Эволюция доктрины экологического правонарушения (особенности формирования и развития в современный период)

УДК 349.4:574

АБРАМОВ Владислав Геннадьевич, кандидат юридических наук, доцент кафедры юриспруденции Северодвинского филиала Поморского государственного университета имени М.В. Ломоносова. Автор 35 научных публикаций, в т.ч. одной монографии

ЭВОЛЮЦИЯ ДОКТРИНЫ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ПРАВОНАРУШЕНИЯ (особенности формирования и развития

в современный период)

Статья посвящена изучению особенностей становления и развития учения об экологическом правонарушении. В ней раскрываются первые доктринальные определения экологического правонарушения, а также содержание его понятия. Автором освещаются основные положения современной доктрины экологического правонарушения, анализируются проблемы ее развития.

Экологическое правонарушение, доктрина, охрана окружающей среды, сфера взаимодействия общества и природы

Осознание обществом необходимости правовой охраны природной среды как единого целого, произошедшее в нашей стране не более полувека назад, послужило настоящим импульсом для формирования и развития учения об экологическом правонарушении. Его становление, начавшееся в 1960-х годах, в первую очередь было обусловлено принятием во всех союзных республиках бывшего СССР законов об охране природы. Специфической чертой означенного периода являлось отсутствие единого термина, объединявшего всю совокупность противоправных деяний, совершавшихся в сфере взаимодействия общества и природы. Данная категория обозначалась в эколого-правовой литературе по-разному: например, как «нарушение норм права, регули© Абрамов В.Г, 2010

рующих использование и охрану природных ресурсов»1, «нарушение законодательства об охране природы»2, «нарушение природоохранительного законодательства»3; «несоблюдение требований правил об охране природы», «нарушение правовых требований охраны природы»4, «нарушение законности в области охраны природы»5; «нарушение законодательства и правил об охране природы»6.

Первая трактовка сущности изучаемого понятия содержалась в статьях 20 и 21 Закона РСФСР «Об охране природы в РСФСР»7, принятого 27 октября 1960 года, где говорилось об ответственности граждан и руководителей организаций, непосредственно виновных в неправомерном использовании, уничтожении или порче природных богатств. Аналогичным

образом это понятие определялось Н.Д. Казанцевым и Е.Н. Колотинской в первых учебных пособиях по правовой охране природы8. Особенность периода зарождения учения об экологическом правонарушении заключалась в характеристике сущности последнего через призму содержания категории юридической ответственности. Такая тенденция сохранялась и в последующие годы, что соответствовало развитию законодательства в области охраны окружающей среды в конце 60-х - начале 80-х годов ХХ века. В целом, в рассматриваемый период нормотворческая деятельность играла определяющую роль по отношению к теоретическим разработкам в исследуемой области.

В свою очередь, правовое регулирование указанной сферы общественных отношений осуществлялось в нескольких направлениях. Первое было связано с кодификацией законодательства Союза ССР и союзных республик в области охраны и рационального использования отдельных компонентов природной среды. Второе проявлялось в выделении в качестве самостоятельного объекта правового регулирования отношений юридической ответственности, возникающих в случае нарушения норм природоресурсового законодательства. Осуществлявшееся на уровне указов Президиума Верховного Совета СССР, оно также было направлено на охрану отдельных природных компонентов. И, наконец, третье направление, выражавшееся в форме постановлений Верховного Совета СССР и совместных постановлений ЦК КПСС и Совета Министров СССР, проявлялось в комплексной правовой охране природной среды - как единого целого.

Вполне очевидно, что правовая охрана социальных отношений в сфере взаимодействия общества и природы характеризовалась на этом этапе ярко выраженной природоресур-совой направленностью. (Не случайно отличительная особенность конструкций большей части эколого-правовых норм заключалась в фиксации составов правонарушений, предусматривавших определенные варианты посягательств на те или иные компоненты природной

среды.) Вместе с тем, последнее из вышеуказанных направлений нормативного регулирования данных отношений предопределило соответствующий вектор развития учения об экологическом правонарушении. Это послужило причиной появления в эколого-правовой литературе новых терминологических вариантов обозначения изучаемой разновидности противоправных деяний: «правонарушения

в области охраны природы»9, «правонарушения в области охраны окружающей среды»10, «природоохранительные правонарушения»11. Сущность анализируемого понятия трактовалась, с одной стороны, как «неправомерное отношение к природе»12, «противоправные посягательства на природу»13, а с другой - как виновное поведение14.

К числу его первых доктринальных формулировок относятся определения в качестве «нарушения природоохранительного законодательства и причинения ущерба и вреда природе»15; виновного нарушения юридических требований охраны окружающей человека природной среды16. Наиболее концентрированное выражение означенные подходы к пониманию сущности исследуемой категории нашли в определении В.В. Петровым природоохранительного правонарушения как «виновного, противоправного поведения лица, нарушающего установленные правила охраны природы». В свою очередь, «объективным результатом подобного нарушения является причинение ущерба природным объектам и комплексам или создание реальной угрозы такого причинения»17. Думается, вполне правомерным в данной связи будет выглядеть вывод о формировании в середине 1970-х годов теоретических основ доктрины экологического правонарушения, которые послужили своеобразным фундаментом для последующего ее развития.

Что интересно, сам термин «экологическое правонарушение» занял господствующее положение в рассматриваемом учении лишь в последнее десятилетие прошлого века. Причем в немалой степени этому способствовало требование о его «введении в законодательство»,

содержавшееся в постановлении Верховного Совета СССР от 27 ноября 1989 года «О неотложных мерах экологического оздоровления страны»18. Между тем, указанный термин к тому моменту уже получил распространение в эколого-правовой литературе19.

Следует отметить, что экологическое правонарушение, будучи объектом научного анализа, характеризуется сложностью и многогранностью внутреннего содержания. Означенное обстоятельство обусловливает существование различных форм его внешнего проявления: свое объективное выражение экологическое правонарушение находит в статическом или динамическом состоянии. При этом в его статическом состоянии необходимо выделять теоретические (доктринальные) положения и нормативные (легальные) конструкции. В первом из данных случаев экологическое правонарушение предстает в качестве научного понятия, объединяющего в своем содержании наиболее типичные и существенные признаки разнообразных вариантов противоправного поведения, совершающегося в сфере взаимодействия общества и природы.

Вторая форма его объективного выражения характеризует экологическое правонарушение как правовой институт, состоящий из норм, в которых сформулированы составы преступлений и проступков, посягающих на указанную область общественных отношений. Динамическое же состояние экологического правонарушения предполагает его реальное проявление в объективной действительности и тем самым свидетельствует о нем как о социальном явлении, юридическом факте - конкретном фактическом обстоятельстве (противоправном деянии), с наличием которого правовые нормы связывают наступление юридически значимых последствий. В наиболее общем понимании оно заключается в нарушении экологических прав, интересов субъектов.

Теоретические основы современной доктрины экологического правонарушения в первую очередь определяет совокупность признаков, составляющих содержание его понятия:

1 - любой «экологически значимый» проступок или преступление всегда проявляется в реальной действительности как акт поведенческой деятельности - деяние (действие либо бездействие). Это есть фактический признак анализируемого понятия;

2 - деяние вредоносное, т.е. причиняющее (способное причинить) вред личным и (или) общественным интересам, социальным отношениям, возникающим и функционирующим в сфере взаимодействия общества и природы. Данное свойство, раскрывая внутреннюю природу конкретного факта нарушения законодательства в области охраны окружающей среды и воплощая в себе характеристику его социальной сущности, предстает в виде его материального признака;

3 - деяние виновное, т.е. предполагающее определенное психическое отношение деликтоспособного лица к совершенному им действию (бездействию) и наступившим последствиям. Это - субъективный признак изучаемого понятия;

4 - деяние противоправное - запрещенное правовыми нормами под угрозой применения мер юридической ответственности. Данное свойство представляет собой формальный (юридический) признак экологического правонарушения.

В свою очередь, экологическая направленность противоправного поведения определяется сочетанием следующих факторов:

а) посягательством на специфический объект - экологические отношения и интересы. Они проявляются в объективной действительности в виде устойчивой системы социальных связей субъектов, возникающих на основе их стремления к сохранению и восстановлению благоприятного качественного состояния окружающей среды20;

б) причинением вреда окружающей среде (отдельным ее составляющим) либо существованием реальной угрозы его наступления. Именно факт наличия вреда окружающей среде или существования реальной угрозы наступления такового как объективное проявление неблагоприятных последствий деяния, запре-

щаемого правовыми нормами под угрозой применения мер юридической ответственности, свидетельствует о совершении экологического правонарушения (правонарушения в области охраны окружающей среды)21.

Действующий в настоящее время Федеральный закон «Об охране окружающей среды»22 в качестве важнейшей составляющей последней характеризует природную среду (природу), которую образует совокупность отдельных ее компонентов, а также природных и природно-антропогенных объектов. При этом она выступает в роли своеобразного интегрированного предмета экологического правонарушения. Такой вывод логически обусловлен следующим обстоятельством. Различные элементы природной среды находятся между собой в органической взаимосвязи и постоянном взаимодействии, образуя единую систему. Поэтому причинение вреда одной из ее частей неизбежно отражается на состоянии всей системы в целом. Отсюда вполне очевидно, что вред, причиняемый какому-либо компоненту природной среды, природному или природноантропогенному объекту, правомерно рассматривать как форму проявления вреда самой природе.

В свою очередь, негативные изменения в качественном состоянии природной среды способны оказать отрицательное воздействие на иные охраняемые законом блага, интересы, в т.ч. такие, которые обладают повышенной социальной ценностью: в частности, на жизнь и здоровье людей. Таким образом, в содержании вреда как совокупности неблагоприятных последствий экологического правонарушения следует выделять вред первичного и вторичного происхождения23. Применительно к рассматриваемой разновидности противоправных деяний вред жизни и здоровью будет иметь производную природу, поскольку он обусловлен причинением вреда природной среде.

Следовательно, жизненно важные интересы человека надлежит квалифицировать в качестве дополнительного объекта правонарушения в области охраны окружающей среды (в составах, имеющих сложные - двуобъект-

ные - конструкции). В свою очередь, психическое отношение субъекта «экологически негативного» противоправного поведения к означенным последствиям предполагает исключительно неосторожную форму его вины. Данная позиция представляется единственно верной, поскольку умышленное причинение вреда охраняемым эколого-правовыми нормами интересам, которые характеризуются повышенной социальной ценностью, не охватывается содержанием понятия экологического правонарушения и выходит за его рамки, требуя дополнительной юридической оценки таких последствий.

Многогранность рассматриваемого понятия обусловливает возможность использования интегрированного и дифференцированного подходов к изучению его природы и сущности. Интегрированность означает исследование экологического правонарушения в диалектическом единстве различных форм его внешнего выражения. Дифференцированный подход предполагает освещение отдельных его составных частей. Следует отметить, что именно данный способ в настоящее время является наиболее распространенным. В этом случае исследование экологического правонарушения может быть сугубо доктринальным и основываться на базовых постулатах, сформулированных в общетеоретическом учении о правонарушении и получивших дальнейшее развитие в уголовном, административном, гражданском праве. Предметом научного анализа могут выступать законодательные нормы, в которых нашли отражение конструкции составов правонарушений, посягающих на личные или общественные интересы, социальные отношения, возникающие и функционирующие в сфере взаимодействия общества и природы. Наконец, подобное исследование может носить социологический характер и уделять главное внимание фактам проявления в реальной действительности этих противоправных деяний.

Дифференцированный подход к изучению экологического правонарушения наиболее ярко раскрывается в анализе различных вариантов поведения, запрещаемого правовыми

нормами под угрозой применения мер юридической ответственности. Представляется обоснованным выделение двух основных направлений такого анализа: во-первых, исследование характерных признаков преступлений, административных правонарушений, гражданско-правовых деликтов в области охраны окружающей среды; во-вторых, изучение противоправных посягательств на отдельные природные компоненты. Возможно и сочетание данных направлений. По-прежнему не теряет своей значимости рассмотрение специфических особенностей тех или иных разновидностей экологических правонарушений в историческом контексте. Небезынтересным видится их изучение в международном и региональном аспектах. В настоящее время несомненную актуальность приобретает освещение вопросов, определяющих содержание анализируемого понятия, с учетом теоретических постулатов и конструкций законодательных норм, сформулированных в зарубежных правовых системах.

Самое заметное влияние на направление эволюции доктрины экологического правонарушения оказал отраслевой принцип в изучении основополагающих аспектов природы поведенческой деятельности, преобладающий в юриспруденции. Не случайно учеными обращается внимание на то, что «в экологоправовой литературе центр тяжести исследований, связанных с противоправным поведением, падает на проблему ответственности»24. В то же время разрешение самых разнообраз-

ных аспектов данной проблемы предопределяет необходимость изучения явления, порождающего возникновение правоотношений ответственности. Применительно к рассматриваемой области общественных отношений в такой роли выступает правонарушение в области охраны окружающей среды (экологическое правонарушение).

В качестве итогового положения, завершающего характеристику особенностей развития современной доктрины экологического правонарушения, необходимо отметить отсутствие единого, согласованного подхода к пониманию сущности и природы изучаемого феномена. Вместе с тем, рациональная, научно обоснованная его трактовка предстает в качестве своеобразного теоретического фундамента, основы правотворческого процесса, способствует совершенствованию юридических норм, при помощи которых осуществляется охрана отношений в сфере взаимодействия общества и природы. Однако в настоящее время говорить о наличии единой и общепризнанной позиции по всему многообразию вопросов, определяющих содержание и суть учения об экологическом правонарушении, не представляется возможным. Более того, в качестве самостоятельного объекта исследования анализируемое понятие выделяется лишь в отдельных работах25. Уже один этот факт свидетельствует о недостаточной разработанности в научной литературе целостной доктрины экологического правонарушения.

Примечания

1 Казанцев Н.Д. Программа КПСС об охране природы и вопрос о научных основах кодификации природоохранительного законодательства // Правовая охрана природы (тезисы докладов и содокладов). М., 1961. С. 6.

2 Его же. Природоресурсовое право и его пределы как интегрированной отрасли // Вестн. Москов. ун-та. Сер. «Право». 19б7. № 6. С. 6.

3 Мунтян В.Л. О правовой охране природы в СССР // XXII съезд КПСС и проблемы колхозного и земельного права: сб. ст. М., 1962. С. 320.

4 Колбасов О.С. Охрана природы по советскому законодательству. М., 1961. С. 9, 13.

5 Его же. Экология: политика - право. М., 1976. С. 130-131.

6 Григорьев В.К. Правовая охрана природы в СССР // Сов. государство и право. 1960. № 3. С. 77.

7 Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. Ст. 586.

8 См.: КазанцевН.Д., КолотинскаяЕ.Н. Правовая охрана природы в СССР. М., 1962. С. 37; Колотинская Е.Н. Правовая охрана природы в СССР. М., 1962. С. 16-17.

9 См.: ОкороковаЛ.Я. Административная ответственность за нарушение законодательства об охране природы // Сов. государство и право. 1970. № 12. С. 117; Колбасов ОС. Охрана природы // Сов. государство и право. 1972. № 2. С. 19.

10 См., напр.: Колбасов ОС. Указ. соч. С. 225.

11 См.: Правовая охрана природы в СССР / под ред. В.В. Петрова. М., 1976. С. 117-118; Гусев Р.К., Петров В.В. Правовая охрана природы в СССР. М., 1979. С. 49.

12 Окорокова Л.Я. Указ. соч.

13 Дубовик О.Л. Законодательство об охране природы и поведение личности // Право и охрана природы: сб. ст. М., 1979. С. 62.

14 См.: Мищенко В.Л. Показатели и критерии эффективности гражданско-правовой ответственности в области охраны природы // Право и охрана природы: сб. ст. М., 1979. С. 64-65.

15 Аксененок Г.А. Юридические аспекты охраны природы и рационального использования природных ресурсов в СССР // Правоведение. 1974. № 5. С. 1з.

16 См.: Колбасов ОС. Указ. соч. С. 53.

17 Правовая охрана природы в СССР; см. также: Гусев Р.К., Петров В.В. Указ. соч. С. 49.

18 Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1989. № 25. Ст. 487.

19 См., напр.: Окружающая среда и право: сб. ст. / отв. ред. О.С. Колбасов, М.М. Славин, А.С. Тимошенко. М., 1977. С. 4, 5; Мищенко В.Л. Указ. соч. С. 64; Петров В.В. Экология и право. М., 1981. С. 146.

20 См., напр.: Малеин Н.С. Правонарушение: Понятие, причины, ответственность. М., 1985. С. 58; Общая теория государства и права: Академический курс. Т. 3 / отв. ред. М.Н. Марченко. М., 2001. С. 219.

21 См.: Петров В.В. Экологическое право России. М., 1995. С. 271.

22 Собр. законодательства РФ. 2002. № 2. Ст. 133.

23 См.: Петров В.В. Экологическое право России. С. 332.

24 Дубовик О.Л. Механизм действия права в охране окружающей среды. М., 1984. С. 103.

25 См., напр.: Дубовик О.Л. Экологическое правонарушение: понятие и виды // Окружающая среда под охраной закона: сб. ст. М., 1982. С. 99-107; Эффективность юридической ответственности в охране окружаю -щей среды / отв. ред. О.С. Колбасов, Н.И. Краснов. М., 1985. С. 7-24; Рохлин В.И., Сердюк В.М. Экологические правонарушения. СПб., 1998; Ивакин В.И. Теория юридической ответственности за экологические правонарушение и практика ее применения. М., 2004. С. 60-78; Абрамов В.Г., Абрамова Н.Г. Понятие и социальная сущность экологического правонарушения. Самара, 2007.

Abramov Vladislav

EVOLUTION OF ECOLOGICAL OFFENCE DOCTRINE

The article is devoted to studying formation and development particularities of the ecological offence doctrine. The article gives the first doctrinal definitions of ecological offence, as well as the content of its concept. The author shows the basic principles of the modern ecological offence doctrine, analyses problems of its development.

Контактная информация: e-mail: vlaabr@rambler.ru

Рецензент - Худойкина Т.В., доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой основ российского права Мордовского государственного университета имени Н.П. Огарева