Выявление возможности датирования ставрографической коллекции Омского Прииртышья методом сравнительного анализа с материалами из некрополей г. Иркутска

ИСТОРИЯ

Вестн. Ом. ун-та. 2012. № 4. С. 222-226.

УДК 903.26

И.Д. Кромм, И. М. Бердников

ВЫЯВЛЕНИЕ ВОЗМОЖНОСТИ ДАТИРОВАНИЯ СТАВРОГРАФИЧЕСКОЙ КОЛЛЕКЦИИ ОМСКОГО ПРИИРТЫШЬЯ МЕТОДОМ СРАВНИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗА

_ к* л.

С МАТЕРИАЛАМИ ИЗ НЕКРОПОЛЕЙ Г. ИРКУТСКА*

Две крупнейшие ставрографические коллекции Сибири (наряду с илимской) обобщаются на основе типологии В.И. Молодина, расширяя и дополняя её. Приводится сравнительная таблица типов нательных крестов. Вводится в научный оборот нательный крест с Девой Марией на обороте, дается его описание, однако вопрос его идентификации остается открытым. Методом сравнительного анализа выявляются некоторые датирующие признаки для крестов-тельников ХУП-Х1Х вв.

Ключевые слова: ставрография, Изюк-1, Ананьино-1, Иркутск, Спасский некрополь, Владимирский некрополь, Крестовоздвиженский некрополь, ХУП-Х1Х вв.

На территории Сибири в последнее время изучено много памятников, содержащих нательные кресты, дана оценка их значения в изучении народов Сибири и их истории [1, с. 14-17]. Кресты-тельники представляют интерес как объект исследования, который включает культурологические и конфессиональные аспекты изучения духовной культуры населения Сибири [2]. В данной работе представлен опыт сравнительного анализа двух сибирских ставрографических коллекций - омской (сельской) и иркутской (городской) - на основе историко-искусствоведческого подхода.

Цель: выявить датирующие признаки и типы крестов-тельников, присущих определенному периоду времени через сравнительный анализ ставрографических коллекций трех хорошо датированных иркутских некрополей и, сопоставив их с крестами из памятников Омского Прииртышья, сделать предварительные выводы о датировке последних.

Проведенный анализ является первым шагом в создании единого обобщающего каталога нательных крестов из археологических памятников Сибири. В основу сравнительного анализа легла типология В.И. Молодина, который для её построения использовал схему Э.П. Винокуровой. Большинство экземпляров омской и иркутской коллекций находят аналогии (по типам) в илимской коллекции. В тех случаях, когда аналоги отдельным типам в илимской коллекции отсутствуют и изделия могут представлять отдельные типы, подтипы, варианты и т.д., они выделяются в самостоятельные типологические единицы и описываются согласно критериям и базовой схеме Э.П. Винокуровой [3].

Хронологические рамки настоящего исследования охватывают период со второй половины XVII в. до конца XIX в. Сравнительный анализ проведен на материалах ставрографических коллекций из могильников Изюк-1 (Большереченский р-н Омской области), Ананьино-1 (Тарский р-н Омской области) и некрополей г. Иркутска - Спасского, Владимирского и Крестовоздвиженского.

К настоящему моменту коллекция из иркутских некрополей насчитывает 486 нательных крестов. Спасский некрополь датирован началом -третьей четвертью XVIII в. [4], за исключением одного погребения [5]. Владимирский некрополь датируется второй-третьей четвертью XVIII в. [4]. * Работа выполнена при финансовой поддержке Министерства образования и науки РФ, государственный контракт № 14.740.11.1392.

© И.Д. Кромм, И.М. Бердников, 2012

Третий иркутский некрополь - Крестовоз-движенский - более поздний [4]. Хронологически однородным он не является. Однако большинство захоронений датируется, судя по датам на обнаруженных фрагментах надгробных плит, последней четвертью XVIII -первой четвертью XIX вв. Следует отметить отличие коллекции тельников Крестовоздви-женского некрополя от коллекции некрополей Спасской и Владимирской церкви, что может как раз объясняться разновременностью некрополей.

В отличие от Спасского и Владимирского некрополей Иркутска сельские могильники Изюк-! и Ананьиной - открытые комплексы, где захоронения совершались со второй половины XVII в. до конца XIX вв. На данный момент коллекция нательных крестов из памятников Омского Прииртышья составляет 235 экземпляров.

В коллекции крестов-тельников иркутских некрополей присутствуют почти все типы крестов, представленные в типологии В.И. Молодина. Коллекция крестов Омского Прииртышья представлена типами 1, 4, 5, 6, 7, 8 (типология В.И. Молодина) и 12, 13, 14 (выделены нами в дополнение типологии В.И. Молодина) [6] (табл.).

Отдельно следует остановиться на изделиях, которые нельзя отнести ни к одному типу крестов с силу того, что их пока трудно правильно идентифицировать как с точки зрения конфессиональной, так и с точки зрения хронологической. Это простой прямоконечный крест с прямыми углами сре-докрестия. Ушко простое, располагается параллельно плоскости креста. На одной из сторон изображение распятого Иисуса, на другой - Богоматери (в рост) с младенцем Иисусом на руках. В коллекции Омского Прииртышья крест представлен одним экземпляром с памятника Изюк-^ в коллекции Крестовоздвиженского некрополя имеется четыре аналогичных экземпляра. Больше полных аналогий нам неизвестно.

Простые лаконичные формы и иконография Иисуса напоминают изделия древней Руси [7]. Однако особенности изображения Богоматери на этом кресте не совсем характерны для иконографии тельников, энкол-пионов и медных икон древней и средневековой Руси. Чаще всего изображалась Богоматерь, держащая младенца Иисуса на левой руке (Одигитрия). В нашем случае изображена Богоматерь с младенцем на правой руке. В пользу православной принадлежности крестов может служить упоминание Н.П. Кондаковым некоего древнего иконографического типа Божией Матери «стоя держащей Младенца на правой руке», распространенного в Византии в X-XII вв. [8].

Вполне возможно, что мы имеем дело с католическими нательными крестами (либо изготовленными по западно-христианским образцам). На рассматриваемых нами на-

тельных крестах под ногами Богоматери изображен предмет округлой формы (облако?), выделяется складка покрывала, идущая по диагонали фигуры. Эти детали напоминают иконографию Сикстинской Мадонны. Отсутствие известных нам аналогов среди православных изображений Богоматери также свидетельствует в пользу этой гипотезы. Если это так, то аналоги изображениям следует искать в западно-христианской иконографии и среди образцов европейского литья. Известно, что в первой половине XIX в. в Иркутске было много ссыльных поляков, и не исключено, что данные кресты имеют польское происхождение. Открытым остается только вопрос, каким образом эти изделия оказались в захоронениях на православном кладбище, так как к этому времени для представителей католической конфессии на Иерусалимском кладбище г. Иркутска был выделен отдельный участок. Еще более интересным остается вопрос нахождения такого крестика в сельском некрополе Омского Прииртышья.

Проблема датировки отдельных типов нательных крестов периода второй половины

XVII в. до конца XIX в. заключается в том, что некоторые их формы и иконографические сюжеты, которые появляются в XIV-XV вв., встречаются и в XVIII-XIX вв., а в отдельных случаях и начале XX в. Ситуация осложняется недостаточным количеством однородных в хронологическом плане археологических комплексов. Часто православные некрополи функционировали на протяжении 150-200 лет. Несмотря на то, что в отдельных могилах встречаются монеты, которые могут выступать в качестве датирующего материала, установить точные хронологические рамки бытования определенного типа креста этим методом невозможно. Сложилось мнение, что эта задача не имеет решения, во всяком случае на данном этапе изучения археологических памятников позднего периода.

Материалы, полученные из раскопок некрополей Иркутска XVIII-XIX вв., возможно, помогут отчасти решить вопросы хронологии ставрографических коллекций из памятников Омского Прииртышья. Первое наблюдение касается крестов 5 типа (см. табл.). Кресты типа 5 представлены в омской коллекции 40 экземплярами. Изделия этого типа встречаются только на самом позднем из иркутских некрополей - Кресто-воздвиженском (13 экз.), за исключением серебряного крестика из Спасского некрополя. Кресты идентичны крестам из некрополей Изюк-I и Ананьино-I. На всех экземплярах, кроме одного серебряного, зафиксированы следы эмали черного, белого и синего цвета. Отсюда можно сделать предварительный вывод, что широкое распространение крестов 5 типа характерно для более позднего времени - конец XVIII-XIX вв.

Сравнительная таблица типов омской и иркутской ставрографических коллекций

Тип нательного креста Подтип Изюк-1, кол-во Ананьино-1, кол-во Спасский некрополь, кол-во Владимирский некрополь, кол-во Крестовоздвиженский некрополь, кол-во

Тип 1 1 29 2 - - -

2 99 8 75 14 42

Тип 2 3 - - 2 - -

Тип 4 1 3 1 22 - -

2 2 - 19 - 2

3 4 - 27 3 -

4 1 - 6 - -

5 - - 2 - 2

I 6 2 1 14 - 4

7 - - 5 - -

8 - - 3 - -

9 - - 2 - -

Тип 5 1 38 2 1 - 13

Тип 6 1 2 2 - - 4

2 2 - 1 - 12

4 - - 3 - -

5 - - 2 - 1

Тип 7 1 1 - 1 - -

2 2 - 33 7 16

1 I* 3 - - - - 1

Тип 8 Д 1 10 - 41 6 36

2 1 - - - 2

3 - - 2 - 1

Тип 10 Ф 1 - - 10 - 2

Тип 11

Тип 12 2 - - - -

Окончание табл.

Тип нательного креста Подтип Изюк-I, кол-во Ананьино-1, кол-во Спасский некрополь, кол-во Владимирский некрополь, кол-во Крестовоздвиженский некрополь, кол-во

Тип 13 2 1 - - 10

Тип 14 * 2 - 3 - -

Другой важной деталью, на наш взгляд, является конфигурация ушка нательного креста. Форма ушка тельников омских некрополей разная. Примерно половина крестов (насколько позволяет судить сохранность) преимущественно 1 типа 1 подтипа и типа 5 имеет ушко фигурное со «ступеньками» и одной шишечкой на навершии, встречается и ушко простой округлой формы. В коллекции Спасского и Владимирского некрополя ушко у тельников, как правило, простой округлой формы, в ряде случаев оформлено несколькими гранями. Фигурное ушко наиболее распространено среди тельников из Крестовоздвиженского некрополя. Эта особенность присуща крестам типов 1, 4 и 5. Таким образом, видно, что в Иркутске ушко такой формы еще отсутствует на крестах-тельниках начала-середины XVIII в. и появляется лишь в конце XVIII - начале XIX вв. Если этот факт отражает общие тенденции, то нательные кресты типа 1 подтипа 1, типа 5 и некоторые кресты типа 4 с фигурным ушком из коллекции Омского Прииртышья следует датировать не ранее, чем концом XVIII - второй половиной XIX вв.

Следует отметить, что в омской коллекции есть и кресты древних форм - это тельники 14 типа. Учитывая тот факт, что такие образцы встретились только в захоронениях Спасского некрополя, то датировать их следует не позднее третьей четверти

XVIII в. Хотя с большой долей вероятности они могут быть отнесены и к XVII в.

Помимо общих морфологических черт нательных крестов важным датирующим признаком является техника изготовления. Преимущественной техникой в XVII-XVIII вв. являлось литье. В XIX в. появляются штампованные кресты новых форм в ряде случаев с клеймом мастера и пробой металла. Признаками штамповки является относительная лёгкость и небольшая толщина изделия, т. е. применение пригодных для штамповки сплавов, отсутствие литейных швов. Такие тельники встречаются в коллекции Крестовоздвиженского некрополя (2 экз.) и обнаружены они в могилах середины XIX в. [9]. Датировка таких крестов подтверждается находками аналогичных

образцов, датируемых по клеймам второй половиной XIX - началом XX в., на Нагорном кладбище в Барнауле [10]. К поздним крестам (не ранее середины XIX в.) следует отнести и тельники типа 13 из коллекции Омского Прииртышья. Эти наблюдения, позволяют не только выделить в омской коллекции группу наиболее поздних крестов, но и, благодаря этому, выявить поздние участки сельского кладбища, откуда они происходят.

Подводя итог, необходимо сказать, что дальнейшее изучение и систематизация ставрографического материала из сибирских памятников Нового времени позволит не только выявить все типы тельников, бытовавших в Сибири в XVII-XIX вв., но и установить хронологические рамки существования отдельных типов, а также их происхождение, т. е. принадлежность к определенным литейным центрам или, по крайней мере, школам русского литья.

ЛИТЕРАТУРА

[1] Молодин В. И. Кресты-тельники Илимского острога. Новосибирск, 2007.

[2] Татаурова Л. В., Кромм И. Д. Ставрографиче-ские материалы как источник по изучению культового медного литья у русских и христианизации аборигенов Сибири // Мировоззрение населения Южной Сибири и Центральной Азии в исторической ретроспективе : сборник статей / под ред. П. К. Дашковского. Барнаул : Азбука, 2010. Вып. IV. С. 115-126.

[3] Винокурова Э. П. Металлические литые кресты-тельники XVII в. // Культура средневековой Москвы XVII в. М. : Наука, 1999. С. 326-360.

[4] Бердников И. М. Археологические исследования православных некрополей XVIII - начала XIX вв. в Иркутске // Труды III (XIX) Всероссийского археологического съезда. СПб. ; М. ; Великий Новгород, 2011. Т. II. С. 213-214.

[5] Бердников И. М. Уникальный нательный крест с распятием из погребения Спасского некрополя в Иркутске // Интеграция археологических и этнографических исследований. Казань : Изд-во Института истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2010. С. 208-212.

[6] Татаурова Л. В., Кромм И. Д. К вопросу о типологии крестов-тельников из археологических памятников русского населения Омского Прииртышья XVII-XIX вв. Омск, 2012. (В печати).

[7] Равдина Т. В. Погребения Х-ХІ вв. с монетами на территории Древней Руси : каталог. М. : Наука, 1988. 48 с.

[8] Кондаков Н. П. Иконография Богоматери. СПб.: Типография императорской академии наук, 1915. Т. 2. 275 с.

[9] Бердников И. М., Бердникова Н. Е., Батракова Н. А. Раскопки у Крестовоздвиженской церкви в Иркутске // Проблемы археологии, этногра-

фии, антропологии Сибири и сопредельных территорий : матер. итог. сессии Ин-та археологии и этнографии Со РАН, 2010 г. Новосибирск : Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2010. С. 145-148.

[10] Воробьёв-Исаев А.А. Погребальные памятники Российского освоения Верхнеобского региона

XIX - начала XX вв. (по археологическим источникам). Приложения : дис. ... канд. ист. наук. Новосибирск, 2006. 25 с.