Специфика социально-культурной инноватики: интеграционный аспект

Е. А. Малянов

СПЕЦИФИКА СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЙ ИННОВАТИКИ: ИНТЕГРАЦИОННЫЙ АСПЕКТ

В статье рассматривается интеграционный аспект инноваций, уточняется и дополняется понятийно-терминологический аппарат, обосновывается актуальность социально-культурной инноватики как нового научного направления исследования инноваций. Ключевые слова: социально-культурная деятельность, инновация, инноватика, новшество, нововведение, инновационный процесс, инновационная деятельность, культура, социально-культурная сфера.

The article deals with the integration aspect innovations. Also the apparatus of notions and terms is substantiated and supplemented. The topicality of socio-cultural innovatics as the new school of innovations research. Keywords: socio-cultural activity, innovation, innovatics, novelty, innovation process, innovation activity, culture, socio-cultural sphere.

В условиях радикальных социальных трансформаций роль культуры существенно возрастает в силу ее уникальной способности обеспечивать процесс «устойчивого развития». Тем самым культура является важнейшим основанием процесса модернизации в России, обеспечивая его устойчивость, восприимчивость к новому, преемственность и непрерывность лучших традиций, демократичность и необратимость. Именно это обстоятельство усиливает потребность в изучении инновационного потенциала культуры и его особой составляющей - социально-культурной инноватики.

Первые теоретические схемы анализа инновационных процессов были разработаны в самом начале XX века. Наибольший вклад в становление научных представлений об инновати-ке внесли Г. Тард, Н. Д. Кондратьев и Й. Шумпетер (6). К концу XX столетия произошло окончательное оформление научных знаний об инновационных процессах в общую теорию инно-ватики.

Многочисленные современные исследования инноватики всецело подтверждают её оценку как единственного в своем роде процесса, объединяющего науку, технику, экономику, предпринимательство и управление. Этот процесс состоит в разработке и реали-

зации нововведений и простирается от зарождения идеи до её реализации, охватывая, таким образом, весь комплекс отношений производства, обмена и потребления.

Наряду с этим в работах современных исследователей формируется потребность в концептуальном обосновании внедрения законов и закономерностей инноватики в гуманитарную сферу, в которой социальное взаимодействие становится главным предметом совершенствования. Весь комплекс современного гуманитарного знания подтверждает, что прямой перенос технократических рецептов ин-новатики, выстроенных зачастую на идеях прагматизма и рациональности, не решает задач, которые ставит общественное развитие.

Президент РФ Д. А. Медведев подчеркивает, что инновационная экономика возникает не сразу, поскольку является частью культуры, основанной на гуманистических ценностях, и ее формирование представляет собой длительный и сложный процесс утверждения культуры во всех сферах жизнедеятельности - от культуры постижения основ человеческого поведения до культуры познания, культуры труда, культуры общественных отношений, культуры быта и досуга (4).

Введение и обоснование понятия

«социально-культурная инновация», на наш взгляд, является непременным условием преодоления неоднозначности и понятийно-терминологической неразберихи и необоснованного приравнивания инноваций в пространстве культуры и общественных отношений к инновациям в технике, производстве, экономике.

В современном научном и управленческом лексиконе понятие инновация стабильно используется лишь в технократическом, жестко прагматичном варианте.

Рассматривая инновационную деятельность как составную часть социально-экономического развития регионов, Т. А. Боровская и Н. Л. Моргунова предельно полно раскрыли содержание технократического определения инновационной деятельности, которая включает следующие направления: проведение НИР и ОКР, внедрение новой техники, передовых технологий, управленческих и экономических нововведений. «Инновационную деятельность, - утверждают авторы, -характеризуют зарегистрированные патенты на оригинальные технические решения в любой отрасли хозяйства, включая предложения не только технического характера, но и достижения в медицине, в области пищевых веществ, селекции, микробиологии и тому подобных отраслях с той разницей, что в последних отраслях (не сугубо технического характера) патенты выдаются на новые решения, характеризующиеся как "техника дела". Патенты на изобретения и на другие объекты интеллектуальной собственности - полезные модели, промышленные образцы, а также свидетельства на программы ЭВМ, БД, товарные знаки и т.д. - особый, объективный показатель развития конкретной отрасли, конкретного предприятия или организаций, конкретной государственно-административной территории» (2, с. 38).

Безусловно, этот подход, нашедший отражение в процитированном определении, характеризует общее ожидание российского государства и общества от модернизации производства, совершенствования экономических отношений. Однако эти закономерные и обоснованные ожидания останутся нереализованным без учета, как минимум, двух аспектов:

- во-первых, необходимости создания особой инновационной среды, затрагивающей не только сферу материального, но и духовного производства, то есть всю сферу культуры, которая без сомнения становится решающим фактором инновационного развития. Именно эта идея ёмко и всесторонне выражена Р. Г. Абдулатиповым в концепции культуры как стратегического ресурса развития России в XXI веке (1);

- во-вторых, потребности в воспитании личности инноватора, то есть создания условий для развития человеческого потенциала и всесторонней поддержки креативного мышления и творческой деятельности, и, следовательно, формирования особой системы образования, нацеленной на «взращивание» инноватора.

Таким образом, на наш взгляд, в предельном обобщении инновация может быть понята как результат особого состояния культуры и её носителей.

Не случайно в Проекте базового Федерального Закона о культуре (2010), подготовленного Комитетом по культуре Государственной Думы Федерального собрания РФ, отмечается, что повышение темпов экономического развития, структурные изменения экономики, вызванные переходом к инновационному типу ее развития, приводят к возрастанию роли человеческого капитала в социально-экономическом процессе.

При этом ведущая роль в формиро-

вании человеческого капитала, создающего экономику знаний, отводится сфере культуры, что обусловлено несколькими обстоятельствами, среди которых важнейшим является переход к инновационному типу развития экономики, что требует повышения профессиональных требований к кадрам, включая уровень интеллектуального и культурного развития, достичь который возможно только в культурной среде, позволяющей осознать цели и нравственные ориентиры развития общества. Принципиально важный вектор приложения усилий на пути развития культурной среды и законодательства о культуре - «выработка основ единой культурно-образовательной политики. Это не только образование в сфере культуры, но и, что не менее важно, культура в сфере образования»

(5).

Говоря о социально-культурной инноватике, мы должны особо подчеркнуть, что она напрямую связана с деятельностью учреждений культуры и образования, причем - дает реальный шанс для преодоления разрыва и институционального противостояния двух важнейших сфер общественной жизни. Предметом социально-культурных инноваций выступает система ценностей, смыслов, моделей культурной самореализации людей, а результатом - целенаправленно достигаемые качественные изменения в этой системе.

В современной теории инноватики складываются подходы, которые слабо связаны с классическими идеями Й. Шумпетера. Причем основание для отказа от традиционных подходов выступают данные, полученные в эмпирических исследованиях. Такие исследования существенно обогащают наши представления о сущности и механизмах инноватики в целом и в ее социокультурных проявлениях в частности.

Качественные изменения соци-

альных систем достигаются, как показывают западные исследования, прежде всего через механизмы социального управления и системных организационных изменений. В этом выводы зарубежных исследователей созвучны идеям современных отечественных теоретиков инноватики.

В качестве примера, ярко описывающего логику моделей инноватики, учитывающих закономерности развития организационных структур и культурные особенности, можно привести исследование, выполненное британскими учеными А. РеШ§геш, Б. Ма881ш, Т. ]Миша§аш1. Они поставили перед собой цель сравнения инновационного опыта организаций Европы и Японии (8). В процессе этого исследования были выявлены многочисленные и разнообразные индикаторы организационных изменений, которые авторы классифицировали как изменения структур, процессов и границ.

Изменения структур объединяют такие явления, как сокращение звенно-сти управления, децентрализация и применение проектных форм организации. Новая конкурентная среда оказывает на традиционные иерархические структуры двойное давление: с одной стороны, содержание разбухших средних звеньев управления стало слишком дорогим, а с другой - эти слои замедляют движение информации и снижают скорость реакции, затрудняют гибкость и инновационность. Отсюда широкое распространение политики сокращения звенности, что сопровождается ростом децентрализации - как операционной (в таких областях, как разработка продукции и маркетинг), так и стратегической (например, в области инвестиционных решений). Децентрализация вызывает создание межфункциональных и «трансграничных» групп, традиционные жесткие структуры заменяются гибкими проектными организационными фор-

мами. Таким образом, структуры приобретают более горизонтальный характер, проекты становятся связующим механизмом для дивизиональной организации.

Изменения процессов охватывают проблематику интенсивности движения информации, инвестиций в информационные технологии и человеческие ресурсы. Они вызываются потребностями новой «экономики знаний», основанной на интенсивном вертикальном и горизонтальном взаимодействии и обмене информацией. Ключевыми являются горизонтальные информационные потоки, обеспечивающие эффект общеорганизационной синергии и постепенно охватывающие поставщиков и потребителей. Новые стратегии и структуры требуют как развития информационной инфраструктуры, так и новых методов управления и новых качеств менеджеров. Существенно повышается роль функции управления человеческими ресурсами, которая призвана внести свой вклад в развитие новой модели организации.

Под изменениями границ авторы объединяют тенденции, связанные со специализацией и внешней кооперацией. Изменения структур и процессов сопровождаются сужением размаха операций и концентрацией на основных направлениях, связанных с ключевыми компетенциями. Новые условия заставляют компании пересматривать свои границы в результате анализа своих конкурентных преимуществ. Конкретным выражением этих тенденций служат создание более мелких децентрализованных подразделений, отказ от конгломератных стратегий, развитие практики аутсорсинга и субконтрактных отношений, в том числе в сфере исследований и разработок. С целью доступа к внешним ресурсам более высокого качества, поддержки и развития на этой основе собственных компетенций фирмы все чаще идут на

создание стратегических союзов.

Как видим, инноватика уже на уроне организации приобретает черты мягкого и ненасильственного организационного изменения сложившейся системы отношений людей. Эта конструкция принципиально отличается от технократических моделей инновационной деятельности и в большой мере соответствует состоянию, логике и структуре социально-культурных инновационных процессов. Принципиальным здесь становится признание результата инноваций как особого, качественного нового состояния социальной системы, в отличие от технократической концепции инноваций как «вещного», материализованного результата деятельности этой системы (изобретение, патент и т.п.).

Любопытно, что этот аспект находит отражение и в технократических исследованиях, сфокусированных на инновациях в работе промышленных предприятий. Так, например, французский исследователь Ф. Мунер

Мипег) подчеркивает, что немногочисленные эмпирические исследования в этой области в целом позволяют выявить внешние и внутренние факторы, объясняющие различия в результативности инноваций в зависимости от размера предприятия, а также показывают, что «эта взаимосвязь не подчиняется механической логике, а включает в себя качественные параметры предприятия» (7, р. 74).

Опираясь на теорию создания организационных знаний на уровне фирмы, в основе которой лежит тезис о постоянном взаимодействии имплицитных и кодифицированных знаний как главных источников новых знаний, Ф. Мунер утверждает, что основными составляющими этой модели являются классическое отличие имплицитных знаний от кодифицированных (эпистемологическая составляющая) и взаимодействие между индивидами как

вектор создания организационных знаний (онтологическая составляющая). По сути, знания создают индивиды, а организация служит для них стимулирующей поддержкой.

Изучая факторы инновационной интенсивности в условиях экономики знаний, автор анализирует инновационный потенциал мелких и средних предприятий под углом зрения процесса создания знаний. При этом он выделяет шесть категорий предприятий -статичные, традиционные, зависимые, подражающие, технологичные и высокотехнологичные. Рассмотрим подробно эти категории, так как они весьма тесно соотносятся с социально-культурными объединениями и организациями и вполне могут быть спроецированы в деятельность учреждений культуры и образования.

Ф. Мунер отмечает, что инновации почти не затрагивают статичные и традиционные предприятия.

Для статичных предприятий инновационные знания чаще всего связаны с покупкой нового оборудования, требующего простых технологических знаний. Вовлеченность индивидов в развитие знаний низка в силу авторитарности руководителя. Кроме того, при слабом режиме селекции фирм изменения внешней среды часто не оказывают стимулирующего воздействия. Новые знания формируются путем социализации (имплицитные знания трансформируются в имплицитные) и интернализации (кодифицированные знания трансформируются в имплицитные). Низкая эффективность спирали знаний объясняется также незначительным количеством работников, занятых созданием или испытывающих влияние новых знаний.

Для традиционных предприятий наиболее характерными формами инноваций является эксплуатация нового оборудования и/или новых компонентов. Тем не менее, они участвуют в

процессе распространения инноваций в «шаговом» режиме. Хотя в когнитивном плане традиционные предприятия близки к статичным, они, помимо покупки проверенных технологий, развивают знания, связанные с выявлением потребностей в улучшении продукции, технологий и организационных структур, и практикуют частичные инновации, связанные чаще всего с адаптацией внешних технологий к специфике предприятия. В обоих случаях способ координации обусловлен прямым контролем. Для таких предприятий характерны одновременно низкая степень общения между работниками (онтологическая составляющая создания знаний) и высокая степень зависимости работника от иерархии. Кроме того, на предприятиях этих двух типов коммуникации часто ограничиваются чисто технологическими вопросами.

На зависимых предприятиях вовлеченность индивидов в развитие знаний значительно выше. Хотя центральной фигурой предприятия остается предприниматель, более структурированная и формализованная организация обеспечивает более сильное взаимодействие между индивидами. Персонал, группирующийся по функциональному признаку, проявляет большую склонность к самостоятельности, что повышает степень коммуникабельности. Однако координация, осуществляемая путем стандартизации процедур и результатов, тормозит самостоятельность индивидов из-за сильных технических и иерархических ограничений. Доминирующими способами формирования новых знаний на основе существующих являются социализация, экстернализация (имплицитные знания трансформируются в кодифицированные) и комбинирование (combinaison) (кодифицированные знания трансформируются в кодифицированные). Спираль знаний в этом случае представляется достаточно эффектив-

ной. Высокие технические знания, в основном кодифицированные, сопоставляются с другими (имплицитными и кодифицированными) в ходе взаимодействий с крупными предприятиями-клиентами. Зависимые предприятия развивают в основном знания, связанные с освоением внешних технологий, быстрым внедрением инноваций, выявлением потребностей и возможностей совершенствования продукции, технологии и организации.

На подражающих предприятиях вовлеченность индивидов в развитие знаний еще значительнее. Индивиды обладают высокими кодифицированными техническими знаниями. Явным элементом стратегии предприятия, осуществляющего формальные и неформальные НИОКР самостоятельно или с помощью внешней поддержки, являются заимствование и копирование технических достижений. Изменения окружения стимулируют эти предприятия к овладению технологиями. Такие предприятия развивают в основном знания, связанные с организацией НИОКР, включением инноваций в стратегию фирмы, овладением внешними технологиями, быстрым внедрением инноваций, выявлением потребностей и возможностей совершенствования продукции, технологии и организации.

На технологичных и высокотехнологичных предприятиях новые знания формируются четырьмя способами (социализация, интернализация, эк-стернализация, комбинирование). Эффективность спирали знаний обеспечивается организационными формами, предоставляющими большую самостоятельность индивидам. Эти типы малых и средних предприятий используют приобретенные знания для осуществления инноваций, а высокотехнологичные предприятия - также и для продажи инноваций. На последних новые знания формируются в основном

путем комбинирования, а вовлеченность индивидов характеризуется наиболее высоким уровнем.

Таким образом, инновационное поведение малых и средних предприятий отличается разнообразием. При этом доминирующим способом получения новых знаний для статичных, традиционных и находящихся под влиянием малых и средних предприятий, является социализация, тогда как комбинирование получило более широкое распространение на предприятиях других типов. В целом такие предприятия производят преимущественно имплицитные знания, но с развитием инноваций на предприятии растет объем кодифицированных знаний.

Подчеркивая специфику социально-культурной инноватики необходимо указать на то, что оценку креативной деятельности учреждений культуры и образования, как впрочем и малых и средних предприятий, нельзя проводить с помощью стандартных критериев, применяемых к крупным предприятиям.

Что касается крупных предприятий, то, как показывают проведенные недавно во Франции исследования, они имеют более высокий инновационный потенциал, чем малые и средние предприятия, прежде всего в таких областях, как позиционирование на рынке, развитие сотрудничества, техническая база, внешние и внутренние научно-исследовательские работы, финансирование и продажа инноваций и особенно в организационной области. Поэтому «в целом модель инновационного малого и среднего предприятия, часто ассоциирующаяся с шумпетери-анским подходом, не подтверждается данными национальных исследований» (3). Другими словами, оказывается под сомнением классическая идея, согласно которой наибольшим инновационным эффектом обладает малое или среднее предприятие.

Этот вывод в контексте исследования социально-культурной инноватики дает основания для необходимости рассмотрения инновационного потенциала структур, более крупных, чем отдельно взятое учреждение культуры или образования. Инновационная составляющая многократно усиливается в ходе интеграции деятельности различных организаций и учреждений, имеющих сходные цели и задачи деятельности. В социально-культурной сфере эти структуры весьма подвижны и чаще всего создаются по принципу единства целей, сфер и пространства реализации функций. Наиболее емко эта идея социально-культурной интеграции в России получает развитие на уровне создания систем взаимодействия региональных вузов, однотипных учреждений образования, учреждений культуры, действующих на одной территории.

Особенно ярко идея инновационно ориентированной интеграции находит отражение в разработке региональных программ развития культуры (в Пермском крае, например, в 2010 году было разработано две таких концепции).

В ситуации активизации «культурного фактора» возможны различные сценарии нового этапа реформ, именуемого «модернизацией» (от фр. «изменение, усовершенствование, отвечающее современным требованиям»). В том числе и такие, когда внимание и ресурсы направляются на модернизацию самой культуры и составляющих ее интеллектуальных отраслей: образования, науки, культуры, включая искусство. Это вариант «модернизации культуры».

Другой подход - комплексного («культурно обусловленного») реформирования - может стать вариантом «культурной модернизации», когда реформирование общества является производным от взаимодействия культуры с другими отраслями и сферами

в ходе решения модернизационных задач. Только помогая решать важнейшие социальные проблемы других сфер, культура вправе рассчитывать на приоритетное отношение со стороны общества и государства и выделение дополнительных ресурсов. Но для этого нужна не ведомственно-отраслевая, а межведомственная, (межотраслевая) социально-культурная политика.

Первый вариант уже реализуется, по крайней мере - в отношении образования, науки и технологий (проект «Новая школа», создание федеральных и национальных исследовательских университетов, создание Росна-но, проект «Сколково» и др.).

Попытка поставить в качестве очередного «локомотива» экономического и социального развития общества «культуру», сводимую, главным образом, к «современному искусству», фестивальному движению и «калейдоскопу» краткосрочных проектов как главному фактору имиджа и инвестиционной привлекательности региона, на наш взгляд, лишена серьезной перспективы.

Культурно-интеграционный подход, консолидирующий возможности культурных институтов, способен привести к совокупному результату, невозможному для достижения каждым по отдельности («синергетичес-кий эффект»).

Таким образом, распространение инновационной деятельности - это объективный процесс, к которому применимы еще не вполне проверенные и устоявшиеся оценки и подходы.

Примечательно, что современная теория и практика инноваций в социально-культурной сфере испытывает на себе релятивное воздействие теорий инноваций, выстроенных в философ-ско-культурологическом, социологическом, экономическом, управленческом дискурсе. При этом собственно инновационная составляющая соци-

ально-культурных процессов должна быть критически соотнесена с общей теорией педагогической инноватики, успешно разрабатываемой рядом методологов педагогики в России и за рубежом. Только в этом случае можно выделить специфику инновационной

деятельности в социально-культурной сфере, которая обусловлена особенностями организации воспитательного процесса в ситуациях творчества, активного и самодетерминированного освоения личностью культурных ценностей.

Примечания

1. Абдулатипов Р. Г. Культура как стратегический ресурс развития России в XXI веке / Р. Г. Абдулатипов. - М., 2010.

2. Боровская Т. А. Инновационная деятельность - составная часть социально-экономического развития регионов / Т.А. Боровская, Н.Л. Моргунова // Успехи современного естествознания. - 2005. - № 12. - С. 38.

3. Жилина И. Ю. Реферат статьи Pettigrew, A., Massini S., Numagami T. Innovative forms of organizing in Europe and Japan / И.Ю. Жилина // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 2: Экономика. Реферативный журнал. - 2005. - № 1. - С. 118-121.

4. Медведев Д. А. Россия, вперед! / Д. А. Медведев // Российская газета. - 2009.

- 10 сентября.

5. Рекомендации парламентских слушаний «О концепции проекта нового базового федерального закона о культуре» (19 апреля 2010 года)[Электронный ресурс].

- Режим доступа: http://www.inesp.ru

6. Шумпетер Й. Теория экономического развития / Й. Шумпетер. - М.: Прогресс, 1982.

7. Muner F. La conjecture schumpeterienne: Revue de la litterature empirique et apport de l'economie de la connaissance / F. Muner // Rev. D' economie industr. - P., 2003. - № 104.

- P. 71-84.

8. Pettigrew A. Innovative forms of organising in Europe and Japan / A. Pettigrew, S. Massini, T. Numagami // Europ. management. - Oxford, 2000. - Vol. 18, № 3. -P. 259-273.

Н. Н. Ярошенко

НАУКИ О КУЛЬТУРЕ: ПРОБЛЕМНЫЕ ТОЧКИ РЕФЛЕКСИИ КУЛЬТУРНОГО ПРОЦЕССА

Статья посвящена выявлению проблемных точек рефлексии культурного процесса, рассмотрению наук о культуре в качестве части современного социокультурного процесса, особенностей их функционирования в современном российском обществе. Ключевые слова: социально-культурная сфера, науки о культуре, рефлексия, научные исследования, организационные формы.

The example of development of scientific knowledge of culture shows the role of a reflective components of the cultural process, defining normal development of the Russian society and its culture. The requirement for scientific research of culture is proved, the ideal image of sciences about culture and their organizational forms is analyzed. Keywords: socio-cultural activity, development of scientific knowledge of culture, the role of a reflective components of the cultural process, scientific research of culture, the ideal image of sciences about culture, organizational forms.