Современный бардовский дискурс: перспективы исследования

ФИЛОЛОГИЯ

Вестн. Ом. ун-та. 2008. № 3. С. 57-63.

УДК 784

Е.А. Абросимова

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

СОВРЕМЕННЫЙ БАРДОВСКИЙ ДИСКУРС: ПЕРСПЕКТИВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

The article is devoted to study modern bard song as specific type of the discourse. The song is considered as syntheses of personal and of institutional type of the discourse. Prospects of the study are defined.

В настоящее время всё больше исследователей и публицистов задаются вопросом о судьбе бардовской песни: способен ли жанр, изначально возникший как форма языкового сопротивления тоталитарному мировоззрению, продолжить свое существование?

В некоторых работах высказывается предположение, что данное явление - выражение культурного стиля своей эпохи - в настоящее время угасает: «вместе с легализацией катакомбной культуры и исчезновением столь плодотворного для авторской песни ощущения «сопротивления материала», энергии противостояния, исчез, по-видимому, и творческий импульс ее развития» [1]; всякий жанр переживает свой расцвет, когда его литературные особенности представляются обществу второстепенными сравнительно с его социально-политической ролью [2].

Вопрос о разрушении жанра неоднократно поднимался и исследователями, и самими бардами. Так, А. Городницкий связывает рождение авторской песни с исполнением стихов под гитарный аккомпанемент: «Вот этого-то теперь почти не осталось. С перемещением авторской песни от кухонных застолий и таежных костров на концертные эстрады на смену тихоголосым авторам, не слишком умело владеющих гитарой, быстро пришли солисты, дуэты и ансамбли» [3]. Б. Окуджава говорил в одном из интервью: «Я не люблю ужасно это явление. Это стало массовой культурой» [4]. Б. Езерская пишет о мутации жанра, связанной с исполнением на эстраде, когда нарушается изначальная камерность, элитарность бардовской песни [5].

Однако большинство исследователей полагают, что жанр живет и развивается, подстраиваясь под новое время [6; 7; 8]. «Извне кажется, что барды - это кучка вымирающих стариканов и примерно такой же по возрасту публики, которые уже не способны удержать бренд «авторская песня» - так что осталось только спокойно взять его из заскорузлых, остывающих бардовских ручек. В действительности слухи о смерти АП сильно преувеличены. Пациент скорее жив, чем мертв. Но чтобы это видеть, нужно быть “в теме”» [9].

© Е.А. Абросимова, 2008

Интересно, что споры о жизнеспособности жанра ведутся на фоне, казалось бы, активного функционирования песни: пишутся всё новые тексты, появляются молодые авторы, а классики продолжают своё творчество, бардовские фестивали собирают огромное количество поклонников, издаются сборники и антологии; кроме того, судя по публикациям и диссертациям, явно повышается интерес исследователей к этому явлению.

Цель данной статьи - определить возможные направления анализа современной бардовской песни. Для работы привлекались сборники песен, антологии, современная пресса, литературные тексты, ресурсы Национального корпуса русского языка.

По нашему наблюдению, современная бардовская песня

- явление, сильно отличающееся от «классической» бардовской песни [10]. На современном этапе сама песня утратила былую целостность и существует в виде множества разнообразных вариантов. Но, безусловно, говоря о бардовской песне как о жанре, мы предполагаем и некое его единство: несмотря на то, что тексты изменяются, эта песня всё еще остается творчеством дилетантов и выполняет определенные социальные функции. Исходя из этих социальных функций, мы попытались описать бардовскую песню как определенный тип дискурса.

Исследование дискурса, как доказывают многие исследователи [11;12], представляет собой описание языкового явления в его динамике, в социальной жизни. Говоря о дискурсивном перевороте в лингвистике, исследователи Ром Харрэ и Грант Жиллет «старую» механистическую онтологию условно называют «онтологией Ньютона», а новую дискурсивную

- «онтологией Выготского» [13].

Дискурс в данной статье понимается в социолингвистическом аспекте - как единица операционального анализа (В.Е. Чернявская), который «сконцентрирован на степени и характере влияния различных факторов коммуникативно-речевой деятельности, как непосредственно ситуативного контекста, так и более широкого экстралингвистического фона, на формирование языковых закономерностей речевого произведения» [12, с. 69].

По В.И. Карасику, существует два основных типа дискурса: институциональ-

ный и персональный (личностно-ориентированный). Исследователь отмечает, что противопоставление персонального и институционального дискурсов условно, так как в действительности мы достаточно редко сталкиваемся с абсолютно безличным общением.

Как нам представляется, бардовская песня может быть представлена именно как синтез этих двух основных типов дискурса. С одной стороны, бардовская песня предполагает некое ролевое поведение: этот жанр используется определенной группой людей, посвященных в правила довольно специфического общения. С другой стороны, бардовская песня - продолжение русской литературной традиции, поэтому она может быть представлена как текст личностно-ориентированного дискурса в его бытийной разновидности.

При этом данный жанр традиционно изучают именно с поэтической стороны [6;14;15;16], тогда как социолингвистические аспекты остаются практически не исследованными. Между тем постоянно обсуждаемая «мутация» культурного феномена (Б. Езерская) связана с изменениями самого «института» бардовской песни, его стратегий, ценностей, участников.

Для описания конкретного типа институционального дискурса В. И. Карасик предлагает рассматривать следующие дискурсивные компоненты: участники,

хронотоп, цели, ценности, стратегии, материал (тематика), разновидности и жанры, прецедентные (культурогенные) тексты, дискурсивные формулы. Попытаемся обозначить основные особенности бардовской песни, используя данную схему. Причем, чтобы выделить особенности именно современной песни, сравним её с «классической».

Участники коммуникации - все члены бардовского круга: один из жанрообразующих признаков бардовской песни -неразрывное единство автора (исполнителя) и слушающего, Ты = Я [10; 14; 15]. Поэтому можно говорить о том, что «клиенты» этой культуры совпадают с «агентами». Такие отношения между участниками, установленные с начала существования жанра, сохраняются и до нашего времени. Это подтверждают многочисленные тексты о современной песне, авторами которых часто становятся сами барды: «Мне хочется, чтобы Грушинский

существовал как можно дольше. Потому что здесь воспитывается очень хороший дух. Есть люди, которые приезжают просто потусоваться и выпить. Но я говорю совершенно о другой части людей, ради которых я сюда приезжаю: это люди, которые едут за песнями, за человеческим общением. Это планета большой всеобщей любви друг к другу» [17].

Примечательно, что современную

бардовскую песню, как и «классическую», часто обвиняют в примитивности, «сюсюкающих» интонациях: «Я, видите ли,

крепко не люблю самодеятельную песню под гитару. Меня мутит при виде взрослого полноватого мужчины, поющего про ежика с дырочкой в левом боку [18].

Между тем современная авторская песня рождает и новые отношения. Например, сами барды часто бывают весьма иронично настроены к женщинам в своем кругу: «Женщина Бардов! Кто она? От тридцати до сорока. Высшее образование. В основном что-нибудь скорбное, приземленное: МАИ, МЭИ, МАДИ, совершенно бессмыкленное для женщиныы <...> Всегда давала однокурсникам деньги на пиво. Своя в доску <...> Трепеща в едином порыве, пела: «Возьм,ем,ся за руки, друзья!». Иногда, стесняясь, немного водки. <...> Вскоре обрела спокойную радость безропотного кашеварения с последующей помывкой посуды в мутной речке горстью песка или пучком травы [19, с. 19]; ...прямо мне навстречу шла женщина, которая никогда не варила борщ, не мыла унитаз и не пела песен под гитару, запивая «Милая м.оя, солнышко лесное»> водкой из алюминиевой кружки. Этой женщине хотелось поклоняться, дарить цветы и драгоценности [20]. Иронично относится и женщина к мужу/другу барду: «И, изголодавшись там, в лесу, папа запускает лапу в суп», - поют м.амы засыпающим деткам, когда папа-турист возвращается из похода» [21].

Участников бардовского общения становится больше, границы этого явления всё сильнее размываются: «Авторская же песня может включать в себя и блюз, и реггей, и фолк, и бард, и все другие течения <...> Открою страшную тайну: Юрий Шевчук (группа ДДТ), Диана Арбенина (НОЧНЫЕ СНАЙПЕРЫ), Борис Гребенщиков (АКВАРИУМ), Александр Баш-лачёв, Александр Васильев (СПЛИН), Анд-

рей Макаревич (МАШИНА ВРЕМЕНИ), Дмитрий Ревякин (КАЛИНОВ МОСТ), Михаил Борзыкин (ТЕЛЕВИЗОР), Ольга

Арефьева и другие - это всё самая настоящая авторская песня, так как они авторы м.елодии, авторы стихов, исполнители, аккомпаниаторы, и их песни, плюс ко всему, текстоцентричныи <...> То, что они предпочитают выступать при поддержке группы на стадионах (хотя при этом многие не брезгуют и чисто акустическими концертами), ничего не значит» [22].

Таким образом, круг участников бардовской песни, по-видимому, расширяется: размываются границы жанра, «своими»

признаются и те, кто отказался от традиционных гитары и костра. При этом идеальные, возвышенные отношения между мужчиной и женщиной, воспетые в «классических» текстах (Милая м.оя, солнышко лесное), меняются на иронично-бытовые.

Хронотоп. Для «классической» бардовской песни обстановка, типичная для исполнения и восприятия, - в лесу, у костра, на кухне, среди друзей. Современная бардовская песня изменяет традиционные хронотопы, наделяя их новыми атрибутами. Так, тесная дружеская компания в современных текстах, как правило, собирается за столом, где присутствуют закуска и выпивка., вино, портвейн, бутылка водки и т. д. - и этот факт находит свое отражение в многочисленных заметках, статьях, репликах и др.: «Собирается компания, начинается веселье. Выпиты первые бокалы вина, съедены салаты, котлеты. Еще немного -и можно начинать изящно ухаживать за симпатичной соседкой по столу. И вдруг чей-то голос: «Ребята, а где гитара?»> Для меня это означает конец веселья <. > Застолье никогда не начинается с песен. На трезвую голову такие вещи не делаются - неловко слышать свои плоховатые голоса» [18].

Кроме того, традиционные хронотопы всё чаще заменяет сцена: «В настоящее время исполнители, которых мы называем бардами, работают как на больших эстрадных площадках (например, в Москве - театр Эстрады, ГЦТКЗ «Россия»), так и в камерных бард-клубах и кафе. Таким образом, и этот критерий не позволяет отделить бардовскую песню от небардовской, а барда от рядового эстрадного исполнителя» [23].

Цели «классической» авторской песни

- самопрезентация, объединение своих, отграничение от «чужих» - безусловно, присутствуют и в новых текстах.

Среди интенций современного бардовского дискурса наиболее последовательно фиксируется идея заработка -бардовская песня, по мнению многих авторов, становится коммерческим проектом: «Отсутствие явных запретов на

публичное исполнение стихов и музыкальных произведений делает каждое такое произведение обычным бизнес-проектом, и дело автора и организаторов его выступления определять условия, при которых подобный проект будет экономически эффективным» [23].

Ценности «классической» бардовской песни - право на индивидуальность, друзья, любимая, природа, музыка. Авторская песня всегда сопровождалась ореолом чего-то высокого, считалась интеллектуальной песней в противовес советской эстраде. Сегодня же «интеллектуальность» бардовской песни ставится под сомнение: «Когда люди «интеллектуального труда», собираясь на какой-нибудь кухоньке или возле костра, распевают под гитарку «Милая моя, солнышко лесное», мне становится нестерпимо ясно, что с таким интеллектом и чувством стиля вряд ли кто-нибудь из них построит звездный корабль дальнего следования, изобретет вакцину против СПИДа, откроет альтернативный источник энергии, скрестит морковку с редиской или напишет хотя бы «Войну и мир» [24].

Стратегии. Барды изначально отличались стремлением устанавливать различные барьеры для посторонних. Эта стратегия прослеживается и в современном дискурсе: «Большие и маленькие фестивали, конкурсыI, слеты1 проходят в режиме нон-стоп, так что можно все лето кочевать из города в город вслед за любимыми бардами, наслаждаться походной романтикой и встречать повсюду одних и тех же людей. Потому что бардовский мир, несмотря на кажущуюся открытость и душевность, достаточно замкнут и неохотно пускает к себе новичков. Строгая иерархия, свои знаменитости и свои аутсайдеры, деление на жанры и тусовки: барды живут по тем же законам, что и люди шоу-бизнеса. Но если о поп-звездах известно все в деталях, то

мир авторской песни традиционно остается за бортом внимания СМИ» [17]. Если в «классической» песне этими барьерами служили нетипичные для официоза темы и неоднозначные образы (побег в дальние страны, вера в чудеса), кодовые цитаты (например, из Священного Писания, из текстов наиболее известных бардов), то современная бардовская песня, как нам представляется, характеризуется не-

сколькими своеобразными механизмами защиты от посторонних.

Первый связан с усложнением семантики песен. В текстах появляется множество индивидуально-авторских метафор, «разгадать» которые без знания творчества барда и общей философии бардовской песни весьма сложно. Интересно, что метафорический стиль прослеживается не только у новых авторов, но и у «классиков» жанра, например, О. Митяева, А. Го-родницкого [25]: «Прослушав музыку Олега Митяева «В осеннем парке», «С добрым утром, любимая», «Мама», «Непраздничные вещи», «Француженка», «Принцесса» и др., обмениваемся впечатлениями. Своими размышл^ениями о влиянии творчества Митяева на слушателя поделилась Марина Ершова: «Мне показалось, что Олег Митяев выражает мыкли при помощи образов, метафор. Но не простых, даже затрудняюсь подобрать слово, отражающее специфику этих образов. Его образы дают возможность посмотреть с другой стороны на обычное, привычное и увидеть в этом что-то новое, открыть их внутренний смысл». Катя Моисеева рассказала о собственном восприятии творчества Митяева: «Создается впе-

чатление, что он поет для конкретного человека или узкого круга друзей» [26].

Второй механизм защиты - тенденция к примитивизму, детскости (тексты «Спляшем, Пегги, спляшем», «А я хочу иметь щеночка» и др., особенно любимые в высших интеллигентских кругах - среди ученых и преподавателей вузов, для которых примитивизм - элемент своеобразной игры. Обычно именно эти песни вызывают недоумение у «непосвященных»: «И

когда исполняется шуточная походная песенка про бурундучка и воробышка, муж-гитарист потешно поет в припеве: «хрум-хрум-хрум», а женушка, сделав комичное выражение лица, отвечает ему: «чик-чирик, чик-чирик» ].

Таким образом, современная авторская песня не потеряла свой ореол камерности; при снятии всех запретов эта песня все же осталась своеобразной формой «языкового сопротивления»: барды продолжают отграничиваться от «толпы непосвященных», но уже иными средствами.

Материал (тематика) «классической» авторской песни, по нашему наблюдению, основан на вечных человеческих ценностях - природа, любовь, друзья [10]. Тематика новых текстов существенно расширилась. Активно формируется, например, политическая бардовская песня: «В текстах новых песен бардов зазвучали политические мотивы. Еще одна заслуга современных российских бардов -это продуцируемый ими смех, который позволяет не только легко расставаться с ложными идеалами недавнего прошлого, но и не воспринимать всерьез ошибочные решения современных: политиков. Политическая бардовская песня при отсутствии государственной цензуры перестала быть советским “кукишем в кармане”, но и не перешла в разряд российских музейных экспонатов» [23].

Безусловно, «классическая» авторская песня как форма языкового сопротивления тоталитарному новоязу не могла оставаться совершенно аполитичной, однако это сопротивление было тихим, интеллигентским, метафоричным - герой просто «убегал» от реальности (А я еду, а я еду за туманом...). Современные же авторы, не сдерживаемые цензурой, предпочитают выражать свои взгляды напрямую: Умом Россию не понять /И не принять, как дар всевышний. /И что на Путина пенять, / Коль сами рожею не вышли? (М. Кочетков); я бы средний палец Бушу показал (Т. Шаов); А я на митинги хожу, стою у самой, блин, трибуны, / Смотрю я, кто во что обут, все речи слушаю подряд. / А на трибуне, блин, стоят одни народные трибуны, /И говорят, и говорят, и говорят, и говорят (Л. Сергеев).

Кроме того, в современной песне получили распространение «бытовые», сниженные, традиционно замалчиваемые темы: Ну посмотрел, говорю: «Беременна», / Но успокоил: «Это временно: / Пройдет, мол, через девять месяцев». / Она в слезах кричит - повесится. /Мол, нескрываемый семье позор, / Ну, пожалел ее, направил на аборт (Т. Шаов).

Разновидности и жанры. Бардовская песня изначально представляет собой явление многожанровое, совмещающее множество традиций: и походная, туристская песня, и творчество «авторов-одиночек, философов, созерцателей» (Е. Соколова), и иронические, шутливые тексты. В разряд бардовской давно уже перешли некоторые тексты рок-поэзии (В. Цой «Звезда по имени Солнце», «Пачка сигарет», Б. Гребенщиков «Под небом голубым.», «Старик Козлодоев» и др.), тексты шотландского переводного фольклора («Спляшем, Пегги, спляшем»), норвежских детских песен («В деревянном башмаке», «Про Пера»), и этот ряд может быть продолжен.

По нашему наблюдению, сейчас всё более усиливаются позиции так называемой «элитарной» бардовской песни - положенных на музыку текстов «большой» литературы, причем чаще поэтов ХХ века: поются стихотворения В. Хлебникова, В. Ходасевича, М. Цветаевой, Р. Рождественского, В. Набокова, И. Бродского, О. Мандельштама и др.

Авторская песня, как нам представляется, становится всё более индивидуализированной, личностной. Сложившийся в 60-е годы шаблон распадается. К примеру, в «классической» традиции весьма сложно было отличить «мужскую» бардовскую песню от «женской» - гендерные различия практически нивелировались. «Женская» песня теперь становится именно женской, меняется её тематика: Боже мой - распускаются веники! / Что-то нынче весна преждевременна..../ Я сварила на ужин вареники / и призналась тебе, что беременна (Е. Казанцева); Смотрю кругом - какие рожи! / Встряхнусь

- зато какие души... / Иду от мясника Сережи / До парикмахера Андрюши (В. Долина).

С другой стороны, как уже говорилось, сильна и ерническая традиция, всё больше становится текстов, стилизованных под примитивизм, а также песен с индивидуально-авторской метафорикой, сложной для исполнения музыкой.

Прецедентные

тексты. «Классическая» бардовская песня сформировала свой круг прецедентных текстов, среди которых главная роль принадлежала «Одиссее» и «Илиаде» Гомера, «Алым парусам» Грина, различным текстам о путешествиях и историям о чудаках и дураках. Современная бардов-

ская песня расширяет этот список: становится практически невозможным выделить какой-то инвариантный набор интертекстуальных знаков. Каждый автор следует собственным предпочтениям: цитируются тексты «золотого» и «серебряного» веков русской поэзии, реклама, рок- и поп-песни. Как нам представляется, можно говорить лишь об индивидуальных интертекстуальных тезаурусах современных бардов.

При этом, анализируя различные современные тексты, можно увидеть, что многие цитаты «классической» бардовской песни практически вошли во фразеологический фонд русского языка. Такой цитатой стала, например, строчка Б. Окуджавы «Каждый пишет, как он дышит>: «Заставляя вспомнить слова ОкуджавыI «каждый, пишет, как он дышит», организаторы выставки не стали перегружать проект тематической концепцией. «Дневник художника>, по сути, - каждодневные переживания каждого мастера, которые рано или поздно находят свое отображение в его творчестве» [27], «А ученики пишут... Как дышат.. Как чувствуют.. Как воспринимают да.вно ушедшие реальности [28]. То же можно сказать о другой фразе Окуджавы: «Давайте говорить друг другу комплименты». Эта цитата особенно частотна в заголовках к статьям психологической тематики. (См., например, статью Г. Монахова «Давайте говорить друг другу комплименты о культуре комплимента» [29] или статью о дне психического здоровья с таким же названием [30]). «Атланты небо держат» А. Го-родницкого - заголовок статьи К. Тархановой «АтлантыI держат небо» о мультфильме «Атлантида» [31]. Крайне популярны также визборовские цитаты, например, «Сол-

нышко лесное» - этот интертекстуальный знак становится, например, названием комплекта бижутерии желто-зеленого цвета [32], ником пользователя [33] и др.

Дискурсивные формулы - клише. «Классическая» бардовская песня имела узнаваемые, «кодовые» общие места, переходящие из текста в текст, от автора к автору: лыжи у печки стоят, сидеть у костра, гитара поет (бренчит, играет), дорога, встреча и др. Эти формулы часто становились (и становятся до сих пор) предметом иронии: А еще есть мужественные песни. Они поются голосом Никиты Джигурды и содержат слова «наш пе-

ревал, «за рассветом рассвет», «магистраль» и «сцепивши зубы». Сам певец при этом смотрит вдаль и изредка сокрушенно покачивает головой. Слегка сцепивши зубы [18].

По нашему наблюдению, современная бардовская песня усвоила «классические» дискурсивные формулы. Однако жанровостилистическое размежевание современных текстов обусловило и различие ранее общих мест: так, в «наивных» песнях это, например, звукоподражания (чмок, бульк, кар-кар, плюх), в походных - традиционные дороги, попутчики и встречи: А в попутчики ветер попутный / Я возьму с собой в дорогу (Н. Вотинцева), Здесь я встречаю свою любимую (В. Мищук).

Итак, бардовская песня нашего времени представляет собой новый культурный феномен. Ощутимо изменились сами песни, во многом поменялось и отношение к бардовской культуре в целом. Темы, стиль, язык, особенности исполнения и восприятия

- всё это стало иным по сравнению с привычным, «классическим» инвариантом.

Современная авторская песня существует во множестве различных направлений, большинство из которых было изначально заложено в жанре. «Примитивистское», походное, метафорическое, ерническое, политическое, «элитарное» - все эти течения отмечались и «классической» песне, однако достаточно строгий общежанровый канон объединял все эти варианты, «заставляя» бардов цитировать определенный круг текстов, употреблять характерные языковые формулы, воплощать в песнях специфическую бардовскую картину мира [10].

По-видимому, анализ авторской песни в современных условиях требует тщательного описания каждого существующего направления, так как эти варианты отражают различные мировоззрения, имеют индивидуальную стилистику. Кроме того, все эти типы песен различаются коммуникативной направленностью, сочиняются и исполняются в различных условиях; во многом отличаются и сами участники бардовского общения, их цели и стратегии. Закономерно, что песенные варианты начинают встраиваться в разные ряды со- и противопоставлений с другими жанрами (детскими, блатными, популярными песнями, рок-поэзией, рэпом, частушками, романсами и др.).

Однако процесс распада жанра происходит одновременно с мощными объединяющими течениями. В народном сознании бардовская песня остается именно символом характерного типа культуры со специфическими признаками: в различных текстах, посвященных бардовской песне (иронических, ернических и серьезных, «обвинительных» и восхваляющих), часто даже в пародийном аспекте называются конкретные признаки жанра, среди которых противопоставление «своего» и «чужого», собственная система ценностей, закрытость, камерность, интимность, специфика участников общения, музыкально-поэтическое дилетантство

большинства бардов.

Как нам представляется, «бардистика» XXI века - это исследование дискурса авторской песни как единого целого и как множества субдискурсов. Видимо, то, что объединяет сейчас все разнородные тексты в единую бардовскую песню - это не столько стиль и язык, сколько «институциональные», может быть, даже субкультурные характеристики, основанные на более чем полувековой традиции, сложившиеся ритуальные отношения между участниками и особая камерность, закрытость жанра, когда сама жизнь бардов, их взаимоотношения и, конечно, тексты вызывают непонимание, иронию, раздражение и закономерное отторжение «чужих». Интересным, как нам кажется, могло бы стать социолингвистическое исследование различных бардовских субдискурсов: текстов самих бардов об авторской песне, публикаций восхищенных любителей, критических заметок «антибардов» - ироничных противников жанра, текстов песен различных бардовских направлений.

ЛИТЕРАТУРА

[1] Левин Л.И. Авторская песня // HN-Monthly. 08'2001 //

http://vakh.online.com.ua/hotnews/archive/m2001-08-1. html; http://subscribe.ru/archive/culture.bardsong/ 200107 / 04221552. html

[2] Новиков М. Наследие // Дети Ра. Литературно-

художественный журнал. Архив. 2005. № 9. http://www.detira.ru/arhiv/7_2005/litoboz.htm

[3] Городницкий А. Из авторской песни выпал ав-

тор // Новая газета. 1998. №11. 24 марта.

[4] Рассадин С. Шестидесятник // Новая газета 1999. № 569. 13 дек.

[5] Езерская Б. Мутация бардовской песни // Вечерний Нью-Йорк.1999.

[6] Левина Л.А. Грани звучащего слова: Эстетика и

поэтика авторской песни. М., 2002.

[7] Кулагин А.В. В поисках жанра. Новые книги об авторской песне // Новое литературное обозрение. 2002. № 66. http://magazines.russ.ru/ nlo/2004/66/kulag25.html

8] Сухарев Д.А. Введение в субъективную барди-

стику. http://sukharev.lib.ru/Esse_bard.htm

9] Коломенский Д. Что такое авторская песня и нужно

ли с ней бороться? http://www.nneformat.ru/texts/ ?id=3939.

10] Абросимова Е.А. Семиотика бардовский песни: дис...канд. филол. наук. Омск, 2006.

11] Карасик В.И. Структура институционального дискурса // Проблемы речевой коммуникации. Саратов, 2000. С. 25-33.

12] Чернявская Е.В. Дискурс власти и власть дискурса. Проблемы речевого воздействия. М., 2006.

13] Макаров М.Л. Дискурсивный переворот и новая онтология http://www.rus-lang.com/education/ iscipline/ philology/disrurs/material/material4/

14] Курилов Д.Н. Авторская песня как жанр русской поэзии советской эпохи (60-70-е годы): дис. .канд. филол. наук. М., 1999.

15] Аннинский Л. Барды. М., 1999.

16] Соколова И.А. Формирование авторской песни в русской поэзии (1950-1960-е гг.): автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 2000.

[17] Шмелева Е. Другие барды http://www.

newizv.ru/news/2006-07-11/49929/11 июля 2006 г.

18] Захаров Л. Зубовный скрежет. Песни под гитару - верный признак того, что людям не о чем поговорить http://www.kp.ru/ daily/22561/9805/

19] О 'Шеннон А. Антибард. М., 2004.

20] Крыса // Cosmopoliten. 2007. Декабрь.

21] Вот идет по свету человек-чудак... http://www. rep.ru/20May1999/ sport/ 01.html

22] Румянцев Д. Что такое авторская песня и нужно ли с ней бороться? http://wwwnneformat.ru/texts/?id =3939

23] Смирнов С.Н. Политические аспекты бардовской песни в современной России http://www.hse.ru/ journals/wrldross /vol05_3 smirnov. pdf

24] Слюнявые псы деградации tov.lenin.ru «Книголюб». № 6. 2007. http://www.knigolyub.kz/ tem-plate_articles.php?group_id=6

25] Купчик Е.В. Поэтический мир А. Городницкого: образная репрезентация концептосферы: автореф. дис. д-ра филол. наук. Тюмень, 2006.

26] Михеева Е.Н. О музыканте и человеке, о человеке и музыканте http://avpu.pomorsu.ru/feliza/ n83_6.htm

27] Каждый пишет, как он дышит http://www.utro.ru/ articles/2007/02/19/626172.shtml

28] Леонова С. http://his.1september.ru/ 2003/07/1.htm

29] Монахов Г. Давайте говорить друг другу комплименты http://www.kabluchok.ru/article/ 215/index.html

[30] Давайте говорить друг другу комплименты http://www. rol.ru/news/med/news/00/10/09_436.htm

31] Тарханова К. Атланты держат небо http://www.f ilm.ru/article.asp?ID=3051

32] Солнышко лесное http://www.biser.info /node/14141

33] Солнышка Лесная http://vision.rambler.ru/users/ lesnoesolnce/1/