Семнадцать мгновений 2018-го. Глава третья

Эксперимент есть эксперимент. И он должен быть чистым. Уж если пастор Шлаг встал на лыжи в Готтмадингене и отправился в Швейцарию, значит, нам просто необходимо попробовать это повторить, не зря же мы ехали сюда через всю Европу. Кто же знал, что в Готтмадингене снег выпадает раз в году, а гор вообще нет. Случись, кстати, такое дело лет, скажем, на 18 позже — не в 1945, а в 1963 году, все могло выглядеть иначе. В 63-м немец Джозеф Кайзер изобрел травяные лыжи, Grass Ski. Сейчас даже чемпионаты мира по этому виду спорта проводятся. Хотя… Даже и с ними у нас ничего бы не получилось: Grass Ski — прообраз горных лыж, а тут и гор-то нет, одни холмы. И те невысокие.

И стою на траве я, в лыжи обутый, то ли лыжи не едут, то ли я… ну, понятно – не от мира сего

1 / 5

Да что там придумывать! Если бы да кабы! Реальность у меня под ногами. И стою на траве я, в лыжи обутый, то ли лыжи не едут, то ли я… ну, понятно — не от мира сего. На нас удивленно смотрели даже лошади из недалекой левады. Мы загнали нашу «ГАЗель» на фермерские угодья, подальше от цивилизации, выгрузили из необъятного багажного отсека самые фотогеничные лыжи, палки и ботинки. И я честно попытался уехать в Швейцарию по траве — от этого места до границы было километра два. Результат известен: «У Штирлица защемило сердце. Он увидел, что пастор совсем не умеет ходить на лыжах».

Интересный момент. Так получилось, что ни пастор из романа, ни актер, его сыгравший, с лыжами не дружили вовсе. Вот ведь Плятт! Даже зная, что по сценарию придется ходить на лыжах, он постеснялся признаться в своем неумении режиссёру Татьяне Лиозновой. Ростислав Янович потом вспоминал, как ему было страшно упасть и запороть съемку. И он таки упал, но падение, к счастью, в кадр не вошло. Говорят, фразу про «совсем не умел ходить на лыжах» Ефим Копелян, который читал текст за кадром, выдал экспромтом, глядя на падение Ростислава Плятта. Но это только говорят.

Однако где же она, швейцарская граница? Оказалось, здесь — везде! Везде, кроме севера. Если мы направлялись на восток, запад или юг — везде нас встречал швейцарский крест на флагштоке. Причем если на «проходных» трассах, облюбованных дальнобоями и туристами, путь путешественнику преграждали бетонные «быки», устрашающие знаки, посты-павильоны и строгие пограничники, то на местных дорожках пересечения границы можно и не заметить вовсе. Обычно это небольшой домик-пост, большей частью необитаемый, украшенный флагштоком. И все. И никого. Бескрайние поля, холмы, поросшие травой, и до ближайшего горнолыжного курорта, швейцарского Обервальда, двести километров. Двести километров! Да… Зато в местечке Гайлинген пограничной полосой служит Рейн, на другой стороне которого расположился живописный швейцарский городок Диссенхофен. А соединяет два берега очень живописный, крытый черепицей мост на деревянных опорах. Справа — Германия, слева — Швейцария, и никаких пограничных пунктов-домиков. На фоне этого идиллического пейзажа «ГАЗель NEXT» смотрелась прекрасно — бегущая вода, лодочки у причалов, шпиль ратуши, мимимишный швейцарский фахверк. Уверен, никто из местных перевозчиков от нее бы не отказался. А может, ну их, российских скептиков? Может, именно здесь ее место?

…«Семнадцать мгновений апреля, — транслировали по радио песенку Марики Рёкк, — останутся в сердце твоем. Я верю, вокруг нас всегда будет музыка, и деревья будут кружиться в вальсе, и только чайка, подхваченная стремниной, утонет, и ты не сможешь ей помочь…» Штирлиц возвращался в Берлин. Усталое лицо разведчика сосредоточено, взгляд устремлен на дорогу. Вся съемочная группа под очередной анекдот осветителя качает как бы едущий автомобиль. Артист Тихонов сердится: «Что вы ржете? Мешаете сделать правильное лицо!» Именно песенка эстрадной звезды того времени Марики Рёкк дала название сначала произведению, а потом и сериалу. Но парадокс: Штирлиц только в кино ненавидит фильм «Девушка моей мечты», в котором Рёкк играет главную роль, и понятно почему — ожидая встречи со связным в кинотеатре, он посмотрел картину шесть раз подряд. А в романе ничего такого нет, никакого кино и кинотеатров… Зачем все это?

Мы возвращаемся. Дело сделано, пастор с комфортом доехал до Швейцарии на новейшей российской маршрутке. В грузовом отсеке намертво прикреплены к специальным петлям бесполезные лыжи. Позади остался крошечный Готтмадинген, огромный небоскреб в чистом поле в окрестностях Зингена, печальная пробка возле Штутгарта, 78-й съезд на Dresden-Altstadt. Впереди Польша. И ни разу мы не пожалели, что отправились в дальнюю дорогу на таком непривычном нам транспорте. Иначе как оценить аппарат объективно?

«ГАЗель NEXT» — идеальный инструмент для бизнеса. Он создан для того, чтобы люди зарабатывали с помощью него деньги. И он не откажет в этом удовольствии ни частному предпринимателю, ни хозяину большой логистической конторы. Главная проблема российских пользователей — в безграмотном и отвратительном отношении к подобному транспорту. Постоянный дикий перегруз, некачественное топливо или масло, отсутствие регламентных работ. Какая ж техника выдержит? Если мы все время киваем на цивилизованный Запад, что мешает относиться к инструменту, как, например, в Германии? Попробуй здесь пройти техосмотр за деньги или нагрузи автомобиль сверх меры, и т. д. и т. п.! Огромные штрафы, проверки и прочие неприятности. Так вот, «ГАЗель NEXT» при грамотном обслуживании прослужит хозяину долго и счастливо. Условия для водителя и пассажира в машине созданы замечательные, эргономика, комфорт и внутренний сервис вполне на европейском уровне, мотор — отличный. На высоких скоростях не хватает шестой передачи? Думается, это вопрос времени. Уже идут испытания автомобилей и с шестиступкой, и даже с автоматической коробкой.

В Москву въехали ночью, без пробок. Остановились у дома, а вылезать не хотелось. Привыкли к «газельской каюте», теплу и уюту. И пусто как-то без пастора. Уехал пастор. В Швейцарию. На маршрутке.