Экономика и управление межрегиональной диференциацией

14. Kuzin D. A. Rezul'tati integratsii rossiyskih kompaniy v mezhdunarodnie tsepochki postavok (The results of the integration of Russian companies in international supply chains), Innov: elektronniy nauchniy zhurnal, 2015. No. 3 (24). [Elektronniy resurs]. Rezhim dostupa: http : //www .innov.ru/science/economy/rezul-taty-integratsii-rossiyskikh-k/

15. Loskutova A. N., Chekaldin A. M. Ispol'zovanie kontseptsii berezhlivogo proizvodstva v menedzhmente organizatsii (Using the concept of lean management in organizations), Sovremennye tendentsii v ekonomike, upravlenii i uchete: teoriya i praktika. Materialy Vserossiiskoi nauchno-prakticheskoi konfer-entsii s mezhdunarodnym uchastiem studentov i mo-lodykh uchenykh, Nizhnii Novgorod: NGSKhA, 2014, pp.158-161.

16. Kizim A. A., Aretova E. V., Kozir' N. S. Fi-nansovoe regulirovanie gosudarstvenno-chastnogo partnerstva i ego vliyanie na razvitie transportno-logisticheskoy sferi (Financial regulation for public-private partnership and its influence on the development of the transport and logistics sector), Ekonomika ustoychivogo razvitiya. 2015. No. 3 (23). pp. 201-216.

17. Koshechkin S. A. Shest' problem v optimi-zatsii biznes-protsessov otdelov prodazh na b-2-b-rynkakh (Six challenges in optimizing business pro-

cesses in the sales departments of b-2-b-markets), Menedzhment segodnya, 2013, No. 6, pp. 44-51.

18. Klubnichkina Yu. Opisanie biznes-protsessov predpriyatiya (Description of business processes), Menedzhment segodnya, 2005, No. 5, pp. 38-42.

19. Tikhomirov A. A. Sovershenstvovanie protsedury upravleniya postavkami pri zakupke syr'ya i materialov v pishchevoi otrasli (Improving supply management procedures in the procurement of raw materials in the food industry), Pishchevaya promyshlennost', 2016, No. 5, pp. 30-33.

20. Lontsikh N. P., Baiborodin B. A. Supply chain management: methods and tools for food production safety and risks minimization, Aktual'ni problemi ekonomiki, 2015, No. 6, pp. 138-144.

21. Harlamova I. YU. Osobennosti marketinga uslug (Features of marketing of services), Ekonomika i upravlenie: analiz tendentsiy i perspektiv razvitiya.

2013. No. 4-1. pp. 127-131.

22. Pugovkina L. V. Otsenka effektivnosti upravleniya postavkami na predpriyatii (Evaluation of the efficiency of supply management at the enterprise), Azimut nauchnykh issledovanii: ekonomika i upravlenie,

2014, No. 3, pp. 87-90.

Дата поступления статьи в редакцию 21.10.2016.

08.00.05 УДК 338.2

ЭКОНОМИКА И УПРАВЛЕНИЕ МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЙ ДИФЕРЕНЦИАЦИЕЙ

© 2017

Кривошлыков Владимир Сергеевич, кандидат экономических наук, доцент кафедры «Менеджмент» Курская государственная сельскохозяйственная академия имени И. И. Иванова, Курск

Аннотация. Введение. Статья посвящена исследованию межрегиональной дифференциации субъектов Российской Федерации, её глубины и структуры.

Материалы и методы. Источником информации послужила Центральная база статистических данных (ЦБСД) Федеральной службы государственной статистики. В качестве показателей, характеризующих степень межрегиональной дифференциации, использовались следующие: коэффициенты Джини и Фондов - как показатели, характеризующие степень экономического неравенства регионов; размах вариации, стандартное отклонение, коэффициенты осцилляции, вариации, дифференциации - как показатели, характеризующие вариацию данных по выборке; валовой региональный продукт на душу населения и покупательная способность денежных доходов населения - как показатели, характеризующие уровень экономического развития региона.

Результаты. Проведя анализ степени межрегиональной дифференциации набором показателей, было установлено, что за период с 2000 по 2015 годы в регионах Российской Федерации наблюдается тенденция к сглаживанию межрегиональных различий. Несмотря на наличие этой тенденции, различия в уровнях социально-экономического развития регионов остаются весьма существенными, в частности, по показателю «коэффициент Джини» различие достигает 0,093 единиц (0,432 - г. Москва и 0,0339 - Тверская область); по показателю «коэффициент Фондов» различия достигают 8,7 единиц (18,0 - это разница между доходами самых богатых и самых бедных граждан в городе Москва и 9,3 - Тверская область); по показателю «уровень

ВРП на душу населения» различия достигают 4,06 млн руб. (4,25 млн руб. приходится на одного жителя Ненецкого автономного округа и 0,19 млн руб. на жителя Псковской области); по показателю «покупательная способность населения» различия достигают 2,96 величин прожиточного минимума (то есть 4,54 величины прожиточного минимума на свои средние доходы позволяет себе приобрести житель Тюменской области и только 1,58 величины прожиточного минимума может позволить себе житель Республики Карелия); по показателю уровня бедности населения различия достигают 31,2 % (38,8 % населения проживают за чертой бедности в Республике Тыва и 7,6 % в Республике Татарстан); при этом анализируя доходы различных социальных слоев населения России, становится ясным, что богатеет только самая состоятельная группа населения страны.

Ключевые слова: агропродовольственный рынок, качество и уровень жизни, межрегиональная дифференциация, межрегиональные различия, показатели дифференциации, регион, региональная дифференциация, социальное неблагополучие, экономическая безопасность, экономическое неравенство, экономическое развитие.

ECONOMICS AND MANAGEMENT OF INTERREGIONAL DIFFERENTIATION

© 2017

Krivoshlykov Vladimir Sergeevich, the candidate of economic sciences, the associate professor of the chair «Management» Kursk State Agricultural Academy named after 1.1. Ivanov, Kursk

Annotation. Introduction. The article investigates the regional differentiation of the Russian Federation, its depth and structure.

Materials and methods. The source of information served as a central statistical database of the Federal State Statistics Service. The indicators characterizing the degree of inter-regional differentiation, the following: Gini coefficients and the Fund - a long-exponent characterizing the degree of economic inequality of regions; the scope of variation, standard deviations, the oscillations of the coefficients of variation, differentiation - as indicators characterizing the variation in the sample data; gross regional product per capita and purchasing power of the incomes of the population - as indicators characterizing the level of economic development of the region.

Results. After analysis of the degree of inter-regional differentiation of a set of indicators, it was found that during the period from 2000 to 2015 in the regions of the Russian Federation there is a tendency to smooth out regional disparities. Despite the existence of this trend, the differences in levels of socio-economic development of regions remain significant, especially in terms of «Gini coefficient» distinction reaches 0,093 units (0.432 - Moscow and 0,0339 - Tver region); in terms of the «coefficient of the Funds» differences reach 8,7 units (18,0 - is the difference between the incomes of the richest and poorest citizens in Moscow and 9,3 - Tver region); in terms of «the level of GDP per capita» differences reach 4,06 million rubles (4,25 million rubles per one inhabitant of the Nenets Autonomous region and 0,19 million rubles for the residents of the Pskov region); in terms of «purchasing power» differences reach 2,96 minimum subsistence level (i. e. 4,54 minimum subsistence level on their average income to purchase a resident allows himself the Tyumen region, and only 1,58 minimum subsistence level can afford a resident of the Republic of Karelia); in terms of the level of poverty of the population differences reached 31,2 % (38,8 % of the population live below the poverty line in the Republic of Tyva and 7,6 % in the Republic of Tatarstan); while analyzing the incomes of different social strata of the Russian population, it is clear that only the wealthy richer group of the population. To ensure sustained socio-economic development of the country, it is necessary to reduce the differences in regional development levels, ensuring equal opportunities for the potential growth of the Russian Federation.

Keywords: agro food market, the quality and level of life, inter-regional differentiation, regional differences, differentiation indices, region, regional differentiation, social disadvantage, economic security, economic inequality, economic development.

Формулировка проблемы

Современное состояние российской экономики во многом определяется ее пространственно-географическими факторами, в числе которых наиболее важными являются огромная (по Европей-

ским меркам) территория, суровые климатические условия, неравномерное расселения населения по территории страны, большое этнокультурное разнообразие, большие расстояния между источником и местом переработки (использования) природных

ресурсов. В последнее десятилетие особенно ярко стала проявляться проблема чрезмерного разрыва в уровне и качестве жизни населения страны, что представляет собой серьезную опасность для экономической безопасности России в целом и для отдельных ее регионов в частности. Решение этой проблемы требует, во-первых, снижения социальной напряженности, во-вторых, выравнивания уровня благосостояния населения, в-третьих, создания индикативной системы оценки уровня экономической опасности.

Для выработки подобной индикативной системы оценки необходимо сформировать систему показателей, отражающих уровень межрегионального экономического неравенства качества жизни населения. В данной работе осуществлен анализ межрегионального уровня неравенства качества жизни населения России за последние 16 лет с использованием следующих социально-экономических индикаторов:

а) коэффициенты Джини и фондов;

б) валовой региональный продукт на душу населения;

в) покупательная способность денежных доходов населения (рассчитанная исходя из величины прожиточного минимума в среднедушевых денежных доходах населения);

г) доля доходов среднеобеспеченного населения;

д) доля населения с доходами ниже величины прожиточного минимума.

Анализ проводился по 83 субъектам Российской Федерации, а также в разрезе по 8 федеральным округам.

Цель исследования. Анализ уровня межрегионального экономического неравенства качества жизни населения России, как важнейшего фактора экономической безопасности страны. Период исследования составил 16 лет: с 2000 года по 2015 год включительно.

Материалы и методы исследования

Источником информации послужила Центральная база статистических данных (ЦБСД) Федеральной службы государственной статистики [1].

Коэффициент Джини (КД) (равен 0, когда все население имеет одинаковый доход и равен 1, когда весь доход принадлежит одному человеку) отражает фактическое распределение общего объема доходов населения от их равномерного распределения.

п п

Ка = 1 - Х;Сит У; + ^ Х;У; ,

где KG - коэффициент Джини; X; - доля населения, принадлежащая к i-й социальной группе в общей численности населения; Y; - доля доходов, сосредоточенная у i-й социальной группы населения; n - число социальных групп; cum y; - кумулятивная доля дохода.

Коэффициент фондов (КФ) отражает степень экономического расслоения общества и рассчитывается как отношение между доходами 10 % наиболее обеспеченных жителей страны и 10 % наименее обеспеченных жителей страны.

x.

Kf =

x.

где К - коэффициент фондов; X; - значение средних уровней денежных доходов в 7-й децильной группе; XJ - значение средних уровней денежных доходов в]'-й децильной группе.

Валовой региональный продукт (ВРП) на душу населения в обобщенном виде отражает экономическое состояние региона, представляет собой валовую добавленную стоимость товаров и услуг, созданную резидентами региона.

Покупательная способность денежных доходов населения (ПСДДН) отражает потенциальные возможности населения по приобретению товаров и услуг. В данной работе она рассчитана как количество величин прожиточного минимума (ВПМ), помещающихся в среднедушевых денежных доходах.

Доля среднеобеспеченного населения. Федеральной службой государственной статистики РФ ведется учет показателя «Распределение общего объема денежных доходов по 20-ти процентным группам населения, в % к итогу». В данной работе считается, что люди, с доходом, попадающим в две верхние группы, являются высокообеспеченным населением. А люди с доходом, попадающим в две низшие группы, являются низкообеспеченным населением. Среднеобеспеченной группой является третья группа, которая представляет так называемый «средний класс» российского общества (рис. 1). Принято считать, что именно «средний класс» любого общества является фундаментом стабильности и основой для поступательного социально-экономического развития. В работе осуществлен анализ изменения в динамике за последние 16 лет этого класса населения.

Доля населения с доходами ниже величины прожиточного минимума. В литературе также встречается название - уровень абсолютной бедности. Учитывается Федеральной службой государственной статистики РФ.

i =1

i =1

Первая

Вторая

Третья

Четвертая

Пятая

э-i

f N

Низкообеспеченные

группы населения

ч /

«Средний класс»

Высокообеспеченные группы населения

Рисунок 1 - Распределение общего объема денежных доходов по 20-процентным группам населения, в % к итогу

Таблица 1 - Показатели вариации региональных значений

Показатель Формула расчета показателя

Размах вариации R = Xmax - Xmin

Стандартное отклонение О = V E(- ^ f Z f

Коэффициент осцилляции Vr = (Xmax -Xmin)/X

Коэффициент вариации Va=af X

Коэффициент дифференциации R = Xmax / Xmin

Здесь: X_ и X  - наибольшее и наименьшее

Шал Ш1П

значения соответствующего показателя; х - среднее значение показателя; х - варианты значений данного показателя; £ - численность населения в регионе;

i = 1, 2, ... п - число регионов.

Результаты и обсуждения

Первым показателем, на основании которого мы будем осуществлять анализ межрегиональной дифференциации, является коэффициент Джини, изменение в динамике которого позволяют оценить уровень экономического неравенства населения в регионах РФ. Для более полной и детальной оценки уровня экономического неравенства нами был осуществлен анализ вариации выбранного показателя с использованием коэффициентов, приведенных в таблице 1.

Расчетные данные показателей вариации уровня экономического неравенства (по коэффици-

енту Джини) представлены в таблице 2. Размах вариации уровня экономического неравенства по всем субъектам РФ снизился за рассматриваемый период на 0,226. Это означает, что разница между самым большим значением коэффициента Джини и самым маленьким значением этого коэффициента с течением времени уменьшалась, что говорит о выравнивании/сглаживании уровня экономического неравенства. Расчетные значения стандартного отклонения подтверждают вывод о снижении разрыва в уровне экономического неравенства, за рассматриваемые 16 лет стандартное отклонение генеральной совокупности уменьшилось на 0,022. Уменьшение коэффициента осцилляции за рассматриваемые 16 лет составило 0,671, а снижение коэффициента вариации составило 0,067. Подтверждает вывод о снижении межрегиональной дифференциации по уровню экономического неравенства снижение коэффициента дифференциации, которое составило 0,882.

Таблица 2 - Показатели вариации уровня экономического неравенства

в субъектах РФ, 2000-2015 гг.

Показатель 2000 2005 2010 2015

Размах вариации 0,319 0,245 0,148 0,093

Стандартное отклонение 0,044 0,037 0,026 0,022

Коэффициент осцилляции (раз) 0,915 0,655 0,376 0,244

Коэффициент вариации (раз) 0,126 0,099 0,066 0,059

Коэффициент дифференциации (раз) 2,156 1,775 1,415 1,274

Приведенные в таблице 2 расчетные значения показателей вариации однозначно свидетельствуют о том, что за последние 16 лет между всеми субъектами Российской Федерации наблюдалось снижение межрегиональной дифференциации по уровню экономического неравенства (коэффициент Джини).

Основные коэффициенты, характеризующие степень экономического неравенства (рассчитанного по коэффициенту Джини), однозначно позволяют сделать вывод о том, что межрегиональные барьеры сглаживаются, и величина экономического неравенства снижается. Однако среди федеральных округов

РФ — о,

На рисунке 2 графически изображены максимальные и минимальные значения коэффициентов Джини по федеральным округам в 2015 году. Совершенно очевидно, что уровень экономического неравенства по России остается достаточно высоким. Самые большие разрывы наблюдаются в Центральном и Северо-Западном федеральных округах. Для отражения уровня экономического неравенства часто

За весь рассматриваемый период времени значения расчетных коэффициентов уменьшались, такой важный показатель, как размах вариации, снизился на 31,5 пунктов. Коэффициент дифференциации с 2000 года по 2015 год уменьшился в 5,655 раз. Всё это однозначно говорит об сглаживании межрегиональных различий между различными

РФ ситуация не одинакова, в частности, в СевероКавказском и Дальневосточном федеральных округах не наблюдается тенденции к снижению экономического неравенства. Коэффициент дифференциации по Северо-Кавказскому федеральному округу увеличился за рассматриваемый период с 1,161 до 1,179. Это говорит об увеличении экономического неравенства регионов, входящих в состав федерального округа. Аналогичная тенденция складывается и по Дальневосточному федеральному округу, коэффициент дифференциации увеличивается с 1,145 до 1,148.

используют еще один коэффициент, а именно коэффициент Фондов. Имеются данные, согласно которым разрыв между самым богатым и самым бедным слоем населения не должен превышать (8—10): 1 [2, с. 23]. В таблице 3 представлены расчетные коэффициенты, характеризующие динамику уровня экономического неравенства (рассчитанного посредством коэффициента Фондов) в субъектах РФ.

регионами, однако значения коэффициента Фондов всё ещё находятся на высоком уровне.

В частности, на рисунке 3 графически изображены максимальные и минимальные значения к о эффициентов Фондов. Это позволяет наглядно продемонстрировать величину экономического неравенства между регионами Российской Федерации.

0,450

412

0,430

' 0,4"Г0"

0,390 0,370 0,350 0,330 0,310 0,290 0,270

0,432 0,425

г. Москва Ненецкий авт. округ 0 4^4

Краснодарский край

0,401

Чеченская Респ. 0 426

Пермский край

0,429 0,411

Тюменская обл. Сахалинская обл. 0,408 Омская обл.

0,358 Волгоградская обл.

0,339 0,340

Тверская обл. Респ.Карелия

0,356

о 340 Чувашская Респ. Респ. Ингушетия

0,369 Челябинская обл.

0,354 Респ. Алтай 0,358

Еврейская авт.обл.

ЦФО

СЗФО

ЮФО

СКФО

ПФО

УФО

СФО

ДВФО

Рисунок 2 - Максимальные и минимальные значения экономического неравенства (коэффициент Джини) в разрезе по федеральным округам, 2015 г.

Таблица 3 - Показатели вариации уровня экономического неравенства

в субъектах РФ, 2000-2015 гг.

Показатель 2000 2005 2010 2015

Размах вариации 40,2 29,2 17,8 8,7

Стандартное отклонение 4,877 3,977 2,891 2,084

Коэффициент осцилляции (раз) 3,845 2,379 1,281 0,686

Коэффициент вариации (раз) 0,466 0,324 0,208 0,164

Коэффициент дифференциации (раз) 7,590 4,696 2,695 1,935

Самый большой разрыв между регионами наблюдается в Центральном федеральном округе, коэффициент вариации равен 8,7 единицам. Максимальное значение коэффициента фондов наблюдалось в городе Москва (18,00), при нормативном значении,

РФ —15,6

Негативной тенденцией является ёщё и тот факт, что в двух из восьми федеральных округов минимальное значение коэффициента Фондов выше нормативного значения. Это Южный федеральный округ (Волгоградская область - 11,10) и Уральский федеральный округ (Челябинская область - 11,40). Несмотря на наличие тенденции к выравниванию уровня экономического неравенства, межрегиональные значения этого показателя в субъектах РФ всё ёщё высокие.

Важнейшим показателем, характеризующим уровень экономического развития региона, является

равном 8,00-10,00. Также из рисунка видно, что все максимальные значения коэффициента Фондов по субъектам РФ выше норматива, и поэтому средний показатель коэффициента Фондов в целом по стране равен 15,60.

величина ВРП в данном регионе и её динамика во времени. В таблице 4 представлены значения показателей, характеризующих вариацию ВРП по субъектам РФ. Коэффициент осцилляции, вариации и дифференциации увеличились за весь рассматриваемый период, что говорит о возрастании межрегиональной дифференциации по величине ВРП на душу населения. В частности коэффициент осцилляции увеличился с 5,197 в 2000 году до 9,456 в 2014 году, коэффициент вариации увеличился с 0,745 в 2000 году до 1,348 в 2014 году, коэффициент дифференциации возрос с 26,533 в 2000 году до 40,881 в 2014 году.

Рисунок 3 - Максимальные и минимальные значения экономического неравенства (коэффициент Фондов) в разрезе по федеральным округам, 2015 г.

Таблица 4 - Показатели вариации уровня ВРП на душу населения в субъектах РФ, 2000-2014 гг.

Показатель 2000 2005 2010 2014

Размах вариации 170 250,0 655 773,2 929 016,8 4 148 388,6

Стандартное отклонение 24 412,8 85 249,9 168 740,5 591 493,1

Коэффициент осцилляции (раз) 5,197 6,649 4,235 9,456

Коэффициент вариации (раз) 0,745 0,864 0,769 1,348

Коэффициент дифференциации (раз) 26,533 38,612 20,259 40,881

Самый большой разрыв между регионами по величине ВРП наблюдался в Северо-Западном федеральном округе, размах вариации составлял 4 066 882,0 руб. Также значительные различия в уровнях экономического развития наблюдались в Уральском федеральном округе (размах вариации -2 791 876,6 руб.). По четырем из семи федеральным округам наблюдаются незначительные разрывы в уровне ВРП на душу населения, что является положительной тенденцией.

В самом общем виде покупательная способность населения, как экономический показатель, отр ажает потенциальную возможность населения по приобретению товаров и услуг. В данном исследовании под покупательной способностью понимается количество величин прожиточного минимума, «помещающихся» в среднедушевых денежных доходах. То есть сколько величин прожиточного минимума включает денежный доход человека.

Расчетные данные таблицы 5 свидетельствуют о том, что дифференциация регионов по этому показателю снижалась с течением времени, так коэффи-

циент дифференциации уменьшился с 9,129 до 2,867. Это говорит о сглаживании межрегиональных различий величины покупательной способности населения.

Таблица 5 — Показатели вариации величины покупательной способности населения в субъектах РФ

Показатель 2000 2005 2010 2014

Размах вариации (количество ВПМ) 3,7 4,3 3,3 3,0

Стандартное отклонение (количество ВПМ) 0,599 0,754 0,619 0,589

Коэффициент осцилляции (раз) 2,549 1,999 1,234 1,047

Коэффициент вариации (раз) 0,416 0,352 0,230 0,209

Коэффициент дифференциации (раз) 9,129 5,403 3,174 2,867

5,00 4,50 4,00

РФ—3,19 3'50

3,00 2,50 2,00 1,50 1,00 0,50 0,00

3,94

3 92 г" Санкт-Петербург г.Москха 3,46

Крас ко яарский край

3,12 Респ. Дагестан

4,54

_ Тюменская обп. 4,06 Респ. Татарстан

2,36 Костромская обп.

2,19 Пскокская обп.

3,81

Чукотский ахт. округ

3,16 Омская обп.

2,38

2,19 Курганская обп. 2 эд Респ. МарийЭп  2 06

Респ Ингушетия Ехрейская ахт. обп.

1,61

1,58 Респ. Тиха

Респ. Калмыкия

ЦФО

СЗФО

ЮФО

СКФО

ПФО

УФ О

СФО

ДВФО

Рисунок 4 - Максимальные и минимальные значения величины покупательной способности населения в разрезе по федеральным округам, 2014 г.

Как видно из рисунка 4, разрывы в величине покупательной способности населения по федеральным округам примерно равные. Средний размах вариации равняется 3,0 по итогам 2014 года. Тенденция к снижению межрегиональных разрывов величины покупательной способности населения наблюдается по всем федеральным округам, кроме Южного федерального округа.

Количество бедного населения оказывает огромное влияние на развитие страны. Статистиче-

ски, бедным населением принято считать людей, с доходами ниже величины прожиточного уровня. В таблице 6 представлены показатели, отражающие вариацию уровня бедности населения по субъектам РФ. За весь рассматриваемый период времени наблюдается тенденция к снижению межрегиональных различий в уровне бедности населения. Так коэффициент дифференциации снизился с 8,495 до 5,105.

Таблица 6 - Показатели вариации уровня бедности населения в субъектах РФ, 2000-2015 гг.

Показатель 2000 2005 2010 2015

Размах вариации, % 83,2 53,4 28,4 31,2

Стандартное отклонение, % 14,549 9,067 4,719 5,617

Коэффициент осцилляции (раз) 2,013 2,392 1,884 2,043

Коэффициент вариации (раз) 0,352 0,406 0,313 0,368

Коэффициент дифференциации (раз) 8,495 7,935 4,890 5,105

Графически, разрывы между максимальными и минимальными значениями уровня бедности по федеральным округам представлены на рисунке 5. Из рисунка ясно, что, несмотря на общероссийскую тенденцию к снижению межрегиональных различий по уровню бедности, разрывы между регионами всё ёщё остаются значительными. Средний коэффициент вариации, то есть разница между максимальным

и минимальным значением уровня бедности, по итогам 2015 года составляет 31,2 %. Это довольно внушительная величина. Самый низкий размах вариации наблюдается в Центральном федеральном округе, по итогам 2015 года он составил 8,8 %, это говорит о том, что данный федеральный округ является наиболее однородным по уровню бедности населения.

Рисунок 5 - Максимальные и минимальные значения уровня бедности населения в разрезе по федеральным округам, 2015 г.

Исследование величины доходов населения и изменения их в динамике является важным этапом большинства экономических работ. В данном исследовании изучается величина доходов так называемого «среднего класса» российского общества. В таблице 7 представлены показатели вариации доли денежных доходов среднеобеспеченной группы населения по субъектам РФ. Из данных таблицы становится ясно, что за рассматриваемый период времени

наблюдается тенденция к сглаживанию межрегиональных различий по величине доходов, приходящихся на «средний класс» российского общества.

В результате исследования была выявлена закономерность: чем выше благосостояние региона, тем степень распределения денежных доходов среди населения неравномернее и чем «беднее» регион, тем степень распределения денежных доходов среди населения будет равномернее.

Таблица 7 - Показатели вариации доли денежных доходов среднеобеспеченной группы населения в субъектах РФ, 2000-2015 гг.

Показатель 2000 2005 2010 2015

Размах вариации, % 8,4 6,8 3,8 2,0

Стандартное отклонение, % 1,052 0,921 0,618 0,496

Коэффициент осцилляции (раз) 0,513 0,429 0,246 0,127

Коэффициент вариации (раз) 0,065 0,058 0,040 0,032

Коэффициент дифференциации (раз) 1,894 1,660 1,304 1,137

Рисунок 6 - Максимальные и минимальные значения доли денежных доходов среднеобеспеченной группы населения в разрезе по федеральным округам, 2015 г.

На рисунке 6 графически изображены разрывы между процентной долей денежных доходов, приходящихся на самый «богатый» и самый «бедный» «средний класс».

В верхней части графика представлены регионы с невысоким уровнем экономического развития (Тверская область, Псковская область, Республика Ингушетия, Курганская область), то есть, попросту

говоря, «бедные» регионы. А в нижней части графика представлены регионы с высоким уровнем экономического развития (город Москва, Ненецкий автономный округ, Тюменская область, Сахалинская область), то есть это «богатые» регионы. Никакого противоречия здесь нет. Просто в более богатых регионах денежные доходы распределяются неравномерно, а в менее богатых регионах распределение денежных доходов происходит равномернее. Поэтому в процентном отношении на «средний класс» Тверской области приходится больше денежных доходов, чем на «средний класс» жителей города Москва.

В целом по России, за весь рассматриваемый период времени с 2000 по 2015 год включительно, не произошло увеличения в процентном выражении доли доходов «среднего класса» российского общества. В 2000 году денежных доходов на «средний класс» приходилось 15,1 %, в 2015 году эта величина осталась прежней - 15,1 %. В то время как на долю самой богатой группы населения России в 2000 году приходилось 46,7 % всех денежных доходов страны, а в 2015 году на долю этой же группы населения приходится уже - 47,0 %. Богатеет в российском обществе только самый обеспеченный социальный слой.

Выводы

Одним из важнейших факторов, сдерживающим поступательное экономическое развитие региона, является межрегиональная дифференциация, то есть существенные разрывы в уровне социально-экономического состояния разных регионов, образующих единое пространство страны. Проведя анализ степени межрегиональной дифференциации набором показателей, было установлено, что за период с 2000 по 2015 годы в регионах Российской Федерации наблюдается тенденция к сглаживанию межрегиональных различий. Несмотря на наличие этой тенденции, различия в уровнях социально-экономического развития регионов остаются весьма существенными, в частности по показателю «коэффициент Джини» различие достигает 0,093 единиц (0,432 - г. Москва и 0,0339 - Тверская область); по показателю «коэффициент Фондов» различия достигают 8,7 единиц (18,0 - это разница между доходами самых богатых и самых бедных граждан в городе Москва и 9,3 - Тверская область); по показателю «уровень ВРП на душу населения» различия достигают 4,06 млн руб. (4,25 млн руб. приходится на одного жителя Ненецкого автономного округа и 0,19 млн руб. на жителя Псковской области); по показателю «покупательная способность населения» различия достигают 2,96 величин прожиточного минимума (то есть 4,54 величины прожиточного минимума на свои средние доходы позволяет себе

приобрести житель Тюменской области и только 1,58 величины прожиточного минимума может позволить себе житель Республики Карелия); по показателю уровня бедности населения различия достигают 31,2 % (38,8 % населения проживают за чертой бедности в Республике Тыва и 7,6 % в Республике Татарстан); при этом анализируя доходы различных социальных слоев населения России, становится ясным, что богатеет только самая состоятельная группа населения страны. Для обеспечения поступательного социально-экономического развития страны необходимо снизить различия в уровнях развития регионов, обеспечив возможности для равного потенциального роста всех субъектов Российской Федерации.

Публикация подготовлена в рамках поддержанного РГНФ научного проекта № 16-32-00030.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Центральная база статистических данных (ЦБСД) Федеральной службы государственной статистики [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://cbsd.gks.ru/, свободный

2. Россия на пути к современной динамичной и эффективной экономике / Доклад под ред. академиков А. Д. Некипелова, В. В. Ивантера, С. Ю. Глазьева, М. : Российская академия наук, 2013.

3. Губанова Е. В. Меры государственной политики по решению задачи импортозамещения продукции продовольствия // В сборнике: Финансово-кредитный механизм регулирования экономики: от теории к практике : сборник материалов I Международной научно-практической конференции преподавателей вузов, аспирантов и специалистов-практиков. 2016. С. 171-176.

4. Худякова Т. А., Шарипова Т. И. Анализ динамики развития рынка продовольственных товаров: российский и мировой аспект // Сервис: экономика, техника, образование. Челябинск, 2016. С. 102-107.

5. Санакоева Д. К., Караева Т. А. Инвестиционная политика региона // В сборнике: Социально-экономическое развитие региона в условиях модернизации : Материалы Всероссийской межвузовской научно-практической конференции преподавателей и студентов. 2015. С. 195-203.

6. Темираев В. Х., Санакоева Д. К. Сравнительный анализ инвестиций в основной капитал АПК в СКФО // Известия Горского государственного аграрного университета. 2011. Т. 48. № 2. С. 213-216.

7. Санакоева Д. К., Гезимиев А. С. Продовольственная безопасность России: проблемы и тенденции // Экономика и предпринимательство. 2015. № 12-2 (65-2). С. 246-249.

8. Мазур Л. В. Теоретические аспекты регионального антикризисного управления в современных условиях // Территория науки. 2014. № 4. С.94-108.

9. Лунёва Н. А. Проблемы и перспективы региональной политики в России // Территория науки. 2013. № 6. С. 56-59.

10. Гущина И. А., Кондратович Д. Л., Поло-женцева О. А., Яковчук А. А. Некоторые аспекты социальной адаптации населения арктического региона (по результатам социологических исследований в Мурманской области) // ИТ-портал, 2016. № 4 (12) [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: //itportal.ru/science/economy/nekotorye -aspekty-sotsialnoy-adapta/

11. Вазьянский А. М., Обыденнова С. Ю. О потенциале международного сотрудничества российских предприятий // Иннов: электронный научный журнал, 2015. № 1 (22) [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.innov.ru/science/econo-my/o-potentsiale-mezhdunarodnogo-sotrudnichestva-rossiyskikh-predpri/

12. Козырь Н. С., Толстов Н. С. Взаимосвязь денежно-кредитной политики рф и темпов экономического роста // Экономика и предпринимательство. 2015. № 12-1 (65-1). С. 84-90.

13. Ростова О. В., Сулоева С. Б. Этапы управления инвестиционным процессом в регионе // Научно-технические ведомости Санкт-Петербург-ского государственного политехнического университета. Экономические науки. 2008. № 4 (61). С. 78-85.

14. Санакоева Д. К., Мисхожев Э. Р. Сущность и область применения упреждающего антикризисного управления в условиях нестабильной рыночной среды // Известия Горского государственного аграрного университета. 2014. Т. 51. № 2. С. 201-206.

15. Дикунова М. С., Бровко А. С., Дику-нов С. А. Анализ актуальных проблем менеджмента // Научный альманах. 2016. № 1-2 (15). С. 136-139.

16. Игнатьев С. В. Предложение по реализации рентного принципа обложения природопользования в налоговой системе РФ // Проблемы экономики и управления нефтегазовым комплексом. 2008. № 11. С. 22-26.

17. Седова Н. В. Могучая группа. Интеграционные процессы агропромышленном комплексе Российской федерации: тенденции, особенности // Российское предпринимательство. 2008. № 1. С. 123-126.

18. Завиваев Н. С., Проскура Д. В., Ша-мин Е. А. Современное состояние и прогноз развития рынка инфокоммуникационных услуг // Экономика и предпринимательство. 2014. № 12-4 (53-4). С. 940-944.

19. Шамин А. Е., Чернов В. А. Территориальные кластеры как основа развития инновационной инфраструктуры региона // Инновации и инвестиции. 2015. № 8. С. 2-5.

20. Смирнов Н. А., Смирнова А. А. Специализация производства, как основное преимущество развития АПК при достижении продовольственной безопасности России // The Genesis of Genius. 2014. № 3-1. С. 60-63.

REFERENCES

1. TSentral'naya baza statisticheskih dannih (TSBSD) Federal'noy sluzhbi gosudarstvennoy statisti-ki [Elektronniy resurs]. Rezhim dostupa: http://cbsd.gks.ru/, svobodniy

2. Rossiya na puti k sovremennoy dinamichnoy i effektivnoy ekonomike (Russia on the way to modern dynamic and efficient economy), Doklad pod red. akad-emikov A. D. Nekipelova, V. V. Ivantera, S. YU. Glaz'eva, M. : Rossiyskaya akademiya nauk, 2013.

3. Gubanova E. V. Meri gosudarstvennoy politi-ki po resheniyu zadachi importozamescheniya produk-tsii prodovol'stviya (Public policies to address the problem of import substitution of food products), V sbornike: Finansovo-kreditniy mehanizm regulirovani-ya ekonomiki: ot teorii k praktike : sbornik materialov I Mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii prepodavateley vuzov, aspirantov i spetsialistov-praktikov. 2016. pp. 171-176.

4. Hudyakova T. A., SHaripova T. I. Analiz dinamiki razvitiya rinka prodovol'stvennih tovarov: rossiyskiy i mirovoy aspekt (The analysis of the dynamics of market development of food products: Russian and international aspect), Servis: ekonomika, tehnika, obrazovanie. CHelyabinsk, 2016. pp. 102-107.

5. Sanakoeva D. K., Karaeva T. A. Investitsion-naya politika regiona (Investment policy of the region), Vsbornike: Sotsial'no-ekonomicheskoe razvitie regiona v usloviyah modernizatsii : Materiali Vserossiyskoy mezhvuzovskoy nauchno-prakticheskoy konferentsii prepodavateley i studentov. 2015. pp. 195-203.

6. Temiraev V. H., Sanakoeva D. K. Sravni-tel'niy analiz investitsiy v osnovnoy kapital APK v SKFO (Comparative analysis of investments in fixed capital of agriculture in the North Caucasus Federal district), Izvestiya Gorskogo gosudarstvennogo agrar-nogo universiteta. 2011. T. 48. No. 2. pp. 213-216.

7. Sanakoeva D. K., Gezimiev A. S. Prodo-vol'stvennaya bezopasnost' Rossii: problemi i ten-dentsii (Food safety of Russia: problems and trends), Ekonomika i predprinimatel'stvo. 2015. No. 12-2 (652). pp. 246-249.

8. Mazur L. V. Teoreticheskie aspekti region-al'nogo antikrizisnogo upravleniya v sovremennih

usloviyah (Theoretical aspects of regional crisis management in modern conditions), Territoriya nauki. 2014. No. 4. pp. 94-108.

9. Lunyova N. A. Problemi i perspektivi region-al'noy politiki v Rossii (Problems and prospects of regional policy in Russia), Territoriya nauki. 2013. No. 6. pp. 56-59.

10. Guschina I. A., Kondratovich D. L., Polozhentseva O. A., YAkovchuk A. A. Nekotorie aspekti sotsial'noy adaptatsii naseleniya arkticheskogo regiona (po rezul'tatam sotsiologicheskih issledovaniy v Murmanskoy oblasti) (Some aspects of social adaptation of the population of the Arctic region (by results of sociological research in the Murmansk region)), IT-portal, 2016. No. 4 (12) [Elektronniy resurs]. Rezhim dostupa: http://itportal.ru/science/economy/nekotorye-aspekty-sotsialnoy-adapta/

11. Vaz'yanskiy A. M., Obidennova S. YU. O potentsiale mezhdunarodnogo sotrudnichestva ros-siyskih predpriyatiy (The potential of international cooperation of Russian companies), Innov: elektronniy nauchniy zhurnal, 2015. No. 1 (22) [Elektronniy resurs]. Rezhim dostupa: http://www.innov.ru/science/ economy/o-potentsiale-mezhdunarodnogo-sotrudni-chestva-rossiyskikh-predpri/

12. Kozir' N. S., Tolstov N. S. Vzaimosvyaz' denezhno-kreditnoy politiki RF i tempov ekonomich-eskogo rosta (The relationship of monetary policy of the Russian Federation and economic growth), Ekonomika i predprinimatel'stvo. 2015. No. 12-1 (65-1). pp. 84-90.

13. Rostova O. V., Suloeva S. B. Etapi uprav-leniya investitsionnim protsessom v regione (Stages of management of investment process in the region), Nauchno-tehnicheskie vedomosti Sankt-Peterburgskogo gosudarstvennogo politehnicheskogo universiteta. Ekonomicheskie nauki. 2008. No. 4 (61). pp. 78-85.

14. Sanakoeva D. K., Mishozhev E. R. Suschnost' i oblast' primeneniya uprezhdayuschego antikrizisnogo upravleniya v usloviyah nestabil'noy rinochnoy sredi (The nature and scope of proactive cri-

sis management in conditions of unstable market environment), Izvestiya Gorskogo gosudarstvennogo agrar-nogo universiteta. 2014. T. 51. No. 2. pp. 201-206.

15. Dikunova M. S., Brovko A. S., Diku-nov S. A. Analiz aktual'nih problem menedzhmenta (The analysis of actual problems of management), Nauchniy al'manah. 2016. No. 1-2 (15). pp. 136-139.

16. Ignat'ev S. V. Predlozhenie po realizatsii rentnogo printsipa oblozheniya prirodopol'zovaniya v nalogovoy sisteme RF (Proposal for the implementation of the rental principle of taxation of natural resource management in the tax system of the Russian Federation), Problemi ekonomiki i upravleniya neftegazovim kompleksom. 2008. No. 11. pp. 22-26.

17. Sedova N. V. Moguchaya gruppa. Inte-gratsionnie protsessi agropromishlennom komplekse Rossiyskoy federatsii: tendentsii, osobennosti (Mighty group. Integration processes in agro-industrial complex of the Russian Federation: trends, characteristics), Ros-siyskoepredprinimatel'stvo. 2008. No. 1. pp. 123-126.

18. Zavivaev N. S., Proskura D. V., SHa-min E. A. Sovremennoe sostoyanie i prognoz razvitiya rinka infokommunikatsionnih uslug (Current status and forecast of development of infocommunication services market), Ekonomika i predprinimatel'stvo. 2014. No. 12-4 (53-4). pp. 940-944.

19. SHamin A. E., CHernov V. A. Territori-al'nie klasteri kak osnova razvitiya innovatsionnoy in-frastrukturi regiona (Regional clusters as a basis of development of innovative infrastructure of the region), Innovatsii i investitsii. 2015. No. 8. pp. 2-5.

20. Smirnov N. A., Smirnova A. A. Spetsi-alizatsiya proizvodstva, kak osnovnoe preimuschestvo razvitiya APK pri dostizhenii prodovol'stvennoy be-zopasnosti Rossii (Specialization of production, as the main advantage of agricultural development in achieving food security in Russia), The Genesis of Genius. 2014. No. 3-1. pp. 60-63.

Дата поступления статьи в редакцию 24.10.2016.