"Они бы распустили парламент и совершенно по этому поводу не комплексовали бы"

Владимир Путин признался, что в 2008 году рассматривал возможность передачи правительству полномочий Госдумы, и только Борис Грызлов, пообещавший всегда голосовать как надо, отговорил его от такого решения. Спецкор ИД "Коммерсантъ" Олег Кашин восхищен открывшимися обстоятельствами новейшей истории.

"История повторяется в виде фарса", — эта поговорка слишком заезжена, но кто виноват, что она исправно работает? Чтобы был понятен свежий пример, предлагаю вспомнить одно пятнадцатилетней давности событие. Мемуаристы, имевшие отношение к ельцинскому Кремлю, любят о нем вспоминать, потому что это действительно была серьезная драма. Весной 1996 года, когда по всем опросам Борис Ельцин очень сильно отставал от Геннадия Зюганова, часть президентской команды во главе с шефом охраны Ельцина генералом Коржаковым не верила, что Ельцин может выиграть выборы. И когда Госдума, которую контролировали тогда коммунисты, подставилась, внезапно денонсировав Беловежские соглашения (практического смысла в этом не было никакого, но как политический жест с точки зрения зюгановских избирателей это смотрелось красиво), Коржаков предложил распустить Госдуму, запретить КПРФ и отменить выборы. Говорят, Ельцин против такого варианта не возражал, и история вполне могла пойти совсем по-другому, если бы Ельцина не отговорили начальник его предвыборного штаба Анатолий Чубайс и дочь Татьяна, которые как-то сумели доказать ему, что выигранные выборы — это лучше, чем государственный переворот. Как именно были выиграны выборы, конечно, все помнят, но это уже совсем другая драма.

Так вот, оказывается, три года назад похожие дискуссии снова шли в Кремле и около. "Думаю, что будет уместно сегодня приоткрыть нашу внутреннюю кухню", — сказал Путин, и мы узнали, что в 2008 году "часть членов правительства" в связи с экономическим кризисом предлагала приостановить полномочия Госдумы, чтобы правительство в зависимости от положения в экономике могло действовать с полностью развязанными руками. То есть всерьез обсуждалось что-то вроде государственного переворота. Если верить Путину, в роли Чубайса и Татьяны Дьяченко на этот раз выступил спикер Госдумы Борис Грызлов, который сумел убедить Путина, что нарушать закон необязательно, я процитирую: "Вы настояли на том, что нужно действовать в рамках законодательства, оставить парламенту то, что ему принадлежит по закону, и тогда вы мне сказали, — говорит Путин Грызлову, — что мы вам обещаем, мы будем принимать эти решения быстро и ничего не затянем".

То есть главным аргументом против неконституционного решения оказалось то, что Госдума и так полностью подконтрольна исполнительной власти. Если бы у них не было Грызлова с его послушной фракцией, они распустили бы парламент и совершенно по этому поводу не комплексовали бы.

Путин с Грызловым теперь открыто об этом рассказывают, и нам остается только поблагодарить их за это — спасибо, что не поддались искушению и сохранили Конституцию, парламентаризм и священный принцип разделения властей. Я не знаю, как ставится смайлик, когда говоришь по радио, но после словосочетания "разделение властей" я бы поставил десять смайликов.