Ценности семьи как фактор этноконфессиональной безопасности

RUSSIAN PSYCHOLOGICAL JOURNAL • 2014 VOL. 11 # 4

УДК 159.9.072.43

ЦЕННОСТИ СЕМЬИ КАК ФАКТОР ЭТНОКОНФЕССИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Звездина Галина Павловна Исмаилов Казбек Ваитович

В статье обоснована актуальность изучения проблемы этноконфессио-нальной безопасности поликультурного региона в современном российском обществе. Проведена дифференциация понятий, относящихся к проблеме этноконфессиональной безопасности. Рассмотрены особенности презентации понятий: конфессиональная безопасность, религиозная безопасность, этнокультурная и этническая безопасность, этноконфессиональная безопасность. Обозначены угрозы этноконфессиональной безопасности в условиях ситуации неопределенности и нестабильности современного социума. Показана роль семьи как социального института общества, транслирующего ценности культуры и традиций своего этноса. Представлены результаты эмпирического изучения семейных ценностей супружеских пар разной этнической принадлежности, проживающих в условиях поликультурного региона (Чеченская Республика). Выделены и описаны особенности ценностей современной семьи, в зависимости от этнической принадлежности (русские, чеченцы, смешанные семьи), в контексте этноконфессиональной безопасности.

Выявлено, что для семей этнических русских значимыми являются ценности благополучия: иметь хорошую работу и хорошую семью, здоровье, быть любимыми. Большинство респондентов высказали необходимость поддерживать национальные традиции, прививать народные ценности и традиции своим детям. Установлено: в смешанных семьях большая часть респондентов обоего пола отметили, что поддерживать национальные традиции и развитие национальной культуры, прививать народные ценности и традиции своим детям, жить духовной жизнью для них важно; система оценок респондентов находится в диапазоне высоких и выше среднего. Выявлено, что в этнических чеченских семьях отмечается важность передачи своим детям народных традиций, формирующих и поддерживающих чувство единения на уровне этноса, общины, семьи, позволяющих отдельному индивиду осознать свою этническую принадлежность, сохраняющих вековые ценностные ориентации и установки.

Ключевые слова: поликультурный регион, конфессиональная безопасность, религиозная безопасность, этноконфессиональность, этническая безопасность, этноконфессиональная безопасность, ценности семьи, ценности безопасности.

Проблема безопасности поликультурного мира становится актуальной на фоне трансформационных и глобализационных процессов, происходящих в современном мире. Любой поликультурный регион полиэтничен и поликонфессионален по определению. И это, наряду с многоголосием и многоаспектностью культурной жизни страны, ее отдельных регионов создает целый ряд точек напряженности и рисков, актуализируя тем самым проблему безопасности. Этноконфессиональный фактор в современной социальной практике осознается в качестве важнейшего и необходимого слагаемого поддержания целостности и жизнеспособности общества, его безопасности.

Особый интерес вызывает исследование проблем безопасности тех регионов Российской Федерации, которые характеризуются нестабильностью ситуации, этноконфессиональным многообразием состава населения, находятся в зоне геополитических интересов ряда зарубежных государств. К таким регионам относится и Северный Кавказ, от стабильности и устойчивости развития которого в прямой зависимости находится уровень обеспечения безопасности всей Российской Федерации.

Россия - многонациональное государство, и характер складывающихся отношений между различными этническими и конфессиональными группами во многом определяет общественно-политическую стабильность в государстве. Этноконфессиональная безопасность является частью, прежде всего, национальной безопасности. Среди факторов и угроз, оказывающих негативное влияние на обеспечение национальных интересов России, в «Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г.» не случайно выделяется развитие националистических настроений, ксенофобии, сепаратизма и насильственного экстремизма, в том числе под лозунгом религиозного радикализма [16].

Термин «этноконфессиональная безопасность» до сих пор еще недостаточно определен в современной науке. Остановимся на том, что выделяются разные виды безопасности в контексте этнических и конфессиональных отношений. В отечественной научной и публицистической литературе часто встречаются два на первый взгляд взаимозаменяемых, а в ряде случаев и подменяемых понятий - «конфессиональная безопасность» и «религиозная безопасность». Однако, как не тождественны сами понятия конфессии и религии, так и не тождественны понятия религиозной и конфессиональной безопасности.

Понятие религиозной безопасности чаще всего употребляется в отечественной литературе православного характера, в основном в контексте защиты традиционной православной религии от современных нетрадиционных культов, имеющих экстремистский характер. Современные теологи

ВЦ^ДЫ Р$УСН01_0в!СА1_ JOURNAL • 2014 У01_. 11 # 4

создают механизмы защиты от вступления молодежи в подобные секты [9]. Система этих механизмов и является основой таким образом понимаемой религиозной безопасности. В светской отечественной научной литературе введение понятия религиозной безопасности подразумевает безопасность традиционных религий и их защиту, прежде всего от нетрадиционных религиозных культов [6].

Термин «конфессиональная безопасность» является относительно новым для отечественной науки, хотя уже достаточно используется в научном обороте (П. Н. Беспаленко, А. Т. Гилалов, Р. Кадыржанов, Ю. Г. Карпухин, А. Нысанбаев, А. И. Шустева).

Исследователи подчеркивают значение конфессионального фактора в системе общенациональной безопасности, отмечая, что «можно говорить об особом аспекте безопасности, который непосредственно связан с высоким уровнем конфессиональной напряженности» [8].

Понятие «конфессиональная безопасность» охватывает и межконфессиональные проблемы, и личную безопасность, и духовную безопасность, а также сохранение религиозной идентичности не только на национальном, но и на личностном уровне [17].

Помимо понятия «конфессиональная безопасность» в литературе встречается использование понятия «этническая безопасность». Под этнической безопасностью понимается «безопасность общественной жизни, в которой нет места национальной розни, национальной нетерпимости, в которой право не выделяет в качестве приоритета национальную принадлежность и применяется ко всем национальностям объективно и справедливо, согласно букве закона» [15].

В рамках социокультурного подхода отдельно выделяется этнокультурная безопасность. Отечественные исследователи Л. С. Перепелкин и В. Г. Стельмах в определении понятия «этнокультурная безопасность» обращают внимание на проблемы взаимодействия представителей разных этнокультурных групп, проживающих на территории Российской Федерации. Согласно пониманию авторов, «этнокультурная безопасность - это сфера устойчивого функционирования и воспроизводства культур всех национальных групп, проживающих в рамках того или иного государства, вкупе с возможностью их участия в свободном взаимообмене культурными ценностями и сохранения их членами своей этнической идентичности» [11].

Так как предметом нашего исследования является этноконфессиональная безопасность, остановимся более подробно на данной проблеме.

Исследователь К. Аллахвердиев отмечает, что «в отличие от этнической и конфессиональной сфер, этноконфессиональность не является самостоятельным субстратом жизни народа. Этноконфессиональность, обусловленная

исторически развивающейся сопряженностью этих сфер, представляет собой качественно новую социоантропогенную идентичность, создающую фоновую социально-психологическую среду, в которой происходит дальнейшее структурирование этноса путем этнонациональной имплементации религии, трансляции конфессионального содержания в этнические формы, конструирования новых системных компонентов социальной жизни этноса» [2].

Этноконфессиональная безопасность представляет собой основу национальной безопасности, она может быть представлена как система государственных гарантий и поддержки духовного потенциала народов и наций. Этноконфессиональная безопасность понимается как «система сохранения контентного содержания любой конфессии и ее культовой оболочки, а также этнической идентичности, так и предотвращение конфликтов на конфессиональной и этнической почве. Этноконфессиональная безопасность - это система условий для полноценного развития различных конфессий в едином культурном пространстве, предотвращающая или, по крайней мере, смягчающая конфликты, связанные с этноконфессиональной принадлежностью» [14].

Актуализация этноконфессиональной безопасности и возрастание роли этничности в современных условиях является естественной реакцией на так называемый эффект неопределенности современной реальности, ее высокую противоречивость.

Растущее осознание мировой общественностью обострения противоречия между повышением уровня полиэтничности социальной среды, в которой живет и трудится человек, и его неподготовленностью к изменяющимся условиям жизни выдвигает на первый план стратегических направлений развития образования поликультурное образование и воспитание подрастающих поколений [19].

Миропонимание человека, которое складывалось в результате воспитания в семье, традиционного образования и воздействия средств массовой информации, не соответствует тем условиям жизни, в которые погружается общество в новой, постиндустриальной эпохе [5]. Возникает некое противоречие между необходимостью постоянно изменяться и необходимостью сохранения этнической уникальности и устойчивости современного мира и тех ценностей, которые определяют жизненные выборы современного человека.

Нестабильность жизни, отсутствие социальных гарантий, расслоение общества, смена культурных ценностей повлекли за собой коренные изменения в личностных смыслах и ценностях человека, обострили явные и скрытые противоречия, имеющиеся в современном обществе. Нарастание деструктивных социокультурных изменений выступает в качестве угрозы

Ви$Б!АЫ PSYCH0L0GICAL J0URNAL • 2014 V0L. 11 # 4

этноконфессиональной безопасности, находит реальное воплощение в актах терроризма и экстремизма, особенно в молодежной среде.

Этноконфессиональная безопасность базируется на воспитании, основанном на традиционных ценностях, таких как: любовь к человеку, дружба народов, трудолюбие, патриотизм, коллективизм, прочность семейных устоев, моральная чистота. Основу данного процесса составляет этика толерантности.

Семья является наиболее полноценной микросредой для формирования личности. Об этом свидетельствуют и широкие опросы, в том числе и в среде молодежи [12]. Семья - уникальный и пока единственный социальный институт воспитания, воспроизводящий людей как носителей социальной, культурной, этнонациональной по специфике содержания информации, транслируемой по поколениям [7].

Семья в сущности своей содержит все институции социального характера. Семья как институт не просто взаимодействует с ними, на основе законов всеобщей связи всех переменных, образующих общество, но и все они в неразвитой форме, в источнике, в потенции даны в сущности семьи. Поэтому семья не существует вне социальных институтов, как и они не существуют вне семьи. Общество у всех народов, наций, племен, во всех частях мира и во все времена состояло и состоит из семей, а не непосредственно из личностей. Семейные отношения, в которых переплетаются природные и социальные факторы, занимают в системе человеческих отношений особое место своим постоянством, многообразием и разнообразием субъектов, и передачей от поколения к поколению наследственных свойств, влияющих на формирование характера и психологии индивидов.

Взаимодействие семьи с другими социальными институтами происходит не иначе как через закон согласования. Семейные и родственные отношения свободно распространяются на людей с различным имущественным положением, социально-классовым, мировоззренческим, нравственно-культурным, даже этническим и конфессиональным миром. Этим свойством они смягчают социальные и другие противоречия в обществе, способствуют формированию толерантных отношений.

Современная семья, как и другие социальные институты общества, переживает трансформацию, в рамках которой происходит изменение семейных ценностей и установок населения (в первую очередь, молодежи), характера отношений и образа жизни современной российской семьи.

Предметом нашего исследования выступили особенности семейных ценностей современных семей разной этнической принадлежности, проживающих в условиях поликультурного региона (Чеченская Республика), в контексте этноконфессиональной безопасности.

В социально-психологическом исследовании приняли участие 60 респондентов, которые были представлены тремя группами: русские семьи - 10 семейных пар, 10 мужчин и 10 женщин, соответственно 10 семейных пар чеченцев и 10 смешанных семейных пар (муж - чеченец, жена - русская или другая национальность).

Изучение жизненных целей и ценностей в разных выборках респондентов показало свою специфику. В этнически русских семьях среди значимых целей и ценностей, выдвигаемых мужчинами и женщинами, находятся цели благополучия: иметь хорошую работу и хорошую семью, здоровье, быть любимым. Также среди значимых целей находятся: материальный достаток, желание овладеть определенной профессией и мастерством. В данной выборке наблюдаются определенные и гендерные различия: так 40 % мужчин в качестве значимой ценности высказали «не стать алкоголиком и наркоманом»; 60 % мужчин отметили ценность «не стареть» как незначимую, не имеющую для них ценности. Среди незначимых, как у мужчин, так и у женщин, находятся: «навсегда уехать за границу», «изменить свою жизнь». Однако женщины в большей степени ориентированы на саморазвитие и понимание смысла жизни, для них более важно «сделать себя таким, каким хочу».

При изучении религиозной идентичности было выявлено: большинство мужчин и женщин этнически русских отметили, что посвятить свою жизнь Богу скорее для них не важно, чем важно, 15 % высказали, что жить духовной жизнью, вести добропорядочную нравственную жизнь для них совсем не важно. Также к стагнирующим ценностям для некоторой части выборки (30 %) относится желание поддерживать национальные традиции, прививать народные ценности и традиции своим детям.

По мнению исследователя Л. П. Ипатовой, религиозная идентичность очень часто является маркером культурной идентичности. Социологические исследования показывают, что за «самоидентификацией себя в качестве православного в ряде случаев стоит не исповедание веры, не принятие православного образа жизни, а исключительно признание Православия в качестве исторически сложившейся в нашей стране культурной традиции», о чем свидетельствуют и результаты нашего исследования [5].

Ценности развития и творчества не относятся к значимым в данной выборке респондентов и в иерархии ценностей занимают более низкие позиции, что в большей степени говорит о традиционализме семейных ценностей, о необходимости сохранять традиции и нормы поведения в изменяющихся условиях общества.

Изучение ценностных приоритетов в смешанных семьях (чеченцы и русские) показало, что 70 % мужчин и 50 % женщин в качестве ведущей назвали ценность «посвятить свою жизнь Богу». Среди ведущих ценностей также названы

RUSSIAN PSУCH0L0G!CAL J0URNAL• 2014 V0L. 11 # 4

следующие: «достойно умереть», «иметь хорошую семью», «обеспечить счастье своих детей», «не служить в армии». Около 20 % респондентов мужского пола в качестве значимых отметили «не стать алкоголиком и наркоманом», тогда как в предыдущей выборке важным для себя отметили это 40 % мужчин.

Наименее важной ценностью для значительной части мужчин данной выборки (60 %) является «навсегда уехать за границу», они в большей степени предпочитают жить и работать на родине. Для 20 % мужчин не актуальна проблема старения и путешествия по всему миру.

У женщин данной выборки наблюдается больший разброс в ценностных приоритетах: «не голодать», «не стать жертвой преступлений», «добиться, чтобы тебя ценили и уважали», «быть любимой», «вести добропорядочную нравственную жизнь». Тогда как в качестве незначимых ценностей отмечены: «иметь хорошую работу», «быть смелым и решительным», «сделать карьеру», «делать все, что хотите», «не выделяться». Возможно, данный факт можно объяснить тем, что более 60 % женщин данной выборки - неработающие домохозяйки, поэтому для них не является ценной потребность в профессиональной самореализации.

Интересным, на наш взгляд, является обращение к этнокультурным особенностям современной японской семьи. Сегодня воспитание детей является основной «работой» японских женщин. Для этого они получают соответствующее образование, чтобы передавать образцы воспитания своим детям [19]. Согласно результатам нашего исследования, данная тенденция, ориентированная на воспитание детей и отказ от карьеры, более свойственна женщинам из чеченских и смешанных семей.

Интересный факт был выявлен в данной выборке: определяя для себя значимой ценность «добиться, чтобы вас понимали, ценили и уважали», одновременно возводится в ранг незначимых «быть честным и порядочным». Такие качества, как честность и порядочность, входят сегодня в разряд стагнирующих.

Более 70 % респондентов обоего пола отметили, что поддерживать национальные традиции, поддерживать развитие национальной культуры и традиций, прививать народные ценности и традиции своим детям, жить духовной жизнью для них важно; система оценок находится в диапазоне от «очень важно» до «скорее важно, чем не важно».

Отношение к изменению своей жизни примерно такое же, что и в предыдущей группе, однако многие отметили данную цель как важную для своих детей.

Таким образом, по данной выборке респондентов можно сделать следующие выводы: в большей степени представлены религиозные и традиционные ценности, достаточно выражена потребность в безопасности - «не голодать», «не стать жертвой преступлений» и др.

Ценностная картина в семьях этнических чеченцев демонстрирует, что 90 % супругов обоего пола высказывают желание посвятить свою жизнь Богу, 10 % респондентов отметили важными ценности «достойно умереть», «понять смысл жизни». Позиция «добиться, чтобы вас понимали, ценили и уважали» присутствует у мужчин и женщин, но эта ценность важна для большего количества женщин - 30 % против 10 % у мужчин. Среди приоритетов женщин достаточно четко просматриваются ценности самореализации: «заниматься своим делом», «ни от кого не зависеть», «стать очень богатой», «сделать себя таким, каким хочу быть», «добиться, чтобы родители не мешали», «быть любимой», «жить духовной жизнью».

У мужчин в качестве приоритетов выступают: «быть смелым и решительным», «быть честным и порядочным человеком», «иметь хороший характер», «иметь хорошую работу», «обеспечить счастье своих детей». В качестве защитных потребностей у них выделены: «не голодать» и «не стать алкоголиком и наркоманом». У мужчин по ценностям, вошедшим в ранг незначимых, наблюдается разброс, 20 % респондентов отметили для себя не важным «вести уединенную жизнь», и соответственно по 10 % набрали: «входить в элиту общества», «найти настоящую любовь», «не стать жертвой преступлений». В ранг незначимых у мужчин и женщин данной группы вошли следующие ценности: «никому не завидовать», «не стареть» (30 % женщин), «путешествовать по миру».

Что касается вопроса «поддержка национальных традиций и национальной культуры», то здесь наблюдается следующая картина: 65 % респондентов обоего пола считают это очень важным, по 10 % считают, что «скорее важно, чем не важно» и «не то, чтобы важно, не то чтобы нет», и 5 % считают - «совсем не важно». Несколько иная картина наблюдается по позиции: «прививать народные ценности и традиции своим детям». В формировании личности ребенка большое значение имеет практическое использование обрядов и ритуалов, регулирующих эмоциональное состояние людей, формирующих и поддерживающих чувство единения на уровне этноса, общины, семьи, позволяющей отдельному индивиду осознать свою этническую принадлежность, сохраняющих вековые ценностные ориентации и установки.

Из всей выборки респондентов чеченских семей 80 % мужчин и 60 % женщин однозначно считают, что это делать необходимо, 30 % женщин и 10 % мужчин придерживаются такой же точки зрения, но не в столь категоричной форме, и по 10 % мужчин и женщин считают данную позицию совсем не важной.

Проведенный анализ результатов эмпирического исследования показал, что этнические ценности связаны с этноконфессиональными и являются больше этическими ценностями, передаваемыми с помощью механизма традиции, которая обеспечивает существование культуры этноса.

RUSSIAN PSYCHOLOGICAL JOURNAL • 2014 VOL. 11 # 4

В качестве одного из важных условий поддержания этноконфессиональной безопасности в поликультурных регионах является «создание эффективной системы просвещения граждан в части культурного и конфессионального многообразия, исторического единства жителей страны, истории религиозной нетерпимости, геноцида и других преступлений, порожденных экстремизмом и терроризмом» [1, с. 18].

Подобная работа, с одной стороны, позволит понять уникальность каждой культуры и этноса, с другой - увидеть общее и объединяющее всех народов, живущих на одной территории. В последнее десятилетие в науке появилась перспектива более объективного и глубокого изучения традиционной культуры и, в частности, представителя конфессии как носителя культурных норм и ценностей.

На основе проведенного теоретического анализа изучаемой проблемы и ее эмпирического исследования, можно констатировать, что в современных российских семьях разной этноконфессиональной направленности, несмотря на имеющиеся различия, имеет место единая система традиционных семейных ценностей, где семейное благополучие, любовь, взаимопонимание, благополучие детей, здоровье являются основополагающими. Потребность в безопасности (личной, экономической, политической), находящая свое выражение в ценностях, условно обозначаемых нами как «ценности безопасности», или материалистические ценности, характерна для всех представителей семей, вне зависимости от возраста и конфессиональной принадлежности. Данное положение является крайне существенным, поскольку, с одной стороны, является индикатором существования в нашей стране глубинных кризисных явлений экономического и социально-политического характера, а с другой -определяет ценностный контент российского политико-культурного поля, о чем свидетельствуют данные проведенного социально-психологического исследования.

Литература

1. Абакумова И. В., Богуславская В. Ф. Методы противодействия экстремизму этноконфессиональной направленности: основные направления практической работы // Российский психологический журнал. - 2010. -Т. 7. - № 5-6. - С. 17-22.

2. Аллахвердиев К. Этноконфессиональный фактор национальной безопасности государств Кавказа // URL: http://www.ca-c.org/c-g/2008/ journal_rus/c-g-3/02.shtml

3. ЗвездинаГ. П., ЕлагинаМ. Ю. Возможности современной школы в создании поликультурной образовательной среды // Этнопедагогика в современном обществе. Материалы Всероссийской научно-практической

конференции, посвященной Году учителя. 19-21 октября 2010 г. - Грозный: Изд-во АН ЧР, 2010. - С. 304-310.

4. Звездина Г. П. Проблема формирования мировоззренческой безопасности как средства профилактики экстремизма в молодежной среде // Российский психологический журнал. - 2010. - Т. 7. - № 6. - С. 76-80.

5. ИпатоваЛ. П. Православная идентичность как персональный портрет / Гражданские, этнические и религиозные идентичности в современной России / Отв. ред. В. С. Магун. - М.: Изд-во Ин-та социологии РАН, 2006.

6. Карпухин Ю. Г. Армия, правоохранительные органы и религиозная безопасность // Вестник РГГУ. Серия «Право». - 2008. - № 5.

7. Киселёва Е. В. Современная российская семья в традиционно конфессиональном аспекте // Вестник славянских культур. - 2012. - Т. 1. -№ XXIII. - С. 37-43.

8. Косое Г. В. Политическая концепция Ислама: проблемы цивилизационно-го и политического анализа: монография. - Ставрополь, 2008. - С. 90.

9. КураевА. Техника религиозной безопасности // URL: http://www.benjamin. ru/logos/kuraev/0003.html

10. Магомедов А. А. Социокультурная преемственность в сфере семейных отношений на Северном Кавказе // Вестник Ставропольского государственного университета. - 2009. - № 5. - С. 121-128.

11. ПерепелкинЛ. C., СтельмахВ. Г. Этнокультурная безопасность России: общественные вызовы и государственная политика // Общественные науки и современность. - 2003. - № 3.

12. Подросток на перекрестке эпох: проблемы и перспективы социально-психологической адаптации подростков / Под ред. С. В. Кривцовой. -Москва: Генезис, 1997. - 288 с.

13. Романова А. П., Мармилова О. В. Культурная безопасность как важнейший фактор национальной безопасности // Человек. Сообщество. Управление. - 2008. - № 2.

14. Романова А. П., Якушенков С. Н., Лебедева И. В., Топчиев М. С. Феноменология чужого в контексте культурной (этноконфессиональной) безопасности // Человек. Сообщество. Управление. - 2011. - № 1. - С. 44-56.

15. Сарапулов В. Н., Якупова В. Н. Безопасность человека и гуманитарные средства ее обеспечения (на примере космодрома Байконур) // URL: http://www.zpu-journal.ru/ezpu/1/Sarapulov&Iakupova

16. Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года (действующая редакция), утверждена Указом Президента России от 12 мая 2009 г. № 537 // КонсультантПлюс: нормативно-правовая база. - 2013.

RUSSIAN PSYCHOLOGICAL JOURNAL • 2014 VOL. 11 # 4

17. Топчиев M. С. Проблема конфессиональной безопасности: теоретико-понятийный анализ // Гуманитарные исследования. - 2012. - № 4 (44). -C. 266-267.

18. AbakumovaI. V.,KrutelevaL. Ju. Life-sense Strategies as a Motivational-dynamic Characteristic of a Person // V Congress of Russian Psychological Society, Procedia - Social and Behavioral Sciences. - 2013. - 86. - pp. 35-41.

19. Kidder L. H., Kosuge N. Family-work in modern Japan: The reproduction of sons and mothers // Entitlements and the affectional bond. New York: Plenum. - 1992.