Профессиональное образование рабочих Ленинграда в годы предвоенных пятилеток

ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Т. Ю. Бойкова

Профессиональное образование рабочих Ленинграда в годы предвоенных пятилеток

Одним из важнейших направлений советской модернизации являлось создание развитого индустриального сектора в экономике страны. Хорошо известны трудности и противоречия форсированной индустриализации в СССР. К ним можно отнести неоправданно высокие капиталовложения в незавершенное строительство, вследствие чего часть предприятий работала не в полную мощность, высокую себестоимость промышленной продукции, рост денежной массы в стране, падение уровня жизни населения и др. В то же время следует отметить, что промышленный рывок, предпринятый в конце 1920-х - 1930-е гг., привел к целому ряду перемен, позитивное значение которых трудно переоценить. Были ликвидированы резкое имущественное неравенство, нараставшая в 20-е гг. безработица, возросла социальная мобильность трудовых слоев, повысился их культурный уровень [1]. В настоящей статье мы рассмотрим, какие изменения произошли в сфере образования рабочих в конце 1920-х - 1930-е гг. под воздействием процессов индустриализации страны.

Одна из главных проблем, доставшихся Советской России от прошлого, состояла в сохранении неграмотности. 17 мая 1929 г. постановлением ЦК ВКП(б) была выдвинута задача скорейшей ликвидации неграмотности, а несколько позднее - в августе 1930 г., в СССР согласно постановлению ВЦИК И Совнаркома - в стране было введено всеобщее обязательное начальное обучение.

В самом начале 1930 г. «Красная газета» писала: «Президиум Ленинградского совета постановил провести среди индустриальных рабочих Ленинграда поголовную ликвидацию неграмотности к 1 мая 1930 г.» [3]. В связи с этим на всех предприятиях города был проведен учет неграмотных рабочих, отделом труда Областного отдела народного образования и Облпросветом развертывалась сеть пунктов по обучению грамоте. С вновь приходящих на предприятия рабочих заводоуправление требовало дать обязательство о том, что они в короткие сроки обязуются ликвидировать свою неграмотность. За невыполнение этого обязательства виновный мог впоследствии попасть под товарищеский суд [10, с. 38].

В Ленинграде развернулась широчайшая кампания по борьбе с неграмотностью. Были разработаны самые разнообразные методы: вечера «культпохода», выпуск газет по культпоходу, культэстафета, работа сквозных бригад. Кадровые квалифицированные рабочие брали шефство над новичками, обучали их, передавая молодым рабочим свой опыт производственной деятельности. Большую помощь в ликвидации неграмотности оказывали школы для взрослых, предоставлявшие начальное образование. За годы первой пятилетки количество учащихся в этих школах возросло с 8,4 тыс. до 58 тыс. человек [2]. Была разработана также система мер морального воздействия. Наиболее распространенным приемом была организация вечеров «чашки чая» неграмотных и малограмотных, куда приходили директор предприятия, комсомольские и партийные работники, проводившие беседы с неграмотными рабочими. Была разработана система премирования лучших по посещаемости групп обучающихся - экскурсиями, местами на базы и в дома отдыха, театральными билетами, даже выдачей внеочередных ордеров на промтовары. Лучших учащихся переводили на более квалифицированную работу, из чернорабочих к станку [10, с. 45].

Проводимые мероприятия дали свой эффект, приведя к значительному сокращению числа неграмотных среди рабочих. К 1 мая 1931 г. Ленинград был объявлен городом сплошной грамотности. Однако часть рабочих пыталась уклониться от обучения грамоте. На станках таких работников размещались плакаты: «Здесь работает неграмотный человек, не желающий ликвидировать свою неграмотность». В цехах вывешивались «черные списки», они же печатались в заводских многотиражках и зачитывались по заводскому радио [10, с. 33]. В результате, несмотря на официальные оптимистические заявления, картина оставалась довольно неравномерной. Так, на заводе «Красный путиловец» в годы первой пятилетки 76 % рабочих имели образование, соответствующее первой ступени, на «Балтийском заводе» - 73,2 %, на Адмиралтейском заводе - 79,3 %, а на фабрике «Красное знамя» - лишь 59,8 % [9. Ф. 6276. Оп. 119. Д. 14. Л. 6].

Учитывая противоречивость достигнутых результатов, становится понятным, почему в течение всей второй пятилетки работа по ликвидации неграмотности не прекращалась. Кроме того, внимание к вопросам обучения рабочих было вызвано еще и постоянным притоком новых кадров, приходивших из сельской местности, что способствовало увеличению в городе числа неграмотных или малограмотных. Этим и объясняется достаточно большое количество «букварщиков», т. е. людей, обучавшихся грамоте, в годы второй пятилетки (1933-1937 гг.).

Несмотря на сохранение (хотя и далеко не в прежних объемах) проблемы ликвидации неграмотности, все же не она стала определяющей в сфере образования для рабочих в годы второй пятилетки. Основная задача школы заключалась уже не столько в ликвидации неграмотности, сколько в повышении образовательного уровня промышленных рабочих до объема семи и более классов. За годы второй пятилетки в такие школы было принято более 84 тыс. человек [8. Ф. 25. Оп. 8. Д. 7. Л. 22]. По сведениям Ленинградского областного и городского управлений народнохозяйственного учета на 1 января 1938 г. 745 ленинградских рабочих закончили академии, 25816 чел. - втузы и вузы, 705 чел. - дневные комвузы, 5538 чел. -рабфаки, 12731 - техникумы [9. Ф. 4965. Оп. 1. Д. 5149. Л. 10]. К 1939 г. основная масса ленинградских рабочих была не просто грамотной, но имела для того времени высокий уровень образования -4-5 классов.

Огромное значение в рабочей среде в годы первых пятилеток имела не только общеобразовательная, но профессионально-техническая учеба. Это было особенно актуальным в связи с наплывом неквалифицированных кадров в городскую промышленность, что было, несомненно, одной из специфических черт советского варианта модернизации. Так, например, в весной 1932 г. в турбинный отдел завода «Красный путиловец» требовались квалифицированные рабочие, но с большим «трудом было набрано 345 человек, из них 300 чернорабочих...» [4].

Руководство страны видело выход из сложившейся критической ситуации в принятии «решительных мер» по обучению и воспитанию пополнений рабочего класса. Первой задачей было создание единой системы технического обучения, отсутствие которой тормозило дело подготовки рабочих кадров (ею занимались ВСНХ, ВЦСПС, Народный комиссариат просвещения), поскольку даже по отраслям промышленности обучение осуществлялось по-разному.

Одной из форм профессионального обучения рабочих в годы первых пятилеток продолжало оставаться фабрично-заводское ученичество. Школы фЗу существовали в РСФСР с 1920 г. и являлись профессионально-техническими учебными заведениями для подготовки квалифицированных рабочих. В годы первой пятилетки в Ленинграде существовало 87 школ ФЗУ, в которых в 1931-1932 гг. получили профессию 55 тыс. чел. [8. Ф. 24. Оп. 2. Д. 3661. Л. 25]. В целом по стране в первой пятилетке школы ФЗУ подготовили 450 тыс. рабочих. Однако практиковавшаяся тогда система ведомственного подчинения фабрично-заводского обучения оказалась недостаточно целесообразной. В большинстве случаев в рамках ведомства не удавалось решить все организационные проблемы плановой подготовки квалифицированных рабочих.

10 сентября 1931 г. Совнарком принял решение о реорганизации профессионально-технического образования. Система рабочего образования начала строиться везде одинаково: 1, 2, 3 ступени -ознакомление новичков с производством и приобретение элементарных знаний в объеме программы 7-летней школы. А 4 и 5 ступени давали возможность получить образование в техникуме и на вечернем отделении втуза на предприятии.

К началу второй пятилетки широкий размах получила такая форма обучения без отрыва от производства, как кружки техминимума. 30 июня 1932 г. вышло постановление СТО «Об обязательном обучении рабочих, обслуживающих сложные агрегаты, установки или механизмы». Это постановление предусматривало введение в стране в целях быстрейшего овладения новой техникой обязательной сдачи техминимума для рабочих 255 наиболее сложных специальностей. От обязательной сдачи техминимума могли быть освобождены лишь рабочие, окончившие школы ФЗУ и другие технические школы.

Однако проведение техминимума на предприятиях Ленинграда проходило неравномерно. Нередкими были случаи срыва дней технической учебы и занятий, отсутствия учебной литературы и наглядных пособий. На отдельных предприятиях тяжелой промышленности, как отмечало бюро ленинградского обкома и горкома ВКП(б) в постановлении «О ходе проведения техминимума в промышленности наркомтяжпрома», к проведению техминимума вообще не приступали [8. Ф. 24. Оп. 1. Д. 423. Л. 147]. Часть рабочих неохотно посещали кружки, иногда пропуская занятия: «... подумаешь, какая важность, первое занятие посетить не обязательно...», «...успею, научусь еще», «.пусть дураки учатся, им делать нечего, а мне и дома работы много» [5]. Подобные высказывания из уст рабочих достаточно часто встречались на страницах многотиражных газет.

Другой причиной нежелания ряда малоопытных рабочих повышать свою профессиональную грамотность была недостаточность моральных и материальных стимулов к квалифицированному труду. Это прежде всего было связано с уравнительностью в заработной плате. Уравниловка на деле выступала оправданием бесхозяйственности, бесконтрольности, отсутствия строго учета. Особенно активно спекулировали на представлениях о равенстве недавние выходцы их деревни. «Пополам, так пополам, а если не поровну, то это только раздор вносит, вроде как в деревне кулаки и бедняки» [6], - нередко говорили они. За подобными суждениями чаще всего скрывалось простое желание получить высокие заработки сразу же, без особого труда и учебы сравняться с кадровыми рабочими, но не в профессионализме и мастерстве, а в заработной плате. В этих же

словах проявлялся и характерная для крестьянского мироощущения эгалитарность.

29 декабря 1934 г. вышел приказ наркома тяжелой промышленности Г.К. Орджоникидзе о проведении с 1 февраля по 30 мая 1935 г. гостехэкзаменов для рабочих 255 ведущих профессий. Издание этого документа было связано с тем, что в конце 1934 г. истекали сроки техминимума, установленные постановлением СТО 1932 г. В 1933 г. рабочие Ленинграда, подхватив инициативу рабочих Урала и Москвы, включились в соревнование за сдачу общественно-технических экзаменов. Их задача заключалась в том, чтобы проверить навыки и знания рабочих. Не выдержавшие гостехэкзамена, переводились на менее квалифицированную работу. Анализируя отчет уполномоченного главного управления учебными заведениями НКТП В.Г. Евдокимова о результатах проведения гостехэкзамена, можно сделать вывод, что в целом они оказались достаточно плодотворными. Из общего количества рабочих, сдавших гостехэкзамен, сдали на «отлично» 23641 человек (26,5 %), на «хорошо» - 37549 человек (42,1 %). Остальные результаты распределились следующим образом: на «удовлетворительно» испытания сдали 29,3 % рабочих, а 2,1 % получили неудовлетворительные оценки [9. Ф. 4441. Оп. 1. Д. 77. Л. 93].

Достаточно высоко оценивало результаты проведенных гостехэкзаменов и руководство фабрично-заводской промышленности. «Это мероприятие помогло заводам, цехам узнать лицо своих рабочих, выявить наиболее способных из них», - отмечал в отчете о результатах проведения гостехэкзамена на предприятиях тяжелой промышленности уполномоченный главного управления учебными заведениями НКТ по Ленинградской области В.Г. Евдокимов [Там же. Л. 95]. «Теперь каждый мастер и бригадир знают свои кадры», -подчекркивал заместитель директора завода «Красная Заря» Сива-ченко [Там же. Л. 100]. Действительно, в какой-то степени гостехэк-замен способствовал выявлению потенциала рабочих кадров, поднятию дисциплины на предприятиях.

Однако проведение гостехэкзамена в целом не стало эффективным средством вовлечения рабочих в дальнейшую учебу. Так, на 14 крупнейших предприятиях тяжелой промышленности с общим количеством работников 102230 человек обучающихся по состоянию на 1-е февраля 1936 г. было 21351 человек (20,8 %) [Там же. Д. 119. Л. 11]. Все также имели место систематические срывы занятий, основными причинами которых были отсутствие постоянных дней техучебы, в дни занятий проводились различные собрания и сверхурочные работы. Посещаемость занятий также оставалась на невысоком уровне. В среднем она не превышала 60% [Там же. Л. 15]. Обеспеченность учебными помещениями на всех предприя-

тиях оставалась крайне неудовлетворительной, кружки техминимума, как правило, занимались в совершенно неприспособленных для этого помещениях: в цеховых конторах, кладовых, цеховых «курилках» и т. д., причем в одном и том же помещении могли заниматься несколько групп.

Итак, условия промышленного рывка, предпринятого в СССР в конце 1920-х - 1930-е гг., оказали сильное воздействие на сферу обучения и профессионально-технической подготовки городских рабочих. В квалифицированных или хотя бы для начала просто в грамотных кадрах нуждалась не только растущая промышленность, но и сама государственная власть, выдвигавшая целый ряд важных социальных лозунгов. Преодоление культурной отсталости класса-«авангарда», должно было свидетельствовать о прогрессивности внутренней политики советской власти. Хотя бы минимальный уровень культуры рабочих масс был необходим и с точки зрения сознательного усвоения ими основных положений официальной идеологии. В рассматриваемый период значительная часть рабочих оказалась охваченной различными формами обучения, организованными, как правило, без отрыва от производства, что позволяло не только ликвидировать элементарную неграмотность, но и повышать профессионально-технический уровень рабочих кадров. Несмотря на имевшиеся достижения, выразившиеся, в частности, в росте числа грамотных среди рабочих на протяжении 30-х гг., существовали и серьезные проблемы. Часть из них носила организационно-технический характер (например, отрицательно сказывалась нехватка помещений, наглядных материалов и т. п.). Другая часть проблем отражала особенности общественного сознания городских рабочих, значительная доля которых представляла собой бывших крестьян. В их среде существовало непонимание, а иногда и пренебрежение организованными для них формами профессионально-технического обучения. Таким образом, процесс распространения грамотности и профессионально-технических знаний в рабочей среде был важным, но внутренне неоднородным процессом, отражавшим особенности и трудности советской модернизации конца 1920-х - 1930-х гг.

Список литературы

1. Бойкова Т.Ю. Изменение общественного сознания ленинградских рабочих в условиях модернизации (1928 - 1941 гг.) // Модернизация в России: экономика, политика, культура: Всерос. науч. конф. 2 апр. 2008 г.: сб. материалов. -СПб.: ЛГУ им. А.С. Пушкина, 2008. - С. 100-101.

2. История рабочих Ленинграда. 1703 - 1965. - Т. 2. - Л.: Наука, 1972. -С. 254.

3. Красная газета. - 1930. - 14 янв.

4. Красная газета. - 1932. - 23 марта.

5. Красный железнодорожник: газ. - 1932. - 14 окт.

6. Козлов В. А., Хлевнюк О. В. Первые пятилетки: люди, темпы, свершения. -М.: Знание, 1987. - С. 31.

7. Микшин В.В. Советская модернизация и российская самобытность // Социально-экон. и полит. модернизация в России. Х1Х-ХХ вв.: сб. науч. ст. / отв. ред. И.В. Кочетков. - СПб.: ЦИГИС «Клио», 2001. - С. 221-222.

8. Центральный государственный архив историко-политических документов (ЦГА ИПД).

9. Центральный государственный архив Санкт-Петербурга (ЦГА СПб).

10. Яковлев Ф., Михайлов Б., Бункин А. Ленинград в борьбе за сплошную грамотность. - М., Л.: ОГИЗ, 1931.

О. И. Вербовой, А. А. Сыров

Святой заступник Отечества

С течением времени память о роли личности в истории, к сожалению, угасает. Сегодня история нашего государства почему-то отходит на второй план, о ней попросту забывают. Причин на это, по мнению современных социологов, очень много: и развитие новых технологий, и новые веяния моды, вечная занятость людей, особенно тех, кто живёт в больших городах. Однако не стоит забывать о том, что государства могут существовать лишь до тех пор, пока граждане этих самых государств будут помнить о своей истории, знать и почитать своих героев, соблюдать традиции, сложившиеся в ходе становления государства, знать памятные даты. Речь не идет о том, что каждый человек должен быть историком, но каждый гражданин просто обязан знать историю своей страны и передавать её из поколения в поколение, ведь именно знания истории позволяют нам учиться на чужих ошибках и не повторять их в будущем как в личных отношениях так и в отношениях государств между собой. Особенно остро встает этот вопрос в наши дни, в то время когда Россия подвергается давлению со стороны иностранных государств, когда роль нашей страны в том или ином историческом событии принижается, искажается, а иногда и вовсе переворачивается с ног на голову. Считаем, что это недопустимо, россияне не должны смотреть на свою историю сквозь призму безразличия. К сожалению, когда перепечатываются учебники по истории, некоторые издатели этих учебников стараются не донести в народ всю правду об истории Отечества, а устраивают, откровенно говоря, соревнования на предмет скорейшего обогащения, и порой очень тяжело разобраться, кто же в том или ином вопросе прав, а кто виноват. Именно поэтому считаем своим патриотическим долгом донести хотя бы