Характеристика состава микровезикул крови при физиологической беременности и беременности, отягощенной синдромом задержки роста плода

ОРИГИНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Характеристика состава микровезикул крови при физиологической беременности и беременности, отягощенной синдромом задержки роста плода

Микаелян А.Г., Марей М.В., Суханова Ю.А., Вишнякова П.А., Булатова Ю.С., Пятаева С.В., Цвиркун Д.В., Тетруашвили Н.К., Высоких М.Ю.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр акушерства, гинекологии и перинатологии им. акад. В.И. Кулакова» Минздрава России, Москва, Россия

Цель исследования - проанализировать состав микровезикул плазмы крови на разных сроках гестации при физиологической беременности и беременности с синдромом задержки роста плода (СЗРП).

Материал и методы. Была исследована микровезикулярная фракция плазмы 19 беременных с СЗРП и 10 женщин с физиологическим течением беременности. Микровезикулярная фракция плазмы была получена методом дифференциального ультрацентрифугирования крови пациенток. Определение содержания белков проводилось методом вестерн-блот-анализа с детекцией хемилюминесценции.

Результаты. В микровезикулах плазмы крови пациенток с СЗРП происходит снижение содержания важных митохондриальных белков, ответственных за поддержание адекватной функциональной активности митохондрий, сохранение их целостности и биогенез ^йАС1, митохондриальный фактор транскрипции - TFAM, MFN2).

Заключение. Полученные результаты позволяют сделать вывод о выраженном нарушении митохон-дриального биогенеза в организме беременных с СЗРП, что, вероятно, вносит серьезный вклад в развитие патологии.

Ключевые слова:

синдром задержки роста плода, плацентарная недостаточность, митохондрии, беременность, микровезикулы

Для цитирования: Микаелян А.Г., Марей М.В., Суханова Ю.А., Вишнякова П.А., Булатова Ю.С., Пятаева С.В., Цвиркун Д.В., Тетруашвили Н.К., Высоких М.Ю. Характеристика состава микровезикул крови при физиологической беременности и беременности, отягощенной синдромом задержки роста плода // Акушерство и гинекология: новости мнения, обучение. 2019. Т. 7, № 4. С. 25-31. doi: 10.24411/2303-9698-2019-14002 Статья поступила в редакцию 15.07.2019. Принята в печать 10.08.2019.

Characteristics of the microvesule composition in physiological pregnancy and pregnancy complicated by the intrauterine growth restriction

Mikaelyan A.G., Marey M.V., Sukhanova Yu.A., V.I. KuLakov Obstetrics, Gynecology and Perinatology Vishnyakova P.A., Bulatova Yu.S., National Medical Research Center of Ministry of Healthcare

Pyataeva S.V., Tsvirkun D.V., Tetruashvili N.K., of the Russian Federation, Moscow, Russia Vysokikh M.Yu.

Aim of the study: analysis of the composition of microvesicles at different periods of gestation during physiological pregnancy and pregnancy with intrauterine growth restriction.

Material and methods. Plasma microvesicle fraction of 19 pregnant women with intrauterine growth restriction and 10 women with physiological pregnancy was studied. The microvesicular fraction of plasma was obtained by the method of differential centrifugation of the blood of patients. The determination of the level of proteins of interest was carried out by the method of western blot analysis with detection of chemiluminescence.

Results. It was found that in microvesicles of patients with intrauterine growth restriction, there is a decrease in the content of important mitochondrial proteins responsible for maintaining adequate activity of mitochondria, preserving their integrity and biogenesis (VDAC1, TFAM, MFN2).

Conclusion. The obtained results allow to make a conclusion about a pronounced violation of mitochondrial biogenesis in pregnant women with intrauterine growth restriction, which probably makes a serious contribution to the development of pathology and its progression.

Keywords:

intrauterine growth restriction, placental insufficiency, mitochondria, pregnancy, microvesicles

For citation: Mikaelyan A.G., Marey M.V., Sukhanova Yu.A., Vishnyakova P.A., Bulatova Yu.S., Pyataeva S.V., Tsvirkun D.V., Tetruashvili N.K., Vysokikh M.Yu. Characteristics of the microvesule composition in physiological pregnancy and pregnancy complicated by the intrauterine growth restriction. Akusherstvo i ginekologiya: novosti, mneniya, obuchenie [Obstetrics and Gynecology: News, Opinions, Training]. 2019; 7 (4): 25-31. doi: 10.24411/2303-9698-2019-14002 (in Russian) Received 15.07.2019. Accepted 10.08.2019.

Синдром задержки роста плода (СЗРП) является одной из ведущих причин заболеваемости и перинатальной смертности. СЗРП определяется как снижение скорости роста плода, приводящее к отклонению его линейных размеров от нормальных значений для данного срока гестации, и массе плода при рождении ниже 10-го процентиля для данного срока беременности [1]. В слаборазвитых и развивающихся странах заболеваемость СЗРП примерно в 6 раз выше по сравнению с развитыми странами.

Существуют преимущественно 3 типа СЗРП: асимметричный, симметричный и смешанный [2]. Данное разделение основано на различиях в клинико-антропометриче-ских особенностях плода. Триггером СЗРП считают сочетание нескольких факторов материнского, фетального или плацентарного происхождения. При этом среди всех факторов выделяют как наиболее значимые возраст матери, интервал между беременностями, курение, наличие инфекций, нарушение обменной функции плаценты, тромбофилии высокого риска, некоторые экстрагенитальные заболевания, пороки развития плода, хромосомные нарушения [3].

При физиологической беременности рост и развитие плода протекают под строгим контролем иммунной системы матери, которая с наступлением беременности переключается с провоспалительного фенотипа на противовоспалительный [4]. Это позволяет материнскому организму не отторгать полуаллогенный плод, клетки которого содержат

отцовские антигены. В то же время в течение беременности между плодом и материнским организмом существует связь, обусловленная механизмами межклеточной сигнализации и регулирующая нормальное течение беременности. Межклеточная сигнализация состоит из трех основных частей: проксимального элемента (источника сигнальных молекул), транспортного элемента (микровезикул, экзосом) и дистального элемента (клеток, принимающих сигнал) [5].

На сегодняшний день микровезикулы рассматриваются исследователями как ключевое звено в парадигме межклеточной коммуникации [5]. Микровезикулы продуцируются большинством типов клеток: они окружены липидным би-слоем и содержат набор белков и липидов, а также ДНК, мРНК, микроРНК и некодирующие РНК. Наличие микровезикул показано практически во всех жидкостях организма - кровь, лимфа, слюна, моча, амниотическая жидкость, молоко и др. [6, 7]. Входящие в состав везикул молекулы характерны для типа секретирующих их клеток и полностью сохраняют соответствующую биологическую активность [8, 9]. Это делает секретируемые клетками везикулы объектом пристального внимания исследователей не только в качестве компонента нового типа межклеточного взаимодействия и регуляции, но и в качестве потенциальных биомаркеров, отражающих клеточные процессы, происходящие в организме, в том числе и при патологиях [10, 11].

Характерной чертой микровезикул является их небольшой размер - от 100 до 1000 нм. Микровезикулы образуются посредством выпячивания плазматической мембраны и содержат в своем составе элементы цитозоля секретирующих их клеток, а также ферменты и транскрипционные факторы. Такой характер биогенеза микровезикул обусловливает тот факт, что молекулярный состав их содержимого и набор белков, встроенных в их мембраны, напрямую зависят от метаболического состояние клеток-доноров в данный момент [12]. Везикулы способны регулировать трансляционную активность клеток-мишеней, контролируя ангиогенез, пролиферацию, метаболизм и апоптоз [13]. В ряде работ показано, что количество и состав микровезикул крови при той или иной патологии весьма специфичны. Рядом авторов было продемонстрировано, что уровень циркулирующих в материнском кровотоке микровезикул увеличивается со сроком гестации. Характеристика состава микровезикул является важным этапом для понимания механизмов межклеточной коммуникации в системе «мать-плод».

В связи с этим целью нашего исследования явилось проанализировать состав микровезикул на разных срока гестации при физиологической беременности и беременности, осложненной СЗРП.

Материал и методы

В исследование были включены 2 группы женщин. Сбор образцов плазмы крови проводили на базе ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр акушерства, гинекологии и перинатологии им. акад. В.И. Кулакова» Минздрава России (Москва) в соответствии с рекомендациями и требованиями этического комитета. Все пациентки подписали добровольное информированное согласие на забор биологического материала.

Основную группу (группу «СЗРП») составили 19 женщин на сроке 25 нед беременности с измененными данными доп-плерометрии (снижение показателей фетоплацентарного и маточно-плацентарного кровотоков) и снижением фетоме-трических показателей при ультразвуковом исследовании. У всех пациенток основной группы в анамнезе отмечены плацента-ассоциированные осложнения в исходе предыдущих беременностей - СЗРП, преэклампсия, антенатальная гибель плодов, преждевременные роды, обусловленные дистрессом плода.

Критерии невключения в основную группу: ранняя преэклампсия на момент исследования, тяжелая экстра-генитальная патология, системные заболевания соединительной ткани, резус-сенсибилизация. Группу контроля (группу «Норма») составили 10 беременных с неотяго-щенным акушерским анамнезом, физиологическим течением гестационного процесса и нормальными показателями УЗ-фетометрии и допплерометрии на сроке 25 нед беременности. У женщин обеих групп проводились заборы периферической крови с интервалом 4 нед до момента ро-доразрешения.

Микровезикулы выделяли из плазмы крови методом дифференциального центрифугирования: плазму крови центрифугировали со скоростью 2000д в течение 15 мин при

Таблица 1. Клинические и демографические данные пациенток

Показатель 1 Группа 1

I «Норма» I «СЗРП» I

Количество пациенток 10 19

Возраст, годы 31,1±5,8 32,2±8,0

Срок гестации на момент родов, нед 38,8±1,0 36,4±1,9*

Масса новорожденного, г 3457,5±566,4 2383,2±508,0*

Длина тела, см 52,0±2,8 45,5±5,2*

Обхват головы, см 35,9±1,0 32,2±2,4*

Обхват плеч, см 38,1±2,0 33,1±3,7*

Обхват груди, см 34,7±1,8 29,7±3,2*

Масса последа, г 572,5±162,7 497,5±52,5*

Примечание. Значения представлены как среднее ± стандартное отклонение; * - р<0,01.

температуре +4 °С для осаждения клеток и клеточного де-бриса, супернатант центрифугировали со скоростью 10 000д в течение 30 мин при температуре +4 °С. Получившийся осадок, содержащий фракцию микровезикул, промывали в фосфатно-солевом буфере. В пробе измеряли концентрацию белка. Методом вестерн-блот-анализа с детекцией хемилюминесценции в микровезикулярной фракции плазмы пациенток с СЗРП и женщин с физиологической беременностью на сроках гестации 25, 29, 33 и 37 нед был проведен сравнительный анализ относительного содержания следующих белков: белка внешней мембраны митохондрий ^йАС1), активатора транскрипции и репликации митохон-дриальной ДНК ^АМ), белка слияния внешних мембран митохондрий ^N2), а также убиквитин-лигазы (Рагк7). Нормирование сигнала проводили на общее содержание белка в пробе.

Результаты и обсуждение

Исследуемые показатели были проанализированы в динамике беременности, при этом после родоразрешения оценивали массу и длину тела новорожденных, а также массу последов. По результатам клинического анализа пациенток и новорожденных были выявлены значимые различия в сроке гестации на момент родов (группа «Норма»: 38,8± 1,0 нед; группа «СЗРП»: 36,4±1,9 нед, р<0,01), массе тела новорожденного (группа «Норма»: 3457,5+566,4 г; группа «СЗРП»: 2383,2+508,0 г, р<0,01), а также длине тела, обхвате головы, плеч и груди (табл. 1). Среднее значение массы последа в группе «СЗРП» было значимо ниже и составило 497,5+52,5 г, а в группе «Норма» - 572,5+162,7 г. Сравнительный корреляционный анализ исследуемых параметров в группе «Норма» с применением непараметрического критерия Спирмана выявил значимые (р<0,05) положительные корреляции массы тела ребенка с длиной тела, обхватом головы, плеч и груди (табл. 2). Эти корреляции являются ожидаемыми, поскольку отражают закономерное и гармоничное развитие плода без признаков задержки темпов роста. В то же время в группе «СЗРП» были выявлены положительные значимые корреляции срока гестации пациенток на момент родов с массой тела ребенка, длиной тела, обхватом

Таблица 2. Результаты корреляционного анализа при сравнении массы тела ребенка с указанными показателями в группе «Норма»

Масса тела ребенка Коэффициент R Уровень

против: (по Спирману) значимости, p

длины тела ребенка 0,91 0,0004

обхвата головы ребенка 0,89 0,0010

обхвата плеч ребенка 0,91 0,0006

обхвата груди ребенка 0,94 0,0001

головы, плеч и груди (табл. 3). Полученные данные указывают на очевидные изменения в темпах развитии плода при СЗРП и соотносятся с литературными данными.

Известно, что при окислительном стрессе, воспалении, а также некрозе происходит активное повреждение тканей и в кровоток высвобождаются внутриклеточные структуры, обладающие выраженным провоспалительным действием. Такие соединения и фрагменты клеток принято называть алармины или DAMPs (damage-associated molecular patterns). Среди общего пула DAMPs особое место занимают паттерны, ассоциированные с митохондриями, поскольку именно корректное функционирование митохондрий определяет энергетический баланс клеток, а следовательно, и тканей в целом. Наиболее изученными митохондриальными DAMPs являются митохондриальная ДНК (мтДНК) [14], N-формил-пептид, а также микроРНК, связанные с регуляцией активности митохондрий. В данной работе мы предположили, что выделяемые в материнский кровоток микровезикулы также могут выполнять роль DAMPs и иметь митохондриальное происхождение. Поэтому мы проанализировали содержание основных белков, характеризующих биогенез митохондрий во фракции микровезикул крови у женщин при нормальном течении беременности и на фоне СЗРП.

В продолжение анализа содержания ряда белков митохондрий в ткани плаценты, проведенного на предыдущем этапе исследования в 2018 г. [15], мы оценивали сходный набор белков - VDAC1, TFAM, MFN2 и Parkin в микровезикулах, выделенных из плазмы крови женщин группы «Норма» и «СЗРП» на разных сроках гестации (аппроксимированных к 25, 29, 33 и 37 нед). Перечисленные белки являются ключевыми мембранными и матриксными белками митохондрий, отвечающими за поддержание структурно-функциональной целостности митохондрий, а также участниками сигнального пути, приводящего к активации аутофагии.

Таблица 3. Результаты корреляционного анализа при сравнении срока гестации на момент родов с указанными показателями в группе «СЗРП»

Срок гестации на момент Коэффициент R Уровень

родов против: (по Спирману) значимости, p

массы ребенка 0,52 0,030

длины тела ребенка 0,48 0,040

обхвата головы ребенка 0,54 0,019

обхвата плеч ребенка 0,56 0,016

обхвата груди ребенка 0,64 0,004

Стоит отметить, что белки митохондриального происхождения в настоящий момент активно исследуются во всем мире на предмет их участия в развитии и потенцировании патологий, связанных с нарушениями биоэнергетического баланса. Служащая признанным примером DAMPs митохондриального происхождения мтДНК способна запускать сигнальные каскады, приводящие к активации врожденного иммунитета. В связи с этим все большее распространение получает мнение, что и другие митохондриальные белки могут выступать в этой роли. СЗРП зачастую является сопутствующим осложнением при преэклампсии. Недавние исследования показали, что секретируемые плацентой в материнский кровоток микровезикулы и митохондри-альные DAMPs могут играть роль триггеров системного воспаления и эндотелиальной дисфункции. При этом при преэклампсии показано значительное увеличение количества циркулирующих в кровотоке микровезикул, а в ткани плаценты обнаружено повышение уровня митохондриальных DAMPs на фоне снижения экспрессии маркеров аутофагии.

Вариантом микроаутофагии является митофагия - процесс селективного удаления из клетки поврежденных митохондрий, при этом именно баланс между скоростью биогенеза митохондрий и митофагии определяет количество митохондрий в клетке, а значит, и ее метаболический статус. В данной части работы нам удалось собрать коллекцию плазмы крови пациенток с нормальным течением беременности и с СЗРП, не сопровождающимся повышением давления и другими симптомами, характерными для преэклампсии. Это позволило нам получить представление о возможной роли микровезикул и содержащихся в них ми-тохондриальных маркеров в развитии данного типа патологии беременности.

Белок TFAM является важнейшим участником и активатором репликации и транскрипции мтДНК за счет его вовлеченности в поддержание структуры мтДНК, взаимодействие с факторами транскрипции, а также в регуляцию копий-ности мтДНК. Нами было обнаружено, что при нормальном течении беременности в микровезикулах, циркулирующих в крови матери, экспрессия TFAM растет с 25 по 29-ю недели гестации (р<0,05 по сравнению с 37-й неделей), а к 37-й неделе, соответствующей доношенному сроку беременности, вновь снижается, фактически достигая уровня 25-й недели (см. рисунок). В группе «СЗРП» динамика изменений была сходной (см. рисунок). При этом интересно отметить тот факт, что начиная с 29-й недели гестации содержание TFAM в микровезикулах женщин с СЗРП было статистически значимо ниже, чем в группе «Норма», и сохранялось таковым вплоть до доношенного срока беременности (см. рисунок) (р<0,05 на 29 и 33-й неделе и р<0,01 на 37-й неделе). Снижение содержания белка TFAM и копийности мтДНК в крови при СЗРП, обнаруженное ранее, является определенно взаимосвязанным явлением [15].

Интересный результат получен также в отношении содержания в микровезикулах белка VDAC1, который представляет собой основной транспортный канал внешней мембраны митохондрий. Мы обнаружили, что в группе «Норма» экспрессия VDAC1 имеет динамику, очень сходную с TFAM (см. рисунок), демонстрируя максимум на 33-й не-

деле и снижаясь к 37-й неделе. При этом в группе «СЗРП» подобная динамика полностью отсутствовала: начиная с 25-й недели содержание VDAC1 в циркулирующих микровезикулах оставалось низким по сравнению с группой «Норма» (29-я неделя: 4707+2397 и 46335+9986 соответственно; 33-я неделя: 1832+1361 и 62030+17708 соответственно, р<0,01 в обоих случаях) и в доношенном сроке значимо не отличалось от контрольных значений.

Методом вестерн-блот-анализа был выявлен подъем экспрессии фактора слияния митохондрий MFN2 в группе «СЗРП» на 29-й и 33-й неделях беременности (р<0,05 по сравнению со сроком 37 нед). Значимое различие между группами «Норма» и «СЗРП» было получено только на сроке 33 нед: экспрессия MFN2 при СЗРП была ниже, чем при физиологическом течении беременности. Этот результат согласуется с данными, полученными касательно белков TFAM и VDAC1: снижение уровня перечисленных митохондри-альных белковых факторов в микровезикулах в течение беременности при СЗРП явно свидетельствует о выраженном нарушении митохондриального биогенеза и контроля качества митохондрий.

Уровень белка, вовлеченного в митофагию, - убиквитин-лигазы Parkin отличался лишь на сроке 37 нед между группами «Норма» и «СЗРП». При этом мы наблюдали значимое повышение относительно содержания Parkin в контрольной группе по сравнению с 37 нед (р<0,05).

Показано, что на стадии бластоцисты микровезикулы являются важным средством коммуникации между эмбриональными стволовыми клетками, входящими в состав внутренней клеточной массы, и клетками трофэктодермы, стимулируя миграцию трофобластов и эффективную имплантацию эмбриона [16]. Кроме того, установлено, что во время нормально протекающей беременности клетки синцитиотрофобласта постоянно секретируют микровезикулы, обладающие провоспалительными, иммуноакти-вирующими и прокоагулянтными свойствами [17]. Продукция микровезикул усиливается в ответ на системный и локальный окислительный стресс при нормальной физиологической беременности. Предполагают, что такое мягкое системное воспаление служит фактором, поддерживающим адекватный уровень активации врожденного иммунитета матери на фоне общего подавления системы приобретенного иммунитета. В то же время при такой патологии беременности, как преэклампсия, показано увеличение количества микровезикул в крови, в том числе микровезикул, секретируемых синцитиотрофобластом [17, 18]. Анализ маркеров, содержащихся в микровезикулах, при преэклампсии позволяет предполагать их участие в развитии системной эндотелиальной дисфункции, активации системы свертывания, подавлении ангиогенеза в плаценте, потенцировании окислительного стресса. Сведения об изменениях секреции микровезикул при СЗРП в литературе единичны и в основном рассматривают задержку роста плода, ассоциированную с преэклампсией. Так, например, D. Goswami и соавт. не выявили увеличения количества микровезикул в крови матери при нормотен-зивном СЗРП [18]. В рамках данной работы объектом нашего исследования также стала группа женщин с СЗРП

100000 80000 60000 40000 20000 0

90000 80000 70000 60000 50000 40000 30000 20000 10000 0

50000 45000 40000 35000 30000 25000 20000 15000 10000 5000 0

700000 600000 500000 400000 300000 200000 100000 0

TFAM

#

-1*1

m

25 нед 29 нед 33 нед

VDAC

25 нед 29 нед 33 нед

MFN2

25 нед 29 нед 33 нед

Parkin

25 нед 29 нед 33 нед  Норма  СЗРП

37 нед

37 нед

37 нед

37 нед

Анализ относительного содержания белков TFAM, Parkin и MFN2 в микровезикулярной фракции крови в группе «Норма» и «СЗРП» по данным вестерн-блот-анализа, нормированное общее количество белка в пробе

# - р<0,05 при сравнении со сроком 37 нед в той же группе;

* - р<0,05 при сравнении с тем же сроком у группы «Норма»; расшифровка аббревиатур дана в тексте.

#

#

#

#

#

#

на фоне нормонтензии, однако, в отличие от исследования Goswami, мы проанализировали микровезикулы на предмет маркеров митохондриального биогенеза.

Заключение

Полученные результаты подтверждают предположение, что при СЗРП по сравнению с физиологической беременностью наблюдаются изменения в биогенезе и работе системы контроля качества митохондрий.

Характеристика состава и сравнение профилей белков, содержащихся в микровезикулах в норме и при патологии в динамике беременности, на наш взгляд, является перспективным подходом, который в будущем позволит малоинва-зивным путем осуществлять мониторинг и прогнозирование развития акушерских осложнений.

Вклад авторов. Микаелян А.Г., Марей М.В., Суханова Ю.А., Вишнякова П.А., Булатова Ю.С., Пятаева С.В., Цвиркун Д.В., Тетруашвили Н.К., Высоких М.Ю.: разработка дизайна исследования, получение данных для анализа, обзор публикаций по теме статьи, статистический анализ полученных данных, написание текста рукописи.

Финансирование. Работа была поддержана грантом РФФИ 16-29-07436 офи-м «Особенности биогенеза митохондрий при плацентарной недостаточности и системном окислительном стрессе, приводящем к формированию синдрома задержки развития плода и внутриутробному программированию постнатальных нарушений метаболического типа», а также поддержана стипендией Президента РФ (СП-4132.2018.4).

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии возможных конфликтов интересов.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр акушерства, гинекологии и перинатологии им. акад. В.И. Кулакова» Минздрава России, Москва, Россия:

Микаелян Асмик Гагиковна (Mikayelyan Asmik G.) - аспирант, 2-е акушерское отделение патологии беременности E-mail: mikaelyan_asmik@bk.ru

Марей Мария Владимировна (Marey Maria V.) - научный сотрудник лаборатории митохондриальной медицины E-mail: m_marey@oparina4.ru

Суханова Юлия Алексеевна (Sukhanova Yulia A.) - младший научный сотрудник лаборатории митохондриальной медицины E-mail: suhanova_julia@hotmail.com

Вишнякова Полина Александровна (Vishnyakova Polina A.) - старший научный сотрудник лаборатории регенеративной медицины

E-mail: p_vishnyakova@oparina4.ru

Булатова Юлия Сергеевна (Bulatova Yulia S.) - аспирант, 2-е акушерское отделение патологии беременности E-mail: yu.bulatova@mail.ru

Пятаева Софья Владимировна (Pyatayeva Sofya V.) - кандидат биологических наук, научный сотрудник лаборатории мито-хондриальной медицины E-mail: biosonya@gmail.com

Цвиркун Дарья Викторовна (Tsvirkun Dariya V.) - старший научный сотрудник лаборатории митохондриальной медицины E-mail: darunyat@gmail.com

Тетруашвили Нана Картлосовна (Tetruashvili Nana K.) - доктор медицинских наук, заведующая 2-м акушерским отделением патологии беременности E-mail: tetrauly@mail.ru

Высоких Михаил Юрьевич (Vysokikh Mikhail Yu.) - кандидат биологических наук, заведующий лабораторией митохондри-

альной медицины

E-mail: m_vysokikh@oparina4.ru

ЛИТЕРАТУРА

1. Sharma D., Shastri S., Sharma P. Intrauterine growth restriction: antenatal and postnatal aspects // Clin. Med. Insights Pediatr. 2016. Vol. 10. P. 67-83. doi: https://doi.org/10.4137/CMPed.S40070.

2. Romo A., Carceller R., Tobajas J. Intrauterine growth retardation (IUGR): epidemiology and etiology // Pediatr. Endocrinol. Rev. 2009. Vol. 6, suppl. 3. P. 332-336. doi: http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/19404231.

3. Ажибеков С.А., Путилова Н.В., Третьякова Т.Б., Пестряева Л.А. Роль генетически детерминированных особенностей энергетического обмена в формировании плацентарной недостаточности с исходом в синдром задержки роста плода // Акуш. и гин. 2016. № 11. С. 11-15.

4. La Rocca C., Carbone F., Longobardi S., Matarese G. The immunology of pregnancy: regulatory T cells control maternal immune tolerance toward

the fetus // Immunol. Lett. 2014. Vol. 162, N 1. P. 41-48. doi: https://doi. org/10.1016/J.IMLET.2014.06.013.

5. Stahl P.D., Raposo G. Exosomes and extracellular vesicles: the path forward // Essays Biochem. 2018. Vol. 62, N 2. P. 119-124. doi: https:// doi.org/10.1042/EBC20170088.

6. Dimuccio V., Ranghino A., Barbato L.P., Fop F. et al. Urinary CD133+ extracellular vesicles are decreased in kidney transplanted patients with slow graft function and vascular damage // PLoS One. 2014. Vol. 9, N 8. doi: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0104490.

7. Kornek M., Schuppan D. Microparticles: modulators and biomarkers of liver disease // J. Hepatol. 2012. Vol. 57, N 5. P. 1144-1146. doi: https://doi.org/10.1016/j.jhep.2012.07.029.

8. Rackov G., Garcia-Romero N., Esteban-Rubio S., Carrión-Navarro J. et al. Vesicle-mediated control of cell function: the role of extracellular matrix and microenvironment // Front. Physiol. 2018. Vol. 9. doi: https:// doi.org/10.3389/fphys.2018.00651.

9. Valad H., Ekstrom K., Bossios A., Sjostrand M. et al. Exosome-me-diated transfer of mRNAs and microRNAs is a novel mechanism of genetic exchange between cells // Nat. Cell Biol. 2007. Vol. 9, N 6. P. 654-659. doi: https://doi.org/10.1038/ncb1596.

10. Garcia-Romero N., Esteban-Rubio S., Rackov G., Carrión-Navarro J. et al. Extracellular vesicles compartment in liquid biopsies: clinical application // Mol. Aspects Med. 2018. Vol. 60. P. 27-37. doi: https:// doi.org/10.1016/j.mam.2017.11.009.

11. Théry C. Exosomes: secreted vesicles and intercellular communications // F1000 Biol. Rep. 2011. Vol. 3. doi: https://doi.org/10.3410/b3-15.

12. Chiarello D.I., Abad C., Rojas D., Toledo F. et al. Oxidative stress: normal pregnancy versus preeclampsia // Biochim. Biophys. Acta (BBA) Mol. Basis Dis. 2018. doi: https://doi.org/10.1016ZJ.BBADIS.2018.12.005.

13. Mitchell M.D., Peiris H.N., Kobayashi M., Koh Y.Q. et al. Placental exosomes in normal and complicated pregnancy // Am. J. Obstet. Gynecol. 2015. Vol. 213, N 4. P. S173-S181. doi: https://doi.org/10.1016/ j.ajog.2015.07.001.

14. Скрипниченко Ю.П., Баранов И.И., Высоких М.Ю. Определение уровня митохондриальной ДНК в крови для прогнозирования осложнений беременности // Акуш. и гин. 2018. № 2. С. 44-49.

15. Вишнякова П.А., Суханова Ю.А., Микаелян А.Г., Булатова Ю.С. и др. Синдром задержки роста плода и маркеры митохондриальной дисфункции // Акуш. и гин. 2018. № 6. С. 31-37. doi: https:// doi.org/10.18565/aig.2018.6.31-36.

16. Desrochers L.M., Bordeleau F., Reinhart-King C.A., Cerione R.A. et al. Microvesicles provide a mechanism for intercellular communication by embryonic stem cells during embryo implantation // Nat. Commun. 2016. Vol. 7. doi: https://doi.org/10.1038/ncomms11958.

17. Mincheva-Nilsson L., Baranov V. Placenta-derived exosomes and syncytiotrophoblast microparticles and their role in human reproduction: immune modulation for pregnancy success // Am. J. Reprod. Immunol. 2014. Vol. 72. P. 440-457. doi: https://doi.org/10.1111/ aji.12311.

18. Goswamia D., Tannetta D.S., Magee L.A., Fuchisawa A. et al. Excess syncytiotrophoblast microparticle shedding is a feature of early-onset pre-eclampsia, but not normotensive intrauterine growth restriction // Placenta. 2006. Vol. 27, N 1. P. 56-61. doi: https://doi.org/10.1016/j.pla-centa.2004.11.007.

REFERENCES

1. Sharma D., Shastri S., Sharma P. Intrauterine growth restriction: antenatal and postnatal aspects. Clin Med Insights Pediatr. 2016; 10: 67-83. doi: https://doi.org/10.4137/CMPed.S40070.

2. Romo A., Carceller R., Tobajas J. Intrauterine growth retardation (IUGR): epidemiology and etiology. Pediatr Endocrinol Rev. 2009; 6, suppl. 3: 332-6. doi: http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/19404231.

3. Azhibekov S.A., Putilova N.V., Tretyakova T.B., Pestryaeva L.A. Role of the inherited characteristics of energy metabolism in the development of placental insufficiency with an outcome to intrauterine growth restriction. Akusherstvo i Ginekologiya [Obstetrics and Gynecology]. 2016;

4. La Rocca C., Carbone F., Longobardi S., Matarese G. The immunology of pregnancy: regulatory T cells control maternal immune tolerance toward the fetus. Immunol Lett. 2014; 162 (1): 41-8. doi: https:// doi.org/10.1016/J.IMLET.2014.06.013.

5. Stahl P.D., Raposo G. Exosomes and extracellular vesicles: the path forward. Essays Biochem. 2018; 62 (2): 119-24. doi: https:// doi.org/10.1042/EBC20170088.

6. Dimuccio V., Ranghino A., Barbato L.P., Fop F., et al. Urinary CD133+ extracellular vesicles are decreased in kidney transplanted patients with slow graft function and vascular damage. PLoS One. 2014; 9 (8). doi: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0104490.

7. Kornek M., Schuppan D. Microparticles: modulators and bio-markers of liver disease. J Hepatol. 2012; 57 (5): 1144-6. doi: https:// doi.org/10.1016/j.jhep.2012.07.029.

8. Rackov G., Garcia-Romero N., Esteban-Rubio S., Carrion-Navarro J., et al. Vesicle-mediated control of cell function: the role of extracellular matrix and microenvironment. Front Physiol. 2018; 9. doi: https:// doi.org/10.3389/fphys.2018.00651.

9. Valad H., Ekstrom K., Bossios A., Sjostrand M., et al. Exosome-me-diated transfer of mRNAs and microRNAs is a novel mechanism of genetic exchange between cells. Nat. Cell Biol. 2007; 9 (6): 654-9. doi: https:// doi.org/10.1038/ncb1596.

10. Garcia-Romero N., Esteban-Rubio S., Rackov G., Carrion-Navarro J., et al. Extracellular vesicles compartment in liquid biopsies: clinical application. Mol Aspects Med. 2018; 60: 27-37. doi: https://doi.org/10.1016/ j.mam.2017.11.009.

11. Théry C. Exosomes: secreted vesicles and intercellular communications. F1000 Biol Rep. 2011; 3. doi: https://doi.org/10.3410/b3-15.

12. Chiarello D.I., Abad C., Rojas D., Toledo F. et al. Oxidative stress: normal pregnancy versus preeclampsia. Biochim Biophys Acta (BBA) Mol Basis Dis. 2018. doi: https://doi.org/10.1016ABBADIS.2018.12.005.

13. Mitchell M.D., Peiris H.N., Kobayashi M., Koh Y.Q., et al. Placental exosomes in normal and complicated pregnancy. Am J Obstet Gynecol. 2015; 213 (4): S173-S81. doi: https://doi.org/10.1016/j.ajog.2015.07.001.

14. Skripnichenko Yu.P., Baranov 1.1., Vysokikh M.Yu. Determination of the blood level of mitochondrial DNA for the prediction of pregnancy complication. Akusherstvo i Ginekologiya [Obstetrics and Gynecology]. 2018;

15. Vishnyakova P.A., Sukhanova Yu.A., Mikaelyan A.G., Bulatova Yu.S., Pyataeva S.V., Balashov I.S., Borovikov P.I., Tetruashvili N.K., Vyssokikh M.Yu. Fetal growth restriction and markers for mitochondrial dysfunction. Akusherstvo i Ginekologiya [Obstetrics and Gynecology]. 2018;

16. Desrochers L.M., Bordeleau F., Reinhart-King C.A., Cerione R.A., et al. Microvesicles provide a mechanism for intercellular communication by embryonic stem cells during embryo implantation. Nat Commun. 2016; 7. doi: https://doi.org/10.1038/ncomms11958.

17. Mincheva-Nilsson L., Baranov V. Placenta-derived exosomes and syncytiotrophoblast microparticles and their role in human reproduction: immune modulation for pregnancy success. Am J Reprod Immunol. 2014; 72: 440-57. doi: https://doi.org/10.1111/aji.12311.

18. Goswamia D., Tannetta D.S., Magee L.A., Fuchisawa A., et al. Excess syncytiotrophoblast microparticle shedding is a feature of early-onset pre-eclampsia, but not normotensive intrauterine growth restriction. Placenta. 2006; 27 (1): 56-61. doi: https://doi.org/10.1016/j.pla-centa.2004.11.007.