К критике мир-системной теории И. Валлерстайна

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 18. СОЦИОЛОГИЯ И ПОЛИТОЛОГИЯ. 2005. № 4

СОВРЕМЕННЫЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ

А.Б. Рахманов

К КРИТИКЕ МИР-СИСТЕМНОЙ ТЕОРИИ И. ВАЛЛЕРСТАЙНА

The article tells us about the concept of a famous modern sociologist I. Vallerstain. As far as the author of the article maintains, in the concept of this scientist there showed itself the crisis state of the world social science which is wavering from positivism of a structuralistic type to the attempts of its anti-scientific, irrational removal in post-modernism.

В стремлении отразить интенсифицировавшиеся во второй половине XX в. процессы формирования мировой капиталистической системы, а также в качестве реакции на апологетические по отношению к ней либеральные концепции модернизации (У. Ростоу, Т. Парсон-са, Ш. Эйзенштадта и др.) в 1960—1970-е гг. возникло семейство теорий зависимости. К нему относятся концепции "неравного обмена" А. Иммануэля, "периферийного капитализма" Р. Пребиша, "развития слаборазвитости" А.Г. Франка, "структуры слаборазвитости" Т. Дос Сантоса, "субимпериализма" Р.М. Марини, а также идеи Ф. Кардозу, С. Амина и др. ученых преимущественно из стран "третьего мира".

В либерализме начиная еще с Нового времени положение индивидуума в буржуазном обществе рассматривается как результат абсолютного самоопределения, свободной и беспредпосылочной деятельности первого. При этом игнорируется то, что при капитализме свободой располагают не абстрактные индивидуумы, а капитал и индивидуумы, персонифицирующие его расширенное воспроизводство. Теории модернизации (девелопментализма) распространили эти апологетические представления на мировую капиталистическую систему. С их точки зрения, положение страны в мировой капиталистической системе обусловливается преимущественно свободным выбором руководства страны, а ее процветание — последовательно проводимой либеральной политикой. Эти теории игнорировали тот факт, что важнейшей предпосылкой включения любой страны в мировую систему и развития первой в рамках второй была уже довольно оформленная мировая капиталистическая система, могущественный транснациональный капитал.

В теориях зависимости в отличие от теорий модернизации в качестве главной причины отсталости и слаборазвитости стран "третьего мира" рассматривается подчиненное, зависимое положение этих стран по отношению к развитым капиталистическим державам, эксплуата-

5 ВМУ, социология и политология, № 4

цию первых вторыми. Основные тенденции развития семейства теория зависимого или периферийного развития (капитализма) приняли завершенную форму в мир-системной теории, созданной известным американским ученым Иммануэлем Валлерстайном.

И. Валлерстайн начинал свой путь в науке в середине 1950-х гг. как специалист по современному социально-экономическому и политическому развитию стран Африки. Первоначально [и это отражено в его книгах "Африка: политика независимости" (1961) и "Африка: политика единства" (1967)] он занимал леволиберальные позиции, а его концепция была близка теориям модернизации. Однако вскоре его взгляды трансформировались в антиимпериалистические, и он начал разрабатывать концепцию мир-системного анализа. Главным произведением Валлерстайна является труд "Современная мир-система" в трех томах1 (предполагается публикация завершающей части). Область знания, в которой преимущественно работает американский ученый, следует охарактеризовать как экономическую и социально-политическую историческую социологию. Теория Валлерстайна довольно быстро стала очень популярной и влиятельной, а на ее основе сформировалась целая международная научная школа (Дж. Арриги, Т. Гопкинс, К. Чейз-Данн и др.). Мировым центром мир-системного анализа вот уже три десятка лет является созданный и возглавляемый И. Валлерстайном Центр им. Фернана Броделя по исследованию экономик, исторических систем и цивилизаций при Университете штата Нью-Йорк в Бингхэмптоне. Свидетельством влиятельности и авторитетности мир-системного подхода в мировой общественной науке служит то, что Валлерстайн в 1994—1998 гг. занимал пост президента Всемирной социологической ассоциации. Его идеи в особенности популярны среди левой, антикапиталистически настроенной академической общественности западных и развивающихся стран.

Мир-системная теория Валлерстайна и его последователей в последние годы получила довольно широкое распространение и в российской науке. Многие ее ключевые понятия — "центр", "периферия", "полупериферия" и др. — прочно обосновались в категориальном аппарате многих отечественных ученых. Ряд работ Валлерстайна в последние годы был переведен на русский язык, хотя "Современная мир-система" пока еще остается недоступной русскоязычному читателю. Но восприятие этой теории, как и всех интеллектуальных веяний, идущих с Запада, происходит, к сожалению, часто некритично, по-неофитски.

1 Wallerstein I. The Modern World-System, I: Capitalist Agriculture and the Origins of the European World-Economy in the Sixteenth Century. N.Y.; L., 1974; The Modern World-System, II: Mercantilism and the Consolidation of the European World-Economy, 1600-1750. N.Y., 1980; The Modern World-System, III: The Second Great Expansion of the Capitalist World-Economy, 1730—1840"s. San Diego, 1989.

В отличие от России на Западе существуют традиции критики мир-системного анализа. Еще в 1970-е гг. идеи Валлерстайна были здесь подвергнуты критике с разных сторон: марксистами — за то, что они недостаточно марксистские, немарксистами — за то, что они слишком марксистские. Например, Р. Бреннер в своем обстоятельном анализе концепции Валлерстайна охарактеризовал ее как "нео-смитианский марксизм", обвиняя автора в значительном отступлении от политической экономии Маркса в пользу политической экономии А. Смита2. Бреннер писал, что подобно Смиту "Валлерстайн, имплицитно или эскплицитно, отождествляет капитализм с основанным на торговле разделении труда" и понимает "динамику накопления посредством инноваций как функцию императивов рыночного обмена и следствий производственной специализации"3. Бреннер считал, что позиция Валлерстайна ведет его к подчинению "классовых производственных отношений коммерческому развитию"4, что у Валлерстайна максимизация прибыли и рыночная конкуренция становятся надысто-рическими силами. Т. Скочпол, похвалив Валлерстайна за масштабность замысла, подвергла его концепцию основательной критике5. Скочпол полагает, что концепции Валлерстайна присущи две основные слабости: 1) редукция социально-экономической структуры к отношениям мирового рынка и производственным технологиям и 2) сведение государственных структур и политики к интересам господствующих классов. Ч. Рэджин и Д. Чиро критиковали мир-системную теорию за игнорирование фактора культуры, которая, по их мнению, играла большую роль в определении положения страны в мировой системе6. Р. Коллинз считает, что различение мир-империй и мир-экономик Валлерстайном является слишком схематичным. По мнению Коллинза, объяснение экономического развития Валлерстайном является слишком абстрактным, мир-системный анализ не дает убедительного объяснения перехода от феодального строя к капиталистической мир-системе, поскольку его подход к этой проблеме во многом является телеологичным7. М. Яновиц отмечал неадекватность и тавтологич-ность объяснения Валлерстайном возникновения капиталистической мир-системы8.

2 Brenner R. The Origins of Capitalist Development: a Critique of Neo-Smithian Marxism // New left review. L., 1977. P. 104.

3 Ibid. P. 38.

4 Ibid. P. 39.

5 Skocpol T. Wallerstein's world capitalist system: theoretical and historical critique // American Journal of Sociology. 1977. Vol. 82. N 5.

6 Ragin Ch., Chirot D. The World System of Immanuel Wallerstein: Sociology and Politics as History // Vision and Method in Historical Sociology. Cambridge, 1984.

7 Collins R. Sociology since Midcentury. N.Y., 1981.

8 Janowitz M. A Sociological Perspective on Wallerstein // American Journal of Sociology. 1977. Vol. 82. N 5.

Попытаемся предложить свой вариант критического анализа мир-системного подхода. Необходимо оговориться: в рамках статьи это можно сделать очень кратко. Адекватное рассмотрение теории Вал-лерстайна возможно только в формате книги.

В качестве основных источников идей Валлерстайна, на мой взгляд, необходимо рассматривать марксизм, веберианство, структурализм, в первую очередь структуралистскую историческую концепцию Ф. Броделя9, теорию больших циклов конъюнктуры Н.Д. Кондратьева, идеи западных левых теоретиков (Г. Маркузе и др.), постмодернизм и синергетику.

Мир-системный анализ, безусловно, является противоречивым теоретическим образованием. Он содержит немало рациональных зерен, но вместе с тем и обладает серьезными недостатками. К числу безусловных достижений Валлерстайна и его последователей следует отнести то, что они очень многое сделали для исследования мировой капиталистической системы, для доказательства того, что мировое сообщество есть нерасторжимое целое, и исследование отдельных государств вне этого целого является нелепостью. Как представляется, выделение Валлерстайном трех макрорегионов мира — центра, полупериферии и периферии — при определенной схематичности также во многом оправдано, хотя точнее было бы говорить о зонах высокоразвитого, среднеразвитого и слаборазвитого капитализма. Анализ экономической статистики говорит нам, что, несмотря на всю динамику мировой капиталистической системы, различия уровней развитости этих макрорегионов не исчезают, а в целом воспроизводятся. Отсталые страны закономерно обречены воспроизводить отсталость. Отдельные страны в исключительных случаях могут лишь сократить свое отставание от развитых капиталистических стран, как это проделали Южная Корея или Тайвань. Обратимся к фактам. В 1900 г. по ВВП на душу населения, являющемуся интегральным показателем социально-экономического развития, ведущие капиталистические державы превосходили развивающиеся страны в 6,28 раза, а в 2000 г. — уже в 7,36 раза. Латинская Америка в целом уступала развитым странам в 1900 г. в 3,14, а в 2000 г. — в 4,15 раза; Индия — в 7,3 (1900) и в 11,95 (2000) раз10. Важнейшей причиной различий, сохраняющихся между этими макрорегионами, Валлерстайн считает эксплуатацию западным капиталом всего мира. Ученый справедливо указывает на рост поляризации в мире. Мир-системный анализ нанес основательный

9 В первом томе "Современной мир-системы" имя Броделя упоминается на 67 страницах, Маркса — на 14, Вебера — на 13; во втором — на 14, 4 и 2 страницах соответственно.

10 Рассчитано по: Мировая экономика. Глобальные тенденции за 100 лет. М., 2003. С. 511—512.

удар не только по теориям модернизации, но и по так называемому цивилизационному подходу (Шпенглер, Тойнби и т.д.).

Но недостатки теории Валлерстайна, на мой взгляд, не менее весомы, чем ее бесспорные достоинства. Труды Валлерстайна преимущественно историко-эмпиричны. Когда же он теоретизирует, мысль его не подчинена не только законам диалектической логики, но и законам логики формальной. Основные понятия мир-системной теории (мир-система, мир-экономика, мир-империя, ядро и т.д.) определены нечетко, смутно и абстрактно. Так, например, под мир-империями он понимает исторические системы, основанные на разделении труда, включающие в себя многообразие культур и связанные единой политической структурой (бюрократия и армия), служащей перераспределению прибавочного продукта в пользу ядра. Мир-экономики же, по Валлерстайну, в отличие от мир-империй, характеризуются единым рынком и отсутствием политического центра. Это не только невнятное, но и довольно схематичное разделение. Хотя Валлерстайн и отмечает, что "девелопменталистская перспектива механистична, в то время как мир-системная перспектива диалектична"11, его теория является рассудочной, недиалектичной а значит, и механистичной.

Ключом к пониманию концепции Валлерстайна, как и всего семейства теорий зависимости, безусловно, является четкое осознание их структуралистской основы. Иерархия центр—полупериферия—периферия, безусловно, является структурой, а не системой. Валлерстайн, оперируя понятием "мир-система", невольно вводит своих читателей в заблуждение. В том, что мир-система — это именно структура, а не система, и заключены "исток и тайна" концепции Валлерстайна12. Для того чтобы понять, что такое структура и что такое система, необходимо затронуть вопрос о развитии мышления, о его конкретных формах, т.е. о рассудке и разуме13. Рассудок и разум — это две формы развивающегося мышления. Но в зависимости от степени зрелости познания в мышлении преобладает одна из этих сторон, которая подчиняет себе другую. Доминирование рассудка характерно для начального этапа познания, связанного с движением от конкретно-чувственных представлений к абстрактно-мыслительным, доминирование разума — с движением познания от абстрактно-мыслительных к конкретно-мыслительным определениям. Рассудок — это низшая форма мышления, это незрелое, формирующееся мышление, разум являет-

11 World Inequality / I. Wallerstein (Ed.). Montréal, 1975. P. 16.

12 Так называемый системный подход (Л. Берталанфи и т.д.) фактически также является, на мой взгляд, отражением предметов как структур.

13 См. о рассудке и разуме: Вазюлин В.А. Рассудочное и разумное мышление в развитии познания // Марксистско-ленинская диалектика: В 8 кн. Кн. 3. Диалектика процесса познания. М., 1985.

ся его высшей формой, зрелым мышлением. Рассудок отражает предмет как фрагментарное или частично целостное образование, лишенное внутренних противоречий, фактически не развивающееся и лишенное как прошлого, так и будущего (прошлое и будущее рассматриваются в рамках рассудка как вечное настоящее). Разум отражает предмет как диалектически расчлененное, противоречивое, развивающееся целое, естественно-исторически вырастающее из прошлого и снимающее самое себя в силу имманентных законов своего развития и переходящее в будущее.

Развитие мышления в формах рассудка и разума детерминировано развитием предмета, развитием общественно-исторической практики. С ростом все более глубокого воздействия общества на природу и самое себя развивается потребность во все более адекватном их отражении. Преимущественно рассудочное познание адекватно переходу от производства с помощью главным образом естественно возникших средств производства к производству с помощью главным образом произведенных средств производства; преимущественно разумное — производству с помощью главным образом произведенных средств производства. В связи с тем, что этот переход еще не завершился, и с тем, что сознание отстает от бытия, мировая общественная наука до сих пор остается преимущественно рассудочной. Первым в истории попытку разумного рассмотрения различных предметов осуществил великий немецкий философ Г.В.Ф. Гегель. Он исследовал мышление в большой и малой "Науке логики", а общество — в "Философии права". Но Г.В.Ф. Гегель исходил из незрелого, непоследовательно разумного мышления, его диалектика была ограниченной. Вполне зрелое разумное исследование предмета — капиталистической экономики — впервые в истории осуществил К. Маркс в "Капитале".

Мышление, детерминированное общественной практикой, сталкивается с целостностью предмета и стремится отразить его. На мой взгляд, структура — это понятие, призванное отразить целостность познаваемого предмета средством рассудка, тогда как средствами разума целостность необходимо постигается как система. Структура — это неизменная совокупность неизменных элементов предмета с неизменными отношениями между ними. Система — это развивающаяся целостность развивающихся сторон предмета с развивающимися отношениями между ними. Структура не знает подлинного развития и не имеет истории: структура всегда тождественна себе и меняется лишь поверхностно, количественно в отличие от системы, которая действительно развивается, т.е. возникает, формируется, созревает и снимается более высокой системой. Структура, с точки зрения структурализма, и возникает, и не возникает. Так, Валлерстайн утверждает, что капиталистическая мир-система возникла в Западной Европе в "долгом XVI веке" (1450—1650). В этом повороте мысли ученого уже

заключено определенное противоречие: возникновение мир-системы по сути внеисторично, но внешним образом он все же постулирует его как процесс, указывая на его протяженный во времени характер.

Изменения мир-системы были экстенсивными, количественными — она шаг за шагом вбирала в себя весь мир. Последним регионом, интегрированным ею в конце XIX в., была Восточная Азия. Экстенсивными изменениями мир-системы, как и всякой структуры, выступают ее циклические колебания; для структурализма развитие выступает как совокупность циклов. Цикл — это временная развернутость, диахрония структуры, равно как и структура — это действительное состояние цикла, синхрония цикла. Валлерстайн выделяет два типа циклов, определяющих изменения мир-системы — 100—150-летние циклы борьбы за гегемонию в мир-системе между ведущими странами ее ядра и встроенные в них 50—60-летние длинные волны экономической конъюнктуры Н.Д. Кондратьева.

Представление Валлерстайна о мировой капиталистической системе как структуре глубоко укоренено в его понимании капитализма. Дело в том, что политэкономию К. Маркса Валлерстайн воспринял поверхностно и односторонне. Он сводит капиталистический способ производства к его поверхностному слою — сфере явления, т.е. обращения капитала, торговле и финансам. Капитал для него выступает только как товарный и денежный, а не как производительный. Действительная сущность капиталистической экономики — производство прибавочной стоимости — остается для него terra incognita. Не производство, а обмен и распределение экономических благ Валлерстайн считает сущностью экономики. Валлерстайн использует понятие прибавочного продукта, но у него прибавочный продукт производится фактически не в сфере производства, а в сфере обращения. В действительности же, как показал Маркс в "Капитале", сфера обращения выступает как явление по отношению к сфере производства как сущности капиталистической экономики14. Сфера обращения в действительности является моментом сферы производства, тогда как Валлерстайн де-факто исходит из противоположного положения. Мировая капиталистическая система отражена у него только лишь как мировой рынок, а не как мировое производство. В понимании капитализма Валлерстайн ближе к Смиту и Веберу15, чем к Марксу. В силу

14 См. об этом: Вазюлин В.А. Логика "Капитала" К. Маркса. М., 1968.

15 "Капиталистический способ производства — это такой способ производства, при котором целью производства является обмен, такой способ производства, который детерминирован рыночной прибыльностью, рынком, при котором каждый покупатель стремится купить подешевле... а каждый продавец — продать подороже... Базовое противоречие, которое характеризует капитализм как социальную систему, вытекает из одновременной свободы для покупателей и нежелательности ее для продавцов — свободы движения факторов производства, свободы рынка" (Wallerstein I. The Capitalist World-Economy. Cambridge, 1979. Р. 159).

этого Валлерстайн понимает капиталистическую эксплуатацию поверхностно. Мир-системный анализ не может отразить мировую капиталистическую систему на уровне сущности со всеми ее противоречиями.

Противоречивое развитие сферы производства определяет развитие сферы обращения. Последняя вне связи с первой не может быть понята и объяснена в развитии и закономерно постигается лишь как совокупность неизменных отношений между неизменными элементами, как внеисторическое образование, т.е. как структура. Как легко убедиться, Валлерстайн исходит из довольно типичного для общественного сознания зрелого буржуазного общества кантианско-позити-вистского подхода: капитализм, мировая капиталистическая система отражаются сознанием не на уровне сущности, а на уровне явлений. В "переворачивании" более глубоких и менее глубоких уровней способа производства и заключается исток структурализма мир-системного анализа, а значит, и всех его недостатков и его ограниченности.

По Валлерстайну, сущностью капиталистической мир-системы являются не развивающиеся мировые производительные силы, мировой способ производства, а фактически неизменная структура мировой торговли и финансов, которая определяет совокупность политических и военных отношений, представляющих собой поверхностный слой мир-системы. Валлерстайн принципиально не может глубоко понять сферу политики и военное дело как ее важнейшую часть, поскольку он игнорирует наиболее глубокую, существенную сферу капиталистической экономики — производство. Поэтому в его теории закономерно происходит сведение (редукция) мировой политики (и войны) к мировой торгово-финансовой структуре. Так же, как экономику Вал-лерстайн сводит к торговле и финансам, так и идеологию (формы общественного сознания) он выводит непосредственно из экономики. Но сведение не может отразить предмет как субординированную (иерархически соподчиненную) систему сторон, как органическую целостность сфер. Сведение всегда предполагает более или менее явную тенденцию скольжения к пресловутой концепции факторов общественного развития. В результате этого мировая капиталистическая система отражается в мир-системном анализе преимущественно как совокупность мировой торгово-финансовой и военно-политической структур, как структура структур. Здесь Валлерстайн оказывается структуралистом в не меньшей степени, нежели В. Парето или Т. Парсонс.

Итак, капитализм для Валлерстайна — это торговля, финансы, политика и война, а мировая капиталистическая система — это международные торговля, финансы, политика и война. Такое поверхностное понимание имеет определенные оправдания, если формируется на фактах, имевших место до начала XX в., но для осмысления реалий после 1900 г. перестает соответствовать действительности. Миро-

вая капиталистическая система в своем развитии проходит две стадии: 1) от возникновения капитализма в Западной Европе в XVI в. до возникновения монополистического капитализма (империализма) на рубеже Х1Х—ХХ вв., 2) период империализма с начала XX в. до сего дня. На первой стадии в экономической сфере господствовали внешние (торговые и финансовые) связи между различными странами; на второй начинает устанавливаться господство внутренних (производственных) связей. Возникает действительно всемирное производство в отличие от мирового производства как совокупности отдельных, в основном изолированных и слабо взаимодействующих между собой национальных и региональных производств. Начинает складываться единый мировой хозяйственный комплекс с установлением разделения труда между различными странами и регионами внутри каждого отдельного процесса труда. Например, в Великобритании середины XIX в., вероятно, самое сложное изделие того времени, паровой локомотив, состоял из более чем 5000 деталей, которые полностью (или почти полностью) производились внутри страны. Сегодня, в начале XXI в., даже одно из самых простых изделий — джинсы — содержит в себе труд работников восьми—десяти стран. Однако процесс формирования всемирного производства далек от завершения даже сегодня, в начале XXI в., мировая капиталистическая система еще только складывается, поэтому не следует преувеличить меру ее зрелости. Это действительное развитие становящегося, но еще не ставшего зрелым всемирного капиталистического производства, которое и является основой всех глобальных общественных процессов, концепция Валлер-стайна отражает преимущественно формально и поверхностно. Поэтому реальную эксплуатацию со стороны капитала развитых стран мир-системный анализ (как и теории зависимости) лишь констатирует, но оказывается не в состоянии исследовать ее глубоко.

Как мы выяснили, структура — это нечто неизменное, и значит, мир-системный анализ отражает целостность человечества вне ее развития, неисторично. Безусловно, мировая капиталистическая система к концу XX в. стала более зрелой, нежели была ранее, но все же не вполне. Рассматривая мировую систему как данное, Валлерстайн не может отразить тот факт, что процесс превращения Запада во главе с США в центр капиталистической эксплуатации всего мира еще далек от завершения. А продемонстрировать это очень легко с помощью статистики. Одним из важнейших индикаторов включения страны в мировые экономические отношения, т.е. становления мировой капиталистической системы является доля товарного экспорта в валовом внутреннем продукте (ВВП) страны. На рубеже XIX и XX в. этот показатель был довольно низок и даже на рубеже XX и XXI в. — не очень значителен (таблица).

Доля товарного экспорта в ВВП групп стран мира и стран мира в начале и конце XX в. (в %)16

——Годы Страны ' ——^^^ 1900 1913 1990 2000

Развитые страны в целом 12 13,5 16,5 19

США 7,1 6,1 10,4 10,7

Германия 10,1 17,5 33 33

Великобритания 14,9 15,6 26 28

Франция 12,6 13,3 24,5 26

Развивающиеся страны в целом 5,5 7 15 19

Китай 3 3,5 11 11,5

Индия 6,4 7,2 9 12,5

Мексика 10 12,5 16 30

Бразилия 9,5 12,5 9,5 10

Итак, как следует из приводимых в таблице данных, степень вовлечения развитых и развивающихся стран в мирохозяйственные связи в XX в. возрастала, но оставалась незначительной. И передовые, и слаборазвитые капиталистические страны в хозяйственном отношении были замкнуты в основном на себя. На второстепенность внешнеэкономических связей (в частности, отношений с колониями) указывает также следующее обстоятельство. Известно, что Великобритания и Франция являлись огромными колониальными империями и во второй половине XIX в. были вовлечены в мировую экономику в большей степени, нежели Германия и США, которые обладали не таким большим числом колоний. Однако даже вовлеченность во внешнеэкономические связи Великобритании и Франции была не очень значительной. До начала XX в. внешнеэкономические связи не играли существенной роли во внутреннем развитии стран.

Япония замкнуто развивалась практически вплоть до второй половины XIX в. Она одной из последних была включена в мир-систему, а ВВП на душу населения здесь был равен 1,7 тыс. долл. В "зависимо-периферийных" Аргентине, Колумбии, Мексике и Чили — 2,6 тыс., 1,5 тыс., 1,6 тыс. и 2,7 тыс. долл. соответственно17. Таким образом, до начала XIX в. подчиненные полуфеодальным Испании и Португалии (политически), а после этого — западноевропейскому и американскому капиталу (экономически), латиноамериканские страны были в 1900 г. более развитыми, чем Япония. Все эти данные свидетельствуют о том, что Валлерстайн существенно преувеличил значение внешнеэкономических отношений или отношений зависимости.

16 Составлено по: Мировая экономика. Глобальные тенденции за 100 лет. С. 602—603.

17 Там же.

Итак, отношения "центра" и "периферии" (и "полупериферии"), будучи весьма важными сами по себе, все же имели второстепенное значение для развитых стран мира. Очевидно, мир-системная теория абсолютизирует внешнеэкономические отношения мирового капитализма, которые вплоть до начала XX в. были второстепенными.

Однако Валлерстайн не просто игнорировал развитие мировой капиталистической системы и преувеличил степень ее зрелости сегодня, но и перенес в прошлое ее современные характеристики. Таким образом, мир-системный подход грешит модернизацией прошлого. Например, Валлерстайн пытается представить как превращенные формы капиталистических отношений феодальный способ производства в Восточной Европе, перенесенные в Латинскую Америку феодальные отношения, а также рабовладельческие уклады. В данном случае мир-системный подход обуржуазивает докапиталистические отношения.

Существенно важным для понимания мир-системного анализа является то, что он возник не только как ответ на либеральные теории модернизации, но и как попытка снятия противоречий, характерных для марксизма. Одним из таких противоречий было противоречие между тенденциями, с одной стороны, рассмотрения капиталистической страны как изолированной в мировом сообществе, а с другой — как неотъемлемой части мировой капиталистической системы. К. Маркс в "Капитале" делает акцент на первую составляющую этого противоречия. Оценивая в "Капитале" Великобританию как страну классического капиталистического способа производства, он отвлекся (хотя и не абсолютно) от рассмотрения внешнеэкономических связей британского капитализма. К. Маркс сконцентрировался на исследовании существенных внутренних отношений и абстрагировался от несущественных внешних. Подобное упрощение было неизбежно не только в связи с необходимостью исследования имманентных законов капиталистического производства, но и в еще большей степени в связи с тем, что капиталистический способ производства к тому времени достиг зрелости только в одной стране мира — в Великобритании, а мировая капиталистическая система лишь начинала формироваться. Как известно, Маркс собирался завершить "Капитал" изучением внешнеэкономических связей, что должно было стать одним из последующих этапов его исследования капитализма18. Отвлечение от контекста мирового развития оправдано при изучении домонополистического капитализма, но не при исследовании империализма и транснационального капитализма. Валлерстайн попытался снять вышеуказанное противоречие с помощью своей теории мир-системы. Однако если К. Маркс, сосредоточившись на внутреннем, отвлекся от внешнего, то Валлер-стайн, наоборот, абсолютизировал внешнее, отвлекшись от внутреннего. Продуктивнее было бы исследовать то, как развитие мирового

18 Маркс, если бы даже прожил еще некоторое время, вероятно, не смог бы удовлетворительно исследовать мировую капиталистическую систему, поскольку, как уже не раз упоминалось, она только начинала формироваться.

капитализма приводит к снятию внутреннего и внешнего, постоянно порождает их противоположность.

Кроме того, Валлерстайн решительно отказывался видеть в возникновении мировой капиталистической системы и в ее истории прогресс. Такая позиция вполне логична для структуралиста, но с точки зрения оценки исторической действительности совершенно нелепа. Валлер-стайн считал атрибутами социального прогресса преодоление эксплуатации, социального неравенства, рост эгалитаризма и подлинной демократии. Капиталистическая мир-система, полагает ученый, привела к росту эксплуатации и социального неравенства, расизма19 и сексизма (господства мужчин над женщинами), если сравнивать с докапиталистическими обществами. Валлерстайн утверждает, например, что социально-экономическое положение крестьян в Индии или Бразилии до интеграции этих стран в мир-систему было не хуже, а возможно, и лучше их современного положения. Что касается отрицания прогрессивного развития, то в данном случае Валлерстайн, вероятно, не прав. В социально-экономическом отношении страны "третьего мира" развивались в целом прогрессивно, хотя возникали и противоречия. Например, в период с 1900 по 2000 г. ВВП на душу населения вырос: в среднем в мире — с 1700 до 7800 долл., в Бразилии — с 700 до 7000, в Индии — с 600 до 2400 долл.20 Во многом (не во всем) обусловленные включением в формирующуюся капиталистическую систему индустриализация, развитие образования, науки, здравоохранения и т.д. — все это, хотя и принимало противоречивые формы и развивалось в недостаточной степени, было и является, безусловно, прогрессом для этих стран. Демографический взрыв в странах "третьего мира" вследствие роста средней продолжительности жизни и сокращение числа неграмотных являются наилучшим опровержением антипрогрессистских идей Валлерстайна. Он вполне справедливо отмечает неэгалитарность и недемократичность капиталистической мир-системы. Переход человечества к капитализму и развитие на капиталистической основе действительно были сопряжены с углублением эксплуатации. Но Валлерстайн, безусловно, исходит из поверхностного понимания эксплуатации, капиталистического способа производства и общественного прогресса, что обусловлено сведением мировой системы к сфере распределения и потребления, а также политики. Отношения всемирной капиталистической эксплуатации были (и являются) противоречивой формой развития мирового общества. Идеи Валлерстайна здесь ближе идеям "Экономическо-философских рукописей 1844 года" Маркса и концепции отчужденного труда, чем идеям "Капитала" и теории прибавочной стоимости. Отрицание прогресса вполне логично вытекает из акцентирования Валлерстайном сферы обращения.

19 Расизм, по Валлерстайну, это "идеологическое оправдание иерархизации рабочей силы и ее в высшей степени неравной оплаты" (Wallerstein I. Historical Capitalism. L., 1983. Р. 78).

20 Мировая экономика. Глобальные тенденции за 100 лет. С. 511—512.

Серьезные теоретические слабости концепции Валлерстайна предопределили нелепость, несостоятельность многих из его прогнозов, тогда как способность делать правильные прогнозы является важным критерием научности теории. Так, например, еще в начале 1980-х гг. Валлерстайн сделал вывод об упадке гегемонии США и продолжает придерживаться его и поныне. К этому Валлерстайна подтолкнули, во-первых, выведенные ученым "закономерности" циклического развития мир-системы, которые предписывали скорую смену ее гегемона; во-вторых, ряд экономических показателей (прирост валового внутреннего продукта, внешнеторговый баланс и т.д.), показывавших, что США уступает двум другим центрам империализма. В связи с этим американский ученый предсказывал возникновение в начале XXI в. конкуренции и борьбы за гегемонию в мире между блоком Европы (минус Великобритания) и примкнувшим к ней в качестве младшего партнера — СССР и Японии с примкнувшими к ней в качестве младших партнеров США и Китая (возможен, хотя и менее вероятен, с точки зрения Валлерстайна, выход на первый план Китая). Валлер-стайн полагал, что США, скорее всего, станут в начале XXI в. младшим союзником Японии — наиболее вероятного нового гегемона мир-системы. С его точки зрения, это следует из того, что в предшествующих циклах старый гегемон становился младшим партнером нового: Нидерланды — младшим партнером Великобритании, Великобритания — США. Япония со своими вассалами — США и Китаем победит в противостоянии с единой Европой и ее вассалом СССР и арабо-му-сульманским миром. Это вытекает опять-таки из того, что в предшествующих циклах морской претендент на место гегемона в мир-системе одерживал победу над сухопутным: Великобритания — над Францией, США — над Германией. Крах СССР и его восточноевропейских союзников также ослабляет доминирующее положение США: "Распад СССР и коллапс коммунизма в Восточной Европе и бывшем СССР ослабил, а не усилил роль Соединенных Штатов как гегемона"21. Нелепость этих оценок и предсказаний очевидна и не нуждается в специальных комментариях.

На мой взгляд, вывод Валлерстайна о закате гегемонии США в капиталистической мир-системе абсолютно не состоятелен. Этот вывод ученый сделал на основе своей структуралистской теории, т.е. на основе анализа поверхностных отношений, данных в качестве неизменных. Если же исследовать мировую капиталистическую систему на более глубоком уровне — как развивающуюся систему мировых производительных сил, как развивающийся мировой капиталистический способ производства, что, в частности, предполагает осмысление того, что наиболее современные, наукоемкие, высокотехнологичные производства, обеспечивающие наибольшую норму и массу прибавочной

21 Wallerstein I. Contemporary Capitalist Dilemmas, the Social Sciences, and the Geopolitics of the Twenty-first Century // Canadian Journal of Sociology. 1998. Vol. 23. N 2-3. P. 154.

стоимости, а также наиболее современные вооружения (авиакосмическая промышленность, биотехнологии, тонкие химические технологии, разработка новых источников энергии, информатика, фармацевтика, медицина и т.д.) сосредоточены в США, и эта тенденция в будущем будет развиваться, — то закономерным будет прямо противоположный вывод — о безусловном лидерстве США в мировой капиталистической системе в ближайшем и среднесрочном будущем.

Итак, в построениях Валлерстайна проявились все теоретико-методологические недостатки структурализма — рассудочный рационализм, антидиалектичность, антиисторизм, схематизм, редукционизм, формализм, эмпиризм, сочетающийся с тенденциозным подбором фактов, поверхностность, замаскированный агностицизм. Но этим дело не ограничивается. В мир-системном анализе отражен и кризис структурализма как господствовавшей в XX в. формы позитивизма, обусловленный бесспорными недостатками, ограниченностью рассудочного рационализма. Неспособность отразить и реальную развивающуюся целостность предмета приводит к кризису методологии структурализма и рассудочного мышления в целом и приводит к отказу от рационализма. Это и стало гносеологическим, логико-методологическим корнем возникновения постструктурализма и постмодернизма, которые являются безусловными формами разложения мышления, отказа от мышления, формами крайнего субъективизма и агностицизма. Валлерстайн ощущает ограниченность рассудочного рационализма структурализма и пытается преодолеть его обращением к синергетике с ее иррационалистическо-мистическими устремлениями. Американский ученый считает мировое общество сложной, хаотической системой, развитие которой принципиально невозможно прогнозировать. Будущее мир-системы, на его взгляд, многоальтернативно: человечество может развиваться разными путями. Валлерстайн полагает, что мир-система в результате хаотических изменений и бифуркаций должна либо преобразоваться в систему мирового социализма, либо распасться на ряд мелких мир-систем, либо продолжить свое существование. Мистифицирующее обращение к синергетике и полагание беспредпо-сылочной альтернативности развития мирового общества есть, вне сомнения, капитуляция перед агностицизмом и мистицизмом. Направленность изменений "сложной системы" зависит от самых незначительных факторов. Одновременно Валлерстайн критикует Маркса за "линейный" подход к истории, т.е. фактически за рассмотрение развития общества как естественно-исторического, поступательного, закономерного процесса, предлагая заменить формационную теорию концепцией чередования мини-систем, мир-империй и мир-экономик. Валлерстайн, таким образом, принципиально отказывается от конкретных прогнозов. В действительности же делать сбывающиеся прогнозы на основе отражения сущности общественных процессов вполне возможно, что доказали в первую очередь К. Маркс и Ф. Энгельс, которым удалось дать довольно много успешных прогнозов.

Итак, рассудочность структурализма Валлерстайн пытается опереть на костыли агностицизма и мистицизма постмодернизма и синергетики. По сути речь идет о капитуляции его мысли перед сложностью познания предмета, об отказе от поиска сущности общественных процессов. Мир-системный анализ И. Валлерстайна — это не просто структурализм, это поздний, разлагающийся структурализм. Это структурализм, изрядно затронутый ржавчиной иррационализирующего постструктурализма22. Мир-системный анализ основан одновременно и на рассудочной рациональности, и на тенденциях отказа от рациональности вообще. Теория Валлерстайна, таким образом, отягощена одновременно и недостатками структурализма, и недостатками постструктурализма. Мир-системный анализ в этом напоминает больного, страдающего и от болезни, и от ошибочно назначенного лечения.

Валлерстайн не только анализирует процессы мирового развития, но и стремится быть идеологом. Для него идеалом общественного устройства является мировой социализм. Однако понимание Валлерстай-ном социализма является абстрактным и неопределенным. Для него социализм — это общество социального равенства, справедливости и подлинной демократии, противостоящее как буржуазному обществу, так и обществу реального социализма23. Валлерстайн считает сферу обращения сущностью общества. Из этого вытекает его утверждение о том, что капитализм предстает лишь как неравное (несправедливое) распределение материальных благ, а социализм — как равное (справедливое) их распределение. Взгляд Валлерстайна на социализм является, по сути дела, идеализированным представлением о капиталистическом обществе. Так как реальный социализм был не в состоянии полностью устранить социальное неравенство и закономерно не был связан с развитой демократией трудящихся, то страны "второго мира" Валлерстайн не считает социалистическими в строгом смысле слова. Ученый утверждает, что в них сохранялись эксплуатация, сексизм и ксенофобия, отсутствовали политические свободы. Валлерстайн эволюционирует в сторону признания советского общества как модификации капиталистического строя, как "государственного капитализма" с бюрократией в качестве господствующего класса.

22 Моменты абсурдности, нелепости нарастают у ряда представителей школы Валлерстайна и близких к ней ученым. А.Г. Франк утверждал, что мировая система угнетения и зависимости существует не 500, а 5000 лет (Frank A.G., Gills B.K. The World System. Five Hundred Years or Five Thousand? L., 1996). Д. Уилкинсон также стремится проследить мировую систему уже в глубокой древности (Wilkinson D. The Power Configuration Sequence of the Central World System, 1500—700 BC // Journal of World-System Research. 2004. Vol. X. N 3).

23 Коммунизм, по словам Валлерстайна, это утопия, "аватара нашей религиозной эсхатологии, второе явление Христа, нирвана". Социализм в отличие от этого является вполне "реализуемой исторической системой". Социализм — это "максимизация равенства, справедливости и контроля человечества над своей жизнью (демократия) и освобождение воображения" (Wallerstein I. Historical Capitalism. L., 1983. Р. 109—110).

Эти тенденции проявляются и в акцентировании Валлерстайном зависимости СССР от капиталистической мир-системы. Ученый полагает, что СССР был ее неотъемлемой частью, сильным членом ее полупериферии, тяготеющим к перемещению в ядро. Валлерстайн утверждал, что СССР "остается вопреки всем внутренним изменениям интегральной частью мирового разделения труда, управляемой законами капиталистической мир-экономики и, следовательно, в существенной мере подчиненной всем ее превратностям"24. Более того, по Валлерстайну, СССР якобы даже способствовал консолидации мир-системы, показывая негативный пример всем антикапиталистическим движениям и тем самым сдерживая их революционную борьбу. Факты вновь говорят о довольно обособленном развитии СССР. Российская империя накануне 1917 г. и СССР до Второй Мировой войны были вовлечены в мировую капиталистическую систему на уровне, сопоставимом с развитыми и развивающимися странами: доля товарного экспорта в ВВП СССР в 1929 г. была равна 9,5%, в 1938 г. — 10%, а средний показатель для 1929 г. был равен 10,5%, для 1938 г. — 10%. Но ситуация резко изменилась после Второй мировой войны. Доля товарного экспорта в ВВП Советского Союза после Второй Мировой войны была равна в 1950 г. — 1,5% (стран мира в среднем — 10%), в 1960 г. — 2,2 (10,5), в 1970 г. — 3,3 (12,0), в 1980 г. — 5 (14,5), в 1990 г. — 5,6% (16,5%). Очевидно, эти данные свидетельствуют о значительной, хотя и, разумеется, не абсолютной, автаркичности развития советского общества, что совершенно необходимо вытекало из существенных отличий социалистической экономики от капиталистической.

Односторонней и схематичной представляется и оценка Валлер-стайном многих важнейших событий истории XX в., связанных с СССР. Он считает, например, основным содержанием Второй мировой войны25 борьбу между США и Германией за место гегемона в мир-системе, тогда как, очевидно, основным фронтом этой войны был советско-германский фронт, а ее всемирно-историческое значение во многом заключалось в борьбе социализма и мировой капиталистической системы. Конфликты внутри этой системы (Германия и США, Германия и Англия, Япония и США и т.д.) имели все же второстепенное значение. Валлерстайн полагает, что в результате Ялтинских соглашений 1945 г. США и СССР разделили сферы влияния в мире. На его взгляд, не реальный мировой социализм, а события 1968 г., которые он называет "мировой революцией", являли-де собой

24 Amin S., Arrighi G., Frank A.G., Wallerstein I. Dynamics of Global Crisis. L.; Basingstoke, 1982. P. 236.

25 Вторую мировую войну Валлерстайн объединяет с Первой и называет их совокупность Третьей мировой войной. Первой мировой войной в мир-системном анализе считается Тридцатилетняя война 1618—1648, Второй — войны революционной и наполеоновской Франции в 1792—1815 против Великобритании. Вторая мировая война в общепринятом понимании в концепции Валлерстайна является завершающей фазой Третьей мировой войны.

угрозу для мировой капиталистической системы. Валлерстайн считает, что разрушение социализма в СССР и Восточной Европе были не укреплением мирового капитализма, а его ослаблением, поскольку это устранило препятствия для развертывания антикапиталистических движений. Эти рассуждения создателя мир-системного подхода являются во многом нелепыми. Но они вполне логично вытекают из сведения им мировой капиталистической системы к торговле, финансам и политике. Если рассматривать СССР только как участника международных торгово-финансовых, военно-политических отношений, что и характерно для мир-системного анализа, то он с необходимостью предстает в духе тощих абстракций геополитики только лишь как конкурент-партнер США в мир-системе.

Валлерстайн стремится быть пророком конца капиталистической мир-системы, но его концепция вполне созерцательна. Он явно не согласен с одиннадцатью из всех предложенных К. Марксом тезисов о Фейербахе. Акцентирование сферы обращения, тенденции субъективизма и агностицизма делают концепцию Валлерстайна — при всей ее внешней антикапиталистичности — апологетической по отношению к мировой капиталистической системе, из которой Валлерстайн фактически исходит как из вечного и незыблемого образования. Валлерстайн критикует теории модернизации, но сам он, очевидно, разделяет некоторые их посылки.

Если говорить о социальной обусловленности, то теория Валлер-стайна имеет мелкобуржуазно-люмпенские корни, отражая представления как теснимой крупным и крупнейшим (транснациональным) капиталом мелкой буржуазии, так и растущего люмпенского и люмпенизируемого слоя населения капиталистических стран, переживающих интенсивную депролетаризацию населения, т.е. процесс отделения производителя от средств производства. Популярность идей Валлерстайна подогревается конкуренцией западноевропейского капитализма с американским, стремлением первого ослабить опеку со стороны второго. Прогнозы Валлерстайна о закате гегемонии США играют на руку западноевропейскому капитализму и акцентируются его теоретиками и идеологами. Получается весьма примечательный результат: идеи субъективно стремящегося быть антикапиталистическим теоретиком Валлерстайна используются младшим империалистическим центром (Западной Европой) в его довольно бесперспективных интригах против старшего (США).

В концепции И. Валлерстайна, на мой взгляд, еще раз проявилось кризисное состояние мировой общественной науки, колеблющейся между позитивизмом структуралистского типа и попытками его антинаучного, иррационалистического снятия в постмодернизме. Мир-системная теория Валлерстайна — это еще одно напоминание о необходимости принципиального развития мировой общественной науки, которое может быть связано со снятием марксизма с его противоречиями, возле которых Валлерстайн только "нерешительно потоптался" и повернул от них в сторону.

6 ВМУ, социология и политология, № 4