Йод попал под наблюдение

На Троицком йодном заводе в Краснодарском крае введена процедура наблюдения. Истцом дела о банкротстве стала московская компания «Нефтегазхимкомплект», поставляющая предприятию сырье и арендующая у завода складские помещения. Иск был подан еще летом прошлого года, однако старт делу о банкротстве был дан только сейчас. Сумма долга не называется, однако новое руководство общества планировало решить проблему мировым соглашением. По данным за 2017 год, убыток АО составил 24,8 млн руб. Эксперты полагают, что финансовые проблемы завода связаны с закрытием в 2015 году единственного в России промышленного месторождения йодобромных вод и переходом предприятия на импортное сырье. Однако, по мнению аналитиков, обанкротить единственное в России предприятие по производству йода будет не так просто.

Арбитражный суд Краснодарского края ввел процедуру наблюдения в отношении акционерного общества «Троицкий йодный завод». Информация об этом опубликована в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве. Временным управляющим предприятия утверждена Юлия Каштанова. Судебное заседание по рассмотрению дела о банкротстве общества назначено на 25 июня 2019 года.

Ранее „Ъ“ писал, что в июне 2018 года в краевой арбитраж поступило заявление фирмы «Нефтегазхимкомплект» (Москва) о признании АО «Троицкий йодный завод» банкротом. В марте того же года арбитражный суд Московской области взыскал с предприятия задолженность в сумме 6,7 млн руб. Как сообщал тогда генеральный директор завода Андрей Лопатин, московская компания арендовала у акционерного общества складские помещения на его территории в станице Троицкой. «Нефтегазхимкомплект» поставлял предприятию сырой йод, однако в результате взаимозачетов денежных обязательств возникла сумма долга, с которой не соглашалось руководство АО «Троицкий йодный завод». Предприятие рассчитывало урегулировать спор мировым соглашением, заявляя, что спорная сумма не является для него критичной. Согласно картотеке Арбитражного суда, еще одним заявителем по делу о банкротстве завода является АО «Россельхозбанк». Сумма требований истцов в документах дела не называется.

Троицкий йодный завод был основан в 1964 году на базе Славянско-Троицкого месторождения — единственного в России промышленного месторождения йодобромных вод. Но в 2015 году лицензия на добычу собственного сырья была отозвана ввиду обветшания скважин. С этого времени завод работает на импортном сырье, выпускает реактивы и лекарственные препараты, в том числе спиртовой раствор йода и «Йодопирон». По данным системы «СПАРК-Интерфакс», выручка АО в 2016 году составила 48,4 млн руб., убыток — 24,8 млн руб. Кредиторская задолженность предприятия с 2016 года выросла в 2017-м вдвое и составляла на конец отчетного периода 14,7 млн руб. Головной компанией общества является территориальное управление Росимущества. В 2016 году ведомство выставляло 100% акций завода на торги за 69 млн руб., но сделка не состоялась, так как в торгах участвовал всего один претендент.

Аналитик «Открытия Брокер» Тимур Нигматуллин считает, что проблемы компании в значительной мере обусловлены особенностями ее бизнес-модели. В частности, это, по его мнению, связано с тем, что завод работает на импортном сырье. «Производимая продукция реализуется преимущественно на внутреннем рынке. Таким образом, на бизнес потенциально негативно может влиять ослабление рубля, пик которого пришелся на год отзыва лицензии на собственную добычу. На мой взгляд, без учета возобновления добычи этот бизнес малоперспективен, несмотря на локальное укрепление нацвалюты за последние месяцы»,— говорит эксперт.

По словам аналитика ИК «Фридом Финанс» Анастасии Сосновой, пришедшая в 2017 году новая команда Троицкого йодного завода пыталась добиться возобновления добычи йода в России. В итоге долги предприятия, с которыми не смогло справиться новое руководство, по словам эксперта, привели к начавшейся процедуре его банкротства. «Полагаю, что данное производство перспективно, но при условии возобновления добычи сырья в России. В противном случае заводу приходится сталкиваться с перебоями в поставках сырья и долговыми проблемами. Между тем не думаю, что обанкротить единственное в России предприятие по производству йода будет так просто»,— комментирует госпожа Соснова.

Эксперт-аналитик «Финама» Алексей Калачев констатирует, что в начале 2000-х годов завод занимал более 90% федерального рынка кристаллического йода, но его подкосила конкуренция с дешевым импортом, прежде всего из Чили, устаревшие технологии и оборудование, а также ошибки руководства, не сумевшего вписаться в изменившиеся условия. Кроме того, по мнению аналитика, у предприятия отсутствует эффективный собственник. «Насколько я понимаю, предприятие уже давно несостоятельно, из года в год генерируя убытки. Лицензия на добычу йодных вод отозвана, права на участок с месторождением утеряны, имущество отдано за долги и арендуется заводом. В таком виде производство восстановить вряд ли удастся. Проще закончить дело окончательным банкротством и, выставив права на участок на торги, привлечь нового инвестора для организации нового производства»,— говорит господин Калачев.