Асимметрия правил допустимости доказательств в контексте принципа состязательности сторон

УДК 343.140.02

И. Ю. Панькина

АСИММЕТРИЯ ПРАВИЛ ДОПУСТИМОСТИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В КОНТЕКСТЕ ПРИНЦИПА СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ СТОРОН

Теория доказательств в уголовном судопроизводстве непосредственно влияет на процесс доказывания в рамках практической деятельности. Однако многие ее положения на деле вызывают спорные ситуации. В статье анализируется критерий допустимости доказательств в уголовном судопроизводстве через призму концепции асимметрии правил допустимости доказательств, которая призвана обеспечить реализацию назначения уголовного судопроизводства в полном объеме. Авторы утверждают, что асимметрия правил допустимости доказательств должна быть включена в действующее уголовно-процессуальное регулирование, но при этом сама требует модификации с учетом действия принципа состязательности сторон, который включен в национальный уголовный процесс смешанного типа. Представлены модели соотношения целей уголовного судопроизводства, отражающие действие концепции асимметрии правил допустимости доказательств.

К л ю ч е в ы е с л о в а: теория доказательств, допустимость доказательств, асимметрия правил допустимости, доказывание, состязательность.

ASYMMETRY OF RULES OF ADMISSIBILITY OF PROOFS IN THE CONTEXT OF THE PRINCIPLE OF COMPETITIVENESS

OF THE PARTIES

The theory of evidence in criminal proceedings directly affects the process of evidence in the framework of practical activities. However, many of its provisions actually cause controversial situations. The article analyzes the criterion of admissibility of evidence in criminal proceedings through the prism of the concept of asymmetry of the rules of admissibility of evidence, which is intended to ensure the implementation of the purpose of criminal proceedings in full. The authors argue that the asymmetry of the rules for the admissibility of evidence should be included in the existing criminal procedure regulation, but at the same time, it itself requires modification to take into account the principle of adversarial proceedings, which is included in the national criminal process of a mixed type. To confirm their arguments, the authors presented models of the relationship between the goals of criminal proceedings reflecting the concept of asymmetry of the rules for the admissibility of evidence.

K e y w o r d s: proof theory, admissibility of evidence, asymmetry of admissibility rules, proof, competitiveness.

Поступила в редакцию 8 августа 2018 г.

Допустимость - один из ключевых и легально определенных критериев оценки доказательств. Являясь «мерилом» юридической силы любого доказательства, критерий допустимости регламентирован не только процессуальным законодательством, но и Конституцией РФ. Так, согласно ч. 2 ст. 50 Конституции РФ «при осуществлении правосудия не допускается использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона»1. Исходя из системного сопоставления регламентации критерия допустимости доказательств в различных отраслях отечественного процессуального законодательства, представляется, что именно

1 Конституция Российской Федерации : принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. // Рос. газета. 1993. 25 дек.

© Панькина И. Ю., 2018

уголовно-процессуальный закон не только детально развивает конституционное положение, но и закладывает в допустимость доказательств уникальное содержание. Такое утверждение закономерно в силу того, что уголовно-процессуальные правоотношения, возникающие из-за необходимости государства реагировать на каждое нарушение уголовного закона, тесно переплетаются с защитой прав и свобод тех лиц, которые становятся участниками упомянутых отношений. В первую очередь - это потерпевший и подозреваемый (обвиняемый, подсудимый). К тому же уголовное судопроизводство в соответствии со ст. 6 УПК РФ имеет своим назначением как защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, так защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод2. Для реализации этого назначения в УПК РФ закреплены как принципы уголовного судопроизводства, так и отдельные уголовно-процессуальные нормы, способствующие защите прав и свобод. В данном аспекте мы уделяем внимание претенциозной и дискуссионной концепции, способной вызвать существенные изменения устоявшегося в отечественном уголовном процессе критерия допустимости доказательств, - концепции асимметрии правил допустимости доказательств.

Концепция асимметрии правил допустимости доказательств в самых общих чертах представляет собой исключение из сбалансированных правил допустимости доказательств, когда недопустимыми могут быть признаны только обвинительные доказательства, а оправдательные (шире - «защитные») доказательства не признаются недопустимыми, невзирая на нарушение закона при их получении3. В самом широком смысле апология и критика данной концепции лежат в плоскости защиты прав и свобод потерпевших от преступлений либо подозреваемых, обвиняемых, подсудимых в совершении преступления. Однако попытки смоделировать концепцию асимметрии правил допустимости доказательств на практике привели к некоторым ее модификациям, которые неодинаково воздействуют на реализацию назначения уголовного судопроизводства. Например, приводятся различные подходы к определению того, к каким «защитным» доказательствам применима асимметрия правил допустимости. С одной стороны, предлагается применение анализируемой концепции только к тем доказательствам, которые оправдывают (смягчают уголовную ответственность) обвиняемого (подсудимого), но при этом признаны недопустимыми вследствие нарушения процедуры их собирания стороной обвинения, а с другой - гипертрофированная асимметрия каждого доказательства, исходящего от стороны защиты4. Более того, имеют место утверждения о существовании в действующем уголовном процессе асимметрии правил допустимости «от противного», ибо уголовно-процессуальным законом не установлена ни форма получения сведений защитником, ни порядок фиксации их результатов5. «Венцом» моделирования анализируе-

2 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации : федер. закон от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. № 52 (ч. 1). Ст. 4921.

3 См.: Кудрявцев В. Л. Некоторые вопросы допустимости доказательств в контексте назначения уголовного судопроизводства в Российской Федерации // Рос. следователь. 2012. № 24. С. 2-5.

4 См.: Ревина И. В., Петров Н. В. И снова к теории асимметрии правил допустимости доказательств : для чего она необходима и почему не применима? // Дискурс : науч. журнал. 2017. № 12. С. 263-270.

5 См.: Безгласная О. А. Некоторые актуальные проблемы оценки доказательств в уголовном судопроизводстве // Актуальные проблемы российского права. 2015. № 1. С. 128-132.

мой концепции можно обозначить переход от асимметрии правил допустимости доказательств к асимметрии правил оценки доказательств, когда допустимость доказательств смешивается с их относимостью и достоверностью, а недопустимыми доказательствами могут быть признаны показания участников процесса, полученные без нарушений закона6. Так или иначе, самый главный постулат концепции асимметрии правил допустимости доказательств не регламентирован в современном отечественном уголовном судопроизводстве, что обусловлено недопустимостью нарушения равновесия прав и свобод потерпевших и обвиняемых (подозреваемых, подсудимых).

Но пронизывает ли упомянутое равновесие прав и свобод весь объем уголовно-процессуальной деятельности, связанной доказыванием обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела? И если нет, то какой степени дисбаланс прав и свобод необходим и достаточен для переоценки правил допустимости доказательств? Ответы на эти вопросы, по нашему мнению, могут скрываться в плоскости рассмотрения концепции асимметрии правил допустимости доказательств через призму принципа состязательности сторон в уголовном судопроизводстве.

Отсутствие реальной состязательности сторон на досудебных стадиях российского уголовного судопроизводства определяет «розыскную» сущность предварительного расследования, следствием чего стало отнесение всего процесса к смешанному типу.

Множественность концепций по проблеме реализации принципа состязательности в уголовном судопроизводстве, предложенных с 2002 г., на первый взгляд, уменьшила остроту научных споров, но тем самым заставила судей выбрать собственную форму участия в судебном следствии - активную, пассивную или смешанную. Но если этот вопрос периодически возникает в практике Верховного Суда РФ7, то отсутствие состязательности на предварительном расследовании практически уже никого не тревожит. Более того, адвокаты заявляют о том, что отсутствие состязательности на стадии предварительного расследования абсолютно не влияет на процесс осуществления защиты прав и законных интересов обвиняемых лиц8.

Адвокатское расследование не регламентировано УПК РФ. Хотя в действующем регулировании уголовного судопроизводства лаконично закреплены способы собирания доказательств защитником. Согласно ч. 3 ст. 86 УПК РФ защитник вправе собирать доказательства путем получения предметов, документов и иных сведений; опроса лиц с их согласия; истребования справок, характеристик, иных документов от компетентных органов. Деятельность же субъектов предварительного расследования по собиранию доказательств имеет большие масштабы. К тому же в процессе доказывания допускается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам (ст. 89 УПК РФ).

Однако данные «преимущества» сбалансированы тем, что субъекты предварительного расследования должны доказывать и те обстоятельства, которые мо-

6 См.: Балакшин В. С. «Асимметрия» правил оценки доказательств // Законность. 2007. № 3. С. 2-5.

7 О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства) : постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 г. № 51: и^: http://www.consultant.ru/law/hotdocs/51897.html/

8 См.: Салакко А. С. Адвокатское расследование как деятельность адвоката в российском уголовном процессе // Адвокатская практика. 2017. № 3.

гут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, исключают преступность и наказуемость деяния, смягчают наказание. Получается, что легально закрепленные принцип состязательности сторон, права защитника, позволяющие собирать и представлять доказательства, определение способов их собирания заставляют задуматься о критериях, определяющих допустимость полученной информации9.

Считаем, что выработка, обоснование и реализация на практике таких критериев возможна в рамках концепции асимметрии правил допустимости доказательств, с учетом ее распространения на деятельность субъектов уголовного процесса.

Рассмотрим две модели взаимосвязи целей уголовного судопроизводства для аргументации важности концепции асимметрии правил допустимости доказательств. Так, идеальной моделью соотношения выступает защита прав и законных интересов потерпевших путем привлечения к уголовной ответственности не только формально, но и фактически виновного лица. Другой моделью может выступить формальная защита прав и свобод потерпевших путем привлечения к уголовной ответственности фактически невиновного лица. Последний вариант никоим образом не соответствует целям уголовного судопроизводства, но реально возможен в силу особенностей процесса доказывания, в частности критерия допустимости. Принимая во внимание то, что субъекты предварительного расследования обязаны, наряду с защитником, собирать «оправдательные» доказательства, потенциально возникает возможность признания «оправдательного» доказательства недопустимым вследствие нарушений, допущенных в ходе предварительного расследования. В данном случае подозреваемый (обвиняемый) может пострадать от несоответствующей закону реализации дискреционных полномочий стороны обвинения.

Более того, ситуационно возможна коллизия, когда защитник не способен собрать и приобщить те «оправдательные» сведения, которые были получены стороной обвинения с нарушением закона, а обстановка среды, позволяющая собрать такие сведения, была деформирована. Таким образом, «оправдательный» факт продолжает «существовать», «следовать» за личностью подозреваемого (обвиняемого) и поддаваться познанию, но юридической силой не обладает и не может быть использован при решении вопроса, например о виновности лица. Представляется, что ситуация, когда осуждение лица и назначение ему наказания основываются только на «обвинительных» и без учета «оправдательных» доказательств, признанных недопустимыми, не отвечает требованиям справедливости. Привлечение же к уголовной ответственности лица, фактически невиновного в совершении преступления, не нивелирует общественную опасность реального преступника и не защищает права и законные интересы потерпевших.

Согласимся с тем, что такое безрассудное применение данной концепции, как признание допустимыми любых доказательств, исходящих от стороны защиты, искажает ее содержание. Что же касается уязвимого положения стороны обвинения, которая при собирании доказательств связана нормами УПК РФ и потенциально имеет массу возможностей совершения нарушений, то нами изначально

9 См.: Терехов А. Ю. К вопросу об основаниях выбора способа собирания доказательств в ходе досудебного производства по уголовному делу // Рос. полицейское право. 2013. № 2. С. 62-76.

предполагается высокая компетентность стороны обвинения при собирании доказательств, их публичная роль как блюстителей закона и рациональное использование государственных ресурсов, которые в очень незначительной мере предоставлены стороне защиты.

Балтийский федеральный университет имени И. Нанта Панькина И. Ю., кандидат юридических наук, доцент

Baltic Federal University named after I. Kant

Pankina I. Yu., Candidate of Legal Sciences, Associate Professor

E-mail: iupanjkina@yandex.ru