Некоторые проблемы регулирования процессуального порядка отмены усыновления (удочерения) детей

не было принято, но данный выход из проблемы продолжает оставаться актуальным теперь уже для арбитражного процесса. Высшему Арбитражному Суду РФ следует дать арбитражным судам разъяснения по применению ст. 46 АПК, в частности:

— закрепить перечень наиболее часто встречающихся случаев процессуального соучастия с указанием статей законов, которые их предусматривают;

— закрепить перечень существенных признаков процессуального соучастия, позволяющих отграничить этот институт от других форм множественности лиц, участвующих в деле;

— конкретизировать порядок привлечения соучастников в дело, в том числе прямо указать на возможность вступления соистцов в начатый процесс.

В дальнейшем законодателю следует устранить различия в регулировании института процессуального соучастия в гражданском и арбитражном процессах, поскольку они не оправдываются предпринимательским или иным экономическим характером правоотношений, являющихся предметом рассмотрения в арбитражных судах. Прежде всего необходимо установить в ст. 46 АПК перечень оснований процессуального соучастия.

Судебная практика должна строиться на правильном толковании норм права, а нормы права, в свою очередь, должны правильно отражать суть явлений, которые они регулируют. Только в этом случае может быть достигнута главная цель правосудия — защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Буянова Е.В.,

аспирантка Московской государственной юридической академии

НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГУЛИРОВАНИЯ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПОРЯДКА ОТМЕНЫ УСЫНОВЛЕНИЯ (УДОЧЕРЕНИЯ)1 ДЕТЕЙ

В настоящее время Семейный кодекс Российской Федерации2 предусматривает только одно основание для прекращения усыновления — его отмену. Согласно ст. 140 СК РФ отмена усыновления ребенка производится в судебном порядке, а Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации3 в ст. 275 закрепляет, что рассмотрение и разрешение дел об отмене усыновления осуществляется по правилам искового производства. Это

1 В целях удобства далее автор использует термин «усыновление».

2 Далее по тексту — СК РФ.

3 Далее по тексту — ГПК РФ.

обстоятельство объясняется тем, что при рассмотрении судом заявления об отмене усыновления возможно возникновение спора о праве, для разрешения которого единственно возможным видом гражданского судопроизводства является исковое производство в гражданском процессе1. Однако данную позицию разделяют не все ученые-процессуалисты. Так, М.А. Викут подчеркивала, что в делах этой категории отсутствует спор между равноправными субъектами материально-правового отношения, в связи с чем исковая форма производства с ее характерными признаками невозможна2. Г.И. Вершинина, в свою очередь, указывает, что отмена усыновления должна происходить с использованием неисковых форм защиты нарушенного права3. Напротив, Е.Э. Терещенко считает, что подобный подход к решению вопроса «подрывает основные принципы и начала гражданского судопроизводства, исключает действие принципа состязательности и принципа равноправия сторон, предусмотренных ч. 3 ст. 123 Конституции РФ. При исключении принципа состязательности усыновители лишаются права обосновать свою правовую позицию, высказать требования и возражения, которые связаны с юридической стороной дела»4. Представляется, что дела об отмене усыновления могут быть разрешены максимально в интересах несовершеннолетнего ребенка только в порядке искового производства с присущими ему характерными чертами.

При анализе процессуального порядка отмены усыновления обнаруживается ряд проблем. Нерешенными в ГПК РФ остаются вопросы о родовой и территориальной подсудности по делам об отмене усыновления. Так, ГПК РФ не дает прямого ответа на вопрос о том, в какой суд следует обращаться лицу с заявлением об отмене усыновления. Вопрос осложняется еще и тем, что п. 4 п. 1 ст. 23 ГПК РФ, закрепляющий перечень дел, подсудных мировому судье, не исключает из его подсудности дела об отмене усыновления, тогда как дела об усыновлении, напротив, названы в числе таковых. Представляется, что это явный пробел гражданского процессуального законодательства. В связи с этим следует поддержать предложение З.З. Алиевой об изменении редакции п. 4 ч. 1 ст. 23 ГПК РФ в этой части5.

1 Терещенко Е.Э. Усыновление как одна из форм реализации прав ребенка жить и воспитываться в семье: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 129.

2 Викут М.А. О процессуальных нормах в семейном праве // Материалы Всесоюзной научнопрактической конференции «Проблемы советского семейного права». М., 1980. С. 23—24.

3 Вершинина Г.И. Процессуальные особенности судопроизводства по делам об усыновлении: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2007. С. 22.

4 Терещенко Е.Э. Указ. соч. С. 129—130.

5 Алиева З.З. Процессуальные особенности рассмотрения дел об усыновлении детей российскими гражданами (по материалам правоприменительной практики Республики Дагестан): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук, М., 2007. С. 20.

Что касается иностранных усыновителей, то по смыслу п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 апреля 2006 г. № 81 дела по заявлениям иностранных граждан или лиц без гражданства об отмене усыновления должны разрешаться соответствующим судом субъекта Российской Федерации (п. 20).

К сожалению, о подсудности дел об отмене усыновления детей российскими гражданами Пленум Верховного Суда РФ разъяснений вообще не дает, что нарушает единообразие правоприменительной практики. В этой связи Г.И. Вершинина предлагает дополнить ст. 275 ГПК РФ положением, согласно которому заявление об отмене усыновления должно подаваться в суд, вынесший решение об усыновлении ребенка2. Однако, принимая во внимание территориальные масштабы нашей страны, на практике возможна ситуация, когда усыновители вместе с ребенком поменяли место жительства, переехали из одного субъекта Российской Федерации в другой. В свете этого высказываемое Г.И. Вершининой предложение представляется нецелесообразным. Поэтому полагаем, что по аналогии с ч. 1 ст. 269 ГПК РФ, закрепляющей правила подсудности по делам об усыновлении, российским гражданам с заявлением об отмене усыновления следует обращаться в районный суд по месту жительства усыновленного ребенка. На основании вышеизложенного, не разделяем точку зрения Е.Э. Терещенко, указывающей на то, что исковое заявление об отмене усыновления предъявляется в соответствии со ст. 28, 275 ГПК РФ в суд по месту нахождения ответчика: если им является гражданин — по месту его жительства, а если орган опеки и попечительства — по месту нахождения его отдела образования3. Подсудность дел об отмене усыновления должна носить исключительный характер, так как решающее значение по этой категории дел имеют интересы несовершеннолетнего ребенка. Подобным положением необходимо дополнить ст. 275 ГПК РФ.

К исковому заявлению об отмене усыновления предъявляются общие требования ст. 131 ГПК РФ. Срок исковой давности для требования об отмене усыновления не установлен. По мнению отдельных авторов, следовало установить срок исковой давности по заявлениям об отмене усыновления, так как это стабилизировало бы отношения по усыновлению. Однако нельзя оставлять без внимания такие случаи, когда родитель не участвовал в воспитании ребенка, поскольку был признан безвестно отсутствующим либо он вообще не знал о рождении ребенка4.

1 Российская газета, 2006, 3 мая.

2 Вершинина Г.И. Процессуальные особенности судопроизводства по делам об усыновлении: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2007. С. 22.

3 Терещенко Е.Э. Указ. соч. С. 136.

4 Алиева З.З. Указ. соч. С. 20.

Заявление об отмене усыновления должно основываться на конкретных обстоятельствах. Такими обстоятельствами являются основания для отмены усыновления, которые закрепляются в семейном законодательстве. Условно их можно разбить на три группы1.

В первую группу оснований входят обстоятельства, при которых отмена усыновления выступает как мера ответственности за виновное поведение усыновителей: усыновители уклоняются от выполнения возложенных на них обязанностей родителей, злоупотребляют родительскими правами, жестоко обращаются с усыновленным ребенком, страдают хроническим алкоголизмом или наркоманией2. Так как в данном случае речь идет о применении к усыновителям мер ответственности, то согласия ребенка на отмену усыновления не требуется (ст. 57 СК РФ).

Во вторую группу оснований входят обстоятельства, при которых отмена усыновления выступает как мера защиты интересов ребенка. Согласно ст. 57 и ч. 2 ст. 141 СК РФ суд вправе отменить усыновление ребенка и по другим основаниям, исходя из интересов и с учетом мнения ребенка, достигшего возраста 10 лет. При этом виновное поведение усыновителя может отсутствовать: не сложилось взаимопонимания в силу личных качеств усыновителя и (или) усыновленного; выявление после усыновления умственной неполноценности или наследственных отклонений в состоянии здоровья ребенка, существенно затрудняющих либо делающих невозможным процесс воспитания, о наличии которых усыновитель не был предупрежден при усыновлении3. При отмене усыновления не по вине усыновителя данное обстоятельство должно быть отражено в решении суда4.

Третью группу образуют такие основания отмены, которые можно назвать основаниями признания усыновления фактически прекратившимся. По мнению авторов анализируемой концепции, эти основания присутствуют, во-первых, если усыновитель в силу объективных причин оказывается не в состоянии осуществлять воспитание и содержание ребенка, во-вторых, когда родители ребенка по различным мотивам добиваются получения ребенка

1 Терещенко Е.Э. Указ. соч. С. 134—136.

2 Так, по вопросу оснований к отмене усыновления в Ульяновской области прослеживается следующая картина: уклонение от выполнения обязанностей родителей — 8 дел; отсутствие взаимопонимания между усыновителями и усыновленными — 4 дела; жестокое отношение к усыновленному — 1 дело; выявление тяжелой болезни у усыновленного, о которой не был предупрежден усыновитель, — 2 дела // Информационное письмо Судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда по результатам обобщения судебной практики по делам об усыновлении // <Ьйр://'№'»'».и1оЬ1зиё.т/тёех.рЬр?ор1лоп=сот_сойей^азк=у1е'»&1ё=299> (последнее посещение — 10 декабря 2008 г.).

3 Абзац 2 п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 апреля 2006 г. № 8.

4 Абзац 3 п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 20 апреля 2006 г. № 8.

к себе обратно и своим вмешательством делают воспитание практически невозможным; в-третьих, глубокое умственное недоразвитие ребенка1; в-четвертых, восстановление в дееспособности родителей ребенка, к которым он сильно привязан и не может их забыть после усыновления, что отрицательно сказывается на эмоциональном состоянии ребенка. В указанных случаях суд вправе отменить усыновление, учитывая мнение самого ребенка, достигшего 10-летнего возраста2.

В п. 2 ст. 141 СК РФ предусматривается возможность отменить усыновление ребенка и по другим основаниям, исходя из интересов и с учетом мнения самого ребенка. Действительно, обстоятельства, вызывающие необходимость отмены усыновления, могут быть настолько разнообразными, что исчерпать их в каком-либо перечне и подвести под действие п. 2 ст. 141 СК РФ невозможно3.

На стадии подготовки дела об отмене усыновления к судебному разбирательству суду надлежит разрешить вопрос о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса. Согласно ст. 142 СК РФ правом требовать отмены усыновления наделены родители ребенка, усыновители ребенка, усыновленный ребенок, достигший возраста 14 лет, органы опеки и попечительства, прокурор. Очевидно, что законодатель, в интересах усыновленных детей, значительно расширил круг лиц, обладающих правом требовать отмены усыновления.

Так, биологические родители усыновленного ребенка вправе требовать отмены усыновления в любое время, хотя чаще всего они обращаются с таким требованием, когда усыновление было произведено без их согласия или согласие было вынужденным. Необходимо особо подчеркнуть, что в тех случаях, когда при получении согласия родителей на усыновление ребенка были нарушены их права, суд не обязан выносить решение об отмене усыновления. Это не обязанность, а право суда (п. 2 ст. 141 СК РФ) отменить усыновление при условии, что такая отмена соответствует интересам ребенка. Кроме того, должно быть учтено мнение ребенка. Родители не имеют права требовать отмены усыновления, если они считают, что нахождение ребенка

1 Нечаева А.М. Детская беспризорность — опасное социальное явление // Государство и право. 2001. № 6. С. 63, а также Постановление Правительства РФ от 26 июля 2002 г. № 569 «О внесении изменений дополнений в Положение об осуществлении и финансировании деятельности, связанной с перевозкой несовершеннолетних, самовольно ушедших из семей, детских домов, школ-интернатов, специальных учебно-воспитательных и иных детских учреждений» // Российская газета, 2002, 31 июля.

2 Пункт 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 4 июля 1997 г. № 9 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел об установлении усыновления».

3 Летова Н.В. Усыновление в Российской Федерации: правовые проблемы. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 155.

в семье усыновителя не отвечает его интересам1, так как в данном случае у них отсутствует право на иск в материальном смысле. Наделяя родителей важным правом требовать отмены усыновления, закон учитывает природу родительского права, однако во избежание коллизий между родителями и усыновителями ребенка устанавливает определенные пределы его реализации. В целях обеспечения тайны усыновления родителям, не обладающим информацией об усыновителях ребенка, необходимо предъявлять иск к органу опеки и попечительства2.

Г.И. Вершинина, исследуя основания к отмене усыновления, верно указывает на то, что после вступления решения суда об усыновлении в законную силу родители, восстановленные в родительских правах, не вправе требовать отмены усыновления. Это обусловлено конституирующим характером решения, гарантирующим неизменность правоотношений между усыновителем и усыновленным, в противном случае усыновители и дети будут постоянно находиться под угрозой прекращения сложившихся семейных правоотношений3.

По ныне действующему законодательству процесс отмены усыновления вправе инициировать и усыновители ребенка. Ранее действовавшим законодательством такое право усыновителей не было предусмотрено. Представляется, что эта норма вполне соответствует правовой природе усыновления, так как отношения, возникающие в результате усыновления, лишь тождественны родительским4. Однако в любом случае «право усыновителя поставить вопрос об отмене усыновления необходимо рассматривать с оценкой правовых последствий для ребенка»5. В том случае, если требование об отмене усыновления заявлено усыновителями, надлежащим ответчиком по делу является усыновленный ребенок. М.В. Антокольская указывает на то, что наилучшим решением этой проблемы является признание ответчиком органа опеки и попечительства, поскольку этот орган участвует в судебном разбирательстве с целью защиты интересов ребенка и будет заявлять возражения против требований истца, исходя из интересов ребенка6. С подобной позицией согласиться довольно сложно, так как именно ребенок в данном случае является субъектом спорного материально-правового отношения, поэтому занимает процессуальное положение стороны по делу, и все правовые

1 Иванов Н. Как в хорошей семье // Семья и школа. 1995. № 1. С. 9.

2 Макаров В.С. К вопросу об усыновлении // Вопросы теории советского права. М., 1966.

С. 66.

3 Вершинина Г.И. Указ. соч. С. 22.

4 Иванов В. Вечное братство сирот // Семья и школа. 1995. № 5. С. 2—3; Рыскина В. Заговорит ли? // Семья и школа. 1995. № 6. С. 8.

5 Летова Н.В. Указ. соч. С. 163.

6 Антокольская М.В. Семейное право. М., 1996. С. 328.

последствия судебного решения, которое вынесено по иску усыновителей, будут распространяться непосредственно на ребенка1.

С иском об отмене усыновления вправе обратиться и сам усыновленный ребенок2 при условии, что он достиг 14 лет. Усыновленный ребенок может поставить вопрос об отмене усыновления в тех случаях, когда нет никакой возможности создать теплые, искренние, настоящие семейные отношения, а не их видимость3. Принимая во внимание то, что граждане в возрасте от 14 до 18 лет являются частично дееспособными и, по общему правилу, они не могут самостоятельно обратиться с требованием об отмене усыновления и защищать свои права в гражданском процессе, то о своем желании отменить усыновление усыновленный ребенок вправе сообщить органу опеки и попечительства или прокурору, если факт усыновления не является для ребенка тайной. В таком случае органы опеки и попечительства и прокурор вправе обратиться в суд с иском об отмене усыновления в интересах ребенка, что является реализацией одной из форм участия прокурора и органов опеки и попечительства в гражданском процессе, предусмотренной ч. 1 ст. 46 ГПК РФ. Однако истцом по данному делу будет являться усыновленный ребенок как действительный участник спорного материального правоотношения. Органы опеки и попечительства, равно как и прокурор, в данном случае занимают в процессе положение процессуальных истцов и обладают процессуальными правами и обязанностями истца только в процессуальном смысле4, имеют в деле лишь процессуальный интерес, в частности защиту интересов усыновленного ребенка5.

Кроме того, суду при определении состава лиц, участвующих в деле, и других участников процесса необходимо учитывать положения ч. 2 ст. 140 СК РФ, согласно которой независимо от того, кем предъявлен иск об отмене

1 Батова О.С. Процессуальные особенности рассмотрения споров, связанных с воспитанием детей: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007. С. 7.

2 «Мнение самого несовершеннолетнего рассматривается как фактор, значение которого растет в зависимости от его возраста и степени зрелости» (Конвенция Совета Европы от 4 апреля 1997 г. «О защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины». Ч. 2, п. 2 ст. 6 // Сборник международных актов. М., 1998); Николаев М. Вопросы судебного порядка рассмотрения дел об установлении усыновления (удочерения) детей // Хозяйство и право. 1997. № 3. С. 167.

3 Нечаева А.М. Семейное право. М., 1998. С. 287.

4 Киреева Н. Участие в гражданском процессе органов опеки и попечительства // Советская юстиция. 1976. № 19. С. 10.

5 Именно поэтому не можем согласиться с точкой зрения Г.И. Вершининой, указывающей на то, что в случае предъявления усыновителями иска об отмене усыновления орган опеки и попечительства должен быть законным представителем усыновленного (выделено мной. — Е.Б.), по причине того, что «до вступления решения об отмене усыновления в законную силу фактически остаются представителями усыновленных и оказываются в положении истец — представитель ответчика» (см.: Вершинина Г.И. Указ. соч. С. 22—23).

усыновления, к участию в деле должен быть привлечен орган опеки и попечительства и прокурор (ст. 78 СК РФ, п. 1 ст. 56 СК РФ)1. Аналогичное правило вытекает из смысла ч. 1 ст. 45 и ч. 1 ст. 46 ГПК РФ. В этом случае органы опеки и попечительства и прокурор участвуют в процессе в форме дачи заключения по делу. В то же время следовало закрепить четкую норму о составе лиц, участвующих в деле, в ГПК РФ, по аналогии со ст. 273 ГПК РФ.

Другие граждане, общественные, государственные организации не вправе предъявлять иск об отмене усыновления. Это правило не только охраняет тайну усыновления, но и рассчитано на то, чтобы сделать невозможным предъявление необоснованных исков об отмене усыновления2. Если названные субъекты считают, что усыновление должно быть отменено, они могут обратиться к прокурору3 либо в орган опеки и попечительства, от которых и будет зависеть решение вопроса о предъявлении иска в суд.

Таким образом, все вышеизложенное свидетельствует о недостаточности специальных процессуальных норм, регулирующих порядок рассмотрения в судах дел об отмене усыновления: ГПК РФ ограничивается по этому вопросу лишь ст. 275. Это приводит к тому, что нормы СК РФ, носящие явный процессуальный характер, восполняют данный пробел. Безусловно, с правовой точки зрения подобную ситуацию нельзя признать верной, а значит, необходимы действенные мероприятия, направленные на разрешение создавшейся ситуации.

Петрова И.А.,

аспирантка Государственного университета —

Высшей школы экономики

ПОДСУДНОСТЬ ДЕЛ О ПЕРЕСМОТРЕ СУДЕБНЫХ АКТОВ ПО ВНОВЬ ОТКРЫВШИМСЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ В ГРАЖДАНСКОМ И АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССАХ

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) закрепляет право каждого человека на справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом (п. 1

1 Советский гражданский процесс / под ред. А.Ф. Клейнмана. М., 1964. С. 116; Юдельсон К.С. Советское гражданское процессуальное право. М., 1965. С. 194; Советский гражданский процесс / под ред. М.А. Гурвича. М., 1967. С. 122.

2 Шахматов В.П. Усыновление, опека и попечительство. Красноярск, 1979. С. 19.

3 Жуйков В. ГПК РФ: порядок введение в действие // Российская юстиция. 2003. № 2. С. 5.