Сочельник у богатых

Богатство — очень странная вещь. Про него кажется, что оно всегда будет, но хуже того — кажется, будто оно всегда было. Достигнув богатства или даже просто благополучия, человек склонен забывать, как был неблагополучен и беден. Эта забывчивость, кроме того, что неприлична и жестока, вдобавок еще и отнимает вкус у предметов благополучия. Рождество традиционно располагает к тому, чтобы увидеть и почувствовать все заново, напоминает ВАЛЕРИЙ ПАНЮШКИН.

Когда мы были совсем еще молодыми и не вполне еще обеспеченными озорниками, в нашей компании принято было зимой играть в уличную игру "Рождество у богатых". Игра заключалась в том, чтобы подойти снаружи к витрине дорогого ресторана и, расплющив носы о стекло, смотреть, как внутри люди едят. Представьте себе: вы сидите в ресторане у окна, и вдруг к окну снаружи подходят трое-четверо небрежно одетых юношей и девушек, приникают к стеклу и смотрят голодными глазами на фуа-гра в вашей тарелке. Эта шалость обычно приводила посетителей ресторанов в замешательство. Нас прогонял швейцар. И мы убегали, испытывая извращенное удовольствие, ибо чувствуешь себя немного пророком, немного перстом судьбы и немного воплощением выражения memento mori, когда заглядываешь этак вот людям через окно в тарелки.

Теперь мы повзрослели и сами стали посетителями дорогих ресторанов. Игра в "Рождество у богатых" больше не кажется нам смешной. И не потому, что напоминать богатым о бедных неуместно. Просто это излишнее напоминание, ибо всякое почти правило хорошего тона напоминает все что надо и без нашего юношеского озорства.

Истории о том, как бедные люди встречали Рождество, как заглядывали богатым в окна, как тщились сделать друг другу жалкие и оттого особенно трогательные подарки, можно найти в истории литературы с тех самых времен, как появилось Рождество. Писатели от Андерсена до О. Генри раз за разом рассказывали эту историю, не менее, может быть, вечную, чем история о любовниках из враждующих семей или о городе, который штурмуют и обороняют герои.

Это, надо полагать, какая-то особенно важная история, раз уж разным литераторам в разные времена и при разных обстоятельствах удавалось эту историю успешно продавать, особенно под Рождество.

Думаю, не стоит утверждать, будто история о бедняках, глядящих через стекло на Рождество у богатых, так популярна и так вечна, потому что даже и богатому человеку свойственны добрые чувства. По нынешним временам у нас человеку отчего-то совестно признаваться открыто, что он хороший человек. Принято выглядеть циничным и злым. Принято бравировать цинизмом своим и злобой, а над рождественскими историями, умело производимыми каждый год в Голливуде, принято смеяться.

Я поэтому не стану говорить, что в самый сочельник, когда вы успели уже подумать о подарках для всех друзей и родственников, уместно было бы подумать о подарке для кого-нибудь, кто не получит подарка к Рождеству. Кто он, этот человек, который не найдет ничего ни под одной елкой, даже если обшарит целую на просторах России тайгу? Кто, например, эти дети, которые в рождественское утро не надеются обнаружить в чулке ничего, кроме дыр?

Я, кажется, знаю весьма прагматического свойства причину думать о бедных. Вы помните, как впервые попробовали шампанское? Помните свой первый автомобиль? Первое путешествие на Лазурный Берег? Первую безделушку от Тиффани? Правда же, сейчас никакие подарки не доставляют вам того удовольствия, которое доставляли шампанское, автомобиль, путешествие и безделушка, когда бедность едва отступила? Не потому ли подарки теперь не доставляют вам прежней радости, что вы чуть ли не намеренно забыли, каково это — о подарках мечтать?

В моей электронной почте лежит письмо от хорошей моей подруги. В письме написано: "Хочется подарить на Рождество подарок, какому-нибудь человеку, которому иначе никто не подарит подарка. Как по-твоему, кто бы мог быть этот человек?"