Учёт в медиации специфики типов реагирования на конфликт

УДК 159.9:316.37

Вестник СПбГУ. Сер. 16. 2012. Вып. 3

М. М. Кашапов

УЧЁТ В МЕДИАЦИИ СПЕЦИФИКИ ТИПОВ РЕАГИРОВАНИЯ НА КОНФЛИКТ1

Социальная неопределенность и незащищенность человека стимулируют его активность прежде всего для защиты личных интересов, и приводят в конечном счете к психологической напряженности личности. Об этом свидетельствуют результаты, полученные в рамках различных подходов к исследованию проблематики межличностного конфликта в зарубежной социальной психологии: мотивационного — Л. Берковиц (L. Berkowitz), М. Дойч (М. Deutsch), Х. Хекхаузен (H. Heckhausen), К. Хорни (K. Horney), Дж. Кискер (G. W. Kisker), Н. Миллер (N. Miller); когнитивного — Ф. Хайдер (F. Heider), И. Клэр (Y. Klar); метакогнитивного — Дж. Борковски (J. Borkowski), М. Карр и М. Пресли (M. Carr & M. Pressley), Т. Нельсон и Л. Наренс (T. O. Nelson & L. Narens), К. Диркс (К. Dirkes), Дж. Шроу (G. Schraw), Р. Перкинс и Б. Саломон (R. Perkins & B. Salomon), С. Парис и П. Виноград (S. G. Paris & P. Winograd); бихевиористского — У. Арнольд (W. Arnold), Г. Айзенк (H. J. Eysenck), Р. Мейли (R. Meili); ситуационного — Л. Фестингер (L. Festinger), Л. Козер (L. Cozer), К. Левин (K. Lewin), Дж. Ниренберг (J. Nierenberg), Р. Нисбетт (R. Nis-bett), Л. Росс (L. Ross), К. Терхьюн (K. Terhune), У. Томас (W. Thomas); диспозиционного — Н. Эндлер (N. Endler), С. Миллер (S. M. Miller), Дж. Паркер (J. Parker); интеракционист-ского — К. Финк (K. Fink), Р. Фишер (R. Fisher), М. Шериф (M. Sheriff).

Интенсивное развитие социальных процессов дает мощный импульс для теоретического осмысления феномена конфликта. Проблема детерминации конфликта является фундаментальной проблемой конфликтологии, поскольку она связана с раскрытием природы конфликта. Н. В. Гришина рассматривает конфликт как биполярное явление — противостояние двух начал, проявляющее себя в активности сторон, направленной на преодоление противоречия, причем каждая из сторон конфликта представлена активным субъектом (субъектами) [1; 2]. Б. И. Хасан подчеркивает, что конфликт — это такая характеристика взаимодействия, в которой не могущие сосуществовать в неизменном виде действия взаимодетерминируют и взаимозаменяют друг друга, требуя для этого специальной организации [3; 4]. Н. И. Леонов отмечает, что изучение конфликта в ситуации непосредственного взаимодействия его участников позволяет более четко определить основные тенденции развития конфликта: выявить специфику его возникновения, протекания и разрешения [5].

Основными детерминантами межличностных конфликтов выступают социальная сфера, в которой взаимодействуют участники конфликта, и их индивидуально-психологические особенности. По мнению Р. М. Шамионова, детерминанты личности — это совокупность условий, факторов, предпосылок, свойств, определяющих средства ее становления и функционирования. Коренное различие между внутренними и внешними детерминантами состоит в том, что первые характеризуют личность, ее актуальные

1 Работа подготовлена при финансовой поддержке РФФИ, Проект № 10-06-00204а. © М. М. Кашапов, 2012

31

и потенциальные возможности, а другие — внешние — «характеризуются» личностью, отображая социальное пространство [6].

О конфликте в общем смысле, по мнению А. Редлиха и Е. Миронова, говорят тогда, когда (по крайней мере один) человек в своих представлениях, чувствах или способах поведения долгое время чувствует себя задетым (по крайней мере одним) другим человеком. Длительное нарушение состояния внутреннего равновесия, характеризующееся тем, что участники сами не могут прийти к решению, делает необходимым участие третьей стороны: медиатора, модератора, специалиста по примирению сторон или судьи [7, с. 47].

Учёт в медиации специфики типов реагирования на конфликт связан с пониманием его содержания. Мы понимаем под конфликтом столкновение примерно равных по силе, но противоположных по направленности тенденций (намерений, средств и целей) субъектов взаимодействия. Конфликт является наиболее острым способом разрешения противоречий, значимых для субъектов конфликта, и обычно сопровождается негативными эмоциями и чувствами, переживаемыми ими по отношению друг к другу. Исход конфликта определяется не предметом разногласий, а тем развитием, которое принимает ситуация. Конструктивная динамика конфликтной ситуации зависит от восприятия её самими участниками и избираемых ими типов реагирования на конфликт [8-13].

Результаты наших исследований социально-психологических и индивидуально-психологических детерминант типов реагирования на конфликт представлены в работах М. В. Башкина [14], Н. И. Добиной [15], Л. А. Николаевой [16], О. Ю. Рудаковой [17]. В течение 2007-2011 гг., совместно с В. В. Пехтеревым [18] и А. С. Кашаповым [19] проводилось выявление типов реагирования военнослужащих на конфликт. Совокупная выборка включала 238 человек. Выборку исследования составили 76 солдат первого года службы по призыву, 87 курсантов высшего военного учебного заведения и 75 студентов гражданского вуза в возрасте от 18 до 22 лет. Важной особенностью выборки является гомогенность, схожесть возрастных и статусных характеристик испытуемых, включающихся в новые социальные отношения. При отборе испытуемых учтены основные требования к выборке — репрезентативность и адекватность.

В ходе проведения исследования применялся комплекс психодиагностических инструментов, в том числе методика «Диагностика ведущего типа реагирования» (М. М. Кашапов, Т. Г. Киселева). На наш взгляд, при изучении поведения личности в конфликте эффективнее использовать термин «тип реагирования на конфликт» и разработанную нами методику, позволяющую более четко выявить специфику трех основных вариантов поведения в конфликте: «Агрессия», «Уход» и «Оптимальное разрешение». А выделенные К. Н. Томасом стратегии поведения «приспособление», «компромисс» и «сотрудничество» представляется целесообразным объединить в оптимальный тип реагирования на конфликт, так как они близки по своему содержанию и выражают направленность личности на успешное разрешение конфликта.

Обработка ответов производится в соответствии с ключом, который позволяет выявить, в какой степени в поведенческом репертуаре человека представлены различные типы реагирования в конфликте.

Тип реагирования «Уход» подразумевает, что человек старается избежать конфликта. Его позиция — не попадать в ситуации, которые провоцируют возникновение противоречий, не вступать в обсуждение вопросов, чреватых разногласиями.

Тип реагирования «Агрессия» означает совокупность поведенческих реакций, имеющих отрицательную эмоциональную окраску по отношению к партнеру,

32

сопровождающихся грубостью, порицанием партнера с целью его подчинения. Для влияния на оппонента, с целью заставить его принять свою точку зрения любой ценой, часто используется власть, принуждение.

Тип реагирования «Оптимальное разрешение» означает признание личностью различия во мнениях и готовность ознакомиться с иными точками зрения, чтобы понять причины конфликта и найти действия, приемлемые и взаимовыгодные для обеих сторон и обеспечивающие достижение социально полезной цели.

В целом тип реагирования рассматривается нами как совокупность вербальных и невербальных эмоциональных реакций человека, проявляющихся в конфликте и определяющих агрессивный способ поведения, уход или оптимальный способ разрешения конфликта.

Методом прямого пошагового регрессионного анализа нами установлено влияние индивидуально-психологических особенностей военнослужащих на выбор ими определенного типа реагирования на конфликт. Доказано, что депрессия и истерия выступают в качестве внутренних детерминант типа реагирования «Уход». Иными словами, военнослужащие, склонные к тревогам либо к неврологическим защитным реакциям конверсионного типа, не отстаивают свои интересы в ситуации межличностного конфликта и предпочитают уступить более сильному сопернику. В данном случае оппонентом может являться либо старший по званию или сроку службы сослуживец (ситуация вертикального конфликта), либо сослуживец более сильный морально/физически, но равный по социальному статусу (горизонтальный конфликт).

Курсанты реже, чем солдаты-призывники, склонны избегать ситуации конфликта. С одной стороны, это означает, что курсанты в большей степени готовы брать на себя ответственность за решение спорного вопроса. Несомненно, что данные качества обязательно должны присутствовать и воспитываться у них как у будущих офицеров. Подтверждением данного результата является более высокий (по сравнению с солдатами) балл по шкалам «Ригидность» (инертность установок, настойчивость, педантизм) и «Лидерство». Высокие показатели по шкале «Психопатия» свидетельствуют о социальной дезадаптации, неустойчивости настроения, обидчивости и чувствительности личности. Связь данных личностных особенностей с типом реагирования «Уход» означает, что курсанты могут использовать его как возможный механизм психологической защиты.

Склонность к тревогам (шкала «Депрессия») и неврологическим защитным реакциям конверсионного типа (шкала «Истерия») связана у военнослужащих с уходом от разрешения конфликта и уступками более сильному сопернику. Полученные данные свидетельствуют о том, что курсанты, ориентированные на уход от конфликта, склонны также уходить в мир внутренних переживаний, фантазий, оставаясь при этом внешне замкнутыми и не требующими эмоциональной поддержки со стороны окружающих.

Можно предположить, что курсант, уходя от решения конфликтной ситуации, склонен опираться прежде всего на имеющиеся в его жизненном опыте знания о конфликтах. Чем сильнее курсант проявляет в своем поведении упорство, непосредственность, прямолинейность, настойчивость в достижении цели, а также несдержанность и вспыльчивость, тем он более склонен в ситуации конфликта уходить от решения проблемы.

Доказано, что тип реагирования «Уход» связан с показателями «Любознательность» (г=-0,39; р<0,05), «Оригинальность» (г=-0,35; р<0,05), «Чувство юмора» (г=-0,33; р<0,05) и «Творческое мышление» (г=-0,40; р<0,05) в образе «Я-реальный» курсантов пятого

33

года обучения. Следовательно, курсантам, ориентированным на уход от решения конфликтной ситуации, не свойственны качества креативной личности, способствующие более эффективному разрешению конфликта. Можно предположить, что стратегия ухода от конфликта у курсантов пятого курса может быть связана с механизмами психологической защиты личности. Что касается солдат, то чем выше показатели по шкале «Оригинальность», тем чаще они используют «Уход». Полученный результат объясняется тем, что уход от конфликта в ряде случаев может рассматриваться как проявление личностью гибкости в поведении, как реализация надситутативного подхода к разрешению возникшей проблемы.

На пятом курсе значимость межличностных отношений для курсанта может несколько снижаться, а выработанная привычка не отстаивать свое мнение закрепляется, что способствует предпочтению «Ухода». Установлена также аналогичная связь между типом реагирования «Уход» и метакогнитивными знаниями курсантов данной группы (г=-0,42; р<0,01). Чем ниже курсант оценивает общий уровень функционирования собственных познавательных психических процессов, степень легкости приобретения новых знаний и свою способность справляться с различными ситуациями, тем больше он ориентирован на реализацию в конфликте стратегии избегания. Доказано также, что курсант, умеющий правильно организовывать и распределять собственное время, не склонен к данному типу реагирования. Курсант, проявляющий покорность в поведении, в большинстве случаев склонен к уходу от проблемной конфликтной ситуации.

Выявлено, что выбор солдатами-призывниками агрессивного типа реагирования в конфликте детерминирует такая индивидуально-психологическая особенность личности, как неконформность. Солдаты, склонные к отвержению общепринятых норм поведения, в ситуации межличностного конфликта будут осуществлять действия, направленные на нанесение физического или психологического вреда оппоненту.

Курсанты часто стремятся разрешить конфликтную ситуацию в свою пользу, что в условиях ограниченных ресурсов армейской жизни приводит к соперничеству и в результате к конфликту. Примером ограниченного ресурса может служить право курсанта получить увольнительную. Для курсантов характерна более высокая, чем у солдат-призывников, спонтанность в действиях, включающая в себя раскованное самоутверждение, наступательность, стремление к лидированию и агрессивность, а также склонность к соперничеству в конфликте, что выражается в убеждении другой стороны в преимуществах своей позиции, нежелание прийти к компромиссу и сотрудничеству, стремление удовлетворить прежде всего свои интересы. Кроме того, склонность курсантов к конфликтному поведению и агрессии обусловлена тем, что их индивидуальные успехи влияют на распределение мест службы после окончания военного вуза.

Таким образом, курсант, не склонный к поиску в конфликте совместного решения с оппонентом, ориентирован на выбор типа реагирования «Агрессия». Образующие данную группу курсанты проявляют в межличностных отношениях недоверчивость и скептицизм. Курсант, скептически относящийся к сослуживцам, остро реагирует на ту или иную ситуацию из-за сомнений в истинности суждений и искренности другого человека, выбирая при этом деструктивный способ поведения.

Обнаружено, что тип реагирования в конфликте «Агрессия» у курсантов первого года обучения имеет обратную связь с показателем «Воображение» (г=-0,33; р<0,01). Чем менее у курсанта развито воображение, тем более он склонен к проявлению агрессии в разрешении конфликтных ситуаций. Для влияния на оппонента с целью заставить

34

его принять свою точку зрения любой ценой курсант может использовать власть путем принуждения. Если курсант ощущает, что имеет власть над своими товарищами и считает себя независимым от чужого мнения, то он склонен в большинстве случаев реагировать в конфликте агрессивно.

Выявлена отрицательная связь между типом реагирования в конфликте «Агрессия» и метакогнитивной активностью курсантов пятого года обучения (г=-0,42; р<0,01). Следовательно, курсанты с несформированными навыками управления собственными когнитивными процессами склонны проявлять в конфликте агрессивную стратегию поведения. Реализация же солдатами агрессивного типа реагирования и тактики соперничества, напротив, обусловлена преобладанием у них неконформности.

Наибольшее количество положительных корреляционных связей было обнаружено между типом реагирования «Оптимальное разрешение» и личностными особенностями курсантов. Доказано, что курсанты, применяющие данный способ поведения, активны, деятельны, легко адаптируются к новым условиям. Установлено, что ригидность положительно коррелирует с типом реагирования «Оптимальное разрешение» у курсантов. Склонность курсанта постоянно придерживаться намеченной программы деятельности может способствовать поиску им конструктивного решения межличностного конфликта.

Креативность способствует выбору наиболее адекватного конкретной ситуации стиля общения, основанного на учете личностных особенностей собеседника и позволяющего эффективно решать задачи, возникающие в процессе межличностного взаимодействия. Выявленная связь типа реагирования «Оптимальное разрешение» с показателем «Творческое мышление» в образе «Я-идеальный» (г=0,46; р<0,01) означает, что курсанты первого года обучения, ориентированные на использование оптимального типа реагирования в конфликте, хотели бы чаще приходить к творческому решению проблемы. Доминантность познавательной мотивации, способность отклоняться от традиционных схем мышления и поведения способствуют нахождению курсантом оптимального варианта поведения в ситуации конфликта.

Эффективно справляться с возникающими противоречиями позволяет наличие у курсанта знания о собственных когнитивных характеристиках, способствующих более успешному анализу и разрешению конфликта. Обнаружено, что у курсантов первого курса по сравнению с курсантами пятого курса достоверно выше метакогнитивные знания и метакогнитивная активность (р<0,01). Полученный результат можно объяснить тем, что более глубокое обращение к самопознанию и осуществление рефлексии курсантами первого курса обусловлено их потребностью получить более качественные знания в процессе профессиональной подготовки.

Обобщая полученные данные о связи креативности и поведения военнослужащих в конфликте, подчеркнём, что нами выявлен опосредованный характер влияния показателей креативности на выбор типов реагирования на конфликт (через стили межличностных отношений): так, любознательность и творческое мышление курсанта оказывают влияние на зависимо-послушный стиль межличностных отношений, творческое отношение к профессии — на независимо-доминирующий стиль межличностных отношений.

У курсантов как первого, так и пятого года обучения доминируют независимо-доминирующий, прямолинейно-агрессивный и ответственно-великодушный стили межличностных отношений. На наш взгляд, это связано с процессом профессионализации,

35

в частности — с освоением правил и норм профессии, с развитием курсантами своей личности средствами профессии. Действительно, если описать психологический портрет офицера, то в него войдут следующие качества стилей межличностных отношений: уверенный, независимый, соперничающий, прямолинейный, настойчивый в достижении цели, готовый помогать окружающим, с развитым чувством ответственности и т. д.

Установлено, что чем лучше у курсанта сформировано умение управлять собственным вниманием, концентрироваться на задании, уменьшать влияние отвлекающих стимулов на процесс его выполнения (показатель «Концентрация»), тем менее он склонен в конфликте к выбору типов реагирования «Уход» и «Агрессия». Выявлено также, что чем выше у курсанта показатели по шкалам «Приобретение информации» и «Выбор главных идей», тем он менее склонен к использованию в конфликте агрессии. Оптимальное разрешение ситуации характерно для человека, умеющего в работе с информацией отделять важное от второстепенного.

Выявлено, что родительская семья как агент социализации военнослужащего определяет особенности его поведения в конфликте: воспитание в условиях неполной семьи обеспечивает более высокий уровень развития настойчивости и энергичности, проявляющийся в поведении солдата при достижении им поставленных целей и способствующий поиску конструктивного решения конфликта. Установлено, что на процесс социализации военнослужащего и его поведение в конфликте влияет и место жительства до призыва на военную службу. Солдаты, призванные из города, по сравнению с их сослуживцами, прибывшими из сельской местности, более экстернальны, напористы, мстительны и агрессивны, что негативно отражается на их поведении в конфликте. Военнослужащие, призванные из сельской местности, более целеустремленны и ответственны, считают своего командира более компетентным и дают ему более высокую эмоциональную оценку. Данные различия могут быть связаны с различным стилем жизни в городе и в сельской местности.

Учебное заведение, выступая в качестве института социализации, определяет особенности поведения личности в конфликте. Военнослужащие по призыву и курсанты военного вуза ориентированы на выбор в межличностном конфликте различных типов реагирования: солдаты срочной службы чаще склонны выбирать «Уход», являющийся для них адаптивной тактикой поведения, а курсанты в большей степени расположены к выбору «Агрессии». У студентов гражданского вуза доминирует направленность на «Оптимальное разрешение конфликта». Военнослужащие по призыву по сравнению со студентами более склонны к использованию агрессивного типа реагирования.

Социально-психологическими детерминантами поведения личности в конфликте выступают: агенты и институты социализации; стиль межличностных отношений; поведенческие особенности; социометрический статус в группе. К индивидуально-психологическим детерминантам относятся особенности познавательной сферы (метапозна-ние, социальный интеллект, креативность), а также личностные свойства военнослужащих (интроверсия, сензитивность, конформность).

Обнаружено влияние независимо-доминирующего стиля межличностных отношений, характеризующегося наличием у курсантов готовности аргументировать в процессе коммуникации собственную точку зрения, на выбор ими оптимального типа реагирования на конфликт. Установлены особенности индивидуально-психологических детерминант типа реагирования военнослужащих на конфликт: обнаружено, что доминантность познавательной мотивации, способность отклоняться от традиционных

схем мышления и поведения способствуют выбору курсантом оптимального типа реагирования на конфликт. Несформированность навыков управления собственными когнитивными процессами связана с проявлением курсантами в конфликте агрессивной стратегии поведения. Доказано, что склонность военнослужащего к состояниям депрессии и истерии обусловливает реализацию им в конфликте типа реагирования «Уход». Выбор солдатом срочной службы агрессивного типа реагирования и тактики соперничества в конфликте детерминируют такие личностные свойства, как неконформность, спонтанность и конфликтность. Военнослужащие, проявляющие сензи-тивность, зависимость и конформность, склонны в конфликте к приспособлению под интересы оппонента.

Исследование межличностного взаимодействия на разных этапах обучения, проведенное совместно с М. В. Башкиным [14], позволило выявить изменение организации структуры конфликтной компетентности личности. Студенты по сравнению с учащимися старших классов общеобразовательной школы более ориентированы на использование в конфликте оптимального типа реагирования. Данная стратегия поведения приобретает у студентов связи с показателями мотивационного и когнитивного компонентов их конфликтной компетентности.

В процессе профессионализации учителя общеобразовательной школы и инженера наблюдается различная динамика структуры их конфликтной компетентности. В ходе профессионализации педагога повышается уровень организованности структуры данной компетентности, что проявляется в положительной динамике ее эмоционального элемента и выражается в повышении уровня эмоциональной саморегуляции. В процессе профессионализации инженера уровень организованности структуры его конфликтной компетентности снижается, что отражается в изменениях креативного и эмоционального элементов конфликтной компетентности и выражается в снижении креативности, любознательности, а также в повышении эмоциональной возбудимости и проявлении робости.

Выявлена связь между оптимальным типом реагирования в конфликте и соотношением качеств личности в структуре ее конфликтной компетентности. Базовым в структуре данной компетентности является рефлексивный элемент (субъективный локус контроля), входящий в структуру регулятивного компонента. Механизмы функциональной динамичности, реципрокности и психологического соответствия определяют особенности функционирования структуры конфликтной компетентности личности. В роли детерминанты оптимального типа реагирования в конфликте выступает творческое мышление.

Именно во внутреннем интеллектуальном, надситуативном плане настоящая ситуация, отражаясь в свете будущей, обретает иной смысл, что и определяет завершение борьбы мотивов и принятие решения в пользу волевого поступка, а в тех случаях, когда человек намечает и способы достижения поставленной цели, — и создание намерения. Для обозначения актуальных представлений субъекта о своем будущем и прошлом К. Левин предложил термин «временная перспектива» (англ. temporal perspective). В противоположность бихевиористам К. Левин подчеркивал, что поведение и психическое состояние человека нередко в большей степени зависит от его надежд, опасений и воспоминаний, чем от текущей ситуации «здесь и теперь». Временная перспектива — это временная глубина, или временное измерение, жизненного мира (пространства); при отсутствии временной перспективы жизненный мир превращается в психологическое

поле, а поведение становится «полевым» (например, у маленьких детей, умственно отсталых; иногда у нормальных людей, особенно в ситуациях мотивационной неопределенности). В ходе психического развития личности (особенно в подростковом возрасте) благодаря умению обнаруживать надситуативную проблемность происходит усложнение когнитивной структуры жизненного мира, в том числе расширение временной перспективы.

Надситуативный уровень проблемности и его выделение в решаемой проблемной ситуации связны с идеей «конструктивного выхода за пределы» конкретной ситуации. Данный уровень характеризуется осознанием человеком необходимости изменения, совершенствования некоторых особенностей своей личности. Конфликтные ситуации помогают «подняться» на уровень, с которого субъект мог бы проанализировать самого себя. Процесс разрешения противоречий на данном уровне способствует не только активизации мыслительной деятельности, но и оказывает большое влияние на личностное развитие.

Разрешение ситуации при выделении надситуативного уровня проблемности становится оптимальным, поскольку именно в таком решении человек стремится выразить свой творческий потенциал, самореализоваться в выполняемой деятельности, получить положительный фон в процессе межличностного взаимодействия. Решение, которое человек принимает при обнаружении надситуативного уровня проблемности, является решением более высокого порядка, нежели при выделении ситуативного уровня проблемности. Этот факт, установленный нами в многочисленных исследованиях [8], объясняется тем, что поиск подобного решения побуждает человека прогнозировать результат, представить все возможные последствия, отрефлексировать свое состояние, проявить активность в процессе поиска оптимального решения. Такое поведение неосуществимо без наличия определенной формы креативности, поэтому и решение конфликтных ситуаций будет действенным и креативным. Обобщение полученных эмпирических данных позволяет на основании выделенных уровней говорить о типах профессионального мышления. Так, надситуативный тип мышления способствует эффективному управлению ситуативно-обусловленной формой совместной деятельности.

В целом овладение надситуативным уровнем проблемности характеризуется устойчивой способностью понимать самого себя, а также других людей, их взаимоотношения и прогнозировать межличностные события. Благодаря умению обнаруживать над-ситуативную проблемность субъект способен улавливать сложные отношения и зависимости в социальной сфере жизнедеятельности, работать на опережение, в том числе на профилактику деструктивных конфликтов в коллективе и на коррекцию непродуктивной конфликтности.

Студенты, солдаты и курсанты относятся к представителям возраста, которому присущи острая восприимчивость, впечатлительность, повышенная эмоциональность. Потребность в самоутверждении и юношеский максимализм часто обусловливают проявление у личности повышенной конфликтности, которая приводит к возникновению межличностных конфликтов. Конфликтность проявляется в предрасположенности личности в ситуации общения часто усматривать противоречия своим интересам, желаниям, ценностям, чувствовать себя ущемленным и, как следствие, в желании индивида отстаивать собственные позиции.

Урегулирование конфликта означает недопущение насильственных действий, достижение как минимум взаимоприемлемых договоренностей, выполнение которых

38

более выгодно сторонам, чем продолжение деструктивных конфликтных отношений. На практике наиболее распространенными способами урегулирования конфликтных ситуаций являются переговоры, посредничество, арбитраж, медиация.

Медиация является посредничеством третьей стороны, не участвующей в конфликте. Этот процесс переговоров основан на удовлетворении интересов обеих сторон. Медиатор помогает перейти от осознания сиюминутных интересов к осознанию значимости базовых интересов, принципов жизнедеятельности. Задача медиатора заключается в проверке действительной реализации интересов, которые были заявлены.

Медиатор, поддерживая равноправную коммуникацию в группах, осуществляет следующие функции: 1) подключение к активной работе всех членов группы; 2) выявление точки зрения всей группы по соответствующей проблеме; 3) развитие творческого мышления посредством поощрения разнообразных точек зрения; 4) когнитивное структурирование содержания конфликта; 5) использование разнообразных способов описания и анализа того или иного конфликтного явления, подразумевающее также способность произвольно переходить от одного способа к другому; 6) синтезирование разных познавательных позиций в условиях диалога с другими людьми.

Задачи медиатора: организовать комфортные условия, чтобы участники могли выразить свои желания; помочь найти общие точки зрения; помочь разработать несколько конструктивных вариантов выхода из конфликта; помочь составить соглашения. Роль медиатора наиболее ярко проявляется в контексте метапланового метода, который был разработан консультационной фирмой «Quickborner Team» (г. Гамбург) на семинарах по планированию. Метаплановая техника объединяет целый спектр методов модерации. Модифированный нами метод структурирования проблемы представлен в таблице.

Соотношение типов реагирования на конфликт с его структурными компонентами

Параметры Типы реагирования на конфликт

Компонент Принцип Агрессия Оптимальное разрешение Уход

Цель Долженствование Импульсивность Рефлексивность Импульсивность

Проблема Информированность Ситуативность мышления Надситуативность мышления Ситуативность мышления

Средства Реальность Низкий уровень саморегуляции Высокий уровень саморегуляции Низкий уровень саморегуляции

Мотив Удовольствие Удовольствие через неудовольствие Другому Удовольствие себе через удовольствие Другому Отказ от собственных удовольствий ради удовольствия Другого

Смысл Ценность Когнитивный Метакогнитивный Когнитивный

Таким образом, в проведенном исследовании установлена роль метакогнитивных компонентов в становлении конфликтной компетентности личности в процессе реагирования на конфликт, а также на разных уровнях функционирования её профессионального мышления (ситуативном и надситуативном). Рассмотрены возможные мета-когнитивные механизмы перехода на надситуативный уровень мышления как основы конфликтной компетентности профессионала. Интегральные метахарактеристики,

опираясь на базовые процессы, формируют принципиально новые механизмы познания, поведения и регуляции личности, которые нельзя свести к простой сумме познавательных процессов или механизмов эмоционально-волевой регуляции. Именно мета-когнитивный уровень позволяет реализовать принцип трасцедентальности. Такой же характеристикой обладает надситуативное мышление профессионала.

Субъект, владеющий надситуативным мышлением, способен подниматься на иной уровень жизнедеятельности, обеспечивающий сознательный переход из ассоциированного в диссоциированное состояние. Благодаря механизмам интеллектуальной саморегуляции, интеллектуальным ресурсам, входящим в метакогнитивный опыт, человек более эффективно разрешает конфликтные ситуации. Учёт в медиации специфики типов реагирования на конфликт позволяет целенаправленно искать успешный способ взаимодействия, не пренебрегая мелочами, незначительными характеристиками конфликтной проблемы. Иногда успех в малом деле приносит большие радости и открывает новые возможности для взаимовыгодного сотрудничества. Построенная таким образом медиация формирует особое отношение к противоречиям. Такое отношение связано с готовностью принимать любые необычные сведения без каких-либо субъективных защитных искажений.

Для достижения в медиации когнитивных целей необходимы активный контроль и последовательная регуляция процесса познания конфликта. Данные интеллектуальные действия могут принять форму проверки, планирования, выводов, самоопроса, самонаблюдения и интерпретации полученного опыта или простого получения суждений о том, что человек знает или чего не знает на пути к достижению договоренности. Метакогнитивные знания могут актуализироваться посредством сознательного, намеренного поиска в памяти или воздействовать бессознательно и автоматически и, как правило, ведут к использованию метакогнитивного опыта как «когнитивного сознательного» (cognitive conscious) и «чувственного опыта» (affective experience), сопровождающего интеллектуальные процессы в медиации.

Литература

1. Гришина Н. В. Давайте договоримся. Практическое пособие для тех, кому приходится разрешать конфликты. СПб.: Сова, 1992. 87 с.

2. Гришина Н. В. Психология конфликта. СПб.: Питер, 2000. 464 с.

3. Хасан Б. И. Конструктивная психология конфликта. СПб.: Питер, 2003. 250 с.

4. Хасан Б. И. Психология конфликта и переговоры. М.: Академия, 2004. 192 с.

5. Леонов Н. И. Конфликты и конфликтное поведение: методы изучения. СПб.: Питер, 2005. 240 с.

6. Шамионов Р. М. Социальная психология личности. Саратов: Изд-во СГУ, 2006. 264 с.

7. Редлих А., Миронов Е. Модерация конфликтов в организации. СПб.: Речь, 2009. 240 с.

8. Кашапов М. М. Теория и практика решения конфликтных ситуаций. М.; Ярославль: Рем-дер, 2003. 183 с.

9. Кашапов М. М. Основы конфликтологии: учеб. пособие. Ярославль: Изд-во ЯрГУ, 2006. 116 с.

10. Кашапов М. М. Психология творческого мышления профессионала: монография. М.: ПЕРСЭ, 2006. 688 с.

11. Кашапов М. М. Психология конфликтной компетентности: учеб. пособие. Ярославль, 2010. 128 с.

12. Кашапов М. М. Психология творческого процесса в конфликте: монография. Ярославль: Изд-во ЯрГУ, 2011. 296 с.

13. Творческая деятельность профессионала в контексте когнитивного и метакогнитивного подходов / под науч. ред. проф. М. М. Кашапова, доц. Ю. В. Пошехоновой. Ярославль: Изд-во ЯрГУ, 2012. 384 с.

14. Башкин М. В. Конфликтная компетентность личности: дис. ... канд. психол. наук. Ярославль, 2009. 242 с.

15. Добина Н. И. Психологическая структура конфликтности студентов с различным социометрическим статусом: дис. ... канд. психол. наук. Ярославль, 2011. 190 с.

16. Николаева Л. А. Взаимосвязь типов психологической привязанности супругов к матери и их конфликтного поведения: дис. ... канд. психол. наук. Ярославль, 2008. 191 с.

17. Рудакова О. Ю. Социально-психологические детерминанты конфликтного поведения руководителей образовательных учреждений: дис. ... канд. психол. наук. Ярославль, 2006. 187 с.

18. Пехтерев В. В. Детерминанты типов реагирования военнослужащих на конфликт: дис. . канд. психол. наук. Ярославль, 2011. 189 с.

19. Кашапов А. С. Конфликтоустойчивость как личностная детерминанта адаптивного поведения студентов // Вестник Университета (Государственный университет управления). Сер. «Социология, психология, педагогика и управление персоналом». М.: ГУУ, 2011. № 4. С. 60-61.

Статья поступила в редакцию 16 марта 2012 г.

41