Системное исследование психики

ПСИХОЛОГИЯ

СИСТЕМНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ПСИХИКИ

В.А. БАРАБАНЩИКОВ

Лаборатория системных исследований психики Институт психологии РАН ул. Ярославская, 13, Москва, Россия

В статье раскрыты основные положения системного подхода в психологии. Обсуждаются перспективы его развития и роль на современном этапе психологического познания.

В наступившем году исполнилось 80 лет со дня рождения выдающегося отечественного психолога и организатора науки члена-корреспондента АНСССР Бориса Федоровича Ломова (1927-1989). Одаренный, духовно богатый человек оставил яркий след в психологической науке, практике, образовании, жизни профессионального сообщества. С именем Б.Ф. Ломова связаны создание и развитие в нашей стране инженерной психологии, разработка методологических основ психологической науки, экспериментальные исследования познавательных процессов, деятельности, общения. Важнейшей заслугой Б.Ф. Ломова стало открытие в Академии наук Института психологии и «Психологического журнала». Во многом благодаря его усилиями психология приобрела статус практической социально значимой области знания.

Данная статья посвящена вкладу ученого в развитие теории и методологии психологической науки. Речь пойдет о принципе системности, согласно которому психические явления рассматриваются с точки зрения организованного целого и обладают свойствами, которые невозможно вывести из его фрагментов или частей. Специфика системного познания состоит в возможности описания, объяснения и понимания интегральных образований психики и поведения. Это предполагает обращение исследователя к логике целостности, синтеза, взаимопереходов и взаимовключений.

Системный подход формулировался Б.Ф. Ломовым в 1970-х гг. прошлого столетия на волне системного движения в науке и философии, однако в отличие от общей теории систем он предназначался для решения проблем психологического познания. Системность не была для Б.Ф. Ломова чем-то внешним, заимствованным, тем более модой: она составляла суть его миро-

воззрения и наиболее яркую черту мышления. Стремление к целостному видению Человека, учету разнообразных форм его отношений с миром непосредственно отвечало традициям школы В.М. Бехтерева - Б.Г. Ананьева, к которой Б.Ф. Ломов принадлежал.

Непосредственное обращение к системности как к методологическому принципу диктовалось особенностями познавательной ситуации, сложившейся в науке на рубеже 1960-1970-х гг. Вопреки ожиданиям экстенсивное развитие психологии, сопровождавшееся возникновением новых отраслей, существенным расширением понятийного и методического аппаратов психологии, не только не приводило к качественному скачку психологического знания, но и снижало степень его организованности: предмет психологии дробился на все более мелкие части, порождая, порой, непреодолимые трудности при сопоставлении результатов, полученных разными методами и в разных понятийных контекстах, создавало почву для «окукливания» отдельных направлений и возникновения различных форм редукции (физиологической, логической, информационной, социологической и др.) либо эклектики. Остро встал вопрос о когерентности (связности) психологической науки и возможности реконструкции разнородного знания в целостную картину психических явлений.

Потребность в синтезе поддерживалась междисциплинарными исследованиями и активным включением психологии в решение практических задач (образования, здравоохранения, обороны, промышленности и др.). В комплексе наук о человеке она приобретала роль интегратора данных естественных, гуманитарных и технических дисциплин, а, следовательно, не могла оставаться безразличной к способам их сопряжения. В практической же сфере исследования подчинялись не столько теориям, сколько логике конкретного объекта, постоянно «взламывающей» обособленность отдельных областей и форм знания.

Согласно Б.Ф. Ломову коррекция методологических установок психологической науки должна учитывать множественность внешних и внутренних отношений психического, выражающих его единство. Предлагаемый подход опирался на богатейший опыт отечественной науки, включающий:

1) представления о системной организации психических процессов и функций, сформулированные Б.Г. Ананьевым [3; 4];

2) принцип детерминизма, разработанный С.Л. Рубинштейном [31; 32];

3) теорию функциональной системы П.К. Анохина [7; 8];

4) концепцию свойств нервной системы, предложенную Б.М. Тепловым [38] и В.Д. Небылицыным [27] и многие другие.

Значительное влияние на взгляды Б.Ф. Ломова оказали философско-методологические работы В.П. Кузьмина [16], которые акцентировали понятия органической целостности и интегрального качества. Объединение системных идей и наработок, разбросанных по различным областям психологии и смежных с ней дисциплинам, позволило содержательно конкретизировать принцип системности и использовать его в роли стержневого инструмента психологического познания [17; 18; 20; 23].

В отличие от теоретиков общей теории систем [33] Б.Ф. Ломов подчеркивал специфичность и разнообразие целостных образований психики, их зависимость от сферы бытия, уровней организации и развития. Моносис-темный взгляд на природу целостностей с его интересом к компонентам и структуре Б.Ф. Ломов дополняет полисистемным, выделяя объективные основания интегральных качеств и свойств. Он показал, что, включаясь в те или иные системы отношений, человек, его психика и поведение проявляются лишь в определенных планах и обнаруживают качества, которые отсутствуют в других системах. Поскольку объемлющих (макро-) систем оказывается несколько, психические явления всегда выступают как «качественные узлы». Отсюда вытекают нормы описания предмета исследования, которые образуют методологическое ядро предложенного подхода [18; 20].

Психические явления полагаются исследователем в четырех танах.

Первый план фиксирует взаимосвязь изучаемого явления с явлениями того же класса. Психика рассматривается здесь как:

а) субъективное отражение действительности, выступающее в ряду других видов отражения (абиотического, биологического и социального);

б) регулятор активности субъекта (его деятельности, общения, игры, познания).

Второй план определяет всю совокупность психических явлений как относительно самостоятельное целое (систему). В качестве компонентов психики выделяются не отдельные процессы, а относительно самостоятельные функциональные образования. В частности, Б.Ф. Ломов дифференцирует когнитивную, регулятивную и коммуникативную подсистемы, которые обеспечивают различные формы взаимосвязи индивида с окружающей средой. Третий план фиксирует психические явления в их отношении к системам более высокого уровня. Так, включаясь в социальную систему, человеческий индивид становится носителем социального качества и выступает как личность; включаясь в систему биологических отношений со средой -носителям природных качеств и выступает как организм; в физической системе отношений индивид открывается как тело, обладающее массой, температурой, плотностью и т. п. Каждая из систем становится основанием разнообразных свойств человека: материально-структурных, функциональных или системных. Наконец, четвертый план раскрывает психические явления как движение микросистем, в терминах нейрональных интеграций; психика представляется как отражательная функция мозга. Целостное описание предполагает сочетание всех планов исследования.

Качественная «узловатость» психических явлений означает их многомерность и требует анализа в разных системах координат. Ни одно из измерений, сколь бы существенным оно ни было, не может охватить всего явления в целом. Понять целое на основании изучения его отдельного измерения «так же невозможно, как невозможно восстановить сложное объемное тело по изображению одной - единственной его проекции на плоскость» [18, с. 93]. Важнейшая задача теоретико-методологической работы состоит в том, чтобы объединить различные меры и способы измерения одних и тех

же явлений, «связать их - по выражению Б.Ф. Ломова - в единый узел». Это означает также, что система психических явлений должна исследоваться как многоуровневая. Она дифференцируется на когнитивную, регулятивную и коммуникативную подсистемы, каждая из которых имеет вертикальную структуру. В частности, когнитивная подсистема включает сенсорно-перцептивный, «представленческий» и речемыслительный уровни. Действие этого принципа распространяется далее на отдельные психические процессы, свойства и состояния. Выделение уровней организации позволяет преодолеть упрощенное представление о психике как некой гомогенной целостности и указать место изучаемого феномена в системе психических явлений.

Системный подход предполагает учет совокупности разнопорядковых качеств и свойств человека (материально-структурных, функциональных, системных). Они организованы в некоторое целое, напоминающее по своему строению пирамиду: на вершине размещаются общие свойства, в основании - раскрывающие их свойства п-го порядка, а грани символизируют различные категории свойств. Б.Ф. Ломов считал, что разработка научной классификации свойств человека «могла бы сыграть в психологии (в науках о человеке вообще) не меньшую роль, чем, например, периодическая система Менделеева - в химии» [18, с. 98].

Другая особенность ломовской версии заключается в полагании в качестве систем не только психических явлений, но и условий их функционирования и развития. Этот путь приводит к представлению о системной детерминации психики и поведения человека. По мнению Б.Ф. Ломова за многомерностью, многоплановостью и многоуровневостью психического стоит множественность разнотипных детерминант, функционально объединенных в динамическое целое. Наряду с причинно-следственными связями в их число входят общие и специальные предпосылки психических явлений, опосредствующие звенья, внешние и внутренние факторы и др. Разные детерминанты действуют как параллельно, так и последовательно, имеют ограниченную «зону влияния» и «вес». Соотношение между детерминантами очень подвижно. То, что в одних условиях выступает в роли предпосылки, в других - может оказаться причиной, фактором или опосредствующим звеном, и наоборот. Закономерное движение этого целого является необходимым условием и одновременно результатом развития человека, его психики и поведения. При этом сами психические явления играют роль важнейших детерминант биологических и социальных процессов. Любой результат развития (когнитивный, личностный, операциональный), достигнутый на той или иной его стадии включается в совокупную детерминацию психического, выступая в роли внутреннего фактора, предпосылки или опосредующего звена по отношению к результату следующей стадии. Тем самым складывается иная ситуация, обеспечивающая возможность перехода на новую ступень психического развития. Динамика стадий (этапов или фаз) порождения и развертывания психического выражает движение всей системы детерминант, которая непрерывно доопределяется в процессе развития и потому ни-

когда не может быть предсказана полностью. Разработанные представления открывали новые или недостаточно выделяемые измерения детерминацион-ных процессов: их динамичность, нелинейность, взаимную опосредован-ность, гетерохронность и др., нацеливая исследователя на поиск всей совокупности обстоятельств (как внешних, так и внутренних), порождающих изучаемое явление. По линии системной детерминации психики прослеживается связь ломовской и синергетической версий системного подхода.

Формы реализации системного подхода в тот или иной периоды творчества Бориса Федоровича были различными и во многом задавались содержанием конкретных проблем, которые он решал. К их числу относятся психическая регуляция деятельности [12], структура и функции общения [25], информационное взаимодействие в системах «человек-техника» [19; 21], уровни антиципации [26], формирование воображения [10], механизмы зрительного восприятия [6] и осязания [5]. Всех их объединяет представление об отражательной природе психических явлений и их субъективном, т. е. пристрастном характере. С позиций системного подхода Б.Ф. Ломов раскрывает структуру психического отражения, его функции, свойства, ряд механизмов, уровни организации, взаимосвязь отражения с деятельностью и общением. Взятые в совокупности результаты проведенных исследований образуют основу системной концепции психики, которая соотносится с вариантами теорий деятельности, познания и общения.

Согласно Б.Ф. Ломову системна не только психика, но и процесс ее познания, начиная с планирования и организации эксперимента до установления законов, субординации понятий и принципов.

Категориальный аппарат науки рассматривается как совокупность взаимозависимых понятий, раскрывающих предмет психологии в его сущностных связях и отношениях. Любая отдельная категория фиксирует лишь один из аспектов исследуемой реальности и имеет ограниченную сферу применения. Попытки рассмотреть все многообразие психических явлений через «призму единственной категории неизбежно ведут к смазыванию различий между ними; закрывается возможность исследования реальных взаимосвязей и взаимопереходов» [18, с. 396-397]. Именно система базовых категорий (сюда включаются категории отражения, деятельности, личности, общения, а также понятия «биологическое» и «социальное») позволяет реконструировать «объемное» целое, раскрыть психические явления в тех связях и отношениях, в которых они реально существуют в действительности. Через отнесенность к системе категорий психологические понятия занимают определенное место в структуре конкретно-научного знания, приобретая необходимую строгость.

Системный взгляд на организацию знания захватывает и методологические принципы психологии, которые нередко рассматриваются как лежащие в плоскости некоторого общего основания науки. Альтернативой рядо-положенности становится субординация и координация принципов, требования оценки сферы их влияния, условий применения и переноса на решение разноплановых проблем. Так, принципы детерминизма и личности име-

ют разную степень общности, разные (хотя и пересекающиеся) сферы действия, по-разному раскрываются в рамках, допустим, общей и педагогической психологии. «Разведение» принципов, выявление их места в более широкой системе выступает в качестве специальной методологической задачи.

То же самое можно сказать относительно законов психологии. «Они относятся к разным уровням психического, раскрывают его разные измерения, как бы берут психическое в разных срезах, плоскостях» [18, с. 111]. Каждая группа законов фиксирует существенные, устойчивые и необходимые связи психического в какой-то определенной плоскости и предполагает ограниченный круг условий своего проявления.

В истории психологической науки сложились две конкурирующие стратегии исследования. Первая - раскладывает сложное целое на составные элементы (например, на ощущения или реакции), вторая - выделяет молярные единицы психики, содержащие свойства целого (например, гештальт или действие). Анализ показывает, что первая стратегия по существу разрушает целостность психического, а вторая - ведет к умножению числа единиц. И в том, и в другом случае исследовательский процесс значительно усложняется. Высказываясь против универсализации «клеточек» психического, всегда связанных с отдельными категориями, Ломов отмечает, что «ценность любой стратегии анализа и синтеза психических явлений определяется тем, в какой мере она позволяет раскрывать законы развития психики в контексте реального бытия человека» [18, с. 76].

Одним из первых Б.Ф. Ломов обратил внимание на собственную организацию предметного поля науки и указал на необходимость избегать лобовых столкновений подходов, концепций и методов. Предметное поле психологии выступило в его работах как многомерное иерархическое образование. Этот шаг подводил к принципиально иной стратегии познания. Важным становилось не только обоснование, подтверждение или опровержение конкретной теории, гипотезы или полученных данных, но и указание их места в сложнейшей системе знания, установление «ипостасей» или форм проявления, поиск путей их взаимосвязей и взаимопереходов.

При постановке и решении практических задач, а также при анализе соотношения прикладных и фундаментальных исследований, Б.Ф. Ломов руководствовался принципом единства теории, эксперимента и практики. Круг научных проблем и подходы к их разработке в значительной степени определяются общественной практикой. С нее так или иначе начинается и к ней приходит психологическое познание. Разработка прикладных проблем обогащает психологию новыми данными, методами, идеями. Последние требуют соответствующего осмысления, концептуального синтеза, который можно осуществить лишь на базе теории. Теоретические же разработки неминуемо выводят на эксперимент, позволяющий получать дополнительные данные и верифицировать возникающие гипотезы. Сама экспериментальная процедура нередко превращается в практическую - диагностику того или иного психологического качества человека или метод воздействия на него. Теория, эксперимент и практика образуют единый цикл движения психоло-

гического знания, которое всегда имеет троякий эффект: на «полюсе» теории - реконструкцию «идеального объекта»; на «полюсе» эксперимента -новые исследовательские технологии; на «полюсе» практики - метод решения конкретной практической задачи. Развитие системы «теория-экспери-мент-практика» рассматривалось как механизм непрерывного расширения объема совокупного психологического знания, смены его форм и типов.

По Б.Ф. Ломову эффективная реализация принципа системности в психологии предполагает два условия.

Во-первых, центрированность исследований на человеке, который полагается основным объектом психологического познания. Человек - по выражению Б.Ф. Ломова есть «сложнейшая из известных науке систем, обладающая уникальными характеристиками и, прежде всего способностью к саморегуляции» [18, с. 78]. Природа саморегуляции, самоорганизации и саморазвития человека как самостоятельной ценности - пожалуй, главный вопрос, на который пытался ответить исследователь.

Вторым условием является комплексный, междисциплинарный подход к природе человека. Включаясь в разные связи и отношения с действительностью человек открывается как бы разными гранями, каждая из которых может стать предметом изучения специальных наук. Он выступает и как организм, и как личность, и как индивидуальность, и как субъект жизни в его различных проявлениях. Фиксируя качественное многообразие объекта исследования, комплексный подход позволяет наиболее полно определить существенные характеристики человека и открывает возможность эффективного использования разнопланового знания в решении практических задач. Изучение психики человека в качестве системы представляется Б.Ф. Ломову ключом к решению главной проблемы комплексного подхода - синтеза разнотипного знания.

Многолетние исследования, проведенные Б.Ф. Ломовым и его сотрудниками, показывают, что обращение к принципу системности в психологии соответствует ее состоянию и генеральной тенденции развития. Системный подход вводит в психологию широкий взгляд на изучаемые явления, возможность разработки конкретной логики их взаимопереходов, а также конструирование интегративного знания, которое не только глубоко отражает сущность изучаемых явлений (их гетерогенность, текучесть, недизьюнктив-ность), но и наиболее приспособлено для решения практических задач. Раскрывая односторонность концептуальной базы и средств традиционных исследований, системный подход создает предпосылки для формирования более адекватных теоретических построений, объяснительных принципов и способов организации знания.

Безусловная заслуга Б.Ф. Ломова как методолога состоит в том, что он раскрыл принцип системности в единстве с принципами детерминизма и развития, играющими в психологии ключевую роль. Более того, этот принцип вводился не локально, а тотально, охватив всю психологию в целом. Предложенная версия системного подхода сама оказывалась системной, т. е. многомерной, сложно организованной и развивающейся.

За последние 15-20 лет предпосылки системного подхода в психологии не только не исчезли, но и упрочились. Остро стоит вопрос о природе психического как многокачественного целого. Не решена проблема синтеза разнородного знания о психических явлениях. Усилилось противостояние естественнонаучной и социокультурной парадигм. Противоречиво протекает «врастание» психологической науки в различные сферы практики. Поэтому подход, разработанный Б.Ф. Ломовым, сохраняет свое конструктивное и эвристическое значение. На его основе ведутся исследования не только в Институте психологии РАН, но и во многих научных центрах страны и за рубежом [9; 13; 29; 34; 35]. Как и прежде он остается открытым новому знанию и тенденциям развития науки. В этой связи целесообразно отметить два обстоятельства: появление неклассических форм системного подхода [15; 28; 36; 39] и изменение приоритетов российской психологии в новейший период ее истории [1; 29; 37].

Начиная с середины 1980-х гг., и особенно в 1990-е гг., бурное развитие получила синергетическая ветвь системного движения. Если раньше исследователей интересовало устройство систем и механизмы их функционирования, то на новом этапе главными становятся процессы самоорганизации и саморазвития. Идея спонтанного возникновения порядка из хаоса, т. е. возникновения целостности, принципиальная непредсказуемость поведения систем в точках бифуркации, созидательная роль положительных обратных связей и др., распространившись в науке и философии, активно проникают и в психологию. Появились синергетические концепции восприятии, мышления, психических состояний, обучения; делаются попытки использования синергетического подхода в решении задач организации психологического знания. И хотя вопрос о правомерности переноса абиотических форм движения материи на биологические и особенно на социальные остается открытым, существенное значение имеют не конкретные способы реализации положений синергетики, а ее мировоззренческий план. В новой картине мира возникают иные преференции. В частности, вводится более глубокое понимание реального времени, не сводимого к хронометрии или хронологии. Подчеркивается непрерывность пребывания сложных систем в переходном состоянии. Обращается внимание на множественность путей и стратегий развития самоорганизующейся системы в заданной среде. Отмечается важнейшая роль случайности. Принципиальное значение получает потенциальное бытие системы и условия его реализации. Меняется и отношение к представлению о неопределенности, которая квалифицируется не как препятствие на пути к знанию, а позитивно, как возможность творить и понимать.

Все это имеет непосредственное отношение к исследованию поведения человека и его психики. Нормативная база принципа системности в психологии расширяется, причем доминирующим оказывается генетическое направление системных исследований. В данном контексте ключевую роль играют способы порождения психических образований, закономерности их трансформаций, соотношение актуального и потенциального в психическом развитии и многое другое.

Безусловно, возникновение или порождение нового как психологическая проблема, в частности, как проблема психологии мышления, давно и продуктивно исследуется в науке. Речь идет об обращении к порождению как методологическому понятию и создании на его основе новой логики психологического познания.

Расширение принципа системности связано и с другой чертой российской психологии - усилением субъектного подхода к анализу психики и поведения, тесно связанному с именем С.Л. Рубинштейна [2; 31; 32]. Субъект рассматривается здесь онтологически как структурный уровень бытия, «центр его перестройки». Это конкретная личность, которая разрешает противоречия между притязаниями и способностями, с одной стороны, и требованиями и условиями выполняемых форм активности - с другой. Распоряжаясь собственными ресурсами человек получает возможность строить отношения с миром и в этом процессе формировать самого себя. Активность, саморегуляция, саморазвитие и самосовершенствование - ключевые характеристики человека как субъекта жизни, которые сегодня подвергаются интенсивному исследованию. В данной связи открывается пласт важных экзистенциальных проблем - смысла жизни, отношения к высшим ценностям, самореализации человека; обосновываются представления о бесконечности личности, ее постоянном выходе за собственные пределы, свободе и ответственности. Понятие субъекта получает широкую интерпретацию и распространяется на социальные общности различного масштаба.

В контексте системного подхода это подводит к проблеме базиса, на котором возникают и развиваются целостные психические образования. Субъект выполняет роль стержня или интегрирующего звена, объединяющего различные проявления (компоненты, модальности) психики и уровни ее организации. Анализ субъекта, следовательно, открывает возможность выявления механизмов порождения и развития целостностей и оказывается внутренним моментом системного исследования психики. При этом и сам субъект выступает как многомерное, развивающееся функциональное целое (система).

С развитием экологического и социокультурного подходов по-новому понимается другая образующая системного базиса - объект жизнедеятельности. Имеется в виду объективная действительность, но взятая не сама по себе, а в отношении к человеку (субъекту жизни) и включающая его в качестве одного из своих компонентов. Эта форма единства человека и среды описывается в терминах «ситуации» (Д. Магнуссон), «жизненного пространства» (К. Левин), или «мира» (С.Л. Рубинштейн). Объект-ситуация, или объект-мир (предельно общая характеристика), выражают способ объединения разноплановых сил в некоторое целое, в котором цементирующая роль и инициатива принадлежит субъекту. Это его ситуация (мир), а не ситуация (мир) вообще. Осуществляя психический процесс, субъект конституирует свое бытие, одновременно подчиняясь ему. Объект-ситуация, или объект-мир, становится главной альтернативой объекту-вещи, отражение и оценку которой принято изучать. В отличие от объекта-вещи он не дается заранее и

до завершения психического акта остается недоопределенным. Перспектива анализа объекта-ситуации заключается в возможности сблизить организацию процедур лабораторного эксперимента с реальными способами жизни и деятельности человека не только в физическом, но и в экологическом, социальном и культурном отношениях.

Поскольку субъект и объект органически взаимосвязаны, они выступают как полярности одного и того же фрагмента бытия, или события жизни, включающего психические явления в единстве с условиями их существования и развития. Психологическое событие организовано в пространстве и времени, вписано во внутренний мир личности, включено в цепь других событий и может анализироваться в различных системах координат. Это всегда разнородное целое, или система, которая имеет собственное содержание, способ организации, масштаб, подчинено характерной логике возникновения и развития. Изучение законов движения подобных систем, их порождения, развития, координаций и трансформаций представляется одной из важнейших задач психологической науки. Знание о свойствах и закономерностях психологических событий играет роль общепсихологического основания постановки и решения задач диагностики, коррекции и управления психическими процессами личности и формами ее активности.

Резюмируя сказанное, отметим, что принцип системности является важным основанием исследований психики и поведения человека. И хотя общее содержание этого принципа остается неизменным, в процессе развития науки, формы системного подхода видоизменяются, адаптируясь к текущему уровню психологического знания, тенденциям системного движения и запросу практики.

ЛИТЕРАТУРА

1. Абульханова К.А., Березина Т.Н. Время личности и время жизни. - СПб: Алетейя, 2001.

2. Абулъханова К.А., Брушлинский А.В. Философско-психологическая концепция С.Л. Рубинштейна. - М.: Наука, 1989,

3. Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды. - М.: Педагогика, 1980.

4. Ананьев Б.Г. Психология чувственного познания. - М.: АПН РСФСР, 1960.

5. Ананьев Б.Г., Веккер Л.М., Ломов Б.Ф., Ярмоленко А.В. Осязание в процессах познания и труда. - М., 1959.

6. Андреева Е.А., Вергилес Н.Ю., Ломов Б.Ф. Механизм элементарных движений глаз как следящая система // Моторные компоненты зрения / Под ред. Б.Ф. Ломова, Н.Ю. Вергилеса, А.А. Митъкина. - М., 1975, с. 7-55.

7. Анохин П.К. Очерки по физиологии функциональных систем. - М.: Наука, 1975.

8. Анохин ПК. Философские аспекты теории функциональной системы. - М.: Наука, 1978.

9. Барабанщиков В.А., Носуленко В.Н. Системность, Восприятие. Общение. - М.: ИП

РАН, 2004. РОССИЙСКИЙ

УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБ Ь\'{1 д р0р од НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА

10. Ботвинников А.Д., Ломов Б.Ф. Научные основы формирования графических знаний, умений и навыков школьников. - М.: Просвещение, 1979.

И. Голиков Ю.Я., Костин А.Н. Психология автоматизации управления техникой. - М.: ИП РАН, 1996.

12. Завалова Н.Д., Ломов Б.Ф., Пономаренко В А. Образ в системе психической регуляции деятельности. - М.: Наука, 1986.

13. Идея системности в современной психологии / Под ред. В.А. Барабанщикова. - М.: ИП РАН, 2005.

14. Карпов А.В. Метасистемная организация уровневых структур психики. - М.: ИП РАН, 2004.

15. Князева Е.Н., Курдюмов С П. Основания синергетики. - СПб.: Алетейя, 2002.

16. Кузьмин В.П. Принцип системности в теории и методологии К. Маркса. - М.: Политиздат, 1980.

17. Ломов Б.Ф. Вопросы общей, педагогической и инженерной психологии. - М.: Педагогика, 1991.

18. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. - М.: Наука, 1984.

19. Ломов Б.Ф. О путях построения теории инженерной психологии на основе системного подхода // Инженерная психология. - М.: Наука, 1977.

20. Ломов Б.Ф. О системном подходе в психологии // Вопросы психологии. - 1975. -№2, с. 31-45.

21. Ломов Б.Ф. О структуре процесса опознания сигнала // Материалы XVIII Международного конгресса по психологии: Обнаружение и опознавание сигнала. - М., 1966.

22. Ломов Б.Ф. Психическая регуляция деятельности. - М.: ИП РАН, 2006.

23. Ломов Б.Ф. Системность в психологии. - М.-Воронеж: АПСН, 1996.

24. Ломов Б.Ф. Формирование графических знаний и навыков у учащихся. - М.: АПН РСФСР, 1959.

25. Ломов Б.Ф., Беляева А.В., Носуленко В.Н. Вербальное кодирование в познавательных процессах. - М.: Наука, 1986.

26. Ломов Б.Ф., Сурков Е.Я. Антиципация в структуре деятельности. - М.: Наука, 1980.

27. Небылицын В.Д. Основные свойства нервной системы человека. - М.: Просвещение, 1966.

28. Пригожин И. Порядок из хаоса. - М.: Наука, 1985.

29. Психологическая наука в России XX столетия: проблемы теории и истории / Под ред. А.В. Брушлинского. - М.: ИП РАН, 1997.

30. Психология индивидуального и группового субъекта / Под ред. А.В. Брушлинского. -М.: Рег Бе, 2002.

31. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. - М.: АН СССР, 1957.

32. Рубинштейн С.Л, Проблемы общей психологии. - М.: Наука, 1973.

33. Садовский В.Н. Основы общей теории систем: логико-методологический анализ. -М.: Наука, 1974.

34. Системные исследования в общей и прикладной психологии / Под ред. В.А. Барабанщикова, М.Г. Рогова. - Набережные Челны: Институт управления, 2000.

35. Системные исследования психики / Под ред. В.А. Барабанщикова, Д.Н. Завапиши-ной. - М.: Наука, 1991.

36. Системный подход в современной науке/ Под ред. И.К. Лисеева, В.Н. Садовского. -М.: Прогресс-Традиция, 2004.

37. Субъект, личность и психология человеческого бытия / Под ред. В.В. Знакова, З.И. Ря-бикиной. - М.: ИП РАН, 2005.

38. Теплое Б.М. Избранные труды. - М: Педагогика, 1975.

39. Хакен Г. Синергетика. - М.: Мир, 1980.

SYSTEM RESEARCH OF MENTALITY

V.A. BARABANSCHIKOV

The Laboratory for Systematic Psychological Research Institute of Psychology of the Russian Academy of Sciences 13, Yaroslavskaya St., Moscow, Russia

The article reveals the fundamental provisions of the system approach in psychology. The prospects of its development and its role at the present stage of psychological knowledge are discussed.