Особенности гражданско-правовой квалификации недобросовестного поведения участников потребительских отношений как злоупотребления правом

ГРАЖДАНСКОЕ И СЕМЕЙНОЕ ПРАВО

УДК 347.1

В.А. Анисимов

ОСОБЕННОСТИ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ КВАЛИФИКАЦИИ НЕДОБРОСОВЕСТНОГО ПОВЕДЕНИЯ УЧАСТНИКОВ ПОТРЕБИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ КАК ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ПРАВОМ

Введение: статья посвящена некоторым проблемным вопросам квалификации злоупотребления участниками потребительских отношений своими субъективными правами. Актуальность темы обусловлена отсутствием в доктрине гражданского права единого подхода к пониманию феномена злоупотребления правом, а также разнородностью правоприменительной практики в вопросах его правовой квалификации, в особенности в сфере потребительских отношений. Цель: обозначить и попытаться разрешить проблемы гражданско-правовой квалификации злоупоребительного поведения участников потребительских отношений как особого типа правонарушений. Методы: эмпирические методы сравнения, описания, интерпретации; теоретические методы формальной и диалектической логики. Применялись частнонаучные методы: юридико-догматический и метод толкования правовых норм. Выводы: в ходе проведенного исследования выявлены некоторые особенности признания недобросовестного поведения участников потребительских отношений особым правонарушением — злоупотреблением правом. Установлено, что при квалификации злоупотребительного поведения ключевое значение имеет категория интереса. Сформулированы признаки злоупотребления правом участниками потребительских отношений.

Ключевые слова: потребительское отношение, злоупотребление правом, правонарушение, объективный интерес, субъективный интерес.

V.A. Anisimov

TORTS LIABILITY CLASSIFICATION PARTICULARITIES OF EQUITABLE CONDUCT OF PARTICIPANTS' CONSUMER-ORIENTED RELATIONS AS RIGHTS' ABUSE

Introduction: The article deals with certain problematic issues of abuse classification by consumer-oriented relations participators of their subjective rights. Immediacy of this issue is stipulated by deficiency of the single approach to the apprehension of rights' abuse phenomenon in the Civil Law doctrine as well as diversity of law enforcement practice in

© Анисимов Владимир Александрович, 2017

Кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права (Башкирский государственный университет); e-mail: anissimov@bk.ru

© Anisimov Vladimir Aleksandrovich, 2017

Candidate of Law, Associate professor of the Civil Law Department (Bashkir State University) 107

questions of its classification mostly in the sphere of consumer-oriented relations. Purpose: The author of the article tries to characterize and settle problems of Civil law classification of participators' equitable conduct as a special type of offences. Methodology: In the research the author uses empiric methods of comprehension, methods of description, interpretation, theoretical methods of formal and dialectical logics. Specific scientific methods: law-dogmatic and law of legal norms' interpretation were also used. Conclusions: In his scientific research the author reveals certain peculiar features of equitable conduct of participators of conduct-oriented relations as a special offense - abuse of rights. It was established that while classifying equitable conduct the category of interest has the core significance. Elements of rights abuse by consumer-oriented relations participants are also suggested in the article.

Key-words: consumer -oriented relations, rights abuse, offense, objective interest, subjective interest, equitable conduct.

Проблема квалификации злоупотребления субъективными правами в силу своей особой важности и сложности закономерно находится в центре внимания правовой науки, в особенности науки гражданского права. Среди цивилистов наибольшую поддержку получило понимание злоупотребления субъективными правами как гражданского правонарушения особого типа, специфика которого, как подчеркивал В.П. Грибанов, выражается в осуществлении управомоченным лицом принадлежащего ему права с использованием недозволенных конкретных форм в рамках дозволенного ему законом общего типа поведения [1, с. 63]. Данный подход сегодня поддерживается и высшей судебной инстанцией нашей страны. В частности Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ в определении от 20 октября 2015 г. № 18-КГ15-181 отмечено, что под злоупотреблением правом согласно ст. 10 ГК РФ следует понимать ситуацию, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом1.

В литературе подчеркивается, что в общем виде поведение, квалифицирующееся как злоупотребление субъективным гражданским правом, является правовым, поскольку лицо, осуществляя свое право, действует в рамках содержания данного субъективного права. Выход за рамки этого содержания превращает такие отношения в противоправные, однако указанный аспект смежен со злоупотреблением правом, а не тождествен ему [2, с. 8]. Данное утверждение, безусловно, верно, поскольку за пределами дозволенного не может существовать и самого права, а значит злоупотребить им невозможно. Вместе с тем названная специфика природы злоупотребления правом накладывает отпечаток на многие аспекты квалификации такого асоциального поведения, которые наглядно проявляются на примере особых общественных отношений, именуемых в доктрине «потребительскими».

Термин «потребительское отношение» часто встречается в отечественной юридической литературе и правоприменительной практике. Однако значения, в которых используется данное словосочетание, весьма разнятся. Не вдаваясь в дискуссию по существу данного вопроса, отметим, что для целей настоящей статьи под потребительскими отношениями понимаются имущественные отношения, возникающие между особыми субъектами, а именно между гражданином-потребителем и лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность

108

1 Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

(«профессиональный» продавец, изготовитель товара, работы, услуги), по поводу удовлетворения имущественных потребностей, т.е. для использования товаров, работ, услуг таким способом, при котором их стоимость не перекладывается на вновь создаваемые хозяйственные объекты, поступающие в оборот («концепция конечного потребления» [3, с. 57]). Указанные отношения входят в предмет регулирования специальным законодательством, именуемым законодательством о защите прав потребителей, предоставляющим гражданам, приобретающим товары, работы, услуги для удовлетворения личных, домашних, семейных и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, дополнительные возможности для достижения указанных целей.

В юридической литературе сформировалось представление о гражданине, приобретающем товары для целей удовлетворения личных, семейных и иных потребностей, как субъекте, нуждающемся в особой защите [4, с. 16]. Это, как правило, обосновывается признанием более слабой позиции потребителя, по сравнению с положением продавца или производителя т овара, работы или услуги, осуществляющего предпринимательскую и иную хозяйственную деятельность на профессиональной основе.

Действительно, судебной практике известно множество фактов злоупотреблений со стороны «профессиональных» участников потребительских отношений, которые в силу обладания большими ресурсами, знаниями, преимуществами в переговорных возможностях способны повлиять на условия соответствующего обязательства (навязать невыгодные условия договора, установить дополнительные требования об обеспечении исполнения обязательств, предусмотреть повышенную ответственность для покупателя и др.). Однако к подобным средствам е прибегают не только продавцы, изготовители товаров, работ или услуг. Как и справедливо замечает Т.В. Закупень, встречаются также случаи, когда гражда- а не желают с помощью норм закона не столько защитить свои потребительские о права, сколько укрепить материальное благосостояние за счет добросовестных к предпринимателей [5, с. 23]. о

с

Следует отметить, что до внесения в декабре 2012 г. изменений в ст. 10 ГК а РФ под злоупотреблением правом понимались преимущественно действия, в

е

осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу о (шикана), а также злоупотребление правом в иных формах. Сегодня закон пря- ю

_ "О

мо называет лишь несколько конкретных форм злоупотребления правом. По- |

мимо шиканы, к злоупотреблению правом отнесены действия в обход закона с к

противоправной целью, использование прав в целях ограничения конкуренции, а

злоупотребление доминирующим положением на рынке, иное заведомо недобро- |

совестное осуществление гражданских прав. В соответствии с п. 6 введения в ии

Концепцию развития гражданского законодательства Российской Федерации №

это сделано в целях конкретизации лишаемых правовой защиты «иных форм 1

злоупотребления правом». При этом формулировка нынешней редакции ст. 10 )

ГК РФ позволяет говорить об исчерпывающем характере закрепленного в ней 7 перечня юридически значимых форм злоупотребления.

Исследование названных в ст. 10 ГК РФ форм злоупотреблений правом позволяет выявить их некоторые особенности в аспекте заявленной в настоящей работе проблематики. Так, признание злоупотребления правом особым типом правонарушения вынуждает при его раскрытии обращаться к терминологии,

характерной для оценки именно этого вида асоциального поведения. Ю9

Как верно подмечает О.Н. Бармина, категория «правонарушение», имеющая основным признаком противоправность, в первую очередь посягает на права граждан и общественный правопорядок [6, с. 96]. Однако при злоупотреблении правом права пострадавшего, как правило, не нарушаются, поскольку речь здесь идет именно о ненадлежащем осуществлении принадлежащего субъекту права, которому корреспондируют соответствующие юридические обязанности, но не встречные субъективные права. В этом смысле правильнее говорить лишь о том, что при злоупотреблении правом ущемляются не субъективные права, а охраняемые интересы.

В свою очередь важно подчеркнуть, что проблема понимания категории интереса является одной из наиболее дискуссионных в гражданском праве. Без обращения к ней невозможно правильно оценить названную выше специфику квалификации злоупотребительного поведения.

Существующие подходы к пониманию интереса условно можно свести к трем основным: субъективному, объективному, объективно-субъективному. Исходным моментом субъективного подхода является установление психического отношения лица к каким-либо объектам (благам, потребностям, условиям жизни и пр.), отражающего то, насколько такой объект важен для субъекта либо безразличен ему.

Стоит отметить, что само словосочетание «потребительское отношение» в правоприменительной практике часто используется в значении потребительского спроса на определенный товар, работу или услугу, сформировавшегося на конкретном товарном рынке, т. е. интереса в субъективном значении этого термина. Представляется, что такое узкое понимание категории интереса не способствует й эффективному разрешению проблемы квалификации злоупотребления правом,

0 « «

? поскольку оно обращено исключительно к сфере внутренней психической дея-

д тельности субъекта без связи с оценкой его фактического поведения.

» С точки зрения объективного подхода к пониманию интереса он представляет

1 собой общественное отношение, содержанием которого является потребность | [7, с. 20]. Такой интерес существует независимо от осознания его субъектом в ! силу объективного характера потребности, лежащей в его основе. Названный § подход весьма привлекателен, поскольку устраняет существенные недостатки | субъективного понимания интереса, а именно допускает существование, а значит | и охрану объективно существующих, но по каким-либо причинам не познанных Ч интересов (интересов неопределенного круга потребителей, интересов несовер-| шеннолетних, недееспособных граждан и др.).

| Очевидно, что не всякий объективный интерес становится объектом правовой охраны, а лишь признанный обществом социально значимым. Такой объективный интерес можно считать охраняемым. Именно на его умаление направлено

§ злоупотребление правом.

§ В этой связи легко заметить, что в рамках потребительских отношений реа-

I лизуется одновременно несколько объективных интересов: 1) предприниматель-

§ ский интерес, обеспечиваемый эквивалентно-возмездным характером указанных

со

отношений; 2) потребительский интерес, обусловленный направленностью на удовлетворение потребностей гражданина.

Учет соответствующего объективного интереса участников потребительских отношений служит отправной точкой для признания их фактического поведения злоупотреблением правом. Однако важно понимать, что утверждение о нару-110 шении злоупотреблением объективного интереса является в некотором смысле

упрощением, поскольку правильнее говорить, что злоупотребление таким образом умаляет объективный интерес, при котором создаются препятствия для его реализации. О злоупотребительном характере поведения субъекта будет свидетельствовать несоответствие применяемых им мер целям реализации объективного охраняемого интереса. К примеру, вынуждая потребителя принять невыгодные для него условия договора, предусматривающие дополнительные затраты, продавец умаляет объективный потребительский интерес тем, что создает дополнительные препятствия для получения соответствующего блага и удовлетворения потребностей гражданина.

В этом смысле всякое злоупотребление правом представляет собой осуществление субъектом предоставленных ему законом возможностей способом, препятствующим либо осложняющим реализацию объективного интереса стороны указанных отношений. А поскольку с позиции объективного понимания интереса сам он представляет по форме общественное отношение, имеющее своим содержанием потребность лица, злоупотреблением можно считать также и действия, не соответствующие не только признанным социально значимым потребностям контрагента, но и потребностям самого носителя объективного интереса и общества в целом.

Так, приобретение определенного блага, не обусловленное объективной потребностью приобретателя и повлекшее увеличение затрат для неопределенного круга покупателей, противоречит объективному интересу его обладателя и может быть квалифицировано как злоупотребление правом. В частности, судом признано злоупотреблением правом приобретение сетевой организацией объектов сетевого хозяйства, направленное не на удовлетворение производственной потребности, а на изменение тарифа и безосновательное увеличение стоимости оказанных услуг для населения2.

Здесь, однако, следует согласиться со справедливым высказыванием И.В. Са-зановой, в соответствии с которым не следует смешивать проблему злоупотребления субъективным правом с коллизией субъективных прав. По ее мнению, и в первом, и во втором случае достижение цели осуществления права управомо-ченным лицом причиняет или может причинить вред другим лицам. Коллизия характеризуется тем, что субъект реализует интерес, охраняемый законом, его действия соответствуют социально допустимой модели поведения [8, с. 9].

Действительно, наличие разнонаправленных интересов в потребительских отношениях предопределяет возникновение конфликтов между участниками, поэтому государство, соотнося значимость каждого из них, закрепляет приоритет конкретного объективного интереса и санкционирует правила, обеспечивающие его преимущественную реализацию.

Приоритет потребительского интереса перед предпринимательским в данном случае очевиден, объясняется он в первую очередь «рисковым характером» [9, с 169] предпринимательской деятельности, в то время как деятельность гражданина по приобретению благ, необходимых для удовлетворения своих потребностей, априори не может содержать элемента риска. В этом смысле совершение каждым из участников потребительских отношений действий, направленных на реализацию их объективных охраняемых интересов с учетом установленных законом приоритетов, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

2 См.: Определение Верховного Суда РФ от 8 апреля 2015 г. № 307-ЭС14-4622 по делу № А26-6783/2013. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

По мнению И.В. Сазановой, действия субъекта, злоупотребляющего правом, направлены на реализацию «гипертрофированного» интереса [8, с. 9]. Данное утверждение также является справедливым. Однако важно учитывать, что такой гипертрофированный интерес не является объективным, а представляет собой интерес, отраженный в сознании его носителя. Именно на таком понимании интереса основывается третий — объективно-субъективный — подход.

По сути всякий объективный интерес в процессе своей реализации проходит стадии осознания его субъектом потребности, целепологания и активного поведения, направленного на ее удовлетворение. Такой процесс является сложным, поскольку во многом зависит не только от объективных факторов, но и от особенностей личности носителя объективного интереса. В рамках данного процесса осознанный объективный интерес становится субъективным интересом самого носителя объективного интереса, а в некоторых случаях — иных лиц, представляющих последнего (законных представителей, организаций, органов защиты и др.). Однако объективный интерес не трансформируется в субъективный и наоборот. В зависимости от жизненных обстоятельств, знаний, умений, воспитания, морально-нравственных качеств личности носителя интереса последний делает выбор в пользу той или иной модели поведения. При этом в случае формирования пороков субъективного интереса (к примеру, неправильного выявления и осознания потребности, неверной оценки средств ее удовлетворения и пр.) сама объективная потребность остается неизменной.

Вместе с тем установление субъективных (осознанных) интересов участников потребительских отношений для квалификации злоупотребительного поведения является обязательным, поскольку они отражают цели поведения нарушителя, злоупотребившего своими правами.

Как следует из содержания ст. 10 ГК РФ, целями злоупотребления правом могут быть: причинение вреда другому лицу, ограничение конкуренции, обход существующих норм закона и иные цели, относящиеся к понятию недобросовестного осуществления гражданских прав.

Субъективный интерес участников потребительских отношений, характеризующийся наличием названных целей, является порочным, поскольку выражает изъяны процесса осознания лицом объективного интереса, его оценки и соотнесения с объективными интересами иных лиц, выбора модели реализации. Такой субъективный интерес определяет и субъективную сторону правонарушения.

Как верно указывает А.В. Волков, осознанный интерес идентичен по своему характеру осознанной свободе, когда индивид с помощью своей воли подчиняет свое поведение не только собственным интересам, но и интересам других людей. Действие в противоречие интересам общества и составляет ту вину нарушителя, его психическое отношение к своему поведению, что служит основанием для реализации охранительных гражданско-правовых мер [10, с. 99].

Однако следует отметить, что спецификой вины применительно к злоупотреблению правом является тенденция к уходу от психологического понимания вины в пользу «объективистской» концепции. Так, в соответствии с правовой позицией, сформулированной Пленумом Верховного Суда РФ, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в т.ч.

в получении необходимой информации31При этом, оценивая вину нарушителя, злоупотребившего правом, судебные инстанции исходят из фактического отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения4, т.е. недобросовестность воспринимается как объективная характеристика соответствующего поведения.

Таким образом, в результате проведенного исследования можно сделать следующие выводы.

Категория интереса является ключевой для квалификации такого поведения участников потребительских отношений, как злоупотребление правом. Для этих целей представляется недостаточным понимание интереса в значении лишь одного из существующих подходов, поскольку для правильной квалификации злоупотребления правом необходимо установление как объективных, так и субъективных интересов участников потребительских отношений.

Для признания поведения участников потребительских отношений злоупотреблением правом необходима следующая характеристика их действий:

1) совершение обладателем субъективного права действий с выходом за пределы реализации права, но не самого права;

2) осуществление субъектом предоставленных ему законом возможностей способом, препятствующим либо осложняющим реализацию объективного охраняемого интереса любого из участников указанных отношений, либо признанного социально значимым общественного интереса;

3) наличие порока субъективного интереса обладателя права, характеризующегося наличием целей недобросовестного осуществления гражданских прав.

Библиографический список

1. Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Статут, 2001. 411 с.

2. Кодирзода Т.К. Проблемы злоупотребления субъективными гражданскими правами: дис. ... канд. юрид. наук. Душанбе, 2016. 195 с.

3. Шерстобитов А.Е. Гражданско-правовая охрана прав потребителей: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1992. 330 с.

4. Тужилова-Орданская Е.М. Защита прав потребителя: проблемы и тенденции развития // Региональные аспекты защиты прав потребителей (г. Белгород, 15 марта 2013 г.): сб. матер. Междунар. науч.-практ. конф. Белгород: Издательский дом «Белгород», 2013. С. 16-19.

5. Закупень Т.В. Потребительский экстремизм как форма злоупотребления правом при заключении банками кредитного договора с гражданами-заемщиками // Банковское право. 2015. № 1. С. 23-30.

6. Бармина О.Н. Злоупотребление правом. Киров: Радуга-ПРЕСС, 2015. 133 с.

7. Михайлов С.В. Категория интереса в российском гражданском праве. М.: Статут, 2002. 205 с.

8. Сазанова И.В. Квалификация поведения субъектов как злоупотребление гражданским правом: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2010. 24 с.

3 См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

4 См.: Обзор судебной практики разрешения дел по спорам, возникающим в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости: утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 19 июля 2017 г. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс». 113

9. Лескова Ю.Г. Концептуальные и правовые основы саморегулирования предпринимательских отношений. М.: Статут, 2013. 384 с.

10. Волков А.В. Теория концепции «злоупотребление гражданскими правами». Волгоград: Станица-2, 2007. 352 с.

References

1. Gribanov V.P. Implementation and Protection of Civil Rights. M.: The Statute,

2001. 411 p. (In Russ.).

2. Kodirzoda T.K. Problems of the Subjective Civil Rights Abuse: Cand law. sci. diss. Dushanbe, 2016. 195 p. (In Russ.).

3. Sherstobitov A.E. Civil Consumers' Rights Protection : Doct. law. sci. diss. M., 1992. 330 p. (In Russ.).

4. Tuzhilova-Ordanskaya E.M. Protection of Consumers' Rights: Problems and Tendencies of Development. Regional Aspects of Consumer Protection: Collection of Materials of the International Scientific and Practical Conference. Belgorod State National Research University. 2013. P. 16-19. (In Russ.).

5. Zakupen T.V. Consumer Extremism as a Form of the Rights' Abuse when Settling the Credit Contract with a Borrower // Banking Law. 2015. Issue 1. P. 23-30. (In Russ.).

6. Barmina O.N. Rights'Abuse. Kirov, 2015. 133 p. (In Russ.).

7. Mihaylov S.V. Category of Interest in the Russian Civil Law. M.: The Statute,

2002. 205 p. (In Russ.).

8. Sazanova I.V. Classification of Subjects' Behavior as Abuse of Civil Right: abs. й of Cand jurid. sci. diss. St. Petersburg, 2010. 24 p. (In Russ.).

? 9. Leskova U.G. Conceptual and Legal Bases of the Self-Regulation Enterprise

s Relations. Moscow, 2013. 384 p. (In Russ.).

Ï 10. Volkov A.V Theory of the Concept "Abuse of Civil Rights". Volgograd, 2007.

! 352 p. (In Russ.).

S

Ф ^

* w

T

s ^

s

2 В.Д. Рузанова

i

f ВОПРОСЫ СИСТЕМЫ НОРМАТИВНЫХ ПРАВОВЫХ

§ АКТОВ В СФЕРЕ НАСЛЕДОВАНИЯ

0

1 Введение: в литературе по наследственному праву система его источников в S основном представлена либо в форме аналогичной описанию источников гражданского § права, либо путем формулирования определения законодательства о наследовании, 1 что не позволяет выявить специфику состава и действия (применения) данного нор-£ мативного блока. Цель: установление специфики состава источников наследствен-

© Рузанова Валентина Дмитриевна, 2017

Кандидат юридических наук, доцент, заведующая кафедрой гражданского и предпринимательского права (Самарский национальный исследовательский университет имени академика С.П. Королева); e-mail: vd.ruz@mail.ru

© Ruzanova Valentina Dmitrievna, 2017

Candidate of law, Associate professor, Head of Civil and Business Law Department