Мифы о роли женщины в процессе эволюции семейно-брачных и политических отношений

СОЦИАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ И ПРОЦЕССЫ

УДК 18

МИФЫ О РОЛИ ЖЕНЩИНЫ В ПРОЦЕССЕ ЭВОЛЮЦИИ СЕМЕЙНО-БРАЧНЫХ И ПОЛИТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ

Иванова Ирина Сергеевна, кандидат философских наук, доцент, доцент кафедры философии и культурологии, lesnaya_10@yandex.ru,

ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва

The article considers images of women in the myths and legends. The author raises the problem of who, according to the beliefs of ancient people, was the primary source on earth: a woman or a man? Also the author reveals the reasons for incest in ancient society, and especially in Egypt, reveals the reasons for the incest taboo, and indicates a change in ethical standards reflected in the myths.

В статье рассматриваются образы женщин в мифах и легендах. Поставлена проблема — кто, по верованиям древних людей, был первоисточником на земле: женщина или мужчина?Раскрываются причины инцеста в Древнем обществе, особенно в Египте, выявляются причины табу на инцест и указываются, как изменение этической нормы нашло отражение в мифах.

Keywords: woman, primary source of life, incest, taboo, myths

Ключевые слова: женщина, первоисточник жизни, инцест, табу, мифы

Предметом данного исследования являются как сами мифы, так и труды ученых о них. Перечислим задачи исследования: 1) изучение содержащейся в выбранном материале информации о положении женщины, ее влиянии на общественные отношения, а именно: структуру семьи и власти в племени, роде, государстве; 2) выявление того положительного, что несло правление женщины в семье и государстве; 3) установление значения положительных моментов власти женщин в Древнем мире для современности; 4) прогнозирование места и роли женщины в грядущем.

Прошлое — источник информации о будущем. Автор статьи относится к сторонникам учения Г.В. Ф. Гегеля и признает, что мир развивается по спирали, а источником и способом этого развития в земном мире являются три закона диалектики. Из закона отрицания отрицания следует, что прошлое — это источник информации о будущем. Приведем пример продуктивности взгляда в прошедшее и серьезного отношения к мифам. Глядя в прошлое мифа, Баховен «открыл существование матриархального периода в развитии если не всех, то,

по крайней мере, многих народов мира. Ему удалось доказать, что на заре человечества счет родства шел по линии матери... Главенство женщины проявлялось не только в семье, но и во всех сферах общественной жизни — производстве, распределении, а также в мифотворчестве» [6, с. 212]. Исходя из закона отрицания отрицания можно выдвинуть гипотезу, что историческое время периода матриархата может вернуться на новом уровне со снятым негативом, обогащенное позитивными достижениями культуры. Компоненты женственности мифологических героинь, их функции и место в структуре общественных отношений могут оказаться сходными с компонентами женственности, функциями и ролью в обществе у женщин будущего.

Автор статьи считает, что человек может активно влиять на происходящие в истории и искусстве процессы, в частности, ускорять, замедлять и корректировать их при помощи идеологии, религии, искусства, экономики, воспитания, но для благотворного влияния он должен правильно оценивать и использовать полученную информацию. Нужно погрузить-

ся в изучение прошлого, в частности, прошлого мифологического, чтобы понять, что является позитивом в отношении к женщине, ее сути, а что негативом, подлежащим снятию в грядущем.

Рассмотрим идеи, вытекающие из исследования мифов.

1. Вопрос о том, кто был источником жизни и развития — мужчина или женщина, женское или мужское божество, у людей с мифологическим сознанием в разных регионах земного шара решался неоднозначно, но решение это отличалось либо односторонностью, признанием одного начала как главного и достойного поклонения, обожествления, либо путаницей, особенно характерной для египетских мифов, в которых признавали как создателя всего живого и Птаха, олицетворяющего мужское начало, и богиню Исиду. При этом вызывает сомнение разделение объектов поклонения только по территориальному признаку.

2. Не только территория, на которой проживают племя, род, этнос, нация, не только время, но и способ производства, иерархия производственных сил и производственных отношений существенно влияют на роль женщины в обществе и взгляд людей на ее возможности и задачи. Обожествление женщины, мысли о том, что происхождение жизни имеет женский источник, было характерно для собирательства, «оседлых сообществ крупных племенных групп» [1, с. 28].

3. Способ передачи власти иногда обусловливает форму брака. Так, инцест наиболее долго продержался в Египте, где власть передавалась от женщины фараона к женщине и, чтобы получить доступ к власти, сыновья были вынуждены жениться на матерях.

4. Обожествление женщины на разных этапах развития общества связано со способностью человека обожествлять тех, кто правит. Поскольку женщины правили, они обожествлялись. В данном случае мы видим частичное подтверждение концепции ученого Эвгемера, который считал, что герои мифов — это обожествленные люди, свершившие что-либо важное для народа или имеющие власть.

5. Мифологические образы и образы обожествленных женщин оказали сильное влияние на развитие поэзии, которая как часть

культуры и идеологии уже сверху, из области идеального культурного гипертекста, стала внушать людям, что в женщине есть божественное, возвышенное начало. 6. Женское правление, в отличие от мужского, тяготело к любви, которая ставилась превыше всего (Клеопатра), религии, научному поиску (Хатшепсут), оно опиралось на помощь и поддержку умных, талантливых мужчин и было тем успешнее, чем умнее, талантливее и дипломатичнее были избранные мужчины, чем более уважительно и трепетно они относились к женщине. Подтвердим вышеприведенные мысли содержанием текстов и рассуждениями автора. 1. Взгляд людей с мифологическим сознанием на роль женского и мужского начала в происхождении жизни. Знакомясь с теорией Баховена о предшествовании матриархата патриархату, зададим себе вопрос о том, везде ли был матриархат и везде ли древние люди верили, что первоисточником, началом жизни на земле является женщина?

В сборнике по египетской мифологии указывается, что существовало два класса людей:

1) «те, кто верил в то, что жизнь и природные феномены имеют женское происхождение»;

2) «те, кто верил в то, что жизнь и природное начало имеют мужское начало».

Обе философские школы существовали в Египте с самых ранних времен [1, с. 18]. Вызывает удивление, что древние люди не высказывали мысли о том, что началом жизни явились любовь и гармония, совместное мирное соединение противоположностей. Египтологи указывают, что «теория женского происхождения жизни развивалась в оседлых сообществах внутри крупных племенных групп» [1, с. 28]. «Все мужчины племени почитались как сыновья своих прародительниц, а боги — как сыновья богинь. Например, ирландское племя, известное как «Туата де Дананн» называло себя «Дети Дану, матери племени богов» [1, с. 29].

В кочевых племенах больший авторитет имели отцы, потому что благополучие кочевого племени зависело от ловкости мужчины. Ученые даже говорят о наличии племен мате-репоклонников и отцепоклонников. Был проведен анализ различных мифов, и высказана гипотеза, что «материнские» духи и божества, олицетворяющие Великую Мать, почитались

народами Средиземноморья, «которые быстро размножались в североафриканской области и распространялись по Малой Азии, Европе и вверх по долине Нила до самой Нубии, где Тот, верховный бог, был сыном Тефнут, одной из великих матерей» [1, с. 29].

В Центральной Африке у древних племен не наблюдалось подобных массовых культов. Хотя впоследствии именно в Африке во времена развития христианства уже найдут икону Черной Мадонны, и появится гипотеза о том, что жизнь зародилась именно в Африке благодаря женщине.

В Египте существовали и представления о мужском источнике зарождения жизни, например, создание жизни богом Птахом, который сделал себя сам, и о женском источнике всякой жизни, нашедшее выражение в культе богини Исиды, а также в культе древних женских божеств. В храмовом песнопении, посвященном Осирису, читаем:

Твоя мать Нут пришла к тебе в мире, Она построила жизнь из собственного тела. К тебе пришла Исида, владычица горизонта, Которая породила себя одна [1, с. 30]. Интересно, что в качестве прародительницы жизни выбирается Нут — богиня Неба. Указанным выбором подчеркивается небесное происхождение жизни.

Нейт также была высокочтимой богиней, ее культ относится к временам доисторического периода. Как главная богиня она почиталась при двадцати четырех династиях. Вероятно, Нейт была похожа на Артемиду, потому что по роду занятий являлась охотницей. Гимн, посвященный Нейт, содержит следующие строки:

Славься! Великая Мать, твое рождение было открыто;

Славься, Великая богиня, в подземном мире дважды сокрытая.

Непостижимая — славься! Божественная, твои покровы остались нетронутыми [1]. Типичная Великая Мать была девственной богиней, олицетворяющей женское начало, у нее был не имеющий отца сын, олицетворяющий мужское начало. Подобно кельтской Дану, она была матерью богов, от которых произошло человечество. Великая Мать, по мнению египтологов, имела несколько ипостасей, почиталась то как дух водный, то как земной, то как небесный. Одной из ипостасей Вели-

кой Матери была богиня Исида. У земледельцев она ассоциировалась с разливами Нила, у скотоводов с земным духом, который помогал росту злаков. Исида принимала различные формы: то облик женщины с зеленым лицом, то коровы в ипостаси богини Хатор, то гиппопотама в ипостаси фивянской Таурт, то кошки в ипостаси Бастет, то птицы в ипостаси Уад-жет, то лягушки в ипостаси Хакет. Служение богине Исиде, по мнению Мерри Хоуп, автора книги «Сущность женщины», возвышало личность человека, делая душу утонченнее, хотя и сопровождалось иногда ущербом плоти.

М. Хоуп не приводит в книге тех фактов, на которые обращали внимание египтологи: люди жестоко калечили себя, в жертву приносились даже дети. Мерри Хоуп создает миф о культе Исиды для того, чтобы подтвердить идею, возрождающуюся в наши времена: служа женскому началу — божественному, конечно, началу — люди делаются лучше. Вот прекрасное описание мифа, учившего людей, поклоняющихся Исиде, жить в атмосфере красоты и добра: «Одеяния посвященных в мистерии Исиды были белого цвета с узором золотистого и голубого цветов. Люди греческого сословия воздерживались от ношения шерстяных одежд, дабы избежать нечистых влияний со стороны одежд, одевались в лен. Мясо не входило в их рацион. Избегали они и крепких напитков, хотя иногда и позволяли себе небольшое количество разбавленного вина, но только перед магической или религиозной работой. Особое значение придавалось чистоте тела. Однако, судя по описанию церемоний с участием жриц, женщинам не приходилось расставаться со своими пышными гривами» [5, с. 61].

Хранители культа Исиды должны были быть целомудренными. Культ Исиды породил многообразную литературу, которую в целом можно назвать исидологией. Интересна книга Р.Е. Уитта «Исида в греко-римском мире». Ученый связывает ее культ с водой, описывая ритуал «процессии корабля, говоря, что Исида с моря» (или Исида Пелагия) — это та самая богиня, чьи слезы ежегодно наполняют море. По мнению Мерри Хоуп, роль Исиды как повелительницы моря впоследствии перешла к Деве Марии [5, с. 62-63].

Шэрон Роуз, автор книги «Путь жрицы, путь богини» также считает Деву Марию инкарнацией Исиды, доказывает, что Нотр-Дам (или любой готический собор) [6, с. 149] име-

ет убранство, скомпонованное в виде анха — древнеегипетского ключа жизни. Роуз поясняет: «человеческое сознание произошло из лона Исиды, которое символически изображено в виде пустого пространства в верхней петле анха [6, с. 150]. Анх — также символ Вечной Жизни. В данном случае, как мне представляется, идет слияние двух религий и атеистического мировидения. Ученые-атеисты рассматривают одного бога как трансформацию другого, одного святого как соединение нескольких земных образов, трансформацию какого-либо образа, полагая, что они — порождение сознания человека, а не божественные существа, жившие или живущие в реальности.

Приверженцы индуизма в каждом явлении видят инкарнацию предшествующего ему явления, верующие христиане веруют, что была конкретная личность и есть та же личность сейчас. Дева Мария была конкретной личностью и остается ею, уже вознесенная на небеса, не подвергаемая никаким инкарнациям. Тем не менее, изложенные выше гипотезы научно-публицистической литературы породили много художественных и научно-публицистических текстов, а также мифической литературы, в которой мысли о Вечной Женственности, божественном женском начале становятся темой, идеей, сюжетными ходами повествования. Так, например, культ Исиды играет существенную роль в художественном произведении Дэна Брауна «Код да Винчи» и в научной литературе, вызванной к жизни этим произведением. Саймон Кокс в книге «Взламывая код да Винчи» сообщает, что данная богиня была «дочерью Геба и Нут, а также сестрой Осириса, Сета, Не-фтиды и Тота» [4, с. 119].

Он рассказывает легенду о любви Исиды и Осириса, указывает, что эта богиня «славилась мудростью и хитроумием и считалась мудрее множества других богов» [4, с. 120]. Благодаря этим качествам она сумела узнать тайное имя бога Ра и, более того, получить у него разрешение передать это тайное знание Гору, а следовательно, и самим египетским фараонам.

Саймон Кокс указывает, что в эпоху Клеопатры культ Исиды стал официальной религией Египта и распространился далеко за его пределы, по многим землям Римской Империи [4, с. 121]. Ее храмы имелись в таких городах, как Афины, Помпеи, Париж и даже Лондон. Римский сенат, опасаясь волнений народных масс,

постановил разрушить храмы Исиды и Сарапи-са (Осириса), однако это так и не было сделано. Несмотря на запрет Юлия Цезаря, народы империи продолжали поклоняться Исиде». Возможно, этот культ был очень популярен среди матерей. «То, что Исида оберегала своего сына в детстве, стало причиной того, что ее почитали покровительницей всех детей» [4, с. 120]. Заклинания, в которых произносилось ее имя, полагали предохранить детей от ожогов, а также от укусов скорпионов, змей... Исида символизировала «мать, супругу, врачевательницу, защитницу, спасительницу» [4, с. 127].

По другим версиям, Осирис вовсе не брат Исиды, а ее первый сын. Признаком почитания великих матерей была идея, что у одного бога могло быть несколько матерей. Так в одном из храмовых песнопений матерями Осириса объявляются Исида и Нефтида: Бык, порожденный двумя коровами, Исидой и Нефтидой. Он потомок двух коров, Исиды и Нефтиды,

Ребенок необычайно прекрасен [1, с. 27]. В то же время этот бог был сыном своей матери Нут. «Таким образом, у Осириса было три матери. Скандинавский бог Хеймдалль имел девятерых матерей» [1, с. 27]. Мифы, рассказывающие о браках матерей с сыновьями, видоизменялись, что говорит об изменении отношения общества к данному явлению.

Рассмотрим брак матери с сыном как один из способов правления в древности, отражение в мифах фактов инцеста, переход к табу на инцест и отражение изменения содержания мифов, связанного с данным процессом.

При существовании идеи о первенстве женственного начала появляются мифы о том, как сыновья своих матерей становятся их мужьями: «Осирис, сын Исиды и Нефтиды, стал мужем своей матери» или матерей. Также и Геб, ставший мужем своей матери» [1, с. 38—39], бог Паппас (Атис, Адон) точно так же стал мужем богини Ма (Нанайи). «Нут порой называется «мать Ра», но в мифе о создании она его жена и тайная любовница Геба, бога Земли» [1, с. 42].

Вместе с тем, есть версия, что «Осирис — отец Исиды» [1, с. 66] и одновременно ее муж. Но более распространена вторая версия, в которой Осирис и Исида — муж и жена, одновременно мать и сын. Эта версия переплетается с политическим укладом Египта. В книге «Царь Эдип. Прошлое одной иллюзии» под

редакцией В. Чугунова указано, что в Древнем Египте инцест был реальным способом закрепления собственности за семьей, так как женщина обладала правом наследства. Инцестный брак являлся следствием экономических соображений. Несмотря на то, что мужчина был хозяином имущества семьи, в том случае, если у него умирала жена, контроль за собственностью, по египетской традиции, переходил к старшей дочери. Чтобы защитить свои интересы и удерживать нажитое, отец женился на дочери или брат на сестре. Египетские фараоны считали инцест чуть ли не привилегией царской семьи, кровосмесительные браки фараонов приводили к рождению большого количества дочерей.

«На протяжении долгих периодов египетской истории царская кровь текла в жилах женщин, а не мужчин, и женщина в Египте имела возможность править самостоятельно» [7, с. 36].

«Особенно был распространен инцест у фараонов 11-го тысячелетия до нашей эры и времени греко-египетской династии Птолемеев. Так, царь Птолемей II, женившись согласно египетской традиции на своей сестре, принял прозвище Филадельф (любящий сестру)» [7, с. 36].

Царь-поэт Эхнатон, который вместо бога Аполлона предложил культ Атона, прославился как слабый политик, но гуманный человек: «Сначала он был женат на своей матери Тейе, затем, после ее смерти, на двоюродной сестре своей матери Нефертити, и только потом, в третьем и четвертом браке, на женщинах, которые не являлись его кровными родственницами» [7, с. 38], и от каждого из этих браков у него родилось по одному сыну, второй из которых, Тутанхамон, еще в детстве стал фараоном. По мысли Чугунова, их Эхнатон был «прототипом персонажа беофийского мифа великого трагического героя драмы Софокла» [7, с. 39].

Можно сказать, что при формальном первенстве женского начала в период правления Клеопатры и Хатшепсут возвела их на трон гармония между ян и инь. Что касается инцеста как формы закрепления наследования в древнем мире, особенно в Египте, то с развитием торговли его значение стало падать, что отразилось в мифах и сказалось на ограничении власти и первенства не только мужского, но и женского начала, хотя и явилось для эволюции прогрессом.

В истории мифологии существуют и мифы, которые говорят не только о поклонении сына матери, но и о борьбе с ней за семейное счастье с молодой женой. Это, например, миф о старухе из Бэра, который мог бы символизировать идею мужского права и первенства в выборе, но только отчасти, потому что в качестве мотива борьбы сына с матерью выдвигается желание угодить женщине, то есть скорее этот миф еще и символизирует борьбу женщины с женщиной за власть над одним и тем же объектом любви.

«Одна из Великих матерей была обнаружена в Шотландии. Ее называли старуха из Бэра... Она описывается как очень больная старая женщина. Ее лицо было «темно-синее», а на лбу старухи имелся единственный водянистый глаз, но глаз ее был быстрым, как макрель в океане» [1, с. 32].

Названный выше мифологический персонаж участвовал в сотворении мира. «Она несла на спине большую корзину, наполненную камнями и землей. Согласно преданию, в различных частях северной Шотландии маленькие холмы были образованы после того, как земля просыпалась из ее корзины. Она освободила реки и сформировала озера. По ночам она отдыхала на горной вершине рядом с источником со свежей водой. Подобно ливийской Нейт, старуха, по всей видимости, была божеством скотоводческого и охотничьего народов, поскольку у нее были стада оленей, коз и овец, за которыми она все время присматривала» [1, с. 32].

На первый взгляд, миф о старухе связан с объяснением сезонных явлений. Так, именно он и представлен в сборнике «Египетская мифология» под ред. Е. Басовой.

«В весеннее время старуха ассоциировалась со штормами. Когда она чихала, ее было слышно за много миль. Но бурный гнев старухи в весенний период был вызван тем, что сын ее ускакал на белой лошади с прекрасной невестой. Она пустилась за ним в погоню на жеребце. Но сын не оставил свою невесту, которая, по-видимому, испытывала страх перед грозной старой женщиной. Однако старухе удалось держать их порознь, насылая бурю за бурей. Она хотела помешать наступлению лета. Старуха держала в руке волшебную палочку или, по другой версии, молот, которым размахивала над головой, чтобы помешать росту травы, но ей не удалось победить природу. И она свер-

шила финальную попытку, чтобы разлучить своего сына и его молодую невесту, которая, по всей видимости, была другом лета, вызвав страшный шторм и наводнение, намереваясь уничтожить все живое. Тогда сын вступил с ней в сражение и обратил ее в бегство. И так «старая зима прошла мимо» [1, с. 33].

Действительно, приведенный выше миф может быть расценен как изменение природных явлений, но, быть может, в нем отражено и предвестие появления табу на кровно-родственные браки, которое было вызвано желанием улучшить качество жизни, в частности, иметь более здоровое потомство.

Подробно о появлении и расширении табу на кровно-родственные браки пишет Ф. Энгельс в труде «О происхождении семьи, частной собственности, классов и государства». Он связывает этот феномен с развитием торговли, которое дало возможность людям общаться друг с другом и сравнивать детей, рожденных от кровно-родственных браков и от людей различных кровей.

Смена этических норм отразилась в поэтике мифов. В. Чугунов пишет: «Мифологический мотив кровосмешения, инцеста, брачные связи между ближайшими родственниками. отмечает особую роль мифического времени как эпохи первотворения, когда в брак вступает первая пара — небо и земля и т. п., в космогонических мифах (греческие Уран и Гея) как сын и мать; мать-земля и Йуругу у дого-нов; восточнославянские космогонистические представления, связанные с Купалой — кровосмесительный брак брата и сестры, огня и воды, символизируемый двухцветным цветком Иван-да-Марья, обозначает первопред-ков, в антропологических мифах (китайские Фуси и Нюйва, супруги брат и сестра; индуи-стические Брахма и его дочь; древнееврейские Ной и его дочери) или указывают на сверхъестественные отношения божеств (скандинавские ваны) Ньерд и др. — женились на своих сестрах; так же инцестные отношения египетских Осириса и Исиды, брата и сестры и др., брак греческих богов — египтян Зевса и его сестры Геры, общесемитские Балу и его дочери — жены Пидрай, Талай и Арцай, сестра и возлюбленная Анат), культурных героев (осетинские Шатана и Урызмат, брат и сестра по матери).

Инцест, осознаваемый как нарушение нормы, приводит к метаморфозам (у папуасов после инцеста брат и сестра Пи Хана пре-

вращаются в небесные тела), гибели божества (индийское божество Кецалькооталь после инцеста, коитуса со своей сестрой, удаляется в добровольное изгнание, где вскоре погибает, в наказание за инцест Брахмы с собственным творением — дочерью Савитри Шива отрубает богу одну из голов), к угрозе существования народа (эпидемия чумы в Фивах в правление Эдипа, женатого на своей матери Иокасте). В легендах о св. Григории инцест с матерью совершает ребенок от брака брата и сестры, искупление вины — в покаянии и обретении святости» [7, с. 55—57].

С появлением табу на кровно-родственные браки власть женщины ограничивается, как и власть мужчины. Даже царственные особы оказываются не только во власти природного и божественного законов, но и во власти общественных этических норм, за нарушение которых вынуждены нести наказание. Но интересно, что и до табу и некоторое время после него правящая женщина обожествлялась. В этом плане автор статьи отчасти согласен с мнением Эвгемера, считавшего, что в мифах многие божества появились потому, что люди обожествили по каким-то причинам правителя или правительницу. Причины обожествления были различны, но сходство их было в одном: обожествлялось то, что представляло особенную ценность для общества. Наиболее известны две царицы Египта — Клеопатра и Хатшепсут.

Если Клеопатру вспоминают как символ любви и красоты, то царицу Хатшепсут воспринимают, прежде всего, как правительницу, хотя и слабую в политике, но оказавшую определенное влияние на развитие науки, искусства, религии. Хатшепсут, по свидетельствам египтологов, «дважды оттеснила жреца храма Атона Тутмос III от трона. Несмотря на то, что в ходе интриг Тутмосу III удалось сместить Тутмоса I в ходе праздника, на котором оракул объявил его фараоном, через некоторое время принц-узурпатор был вынужден признать соправительницей Хатшепсут, а вскоре его полностью отодвинули в сторону, и царица правила одна, как «женщина Гор». Затем Тутмос II захватил трон от имени своего отца, а когда Тутмос I умер, Тутмос II заключил союз с Тутмосом III. После двух лет их совместного правления Тутмос II умер, но Тутмос III не смог удержаться на троне Хатшепсут, которая, по всей видимости, заручилась поддержкой ча-

сти жречества, снова взяла бразды правления в свои руки, и опять Тутмос III был оттеснен ею на задний план. На придворных праздниках он появлялся в одеяниях жреца» [1, с. 319].

В образе Хатшепсут выделяют сильный характер, незаурядные способности, ошибочно направленные в другое русло, преобладание анимуса над анимой, стремление подражать мужчинам во внешних публичных проявлениях. Известно, что на официальных церемониях она носила фальшивую бороду. Царица увлекалась религиозной деятельностью до такой степени, «что дела империи оказались заброшенными» [1, с. 331], что привело к многочисленным восстаниям, одним из мотивов которых было «нежелание подчиняться женщине» [1, с. 321].

Существует версия, что Хатшепсут умерла в результате дворцового заговора. Память о ней постарались уничтожить, не предполагая, что в мифах, легендах, исторических источниках царица воскреснет.

После ее смерти Тутмос III правил 55 лет, проявив себя как талантливый правитель, усмиряющий многочисленные восстания. Тем не менее, Хатшепсут оставила после себя «нечто положительное более для эстетики и куль-торологии, нежели для истории». Нельзя не заметить вклад Хатшепсут в руководство искусством архитектуры, ставшее возможным благодаря ее любви с архитектором Сенмутом. «В ознаменование своего юбилея Хатшепсут возвела два величественных обелиска высотой около 30 метров напротив храма в Карнахе, где Тутмос III был жрецом. Один из них до сих пор стоит вертикально, восхищая туристов. Обелиски, как и храм, спроектировал фаворит царицы — архитектор Сенмут» [1, с. 321].

По одной из версий, Хатшепсут успешно оттеснила Тутмоса III на второй план отчасти потому, что ее партию поддерживали влиятельные жрецы и архитектор Сенмут. Несмотря на то, что пребывание обеих вышеуказанных цариц на троне состоялось отчасти благодаря влиянию мужчин, надо отдать должное уму, дипломатическим и неким другим способностям этих женщин, сумевших обеспечить себе поддержку мужчин и указать, что не всякая женщина может правильно построить отношения с влиятельными лицами и получить от них желаемое.

Можно сказать, что при формальном первенстве женского начала в период правления

Клеопатры и Хатшепсут возвела их на трон

гармония между ян и инь.

Сделаем выводы.

1. Представления древних, имевших мифологическое сознание людей об источнике начала бытия были односторонними, зависели и от территории, и от образа жизни (кочевничество или собирательство), и от того, кто находится у власти. Не было распространено мнение о том, что первопричина жизни людей — это страстный любовный союз женского и мужского начал, которые равны по значимости, хотя и разделяются функционально.

2. В древнем обществе способ производства и весь образ жизни племени в целом обеспечивали власть женщины. Так, в оседлых племенах было распространено поклонение великой Матери — источнику жизни.

3. Способность людей обожествлять правящих создало предпосылки для культа Богини и ее ипостасей, а также поклонению правительницам как богиням.

4. Правящие женщины вынуждены были опираться на благосклонность и помощь выдающихся мужчин, покоряя их сердца любовью, лаской, похвалами, восхвалениями, подарками, открытием возможностей влиять на историю семьи, племени, государства.

5. Мужчины, на которых опиралось правление женщин, совершенствовали свое отношение к женщинам более высокого ранга, делая его все более дипломатичным, трепетным, возвышенным, любовным, создавая предпосылки для поклонения Богине и в дальнейшем для культа Прекрасной дамы.

6. Правление женщин племенем и государством, особенно в Египте, факт наследования власти по материнской линии приводили к инцестам, при которых, чтобы получить хотя бы часть власти, сын должен был жениться на матери или ее ближайших родственницах, при этом нередко такие браки свершались по расчету, хотя, по свидетельствам мифов, в некоторых из них присутствовала и любовь.

7. Признание автором статьи и рядом ученых идеи Г.В. Ф. Гегеля о том, что развитие происходит по трем законам диалек-

тики, в частности, по закону отрицания отрицания, позволяет выдвинуть гипотезу о том, что в будущем возможна такая форма правления, как биархат, при котором будут сняты такие негативные явления матриархата и патриархата, как угнетние одного пола другим и инцест, и сохранены такие положительные качества, как взаимные любовь и уважение обоих правящих сторон друг к другу, признание значительности и божественности роли каждого пола для рождения, развития и совершенствования человека и государства.

8. В искусстве надо будет ожидать возвращения возвышенного отношения к женщине.

Культура общества и политика поднимутся на новый позитивный уровень, который будет характеризоваться миролюбием, расцветом искусств, религий, науки.

Превращение теоретического прогноза в жизнь — плод эволюционных, а не революционных насильственных изменений и в ближайшем будущем вряд ли оно состоится. Вероятнее всего, пройдет не один век до полного воплощения теории в практику. Наш долг — способствовать данному процессу, в том числе исследованиями о роли женщины в мире.

Литература

1. Басова Е. Египетская мифология М.: Эксмо, 2007.

2. Блок А. Лирика. М.: Правда, 1988.

3. Брюсов В.Я. Стихотворения. Поэмы. М.: Худ. лит., 1987.

4. Кокс Саймон. Взламывая код да Винчи. М.: АСТ, 2006.

5. Роуз Шэрон. Путь жрицы, путь богини София. М., 2007.

6. Хоуп М. Сущность женщины. М.: София, 2007.

7. Царь Эдип. Прошлое одной иллюзии / Под ред. В. Чугунова. М.: Эксмо, 2002.

УДК 338.242

I АНТИКВАРИАТ КАК ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КАТЕГОРИЯ

I Назаров Владимир Борисович, аспирант, vlad284@mail.ru,

| ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва

The article critically examines the definitions of the antiques existing in the literature and shows their unique place in the system of commodity relations. The author gives his own general definition of the subject. Antiques are presented as a group of heterogeneous goods that nevertheless have some of the basic characteristics in common.

В статье критически рассмотрены существующие в литературе определения антиквариата и показано его особое место в системе товарных отношений. Дано обобщающее определение предмета исследования. Антиквариат представлен как группа неоднородных товаров, обладающих, тем не менее, рядом общих базовых характеристик.

Keywords: antiques, market, product, customer and exchange value

Ключевые слова: антиквариат, рынок, товар, потребительская и меновая стоимость

Обращаясь к рассмотрению «новой» экономической категории — антиквариата как своеобразного товара в системе рыночных отношений, следует, прежде всего, ознакомиться с тем, как характеризовался он в экономиче-

ской и справочной литературе ранее и насколько полными были эти характеристики. Слово «новый» сознательно взято в кавычки, потому что по отношению к предмету исследования такое определение представляется оксюмороном.