Депутат как субъект обращения в органы конституционной юстиции

избирателей при нарезке избирательных округов. Кроме того, срок действия схем округов не должен ограничивать возможности субъектов Российской Федерации и муниципальных образований по принятию решений, касающихся изменений избирательных систем, численности депутатов, что фактически также может повлечь изменение схем одномандатных (многомандатных) избирательных округов.

С учетом изложенного необходимо активно продолжать работу по совершенствованию правовой базы федерального уровня и как следствие субъектов РФ на основе постоянного мониторинга избирательного процесса и практики работы деятельности органов местного самоуправления, что в конечном итоге позволит повысить ответственность выборных органов и должностных лиц местного самоуправления, а также уровень доверия граждан к институту выборов в целом.

Литература и примечания

1. Собрание законодательства Российской Федерации.

- 2003. - № 40. - Ст. 3822.

2. Собрание законодательства Российской Федерации.

- 2002. - № 24. - Ст. 2253.

3. Соответствующие правовые позиции сформулированы Конституционным Судом РФ. См. Определение Конституционного Суда РФ от 05.11.1999 № 182-О // Собрание законодательства РФ. - 27.12.1999. - №52. - ст. 6460; Определение Конституционного Суда РФ от 03.02.2000 № 22-О // Собрание законодательства РФ. - 2000. - № 14. -Ст. 1532.

4. См. напр. Определение Верховного Суда РФ от 23.09.2009 № 66-Г09-20, Определение Верховного Суда РФ от 19.01.2011 № 64-Г10-26 // Справ.-правовая система «КонсультантПлюс».

5. На возможность возникновения таких ситуаций указывает также Центральная избирательная комиссия Российской Федерации. См. Письмо ЦИК России от 16 июля 2010 года №05-15/3112 // Архив Избирательной комиссии Республики Бурятия.

6. См. Иванченко А.В., Кынев А.В., Любарев А.Е. Пропорциональная избирательная система в России: история, современное состояние, перспективы. - М., 2005. - С. 178-182; Любарев А.Е. Регулирование избирательной системы в законодательстве субъектов Российской Федерации // Российский юридический журнал. - 2010. - № 4. - С.28.

7. Федеральный закон от 2 октября 2012 года №157-ФЗ «О внесении изменений в федеральный закон "О политических партиях" и федеральный закон "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации"» // Собрание законодательства Российской Федерации. - 2012. - 08 окт., №41. - Ст. 5522.

Акчурин Александр Ростамович, кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры конституционного, административного и муниципального права БГУ, e-mail: ar_akchurin@mail.ru

Akchurin Alexander Rostamovich, Candidate of Legal Sciences, senior lecturer at the Constitutional, Administrative and Municipal Law Chair of Buryat State University, e-mail: ar_akchurin@mail.ru.

УДК 342.8 © А.В. Савоськин

ДЕПУТАТ КАК СУБЪЕКТ ОБРАЩЕНИЯ В ОРГАНЫ КОНСТИТУЦИОННОЙ ЮСТИЦИИ

В статье приводится анализ права депутатов направлять запросы в порядке абстрактного нормоконтроля в Конституционный Суд РФ и конституционные (уставные) суды субъектов федерации. Обосновывается идея о необходимости нормативного закрепления индивидуального права депутатов Государственной Думы на обращение в Конституционный Суд РФ и депутатов представительных органов государственной власти субъектов федерации и органов местного самоуправления - в конституционные (уставные) суды субъектов РФ.

Ключевые слова: право на обращение, депутат, запрос, Конституционный суд, Уставный суд, абстрактный нормо-контроль.

A.V. Savoskin

DEPUTY AS THE SUBJECT OF APPLICATION TO THE CONSTITUTIONAL JUSTICE

The article analyzes the rights of deputies to send requests in the order of abstract normative control to the Constitutional Court of the Russian Federation and constitutional (charter) courts of the constituent entities of the Federation. Substantiates the idea of necessity to consolidate regulation of individual rights of State Duma deputies to appeal to the Constitutional Court of the Russian Federation and members of representative bodies ofpublic authorities of constituent units offederation and local authorities appeal to constitutional (charter) courts of constituent entities of the Russian Federation.

Keywords: right to appeal, the deputy, the request, the Constitutional court, the Charter court, abstract normative control.

Возможность обращаться в органы конститу- проверке нормативного акта на соответствие ционной юстиции (федеральная и региональная) Конституции РФ или Основному закону субъек-с целью возбуждения производства судом о та федерации является важнейшим правоохра-

нительным правом депутата. Это его право С.В. Слюсенко характеризует как юридически обеспеченную возможность от имени народа и в его интересах участвовать в инициировании надлежащей процедуры рассмотрения вопроса о том, является ли принятый государственный нормоустанавливающий акт соответствующим положениям основного закона или, напротив, противоречит ему и потому подлежит отмене [1, с. 26; 332]. Следует заметить, что право депутата инициировать процедуру нормоконтроля не может рассматриваться как противоречащее его же праву участвовать в принятии законодательных решений. Закон (решение местного представительного органа) выступает результатом положительного коллективного волеизъявления депутатского большинства, которое, будучи по своей природе политическим большинством, далеко не всегда руководствуется конституционными целями, принципами и нормами, подчиняя нормотворческий процесс преимущественно политическому, а не конституционноправовому началу [2, с. 18]. Вместе с тем правоохранительный потенциал депутатского мандата направлен не только на законотворческую деятельность парламента как такового, но и на обеспечение правопорядка при функционировании органов государственной власти.

Возможности депутатов по обращению в органы конституционной юстиции различны и зависят как от статуса самого депутата, так и от вида органа конституционного контроля. Конституционная юстиция в России представлена на двух уровнях: федеральном - Конституционный Суд РФ и региональном - конституционными (уставными) судами субъектов РФ. Федеральные депутаты могут обращаться в Конституционный Суд РФ, депутаты законодательных (представительных) органов власти субъектов -в региональные конституционные (уставные) суды; местные депутаты, как правило, вообще лишены права инициировать абстрактный нор-моконтроль в органах конституционной юстиции (т.е. вне связи с конкретным делом) [3, с. 610]. Исключение составляет только Калининградская область, где правом обращаться в Уставный суд с запросом в порядке абстрактного нормоконтроля наделена группа депутатов представительного органа местного самоуправления численностью не менее пяти чел. [4].

Часть 2 ст. 125 Конституции РФ, определяя круг субъектов обращения с запросом в порядке абстрактного нормоконтроля в Конституционный Суд РФ, предусматривает, что Конституционный Суд РФ разрешает дела о соответствии

Конституции РФ ряда федеральных и региональных нормативных правовых актов, внутригосударственных договоров, а также не вступивших в силу международных договоров РФ, по запросам, в частности, одной пятой членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы. Между тем представляется, что указанное конституционное положение статьи 125 Конституции РФ, не является абсолютно ясным, точным, определенным и непротиворечивым. Это позволило А.А. Джагаряну аргументированно доказать, что право на конституционный запрос принадлежит не группе (коллективу) депутатов Государственной Думы, а каждому депутату в отдельности [2, с. 17]. Однако при таком прочтении статьи 125 Конституции РФ возникает закономерный вопрос: почему депутаты Государственной Думы поставлены в более выгодное по сравнению с членами Совета Федерации положение? Представляется, что такое ком-петенционное различение вполне обоснованно и проистекает из несколько различных конституционно-правовых статусов соответствующих субъектов права. В действующей отечественной конституционной системе депутат избирается населением непосредственно и является представителем всех граждан, всего народа [5]. Напротив, члены Совета Федерации - как это прямо вытекает из положений ч. 2 ст. 95 Конституции РФ - представляют на общефедеральном уровне органы законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Отдельные авторы не наделяют Совет Федерации представительной природой. Так, О.Н. Булаков отмечает, что в рамках Конституции произошла замена представительства субъектов Федерации как региональных сообществ граждан на представительство органов государственной власти этих субъектов [6, с. 109]. Примечательна и позиция С.В. Масленниковой, согласно которой установленный способ формирования Совета Федерации не позволяет рассматривать эту палату как структуру парламента, обладающую качеством представительности [7, с. 33]. Мы же, отмечая особый косвенный порядок формирования Совета Федерации, все же наделяем его ограниченной представительной природой [8]. Именно поэтому депутат Государственной Думы как первично опосредованная персонификация народного суверенитета и носитель свободного мандата, не связанный волеизъявлением избирателей, но уполномоченный Конституцией РФ действовать от имени всего народа, вправе ставить вопрос о соответствии принимаемых государственных нормо-

устанавливающих актов учредительной воле народа, выраженной в Конституции РФ, т.е. инициировать конституционно-судебное разбирательство по данному вопросу. Установленная же Конституцией РФ коллективность права членов Совета Федерации на конституционный запрос в порядке абстрактного нормоконтроля предпосылается замыслом конституционного законодателя предусмотреть механизм взаимодействия и координации субъектов РФ.

Смысл абз. 1 ч. 2 ст. 125 Конституции РФ в части предоставления права на конституционный запрос не менее одной пятой членов Совета Федерации заключается в фактическом предоставлении группе субъектов РФ возможности сформулировать и отстоять согласованную и имеющую достаточно существенную региональную поддержку позицию по поводу конституционности одного из нормативных актов, перечисленных в ч.3 ст.125 Конституции РФ. Исправление сложившейся ситуации возможно двумя способами. Первый - в результате формирования правовой позиции Конституционного Суда РФ, которая будет выражена в Постановлении о толковании Конституции РФ. Однако это представляется нам маловероятным. Второй - внесение соответствующих изменений в Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации», направленных на признание за каждым депутатом Государственной Думы права на обращение с запросом в Конституционный Суд РФ вне связи с каким-либо конкретным делом, т.е. в порядке

абстрактного нормоконтроля, как это предусмотрено абз. 1 ч. 2 ст. 125 Конституции РФ. Во втором случае редакция ст. 84 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» может выглядеть следующим образом: «Правом на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности указанных в статье 125 (часть 2) Конституции Российской Федерации нормативных актов органов государственной власти и договоров между ними обладают Президент Российской Федерации, Совет Федерации, Государственная Дума, одна пятая членов Совета Федерации, депутаты Государственной Думы, Правительство Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, органы законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации». Предлагаемый подход тем более оправдан, что депутаты законодательных (представительных) органов большинства субъектов федерации, где уже созданы и действуют конституционные (уставные) суды, обладают индивидуальным правом обращаться с запросом о соответствии нормативного акта Основному закону субъекта. Представленность института обращений депутатов в порядке абстрактного нормо-контроля в действующих конституционных (уставных) судах субъектов Российской Федерации изложена в следующей таблице.

Таблица 1

Обращения депутатов в Конституционные (уставные) Суды субъектов РФ

№ п/п Наименование субъекта Российской Федерации Формулировка и статья соответствующего закона субъекта Российской Федерации о конституционном (уставном) суде, предусматривающая право депутатов на подачу запроса Кол-во рассмотренных запросов депутатов

1. Кабардино-Балкарская Республика депутаты Парламента Кабардино-Балкарской Республики (ст.68) 2

2. Калининградская область каждый депутат областной Думы, группа депутатов представительного органа местного самоуправления численностью не менее пяти человек (ст.83) 7

3. Республика Адыгея депутаты Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея (ст. 82) 5

4. Республика Башкортостан депутаты Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан (ст.39) 8

5. Республика Бурятия депутат Народного Хурала Республики Бурятия (ст.31) 1

6. Республика Дагестан депутаты Народного Собрания Республики Дагестан (ст.93) 4

7. Республика Ингушетия не менее одной трети депутатов Народного Собрания Республика Ингушетия (ст.80) 1

8. Республика Карелия депутаты Законодательного Собрания Республики Карелия (ст. 34) 10

9. Республика Коми одна десятая от числа избранных депутатов Государственного Совета Республики Коми (ст. 78) 2

10. Республика Марий Эл депутат (группа депутатов) Государственного Собрания Республики Марий Эл (ст.80) 1

11. Республика Саха (Якутия) народный депутат Республики Саха (Якутия) (ст. 96) 11

12. Республика Северная Осетия (Алания) депутаты Парламента Республики Северная Осетия-Алания (ст.68) 0

13. Республика Татарстан одна пятая от установленного числа депутатов Государственного Совета Республики Татарстан (ст.81) 6

14. Республика Тыва одна треть депутатов Верховного Хурала (парламента) Республики Тыва (ст.119 Конституции) 2

15. Санкт Петербург группа депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга численностью не менее пяти человек (ст.72) 30

16. Свердловская область депутаты Законодательного Собрания Свердловской области (ст.83) 9

17. Челябинская область право депутатов направлять обращения в Уставный Суд Челябинской области не предусматривается 0

18. Чеченская Республика депутаты Парламента Чеченской Республики (ст.85) 0

Итого запросов депутатов 99

Индивидуальное правомочие депутата направлять запрос в региональный орган конституционной юстиции прямо предусмотрено в ч. 1 ст. 101 Конституции Республики Адыгея, ч. 1 ст. 100 Конституции Республики Бурятия, ст. 93 Конституции Республики Дагестан, ч. 2 ст. 122 Конституции Кабардино-Балкарской Республики, ч. 3 ст. 95 Конституции Республики Марий-Эл. Кроме того, в ряде субъектов РФ соответствующее право закреплено в законах субъектов РФ о конституционных (уставных) судах. Это, в частности, Республика Башкортостан, Республика Карелия, Республика Якутия, Калининградская, Свердловская области и др. Для объективности исследования следует отметить, что не все субъекты РФ предоставляют своим депутатам право на индивидуальный запрос в порядке абстрактного нормоконтроля. Незначительная группа субъектов РФ (по аналогии с федеральным законодателем) предоставляет право обращения в конституционный (уставный) суд субъекта только группе депутатов (Республика Ингушетия, Республика Коми, Республика Татарстан, Республика Тыва и город федерального значения Санкт-Петербург). Так, для обращения с запросом в Конституционный Суд Республики Татарстан необходима группа депутатов численностью не менее одной пятой от состава Государственного Совета Республики Татарстан, (при этом в отличие от всех остальных субъектов РФ) правом обращаться Конституционный Суд Республики Татарстан наделены также комиссии Государственного Совета) [9]. Аналогичное правило применяется в Санкт-

Петербурге, где с запросом может обратиться только группа депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга численностью не менее пяти человек. Примечательно, что и в Татарстане, и в Санкт-Петербурге граждане существенно ограничены в своем праве обратиться в региональный орган конституционной юстиции. Так, в Санкт-Петербурге гражданин может обратиться за защитой своих прав, нарушенных нормой только закона Санкт-Петербурга, примененной или подлежащей применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде [10].

Непонятный случай представляет собой законодательство Республики Тыва, где Конституция предоставляет одной трети депутатов Верховного Хурала (парламента) Республики Тыва право обращаться в Конституционный Суд Республики Тыва [11], в то же время закон «О Конституционном Суде Республики Тыва» не называет депутатов в качестве субъектов обращения в суд [12]. Это тем более удивительно, что в Конституционном суде Республики Тыва имеется практика рассмотрения запросов депутатов [13], а статья 82 закона «О Конституционном Суде Республики Тыва» - «Право на обращение в Конституционный Суд Республики Тыва» первоначально, до внесения изменений, содержала юридически весьма спорное положение о «праве палаты Великого Хурала Республики Тыва вносить запросы в Конституционный Суд, если данное решение принято одной третью депутатов Законодательной палаты или одной пятой депутатов Палаты представителей». В на-

стоящий момент наблюдается прямое несоответствие закона субъекта Конституции Республики Тыва, которое на практике разрешается путем прямого использования ее норм. Индивидуальное право депутатов тех субъектов РФ, где ограничивается право граждан подавать запросы в конституционный (уставный) суд, приобретает еще большую значимость, т.к. депутаты являются единственными прямыми представителями избравшего их населения и именно к ним будут обращаться граждане, чьи права нарушены тем или иным региональным или местным актом, противоречащим Основному закону субъекта. В Челябинской области - единственном субъекте РФ (из 18 создавших конституционный (уставные) суды) депутаты лишены правомочия направлять запросы в орган конституционной юстиции в принципе. Показательно, что Уставный суд Челябинской области, во-первых, был создан совсем недавно (закон принят 27 октября 2011 г. [14], а сам суд сформирован в 2012 г.) и теоретически должен был вобрать весь накопленный положительный опыт, а во-вторых, на сегодняшний день является своеобразным ориентиром развития региональной конституционной юстиции. В отличие от общей тенденции, законодатель Челябинской области не только лишил отдельного депутата права инициировать рассмотрение дел, но и существенно усложнил подачу запросов гражданами. Последние уполномочены направлять запросы в Уставный суд Челябинской области только, когда оспариваемая ими норма уже применена в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде [15]. Считаем такой подход законодателя недемократичным и нуждающимся в корректировке. Считаем, что нормы об индивидуальном праве депутата направлять запросы в органы конституционной юстиции в порядке абстрактного нормоконтроля должны быть внесены не только в законодательство Челябинской области, но и в законы о конституционных (уставных) судах иных субъектов федерации. Также возможно включение соответствующих формулировок в рамочный федеральный закон «О конституционных (уставных) судах субъектов Российской Федерации» в случае его принятия. Практика направления запросов депутатами наглядно свидетельствует о востребованности и актуальности данного полномочия депутатов. Интересно, что в субъектах РФ таких обращений существенно больше, чем на федеральном уровне (нами выявлено всего 42 обращения депутатов в Конституционный Суд РФ [16]). Практически во всех субъектах РФ (кроме Республики Чечня и Рес-

публики Северная Осетия (Алания) региональные депутаты регулярно пользуются своим правом направлять запросы в конституционные (уставные) суды. При этом требование законодателя о групповом обращении депутатов в отдельных субъектах не является препятствием для активного использования комментируемого права. Нами выявлено, например, 30 дел, рассмотренных Уставным судом Санкт-Петербурга по запросам региональных депутатов (отметим, что при составлении таблицы нами не учитывались обращения, направленные местными депутатами в порядке конкретного нормоконтроля). Право депутатов направлять запросы в органы конституционной юстиции, конечно, не является для них основным и систематически используемым, хотя бы в силу специфики компетенции последних. Однако в силу высокого статуса народных избранников и, как правило, особой общественной значимости поднимаемых ими проблем, направление запросов депутатами в конституционные (уставные) суды РФ и ее субъектов является эффективным средством защиты прав граждан и обеспечения режима законности. Судебные дела, инициированные депутатами, не только широко обсуждаются обществом, но зачастую имеют серьезные и масштабные правовые последствия, т. к. решения органов конституционной юстиции носят прецедентный характер и затрагивают права неограниченно широкого круга лиц. В научной литературе высказываются опасения, что предоставление депутатам индивидуального права запроса в органы конституционной юстиции увеличит нагрузку на суды и будет способствовать политизации суда. Например, Т.Г. Морщакова позитивно оценивает отказ от признания права каждого депутата обращаться в Конституционный Суд РФ в порядке абстрактного нормоконтроля, т.к., по ее мнению, это позволяет достаточно легко перенести политический конфликт и отстаивание позиции меньшинства из парламентских и правительственных структур в зал суда [17, с. 337].

Признавая официальную позицию законодателя и уважая мнения ученых, следует отметить, что любое обращение в конституционный (уставный) суд вне зависимости от его субъекта должно быть мотивированным и обоснованным, причем не с политической, а с конституционноправовой точки зрения, т. е. оно должно быть направлено на решение реального, а не мнимого конституционно-правового спора [18]. При этом праву депутата обратиться в суд в порядке абстрактного нормоконтроля корреспондирует обязанность суда рассмотреть соответствующее об-

ращение, а не принять его к производству, что возможно лишь в том случае, если суд установит соответствие обращения критериям допустимости. Следовательно, вряд ли можно полагать, что непосредственное признание рассматриваемого полномочия за каждым из депутатов повредит конституционному правосудию. В то же время предоставление каждому депутату права обращаться в соответствующий орган конституционной юстиции в порядке абстрактного нормоконтроля в полной мере соответствует его представительной природе, а также будет способствовать поддержанию законности в государстве.

Литература и примечания

1. Слюсенко С.В. Компетенция Конституционного Суда Приднестровской Молдавской Республики по делам о проверке конституционности правовых актов в порядке абстрактного конституционного контроля // Некоторые аспекты конституционной юстиции: сб. науч.-практ. ст.

- Тирасполь. - 2005; Аналогичного подхода придерживаются и другие авторы, например, Гранкин И.В. Парламент России. Изд. 2-е, дополненное. - М.: Издательство гуманитарной литературы, 2001.

2. Джагарян А.А. Депутат Государственной Думы - самостоятельный субъект обращения в Конституционный Суд Российской Федерации // Право и политика. -2006. - №1.

3. Сергевнин С.Л. Конституционный нормоконтроль и отдельные общетеоретические проблемы судебного нормотворчества // История государства и права. -2009. - №22.

4. Ст. 83 закона Калининградской области от 02.10.2000 № 247 «Об Уставном Суде Калининградской области» // Калининградская правда. - 2000. - №83.

5. Постановление Конституционного Суда РФ от 17 ноября 1998 года № 26-П по делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона от 21 июня 1995 года «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. - 1998. - №48. - Ст. 5969.

6. Булаков О.Н. Двухпалатный парламент Российской Федерации. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2003.

7. Масленникова С.В. Народное представительство и права граждан в Российской Федерации. - М.: Городец, 2001.

8. Более подробно см. Савоськин А.В. Представительная (законодательная) власть в России (конституционноправовое исследование): дис. ... канд. юр. наук. - Челябинск, 2007.

9. Ст. 81, 85, 93 закона Республики Татарстан от 22 декабря 1992 года № 1708-ХІІ «О Конституционном Суде Республики Татарстан» // Официальный сайт Конституционного Суда Республики Татарстан http://www.ksrt.ra/jurisdictio.H2s.ph1mL

10. Ст. 79 закона Санкт-Петербурга от 05.06.2000 № 241-21 «Об Уставном суде Санкт-Петербурга» // Вестник Законодательного Собрания Санкт-Петербурга. - 2000. -№9.

11. Ч. 2 ст. 119 Конституции Республики Тыва (принята на референдуме Республики Тыва 06.05.2001) // Тувинская правда. - 2001.

12. Ст. 82 Конституционного закона Республики Тыва от 04.01.2003 № 1300 ВХ-1 «О Конституционном Суде Республики Тыва» // Тувинская правда. - 2002.

13. Например, постановление Конституционного суда РТ от 28.07.2010 № 1-П «По делу о проверке конституционности положений части 3 статьи 1 закона Республики Тыва от 6 июля 2006 года № 1889 ВХ-1 «О денежном содержании и поощрении лиц, замещающих государственные должности Республики Тыва и должности государственных гражданских служащих Республики Тыва» в связи с запросом группы депутатов Палаты представителей Великого Хурала Республики Тыва».

14. Закон Челябинской области от 27.10.2011 №220-ЗО «Об Уставном суде Челябинской области» // Южноуральская панорама. - 2011. - №277 (спецвыпуск № 64).

15. Ст. 34 Закона Челябинской области от 27.10.2011 № 220-ЗО «Об Уставном суде Челябинской области» // Южноуральская панорама. - 2011. - № 277 (спецвыпуск № 64).

16. По материалам справ. -правовой системы «Консультант-Плюс».

17. Морщакова Т.Г. Конституционный Суд Российской Федерации // Судебная власть / под ред. И.Л. Петрухи-на. - М.: Велби, 2003.

18. См., например: Определение Конституционного Суда РФ от 16 октября 2001 года № 230 О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «Реалбаза №1» на нарушение конституционных прав и свобод ст. 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации // Архив Конституционного Суда РФ, 2001.

Савоськин Александр Владимирович, кандидат юридических наук, доцент, советник судьи Уставного Суда Свердловской области, Екатеринбург, ул. Пушкина, 19, savoskin@ustavsud.ur.ru, 89043857152.

Savoskin Alexander Vladimirovich, Candidate of Legal Sciences, Associate professor, Consultant of the judge at Charter Court of Sverdlovsk region, Ekaterinburg cit, Pushkina St, 19, savoskin@ustavsud.ur.ru, 89043857152.