Саморегуляция поведения и ее роль в процессе социальной адаптации аддиктивной личности

ПСИХОЛОГИЯ АКТИВНОСТИ ЛИЧНОСТИ

Вестник Омского университета. Серия «Психология». 2016. № 1. С. 4-9. УДК 316.6

И. С. Бубнова

Иркутский государственный университет

А. Г. Терещенко

Иркутский юридический институт (ф) РПА МЮ РФ

САМОРЕГУЛЯЦИЯ ПОВЕДЕНИЯ И ЕЕ РОЛЬ В ПРОЦЕССЕ СОЦИАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ АДДИКТИВНОЙ ЛИЧНОСТИ

С целью оптимизации психоэмоционального состояния аддиктивной личности студентов предлагается коррекционно-развивающая программа поведенческой саморегуляции. Особое внимание уделяется комплексному подходу к разрешению проблем, связанных с адаптацией и социализацией аддиктивной личности. Овладение навыками психоэмоциональной и поведенческой регуляции рассматривается как фактор увеличения адаптационных возможностей студентов.

Ключевые слова: саморегуляция поведения; социальная адаптация; аддикция; аддиктивная личность; студент.

I. Bubnova

Irkutsk State University

А. Tereshchenko

Irkutsk law University (branch) of Russian legal Academy of Ministry of justice of Russia

THE ROLE OF BEHAVIORAL SELF-REGULATION IN THE PROCESS OF SOCIAL ADAPTATION OF AN ADDICTIVE PERSON

This paper offers a corrective and developing program of behavioral self-regulation aiming at optimization of psychical and emotional state of addictive students. The article pays special attention to the comprehensive approach to the solving of the problems concerned with adaptation and socialization of an addictive person. Mastering the skills of psychical, emotional and behavioral regulation is considered as a factor of extension of students' adaptive capabilities.

Keywords: behavioral self-regulation; social adaptation; addiction; addictive person; student.

Произошедшие в России изменения, связанные с реформированием социально-экономической системы, вызвали у населения страны актуализацию потребности в адаптации к новым ценностям и условиям жизни. Любая социальная система, в том числе и в переходный период, представляет собой некую структурную целостность, характеризующуюся изменяющейся динамичностью и разнообразием векторов развития. При этом данная социальная система призвана выполнять три фундаментальные функции: мобилизации социального и человеческого потенциала, формирования гибкой и динамичной социальной структуры и обеспечения управ-

ляемости социальной системы. Однако кризисное общество не располагает социальными технологиями, которые способны обеспечить максимальную и предсказуемую адаптацию личностям различного типа.

Эффективность адаптации в значительной степени зависит от условий воспитания, от типа нервной системы человека, от того, насколько индивид адекватно воспринимает себя и свои социальные связи, соизмеряет свои потребности с имеющимися возможностями и осознает мотивы своего поведения. Искаженное или недостаточно развитое представление о себе ведет к снижению уровня адаптации, что может сопровождаться повы-

© Бубнова И. С., Терещенко А. Г., 2016 4

шенной конфликтностью, недопониманием собственной социальной роли, понижением работоспособности, ухудшением состояния здоровья. Дезадаптация может также приводить к обострению имеющихся заболеваний, срывам в профессиональной деятельности, к антисоциальным поступкам.

Успешность адаптации зависит также от ряда субъективных и объективных условий (функционального состояния организма, социального опыта, жизненных установок личности и многого другого). Имеется ряд личностных характеристик, отличающихся относительной стабильностью, которые во многом определяют успех адаптации в самых разных условиях деятельности. К таким характеристикам следует отнести прежде всего инте-гративно-поведенческую регуляцию и уровень социализации.

При рассмотрении интегративно-пове-денческой регуляции значительная роль, наряду с необходимостью оценки уровня функционирования регуляторных механизмов центральной нервной системы, отводится необходимости учета субъективной стороны - переживаниям, чувствам, которые отражают отношение человека к тем или иным событиям и явлениям жизни. Необходимо учитывать и то, что один и тот же воздействующий стимул у разных людей может вызвать различную ответную реакцию.

Поведенческая саморегуляция - это понятие, характеризующее способность человека регулировать свое взаимодействие со средой деятельности. Она осуществляется в единстве энергетических, динамических и содержательно-смысловых аспектов. Составляющими поведенческой регуляции являются: самооценка, уровень нервно-психической устойчивости, а также наличие социального одобрения (социальной поддержки) со стороны окружающих людей. Поведенческая саморегуляция представляет собой замкнутый контур регулирования живой системы и является информационным процессом, носителем которого выступают различные формы отражения действительности. Все выделенные элементы отражают соотношение потребностей, мотивов, эмоционального фона настроения, самосознания, «Я-концепции» [2].

В зависимости от вида деятельности и условий ее осуществления в период адаптации саморегуляция может реализовываться посредством различных психических средств

(через чувственные конкретные образы, представления, понятия и др.). Принятая субъектом цель адаптации не определяет однозначно условий, необходимых для построения программы исполнительских действий. При сходных условиях деятельности возможны различные способы достижения одного и того же результата. Общие закономерности саморегуляции реализуются в индивидуальной форме, зависящей как от конкретных условий, так и от характеристик нервной деятельности, от личностных качеств субъекта адаптации, его привычек в организации своей деятельности, которые, в свою очередь, формируются в процессе воспитания и самовоспитания.

Саморегуляция (от лат. regulare - приводить в порядок, налаживать) - способ целесообразного функционирования живых систем различных уровней организации и сложности. Психическая саморегуляция является одним из уровней регуляции активности этих систем, выражающим специфику реализующих ее психических средств отражения и моделирования действительности, в том числе и рефлексии субъекта. Саморегуляция имеет следующие этапы: выработки субъектом цели его произвольной активности, выделения значимых условий деятельности, разработки программы собственно исполнительских действий, выбора системы критериев успешной деятельности, получения информации о реально достигнутых результатах, оценки соответствия реальных результатов критериям успеха, принятия решения о необходимости и характере коррекционной деятельности [4, с. 58-75].

Большой вклад в разработку теории саморегуляции внесли физиологи И. М. Сеченов, И. П. Павлов, Н. В. Введенский, А. А. Ухтомский, П. К. Анохин и др. [1; 5]. Заслуга этих исследователей состоит в том, что, рассматривая принципы рефлекторной деятельности мозга, они вскрыли физиологический смысл волевого расслабления мышц, показали роль самовнушения на фоне состояния релаксации. Значительный вклад в понимание природы саморегуляции внесли также Л. С. Выготский, доказавший опосредованный характер психической деятельности и происхождение внутренних психических процессов из внешних (идея интериоризации), и А. Р. Лурия, выделивший речь как один из наиболее существенных средств регуляции человеческого поведения [3].

Развивая основные положения физиологического учения И. П. Павлова, П. К. Анохин предложил теорию функциональных систем [1]. Согласно его теории поведение целе-направлено, так как оно направляется опережающим отражением действительности. Функциональные системы строятся с учетом актуальных потребностей живых существ, которые находятся в режиме постоянного формирования под воздействием метаболических процессов. Кроме того, функциональные системы организма могут образовываться под влиянием специальных факторов окружающей организм среды. У человека в качестве них выступают факторы социальной среды. Совокупная деятельность множества функциональных систем определяет сложные процессы гомеостазиса организма и его взаимодействия со средой обитания. Функциональные системы представляют, таким образом, единицы интегративной деятельности организма.

Выделяя специфические функции психических процессов, исследователи особое внимание уделяют эмоциональным реакциям, подчеркивая их роль в повседневной жизни, в воспитании, в регуляции поведения. Л. С. Выготский определил это как «результат оценки самим организмом своего отношения со средой» [3, с. 110]. Переживание, отражая степень удовлетворенности субъекта в его взаимоотношениях с окружающей общественной средой, как бы «осведомляет» его об этих взаимоотношениях и, в соответствии с этим, направляет его поведение. Положительные и отрицательные эмоции сигнализируют индивиду, следует ли стремиться к данному предмету деятельности, данной ситуации или избегать их. Отсюда вытекает прямая связь психологического механизма воли с механизмом эмоций. Первый является как бы непосредственным продолжением второго, способом связи избирательно-ориентированной деятельности психики и практического поведения индивида. По-видимому, влечение и страх (первичные афферентные реакции) и в социальном развитии человека, и в онтогенезе все в большей степени сопровождаются многообразными эмоциями, позволяющими индивиду адаптироваться к все усложняющемуся опыту его практической жизни. М. С. Каган отмечает: «Знания, добываемые мышлением, ценностные установки, вырабатываемые переживаниями и мобилизирующие волю к действию,

опосредуют преобразовательную практику, которая может осуществляться как целенаправленная и саморегулирующая деятельность» [5, с. 160]. Человек должен собственными усилиями связывать, сопрягать, объединять, системно организовывать все, что он узнает о других людях, о себе. Мера достигаемого каждой личностью единства ее миросозерцания и самосознания варьируется в широких пределах. Могут существовать и препятствующие этому помехи: субъективные, индивидуально-психологические, и объективные, социально-исторические, которые мешают личности адаптироваться в существующих условиях. Дело в том, что психика отражает, осознает и осмысливает отличия субъекта и объекта, соответственно «распределяя» вырабатываемую ею информацию в две разные, но взаимосвязанные системы - миросозерцание и самосознание [5, с. 139-140]. С точки зрения М. С. Кагана, для регуляции компонентов деятельности необходима последовательность следующих пяти блоков:

• мотивационного, включающего в себя потребности, идеалы, мотивы, установки, ин-тересы,влечения;

• ориентационного, включающего в себя механизмы целеполагания, планирования и прогнозирование деятельности;

• операционного, включающего в себя способности, умения, навыки, привычки;

• энергетического, складывающегося из таких составляющих, как внимание, воля, эмоциональный фон, от которых во многом зависят энергетические ресурсы каждой конкретной операции;

• оценочного блока, включающего в себя доступные психике механизмы эмоциональной и мыслительной оценки результатов действия, позволяющего чувствовать удовлетворенность или неудовлетворенность от результатов деятельности.

Миросозерцание и самосознание влияют на мотивационный блок управления деятельностью, а через него - на всю направленность личности. Взаимодействие этих смежных механизмов является основой внутреннего функционирования психики, они оказываются соединенными прямыми и обратными связями. Кроме этого, как будет протекать та или иная деятельность человека, зависит от характера и установок личности.

Вышеперечисленные представления о системной организации физиологических,

психофизиологических и поведенческих реакций должны найти отражение в решении целого ряда проблем, связанных с регуляцией поведения человека. Представляется, что проецирование на регуляцию поведения структуры человеческой деятельности помогает более точно представить содержание форм и методов работы, направленных на саморегуляцию поведения в период социальной адаптации.

Система саморегуляции представляет собой сложное, иерархическое образование. Интеграция всех ее уровней в единый комплекс и обеспечивает устойчивость процесса регуляции поведения [9]. Оценка показателя нервно-психической устойчивости в процессе саморегуляции поведения дает возможность оценить склонность к срывам нервной системы при значительном психическом или физическом напряжении, при смене условий деятельности. Лица с признаками нервно-психической неустойчивости отличаются пониженной приспосабливаемостью, склонностью к нервно-психическим срывам и нарушению социальных норм. Определение показателей нервно-психической неустойчивости является непосредственной оценкой стрессо-устойчивости и позволяет характеризовать порог фрустрации. На феноменологическом уровне нервно-психическая неустойчивость неоднородна. Для лиц с признаками акцентуаций личности, психопатий и различных нервно-психических расстройств характерны повышенная эмоциональность, эмотивная и когнитивная неустойчивость, импульсивность, высокий уровень тревожности [6].

В поведенческой регуляции значительная роль принадлежит самооценке. От нее во многом зависит интенсивность протекания основных психических процессов. Низкие самооценки свидетельствуют о негативном психическом состоянии. Лица с низкой самооценкой тревожны, неустойчивы, теряют интерес к жизни, не видят жизненных перспектив и часто бь^ют склонны к суицидам. И наоборот, высокая самооценка личности свидетельствует о психическом здоровье.

Для каждого человек значимой представляется информация о том, как окружающие относятся к его поступкам. Поэтому показателем поведенческой саморегуляции является наличие социальной поддержки. Ощущение собственной значимости и одобрения со стороны социума стимулирует ак-

тивность, благоприятно влияет на повышение уровня самооценки, увеличивает вероятность успешной адаптации в новых условиях. Отсутствие описанной информации или ощущение своей ненужности, наоборот, приводит к осложнению процесса адаптации, усиливает появление негативных характеристик, в том числе и психической неустойчивости.

Следующей характеристикой, определяющей эффективность процесса социальной адаптации и выступающей в качестве одной из основных составляющих личностного адаптационного потенциала, являются коммуникативные качества личности. Отсутствие коммуникативных барьеров улучшает психическое самочувствие личности.

С целью практической реализации комплексной системы мер по оптимизации психоэмоционального состояния аддиктивной личности как одного из основных факторов, влияющих на успех протекания адаптационных процессов, нами была разработана социально-психологическая коррекционно-разви-вающая программа. Данная программа, учитывающая различные подходы к изучению адаптации, ориентирована на разные уровни отражения: декларативный, субъективно-переживаемый и неосознаваемый. Определение индивидуальных способностей, ориента-ций, направленности, кризисных зон развития и обучение респондентов эмоциональным проявлениям и навыкам социального взаимодействия позволяют целенаправленно влиять на саморегуляцию их поведения.

В ходе проводимой со студентами юридического факультета, у которых были выявлены аддиктивные формы поведения, коррекцион-ной работы были поставлены следующие задачи: обучение приемам, способствующим адаптации и социализации личности; навыкам взаимодействия, повышение самооценки личности; обучение распознаванию и выражению эмоциональных проявлений; повышение уровня эмоционального благополучия, уровня толерантности и переносимости стрессовых нагрузок. Особое внимание уделялось комплексности подхода к разрешению проблем, связанных с адаптацией и социализацией ад-диктивной личности. Овладение навыками психоэмоциональной и поведенческой регуляции рассматривалось как фактор увеличения адаптационных возможностей индивидов.

Проводимые мероприятия были ориентированы на реализацию таких потребностей

личности, как потребность в защищенности и принадлежности к группе, в профессиональной значимости и компетентности, в признании и любви, потребность в осознании смысла жизни и в поиске авторитетов, в саморазвитии и самоактуализации. В ходе работы использовались такие интенсивные (активные) методы воздействия на личность, как деловые, имитационные, сюжетно-ролевые, организационные игры, тренинги, практические занятия в действующем социуме.

Коррекционная работа включала несколько этапов: психодиагностический, психопрофилактический и этап коррекции поведения и личностных свойств. На первом этапе определялись факторы дезадаптации, выявлялись факторы риска, определялись личностные свойства и качества аддиктивной личности, уровень психического самочувствия, намечались формы и методы коррекционной работы. На данном этапе использовались такие психодиагностические методики, как СМИЛ, МИЛЛ, тест Роршаха, ТАТ, РАТ, тест Розенцвейга, проективные методы сказко-терапии, тест определения типа поведенческой активности, метод по выявлению и анализу социальных алгоритмов агрессии А. И. Харченко и др. [8].

На втором этапе отбирались методы кор-рекционной работы. Поскольку большинство испытуемых продемонстрировали достаточно высокий уровень скрытности при наличии внешней ориентации на внешнюю коммуникативную активность, то использовались техники и методики, направленные на снятие внутренних барьеров, на установление доверительных, доброжелательных отношений, а также техники, способствующие развитию различных способов самовыражения; техники, направленные на увеличение самооценки, на усиление самоприятия, на личностную интеграцию, на осознание собственного «Я», на осознание источников, вызывающих чувство вины. Для лиц с высоким уровнем внутреннего напряжения предлагались методики, направленные на его снижение, на обучение приемам релаксации и расслабления. У респондентов также была выявлена связь между силой Супер-Эго (неосознаваемые нормы, правила, установки, ценности) с различными видами агрессии. В этом случае использовались техники, направленные на выявление доминирующих установок, ценностных ори-ентаций, моральных и нравственных норм, на

осознание их роли в жизни исследуемого. Также использовались техники, направленные на выработку коммуникативных умений, на развитие чувства эмпатии, понимания, компетентности в общении, на осознание собственного стиля общения и его особенностей, на выявление ценностно-мотивацион-ной составляющей и ее роли в общении данной личности. В зависимости от выявленного уровня эмоциональной устойчивости предлагались приемы и техники, направленные на усиление способов сознательного контроля за своими действиями, на проверку и тренировку волевых качеств, эмоциональных реакций на внешние воздействия у студентов с аддик-тивными формами поведения.

В ходе групповой работы обращалось внимание на формирование следующих навыков:

- повышение уровня адаптации и социализации;

- познание себя и других;

- повышение уровня толерантности (порога переносимости стрессовых нагрузок);

- овладение способами психоэмоциональной и поведенческой саморегуляции;

- формирование профессионально-целесообразных переживаний и привитие навыков свободного самочувствия;

- активизация способов общения и межличностного взаимодействия;

- создание атмосферы психологического комфорта;

- выработка действий в типичных ситуациях;

- развитие воображения, индивидуального стиля деятельности;

- оказание помощи в преодолении аффективно-травмирующих страхов, проявлений тревожности;

- через конструктивное решение конфликтных ситуаций изменение отношения к себе и окружающим;

- улучшение психического самочувствия.

Групповой коррекционный процесс был

разделен на три основные стадии: ориентировочную (2 занятия), реконструктивную (6 занятий) и закрепляющую (2 занятия). Проводимый тренинг включал в себя элементы коммуникативного, сензитивного тренинга, тренинга выработки желательных форм поведения, социального научения, а также были включены элементы когнитивного анализа, психоанализа, элементы психодрамы, геш-

тальттерапии, телесно-ориентированной терапии.

Задачей третьего этапа работы была оценка эффективности использованного кор-рекционного воздействия и отслеживание динамики произошедших изменений. На этом этапе использовался широкий спектр методик, позволяющих оценить психическое состояние участников группы, а также предлагались рекомендации, способствующие сохранению и закреплению положительной динамики изменений.

Проведенная коррекционная работа позволила успешно решить ряд задач по коррекции поведения аддиктивной личности в период адаптации, выявить ее адаптационные возможности и адаптационный потенциал, сформировать готовность к саморегуляции поведения. Таким образом, с целью обеспечения успешной адаптации населения к объективным условиям жизнедеятельности и элементарной биологической и социально-духовной его защищенности необходимы организация целенаправленного воздействия на личность, выработка стратегии эффективной социальной жизнедеятельности и саморегуляции поведения.

ЛИТЕРАТУРА

1. Анохин П. К. Философские аспекты функциональной системы // Вопросы философии. - 1971. - № 3.

2. Бубнова И. С. Особенности Я-образа у подростков и его формирование в условиях семейного воспитания : дис. ... канд. психол. наук. - Иркутск, 2004. - 157 с.

3. Выготский Л. С., Лурия А. Р. Этюды по истории поведения. - М. ; Л., 1930. - 231 с.

4. Грофф С. За пределами мозга. - М. : Трансперсональный ин-т, 1993. - 385 с.

5. Каган М. С. Человеческая деятельность (опыт системного анализа). - М. : Политическая лит-ра, 1974. - 327 с.

6. Терещенко А. Г., Бубнова И. С., Черных Г. К. Структура бессознательных процессов разновозрастных групп как фактор их социально-психологической адаптации // В мире научных открытий. - 2015. - № 9. 1(69). - С. 214-232

7. Фомин Н. А. Физиология человека. - М. : Просвещение, 1992. - 351 с.

8. Харченко А. И. Системный анализ явления агрессии «человек - человек». - М. : Мысль, 1995. - 78 с.

9. Ядов В. А. Диспозиционная концепция регуляции социального поведения личности // Методологические проблемы социальной психологии. - М. : МГУ, 1975. - 285 с.