Задачи исследования восприятия речи на современном этапе

ЗАДАЧИ ИССЛЕДОВАНИЯ ВОСПРИЯТИЯ РЕЧИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

О. А. Первезенцева

Аннотация. Статья содержит обзор современных направлений в исследованиях восприятия речи. Намечены основные тенденции в анализе восприятия в целом и восприятия речи в частности. Автор уделяет особое внимание таким проблемам, как единицы восприятия, стадии интерпретации и понимания устно-речевого дискурса, а также стратегии и модели восприятия речи.

Ключевые слова: восприятие речи, единица восприятия, стратегии восприятия, поле восприятия речи, интерпретация и понимание дискурса.

Summary. The article contains an overview of current developments in the analysis of speech perception. It outlines major directions of research into perception in general and speech perception in particular with a special focus on such problems as units, stages in interpreting and understanding oral discourse and strategies and models of speech perception.

Keywords: speech perception, unit of perception, strategies of perception, field of speech perception, interpreting and understanding discourse.

310

Проблемы восприятия речи тесно связаны с более общими вопросами восприятия человеком различных сторон окружающего мира и во многом опираются на данные, полученные в ходе анализа восприятия в рамках философских и психологических наук.

В целом восприятие можно определить как процесс, с помощью которого организмы интерпретируют и организуют свои ощущения для построения достоверного образа мира. Важно подчеркнуть, что восприятие человеком окружающего мира - это восприятие потока изменений, то есть, если наши органы чувств не регистрируют изменений в поле восприятия, мы ничего не воспринимаем. Из этого положения вытекает необходимость учитывать

пороги чувствительности органов чувств человека при анализе особенностей разных сторон восприятия [1]. Например, данные электроакустического и аудиторского анализов одного и того же звучащего материала могут различаться, то есть изменения в просодической структуре высказывания, регистрируемые точными приборами, остаются «незамеченными» для аудитора и, соответственно, не являются значимыми для анализа функциональной стороны данного явления.

В работах по восприятию важное место отводится разделению этого процесса на непосредственную регистрацию сигнала, поступившего в органы чувств человека, и его дальнейшую обработку. Грэхем Литл вводит

концепции непосредственного восприятия (the concept of immediate perception) и полного акта восприятия (the complete act of perception), который включает интерпретацию непосредственного физического восприятия события (охватывает такие проблемы, как внимание и другие аспекты психологии) [ibidem].

В исследованиях по восприятию речи большое значение придается именно последней стадии, более того, во многих работах подчеркивается важность его разделения на этапы интерпретации и понимания воспринятого сигнала.

Например, А. С. Штерн выделяла три уровня восприятия: сенсорный, перцептивный и смысловой. Эти три уровня выделяются, главным образом, на основании психофизиологических критериев восприятия и переработки информации, но не языковых критериев; в частности, сенсорный («нижний») уровень не является языковым [цит. по: 2].

С. В. Кодзасов и др. также придерживаются мнения, что из 4 этапов восприятия речи (прием акустического сигнала; первичный слуховой анализ; выделение акустических событий и признаков; лингвистическая интерпретация звуковой стороны речевого сообщения) для лингвиста интересны лишь два последних [3].

В. П. Глухов, рассматривая теоретические концепции процессов восприятия и понимания речи, выделяет две составляющие в восприятии - первичное формирование образа восприятия и опознание уже сложившегося образа. Соответственно восприятие речи включает в себя рецепцию слышимых или зрительно воспринимаемых элементов языка, установление их взаимосвязи и формирование пред-

ставления об их значении. Таким образом, восприятие речи осуществляется на двух ступенях - собственно восприятия и понимания речевого высказывания [4].

Лингвистический энциклопедический словарь дает определение восприятия речи и выделяет соответствующие стадии этого процесса в зависимости от отрасли науки, занимающейся его изучением. В психофизиологии и физиологии речи под восприятием понимается процесс обработки речевого сигнала, включающий первичный слуховой анализ, выделение акустических признаков, фонетическую интерпретацию. В качестве результата фонетической интерпретации рассматривается создание моторного (артикуляционного) образа речевого сигнала.

В экспериментальной и общей фонетике речевосприятие - это совокупность механизмов, обеспечивающих переход от первичного фонетического описания звука или звуковой последовательности к интерпретации его как определенной единицы системы языка.

В психологических терминах восприятие как таковое представляет собой деятельность организма, проявляющуюся в понимании и реакции на свойства предметов при их воздействии на организм, а восприятие речи рассматривается как система процессов информационной переработки текста, опосредующих его понимание [5].

Из всего вышесказанного вытекает несколько задач, или направлений исследования речевосприятия, в частности выделение единиц восприятия, определение стратегий восприятия и обоснование различий в понимании и интерпретации услышанного сообщения. Рассмотрим кратко некоторые из них.

311

Основная проблема при изучении восприятия речи - соотнести характеристики речевой волны и определенные лингвистические единицы. Представители разнообразных теорий на определенных этапах исследования опираются на различные единицы восприятия, среди которых акустико-фонетические характеристики, фонемы, аллофоны, артикуляционные жесты [6].

М. Либерман, например, считал, что связь между фонемами и звуками слишком сложная для объяснения, что привело его к мнению, что фонемы необходимо описывать не через аудитивные характеристики, а через моторные, то есть артикуляционные.

Авторы других теорий исходят из чисто слуховой (сенсорной) природы звукового восприятия, не включающего (в норме) артикуляционной реконструкции сообщения. Считается, что механизмы восприятия и речепроизводства соотносятся между собой не прямо, а через фонологические признаки фонемных единиц языка.

Сторонники признаковой гипотезы считают, что фонема существует в памяти носителя языка в виде набора значений фонологических различительных признаков и не имеет прямого перцептивного коррелята. Фонема опознается через распознавание ее фонологических признаков. Значения фонологических признаков устанавливаются по различным акустическим ключам, выделяемым слуховой системой, в том числе и таким, которые определяют слуховое членение речевого сигнала [3].

Примечательно, что единицы восприятия различаются не только по качеству, но и «количеству», то есть по своему объему. При сравнении некоторых единиц восприятия разного объе-

ма было выявлено, что обработка слога происходит быстрее, чем обработка фонем и, следовательно, именно слог функционирует как базовая перцептивная единица. В то же время другие эксперименты демонстрируют, что в случае наличия помех или схожих единиц (слогов или фонем), фонемы обрабатываются быстрее. Тем не менее, по утверждению авторов, эти результаты не доказывают, что фонемы являются базовой единицей восприятия. Скорее всего, фонемическая информация быстрее становится доступной для фонетического решения, чем слоговая [6].

Многие исследователи придерживаются мнения, что человек воспринимает информацию настолько крупными единицами, насколько это возможно без потери каких-то существенных ее аспектов. Например, Е. В. Ягунова в своих исследованиях опирается на концепцию фонетического слова: «...слушающий использует фонетические слова как оперативные единицы восприятия, выделяя ФС из речевого потока (прежде всего по их ритмическим признакам) и соотнося их с теми или иными единицами языка» [2]. Эта позиция согласуется с точкой зрения Дж. Мартина, который поддерживает ритмическую теорию восприятия и предлагает изучать восприятие речи с опорой на ритмические образцы, характерные для естественной речи. По его гипотезе, определенная лингвистическая информация ритмически закодирована в речевом сигнале говорящего и декодируется слушающим [цит. по: 7].

Разнообразие предлагаемых исследователями единиц говорит о том, что не существует универсальной единицы восприятия, а слушающие могут использовать разные базовые единицы в зависимости от ситуации. Это вызыва-

ет необходимость подробного анализа стратегий восприятия речи, которые особенно важны для специалистов по разработке моделей речевосприятия.

В самом общем виде все теории и модели восприятия речи опираются либо на стратегии «анализа через синтез», либо «синтеза через анализ», либо комбинируют данные подходы.

Доказано, например, что просодическая информация может восприниматься снизу вверх, а лексическая -только сверху вниз. Это означает, что просодическая информация, как и акустико-фонетическая, может использоваться немедленно для облегчения непосредственной обработки сигнала. Акустико-фонетическая информация играет центральную и обязательную роль в долексической обработке. Система распознавания должна иметь дело с вариативностью акустико-фоне-тической информации в речевом сигнале; процессы нормализации, имеющие дело со скоростью речи и индивидуальными характеристиками говорящего, не зависят от внимания слушающего и действуют всегда. Все эти данные свидетельствуют о том, что долексическая обработка предполагает абстрагирование сегментной информации от речевого сигнала. Хотя до сих пор неясно, какие именно единицы абстрагируются, очевидно, что они составляют базу для кода доступа к лексикону [6].

Модель Скиппер и др. (Skipper et al.), которая объединяет несколько точек зрения, развивает гипотезу М. Ли-бермана о моторной природе восприятия. В соответствии с этой теорией, моторные центры активизируются и участвуют в восприятии в зависимости от модальности презентации и от двусмысленности сенсорной информации, то есть когда связь между сенсорной ин-

формацией и фонетическими категориями не достаточно ясная, а также при необходимости сегментации и в зависимости от процессов рабочей памяти. У детей в процессе овладения родным языком эти моторные центры играют большую роль, помогая сравнить услышанную и собственную артикуляцию. Затем они начинают играть вспомогательную роль. Моторные представления должны играть критическую роль в формировании воспринимаемых единиц, то есть извлечении адекватных компонентов, предсказывая будущие сенсорные события или объединяя события, пополняя их адекватной артикуляционной информацией [8].

Дэвид Пеппел, Вильям Дж. Идсар-ди и Вирджини ван Вассенхове (David Poeppel, William J. Idsardi and Virginie van Wassenhove) полагают, что восприятие речи является многомерным процессом, проходящим на нескольких временных уровнях: одновременно по крайней мере на двух временных шкалах, соответствующих (суб)сегментно-му и супрасегментному/слоговому анализу. Далее, восприятие продолжается на базе внутренних моделей по схеме и'3 «анализ через синтез» [9].

При анализе многомерных категорий важно принимать во внимание, что слушающие могут избирательно уделять одному сигналу больше внимания, чем остальным. При категоризации речевых звуков это относительное «взвешивание» сигналов меняется со временем и зависит от родного языка слушающего. Трудности, связанные с производством и восприятием речевых звуков в неродном языке (например, восприятие японцами английских звуков '1' и 'r'), частично вызваны несоответствием стратегий «взвешивания» сигналов в родном и

иностранном языках. Очевидно, что слушающий выучивает весомость сигналов, но вопрос, что определяет, какие сигналы получают больший вес, и можем ли мы изменять этот вес, когда эта стратегия становится неэффективной, остается открытым [10].

Исходя из общепсихологической закономерности восприятия соотношения частей и целого, можно предположить, что чем шире этот контекст, чем сложнее структура целого, тем менее зависит восприятие от точности физической характеристики отдельных элементов или частей целого и тем больше оно будет обуславливаться вероятностной оценкой всего сигнала.

В. Б. Касевич ставит под сомнение существование такой единицы восприятия, которая всегда бы использовалась как универсальная опорная оперативная единица восприятия. Человеку свойственна гибкая стратегия восприятия и в зависимости от условий коммуникации - привычности или непривычности темы, ситуации общения, собеседника и т.п. - он избирает разные стратегии восприятия, используя разные единицы решения [цит. по: 11].

Эксперименты по восприятию изолированных от контекста слов подтвердили, что разные испытуемые идут к пониманию смысла одного и того же слова разными путями в зависимости от их предшествующего лингвистического и жизненного опыта. На восприятие слова влияет много факторов, ни один из которых не влияет на восприятие дискретных фонем, изолированных от контекста. В частности, для восприятия слов также важно, является ли это слово «настоящим» или бессмысленным. Частота употребления слов приобретает особое значение в условиях шума. Правила фонотактики играют

определенную роль, например, если слово бессмысленно, но правила фоно-тактики соблюдены, слово будет воспринято, как имеющее смысл. Было также установлено, что слушающие легче идентифицируют слова, если они произносились одним диктором, а не 15 разными людьми, более того, этот эффект усиливается при плохом акустическом сигнале. Эти данные позволяют сделать вывод, что в восприятии речи играет роль не только лингвистическая абстракция, но и память [12].

Е. В. Ягунова предполагает, что разнообразие стратегий восприятия зависит от коммуникативной ситуации; при этом в работах по восприятию речи список основных параметров коммуникативной ситуации, как правило, остается открытым. По-видимому, список базовых параметров включает условия коммуникации (в целом), индивидуальные особенности говорящего и слушающего, а также основные характеристики воспринимаемого текста [2].

Подобную идею высказывает и Грэ-хэм Литтл, который выделяет поле восприятия, то есть аспект окружающей среды, влияющий на физиологические чувства особей. Разные особи реагируют на разные стимулы, поэтому поле восприятия специфично для каждой особи, хотя некоторые могут иметь общую структуру восприятия [1].

В последнее время делаются попытки объединить несколько моделей восприятия и понимания речи в одну иерархическую структуру. Так, например, Л. А. Чистович, А. В. Венцов и др. в монографии, посвященной физиологии речи и ее восприятию человеком, приводят общую структуру функциональной модели восприятия и понимания речи, которая состоит из трех последовательно соединенных моделей. Пер-

вая из них, называемая обычно моделью восприятия, «осуществляет преобразование поступающего на ее вход акустического речевого сигнала в последовательность фонетических элементов. Модель включает блок (блоки) слухового анализа и блок фонетической интерпретации. Сведения о языке, содержащиеся в блоке фонетической интерпретации, еще очень ограничены и касаются фонетики языка». Следующим звеном является вторая модель, преобразующая последовательность фонетических элементов в описание смысла фразы. Эта действующая модель анализирующей части определенного языка осуществляет лексико-грамматический анализ фразы. На выходе модели при передаче информации на более высокие уровни она представлена уже не на исходном конкретном языке, а в закодированной форме. Это согласуется с концепцией К. Прибрама о многоступенчатой перекодировке воспринимаемой речи и с его взглядом на то, что языки мозга не являются какими-то конкретными языками [цит. по: 7], а также с теорией об универсально-предметном коде Н. И. Жинкина.

Третья модель в трехступенчатой иерархии полной модели восприятия и понимания речи интерпретирует полученные сведения, оценивает их с точки зрения важности, истинности и т.п., программирует реакцию на них.

Многие авторы разграничивают восприятие и понимание речи, рассматривая их как два сопряженных последовательных процесса. Например, Н. И. Жинкин понимает под восприятием анализ и синтез материальных средств языка: фонем, слогов, слов, предложений, интонации. Понимание в его интерпретации - это анализ и синтез сигнальных, или

смысловых значений всех этих средств. Однако, различая восприятие и понимание речи, автор указывает на необходимость рассматривать данные явления как единый, взаимозависимый процесс [13].

Еще одним основанием для разграничения понятий восприятия и понимания является подверженность процесса понимания изменениям вследствие обучения и приобретения нового жизненного опыта. Процесс восприятия не зависит от данных факторов.

Л. Н. Мурзин и А. С. Штерн, ссылаясь на исследования А. Г. Назарян, пишут: «Восприятие текста не сводится к восприятию (ощущению) его звучания или последовательности графических знаков, вообще плана выражения... Как текст существует только в процессе восприятия, так и содержание текста существует только в процессе понимания: конкретный текст содержит то и столько, что и сколько воспринимает реципиент» [14, с. 27].

Более того, некоторые исследования предлагают рассматривать интерпретацию и понимание как два абсолютно разных явления: первое - это действие, состоящее в «анализе коммуникации», второе - это скорее состояние [цит. по: 15].

Таким образом, под пониманием имеется в виду набор интерпретационных операций. Термин «понимание» в обыденной речи часто используют в качестве оценки удачного или неудачного интерпретирования. Для нас понимание складывается из элементарных актов интерпретации, взятых как процесс, придающий целостность, гармоничность восприятию речи. Эту гармонию вносит объединение усилий («кооперированность») говорящего и его адресата.

315

Кроме того, понимание предполагает волевое усилие слушающего, ведь именно он выбирает значение речи из множества возможностей, опираясь на стратегии интерпретации, взаимодействующие между собой на всех этапах понимания.

Можно предположить, что интерпретация дискурса как определенного речевого акта (или серии речевых актов) является частью интерпретации взаимодействия участников коммуникации в целом, а осознание и оценка речевого образа говорящего опережает принятие решения в отношении полного смысла его высказывания. Отсюда очевидно большое значение просодических качеств речи при восприятии информации. Эксперименты Голдингера, Пизони и Логана (Goldinger, Pisoni and Logan), 1991; Мартина, Малленникс, Пизони и Саммерс (Martin, Mullennix, Pisoni and Summers), 1989; Палмери, Голдингера и Пизони (Palmeri, Goldinger and Piso-ni), 1993 доказывают, что информация о голосах говорящих остается в долговременной памяти [цит. по: 6]. и'6 Извлечение фонетической информации и информации о говорящем -независимые, но тесно связанные процессы. Тем не менее, несмотря на растущее количество исследований по восприятию, очень мало внимания уделяется изучению слушающего, его психофизиологическим и психологическим особенностям. Общеизвестно, что деятельность слушающего в процессе коммуникации направлена на языковую реконструкцию воспринимаемого сообщения и понимание его смыслового содержания. В решении этой задачи слушающий использует не только акустическую информацию, извлекаемую из речевого сигнала слу-

ховой системой, но и другие, прежде всего языковые знания, в том числе знание словаря языковых знаков и системы звуковых средств, а также свой лингвистический и жизненный опыт.

По мнению В. З. Демьянкова, высказывания в результате интерпретации приобретают речевое значение, которое, актуализировавшись в виде смысла, дополняет, сужает или трансформирует уже сложившийся внутренний мир интерпретатора. Значение -то, на что опираются и что создается при интерпретировании; смысл же всегда только создается в результате понимания (то есть более сложного процесса). Соответственно, автор различает два вида значения:

1) языковое значение (или «хранимое», или «инвентарное»);

2) речевое значение (или «контекстно обусловленное», или «реальное», или «текстовое»).

Понимание поэтому базируется на построении возможных подходящих контекстов для интерпретируемых выражений и связано с гипотетическим выдвижением наиболее вероятных логических выводов, основанных на знании языка, на информации, подаваемой самим текстом, и на фоновых знаниях [15].

Как полагают А. ван Дейк и В. Кинч, понимание включает в себя не только обработку и интерпретацию воспринимаемых данных, но и активацию и использование внутренней, когнитивной информации. Стратегии - это часть нашего общего знания: они представляют собой знание о процессах понимания, соответственно новые типы дискурса и формы коммуникации могут потребовать разработки новых стратегий [16].

Завершая краткий обзор основных направлений в исследованиях

ф

восприятия речи, необходимо отметить, что, несмотря на наличие многочисленных, разнообразных и успешных исследований, на настоящий момент еще не приходится говорить о решении всех проблем в данной области и создании адекватной модели восприятия речи человеком. Очевидно, что решить эту задачу представителям одной науки невозможно, и основные различия в терминологии и результатах исследований можно объяснить тем, какие вопросы оказываются предметом исследования, а какие частично или полностью игнорируются. С большой долей вероятности можно констатировать, что восприятие речи, как и другие сложные формы деятельности и способности человека, базируется не на одном, а на нескольких механизмах и выходит за рамки простого анализа физических свойств речевых звуков.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Little Graham R. A Theory of Perception. -February 1999 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.grlphilosophy.co.nz/ paper1.htm (дата обращения 02.02.2011).

2. Ягунова Е. В. Вариативность стратегий восприятия звучащего текста (экспериментальное исследование на материале русскоязычных текстов разных функциональных стилей). Монография. - Перм. ун-т; СПбГУ - Пермь, 2008. - 395 с.

3. Кодзасов С. В., Кривнова О. Ф. Общая фонетика. - М.: Рос. гуманит. ун-т, 2001. - 592 с.

4. Глухов В. П. Основы психолингвистики. - М.: АСТ: Астрель, 2005. - 351 с.

5. Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева, - М.: Советская энциклопедия, 1990. - 685 с.

6. McQueen James M., Cutler Anne. Cognitive Processes in Speech Perception // The Handbook of Phonetic Sciences / Hardcastle William J., John Laver (eds). - Blackwell Publishing, 1999. - 912 p.

7. Кулиш Л. Ю. Психолингвистические аспекты восприятия устной иноязычной речи: зависимость восприятия от речевых характеристик говорящего. - Киев: Вища школа, Изд-во при Киев. ун-те, 1982. - 208 с.

8. Schwartz Jean-Luc, Sato Marc, Fadiga Luciano. The common language of speech perception and action: a neurocognitive perspective // Revue française de linguistique appliqué, 2008. - Vol. XIII, 2008/2. - P. 9-22.

9. David Poeppel, William J. Idsardi, Virginie van Wassenhove. Speech perception at the interface of neurobiology and linguistics // Philosophical Transactions of the Royal Society. - Vol. 363. - No. 1493. - 2008. - P. 10711086 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://rstb.royalsocietypublishing.org/ content/363/1493/1071.full (дата обращения 02.02.2011).

10. Lotto A., Holt L. Psychology of auditory perception // Wiley Interdisciplinary Reviews: Cognitive Science, n/a. doi: 10.1002/ wcs.123, 2010. [Электронный ресурс]. -Режим доступа: http://onlinelibrary.wiley. com/doi/10.1002/wcs.123/full (дата обращения 02.02.2011).

11. Порческ Г. В., Чугаева Т. Н. К проблеме «перцептивных формул» английского предложения // Вестник Челябинского государственного университета, 2009. -№ 35 (173). - С. 124-131.

12. Casserly E. D., Pisoni D. B. Speech perception and production // Wiley Interdisciplinary Reviews: Cognitive Science, 1: 629-647. doi: 10.1002/wcs.63, - 2010 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://onlineli-brary.wiley.com/doi/10.1002/wcs.63/full (дата обращения 02.02.2011).

13. Жинкин Н. И. Механизмы речи. - М.: Изд-во АПН РСФСР, 1958. - 370 с.

14. Мурзин Л. Н., Штерн А. С. Текст и его восприятие. - Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1991. - 171 с.

15. Демьянков В. З. Интерпретация, понимание и лингвистические аспекты их моделирования на ЭВМ. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1989. - 172 с.

16. Дейк ванн Т. А. и Кинч В. Стратегии понимания связного текста // Новое в зарубежной лингвистике. - Вып. 23. Когнитивные аспекты языка. - М., 1988. - 318 с.

317