О процессуальном характере деятельности службы пробации в Республике Казахстан

О процессуальном характере деятельности службы пробации в Республике Казахстан

С. М. ЖОЛДАСКАЛИЕВ,

адъюнкт кафедры организации деятельности органов внутренних дел ЦКШУ

(Академия управления МВД России) E-mail: siko0717@mail.ru

On the Procedural Nature of the Probation Service Activities

in the Republic of Kazakhstan

S. M. ZHOLDASKALIYEV,

Adjunct of the Department of Work Organization of the Law Enforcement's Bodies and Units

Пробация как особая форма уголовно-исполнительного воздействия, успешно апробированная во многих зарубежных странах, представляет собой особый, поэтапный процесс воздействия на лицо, совершившее уголовное правонарушение. В связи с чем возникает вопрос о возможности отнесения пробационного процесса к разновидностям процессуальной деятельности. Проведенное исследование базируется на общенаучных методах исследования общественных процессов, таких как синтез, анализ, индуктивный и дедуктивный метод, метод структурного анализа. Результатами исследования является установление того факта, что пробацион-ное воздействие на лицо, совершившее преступление, отвечает всем признакам процессуальной деятельности. Установление данного факта приводит к выводу о том, что и совокупность критериев оценки пробаци-онного воздействия должна быть установлена с учетом факта признания его процессуального характера.

Пробационный процесс, служба пробации, подучет-ное лицо, уголовное правонарушение, деятельность субъектов пробации.

УДК 343.8

Probation as a special form of criminal executive influence successfully tested in many foreign countries, is a special, step-by-step process of influencing a person who has committed a criminal offense. In this connection, the question arises about possibility of attributing the probation process to the varieties of procedural activity. The study is based on the general scientific methods of studying the social processes, such as synthesis, analysis, inductive and deductive methods, and structural analysis methods. The results of the study is establishment of a fact that the probation effect on a person who committed a crime, meets all the signs of procedural activity. Establishment of this fact leads to the conclusion that the totality of criteria for evaluating probation impact should be established taking into account a fact of recognition of its procedural nature.

Probation process, probation service, registered person, criminal offence, activity of probation's subjects.

В соответствии с законом РК «О пробации» (далее — Закон) данная форма уголовно-исполнительного воздействия представляет собой сочетание мер контрольного характера с социально-правовым сопровождением правонарушителя [1]. Из норм данного нормативного правового акта логически можно утверждать тот факт, что пробация имеет характер поэтапной деятельности, т. е. целенаправленно-

го, волевого и разнопланового (многофункционального) поведения субъектов, ее осуществляющих (государственных органов и институтов гражданского общества). С другой стороны, деятельность субъектов пробации направлена на достижение фактически единой цели посредством коррекционного воздействия на правонарушителя — это, главным образом, снижение криминальной активности лица, недо-

пущение совершения им повторных уголовных правонарушений. Так, деятельность субъектов пробационного воздействия имеет векторный характер, благодаря которому усилия всех органов и лиц, участвующих в его реализации, консолидируются вокруг личности правонарушителя. Кроме того, пробационная деятельность, преимущественно, носит публичный характер, поскольку в ней преобладают субъекты, представляющие собой государственные институты с соответствующим набором функциональных обязанностей. Участие институтов гражданского общества в целом не изменяет публичного характера данной деятельности, поскольку представляет собой включение в уже инициированный государственными органами (службой пробации) процесс коррекционного воздействия.

В современном законодательном оформлении института пробации в Республике Казахстан он имеет четко выраженный поэтапный (стадийный) характер, в результате которого каждая последующая стадия осуществляется с учетом фактических данных и обстоятельств предшествующих этапов. Таким образом, в про-бационном процессе есть все необходимые составляющие юридического процесса, которые выражаются, кроме указанного обстоятельства, также и в нижеуказанных аспектах.

Как указывает казахстанский эксперт по вопросам уголовно-исполнительной деятельности Е. А. Саламатов, в большей части зарубежных стран пробация «либо структурно не входит в пенитенциарную систему, что не мешает им тесно взаимодействовать, либо, находясь внутри нее, имеет больше организационной самостоятельности» [4]. Что касается казахстанской (и большинства других стран постсоветского пространства) системы уголовно-исполнительного воздействия, то она традиционно включена в систему правоохранительной деятельности государства.

Весь спектр организационно-правовой деятельности службы пробации представлен значительным объемом нормативно-правового материала, детализирующего весь ход работы с подучетными лицами, а также регламентирующего вопросы взаимодействия службы про-бации с иными субъектами пробационного воздействия [2]. «Процедурность» правоохранительной деятельности в работе службы проба-ции представлена весьма конкретно, поскольку практически все мероприятия, осуществляемые данным государственным органом, имеют четкие сроки и формы исполнения [3].

Назначение пробационного процесса фактически можно вычленить из форм пробации,

указанных в ранее упомянутом специальном законе: это пробационный контроль и оказание социально-правовой помощи лицу, в отношении которого установлена пробация [1]. В отличие от других видов юридической деятельности, которая может носить дискретный характер, деятельность по осуществлению пробации представляет собой качественно разнородную сумму юридически значимых действий субъектов про-бации по достижению единого положительного результата в отношении одного конкретно взятого правонарушителя. Иными словами, предполагается не просто постоянное, непрерывное повторение однородных или тождественных действий в рамках того или иного вида юридической деятельности, а именно объединение разнородных действий.

Целями пробационного процесса, исходя из собственно философского понимания цели человеческой деятельности, следует понимать мысленно-представляемый образ предполагаемого результата. В соответствии с ч. 1 ст. 1 Закона — это содействие в обеспечении безопасности общества[1]. Соответственно, задачи пробаци-онного процесса (ч. 3 ст. 1 Закона) представляют собой качественно и количественно соответствующий поставленной цели инструментарий, необходимый и достаточный для достижения подходящей социально полезной цели. Эти задачи реализуются соответствующими субъектами пробационного процесса, руководствуясь принципами, которые перечислены в ст. 3 Закона.

Юридическая природа пробационного процесса в настоящее время предполагает своеобразную «включенность» субъектов, его осуществляющих, и самого правонарушителя в гораздо большее количество социальных связей и взаимодействий. Возрастает количество контактов, мероприятий, которые требуют юридического оформления и фиксации. В целом достаточно затруднительно сейчас сказать, можно ли говорить о самостоятельном отраслевом пробационном законодательстве. Нормы, касающиеся пробационного воздействия, содержатся в значительном количестве нормативных правовых актов, регламентирующих вопросы социально-правового содействия лицам, в отношении которых устанавливается про-бация. В первую очередь это, конечно, нормы уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства. Так, следует отметить, что даже уголовно-процессуальное законодательство (пусть еще и в недостаточной степени) отражает вопросы осуществления пробации. В частности, в п. 13-1 ч. 9 ст. 64 УПК РК предусмотрено право на обращение

подозреваемого в службу пробации для осуществления досудебного исследования его личности; таким образом, это право является включенным в общую совокупность правового статуса подозреваемого в Республике Казахстан.

Что же касается функционального назначения пробационного процесса, то здесь следует особо остановиться на его месте в структуре правоохранительной деятельности в целом. Пробационный процесс, связанный с коррек-ционным воздействием на лицо, уже вовлеченное в сферу уголовно-правовой юстиции по факту совершенного им уголовного правонарушения, фактически представляет собой разновидность правоохранительной деятельности. Если же рассматривать правоохранительную деятельность в единстве всех составляющих ее видов деятельности уполномоченных органов, то пробационный процесс, с одной стороны, логически завершает правоохранительные функции других субъектов правоохранительной деятельности, а с другой — выступает в роли профилактического средства предотвращения репрессивных правоохранительных действий в отношении конкретного лица в будущем. Последняя задача фактически может считаться исполненной, если лицо, в отношении которого установлена пробация, не совершит нового уголовного правонарушения.

Одним из свойств процессуальной деятельности является ее стадийность, т. е. переход от этапа к этапу по факту завершения предыдущей стадии. В целом данный признак в полной мере присущ и пробационному процессу в деятельности службы пробации. Здесь возможно отметить два варианта стадийности пробацион-ного процесса. Во-первых, стадийность имеет место в отношении мероприятий, применяемых к одному конкретному правонарушителю. Невозможно исправить правонарушителя в один момент, даже с помощью самых действенных способов социального контроля и социальной коррекции. Соответственно, процесс социально-правовой коррекции сам по себе неизбежно проходит соответствующие стадии, которые хоть и не имеют четкого обособления, но должны диагностироваться, констатироваться и анализироваться инспектором службы пробации. Здесь весьма заметно сходство пробационного процесса с педагогическим, воспитательным процессом, который также проходит ряд стадий поэтапного, целенаправленного воздействия на обучаемого, воспитуемого. Все виды юридического процесса, несмотря на определенный вектор направленности, имеют не только прогрессивные элементы, но и регрессивные. В особенности это характерно для уголовно-ис-

полнительного и, в частности, пробационного процесса. Фактически весь уголовно-исполнительный процесс — это процесс прогрессивно -репрессивного воздействия на осужденного, когда ключевым звеном применения прогрессивных или репрессивных элементов является поведение осужденного в процессе отбывания наказания.

Во-вторых, стадийность пробационно-го процесса может наблюдаться в переходе из одного вида пробации в другой. Казахстанский закон о пробации выделяет четыре вида пробации — досудебную, приговорную, пенитенциарную и постпенитенциарную. Эти виды пробации фактически представляют собой самостоятельные формы пробационного воздействия, но они логически могут и сменять друг друга. Так, например, досудебный доклад, подготавливаемый сотрудником службы пробации в рамках досудебной пробации [1], дополняется в случаях установления пенитенциарной пробации. Данные социально-правового исследования личности в рамках досудебной пробации будут иметь значение и в ходе осуществления приговорной пробации, если суд сочтет возможным применить меру наказания, не связанную с лишением свободы.

Фактически было бы нелогично, если бы пробационный процесс, осуществляемый по стадиям уголовного процесса, сам не обладал признаком стадийности. Как совершенно справедливо пишет А. Б. Скаков, ссылаясь на позитивный опыт пробации в Великобритании, деятельность службы пробации является разносторонней на всех стадиях уголовного судопроизводства [5]. В другой публикации А. Б. Ска-ков, еще только рассуждая о перспективах издания в РК закона о пробации, высказывает свое мнение о необходимости включения в закон всех четырех видов пробации, имеющих место в зарубежном опыте, именуя их «полным циклом пробации» [6].

Таким образом, следует принять во внимание вышеперечисленные позиции относительно целесообразности признания процессуального характера правовых отношений в организации пробационного воздействия. Признание процессуального характера деятельности службы пробации имеет преимущественное значение для выработки наиболее точных и обоснованных критериев оценки эффективности данной деятельности. Реализации служебных функций сотрудником службы пробации в отношении подучетного лица представляет собой не простую совокупность контрольных, корректирующих и ресоциализирующих мероприятий, а объединенную единой целью непрерывную

правоохранную функцию, выполняемую для достижения социально полезного результата. Соответственно, логическим завершением нашего теоретического анализа становится вывод: оценка результатов и эффективности про-бационного воздействия в отношении конкрет-

ного подучетного лица должна производиться не только и не столько с учетом динамических показателей, но в более масштабном аспекте — как степень реального изменения жизненной ситуации подучетного лица и снижения его криминальной активности.

Список литературы:

1. Республика Казахстан. Законы. О пробации : Закон Республики Казахстан от 30 декабря 2016 г. № 38-У1 // иКЬ:Шр://оп1те.2акоп. к2^осишеп1/?дос_1д=36232217.

2. Республика Казахстан. Законы. Об утверждении Правил взаимодействия служб про-бации и подразделений полиции по контролю за поведением лиц, состоящих на учетах служб пробации: приказ Министра внутренних дел Республики Казахстан от 18 августа 2014 г. № 517 // иКЬ:Шр://опНпе.2а-коп.к2/Оосишеп1:/?дос_1д=36252382.

3. Республика Казахстан. Законы. Об утверждении Правил организации деятельности службы пробации : приказ Министра внутренних дел Республики Казахстан от 15 ав-

густа 2014 г. № 511 // иКЬ:Шр://опНпе.2а-коп.к2/Ооситеп1/?ёос_1д=37261225.

4. Саламатов Е. А. Проблемы казахстанской пробации. Электронный ресурс: Шр8:// аярагаапГо/^8/2017/01/09/8436000-ргоЪ-1ешу_ка2ак81ап8ко1_ргоЪасп_8а1аша1:о.к1ш1.

5. Скаков, А. Б. Уголовно-исполнительный кодекс Казахстана: достижения и проблемы реализации // Уголовная юстиция. — 2014. № 2 (4).

6. Скаков, А. Б. Об организации реабилитационного процесса осужденных в уголовно-исполнительной (пенитенциарной) системе Казахстана // Сборник материалов науч.-практ. конференции «Уголовно-исполнительная политика и вопросы исполнения уголовных наказаний». — Рязань, 24—25 ноября 2016 г.