Теоретическое и эмпирическое определение проблемного потребления алкоголя

УДК 316.4.06

Одинокова Вероника Александровна

руководитель направления «Инновационные программы и фандрайзинг» региональной общественной организации социальных проектов

в сфере благополучия населения «Стеллит»

ТЕОРЕТИЧЕСКОЕ И ЭМПИРИЧЕСКОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРОБЛЕМНОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ АЛКОГОЛЯ

Odinokova Veronika Aleksandrovna

Head of “Innovation Programs and Fundraising” division, Regional Non-Governmental Organization of Social Projects in the Sphere of Population’s Well-being “SteNit”,

St. Petersburg

THEORETICAL AND EMPIRICAL DEFINITION OF PROBLEMATIC ALCOHOL CONSUMPTION

Аннотация:

В статье представлены результаты идентификации теоретических и эмпирических определений проблемного потребления алкоголя в российских и зарубежных социологических исследованиях с целью определения полноценной характеристики названного явления в связи с множеством терминов, употребляемых в литературе для его обозначения (алкоголизм, пьянство, злоупотребление алкоголем, проблемная алкоголизация и т.п.).

Ключевые слова:

алкоголь, алкоголизм, проблемное потребление алкоголя, социология.

Summary:

Current sociological surveys pay significant attention to problematic forms of alcohol drinking behavior, which are often defined as alcoholism, binge drinking, alcohol abuse, problematic alcoholization, etc. in the literature. There is a need for more precise definition of the problematic alcohol consumption. The aim of this article is to identify theoretical and empirical definitions of problematic alcohol consumption in Russian and international sociological surveys.

Keywords:

alcohol, alcoholism, problematic alcohol consumption, sociology.

Введение

По данным Всемирной организации здравоохранения, Россия демонстрирует один из наиболее высоких уровней распространенности пьянства и алкоголизма среди населения: 22,1 % среди употребляющих алкоголь мужчин и 5,8 % среди употребляющих алкоголь женщин [1]. Злоупотребление алкоголем российским населением стало предметом многочисленных как зарубежных, так и отечественных социологических исследований. Социологические исследования фокусируются на таких аспектах, связанных с потреблением алкоголя, как:

a) социальная значимость алкоголя в силу распространенности злоупотребления и вызываемых им экономических потерь, социальных, медицинских и правовых последствий;

b) уровни и распространенность алкоголизации в связи с местом, занимаемым индивидом в социальной структуре общества, микро- и макросоциальными процессами;

c) включенность алкоголя в социальные отношения (социальные нормы, социальные коммуникации, социальные символы);

ф влияние институтов контроля на потребление алкоголя.

Потребление алкоголя имеет ряд особенностей, которые обусловливают его специфику в качестве предмета социологического исследования.

В числе этих особенностей необходимо учитывать прежде всего фармакологический аспект потребления алкоголя, который выражается как в краткосрочных эффектах (опьянение, утрата контроля, агрессия, снижение тревожности и другие), так и в долговременных эффектах потребления (алкогольная зависимость, связанные со злоупотреблением алкоголя личностные и поведенческие изменения, травмы, самоубийства и смертность от вызванных алкоголем заболеваний). Фармакологический эффект индивидуально вариативен и проявляется у разных людей по-разному в зависимости от имеющихся психобиологических предиспозиций [2].

Во-вторых, это личностно-психологический или мотивационный аспект потребления алкоголя, который также индивидуально-вариативен и включает в себя различные уровни мотивации (решение индивидуальных психологических проблем, поддержание контакта с референтной социальной группой и другие) [3].

В-третьих, это социокультуральный аспект - культурально-детерминированные нормы и смыслы потребления алкоголя - как универсальные, так и варьирующиеся в зависимости от культурной среды, которые предписывают поводы, частоту, объем алкоголизации и тип напитка, а также определяют символическое значение акта потребления алкоголя [4].

Все вышесказанное говорит о том, что потребление алкоголя - это прежде всего мульти-дисциплинарный предмет, который, помимо социологии, лежит в поле изучения медицины, психологии и антропологии.

Особое внимание в исследованиях уделяется «проблемным» формам потребления алкоголя, которые в литературе обозначаются набором таких терминов, как алкоголизм, пьянство, злоупотребление алкоголем, проблемная алкоголизация и т. п. Для полноценной характеристики проблемного потребления алкоголя необходимо определить это понятие. Термины, характеризующие проблемные аспекты алкоголизации, многочисленны. Пьянство и алкоголизм часто используются как синонимы, а для «нормального» потребления алкоголя вообще отсутствует определение. В то же самое время единого определения того, какое потребление алкоголя считается проблемным, нет.

Целью данной статьи является идентификация теоретических и эмпирических определений проблемного потребления алкоголя в российских и зарубежных социологических исследованиях.

Определение проблемного потребления алкоголя в медицине

Исторически впервые проблемные формы потребления алкоголя были определены в рамках медицинской науки. В медицине проблемное потребление алкоголя - это прежде всего потребление, вызывающее зависимость. Медицинская теория определяет алкоголизм как хроническую болезнь, развивающуюся вследствие длительного злоупотребления спиртными напитками с патологическим влечением к ним, обусловленным психической и физической зависимостью от алкоголя [5].

Для квалификации зависимости от алкоголя необходима констатация не менее трех из следующих симптомов: 1) компульсивная потребность в приеме алкоголя; 2) синдром отмены; 3) увеличение дозы и неудачные попытки уменьшить употребление алкоголя; 4) толерантность; 5) затрата большого количества времени, необходимого для получения веществ, нарушения социальной и профессиональной деятельности; 6) продолжение употребления веществ, несмотря на возникающие в результате этого употребления проблемы [6]. Констатация алкоголизма производится врачом-наркологом по результатам проведения клинического интервью.

Таким образом, медицинская научная традиция оперирует дихотомией «здоровье - болезнь» или «трезвый образ жизни - алкоголизм». Проблемные полюсы алкоголизации в медицинской литературе описываются терминами «алкоголизм», «злоупотребление алкоголем» и «пьянство». Если в отношении алкоголизма существуют четко определенные диагностические критерии, то пьянство довольно неопределенно характеризуется как «многократное и даже довольно регулярное потребление в дозах, вызывающих выраженное и даже сильное опьянение» [7]. Злоупотребление алкоголем определяется как одно из основных проявлений алкоголизма или предшественник алкоголизма, которое может отмечаться и у лиц, не страдающих алкоголизмом [8].

В практике эмпирических исследований для идентификации симптомов алкоголизма были разработаны специальные вопросники. Одним из наиболее популярных на сегодняшний день является вопросник CAGE [9]. Респонденту предлагается ответить на четыре вопроса:

Случалось ли с Вами когда-либо в жизни из-за употребления алкоголя следующее:

1) казалось, что пора завязать с алкоголем;

2) раздражало, что окружающие не одобряют Вашего пристрастия к алкоголю;

3) испытывали чувство вины или другие негативные чувства в связи с употреблением алкоголя;

4) случалось выпивать с утра, чтобы успокоиться или избавиться от головной боли (похмелья)?

Результатом использования вопросника является классификация респондента как лица с высокой вероятностью заболевания алкоголизмом. Два и более положительных ответа на вопросы теста являются критерием отнесения респондента к вероятному алкоголику. На русском языке вопросник не проходил соответствующей процедуры валидизации, однако есть основания считать, что аккуратного перевода достаточно для полноценного сохранения диагностических возможностей методики. Например, разработчик пишет (для условий применения методики в клинической практике): «Врач может парафразировать четыре вопроса методики без заметных потерь для валидности так, как ему это удобно, однако обеспечивая передачу смысла каждого из вопросов» [10, с. 1907].

В российских эмпирических исследованиях вопросник использовался в 2006-2007 гг. для оценки распространенности алкоголизма на основе случайной выборки жителей Новосибирска в возрасте 45-69 лет (4269 мужчин и 5094 женщин) [11]. 19,2 %, мужчин и 1,4 % женщин ответили утвердительно на два и более вопросов CAGE, что было интерпретировано авторами как вероятная распространенность алкоголизма.

Определение проблемного потребления алкоголя в социологии

Альтернативным медицинскому подходу к описанию и характеристике проблем, связанных с употреблением алкоголя, является социологический подход, который рассматривает употребление алкоголя как поведенческий феномен, варьирующийся между полной абстиненцией и болезненным употреблением, алкоголизмом [12].

Социологическая наука часто фокусируется на проблемных аспектах потребления алкоголя, которые интерпретируются как социальная проблема и как девиантное поведение [13]. В социологии проблемное потребление алкоголя рассматривается как социальный феномен, имеющий культурные, социальные и экономические основы. Эти причины имеют внешний по отношению к индивиду характер, то есть они не связаны со свойственными ему биологическими, генетическими или психологическими особенностями. В объяснении проблемного потребления алкоголя социологические теории привлекают внимание как к непосредственному, так и к более дистальному социальному окружению индивида.

Макросоциологический подход рассматривает проблемное потребление алкоголя как социальное явление, порожденное объективными факторами функционирования общества, такими как культурная традиция или социальный конфликт. Пьянство и алкоголизм являются деструктивным фактором, который угрожает стабильности общества в целом. Поэтому существуют общественные механизмы, формальные и неформальные, которые противостоят негативному проявлению проблемного потребления алкоголя. Микросоциологический подход предполагает исследование процессов социального взаимодействия на уровне межличностного общения в малых группах.

Проблемная алкоголизация в рамках парадигмы структурного функционализма понимается как девиантное поведение, свойственное индивидам, которым недоступно достижение одобряемых обществом целей институционализированными средствами в силу занимаемого индивидом положения в социальной структуре общества или же в силу процессов социальной дезорганизации, которой охвачено общество. Классическая концепция аномии часто привлекается для интерпретации резкого роста девиантных проявлений, включая алкоголизацию, в России в 1990-е гг. [14].

В рамках интеракционистского подхода был проведен всесторонний теоретический анализ способов определения пьянства и наркотизма в качестве социальной проблемы [15; 16].

В рамках постмодернистского подхода проблемное потребление алкоголя рассматривается с позиций теории «общества потребления». Дискурс «девиантного поведения потребителя» возник чуть более 20 лет назад [17; 18]. Следуя логике общества потребления, проблемное потребление алкоголя является одним из желаний, препятствовать которому система не может. Поэтому система направлена на извлечение прибыли из этого желания.

Девиантное поведение потребителя авторы определяют как поведение, нарушающее юридически зафиксированные или неформальные нормы в отношении потребления того или иного товара. «Неправильное» потребление влечет за собой различные ограничения и санкции. Разграничение между желательным и нежелательным (девиантным) поведением потребителя является уникальным для конкретной культуры, времени или социальной среды и может быть изменено, как только общество введет новые правила и санкции [19].

В практике эмпирических исследований социологический подход не разделяет медицинскую дихотомию, поскольку объективное разделение алкоголизма, злоупотребления, пьянства и так называемого «нормального» потребления не всегда возможно в поведенческих и популяционных исследованиях [20]. Единое понятие, релевантное социологическому подходу, - это малораспространенный термин «алкоголизация» (drinking behavior), определяющий все уровни употребления алкоголя.

Таким образом, в рамках социологической науки проблемное потребление алкоголя определяется как поведение, отклоняющееся от неких социальных норм. Однако сами по себе нормы изменчивы и относительны. Это вызывает серьезные сложности при эмпирической операциона-лизации проблемного потребления алкоголя в практике эмпирических социологических исследований. Кроме того, это затрудняет сравнение уровней проблемного потребления алкоголя, полученных в различных исследованиях.

В значительной степени в направлении решения этой проблемы продвинулась группа экспертов Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). В международном Руководстве по мониторингу потребления алкоголя и связанного с ним вреда [21] проблемное потребление алкоголя описывается как поведенческий феномен, то есть через различные поведенческие характеристики, подобные частоте или количеству в употреблении алкоголя, ассоциированными поведенческими дисфункциями.

Алкоголизация в целом как социальный и поведенческий феномен операционализируется в таких индикаторах как: 1) отказ от потребления алкоголя (абстиненция), 2) вид предпочитаемого напитка, 3) повод потребления, 4) частота потребления, 5) разовая доза. Первые три характеристики отражают в большей степени культуральные нормы потребления, а последние две более

изменчивы и детерминированы социальными и личностными факторами. Так, разовая доза потребления - это аспект потребления алкоголя, находящийся в большей степени под индивидуальным контролем, тогда как частота потребления может в значительной степени определяться социальным контекстом [22]. Согласно ВОЗ эти две характеристики - разовая доза и частота -являются ключевыми для эмпирической классификации уровня потребления алкоголя как проблемного [23].

Для измерения используется серия вопросов, оценивающих опыт проб алкоголя в течение жизни (отражает уровень абстиненции в популяции), в течение 12 месяцев (актуальное потребление), предшествовавших опросу, долю употреблявших отдельные алкогольные напитки (пиво, вино, крепкие напитки) в течение 12 месяцев, предшествовавших опросу. Непосредственно для оценки объема потребления алкоголя респондентам задаются вопросы о частоте (в днях) и обычной разовой дозе (в мл, переведенных в привычные, общеупотребительные меры объема) алкогольных напитков, употреблявшихся в последние 12 месяцев. Далее возможно вычисление суммарного годового объема потребления алкоголя в целом и по видам напитков для каждого респондента. Дополнительные серии вопросов посвящены поводам потребления и различным последствиям потребления, которые могли иметь место в опыте респондента.

«Проблемное потребление алкоголя» по ВОЗ является обобщающей категорией для трех форм: опасное потребление (hazardous drinking), вредное потребление (harmful drinking) и алкогольная зависимость (alcohol dependence). Опасное потребление (которое включает в себя пьянство - binge drinking) определяется как потребление сверх безопасных норм; вредное потребление определяется как потребление сверх безопасных норм, наносящее вред физическому и психическому здоровью; алкогольная зависимость характеризуется наличием определенных симптомов.

Безопасные нормы потребления алкоголя определяются властями - министерством здравоохранения или иным правительственным ведомством, или структурой, отвечающей за вопросы, связанные с алкоголем, а также медицинскими ассоциациями или иными профессиональными неправительственными организациями, пользующимися авторитетом в области алкогольной проблематики [24]. Точка прохождения порогового уровня, после которого начинается проблемное потребление, определяется путем взвешивания рисков и пользы потребления алкоголя на основе крупных выборочных исследований. Согласно ВОЗ о «проблемном» потреблении алкоголя можно говорить при потреблении более 24 г этанола в день или 168 г в неделю у мужчин, в то время как для женщин предельные нормы составляют 16 и 112 г соответственно. Пьянство (binge drinking) определяется как превышение пороговых уровней потребления вдвое [25].

Помимо количественных оценок объема потребления, ВОЗ предлагает характеризовать «проблемность» алкоголизации через выраженность негативных социальных последствий, сопряженных с потреблением алкоголя (задержания полицией, прогулы и увольнения / оставления работы, учебы, конфликты и разрывы социальных связей и другие) [26].

Таким образом, «проблемное» потребление алкоголя охватывает злоупотребление и «пьянство» (или опасное и вредное потребление алкоголя в терминологии ВОЗ), а также «алкоголизм» (алкогольная зависимость в терминологии ВОЗ) и подразумевает наличие неблагоприятных медицинских или / и социальных последствий потребления алкоголя.

Заключение

Существует множество различных определений проблемного потребления алкоголя. Эти определения варьируются в зависимости от теоретической ориентации исследователей. В медицине проблемное потребление алкоголя - это прежде всего потребление, вызывающее зависимость. В эмпирических исследованиях алкогольная зависимость определяется на основе присутствия у респондента необходимого и достаточного количества симптомов алкогольной зависимости. В рамках социологической науки проблемное потребление алкоголя определяется как поведение, отклоняющееся от неких социальных норм. Однако сами по себе нормы изменчивы и относительны. Это вызывает сложности при эмпирической операционализации проблемного потребления алкоголя. В практике эмпирических социологических исследований не применяется медицинская дихотомия, поскольку объективное разделение алкоголизма, злоупотребления, пьянства и так называемого «нормального» потребления не всегда возможно. В реализации эмпирических исследований проблемного потребления алкоголя оптимальным является подход ВОЗ, в котором проблемное потребление определяется через поведенческие характеристики: частоту, количество потребления и наличие негативных социальных и медицинских последствий.

Ссылки:

1. WHO. Global status report on alcohol and health [Электронный ресурс]. 2011. URL: http://apps.who.int/iris/han-dle/10665/44499 (дата обращения: 07.02.2014).

2. Менделевич В.Д. Руководство по аддиктологии. СПб., 2007. 768 с.

3. Kuntsche E., Knibbe R., Gmel G. Why do young people drink? A review of drinking motives. Clinical Psychology Review / E. Kuntsche, R. Knibbe, G. Gmel, R. Engels. 2005. Vol. 25. № 7. P. 841-861.

4. Mandelbaum D.G. Alcohol and culture. Current Anthropology. 1965. Vol. 6. № 3. P. 281-293.

5. Коркина М.В., Лакосина Н.Д., Личко А.Е. Психиатрия / М.В. Коркина, Н.Д. Лакосина, А.Е. Личко, И.И. Сергеев. 2-е изд. М., 2002. С. 185-213.

6. Попов Ю.В., Вид В.Д. Современная клиническая психиатрия. СПб., 2002. 402 с.

7. Менделевич В.Д. Указ. соч.

8. Там же. С. 163.

9. Ewing J. Detecting alcoholism. The CAGE questionnaire / JAMA 252:1905-7. 1984.

10. Ibid. P. 1097.

11. Bobrova N., West R., Malyutina D. Gender Differences in Drinking Practices in Middle Aged and Older Russians / N. Bobrova, R. West, D. Malyutina, S. Malyutina, M. Bobak // Alcohol and Alcoholism. 2010. Vol. 45. № 6. P. 573-580.

12. Гурвич И.Н. Социальная психология здоровья. СПб., 1999. C. 1025.

13. Гилинский Я.И. Алкоголь и мы // Вестн. Орл. гос. ун-та. 2010. № 3. C. 36.

14. Заиграев Г.Г. Государственная политика как фактор алкоголизации населения // Социологические исследования. 1997. Т. 4. С. 109-116.

15. Orcutt J.D., Rudy, D.R. (eds.) Drugs, Alcohol, and Social Problems. Lanham, 2003. 289 p.

16. Room R. Stigma, social inequality and alcohol and drug use. Drug Alcohol Rev. 2005. № 24. P. 143-155.

17. Lyman S.M. Without Morals or Mores: Deviance in Postmodern Social Theory / International Journal of Politics, Culture, and Society, 1995. Vol. 9. № 2. P. 197-236.

18. Moschis G.P., Cox D. Deviant consumer behavior //Advances in Consumer Research, 1989. Vol. 16. P. 732-737.

19. Ibid.

20. Гурвич И.Н. Указ. соч.

21. Stockwell T., Chikritzhs T., Holder H. International Guide for Monitoring Alcohol Consumption and Related Harm. World Health Organization / T. Stockwell, T. Chikritzhs, H. Holder, E. Single, M. Elena, D. Jernigan, D. Dawson. 2000. P. 1-193 [Электронный ресурс]. URL: http://whqlibdoc.who.int/hq/2000/WHO_MSD_MSB_00.4.pdf (дата обращения: 01.05.2014).

22. Vogel-Sprott M. Defining «light» and «heavy» social drinking; research implications and hypotheses // Quarterly Journal of Studies on Alcohol. 1974. P. 1388-1392.

23. Stockwell T., Chikritzhs T., Holder H. Op. cit.

24. Международный центр алкогольной политики. Международные рекомендуемые нормы в отношении потребления

алкоголя. Отчет ICAP № 14, декабрь 2003 г. [Электронный ресурс]. URL:

http://www.icap.org/LinkClick.aspx?fileticket=1 PHcRYow8aM%3d&tabid=75 (дата обращения: 01.05.2014).

25. Stockwell T., Chikritzhs T., Holder H. Op. cit.

26. Ibid.