содержание, критерии, условия применения

Теоретический семинар
Сектора этики Института философии РАН

А.В.Прокофьев

Понятие меньшего зла:
содержание, критерии, условия применения

Тезисы доклада

Формулировки

Самые общие формулировки, фиксирующие логику выбора в пользу меньшего зла, соответствуют так называемому «утилитаризму прав» или «утилитаризму соблюдения запретов»:

В первом случае: при определенных условиях морально санкционированными (то есть допустимыми или даже обязательными к совершению) могут быть те действия, которые нарушают право одного или нескольких человек ради значительного сокращения количества нарушений того же самого права или иных прав либо ради предотвращения существенного роста подобных нарушений.

Во втором случае: при определенных условиях морально санкционированными (то есть допустимыми или даже вмененными к совершению) могут быть те действия, которые противоречат тем или иным нравственным запретам, однако, совершение которых в конкретной ситуации позволяет предотвратить значительно более масштабное нарушение тех же (или иных) нравственных запретов.

Однако в действительности расчеты, связанные с понятием «меньшее зло» являются гораздо менее прямолинейными, а само это понятие предполагает не только количественные калькуляции, но и особые переживания действующего субъекта. Что и покажет дальнейшее рассуждение.

Типичные случаи и критерии ранжирования

Типичными случаями применения логики меньшего зла являются: 1) случаи самообороны и защиты других, сопряженные с причинением ущерба и даже смертью агрессора; 2) случаи наказания агрессора после того, как агрессия (или иное виновное причинение ущерба) уже завершились; 3) случаи причинения ущерба третьим лицам ради предотвращения более значительного ущерба обществу в целом или отдельным его представителям; 4) случаи создания риска причинения ущерба заранее неопределенному, но ограниченному кругу лиц ради предотвращения более значительного ущерба обществу в целом или отдельным его представителям.

Наиболее острые, болезненные и дискуссионные точки, связанные с этим перечислением:
1. Причинение агрессору такого ущерба, который запрещен в связи обязанностями уважения или в перспективе так называемых «абсолютных» прав (экстремум – применение пыток)
2. Причинение ущерба третьим лицам.

Ранжирование случаев совершения зла, позволяющее вести речь о зле как меньшем и большем, может производиться по внешнему и внутреннему критерию. Внешний критерий является преобладающим, он связан с иерархией типов ущерба и количеством терпящих его лиц. Внутренний критерий имеет крайне ограниченную релевантность и применяется исключительно для случаев причинения ущерба агрессору.

Обоснование логики меньшего зла сталкивается с двумя проблемами: с проблемой моральной допустимости и с проблемой практической приемлемости.

Проблема моральной допустимости

В этической теории присутствует несколько разграничений между морально допустимым и недопустимым, которые полностью блокируют или сводят к минимуму возможности применения логики меньшего зла. Однако все они не выдерживают критики в качестве разграничений, имеющих абсолютную значимость.

1. Недопустимо использовать другого человека в качестве средства. Такое использование всегда сопровождается невозможностью получить его согласие и нарушением его права, по определению неотчуждаемого.

Возражения: Подобное разграничение блокирует выбор объектов спасения по любому критерию, кроме жеребьевки. Согласие терпящих ущерб в ситуации меньшего зла может быть получено. Соблюдение чьего-то права, которое ведет к фатальным потерям самого его носителя, является абсурдом. Таким же абсурдом является стремление придерживаться «святости» права, если оно ведет к катастрофическому падению «соблюдаемости» прав. Однако нарушение права всегда является виновным деянием, что формирует «моральную цену» действий, связанных с совершением меньшего зла, или эффект «грязных рук».

2. Недопустимо нарушать запрет ради предотвращения ущерба, поскольку «непредотвращенный» ущерб в этой ситуации не может быть атрибутирован воле действующего субъекта, а «причиненный прямо» атрибутируется ей обязательно.

Возражения: Так как моральный запрет не идентичен физическому препятствию для спасения большинства, то существует возможность проанализировать и оценить мотивацию отказа в спасении. Эта мотивация связана со стремлением действующего субъекта получить гарантии нравственной безупречности (или гарантии нравственного совершенства своего жизненного нарратива). Однако безупречность такого рода не является в морали самой высокой из ценностей, она уступает ценности блага другого человека. Таким образом, данное разграничение специально подогнано под потребности субъекта, желающего даже в несовершенном мире обладать гарантиями совершенства и безупречности. Если избежать такой подгонки, то при принятии решений непредотвращенный ущерб необходимо всегда соотносить с тем, который прямо причиняется в ходе предотвращения. Однако непредотвращенный ущерб следует при этом дисконтировать.

3. Недопустимо использовать причинение ущерба другому человеку для достижения благих целей (например, для предотвращения большего ущерба), однако можно действовать так, чтобы ущерб возникал в качестве побочного следствия достижения благой цели. Только в первом случае ущерб атрибутируется моей воле, во втором – рассматривается как результат сложившихся обстоятельств.

Возражения: Данное разграничение создает ситуации, когда боязнь действующего субъекта использовать ущерб другому человеку в качестве средства ведет к потере этим же человеком всяких шансов на спасение. Для избежания такого абсурдного вывода оно должно превратиться в какое-то иное разграничение.

4. Недопустимо осуществлять обязанность помощи в ущерб обязанности непричинения вреда.

Возражения: В случае утверждения о невозможности конфликта негативных обязанностей, это разграничение превращается в аналог разграничения № 2 (чего, кстати, не предполагают его разработчики). Если считать, что конфликт негативных обязанностей возможен, то одна из них всегда будет специально переформулированной позитивной обязанностью. Такие переформулировки возможны тогда, когда последствия неисполнения обязанности помощи оказываются катастрофическими. Следовательно, разграничение всего лишь воспроизводит логику меньшего зла.

Проблема практической приемлемости.

Логика меньшего зла в связи со своей неопределенностью может восприниматься как удобный способ самооправдания злодея и как причина нормативной дезориентации добросовестно действующего субъекта. Признать ее оправданной, значит не уменьшить, а увеличить общее количество нарушений запретов и прав.

Однако утверждение о невозможности контролировать эксцессы логики меньшего зла не является достаточно обоснованным. Одно, предельно общее ограничение эксцессов структурно встроено в саму логику меньшего зла. Неограниченно манипулятивной является не она, а логика максимизиции блага, которая оправдывает любые издержки. Знаменитая евангельская инвектива (Рим.: 3:8) и не менее знаменитое рассуждение Ивана Карамазова о слезе ребенка относятся именно к ней. Логика меньшего зла распространяется исключительно на случаи ущерба (то есть ухудшения положения людей или, в крайнем случае, их перехода за некие минимальные пороги благосостояния).

Кроме того, существует возможность выстроить ряд условий, которые Удачной, на мой взгляд, является попытка М.Игнатьеффа, который выделяет четыре таких условия.
1. совершаемое зло в свете соотношения масштабов ущерба является действительно меньшим;
2. совершение меньшего зла является единственно действенным средством, когда все прочие средства уже испробованы;
3. у действующих субъектов сохраняется полное и постоянное осознание того, что совершаемое есть зло, хотя и меньшее
4. каждый случай совершения меньшего зла обязательно предваряется, сопровождается или завершается его бескомпромиссным, состязательным обсуждением

Несколько специальных вопросов, связанных с этими условиями, обладают особой важностью.

К условиям 1–2. Расчет ущерба и определение того, является ли совершение меньшего зла крайним средством, требуют принимать во внимание степень вероятности тех или иных событий. Она превращается в дополнительный фактор, позволяющий определять меньшее из зол. При его определении необходимо учитывать также возможность подрыва благой цели нравственно сомнительными средствами в долгосрочной перспективе и возможность превращения субъектов, готовых идти на меньшее зло, в инструмент, используемый субъектами инициативного зла.

К условиям 3–4. Необходимость выражения логики меньшего зла в профессионально-этической и служебно-уставной нормативности ставит под вопрос постоянное осознание совершаемого в качестве зла. Она же сужает возможности и потенциальные основания для обсуждения конкретных случаев выбора меньшего из зол. Выходом из этой ситуации является дифференцированное отношение к разным типичным случаям совершения меньшего зла. Некоторые из них могли бы прямо оговариваться соответствующими нормами. Другие могли бы регулироваться в порядке ситуативного уполномочивания. Третьи могли бы оставаться в сфере предельно рискованных, сугубо индивидуальных решений профессионалов, которые требуют обсуждения и оценки постфактум.