Городская полиция Западной Сибири во второй половине xix начале ХХ в

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2007. № 3 (12). С. 44-47. © И.А. Коновалов, 2007

УДК 340

ГОРОДСКАЯ ПОЛИЦИЯ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX - НАЧАЛЕ ХХ В.

И .А. КОНОВАЛОВ

Рассмотрен процесс реорганизации городской полиции Западной Сибири в связи с либеральными преобразованиями второй половины XIX- начала XX в.

The article is devoted to the process of reorganization of city police of Western Siberia with reference to liberal transformations of the second half of the 19th - beginning of the 20th centuries.

Одно из важных направлений реформирования современной российской государственности заключается в повышении эффективности деятельности органов охраны правопорядка. Часто обращаясь к накопленному по данной проблеме опыту стран Запада, мы забываем, что Россия обладает своими собственными положительными достижениями, ознакомление с которыми может оказаться весьма полезным и для сегодняшнего времени. С этой точки зрения показательна история полицейских органов в Западной Сибири, которая еще не стала объектом пристального внимания исследователей.

Регулярная полиция появилась в городах Западной Сибири еще в первой половине XVIII в. В 1733 г., в правление императрицы Анны Иоанновны, в соответствии с актом «Об учреждении полиции в городах» в главном административном центре региона Тобольске была учреждена полицейская контора [1]. Екатерининский «Устав благочиния или полицейский» установил основные полицейские должности в городах. Во главе полиции губернских центров стояли полицмейстеры, уездных центров - городничие, им подчинялись частные приставы, квартальные надзиратели и поручики, а также полицейские команды.

К 30-м гг. XIX в. были утверждены полицейские штаты для всех городов Западной Сибири. Численность полицейских зависела от административного статуса городского центра, количества его жителей, а также суммы городского бюджета, поскольку бре-

мя финансирования полиции лежало на местном самоуправлении. В этот период в регионе было 18 городов, поделенных на 4 категории. К первой относились Томск и Тобольск, ко второй - Тюмень, к третьей -Омск и Каинск, к четвертой - все остальные уездные центры. Особый статус имел Барнаул. Здесь действовала «горная полиция», которая подчинялась управляющему заводом и была организована в соответствии со статьями «Устава горного». Для непосредственного руководства барнаульской полицией горнозаводское начальство назначало полицмейстера [2]. Однако до реформ 60-70 гг. XIX в. полиция выполняла большое количество полномочий, что определялось широкой компетенцией Министерства внутренних дел (учреждено 8 сентября 1802 г.), которое возглавляло деятельность местных администраций и полицейских органов. В его компетенции находились дела сословий, городское и земское хозяйство, пожарная и продовольственная часть, врачебное дело.

Сибирская полиция наряду с функциями по охране правопорядка осуществляла административные и финансовые полномочия и фактически была органом управления общей компетенции. Она следила за тем, чтобы подданные империи исполняли законы, постановления местной власти и решения судов, занималась вопросами благоустройства: следила за санитарным состоянием населенных пунктов, за проведением строительства и осуществляла надзор за правильностью торговли. В ведении полиции были выдача

ремесленных и торговых свидетельств, взыскание недоимок по государственным налогам, а также надзор за гостиницами и трактирами. Полицейские органы выполняли функции паспортно-визовой службы, вели ведомости рождающихся, вступающих в брак и умирающих, учет прибывающих и убывающих лиц, а также иностранцев, на которых также распространялась ее власть. Полиция занималась и военными вопросами: надзором за исполнением рекрутской повинности, расквартированием войск, назначением нарядов на перевозку военных грузов. В ее ведении были пожарные команды, пути сообщения и даже некоторые вопросы идеологии и культуры. Маловажные правонарушения полностью принадлежали ведению полиции, а в случае преступления на полицию возлагался розыск, дознание и предварительное следствие [3].

Согласно Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., полиции предоставлялось даже право суда за маловажные правонарушения, за которые в законе определялись денежное взыскание не свыше 30 руб. серебром (кроме кражи лошадей), кратковременный арест от 1 суток до 3 месяцев или наказание розгами не более 30 ударов. Исполнение приговоров судов также возлагалось на полицию [4].

До реформ 60-70 гг. XIX в. полицейские функции понимались чрезвычайно широко. Полиция не только охраняла правопорядок, но даже следила за «порядком» в семейных делах. Она была обязана пресекать шум и драки, свист и непристойное пение, а также следить за тем, чтобы «лица разных полов в одной бане не парились» [5].

Значение Министерства внутренних дел в государственном механизме Российской империи резко упало после проведения судебной, земской 1864 г. и городской 1870 г. реформ. Многие функции, которые выполняла дореформенная полиция, оказались в компетенции судебных органов, а также местного самоуправления. Административно-хозяйственные и судебные функции МВД были оттеснены административно-полицейскими задачами. Изменился также и центральный аппарат министерства, основную роль в нем

стали играть такие учреждения, как департаменты полиции и общих дел, Главное управление по делам печати и тюремное (в 1879 г. заведование местами заключения и пересылкой было передано Главному тюремному управлению при Министерстве юстиции). Изменение функций МВД напрямую повлияло на компетенцию и деятельность местных полицейских органов.

Полиция перестала заниматься хозяйственной деятельностью в городах (эти функции перешли к городским думам и управам). В области хозяйственной деятельности она была обязана выполнять все постановления и распоряжения дум и управ, которые имели право принимать обязательные для населения постановления о благоустройстве территорий населенных пунктов, их санитарном и противопожарном состоянии. Однако полиция по-прежнему играла роль административного органа, который имел возможность привлекать к ответственности во внесудебном порядке. К подобным делам относились незаконное производство и оборот алкогольной продукции и табака, незаконное открытие предприятий и организация азартных игр, нарушение паспортно-визового режима, девиантное поведение. Полиция осуществляла также контроль за оборотом, ношением и хранением огнестрельного оружия и взрывчатых веществ. В 1881 г. в связи с «контрреформами» полиция получила право на «закрытие народных собраний» и печатных органов, а также право административной высылки лиц, заподозренных в антиправительственных действиях.

В области уголовного процесса судебные полномочия полиции перешли к мировой юстиции (создана судебной реформой 1864 г.), а предварительное следствие - к судебным следователям. Полиция была поставлена под контроль прокуратуры (функции которой также поменялись судебной реформой 1864 г.). Прокурор получил право привлекать к ответственности полицейских, о чем ставил в известность полицмейстера, а в случае должностных преступлений прокурор имел право поставить вопрос об увольнении со службы и заключении под стражу виновного.

Согласно ст. 254, 257 и 258 Устава уголовного судопроизводства 1864 г., полиция имела право самостоятельных действий только в случае необходимости немедленного ареста преступников, мер по сохранению улик или следов преступления. Однако на полицию по-прежнему возлагалась функция осуществления дознания. Сведения, собранные полицией, заносились с указанием источника, из которого они получены, в один общий акт, который подписывался лицами, производившими дознание. Прокурор в «сомнительных» случаях мог производить через полицию негласное расследование, сами полицейские органы начать негласное расследование уже не могли [6]. Согласно ст. 48 Устава уголовного судопроизводства, потерпевшие прямо могли обращаться в полицию, которая была обязана провести оперативнорозыскные действия. В соответствии со ст. 49, она была обязана сообщать суду и судебным следователям о преступлениях, которые подлежали расследованию без вчиненных исков, т. е. полиция могла действовать только на первичных этапах судебной деятельности.

В ходе предварительного следствия полиция была обязана оказывать «деятельную» помощь судебным следователям, в соответствии со ст. 965 Устава уголовного судопроизводства этапировать заключенных и осужденных, а также по ст. 971 осуществлять надзор за лицами, отданными под полицейский надзор. Полиция была обязана оказывать содействие суду по охране порядка во время судебных заседаний, она также доставляла повестки о вызове в суд и приводила туда ответчика.

Почти до середины XIX в. не было четко установленного законом порядка комплектации городских полицейских команд. Полицейские команды в Западной Сибири комплектовались как из вольнонаемных горожан, так и городовых казаков Томского, Татарского и Тобольского городовых казачьих полков. В Омске к полицейской управе была прикомандирована специальная сотня Линейного казачьего войска. Недостатки в принципах формирования полицейских органов вынудили правительство в 1853 г. при-

нять решение о замене всех городских вольнонаемных полицейских нижними чинами второго разряда военного ведомства, состоящими при гарнизонных батальонах. В этом же году были утверждены штаты городских полицейских команд, согласно которым на каждые 2 000 жителей должно было приходиться 5 полицейских, а на 5 000 горожан 10 во главе с унтер-офицером [7]. Полицейская команда стала делиться на два отряда: сторожевой и рассыльный. Обеспечение нижних чинов полицейских органов осуществлялось за счет средств городского самоуправления. Жалование от государства получали только начальники полиций (полицмейстеры и городничие). В случае болезни или ранений нижние чины за счет города могли лечиться в городской больнице.

Вольный найм нижних чинов полицейских служащих начался только накануне реформ 60-70-х гг. XIX в. Для кандидатов на полицейские должности типографским способом был изготовлен бланк запроса, который просил сообщить сведения о нравственных качествах кандидата, его прежней судимости, политической благонадежности, воинском звании, физическом состоянии и т. п. [8]. 14 апреля 1887 г. был принят закон «О численном составе и устройстве полицейских команд», согласно которому один городовой полагался на 500 горожан, вводились также должности старшего и младшего городовых. Младший городовой получал 150 руб. в год, кроме того ежегодно ему отпускалось 25 руб. на обмундирование. За счет городских средств осуществлялся найм жилья, его отопление и освещение, лечение в больнице и вооружение револьвером и шашкой. Таким образом, материальное обеспечение городовых оставляло желать лучшего, так как в конце XIX в. в Омске зарплата столяров, каменщиков, плотников и слесарей в среднем составляла 35 руб. в месяц [9].

Однако по-прежнему существовали определенные трудности комплектования полицейских органов из-за недостатка подготовленных сотрудников, низкой зарплаты и популярности полицейской службы и т. д. Отсутствие предварительной специальной подготовки в какой-то мере компенсирова-

лось предписанием систематического изучения чиновниками законов и распоряжений, на что отводилось не менее часа ежедневно. Требование о наборе на должности рядовых (городовых) грамотных людей оставалось в Сибири лишь пожеланием.

Долгое время в российской полиции не было органов, специализирующихся на сыскной деятельности. Данное обстоятельство обусловило необходимость создания специализированных подразделений, занимающихся оперативно-розыскной деятельностью по уголовным преступлениям. Рост преступности и увеличение нераскрытых преступлений подтолкнули правительство к принятию в 1908 г. закона «Об организации сыскной части» [10]. Согласно этому закону в 89 городах империи при полицейских управах были открыты сыскные отделения.

Согласно закону, на сотрудников сыскных отделений возлагались все права и обязанности, которые предоставлялись должностным лицам общей полиции. Начальники сыскных отделений и их помощники назначались на должности и увольнялись не полицмейстерами (начальники полиций) и даже не министром МВД, а по предварительной договоренности между губернаторами и прокурорами окружных судов.

Сыскные отделения, согласно Закону от 1908 г., подразделялись на четыре разряда, которые отличались между собой по количе-

ству штатных единиц, присвоенных классным чинам и зарплате сотрудников.

В Западной Сибири в Омске, Томске, Тобольске, Новониколаевске и Барнауле были созданы сыскные отделения третьего разряда, в штат которых входило восемь человек: начальник отделения, два надзирателя и пять городовых. На работу таких отделений ежегодно отпускалась довольно незначительная сумма в 6 990 руб. в год.

Таким образом, сыскные отделения были созданы не во всех городах Сибири, их штат был явно малочисленным и слабо финансово обеспечен. Кроме того не были созданы органы, занимающиеся оперативнорозыскной деятельностью в уездах, не был также образован общероссийский центр, управляющий и координирующий работу сыскных отделений.

1. Российское законодательство X-XX вв.: В 9 т. - М., 1984 - Т. 5. - С. 155-159.

2. ГАОО. - Ф. 3. - Оп. 1. - Д. 1449. - Л. 181.

3. Там же. - Оп. 3. - Д. 4345. - Л. 3-35.

4. Там же. - Д. 4338. - Л. 8.

5. ПСЗ РИ. - Т. XIII. - № 8842. - СПб., 1830.

6. РГИА. - Ф. 5. - Оп. Ж-92. - Д. 3310. - С. 168.

7. ПСЗ РИ. - Собр. 2. - Т. XXVIII. - № 27372. -СПб., 1853.

8. ГАОО. - Ф. 11. - Оп. 13а. - Д. 473. - Л. 6.

9. Статистические сведения по г. Омску. -Омск, 1911. - С. 20.

10. ПСЗ РИ. - Т. 28. - № 30672. - СПб., 1911.