НИЗКИЙ УРОВЕНЬ ТОЛЕРАНТНОСТИ К НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ КАК ПРЕДПОСЫЛКА СКЛОННОСТИ ЛИЧНОСТИ К ФАНАТИЗМУ

Психология

УДК 159.9

студент Джембек Юлия Игоревна

Лесосибирский педагогический институт - филиал федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Сибирский федеральный университет» (г. Лесосибирск); студент Ефремова Анастасия Владимировна

Лесосибирский педагогический институт - филиал федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Сибирский федеральный университет» (г. Лесосибирск); студент Моторина Полина Алексеевна

Лесосибирский педагогический институт - филиал федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Сибирский федеральный университет»

НИЗКИЙ УРОВЕНЬ ТОЛЕРАНТНОСТИ К НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ КАК ПРЕДПОСЫЛКА СКЛОННОСТИ

ЛИЧНОСТИ К ФАНАТИЗМУ

Аннотация. Статья «Низкий уровень толерантности к неопределенности как предпосылка склонности личности к фанатизму» посвящена рассмотрению фанатизма как одного возможных вариантов реакции субъекта с низким уровнем толерантности к неопределенности на возникшую проблему. Неопределенность можно охарактеризовать как психологическую проблему личности, столкнувшейся с социальной нестабильностью. Решение этой проблемы требует от человека проявления собственной активности. Специфика этой активности во многом зависит от такого личностного показателя, как толерантность к неопределенности. Проведенное нами исследование, направленное на изучение уровня толерантности к неопределенности у молодежи студенческого возраста, показало, что люди с низким уровнем толерантности к неопределенности склонны к регламентизации и догматизации своей жизнедеятельности. Кроме того, у испытуемых замечены нежелание принимать изменения и склонность к радикальному разграничиванию понятий. Эти характеристики в некоторой степени совпадают с признаками личности, склонной к фанатизму. Фанатизм понимают как доведенную до крайней степени приверженность человека каким-либо верованиям или идеям. С учетом актуальности проблемы, нами было принято решение исследовать низкий уровень толерантности к неопределенности как возможную предпосылку склонности человека к фанатизму. Авторы рассмотрели работы отечественных психологов, посвященных исследованию природы фанатизма. Кроме того, авторы проанализировали взгляды исследователей на личность фанатика. В результате проведенной работы, коллектив авторов пришел к следующим выводам. Личность, обладающая ранее перечисленными свойствами, оказавшись во фрустрации и столкнувшись с любого рода социальной нестабильностью, более всего склонна стать фанатиком. Так фанатизм становится способом преодоления субъективной неопределенности. Как социально-психологическое явление, фанатизм имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Однако, значительность негативных сторон фанатизма превосходит позитивные стороны этого явления, что не оставляет сомнений в том, что фанатизм является деструктивным способом преодоления личностной неопределенности.

Ключевые слова: неопределенность, толерантность к неопределенности, фрустрация, фанатизм, радикализм, экстремизм.

Annоtation. The article "Low level of tolerance for uncertainty as a prerequisite for a person's propensity for fanaticism" is devoted to considering fanaticism as one of the possible options for the reaction of a subject with a low level of tolerance for uncertainty to a problem that has arisen. Uncertainty can be characterized as a psychological problem of a person faced with social instability. Solving this problem requires a person to show their own activity. The specificity of this activity largely depends on such a personal indicator as tolerance for uncertainty. Our study, aimed at studying the level of tolerance for uncertainty among young people of student age, showed that people with a low level of tolerance for uncertainty tend to regulate and dogmatize their life. In addition, the subjects showed an unwillingness to accept changes and a tendency to radically distinguish between concepts. These characteristics to some extent coincide with the signs of a person prone to fanaticism. Given the relevance of the problem, we decided to investigate the low level of tolerance for uncertainty as a possible prerequisite for a person's propensity for fanaticism. The authors reviewed the work of domestic psychologists devoted to the study of the nature of fanaticism. In addition, the authors analyzed the views of researchers on the personality of a fanatic. As a result of the work carried out, the team of authors came to the following conclusions. A person characterized by uncertainty aversion, being in a state of frustration and faced with any kind of social instability, is most likely to become a fanatic. Thus fanaticism becomes a way of overcoming subjective uncertainty. As a socio-psychological phenomenon, fanaticism has both positive and negative sides. However, the significance of the negative aspects of fanaticism outweighs the positive aspects of this phenomenon, which leaves no doubt that fanaticism is a destructive way to overcome personal uncertainty.

Key words: uncertainty, tolerance for uncertainty, frustration, fanaticism, radicalism, extremism.

Введение. Последние годы в мировой истории характеризуются тем, что количество и масштаб социальных потрясений многократно возросли как в России, так и по всему миру. Волнения в политической и экономической сферах, не сдающая позиций пандемия COVID-19 и некоторые природные катаклизмы становятся причинами глобальных изменений в жизни многих людей (например, потеря работы или жилья, невозможность выполнения привычной деятельности и т.п). Таким образом, человек, столкнувшийся с изменениями и нестабильностью, зачастую попадает в ситуацию неопределенности.

Под неопределенностью в рамках нашего исследования мы понимаем социальную нестабильность, предъявляющую личности повышенные требования в плане собственной активности [1, С. 130]. Проявляться социальная нестабильность может как в ситуации межличностного общения (засчет неизвестности намерений собеседника), так и в момент принятия важного решения, и при нахождении в трудной жизненной ситуации. Неоднозначность окружающих условий лишает человека психологического равновесия и приводит к обострению внутренних и внешних противоречий.

В периоды, когда социальная нестабильность ощущается особенно остро, общество нуждается в поддержке не только экономического и политического характера, но и некой общей идее, способной объединить, направить, дать определенность. Однако зачастую приверженность идее перерастает в фанатизм.

Изложение основного материала статьи. В контексте проблемы неопределенности необходимо упомянуть о таком понятии, как толерантность к неопределенности, уровень которой определяет характер активности субъекта по отношению к возникшей неопределенности: от жёсткой регламентации жизни до открытости к новизне и неоднозначности. Пока общепринятого определения толерантности к неопределенности нет. Например, Д. Маклейн определяет этот термин как «спектр реакций на стимулы, которые индивидом понимает как незнакомые, сложные, вариативные или дающие возможность нескольких принципиально различных интерпретаций», имея при этом в виду как низкую, так и высокую

толерантность к неопределенности [4, С. 68]. В то же время Т.В. Корнилова говорит о толерантности к неопределенности как о свойстве личности, объединяющем в себе такие характеристики как стремление к изменениям, новизне и оригинальности, готовность идти нестандартными путями и предпочтение более сложных задач (т.е. подразумевая высокую толерантность) [3, С. 77]. Объединяя точки зрения обоих авторов, мы можем в общем охарактеризовать толерантность к неопределенности как предпочтение неопределенности в случае высокой выраженности этого личностного свойства, и отторжение, неприятие неопределенности в случае низкой выраженности.

С целью более подробного изучения такого свойства личности, как толерантность к неопределенности и с учетом актуальности рассматриваемой проблемы, мы организовали психологическое исследование, направленное на изучение степени толерантности к неопределенности у молодежи. В исследовании приняли участие 30 студентов ЛПИ - филиала СФУ, возраст которых составил от 17 до 24 лет. В качестве диагностического инструментария использована методика «Шкала толерантности к неопределённости (Multiple Stimulus Types Ambiguity Tolerance Scale-I (сокр. MSTAT-I))» Д. Маклейна в адаптации Е.Н. Осина.

По шкале «Предпочтение неопределенности» около трети студентов набрали малое количество баллов, что относит их к людям с низким предпочтением неопределенности. 56% опрошенных характеризуются средним уровнем предпочтения неопределенности, то есть их отношение к неопределенности зависит от специфики рассматриваемого ими предмета и отличается вариативностью. Доля студентов с высоким уровнем предпочтения неопределенности составляет 14%.

По шкале «Толерантность к неопределенности» анализ показал, что 10% студентов относятся к неопределенности негативно и стараются всячески ее избегать, 76% опрошенных имеют средний уровень толерантности, 14% респондентов относятся к неопределенности с высокой степенью толерантности.

Проанализировав результаты по шкале «Отношение к новизне», мы отметили, что 23% студента предпочитают избегать всего нового, предпочитая уже привычное. 63% равнодушны к новизне, так как при предпочтении привычного и известного, тем не менее, не воспринимают изменения в своей жизни враждебно. В свою очередь 14% опрошенных студентов положительно воспринимают новые явления и события в своей жизни, и стремятся как можно чаще получать новые впечатления, участвовать в новых для себя мероприятиях и т.д.

По шкале «Отношение к сложным задачам» доля опрошенных, характеризующихся негативным отношением к сложным задачам составила 36%. Это означает не только неготовность данных испытуемых к сложным ситуациям, требующим от них принятия решений, но и характер принимаемых ими решений, чаще всего самых простых, отличающихся низкой вариативностью и продуманностью, иногда радикальных (например, отказ от решения задачи совсем). 58% сложные задачи не пугают, обычно они находят выход из сложившейся ситуации. 6% опрошенных проявляют энтузиазм по отношению к сложным задачам, и порой сами ставят их перед собой. Эта группа опрошенных характеризуется также склонностью к риску.

Анализ результатов по шкале «Отношение к неопределенным ситуациям» показал, что 18% респондентов предпочитают избегать неопределенных ситуаций, подвержены стрессу в случае, если им приходится находиться в ситуации неопределенности, и очень долгое время после выхода из ситуации мысленно возвращаются к ней. 68% при этом характеризуются безразличием к неопределенным ситуациям, считая, что они неизбежны в процессе жизнедеятельности. 14% относятся к неопределенным ситуациям положительно.

Таким образом, результаты, отражающие общую толерантность к неопределенности у опрошенных студентов, таковы: 24% имеют низкую общую толерантность к неопределенности. 58% студентов характеризуются средним уровнем общей толерантности к неопределенности. При этом 18% студентов предпочитают фактор неопределенности в большинстве сфер своей жизни.

Обобщив результаты исследования, мы пришли к выводу, что испытуемые с низкой толерантностью к неопределенности предпочитают регламентировать свою жизнь, действовать по привычному сценарию и избегать рисков; задачи, заключающие в себе противоречие и неопределенность вызывают у них большие затруднения; кроме того, в ситуации неопределенности респонденты вероятнее всего предпочтут вообще не решать проблему, поскольку не обладают необходимым спектром поведенческих реакций и зачастую не уверены в себе и в правильности своих решений. Полученные результаты свидетельствуют о возрастающей актуальности проблемы и необходимости рассмотрения путей преодоления неопределенности.

Так, по мнению Н.А. Калюжной, такие черты как неуверенность в себе, эгоцентризм, желание обрести гарантии по отношению к своему состоянию в будущем характерны для личности, склонной к фанатизму. Кроме того, она отмечает, что такую личность характеризует неспобность к ответственности и автономности [2, С. 70]. Личность со слабой автономностью, как отмечает Н. А. Калюжная, привлекают идеалы и люди, предлагающие им конкретные пути выхода из нынешнего неустойчивого положения [2, С. 73]. М.Я. Яхьяев в свою очередь отмечает, что возможный «уход» субъекта в фанатизм имеет социальные причины, так как это условно нормальная реакция нормального человека на ненормальную историческую ситуацию [7, С. 49]. Таким образом, объединяя точки зрения авторов, мы приходим к выводу, что субъект, находящийся в нестабильной ситуации и обладающий низкой толерантностью к неопределенности становится склонным к вовлечению в какую-либо форму фанатизма, при этом фанатизм становится формой компенсации неуверенности и сомнения самого субъекта.

Р. Ясадов приводит общее толкование фанатизма: это слепое, безоговорочное следование убеждениям; доведенная до радикальности приверженность каким-либо идеям, верованиям или воззрениям, обычно сочетающаяся с нетерпимостью к чужим взглядам и убеждениям. В своей убежденности фанатик не признает возможность альтернативного взгляда на поддерживаемую им позицию, и игнорирует любую информацию, способную поколебать его представление о предмете. Автор отмечает, что особенно распространены религиозный, национальный и политический фанатизм [6, С. 175]. Именно эти виды фанатизма являются наиболее массовыми и наиболее деструктивными, так как становятся предпосылками к проявлениям экстремизма и терроризма, кроме того, конфликты на их почве не утихают на всем протяжении мировой истории.

Е.Е. Сятчихина и Л.И. Курышева отмечают, что фанатизм, как социальное явление имеет некоторые полезные свойства: например, фанатизм служит своеобразным индикатором состояния общества, так как по степени его выраженности и распространения можно судить о состоятельности среды и об уровне удовлетворенности ею населения. Кроме того, фанатизм необходим в закрытых сообществах, чтобы упрощать идентификацию и способствовать сохранению его целостности (здесь сложно говорить об исключительно положительной роли фанатизма, скорее, он несет пользу для конкретного сообщества). Однако, даже такая форма фанатизма в целом для общества носит исключительно деструктивный характер, так как способствует росту и развитию сект, террористических группировок, объединений агрессивных спортивных фанатов и экстремистских субкультур (например, скинхедов), и т.д. Кроме того, авторы отмечают негативное влияние фанатизма не только для социума, но и для личности фанатика, так как к обычной жизни и ее вызовам он в полной мере не приспособлен, кроме того, фанатизм несовместим с личностным ростом [5, С. 104]. Также, по мнению

Е.Е. Сятчихиной и Л. И. Курышевой, опасность данного феномена заключается в том, что ему свойственно из локального быстро разрастаться в более масштабный.

Выводы. Проанализировав результаты исследования, мы пришли к выводу, что интолерантность к неопределенности является одной из предпосылок фанатизма засчет стремления личности определить для себя ориентир, некий идеал, который даст ему определенность и избавит от противоречий. Однако, фанатизм является наиболее деструктивным путем решения проблемы неопределенности, так как фанатичная личность, пытаясь отстоять свою позицию, проявляет агрессию и экстремизм. Таким образом, по нашему мнению, необходимо способствовать развитию у личности критического мышления, уверенности в себе, готовности брать на себя ответственность за свои решения и т.д, чтобы тем самым повысить уровень толерантности к неопределенности и уменьшить риск склонности к фанатизму. Кроме того, необходимо сделать более доступной психологическую помощь для слоев населения, которые наиболее подвержены неопределенности и нестабильности, чтобы предотвратить их вступление в деструктивные фанатические сообщества.

Литература:

1. Андреева, Г.М. Социальная психология / Г.М. Андреева. - Москва: Аспект-Пресс, 2010.

2. Калюжная, Н.А. Фанатизм: личностные и групповые черты / Н.А. Калюжная // Философские науки. - 2007. - № 9. - С. 66-82.

3. Корнилова, Т.В. Новый опросник толерантности-интолерантности к неопределенности // Т.В. Корнилова // Психологический журнал. - 2010. - № 1. - С. 74-86.

4. Осин, Е.Н. Факторная структура русскоязычной версии шкалы общей толерантности к неопределенности Д. Маклейна / Е.Н. Осин // Психологическая диагностика. - 2010. - № 2. - С. 65-86.

5. Сятчихина, Е.Е. Фанатизм как социальный феномен / Е.Е. Сятчихина, Л.И. Курышева // Человеческий и профессиональный потенциал молодежи региона: Материалы Всероссийской научно-практической конференции молодых ученых, аспирантов, студентов, Тюмень, 17 апреля 2013 года. - Тюмень: Тюменский государственный нефтегазовый университет, 2014. - С. 102-104.

6. Ясадов, Р. Фанатизм как социокультурное явление / Р. Ясадов // Вестник научной мысли. - 2021. - № 3. -С. 175-178.

7. Яхьяев, М.Я. Фанатизм и терроризм: общее и особенное / М.Я. Яхьяев // Исламоведение. - 2010. - № 4(6). -С. 47-55.

Психология

УДК 159.922.72

студент-магистрант Джепарова Юлия Вадимовна

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Нижегородский государственный педагогический университет имени Козьмы Минина»

ИЗУЧЕНИЕ ВОПРОСА ВОЗДЕЙТВИЯ АРТ-ТЕРАПИИ В ИССЛЕДОВАНИЯХ АНГЛОЯЗЫЧНЫХ АВТОРОВ

Аннотация. В статье говорится об актуальности вопроса арт-терапии. Арт-терапия становится достаточно популярным методом психологического взаимодействия с детьми посредством рисунков, сказкотерапии и других приемов, основанных на данном методе. Поэтому в данной статье освещены теоретические и практические идеи, которые предлагают иностранные авторы, так как они являются первооткрывателями данного подхода. Статья содержит обзор научных публикаций, нацеленных на исследование эмоционального интеллекта человека, а также на изучение группы арттерапевтических методов, эффективных в работе с детьми. Приводятся определения таких феноменов, как «арт-терапия», «эмоциональный интеллект». В данной статье уделяется внимание обзору иностранных источников. Рассматривается применение таких арт-методов, как рисунок и отражение эмоционального состояния детей через рисунок, ролевое проигрывание эмоциональных состояний, присоединение к эмоциональным состояниям персонажей через литературное творчество, способствующее развитию таких компонентов эмоционального интеллекта, как восприятие, идентификация эмоций, определение причин их возникновения.

Ключевые слова: арт-терапия, искусство, эмоциональный интеллект, младшие школьники, развивающая программа.

Annotation. The article talks about the relevance of the issue of art therapy. Art therapy is becoming a fairly popular method of psychological interaction with children through drawings, fairy tale therapy and other techniques based on this method. Therefore, this article highlights the theoretical and practical ideas offered by foreign authors, since they are the discoverers of this approach. The article contains an overview of scientific publications aimed at the study of human emotional intelligence, as well as the study of a group of art therapy methods effective in working with children. Definitions of such phenomena as "art therapy", "emotional intelligence" are given. This article focuses on the review of foreign sources. The application of such art methods as drawing and reflection of the emotional state of children through drawing, role-playing of emotional states, joining the emotional states of characters through literary creativity, contributing to the development of such components of emotional intelligence as perception, identification of emotions, determining the causes of their occurrence, is considered.

Key words: art therapy, art, emotional intelligence, primary school students, educational program.

Введение. Актуальность исследования данного метода заключается в том, что существует определенная необходимость и предпосылки в развитии потенциальных возможностей детей в сфере взаимодействия с окружением средой и обществом в целом, а также необходимо для формирования ресурсов, при стремлении к социальной успешности. Развитие психологически успешной платформы для будущего оказывает непосредственное влияние на становление личности ребенка в период школьного возраста, обеспечивая продуктивное познание окружающего мира и здоровое социальное общение.

Прежде всего, приступая к раскрытию темы статьи, хотелось бы отметить, что в России данная методика стала набирать популярность сравнительно недавно, что нельзя сказать о Европейских странах, где ее внедрение началось уже очень давно (в 1940 г.г.), и самые первые книги, на которые ссылаются современные авторы, говорят нам о таком методе арт-терапии, как рисование.