Театр одного агента

Лариса Исаева: "Я за каждого актера обязательно торгуюсь — это как на рынке"

       Кино делают в первую очередь актеры. По крайней мере, так думают зрители, обращая внимание главным образом на их игру. Именно звезды и удачно подобранный актерский ансамбль приносят фильму основную кассу. То, что происходит за кадром, мало кого волнует, но часто сказывается на качестве актерской игры. Актерский агент служит буфером между продюсером и артистом: он подбирает роли, торгуется за гонорар, обеспечивает юридическую защиту и социальные условия жизни на площадке для своего клиента.

       Лариса Исаева сразу после окончания экономического факультета ВГИКа пришла на площадку ассистентом по актерам к старой своей подруге, в штат Киностудии имени Горького, на детский фильм.
       Лариса Исаева: Я поспорила с одним из своих приятелей — к тому времени достаточно маститым вторым режиссером,— что в моей картине будут сниматься те актеры, которых захочет пригласить режиссер. Но, когда речь зашла о таких актерах, как Джигарханян, Каменкова, Зиновий Гердт, надо мной все стали смеяться — мол, никогда таких актеров не уговоришь сниматься в детской картине. Тем не менее мне это удалось.
       Успех не мог не окрылить. Лариса успела поработать еще на паре картин, а потом случился 1991 год. Тогда-то, на баррикадах, кормя с подругой защитников Белого дома, и придумала она свое агентство. Назвали его "Богис" (аббревиатура от фамилий: Боголюбова, Исаева). Агентство существует и по сей день и занимается различными театральными проектами.
       Но кино и театр — все-таки разные вещи: если театр дает актеру постоянную прописку, то кормит исключительно кино, и в 1992 году Исаева открыла агентство киноактеров "Макс" (назвала по имени сына).
       Лариса Исаева: Тогда у меня не было ничего, кроме друзей. Они-то и стали моими первыми клиентами. Один из первых — Саша Балуев. Я увидела его и, работая на картине "Ричард Львиное Сердце", порекомендовала пригласить на роль Ричарда.
       С друзьями работать всегда проще: они могут простить какие-то ошибки, особенно поначалу, ведь прецедентов агентского бизнеса в России просто не было, что и как делать, я не знала. И даже когда просила друзей--директоров картин помочь мне сделать технико-экономическое обоснование агентства, многие крутили пальцем у виска, не понимая, кому это надо. Ведь есть картотека "Мосфильма". А я хотела создать некий актерский дом, куда актеры могли бы обращаться со своими проблемами, в том числе социальными и юридическими. Тогда институт продюсерства у нас только зарождался, и конечно, актеров часто "кидали", не выплачивая положенные гонорары. Я в начале своей деятельности слышала даже угрозы — когда слишком активно вставала на защиту своих клиентов. Как-то мне нужно было получить последнюю часть гонорара одного актера, для чего я поехала в офис кинокомпании, но оказалось, что вместо указанного в документах дома — пустырь. Просто классика начала 90-х.
       Сейчас, конечно, такого уже не происходит — времена изменились, хотя попытки задержать или постараться не выплатить деньги актеру время от времени случаются. Особенно если за актером не стоит мощная спина агента, "решающего все вопросы".
       Лариса Исаева: Условие о том, что последнюю часть гонорара актер должен получить перед последним съемочным днем, а если он не получает этих денег, то не входит в кадр, в достаточной мере решило проблему неплатежей. Но пришло это с опытом. Очень важно, что актер не сам идет разговаривать с продюсером. Его задача — прийти на съемочную площадку и общаться с режиссером. Актер как творческая единица не должен тратить нервы, силы и здоровье, лихорадочно раздумывая: "Сколько же я стою?" Всю ассенизаторскую работу по поводу социальных и юридических условий должен выполнять его агент или менеджер. В Америке, к примеру, есть негласное правило — актеры должны существовать на съемочной площадке в условиях не хуже, чем у режиссера-постановщика. Там на актерах не экономят, понимая, что они непосредственно влияют на качество картины. У нас же я должна выяснять, будут ли актера на съемочной площадке кормить.
       Собственно, система агентов действует во всем мире, и если в том же Голливуде у актера нет агента, это не только серьезно понижает его рейтинг, но, возможно, с ним даже разговаривать не станут, логично предполагая: если он не нужен агенту, значит, он не нужен никому.
       Хотя различия все же есть.
       Лариса Исаева: У нас своего рода комплексные услуги. Я работаю и как кастинг-агентство, куда приходят режиссеры и продюсеры подбирать актеров на роли, плюс на нас еще функция личных менеджеров, и психотерапевтов, и прочее — все, что возможно. В Голливуде существует четкое разделение: есть кастинг-агентства, работающие с кастинг-директорами картин, есть личный агент актера, обеспечивающий контракты и занятость актера, есть личный менеджер актера, сдувающий с него пылинки и делающий его жизнь комфортной. Если статус актера требуют — имеются личные гримеры, массажисты, косметологи и т. д.
       Впрочем, при гонораре в несколько миллионов долларов за роль можно себе позволить и не такое.
       Но если "там" гонорары звезд все обсуждают, они официально открыты и являются причиной гордости самого актера (мол, какой я дорогой), то в российском кинобизнесе своя специфика (может, потому, что до сих пор большая часть денег выплачивается в "конверте"). Досконально известны лишь актерские ставки советского периода: 72 рубля за съемочный день актеров с регалиями, 56 рублей — первая ставка, дальше — 26 рублей и 13 рублей, массовка получала 2,5-3 рубля.
       По крайней мере, для актерских агентств это наиглавнейшая коммерческая тайна. Их представители всячески старались уклониться от этой темы в разговорах с корреспондентом "Денег", а если и касались ее, то на условиях анонимности.
       Лариса Исаева: Как таковой гонорарной вилки у нас, как ни странно, нет, а есть договорные условия с продюсером. Ставка актера зависит прежде всего от раскрученности имени ("звездности"), объема роли, количества съемочных дней, степени интереса к роли актера, от того, какая роль — главная, второго плана...
       Твердые расценки сейчас имеются только для массовки, получающей от 300 до 500 рублей за съемочный день в надежде, что тебя когда-нибудь заметит режиссер (однако массовкой ни агентства, ни "Мосфильм" не занимаются, а продюсеры приглашают специальных бригадиров массовки с их собственной базой).
       В среднем же начинающий актер может рассчитывать на гонорар от $100 до $300.
       У звезд — совсем другие цифры, некоторые еще недавно были недоступны пониманию продюсеров, а сейчас уже вполне реальные (рассказывают, что кое-кто просит за роль в проекте $250 тысяч).

Фото: ЮРИЙ МАРТЬЯНОВ, "Ъ"
Сергей Шемаркин: "Агент не имеет права на ошибку, иначе с ним никто не будет работать"

Андрей Смирнов, президент кинокомпании Russian World Studios: Когда мы только начинали съемки "Бедной Насти" и вели переговоры с актерами, за одну из центральных ролей известный актер запросил $300 тысяч. Мы, конечно, отказались.
       Впрочем, ставка в $1-1,5 тысячи за съемочный день для еще вчера никому не известного артиста никого сейчас не удивляет. Звезды день работы оценивают в 2-5 тысяч, но таких, на счастье продюсеров, совсем немного.
       Как говорят продюсеры, Олег Меньшиков получает $7 тысяч за съемочный день, а дороже всех стоит Олег Янковский — $10 тысяч.
       Сергей Шемаркин с Ириной Апексимовой занялись актерским бизнесом в 1997 году, с создания интернет-каталога русскоязычных актеров в Америке. Через два года они выкупили всю базу у американских партнеров примерно за $5 тысяч и перенесли основную работу в Москву: к тому времени в стране начался настоящий подъем кинопроизводства. Тем не менее с их помощью Дине Корзун и Чулпан Хаматовой удалось сняться в нескольких европейских проектах.
       По словам Сергея Шемаркина, директора агентства UnionN, в Европе примерно такие же ставки, как и в России,— за полноценную роль актер может заработать $60 тысяч. В Голливуде, особенно на блокбастерах, порядок цен, конечно, другой. Но перечислить наших актеров, задействованных в их проектах, можно по пальцам одной руки: Апексимова, Николаев, Машков, Балуев.
       Лариса Исаева: Существует определенная смета фильма, выше которой, как бы ни хотелось, не прыгнуть. Так что часто величина гонораров в российском кино зависит не столько от запросов актера, сколько от финансовых возможностей продюсера. Тем не менее я за каждого актера обязательно торгуюсь — это как на рынке. Ведь мои и продюсера задачи совершенно противоположны: его — купить подешевле, моя — продать подороже. Иногда начинающему актеру я советую соглашаться пусть даже на не очень выгодные условия: новая хорошая работа позволит ему наработать базу и, соответственно, в будущем повысить ставки.
       Как утверждают независимые российские продюсеры, зарплаты актеров, как и общие сметы фильмов, во многом раздуваются благодаря активной деятельности "Первого канала". У некоторых звезд за очень хорошие деньги с "Первым" заключены эксклюзивные договоры.
       Но в основном раскрученные актеры снимаются сразу в трех-четырех проектах, кочуя из сериала в сериал, с канала на канал, так что неудивительно, когда в месяц у актера может образоваться, к примеру, сорок съемочных дней. Так что одна из важнейших агентских задач — согласование графиков. Плюс агент худо-бедно проконтролирует актера, чтобы тот не сорвал съемку.
       Сейчас, конечно, кроме самого известного "Макса" (в 90% того, что снимается в стране, как утверждает Исаева, принимают участие актеры из этого агентства) на московском рынке работает еще тройка ведущих актерских агентств. Это прежде всего Union (президент Ирина Апексимова) и агентство при студии им. Горького, в базе которого более 9 тысяч актеров. Свои собственные кастинговые подразделения имеют также многие серьезные кинокомпании и продюсерские центры ("А-Медиа", "Амаркордфильм" и пр.), как для своих нужд, так и для сторонних заказчиков.
       Тем не менее российская реальность такова, что актерских агентств в России ощутимо меньше, чем необходимо для нужд актеров, и большинство актеров вынуждено по старинке решать свои проблемы с продюсером самостоятельно.
       Отдельное место на рынке занимает актерский отдел "Мосфильма" — у него самая большая база артистов, он выполняет функцию своего рода кастинг-агентства. Заплатив 417 рублей в час, сюда может прийти режиссер или продюсер и по каталогу из 13 тысяч профессиональных и непрофессиональных актеров со всей страны подобрать типаж, максимально удовлетворяющий художественным задачам.
       Ирина Коккиниди, начальник актерского отдела "Мосфильма": К нам ежедневно приходят до двадцати человек вставать в нашу базу, надеясь попасть в кино. Конечно, мы не имеем возможности как-то поддерживать актера, заниматься его делами, но для многих, особенно из провинциальных театров, мы предоставляем пусть и небольшой, но все же шанс попасть в кино. Ведь ежедневно к нам обращаются до трех-четырех киногрупп. Каждого пришедшего к нам артиста мы фотографируем и заводим его персональную страничку в каталоге. Правда, большой минус этой базы — наличие большого процента "мертвых душ": многие клиенты постарели, сменили адреса, телефоны, а иногда и профессию. Так что часто найти нужного человека просто невозможно. Таковы издержки массовости.
       В агентствах подход индивидуальный — агент ищет работу для конкретного клиента.
       Эффективно функционируют и интернет-каталоги актеров, которые, по сути, приближаются к кастинг-агентствам. Самый популярный на рынке — filmbox.ru, существующий уже пять лет. Елена Корнейчук, генеральный директор "Фильмбокса": За размещение в нашем каталоге нам платят сами актеры, продюсеры же не платят ничего. Сейчас у нас в базе примерно тысяча актеров, идет постоянная ротация. Мы берем в базу всех желающих, если клиент не хочет указывать собственный телефон, мы даем координаты его агента или наши. Сейчас мы полностью ушли в онлайн: данные и фото нам можно выслать по электронной почте, а оплатить в Сбербанке. Размещение на год стоит в среднем $25.
       И все же, по словам Ларисы Исаевой, "наша профессия очень неблагодарная: мы своего рода мальчики или девочки для битья. На нас отрывается по полной и артист, когда у него просто плохое настроение или он считает, что агент на него плохо работает,— а он так считает практически все время. И продюсер, особенно если известный актер — твой клиент — начинает на площадке себя плохо вести. Но кто-то этим должен заниматься?"
       Стандартная ставка вознаграждения агента — 10% от гонорара актера. И поэтому вполне естественно, что чем больше у агента хороших и постоянно востребованных клиентов, тем ему лучше и выгоднее. Однако в агентство "Макс" попасть может далеко не каждый актер, или, точнее, Исаева берет далеко не всех. Это надо заслужить.
       Лариса Исаева: Наверное, я несколько неправильно поступаю, но я работаю с теми, в кого я влюбляюсь. Мне интересна прежде всего человеческая личность. Одновременно — с известными, раскрученными актерами. Но у меня и молодежи много: специально хожу на дипломные спектакли и, если мне актер понравился, сразу подхожу. Да с ними и проще работать, в отличие от старшего поколения, выросшего в Союзе и потому самодостаточного, привыкшего все проблемы решать самостоятельно. Попасть ко мне действительно очень сложно, но, если человек мне интересен, я сама могу предложить поработать. Но если у актера после первых двух-трех работ начинает ехать крыша — а такое бывает очень часто, к сожалению, испытание славой многие не выдерживают,— приходится расставаться, какой бы ни был актер гениальный. Все бывает иначе, если актер разумно и реально принимает мои рекомендации по поводу гонораров, когда я говорю — давай вырабатывать стратегию твоей карьеры, и ты будешь известным и знаменитым. Если же ты хочешь все сразу и сейчас, тебя потом просто не пригласят.
       По словам Исаевой, одна из главных проблем в ее бизнесе — недостаток кадров: в агентстве "Макс" работают всего пять человек, включая гендиректора. Столько же в Union.
       Лариса Исаева: За эти несчастные 10% от тех гонораров, которые получают наши актеры, и в сериалах особенно, так как там бюджеты еще меньше, чем в кино,— мало кто идет в профессию агента. Но главное — мало кто выдерживает наш ритм: 24 часа в сутки, в постоянном стрессе. Актерский менеджер должен воплощать симбиоз качеств. Во-первых, он сам должен быть хорошим актером, играть с продюсером, выторговывая наилучшие условия для своего подопечного, и обязательно победить. Он также должен быть хорошим психологом, улавливать настроение как продюсера, так и актера. Плюс основы юридических знаний, так как у нас актеры существуют в поле смежных авторских прав. И главное — знать законы взаимоотношений в кинобизнесе, а они весьма специфические. К тому же этот бизнес весьма закрытый, и человеку со стороны пробиться в него сложно.
       Сергей Шемаркин: В этом бизнесе во всем мире очень важны личные связи. Агент не имеет права на ошибку, в противном случае с ним никто больше не будет работать. Многое зависит от репутации. Ежегодно в одной Москве открывается как минимум несколько актерских агентств. Дилетанты думают — сейчас наберем актерскую базу и будем стричь купоны. Но все не так просто, к новым людям все относятся настороженно. И многие просто разоряются.
       Исаева вынуждена ограничивать число своих актеров: число клиентов у нее крутится вокруг цифры 300, в Union — 500. С большим числом актеров трем-пяти менеджерам просто не справиться.
       Что касается других нюансов функционирования актерских агентств, то существуют две системы: актер имеет эксклюзивный договор с агентом, или же он волен сам принимать решение, участвует ли он в проекте и на каких условиях. У "Макса" — эксклюзивные договоры, но для России это скорее исключение.
       Лариса Исаева: Если актер напрямую договаривается с продюсером, я тут же разрываю с ним контракт — это мой принцип. Я сразу договариваюсь с актером, устраивают его такие условия сотрудничества или нет. Хотя, конечно, бывают отдельные личные исключения, но правило все же такое: или ты со мной, или без меня. Многие актеры то приходят, то уходят — это такой постоянный поток. Это нормально. Если же актером занимается сразу несколько агентств, сразу возникают вопросы: а кто будет вести переговоры по поводу контракта, кто имеет право на эти несчастные проценты? Меня спрашивают — почему ты не издаешь каталог. А смысл? Когда база постоянно меняется...
       Сергей Шемаркин: Если агентство претендует на эксклюзивность прав на актера, то, соответственно, должно оплачивать его простои. В противном случае актер просто может терять часть работы, которую в это время для него нашло другое агентство. На самом деле для актеров сейчас полно работы, ведь примерно раз в неделю запускается какой-нибудь новый проект. За год успевает сняться каждый третий актер из нашего агентства. Основа нашей базы — это молодежь до 30 лет (вообще-то в России молодым считается актер до 40 лет, в Голливуде — до 30). Но любому актеру желательно сделать себе имя до 30, потом будет гораздо сложнее. Сейчас снимают актеров до 40 лет, после 40 мало кто остался — кто спился, кто ушел из профессии.
       Интересно, что многие актерские агенты затем перерождаются в продюсеров, и весьма успешных. Лариса Исаева и сама пошла таким путем и уже продюсирует свой третий проект.
       Лариса Исаева: Наверное, для того чтобы быть полезным актерам — своим клиентам, я и создала свою кинокомпанию, так как кто, как не я, знает востребованность и возможности своих актеров... Ведь что в первую очередь делает картину коммерчески удачной? Грамотно сложенный актерский ансамбль. Зритель-то прежде всего обращает внимание на игру актеров. И только если актеры по своей психофизике монтируются в кадре, получается удачная картина.
       Сергей Шемаркин: Если театр — это кропотливый труд, то кино — прежде всего лотерея. Многое зависит от случая: иногда идешь по коридору, а тебе говорят — ой, зайдите! Вы нам подходите!
ДМИТРИЙ ТИХОМИРОВ