Аспекты нормативно-стилистической характеристики в общих толковых словарях (на материале анализа пометы «Просторечное»)

KEY ISSUES OF LEXICOGRAPHIC PRESENTATION OF PSYCHOGNOSTIC

TERMINOLOGY

Yu. I. Savostyanova

The article is concerned with key issues of lexicographic presentation of psychognostic terminology, i.e. that of the sciences studying human psychics. The basic challenge is systematizing, standardizing, and listing microsystem psychognostic terms as basic macrosystem units of psychognostics in dictionaries of different types. It also considers term-coining within the context of anthropocentrism, integration, and differentiation of present-day academic knowledge. It also tackles peculiarities of representing units under study in specialized reference works.

Key words: psychognostic terminology, lexicographic presentation issues, term-coining, semantic evolution, scientific knowledge integration and differentiation of academic knowledge.

© 2011

В. А. Саляев

АСПЕКТЫ НОРМАТИВНО-СТИЛИСТИЧЕСКОЙ ХАРАКТЕРИСТИКИ В ОБЩИХ ТОЛКОВЫХ СЛОВАРЯХ

Статья посвящена анализу теоретических подходов к рассмотрению просторечия, реализующихся в важнейших словарях русского языка. Автор исследует аспекты нормативно-стилистической и функциональной характеристики просторечной лексики и фразеологии, которые находят своё отражение в выборе и содержании словарной пометы «просторечное». Здесь же выделены дихотомические оси, относительно которых выстраиваются системные отношения при описании просторечия в общих толковых словарях разных эпох.

Ключевые слова: нормативный словарь, словарные пометы, литературное просторечие, внелитературное просторечие, ненормативная лексика, экспрессивно окрашенная лексика, лексика ограниченного употребления.

Общий нормативный толковый словарь является важнейшим инструментом в деле системного описания национального лексикона и повышения культуры речи. Неотъемлемая часть подобного рода словаря — система стилистических помет, которые призваны дать функциональную, стилистическую и нормативную характеристику зафиксированной единице и тем самым обозначить сферу и особенности её использования, её место в системе национального языка.

Саляев Владимир Александрович — кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка и педагогики Государственного университета — учебно-научно-производственного комплекса (г. Орёл). E-mail: salyaev@nm.ru

Чтобы проанализировать ортологический и таксономический потенциал помет, необходимо установить некоторые константы, выступающие в роли «шкалы координат», относительно которых будут преломляться различные теоретические подходы к нормативно-стилистической характеристике лексики. Такими константами, на наш взгляд, могут быть дихотомические оси, пронизывающие нормативно-стилистическую систему каждого конкретного словаря.

Можно выделить три оси нормативно-стилистических оппозиций, выявление которых базируется на самой структурной организации лексической нормы. Основанием для выделения трёх дихотомических осей можно считать суждение В. В. Виноградова о системной организации лексики, сделанное им в классической статье «Итоги обсуждения вопросов стилистики»: «[Языковые единицы] объединяются в некоторые совокупности, в некоторые устойчивые экспрессивно-стилистические ряды внутри языковой системы в силу однородности экспрессии (1), а также сходного отношения к единой норме общенародного языка (2) и к сложившейся традиции их функционально ограниченного употребления (3)» (рубрикация наша — В.С.) [Виноградов 1955: 67]. По нашему мнению, указанные интеграционные признаки могут выступать и в качестве критериев нормативного, стилистического и функционального разграничения лексики в общем толковом словаре. Таким образом, мы определяем три оси противопоставления, с помощью которых можно дать цельное, структурированное описание лексической единицы: ось нейтральности — экспрессивной окрашенности, ось нормативности — ненормативности и ось общеупотребительности — функциональной ограниченности. Очевидно, что эти оси пересекаются и взаимодействуют, но тем не менее каждая из них определяет особую область характеристики слова.

Указанные дихотомии в той или иной степени представлены и в определениях стилистических помет, с помощью которых осуществляется нормативно-стилистическое и функциональное описание лексики в толковых словарях. Именно такое понимание характеризующей функции помет (через противопоставление) отражается в высказывании известного российского лексикографа Г. Н. Склярев-ской: «Анализ совокупности помет обнаруживает сложный и противоречивый характер стилистической окраски, которая <...> зависит от разных планов оценки и основана на оппозициях нейтрального и ненейтрального, нормативного и ненормативного, экспрессивного и логического» [Скляревская 1978: 104-105].

Особенно наглядно системные противопоставления проявляются при анализе лексики, стоящей на грани нормативного употребления. В данном случае имеется в виду городское просторечие, нормативно-стилистический и функциональный статус которого был неустойчив на всём протяжении развития этой формы существования национального языка. Для характеристики этого лексического разряда в общих толковых словарях обычно используется помета просторен. (просторечное). Во многих исследованиях отмечается противоречивый характер этой пометы, несистемность её употребления в толковых словарях с начала XX в. и по сей день, что связано как с изменениями в самом просторечии, так и с трансформацией научных представлений о нём. Мы попытаемся, опираясь на выделенные дихотомические оси, рассмотреть содержание этой пометы в четырёх классических словарях русского языка и выделить аспекты нормативно-стилистической характеристики просторечия.

Словарями предлагаются следующие определения пометы просторечия.

«Толковый словарь русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова: «(просто-реч.), т. е. просторечие, означает: свойственно простой, непринуждённой или даже грубоватой устной речи, не связанной нормами литературного языка, и стоит на границе литературного употребления. Между прочим помета имеет характер предостережения от употребления слова в книжном языке, а в тех случаях, когда при посредстве её одни формы противопоставляются другим, она носит запретительный характер...» [Ушаков, 1, 1935: XXVI]).

«Словарь русского языка» (МАС): «Прост., т. е. просторечное слово или значение, указывает на то, что слово (или значение), из-за грубости содержания и резкости выражаемой оценки, стоит на границе литературного языка и употребляется в сниженном стиле, в обиходной, бытовой речи...» [МАС, 1, 1985: 9]).

«Словарь современного русского литературного языка» (БАС): «Являясь в основном толковым и нормативным, настоящий Словарь <...> даёт нормативные указания при словах ограниченного употребления (спец., в простор., устар. и др.) <...> Литературный язык не может быть оторван от живого просторечия; поэтому широко употребительная просторечная лексика включается в Словарь с соответствующими пометами <...> Если слово не имеет общелитературного употребления <...> то оно сопровождается пометами: в просторечии, областное...» [БАС, 1, 1950: 3, 5, 13]).

«Словарь русского языка» С. И. Ожегова (9-е изд., 1972 г.): «(прост), т. е. просторечное; означает, что слово свойственно массовой городской разговорной речи (содержащей в себе немало недавних диалектных слов, ставших общенародными, слов жаргонного происхождения, новообразований, возникающих для характеристики разнообразных бытовых отношений, словообразовательных вариантов нейтральной лексики) и используется в литературном языке как стилистическое средство для придания речи шутливого, пренебрежительного, иронического, грубоватого и т. п. оттенка; часто эти слова являются выразительными, экспрессивными синонимами к словам нейтральной лексики...» [Ожегов 1972: 4].

Помета просторен. в словаре Д. Н. Ушакова обладает значительной кодификационной императивностью и прежде всего устанавливает противопоставление по оси нормативности. Она носит предостерегающий характер и ограничивает употребление просторечной лексики в кодифицированной речи. Отсутствие ограничения по оси общеупотребительности свидетельствует о том, что маркируемые этой пометой лексические единицы преодолели границы ограниченного употребления и получили повсеместное распространение в обиходной речи. В этом смысле помета простореч. отчетливо оппозиционна «арготической» помете, указывающей на ограниченное функционирование единицы. Противопоставление по оси экспрессивности выражено неявно, т. к. категории «непринуждённости» и «грубоватости», действительно характерные для просторечной лексики, в этом словаре ещё не являются принципиальными для нормативного разграничения.

Помета просторен. в БАС и МАС, хотя и соотносится с её характеристикой в словаре Д. Н. Ушакова, уже не обладает строгой кодификационной императивностью и не является запретительной. В целом, помета простореч. не выстраивает противопоставления по шкале нормативности — для этих целей служит помета груб. прост. В БАС «просторечная» помета не противопоставлена «функциональ-

ным» пометам (спец., обл.) и в условиях отсутствия системных помет арго или жаргон. может, пожалуй, осуществлять разграничение по оси общеупотребительности. Пометой просторен. в МАС чётче обозначена линия противопоставления экспрессивно окрашенных (грубых по содержанию и резких по характеру выражения) и нейтральных элементов — этим он сближается со словарём С. И. Ожегова.

Содержание пометы просторен. в словаре С. И. Ожегова (9-е изд., 1972 и последующие) принципиально отличается от её содержания в словаре Д. Н. Ушакова. Противопоставление по оси нормативности не обозначено совсем. Видимо, предполагается, что сам факт включения в этот предельно нормативный словарь краткого типа является свидетельством признания нормативного статуса просторечия. Принципиальное различие между разговорными, в эксплицитной форме признаваемыми литературными, и просторечными элементами состоит в обязательном наличии у последних ярко выраженного экспрессивного значения. Действительно, в определении пометы недвусмысленно заявлено о том, что просторечные единицы используются в литературном языке в качестве особого стилистического средства, являясь экспрессивными синонимами к нейтральным общелитературным словам. Поэтому помета просторен. в словаре С. И. Ожегова осуществляет противопоставление, главным образом, по шкале экспрессивности. Вполне естественно, что просторечие, как и в словаре Д. Н. Ушакова, признаётся «общенародным», получившим всеобщее распространение — лексика ограниченной сферы употребления в словарь С. И. Ожегова просто не включалась.

Нетрудно заметить, что между словарями Д. Н. Ушакова и С. И. Ожегова (9-е изд.) наблюдаются наиболее кардинальные расхождения в оценке нормативного статуса просторечия. В обобщённом и упрощённом виде эти различия могут быть обозначены следующим образом: если в словаре Д. Н. Ушакова просторечие — это слова, употребление которых чаще всего не соответствует литературным нормам, то в словаре С. И. Ожегова просторечные элементы рассматриваются как особые стилистические, экспрессивно выразительные средства внутри литературного языка.

Абстрагируясь от времени издания конкретных словарей и сопоставляя указанные определения на синхронной оси, можно заметить, что различия в понимании пометы просторен. вполне соответствуют предложенному Ф. П. Филиным разграничению литературного просторечия как особого стилистического средства и внелитературного просторечия как языкового варианта, характерного для лиц, недостаточно овладевших литературным языком [Филин 1973: 7].

Развивая положение Ф. П. Филина о материальном единстве литературного и внелитературного просторечия, наблюдаемое, кстати, и при анализе просторечной лексики арготического происхождения в словаре Д. Н. Ушакова и в словаре С. И. Ожегова, Е. Ф. Петрищева говорит о том, что расхождения в нормативной оценке просторечной лексики могут быть обусловлены различными подходами к её классификации: «В том, что языковые средства, не входящие в состав литературного языка, могут принадлежать к числу его стилистически маркированных средств и входить в его стилистическую систему, нет противоречия, потому что свою характеристику как внелитературных и как стилистически окрашенных средств они получают в результате различных подходов. Первый отражает нор-

мативную точку зрения на языковые средства, второй — стилистическую» [Петрищева 1981: 62; Петрищева 1984: 193]. В таком ракурсе сопоставления словарь Д. Н. Ушакова реализует нормативный подход к оценке просторечной лексики, а словарь С. И. Ожегова (9-е изд.) — стилистический.

При диахроническом рассмотрении проблемы, вполне оправданном для словарей, представляющих различные этапы развития отечественной лексикографии, расхождения в подходах к классификации просторечной лексики оказываются обусловленными как объективными изменениями самого просторечия и характера его связей с литературным языком, так и развитием научных представлений об этом лексическом разряде.

Толковый словарь под ред. Д. Н. Ушакова в своих нормативно-стилистических рекомендациях тяготеет к дореволюционой, консервативной академической традиции, проявляющейся, в частности, в признании ненормативности просторечия. Словарь же С. И. Ожегова при характеристике просторечия уже отражает современные подходы к квалификации лексики и фразеологии, стоящей на грани или за гранью нормативного обращения.

ЛИТЕРАТУРА

БАС: Словарь современного русского литературного языка: в 17 т. — М.; Л.: АН СССР, 1950-1965.

Виноградов В. В. Итоги обсуждения вопросов стилистики // Вопросы языкознания. — 1955. — № 1. — С. 60-67.

МАС: Словарь русского языка: в 4 т. / АН СССР. Ин-т рус. яз.; под ред. А. П. Евгенье-вой. — 3-е изд., стер. — М.: Рус. яз., 1985-1988.

Ожегов С. И. Словарь русского языка. — М.: Сов. энцикл., 1972. — 900 с.

Петрищева Е. Ф. Внелитературная лексика как категория стилистическая // Вопросы языкознания. — 1981. — № 3. — С. 60-66.

Петрищева Е. Ф. Стилистически окрашенная лексика русского языка. — М.: Наука, 1984. — 222 с.

Скляревская Г. Н. Заметки о лексикографической стилистике // Современность и словари / под ред. Ф. П. Филина и Ф. П. Сорокалетова. — Л.: Наука, 1978. — С. 101-111.

Ушаков: Толковый словарь современного русского языка: в 4 т. / гл. ред. Д. Н. Ушаков. — М.: ОГИЗ, 1935-1940.

Филин Ф. П. О структуре современного русского литературного языка // Вопросы языкознания. — 1973. — № 2. — С. 3-12.

STYLISTIC NORM CHARACTERISTICS IN GENERAL EXPLANATORY DICTIONARIES

V. A. Salyayev

This article analyzes theoretical line of approach to vernacular incorporated in major dictionaries of the Russian language. The author examines stylistic norm and functional characteristics of vernacular vocabulary and phraseology, which are reflected in the choice and content of the dictionary label vernacular. The author also sets off dichotomous axes along