Прямая речь

Михаил Прусак, губернатор Новгородской области:

     — Нет. Такой дорожный рэкет — это атрибут больших городов. А у нас в области я о таком не слышал — может, дороги слишком узкие для "подстав".

Николай Петров, народный артист СССР, президент Академии российского искусства:

     — Я сорок лет за рулем, и меня очень сложно вывести из себя на дороге. У меня 140-й "Мерседес" — лучший автомобиль для российских дорог и наиболее подходящая для моей комплекции машина. Если какой-то торопыга пристраивается в зад моей машины и начинает сигналить фарами, то достаточно показать поднятый средний палец, и он уходит в другой ряд. Эти "подставы" — мерзкое явление. И за них надо хорошенько бить, чтобы неповадно было.

Максим Никулин, директор Цирка на Цветном бульваре:

     — Подставить задницу можно только "чайнику". Ни со мной, ни с моими друзьями таких случаев не было.

Михаил Погосян, генеральный директор АВПК "Сухой":

     — Я — нет, а вот сын одного из моих замов недавно попал. На светофоре его "девятка" встала вслед за джипом. Загорелся зеленый свет, иномарка стала набирать скорость и вдруг резко затормозила. Тормоза у российских машин слабее импортных, и "девятка" въехала в зад. Владельцы иномарки стали требовать деньги, предлагая все решить без милиции. Хорошо, парень не растерялся и позвонил отцу. Тот приехал один, сказав, что, если нужно, попросит приехать и службу безопасности компании.

Андрей Житинкин, главный режиссер Театра на Малой Бронной:

     — Я езжу на служебной машине и в такие ситуации не попадал. "Автоподставы" — это настоящий спектакль с хорошими режиссером и актерами. Здесь хорошо просчитана психология поведения и все сделано гениально: попав в аварию, человек в шоке и готов отдать деньги, чтобы быстро уладить конфликт. Сегодня многие владельцы машин стали покупать радары за $200-300, которые реагируют на быстрые боковые движения. Это значительно дешевле выкупа за попавшего под машину.

Алексей Акулов, вице-губернатор Ленинградской области:

     — Я до последнего времени ездил на "Оке", а такие машины, как я думаю, деятелей "автоподстав" не привлекают.

Бари Алибасов, продюсер:

     — Один раз пытались меня поймать на это. "Мерс" нас обогнал, немного проехал и резко тормознул. Наша машина врезалась в него. Из "Мерседеса" вышли двое амбалистых ребят. Мой водитель пошел с ними разбираться, а я, как обычно, остался в машине, чтобы не мешать. Но потом вижу: ситуация зашла далеко. Я понял, что дело не так просто, и вызвал по телефону своих друзей из московского ГАИ. В итоге "подставщики" сами нам заплатили.

Влад Сташевский, певец:

     — Однажды две машины сделали мне "коробочку", но я — хороший водитель — немного притормозил, а потом одну машину даже прижал к обочине. Затем опустил стекло, глянул на них строго и погрозил пальцем. В общем, сделал их технически и морально. Сразу отстали.

Борис Краснов, дизайнер:

     — В последнее время таких случаев не было. Думаю, потому, что я езжу на хорошей машине, у меня "мерс" какой-то, вроде 240-й. А у "автоподставщиков" ведь расчет на людей, которых можно запугать. К тем, кто достиг определенного положения, они боятся сунуться.

Крис Кельми, певец:

     — Один раз. У меня своеобразная машина, "Форд-Таурус", не новая, но я ее держу в порядке, выглядит она хорошо. Ну и меня поймали. Но когда они узнали меня, то мы разошлись миром.