Проблема общественных условий нравственного становления личности в философии В. С. Соловьёва

О.Д. ПИРКОВА

Киевский национальный лингвистический университет

ПРОБЛЕМА ОБЩЕСТВЕННЫХ УСЛОВИЙ НРАВСТВЕННОГО СТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ В ФИЛОСОФИИ В.С. СОЛОВЬЁВА

В качестве условий становления нравственной личности рассматриваются право и общественная правда. Право как этический минимум и общественная правда как воплощение общечеловеческих ценностей, по В.С. Соловьёву, являются основой для осознания своего дела как общего. Подчеркивается значимость указанных условий для современного общества.

Law and public truth are considered to be conditions for personality moral development. Both law and public truth viewed as ethical minimum and human values implementation underlie the awareness of private activities as public, according to V.S.Solovyov. The significance of the mentioned conditions is emphasized.

Ключевые слова: нравственное становление личности, общественные условия, право, общественная правда

Key words: personality moral development, social conditions, law, public truth

Заострение темы общественности в философии В.С.Соловьёва, как правило, связывается с его мировоззренческим отдалением от славянофильства и большей лояльностью к западному христианству, с перенесением акцента с индивидуального нравственного совершенствования на такое преобразование общественной жизни, чтобы личностное нравственное развитие стало нормой, а не единичным аскетическим подвигом. Отвлекаясь от того значения основных убеждений философа, которое бы непременно потребовало оставаться в рамках противопоставления славянофильских и западнических воззрений на природу нравственности, и в частности на природу русского нравственного сознания, обратимся к тем идеальным сторонам общественной жизни, которые, согласно В.С. Соловьёву, и составляют общественное условие для нравственного развития личности. Стороны эти - право и общественная правда - являются этическим средоточием как общественного в личности, так и нравственного в обществе.

Темы соотношения нравственности и права, личности и общества в философии В.С. Соловьёва не только не теряют своей актуальности, но широко обсуждаются сегодня. Подтверждение тому - перечень работ современных философов (Е.М. Амелиной, О.В. Козловой, А.П. Козырева, М.В. Максимова, Н.В. Мотрошиловой, А.В. Пепеляева, Е.А. Прибытковой, С.Б. Роцинского, Е.Г. Сизаровой, С.М. Усманова и др.), научный интерес которых связан с изучением нравственно-правовых идей В.С. Соловьёва, права как «этического минимума», роли личности и общественного идеала в истории1.

Указывая на общественное в личности как на самое ее существо и усматривая общественный смысл личностного бытия в том, что общество не есть простая сумма лиц, а «нераздельность общей жизни», где, в конечном счете, жизнь всех зависит от жизни каждого, В.С.Соловьёв дает емкое, ставшее хрестоматийным определение обществу как дополненной и расширенной личности, а личности как сжатому и сосредоточенному об-ществу2. Констатация данной зависимости сама по себе не ставит проблему нравственности. Однако невольное присутствие среди других и не означает общественной жизни, а предполагает в терминах экзистенциализма осознание собственной заброшенности, которую необходимо принять как данность, независимо от желания. Что наполняет бытие личности общественным значением, так это, по Соловьёву, понимание и исполнение общего дела как своего собственного3, общественно полезный труд и, наконец, в современном научном дискурсе о социальном развитии личности - социальный интерес, который есть мера личностной зрелости.

Основной пафос социальной этики Соловьёва направлен на раскрытие встречного, но часто обойденного вниманием явления - социальных условий развития нравственности. Путь, который идея нравственности непременно должна пройти, - это путь претворения ее в объективный закон жизни. В статье «Личная нравственность и общее дело» противопоставляется неизменная нравственная природа человека и ее представленность в общественной жизни. Первая может существовать в форме понимания, чувствования и даже сострадания (Соловьёв приводит пример сочувствующего Гомера и пребывающего в нрав -ственных страданиях Ивана Грозного) и не воплощаться в справедливых и милосердных действиях по отношению к другим; скорее напротив, может легко уживаться с жестокостью поступков4 В таких условиях общественная жизнь предстает «безразличной средой между святыми подвижниками, как Сергий и Нил, и благочестивыми извергами, как Иван IV»5.

Возведение в отличительную национальную черту презрительного отношения к государственности и праву, что относилось к ортодоксальным воззрениям славянофилов, и по сей день иногда воспринимается как не подлежащее коррекции положение вещей. Если принимать данную посылку в качестве исходной для последующих выводов, то оказывается, что личная святость противопоставляется общественной справедливости6, а значит, единственным контекстом, где она становится вообще возможной, являются ситуации, нерегулируемые правом, - кризисные ситуации. Вера в то, что нравственной личность становится в особенно сложные для нее периоды нравственного выбора, имеет смысл с одной лишь оговоркой: эти кризисные периоды не могут восприниматься как норма, и, чтобы их достойно пройти, необходимо предшествующее им накопление богатого нравственного опыта в условиях общественного нравственного же благополучия.

Иными словами, для того чтобы нравственное сознание действительно стало таковым, источником нравственности для него изначально должно быть объективное, «общая жизнь», по Соловьёву, которая «так или иначе воздействует на единичных лиц, усвояется ими и только в них и через них доходит до своей окончательной действительности»7.

Безусловно, объективация нравственности в общественной жизни сопряжена с теми сложностями, с которыми, как правило, связан перевод принципа предельной абстрактности (принципа добра) в относительную и весьма несовершенную социальную норму (право), что, конечно, не является достаточным основанием для полного отрицания права8. Усматривая функцию права в обеспечении минимума нравственности, философ тем самым определял и масштаб его применения, а именно: поскольку право есть принудительное требование реализации определенного минимального добра, или порядка, оно предотвращает известные проявления зла9. Будучи относительным, право призвано обеспечить существование общества и жизнь людей, состоящих в нем, и не более того. «Нравственный закон дан человеку для того, «чтобы он жив был им», и без существования человеческого общества нравственность есть только отвлеченное понятие»10.

Несмотря на нравственную минимальность права, его обесценивание имеет далеко идущие последствия. Вплоть до превращения абсолютного требования нравственного максимализма в ключевой принцип этической системы, характеризующей целую культуру, по типологии В.А. Ле-февра. Второй этической системе, к которой принадлежит восточнославянская культура, соответствует провозглашение добра (а не запрет зла), сам же принцип звучит классически-беспринципно: для достижения благой цели все средства хороши. Противоположным этому принципу, но столь же легко выводимым из правила руководствоваться только абсо -лютным принципом добра, является предельное миролюбие и непротивление злу, под именем которых «можно легко порекомендовать примирение с общественной неправдой»11. Отсюда и личное непринятие Соловьёвым жизненной философии Л.Н. Толстого. Сегодня призыв руководствоваться исключительно нравственными принципами (провозглашения добра) звучит, по меньшей мере, цинично. Очевидно, таким же неестественным он воспринимался и более чем столетие назад.

Поскольку действительное противоречие, по Соловьёву, существует не между правом и нравственностью, а между различными состояниями как правового, так и нравственного сознания12, уделять внимание стоит не только традиции права, но и широкому пониманию идеала общественной правды, той форме, в которой он пребывает в сознании многих, в современных терминах - пропаганде ценностей. В «Трех речах в память Достоевского» Соловьёв отдает должное провидческому таланту гения, его способности обнажить причину, как оказалось, действительных будущих социальных катастроф.

Благодаря выстраданному в жизненных испытаниях таланту, словами Соловьёва, Ф.М. Достоевскому удалось возвыситься над господствующими течениями общественной мысли, проникнутыми революционным настроением. Справедливое осуждение Достоевского относилось не к общественному движению как таковому и не к исканию общественной правды, а к низменному пониманию общественной правды, к ложному общественному идеалу13. В межличностных семейных отношениях ложная правда, подмена ценностей в этих отношениях ведет ко всеобщему несчастью домочадцев («Село Степанчиково и его оби -татели»). В масштабах общества преступные пути к достижению общественного идеала выливаются в масштабные же преступления (роман «Бесы») и несчастье поколений. Единство правды общественной и личностной внутренней правды доказано в литературном эксперименте Раскольникова, вначале убежденного в том, что нарушает внешний бессмысленный закон, затем же осознавшего, что совершил преступление против своей личной внутренней правды, в конечном счете, неотъемлемой от правды общественной.

Родственный философу по духу, Достоевский в своих текстах проводит ту же идею о достоинстве жизни, которая, согласно Соловьёву, равна требованию, «чтобы невольное участие каждого во всем становилось вольным, ... чтобы каждый все более и более понимал и исполнял общее дело как свое собственное»14.

1 См. напр., Амелина Е.М. Проблема общественного идеала у Вл. Соловьёва и классиков идеализма: общее и особенное // Соловьёвские исследования: Период. сб. науч. тр. / Отв. ред. М.В. Максимов. Иваново, 2004. Вып. 8; Прибыткова Е.А. Право как «минимум Добра»: (из истории одной метафоры) // Наш трудный путь к праву: Материалы философско-правовых чтений памяти академика В.С. Нерсесянца / Сост. В.Г. Графский.М.,

2006; Право как «этический минимум» в философско-правовых концепциях Г. Еллинека и Вл. Соловьёва // Соловьёвские исследования: Период. сб. науч. тр. / Отв. ред. М.В. Максимов. Иваново, 2007. Вып. 15; Вл. Соловьёв и теоретики русского народничества: выяснение отношений по поводу общественного идеала и роли личности в истории // Соловьёвские исследования: Период. сб. науч. тр./ Отв. ред. М.В. Максимов. Иваново, 2005. Вып. 11; Сизарова Е.Г. Нравственно-правовые идеи Владимира Соловьёва в русской философии права первой половины ХХ века // Соловьёвские исследования: Период. сб. науч. тр./ Отв. ред. М.В. Максимов. Иваново, 2005. Вып. 10.

2 Соловьёв В.С. Оправдание добра. Нравственная философия // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. М.,

1988. Т.1. С. 284 - 286.

3 Там же.

4 Соловьёв В.С. Личная нравственность и общее дело философия // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. М., 1989. Т. 2. С. 457 - 465.

5 Соловьёв В.С. Национальный вопрос в России // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. М., 1989. Т. 1 С. 417.

6 Соловьёв В.С. Русский национальный идеал // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. М., 1989. Т. 2. С. 286 - 295.

7 Соловьёв В.С. Оправдание добра // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. Т. 1. С. 285.

8 Там же. С. 441.

9 Там же. С. 430.

10 Там же. С. 450.

Е.Б. Ерина. Понятие духовности в философии

11 Соловьёв В.С. Русский национальный идеал // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. Т. 2. С. 294.

12 Соловьёв В.С. Оправдание добра // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. С. 444.

13 Соловьёв В.С. Философия искусства и литературная критика. М.: Искусство, 1991. С. 234. 14Соловьёв В.С. Оправдание добра // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. Т. 2. С. 286.

Е.Б. ЕРИНА

Морская государственная академия имени адмирала Ф.Ф. Ушакова,

г. Новороссийск

ПОНЯТИЕ ДУХОВНОСТИ В ФИЛОСОФИИ В.С. СОЛОВЬЁВА

В философии Соловьёва слово «духовность» встречается не часто, но понятие духовности как необходимости совершенствования всех сфер человеческой жизни и самого человека пронизывает все произведения мыслителя. Русский философ рассматривает духовность с точки зрения нравственных обязанностей человека. В процесс духовного становления, по Соловьёву, включены все сферы бытия, иначе это не была бы философия всеединства. Он считает, что единственное естественное право материи - это право совершенствоваться или одухотворяться. Однако в обществе это восхождение к совершенству может быть только процессом собирательным, происходящим в собирательном человеке, а не в отдельном индивиде. Такое восхождение возможно только в совокупности людей. Таким образом, Соловьёв рассматривает духовность как свойство, присущее всей природе, но на разных этапах ее развития проявляется это свойство по-разному.

In Solovyov's philosophy the word "spirituality" is not very frequent, but the concept of spirituality as a necessity for perfecting all spheres of human life and man himself, runs through the works of the thinker. The Russian philosopher views spirituality as the moral responsibility of man. The process of spiritual formation for Solovyov includes all spheres of being, otherwise it would not be the philosophy of all-unity. He believes that the sole natural right of matter is the right to perfect and to spiritualize. However, in society this ascension to perfection, according to Solovyov, may only be a collective process, occurring in a collective man, but not in a separate individual. Such ascension may only be in a totality of people. Thus, Solovyov considers spirituality as a feature inherent to nature as a whole, but at various stages of its development this behaviour manifests itself in different ways.

Ключевые слова: духовность, нравственные обязательства человека, всеединство, духовносное становление, одухотворение.

Key words: Spirituality, perfecting, moral responsibilities of a man, all-unity, spiritualize

Философию Соловьёва называют философией всеединства, имея в виду главную идею мыслителя, которую он развивал на протяжении всей своей жизни. Соловьёв везде стремится найти полярные отношения, т.е. стихию противоречивого развития.