Свободу слова проверяют на соответствие служебному положению

Конституционный суд (КС) вчера рассмотрел жалобы государственных гражданских служащих, уволенных за публичную критику деятельности начальства. Нормы федеральных законов, запрещающие выносить сор из избы, заявители считают неконституционными. А представители органов власти утверждают, что при поступлении на госслужбу россияне добровольно соглашаются на ограничение свободы слова, получая в качестве компенсации дополнительные социальные гарантии.

Право на свободу слова и распространение информации Конституция гарантирует гражданам РФ независимо "от должностного положения". На это ссылаются бывший участковый милиционер Алексей Мумолин из Тольятти и бывший налоговый инспектор из Москвы Любовь Кондратьева. Господин Мумолин в ноябре 2009 года записал и разместил в интернете видеообращение к главе МВД Рашиду Нургалиеву и правозащитным организациям под названием "Участковый Мумолин Алексей — по следам Дымовского". Сначала ему объявили выговоры и лишили премии. Но после того как он провел у здания мэрии Тольятти одиночный пикет с плакатом "Руководство УВД хочет заморить нас голодом, лишая денежных доплат", майор был уволен. Аналогичные последствия получило телеинтервью госпожи Кондратьевой о ее трудовом споре с работодателем по поводу оплаты командировочных.

Не добившись восстановления на работе в судах общей юрисдикции, заявители оспорили в КС норму закона "О государственной гражданской службе" 2004 года о прямом запрете госслужащим на "публичные высказывания, суждения и оценки, в том числе в СМИ, в отношении деятельности государственных органов, их руководителей, включая решения вышестоящего органа либо органа, в котором гражданский служащий замещает должность, если это не входит в его должностные обязанности". Господин Мумолин также протестует против принятой в 2008 году нормы закона "О милиции", согласно которой вышеуказанные "ограничения, запреты и обязанности" распространяются на милиционеров.

По мнению заявителей, оспоренные нормы носят дискриминационный характер, поскольку допущенная ими критика начальства не угрожает основам конституционного строя, правам и законным интересам других лиц, обеспечению обороны и безопасности государства, в целях защиты которых допускается ограничение прав и свобод. Госпожа Кондратьева также считает, что "запрет на критику деятельности госучреждений и их руководителей ущемляет достоинство госслужащих, фактически превращая их в бессловесных исполнителей любых указаний начальства", в том числе неправомерных. А господин Мумолин отмечает неопределенность оспоренных норм, поскольку они не содержат четких указаний, на какую деятельность начальства распространяется запрет и какие меры ответственности влечет за собой его нарушение. Экс-милиционер предлагает считать свои публичные выступления обычными жалобами в госорганы, которые должностные лица по закону обязаны рассматривать.

Полпред президента в КС Михаил Кротов вчера настаивал на "принципиальной обязанности гражданских служащих быть лояльными в отношении органов госвласти", отмечая, что субъективное, но публично высказанное суждение может носить "псевдоофициальный" характер и вводить в заблуждение граждан. Представители других высших органов власти единодушно напомнили о "специфике" гражданской службы, которая предусматривает дополнительные социальные гарантии госслужащим, в том числе и за налагаемые на них ограничения прав и свобод. При этом оппоненты заявителей активно ссылались на позицию Европейского суда по правам человека и комитета министров Совета Европы, согласно которым госслужащий "обязан быть лояльным в отношении национального, местного или регионального органа власти" и "сдерживаться" в своих публичных проявлениях.

Тем не менее полпред правительства в КС Михаил Барщевский вчера заявил, что спорные нормы нуждаются в выявлении конституционно-правового смысла, исключающего их произвольное применение. А Генпрокуратура подтвердила, что "из содержания оспариваемой нормы не представляется возможным сделать вывод" о форме и характере высказываний, на которые налагается запрет, напомнив, что закон должен быть понятным, точным и недвусмысленным.

Примечательно, что в самом КС в последнее время тоже возникали конфликты, связанные с публичными выступлениями судей. Недавно после критики президентских законопроектов свой пост добровольно покинул советник КС Владимир Овчинский, которому председатель КС Валерий Зорькин указал на недопустимость "широкомасштабных выступлений", вызывающих "негативное восприятие не только у судей КС РФ, но и в других судах, а также в органах госвласти, в том числе в администрации президента". Теперь КС предстоит вынести решение относительно конституционности такого поведения.