Биографический метод в изучении биологии дрозда-белобровика Turdus iliacus

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 1997, Экспресс-выпуск 11: 14-18

Биографический метод в изучении биологии дрозда-белобровика Turdus iliacus

В.И.Головань

Лаборатория зоологии позвоночных, Биологический институт, Санкт-Петербургский университет, Старый Петергоф, Санкт-Петербург, 198904, Россия

Поступила в редакцию 17 февраля 1997

Изучение биологии воробьиных птиц на постоянном контрольном участке на юге Псковской обл. ведется автором с 1984. Для этой цели на юго-восточном берегу оз. Осыно выбран обособленный участок (100 га) ольхово-березового леса с подлеском из черемухи. Население воробьиных птиц на этом участке весьма разнообразно (отмечено гнездование 42 видов) и отличается от ближайших рощ более высокой плотностью.

Для получения подробных сведений о различных сторонах жизни птиц я использовал т.н. биографический метод, т.е. прослеживание судеб индивидуально маркированных особей. Кроме того, проводил абсолютный учет численности гнездящихся птиц, при котором искал все гнезда, отлавливал и кольцевал взрослых особей и птенцов. Способы контроля местного населения описаны ранее (Зимин и др. 1983; Головань 1988). Наблюдения вели в течение всего времени пребывания птиц на гнездовой территории на протяжении целого ряда лет.

Самый массовый материал получен по белобровику Turdus iliacus. Его плотность населения колебалась год от года от 36 до 52 пар на 100 га. За 9-летний период работы удалось найти почти 700 гнезд, окольцевать на них 407 взрослых птиц и немногим более 1000 птенцов. Учитывая большую редкость детальных описаний судеб отдельных особей в экологической литературе, приведу в этом сообщении несколько биографий хорошо знакомых мне особей.

История первая

В 1986 пара молодых белобровиков (самец 146552, самка 146551) в свой первый сезон размножения трижды приступала к гнездованию. Первые две попытки оказались неудачными, и лишь на третий раз птицам удалось выкормить 4 птенцов, вылетевших 26 июля. Всего за сезон самка отложила 14 яиц.

На следующий, 1987, год самка 146551 обосновалась на 400 м южнее первого гнездового участка и образовала пару с другим

самцом в возрасте 2 лет. Пара успешно вырастила 2 выводка — вначале из 5, затем из 3 птенцов. Всего в 1987 самка отложила 10 яиц.

Самец 146552, впервые гнездившийся в 1986 с самкой 146551, занял в 1987 прежний гнездовой участок и образовал пару с 2-летней самкой 146700, ранее достоверно не обитавшей на контролируемом участке леса. Первая кладка состояла из 5 яиц. Из них успешно вылупились и вылетели птенцы. Пара приступила ко второму гнездованию, однако вторая кладка подверглась нападению хищника во время откладки яиц — самке удалось отложить 2 или 3 яйца. 28 июня самка начала еще одну кладку. Эта кладка, третья в сезоне, состояла из 4 яиц. 23 июля птенцы успешно покинули гнездо.

История вторая

В 1985 году на гнезде отловили пару, состоящую из 2-летних птиц (самец 146239, самка 249240). Первая кладка была разорена во время насиживания. Вторая попытка гнездования завершилась гибелью птенцов. Только третья попытка, когда кладка состояла всего из 2 яиц, окончилась благополучным вылетом птенцов 29 июля. В 1986 самка 249240, уже в возрасте 3 лет, поселилась здесь же на гнездовом участке 2-летнего самца 249541. Эта пара (самец 249541 и самка 249240) сохранилась и на следующий сезон размножения. В 1986 первые две кладки погибли во время насиживания (10 яиц), а третья, начавшаяся 21 июня, окончилась вылетом 4 птенцов. В 1987 самка 249240 приступила к откладке яиц 2 мая, а 28 мая из гнезда вылетели 5 птенцов. 7 июня появилось первое яйцо второй кладки, содержавшей 6 яиц. Из них вылупился лишь один птенец, которого похитили на вторые сутки. Спустя 10 сут самка отложила новую кладку из 3 яиц, и 1 августа 3 птенца покинули гнездо. В последующие годы эти особи на гнездовании не встречались.

История третья

2-летний самец 249504 поселился в 1985 на опушке леса в 800 м от места своего рождения, образовав пару с 2-летней самкой 146001. Самка отложила две кладки, обе по 6 яиц. В первом гнезде вывелись 3, во втором — 5 птенцов. На следующий, 1986, год самец 249504 переместился на 70 м от прошлогоднего участка и образовал пару с новой 2-летней самкой. Их первая кладка содержала 6 , а вторая — 5 яиц. В гнездах появились, соответственно, 4 и 3 птенца, остальные яйца оказались неоплод отворенными. Оба выводка успешно оставили гнезда. В 1987 этот самец вновь образовал пару с новой самкой, также 2-летней. Первая их кладка из 6 яиц погибла во время насиживания незадолго до появления птенцов (14 мая). Через 6 сут пти-

цы вновь приступили к гнездованию. Эта попытка завершилась вылетом 5 птенцов. Следующая кладка, также из 5 яиц, подверглась разорению во время насиживания. В 1988 самец 249504, достигнув возраста 5 лет, занял тот же участок и образовал пару с 3-летней самкой 146613, до этого гнездившейся в течение двух лет на соседнем гнездовом участке с самцом 146612, своим ровесником. Из первого гнезда 14 июня вылетел выводок из 6 птенцов. Вторая кладка, содержавшая тоже 6 яиц и начатая 21 июня, была разорена сойкой 3 июля. На следующий, 1989, год пара 249504 и 146613 вновь поселилась на прежнем гнездовом участке и успешно вывела два выводка по 5 птенцов (начало кладок 20 апреля и 25 мая). В 1989 самец достиг возраста 6 лет, а самка — 4 лет. За 5-летний период самец выкормил 36 птенцов, а самка — 21 птенца с первым самцом 146612 и 16 птенцов со вторым самцом 249504. Первый ее самец 146612 по-прежнему обитал на своем гнездовом участке. В 1988 он не появился на контролируемой нами территории. Невозвращение части взрослых особей и первогодков-автохтонов в том году, по-видимому, было обусловлено продолжительным похолоданием, сказавшимся на перераспределении птиц по территории. В 1989 я зафиксировал возвращение 11 особей, родившихся или гнездившихся здесь в 1987, но отсутствовавших в 1988 (Головань 1996).

История четвертая

Пара годовалых особей (самец 146900 и самка 123101), поселившаяся на территории исследования в 1988, вывела в первый сезон два выводка из 5 и 3 птенцов. На следующий, 1989, год обе птицы вновь вернулись в район гнездования, но пара не сохранилась.

Самец 146900 остался на прежнем гнездовом участке и в 1989 образовал пару с годовалой самкой 123597. Первая их кладка, начатая 28 апреля(5 яиц), была разорена 9 или 10 мая. Повторная кладка из 6 яиц была начата 21 мая, а 16 июня в 19 ч из гнезда похитили последнего птенца, которому было уже 9 сут. Третью по счету кладку эта пара начала 22 июня в гнезде, построенном всего в 27 м от разоренного. В ней было 5 яиц, которые 28 июня похитила сойка.

Самка 123101 переместилась в 1989 на 140 м и поселилась на участке 2-летнего самца 123595. Первая ее кладка из 5 яиц погибла вскоре после начала насиживания, а повторная была начата 24 мая и насчитывала такое же количество яиц. 16 июня из гнезда похитили 8-сут птенцов. Третью в сезоне кладку эта пара начала 24 июня. Последняя попытка гнездования завершилась выкармливанием 4 птенцов (1 яйцо было неоплодотворенным), вылетевших 23 июля.

Обсуждение

Материал, полученный при использовании биографического метода, подробно характеризует различные стороны жизни белобровика. Сезон гнездования этого вида в зависимости от погодных условий весны длится с середины апреля (наиболее ранняя дата откладки первого яйца 16 апреля 1984) по середину июля (наиболее поздняя дата откладки первого яйца 12 июля 1986; по-видимому, возможны и более поздние сроки). В течение этого периода птицы способны возобновлять кладки в случаях разорения гнезд с кладками или птенцами. Некоторые особи делают до 4 попыток гнездования в сезон. Максимальное количество яиц, отложенное одной самкой в течение сезона, составило 17. Количество яиц в нормальных полных кладках варьирует от 4 до 6, а в повторных — от 2 до 6 в первой половине сезона и от 2 до 4 во второй.

Я ни разу не наблюдал у белобровика случаев полигинии. Пары сохранялись в течение одного сезона независимо от успешности гнездования. Редкие случаи сохранения супружеских отношений в течение нескольких сезонов обусловлены, на мой взгляд, территориальным консерватизмом, довольно сильно выраженным не только у самцов, но и у некоторых самок. Как правило птицы сохраняли верность однажды занятой гнездовой территории, даже несмотря на неоднократное разорение гнезд. Такое поведение свойственно далеко не всем видам, находившимся под нашим наблюдением. У мухоловки-пеструшки Ficedula hypoleuca, серой мухоловки Muscícapa striata, зарянки Erithacus rubecula и некоторых других птиц пары после разорения гнезда с кладкой или птенцами обычно распадались. При этом самки совершали довольно далекие перемещения, а самцы в большинстве случаев начинали активно токовать на прежнем гнездовом участке. Подобное поведение неоднократно описано в литературе (Зимин, Артемьев 1986; Артемьев 1988; Зимин 1988; Головань 1983, 1989 и др.). По наблюдениям С.П.Резвого (1983), уже в июле среди мигрирующих зарянок встречается много взрослых самок. По всей видимости, в этих перемещениях участвуют птицы, потерявшие кладки или выводки и не приступившие ко второму циклу гнездования. Особи, успешно завершившие гнездование, продолжают держаться на гнездовых участках или в их ближайших окрестностях до завершения послебрачной линьки (Зимин, Артемьев 1986; наши данные). Белобровики также остаются в районе гнездования до окончания линьки. Наиболее поздние поимки окольцованных местных особей приходятся на конец сентября.

Представленные данные, относящиеся лишь к некоторым сторонам жизни белобровика, наглядно свидетельствуют о широких возможностях биографического метода в изучении биологии птиц.

Литература

Артемьев A.B. 1988. Биология зяблика (Fringilla coelebs) в послегнездовой период в

южной Карелии/ Фауна и экология наземных позвоночных. Петрозаводск: 36-51 Головань В.И. 1983. О характере брачных связей у мухоловки-пеструшки/ Тез. докл. XI

Прибалт, орнитол. конф. Таллин: 76-78. Головань В.И. 1988. К вопросу о гнездовом консерватизме и филопатрии воробьиных

птиц// Материалы XII Прибалт, орнитол. конф. Вильнюс: 51-53. Головань В.И. 1989. Структура населения мухоловки-пеструшки в гнездовой период/

Экология птиц в период гнездования. Л.: 104-109. Головань В.И. 1996. Территориальное поведение дрозда-белобровика Turdus iliacus в

репродуктивный период/Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 1: 12-15. Зимин В.Б. 1988. Экология воробьиных птиц Северо-Запада СССР. JI: 1-184. Зимин В.Б., Лапшин Н.В., Артемьев A.B. 1983. Эффективность различных методов контроля возврата птиц на места кольцевания/ Тез. докл .XI Прибалт, орнитол. конф. Таллин: 91-93.

Зимин В.Б., Артемьев A.B. 1986. Территориальное поведение зарянок в послегнездовой период (по наблюдениям в юго-восточном Приладожье)/ Экология наземных позвоночных Северо-Запада СССР. Петрозаводск: 5-20. Резвый С.П. 1983. Летние миграции зарянки (Erithacus rubecula L.) на северо-востоке Ленинградской области/ Сообщ. Прибалт, комиссии по изучению миграций птиц. Тарту, 14: 70-84.

ю оз

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 1997, Экспресс-выпуск 11: 18-19

Встреча белоспинного альбатроса Diomedea albatrus в тихоокеанских водах Курильских островов

Ю.Б.Артюхин

Лаборатория орнитологии, Камчатский институт экологии и природопользования ДВО РАН, пр. Рыбаков, 19-а, Петропавловск-Камчатский, 683024, Россия. Электронная почта: nick@marmam.kamchatka.su

Поступила в редакцию 28 марта 1997

Белоспинный альбатрос Diomedea albatrus — одна из редчайших птиц мира. Сведения о встречах с ним в море в настоящее время очень скудны. Автор собирал материал по морским птицам в качестве наблюдателя на рыболовных судах, занятых на дрифтерном промысле лосося. 5 июля 1996 мы встретили одиночного белоспинного альбатроса в точке с координатами 46°13' с.ш., 152°4Г в.д. Это была молодая птица в гнездовом наряде, недавно покинувшая гнездо. Она поднялась в воздух в 200 м по курсу судна во время выборки сетей и затем в течение 20 мин летала вокруг, неоднократно приса-