Путинские сто грамм

Вчера президент России Владимир Путин в Старой Руссе Новгородской области дал старт всероссийской "Вахте памяти-2015" и пообещал ветеранам и поисковикам, ищущим неизвестные воинские захоронения, что, кто бы ни пытался изменить историю Второй мировой войны "под конъюнктуру сегодняшнего дня, у них ничего не получится". С подробностями из Старой Руссы — специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ.

Вся Старая Русса собралась около центра культуры "Русич", чтобы встретить верховного главнокомандующего. Старые русичи, вернее старые русские, ждали его около трех часов. Нет, им было не холодно. Их много чего согревало, в том числе предчувствия.

И они не обманули этих людей. Владимир Путин подошел к ним и начал здороваться. Это был трудоемкий процесс. А я подумал: да вот же они где, эти 85%, которые доверяют, поддерживают и одобряют, причем, конечно, всецело. А то начнешь читать Facebook, да и сразу и навсегда запутаешься в этом вопросе.

Эти слезы, крики... Для этих людей вчерашний день в Старой Руссе и был подлинным Днем Победы со слезами на глазах. Они победили: к ним приехал Владимир Путин.

Откуда-то совсем издалека юноша протянул ему руку в отчаянной и безнадежной попытке дотронуться. Именно поэтому, видимо, президент и решил во что бы то ни стало пожать ее. Дотянулся. Юноша вскрикнул. Возможно, потерял сознание.

— Это он! — восторженно кричала какая-то золотозубая женщина, и, ей-богу, это было не о том, что Владимир Путин куда-то пропал на неделю, а когда вернулся, все в том же Facebook еще долго циркулировало мнение, что это, разумеется, не он, а его двойник; да нет, один из двойников.

На пленарном заседании "Вахты памяти" его ждали поисковики из 74 регионов страны.

— Через месяц,— сказал он им,— мы будем отмечать самый главный, самый честный, можно сказать, праздник нашей страны.

Да уж не такой, какими были 1 Мая и 7 Ноября. Хотя и эти дни чуть не для всех были же праздниками.

— Александр Васильевич Суворов,— на сцену небыстро поднялся ветеран боев за Старую Руссу (битва за нее шла два года, здесь погибли 850 тыс. советских солдат) Василий Крестьянинов,— говорил, что война кончается тогда, когда похоронен последний погибший солдат. Но Александр Васильевич и представить не мог, какая это будет война.

Солдат вздохнул, помолчал и вдруг сказал:

— Понимаете, мы не всегда могли похоронить наших товарищей, особенно когда отступали...

То есть он сейчас просил у них прощения за это. А может, всю жизнь просит.

Владимир Путин рассказал, что подписал указ о присвоении Старой Руссе звание Города воинской славы. Зал аплодировал минут пять: не ожидали.

Потом в местном музее Владимир Путин пил с поисковиками и ветеранами чай. Говорил, что в Великой Отечественной войне благодаря советским солдатам удалось сохранить народы СССР как этносы.

— Думаю, что и русский народ, и другие ждала бы удивительная по жестокости и зверствам участь.

Его попросили показать коллегам по бывшему СССР (такой случай представится ему 8 мая в Москве) именной список пропавших без вести украинцев, азербайджанцев, армян... Их нашли и даже опознали на территории России, но родственники оказались разбросаны по всей территории СССР, и поисковики не могут найти этих людей.

Поисковик из Смоленской области рассказала, что за 26 лет существования их организации в области появился 21 новый воинский мемориал, где похоронено 40 тыс. солдат. За могилами надо ухаживать, а у региональных властей, конечно, нет денег.

— Может быть, перенести это на федеральный уровень? — спросила поисковик.

Владимир Путин ответил не сразу. В конце концов, и сам поиск пропавших без вести солдат — это дело государства, а не самодеятельных организаций. Об этом как-то не принято говорить, все только благодарны поисковикам за то, что они делают.

— Важно не потерять заинтересованность местных властей,— сказал наконец Владимир Путин и пообещал подумать над расширением перечня услуг (по сути, ритуальных), которые находятся в компетенции федеральных властей.

Вообще, меня не покидало ощущение, что всем в этой комнате немного неудобно друг перед другом.

Владимира Путина попросили разрешить поисковикам рубить деревья, когда в этом есть необходимость, и не наказывать за вытоптанную землю.

— Ну, про деревья я понимаю,— удивился президент,— а почему лагерь нельзя ставить?

— Понимаете,— деликатно объясняли ему,— когда мы приезжаем и встаем лагерем на несколько сотен человек, поверьте: трава там больше не растет.

Владимир Путин туманно выразился в том смысле, что об экологии тоже надо думать. Он не хотел обижать поисковиков.

— Я ветеран Великой Отечественной войны,— выступил старик с таким количеством орденов и медалей на груди, что можно было, конечно, и не подчеркивать это обстоятельство: неужели не видно.

— А также ветеран 123-го Авиаремонтного завода. Я очень вас прошу: надо, чтобы завод не превратился в ремонт ржавых кастрюль!

— Так вроде не кастрюли ремонтирует! — удивился президент (123-й завод — главный в России по ремонту военно-транспортных Ил-76.— А. К.).

— Все равно надо поддержать! — упрямо сказал старик.

— Губернатор вообще-то уже успел попросить, пока мы ехали из аэропорта,— вдруг согласился Владимир Путин.— А уж когда и ветераны просят... Объем заказов будет обеспечен.

— Да, я ветеран,— еще раз подтвердил старик.

От имени ветеранов Новгорода Владимира Путина благодарили за "решительное и твердое решение о присоединении Крыма и Севастополя к России" (умеют же люди на местах формулировать все как есть.— А. К.). Ветераны признавались, что больше всего их сейчас волнует "вопрос фальсификации истории победы советского народа в Великой Отечественной войне". В конце концов, это и была их жизнь, а смысл этой жизни был в том, чтобы до конца защищать Победу.

— Что надо предпринять, чтобы это прекратить? — спрашивали они Владимира Путина.

Они готовы были идти в атаку.

— Кто бы ни старался что-то изменить под конъюнктуру сегодняшнего дня, в том числе героизировать нацистов, ничего у них не получится,— убеждал их Владимир Путин.

Президент уехал, разошлись поисковики, а ветераны не спешили расходиться. Они пили чай со всякими десертами, о которых, конечно, забыли во время разговора. В конце концов в комнате остались двое.

Наконец встали и они.

— Ну, чего застрял в дверях? — прикрикнул один на другого.

— Давай,— было сказано ему,— сам двигай. К светлому будущему!

Они засмеялись.