Кривая Филлипса для медвежьих углов

В опубликованной в понедельник работе экономистов Банка России впервые определены «естественные уровни безработицы» на качественном уровне для регионов России. Рынок труда РФ не представляет единого целого, но в основной части промышленных регионов экономический рост и уровень безработицы оценены как сбалансированные — тогда как в арифметическом большинстве областей текущая безработица является в теории проинфляционным фактором.

Экономисты Банка России Дмитрий Орлов и Евгений Постников в работе «Кривая Филлипса: инфляция и NAIRU в российских регионах» впервые опубликовали качественные оценки региональных уровней «безработицы, не ускоряющей инфляцию». С начала 2000-х этот уровень (он стандартно обозначается английской аббревиатурой NAIRU — non-accelerating inflation rate of unemployment) определялся, в том числе количественно, в ряде работ экономистов — что, впрочем, давало мало информации о состоянии рынков труда в регионах РФ, в силу многих причин (в первую очередь — ограниченной трудовой мобильности) де-факто не составляющих единого трудового рынка.

Сама по себе идея NAIRU появилась из гипотезы американского экономиста Милтона Фридмана в конце 1960-х годов о наличии связи между уровнем безработицы, объемом выпуска в экономике и инфляцией — десятилетием ранее ее в теоретической модели представил Олбан Филлипс, «кривая Филлипса» — графическая иллюстрация одной из модификаций этой концепции.

«Кривая Филлипса», несмотря на ее эмпиричность, по крайней мере в нынешнем виде (в частности, в современных моделях учитывается долгосрочная связь между динамикой ВВП и безработицей), является важной частью неокейнсианских экономических построений.

Поэтому для РФ оценка NAIRU в регионах является потенциально важной — даже не столько для проведения денежно-кредитной политики как таковой (она едина для всего денежного пространства, управляемого Банком России), сколько для оценки «естественного» уровня безработицы в регионах в более широком понимании — NAIRU может отражать такой уровень безработицы, который соответствует (при прочих равных) текущему экономическому укладу в регионе, структуре занятости и культурным предпочтениям — и теоретически может быть полезен для оценок направлений внутренней трудовой миграции, структурной политики и сходных предметов.

Технически оценка NAIRU для регионов в работе Орлова и Постникова оказалась достаточно сложной задачей. Работа проводилась на данных 2010–2018 годов, отдельной проблемой был учет связанного с высокой гибкостью системы оплаты труда в РФ («двухкомпонентная» система) эффекта, зафиксированного в работах Ростислава Капелюшникова и Владимира Гимпельсона. В результате авторам удалось идентифицировать два федеральных округа, в которых есть основания считать долгосрочные уровни безработицы выше предполагаемой для них NAIRU — это Северо-Западный и Северо-Кавказский округа,— а также разделить все регионы РФ на три группы: с несущественным уровнем отклонения безработицы от NAIRU, с отрицательным разрывом и с положительным. В первом случае изменения безработицы не должны влиять на инфляцию, во втором — рынок труда стагнирует и генерирует инфляционное давление, в третьем — картина обратная.

Несущественным отклонением фактической безработицы от «естественного» уровня признан разрыв показателей в наиболее промышленно развитых регионах (Санкт-Петербург, Сахалин, Татарстан, Московская, Нижегородская области), в группе с отрицательным разрывом — большее число регионов (более половины — в первую очередь это области Центральной России). Наконец, положительный разрыв реальной и «естественной» безработицы неожиданно обнаружен на Дальнем Востоке (Приморский край, Амурская область), во Владимирской и Мурманской областях, в республике Алтай и в Кабардино-Балкарии. Большинство регионов последней группы объединяет наличие в них крупных федерального уровня промышленных проектов.

Орлов и Постников констатируют сильную неоднородность рынка труда и в основном отсутствие единой причины, по которым регионы группируются по уровню разрыва безработицы с NAIRU: так, в одной группе — депрессивная Курганская область и нефтерегионы с низким NAIRU и высокими зарплатами.

Сама же по себе связь между инфляцией и безработицей в группах, где «разрыв безработиц» существует (и положительный, и отрицательный), оказалась достаточно слабой, для большинства регионов чувствительность цен к изменению безработицы — то есть то, что описывается «кривой Филлипса»,— невысока.