Способы реализации концепта «Мужественность» в испаноязычной культуре

С. А. Зыкова

СПОСОБЫ РЕАЛИЗАЦИИ КОНЦЕПТА «МУЖЕСТВЕННОСТЬ » В ИСПАНОЯЗЫЧНОЙ КУЛЬТУРЕ

В статье представлен сравнительный анализ некоторых единиц классического и латиноамериканского вариантов испанского языка, вербализующих концепт «мужественность». Нами сделана попытка лингвистического анализа характерных референций к мужчине в испанской культуре. Также мы обращаемся к поэзии и фольклору, выделяя основные черты доминирующей маскулинности, присущей испаноязычной культуре.

Гендерология как новое направление, появившееся в лингвистике и в ряде других, смежных с нею наук, таких как лингвокультурология, межкультурная коммуникация, литературоведение, переводоведение, этнопсихолингвистика и др., появилась в связи с социальными изменениями, произошедшими в современном обществе. Отталкиваясь в своё время от проблем гендерной асимметрии, сформулированных в 60-70-е годы ХХ века феминистской лингвистикой, гендерология проходит несколько этапов своего становления. А. В. Кирилина, руководитель лаборатории гендерных исследований МГЛУ, выделяет в них три основных этапа:

1.« Алармистский этап» - когда основное внимание уделялось

андроцентрическому отклонению в общественных науках и акцентировалась дефектность патриархальных взглядов социальной теории.

2.Этап, когда была сформулирована феминистская концепция. Здесь основополагающей явилась работа Р. Лакофф «Язык и место женщины», обосновавшая андроцентричность языка и ущербность образа женщины в картине мира, воспроизводимой в языке. Основу феминистского «упрёка» составляет идея о том, что «язык даёт картину мира, основанную на мужской точке зрения и от лица мужского субъекта, где женское представляется в роли объекта, либо вообще игнорируется» [6. С. 15]. Среди признаков андроцентризма феминистская лингвистика выделяет, например, следующие утверждения: понятия «человек» и «мужчина» словарно отождествлены во многих языках Европы (man- в английском, mann- в немецком, hombre - в испанском, homme - во французском); имена существительные женского рода являются, как правило, производными от мужского, а те, в свою очередь, могут употребляться для обозначения лиц любого пола... Именно к этому периоду относится возникновение понятия gender как концепта, «призванного подчеркнуть социальный характер отношений между полами и исключить биологический детерминизм» [6. С. 16].

3. Последний, постфеминистский этап характеризуется проверкой идей, высказанных ранней феминистской лингвистикой, появлением «мужских» исследований, кросскультурного и лингвокультурологического исследования гендера, привлечением к анализу большого количества языков. В область гендерного анализа включаются отношения и взаимосвязи обоих полов с социальными системами разного уровня [4. С. 9].

В настоящее время гендерные исследования делают ещё один значительный шаг вперёд. Лингвистическая гендерология, стараясь избежать поверхностного изучения проблемы и выводов, связанных с ней, в поисках новых подходов, приходит к выводу о том, что « антропоориентированный подход к исследованию языка и коммуникации тесно связан с когнитивной научной парадигмой и

позволяет приписать мужественности и женственности статус концептов» [4. С. 8]. Именно исследование феноменов маскулинности и фемининности с точки зрения когнитивной лингвистики позволяет рассматривать их не только в качестве прототипов для описания реальных мужчин и женщин, изучая их в оппозиции друг к другу, но и представить каждый из них, как отдельно взятый атрибут общественного сознания, присутствующий в любой культуре и заключающий в себе специфику, присущую тому или иному обществу. В работах Д. Гилмора «Становление мужественности: культурные концепты

маскулинности», Е. В. Мистрюковой «Средства репрезентации концептов “мужественность” и “женственность” в современном английском языке», О. Демидовой «Канон и антиканон: образ матери в эмигрантской женской прозе», К. Эберта «“Матушка Русь и её сыновья: Архаический симбиоз полов” как топос национальной мифопоэтики», В. В. Долженковой «Концепты honor и honra в испанском языке и литературе XIII-XVII веков» рассматриваются концепты «мужественность» и «женственность» во взаимопересечении и взаимосвязи с другими, смежными им концептами. К примеру, концепт «мужественность» пересекается с такими концептами как «мужество», «власть», «честь», «война» и пр.; концепт «женственность» - с концептами «красота», «душа», «нежность» и пр.

Как считает А. Кириллина, исследование женственности и мужественности «должно включать описание стереотипов, связанных с ними, которые, в свою очередь, связаны с языковым выражением фемининности и маскулинности, но не обязательно идентичны им» [5. С. 147].

Безусловно, и фемининное, и маскулинное восприятие мира у разных народов не идентично, а зачастую неодинаково оно и у тех, кто говорит на одном языке. В частности, возьмём в качестве примера испанский язык. Поскольку, в силу исторических, социальных и природно-географических факторов культура Испании и культуры стран Латинской Америки различаются между собой, естественно, что и в гендерном плане между ними могут быть выявлены определённые различия.

Нельзя не сказать, что в последние годы в испаноговорящих странах, и, прежде всего, в самой Испании очень возросло внимание к исследованиям гендерного фактора в языке и жизни общества в целом. Здесь можно упомянуть таких исследователей, как А. Лопес Гарсия, Р. Морант, П. Гарсия Моутон, Р. Матус, а также российских испанистов Н. М. Фирсову, А. Ф. Кофмана,

Н. И. Царёву и др.

Опираясь на их исследования, рассмотрим отражение концепта «маскулинность» в культуре и языке испаноговорящих народов.

Несмотря на огромное количество социально-политических трансформаций, произошедших в последние десятилетия в Испании, маскулинное здесь всегда доминировало. Исторически уже в лексическом фонде испанского языка закреплена идея доминирования мужского начала над женским, что отражается в словах hombre и mujer: если hombre переводим как «мужчина» и «человек», то слово mujer несёт более узкое значение «женщина» или «жена». Слово «hombre» указывает на определённый статус. Интересен также пример словоупотребления в отношении детей. Здесь, помимо универсальных парных hijo - hija (сын - дочь), испанцы чаще употребляют слова varon - hembra. Исходя из основного значения, закреплённого за словами, varon - человек, муж (положительная коннотация), обычно употребляется в высоком значении: прим. Santo varon - добрейшей души человек; а hembra - существо женского пола, женская особь (о растении), самка (о

животном). Таким образом, в испанском языке отмечается достаточно уважительное отношение в референции к полу мальчика и довольно нейтральное к девочке. Более того, в некоторых странах Латинской Америки и в наши дни сохраняется вежливая форма обращения (Ud.) как по отношению к мужчине, так и к ребёнку мужского пола. Что не встречается по отношению к женщине и девочке.

Одной из главных черт испаноязычных мужчин является мачизм (machismo

- actitud que considera al sexo masculino superior al femenino). Это так называемый особый вид маскулинности - культ силы, мужественности, сексуальности мужчины, убеждённости в превосходстве мужского пола над женским. Неслучайно прямое значение слова macho - самец. Что же касается переносного значения, то представляется интересным обратиться к сравнению трактовки значения этого слова в испанском и латино-американском вариантах языка. В самом испанском (иберийском) языке, из которого оно заимствовано английским, немецким, русским языками, слово это имеет достаточно негативную коннотацию, по сравнению с такими референциями к мужчине, как hombre, varon, caballero. Слово macho в испанском чаще употребляется в разговорном значении «орёл», «герой»: darselas de macho - петушиться, хорохориться; и в довольно-таки грубом значении «потаскун», «кобель». Слово macho адресуют крепкому, сильному мужчине, акцентируя внимание на его мужском превосходстве в физическом плане.

Что же касается латиноамериканских вариантов испанского, то здесь находим следующие значения для слова macho:

в коста-риканском варианте - иностранец, чужеземец, имеющий русые или рыжеватые волосы;

в аргентинском, парагвайском и уругвайском вариантах - активный, энергичный человек; деловой человек: a macho y martillo - уверенно, твёрдо, авторитетно, убеждённо (ср. в Испании hombre de negocios, hombre de accion); в гватемальском - глупый, неумный; тупой, тупоумный (разг.); в кубинском - поросёнок, хряк (в прямом знач.).

Таким образом, ни в одном из проанализированных значений не находим апелляций к физическим мужским качествам в негативном значении. Более того, анализ слов с тем же корнем показал, что значение слова macho в латиноамериканских вариантах приближено к слову «мужчина». Сравним:

Лат. Америка Испания

Мужественность machia hombria

Деловой человек macho hombre de negocios

Выполнять мужск. machar hombrearse

работу

Храбрый, смелый machazo valeroso, osado

Мужеподобная macha hombruna

(о женщ.) machanga

machorra

machota

Итак, несмотря на отсутствие отрицательного содержания относительно мужских качеств в различных латиноамериканских вариантах, мы не можем отрицать, что слово «мачизм», вошедшее и в русский лексикон тоже, прежде всего, ассоциируется с культурой Латинской Америки. «Именно в

латиноамериканском мачизме значительно в большей степени, чем в иберийском,

проявляются такие маскулинные характеристики, как культ силы, агрессивность (иногда беспричинная), отношение к женщине как к собственности, обострённое чувство собственного “я”, бравада, связанная с обилием любовниц, презрение к смерти (в Мексике, в частности)» [9. С. 167]. Объяснение расхождениям в значении слова macho находим в работе Н. М. Фирсовой, которая исследовала лексико-семантические расхождения между пиренейским и латиноамериканскими национальными вариантами испанского языка. Здесь она выделяет пять основных типов лексико-семантических расхождений между ними, на основе совпадения лексических единиц - либо, так или иначе, в плане содержания, либо в плане выражения. Таким образом, на основе предлагаемой Н. М. Фирсовой типологии, можно отнести слово macho и его словообразования к первому типу расхождений, когда «лексические единицы полностью совпадают в плане выражения и расходятся в плане содержания, имея, в то же время, общие семантические элементы» [4. С. 59].

Испанская маскулинность находит своё яркое отражение в поэзии и фольклоре. Взять хотя бы знаменитое стихотворение Антонио Мачадо, в котором воспевается сила и значимость мужчины (кабальеро):

La plaza tiene una torre, La torre tiene un balcon, El balcon tiene una dama, La dama, una blanca flor. Ha pasado un caballero. iQuiёn sabe por que paso!

Y se ha llevado la plaza Con su torre y su balcon, Con su balcon y su dama, Su dama y su blanca flor.

На площади есть башня. На башне есть балкон, На том балконе дама, Дама с белым цветком. Проехал кабальеро. Зачем он приезжал? Исчезла эта площадь, Исчезла эта башня, Исчезли балкон и дама, Всё кабальеро взял.

В коротеньких испанских коплах можно часто встретить тему бравады, любование своим собственным «я»:

En el cafё de Chinitas

Dijo Paquiro a su hermano:

- Soy mas valiente que tu,

- Mas torero y mas Gitano.

Или:

Soy como la piedra’el rio:

No siento calor ni frio;

Tengo la muerte en cadenas

Y al Diablo lo tengo en grillos.

Традиционное патриархальное понимание роли мужчины как хозяина, который властвует над женщиной, относится к ней как к своей собственности, высмеивает её поведение, отражено также и в многочисленных латиноамериканских и испанских пословицах и поговорках: «Por la mujer entro el mal en el mundo» (досл.: «с женщиной в мир вошло зло»), «La mujer sin hombre es

5б

como un caballo sin brida» (Женщина без мужчины, как лошадь без узды), «La mujer es mas puta que las gallinas» (Женщина глупее курицы) и пр., что также указывает на превосходство мужчины.

Однако нельзя не отметить, что в последние годы во многих испаноязычных странах (в первую очередь в Испании) произошли серьёзные преобразования, в частности, и в области отношений между полами, которые неизбежно повлекли за собой переосмысление частью населения роли места женщины в обществе. И это, естественно, не могло не сказаться на функционировании вербальных средств коммуникации и, как следствие, на реализации концепта «мужественность» в испанской культуре.

Список литературы

1. Гилмор, Д. Становление мужественности : культурные концепты

маскулинности / Д. Гилмор. - М. : МГЛУ, 2005.

2. Демидова, О. Канон и антиканон : образ матери в эмигрантской женской прозе / О. Демидова // Пол. Гендер. Культура : немецкие и русские исследования : сб. ст. ; под ред. Элизабет Шоре, Каролин Хайдер. - Вып.3. - М. : РГГУ, 2003.

3. Долженкова, В. В. Концепты honor и honra в испанском языке и литературе XIII - XVII веков : автореф. дис. . канд. филол. наук / В. В. Долженкова. - М., 2006.

4. Кирилина, А. В. Гендерные исследования в отечественной лингвистике : проблемы, связанные с бурным развитием / А. В. Кириллина // Гендер : язык, культура, коммуникация ; МГЛУ ; Лаб. гендер. исслед. - М., 2005.

5. Кирилина, А. В. Мужественность и женственность как культурные концепты // Методологические проблемы когнитивной лингвистики : науч. изд. ; под ред. И. А. Стернина ; Воронеж. гос. ун-т. - Воронеж, 2001.

6. Коатс, Дж. Женщины, мужчины и язык / Дж. Коатс // Гендер и язык ; МГЛУ; Лаб. гендер. исслед. - М., 2005.

7. Мистрюкова, Е. В. Средства репрезентации концептов «мужественность» и «женственность» в современном английском языке : дис. . канд. филол. наук / Е. В. Мистрюкова. - Самара, 2005.

8. Фирсова, Н. М. Отражение маскулинности в вербальных и невербальных средствах коммуникации испаноязычных народов ; К проблеме национальнокультурной семантики лексических единиц в испанском языке ; Лексикосемантические расхождения между пиренейским и латиноамериканскими вариантами испанского языка / Н. М. Фирсова // Современный испанский язык в Испании и странах Латинской Америки. - М. : АСТ, 2007.

9. Эберт Кр. «Матушка Русь и её сыновья»: Архаический симбиоз полов как топос национальной мифопоэтики / Кр. Эберт // Пол. Гендер. Культура.

10. Испано-русский словарь современного употребления / под ред. А. В. Садикова. - М. : Рус. яз., 1998.

11. Испано-русский словарь Латинская Америка / под ред. Н. М. Фирсовой. - М. : Рус. яз-медиа, 2004.

12. Большой русско-испанский словарь / под ред. проф. Г. Я. Туровера. - М., 2004.

13. Diccionario compacto de la lengua espanola / Larousse Planeta. - Barcelona, 1996.