Советское "лицо феминизма": манипулятивный потенциал концептуальной метафоры в поликодовом тексте

Лингвистическая дискурсология

УДК 811.161.1 DOI: 10.14529/Ппд170401

СОВЕТСКОЕ «ЛИЦО ФЕМИНИЗМА»: МАНИПУЛЯТИВНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ КОНЦЕПТУАЛЬНОЙ МЕТАФОРЫ В ПОЛИКОДОВОМ ТЕКСТЕ

Е.В. Дзюба1, Ю.Г. Ткаченко2

1 Уральский государственный педагогический университет, г. Екатеринбург, Россия,

2 Уральский государственный экономический университет, г. Екатеринбург, Россия

Анализируются плакатные агитационные тексты советского периода (20-40-х гг. ХХ в.) с целью выявления концептуальных метафор, реализующих манипулятивные смыслы социалистической идеологии в отношении женщин, а именно их роли и положения в «новом» обществе. Исследование полученного визуального и вербального материала позволяет сделать вывод о целенаправленном конструировании властью конкретного способа мышления, доминирующими концептами которого являются государственные ценностные ориентации необходимости строительства нового общества, борьбы с внешними врагами и подчинения при необходимом активном участии женского населения, репрезентируемого как равного в своих правах и обязанностях мужчинам. Другими словами, непрерывно формирующаяся индивидуальная концептуальная система человека испытывает на себе воздействие исторического идеологического текста, могущего порождать доминанты национального сознания конкретного временного периода, адаптирующие под себя суждения и стереотипы государственной власти.

Ключевые слова: концептуальная метафора, поликодовый и креолизованный текст, феминизм, плакатная агитация, манипуляция, идеология.

В последние годы в фокусе внимания специалистов по лингвосемиотике находятся связи языка с поликодовыми системами (в частности -в политической коммуникации). Исследователи М.А. Бойко [1], Э.В. Будаев [2], М.Б. Ворошилова [3], Е.В. Дзюба [4, 5], С.В. Иванова [6], Т.С. Маге-ра [7], Р.Т. Садуов [11, 12], О.О. Сподарец [13, 14], Н.М. Чудакова [17], Е.В. Шустрова [18] и др. подчеркивают, что в политической коммуникации особую значимость имеют семиотически осложненные тексты, в структуре которых на содержательном и прагматическом уровнях взаимодействуют коды разных семиотических систем, интегрирующихся получателем информации в единое целое. К поликодовым текстам политического содержания относят: политическую карикатуру, политическую иллюстрацию, политический плакат, политические комиксы, политические музыкальные клипы и рекламные ролики.

В организации поликодовых текстов участвуют единицы разных семиотических систем: вербальной и невербальной. К невербальным компонентам поликодового текста относятся: графическая сегментация текста, расположение фрагментов текста, особенности шрифтового набора, цветообозначения, типографские знаки, цифры, средства иконического языка (рисунки, фотографии, таблицы, схемы и др.).

В настоящее время в сфере изучения полити-

ческих поликодовых текстов наблюдается чрезвычайная разноплановость:

- хронологическая (изучаются политические креолизованные тексты исторические и современные);

- методологическая (для анализа политического креолизованного текста привлекаются разные методы и методики: метафорического моделирования, анализа речевых актов, контент-анализа, структурно-семантического анализа и

др.);

- дискурсивная (рассматривается институциональный, чаще президентский, дискурс разных стран, дискурс СМИ, экономический и спортивный дискурсы, ставшие в последние годы весьма политизированными);

- жанровая (в центре исследовательского внимания оказываются политические иллюстрации, плакаты, листовки, поликодовые логотипы политических партий, политические комиксы, политические рекламные ролики, политические музыкальные клипы).

Эта разноплановость лингвосемиотических исследований политического дискурса вполне объяснима природой изучаемого феномена: поликодовый текст является сложным по структуре (совмещает единицы разных семиотических систем) и нацеленным на многоканальное воздействие и восприятие.

В данной работе с лингвосемиотических позиций рассматривается политический плакат, сопровождаемый письменным текстом и посвященный проблемам так называемого феминизма с «социалистическим лицом». Исследование посвящено изучению манипулятивного потенциала концептуальной метафоры, представляющей идею о равноправии мужчин и женщин в СССР.

Пропаганда равных прав обоих полов в революционной России 1917-1919-го гг. и позднее в Советском Союзе не имела точек соприкосновения с западными теориями феминизма, которые отрицались как буржуазные. Социалистической идеологической подоплекой равенства выступала идея отсутствия различий между мужчинами и женщинами, имеющая целью создание советского гражданина, не обремененного особыми женскими или мужскими запросами и поставленного на службу государству.

Плакатная агитация, создавая идеологическую языковую реальность, обладала большим манипулятивным воздействием, понимаемым как «коммуникативное воздействие, ведущее к актуализации у объекта воздействия определенных мо-тивационных состояний, побуждающих его к выгодному субъекту воздействия поведению» [10, с. 116]. При этом истинные цели субъекта воздействия остаются скрытыми для объекта воздействия, находящегося в ситуации навязывания ему определенного типа мышления.

Материалом для настоящего исследования послужили поликодовые тексты - советские плакаты трех периодов: довоенного, военного и послевоенного (проанализировано 130 плакатов 20-40-х гг. XX в.). В результате работы были выявлены следующие концептуальные метафоры.

Одной из наиболее частотных метафор является военная, или милитарная, ср.: Под красный стяг, в ряды с мужчиной! - Буржуазии страх несем! (рис. 1); Крестьянка, укрепляй союз рабо-

Рис. 1. Автор Н. Валерианов, 1925 г., Москва

чих и крестьян. Он сделает СССР непобедимым (автор М. Ушаков-Поскочин, 1925); Работницы, колхозницы, будьте в первых рядах бойцов за вторую пятилетку!; 8 марта - боевой праздник трудящихся женщин всего мира! (рис. 2); Международный день работниц - боевой день пролетариата (автор В.Н. Кулагина, 1931, Москва); Делегатка, работница, ударница! В боях за победное завершение последнего года пятилетки будь в первых рядах ударников бригады, цеха, завода (автор Н.С. Пинус, 1931); Победа будет в той стране, где женщина с мужчиной наравне! (авторы: И.С. Астапов, И.Ф. Холодов, 1941, Ленинград); Все для победы! Фронту от женщин СССР (изображение плаката: работница завода на фоне партии изготовленных снарядов, автор А.А. Кокоре-кин, 1942) и т. д.; Трактор в поле - что танк в бою (авторы: В. Иванова, О. Бурова, 1942) и многие другие.

Лексемы непобедимый, победа, бойцы, враг, выражения нести страх врагам, боевые подруги, трактор что танк и подобные акцентируют внимание на необходимости военного противостояния, что отвечало советской идеологии (мирного периода в том числе), культивирующей образ непримиримого и недремлющего врага. А.П. Чу-динов отмечает, что милитарная метафора навязывает массовому сознанию стереотипы решения всех социальных вопросов одним способом -способом военного противостояния и противоборства [16, с. 104].

Актуальной для советской идеологии являлась строительная метафора, также нашедшая отражение в плакатах, представляющих образ советской женщины, ср.: Работница, будь в передовых рядах строительства социализма! (рис. 3); Раскрепощенная женщина, строй социализм! (автор А.И. Страхов-Браславский, 1926); Строй новый быт! (рис. 4.); Труженица Востока, становись в ряды строителей социализма! (авторы:

Рис. 2. Автор А. Мытников-Кобылин, 1932 г., Ростов-на-Дону

Н.Ф. Короткова, М. Ворон, 1930, Москва); Отдадим все свои силы на скорейшее восстановление городского хозяйства Ленинграда! (изображение плаката: женщины восстанавливают дома, пострадавшие от бомбежек); А ну-ка, взяла! (изображение плаката: женщина пытается поднять носилки с грудой кирпичей; автор И.А. Серебряный, 1944, Ленинград; Москва).

Строительная метафора (строители социализма, строить новый быт), обычно сопутствующая метафоре разрушения (старый мир разрушим -новый построим), акцентирует внимание на идее необходимости вовлечения женщины не только в процесс реального строительства городов после разрушительных социальных катаклизмов, но в первую очередь в процесс организации нового образа жизни, нового быта, нового общества.

Востребованной в годы строительства нового, вероятно, свободного социалистического госу-

дарства явилась метафора рабства и раскрепощения женщин в первую очередь от домашнего быта, ср.: Женщина-работница, кооперация освобождает тебя из-под власти кухни и печного горшка (рис. 5); 8 марта - день раскрепощения женщин; 8 марта - день восстания работниц против кухонного рабства. Долой гнет и обывательщину домашнего быта! (рис. 6); Долой кухонное рабство! Даешь новый быт! (рис. 7).

В политических плакатах рассматриваемого периода актуальна также метафора пути, пути к лучшей жизни, ср.: Работница! Большевистскими темпами вперед к овладению передовой техникой! (рис. 8); Работница Свободной России! Крепче держи знамя коммунизма. За тобой идут женщины всего мира на борьбу с капиталом (рис. 9); Кооперация - путь работниц и крестьянок к своему раскрепощению (Г.М. Бершадский, 19211929, Москва,) и др. Идея необходимости «женско-

Рис. 5. Автор А.Н. Аршинов, 1923 г., Курск

Рис. 6. Автор Б. Дейкин, 1932 г.

Рис. 7. Автор Г.М. Шегаль, 1931 г., Москва

го» движения навстречу новой жизни, светлому будущему (то есть к заветной цели) поддерживается не только метафорическим образом пути и движения «стройными рядами» единомышленников, но также глагольной лексикой движения (идти, следовать), притом движения однонаправленного (это реализуется в конструкциях с семантикой движения к..., вперед) и лексикой темпорального значения (большевистскими темпами).

Плакаты, представляющие идею трансформации женщины из домашней прислуги в полноправного активного члена социалистического общества, предоставления женщинам «почетного» права выполнять мужскую работу, повсеместного уравнения женщин с мужчинами, по присущему им метафорическому колориту укладываются в общую риторику пропаганды периода СССР, несущую пафос борьбы, противостояния идеологическим врагам, выбора пути общественного развития, строительства новой жизни, освобождения от рабства во всех его проявлениях. Данные мифические политические концепты, будучи насаждаемыми и постоянно декларируемыми, были усвое-

.ьл« гнмгого осммакпимя .МмЩНЧл-нумю, что&Ы nm^O CbJitt i nfiici

1»4Т0ЕЫ kEHLUNHA Y41CTBQBAftA В ОБЩЕ» ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ TPWE1

Рис. 10. Автор неизвестен, 1930 г., Государственное издательство, Москва; Ленинград

ны, они стали неразрывно связаны с повседневным опытом женщин. По словам Г.В. Пушкаревой, «создаваемые мифы помогают человеку оправдывать насилие со стороны власти и свое подчиненное положение, при котором он снимает с себя ответственность за все происходящее» [9, с. 62].

Лингвокогнитивный анализ содержания избранных поликодовых текстов повсеместно демонстрирует актуализацию идеи морального усилия и физически тяжелого женского труда, ставшего принудительным, что подтверждает использование женщины в качестве рабочей силы и ресурса (рис. 10, 11).

На советских плакатах изображались женщины 20-40 лет в рабочей или повседневной одежде с преобладанием красного цвета, крепкого телосложения, работающие в поле, на заводе, на стройке. Их внешний вид и решительное выражение лиц говорили о готовности и искреннем желании бороться за дело партии и построение нового общества. Таким образом, визуальные образы, обладая лингвистическим знаковым характером, представляют собой кодифицированные смыслы, подкреп-

Рис. 11. Автор Н. Пинус, 1933. Текст на плакате: «Женщины в колхозах - большая сила. Держать эту силу под спудом, значит допустить преступление. Наша обязанность состоит в том, чтобы выдвигать вперед женщин в колхозах и пустить эту силу в дело»

ляющие плакатные тексты. Молодое женское население рассматривалось государством как удобный для политических манипуляций объект, воспитываемый в русле социалистических идеалов.

Агитационные тексты имели своей целью минимизировать дистанцию между субъектом и объектом воздействия с целью более сильного психологического и эмоционального воздействия на последнего, что подтверждается обращениями на «ты», использованием повелительного наклонения, метафоричностью, избирательностью обращения.

Советская мифология утверждала права женщин на участие в выборах, возможность профессионального самоопределения и активного участия в жизни своей страны, находящейся в ситуации экономического и политического кризиса, как приоритетные, ставя общественные интересы выше личных.

В годы Великой Отечественной войны плакаты призывали женщин занять место мужчин на фронте и в тылу на производстве, что подразумевало тяжелый и вредный физический труд, хотя и хорошо оплачиваемый. После войны заслуги воевавших женщин не были оценены по достоинству, а престижные рабочие места для них были ликвидированы и переданы мужчинам.

Социалистическая идеология в плакатной агитации и пропаганде избирает не стратегию выражения благодарности женщинам за их вклад в общественно-политическое, экономическое, хозяйственное, культурное развитие страны, а продвижение выгодного государству идейного проекта о женщине как о равной мужчине активной труженице, борце [8, с. 15], в чем отражается отношение государственной власти к женщине как к орудию, и не только в труде, но и в воспроизводстве населения.

Несмотря на видимую вербализацию и визуализацию в плакатах смыслов профессиональной и социальной эмансипации женщин в Советском государстве, реальное положение женщин определялось «патриархальными ценностями и жесткой системой гендерных ролей, что, будучи усугубленным трудовой мобилизацией, вытолкнуло женское население в сферу наемного труда при сохранении домашнего бремени» [15, с. 575]. Именно постреволюционный период продемонстрировал историческую устойчивость в России стереотипов в отношении предназначения и роли женщины в семье и обществе, несмотря на ее участие в революционном и социалистическом движении, в войнах и освоении мужских профессий. Анализ концептуальной метафоры, репрезентированной в поликодовых текстах (в данном случае - в советских плакатах), на наш взгляд, позволяет вскрыть реальные мотивы власти, скрытые за пафосной риторикой пропагандистов-идеологов.

Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского научного фонда (проект 16-18-02102).

Литературы

1. Бойко, М.А. Функциональный анализ средств создания образа страны (на материале немецких политических креолизованных текстов): автореф. дис. ... канд. филол. наук /М.А. Бойко. - Воронеж, 2006.

2. Будаев, Э.В. Метафора в политическом интердискурсе: моногр. / Э.В. Будаев, А.П. Чуди-нов. - Екатеринбург, 2006. - 213 с.

3. Ворошилова, М.Б. Политический креолизо-ванный текст: ключи к прочтению: моногр. / М.Б. Ворошилова; Урал. гос. пед. ун-т. - Екатеринбург, 2013. - 194 с.

4. Дзюба, Е.В. «Бархатные» метафоры чешского политического дискурса // Политическая лингвистика. - 2017. - № 1. - С. 31-40.

5. Дзюба, Е.В. Образы представления мигрантов в чешском политическом плакате // Визуальная коммуникация в социокультурной динамике. -Казань, 2016. - С. 254-260.

6. Иванова, С.В. Антикризисные манипуля-тивные стратегии в профессиональных PR-текс-тах (по материалам официального сайта компании FANNIE MAE) / С. В. Иванова, М. А. Конова // Политическая лингвистика. - 2010. - № 2 (32). -С. 165-171.

7. Магера, Т. С. Текст политического плаката: лингвориторическое моделирование (на материале региональных предвыборных плакатов): дис. ... канд. филол. наук / Т.С. Магера. - Барнаул, 2006.

8. Пушкарева, Н.Л. Гендерная система Советской России и судьбы россиянок // Новое литературное обозрение. - 2012. - № 5. - С. 8-23.

9. Пушкарева, Г.В. Когнитивные механизмы конструирования политической реальности // Полис. Политические исследования. - 2015. - № 1. -С. 55-70.

10. Сагайдачная, Е.Н. Манипуляции в политическом дискурсе // Вестник Челябинского государственного университета. Филология. Искусствоведение. - 2007. - Вып. 17, № 22. - С. 121-126.

11. Садуов, Р.Т. Феномен политического дискурса Барака Х. Обамы: лингвокультурологиче-ский и семиотический анализ: моногр. / Р.Т. Садуов. - Уфа: РИЦ БашГУ, 2012. - 136 с.

12. Садуов, Р.Т. Прецедентные вербальные, визуальные и вербально-визуальные феномены в креолизованном тексте (на материале современного российского политического комикса) / Р. Т. Садуов // Политическая лингвистика. - 2013. -№ 4 (46). - С. 221-229.

13. Сподарец, О. О. Воздействующий потенциал изобразительного ряда в креолизованных текстах политического дискурса СМИ (на материале современного американского политического медиадискурса) / О.О. Сподарец // Политическая лингвистика. - 2015. - № 4 (54). - С. 112-117.

14. Сподарец, О.О. Поликодовость как ключ

к новостному политическому медиатексту / О.О. Сподарец // Политическая лингвистика. -2011. - № 1 (35). - С. 171-176.

15. Стайтс, Р. Женское освободительное движение в России: Феминизм, нигилизм и большевизм, 1860-1930: пер. с англ. /Р. Стайтс. - М.: Российская политическая энциклопедия, 2004.

16. Чудинов, А.П. Метафорическая мозаика в современной политической коммуникации / А.П. Чудинов. - Екатеринбург: Урал. гос. пед. ун-т, 2003.

17. Чудакова, Н.М. Концептуальная область «Неживая природа» как источник метафорической экспансии в дискурсе российских средств массовой информации (2000-2004 гг.): дис. ... канд. филол. наук / Н.М. Чудакова. - Екатеринбург, 2005. - 225 с.

18. Шустрова, Е.В. Барак Обама и современная американская карикатура: моногр. / Е.В. Шу-строва; Урал. гос. пед. ун-т. - Екатеринбург, 2014. - 370 с.

Дзюба Елена Вячеславовна, доктор филологических наук, доцент, кафедра межкультурной коммуникации, риторики и русского языка как иностранного, Уральский государственный педагогический университет (Екатеринбург), ev_dziuba@uspu.me

Ткаченко Юлия Геннадьевна, старший преподаватель, кафедра делового иностранного языка, Уральский государственный экономический университет (Екатеринбург), tka55@yandex.ru

Поступила в редакцию 30 октября 2017 г.

DOI: 10.14529/ling170401

SOVIET "FACE OF FEMINISM": MANIPULATIVE POTENTIAL OF CONCEPTUAL METAPHORS IN POLYCODE TEXTS

E.V. Dziuba, ev_dziuba@uspu.me Yu.G. Tkachenko2, tka55@yandex.ru

Ural State Pedagogical University, Ekaterinburg, Russian Federation, 2 Ural State University of Economics, Ekaterinburg, Russian Federation

This article deals with poster propaganda texts of the Soviet period (the 20s - 40s of the twentieth century). The aim of the authors is to identify conceptual metaphors producing manipulative meanings of socialist ideology about women, namely about their role and position in the "new" society. The study of the visual and verbal data lets the authors draw the conclusion that the power-makers deliberately create a particular way of thinking dominated by the state values: of the necessity of building a new society, the struggle with foreign enemies and the submission with necessary and active participation of the female population represented as equal in their rights and responsibilities to men. In other words, an individual conceptual system, which is continuously evolving, is affected by historical and ideological texts that can lead to generating dominant national consciousness of a certain time period, adapting judgments and stereotypes of the government.

Keywords: conceptual metaphor, polycode and creolized text, feminism, posters propaganda, manipulation, ideology.

This article is published with the support of Russian Science Foundation (Project number 16-18-02102).

References

1. Bojko M.A. Funkcional'nyj analiz sredstv sozdanija obraza strany (na materiale nemeckih politicheskih kreolizovannyh tekstov). Avtoref. dis. kand. filol. nauk [Functional Analysis of Means of Creation of the Country Image (Based on German Political Creolized Texts. Abstract of cand. diss.]. Voronezh, 2006.

2. Budaev Je.V. Metafora v politicheskom interdiskurse [Metaphor in Political Interdiscourse]. Ekaterinburg, 2006. 213 p.

3. Voroshilova M.B. Politicheskij kreolizovannyj tekst: kljuchi k prochteniju [Political Creolized Text: Keys for Reading]. Ekaterinburg, Ural State Pedagogical University, 2013. 194 p.

4. Dzjuba E.V. "Barhatnye" metafory cheshskogopoliticheskogo diskursa ["Velvet" Metaphors of the Czech Political Discourse]. Politicheskaja lingvistika, 2017, no. 1, pp. 31-40.

5. Dzjuba E.V. [The Images of Representation of Migrants in the Czech Political Posters]. Vizual'naja kom-munikacija v sociokul'turnoj dinamike [Visual Communication in the Socio-Cultural Dynamics]. Kazan', 2016, pp. 254-260.

6. Ivanova S.V. [Manipulative Anti-Crisis Strategy in Professional PR Texts

7. Magera T.S. Tekst politicheskogo plakata: lingvoritoricheskoe modelirovanie (na materiale regional'nyh predvybornyh plakatov). Dis. kand. filol. nauk [The Text of Political Posters: Linguistic Modeling (Based on the Regional Election Posters). Cand. sci. diss.]. Barnaul, 2006.

8. Pushkareva N.L. [The Gender System of Soviet Russia and the Fate of Russian Women]. Novoe literatur-noe obozrenie, 2012, no. 5, pp. 8-23.

9. Pushkareva G.V. [Cognitive Mechanisms of Political Reality Construction]. Polis. Politicheskie issledova-nija, 2015, no. 1, pp. 55-70.

10. Sagajdachnaja E.N. [Manipulation in Political Discourse]. Vestnik Cheljabinskogo gosudarstvennogo un-iversiteta. Filologija. Iskusstvovedenie, 2007, iss. 17, no. 22, pp. 121-126.

11. Saduov R.T. Fenomen politicheskogo diskursa Baraka H. Obamy: lingvokul'turologicheskij i semioti-cheskij analiz [The Phenomenon of the Political Discourse of Barack H. Obama: Linguo-Cultural and Semiotic Analysis]. Ufa, RIC BashGU, 2012. 136 p.

12. Saduov R.T. [Precedent Verbal, Visual and Verbal-Visual Phenomena in a Creolized Text

13. Spodarec O.O. [Influencing Potential Visual Range in Creolized Texts of Political Mass Media Discourse

14. Spodarec O.O. [Polycoded Specifity as the Key to Political News Media Text]. Politicheskaja lingvistika, 2011, no. 1

15. Stajts R. Zhenskoe osvoboditel'noe dvizhenie v Rossii: Feminizm, nigilizm i bol'shevizm, 1860-1930 [The Women's Liberation Movement in Russia: Feminism, Nihilism and Bolshevism, 1860-1930], transl. from engl. Moscow, Rossijskaja politicheskaja jenciklopedija, 2004.

16. Chudinov A.P. Metaforicheskaja mozaika v sovremennoj politicheskoj kommunikacii [Metaphorical Mosaics in Modern Political Communication]. Ekaterinburg, Ural State Pedagogical University, 2003.

17. Chudakova N.M. Konceptual'naja oblast' "Nezhivajapriroda" kak istochnikmetaforicheskoj jekspansii v diskurse rossijskih sredstv massovoj informacii (2000-2004 gg.). Dis. kand. filol. nauk [Conceptual Area "Inanimate Nature" as a Source of Metaphorical Expansion in the Discourse of Russian Mass Media (2000-2004). Cand. sci. diss.]. Ekaterinburg, 2005. 225 p.

18. Shustrova E. V. Barak Obama i sovremennaja amerikanskaja karikatura [Barack Obama and the Modern American Caricature]. Ekaterinburg, Ural State Pedagogical University, 2014. 370 p.

Elena V. Dziuba, Doctor of Philology, Associate Professor, Department of Intercultural Communication, Rhetoric and Russian as a Foreign Language of Ural State Pedagogical University (Ekaterinburg), ev_dziuba@uspu. me

Yuliya G. Tkachenko, Senior teacher at the Chair of Business Foreign Language, State University of Economics (Ekaterinburg), tka55@yandex.ru

Received 30 October 2017

ОБРАЗЕЦ ЦИТИРОВАНИЯ

Дзюба, Е.В. Советское «лицо феминизма»: манипу-лятивный потенциал концептуальной метафоры в поликодовом тексте / Е.В. Дзюба, Ю.Г. Ткаченко // Вестник ЮУрГУ. Серия «Лингвистика». - 2017. - Т. 14, № 4. -С. 5-11. DOI: 10.14529/1^170401

FOR CITATION

Dziuba E.V., Tkachenko Yu.G. Soviet "Face of Feminism": Manipulative Potential of Conceptual Metaphors in Polycode Texts. Bulletin of the South Ural State University. Ser. Linguistics. 2017, vol. 14, no. 4, pp. 5-11. (in Russ.). DOI: 10.14529/ling170401