Царское Село в дни Февральской революции 1917 г.

Список литературы

1. Газета коннозаводчиков и любителей лошадей. - 1874. - № 9.

2. Дубенский Д.Н. Исторический очерк развития русского государственного и частного коннозаводства от Московской Руси и до наших дней. С хронологической таблицей древнейших заводов. - СПб., 1896.

3. Историческое обозрение пятидесятилетней деятельности Министерства государственных имуществ 1837-1887. Сельское хозяйство. Коннозаводство. Ч. IV. - СПб., 1888.

4. Кожевников Е.В., Гуревич Д.Я. Отечественное коневодство: история, современность, проблемы. - М., 1990.

5. Памятная книжка по Главному управлению Государственного коннозаводства на 1865 г. - СПб., 1865.

6. Памятная книжка по Главному управлению Государственного коннозаводства на 1875 г. - СПб., 1875.

7. Полное собрание законов Российский Империи (ПСЗ). Собрание - 2. Т. XVIII. - СПб., 1843.

8. ПСЗ. Собрание - 2. Т.XXV. - СПб., 1851.

9. ПСЗ. Собрание - 2. Т. XXXIV. - СПб., 1861.

10. ПСЗ. Собрание - 2. Т. XXXIX. - СПб., 1867.

11. ПСЗ. Собрание - 2. Т. . - СПб., 1878.

12. ПСЗ. Собрание - 3. Т. II. - СПб., 1886.

13. Российский Государственный Исторический архив (РГИА). Ф. 412. Оп. 1. Д. 1.

14. РГИА. Ф. 412. Оп. 2. Д. 20.

15. РГИА. Ф. 412. Оп. 1. Д. 591.

16. РГИА. Ф. 1589. Оп. 1. Д. 684.

А. Л. Никифоров Царское Село в дни Февральской революции 1917 г.

История Царского Села (как одной из загородных резиденций российских монархов) характеризовалась тем особым статусом, которым обладал этот небольшой и уютный городок в дореволюционной России. Являясь одним из излюбленных мест пребывания царственных особ, Саарская Мыза, София и, наконец, Царское Село заметно отличалось от других уездных городов Российской империи.

Так, в силу статуса императорской резиденции, в городе проживало небольшое по численности «благонадёжное» население, состоявшее преимущественно из представителей аристократии и научной интеллигенции. Так называемый «мастеровой люд» состоял из рабочих и обслуживающего персонала дворцово-парковых хозяйств, насчитывая не больше 3 тыс. человек из 10 тыс. гражданского населения Царского Села накануне Первой мировой войны. Дополнительный шарм в изящном облике города придавали расквартированные в нем гвардейские полки общей численностью около 8 тыс. солдат и офицеров.

Мало что изменилось в размеренной жизни Царского Села и с началом Первой мировой войны, за исключением того, что в отдельных покоях императорских дворцов, в нескольких аристократических особняках и на территории Фёдоровского городка были созданы лазареты для раненых солдат и офицеров, пребывавших на излечении. Семья императора Николая II в годы войны постоянно проживала в Александровском дворце, оказывая поддержку раненым Царскосельского лазарета и ненадолго возвращаясь к счастливой семейной жизни, когда Николай II приезжал из Ставки Главнокомандования.

Еще одной приметой военного времени в Царском Селе стало резкое увеличение численности гарнизона, который состоял уже не из элитных кадровых гвардейских частей, ушедших на фронт, а из запасных полков и батальонов, в которых готовили будущих солдат и унтер-офицеров для последующей отправки на фронт.

Новый 1917-й год пришел в Царское Село, не предвещая каких-либо потрясений. Как оказалось, благоприятной средой для последующих революционных событий в Царском Селе стал местный гарнизон, компактно размещавшийся в районе «Софии» и насчитывавший к этому времени около 40 тыс. нижних чинов и офицеров многочисленных запасных частей.

К началу 1917 г. в состав Царскосельского гарнизона входили запасные батальоны четырех гвардейских стрелковых полков, запасные сотни и команды лейб-гвардии Гусарского и Кирасирского его величества полков, дивизион 1-й запасной тяжелой артиллерийской бригады с тракторной школой; кроме того, в селе Кузьмино квартировала 343-я Новгородская пешая дружина государственного ополчения (около 1000 человек).

Полковник запасного батальона лейб-гвардии 2-го Царскосельского стрелкового полка В.Н. Матвеев вспоминал: «...Запасной батальон полка состоял из четырех рот и разного рода команд. Численность запасной роты батальона составляла около 1000 нижних чинов, а общая численность запасного батальона со всеми командами и нестроевыми доходила до восьми тысяч. На это громадное число солдат приходилось совершенно недостаточное число офицеров, да и то большей частью прикомандированных к батальону прапорщиков, не имевших ни служебного опыта, ни авторитета, не носивших полкового мундира и не успевших проникнуться полковыми традициями. Кадровые офицеры в большинстве находились на фронте...» [7, а 192].

В начале февраля 1917 г. в учебные команды запасных батальонов, в которых обучались наиболее ревностные к службе стрелки Царскосельского гарнизона, поступили приказы о пребывании в постоянной боевой готовности в случае возможных выступлений при-

мерно 12 тыс. рабочих г. Колпино. В Царском Селе подобных выступлений не ожидалось из-за отсутствия крупных фабрично-заводских предприятий, неорганизованности и политической индифферентности примерно 2-3 тыс. мастеровых Дворцового ведомства.

15 февраля 1917 г. с фронта в Царское Село прибыл батальон Морского гвардейского экипажа и расположился в деревне Александрова. На следующий день по приказу коменданта генерала Н. В. Осипова подразделения гарнизона выступили в Колпино, где на Ижорском заводе началась забастовка. Но в тот же день в некоторых частях гарнизона, оставленных в Царском Селе, начались волнения и стихийные митинги.

22 февраля 1917 г. император Николай II уехал из Царского Села на фронт, в Ставку, несмотря на предостережения некоторых царских сановников и свитских генералов, указывавших на тревожную обстановку в Петрограде. И уже на следующий день, 23 февраля, в столице вспыхнули массовые забастовки и демонстрации рабочих, к которым присоединились городские обыватели.

Вести о выступлениях на улицах столицы отрывочно начали доходить в воинские части Царского Села только к вечеру 25 февраля. Командиры запасных частей стали принимать меры, направленные на изоляцию прибывавших из Петрограда по увольнению стрелков. 26 февраля по приказу командующего Петроградским военным округом генерала С.С. Хабалова в столицу для усмирения восставших были вызваны части Царскосельского гарнизона. Одни из них присоединились к защитникам царской власти, оборонявшим Зимний дворец и Адмиралтейство, но большинство отказалось стрелять в восставших. Вернувшихся из Петрограда с ранениями направляли в полковые лазареты, а остальных было приказано арестовывать, однако этот арест на деле оказывался фиктивным.

В тот же день началось брожение в некоторых частях Царскосельского гарнизона. Революционную агитацию среди солдат гвардейских стрелковых полков Царского Села вели поручик Н.И. Татаринцев и прапорщик И. П. Павлуновский. Многие солдаты 1-го батальона 1-го стрелкового полка, казармы которого располагались вдоль Павловского шоссе, отказались выступить на подавление революционных рабочих Петрограда, за что были арестованы и посажены на гарнизонную гауптвахту, а в ночь на 27 февраля на батальонном митинге Н.И. Татаринцев призвал солдат с оружием в руках выступить против самодержавия [13, с. 84].

Охрану императорской семьи несли собственные его императорского величества части: две сотни конвоя, батальон сводного пехотного полка, рота железнодорожного полка, батальон гвардейского морского экипажа, автомобильный взвод и пулеметная

команда отдельной батареи противовоздушной обороны императорской резиденции, части дворцовой полиции и охранной агентуры.

В Александровском дворце Царского Села, где размещалась царская семья, беспокойство и нерешительность, сочетаясь с паническими настроениями, лишь ускоряли выход из под контроля войск Царскосельского гарнизона. Ухаживая за заболевшими корью детьми, императрица Александра Фёдоровна так и не решилась, как ей советовали, немедленно выехать с детьми в Гатчину, в Красное Село, в Новгород или навстречу государю [1. Л. 4].

В казармах собственного пехотного полка и конвоя его величества личный состав был в полной боевой готовности. Генерал Ресин обошел все роты, подбадривал солдат, говорил, что наступил момент доказать на деле свою верность государю и защитить грудью, если понадобится, царскую семью. Дружное - «Постараемся, ваше превосходительство!» - было ответом генералу во всех ротах [10. Л. 176].

В противоположность бурлящему Петрограду обстановка в Царском Селе была относительно спокойной. По тихим улицам разъезжали дворцовые экипажи, расхаживали полицейские, но спокойствие это было обманчивым. Слухи из Петрограда волновали всех. Еще с утра 28 февраля в городе появились офицеры и солдаты, бежавшие из революционного Петрограда и не желавшие бунтовать. Появилась целая рота Волынского полка, который тремя днями раньше других подразделений Петроградского гарнизона перешел на сторону революционных сил столицы. Офицеров гостеприимно приняли офицеры запасного батальона 4-го стрелкового полка, но солдаты-стрелки стали волноваться и офицерам-волынцам пришлось уйти. Волынцев-солдат администрация направила в Гатчину.

Так, недальновидно, гарнизонное командование Царского Села отталкивало от себя самых надежных, самых верных и крепких, самых преданных людей. Уже около трех часов дня 28 февраля 1917 г. началось восстание Царскосельского гарнизона.

Во главе вышедших из повиновения запасных батальонов Царского Села встал штабс-капитан Ф.В. Аксюта, а его заместителем стал прапорщик, большевик И.П. Павлуновский. Восставшие двину-

IV и и и и ^

-й запасной тяжелой артиллерийской бригады, который присоединился к ним. Захватив из арсенала дивизиона трехдюймовую батарею, далее направились к казармам запасных батальонов 2-го, 3-го и 4-го полков. Так катилась эта «революционная лавина», захватывая с собой без особого сопротивления одну часть за другой [9, с. 99].

Часть восставших войск была направлена к городской тюрьме, где потребовала у администрации освободить заключенных, но по-

лучила отказ. Воспользовавшись лежащими здесь бревнами, восставшие проломили ворота, ворвались в здание, сожгли бумаги канцелярии, освободили заключенных, среди которых была знаменитая авантюристка Ольга Штейн, а начальника и надзирателей посадили в камеры.

Только что выпущенные из тюрьмы арестанты с частью восставших солдат решили отпраздновать обретение свободы и начали грабить магазины и взламывать винные погреба: «...Около магазина Лисицына большая толпа народу, но преимущественно солдат. Магазин уже разбит и разграблен и только в подвале еще осталось вино, которое толпа продолжала расхищать. Все пьяны, все возбуждены, все вооружены. Несколько человек сидят в подвале и подают через небольшое окошко вино. Те, кто уже достаточно пьяны, уносят вино с собой, те, которые еще могут пить, пьют его здесь. Чтобы открыть вино, отбивают горлышко бутылки. Губы, десны и руки порезаны осколками разбитых бутылок. Возбужденные красные лица выпачканы кровью и крошками халвы...» [12. Л. 69].

Другая часть восставших, более сознательная, вернулась обратно в казармы, чтобы обсудить сложившееся положение, разогнать грабителей и отобрать награбленное. Солдаты выбрали из своей среды вожаков, причем, как правило, своих же бывших взводных командиров. Были экстренно наряжены патрули для восстановления спокойствия и охраны магазинов, а по улицам разъезжали броневики с плакатами: «Товарищи, прекратите грабежи! Вы теперь свободные граждане!». Попытки перенести грабежи в центр Царского Села были предотвращены.

Около восьми часов вечера 28 февраля отдельные группы восставших под предводительством штабс-капитана Ф.В. Аксюты и полкового священника отца Рупорта с криками «ура» и пением «Марсельезы» направились к ограде Александровского парка. Но призывы идти на дворец не встретили сочувствия достаточных масс, и при первых ответных выстрелах части рассыпались в разные стороны, а некоторые вернулись в казармы.

28 февраля поднялся запасной батальон 1-го Царскосельского стрелкового гвардейского полка, объединившийся вскоре с солдатами других полков, расквартированных в Царском Селе, и 1-й тяжелой артиллерийской батареей. Освободив из тюрьмы политических заключенных, восставшие войска двинулись к Александровскому дворцу. Вечером 28 февраля солдаты запасного батальона 1-го стрелкового полка с красными знаменами подошли к воротам Александровского дворца. Здесь по команде генерала Рейса их с ружьями наготове встретили казаки, матросы гвардейского экипажа, солдаты двух рот сводного полка [7, с. 101].

28 февраля 1917 г. в девять часов вечера к Александровскому дворцу по тревоге были вызваны две роты сводного полка, две сотни конвоя, рота 1-го железнодорожного полка, батарея воздушной охраны и две роты гвардейского экипажа из села Алексадровка. Поначалу моральное разложение не затронуло императорскую охрану. По-прежнему проверялись посты на всех службах, но дворец был полностью изолирован от окружающего мира и, постепенно в частях охраны тоже началось брожение.

По воспоминаниям гувернера наследника П. Жильяра: «...мятежники убили часового в 500 шагах от дворца. Ружейные выстрелы все приближались, столкновение казалось неизбежным...» [11. Л. 46]. Немедленно к Александровскому дворцу были вызваны по тревоге все части охраны. По приказу командира сводного пехотного полка генерала А. А. Ресина, они заняли для обороны линию ограды парка, а напротив главных ворот установили орудия зенитной батареи. Две роты полка разместились на площадке перед дворцом, еще один отряд - в передних комнатах, а части конвоя, гвардейского экипажа и железнодорожного полка - в подвалах. Со стороны восставших по дворцу был выпущен всего один снаряд, который, пролетев над крышей, упал в саду, не разорвавшись. Дальнейшего обстрела не последовало.

Военное начальство дворца, понимая, что всякое столкновение сторон опасно для жизни царской семьи, вошло в переговоры с мятежниками, которые заявили, что, если войска охраны начнут стрелять, они тяжелой артиллерией разнесут дворец. Мятежникам ответиили, что войска охраны первыми не начнут стрелять, но если гарнизон попытается сделать нападение, то получит решительный отпор. Из гарнизона предложили, чтобы дворцовая охрана отправила в Государственную думу парламентеров, а до их возвращения установить нейтральную между сторонами зону [4, с. 107].

1 марта 1917 г. весь многотысячный гарнизон Царского Села восстал. По воспоминаниям очевидцев, никакого плана выступления не имелось, и как только первая цель - привлечение еще не восставших, была достигнута, толпа рассыпалась в разные стороны.

В тот день рано утром комендант Царскосельского дворца по телефону обратился к председателю исполнительного комитета Государственной думы с просьбой принять меры к водворению порядка в Царском Селе и особенно в районе дворца. По распоряжению исполнительно комитета в Царское Село командированы члены Государственной думы И. П. Демидов и В. А. Степанов. Всем частям Царскосельского гарнизона временным комитетом предписано оставаться на своих местах и поддерживать порядок [8, с. 176].

Делегаты исполнительного комитета члены Государственной думы И. П. Демидов и В. А. Степанов посетили 1-го марта Царское

Село и установили сношения с местным восставшим гарнизоном. На вокзале делегатов ждали две придворные кареты и автомобиль, присланный восставшим гарнизоном. В сопровождении офицеров, делегаты в автомобилях отправились в городскую ратушу, куда к моменту приезда И.П. Демидова и В.А. Степанова собрались представители населения, офицеров и солдат. Для заведывания делами города населением Царского Села и гарнизоном избран комитет в составе 12 человек, с командиром 4-го стрелкового полка во главе.

Вечером 1 марта эшелон георгиевских кавалеров генерала Н.И. Иванова, отправленный императором для подавления восстания в Петрограде, остановился на станции Вырица, где генералу доложили, что Царскосельский гарнизон, в присоединении которого он был абсолютно уверен, вышел из повиновения. К девяти часам вечера эшелон беспрепятственно прибыл на Царскосельский вокзал, после чего генерал Н.И. Иванов отправился в Александровский дворец, где с часу до половины второго ночи с 1 на 2 марта беседовал с императрицей Александрой Федоровной [5, с. 145].

В сложившейся ситуации революционную бдительность проявил командир запасного батальона 1-го стрелкового полка штабс-капитан Ф.В. Аксюта, выступив на вокзал с солдатами в полной боевой готовности. Чтобы избежать кровопролития, по просьбе императрицы генералу пришлось срочно покинуть Царское Село и перебраться обратно в Вырицу. Оттуда Н.И. Иванов торопил Ставку ускорить прибытие второго эшелона георгиевских кавалеров и телеграфировал в Петроград, требуя выслать новую смену паровозов. Командование Царскосельского гарнизона, перехватив эти телеграммы, приняло меры предосторожности на случаи новых попыток продвижения генерала Н.И. Иванова. Вместе с тем через лазутчиков удалось выяснить, что георгиевские кавалеры вполне сочувствуют перевороту.

2 марта 1917 г. на основании приказа № 1 Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов по Петроградскому гарнизону, в частях Царскосельского гарнизона состоялись выборы в солдатские ротные комитеты, действующие при командире роты, которые путем делегирования своих представителей избирали батальонный комитет, назначавший командира запасного батальона.

Делегаты от батальонных комитетов образовали в ратуше гарнизонный комитет, объединивший в своем составе представителей от всех воинских частей, команд и управлений и выполнявший пока только организационные функции. Также от всех воинских частей Царского Села были направлены делегаты во Временный комитет Государственной думы и в Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов.

Дворцовая охрана Царского Села заявила представителям исполнительного комитета Государственной думы о своей полной лояльности и просила принять меры к ограждению дворца от возмож-возможных эксцессов. Представитель исполнительного комитета, на сторону которого перешел весь гарнизон Царского Села, поручился за сохранение полного порядка при условии, что дворцовая охрана не предпримет никаких враждебных действий против революционных войск [2, с. 78].

3 марта в Царском Селе узнали об отречении императора Николая II, что вызвало одобрение у большинства военнослужащих гарнизона и жителей Царского Села. На этом фоне лишь немногим умудренным жизненным опытом горожанам и некоторым офицерам дворцовой службы и императорского конвоя становилась очевидной надвигающаяся катастрофа.

В тот же день исполнительный комитет Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов принял постановление «Об аресте династии Романовых», включая как Николая II, так и великого князя Михаила Александровича, в пользу которого тот отрёкся от престола, а 7 марта Временное правительство постановило «признать отреченных императора Николая II и его супругу лишенными свободы».

Ещё во время пребывания царя в Ставке, с 4 по 8 марта 1917 г., началось частичное бегство его свиты. Попрощавшись с войсками и со своей матерью - вдовствующей императрицей Марией Фёдоровной, Николай II покинул Могилёв и 9 марта прибыл в Царское Село. На перроне императорского вокзала уже бывший император успел заметить, как из вагонов царского поезда в панике разбегались офицеры и лакеи его свиты.

Там же, на перроне царского вокзала, Николай II был арестован и на автомобиле доставлен к Александровскому дворцу, где размещалась его семья. Ограда была заперта, хотя дежурный офицер не мог не знать о приезде арестованного царя. Николай II ждал в течение десяти минут и произнес следующие слова: «...Я вижу, что мне здесь больше нечего делать...». Наконец, дежурный офицер соблаговолил побеспокоиться и приказал открыть решетку, которая тотчас же опять закрылась. Так, уже бывший император, сделался пленником вместе со своей женой и детьми [5, с. 191].

Таким образом, восстание Царскосельского гарнизона, считавшегося одной из опор власти, ускорило и упрочило победу революции в Петрограде, а также оказало влияние на решение императора Николая II об отречении. Столкновение восставших офицеров и солдат с частями дворцовой охраны стало своеобразным прологом будущей гражданской войны.

События февральско-мартовских дней 1917 г. открыли новую и, к сожалению, последнюю страницу истории Царскосельской императорской резиденции. Так, уже в начале марта 1917 г. один из неизвестных обывателей предлагал переименовать Царское Село в Солдатское Село.

Список литературы

1. Архив Историко-литературного музея г. Пушкина № 4095/2 (Воспоминания М. Я. Русских). Л. 4.

2. Галушкин Н. В. Собственный его императорского величества конвой / под ред. П. Н. Стрелянова. - М., 2004.

3. Глобачев К. И. Правда о русской революции: Воспоминания бывшего начальника Петроградского охранного отделения / под ред. 3.И. Перегудовой. -М.: РОССПЭН, 2009.

4. Дуплицкий С. К. Охрана царской семьи и революция 1917 года. - М.,

2007.

5. Княгиня Палей О. В. Мои воспоминания о русской революции / Страна гибнет сегодня. Воспоминания о Февральской революции 1917 г. / сост., по-слесл., прим. С. М. Исхакова. - М.: Книга, 1991.

6. Марков С. В. Покинутая царская семья (Царское Село - Тобольск - Екатеринбург). - М., 2002.

7. Матвеев В.Н. Воспоминания офицера Царскосельского гарнизона. -СПб., 1999.

8. Розенталь И. С. Гарнизоны пригородов Петрограда в Февральской революции. - М., 2001.

9. Трошин Д. Ю. Царскосельский гарнизон в 1914-1918 гг. - СПб., 2009.

10. ЦГИА СПб. Ф. 487. Оп. 6. Д. 2238. 1916-1917 гг. Л. 176.

11. ЦГИА СПб. Ф. 696. Оп. 1. Д. 648. 1916-1917 гг. Л. 46.

12. ЦГИА СПб. Ф. 696. Оп. 1. Д. 648. Л. 69.

13. Ушкова Ю. С., Файнштейн Л. А. Тревожный 1917-й. Город Пушкин: ис-торико-краеведческий очерк-путеводитель / сост. Г. К. Козьмян. - СПб., 1992.

А. В. Похилюк, В. В. Казак

История создания советских народных комиссариатов

Важнейшим шагом в строительстве Советского государства стал единогласно принятый II Всероссийским съездом Советом 26 октября ленинский Декрет об образовании Рабоче-крестьянского правительства, установивший, что Совету Народных Комиссаров (СНК) принадлежит правительственная власть под контролем Всероссийского съезда Советов и его исполнительного органа-Центрального исполнительного комитета [9, с. 14].

Организация народных комиссариатов была одной из наиболее сложных и трудных задач, вставших перед советской властью в первые дни после победы Октябрьского вооруженного восстания.

183