2017. 01. 031. Пигарёв Е. М. Гончарное производство золотоордынского города Сарай (Селитренное городище): монография. - Йошкар-Ола: Марийский гос. Ун-т, 2015. - 208 с. - (матер. И исслед. По археологии Поволжья; вып. 7: Селитренное городище)

собора, в котором размещаются мощи св. Андрея Первозванного, замечает в заключительной главе «Амальфитанская святыня: Современное дополнение историка» М. Талалай (с. 215). Если учесть, что апостол являлся покровителем Византии - «Второго Рима» и основателем Цареградской Церкви, то перенесение его мощей в 1208 г. из Константинополя становилось равнозначным переносу сакральности высшего порядка, чуть ли не усвоением статуса «Третьего Рима». Амальфи служил столицей одной из четырех могучих итальянских Морских республик, у которой во время ее существования сложились плодотворные отношения со многими странами и народами, в особенности - с Востоком и с той же Византией. Яркое выражение этих отношений - основанный бенедиктинскими монахами в Х в. Амальфитанский монастырь на Святой Афонской горе. Он был упразднен в XIII в., но из построек обители сохранилась башня, называемая Амальфитанской (с. 216). Что же касается хранимых в Амальфи мощей св. Апостола Андрея, то в православном сознании остается убеждение, что его мощи были спасены Божьим Промыслом от грядущего поругания в Царьграде, ставшем «агарянским» Стамбулом (с. 228).

В.П. Любин

АРХЕОЛОГИЯ

2017.01.031. ПИГАРЁВ ЕМ. ГОНЧАРНОЕ ПРОИЗВОДСТВО ЗО-ЛОТООРДЫНСКОГО ГОРОДА САРАЙ (СЕЛИТРЕННОЕ ГОРОДИЩЕ): Монография. - Йошкар-Ола: Марийский гос. ун-т, 2015. -208 с. - (Матер. и исслед. по археологии Поволжья; Вып. 7: Селит-ренное городище).

Ключевые слова: Золотая Орда; Селитренное городище; гончарное производство.

Монография канд. ист. наук, директора Историко-археологи-ческого музея-заповедника «Селитренное городище» Е.М. Пигарёва посвящена развитию гончарного ремесла в столице Золотой Орды. Книга состоит из введения, трех глав, заключения и приложений.

Во введении автор кратко характеризует источниковую базу, а также специфику золотоордынских городов. Они возникают на территориях, где ранее не было оседлого хозяйства, без какого-то

предварительного развития. «Их кратковременный расцвет связан с периодом сильной деспотической власти золотоордынских ханов, а упадок - с ослаблением центральной власти» (с. 4). В данной работе рассматриваются археологические материалы столицы Золотой Орды, города Сарай (Селитренное городище), которые до сих пор опубликованы в меньшей степени, чем материалы других золотоордынских памятников. Хронологические рамки исследования ограничены XIV в.

Первая глава посвящена истории изучения Селитренного городища. В ней автор выделяет пять этапов. Во второй половине XVI - XVII в. появляются первые упоминания памятника в различных документах. К тому же времени относится разрушение многих его построек, материал которых используется для строительства Астраханского кремля. В самом начале XVIII в. на территории городища появляется казенный завод для добывания селитры, откуда и появляется его современное название. На следующем этапе, в XVШ-XIX вв., изучение городища первоначально ограничивалось описаниями руин, которые делали путешественники и исследователи. Небольшие раскопки, проведенные в 1836 г., долгое время не имели продолжения. В тот период больший интерес для исследователей представляли лучше сохранившиеся развалины Царевского городища, которое они и считали городом Сарай. Собственно научное изучение автор относит к третьему периоду, 20-50-м годам XX в. Прежде всего он отмечает роль работ Ф.В. Баллода, который провел широкие археологические исследования в этом регионе в сложный период 1919-1920 гг. Ученый разбил территорию города на семь районов, определил в предварительном плане их социальный облик и дал описание находок, собранных на поверхности памятника, а также изучил несколько сооружений, в том числе гончарные горны. Хотя некоторые его выводы оказались ошибочными, в основном работы Ф.В. Баллода сохраняют научную ценность до нынешнего времени (с. 22). Четвертый этап исследований связан с планомерными раскопками Селитренного городища, начавшимися в 1965 г. и продолжающимися до настоящего времени. Археологами исследовались различные объекты: жилые здания, принадлежавшие разным категориям населения, общественные сооружения (мечеть, баня и т.д.), погребения и склепы, производственные комплексы. За этот период Поволжская археологическая экспедиция

несколько раз сталкивалась с крупными комплексами, связанными с гончарным производством. Так, с 1966 по 1983 г. изучалась территория крупной мастерской на раскопе II. Пятый этап, по мнению автора, только начинается в настоящее время и связан с созданием на территории городища археологического заповедника.

Вторая глава посвящена описанию самих объектов керамического производства, большинство из которых было сконцентрировано в двух районах: на береговой полосе в центральной части городища и на так называемом «Черепяном поле» к востоку от села Селитренное.

Наибольшее количество - восемь керамических мастерских -было обнаружено в центральной части городища. Первая из них, найденная еще при раскопках Ф.В. Баллода, представляла собой небольшую мастерскую, в которой производился поливной архитектурный декор для зданий. Ее владелец, судя по характеру находок, был достаточно обеспеченным человеком.

В том же районе находилась обширная керамическая мастерская 2 на раскопе II (площадь раскопа около 2500 кв. м.). Здесь были открыты сооружения, изменения конструкции которых позволили проследить и историю мастерской на протяжении четырех периодов. Было обнаружено более 20 гончарных горнов, несколько домов, хозяйственный участок, где хранили известь и гипс. Анализ продукции показывает, что мастерская изготавливала различные типы керамики. Горны отличаются разной степенью сохранности, и в ряде случаев (горны 14, 20, 23, 24) можно достаточно детально проследить их конструкцию: устройство фасадной части, предто-почной ямы, топочной и обжигательной камер, следы перестройки.

Другим крупным комплексом в этом районе городища является мастерская 5, обнаруженная при раскопках богатой усадьбы дворцового типа на раскопе XI. Здесь было исследовано восемь горнов. Выявленные на усадьбе следы перепланировки свидетельствуют, в частности, о том, что один из жилых домов был позже переделан в гончарную мастерскую.

В районе «Черепяного поля», удаленном от реки, начиная с 2005 г. были раскопаны части производственного комплекса: стена мастерской, два хорошо сохранившихся горна. Еще один крупный горн для обжига кирпича был обнаружен в ходе геомагнитометрических исследований городища. При обследованиях, проведенных

Ф.В. Баллодом, на поверхности были отмечены в виде холмиков следы порядка 90 горнов. Из двух других мастерских одна располагалась в дюнах к северу от села, а вторая - на берегу Соленого озера.

Выделяя общие закономерности расположения мастерских, Е.М. Пигарёв обращает внимание на то, что для гончарного производства было необходимо большое количество воды. Этому критерию отвечает расположение большинства мастерских в двух основных районах, находящихся недалеко от реки Ахтубы; также в этом районе было много искусственных водосборных бассейнов и других водопроводных систем. Мастерская, расположенная в дюнах, могла пользоваться привозной или колодезной водой (с. 102).

Кроме того, автор устанавливает ряд различий между мастерскими двух районов. Мастерские центрального района располагались на территории жилых усадеб и производили разные типы продукции. По нумизматическим материалам они относятся к периоду 1330-1390 гг. В районе «Черепяного поля» обнаружены только хозяйственные постройки, связанные с гончарным производством; в основном здесь обжигали кирпич. Время деятельности мастерской не выходит за пределы 1330-1350 гг. Эти различия, как полагает исследователь, указывают на разные формы производства.

В третьей главе Е.М. Пигарёв обобщает полученные данные, делая выводы о типах горнов, обнаруженных на городище, и о формах организации керамического производства. Прежде всего, автор кратко описывает процесс складывания центра керамического производства на Нижней Волге. Пока ханской столицей был город Булгар, гончарное дело в нем развивалось в рамках традиции, сложившейся в Волжской Булгарии. Позже, с появлением золотоо-ордынских городов Поволжья в Золотой Орде сильнее становится влияние Средней Азии. В частности, большинство типов горнов имеют среднеазиатские прототипы (с. 105). Большая часть горнов Селитренного городища относится к двухъярусным, которые делятся на две подгруппы, в зависимости от их конструкции, предполагавшей восходящее или нисходящее движение газов при обжиге посуды. Первые также подразделяются по форме на круглые, имевшие сплошное перекрытие (со столбами или без них; для обжига изделий использовались штыри на стенах) и прямоугольные, которые могли иметь арочную конструкцию. Еще одной задачей исследования было определение теплотехнических характеристик

гончарных горнов и, соответственно, уровня знаний их создателей. На основании анализа автор выделяет ряд характерных принципов сооружения горнов Селитренного городища, которые также свидетельствуют о преобладании здесь среднеазиатской гончарной традиции.

В заключительной части главы затронут вопрос о формах организации керамического производства. Три формы были выделены для Сарая еще предшествующими исследователями. Это индивидуальная мастерская с узкой специализацией (пять мастерских); усадебная мастерская с более широким ассортиментом продукции (одна мастерская); крупная усадебная мастерская (четыре мастерских). Последняя выпускала все виды поливной и неполивной посуды, в ней работали несколько десятков человек, зависимых от хозяина, богатого купца или вельможи. Автор на основании рассмотренных материалов добавляет также четвертую форму -«большое внеусадебное производство (мануфактура, фабрика), которое могло принадлежать хану или члену ханской семьи». Подобные мастерские были известны под названием «корханэ» (с. 121122). Именно к этой форме автор относит мастерскую 9 на «Черепяном поле». Время ее возникновения связано с правлением хана Узбека, когда при сильной центральной власти и урегулированном денежном обращении начался период активного развития экономики. К настоящему времени на территории Золотой Орды неизвестен другой производственный комплекс такого масштаба. Спецификой мастерской является значительное количество горнов для обжига кирпича с камерами большого объема. При этом здесь мало находок поливной посуды. По-видимому, мастерская в основном производила строительный материал в период интенсивной застройки города. После завершения основного строительства надобность в ее продукции отпала; вероятно, поэтому на ее территории неизвестны материалы второй половины XIV в.

Ремесленники мастерских других типов могли, как полагает Е.М. Пигарёв, подобно ремесленникам Египта, Ирана и Средней Азии объединяться в ремесленные организации, аналогичные европейским средневековым цехам. Мастерская 9 представляла собой иную форму организации производства, основанного на рабском труде.

В заключении кратко суммируются выводы, сделанные в ходе исследования.

Ек.Ю. Лебедева

2017.01.032. ДВУРЕЧЕНСКИЙ О.В. ХОЛОДНОЕ ОРУЖИЕ МОСКОВСКОГО ГОСУДАРСТВА XV-XVII вв. - Тула: Гос. музей-заповедник «Куликово поле», 2015. - 498 с., илл.

Ключевые слова: Московское государство, ХУ-ХУП вв.; археологические находки; вооружение войска; холодное оружие.

Монография сотрудника Государственного исторического музея, канд. ист. наук О.В. Двуреченского обобщает материал по вооружению войска Московского государства периода его становления и расцвета. Книга состоит из введения, семи глав и сводного каталога археологических находок, рассматриваемых в данном исследовании.

Во введении автор кратко обрисовывает хронологические рамки, методику исследования и другие вопросы общего характера. Источниковая база исследования включает как находки из археологических памятников, так и предметы из музейных коллекций, поступившие туда из монастырей, государственных хранилищ, частных коллекций и т.д. Многие предметы вооружения датируются в достаточно широких рамках, что дало автору основание не ограничиваться строго периодом с конца XV до начала XVII в. (от смены комплекса вооружения до появления полков «нового строя»), но выходить за его пределы, если это необходимо.

Первая глава «История изучения вооружения Московского государства конца XV - начала XVII в.» носит историографический характер. Первые исследования коллекций позднесредневеко-вого оружия в XIX в. связаны с описаниями государственных и частных коллекций. Это обусловило «описательно-каталожный характер исследований». Тогда же были предприняты первые попытки описать развитие русской военной традиции; чаще всего рассматривался вопрос о внешних влияниях. В дальнейшем к теме развития русского оружия исследователи возвращаются лишь в конце 1930-х годов. До конца 1950-х годов основной чертой подобных исследований, многие из которых сохранили свою научную ценность до сих пор, являлось изучение вооружения в контексте