Исследование терминологической лексики методом семантического поля

ИССЛЕДОВАНИЕ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОЙ ЛЕКСИКИ МЕТОДОМ СЕМАНТИЧЕСКОГО ПОЛЯ

М.А. ЧИГАШЕВА

Кафедра иностранных языков Военный университет связи

Ул. Тухачевского, 19, 432013 Ульяновск, Россия

В статье обсуждается вопрос о возможности применения метода семантического поля к сопоставительному исследованию терминологической лексики. Поле рассматривается в единстве парадигматического и эпидигматического измерений. В статье описываются основные виды семантических отношений, а также асистемные явления в анализируемых полях русского и немецкого языков.

Известно, что появление и развитие терминологии началось задолго до ее научного осмысления и выработки критериев отнесенности тех или иных единиц к терминологической лексике. Эти процессы происходили изоморфно стихийному возникновению и эволюции денотатов и соответствующих им понятий, причем на базе общелитературного языка, что позволяет рассматривать терминологию как часть его лексико-семантической системы. Термин, представляя собой, по определению А.А. Реформатского, необычное, «умное» слово, которое можно «рационализировать» и даже придумать, является, тем не менее, нормальным членом лексической системы языка, а его необычность складывается не вопреки этой системе, а под ее влиянием [Реформатский, 1968].

Среди наиболее важных особенностей терминов следует отметить их обозримость и исчислимость, а также обязательную понятийную соотнесенность. Примером такой четко очерченной подсистемы внутри лексической системы языка является, в частности, группировка слов, обозначающих воинские звания, которую можно рассматривать как частный случай предметного лексико-семантического поля. Особенность этих слов заключается в том, что они одновременно выражают понятие военного дела, т. е. соотносятся с определенным терминологическим полем, и указывают на конкретный объект: «Лейтенант - офицерское звание или чин.., лицо, имеющее это звание или чин» [БАС. Т. 6, с. 142]. На этом основании их правомерно относить к терминологическим номенклатурным наименованиям. В языковом плане это вызывает метонимический перенос значений, который можно рассматривать как вариант полисемии. Кроме того, соотнесенность с конкретным денотатом вызывает появление в сопоставляемых языках стилистических наименований,

среди которых выделяются профессионализмы (каперанг, капраз, Kaleu, Olt, Stuffz) и жаргонизмы (сундук, кусок, Blechadmiral, Dreistreifengeneral). Учет при анализе поля слов, выполняющих свое номинативное значение во вторичной семантической функции, обусловливает специфику поля - его многослой-ность, особенно на периферии, а также размытость границ между слоями в пределах всего поля.

Систематизацию терминов целесообразно проводить на основе уже имеющейся внеязыковой иерархической структуры, основанной на противопоставлении «командир-подчиненный». Тем более 4to такой подход не противоречит принципам идеографического описания лексики. Особенно интересны могут быть результаты сопоставительного анализа. Связано это с тем, что, несмотря на интра- и экстралингвистическую универсальность обозначаемых понятий, особенно в русском и немецком языках, на классификации лексических единиц обязательно скажется национальная специфика лексико-семантических систем.

Необходимо отметить, что классификация воинских званий нашла отражение в соответствующих словарях анализируемых языков, хотя и представлена в них неодинаково. Так, «Идеографический словарь русского языка» О. Баранова включает много устаревшей лексики (капрал, вахмистр). «Темати-чен русско-български речник» систематизирует воинские звания по виду вооруженных сил, офицерским и неофицерским категориям. Эта классификация уже не соответствует действительности, так как некоторые термины поменяли свое значение (прапорщик, мичман). Точное отражение данных современных военных регламентирующих документов представлено в «Тематическом словаре русского языка» под ред. В.В. Морковкина. «Русский семантический словарь» подразделяет звания по воинским категориям, по офицерским и неофицерским званиям и включает сюда часть профессиональной лексики (каперанг, кавторанг). В словаре Ф. Дорнзайфа «Der deutsche Wortschatz nach Sachgruppen» обозначения воинских званий подразделены по видам вооруженных сил, кроме того, даны вперемешку с обозначениями воинских должностей, устаревшими наименованиями и коннотативами. В словаре Верле-Эггерса «Ein Wegweiser zum treffenden Ausdruck» перечень воинских званий достаточно широк и систематизирован с учетом офицерских и неофицерских категорий, включает также устаревшую, сленговую лексику, обозначения воинских должностей.

Представленные классификации вряд ли можно считать полными. На наш взгляд, только анализ лексики методом поля, учитывающим все виды семантических отношений единиц, позволит выделить слова, идентифицирующие военнослужащего в соответствии с определенным воинским званием.

Поскольку рассматриваемое поле является предметным, то при его анализе на первый план выступают парадигматические отношения единиц. Особое значение здесь приобретают отношения гиперогипонимии и несовместимости, так как именно они образуют классификационную основу поля [Новиков, 2001]. Что качается несовместимости, то на этот вид отношений именно в группе воинских званий, еще не пользуясь полевой терминологией, указывал немецкий лингвист P.M. Майер. Он отмечал, что значение того или иного термина стано-

вится понятным благодаря его положению между двумя соседними, а не по причине прозрачной этимологии. По его мнению, воинские звания представляют собой пример закрытой семантической системы, которую он определял как «упорядоченность определенного числа выражений с той или иной точки зрения», т. е. с точки зрения какого-либо одного семантического признака [Meyer, 1910а, s. 358-359]. Отмеченные отношения отражают одно из главных свойств поля - взаимоопределяемость его элементов.

Номенклатурные наименования включаются в общую систему терминологии и соответственно обладают основным свойством последней - системностью, логический характер которой подтверждается лингвистическим анализом. В нашем случае она проявляется наличием ярко выраженных гиперогипоними-ческих отношений, которые имеют свои особенности. Здесь мы отмечаем, прежде всего, их многоступенчатый характер, обусловленный внеязыковой иерархической структурой воинских званий. Многоступенчатость гипонимии обусловливает ее многочленность: одному гиперониму последовательно подчиняются несколько гипонимов. Кроме того, выяснилась специфическая для терминологии особенность - отсутствие для некоторых групп слов гиперонимов, выраженных отдельными лексическими единицами. Здесь мы говорим о совпадении звуковых оболочек {лейтенант - младший лейтенант, лейтенант, старший лейтенант, General - Brigadegeneral, Generalmajor, Generalleutnant, General). Эти особенности характерны для обоих сопоставляемых языков. Еще одна особенность терминологии различна в анализируемых языках. Она заключается в преимуществе различных способов образования гипонимов: в русском языке это синтаксический способ (старшина - главный старшина - главный корабельный старшина), в немецком - словосложение (Feldewebel - Oberfeld-webel - Stabsfeldwebel - Oberstabsfeldwebel).

Известно, что гиперогипонимия и несовместимость, как выражение отношений между элементами одного и того же класса, используются при построении лексико-семантических полей. В парадигматической группировке развертывание поля заключается в распределении его конституентов по классам. Анализируемые термины можно систематизировать, прежде всего, по сфере функционирования. На этом основании в русском языке выделяется два класса (войсковые и корабельные воинские звания), в немецком - три (воинские звания сухопутных и военно-воздушных сил, военно-морского флота, военно-медицинской службы). Каждую группу составляют слова, эквивалентные друг другу относительно определенного элемента их сигнификативного значения. При этом необходимо отметить, что ряд единиц универсальны, т. е. употребляются в равных значениях в различных классах. К таким единицам относятся в русском языке термины курсант, младший лейтенант, старший лейтенант, офицер, в немецком - ефрейторские, боцманские звания, а также термины Stabsunteroffizier, Oberleutnant, Stabsingenieur, Offi-zier, Unteroffizier.

Каждый выделенный класс допускает дальнейшее разбиение на классы офицеров (Offiziere) и неофицеров (Nichtoffiziere), последние - еще на ряд подклассов. Следует подчеркнуть, что в немецком языке систематизация неофицерских воинских званий унифицирована, т. е. названия воинских категорий

одинаковы и не зависят от сферы функционирования. Количество неофицерских классов в сопоставляемых языках одинаково, однако качественно они отличаются друг от друга. Так, с классом сержанты соотносятся классы Unteroffiziere ohne Portepee, Unteroffiziere mit Portepee, или, например, классу прапорщиков нет соответствия в немецком языке.

Кстати, в отношении отдельных терминов можно говорить о некоторой непоследовательности. Эту особенность отмечал P.M. Майер, указывая, что в таких случаях речь идет только лишь об аналогии: Unteroffizier не имеет ничего общего со значением слова Offizier, хотя и включает последнее в свой состав [Meyer, 19106, s. 153]. Непоследовательностью отличается также класс генеральских званий в обоих сопоставляемых языках, где майор оказывается рангом ниже, чем лейтенант. В немецком языке этому находится лингвистическое объяснение: в слове Generalleutnant второй компонент сохраняет свое этимологическое значение (заместитель) и занимает в иерархической лестнице ступень перед высшим воинским званием General, что находит соответствие со званием военно-морского флота Vizeadmiral (vize- = заместитель). В русском языке не соблюдается такая последовательность, что вызвано заимствованием не просто терминов, но, прежде всего, самой системы, происходившим, вероятно, без учета лингвистических особенностей слов. Появление термина генерал-майор (Generalmajor) связано, скорее всего, с изменением армии в структурном плане, что потребовало введения аналогичных наименований для дифференциации военнослужащих. При этом отметим, что данный процесс не имеет абсолютного характера, иначе существовал бы термин генерал-капитан (General-hauptmann). Подтверждением нашего вывода является также то, что в современной российской армии есть термин генерал-полковник, введенный только в 1940 г., в немецкой армии подобный термин (Generaloberst) в начале XX в. относился к должностной категории.

Нарушение системности проявляется в многозначности отдельных единиц, что противоречит их терминологическому характеру. Этим отличаются слова капитан, старшина, матрос, солдат, все наименования рядовых военнослужащих бундесвера, поскольку они обозначают не только первичное воинское звание, но и специальность военнослужащего (Funker, Pionier, Grenadier). Кстати, не во всех случаях многозначность выступает на уровне межсистемной омонимии. Полисемию в данном поле можно рассматривать как проявление эпидигматических отношений, а именно семантической деривации [Денисенко, 1999; Абрамов, 2003]. Формальным типом эпидигматики считаются словообразовательные дериваты [Зализняк, 2001]. Отметим, что последние гораздо шире представлены в русском языке: генералитет, генеральство, адмиральство, майорство и др. [БАС].

На основе указанной непоследовательности возникают ошибки в употреблении тех или иных единиц в разных языках, что может нарушить процесс коммуникации. Так, например, слово Unteroffizier переводят как младший офицер, Feldwebel как прапорщик. Или, скажем, немецкие термины Oberstleutnant, Kapitaenleutnant имеют одинаковую структуру, причем второй был образован по аналогии с первым (заместитель капитана, т. е. командира корабля). Тем не менее, принцип перевода этих слов на русский язык существенно отличается:

если во втором случае наблюдается лексическая калька - капитан-лейтенант, так как эти термины равнозначны друг другу, то в первом перевод по составным частям недопустим, потому что исказит значение слова. Следует учитывать то, что термин Oberstleutnant в ранговой системе стоит между званиями Major и Oberst. На основании этого можно провести параллель со званием подполковника. В этой связи, вероятно, необходимо говорить о проблеме взаимодействия языка и культуры, а именно о сопоставительной прагматике, когда в одном языке иначе, чем в другом, оценивается определенная микроситуация (прагмема) [Гак, 2003].

Многослойность поля обеспечивается включением в его состав стилистических наименований (профессионализмов и жаргонизмов), так как они тоже идентифицируют военнослужащих в соответствии с определенным воинским званием. Достаточно широко такая сфера называния развита в немецком языке. Об этом свидетельствует анализ слов, представленных в словаре немецкого солдатского сленга [Kuepper, 1986]. Здесь можно выделить различные способы создания новых слов и появления новых значений: лексикализация официальных сокращений (Olt = Oberleutnant, Uffz = Unteroffizier, Stujfz = Stabsunterof-fizier, Osta = Oberstabsarzt); употребление иноязычных форм произношения ОGeneral, Major, Capitano, Colonel)', по обозначению функциональных обязанностей (Ankerwerfer, Deckputzer = Matrose, Atropin-Hugo — Sanitaetssoldat, Bademeister = Feldwebel, Mutter der Kompanie = Hauptfeldwebel); в результате игры слов (Fahnenunke = Fahnenjunker, Feldfegel, Feldzobel = Feldwebel, Haupt-gefreiter = Hauptgestreifte, Obergfreiter = Obergestreifte)\ под воздействием рекламы или героев популярных фильмов и книг (Silberfoerster = Offizier по австрийскому фильму «Der Foerster vom Silberwald», Dr. Schiwago = Oberstabsarzt по главному герою одноименного романа, Dasch = Leutnant под воздействием рекламы стирального порошка «Dasch waescht so weiB, weiBer geht’s nicht» как намек на педантичность и чистую форму); по внешней и функциональной аналогии воинских званий (Dreistemegeneral = Hauptmann, потому что и генерал-лейтенант, и капитан имеют на погонах по три звездочки, только разного цвета; Feldwebelgeneral = Hauptfeldwebel, Oberstabsfeldwebel как указание на высшее звание в среднем звене; Holzstofigeneral - Hauptgefreiter, потому что гаупт-ефрейтор и генерал имеют высшее воинское звание в своем звене - рядовой состав и высшие офицеры).

Наиболее многочисленную группу составляют слова, образованные под влиянием знаков различия на форме одежды военнослужащих бундесвера. Различные нашивки на рукавах и погонах, а также различные способы их обозначения послужили основой создания стилистических синонимов. Так, например, нашивки на рукавах называются Balken или Streifen, поэтому Gefreiter именуется как Balkenbaer, Hauptgefreiter - как Balkenjaeger, Balkenkoenig, Balkenschlep-per или Dreistreifen, Dreistreifengeneral. Звездочки на офицерских погонах могут называться Stem, Auge или Lolli. Исходя их этого, Brigadegeneral становится Einstemgeneral, Generalmajor - Zweistemegeneral, General - Vierstemegeneral, a Dreistem обозначает Hauptmann, Einauge и Lolli относятся к Leutnant, Oberlolli соответственно к Oberleutnant. По причине блестящих знаков различия Oberstabsbootsmann и Oberstabsfeldwebel называются Blechadmiral и Blechgene-

Blechgene-ral. Кстати, звездочки на погонах соотносятся у военнослужащих не только со знаками различия. Наблюдается метафорический перенос со спиртными напитками, в частности с коньяком: Dreistemekognak, Kognakoffizier = Haupt-mann; Dreistemeflasche, Kognak, Noris = Hauptmann, Generalleutnant; Kognakge-neral = General; Martell = Generalleutnant.

Думается, что наличие огромного количества коннотативов к рассматриваемым терминам в немецком языке объясняется с лингвистической точки зрения особенностями его словообразовательной структуры (преобладанием словосложения), с внеязыковой - неизменяемостью системы воинских званий в немецкой армии за все периоды ее существования, что обеспечивает преемственность слов. Об этом, в частности, говорит и исследователь немецкого солдатского сленга X. Кюппер: «Старослужащие образуют мостик между лексикой кайзеровской армии, рейсхвером и бундесвером, с одной стороны, и солдатским сленгом - с другой» [Kuepper, 1986, XIX].

Отмеченные особенности предметных полей воинских званий в русском и немецком языках подтверждают влияние национальной специфики на функционирование лексических единиц, с особой наглядность проявляющейся именно при сопоставлении таких суперкатегорий, как семантические поля.

ЛИТЕРАТУРА

1. Абрамов В.П. Семантические поля русского языка. - М.; Краснодар, 2003.

2. Гак В.Г. Функционирование языка и вопросы его культурной специфики // IV Степановские чтения. Функционирование языковых единиц в аспекте национальнокультурной специфики. На материале романо-германских и восточных языков: Тезисы докладов и сообщений Международной конференции. - М., 2003.

3. Денисенко В.Н. Функциональная структура семантического поля (Наименования

изменения в русском языке) // Филологические науки. - 1999. - №1.

4. Зализняк А.А. Семантическая деривация в синхронии и диахронии: проект «каталога семантических переходов» // Вопросы языкознания. - 2001. - № 2.

5. Новиков J1.A. Избранные труды. Том П. Эстетические аспекты языка. Miscellanea. -М., 2001.

6. Реформатский А.А. Термин как член лексической системы языка // Проблемы структурной семантики. - М., 1968.

7. Словарь современного русского литературного языка. В 17-ти томах. (БАС). М.-Л., 1950-1965.

8. Kuepper Heinz. Von AnschiB bis Zwitschergemuese: Das Bundessoldatendeutsch von A -Z. - Muenchen, 1986.

9. Meyer R.M. Bedeutungssysteme // Zeitschrift fuer vergleichende Sprachforschung auf dem Gebiete der i.-g. Sprachen. Goettingen, 1910 a, Bd. 43, H. 3-4.

10. Meyer R.M. Die militaerischen Titel // Zeitschrift fuer deutsche Wortforschung. Goettingen, 1910 6, Bd. 12.

TERMINOLOGY ANALYSIS USING THE METHOD OF THE SEMANTIC FIELD

M.A. CHIGASHEVA

Foreign Languages Department Branch of the Military Communication University

19, Tukhachevsky Str., 432013 Ulyanovsk, Russia

The article deals with the problem of using the method of the semantic field to analyze terminology and to make a comparison between corresponding terms in different languages. The field is considered in the unity of its paradigmatic and epidigmatic dimensions. In the article manifestations of the main types of semantic relations and asystemic phenomena in the fields analyzed in the Russian and German languages are described.