Римская колонизация и социально-экономические отношения в провинции Иллирик к началу i В. Н. Э

A. M. МАЛЕВАНЫИ

Римская колонизация и социально-экономические отношения в провинции Иллирик к началу I в. н. э.

Поселение италиков и римлян на западе Балканского п-ова началось после завоевания Римом ардиэйского царства в 168-167 гг. до н. э. Римские колонии основывались двумя способами: в результате стихийного поселения италийских торговцев и переселенцев (в том числе рабов, люмпенов и вольноотпущенников) и позже — путем поселения римских солдат-ветеранов. Сразу отметим, что вторых колоний было мало по сравнению с первыми. Обычно ветеранов селили в гражданских колониях. Так, в Скардоне (Скрадин) ветераны легиона XI Claudia были поселены после Далмато-паннонского восстания 6-9 годов Достоверно известна лишь колония Эквум (с. Чит-лук на р. Цетина), основанная специально для ветеранов легиона VII Claudia при Клавдии, по-видимому, в 45 г. н. э. На протяжении начального этапа римской колонизации это была единственная колония, основанная не в прибрежной зоне, а во внутренней области страны2. Как переселенцы, так и ветераны оседали вначале в уже существовавших населенных пунктах адриатического побережья (греческих или иллирийских), прежде всего в городах-гаванях юго-восточной Далмации3. Так, в Нароне (с. Вид на нижней Неретве) после того, как римляне в 135 г. подчинили племена ардиэев и плереев, возникает римский торговый центр, где после 167 г. обосновалось много италийских купцов4. В Эпидавре (Цавтат), по-видимому, во второй половине II в. до н. э. также появляется важный торговый центр с римскими купцами. Следствием этого было заметное уменьшение удельного веса греческих торговцев в коммерческих операциях восточной Адриатики. К началу нашей эры греческий элемент здесь вообще отходит на задний план, за

1 Aljöldy G. Veteranendeduktionen in der Provinz Dalmatien // Historia. 1964. Bd. 13. H. 1—2. S. 171—172.

2 Ritterling E. Legio // RE. 1923. Hbd. 23. S. 1253; Betz A. Untersuchungen zur Militärgeschichte der römischen Provinz Dalmatien. Wien, 1939. S. 13 f.

3 Rostövtzeff M. Die hellenistische Welt. II. Gesellschaft und Wirtschaft. Stuttgart, 1956. S. 603.

4 Patsch C. Zur Geschichte und Topographie von Narona. Wien, 1907. S. 22; Wilkes J. J. Dalmatia. L., 1969. S. 247.

исключением Иссы, где, впрочем, италики занимают также ведущее положение5.

Колонизационный процесс значительно усилился в последнем столетии Республики, но особенно около середины I в. до н. э. Приблизительно к этому же времени относятся первые высказывания идеологов римского мира, свидетельствующие о понимании ими значения колоний для Рима. Так, Цицерон в речи «За Фонтея» (13), относящейся к 69 г. до н. э., утверждал: «Колония с правом нашего гражданства — передовой пост римского народа, твердыня, о стены которой должен быть разбит натиск тех племен». Развивая эту мысль несколько лет спустя (63 г. до н. э.), Цицерон во «Второй речи о земельном законе народного трибуна Сервилия Рулла» (XXVII. 73) указывал: «...стоит вспомнить о бдительности наших предков, которые, предвидя возможную опасность, так разместили колонии в подходящих для этой цели местностях, что они кажутся не столько городами Италии, сколько передовыми укреплениями нашего государства». Позже Аппиан высказывал подобный же взгляд: «...колонии они [римляне] рассматривали как укрепленные пункты» (В. с. I. 7). Римская колонизация в Иллирии, как и в других странах, преследовала несколько целей, и прежде всего коммерческую — создание торговых центров на западе Балкан, где римляне укреплялись все больше. Во-вторых, аграрную — наделение землей обезземеленного крестьянства и посредством этого избавление Рима от части люмпен-пролетариата. И, наконец, военно-стратегическую цель — укрепление римского господства в завоеванной провинции. Римских граждан-колонистов всегда можно было использовать как военную силу в случае восстаний местного населения.

Вначале римские городские общины или колонии не имели официального статуса. Существовало лишь несколько сопсШ-аЬи1а, т. е. сборных мест6. Этим термином римляне обозначали туземные города или укрепления, а также греческие колонии, занявшие враждебную позицию по отношению к римским полководцам. После удачной осады местное население из захваченных населенных пунктов изгонялось полностью или частично, а победоносный полководец поселял в них своих ветеранов, минуя официальное учреждение колонии. Таким сопсШаЬи1шп

5 Alföldy G. Bevölkerung und Gesellschaft der römischen Provinz Dalmatien. Budapest, 1965. S. 113, 139.

6 Zippel B. Die römische Herrschaft in Illyrien bis auf Augustus. Leipzig, 1877. S. 200.

стала, например, Салона (Солин) 7, главная крепость далма-тов, взятая штурмом в 77 г. до н. э. проконсулом Гаем Коксо-нием, который, надо полагать, поселил в ней италийских граждан и своих ветеранов. В 59 г. (или несколько позже) с согласия метрополии Иссы в Салоне, рядом с иссейекой (греческой) колонией Юлием Цезарем были поселены римские граждане-купцы, проживавшие до этого на противоположном берегу Адриатики и в Северной Италии. Таким образом возник conventus civium Romanorum Salonis8. Цезарь поселил римских граждан также в Лиссе9.

Подобные conventes или conciliabula 10 вначале не имели городских автономных прав. Эти римские общины, однако, не могли обходиться без органов самоуправления. В Нароне, где ситуация была сходной с салонитанской, около середины I в. до н. э. появились два магистра и два квестора, что нашло отражение в надписях11. В составе коллегий такого «сборного места» были римские граждане, вольноотпущенники и даже иногда иллирийцы 12.

После окончания войны с Помпеем Цезарь впервые даровал римским общинам в Салоне, Нароне и Эпидавре городскую автономию за их верность во время гражданской войны, но эта автономия дана была не всему населению городов, а лишь римским гражданам, составлявшим conventus civium Romano-rum 13. Однако некоторые исследователи считают указанные города колониями Августа, а не Цезаря и. В отношении Салоны (colonia Martia Iulia Salonae) это подтверждается ссылкой

7 В IV в. до н. э. это было укрепленное поселение племени ядастинов

(Rendic-Miocevic D. Prilosii etnografiji i topografiji nase obale u staro, doba —Jadastini // VAHD. 1950. V. 52. S. 30.

8 Caes. В. c. III. 9; Zippel G. Op. cit. S. 200 f.; Novak G. Das griechische Element in Dalmatiens Städten//Carnuntina. 1956. S. 118.

9 Caes. В. c. III. 29. 1: «...корпорация римских всадников в городе Лиссе, который Цезарь еще раньше передал им и позаботился об его укреплении...»

10 Шультен А. Колонизация в Риме. // Очерки из экономической и социальной истории древнего мира и средних веков. СПб., 1899. С. 243.

11 CIL. III. 8423: Q. Safinius Q. f., Sex. Marius L. f. mag[istri] Naro-[nae], Q. Marcius Q. f., P. Annaeus Q. 1. Epicfadus] qfaestores] turfrim] facfiundos] coirfaverunt]; Wilkes J. J. Op. cit. P. 221.

12 См. предыдущее прим. Имя Epicadus иллирийского происхождения.

13 Kubitschek W. Dalmatia tributim descripta // Bulletino di Archeolo-gia e Storia Dalmata. 1891. V. 14. P. 70; Alföldy G. Bevölkerung... S. 104, 139, 200; Wilkes J J. Op. cit. P. 247, 299.

14 Mommsen Th. CIL. III. 291; Patsch C. Die Herzegowina einst und jetzt. Wien, 1922. S. 85; Novak G. Op. cit. S. 119.

На одно сообщение Страбона 15, которое толкуют таким образом, что город в конце правления Цезаря вновь оказался в руках далматов, и Октавиан его в 34 г. до н. э. разрушил как вражескую крепость 16. В Ядере, Ризинии, Акрувии, Лиссе, Скодре, Бутуа и Олцинии городская автономия, по-видимому, появилась в его правление и, скорее всего, в 33 г. до н. э., когда после окончания иллирийских походов будущий принцепс заново устраивал дела в Иллирии 17. Мы очень мало знаем о большинстве римских городов в Иллирии и прежде всего об их основателях. Ф. Фиттингоф допускает, что некоторые из городов основал Тиберий 18. Б. Сария, исходя из того, что Август в своих «Деяниях» (3. 28) при перечислении провинций, куда он вывел колонии ветеранов, не упомянул Иллирик, приходит к выводу, что Август вообще не основывал колоний в этой провинции 19 и что, следовательно, все колонии здесь созданы Цезарем или Тиберием. Но, видимо, прав Ф. Фиттингоф, отстаивающий мнение, что Август основал в Иллирике, по крайней мере, гражданские колонии20.

Города получали автономию и ранг колоний в том случае, если поселившиеся в них италики или римляне составляли большинство населения. Колониями были Ядер, Салона, Нарона, Эпидавр, Скодра21. При отсутствии италиков и римлян иллирийским и греческим городам Рим никогда не предоставлял автономии. Если же в городе италики и римляне составляли меньшинство, такой город получал низший по сравнению с

15 Strab. VII. 5. 5: «У далматов было... несколько городов, как Салона, Приамон, Ниния и Синотий..., все они были преданы огню Августом...»

16 Vulic N. Salona // RE. 1920. Hbd. 2. Sp. 2004; Beiz A. Op. cit. S. 13. Anm. 35. Разрушение Салоны Августом другие авторы отрицают, исходя при этом из факта, что источники, подробно излагающие походы Октавиана в Иллирию в 35-33 гг. до н. э. (Аппиан и Дион Кассий), ни слова не говорит о взятии города. Высказано также предположение, что в Салоне возникли две римские колонии, из которых одну основал Цезарь (между 47 и 44 гг.), другую — Октавиан (около 33 г.) —Alföldy G. Bevölkerung... S. 102. Anm. 46, S. 104.

17 CIL. III. 2907: imp. Caesar divi f. Aug. parens coloniae murum et turres dedit. Подаренные городские стены и башни, наименование Августа «отцом колонии», о чем сообщает данная надпись, найденная в Ядере, делают весьма вероятным предположение, что колонию в этом городе основал Август. См. также: CIL. III. 1704 (Lissus). 1710 (Acruvitim). 1717 (Risinium). В остальных городах эпиграфически это не подтверждается.

18 Vittinghoff F. Römische Kolonisation und Bürgerrechtspolitik unter Caesar und Augustus. Wiesbaden, 1951. S 1340.

19 Laureae Aquincenses. Budapest, 1938. V. I. S. 249 f.

20 Vittinghoff F. Op. cit. S. 1341.

21 Ibid.

колонией ранг муниципий с автономией 22. В муниципиях торговля и ремесло играли значительно меньшую роль, чем в колониях. Плиний называет в Далмации 7 муниципиев: Трагу-рий, Исса, Ризиний, Акрувий, Бутуа, Олциний, Лисс (Plin. Н. п. III. 141; 144; 152). Из местного населения в городскую привилегированную общину принимались лишь немногочисленные представители туземной верхушки, которым даровались гражданские права.

В экономическом и общественном отношении господствующую прослойку населения провинции составляли италийские и римские колонисты, которым принадлежали также лучшие земли23. Колонизация была продолжением грабительской завоевательной политики римского рабовладельческого государства. Местное население выселяли частично или полностью не только из городов, о чем сказано выше, но и с плодородных земель, примыкавших к колониям (например, из окрестностей Салоны, Нароны, с Синьского поля вокруг Эквума). Римские землемеры указывают, что ветеранам предоставлялась земля, захваченная у врагов24. Поле обычно разбивалось на центурии — квадратные участки в 200 югеров земли. Величина надела для рядового ветерана в Иллирии составляла '/з центурии или 66 2/з югера25, для семьи колониста —. 50 югеров26. Как ветераны, так и «штатские» римские граждане освобождались от уплаты налога на землю, которая переходила в их наследственную собственность ex iure Quiritium, причем ветераны освобождались в любом случае, а остальные при условии получения городом италийского права27. Сельскую территорию колонии римские землемеры называют ager, а земли, оставшиеся во владении местных сельских жителей, — territorium или regio28. Назначение земель племенным общинам и установление границ между ними производилось лицами, уполномоченными наместником провинции, а начиная с Августа — импера-

22 Rudolph M. Stadt und Staat im römischen Italien. Lpz., 1935. S. 5. _

23 Rostovtzeff M. Gesellschaft und Wirtschaft im römischen Kaiserreich. Lpz., 1930. Bd. I. S. 193.

24 Gromatici Latini veteres // SRF. В., 1848. Bd. I. S. 116, 155, 160-161, 176-177.

25 Ibid. S. 201.

26 Suie M. Limitacija agera rimskih kolonija na istocnog jadranskoj obali // Zbornik Instituta za historijska nauka u Zagru. 1955. V. I. S. 29; Wilkes J. J. Op. cit. P. 226.

27 Шультен А. Указ. соч. С. 252; Mommsen Th. Römisches Staatsrecht. Lpz., 1887. Bd. 3. S. 631; Piganiol A. Les documents cadastraux de la colonie romaine d' Orange // Supplementa «Gallia». P., 1962. T. XVI. P. 55.

28 Gromatici Latini veteres. II. 235.

тором. Наделение землей происходило совокупно для всей общины, и в дальнейшее распределение ее между семейными общинами римское правительство не вмешивалось29. Общины, превращенные римлянами в арендаторов своей же земли, платили поземельный налог городу, к которому они относились30.

Изгнанных с родных мест иллирийцев селили, при наличии такой возможности, вблизи римских лагерей, чтобы они находились под постоянным присмотром31. Возле лагерей постепенно вырастали лагерные городки (сапаЬае), которые со временем превращались в конвенты, затем колонии, где поселялись не только ветераны, но и торговцы32.

Экономической основой колоний была главным образом посредническая торговля. Через них из Италии в провинцию Иллирик шли ремесленные изделия

29 Schulten A. Die peregrinen Gaugemeinden des römischen Reiches // RM. 1895. Bd. XX. S. 541.

30 Шультен А. Указ. соч. С. 255.

31 Mitscha-Mährheim Н. // Mitteilungen des Vereins der Freunde Car-nunturns. 1950. Bd. III. S. 7; Mócsy A. Die Bevölkerung von Pannonien bis zu den Markomannenkriegen. Budapest, 1959. S. 65 f.

32 В надписях они выступают как cives Romani et veterani consistentes in canabis legionis (римские граждане и ветераны, живущие в поселках легиона). См.: Шультен А. Указ. соч. С. 249.

33 Это особенно убедительно доказывают находки в Нароне: Patsch С. Beiträge zur Völkerkunde von Südosteuropa. VI. Die einstige Siedlungsdichte des illyrischen Karstes. Wien, 1933. S. 9 f.

34 О торговле рабами см.: SaSel J. Nov anticni nagrobnik z Iga pri Ljubjani // ZA. 1955. V. 5. No 2. S. 372 f. В надписи № 1324 в CIL. VI, найденной в Риме и датируемой примерно 23 г. до н. э., среди вольноотпущенников упомянуты двое с именами Buccio и Gentius, которые являются несомненно иллирийскими (по крайней мере, последнее). По расчетам Я. Шашеля, эти рабы, ставшие впоследствии либертинами, были проданы в Италию около середины I в. до н. э.

35 Возможно, более правильный перевод — «морские продукты» (та ех 6а>.атт|£).

получают в обмен рабов, скот и кожу»36. Далматские колонии поддерживали с италийскими гаванями оживленные отношения. Иллирийцы адриатического побережья покупали (или обменивали) вино и оливковое масло в колониях Далмации. Из надписей известно, что в Салоне отпущенник Гай Валерий Реститут торговал вином (negotiator vinarius — CIL. III. 2131), в Ядере жил торговец оливковым маслом Марк Корнелий Кари (negotiator clearius — CIL. III. 2936). По-видимому, колонии не удовлетворяли спрос на вино со стороны туземцев не только в количественном, но и в качественном отношении. По крайней мере, о вине соседней Паннонии Дион Кассий отзывается пренебрежительно (XLIX. 36). Поэтому вино доставляется и из Италии, причем лучшие сорта не в деревянных бочках, как пишет Страбон, а в амфорах, что доказано на археологическом материале37. Из Италии поступали и ремесленные изделия из бронзы, например, висячие замки, изготовленные в той же Лквилее, бронзовые сосуды, которые вывозятся в иллирийские земли с I в. до н. э.38 На территориях, принадлежавших колониям, занимались развитым сельским хозяйством (фруктовые сады, маслинники, виноградники, скотоводство) (Strab. VII. 5. 10; Plin. Н. п. III. 152). О местном ремесле мы располагаем весьма скудными данными. Достоверно известно лишь камнерезное дело (надгробные плиты и памятники) 39.

В торговле, ремесле и сельском хозяйстве римских колоний главную роль играли рабы и вольноотпущенники40. Это утверждение согласуется с тем фактом, что в раннеимператорское время они в ряде колоний (Нароне, Салоне, Ядере) составляли около 50% населения41. Как проницательно заметила Ю. К. Колосовская, переселению вольноотпущенников в иллирийские земли способствовал, кроме экономического, также морально-политический фактор — в провинциях среди массы туземного населения отпущенники выглядели подлинными римлянами42. В некоторых колониях (Салоне и, вероятно,

36 Подробнее см.: Panciera S. La vita economica di Aquileia in etä. Romana. Aquileia, 1957. P. 21.

37 Möcsy A. Pannonia // RE. Spp. 9. Sp. 682.

38 Möcsy A. Die Bevölkerung... S. 95 f.

39 Alföldy G. Die Bevölkerung... S. 112, 202.

40 Колосовская Ю. К- Рабство в дунайских провинциях // Рабство в западных провинциях Римской империи в 1—III вв. М., 1977. С. 147.

41 Согласно подсчетам Г. Альфельди: Die Sklaverei in Dalinatien zur Zeit des Prinzipats // AAnt. 1961. V. 9. S. 125 f.; Wilkes J. J. Op eil. P. 234.

42 Колосовская Ю. К. Паннония в I-III веках. М„ 1973. С. 88.

Нароне) они получали земельные наделы43, в других колониях могли работать в имениях своих патронов на сельской территории общины44. Со времени Августа либертины часто выступают в роли поверенных известных торговых домов Аквн-леи Цезерниев, Стациев, Каниев, Барбиев45.

Хотя и мы и не располагаем достаточными данными, все же попытаемся ответить на следующие вопросы. Привели ли римские завоевания в Иллирике к установлению рабовладельческого способа производства? В какой степени рабство было распространено к началу н. э., играло ли оно доминирующую роль в экономике провинции?

Чтобы проследить эволюцию интересующего нас явления, мы вынуждены иногда выходить за хронологические рамки темы. Исходя из двух твердо установленных фактов, — во-первых, местное сельское население вплоть до крушения Римской империи численно абсолютно преобладало над жителями городов, во-вторых, подавляющее большинство свидетельств о рабах и отпущенниках происходит из городов46, — можно уже априори утверждать, что рабство в Иллирии не было доминирующей формой эксплуатации. Рабство существовало практически, как сказано выше, только в городах, где со времени завоевания Римом ардиэйского царства селились римские и италийские колонисты, ветераны, восточные переселенцы-купцы, туземная знать, а после походов Октавианл в Иллирию (35-33 гг. до н. э.) и особенно после подавления Далмато-паннонского восстания 6-9 гг. н. э. —также легаты, откупщики и чиновники при золотых приисках и таможнях. Применялись рабы также на землях, принадлежавших городам, в хозяйствах римских колонистов и, может быть, ветеранов (среди последних были также иллирийцы, получившие после службы право римского гражданства). По мнению Е. М. Штаерман, создается довольно определенное впечатление, что рабы в дунайских провинциях в III в. н. э. принадлежали в основном пришлым администраторам, и дельцам47.

43 Alfüldy G. Bevölkerung... S. 110; Wilkes J. J. Op. cit. P. 225 f.

41 Alföldy G. Die Sklaverei... S. 130 f.

45 Panciera S. Op. cit. P. 76; Sasel J. Barbii // Eirene. 1966 V. V.

S. 117-137; ¡dem. Caesernii // ZA. 1960. V. X. S. 201 f.

40 Первый факт общеизвестен, второй доказан Ю. К. Колосовской в результате изучения этнографического материала (Колосовская Ю. К. Пан-нония... С. 142, 152, 245).

47 Штаерман Е. М. Рабство в западных провинциях Римской империи II ВДИ. 1951. № 2. С. 97.

6 Заказ 3296

81

В I в. н. э. они, как мы видели, преимущественно были собственностью богатых семей колонистов. Г. Альфельди и Ю. К. Ко-лосовская считают, что рабы применялись, видимо, и на полях ветеранов как римских граждан, хотя прямых доказательств этого нет48. Однако А. Мочи отрицает это, полагая, что землевладение ветеранов даже в III в. н. э. было крестьянским и для него рабы не были нужны49.

Имения римского типа (виллы) с использованием рабского труда в пределах племенных общин были весьма малочисленны. Они принадлежали местной знати, причем не всей, а лишь тем ее представителям, которые получили права римского гражданства. Эти хозяйства были вне общинной организации50. Рабство было преимущественно патриархальным, о чем говорит хотя бы следующий факт: Айюка из племени бойев, дочь Комбриссы, поставила общее надгробие себе, своей дочери и своим рабам (CIL. III. 14359). Небольшая часть бедных общинников, по-видимому, также попадала в кабалу и рабство доримского характера. У наннонекого племени эра-висков отмечено незначительное количество надписей, свидетельствующих о рабах. И вовсе нет подобных надписей на территориях других племенных общин.

Однако со второй половины II в. н. э. рабство в Паннонии, по мнению А. Мочи, исчерпало себя даже на городских землях, поэтому здесь стали переходить к колонату путем освобождения рабов, которых в качестве квази-колонов сажали на землю. В Далмации в это же время крупные землевладельцы, в том числе сенаторы, также применяют в своих поместьях труд колонов: это нам известно из вотивных надписей этих колонов — бывших рабов и вольноотпущенников. Местное население (кроме небольшой части верхушки) вообще не принимало участия в рабовладельческом хозяйстве и сохраняло мелкокрестьянский характер, т. е. не применяло рабского труда 51. Еще более определенная в этом отношении картина наблюдается в Либурнии, где в сельском хозяйстве работали преимущественно свободные туземные крестьяне52, а рабство играло незначительную роль и было распространено лишь в среде колонистов-италиков. В южной части этой области,

48 Alföldy G. Die Bevölkerung... S. 120; Колосовская Ю. К Указ. соч. С. 151 сл.

49 Möcsy А. Die Entwicklung der Sklavenwirtschaft in Pannonien zur Zeit des Prinzipats // AAnt. 1956. V. 4. S. 244 f.

60 Колосовская Ю. К. Указ. соч. С. 71.

51 Möcsy А. Die Entwicklung... S. 244 f.; Wilkes J. J. Op. cit. P. 276, 280.

62 Alföldy G. Die Sklaverei... S. 127.

которая была наиболее урбанизированной в Иллирии, с середины II в. н. э. сокращаются количественно надписи рабов и отпущенников, но растет число надписей членов ремесленных коллегий, что, по мнению Д. Уилкса, говорит о вытеснении рабского труда свободным 53. Судя по эпитафиям, семьи в дунайских провинциях были весьма многочисленны, что давало возможность вести хозяйство своими силами. О том, что в этих провинциях рабов было очень мало, свидетельствует также высокая цена их. Так, в соседней Дакии мальчик-грек стоил 600 денариев, женщина-критянка — 420. И это в то время, когда, например, в Африке цена раба в среднем составляла 50 денариев54. О незначительном распространении рабства в иллирийской провинции Далмации даже во II—III вв. н. э. пишет Г. Альфельди. Рабы были преимущественно в крупных прибрежных колониях Салоне, Нароне, Ядере, причем здесь экономическая жизнь держалась не столько на рабах, сколько на вольноотпущенниках. О решающей роли последних в хозяйстве колоний Далмации императорской эпохи говорится и в работах американских иследователей55. В III в. н. э. значительное Количество рабов засвидетельствовано лишь в Салоне56. Что касается городов, находившихся во внутренних областях й значительно удаленных от приморья, то здесь рабства вовсе не было не только в доримскую эпоху, но и в раннее императорское время57. Население этих городов занималось преимущественно сельским хозяйством. Лишь несколько муниципиев (например, Сплонум) были центрами горных промыслов, где работали главным образом свободные туземные арендаторы58.

Итак, основной наш вывод состоит в том, что к началу нашей эры труд рабов играл определенную роль в хозяйственной жизни Иллирика (в городах-колониях), однако подавляющее большинство местного населения, за редким исключением, рабов не использовало. Исследователями не обнаружены признаки значительного развития рабства, а с середины II в. н. э. его значение окончательно падает59.

53 Wilkes J. J. Op. cit. P. 1149, 210, 235.

54 AE. 1903. No 202.

55 Duff A. M. Freedmen in the Early Roman Empire. N.-Y., 1958. P. 89 sq.

56 Alföldy Die Sklaverei... S. 127; Die Bevölkerung... S. 170.

57 Alföldy G. Die Sklaverei... S. 135 f.

58 Rostovtzeff M. Studien zur Geschichte des römischen Kolonats. Lpz.; B„ 1910. S. 408 f.

59 Wilkes J. J. Op. cit. P. 302.

6*

83