Новости экономики

Новости экономики

Тимофей Мартынов

- Всем добрый день, сегодня, как всегда по вторникам, в это время – «Антикризис с Тимофеем Мартыновым». Сегодня у нас передача необычная по нескольким причинам, во-первых, всё-таки настроили в студии видеотрансляцию, и теперь я могу видеть себя на экране телевизора, а не снимать просто это всё на телефон. Это очень приятно, и с другой стороны, я смотрел, тут камера с таким высоким разрешением стоит, что в самую пору уже даже гримерку здесь организовать, чтобы не было видно всех неровностей и помятостей на лице ведущего. И вторая есть особенность этого эфира, впервые, вообще, за последние полгода, что идёт эта программа, у нас сегодня гость в эфире, вы его, к сожалению, не увидите на этой самой видеотрансляции, это пожелание самого гостя. Дело в том, что он сохраняет свою анонимность. Гость этот хорошо известен всем постоянным участникам сообщества трейдеров «sMart-Lab». Прославился этот гость тем, что написал совершенно гениальное произведение прямо на «sMart-Lab», прямо в своём блоге… Кстати, Вань, тут пишут мне в «Skype», что звука нет на «YouTube» почему-то, ты там посмотри, чтобы всё было нормально. Этот гость прославился на «sMart-Lab» тем, что написал гениальные произведения, которые стали очень популярными, огромное количество плюсиков, лайков, комментариев. Этих произведений было несколько, запомнилось «Как трейдер обанкротил банк», и ещё одно произведение, которое собственно даже вышло в печатном виде, сейчас его можно купить, получило название «Цивилизация». Итак, в гостях сегодня у нас – Гном, то есть по понятным причинам человек этот не раскрывает свою личность. Гном, приветствую тебя.

Гном

- Добрый день.

Тимофей Мартынов

- Итак, первый вопрос – это просто маленький пиар книги «Цивилизация». Она появилась, даже месяца не прошло, как она вышла в продажу, просто скажи, где её сейчас можно купить, где она продаётся?

Гном

- Спасибо за маленький пиар книги. Книгу можно купить сейчас практически в любом книжном магазине Москвы, а также в интернет: «Ozon», «Лабиринт». Поэтому набирайте «Цивилизаtion», в конце «tion» по-английски, и вы увидите эту книжку.

Тимофей Мартынов

- И автор, соответственно, Гном?

Гном

- Автор Гном, да. Это…

Тимофей Мартынов

- Псевдоним творческий?

Гном

- Да, псевдоним творческий. Я решил его сохранить, это каприз.

Тимофей Мартынов

- Не будем вдаваться в причины анонимности, они существуют. Вопрос следующий: в двух словах просто расскажи, в чём идея книги?

Гном

- Идея книги, как и всё, большинство у нас в жизни происходит спонтанно, то есть это была история, о которой я, честно говоря, рассказывал своему сыну сначала, про парня – современный парень попадает в доисторический век и с помощью своих знаний пытается как-то эту цивилизацию сделать лучше. И чтобы не потерять какие-то записи свои, я решил выкладывать их на «sMart-Lab», неожиданно получил отклик сотен людей, которым тоже такие фантазии интересны, которые тоже на уроках истории мечтали: «А что если взять на Куликово поле пулемёт?» В итоге это вылилось в достаточно серьёзное взрослое произведение, оно очень легко читается, но там есть очень любопытные, в том числе экономические вопросы. В принципе книга в итоге – всё вокруг денег.

Тимофей Мартынов

- Надо отдать должное, спасибо нашему программисту, который в «Skype» успел написать, что не было звука, теперь звук вроде как появился. Так что все могут благополучно смотреть эту трансляцию и всё нормально. Окей, понятно, что наша программа называется «Антикризис» и программа посвящена рынкам и экономике. Мы обсуждаем в основном здесь последние глобальные тенденции, и собственно эти тенденции я хотел с тобой обсудить. Тем более что Гном – человек исключительной компетенции. Мы не раскрываем причины этой компетенции, но поверьте мне на слово, это человек, который знает, о чём говорит и в силу своего образования, и в силу своего знакомства с реальным сектором экономики. Давай так, мне, конечно, не очень удобно называть тебя Гном, и очень неудобно проболтаться, назвав тебя по имени, первое, что я хотел бы рассказать тебе, просто последние полгода, которые мы здесь выходим в эфир из этой студии, я периодически рассказываю радиослушателям некую гипотетическую стратегию в отношении экономики России. Заключается она примерно в следующем, почему я тебе хочу её рассказать, потому что то, о чём ты написал на «Facebook» вчера, в принципе укладывается в рамки этой стратегии. Всё очень просто, первая гипотеза базовая заключается в том, что цены на нефть будут оставаться низкими на интервале довольно серьёзном, то есть пять–десять лет, скорее всего. Сегодня, кстати, Международное энергетическое агентство опубликовало годовой доклад, где они говорят, что 80 долларов за баррель будет только к 2020 году, благодаря фундаментальным факторам.

Гном

- Вполне можно согласиться.

Тимофей Мартынов

- И эта базовая гипотеза, из неё следует, что соответственно доходы госкорпорации «Россия» постепенно будут сокращаться, раздутые расходы, им тоже придётся сокращаться, если «Россия» не хочет привести себя к состоянию дефолта. Собственно, мы это сейчас и наблюдаем. Поскольку «Россия» является компанией с мобилизационной экономикой, когда государство мобилизует и через бюджет направляет деньги в экономику, сокращение бюджета в любой форме приведёт к тому, что через различные мультипликаторы реальная экономика будет сокращаться. Сокращение реальной экономики будет приводить к тому, что будет постепенно коллапсировать частный сектор и компании, и физических лиц, сейчас мы это наблюдаем, это всё маленькие такие дефолты, невозвраты кредитов. Соответственно, всё это впоследствии будет оказывать давление на банковскую систему, банковскую систему будут спасать, где это можно, где это нужно, где это необходимо за счет средств опять-таки бюджета, за счет включения печатного станка, всё это будет оказывать, в общем, негативное влияние и на рубль в том числе. То есть тоже по рублю долгосрочный прогноз скорее, наверно, негативный. Поскольку ситуация на рынке нефти постепенно начала приходить в состояние баланса, вроде как пока наблюдаем коридор и основная гипотеза, что краткосрочно по рублю тоже будет коридор, то есть если и под давлением будет рубль, то не слишком долго. Соответственно вот основные очертания этой стратегии и мне бы хотелось услышать твои комментарии. Потому что то, что я близкое увидел в том, что ты написал вчера на «Facebook», это ты наблюдаешь, как начинаются проблемы у регионов, особенно, которые не имеют нефтегазовых доходов.

Гном

- Смотри, всё то, что ты сейчас сказал, я подпишусь, наверно, под каждым словом. Про банки давай, может быть, по частям. Расскажу сначала своё видение про банки, и что там происходит, и почему так происходит.

Тимофей Мартынов

- Это самое как раз интересное, потому что я не являюсь инсайдером банковской отрасли, и всегда я говорил так, что банки это для меня тёмный лес, и мне кажется, что даже сам Центральный банк не до конца понимает, что там с ними на самом деле происходит.

Гном

- Наверное, я тоже сделаю одну маленькую ремарку, я всё-таки не работаю в Минфине и откровенный инсайд выкладывать не буду, поэтому скорее буду делиться тем…

Тимофей Мартынов

- Но он у тебя есть?

Гном

- Ты знаешь, у меня есть инсайд из различных секторов, из различных бизнесов, и в принципе я понимаю, вижу некоторые процессы, которые происходят на земле, скажем так, не в прессе, а то, что в стратегическом управлении происходит определенных компаний. Но возвращаясь, то есть рассказывать и делать выводы и строить прогнозы, это разные вещи. Как правило, выводы делают и прогнозы люди сами на основании своих суждений и опыта. Я, безусловно, своими прогнозами, выводами поделюсь, но прошу их не принимать, скажем так, за догмы, достоверности, инвестировать там деньги или бежать снимать депозиты откуда-то, после моих заявлений. Но, тем не менее, раз ты меня пригласил, наверно, ты считаешь, что моё мнение имеет под собой какие-то основания.

Тимофей Мартынов

- Да, конечно. Давай про банки, раз ты с них начал. Я предлагал про бюджеты сначала поговорить, но действительно там, наверно, никакого секрета нет в бюджетах? Понятно, что там есть дефициты, что центр федеральный субъектам говорит: «Ребят, так всё, финансирование закончилось, мы теперь воюем в Сирии, у нас все деньги ушли туда, надо подужаться».

Гном

- Давай вернемся к регионам, к бюджетам попозже, сейчас добьём банки.

Тимофей Мартынов

- Хорошо.

Гном

- Тем более они и так добиваются сами собой. С банками ситуация в России исторически, с одной стороны – очень простая, с другой стороны – очень сложная. Простая почему? Потому что практически любой банк занимается тем, что выводит деньги, выводит деньги через кредиты аффилированным лицам, правильным людям и так далее, под залоги активов, которые столько денег не стоят.

Тимофей Мартынов

- Это очень печально.

Гном

- Как бы видим мы это по результатам вскрытия, то есть, когда банкротится там «Траст», «Мастербанк», «Банк Москвы» и так далее, залазят туда люди от ОСВ и говорят: «Смотрите, мы нашли многомиллиардную дыру в балансе». Что такое многомиллиардная дыра в балансе? Это значит, что на активы, где было записано 30 миллиардов рублей, на самом деле там три, например, миллиарда рублей, а на пассивах 30 миллиардов рублей было записано в equity, в капитале, соответственно там тоже стало три миллиарда. А если equity состояло десять, то стало минус 17, соответственно.

Тимофей Мартынов

- Ты такие термины употребляешь, которые не всем, наверно, понятны. Мне понятны, мы с тобой на одном языке примерно разговариваем, но банально говоря, для общего круга слушателей можно так сказать: владельцы банков воровали деньги у вкладчиков, по сути, или у других кредиторов этих банков.

Гном

- Так как вкладчики являются основными кредиторами, наверно, правильнее сказать, что да, у вкладчиков, не всегда это владельцы, но вряд ли, наверное, можно допустить ситуацию, когда уводятся десятки миллиардов рублей без согласования с основными бенефициарами.

Тимофей Мартынов

- Но смотри, Гном, опять неудобно называть тебя Гном, конечно, очень хочется по имени назвать, но не буду. Мы об этом тоже говорили постоянно, читая новости и рассказывая их радиослушателям, и знаешь, что приятно? Прокуратура занимается этими владельцами банков, то есть то одного, то другого, но, по крайней мере, дела заводят и начинают искать. Потому что, понятное дело, они уже все уехали туда, чтобы обезопасить себя. Очень много историй всплывает, там и «Межпромбанк» какой-нибудь, и «Балтийский банк», все истории очень похожи.

Гном

- «Российский Кредит».

Тимофей Мартынов

- Да, ты знаешь, у меня возникает впечатление, что в определенный момент владельцы банков, когда они уже поняли, что никак денег не заработать нормальным банковским способом, потому что не работает бизнес-модель, они просто решили взять и all-in зайти, вывести и после нас хоть потоп.

Гном

- Понимаешь, но это ситуация уже в финальной стадии, скажем так.

Тимофей Мартынов

- И об этом я хотел тебя спросить как раз: насколько процентов этот процесс уже пройден, и сколько скелетов шкафу ещё осталось?

Гном

- А ты знаешь, у каждого банка это по-разному, и в целом большинство банков, почему мы это не видели до 2012, условно, кроме «Банка Москвы» таких громких банкротств особо не было. А сейчас, ты посмотри, и 150 за последний год посыпалось банков.

Тимофей Мартынов

- Потому что ЦБ взялся просто плотненько за них.

Гном

- Я думаю, что не ЦБ скорее взялся, потому что эта спираль… То есть когда спираль раскручивалась, когда клиенты шли, когда бизнес отдавал деньги, это всё позволяло закрывать эти денежные потоки, позволяло закрывать эти кредиты, которые были выданы на, назовём их так, компании с необеспеченными активами в той степени, в которой эти кредиты выданы. То есть кредит выдаётся, допустим, под залог земли, которая стоит по оценке 30 миллиардов, а так она стоит миллиард, кредит, естественно, выдаётся на десять лет, проценты в конце срока погашения. То есть никаких денежных потоков с этого актива, банк не получает, а пассив он должен отдавать, он должен отдавать проценты вкладчикам, он должен отдавать какие-то зарплаты и свои операционные расходы.

Тимофей Мартынов

- Всё, я тебя понял, то есть владельцы банков выводили потихонечку активы из банков, но при этом они как бы поддерживали…

Гном

- Поддерживали жизнь, да.

Тимофей Мартынов

- Жизнь в этой пирамиде банковской, да?

Гном

- Абсолютно верно.

Тимофей Мартынов

- То есть они, может быть, надеялись как-то выйти потом из этой ситуации.

Гном

- Они выходят, ты видишь, то есть банковский бизнес…

Тимофей Мартынов

- Не совсем откровенное мошенничество, скажем так.

Гном

- Да, не совсем, может быть, они не будут выходить, то есть этот актив и эти кредиты, которые выдавались, они могут там лежать в течение семи–десяти лет, и в принципе с банком всё будет нормально, потому что банк получает деньги от выданных кредитов другим компаниям, которые платят себе ставку выше, чем депозитная. То есть работает обычный банковский бизнес, просто некая маржа, она так вот прячется через одномоментный вывод активов. А когда чуть-чуть экономику поприжало, и обычные заёмщики перестали платить, начала расти просрочка, люди начали потихонечку дёргать депозиты, потому что жить на что-то надо, не у всех денежные потоки и зарплаты обеспечивают их жизнь, кого-то уволили. У банков начинается ситуация, когда денежный поток не справляется уже с… Собственно он становится отрицательным.

Тимофей Мартынов

- Это я понял. Смотри, ещё раз, давай, чтобы поставить точку в этом вопросе, по твоим оценкам насколько процесс пройден?

Гном

- Я считаю, что процесс далеко не пройден. Тут вопрос понимаешь в чём, чем это закончится?

Тимофей Мартынов

- Да, у ОСВ и у бюджета хватит денег, чтобы, условно говоря, вкладчиков закрыть у оставшихся банков?

Гном

- Смотри, интересный факт, ОСВ в конце лета, если не ошибаюсь, закрыл, у него публиковалось на сайте количество денег в фонде. Когда оно дошло там до 30 миллиардов, по-моему, они эту статистику закрыли, теперь никто не знает. После этого банкротства идут, они получают деньги из ЦБ, то есть, по сути дела, этот бюджет дотирует ОСВ. Вот несколько цифр, так на минуточку, за полгода 2015 было где-то 25 банкротств и 120 миллиардов денег именно вкладчикам ОСВ должно отдать. За четыре месяца, после полугодия: это июль, август, сентябрь, октябрь – уже больше 30 банкротств. Из них только «Российский Кредит» - 57 миллиардов рублей вкладчикам. То есть суммы гигантские, и эти цифры, которые 57 миллиардов рублей, это называется дыры в балансе, то есть это то, что нельзя вернуть от обычных кредиторов. Но сказать, что все эти деньги украли, наверно, неправильно, потому что происходят и переоценки действительно активов. То есть бизнес сначала был нормальный, под него дали там миллион долларов, потом бизнес начал всё хуже и хуже, акции заложены, акции перешли на баланс банка, они стоят 100 тысяч долларов, но логично – потеряли деньги. Но львиная доля, очень большая доля этих денег, они были действительно выведены так или иначе на те активы, на которые выводить их не следовало. Тут ещё тоже, кстати, момент, ты говоришь: «Хватит ли денег у ОСВ?» Необязательно ОСВ должно спасать банк, который лег уже. На текущий момент, если зайти на сайт ОСВ и посмотреть статистику, на поддержание ликвидности банка, то есть санации, по сути дела, для того чтобы банк не лег, сейчас ОСВ уже задействовало кредитов и средств почти на триллион, на 950 где-то миллиардов рублей.

Тимофей Мартынов

- Уже такой порядок сопоставимый с объёмом средств Фонда национального благосостояния.

Гном

- То есть порядок – триллион, и он уже сопоставим в принципе с масштабами страны, а эти средства, это тоже средства для затыкания дыр. И есть определенные основания полагать, что эти дыры были созданы для того чтобы кредитовать те самые активы. А если мы, кстати, выкинем промежуточные эти действия, выкинем банки, вкладчиков и так далее, то есть получается, что бюджет финансирует ОСВ, который финансирует банк, который выдал когда-то кредит определенной компании. Получается, что бюджет, по сути дела, сейчас кредитует эти нулевые компании или компании с небольшими активами, которые потом уже выводят средства за границу и так далее. Вопрос у каждого банка, так или иначе, есть определенная доля таких кредитов, некоторые по недосмотру, потому что оценка – это процесс творческий всегда, можно показать красивую стратегию, бизнес-план, а потом его не исполнить, а акции уже были заложены по более высокой цене. Некоторые абсолютно в лоб и нагло выводили деньги по тем делам, которые сейчас открыты.

Тимофей Мартынов

- Я прерву твою речь, давай поговорим всё-таки, людей интересует будущее, что будет дальше, и соответственно, давай, наверно, тему банков оставим, потому что главный для меня вопрос: это сколько ещё денег будет напечатано? Ещё один триллион? Если да, то наверно, это дополнительное давление на рубль. Если нет, если мы уже прошли на 90% этот путь, то и, слава богу, тем более наша программа называется «Антикризис», и честно говоря, я всегда радиослушателям рассказываю, что сейчас происходит очень положительный процесс. Дело в том, что после того, как банковская система будет вычищена, я всё-таки полагаю, что регулирование и надзор за банками будет ужесточен. Соответственно мы больше не будем иметь такого оттока капитала через эту кучу банков, у которых отозвали лицензии, будет сложнее обналичивать коррупционные какие-то деньги, которые раньше через эти банки шли. И соответственно в этом есть положительный момент для российской экономики. Таким образом, пройдя через этот процесс очистки, массы этих санаций, ценой вот этих триллионов рублей, которые возвращаются вкладчикам, всё-таки в будущем будет лучше, можно так сказать?

Гном

- Можно так сказать, однозначно система вычищается, то, что делает сейчас ЦБ и это видно, он, по-моему, сегодня четыре банка тоже…

Тимофей Мартынов

- Сегодня четыре грохнули, да.

Гном

- То, что он делает, это он делает правильно. Единственное, что, но это лично сугубо моё мнение, мне кажется, что эта практика ОСВ, несмотря на то, что это мировая практика страхования кредитов, где-то есть у неё какая-то порочность. Заключается именно в том, что люди, понимая, что ОСВ всё равно деньги вернёт, несут деньги в любой банк, в том числе неблагонадежный, который платит в принципе небольшие деньги по сравнению со всей банковской системой в этот фонд страхования. А по факту через энное количество лет он ложится, потому что деньги все выведены, а ОСВ спокойно это закрывает. То есть система страхования банков, я не знаю, честно говоря, я решение, безусловно, не вижу, наверно, если бы оно было простым, его бы уже приняли. Отменять систему и пытаться сделать баланс в экономике…

Тимофей Мартынов

- Да, наверно, нет. Надо просто как-то плотнее следить за тем, кого банки кредитуют, и не являются ли эти фирмы, которых они кредитуют, фирмами-однодневками, то есть здесь, наверно, вопросы к ЦБ.

Гном

- Возможно.

Тимофей Мартынов

- В Америке же тоже существует ситуация, по-моему, Федеральная корпорация страхования вкладов ещё в 30-х годах была создана в США.

Гном

- Основное отличие в Америке вот то, что ты сказал, что собственник банка никогда не будет сидеть в Лондоне в тот момент, когда уже на него будет заводиться дело. То есть там неотвратимость наказания, она гораздо выше.

Тимофей Мартынов

- Да, кстати, это то, когда каждый раз приходят новости о том, что завели дело на кого-то, особенно если поймали ещё и посадили в следственный изолятор, то эти антикризисные новости я рассказываю как хорошие признаки того, что наша страна меняется в лучшую сторону. Потому что когда банкир знает, что неотвратимость наказания последует, то соответственно он и деньги так не будет воровать у вкладчиков и выводить их куда-то за рубеж. Пожалуй, наверно, время просто идёт быстро, с банками закончим, давай всё-таки поговорим про реальный сектор.

Гном

- Давай, может, про людей даже поговорим.

Тимофей Мартынов

- Давай про людей.

Гном

- Не сколько реальный сектор, сколько люди. Ведь люди на самом деле это и есть экономика, это и есть страна, это и есть те, кто тратят свои деньги для того, чтобы другие компании получали прибыль. То есть это их конечный потребитель.

Тимофей Мартынов

- Но люди – это, скажем так, нижний уровень всей структуры российской экономики. Потому что, понятно, что у нас весь нижний уровень на 50% сейчас зависит от государства. Потому что, можно сказать, что больше 50% всего работоспособного населения, так или иначе, работает в компаниях государственных.

Гном

- Да, это, безусловно, так. Но о чём я хотел сказать, о том, что рассматривая кризис и попытки найти дно этого кризиса, и попытки найти точку, когда начнётся рост и собственно и с чего этот рост начнётся, можно как раз с этого нижнего уровня попытаться там покопаться и посмотреть то, что там происходит. А происходят там, на мой взгляд, достаточно скверные вещи.

Тимофей Мартынов

- Например?

Гном

- Например, возьмём среднюю зарплату, то, что у нас рапортуют, она растёт, то есть она сейчас выросла…

Тимофей Мартынов

- Но надо же реальную зарплату смотреть.

Гном

- Даже не столько реальную, понимаешь, слово «средняя» - оно вообще порочно, практически всегда…

Тимофей Мартынов

- Ваня, ты не стесняйся, скажи, что ты имеешь в виду? А, я заслоняю головой циферки? Хорошо, продолжаем, средняя зарплата?

Гном

- Правительство рапортует о росте средней зарплаты, но что такое средняя зарплата? То есть топ-менеджер компании получает там несколько сотен тысяч рублей, к примеру, сейчас средняя зарплата 35 000 рублей по России. То есть он получает 350 000 рублей, это означает, что десять человек будут получать ноль, девять вместе с ним, и средняя зарплата будет 35 000 рублей. А таких людей, у которых зарплаты сотни тысяч рублей, их достаточно много. Тем самым люди, которые получают очень мало, но не ноль, но очень мало, их на самом деле гораздо больше. Когда человек видит: «У нас в России средняя зарплата 35 000, что я могу на 35 000 позволить?» Но, конечно, москвич вообще скажет, что прожить невозможно, потому что бензин и «Азбука Вкуса» столько стоит.

Тимофей Мартынов

- Но здесь я тебе могу совершенно точно сказать, что, допустим, две недели как только что из Новомосковска вернулся, там, в принципе, зарплаты такие реальные 15 000 и 20 000 рублей в месяц. Причём в Пензе, общаюсь с людьми, тоже 15 000–20 000, даже бывает так, что 20 000 – говорят уже нормальная зарплата. Более того, когда кризис был, сейчас не знаю как, я собирал сводки про кризис, люди буквально пару лет назад говорили, что даже на 20 000 рублей работу не найти. Вроде как звонишь, вроде вакансия есть, но по факту ничего найти не получается.

Гном

- Но вот видишь, я, честно говоря, не знаю твой состав аудитории слушателей, но подозреваю, что достаточно много людей из Москвы.

Тимофей Мартынов

- Москвичи из Москвы.

Гном

- Да, в основном. То есть они действительно не видят этой всей ситуации, которая происходит в регионах. А происходит что? Что средняя зарплата, есть такая вещь, как медианная зарплата. Вообще, есть такое слово «средняя» и «медианная». Медианная – она, как правило, всегда более точная, но её почему-то реже используют, потому что она показывает истинный характер вещей. Так вот в 2013 году медиана gross, причём до НДФЛ, была 21 000, а сейчас медиана – 23 500. Медиана простым языком – половина людей получает больше зарплаты, половина меньше. То есть у нас полстраны получает зарплату меньше, чем 23 000 – это gross, где-то 20 500 – net. То есть меньше, чем 20 000 на руки получает ровно половина страны. Это достаточно сильно показательно, при том, что если мы это сравним ещё с некоторой статистикой… Во-первых, кстати, тоже интересный факт, средняя зарплата выросла на шесть тысяч, а медиана всего на две за два года, это говорит о том, что как раз некое расслоение происходит. То есть там эти большие люди, которые получают миллионные зарплаты, их стало побольше или зарплаты стали потолще, а мелкие как остались, так и получают. Так у нас же ещё дикая закредитованность, то есть у нас люди, я не помню, но слышал тоже в каких-то передачах, у людей там по четыре, по пять кредитов и больше, и это число достаточно велико в стране.

Тимофей Мартынов

- Секундочку, всё то, о чём ты сейчас расскажешь, оно было и, да по сути, пять лет назад было.

Гном

- Не скажи, динамика она очень показательна, допустим, объём просрочки по кредитам физических лиц за год вырос на 40%, то есть вот эта динамика.

Тимофей Мартынов

- Он продолжает расти.

Гном

- Да, он продолжает, но где-то есть предел?

Тимофей Мартынов

- Вопрос, да, к тому, чем это закончится? Потому что видишь, откровенным воровством проблемы банков не заканчиваются, есть ещё и реальная просрочка, когда люди не в состоянии платить и обслуживать ипотечные кредиты.

Гном

- А чем закончится? Смотри, можно мягкий сценарий предположить о том, что ничем не закончится, просто человек будет тратить всю свою зарплату только на еду и на кредит, как в принципе во многих семьях и так уже происходит, а питаться, в том числе с подсобного хозяйства. Но означает это то, что он перестанет покупать вещи, в том числе вещи как одежда, он перестанет покупать там какие-то дополнительные игрушки ребенку, он перестанет покупать там на завтрак йогурт.

Тимофей Мартынов

- Это всё уже происходит, статистика выходит постоянно. То есть можно так сказать, обувь, например, одежда, туризм, везде спад где-то 35–40% в годовом выражении, и всё это как раз связано с тем, о чём ты говоришь, цены подросли…

Гном

- А зарплаты остались по сути дела.

Тимофей Мартынов

- А зарплаты остались, реальная покупательная способность снизилась. Это всё происходит и дальше, наверно, будет происходить. Давай так, к чему это всё будет приводить? Во-первых, будет ли расти безработица, как ты думаешь?

Гном

- Безусловно, мы к безработице вернёмся и к реальному сектору. К чему это будет приводить? К тому, что рост возможен тогда, когда некий бизнес, он создаётся, начинает что-то производить, это что-то люди начинают покупать, этот бизнес даёт дополнительные рабочие места. То есть спираль начинает раскручиваться, то, что я говорил, спираль начинает закручиваться, и она сейчас по-прежнему закручивается, а она должна раскручиваться. Вот начать раскрутку спирали можно тогда, когда у людей остаётся располагаемый некий доход. Сейчас у людей этот располагаемый доход сжимается: цены на еду растут, зарплаты практически на том же уровне остаются, за два года цены на еду, на многие продукты выросли на 30% и больше. Как мы видим, медиана зарплаты выросла всего на 10% за два года.

Тимофей Мартынов

- Но глядя на то, что происходит в Украине, мы понимаем, что долларовым зарплатам ещё есть куда падать, в самом худшем случае. Всё-таки в России ещё пока остаются резервы, которых на годик хватит примерно. Если цены на нефть ниже 50 через год, то, наверно, нас будут ждать проблемы большего масштаба, потому что мы пока ещё не в состоянии дефолта, как это было в худшие периоды нашей жизни, и сейчас мы пока ещё более-менее держимся. И как ты писал, в Москве устрицы пока есть не перестанут.

Гном

- В Москве никогда не перестанут, там достаточно…

Тимофей Мартынов

- Никогда вообще?

Гном

- Я думаю, что, не знаю, что должно произойти, слишком много денег у людей ещё лежит в чемоданах…

Тимофей Мартынов

- Смотри, в Москве сколько сейчас людей живёт, десять миллионов, да?

Гном

- Сколько там бывает людей, я думаю, больше пятнадцати в день бывает суммарно с Подмосковьем.

Тимофей Мартынов

- Просто на всех 15 миллионов денег тоже не должно хватить, то есть и в Москве должны проблемы начаться, но опять-таки, у наименее защищенных социальных слоев.

Гном

- Да, у кого-то какая-то страта всегда останется, у чиновников, бизнесменов.

Тимофей Мартынов

- Это понятно, это есть бессмертные.

Гном

- Да, возвращаясь к чему, и что является следствием? Следствием является то, что пока у нас не будет некого среднего класса с располагаемым доходом, у нас не может начаться рост экономики, наверно, сырьевой, если нефть сейчас вдруг станет 200, конечно, у нас опять будут эти тучные годы.

Тимофей Мартынов

- Минуточку, позволь мне развернуть твою идею всё-таки. Ты говоришь, средний класс. Средний класс сам по себе не возьмётся, это должен быть бизнес, то есть бизнес, который создаёт полезность, которая рождает этот класс. Но если нефть не будет стоить дорого, то единственный выход из всей этой ситуации – это производить какую-то полезность и продавать её за рубеж.

Гном

- Либо за рубеж, либо… Да, наверно, за рубеж – это сейчас самое очевидное.

Тимофей Мартынов

- Потому что, будучи замкнутой, эта система не развернётся. Средний класс в этой замкнутой системе, я думаю, невозможно будет создать.

Гном

- Ты знаешь, кстати, ты говорил про мою книжку «Цивилизаtion», там я как раз попытался смоделировать очень маленькое общество, которое само себя начинает развивать.

Тимофей Мартынов

- Вытаскивать.

Гном

- Да, туда-сюда, у него повышается оборачиваемость денег и так далее. В принципе, наверно, замкнутая система работать может, тем более у нас 140 миллионов человек, правда гигантские расстояния. Но ты прав, конечно, нужно смотреть на экспорт. Тут какую вещь ты интересную сказал, и я понимаю, что я тоже повторяю эту ошибку, что люди у нас в среднем получают или будут получать 20 000 рублей и так далее. Слово «получают», оно в мозгу у людей: «Сколько ты зарплату получаешь, сколько ты зарабатываешь?»

Тимофей Мартынов

- Я согласен с тобой. Поэтому я и говорю, что надо делать бизнес.

Гном

- Вот человек, да, когда ты его спрашиваешь: «Сколько ты получаешь?», он, как правило, сидит и получает, у него в голове нет ментальности, что он зарабатывает эти деньги.

Тимофей Мартынов

- Создаёт полезность и получает за неё деньги.

Гном

- Создаёт полезность и то, что ему платят, условно, 50 000 рублей в месяц…

Тимофей Мартынов

- Получка.

Гном

- Да, это получка. А то, что он зарабатывает 50 000 рублей в месяц – это означает, что он создал некую полезность, а 50 000 – это у него осталось сверху, и он их может положить себе в карман. Нет, безусловно, всегда есть люди, которые получают: пожарные, условно, или ещё там кто-то, он не должен думать какую он полезность создаёт в тех или иных деньгах, он действительно получает за свою работу. Но класс людей, который мыслит зарабатывать или не зарабатывать, у нас в России, я считаю, что очень сильно далек от того уровня, который должен быть.

Тимофей Мартынов

- Окей. Всё-таки рецепты, если мы уже зашли в эту созидательную сторону, то получается так, что… Это, вообще, моя одна из основных гипотез, для того чтобы российская экономика расцвела, надо создавать все условия для того, чтобы здесь рождался бизнес, то есть чтобы люди имели стимул к тому, чтобы зарабатывать.

Гном

- Ты знаешь, к посту в «sMart-Lab», который был вчера, там был один очень правильный комментарий: «Как же так, кризис же должен очищать по логике». И в принципе действительно кризис, он должен стряхивать неэффективных, а давать эффективным возможность расти.

Тимофей Мартынов

- Всё правильно, да, тем, кто работает.

Гном

- Но у нас очень любопытная страна, у нас, когда кто-то загибается, к нему приходит государство, к нему приходят какие-то органы, которые дают денег и говорят: «Надо помочь, иначе как же так стоит цементный завод».

Тимофей Мартынов

- Приведи, пожалуйста, пример, такой хрестоматийный.

Гном

- Смотри, хрестоматийный пример, стоит, условно, цементный завод определенный…

Тимофей Мартынов

- Нет, минуточку, но какой цементный завод? Ты сейчас реально пример берешь?

Гном

- Но я без имен, но реальный пример…

Тимофей Мартынов

- То есть, есть цементный завод?

Гном

- Да.

Тимофей Мартынов

- Окей.

Гном

- Он работает по «мокрой» технологии. Есть «сухая» и «мокрая», «мокрая» – это старая технология. У него себестоимость, естественно, выше, чем в среднем по рынку. Рынок сокращается строительный, цемента требуется меньше, объёмы падают, конкуренция возрастает, начинается ценовое давление.

Тимофей Мартынов

- Понятно, что спасать нет смысла.

Гном

- Да. Он начинает терпеть убытки, но завод он градообразующий, там работает, условно, 15% населения города.

Тимофей Мартынов

- То есть нельзя допустить созидательное разрушение.

Гном

- Да, надо ему, естественно, помочь, надо либо у него там как-то закупить, либо ему дать денег или льготные кредиты и так далее. Что происходит в нормальной экономике, где разрешены, скажем так, процессы банкротства? Да, завод обанкротится, люди выйдут на улицу, возможно, перекроют трассу и будут кричать: «Нам нечего есть, спасите наш цементный завод». Но в итоге к этому заводу придёт какой-то, условно, там Lafarge, Серейш, некий человек, у которого есть там банки, либо даже какой-то российский инвестор купит его по стоимости земли, поставит туда нормальное оборудование и вольётся в рынок. Либо, если рынок не требует дополнительных мощностей вообще, то да, люди начнут заниматься каким-то бизнесом и создавать полезность. Да, естественно, с голода вряд ли кто-то будет умирать, у нас есть там пособие по безработице. Но у нас этих очищений не происходит, у нас…

Тимофей Мартынов

- Я думаю, происходит в значительной степени, где можно очиститься, оно происходит и если бы это не происходило, то мы бы не потеряли там всю советскую промышленность. Даже посмотри, сколько предприятий в Москве просто перестали существовать, тот же ЗИЛ.

Гном

- Там другие, скажем так, факторы – драйверы всех этих процессов. То есть ЗИЛ там перестал существовать, возможно… Смотри, тут что, какие могут быть рецепты, скажем так, и что в этой ситуации может быть? И почему собственно этого не происходит? Что вот эти любые банкротства и выходы людей на федеральные трассы, они приведут к недовольству власти. Власти, безусловно, это не нужно никогда.

Тимофей Мартынов

- Понятно, электорат должен быть доволен.

Гном

- Хотя, хотя тоже как вариант, есть лидеры отрасли. У бюджета есть энное количество миллиардов, которые они хотят дать на помощь отрасли. Возможно, стоит дать именно лидерам отрасли эти деньги, для того чтобы они как раз развили свой успешный бизнес, потому что они знают, как делать его успешно.

Тимофей Мартынов

- И эффективно.

Гном

- И они потихонечку поглотят, возможно, неэффективных, перетянут на них рынок, тех обанкротят, но возьмут на работу тех людей, которые работали на неэффективных предприятиях, и будут делать бизнес уже эффективно. Но у нас в целом целевые программы помощи скорее идут неэффективным, а те, кто зарабатывают, им говорят: «Но ребят, вам зачем субсидии? Вы и так нормально работаете».

Тимофей Мартынов

- То есть ты с позиции своей информированности, можешь сказать, что действительно деньги идут неэффективно?

Гном

- Я считаю, что деньги в целом идут тому, кто имеет больше админресурс, а админресурс, как правило, имеют те, даже не то, что, как правило, а так просто получается, что не всегда те, кто имеют админресурс, являются эффективными менеджерами, а скорее наоборот.

Тимофей Мартынов

- У тебя в посте вчерашнем ещё есть гипотеза о том, что лягут строительные компании и будет ещё один виток падения недвижимости. Как ты это обосновываешь? Из-за того, что банки перестанут выдавать кредиты или наоборот, заложенные под ипотеку квартиры попадут на рынок, в принципе, это и так потихонечку происходит.

Гном

- Знаешь, это как любой бизнес, так или иначе, есть некая точка насыщения, и есть некое количество предложений, которое выплескивается на рынок. Вот сейчас можно посмотреть количество продаваемого жилья и его стоимость, и количество рекламы, которая идёт по продаваемому жилью. Скидки там идут повсеместные. По цене, если посмотреть по цене, то в миллионных городах России за 60 000 можно жильё купить, это меньше, чем 1 000 долларов. То есть это уже такие ценники, это новое жильё, хорошее.

Тимофей Мартынов

- Ты имеешь в виду, метр?

Гном

- Да, за метр. В России я знаю действительно ситуации, когда до МКАДа, около метро, здоровенные здания по несколько десятков тысяч квадратных метров, но можно купить из расчета 30 000 рублей за метр, то есть 450 долларов за метр. То есть падение достаточно большое, можно…

Тимофей Мартынов

- Но почему будет банкротство?

Гном

- Почему будет банкротство?

Тимофей Мартынов

- Переаккредитованность строительных компаний или что?

Гном

- Безусловно, кредиты выдавались и выдавались под залог. То есть тут тоже вопрос всей целостности системы. Возможно, банк, имея у себя в активе некий объект недвижимости, он, во-первых, будет управлять инертно хуже, чем та компания, которая его построила. Поэтому банк скорее там пойдёт на реструктуризацию, отменит проценты этой компании, скажет: «Давай, там через пять лет вернешь, потом, только ты сам продавай, потихонечку тело долга загашивай». Тут банк себе не хочет на баланс это брать, возможно, ситуация будет держаться в балансе, она держится пока. То есть крах недвижимости, рынка недвижимости предсказывали очень давно, но происходит по факту некое сползание к краху. Как в фондовом рынке крах у них не происходит, и наверно, это и не произойдёт. Но то, что я писал, я считаю, что недвижимость будет ещё ниже, и я это смотрю просто по количеству свободных площадей.

Тимофей Мартынов

- У нас пока крах происходит в форме того, что просто число сделок упало в два раза. И собственно, цены пока держатся…

Гном

- Слушай, но, а как держатся?

Тимофей Мартынов

- Сделки упали, хотел продать, теперь придётся дольше ждать, а когда приспичит, придётся уже продавать…

Гном

- С дисконтом.

Тимофей Мартынов

- С дисконтом хорошим. Смотри, у нас время потихонечку подходит к концу, в общем, у тебя есть ещё одна гипотеза, ты пишешь, что: «Забудьте про доллар по 50 рублей».

Гном

- Забудьте.

Тимофей Мартынов

- Да, забудьте. «Если евро опустится ниже 70, то покупайте».

Гном

- Но не то, что если, евро и так ниже 70.

Тимофей Мартынов

- Но в целом по рублю прогноз негативный?

Гном

- Да, у меня, безусловно, прогноз негативный. Я вижу, ты тоже спрашивал про безработицу и занятость, в какой-то момент, я вижу некие планы по ликвидации, скажем так, рабочих мест на определенных крупных предприятиях, банальных увольнениях. То есть люди сокращают косты, объёмы падают, столько людей не нужно, пытаются ужиматься. Действительно предприятия, это нормальная ситуация, когда режут…

Тимофей Мартынов

- То есть худшее в плане занятости ещё не пройдено?

Гном

- Худшее в плане занятости, я считаю, что нет.

Тимофей Мартынов

- То есть компании сейчас держались до какого-то момента, и дальше они будут всё равно продолжать сокращать?

Гном

- Видишь, эта спираль – это всё связано, то, что мы говорим, что люди перестают потреблять банальные какие-то вещи у предприятия.

Тимофей Мартынов

- Да-да, это развивающийся процесс, раскручивающийся.

Гном

- Он скручивающийся, скажем так. То есть он должен скрутиться до неких таких базовых вещей, пока опять же государство… Тут в чём ещё тоже тупиковая ситуация, та же самая Турция, на неё, кстати, очень интересно смотреть, там 2001 год – был жесточайший кризис, они смогли сделать непопулярные меры, в том числе в плане инфляции. У Турции постоянная инфляционность, они постоянно вкладывают деньги в экономику, но они живут, они научились жить с этой инфляцией. Турки достаточно нормально живут с этим, они конкурентноспособны, они мировая экономика, такой достаточно серьёзный игрок, у них очень много первых позиций вообще по каким-то продуктам, по шитью и так далее. Но для этого нужно делать непопулярные меры, в том числе связанные с инфляцией. У нас в России инфляция, это была некая священная корова, мы постоянно её задавливали, мы говорили, что у нас будет семь процентов инфляции, шесть, долгосрочные прогнозы были даже три с половиной…

Тимофей Мартынов

- Очевидно, для того чтобы защитить сбережения?

Гном

- А сейчас если сказать, что: «Ребят, мы собираемся экономику раскачать, а спираль попытаться раскрутить, поэтому мы считаем 15-20% инфляции – это нормально». Но я думаю, что не поймут просто, Правительство скажет: «А что же вы говорили нам все эти годы?» А инфляция, вероятнее всего, экономике нужна, и вложение денег в экономику нужно от государства. Денег брать неоткуда, их придётся печатать и чтобы раскрутить спираль придётся делать эмиссию…

Тимофей Мартынов

- Печатание денег – это соответственно удар по рублю.

Гном

- Удар по рублю, да, рубль будет слабеть, конкуренция будет нарастать, главное, делать это не взрывно, не гиперинфлированно, а постепенно, чтобы как в Турции конкурентоспособность цен, она текла, так скажем, параллельно с ростом этих доходов населения.

Тимофей Мартынов

- Как ты думаешь, какой сейчас бизнес… Всё-таки есть же у нас подрастающее поколение, люди, которые вышли из университетов с горящими глазами, это мы с тобой старички, мы уже такие – лучшее осталось позади, а люди молодые, они оптимистичные. Как ты думаешь, какой бизнес сейчас в России можно делать начинать?

Гном

- Бизнесов много, которые сейчас в кризис действительно не страдают. Однозначно не стоит смотреть на бизнес офисных клерков, которые действительно получают, а не зарабатывают. Очень трудно померить, сколько заработал там финансовый директор, например, непосредственно своей компании, он просто делал свою работу.

Тимофей Мартынов

- Нет, а если ты хочешь своё дело начать, что можно делать? Что может быть перспективным даже в условиях кризиса? Есть какие-то идеи? Если нет, просто скажи, что «нет» или что «вопрос требует проработки», я от тебя отстану.

Гном

- Я думаю, что да, я тебе быстро так не отвечу. На экспорт, действительно, на экспорт надо смотреть. Очень много вещей, которые интересны зарубежью, очень много вещей, которые по-прежнему Россия закупает и не делает здесь по той причине, что в 90-х годах производство какое-то, возможно, ушло.

Тимофей Мартынов

- То есть потенциал для импортозамещения?

Гном

- То есть берёшь таможенную декларацию, допустим, статистику таможни и смотришь, что импортируется.

Тимофей Мартынов

- Понял. И последнее, сбережения, ты даёшь совет, что сейчас не разбрасывайтесь деньгами, в будущем они могут вам понадобиться. Но имея в виду, что потеряете работу.

Гном

- Наверное, да, можем так сказать, потеряете работу. Надеюсь, никто не потеряет работу из слушателей.

Тимофей Мартынов

- Но если банки у нас под ударом, то где деньги-то сейчас держать? Но я так понял, что в долларах, во-первых, часть в банке.

Гном

- Наверно, часть в доллары, часть в евро. Я честно, опять же, ты сейчас меня сподвигаешь на то, чтобы я дал какие-то прогнозы, мне не хочется это делать, потому что потом за язык поймают.

Тимофей Мартынов

- Ну и не делай. Увидят Гнома на улице и поймают за язык.

Гном

- Я, допустим, лелею надежду выехать в Европу, может, следующей весной, и я какое-то количество евро подкупаю, понимаю, что они там потребуются. А так…

Тимофей Мартынов

- Но всё, спасибо, уважаемый Гном, за то, что пришёл сегодня к нам в эфир. Я напомню, сегодня у нас был анонимный гость, который не раскрывает свою личность, мы зовём его Гном, он хорошо известен на «sMart-lab». Это был «Антикризис с Тимофеем Мартыновым», всем удачи, до свидания!

Гном

- Спасибо, до свидания.