Проблемы оплаты времени невыполнения работы в случае самозащиты работником трудовых прав

4. ТРУДОВОЕ ПРАВО; ПРАВО СОЦИАЛЬНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ

4.1. ПРОБЛЕМЫ ОПЛАТЫ ВРЕМЕНИ НЕВЫПОЛНЕНИЯ РАБОТЫ В СЛУЧАЕ САМОЗАЩИТЫ РАБОТНИКОМ ТРУДОВЫХ ПРАВ

Савин Виктор Тихонович, канд.юрид.наук, профессор. Должность: профессор. Место работы: Кубанский государственный аграрный университет. Подразделение: кафедра земельного, трудового и экологического права. E-mail: svt2002@mail.ru

Аннотация: В данной статье объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с осуществлением работником права на отказ от выполнения работы с целью самозащиты трудовых прав. Предмет исследования составляют теоретические положения о понятии правовой регламентации оплаты времени простоя работника, связанного с невыполнением им трудовых обязанностей при защите трудовых прав. Автор рассматривает вопросы, связанные с установлением всех случаев отказа работника от работы; установленным законом порядком оплаты времени неисполнения трудовых обязанностей работником в этих случаях; признанием законодателем времени невыполнения работы простоем; проведением сравнительного анализа простоя со временем неисполнения трудовой функции работником в момент защиты им трудовых прав; рассмотрением отказов работника от работы в случае лишения работника возможности трудиться, влекущем материальную ответственность работодателя. Основными выводами проведённого исследования являются: вопрос об оплате времени невыполнения работы при самозащите трудовых прав в трудовом законодательстве надлежащим образом не решён; время неисполнения трудовых обязанностей работником в случае осуществления им самозащиты своих трудовых прав нельзя, как это делает законодатель, расценить простоем в работе; это время работодатель должен оплачивать не в размере двух третей средней заработной платы работника, а в полном объёме без всяких ограничений. Особым вкладом автора в исследование темы является внесение конкретных предложений, направленных на совершенствование норм трудового законодательства, регулирующих оплату времени невыполнения работы в случае самозащиты работником трудовых прав.

Ключевые слова: работник, работодатель, самозащита трудовых прав, отказ от работы, простой работника, гарантии, оплата простоя, материальная ответственность.

PROBLEMS OF PAYMENT OF TIME OF NON-FULFILLMENT OF WORK IN THE CASE OF SELF-DEFENSE OF WORKERS OF LABOR RIGHTS

Savin Viktor Tikhonovich, PhD at law, professor. Position: professor. Place of employment: Kuban State Agrarian Uni-

versity. Department: land, labor and ecological law chair. Email: svt2002@mail.ru

Annotation: In this article the object of research is public relations arising in the connection with the realization of a right by a worker on refuse of non-fulfillment of work with the aim of self-defense of labor rights. The subject of the research makes up of theoretical regulations on the conception of the legal regulation of payment of time of idle time of a worker connected with the non-fulfillment of labor charges by them at the defense of labor rights. The author consider the questions connected with the establishment of all cases of the refuse of a worker from work; established the order of payment of time of non-fulfillment of labor charges by a worker by a law in these cases; acceptance of the worker's non-fulfillment by a legislator, conducting of comparative analysis of idle time with time of non-fulfillment of labor function by a worker in the moment of defense of labor rights by them; consideration of refuses of a worker from work to deprive a worker a possibility to work dragging the material responsibility of a worker. The main conclusions of the conducted research are the following: a question on a payment of time of nonfulfillment at the self-defense of labor rights in the labor legislation has not solved yet; time of non-fulfillment of labor charges of a worker in the case of implementation of the self-defense of labor rights by them is impossible, as a legislator does, estimate as idle-time in work; this time an employer must pay not in the size of the two third of an average salary of a worker but at the full extent without any limitations. The introduction of specific offers directed to the improvement of norms of labor legislation regulating the payment of time of non-fulfillment of work in the case of the self-defense of labor rights by a worker is a specific distribution of the author in the subject of the research. Keywords: worker, employer, self-defense of labor rights, refuse from work, idle time of a worker, guarantees, payment of idle time, material responsibility.

Гарантированность государственной защиты прав и свобод человека и гражданина, установленная ч. 1 ст. 45 Конституции РФ, связана с обязанностью государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека, которая закреплена в ст. 2 указанного основного закона России. Вместе с тем, государственная защита прав и свобод человека и гражданина не исключает и самостоятельных действий каждого по защите своих прав и свобод всеми способами, не запрещёнными законом (ч. 2 ст. 45 Конституции РФ), что расширяет их возможности в данной сфере.

В развитие этих конституционных норм законодатель в число основных прав работника, предусмотренных в ст. 21 ТК РФ, включил его право на защиту трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещёнными законом способами. Данное право конкретизируется в нормах раздела XIII ТК РФ, где ст. 352, открывающая этот раздел, устанавливает несколько основных способов защиты трудовых прав и свобод, одним из которых является самозащита работниками трудовых прав, регулируемая главой 59 (ст. 379, 380) ТК РФ.

Эта глава называется «Самозащита работниками трудовых прав», но в ней отсутствует понятие этой категории. В литературе принято считать, что самозащита проявляется в отказе работника выполнять порученную ему работу в целях восстановления нарушенного трудового права (прав) без обращения, или наряду с обращением в органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, либо в органы по осуществлению надзора и контроля за соблюдением трудового законодательства [6. С. 560; 1. С. 443].

Самозащита трудовых прав, как следует из содержания ст. 379 ТК РФ, допускается только в двух случаях: 1) отказа работника от выполнения работы, не предусмотренной трудовым договором; 2) отказа работника от выполнения работы, которая непосредственно угрожает его жизни и здоровью. Закреплённый в данной норме первый случай отказа работника от выполнения работы, учитывает ст. 60 ТК РФ, которая запрещает требовать от работника выполнения работы, не обусловленной трудовым договором, за исключением случаев, предусмотренных ТК РФ и иными федеральными законами. В данном случае законодатель гарантирует работнику все условия трудового договора, по которым его сторонами было достигнуто соглашение при заключении этого договора, что исключает их изменение в одностороннем порядке.

Такой отказ работника от работы может иметь место, например, в случае перевода на другую постоянную работу без письменного согласия работника; на работу, противопоказанную ему по состоянию здоровья; при нарушении условий допустимого временного перевода на другую работу; при привлечении к сверхурочным работам, работам в выходные и нерабочие праздничные дни без письменного согласия работника, когда такое согласие требуется в соответствии с ТК РФ [4. С. 871].

Второй случай отказа работника от выполнения работы основывается на ч. 3 ст. 37 Конституции РФ о праве работника н труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, которая детализируется в нормах главы 36 ТК РФ. Одна из них устанавливает право работника отказаться от выполнения работ в случае возникновения опасности для его жизни и здоровья вследствие нарушения требований охраны труда (ст. 219 ТК РФ).

Кроме этого, ч. 6 ст. 220 ТК РФ гласит, что в случае необеспечения работника, в соответствии с установленными нормами, средствами индивидуальной и коллективной защиты работодатель не имеет права требовать от работника исполнения трудовых обязанностей, что равносильно отказу от выполнения работы. Работник, как это вытекает из содержания ч. 7 ст. 220 ТК, также вправе отказаться от выполнения тяжёлых работ и работ с вредными или опасными условиями труда, не предусмотренных трудовым договором.

Указанные отказы от выполнения работы не исчерпывают всех их случаев, так как в ч. 2 ст. 379 ТК РФ отмечается, что в целях самозащиты трудовых прав работник имеет право отказаться от выполнения работы также в других случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами. Таким случаем, согласно ч. 2 ст. 142 ТК РФ является право работника приостановить работу в случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней на весь период до выплаты задержанной суммы.

В приведённых случаях отказов работника от выполнения работы обращает на себя внимание тот факт,

что все они основываются на праве, закрепленном в ст. 379 ТК РФ, предусматривающей самозащиту трудовых прав. Но при этом законодатель ни в данной норме, ни в разделе VII ТК РФ, именуемым «Гарантии и компенсации», не устанавливает никаких гарантий реального осуществления работником этого права. В соответствии со ст. 164 ТК РФ, гарантии - это средства, способы и условия, с помощью которых обеспечивается осуществление предоставленных работникам прав в области социально-трудовых отношений. Особой разновидностью гарантий являются гарантийные выплаты (денежная форма гарантий), производимые работнику с целью сохранения прежнего уровня заработка, либо возмещения заработка за время, когда он по причинам, указанным в трудовом законодательстве, не выполнял своих трудовых обязанностей [3. С. 409].

Отсутствие гарантии в денежной форме придаёт чисто декларативный характер провозглашённому в ст. 379 ТК РФ праву работника на самозащиту трудовых прав. В сложившейся ситуации, когда право на самозащиту не подкреплено гарантией, возможность его осуществления сводится к нулю. Ведь реализация этого права работником практически невозможна, ибо сделать это, не имея финансовых средств для обеспечения достойного существования самого себя и своей семьи, рискнёт далеко не каждый работник.

Видимо, понимая это, законодатель пытается устранить эту ненормальную ситуацию, для чего вместо указанной гарантии закрепляет в ст. 379 ТК РФ правило, согласно которому на время отказа от работы за работником сохраняются все права, предусмотренные трудовым законодательством и иными актами, содержащими нормы трудового права. Это правило находит свою конкретизацию в ч. 5 и 6 ст. 220 ТК РФ, в которых соответственно указывается: 1) время простоя работника до устранения опасности для его жизни и здоровья оплачивается работодателем в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами (ч. 5 ст. 220 ТК РФ); 2) в случае необеспечения работника средствами индивидуальной и коллективной защиты работодатель не имеет права требовать от работника исполнения трудовых обязанностей, и должен оплатить возникший по этой причине простой в соответствии с ТК РФ (ч. 6 ст. 220 ТК РФ).

Как следует из данных норм, в этих случаях время неисполнения трудовых обязанностей оплачивается в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами, т.е. по правилам ст. 157 ТК РФ, регулирующей оплату времени простоя, которая устанавливает её размер в пределах не менее двух третей средней заработной платы работника. Но, в то же время, трудовое законодательство вообще не устанавливает оплату времени невыполнения работником трудовой функции по причинам, указанным в ст. 142, ч. 7 ст. 220 и ст. 379 ТК РФ, которые наделяют работника правом отказаться от выполнения работы, не предусмотренной трудовым договором.

Следовательно, законодатель по необъяснимым причинам закрепляет неоднозначный порядок оплаты времени неисполнения работником трудовых обязанностей в связи с необходимостью защитить свои трудовые права: в одних случаях время невыполнения работы не оплачивается, а в других случаях, которых меньше, оплачивается, но не полностью, а в ограниченном размере (не менее двух третей среднего заработка).

Такой подход законодателя к решению этого вопроса нельзя признать разумным и обоснованным, так как он

делает бессмысленным закрепление в ст. 379 ТК РФ права работника на самозащиту трудовых прав, тем не менее, он полностью разделяется в науке трудового права [8. С. 464; 7. С. 558]. При этом некоторые её представители предлагают время невыполнения работником трудовой функции, оплата которого ТК РФ не предусмотрена, оплачивать также в пределах двух третей средней заработной платы. Так, Н.Н. Шептули-на писала: работник вправе отказаться от выполнения тяжелых работ и работ с вредными или опасными условиями труда, не предусмотренных трудовым договором, при этом он вправе отказаться от выполнения названных работ во всех случаях, включая временный перевод на другую работу при производственной необходимости, и если в указанных случаях предоставление работнику другой работы невозможно, то время его простоя, по её мнению, должно оплачиваться как простой не по вине работника (ст. 157 ТК) [2. С. 489].

М.И. Кучма считает, что поскольку ст. 379 ТК РФ предусматривает сохранение за работником всех прав, когда он в целях самозащиты отказывается от выполнения работы, то неправильно было бы период невыхода на работу, предусмотренного ст. 142 ТК РФ, оставить без какой-либо оплаты, и так как это простой не по вине работника, то следует применять ст. 157 ТК РФ [4. С. 366].

Её мнение поддерживает Н.Г. Гладков, который полагает, что оплата времени приостановки работы в связи с нарушением установленных сроков выплаты заработной платы, то есть простоя, очевидно, по причинам экономического или организационного характера отвечает требованиям ст. 37 Конституции РФ, ст. ст. 4, 142, 234, 379 ТК РФ и должна производиться в соответствии с ч. 1 ст. 157 ТК РФ [4. С. 873].

В связи с этим небезынтересным является и мнение Минтруда РФ, которое ещё до принятия ТК РФ в своём разъяснении от 27 июня 1996 г. «Об отпусках без сохранения заработной платы по инициативе работодателя» (Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 1996. № 1) указало, что в случае, если работники не по своей вине не могут выполнять обязанности, предусмотренные заключёнными с ними трудовыми договорами (контрактами), то работодатель обязан согласно ст. 94 КЗоТ РФ оплатить время простоя в размере не ниже двух третей тарифной ставки (оклада).

Данные суждения авторов и позиция Минтруда РФ, в которых предлагается все периоды невыполнения работы в связи с самозащитой трудовых прав оплачивать не полностью, а в размере не менее двух третей средней заработной платы работника, представляются небесспорными по целому ряду причин. Как ранее отмечалось, время приостановки работ оплачивается работодателем в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами (ч. 5 и 6 ст. 220 ТК РФ), т.е. с применением ст. 157 ТК РФ, которая ставит порядок оплаты времени простоя в зависимость от вины работника и работодателя.

Иначе говоря, время неисполнения работником трудовых обязанностей при осуществлении им самозащиты своих трудовых прав законодателем расценивается простоем, с чем трудно согласиться, так как такая позиция неадекватна реальной действительности. Определение простоя содержится в ч. 3 ст. 72.2 ТК РФ, под которым понимается «временное приостановление работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера».

Очевидно, что данные причины возникают в производственной сфере в процессе организации труда, которые чаще всего зависят от работодателя, а не от работника. Ведь по своей сущности они не могут быть следствием неисполнения или ненадлежащего исполнения работником своих трудовых обязанностей, в связи с чем его вины в простое, произошедшем по указанным причинам, объективно быть не может. Кроме того, понятие «простой» имеет узкое значение, так как оно сформулировано для применения в рамках подинститута «Изменение трудового договора», нормы которого регулируют временные переводы работников на другую работу. Это исключает его функционирование во всех других отношениях, возникающих в сфере труда, которые выходят за рамки указанного подинститута. К тому же, из смысла отмеченной дефиниции вытекает, что приостановка работы организации или её структурных подразделений по вышеуказанным причинам влечёт простой в работе для всего трудового коллектива, либо для отдельной его части.

В отличие от простоя, упомянутого в ст. 72.2 ТК РФ, время неисполнения трудовых обязанностей работником в случаях самозащиты им трудовых прав является следствием нарушения работодателем норм трудового законодательства, в связи с чем эти причины носят субъективный характер. Они возникают в правовом поле, т.е. в правовых отношениях между работодателем и работником, в которых последним реализуется его право трудиться. Причём, эти причины влекут наступление приостановки работ для каждого взятого в отдельности работника.

Указанные специфические особенности формируют различные правовые характеристики этих двух правовых явлений, что препятствует рассмотрению их тождественными категориями трудового права. Поэтому законодатель необоснованно признаёт время неисполнения работником трудовых обязанностей, в случае самозащиты им трудовых прав, простоем в работе, в связи с чем неправомерно именовать этот период времени простоем работника, в его понимании, данном в ст. 72.2 ТК РФ. Это вызывает необходимость устранения из ч. 5 и 6 ст. 220 ТК РФ термина «простой», который следует заменить словосочетанием «время невыполнения работы в целях самозащиты работником трудовых прав».

Вышеизложенное исключает применение ст. 157 ТК РФ к отношениям по оплате времени приостановки работ в целях самозащиты трудовых прав работника. Это в полной мере относится и к другим случаям отказа работника от выполнения трудовых обязанностей, где время его бездействия оплачивается частично, в размере не менее двух третей средней заработной платы.

Однако законодатель в ч. 5 и 6 ст. 220 ТК РФ говорит о простое работника, но не о времени невыполнения работы при самозащите трудовых прав, что не совсем случайно. Ведь простой, который фигурирует в данных нормах, будет оплачиваться в соответствии со ст. 157 ТК РФ в не полном, а в ограниченном размере, что ухудшает материальное положение работника. Но в других случаях самозащиты трудовых прав время неисполнения трудовых обязанностей не подлежит оплате даже в этих пределах, так как трудовое законодательство безмолвствует по этому вопросу. Безусловно, сложившаяся негативная ситуация в ТК РФ, которую невозможно не заметить, подчеркивает бесправное положение работников во всех случаях его отказа от выполнения трудовой функции.

Представляется совершенно нелогичным, когда законодатель, в принципе, допуская в некоторых случаях возможность оплаты времени неисполнения трудовых обязанностей, не наделяет работодателя обязанностью произвести работнику выплату заработка во всех других случаях осуществления им самозащиты трудовых прав. Ведь объединяющим признаком для всех отказов работника от выполнения работы служит тот факт, что они являются идентичными формами самозащиты его трудовых прав, предусмотренными ст. 379 ТК РФ, которые влекут наступление одних и тех же последствий, связанных с приостановкой работы. Данные обстоятельства исключают какую-либо дифференциацию в выплате заработка, не полученного работником в случае его самозащиты трудовых прав, и не препятствуют оплате в полном объёме времени неисполнения им трудовых обязанностей, когда он отказывается от выполнения работы.

Вместе с тем, нужно заметить, что в результате противозаконных действий работодателя, вынуждающих работника прибегнуть к отказу от выполнения работы, ему причиняется ущерб, возникающий в связи с утратой им заработка за всё время самозащиты трудовых прав. Но данный ущерб должен быть возмещён работодателем полностью, так как ст. 22 ТК РФ возлагает на него обязанность возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей. Это является основанием для установления в трудовом законодательстве нормы, которая предусматривала бы возможность оплаты времени самозащиты трудовых прав в полном объёме.

Подтверждением этого вывода может служить тот факт, что работнику, восстановленному на прежней работе в связи с незаконным его увольнением при осуществлении им права на самозащиту трудовых прав, на основании ч. 1 и 2 ст. 394 ТК РФ будет выплачена средняя месячная заработная плата за всё время неисполнения им трудовых обязанностей. Кроме того, необходимость оплаты времени невыполнения работы в случае самозащиты трудовых прав косвенно подтверждает и сам законодатель, который, хотя и в ограниченном размере, но всё-таки предусматривает оплату времени бездействия работника в некоторых случаях его отказа от работы.

Таким образом, вопрос об оплате времени невыполнения трудовых обязанностей, в течение которого работник защищал свои трудовые права, в трудовом законодательстве надлежащим образом не решён. Поэтому закрепление в ст. 379 ТК РФ вышеотмеченного правила, вместо установления в трудовом законодательстве конкретной гарантии обеспечения права работника на самозащиту трудовых прав, не привело к нужному результату. Отсутствие в настоящий момент в трудовом праве данной гарантии создаёт проблемы реализации работником его права на отказ от выполнения работы. Это существенно снижает значение такого способа защиты работников, как самозащита трудовых прав, что требует в самое ближайшее время устранения такого положения.

Обобщая изложенное, следует сказать, что вне зависимости от причин, указанных в трудовом законодательстве, побудивших работника защищать свои нарушенные трудовые права, работодатель должен оплачивать время неисполнения работником трудовых обязанностей не в размере двух третей средней заработной платы работника, а в полном объёме без всяких ограничений.

Поэтому в целях охраны конституционного права гражданина на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, права работника на самозащиту его трудовых прав, а также в соответствии с таким основным принципом трудового права, как «установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей» (ст. 2 ТК РФ), необходимо в ТК РФ предусмотреть правило об оплате времени невыполнения работы во всех случаях самозащиты трудовых прав. Данное правило и будет выступать в качестве гарантийной выплаты работнику, которая будет обеспечивать работнику осуществление им права на самозащиту трудовых прав.

Для этого законодатель должен дополнить ст. 379 ТК РФ частью третьей следующего содержания: «Время неисполнения работником трудовых обязанностей в случаях его отказа от работы в целях защиты трудовых прав оплачивается работодателем полностью из расчёта средней заработной платы работника без всяких ограничений».

Вместе с тем, представляется, что проблему оплаты времени, в течение которого работник не выполнял работу, защищая свои трудовые права, можно было бы решить с учётом ст. 234 ТК РФ, устанавливающей материальную ответственность работодателя. В связи с этим важно отметить, что вина работника в приостановке работы в момент самозащиты трудовых прав отсутствует, так как невыполнение им трудовых обязанностей происходит в силу того, что работодатель лишает его этой возможности, не исполняя возложенные на него ст. 22 ТК РФ обязанности: 1) предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; 2) обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; 3) обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; 4) выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Следовательно, незаконными действиями работодателя нарушается право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, в связи с чем работник предпринимает действия по защите указанного права, связанные с его отказом от выполнения трудовой функции. Вследствие этого происходит вынужденная приостановка работы, в течение которой работник должен был бы работать и получать за это заработную плату, если бы работодатель не создал бы ему препятствия для надлежащего исполнения трудовых обязанностей. Значит, работник в силу виновных деяний работодателя фактически незаконно лишается возможности трудиться.

Отсюда вытекает, что отказы работника от выполнения работы в целях самозащиты трудовых прав, по сути дела, являются случаями лишения его возможности трудиться, о которых говорится в ст. 234 ТК РФ. Поэтому эти отказы работника подпадают под юрисдикцию этой нормы, с вытекающими отсюда последствиями.

Данный вывод не согласуется с научной позицией, в соответствии с которой «невыполнение работником своих трудовых обязанностей по вине работодателя в случае простоя необходимо отличать от незаконного лишения его работодателем возможности трудиться, например, при незаконном увольнении, переводе на

другую работу, что влечёт обязанность работодателя возместить работнику материальный ущерб» [3. С. 400 - 401]. Но, так как невыполнение работником трудовых обязанностей в случае простоя - явление достаточно распространённое на практике, то нужно уточнить, что в данном случае имеется в виду отказ работника от выполнения работы в целях самозащиты его трудовых прав. При этом время, когда работник не исполнял трудовую функцию, в ТК РФ именуется простоем, что, как было показано выше, неприемлемо для отношений по самозащите трудовых прав.

Приведённая точка зрения, в силу отсутствия её аргументации, представляется недостаточно убедительной. Ведь в противостоящих друг другу явлениях гораздо больше общих моментов, чем отличий, в связи с чем, прежде всего, следует отметить, что лишение работника возможности трудиться влечёт такое же невыполнение им своих трудовых обязанностей, как и при его отказе от работы в целях самозащиты трудовых прав. При этом невыполнение трудовой функции и в том и другом случаях характеризуется вынужденным бездействием работника, которое происходит по вине работодателя.

Кроме этого, как при отказе работников от работы, так и при лишении их возможности трудиться для работников наступают совершенно одинаковые последствия, связанные с неполучением ими заработной платы, что причиняет им материальный ущерб. В обоих случаях ст. 22 ТК РФ возлагает на работодателя обязанность возместить вред работнику, которая конкретизируется в ст. 234 ТК РФ, предусматривающей важное правило, согласно которому «работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться», что расценивается законодателем его материальной ответственностью.

Сказанное подчеркивает тождественность этих правовых явлений, что делает вполне уместным распространение ст. 234 ТК РФ на работников, которые не исполняют трудовые обязанности в силу самозащиты своих трудовых прав. Поэтому закреплённое в ст. 234 ТК РФ право работника требовать от работодателя возмещения материального ущерба, причинённого ему в результате незаконного лишения его возможности трудиться, также имеется и у работника, отказавшегося от выполнения трудовой функции. И, если этот работник обоснованно отказался от выполнения работы, то работодатель на основании данной нормы обязан выплатить ему заработок за весь период неисполнения им трудовых обязанностей.

Однако упоминание об отказах от выполнения трудовой функции, в целях самозащиты трудовых прав, не содержится в перечне случаев незаконного лишения работника возможности трудиться (далее - Перечень), который предусмотрен в ст. 234 ТК РФ. Этот Перечень является закрытым, что исключает действие содержащегося в данной норме правила об обязанности работодателя возместить не полученный работником заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Данное обстоятельство делает невозможным возмещение работнику утраченного им заработка за время неисполнения трудовых обязанностей при самозащите трудовых прав.

Всё это не позволяет ст. 234 ТК РФ обеспечить надлежащую защиту трудовых прав и законных интересов работника не только при его отказе от выполнения работы, но и во многих других случаях незаконного лишения работника возможности трудиться, которые на-

ходятся за границами Перечня. Следовательно, дефектность данной нормы служит основной причиной неправомерного освобождения работодателя от материальной ответственности, что требует исправления сложившейся негативной ситуации.

В связи с этим в науке трудового права предлагается сконструировать ст. 234 ТК РФ таким образом, чтобы правило этой нормы об обязанности работодателя возместить работнику не полученный им заработок распространялось бы на все случаи лишения работника права трудиться, независимо от содержащегося в ней Перечня [5. С. 19 - 20]. Представляется, что такая реконструкция этой нормы будет способствовать возмещению работнику не полученной им заработной платы во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в том числе, и при обоснованном отказе от исполнения трудовых обязанностей в целях самозащиты трудовых прав.

Вместе с тем, надо полагать, что в обозримой перспективе предложение о совершенствовании ст. 234 ТК РФ не будет реализовано законодателем, так как оно не вписывается в проводимую им политику в сфере правового регулирования трудовых отношений. Эта политика характеризуется наделением работодателя большими полномочиями, в усилении их защиты за счёт снижения уровня правовых гарантий трудовых прав работников, о чём свидетельствует развитие трудового законодательства в постсоветский период. И, как следствие этого, узаконенное в настоящее время трудовым законодательством освобождение работодателя от возмещения работнику утраченного им заработка в рассмотренных выше случаях, что прямо указывает на заинтересованность законодателя в защите финансовых интересов первого.

В итоге следует констатировать, что всё вышеизложенное предопределяет необходимость изменения такой политики, в которой акцент делается не на правах работников и гарантиях их реализации, а на усилении правового положения работодателя. Полагаем, что первым шагом этого процесса могло бы стать закрепление в ст. 379 ТК РФ предложенной выше гарантийной выплаты, которая надлежащим образом будет обеспечивать осуществление работниками их права на отказ от выполнения работы с целью самозащиты трудовых прав и сохранение утраченного ими в этот период среднего месячного заработка.

Список литературы

1. Гейхман В.Л. Трудовое право: учебник для вузов / В.Л. Гейхман, И.К. Дмитриева. М.: Издательство Юрайт; ИД Юрайт, 2011. - 523 с.

2. Комментарий к Трудовому кодексу РФ / Отв. ред. Ю.П. Орловский. М.: Юридическая фирма «КОНТРАКТ», «ИНФРА-М», 2002. - 959 с.

3. Комментарий к Трудовому кодексу РФ / Под ред. К.Н. Гусова. М.: ТК Велби, Изд -во Проспект, 2008. -896 с.

4. Комментарий постатейный к Трудовому кодексу РФ / Отв. ред. Н.Г. Гладков, И.О. Снигирева. М.: Про-физдат, 2006. - 1032 с.

5. Савин В.Т. Проблемы конструкции правовой нормы, регулирующей материальную ответственность работодателя за незаконное лишение работника возможности трудиться // Бизнес в законе. 2014. № 6. - С. 13 - 19.

6. Трудовое право России: Учебник / Отв. ред. Ю.П. Орловский и А.Ф. Нуртдинова. М.: Юрид. фирма «КОНТРАКТ»; «ИНФРА-М», 2014. - 648 с.

7. Трудовое право России: учебник / Под ред. С.П. Маврина, Е.Б. Хохлова. М.: Норма: ИНФРА-М, 2013. -608 с.

8. Чикирева И.П., Хильчук Е.Л. Трудовое право Российской Федерации: учебное пособие. М.: Проспект, 2010. - 624 с.

Рецензия

на научную статью к.ю.н., профессора Савина Виктора Тихоновича на тему: «Проблемы оплаты времени невыполнения работы в случае самозащиты работником трудовых прав»

Дальнейшее развитие рыночной экономики в России объективно требует повышения уровня защиты трудовых прав наёмного работника, в связи с чем законодатель закрепляет в ст. 379 ТК РФ право работника отказаться от выполнения работы в целях самозащиты его трудовых прав. Но при этом законодатель устанавливает неоднозначный порядок оплаты времени неисполнения работником трудовых обязанностей, тем самым не обеспечивает реального осуществления работником указанного права. Это вызывает потребность в проведении специального научного исследования правовой регламентации оплаты времени, в течение которого работник не работал, что будет способствовать укреплению правового механизма защиты трудовых прав и законных интересов работников.

Поэтому, представленная на рецензирование статья В.Т. Савина не вызывает сомнений в её актуальности и носит исследовательский характер. Представляется методологически верным проведение в ней автором анализа всех случаев отказа работника от выполнения трудовых обязанностей, предусмотренных ТК РФ, который показал, что время неисполнения трудовой функции работником в этих случаях признаётся законодателем простоем. Следовательно, данное время оплачивается как простой, т.е. в соответствии со ст. 157 ТК РФ в не полном, а в ограниченном размере (не менее двух третей заработка).

В связи с этим автор рассматривает две правовые категории: простой и время невыполнения работы в случаях самозащиты трудовых прав, в результате чего приходит к правильному выводу: между ними отсутствует тождественность, что исключает применение ст. 157 ТК РФ к отношениям по оплате времени приостановки работ при осуществлении самозащиты трудовых прав.

Приводя ряд достаточно обоснованных доводов, автор, на наш взгляд, справедливо полагает, что вне зависимости от причин, указанных в ТК РФ, побудивших работника защищать свои нарушенные трудовые права, работодатель должен оплачивать время неисполнения работником трудовых обязанностей во всех случаях отказа работника от выполнения трудовой функции полностью из расчёта средней заработной платы работника без всяких ограничений.

В целом, изложенное позволило В.Т. Савину внести предложения, направленные на совершенствование трудового законодательства, регулирующего порядок оплаты времени невыполнения работником трудовых обязанностей в момент защиты им трудовых прав, которые заслуживают большого внимания.

Таким образом, можно констатировать, что научная статья В.Т. Савина подготовлена на высоком научно-теоретическом уровне, носит самостоятельный и творческий характер, представляет интерес для широкого круга читателей. Она написана хорошим литературным языком, её название полностью соответствует

содержанию статьи. Всё это свидетельствует о том, что автор успешно справился со стоящей перед ним задачей. Данная работа соответствует предъявляемым к ней требованиям и заслуживает опубликования.

Рецензент: к.ю.н., доцент кафедры административного и финансового права ФГБОу ВПО «Кубанский государственный университет» Т.Л. Адриановская