Группам смерти грозят убийственные санкции

Госдума приняла в первом чтении поправки к Уголовному кодексу РФ, ужесточающие наказания за склонение к совершению самоубийства, в том числе через так называемые группы смерти в соцсетях. Депутаты предлагают поднять максимальную планку наказаний за доведение до суицида подростков с восьми до пятнадцати лет лишения свободы, фактически приравняв виновных к убийцам. Некоторые эксперты считают такие наказания несоразмерными и не понимают, зачем нужно ужесточать законодательство всего через месяц после вступления в силу новых наказаний для организаторов самоубийств. Во втором и третьем чтении закон может быть принят до пятницы, 21 июля.

Проект поправок к Уголовному кодексу (УК) РФ был внесен в Госдуму главой парламентской фракции единороссов Владимиром Васильевым, главой думского комитета по безопасности Василием Пискаревым и его первым заместителем Эрнестом Валеевым. Примечательно, что две новые статьи — 110.1 УК РФ о «склонении к совершению самоубийства» и 110.2 УК РФ об «организации деятельности» о побуждении к суицидам — появились в законодательстве лишь недавно. 7 июня вступил в силу закон, разработанный депутатом Госдумы Ириной Яровой, по которому лицам, склоняющим других к суициду, грозили сроки до семи лет лишения свободы, а за доведение до самоубийства несовершеннолетних — от пяти до восьми лет заключения.

Господин Васильев и его коллеги уже через месяц решили ужесточить законодательство и ввести в УК новые нормы, сочтя нынешние наказания «несоразмерными их тяжести и общественной опасности». Необходимость правки поясняется и тем, что жертвами становятся «несовершеннолетние с неокрепшей психикой». Так, склонение или содействие самоубийству (с помощью советов, уговоров или обмана), в случае если это повлекло суицид или покушение на него (п. 4 ст. 110.1 УК РФ), предлагается карать лишением свободы на срок до десяти лет (сейчас за это предусмотрено максимальное пятилетнее заключение). Если жертвой суицида или покушения на него стали несовершеннолетние лица или беременные женщины (п. 5 ст. 110.1 УК РФ), лишать свободы, по мнению парламентариев, следует на срок от шести до двенадцати лет (сейчас — до шести лет). Наконец, две и более несовершеннолетние жертвы суицида «тянут» по документу на сроки от восьми до пятнадцати лет лишения свободы. Ранее такой состав преступления в ст. 110.1 УК РФ не фигурировал: в пояснительной записке говорится, что это наказание «соразмерно ответственности за убийство». По словам соавтора документа депутата Василия Пискарева, целью законопроекта является перевод преступлений в сфере суицидов «из разряда средней тяжести в особо тяжкие». Жестче парламентарии предложили карать и за «организацию деятельности» по побуждению к суицидам (ст. 110.2 УК РФ): если сейчас за это грозит до шести лет, то по новому законопроекту — до пятнадцати.

Примечательно, что нынешние поправки широко не обсуждались, а по вступившему в силу месяц назад законодательству не сформирована судебная практика. Так, по статистике Следственного комитета РФ, в 2016 году в результате самоубийства погибли 720 несовершеннолетних, а за последние три года совершили суицид 2,2 тыс. детей. Однако единственным осужденным «по-новому» можно считать администратора так называемых групп смерти Филиппа Будейкина: Тобольский районный суд Тюменской области накануне приговорил его к трем годам и четырем месяцам колонии — по новой редакции ст. 110 УК РФ («Доведение до самоубийства»).

Тем не менее законопроект был принят стремительно. 17 июля его внесли в Госдуму, на следующий день одобрили в профильном комитете по законодательству, а в среду приняли в первом чтении. Глава комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников сказал, что окончательно закон может быть принят Госдумой уже 21 июля, перед закрытием весенней сессии.

«Это пример того, как не следует заниматься законотворчеством»,— считает первый зампред комитета Госдумы по госстроительству Юрий Синельщиков. По его мнению, «следовало бы проанализировать судебную и следственную практику» по новым статьям УК, прежде чем вносить документ в Госдуму. В пример депутат привел неопределенную формулировку о доведении граждан до суицида обманом, пояснив, что в законе нет четкого определения обмана, и непонятна в этом случае, например, судьба «экстрасенсов и проповедников, пытающихся доказать существование загробной жизни». На необходимость анализа практики, по словам Юрия Синельщикова, в заключении к законопроекту обратило внимание и правительство РФ.

Предлагаемые санкции господин Синельщиков счел «завышенными» и «неадекватными»: за склонение к самоубийству полагается от пяти до десяти лет лишения свободы, а за доведение до самоубийства, «то есть за деяние, где есть труп» — от двух до шести лет. Впрочем, депутат Госдумы и казачий генерал Виктор Водолацкий, наоборот, счел поправки слишком мягкими, предложив карать за эти преступления тюремными сроками от 10 до 20 лет: «Тогда люди поймут, что мы действительно защищаем детей от суицидальных войн». А депутат Алексей Куринный не понял, что мешало единороссам включить предлагаемые санкции в законопроект Ирины Яровой. «Вы договориться не смогли со своими однопартийцами?» — возмутился парламентарий.

Адвокат Павел Астахов считает, что необходимо не только ужесточать наказания, «но и вести глубокую профилактическую и квалифицированную оперативно-разыскную работу, чтобы избежать злоупотреблений». «Каждый преступник должен бояться неотвратимого наказания, а зачастую они остаются безнаказанными»,— пояснил адвокат.