Спортивные мотивы в отечественном искусстве 1920-х 1930-х годов

Д. Ю. Брагинский

СПОРТИВНЫЕ МОТИВЫ В ОТЕЧЕСТВЕННОМ ИСКУССТВЕ

1920-х - 1930-х ГОДОВ

Работа представлена кафедрой истории зарубежной музыки Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова. Научный руководитель - доктор искусствоведения, профессор Л. Г. Ковнацкая

В статье анализируется воплощение спортивных мотивов в отечественном искусстве. Тема спорта вошла в советское искусство в начале XX в. и спорт как составная часть массовой культуры являлся эффективным способом воздействия на широкие народные массы, так как, в сущности, служил своеобразным орудием пропаганды.

Ключевые слова: советское искусство 1920-х - 1930-х гг. и спорт.

3 8

The article is devoted to the analysis of sport motives in the Soviet art. The subject of sport entered the Soviet art at the beginning of the 20th century. Sport as mass culture was a kind of a political method of mass therapy in the Soviet Union. The Communist government tried to use its great prestige and popularity for the sake of mass propaganda.

Key words: Soviet art of the 1920-1930s and sport.

Бурный всплеск интереса к спорту в СССР, отвечавший многим существенным потребностям общественной психологии, в 1920-1930-е гг. охватил разные виды отечественного искусства, оставив прочный след в музыке, литературе, архитектуре, изобразительном и прикладном искусстве.

С футболом связана важная сюжетная линия романа Юрия Олеши «Зависть» (1928): Володя Макаров, один из главных персонажей, олицетворяющий будущее страны, - голкипер, защищающий ворота московской команды, а действие финальных сцен романа развертывается на футбольном стадионе во время международного матча. После успеха романа писатель использовал его фабулу в пьесе «Заговор чувств» (1929), завершающуюся характерной авторской ремаркой: «Марш. Идут футболисты по лестнице. Двадцать два человека в пестрых одеждах»1 . Спортивные мотивы «Зависти» Ю. Олеша использовал и в киносценарии «Дискобол» (1935), положенном в основу фильма «Строгий юноша» (режиссер Абрам Роом).

Настоящий шахматный ажиотаж, вспыхнувший в СССР в середине 1920-х гг., сатирически описали Илья Ильф и Евгений Петров в романе «Двенадцать стульев»2 (глава XXVIII «Междупланетный шахматный конгресс»). Юмористические очерки «Любители футбола» (1931) и «Честное сердце болельщика» (1932) эти же авторы посвятили многочисленной армии московских поклонников народной игры.

В советском музыкальном искусстве 1920-х гг. спортивная тема получила специфическое воплощение. По наблюдению Л. Акопяна, «в функции жанра, реализующего основную мифологическую схему эпо-

хи, опера, оратория и кантата оказались вытеснены особого рода театрализованной „мистерией" - широко распространенным элементом первомайских, октябрьских и прочих официальных торжеств первых лет революции»3.

Массовое физкультурное движение, согласно коммунистическим установкам, выражало идею народного патриотизма, а праздничные парады были призваны символизировать энтузиазм и оптимизм народных масс. Начиная с середины 1920-х гг. «физкультурные парады, как смотры достижений физкультурников, большие спортивные праздники, стали проводиться ежегодно в крупнейших центрах страны. Был выработан порядок проведения физкультур-ных парадов, включающий торжественное открытие, марш-парад, гимнастические выступления и спортивные соревнования по легкой атлетике, борьбе, тяжелой атлетике, играм ит. д. С 1937 года в Советском Союзе проводятся всесоюзные физкультурные парады с участием представителей всех союзных республик. Задуманные как важное средство агитации и пропаганды физической культуры и спорта, эти парады имели в то же время ярко выраженную политическую и идейную направленность»4.

Грандиозные театрализованные спортив -ные шествия, проходившие на Красной площади5, превращались в крупнейшие события политической и культурной жизни. Физкультурные парады ставили такие знаменитые режиссеры и балетмейстеры, как В. Мейерхольд и С. Рад лов, К. Го-лейзовский и И. Моисеев. Контроль над их проведением осуществлялся на самом высоком партийном и правительственном уровне.

Грандиозная «театральная мистерия», подготовленная И. Моисеевым, легла в основу документального кинофильма «Ста-линское племя», снятого советскими кинематографистами в качестве ответа на успешную премьеру ленты «Олимпия» Лени Рифеншталь. В параде 1937 г., посвященном 20-летию Октябрьской революции, принимали участие сорок пять тысяч «лучших спортсменов страны - членов добровольных спортивных обществ и физкультурников рабоче-крестьянской Красной Армии»6 . На трибуне Мавзолея присутствовал «лучший друг советских физкультурников» И. Сталин. Театрализованные физкультурные парады воплощали дух эпохи. Не случайно подобное масштабное шествие, поставленное на музыку И. Дунаевского, стало пафосным финалом киноленты Г. Александрова «Цирк».

В постановлениях партии подчеркивалось, что физическая культура и спорт должны использоваться не только как часть общеполитического воспитания, но и как своеобразное средство объединения рабочих и крестьян вокруг партийных, советских и профсоюзных организаций.

Героизированная, романтичная трактовка спорта получила воплощение в полотнах многих советских художников, входивших в творческие объединения «ОСТ»7 и «Круг художников»8.

Тема спорта стояла на первом плане для одного из основоположников группы «ОСТ» Александра Дейнеки. «Страстный поборник массового физкультурного движения»9, художник воплотил излюбленную тему в живописном «спортивном цикле»10: «Футбол» (1924), «Теннис» (1926), «Лыжники» (1926), «Боксер Град ополов» (1926), «Футболист» (1932), «Кросс» (1931), «Спорт», «Утренняя зарядка», «Игра в мяч» (1932), «Бег» (1933), «Бегуны» (1934), «Вратарь» (1934).

Петр Вильяме был более известен своими сценографическими работами в Боль -шом театре СССР. Стремясь воплотить в

станковой живописи всю остроту и напряженность современного ощущения жизни, он обращался к спортивной теме в своих полотнах «Акробатка» и «Человек в лодке». Живописец, график и сценограф Константин Вялов, также входивший в объединение «ОСТ», создал такие работы, как «Мотоциклетный пробег», «Старт. Водный спорт», «Пинг-понг».

В конце 1920-х гг. страна переживала настоящий спортивный бум. Особым вниманием живописцев и скульпторов в качестве моделей пользовались спортсмены и спортсменки. Особенно нужно выделить творчество члена объединения «Круг художников» Александра Самохвалова, создавшего картины «Девушка в футболке», «На стадионе», «Спартаковка», «Девушка с ядром», «Физкультурница с букетом». Важное место в его творчестве занимают два объемных панно: «Сергей Миронович Киров принимает парад физкультурников» и «Советская физкультура». Последняя монументальная работа экспонировалась на Международной выставке в Париже11 (1937) в павильоне СССР, увенчанном легендарной скульптурой Веры Мухиной «Рабочий и колхозница».

Во Франции над оформлением помпезного павильона СССР, облицованного самаркандским мрамором (архитектор Б. Иофан), в числе других работал и скульптор Иосиф Чайков12, активно развивавший в своем творчестве спортивную тему. Он создал скульптуры «Прыгун с шестом», «Аквалангистка», «Парапланерист», однако самым известным его произведением считается трехметровая скульптурная группа «Футболисты», впервые представленная в павильоне СССР на Всемирной выставке в Нью-Йорке (1939), а потом долгие годы стоявшая в Москве перед зданием Третьяковской галереи13.

Спортивные мотивы доминировали в художественном оформлении многих станций московского метрополитена, построенных в 1930-е гг. Дизайн этих «величайших

архитектурных сооружений периода раннего сталинизма»14, разработанный по авторским проектам, вышел за рамки «чистой декоративности», приблизившись к «синтезу архитектуры, искусства и идеологии»15. Среди многочисленных скульптур, созданных Матвеем Манизером для обрамления арочных проходов станции «Площадь Революции», оптимистический образ нового поколения символизируют фигуры четырех спортсменов. В серии мозаичных плафонов, разработанных для станции «Маяковская», А. Дейнека ставил перед собой цель изобразить многообразие жизни в Советском Союзе, уделив спортивной теме пристальное внимание в таких композициях, как «Прыгун с шестом», «Лыжник, прыгающий с трамплина», «Прыгуны в воду», «Парашютисты».

Спортивная тема нашла свое отражение и в творчестве Шостаковича. Прежде всего он создал балет «Золотой век», соч. 22 (1929), сюжет которого повествовал о выступлении советской футбольной команды «в большом капиталистическом городе Запада»16. Спортивные и физкультурные мотивы можно обнаружить также в произведениях, возникших почти одновременно с «Золотым веком» или последовавших за ним. Балет «Болт», соч. 27 (1931) начинается со сцены утренней зарядки, проходящей в заводском цеху. Этот номер озаглавлен «На работу с гимнастикой» (в некоторых редакциях он назван кратко «Гимнастика») и представляет собой едкую пародию на

музыкальное сопровождение, входившее обычно в комплекс физических упражнений, выполняемых рабочими на производстве. В партитуру балета «Болт» композитор включил и физкультурную музыку, первоначально написанную для кинофильма Г. Козинцева и Л. Трауберга «Одна» (1931). Некоторые музыкальные номера, написанные для этой ленты, но не вошедшие в окончательную редакцию, как определила О. Дигонская, «сразу же нашли применение в балете „Болт", сочинявшемся почти параллельно: вариант знаменитого „Галопа" („Какая хорошая будет жизнь") использован в балете в номере „Бюрократ"... музыка утренней зарядки в „Одной" звучит в „Сцене наполнения цеха"»17.

Спортивно-физкультурные мотивы, присутствовавшие во многих сочинениях Шостаковича начала 1930-х, продолжил «Футбол», хореографическая сцена («сценка», согласно терминологии военного времени) из музыки к театрализованной программе «Русская река», соч. 66 (1944), созданной композитором для Ансамбля песни и пляски НКВД Центрального клуба им. Ф. Э. Дзержинского.

Отношение к физкультуре и спорту в СССР, как и в других тоталитарных стра-нах, всегда носило ярко выраженную идеологическую окраску. Общий фон, на котором произрастала эта тема в музыкальном искусстве, исторически гораздо более глубок и многообразен, чем только урбанистическая культура больших городов.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Олеша Ю. Заговор чувств. СПб., 1999. С. 484.

2 Впервые опубликован в 1929 г.

3 Акопян Л. О. Феноменология творчества Шостаковича. СПб., 2004. С. 56.

4 Лебедева Е. В августе 45-го. // Родина. 2007. № 8.

5 В 1936 г. у стен Кремля даже состоялся показательный матч между московскими командами «Спартак» и «Динамо», для чего на Красной площади было специально выстроено футбольное поле с покрытием из войлока.

6 Известия. 1937. 12 июля.

7 ОСТ (Общество станковистов) - творческое объединение московских художников (1925-1932). Создано группой выпускников Вхутемаса. В ОСТ входили Д. Штеренберг (председатель), П. Вильяме, А. Дайнека, Ю. Пименов, А. Тышлер, А. Лабас, С. Лучишкин и др. Участники объединения

4 1

ставили целью создание «активного революционного искусства», отражение типических явлений современной действительности. Для произведений «остовцев», посвященных в основном темам индустриализации, спорта, жизни города, характерны острота и лаконичность формы, динамика композиции, четкость рисунка.

8 «Круг художников» - крупнейшее творческое общество Ленинграда, организованное в 1926 г. выпускниками ВХУТЕИНа В. Пакулиным, А. Пахомовым, А. Самохваловым, С. Русаковым и др..

9 Сысоев В. Александр Дейнека. М., 1989. С. 268.

10 Манин М. Русская живопись XX века: В 3 т. СПб., 2007. Т. 2. С. 159.

11 Панно Самохвалова «Советская физкультура», как и его картина «Девушка в футболке», были удостоены Гран-при на Парижской всемирной выставке.

12 Чайков Иосиф Моисеевич (1888-1979) - советский скульптор, участвовавший в оформлении таких важных монументальных проектов, как Аллея ударников в Центральном парке культуры и отдыха имени Максима Горького, а также Павильонов СССР на Всемирных выставках в Париже (1937 г.) и Нью-Йорке (1939 г.).

13 В настоящее время скульптура «Футболисты» демонстрируется в зале Третьяковской галереи, расположенном на Крымском Валу.

14 О'Махони М. Записки из подземки. Московское метро и физкультура в 30-е гг. XX в. / / Неприкосновенный запас. 2002. № 3.

15 Там же.

16 Золотой век. Буклет. М.; Л., 1931. С. 9.

17 Дигонская О. Шостакович в середине 1930-х: оперные планы и воплощения // Музыкальная академия. 2007. № 1. С. 49.