«Молодежь идет туда, где интересно»

Что сегодня привлекает студентов в науку, как решается вопрос с финансированием ученых и как вузы могут повысить престиж профессии — эти вопросы обсуждали в Нижнем Новгороде в рамках форума «Молодежь и наука» чиновники, депутаты, руководители вузов и представители научного сообщества. Подробности — в обзоре “Ъ. Наука и образование”.

Среди компонентов привлекательности научной карьеры для молодежи — интерес и жажда собственных открытий

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ / купить фото

Кадровый ресурс

Вопрос притока молодых кадров на протяжении последних десятилетий остается одним из ключевых для российской науки. Об этом министр науки и высшего образования РФ Валерий Фальков напомнил в ходе открытия форума «Молодежь и наука», который проходил в Нижнем Новгороде с 15 по 17 мая в рамках фестиваля «Российская студенческая весна». По словам министра, решение этого вопроса необходимо искать сообща всем заинтересованным ведомствам и организациям, но «прежде чем идти вперед, нужно поставить правильный диагноз, оценить ситуацию и без прикрас сказать правду самим себе».

«Любая дискуссия молодых ученых так или иначе связана с деньгами. Это и повышение стипендий в аспирантуре, и вопросы социального характера, и еще целый комплекс задач, для решения которых необходим дополнительный финансовый ресурс. По сути это верно, но вопрос гораздо глубже. Молодежь идет туда, где интересно. Не все наши университеты и научные институты по своему образу мысли, по своим действиям вызывают этот интерес. Поэтому преобразования необходимо начинать с изменения модели наших университетов. Нужно разбираться, как они устроены, какое у них целеполагание, куда они движутся. Ответ на эти вопросы позволит перестроить работу и сделать научные вузы более привлекательными для молодежи», — отметил господин Фальков. По его словам, часть российских вузов уже идет по этому пути: «Еще десять лет назад главными критериями оценки работы вузов было количество защит диссертаций и научных публикаций. Сегодня это прежде всего новые технологии и конкретный результат».

Одной наукой сыт не будешь

Тем не менее вопрос с финансированием науки обсуждался как один из самых острых. Председатель комитета по науке, образованию и культуре Госдумы РФ Вячеслав Никонов напомнил, что на момент распада СССР в России насчитывалось около 1,6 млн ученых, а сегодня их около 600 тыс.: «Миллион мы просто потеряли после того, как людям перестали платить деньги, и они ушли в другие профессии. Деньги имеют большое значение. Именно поэтому сегодня американский университет — это  место, где русские профессора математики учат китайских студентов, обеспечивая экономический рост Китая».

По словам господина Никонова, еще в 2012 году президентом РФ был подписан указ о том, что финансирование науки должно составлять 1,77% от общего объема ВВП. «Сегодня это 1,1%. По доле расходов на науку мы сегодня занимаем 94 место в мире. Это история про курицу и яйцо. Минфин отказывается выделять дополнительные средства, заявляя, что это не повысит ее эффективность. Но люди не придут в науку, если там не будет создана благоприятная научная среда и конкурентная заработная плата. Или придут, но не в нашу», — уверен Вячеслав Никонов.

Престиж — дело научное

Президент Российской академии наук Александр Сергеев в свою очередь отметил, что прежде всего необходимо повышать престиж профессии ученого, который должен измеряться не только финансовыми категориями: «Понятно, что многим молодым людям важно как можно быстрее достичь определенного благосостояния и признания. За известностью и признанием лучше всего идти в политику, за деньгами — в бизнес. В науку нужно идти за интересной работой, дающей возможность первому в мире до чего-то додуматься».

«Восстановить науку как одну из очевидных траекторий успеха — это национальная задача для России», — подчеркнул ректор НИУ «Высшая школа экономики» Ярослав Кузьминов. По его словам, отъезд российских ученых за рубеж вызван не только финансовым вопросом: «Большинство из них едет за новой академической средой. Ощущение себя в точке кипения притягивает ученых в крупнейшие мировые университеты. А чтобы кипело, нужно, чтобы половина научных лидеров была в возрасте 30–40 лет. Решить эту задачу на российском уровне — очень серьезный вызов».

Со школьной скамьи

Одним из актуальных вопросов в науке остается уровень подготовки выпускников российских вузов. По словам Александра Сергеева, «качество студента на выходе из университета не улучшается»: «Мы были свидетелями этого процесса в 90-е и нулевые. Многие говорят университетам: кого вы учите? А университеты кивают на школу: кого вы к нам привели? Нужно, чтобы нас объединяла ценность науки, об этом надо рассказывать еще в школе». «Если мы хотим получить хорошего студента, то при общении со школьниками 8–10 классов, видя их горящие глаза, надо рассказывать им о науке ярко и доступно. Это должны делать талантливые преподаватели. Зрелые ученые привыкли, что у них коллективы построены на тех, кого не надо учить, но надо смотреть на три года вперед», — добавляет ректор ННГУ имени Н. И. Лобачевского Елена Загайнова.

Отдельное внимание, по мнению глав РАН, необходимо уделять периоду в судьбе студента, когда он учится на первом-втором курсах, когда он оторвался от родителей и семьи, но еще не нужен работодателю. «Ты стараешься, что-то делаешь, но ощущение такое, что тебя не замечают, — подтверждали студенты во время дискуссии. — Еще одна проблема — найти научного руководителя. Понятно, что научная деятельность — это во многом самостоятельная работа. Но иногда необходим взгляд со стороны. И это должен быть взгляд компетентного и знающего человека. Особенно полезно это было бы для студентов первых курсов, которые только начинают свою работу и еще не знают, к кому можно обратиться». Решить эту задачу студенты предлагают с помощью создания специальной базы преподавателей, где будет указана сфера их научной деятельности.