Храм Казанской иконы Божией Матери Воскресенского Новодевичьего монастыря в Санкт-Петербурге: к вопросу о судьбе «Византийского стиля» в культуре России

Н. С. Алдошина

Храм Казанской иконы Божией Матери Воскресенского Новодевичьего монастыря в Санкт-Петербурге. К вопросу о судьбе «византийского стиля» в культуре России

В развитии архитектуры «историзма» в России большая роль принадлежала «византийскому» направлению. Живой творческий интерес к подлинным истокам православного искусства заявил о себе в русском храмостроении середины XIX - начала XX века. Именно в это время в профессиональной архитектурной среде, тесно связанной с изучением древнерусского и византийского архитектурного наследия, стало отчетливо осознаваться различие между «византийской» и «русской» стилистиками. На протяжении этого периода на территории России было построено более ста храмов в различных городах империи. «Византийский стиль» в архитектуре развивался в русле государственного заказа и являлся поиском и выражением цивилизационных истоков русской культуры. К опыту Византии обращаются такие известные архитекторы, как Д. И. Гримм, Н. Н. Никонов, Р. И. Кузьмин, А. И. Померанцев, В. А. Косяков, А. М. Горностаев Л. Н. Бенуа и многие другие. Среди названных имен особое место принадлежит В. А. Косякову. Именно в его творчестве византийская линия получает свое новое, наиболее последовательное и одновременно достаточно индивидуальное национальное творческое воплощение.1 Среди его многочисленных построек, особое место в архитектуре XX века занимает храм Казанской иконы Божией Матери (1908-1915) Воскресенского Новодевичьего монастыря. Храм был возведен в начале XX века взамен деревянной церкви Казанской иконы Божией Матери, построенной в 1848 году по проекту Н. Е. Ефимова. К этому времени старейшая церковь монастыря сильно обветшала, кроме того, она стала тесной и не могла вместить все увеличивающееся количество погребений.

Воскресенский Новодевичий монастырь был основан в 1744 году императрицей Елизаветой Петровной на месте Смольного двора на Неве, вблизи которого стоял ее загородный дворец. При Екатерине II в монастыре было учреждено Воспитательное общество благородных девиц, которое впоследствии переросло в Смольный институт. К 1822 году в монастыре не осталось ни одной монахини, и он был упразднен. Спустя сто лет со дня основания монастыря Святейший Синод выступил с предложением воссоздать обитель. 14 марта 1845 года Николай I подписал указ о возобновлении первоклассного монастыря, который

поначалу разместился в бывшем доме упраздненной Греко-униатской Духовной коллегии, и пользовался нижним храмом Благовещенской церкви на Васильевском острове.2 Однако это место не устраивало монахинь, и вскоре им был отведен участок у Московских триумфальных ворот, где 3 ноября 1849 года, в присутствии государя и чтимой иконы Казанской Божией Матери, митрополит Никанор заложил обитель. Воскресенский Новодевичий монастырь - первый женский монастырь в столице. Под управлением первой настоятельницы монастыря игумении Феофании (А. С. Готовцева) обитель достигает периода своего расцвета.

Автором проекта зданий возобновленного монастыря, утвержденного 12 марта 1848 года, стал архитектор Н. Е. Ефимов. Одновременно с началом строительства в глубине территории монастыря было устроено кладбище, при котором «с Благословением Божьим и по усердию христолюбцев»3 всего за пять недель построили и уже 10 (23) октября 1848 года освятили деревянную церковь во имя Казанской иконы Божией Матери. Этим небольшим деревянным храмом удовлетворялась насущная потребность вновь устроенного монастыря: многие уже желали погребать своих умерших на монастырском кладбище и скорбели, что не было церкви, освящающей Божию ниву.4 Через три года недалеко от Казанской церкви был похоронен автор и строитель монастыря Н. Е. Ефимов.

Строительство монастырских зданий после кончины Н. Е. Ефимова, последовавшей в 1851 году, велось под наблюдением младших коллег автора проекта - архитекторов Н. А. Сычева и Л. Бонштедта и завершилось к началу 1860-х годов.5 В течение строительства монастырского комплекса, вплоть до 1854 года все церковные службы совершались в деревянном храме. В течение 1850-1895 годов в монастыре были возведены главное белокаменное здание обители, включавшее пятиглавый собор Воскресения Христова с примыкающими по бокам корпусами келий и встроенными в них домовыми церквами - во имя Ватопедской (Афонской) иконы Божией Матери и Трех Святителей, две кладбищенские церкви - во имя Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (архитектор Э. И. Жибер, 1856г.) и святого пророка Илии (архитектор Л. Н. Бенуа, 1888), и, наконец, в 1895 году была построена четырехъярусная колокольня, получившая название Исидоровской (архитекторы Л. Н. Бенуа и В. П. Цейдлер). Но, несмотря на масштабное строительство, Казанская церковь была особо любима прихожанами. В 1869 году церковь отремонтировали, подвели каменный фундамент и сделали внизу склепы.6 Однако к началу XX века появилась необходимость строительства нового храма-усыпальницы.

В 1906 году по заказу игуменьи Антонии (Рейнбот), один из наиболее видных представителей направления «византийского» стиля архитектор Василий Антонович Косяков (1862-1921) разработал проект замены

деревянной церкви каменным храмом. В 1911 году журнал «Зодчий», опубликовавший проект В. А. Косякова, обосновал строительство нового храма следующим образом: «Каменная церковь-усыпальница при Воскресенском Новодевичьем монастыре в С.-Петербурге устраивается взамен существующей деревянной церкви во имя Казанской иконы Божией Матери. В этой церкви под паркетным полом устроены из кирпича склепы для покойников, причем занятые уже покойниками склепы отмечены соответствующими надгробными плитами, иногда обнесенными металлическими решетками и украшенными лампадами и даже отдельными киотами. Затемнение церкви этими сооружениями, сравнительно небольшое количество свободных склепов, неудобное расположение церкви между монастырскою больницею и хозяйственным двором вызвали мысль о замене ее новым каменным храмом.. ,».7

В. А. Косяков был автором ряда петербургских храмов, построенных в «византийском стиле» - церкви Милующей иконы Божией Матери, Успения Пресвятой Богородицы, Святителя Николая Чудотворца, Морской Никольский собор в Кронштадте и др. Прекрасно знавший византийскую архитектуру зодчий приложил немало усилий для возрождения ее композиционных приемов и декоративных мотивов на российской почве.8 При возведении храмов В. А. Косяков уделял большое внимание качеству строительных материалов, поддерживая постоянные связи с иностранными строительными фирмами. Так для Казанского храма был заказан во Франкфурте (Германия) светлый, почти белый облицовочный кирпич, отличавшийся как высокой прочностью, так и внешней привлекательностью, который придал храму особую нарядность.

Проект был одобрен Святейшим Синодом 15 апреля 1907 года и 4 мая того же года утвержден императором Николаем II. Значительные средства на возведение храма внесли купеческие семьи Пантелеевы и Кашинцевы, однако этих денег было недостаточно на задуманное строительство. Необходимая сумма была собрана благодаря пожертвованиям и взносам, которые давали право на захоронение в храме-усыпальнице. Указом от 3 июля 1907 года Петроградская Духовная консистория разрешила начать строительные работы.

Храм во имя Казанской иконы Божьей Матери заложил 8 июня 1908 года митрополит Антоний, и через три года здание было готово. Величественная церковь и сегодня напоминает храм Святой Софии в Константинополе (Стамбуле) - «самое блистательное воплощение идеалов Византии, символ ее духа».9 Однако сооружение, строившееся по образцу ранневизантийского зодчества, не воспринимается как искусная стилизация, это произведение крупного мастера, «отличающееся смелостью конструктивных решений и разнообразием отделки».10

Крестово-купольный, храм, с хорами для певчих и молящихся «расположен на одной оси с монастырским собором и главным входом на кладбище».11 Плоский массивный купол возвышается над полукружиями апсид, скомпонованных со скульптурной пластичностью.12 В построении куполов В. А. Косяков применяет сочетание необыкновенно широкого центрального купола и пониженных боковых глав. Этот прием был ранее найден А. О. Бернардацци в неосуществленном проекте храма для Феодосии. Однако В. А. Косяков совершенно иначе отнесся к каноническим формам. Он не перегрузил барабаны всех глав излишним декором, лишь намекая на обычную в таких случаях аркаду.13 Широкий, в форме арки фриз над главным входом в храм отвечал плавным очертаниям портала. В этой эволюции «византийского стиля» становится заметно влияние модерна. На узнаваемый стилистический адрес ясно указывали также и другие детали: обрамление главного входа, расстекловка окон, а также прихотливость линий. Неверно было бы считать, что влияние модерна было определяющим, но и не учитывать этот факт было бы ошибкой.14 Храм имел два придела, южный предполагалось освятить в честь святого преподобного Серафима Саровского, а северный - в честь святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова. Пять куполов храма и своды были покрыты красной обливной черепицей, привезенной из Германии. Кирпичная кладка, как и в Византии, была важным декоративным элементом в общем «узоре» здания. Три портала храма были украшены изящной скульптурой из цемента, имитирующей резьбу по камню, с использованием мозаичных вставок. Храм был декорирован также майоликовыми орнаментами в исполнении П. К. Ваулина.

Внешняя архитектура храма находится в полной гармонии с его внутренним пространством - сдержанного, но свободного и величественного. Благодаря особой конструкции перекрытий в центральном нефе, возникает чувство связи двух миров - дольнего и горнего. По примеру внутреннего убранства Святой Софии в Константинополе в храме устроены боковые двухъярусные галереи, которые увеличивают площадь для молящихся. Все пространство храма залито светом, проходящим сквозь окна в барабане купола, придавая интерьеру воздушность.

Строительство здания и отделка фасадов были завершены в 1910 году, начались работы по внутренней отделке. К 1912 году стены храма были облицованы темно-зеленым мрамором, по всему периметру установлены колонны, отделанные мрамором.15 Здание было оборудовано центральным водяным отоплением и электропроводкой, а в крипте и вокруг усыпальницы сооружены железобетонные склепы. Незаконченными оставались только иконы иконостаса и росписи храма. К их исполнению приступил в 1912 году художник Ф. Р. Райлян -

почетный академик Императорской академии художеств, ранее работавший с В. А. Косяковым в церкви при Путиловском заводе, соборах святого Александра Невского в Либаве (г. Лиепая) и Варшаве, а также Морском соборе в Кронштадте. В выполнении работ художнику помогали П. А. Фомин, А. И. Кулаков, В. Г. Евгеньев и другие. Росписи интерьера выполнялись в древнерусском стиле с использованием мотивов фресок Ферапонтова монастыря, но завершить роспись храма было не суждено. Сказались возникшие из-за войны недостаток средств и художественные притязания исполнителя, не нашедшие понимания у заказчика.16 До революции храм так и не был окончен и по некоторым сведениям не был освящен.

После смерти игумении Антонии настоятельницей Воскресенского Новодевичьего монастыря была назначена монахиня Феофания (Рентель), на долю которой выпал самый драматичный период в жизни обители - со второй половины 1920-х годов начинают закрываться ее храмы. Первым был закрыт в 1927 году недействующий Казанский храм. Из храма были вывезены все ценные вещи вплоть до мрамора и арматуры. Двумя годами позже была закрыта, а затем снесена старая деревянная Казанская церковь. В 1931 году прекратились службы в кладбищенских церквях, в 1932 - закрыт Воскресенский собор и арестованы трудоспособные монахини. Афонская церковь была закрыта последней в 1938 году. Все церковное имущество зачислялось в Госфонд и поступало на продажу. Также оно пополняло коллекции музеев: Эрмитажа, Государственного музея Исаакиевский собор и бывшего Музея истории религии и атеизма в Казанском соборе.

Но, несмотря на то, что имущество и земли монастыря отошли власти Советов, в послереволюционные годы обитель продолжала существовать и являлась центром епархиальной жизни вплоть до ареста послушниц и настоятельницы в 1935 году. В 1927 году в монастыре располагался Епархиальный совет, годом позже - резиденция нового митрополита Серафима (Чичагова), в 1933 - митрополита Алексия I (Симанского), которого весной 1945 года избрали Патриархом Московским и всея Руси. Чудом уцелевшие здания монастыря не раз подвергались перестройке, в них располагались различные организации. В 1970-х годах храм Казанской иконы Божией матери решено было взорвать, но технические трудности производства взрывных работ помешали исполнению этого намерения. По просьбе академика А. И. Глебова в стенах храма был размещен механический цех Всесоюзного НИИ электромашиностроения, «который принес зданию значительный вред вибрацией непрерывно работающих станков»17. С декабря 1990 до октября 1994 в крипте каменной церкви действовала община св. Новомучеников Российских Русской Зарубежной церкви, а в самом храме с Пасхи 1992 года обосновалась община Московской Патриархии.18

Начало возрождению Казанского храма положил митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий, нынешний Святейший Патриарх. Его труды продолжил митрополит Иоанн (Снычев). В декабре 1996 года по благословлению Высокопреосвященнейшего митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира Казанский храм передан монашеской общине. Настоятельницей вновь обретенной обители была назначена матушка София (Силина). Началась трудная, кропотливая работа по восстановлению храма.

Началом реставрационных работ руководил архитектор института «Ленпроектреставрация» А. Г. Леонтьев. В храме была заменена электропроводка, установлено отопление, раскрыты заложенные окна, полы покрыты паркетом, облицованы колонны. Архитектор О. Кузеванов разработал проекты устройства консервационной кровли, а также окон и дверей. Фасадам храма был возвращен первоначальный цвет - светлый камень вновь засиял как прежде. По новой технологии были выполнены оконные заполнения, позволяющие лучше сохранить тепло. В 2003 году художник-монументалист Ю. Н. Сухоруков украшает экстерьер храма мозаиками. Образ Богоматери «Оранта» расположен в вогнутой поверхности фронтона восточного фасада здания, а также в декор были включены вставки, изображающие три пары мозаичных крестов. Использование в наборе золота и около сорока оттенков цветной смальты позволили автору добиться не только тонкой моделировки форм, но и создать их симфонию.19

Воссоздание внутреннего убранства храма представляло особую сложность. К началу 90-х годов прошлого века сохранилась лишь роспись купола с изображением Вседержителя, выполненная в манере, близкой к византийской.20 Судить о других фресках было трудно - где-то росписи были закрашены краской, а большинство из них не выдержали испытания временем. Архивные документы также не позволяли установить степень завершенности росписей Ф. Р. Райляна. Малая часть сохранившихся материалов могла послужить лишь основой для нового убранства храма. Стоит отметить и то, что созданные художником росписи, были подвергнуты современниками серьезной критике. Но живописное убранство храма не может быть рассмотрено только как неудача Ф. Р. Райляна, скорее всего, «это факт переходного периода, который переживала религиозная живопись на рубеже XIX-XX веков, когда тенденции поиска национальных традиций стали необычайно сильны»21.

Архивные документы и представления о развитии иконописи начала XX века помогли найти новое решение живописного убранства храма, в основу которого положены византийские и древнерусские образцы. Над восстановлением, а также при написании новых росписей работали Р. Кожухов, Н. Паренко, Ю. Пименов, В. Зверев, В. Михалин,

Н. Шкринда, архитектор В. Калинин и многие другие. Возобновлены также и три иконостаса храма. Двухъярусный деревянный центральный иконостас во имя Казанской иконы Божией Матери - пример высочайшего уровня мастерства искусства резьбы. Стилизованные изображения виноградных лоз украшают колонны и тябла иконостаса, а обильная резьба и позолота придали ему особую праздничность. В этой же манере были выполнены иконостасы боковых приделов во имя Державной иконы Божьей Матери и святого преподобного Серафима Саровского. Известная иконописица, преподаватель иконописной школы Санкт-Петербургской Духовной Академии В. Жданова выполнила большинство икон в иконостасах. Также в работе принимали участие петербургские изографы И. Кусов, А. Стальнов, Х. Прохорова. К лету 2006 года реставрация храма была полностью завершена.

17 июня 2006 года состоялось освещение храма Казанской иконы Божьей Матери, которое совершил Высокопреосвящейнийший митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир. Постепенно в Новодевичьем монастыре возрождается монашеская жизнь.

Для увековечивания памяти автора проекта Казанского храма принято решение о сооружении памятника В. А. Косякову у стен храма, около которого он и был погребен. В год 145-летия со дня рождения архитектора 10 октября 2007 года был заложен и освящен закладной камень будущего памятника.

В настоящее время храм Казанской иконы Божией Матери -духовный центр Воскресенского Новодевичьего монастыря, яркий пример памятника «византийского стиля» в архитектуре Петербурга, образец творческого освоения традиции, одухотворения художественной преемственности живым опытом православной веры.

1 Кутейникова Н. С. В. А. Косяков - выдающийся храмостроитель России рубежа XIX - XX столетий // Н. С. Кутейникова. Мозаика. К истории художественной жизни России 2-й половины XIX - начала XX веков. - СПб, 1997. - С. 61.

2 Антонов В. В., Кобак А. В. Святыни Санкт-Петербурга. - М., 2003. - С. 34.

3 Снессорева С. И. Санкт-Петербургский Воскресенский Новодевичий первоклассный общежительный женский монастырь. - СПб., 1887. - С. 79.

4 Там же. - С. 84.

5 Лисовский В. Г. Архитектура Петербурга. Три века истории. - СПб.: АО «Славия», 2004. - С. 202.

6 Антонов В. В., Кобак А. В. Указ. соч. - С. 34.

7 // Зодчий. - 1911. - № 27. - С. 295.

8 Павлов А. П. Храмы Санкт-Петербурга: Художественно-исторический очерк. -3-е изд., стереотип. - СПб.: Лениздат, 2001. - С. 217.

9 Колпакова Г. С. Искусство Византии. Ранний и средний периоды. - СПб.: Азбука-классика, 2004. - С. 177.

10 Исакова Е. В. Воскресенский Новодевичий монастырь. - СПб.: АРТ-ДЕКО, 2007. - С. 113.

11 // Зодчий. - 1911. - № 27. - С. 295.

12 ИсаковаЕ. В. Указ. соч. - С. 113.

13 Савельев Ю. Р. Византийский стиль» в архитектуре России. - Вторая половина XIX - начало XX века. СПб: «Лики России» - «Проект- 2003», 2005. - С. 184.

14 Там же. - С. 184

15 ИсаковаЕ. В. Указ. соч.. - С. 113.

16 Антонов В. В., Кобак А. В. Указ. соч.. - С. 35.

17 ИсаковаЕ. В. Указ. соч. - С. 163.

18 Антонов В. В., Кобак А. В. Указ. соч. - С. 35.

19 Кутейникова Н. С. Мозаика. Санкт-Петербург XVIII - XXI вв. - СПб.: Знаки, 2005. - С. 473.

20 Кутейникова Н., Романова Е. Храм Казанской иконы Божьей Матери Воскресенского Новодевичьего монастыря в Санкт-Петербурге. - М., 2007. - С. 30.

21 Там же. - С. 33.