Образ армии в периодической печати Западной Сибири (конец XIX начало XX вв. )

ИСТОРИЯ

Вестн. Ом. ун-та. 2011. № 3. С. 76-80.

УДК 940.5 О. В. Гефнер

ОБРАЗ АРМИИ В ПЕРИОДИЧЕСКОЙ ПЕЧАТИ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ

На основе анализа периодической печати характеризуется образ армии, формируемый средствами массовой информации в общественном сознании провинциального городского общества Западной Сибири в конце XIX - начале XX вв.

Ключевые слова: армия, общество, общественное сознание, периодическая печать.

В широком спектре современных работ по истории русской армии конца XIX - начала XX вв. достаточно устойчиво утвердилась точка зрения о существовании определенной конфронтации между военными как особой социально-профессиональной группой и гражданским населением, о замкнутости, кастовости армии, приводившей к ее обособленному существованию в обществе, слабому участию в социальной и культурной жизни. В одном из исследований начала 1980-х гг. П.А. Зайончковский отмечал: «Непопулярность офицерства в обществе находила свое выражение в определенной его отчужденности от других общественных категорий и, в первую очередь, интеллигенции. Причина этого заключалась, на наш взгляд, прежде всего в различии общественных идеалов... Офицерство представляло собой по существу замкнутую касту» [1]. Подобные оценки взаимоотношений военных и общества сохранились и в работах 1990-2000-х гг. Так, С.В. Волков писал, что в последней трети XIX в. происходил рост «отчуждения между офицерством и гражданской публикой образованного круга», а «офицерство становилось относительно более замкнутым как профессиональная группа» [2]. Е.Ю. Сергеев указывал на «негативно-презрительное отношение «отцов-командиров» к миру за пределами части или корабля» и ответное отношение «непонимания и плохо скрываемого презрения» к военным со стороны гражданского населения [3].

Авторы, негативно оценивавшие опыт взаимоотношений военных и общества в России в конце XIX - начале XX вв., базировали свои выводы на основе анализа той полемики, которая шла в тот период между представителями гражданской и военной интеллектуальной элиты в периодической печати, художественной литературе. Причем выводы о социальной и культурной конфронтации армии и гражданского населения строились в основном на исследовании «столичного» материала. Однако, на наш взгляд, изучая взаимодействие армии и общества, необходимо учитывать и его локальную специфику, сравнивать, анализировать военно-гражданские отношения в реалиях провинциальной жизни, с ее большей открытостью, менее иерархизи-рованным и политизированным обществом, недостаточно развитой социальной и культурной инфраструктурой, малочисленностью гражданской интеллигенции, демократичным составом служащего офицерства и др.

Одним из ценных источников для изучения взаимоотношений военных и гражданского социума, выявления образа армии, который формировался и складывался в сознании общества, в том числе и

© О.В. Гефнер, 2011

провинциального, может служить периодическая печать. Периодическая печать в конце XIX - начале XX вв. стала важным фактором общественной жизни России. Она не только фиксировала важные события и информировала о них, но и отражала точки зрения, настроения различных социальных групп, а также была мощным инструментом формирования общественного мнения, а следовательно, и политической борьбы. На страницах газет и журналов обсуждались острые, актуальные, дискуссионные проблемы, волнующие общество. Объектом пристального внимания печати была и армия.

Армия всегда была оплотом власти, любимым детищем императорской семьи. Для русского общества армия прочно ассоциировалась с самодержавием, поэтому отношение к власти предопределяло и отношение к вооруженным силам. В связи с этим власть стремилась оградить армию от негативного внимания прессы законодательными мерами. Цензурными циркулярами в 1886 г. была запрещена критика высших военных чинов и общих порядков в военном и морском управлениях. В 1892 г. власти приказали не печатать статей, оскорбительных для чести русского войска и ослабляющих уважение к военному сословию, а также не публиковать материалы о внутренней жизни воинских частей и направленных на подрыв дисциплины [4]. Однако законодательные ограничения не снижали интереса общества и прессы к армии. Актуализировали и активизировали обсуждение вопросов военного строительства русско-японская война 1904-1905 гг., революция 1905 г. Поскольку в российской прессе в этот период ведущие позиции занимали идеологи оппозиционного направления, в центральной печати развернулась широкая кампания против армии, офицерства, звучала резкая их критика в довольно злобном тоне. Армию, дух военной среды характеризовали в либеральной печати как «презрение к шпаку, высокомерное отношение ко всему, что не в форме, отверженность от знанья и труда, выдуманных штатскими, и эти буйства и неистовства, открытый публичный цинизм, общее безделье, отчужденность от жизни...», в качестве основных аргументов используя обращение к случаям недостойного поведения отдельных военных

[5]. С точки зрения самих военных такое негативное отношение интеллигенции к армии было вызвано пренебрежением к

физическому труду, нежеланием служить, и как следствие этого - непониманием «ни духа армии, ни смысла военной физиогномики и символики...» [6]. Но главной причиной подобных нападок на армию в прессе были, на наш взгляд, не какие-либо социокультурные противоречия, а политические мотивы. Оппозиционно настроенная интеллигенция в дискредитации армии в общественном мнении видела одно из средств подтачивания существующего строя. Подобная критика армии в прессе, негативные образы военных, высвечиваемые в художественной литературе, формировали отрицательное общественное мнение об армии, вызывали ответный отклик в военной среде, порождали конфронтацию в отношениях вооруженных сил и гражданского социума.

Провинциальная периодическая печать также проявляла большой интерес к армии. Анализ местной периодики, прежде всего либеральной и демократической, позволяет выявить специфику отношения провинциального, в нашем случае - западносибирского, общества к армии, охарактеризовать взаимоотношения военных и гражданского социума, сложившиеся вне столичного культурного пространства. Источниками для изучения вопроса послужили западносибирские газеты - «Сибирская газета» (Томск, 1881-1888), «Сибирский вестник» (Томск, 1885-1906),

«Сибирская жизнь» (Томск, 1894-1919), «Сибирский листок» (Тобольск, 1890-

1919), «Степной край» (Омск, 1893-1905), «Омский телеграф» (Омск, 1907-1917).

Западносибирские газеты уделяли большое внимание жизни тех воинских частей, которые квартировали в городах региона. В них очень часто появлялась информация о различных событиях с участием военных. Немаловажным фактором такого внимания была провинциальная скудность, однообразие, по сравнению со столицей, общественной и культурной жизни, где любое изменение, новшество тут же становилось важным событием, и в которую военные, благодаря специфике своей службы, привносили определенную новизну и интерес.

Главным объектом внимания становились, конечно, события, имевшие большой общественный и культурный резонанс: газеты освещали в подробностях проведение парадов, постановку спектаклей солдатских театров, участие военных в пожаротушениях, благотворительную деятельность офицеров. Подобная дея-

тельность военных вызывала многочисленные положительные отклики общественности, которые звучали со страниц местных газет. Например, освещая проведение спектакля, устроенного в декабре 1894 г. солдатами Омского резервного батальона, газета «Степной Край» писала, что подобные спектакли «имеют хорошее воспитательное значение для играющих и зрителей, большинство которых принадлежит к городскому мещанскому классу»

[7]. Отзываясь на спектакль, организованный 31 марта 1896 г. нижними чинами местной команды Туринска, тот же «Степной Край» отмечал, что городская масса «с большим удовольствием идет на солдатский спектакль, чем на вольный любительский» [8]. Описывая празднование 26 ноября 1908 г. в Омске дня Святого Георгия Победоносца, праздника в честь военного ордена и героев войны, газета «Омский телеграф» писала: «Несомненно, что в душе народной не пройдут бесследно такие дни, как 26 ноября. Такой порядок празднования этого военнонародного торжества, в честь героев, вместе всем городом, есть объединяющее начало» [9].

Газеты давали хорошую возможность военным и гражданским лицам выносить публичные благодарности друг другу, направленные на формирование взаимного положительного и благожелательного отношения. Так, «Сибирская газета» 28 ноября 1882 г. опубликовала от Общества попечения о начальном образовании служащим в Томском резервном батальоне «г. офицерам глубокую благодарность за их внимание к делу начального образования в городе» [10]. Газета «Сибирский листок» 28 февраля 1902 г. желала уезжающему из Тобольска командиру Тобольского резервного батальона полковнику Д.А. Рудницкому «пользоваться в новом месте своего служения такими же симпатиями общества и сослуживцев до простых солдат включительно, какими он пользовался у нас в Тобольске» [11]. Не скупились на благодарственные слова в печати в адрес городского сообщества и военные власти. 17 сентября 1895 г. «Томский справочный листок» публиковал информацию о телеграмме, полученной губернатором от военного министра Ванновского «в которой он выражает городскому обществу свою искреннюю благодарность за радушный прием, оказанный городом 4-му западносибирскому батальону» [12]. А 13 декабря 1908 г. «Сибирская жизнь» напечатала за-

метку о благодарности начальника Омской местной бригады генерала Красильникова городскому сообществу Томска «по поводу удобств и привлекательного вида нанимаемого городской управой помещения для управления воинского начальника и ... за внимательное отношение к нуждам войск» [13].

Анализ периодической печати показывает, что общество достаточно близко стояло к армии, военным, служащим в городах. В условиях провинции, особенно в небольших городах, жизнь воинских частей была на виду, ее невозможно было скрыть от внимания гражданского населения. Складывались личные, дружеские, семейные связи военных и горожан, благодаря чему были известны подробности военной жизни, которые затем становились общественным достоянием. Очевидно, с прессой сотрудничали и офицеры, присылая в газеты информацию о тех или иных событиях, происходивших в жизни военных. В периодической печати помещалась информация о сугубо внутренней, бытовой жизни армии: о переформировании воинских частей, приезде в город и отъезде офицеров, о перемещении их по должности, о происшествиях на учениях, ремонте в казармах, состоянии военных библиотек, самоубийствах солдат и офицеров. Так, в издании «Сибирская газета» 6 апреля 1886 г. подробно описывалась библиотека 4-го западно-сибирского линейного батальона, расположенного в Зайсане, сообщались подробности о порядке выдачи книг, работе библиотекаря. В газете «Сибирский листок» 2 февраля 1891 г. сообщалось об упразднении Гото-пуповской и Вознесенской местных команд и об открытии местного лазарета в Ишиме. 10 марта 1894 г. «Сибирский листок» информировал о переводе командира Тобольского резервного батальона полковника Н.И. Игнатьева, назначенного командиром Псковского полка, квартирующего в Туле [14]. Многочисленность подобного рода публикаций свидетельствует о том, что эта информация была востребована обществом, горожане проявляли большой интерес к жизни армии и достаточно хорошо были о ней осведомлены.

Со страниц периодической печати звучала и критика в адрес армии. Нередко объектами критики становились отдельные офицеры, командиры тех или иных воинских частей за непонимание общественных интересов, отказ в сотрудничестве при решении тех или иных

важных социальных проблем. Имена, как правило, не указывались, скрывались за инициалами или прозвищами. Однако провинциальное общество прекрасно понимало, о ком идет речь. Так, в «Сибирской газете» 24 июля 1883 г. появилась статья, в которой звучала резкая критика командира 2-го западно-сибирского линейного батальона, стоящего в Семипалатинске, некоего С-ч, который прекратил начатые до него ранее другим офицером метеорологические наблюдения, в результате чего пропала десятимесячная напряженная работа. Автор статьи Е.П. Ми-хаэлис называл этот поступок вандализмом и причинами его считал «презрение к науке и страсть к уничтожению того, что начато не им» [15]. В той же «Сибирской газете» 24 февраля 1885 г. была опубликована резкая статья об уездном воинском начальнике Бийска, которого называли в газете «ташкентец», «туркестанец» (по месту предыдущей службы). Его обвиняли в самодурстве, плохом обращении с солдатами, грубом отношении к обществу. В частности, полковнику ставилось в вину то, что он не сдержал слово офицера и отдал акробатам обещанное ранее помещение для проведения любительского спектакля в пользу бедных [16].

Предметом критики становились и порядки в армии. Негодование общественности вызывали случаи плохого обращения вышестоящих чинов с солдатами. Так, «Сибирская газета» 4 марта 1884 г. поместила заметку, в которой говорилось, что в Томске «ученье новобранцев в местной команде достается не легко. Кроме обычных артикул, они обязаны повиноваться своим дядькам, делать им разные приношения и брать билетик на лотереях, на которых дядьки разыгрывают разные свои негодные вещи» [17]. В «Сибирском листке» 20 сентября 1901 г. публиковалась информация об унтер-офицере Тюменской местной команды И. Фомине, который избил рядового за самовольную отлучку, причинил ему увечье (у солдата лопнула барабанная перепонка) [18]. Во многих заметках явно звучит симпатия к нижним чинам, которые ласково именуются «солдатиками».

При этом в периодической печати об-народовались и случаи плохого поведения нижних чинов на улицах города, их столкновения с горожанами. Общественность видела причину разгульного поведения солдат в слабости дисциплины, безнадзорности со стороны командиров и

использовала прессу, чтобы обратиться к военному руководству с просьбой навести порядок и обеспечить покой горожан. Так, «Сибирская жизнь» 25 декабря

1883 г. писала, что в Барнауле «по городу вечером опасно идти по улице. У заводской крепости, около взвоза на гору выстроена солдатская баня, где пьянство каждую ночь; кто идет мимо или едет мимо, из бани выбегают и набрасываются» [19]. «Сибирский вестник» 19 сентября 1885 г. информировал, что в Томске «. положительно невозможно гулять пешком, в обществе порядочной женщины, по всему пространству от военного госпиталя и до самого лагеря. По всей этой местности, на каждом шагу встречаются кучки солдат, разгуливающих под хмельком, бесцеремонно расталкивающих гуляющую публику» [20].

Освещение в западносибирской периодической печати 1880-1890-х гг. негативных сторон жизни армии, осуждение отдельных начальствующих лиц и случаев антиобщественного поведения не перерастали в критику армии в целом как оплота власти, как сосредоточия жестоких и несправедливых, с точки зрения либеральной и демократической общественности, порядков. Свободная публикация подобного рода критических статей в местной периодике свидетельствует о том, что они не воспринимались властью как материалы, дискредитировавшие армию в глазах общественности, способствовавшие подрыву авторитета начальства и дисциплины.

Первые резкие негативные выпады в сторону армии в западносибирской либеральной прессе стали появляться только после русско-японской войны и революции 1905 г. Так, 16 декабря 1905 г. в газете «Степной край» появилась заметка «Стоны русского солдата об улучшении солдатского быта». Эта статья была не просто откликом на какой-то конкретный случай плохого обращения с нижними чинами. Она в остром и негативном ключе характеризовала не только военную службу, жизнь, общественный статус солдат, но и в целом военное законодательство. Автор статьи, якобы от лица солдата, критиковал устаревшие, по его мнению, военные законы: «. Военные-то законы, которые ныне еще существуют, изданы уже полстолетия тому назад. и вот поэтому, по моему мнению, воинская дисциплина должна состоять в строгом и точном соблюдении правил, предписан-

ных современными военными законами, а не теми, которые изданы полвека тому назад». Он обращался к «свободным гражданам» с призывом востребовать «от правительства не обещаний, а действий по улучшению солдатского быта» [21]. Однако подобные публикации всё-таки носили в провинциальной периодике единичный характер.

Еще одной тактикой демонстрации негативного отношения либеральной общественности к армии как оплоту самодержавной власти, характерной, в частности, для газеты «Сибирская жизнь», было полное игнорирование, замалчивание любых событий, связанных с армией, военными. В газете практически не печатались заметки об общественной работе, благотворительной деятельности военных, участии в городских праздничных мероприятия, либо редакция ограничивалась публикацией нескольких скупых фраз, упоминанием. Например, либералы в штыки восприняли организацию военноспортивного движения «потешных», которое активно развернулось в стране и в городах региона 1910-1912 гг. Такое выдающиеся событие в общественной жизни горожан, как участие «потешных» из Сибири в Высочайшем смотре в Петербурге 1912 г., не нашло освещения в газете. «Сибирская жизнь» даже отказывалась публиковать телеграммы от сопровождавших детей наставников и информировать родителей о поездке [22].

Анализ периодической печати Западной Сибири показывает, что в сибирской провинции отношения армии и общества не были столь обостренными, как в столице. В целом периодическая печать стремилась создавать объективный образ армии в сознании провинциального общества, показывать как позитивные, так и негативные стороны военной жизни, личностей офицеров, их общественной деятельности. Военные выглядят в периодике не как замкнутая, кастовая группы, а представляются органичной частью городского сообщества, активно вовлечен-

ной в общественную и культурную жизнь, принимающей деятельное участие в решении важных социальных проблем. Анализ периодической печати как зеркала общественного мнения позволяет сделать вывод о комплиментарном, благожелательном отношении провинциального гражданского социума к военным в целом, об отсутствии резкой конфронтации армии и общества, характерной для столиц.

ЛИТЕРАТУРА

[1] Зайончковский П. А. Русский офицерский корпус накануне Первой мировой войны // П. А. Зайончковский (1904-1983 гг.): Статьи, публикации и воспоминания о нем. М., 1998. С. 25.

[2] Волков С. В. Русский офицерский корпус. М., 1993. С. 294; Волков С.В. Российское офицерство как служилое сословие // Офицерский корпус русской армии. Опыт самопознания. М., 2000. С. 517.

[3] Сергеев Е. Ю. «Иная земля, иное небо...». Запад и военная элита России 1900-1914 гг. М., 2001. С. 30.

[4] Вапилин Е. Г. Освещение периодической печатью России жизни армии и флота в конце XIX - начале XX века // Военно-исторический журнал. 2006. № 8. С. 12.

[5] Пильский П. Армия и общество // Мир божий. 1906. № 7. С. 207.

[6] Деникин А. И. Путь русского офицера. М., 1991. С. 50; Краинский Н. Психика и техника // Душа армии. Русская военная эмиграция о морально-психологических основах российской вооруженной силы. М., 1997. С. 181.

[7] Степной Край. 1894. 29 декабря.

[8] Степной Край. 1896. 21 апреля.

[9] Омский телеграф. 1908. 30 ноября.

[10] Сибирская газета. 1882. 28 ноября.

[11] Сибирский листок. 1902. 28 февраля.

[12] Томский справочный листок. 1895. 17 сентября.

[13] Сибирская жизнь. 1908.13 декабря.

[14] Сибирская газета. 1886. 6 апреля; Сибирский листок. 1891. 2 февраля; 1894. 10 марта.

[15] Сибирская газета. 1883. 24 июля.

[16] Сибирская газета 1885. 24 февраля.

[17] Сибирская газета. 1884. 4 марта.

[18] Сибирский листок. 1901. 20 сентября.

[19] Сибирская жизнь. 1883. 25 декабря.

[20] Сибирский вестник. 1885. 19 сентября.

[21] Степной край. 1905. 16 декабря.

[22] Томский вестник. 1912. 21 августа.