Уголовно-процессуальная форма в законодательстве, теории и практике советского и постсоветского российского уголовного судопроизводства

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 343.3

Т.З. Зинатуллин, Д.Р. Гимазетдинов

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ФОРМА В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ, ТЕОРИИ И ПРАКТИКЕ СОВЕТСКОГО И ПОСТСОВЕТСКОГО РОССИЙСКОГО УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Рассматривается эволюция уголовно-процессуальной формы в советской и постсоветской России. Имевшая место острая дискуссия по проблеме единства и дифференциации форм производства по уголовным делам привела к торжеству последней по УПК РФ XXI в. Показана социальная ценность такой дифференциации в достижении назначения современного российского уголовного судопроизводства.

Ключевые слова: уголовно-процессуальная форма, социальная ценность ее дифференциации.

Становление и развитие уголовно-процессуальной формы производств по уголовным делам проходило в России в очень сложных законотворческих и правоприменительных условиях. Упразднив в соответствии с Декретом о суде № 1 от 24 ноября 1917 г. все до ныне существующие общие судебные установления (п. 1) и возложив «до преобразования всего порядка судопроизводства предварительное следствие по уголовным делам ... на местных судей единолично», а также допустив в роли обвинителей и защитников всех пользующихся гражданскими правами непорочных граждан (и. 3), Совет Народных Комиссаров (СНК) РСФСР обозначил, по сути, лишь лиц, на которых возлагалось производство по уголовным делам, и тех граждан, кто мог быть привлечен к участию в таком производстве. Что касается процессуальной формы производства по уголовным делам, то ее контуры содержаться в Постановлении НКЮ от 16 декабря 1917 г. «О производстве арестов, обысков, выемок и всяких иных следственных действий только по ордерам следственных и судебных учреждений» и более обстоятельно в Декретах ВЦИК «О суде» (декрет № 2) от 7 марта 1918 г. и СНК РСФСР «О суде» (декрет № 3) от 20 июля 1918 г., а также в целом ряде актов (Декрет СНК РСФСР «О революционных трибуналах» от 4 мая 1918 г.; Декрет ВЦИК «О народном суде РСФСР» от 30 ноября 1918 г.; Постановление ВЦИК «О Всероссийской чрезвычайной комиссии» от 17 февраля 1919 г.; Положение о полковых судах от 10 июля 1919 г.; Положение о военных следователях от 30 сентября 1919 г.; Положение о народном суде РСФСР от 21 октября 1920 г.)1.

ВЦИК своим постановление от 25 мая 1922 г. принимает и вводит в действие с 1 июля 1922 г. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, согласно ст. 1 которого «порядок производства уголовных дел в судебных учреждениях РСФСР определяется настоящим Кодексом».

В связи с последующей активной законодательной работой ВЦИК (принятием, в частности, Положений «О прокурорском надзоре» от 28 мая 1922 г. и «О судоустройстве РСФСР» от 11 ноября 1922 г.) возникла необходимость в новом УПК РСФСР, который и был утвержден Постановлением ВЦИК от 15 февраля 1923 г. УПК РСФСР 1923 г. В нем был обстоятельно регламентирован обычный порядок производства по уголовным делам до суда, в народном суде, в губернских судах, в трибуналах (отдел четвертый УПК РСФСР), а также в Верховном Суде (отдел пятый УПК РСФСР) и сохранены и разделы, регулирующие особые виды производств в народном суде (ст. 351-372). УПК РСФСР, в который в последующие годы было внесено множество изменений и дополнений, в частности, Постановлениями ВЦИК и СНК РСФСР от 10 декабря 1934 г. глава 33 «О расследовании и рассмотрении дел о террористических организациях и террористических актах против работников Советской власти» и глава 34 «О рассмотрении дел о контрреволюционном вредительстве и диверсиях» от 2 февраля 1938 г., применялся до начала действия УПК РСФСР от 27 октября 1960 г. с 1 января 1961 г. В принятых 31 октября 1924 г. Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик также указывалось на то, что «порядок производства уголовных дел в судебных учреждениях Союза ССР определяется: а) настоящим положением об Основах уголовного судопроизводства; б) издаваемым в порядке общесоюзного законодательства Особым Положением о Верховном Суде Союза ССР и специальными положениями, определяющими особенности производства в военно-судебных учреждениях; в) уголовно-процессуальными законами союзных республик» (ст. 1).

1 См.: История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры. Сборник документов / под ред. С.А. Голунского. М.: Госюриздат, 1955. С. 31-187.

В правоприменительной практике уголовные дела рассматривались не только народными судами, но и военными трибуналами, линейными судами железнодорожного и водного транспорта, а также специальными судами, созданными на основании Постановления ЦИК СССР от 10 июля 1934 г. «О рассмотрении дел о преступлениях, расследуемых Народным комиссариатом внутренних дел Союза ССР и его местными органами».

Механизм упрощенного производства был оформлен постановлением «О порядке ведения дел о подготовке или совершении террористических актов» от 3 декабря 1934 г. (после убийства члена Политбюро ЦК ВКП(б) С.М. Кирова). Постановление предписывало: «1. Следственным властям вести дела обвиняемых в подготовке или совершении террористических актов ускоренным порядком. 2. Судебным органам не задерживать исполнение приговоров о высшей мере наказания из-за ходатайства преступников данной категории о помиловании, так как президиум ЦИК Союза ССР не считает возможным принимать подобные ходатайства к рассмотрению. 3. Органам Наркомвнудела приводить в исполнение приговор о высшей мере наказания в отношении преступников названных категорий немедленно по вынесении судебных приговоров». 5 декабря 1934 г. Постановлением ЦИК СССР соответствующие изменения были внесены в действующие уголовно-процессуальные кодексы. Согласно им следствие по названным делам заканчивалось в срок не более 10 дней; обвинительное заключение вручалось обвиняемому за одни сутки до рассмотрения дела в суде; дело слушалось без участия сторон; кассационное обжалование приговоров, как и подача ходатайств о помиловании, не допускалось; приговор к высшей мере наказания приводился в исполнение сразу же после вынесения приговора.

Маховик применения упрощенной формы предварительного следствия (не более 10 дней) и рассмотрения уголовных дел спецсудами и Особым совещанием при НКВД СССР (внесудебный орган) набрал свою мощь в период предвоенных сталинских репрессий, жертвами которых стали не только видные партийные и государственные деятели, крупные военноначальники, но и масса простых граждан2. Признание обвиняемым своей вины было достаточным основанием для постановления Особым совещанием под председательством В. Ульриха приговора к высшей мере наказания -расстрелу, который тут же приводился в исполнение во внутреннем дворе НКВД Союза ССР. На основании Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР от 22 июля 1941 г. «О военном положении» и Положения о военных трибуналах по такой же сокращенной процессуальной форме рассматривались дела о преступлениях, направленных против обороны общественного порядка и государственной безопасности. Названные исключительные порядки производства по уголовным делам были отменены Указом Президиума Верховного Совета СССР лишь 19 апреля 1956 г.

Как видим, дифференциация процессуальной формы производства по уголовным делам была закреплена на законодательном уровне с самых первых дней существования советской власти, захватывая все более широкие сферы. При этом такая дифференциация носила однобокий характер, ибо развивалась только в сторону упрощения и ускорения процессуальной формы производства по уголовным делам.

Необходимо отметить, что УПК РСФСР 1922 и 1923 гг. и внесенные в последующие годы изменения и дополнения в уголовно-процессуальное законодательство не содержали в себе норм, согласно которым процессуальная форма производства по уголовным делам в какой-то мере усложнялась.

Вторая половина 50-х гг. прошлого столетия ознаменовалась разработкой и принятием Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик

Содержание УПК РСФСР от 27 октября 1960 г. первоначально было ориентировано на то, что «установленный уголовно-процессуальным законами порядок судопроизводства является единым и обязательным по всем уголовным делам и для всех судов, органов прокуратуры, предварительного следствия и дознания» (ст. 1). Из такой законодательной установки и того, что производство по уголовному делу: а) было направлено на выполнение общих задач уголовного судопроизводства (ст. 2); б) осуществлялось на основе общих для всех уголовно-процессуальных производств уголовнопроцессуальных принципах (ст. 11-14, 16-20); в) подлежащие доказыванию обстоятельства (ст. 68) в

2 См.: Стецовский Ю.И. Судебная власть. М., 1999. С. 18-40; Столяров К.А. Палачи и жертвы. М., 1997; Звягинцев А.Г., Орлов Ю.Г. Приговоренные временем. Российские и советские прокуроры. ХХ век. 1937-1938 гг. М., 2001.

своем структурном отношении являются едиными для всех стадий производства по ним; г) что такие обстоятельства устанавливаются одинаковыми средствами уголовно-процессуального доказывания (доказательствами, источниками доказательствами, источниками доказательств, способами собирания доказательств); д) что вид и объем возможного использования средств уголовно-процессуального принуждения по всем уголовным делам и ко всем участникам уголовного процесса одинаков; е) что порядок совершения и процессуального оформления следственных и иных процессуальных действий не зависит от того, производятся ли такие действия дознавателем пли следователем, рассматриваются и разрешаются дела судами вне зависимости от их подсудности в одинаковом процессуальном порядке и с принятием и постановлением одинаковых процессуальных актов, делался вывод о том, что уголовно-процессуальная форма производства является единой, твердой по всем уголовным делам, обеспечивающей: «1. осуществление социалистической законности в судебной и следственной деятельности; 2. обеспечение правильности расследования и разрешения уголовных дел по существу, установление по ним истины; 3. обеспечение общественно-воспитательного результата деятельности советского суда; 4. обеспечение прав и законных интересов граждан»3.

При всей правильности приведенных доводов нельзя игнорировать такие факторы, как разграничение форм предварительного расследования на дознание и предварительное следствие, осуществляемое разными органами расследования (ст. 117, 125); подразделение деятельности органов дознания по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно (ст. 119) и необязательно (ст. 120), с установленными для производства дознания и следствия разными процессуальными сроками (ст. 121, 133). Дифференциация досудебных производств, даже при наличии общих из числа указанных выше характерных для уголовно-процессуальной формы свойств (задачи, принципы и т.д.), законодателем была изначально заложена в УПК РСФСР 1960 г. Причем это относилось не только к тому, что в форме дознания или предварительного следствия осуществлялось по уголовным делам досудебное производство, но и касалось таких категорий обвиняемых, как несовершеннолетние и лица, в отношении которых осуществляется производство по применению принудительных мер медицинского характера. При этом отметим, что установленные по таким категориям уголовных дел особенности относились как к досудебному, так и судебному производству по ним (гл. 32 и 33 УПК РСФСР).

Поиск оптимальных путей решения задач уголовного судопроизводства вызвал в середине 70-х г. XX в. острую дискуссию по вопросу о возможной более широкой дифференциации уголовнопроцессуальных форм производства по уголовным делам. В процессуальной литературе появляется ряд статей как противников4, так и сторонников5 такой дифференциации.

Дискуссия о возможности дифференциации производств по уголовным делам приобрела наибольшую остроту в связи с обсуждением вопроса о возможном переводе преступлений небольшой общественной опасности в категорию уголовных проступков6. Это привело к тому, что Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 24 января 1985 г. УПК РСФСР 1960 г. был дополнен разделом IX «Протокольная форма досудебной подготовки материалов».

Суть такой формы производства по уголовным делам заключалась в том, что фактические обстоятельства совершенного преступления из числа перечисленных в ст. 414 УПК РСФСР, устанавливались в упрощенном и ускоренном процессуальном порядке. В качестве условий для возможности такого производства, помимо указанных законодателем составов преступлений, выступило и то, что обстоятельства дела должны быть «относительно просты, лицо, совершившее преступление, известно, а для доказывания его виновности нет необходимости в производстве следственных действий, тем более связанных с применением уголовно-процессуального принуждения»7.

Ко времени принятия УПК РФ 2001 г. протокольное производство включало в себя совершение в десятидневный срок действий по установлению обстоятельств преступления и личности правонарушителя, получению объяснений от правонарушителя, очевидцев, потерпевших и других лиц, ис-

3 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М.: Наука, 1968. Т. I. С. 53.

4 См.: Строгович М.С. О единой форме уголовного судопроизводства и пределах ее дифференциации // Соц. законность. 1974. № 9; Чечина Н.Л., Элькинд П.С. Формы правосудия: проблема единства и дифференциации порядка осуществления правосудия // Государство и право развитого социализма в СССР. Л., 1977. С. 313-325.

5 Пашкевич П.Ф. Процессуальные формы судопроизводства нужно дифференцировать // Соц. законность. 1974. № 9; Гуляев А.П. Единый порядок предполагает дифференциацию // Соц. законность. 1975. № 3.

6 См.: Курляндский В. Преступление или проступок // Литературная газета. 1972. 30 окт.

7 Комментарий к Уголовно-процессуальному Кодексу РСФСР / под ред. В.М. Савицкого и др. М., 1999. С. 484.

требованию справок о наличии или отсутствии судимости у правонарушителя, характеристики с места его работы или учебы и других материалов, имеющих значение для рассмотрения дела в суде. Об обстоятельствах совершенного преступления составлялся протокол. После этого уголовное дело направлялось прокурору. Прокурору предоставлялось право принять одно из следующих решений: 1) о направлении уголовного дела в суд; 2) о направлении уголовного дела для производства дознания или предварительного следствия; 3) о прекращении уголовного дела. Дела о преступлениях, перечисленных в ст. 414 УПК РСФСР, подлежали рассмотрению в суде не позднее чем в четырнадцатидневный срок с момента поступления материалов в суд.

Протокольная форма производства по уголовным делам получила поддержку у процессуалистов и достаточно широко использовалась на практике8.

Разработчики УПК РФ 2001 г. не сочли возможным сохранить такую форму производства по уголовным делам. Некоторыми процессуалистами воспринимается это в качестве одного из недостатков действующего уголовно-процессуального законодательства9.

В связи с возрождением института присяжных заседателей законодатель 16 июля 1993 г. дополнил УПК РСФСР разд. Х «Производство в суде присяжных» (ст. 420-462). Названное производство «перекочевало» и в ныне действующее законодательство.

Мировому судье были подсудны и уголовные дела о преступлениях небольшой тяжести, кроме дел о тех преступлениях, что были перечислены в ч. 2 ст. 467 УПК РСФСР. Расследование уголовных дел по таким составам преступлений осуществлялось, как правило, в форме дознания. С учетом данного обстоятельства досудебное производство по таким уголовным делам осуществлялось в упрощенной, в том числе и ускоренной, уголовно-процессуальной форме. Что же касается производства по таким уголовным делам в судебных стадиях уголовного процесса, то в этой части имела место обычная уголовно-процессуальная форма производства (ст. 473, 476-477 УПК РСФСР).

По делам частного обвинения и по уголовным делам о преступлениях небольшой тяжести, подсудных мировому судье, законодатель допускал возможность сокращенного судебного следствия. Содержание такого следствия, согласно ст. 475 УПК РСФСР, заключалось в том, что по ходатайству одной из сторон и при отсутствии возражений другой стороны суд имел право ограничить судебное следствие допросами подсудимого и потерпевшего, а также исследованием тех доказательств, на которые укажут стороны.

XXI в. ознаменовался принятием нового уголовно-процессуального законодательства. 18 декабря 2001 г. Президентом России был утвержден УПК РФ со вступлением его основных положений в действие с 1 июля 2002 г.

Несмотря на то что в УПК РФ 2001 г. за время его действия внесено весьма значительное количество изменений и дополнений, в основных своих доминантах он остается без существенных изменений: приоритетным в назначении уголовного судопроизводства остается защита прав и законных интересов его участников; уголовно-процессуальная деятельность основывается на закрепленных в ст. 6.1-19 УПК РФ уголовно-процессуальных принципах: производство по уголовным делам осуществляется в установленном ст. 1 УПК РФ процессуальном порядке и закрепленной в УПК РФ уголовно-процессуальной форме.

Самое существенное отличие действующего УПК РФ от всех своих предшественников состоит в том, что в нем закреплен самый широкий спектр уголовно-процессуальных производств. Причем дифференциация уголовно-процессуальных форм таких производств осуществлена по самым различным основаниям.

Дифференциация уголовно-процессуальных форм производств по уголовным делам осуществлена, прежде всего, исходя из того, необходимо или нет разрешить по данному конкретному делу основной, главный вопрос уголовного судопроизводства об уголовной ответственности лица за инкриминированное ему преступление. Наряду с так называемым обычным (ординарным) уголовнопроцессуальным производством, которое осуществляется по основной массе уголовных дел и предполагает производство по ним как в досудебных, так и в судебных стадиях уголовного судопроизводства, имеют место как упрощенные, так и усложненные уголовно-процессуальные производства.

8 См.: Басков В.И. Протокольная форма досудебной подготовки материалов: практическое пособие. М., 1989.; Лонь С.Л. Протокольное производство (по материалам Западной Сибири): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 1992.

9 См.: Якимович Ю.К. Избранные труды. СПб.: Юридический центр - Пресс, 2011. С. 283.

К числу упрощенных производств относятся: а) производство у мирового судьи по делам о преступлениях, отнесенных в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ к категории частного обвинения (гл. 41 УПК РФ); б) особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением (гл. 40 УПК РФ); в) особый порядок проведения судебного заседания и постановления приговора по уголовному делу подсудимого, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве (ст. 317.7 УПК РФ). Федеральным Законом № 23-ФЗ от 4 марта 2013 г. введено «сокращенное дознание» (гл. 32.1 УПК РФ).

Названные виды уголовно-процессуальных производств сегодня достаточно прочно укоренились в правоприменении; да и в уголовно-процессуальной теории взгляды на их существование и правовое регулирование значительных дискуссий не вызывают.

Дифференциация уголовно-процессуальной формы по делам, относимых к категории обычных (ординарных) производств, в стадии судебного разбирательства может быть подразделена на те, что: а) рассматриваются с участием подсудимого и б) могут быть рассмотрены в отсутствии подсудимого. В соответствии с ч. 4 и 5 ст. 247 УПК РФ заочное рассмотрение уголовных дел в суде может иметь место, во-первых, лишь по преступлениям небольшой или средней тяжести при наличии об этом ходатайства подсудимого и, во-вторых, по обвинению в совершении тяжких и особо тяжких преступлениях в случаях нахождения подсудимого за пределами РФ и (или) уклонения его от явки в суд, если это лицо не было привлечено к ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу.

В российском уголовном судопроизводстве сегодня предусмотрены и несколько уголовнопроцессуальных производств, жестко не связанных с необходимостью установления вины обвиняемого в инкриминированном преступлении.

Среди них в первую очередь выделим закрепленное гл. 51 УПК РФ производство о применении принудительных мер медицинского характера. Такое производство осуществляется «в отношении лица, совершившего запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости, или лица, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение». В соответствии со ст. 21 УК РФ невменяемое лицо не может быть субъектом преступления. Вина такого лица в содеянном и не должна устанавливаться.

К числу не связанных с необходимостью установления вины обвиняемого в инкриминируемом преступлении относятся также: во-первых, производства по реализации судом своих полномочий по принятию в установленном ст. 97 и 165 УПК РФ порядке ряда перечисленных в ч. 2 ст. 29 УПК РФ процессуальных решений (об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога; о производстве обыска и (или) выемки в жилище; и др.); во-вторых, производства, связанные с рассмотрением прокурорами, руководителями следственных органов и судами в установленном ст. 124-125 УПК РФ порядке жалоб на действия (бездействия) и решения органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда со стороны участников уголовного судопроизводства, а также, как указывается в ст. 123 УПК РФ, иных лиц «в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы»; в-третьих, производства по реабилитации: а) подсудимых, в отношении которых вынесен оправдательный приговор либо прекращено уголовное преследование в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, б) подозреваемого или обвиняемого, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим их основаниям, в) осужденного, в отношении которого вступивший в законную силу обвинительный приговор суда отменен полностью или частично и уголовное дело прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, г) лица, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, если постановление суда о применении таких мер отменено в силу его незаконности или необоснованности; в-четвертых, производства по исчислению, выплачиванию и взысканию процессуальных издержек в виде имевших место при производстве по уголовному делу расходов в денежном выражении (сумм) в установленном ст. 131 и 132 УПК РФ порядке.

К числу не связанных с необходимостью установления виновности обвиняемого (подсудимого) в инкриминированном преступлении уголовно-процессуальных производств относится и ряд так называемых дополнительных производств. В их числе, во-первых, производства, связанные с принятием судом решений о передаче несовершеннолетних детей осужденных, а также нуждающихся в постороннем уходе престарелых родителей на попечение в детские или социальные учреждения, а так-

же по принятию мер по охране остающегося без присмотра имущества или жилища осужденного; во-вторых, производства, связанные с необходимостью выполнения дополнительных расчетов, по гражданскому иску по уголовному делу; в-третьих, производства, связанные с разрешением судом вопросов, возникающих как во время обращения к исполнению судебных приговоров, так и во время их фактического исполнения.

Итак, именно специфика уголовных дел обусловливает, прежде всего, особенности уголовнопроцессуальной деятельности при их расследовании, судебном рассмотрении и разрешении. Отсюда следует, что дифференциация уголовно-процессуальной формы производств по уголовным делам -явление неизбежное.

Вместе с тем сказанное не является основанием для того, чтобы отрицать такое качество уголовно-процессуальной формы, как ее единство. Уголовно-процессуальная форма - это установленный законом порядок уголовно- процессуальной деятельности и закрепления ее результатов в соответствующем уголовно-процессуальном акте-документе. В этом смысле уголовно-процессуальная форма едина. Порядок уголовного судопроизводства на территории России устанавливается УПК РФ и является обязательным для всех участников уголовного судопроизводства. Применение уголовно-процессуальных норм в неустановленном УПК РФ порядке недопустимо. Нарушение таких норм в ходе уголовного судопроизводства влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств. Свидетельством единства уголовно-процессуальной формы является и то, что любые виды производств по уголовным делам объединяет и их нацеленность на достижение сформулированного в ст. 6 УПК РФ общего для всех них назначения. Что касается уголовно-процессуальной деятельности, то она подчиняется основным началам (принципам) уголовного судопроизводства, закрепленным в гл. 2 УПК РФ. Требования этой главы распространяются на любые уголовно-процессуальные действия и виды уголовно-процессуальных производств. Следовательно, уголовно-процессуальная форма едина и в части основных начал уголовно-процессуальной деятельности, ориентированных, прежде всего, на всемерную защиту прав и свобод участников уголовного судопроизводства.

Поступила в редакцию 12.02.13

T.Z. Zinatullin, D.R. Gimazetdinov

Criminal procedure form in legislation, theory and practice of Soviet and post-Soviet Russia’s criminal justice

The article deals with the evolution of criminal procedure in the form of the Soviet and post-Soviet Russia. An acute debate on the issue of unity and differentiation of forms of production of criminal cases has led to the triumph of the latter by the Code of XXI century. We show the social value of such differentiation in the achievement of the purpose of modern Russian criminal proceedings.

Keywords: criminal procedural form; social value of its differentiation.

Зинатуллин Тимур Зинурович, кандидат юридических наук, доцент

Гимазетдинов Дамир Рифкатович, аспирант

Zinatullin T.Z.,

candidate of law, associate professor Gimazetdinov D.R, postgraduate student

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» Udmurt State University

426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 4) 462034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/4