив.

С 1990-х гг. для внутрироссийской миграции характерны центростремительные потоки [5]. По данным Росстата [4; 8], на протяжении 2001 - 2009 гг. положительное сальдо миграции имели только Центральный и Северо-Западный федеральные округа; в отдельные годы к ним присоединялись Уральский и Южный ФО (соответственно в 2001 и в 2007 гг.). При этом на Центральный ФО приходилось от 88 до 97% всех чистых миграционных приобретений. Наибольшие относительные миграционные потери в течение всего исследуемого периода нес Дальневосточный ФО (рис. 1).

ш Центральный ш Сеетро-Зэпэдный 0 Южный

с Приволжский эУральский 0 Сибирский

п Дальне восточный

Рис. 1. Сальдо миграции по федеральным округам РФ в 2001 - 2009 гг., %

Полученную общую картину миграции формируют разнонаправленные миграционные потоки между городами и селами и потоками в пределах городской и сельской местности. Большинство мигрантов - от 66% из городов до 72% из сел - направляется в города. Поэтому для городов большинства ФО характерно положительное сальдо миграции. Лишь города двух из семи федеральных округов имеют отрицательное сальдо миграции, в том числе наибольшее - города Дальневосточного ФО. Кроме того, в отдельные годы миграционные потери превышали миграционные приобретения в городах Сибирского и Приволжского ФО.

Что касается сельской местности, то ее миграционное сальдо в 2001 - 2009 гг. было отрицательным во всех федеральных округах, за исключением положительного выброса в 2003 г. по Северо-Западному ФО, «портящего» общую картину бегства населения из сельской местности (рис. 2).

Итак, общий миграционный поток направлен от восточной периферии к центру страны; один из значимых локальных потоков связан с переселением сельских жителей в близлежащие города.

В современной миграции сельского населения в города преобладающими типами являются: безвозвратная и маятниковая миграция рабочей силы и безвозвратная миграция учащейся молодежи.

Несмотря на постепенное сокращение сельскохозяйственной занятости* на 20%, в 1970 - 1990 гг. сельское хозяйство обеспечивало работой не менее половины жителей села трудоспособного возраста (от 52,9% в 1970 г. до 50,0% в 1990 г.) и оставалось, таким образом, системообразующей отраслью сельской экономики.

В последующие 19 лет (с 1990 по 2009 гг.) сельскохозяйственная занятость снизилась уже на 34%; одновременно с этим изменилась динамика численности трудоспособного населения, которое в 1990 - 2007 гг.

росло, несмотря на сокращение сельского населения в целом, и увеличилось к 2009 г. на 15% по сравнению с 1990 г. В результате в 2009 г. сельскохозяйственная занятость охватывала только 28,6% трудоспособного сельского населения, и сельское хозяйство постепенно утратило роль системообразующей отрасли в сельской местности. Однако данный процесс не сопровождался диверсификацией сельской экономики и ростом предложения на сельском рынке труда. В результате уровень занятости сельского населения трудоспособного возраста оказался значительно ниже, чем городского - 66,3% против 75,2% на конец 2010 г., причем около 20% людей имеют работу вне сел проживания, пополняя армию сезонных и маятниковых мигрантов.

* Здесь под сельскохозяйственной занятостью понимается занятость в сельском и лесном хозяйстве, что необходимо для сопоставимости данных, так как после 2004 г. при определении количества занятых Росстат перестал разделять эти отрасли. В 1970 - 2004 гг. число занятых в лесном хозяйстве составляло 2 - 3% от числа занятых в сельском хозяйстве.

За последние полвека (с 1959 по 2002 гг.) доля средне- и густозаселенных сельских территорий (с плотностью населения выше 10 чел. на кв. км) уменьшилась с 40,5% до 24,9%. Соответственно, возросла доля слабозаселенных и незаселенных территорий - с 43,5% до 54,2% и с 16% до 20,9%. В рассматриваемый период село потеряло почти 30% населения, причем на фоне положительного естественного прироста. Это означает, что основная причина депопуляции села - миграционный отток в города [8].

Большинство мигрантов остаются в пределах своих ФО. Среди сельского населения доля «близкой» миграции заметно выше, чем среди городского - 75 - 85% против 55 - 81% в зависимости от ФО: сельское население в большей степени ориентировано на внутрирегиональную миграцию в близлежащие города, в областные и районные центры. При этом оно «подвижнее», чем городское население: в 2009 г. 1,6% от общего числа сельских жителей стали мигрантами (против 1,0% горожан).

число

жителей

а кол-во сёл в 1989 -население в 1989

кол-во сёл а 2002 население в 2002

Рис. 3. Количество (столбиковая диаграмма; левая ось) и население (ломаные; правая ось) сельских населенных пунктов в зависимости от числа жителей

Рис. 4. Количество (столбиковая диаграмма; левая ось) и население (ломаные; правая ось) сел - центров сельских округов в зависимости от числа жителей, в 1989 и 2002 гг., по Саратовской области

Если считать долю сельскохозяйственной занятости по отношению к общей численности занятого в экономике населения, то в 2009 г. она составила 9,8% (в 1970 г. -19,5%, в 1990 г. - 13,2%), что соответствует уровню Польши (9,2%) и значительно выше, чем в наиболее развитых странах Европейского Союза - Швеции, Германии, Дании, Великобритании (менее 3%). Таким образом, экономическое развитие страны неизбежно ведет к дальнейшему сокращению сельскохозяйственной занятости: по сравнению с ведущими странами ЕС она избыточна на 70 - 75%.

Высвободившееся сельское население либо становится безработным и устраивается в неформальном секторе (прежде всего в приусадебном производстве), либо находит работу вне сельского хозяйства, оставаясь в родных селах или мигрируя в города. Необходимо отметить, что неформальная занятость в сельской местности в настоящее время очень высока - около 30% от общего числа занятых сельских жителей (в городе -14,2%), и дальнейший ее рост противоречил бы общему направлению развития экономики. Диверсификация сельской экономики, которая позволила бы обеспечить работой сельское население, происходит крайне мед-

ленно. Таким образом, наиболее ожидаемым вариантом развития является миграция сельского населения в города.

Такая миграция ведет к ускоренной депопуляции села и деформации половозрастной структуры сельского населения. За период между двумя переписями населения - с 1989 по 2002 гг. - исчезло 1,5% сельских населенных пунктов, а количество умирающих деревень с числом жителей 1 - 5 чел. возросло почти в 2 раза (с 11,1 до 21,2% по отношению к общему числу сельских населенных пунктов), очевидно, что это произошло за счет сокращения людности более крупных сел.

Сокращение средней людности поселений - еще одно проявление депопуляции: оно затронуло самые мелкие (до 50 чел.) и самые крупные поселения (2 - 3 тыс. и особенно 3 - 5 тыс. чел.), а также наиболее значительную по общей численности и важную группу поселений в 500 - 1000 чел. Однако население больших по размеру сел сокращается медленнее, вследствие чего происходит концентрация сельского населения в сверхкрупных селах (с населением свыше 5 тыс. чел. - рис. 3).

Очевидно, активность миграционного потока из сельской местности существенно различается по типам сел: пригородные села и села - центры административных округов (ранее - центры сельсоветов) теряют население медленнее, чем периферийные и «простые» по статусу. Близость города и более высокий административный статус всегда означают лучшую обеспеченность товарами и услугами, больше возможностей для трудоустройства и для сбыта продукции личного хозяйства, более высокое качество жизни [3].

Последнее подтверждается статистическими данными по Саратовской области, позволяющими выделить села с разным административным статусом. Согласно переписи населения 2002 г., в сельской местности Саратовской области проживало 70 4452 чел.: 76,6% -в центральных селах 614 сельских округов и 24,4% -в прочих 1 083 населенных пунктах. Средняя людность «прочих» населенных пунктов составляла 153 чел., при этом в 11,5% из них проживало от 1 до 10 чел. По сравнению с переписью 1989 г. число самых мелких поселений возросло почти в полтора раза (с 86 до 125), очевидно, за счет депопуляции других, более крупных.

Общее число более крупных «рядовых» поселений сократилось не только за счет депопуляции, но и за счет повышения статуса некоторых из них: число центральных сел - центров округов - за истекший период увеличилось на 42 (с 572 до 614), а их доля в сельском населении - на 6 процентных пунктов (с 70,5% до 76,6%) [6; 7].

Окружные центры выглядят более стабильно и успешно по сравнению с прочими селами: за время, прошедшее между двумя переписями, возросло как их количество, так и население (рис. 4, 5).

Таким образом, можно наблюдать повышение значимости окружных центров. Их рост происходит за счет рядовых, более мелких поселений, количество и население которых с течением времени уменьшается. Однако села - центры округов тоже нестабильны: их можно представить в виде « перевалочных пунктов» между прочими населенными пунктами и городами.

Деформация половозрастной структуры сельского населения выражается в «провале» возрастных когорт 25 - 39 лет при значительном превышении относительных частот старших и младших возрастов по сравнению с городом (рис. 6) и значительном превышении числа мужчин над числом женщин в возрастных когортах 15 - 29 лет (рис. 7).

Подобный перекос сельской возрастной пирамиды объясняется отъездом из села экономически наиболее активной части населения: молодежь, получившая образование в городе, не возвращается в село, не видя возможностей для профессиональной самореализации, не удовлетворенная качеством жизни в селе. Отъезд людей средних возрастов обычно связан с неудовлетворенностью работой или ее потерей и нахождением работы в городе.

Диспропорция в численности мужчин и женщин, существующая в сельской местности, сильно отличается оттой, что сложилась в городе. Если в городах в возрастной когорте 20 - 24 лет численность женщин начинает превышать численность мужчин, то в сельской местности в возрастных группах до 45 лет наблюдается превышение численности мужчин над численностью женщин. Наибольший «провал» приходится на наиболее репродуктивный возраст 20-24 года (903 женщины на 1000 мужчин). В городской местности столь сильная диспропорция в численности появляется только с 40 лет, причем «в пользу» женщин.

Итак, причины сельской миграции в города - недостаток рабочих мест, вызванный медленной диверсификацией сельской экономики, отсутствие перспектив, особенно у молодежи, что связано с низким качеством жизни в сельской местности и невозможностью применить полученное в городе образование в условиях недиверсифицированной экономики.

Чтобы оценить долгосрочные перспективы российского села на фоне обрисованных проблем, следует проанализировать результаты социально-демографического развития села в развитых странах. По некоторым оценкам, сложившаяся к настоящему времени модель расселения в сельской России соответствует модели расселения в странах Западной Европы в 60 - 80-е гг. XX в. [2]. Для обеих моделей характерно сокращение сельского населения и умень-

350

эо а

200

150

100

50

і V- -

(К ь

щА

1 ~ т

йя— і- І У\

я с

шшш уАшЬ ш

90

30

70 о

£

ВО щ"

1.

ЬО *

-

40 к

30 5

20

10

л

число

а кол-во сел в 1969 “население в 1989

5 кол-во сел в 2002 •население в 2002

Рис. 5. Количество (столбиковая диаграмма; левая ось) и население (ломаные; правая ось) сел, не являющихся центрами сельских округов, в зависимости от числа жителей, в 1989 и 2002 гг., по Саратовской области

го 4 0 5,0 8.0 10,0

О сельское население  городе кое население

Рис. 6. Распределение показателя численности населения по возрастным когортам по городской и сельской местности

Рис. 7. Распределение показателя числа женщин на 1000 мужчин по возрастным когортам по городской и сельской местности

шение численности занятых в сельском хозяйстве, забрасывание ранее использовавшихся сельхозугодий, поляризация в экономике и укладе жизни между пригородом и периферией, между селами, расположенными вблизи городов и сельской «глубинкой», разрушение социального слоя мелких фермеров и т.п.

Однако дальнейшая интенсификация сельского хозяйства в Западной Европе привела к такому значительному сокращению занятости в аграрном секторе, оттоку населения из села и депопуляции, что одной из важнейших задач аграрной политики в наше время стало поддержание численности сельского населения посредством перехода «от интенсивного сельского хозяйства к его выборочной экстенсификации» [2]. На первый план выдвигаются новые приоритеты в использовании сельских ландшафтов - не только для производства продуктов питания, но и для целей рекреации.

Подводя итоги, представим самые общие условия оптимизации миграционных процессов сельского населения России.

Физический человеческий потенциал сельских тружеников характеризуется количественным составом трудоспособных акторов и представляет собой важнейший компонент демографических ресурсов общества. Развитие физического человеческого потенциала сельчан должно осуществляться через обеспечение условий роста рождаемости населения сельских регионов как совокупности будущих носителей потенциального человеческого капитала. Финансирование данного процесса должно осуществляться государством, предприятием, общественными фондами, семьей. При этом достижение конечной цели обеспечивается путем создания благоприятных условий рождения и воспитания детей, снижения предельных издержек осуществления последнего. Создание условий роста физических человеческих ресурсов сельского сообщества представляет собой предпосылку логически обусловленного последующего процесса ее саморазвития. Именно рост физического человеческого потенциала обусловливает необходимость его дальнейшего совершенствования с одновременной адаптацией к тем или иным социально-экономическим условиям жизнедеятельности сельчан.

Развитие человеческих ресурсов сельского сообщества связано с созданием условий расширенного потребления сельских жителей, которое должно трансформироваться в совершенствование потребностей особого рода - потребностей, прогрессивно отражающих уровень человеческого потенциала. Государственный национальный проект АПК должен быть направлен в том числе и на достижение роста потребления сельчан, развитие их дифференцированных, социально значимых потребностей - потребностей конкретных социальных и доходных групп.

Если же товарная структура регулируемого предложения ориентирована по преимуществу лишь на какую-либо одну высокооплачиваемую или слишком «усредненную» группу сельского населения, то это влечет за собой ухудшение общих условий совершенствования потребления, замедление процесса развития демографических ресурсов сельского сообщества.

Саморазвитие физического человеческого потенциала сельских жителей есть результат инвестиций, идущих прежде всего на повышение уровня жизни сельчан

и его медицинского обслуживания, что и создает условия для совершенствования основных потребностей носителей человеческого потенциала, саморазвитие их демографических, физических и частично интеллектуально-образовательных характеристик.

Поэтому можно констатировать, что саморазвитие демографических ресурсов сельского сообщества России - это результат инвестиционного проектирования, направленного на создание условий для совершенствования основных потребностей сельских жителей. Практическим результатом последнего является, в первую очередь, рост рождаемости, улучшение защитных функций организма по сохранению здоровья (понижение смертности), увеличение продолжительности жизни, а значит и рост демографических ресурсов сельского сообщества России.

Абстрактно саморазвитие демографических ресурсов сельского сообщества представляет собой результат инвестиционного проектирования двойственных процессов. С одной стороны, важно обеспечить условия саморазвития второй группы социально-экономических потребностей сельчан (потребностей в труде, управлении, информатизации, научной и творческой деятельности). Саморазвитие данных особых потребностей прямо и косвенно связано с условиями и характером трудовой деятельности на селе, с уровнем преобразования разделенного труда в ассоциированный труд, формированием коллективного работника, обладающего комплексными профессиональными характеристиками. Для достижения последнего необходима реализация программы не только роста занятости сельских тружеников, но и достижения качественного роста системы трудового взаимодействия сельчан, обеспечения условий постоянного обновления технического вооружения их труда.

С другой стороны, необходима оптимизация государственной миграционной политики. Важно стимулировать процесс обратного переселения городского населения в сельскую местность. Необходимо создание на селе сезонных миграционных трудовых бирж. Данные организационные структуры и призваны формировать сначала временные, а затем и постоянные потоки переселенцев горожан в сельскую местность. Сельская местность должна стать привлекательной для переселения. Здесь должен формироваться временный, а при определенных условиях и постоянный жилой фонд для переселенцев. Важно создание условий формирования проактивной системы привлекательных трудовых мест, возможностей карьерного роста и получения высокого трудового дохода. Совершенствование миграционной политики на селе должно осуществляться как за счет федерального бюджета, так и за счет региональных ресурсов, налогового стимулирования процессов привлечения потенциала частного российского капитала.

1. Быченко Ю.Г., Логинова Л.В. Социальная политика как механизм развития социального потенциала российского общества // Вестник СГСЭУ. 2012. № 1 (40).

2. Гуня А.И., Канфелхардт Й., Стрелецкий В.Н. Аграрное природопользование в Германии: постиндустриальные тренды развития сельской местности и аграрная политика // Устойчивое развитие сельского хозяйства и сельских территорий: зарубежный опыт и проблемы России. М., 2005.

3. Нефедова Т.Г. Кризис и возможности устойчивого сельского развития в России // Устойчивое развитие сельского хозяйства и сельской территории: зарубежный опыт и проблемы России. М., 2005.

4. Российский статистический ежегодник. 2010: стат. сб. / Росстат. М., 2010.

5. Рязанцев С. Внутрироссийская миграция населения: тенденции и социально-экономические последствия // Вопросы экономики. 2005. № 7.

6. Сельские населенные пункты. Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года: стат. сб. / Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Саратовской области. Саратов, 2005.

7. Сельские населенные пункты РСФСР по данным всесоюзной переписи населения 1989 года. М., 1991.

8. Социальное положение и уровень жизни населения России. 2010: стат. сб. / Росстат. М., 2010.

удк 316.77 О.Ю. Голуб

КРИЗИСНЫЕ КОММУНИКАЦИИ: МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДЫ УПРАВЛЕНИЯ

Статья посвящена анализу основных теоретико-методологических подходов к изучению проблемы управления кризисными коммуникациями. Рассматривается системный поход и его возможности для повышения адаптационного потенциала организации в ситуации кризиса. С позиций информационного подхода и теории игр обосновывается значение формирования ключевых сообщений в кризисной ситуации. При исследовании понимания и интерпретации знаков и значений, формирующих осмысление кризисной ситуации, использованы когнитивный, интерпретационный и семиотический методы. Анализируются способы управления кризисными коммуникациями.

Ключевые слова: кризисные коммуникации, управление кризисными коммуникациями, адаптационный потенциал, связи с общественностью, нарратив, дискурс.

O.Yu. Golub

CRISIS COMMUNICATIONS: METHODOLOGY AND MANAGEMENT METHODS

The paper presents an analysis of main theoretical and methodological approaches to the problem of crisis management communications. The author considers system approach and its ability to enhance the adaptive potential capacity of organizations in a crisis situation. From the standpoint of information theory approach and game theory approach the paper proves the importance of forming key messages in a crisis situation. Cognitive, interpretative and semiotic methods are used for understanding and interpretation of signs and meanings that shape understanding of crisis. Ways of crisis communications management are discussed .

Key words: crisis communications, crisis communications management, adaptive potential, public relations, narration, discourse.

В современных условиях важнейшей движущей силой социальных изменений становится мощный управленческий ресурс, заложенный в информации, информационных технологиях, организации коммуникационных потоков. Однако когда происходят нарушения в процессах производства, передачи и распространении информации, могут наступать кризисы. На коммуникационную составляющую кризиса обращают внимание и зарубежные, и отечественные ученые. Так, А. Чумиков, приводит такое определение М. Роджестера: «Кризис - это событие, по вине которого компания попадает в центр не всегда доброжелательного внимания СМИ и других внешних целевых аудиторий, в том числе акционеров, политиков, профсоюзных организаций, движений в защиту окружающей среды, которые по той или иной причине вполне законно интересуются действиями организации» [5, с. 128]. Кризисных ситуаций можно избежать, но при условии постоянной планомерной работы, связанной с разработкой и реализацией стратегий и технологий антикризисного управления.

Эффективность антикризисных мероприятий напрямую зависит от понимания коммуникации как управленческой деятельности. Кризисные коммуникации - это деятельность, направленная на установление резуль-

тативных взаимодействий между организацией и ее общественностью до, во время и после негативных воздействий с целью поддержания устойчивой репутации организации и минимизации репутационных рисков [12, р. 6] Для этого используется комплекс социальных коммуникативных технологий, направленных на прогнозирование, диагностирование, управление кризисом, адаптацию к новым условиям и нейтрализацию негативных последствий. Основным институтом, целью которого является управление коммуникационными процессами, выступают связи с общественностью. Связи с общественностью как механизм управления социальными отношениями и общественным мнением обеспечивают взаимосвязи между субъектами и их целевыми группами посредством передачи информации и установления эффективной коммуникации. Применительно к кризисной ситуации это имеет принципиальное значение, так как в этом случае учитываются факторы, связанные не только с самим кризисом, но и с реакцией общественности на его возникновение, поддержанием устойчивой репутации организации.

Основу методологии изучения проблем управления кризисными коммуникациями составляют несколько теоретических подходов. Во-первых, системный подход,