Скандал на чулочной фабрике

Вчера избирком Северной Осетии подвел итоги президентских выборов. Действующий глава республики Александр Дзасохов одержал победу уже в первом туре, набрав 59% голосов. За подведением итогов на 228-м избирательном участке Владикавказа, расположенном в здании чулочной фабрики, наблюдала корреспондент Ъ АЛЛА Ъ-БАРАХОВА.
       
       Ближе к утру стало ясно, что надежды оппозиции рухнули и Александр Дзасохов все-таки одержит победу уже в первом туре, опередив своего ближайшего соперника, бывшего замглавы МЧС Станислава Суанова, более чем на 20% голосов. Менее 50% президент получил только в Пригородном районе, где ему не помогла выиграть даже поддержка ингушей, проголосовавших за господина Дзасохова по призыву экс-президента Ингушетии Руслана Аушева.
       Самые драматичные события развернулись во Владикавказе, который дает половину голосов по республике. Милиционер, категорически не пожелавший называть своей фамилии (видимо, чтобы не навлечь на себя гнев начальства, рапортовавшего руководству республики, что выборы прошли спокойно и без инцидентов), признался мне, что весь вечер милицию будоражили звонки наблюдателей, которым не терпелось поймать власть на фальсификации результатов. Проверять эти слухи я и отправилась на 228-й участок Владикавказа, который сразу попал под пристальное внимание наблюдателей.
       Поводом для этого стало слишком большое число участников досрочного голосования: из 2369 избирателей участка досрочно проголосовали 225, то есть почти 10%. Наблюдатели были намерены поймать власть на обмане и явились на участок по двое и даже по трое от каждого кандидата. Появился здесь и лично один из претендентов на президентский пост — бывший депутат Госдумы Хазби Богов, вооруженный брошюрой с законом о выборах, из которой он постоянно зачитывал вслух отдельные статьи руководителям участка. Для них, например, явилась откровением статья закона о том, что если число проголосовавших досрочно превышает 1% от всех избирателей участка, то их бюллетени должны быть подсчитаны отдельно и оформлены специальным актом.
       — Вот увидите, когда досрочников посчитают отдельно, Дзасохов проиграет Суанову,— заверили меня наблюдатели.
       После получасовых препирательств глава комиссии Наталья Козырева наконец сломалась. Впрочем, обсуждение вопроса о досрочниках пришлось отложить, потому что наметанный глаз наблюдательницы кандидата Богова заметил, как сотрудница комиссии, девушка в очках и в большой вязаной кофте до колен, швыряет под стол бюллетени. Ранее ту же девушку подозревали в том, что она портит бюллетени ручкой, спрятанной у нее на груди под кофтой. Проверить, что она делает на самом деле, было затруднительно: наблюдателей усадили за столы, и пересекать образованную ими линию не позволялось.
       Однако наблюдательница, оказавшаяся родственницей кандидата, сдаваться не собиралась. Улучив момент, она протиснулась в щель между столами и стеной и рванулась к подозреваемой. Немедленно разразился скандал.
       — Да вы посмотрите, что здесь творится! Идите все сюда!
       Картина оказалась и в самом деле впечатляющая: на полу под стульями обнаружилась целая гора бюллетеней.
       — Я же говорила вам, что она кидает на пол,— торжествовала первооткрывательница, которая представилась просто Лидой — "чтобы потом не было неприятностей".
       Однако что делать с желанной победой, наблюдатели, как выяснилось, не знали. Молчали и притихшие члены комиссии. Первым нашелся кандидат Богов. Лично встав на охрану бумажек на полу, он вызвал на фабрику телекамеру и членов избиркома. Пока те ехали, наблюдатели устроили словесную расправу над комиссией. Девушка в очках и подозреваемая в соучастии ее соседка по столу вяло отбивались.
       — Ничего я не кидала, они сами упали,— твердила одна.
       — Зачем мне это, они мне все безразличны,— вторила другая.
       Наблюдатели быстро составили акт о фальсификации, однако председатель подписывать его отказалась. Заявив, что она ничего на пол не кидала, госпожа Козырева составила встречный акт — о том, что бюллетени попадали на пол, когда их передвигали к наблюдателям по их же собственной просьбе.
       Все это было записано на пленку телеоператором, прибывшим, кажется, из штаба Суанова.
       — Вы видите, что творят? — спросила наблюдательница в красной дубленке.— Нам надо, чтобы нас услышал Путин.
       Скандал грозил растянуться на всю ночь. "Хорошо, мы хоть котлетки успели поесть",— сказала наблюдательница в шубе. Приехавшие члены избиркома призвали наблюдателей к порядку. В конце концов решено было бюллетени с пола пересчитать (их оказалось 117) и присовокупить к остальным. После чего начали наконец подводить итоги. К общему удивлению на полу оказались голоса за самых разных кандидатов, в том числе 65 "дзасоховских", 34 "суановских" и даже один голос за ректора Сельхозакадемии Бориса Басаева. В числе скинутых были найдены и четыре бюллетеня досрочников, в трех из них голоса были отданы генералу Суанову, а один — кандидату Богову.
       Возобновить подсчет наблюдатели разрешили комиссии только под их пристальным контролем. И даже заключили пари на мороженое с членами комиссии, что все оставшиеся 221 бюллетень досрочников окажутся в стопке президента Дзасохова. Корреспондента Ъ тоже "взяли в дело", поручив проверять наличие печатей на обратной стороне бюллетеней, и даже прикрикивали, если я отвлекалась на посторонние разговоры. Член комиссии Славик пари проиграл и немедленно отправил товарища за проигранным мороженым.
       — Почему вы не верите, что избиратели любят президента? — удивлялась член комиссии Таня.
       Наблюдатели, конечно, не верили, но в конце концов с удивлением убедились, что даже без досрочников президент выиграл у Станислава Суанова 636 голосами против 455.
       — Меня теперь с работы уволят,— мрачно изрекла наблюдательница в красной дубленке.
       — Зачем мы вообще сюда пришли, если Дзасохов все равно выиграл? — поддержала ее коллега.
       Надо отдать должное кандидату Богову: он не отступил от буквы закона даже тогда, когда среди почти 2000 бюллетеней обнаружилось только 26 в его поддержку. Быстро подсчитав, что число обработанных бюллетеней превышает общее число выданных за день на этом участке, он потребовал признать выборы на чулочной фабрике недействительными.
       — Не надо было бюллетени на пол кидать,— назидательно заявил он председателю Козыревой.
       — А как я могла их кидать, я что, фокусник? — отбивалась та.
       — Ты не фокусник, ты мошенница,— подытожил кандидат.
       Но госпожа Козырева не сдалась даже после этого и отказывалась составлять протокол о том, что на чулочной фабрике выборы не состоялись из-за брошенных под стол бюллетеней. Вновь вызванную телекамеру она в зал больше не пустила, а членов комиссии заставила все пересчитать заново. К четырем утра дело было сделано, и бюллетеней оказалось на 55 штук меньше, чем следовало. Одна упорная наблюдательница предложила было никого не выпускать, опечатать всю чулочную фабрику и вызвать представителей правоохранительных органов, но ее остудила трезвость кандидата Богова.
       — Никто к вам не приедет — все дураки,— сказал он.
       — Бедный народ,— согласилась с ним активистка.
       Наблюдатели тихо потянулись к выходу. Уже на улице молоденький милиционер признался нам, что видел, как уносили лишние бюллетени. Но это уже никого не интересовало.
       АЛЛА Ъ-БАРАХОВА