Соединить идеи с деньгами

Одной из тем, обсуждаемых на Петербургском экономическом форуме (ПЭФ), были пути создания, развития и интегрирования в экономику инноваций. Российские власти непрестанно создают стратегии и планы, однако дальше бумажной работы дело почти не продвигается. На второй день ПЭФ представители корпораций и инвестиционных компаний вместе с правительственными экспертами обсудили, где брать идеи, капитал и главное — кадры — для того, чтобы инновации были успешны.

Первым вопросом, выставленным на обсуждение, стало непосредственно определение термина инноваций. По мнению Вадима Махова, председателя совета директоров ОАО "Объединенные машиностроительные заводы" (ОМЗ), суть их заключается в коммерциализации изобретений. "Это тот интеллектуальный продукт, который дает реальный экономический эффект. Говорить об инновациях, не говоря о деньгах, некорректно", — согласен с ним помощник президента Российской Федерации Андрей Фурсенко. "Процесс создания интеллектуальной стоимости — патента, лицензии, любой законченной формы, которую можно оценить, — это и есть инновационная часть экономики", — утверждает председатель совета директоров УК "Тим Драйв", член совета директоров "РоснаноМедИнвест" Леонид Меламед. Такую точку зрения поддержала и модератор беседы управляющий директор DFJ VTB Capital Aurora Александра Джонсон. "Как венчурному капиталисту из Кремневой долины мне такое определение подходит, — говорит эксперт. — Мы инвестируем в компании, чтобы возвращать свои инвестиции в форме больших капиталов, чем мы вложили". Александр Галицкий, основатель и управляющий партнер Almaz Capital Partners, несколько расширяет это понятие. Разделяя науку как процесс формирования знаний и инновацию как процесс преобразования знаний в деньги, он считает, что в сути второй лежит нахождение путей использования научных открытий. Руководитель РВК Игорь Агамирзян отдает предмету обсуждения роль создателя новых рынков — "не просто продуктов, улучшений, а именно новых индустрий, тех, которые реально определяют экономическое развитие".

Эксперты видят проблему именно в реализации идей и кадров, которые эти идеи приносят. Например, президент ООО "Майкрософт Рус" Николай Прянишников верит, что предпринимательству можно обучить. "Но многим надо помогать. Как из идеи создать прототип, как вывести на рынки и зарабатывать на этом — в этом и есть вопрос. Люди побаиваются становиться предпринимателями. Считают, что высоки риски, что их начнут мучить оброками, что это небезопасно, и предпочитают пойти в госструктуру, на спокойное место", — говорит он.

Вспоминая успешные случаи широкого распространения новых решений, разработанных в России, Игорь Агамирзян привел в пример зарождение, становление и выход на мировой рынок российской IT-индустрии. "Это было огромным успехом постсоветского периода. Это единственная новая технологическая индустрия, которая у нас в стране выросла и вышла на мировой уровень. Сегодня экспорт программного обеспечения — один из крупнейших "карманов" несырьевого экспорта. Во всем мире он рассматривается как центр компетенций", — говорит Агамирзян, подсчитывая, что становление сектора IT заняло около двадцати лет.

Эксперты приводят и другие примеры. Развилась индустрия связи — высокотехнологичная индустрия, которая сейчас только наращивает объемы использования, говорит Леонид Меламед. Он признает, что большинство инноваций в нее пришли не из России, однако считает, что если озадачиться, то среди создателей найдутся десятки русских фамилий. "Герои индустрии есть, учились с нами в одной школе. Но 95 процентов этих людей не живут в России и странах СНГ. Мы почему-то экспортируем героев вместо того, чтобы лелеять и ценить их здесь, — сетует господин Меламед. — Это можно решить только в масштабе национальной философской политики. Чтобы люди работали здесь, надо их признавать теми героями, которыми они являются".

Пекка Вельяканнен, председатель AII Capital, рассматривает вопрос информированности с другой стороны. Он рассказывает, что при проведении встречи с 250 новыми предпринимателями в Астрахани выяснилось, что молодые люди не знают друг друга. "В стартаповом сообществе важен социальный аспект, обучение по принципу "равный равного". Иначе возникает подозрительность. Нужно учиться друг у друга. Если все будешь придумывать сам, не станешь успешным предпринимателем", — считает он.

Андрей Фурсенко среди высокоинновационных сфер перечисляет металлургию, атомную энергетику и авиацию. По его мнению, они проигрывают IT в том, что инновационный цикл в этих отраслях длиннее. "Эта сфера начала возникать только в начале 2000-х. К сожалению, только сейчас мы можем ожидать первые результаты, отдачу. Однако неправильно сосредотачиваться только на софте", — предостерегает помощник президента.

Большую заинтересованность в этом вопросе показала промышленность. Машиностроение — отрасль, которая живет за счет инноваций, считает Вадим Махов. По его данным, обрабатывающая промышленность составляет 16% как мирового, так и российского ВВП. На нее приходится 70% российского экспорта и такая же доля вливаний в научно-исследовательские работы. "Тяжелое машиностроение особенно важно, потому что из всего российского импорта, а это $300 млрд в год, 51 процент приходится на статью "машины и оборудование". Это обратная сторона нефтяной зависимости. От того, насколько сможем обеспечить конкурентные технологии добычи, обработки, транспортировки полезных ископаемых, зависит по меньшей мере среднесрочное будущее России", — говорит он.

Участники дискуссии озабочены тем, где искать новые таланты и как их мотивировать. Значительная роль здесь отводится крупным корпорациям. "Когда мы приходим в страну, мы пытаемся найти контакты с университетами", — рассказывает старший вице-президент EMC Corporation Джоэл Шварц. Там корпорация находит преподавателей и студентов, с которыми работает в будущем. Николай Прянишников "берет больше" и считает, что с потенциальными изобретателями надо начинать работать со школьной скамьи. Он поддерживает инициативу индивидуального образования. "Начиная со студенчества у нас есть выстроенная программа. Но работа должна быть системной, надо объединить усилия", — говорит эксперт. "Здесь недалеко финская граница, Германия рядом, надо связываться с Южной Кореей. Именно так надо учиться. Образование важно, но в России новые предприниматели появляются очень быстро, нельзя всех послать в университеты", — утверждает Пекка Вельяканнен. Он приводит в пример работающий в Финляндии проект "Сауна стартапов", в рамках которого организуются встречи инвесторов и разработчиков в неформальной обстановке.

В последней части дискуссии участники обсудили денежный вопрос. С самого начала встречи говорилось о том, что капитала в России достаточно. Однако в инновационную отрасль он поставляется в различных формах. Вадим Махов рассказал о финансовой поддержке новых идей на примере ОМЗ. По его словам, в компании серьезно развито внутреннее предпринимательство. Много инициатив поступает от сотрудников компании, благодаря чему в прошлом году удалось сэкономить 2,5% от выручки. "Мы получили более 2 тыс. предложений и даем бюджет на местах мастерам, инженерам, рабочим, которые эти идеи принесли — это серьезный инструмент импаумента (англ. empowerment — "расширение полномочий"). Второй момент — у нас около 800 человек в компании, которые занимаются фундаментальными и прикладными разработками продуктов и свойств. В кризис (с начала 2000-х годов) компания не вкладывала ничего в эту сферу, а сейчас направляет на инновации 2 процента от оборота", — рассказывает господин Махов. Идеи, разработанные в группе и ею оплаченные, принадлежат ОМЗ и внедряются в компании.

Компания "Майкрософт" в России поддерживает проекты из фонда посевного финансирования. По словам Николая Прянишникова, компания выдает небольшие гранты по $30-100 тыс., этого достаточно, чтобы от идеи перейти к прототипу и двигаться дальше. Российское "Сколково" также выдает гранты. Однако, по наблюдениям Пекки Вельяканнена, который является советником президента фонда "Сколково" по работе со стартапами, политика выдачи грантов не всегда работает. "Нельзя давать гранты постоянно, на первый, второй, пятидесятый год... Если вы не смогли убедить экспертов, что это хорошая идея, зачем нужно государственное финансирование?" — замечает он. По мнению господина Вельяканнена, капитала в России достаточно, и в ближайшее время его будет легче получить от фондов и инвесторов, чем, например, пять лет назад. Главное — сформировать команду, которая будет работать согласованно, завершает эксперт.