"Технологическое развитие всегда должно давать бизнес-результат"

О роли IT в новой структуре группы ВТБ, цифровой трансформации бизнеса и разработке рекомендаций Минэкономики в данном направлении рассказала "Ъ" зампред правления ВТБ Ольга Дергунова.

— Какова сейчас роль информационных технологий в группе ВТБ?

— В 2016 году группа ВТБ приняла новую стратегию развития на 2017-2019 годы, в которой масштабная технологическая трансформация и применение цифровых технологий в финансово-банковской практике названы одним из приоритетных направлений.

— Почему банк включил в стратегические задачи именно развитие IT?

— Масштабы и скорость внедрения технологий во всем мире и те возможности, которые они дают для развития финансово-банковских услуг, оказали большое влияние на формирование наших задач. Есть отрасли, в которых уровень проникновения инноваций не столь высок, однако для банков успешное ведение бизнеса без активного использования технологий просто невозможно. Развитие дистанционных каналов, внедрение технологий искусственного интеллекта, биометрии, аналитики на основе больших данных — вот над чем сейчас работают крупнейшие банки, в том числе ВТБ. Но банк ставит перед собой в первую очередь практические задачи. Все же мы не научно-исследовательский институт и не IT-разработчик. Запрос на технологии, которые принесут пользу бизнесу, формируется совместно с бизнес- или функциональными подразделениями. Инвестируя в технологии, мы ожидаем, что они должны дать результат на горизонте от года до пяти лет.

— Сейчас многие банки настолько увлеклись технологиями, что прямо заявляют о желании стать IT-компанией. Вы только что заявили о противоположном. Почему?

— Технологическое развитие всегда должно давать результат для бизнеса. Наши акционеры оценивают нас по размеру прибыли, которую приносит основная банковская деятельность. Все технологические проекты, в которые мы инвестируем, направлены на одно — повысить качество банковских продуктов и сервисов для клиентов. Это не означает, что мы не идем в новые области. Наоборот, мы взаимодействуем с разными игроками рынка, ищем новые технологические решения, но наш главный фокус всегда — это услуги в области банковских сервисов. Клиент приходит к нам для того, чтобы получить финансовые услуги.

— С точки зрения цифровой трансформации есть ли какие-то конкретные KPI?

— Из 100% проектов, которые определены как стратегические для развития банка, 85% напрямую зависят от внедрения технологий. Это очень высокий процент с точки зрения влияния IT на результаты бизнеса, и эту цель можно достичь, только если цифровая трансформация становится частью каждого проекта. Первый KPI — это доля проектов, в которых участвует команда цифровой трансформации, кросс-структурное подразделение, куда входят специалисты по IT, информационной безопасности, маркетингу и др. Еще один критерий — отбор и интеграция или проведение совместных пилотных проектов с небольшими технологическими компаниями и стартапами. И третий KPI — самый отдаленный по результату — связан с применением научно-исследовательского и опытно-констукторского подхода к технологиям, которые будут востребованы бизнесом, но принесут результат на горизонте начиная от трех лет. Поясню его на примере. Если мы рассказываем о какой-то новой технологии и она привлекает внимание бизнеса, то мы просим коллег четко сформулировать, когда она может быть востребована и в каких именно направлениях. Дальше наша задача — провести в течение шести месяцев пилот и по его итогам принять решение о дальнейшей разработке и внедрении. У подразделения цифровой трансформации есть право на ошибку. И приятно отметить, что из 100% проектов цифровой трансформации, запущенных в прошлом году, только 15% не получили дальнейшего продолжения, так как не были доказаны их целесообразность и эффективность. При этом 85% проектов сегодня нашли своих бизнес-заказчиков.

— Какие ключевые технологические направления у вас сейчас в разработке?

— Мы разрабатываем проекты по нескольким технологическим направлениям: биометрия, блокчейн, большие данные, искусственный интеллект. По каждому из них были сделаны пилоты в 2017 году, и уже в этом году мы ожидаем, что два проекта выйдут в промышленную реализацию.

— Сколько людей в ВТБ сейчас занимаются цифровой трансформацией?

— В группе ВТБ в подразделениях, связанных с информационными технологиями, работают более 5 тыс. человек. Они распределены по разным функциональным областям, но все работают на общий результат.

— Ощущается ли нехватка специалистов в сфере IT?

— Я думаю, что если вы спросите любого руководителя, связанного с информационными технологиями, испытывает ли он дефицит в кадрах, ответ будет: "Да! Скажите, где взять еще!"

— И как вы решаете эту задачу?

— Мы для себя приняли решение, что необходимо наращивать внутренний потенциал банка. Но это не означает отказ от использования внешних ресурсов. Мы активно взаимодействуем с лучшими поставщиками услуг, чтобы соблюдать баланс внутренних и внешних ресурсов. Но основную ставку мы делаем на развитие нашей собственной команды.

— Вы упомянули, что занимаетесь отбором стартапов для внедрения их решений в ВТБ. Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?

— В этом вопросе мы активно взаимодействуем с институтами развития Российской Федерации "Сколково", РВК. В частности, сейчас совместно с РВК мы запускаем собственный финтех-акселератор на базе GenerationS. Для нас это хорошая возможность найти перспективные технологические решения, которые при поддержке экспертов ВТБ могут быть быстро доработаны и в перспективе легко встроены в банковские бизнес-процессы. Для стартапов это шанс предложить свои разработки крупной корпорации и совместно с ее экспертами доработать продукт или провести совместный пилот. Я считаю, что это прекрасный пример того, как государство мудро и корректно помогает стартапам найти себя в работе с бизнесом.

— А за предыдущие годы работы с РВК были отобраны какие-то стартапы?

— Конечно, были, но хочется отобрать не один, два, три проекта, а построить промышленную систему отбора технологических решений для второго крупнейшего банка в стране. И это задача, которую мы вместе с РВК поставили перед собой на этот год.

— Насколько глубоко процесс цифровой трансформации затронул банковский сектор, по вашим ощущениям?

— Я думаю, что для банковского сектора, как минимум для топ-20 банков, вопрос опережающего развития информационных технологий не стоит, так как конкуренция в банковской сфере невозможна без инноваций. Мы себе на этот вопрос ответили еще десять лет назад. Цифровая трансформация для нас — это скорее новый термин для обозначения давно идущего процесса, в котором банки находятся уже последние несколько десятилетий.