«Важно выстроить цепочку трансфера технологий»

Запущенный Роспатентом эксперимент по экспертно-аналитическому сопровождению крупных высокотехнологичных проектов должен помочь выработке механизма раннего выявления патентоспособных решений с высоким потенциалом коммерциализации. Об этом «пилоте» и том, что происходило в 2022 году в сфере охраны интеллектуальной собственности, “Ъ” рассказал глава ведомства Юрий Зубов.

Руководитель Роспатента Юрий Зубов

Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ

— Как выглядел 2022 год в части патентной активности, как на ней сказалась военная операция на Украине?

— Новая ситуация, безусловно, влияет на многие аспекты нашей деятельности. Мы видим тенденцию, что заявители из иностранных государств сейчас меньше подают заявок. Вместе с тем количество заявок от российских заявителей остается в тех же пределах, что и в 2021 году, в некоторых областях даже фиксируется небольшое увеличение. Так, за 11 месяцев нынешнего года было подано более 23 тыс. заявок на изобретения, практически 70% из них получено от российских заявителей. Отмечу, что при снижении числа новых заявок от иностранных заявителей почти все они поддерживают в силе действие полученных ранее патентов.

Задачи импортозамещения и создания отечественной продукции в критически важных областях также сказались: за 11 месяцев мы наблюдаем рост заявок в металлургии (+5%), а в области разработки систем медицинской диагностики увеличение составило около 43%. Растет и число заявок, связанных с разработкой изделий для проведения хирургических операций.

С начала 2022 года выдано более 21 тыс. патентов, это даже больше, чем в прошлом году, прирост составил примерно 2%.

— Рост количества заявок как-то сказывается на их качестве? Что показывает динамика последних лет?

— Вопросы качества заявок и выдаваемых патентов сильно взаимоувязаны, очень серьезно на это влияют и компетенции патентных экспертов, поверенных, и конкурентоспособность создаваемых научно-технических разработок. Мы видим тренд, что компании подают заявку на изобретение с уже неким пониманием, что разработка будет в дальнейшем коммерциализована.

Вместе с тем почти половина заявителей — это российские университеты, научные организации, и здесь, к сожалению, не так много уже охраняемых разработок, которые в конечном итоге коммерциализируются. Я уверен, что в какой-то степени это связано с тем, что вузам не хватает и инструментов для коммерциализации разработок, и знаний в области прав на интеллектуальную собственность. Иногда не хватает понимания того, сколько стоит разработка, какие шаги нужны, чтобы бизнес увидел в ней потребность. Сейчас мы активно работаем с Министерством образования и науки, с Министерством экономического развития над созданием центров трансфера технологий в российских университетах. Уверены, что этот проект станет одним из инструментов для того, чтобы продвижение разработок происходило активнее. Именно здесь необходимо развивать компетенции в вопросах интеллектуальной собственности.

— В связи с уходом из России многих зарубежных компаний возможно ли «перепатентовывать» их технологии?

— Мировая система интеллектуальной собственности — одна из самых стабильных правовых систем, и, несмотря на санкционное давление, Россия сегодня — ее полноправный участник. Мы продолжаем активную работу на площадке Всемирной организации интеллектуальной собственности, высказываемся против введения односторонних нелегитимных мер и отстаиваем интересы российских граждан и предприятий на мировой арене.

Подчеркну, что патент не может быть выдан на техническое решение, запатентованное ранее другим изобретателем или компанией. Для выдачи патента требуется усовершенствование разработки по сравнению с тем, что уже изобретено и запатентовано в мире. Поэтому правового механизма «перепатентования» как такового не существует.

Каким-то образом нарушать права компаний тоже нельзя и неправильно, потому что это может быть воспринято как отсутствие гарантий государства. Очень многие компании не бросают свои запатентованные технологии, а наоборот, видят смысл в поддержании своей интеллектуальной собственности, для чего сохраняют действие полученных ранее патентов.

— Насколько формален подход к патентованию в России? Много ли патентов оформляется лишь для того, чтобы кандидат технических наук мог защитить докторскую?

— Ни один патент не является какой-то профанацией, он выдается, если изобретение обладает мировой новизной, технологическим уровнем. Решения о выдаче принимаются на основе скрупулезной экспертизы, на основе анализа мирового массива данных об уже созданных разработках — это порядка 158 млн единиц информации. Поэтому то, что делается учеными сегодня и на что выдаются патенты,— это абсолютно точно разработки мирового уровня, имеющие мировую новизну. И что самое важное — они позволяют российской науке, формируя научный задел, и во всем мировом пространстве обеспечить за собой права на разработки.

Что же касается коммерциализации этих решений, повторюсь: любой патент имеет своего потребителя, научные разработки не создаются для галочки. Нужно связать потребителя и разработчика, зачастую компании просто не знают о том, что есть такие российские разработки. Важно выстроить цепочку трансфера технологий.

Есть такие специалисты — техноброкеры, которые умеют говорить на языке и разработчиков, ученых, и бизнеса. Они помогают сделать так, чтобы в научную разработку поверила компания, инвестировала в нее и в дальнейшем внедрила в производство. Мы их подход видим и понимаем, как его можно реализовать. Сегодня пока в ручном режиме запустили эксперимент по экспертно-аналитической поддержке крупных высокотехнологичных проектов. Распоряжение о старте «пилота» председатель правительства Михаил Владимирович Мишустин подписал в ноябре. Эксперимент охватит процесс от зарождения идеи до ее внедрения в производство, то есть на всех этапах жизненного цикла инновации мы будем сопровождать эту разработку. Он позволит отработать все нюансы, связанные с формированием необходимых для этого команд.

В работе будут применяться инструменты новой патентной аналитики (патентный скаутинг, технологический форсайт и другие), в ней будут участвовать техноброкеры, патентные поверенные. «Пилот» пройдет на разработках трех научно-образовательных центров (НОЦ) мирового уровня: «Инженерия будущего» в Самаре, «Рациональное природопользование» в Пермском крае и «Техноплатформа-2035» в Нижегородской области. Попробуем вместе с ними на их проектах пройти весь путь по «правовой упаковке», постановке на учет, оценке стоимости активов, принятию решений о коммерциализации, поиску финансовых и технологических партнеров, венчурного инвестирования и инвестирования, которое позволит расширить производство. И естественно, при выходе на производство также будем оказывать помощь и актуализировать данные разработки.

С помощью этой комплексной правовой охраны Роспатент может помочь выстроить стратегию патентования и в зарубежных странах. Да, сегодня есть санкции, да, некоторые рынки для нас закрыты, но есть еще огромное количество стран, которые ждут российские разработки, и они там могут быть очень конкурентоспособными и актуальными.

— То есть вы планируете выстраивать кооперацию и с иностранными партнерами, готовыми сотрудничать с Россией?

— Мы видим кооперацию в том, чтобы помочь российским разработкам уверенно с правовой точки зрения чувствовать себя на зарубежных рынках, на азиатских, африканских. У каждой страны есть законодательные нюансы в сфере интеллектуальной собственности. Есть лидеры, конкуренция. И важно быть уверенным, что эти разработки надежно охраняются в данной стране и выстроить бизнес-стратегию по продвижению продукта. Здесь мы тоже можем помочь и поддержать наших производителей. Выходя на международные рынки и не имея правовой охраны ни там, ни в России, очень сложно быть уверенным, что продукция не будет каким-то образом подделываться и оспариваться с точки зрения ее новизны.

— Как вы планируете оценивать результативность этого проекта?

— Мы видим оценку в двух аспектах. Во-первых, поскольку это эксперимент, хотелось бы отработать весь комплекс операций — скаутинг, форсайт, взаимодействие с внешними экспертами, с патентными поверенными, стратегии патентования и выхода на внешние рынки. Все эти этапы мы рассчитываем вместе с НОЦ мирового уровня максимально эффективно пройти в течение 2023 года. «Пилот» даст возможность получить обратную связь, исправить ошибки, которые будут возникать в процессе, и сформировать четкое понимание, каким должен быть механизм, чтобы он помог прорыву в российской высокотехнологичной сфере.

Во-вторых, мы уверены, что по итогам эксперимента этот механизм будет запущен в промышленную эксплуатацию. Он станет важным инструментом как для принятия решений по инвестированию в проекты, так и для результативности и конкурентоспособности инициатив. Его важность в том, чтобы приучить бизнес, всех, кто занимается высокими технологиями, к тому, что на основе патентной аналитики можно выстроить цепочку между трансфером технологий и достижением высоких результатов в создании высококонкурентной продукции.

— В связи с тем, что увеличилось количество заявок на патенты от отечественных заявителей — возможны ли внутрироссийские патентные войны? Стоит ли их ожидать, например, между НОВАТЭКом и «Газпромом», «Сколково» и «Яндексом»?

— Патентные войны и сегодня существуют. Мы наблюдаем подобные тенденции, иначе не было бы и палаты по патентным спорам при Роспатенте, не было бы суда по интеллектуальным правам. Споры и отстаивание интересов на основе приоритетности своих прав, сущности самих технологических разработок ведутся. И это на самом деле хороший тренд, хороший признак, потому что важность отстаивания компаниями своих интеллектуальных прав говорит об актуальности и современности их разработок, о том, что организация делает ставку на создание новой инновационной продукции, то есть это даже некий индикатор. Во всем мире такие войны есть: Samsung против Apple — небезызвестная история. Важно, чтобы компании умели правильно распоряжаться своими правами, правильно защищать их.

Россия сегодня входит в десятку мировых лидеров по объему подаваемых заявок на изобретения, но все же в плане их количества достаточно существенно отстает от других стран, занимающих верхние строчки рейтинга. Например, в Китае в год подается порядка 1,5 млн заявок, в других странах количество исчисляется сотнями тысяч — таким образом создается основа для формирования патентной конкуренции на основе высоких технологий. Нам сегодня еще много шагов нужно сделать, чтобы сформировать эту основу. Важно создать охраноспособный инновационный задел для развития конкуренции и формирования патентных пулов между компаниями на основе какой-то единой технологии, а также технологических стандартов на основе этой плеяды патентов.

— Если говорить о правах на интеллектуальную собственность, каковы перспективы патентования с помощью блокчейн-систем?

— Пока мировое сообщество скорее еще не готово к каким-то конкретным шагам. Мы все прекрасно помним, что в 2018 году серьезно обсуждались нюансы, связанные с тем, как в госуправление внедрить эту технологию, и мы тоже для себя делали внутреннее рабочее блокчейн-пространство. Но решения, принимаемые экспертами сегодня, не могут заменить ни искусственный интеллект, ни блокчейн-технология. Это, с точки зрения всего мирового сообщества в сфере интеллектуальной собственности, находится сегодня в ответственности государства.

— В условиях санкций и необходимости импортозамещения России предстоит по факту выстроить внутреннюю систему патентной защиты, которая была бы конкурентна лучшим в мире практикам. Что из мирового опыта для этого использует Роспатент?

— Важным моментом является использование современных информационных технологий. Чтобы принимаемые решения были действительно максимально грамотными, используется современная поисковая платформа, которая агрегирует весь массив мировой патентной информации,— это более 158 млн единиц. Кроме того, мы видим серьезные перспективы для совершенствования экспертизы заявляемых решений с помощью использования 3D-технологий.

Также мы хотим уйти от большинства рутинных операций и сократить время проведения экспертизы и выдачи решения. По сути, все заявки, которые попадают в электронном виде в систему, уже проходят предварительный поиск на основе искусственного интеллекта, то есть у эксперта есть подготовленная база для проведения собственной оценки и принятия решения.

Со следующего года мы открываем новую систему — государственную регистрационную систему «Онлайн Роспатент» для того, чтобы весь пул наших услуг разместить в цифровом пространстве. Клиент сможет отслеживать, на какой стадии находится его объект интеллектуальной собственности. С порталом госуслуг и с Минцифры мы также отрабатываем возможность в следующем году разместить три пилотные услуги в новом цифровом формате: регистрацию программ для ЭВМ и баз данных, регистрацию товарных знаков и регистрацию изобретений. Кроме того, там будет сервис, который заранее предупредит заявителя о том, что завтра, через месяц, через полгода истечет срок действия правоохранного документа. Ему останется только войти в свой личный кабинет и оплатить госпошлину — пакет необходимых документов уже будет сформирован.

— Какие еще проекты реализуются?

— Я бы отметил несколько направлений. В сложившихся условиях очень важно помогать науке и бизнесу не «просесть» по ключевым технологическим направлениям, по цепочкам создания продукции. В апреле внутри Роспатента заработал Центр содействия опережающим технологиям, и слово «опережающий» здесь имеет ключевое значение. Опережение заключается в том, чтобы понять на основе изучения рынка и патентной разведки сегодняшние тренды и направления в технологическом развитии, и в случае если есть уже зарубежные технологии, понять, какими должны быть российские, чтобы не только конкурировать, но и двигаться впереди. В центр было подано порядка 260 заявок —запросов на поддержку, подготовили уже 230 заключений. Есть и патенты по результатам работы.

Серьезным шагом было внедрение огромного поискового механизма, о котором я уже сказал. Все патенты, которые появляются сегодня в мире, уже через три-четыре месяца появляются на платформе патентного поиска. Благодаря этому мы можем дать отечественной науке понимание того, куда движутся те или иные тренды и тенденции в технологиях.