Проблемы и перспективы развития торфяного производства в Российской Федерации

В.В. Панов, О.С. Мисников, А.В. Купорова

ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ТОРФЯНОГО ПРОИЗВОДСТВА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Выполнен анализ исторического развития торфяного производства в России. Представлены статистические и аналитические данные по объемам добычи торфяного сырья, применяемого в энергетике и сельском хозяйстве. Дана оценка причин падения объемов торфяного производства во взаимосвязи с экономическими процессами, происходящими в РФ. Сделан прогноз направлений развития добычи и переработки торфа с распределением его использования в приоритетных отраслях промышленности и сельского хозяйства. Обоснованы тенденции формирования устойчивого развития торфяной отрасли России на ближайшее десятилетие. Ключевые слова: торф, торфяная отрасль, объем добычи, энергетика, сельское хозяйство, плодородие почв, утилизация отходов, переработка.

Структура торфяного производства в дореволюционной России и позднее в СССР исторически сложилась при определяющей государственной поддержке, обеспечивающей выход страны из кризисных периодов развития. Вначале это было связано с дефицитом сельскохозяйственных земель в европейской части Российской империи, а позднее, в советский период необходимо было быстро решать топливно-энергетические проблемы в крупных промышленных центрах, а также в целых отраслях народного хозяйства страны. Значительные усилия по изучению болот и добыче торфа в России начали прилагаться во время правления Петра I. С этого периода наблюдается постоянное увеличение объемов добычи торфа концу XIX в. в Российской Империи его добывалось и использовалось в качестве топлива свыше 600 тыс. т [1]. Одновременно производилось осушение болот для сельскохозяйственного и лесного хозяйств.

Перед первой мировой войной Россия остро нуждалась в топливно-энергетических ресурсах. Торф занимал второе место в топливном балансе центрального промышленного района.

ISSN 0236-1493. Горный информационно-аналитический бюллетень. 2017. № 5. С. 105-117. © 2017. В.В. Панов, О.С. Мисников, А.В. Купорова.

УДК 622.331: 001.12.18

В это время под Москвой появляется первая электростанция на торфе акционерного общества «Электропередача». Опыт ее строительства до настоящего времени является ярким примером модернизации и инновационного развития производства — весь цикл работ был завершен за год и 7 мая 1913 г. торфоразработки стали давать первые тонны промышленного торфа [1, 2].

Для восстановления экономики России после гражданской войны реализуется комплексный план ГОЭЛРО, который предопределял строительство новых тепловых электростанций на торфяном топливе. Для этого необходимо было организовать его масштабную добычу. Даже во время Великой Отечественной войны, когда большая территория европейской части СССР была оккупирована фашистской Германией, ежегодная добыча торфа не снижалась менее 15 млн т и достигала 27 млн т [1].

Особенности структуры народного хозяйства в России (СССР) определяли достаточно сложную методику учета количества добываемого торфа. В разные временные периоды учет осуществлялся по различным показателям и источникам, что послужило причиной неточностей и ошибок в статистической информации. Наибольшую сложность при анализе вызывают сведения о добыче сельскохозяйственного торфа. При оценке производства топливного торфа картина более объективная. В связи с

Млрд руб.

-.500

1910 1920 1930 1940 1950 1960 1970 1980 1990 2000 2010 2020 2030 2040 2050

Годы

Сопоставление объемов добычи торфа с величиной дохода страны: 1, 2 — кривые распределения общей добычи и объема добычи топливного торфа (пояснения в тексте); 3, 4 — реальные объемы общей добычи и объема добычи топливного торфа; 5 — доходы страны

этим в настоящее время нет точной информации о суммарных объемах добычи торфа. Наиболее спорными являются данные за период с 1960 по 1985 гг. Статистические и аналитические данные по объемам добычи торфа приведены на рисунке [3—8].

Левые части кривых 1, 2 (рисунок) построены по реальным данным (до пунктирной линии), а правые являются их отражением. Такой подход основан на предположении, что естественные процессы происходят с плавными эволюционными изменениями с постепенным ростом и симметричным ему затуханием. При сопоставлении правой части эволюционного условного тренда и реальных данных (рисунок, кривые 3, 4) можно сделать вывод о том, что в добыче торфа с 1970—1980 гг. намечается систематическое недовырабатывание его объемов (рисунок, показано штриховкой). По масштабам производства топливного торфа, в настоящее время торфяная отрасль РФ «вышла» на естественные объемы — 1,5—3 млн т. А еще сравнительно недавно в середине нулевых годов XXI в отрасль недополучала около 5—6 млн т. В перспективе, при условии государственной поддержки, объем добычи топливного торфа может увеличиться до 3—4 млн т, но маловероятно, что это будет долговременным трендом.

По общему объему добываемого торфа сельскохозяйственного назначения, тенденция на перспективу также ограничена несколькими миллионами тонн. Анализ показывает (рисунок), что в настоящее время отрасль недовырабатывает около 20— 30 млн т торфа, в то время как в середине нулевых годов объем недоиспользования составлял 70 млн т. В целом к 2035—40 гг. XXI в. естественный общий объем добываемого торфа должен составить 4—6 млн т с примерно равными объемами добычи торфа топливного и сельскохозяйственного назначения. Возможно, что новые виды его применения могут повлечь за собой увеличение объемов его добычи. Однако в настоящее время возникает новый лимитирующий фактор нарушение достаточно дорогих экосистемных функций болот [9]. Таким образом, предположение о достижении реально необходимых объемов добычи торфа в ближайшее время является положительным фактом ухода от экстенсивной экономики в торфяной отрасли.

Важным звеном в понимании проблем экстенсивного развития торфяной отрасли является ее сезонность в сопоставлении с быстротекущими изменениями экономики. Фактор сезонности требует формирования компенсационных объемов торфа на не-

сколько лет вперед. Финансирование же выделяется в строгом соответствии с объемами добываемого торфа в соответствии с заказом потребителя. В результате при изменении экономической ситуации компенсационные объемы торфа становятся прямыми затратами.

«Естественная» динамика развития отрасли отражает сбалансированность экономического роста государства, только в том случае если есть возможность в получении долгосрочных кредитов при низких рисках инвестиций. Естественность в развитии отдельной отрасли должна основываться на эффективном балансе интенсивного и экстенсивного фактора. Их диспропорции являются ограничительным фактором развития. Это, в первую очередь, относится к выдающемуся экстенсивному росту объемов добычи полезного ископаемого. Иллюзорность такого роста в торфяном производстве выражается в аргументации необходимости разработки месторождений самыми большими площадями и запасами торфа России в мире. При этом, как правило, за скобками остается тот факт, что в данном контексте хозяйственной ценностью обладает только часть запасов (примерно 25—30%). Остальные месторождения находятся в зоне вечной мерзлоты, а также относятся к зазоленным, мелким, охраняемым, удаленным от транспортных коммуникаций и т.п. Достижение периода СССР, в котором основной акцент делается на огромные объемы добычи торфа, не учитывает, что большая их часть не оправдала, вложенных страной средств. В этом заключаются неверные расстановки приоритетов при обосновании ресурсного преимущества торфа. Современное состояние торфяной отрасли можно охарактеризовать тенденциями к естественному уровню добычи, который примерно в 50 раз меньше максимальных объемов заготовки торфа в СССР. Гипертрофированное развитие отрасли в то время привело к ее болезненной адаптации к современным экономическим условиям.

Средства на развитие торфяной отрасли поступали, как и в других отраслях, прежде всего, от продажи нефти. Об этом свидетельствуют данные по доходам государства (рисунок, кривая 5 [5, 6, 8]) с резким их ростом с конца 50-х до конца 80-х годов прошлого столетия. Известно, что увеличение доходов в основном обеспечивалось ростом объемов добычи и переработки нефти, а также их экспорта. С 1972 г. этому также способствовал резкий рост мировых цен на нефть. Максимальный доход от экспорта нефти приходится на 1979—80 гг. Далее произошел резкий спад до 1992 г. и замедленное снижение до 1998 г. В этот

период (до 1988) в стране значительно увеличиваются расходы на разведочное бурение с падением доходов от продажи нефти боролись резким увеличением объемов ее добычи. Не смотря на предпринятые меры, доходы государства от продажи нефти снижаются, а с 70-х и особенно с 80-х годов доход государства поддерживается поставками на экспорт природного газа. В результате с начала 70-х годов начинается спад в торфяной отрасли, выражающийся сначала в снижении объемов добычи топливного торфа [10], а с 80-х и торфа сельскохозяйственного использования [11].

Ощутимый рост добычи природного газа и нефти начавшийся с 1960 г. уже с конца 60-х годов вызвал постепенный перевод ТЭЦ, строившихся для использования торфяного топлива, на использование нефтепродуктов и природного газа.

Можно предполагать, что при добыче нефти и газа в России (СССР) для собственных нужд или частными компаниями как в настоящее время, многие отрасли народного хозяйства имели бы естественный тренд развития. Тогда торфяная промышленность развивалась бы в соответствии с количеством населения страны, так как экспорт торфяного сырья никогда не являлся ее приоритетом. В СССР добывалось торфа в 10—15 раз больше, чем во всем остальном мире. Поэтому вместо вопроса о том, почему упала добыча торфа, следовало бы поставить его по-другому — почему она так выросла в советский период?

К сожалению, экстенсивное развитие торфяной отрасли не принесло ей, равно как и экономике страны в целом, серьезных и адекватных затратам успехов. Величина затрат не соответствовала эффективности их применения, что выразилось, например, при использовании торфа для повышения плодородия почв, в низком росте урожайности и объемов продукции сельскохозяйственных культур. Основные причины — неизменная государственная поддержка, низкая культура производства, недостаточно современная технология обработка почвы, высокое энергопотребление, «легкость» использования минеральных удобрений и другие менее значимые причины. А главное то, что их всех объединяет на самом нижнем уровне принятия решений — результирующая экономическая выгода не всегда является главной целью.

Преждевременное достижение в настоящее время естественного объема добычи торфа стимулировало искусственную социально-экономическую проблему — «недоиспользование» торфа в России по причине оставшегося от советского периода зна-

чительного научного, кадрового и технического потенциала отрасли, которые необходимо было переориентировать на другие сферы профессиональной деятельности. Этот потенциал сложился под влиянием чрезмерно и экстенсивно развивающейся отрасли. Вместе с тем, в ней были очевидные достижения.

В структуре затрат в торфяной промышленности на зарплаты в 1960 г. приходилось более 50%. В большинстве остальных (перерабатывающих) отраслей основные затраты приходились на сырье и материалы [6]. Это одна из ведущих причин механизации торфяной промышленности и результата внедрения фрезерного способа добычи торфа практически на всех предприятиях отрасли. Разрабатывались многочисленные образцы новой техники для торфяного производства, ставшей основой мирового машиностроения торфяного профиля. Организовывались десятки институтов и лабораторий в стране по ее проектированию и испытаниям. Строились новые машиностроительные заводы для выпуска торфяной техники. Образовательные учреждения резко увеличивали количество выпускников торфяного профиля. Множилась в больших масштабах инвентаризация торфяных ресурсов страны, и строились планы развития на десятилетия вперед. К середине 80-х годов все грани отрасли достигли своего предела. Именно в это период неэффективность такого подхода к торфяной промышленности стала очевидной. Это притом, что в производстве топливного торфа уже наблюдался устойчивый 15-летний спад. Более того, уменьшение объемов производства наметилось также и в добыче сельскохозяйственного торфа.

Все полученные заключения позволяют предположить, что гипертрофированные объемы добычи торфа в СССР оказались причиной серьезных проблем в перестраивающейся экономике страны в последующие десятилетия. Ускорили преждевременный спад торфяной отрасли в начале 90-х гг. скоротечная приватизация и отсутствие стимулирующего экспорта. Торфяная отрасль была приватизирована в период «малой приватизации» — до 1994 г. и одна из первых потеряла господдержку. В настоящее время в ней работают только те предприятия, которые сохранили экспортный рынок или рынок малообъемной продукции для личного потребления, а также стабильного потребителя в виде поселковых котельных или городских ТЭЦ, не подключенных к газовым сетям. Дополнительно ситуация была осложнена переводом торфа в начале 90-х гг. XX в. в разряд местных видов сырья (общераспространенные полезные ископаемые). Эта законодательная мера подвела черту под существованием торфяной

промышленности России торфом с этого момента должны были заниматься регионы. Однако неоднократные попытки разработать региональные законы об использовании торфа не увенчались успехом. Вероятно, из-за «несвоевременного» лоббирования бюджетного инвестирования в отрасль, пока не получил поддержки и проект федерального закона.

Торф — это топливо индустриальной экономики, пришедшее не смену «дровяному», имеющему очевидную ограниченность ресурсов в начале XX в. Не качество тепловой энергии обеспечивало приоритет торфа над дровами, а дефицит лесных ресурсов. Поэтому устранение дефицита дров из-за перевода населения и промышленности на другие виды топлив, а также удобство и традиции использования способствовали их сохранению до настоящего времени — дрова вновь «победили» торф, по крайней мере, в быту. Тем не менее, в рамках возобновляемых источников энергии он может быть отнесен к объектам перспективной нетрадиционной энергетики. Вопрос только в масштабах получения энергии. Поэтому вполне уместно утверждать, что на новом этапе развития торф является местным топливом в концепции альтернативой биоэнергетики. В последние годы эта тема активно обсуждается экспертным сообществом и приобретает государственную поддержку.

Кроме традиционных видов топлива на снижение объемов добычи торфа оказала влияния государственная политика по выпуску минеральных удобрений. С 1963 г. и особенно с 70-го резко увеличивается производство минеральных удобрений в РСФСР [12] (пик производства — 1986 г.). До 1994 г. наблюдался спад выпуска минеральных удобрений, затем с 1998 г. резкий подъем, а с 2000 г. устойчивый рост за счет экспорта из РФ и повышения мировых цен. Пик добычи торфа сельскохозяйственного назначения пришелся на 1979 г.

К 1987 г. в СССР было достигнуто равновесие между удалением и внесением питательных веществ в почву. Вместе с тем с 1986 г. в стране снижается выпуск органических удобрений. В этот период достигнуто максимальное внесение минеральных удобрений в почву в объеме 14 млн т в пересчете на питательное вещество. Сейчас в России используется около 2 млн т минеральных удобрений с перспективным объемом 6—8 млн т. При этом уровень растениеводства в настоящий момент восстановился к уровню 1989 г.

Оценивая возможное влияние торфа как основы удобрений, укажем, что резкий рост урожайности зерновых культур и мак-

симальной урожайности картофеля пришелся на 1970 г. В этот же период вместе с ростом зарплат произошло 50% увеличение объема продукции сельского хозяйства. При этом с 1984 г. началось снижение темпов обновления основных фондов в сельском хозяйстве, а максимум мероприятий по раскислению почв приходится на 1985—87 гг. В этот период был пик поставок нефтепродуктов предприятиям сельского хозяйства [6, 12]. Эти колебания, возможно, отражены в динамике объемов добычи и использования торфа для удобрений. В целом подъем и снижение объемов добычи торфа как основы органических удобрений мало влияли на рост эффективности растениеводства в СССР, по причинам указанным выше. Таким образом «выдающиеся» объемы сельскохозяйственного торфа в целом по стране, к сожалению, были формой освоения средств.

Отдельно требуется рассмотрение вопроса комплексного использования торфяного сырья. Начальным капиталом или инвестициями в торфяное дело в СССР всегда были государственные средства, осваиваемые наркоматами, а впоследствии министерствами. В связи с этим возникло понятие «комплексности» использования торфяных ресурсов. Ведомства, не являющиеся горнодобывающими, добывали торф как топливо для своих заводов. Торф, например, был включен в производственную цепочку получения товаров оборонного назначения, ткацкого производства или продуктов питания. С постепенным переводом отраслевых промышленных предприятий на более современные и экономически выгодные виды топлива, торфяная промышленность была вынуждена загружать саму себя сформировалось мнение о переводе торфодобывающих предприятий в торфоперерабатывающие. Это носило форму комплексной деятельности. В дальнейшем «комплексность» трансформировалось в понятие широкого спектра продукции из торфа.

Наиболее ярко в концепции комплексного использования торф представлялся как химическое сырье. Весь XX в. продукты химической и другой переработки торфяного сырья «соревновались» с синтетическими материалами — сорбентами, теплоизоляцией, строительными материалами, воском, косметическими средствами, лекарственными препаратами. В настоящее время можно утверждать, что эти товары в большей степени являются эксклюзивными, то есть имеющие избирательного потребителя, но не получившие масштабного применения.

Таким образом, торфяная отрасль утратила значение, которое она имела в советский период, но в настоящее время в Рос-

сии она приобретает новые черты. Для их понимания рассмотрим типичные решения использования торфа. Современный лидер по добыче и использованию торфа — Финляндия, добывающая в настоящее время около 5 млн т торфа в год, только 6...7% направляет в сельскохозяйственный сектор. Основная же часть торфа идет на сжигание для выработки тепловой и электрической энергии. Примерно такая же структура его использования и в других небольших развитых странах с дефицитом традиционных топливно-энергетических ресурсов и имеющих поддержку отрасли государством. Хотя необходимо отметить высокий уровень организации производства, качество технологического и энергетического оборудования, выполнение серьезных мероприятий по защите окружающей среды и другие положительные стороны, связанные с торфяным производством в странах Европейского Союза.

Показательно, что в крупных развитых странах как США и Канада с подобной структурой использования торфа, объемы его добычи в несколько раз меньше. Причина в историческом развитии торфяной отрасли этих стран — достаточном количестве более эффективных традиционных топлив и применение комбинированных технологий увеличения плодородия почв. Таким образом, ситуация сложившаяся в настоящий момент в торфяной отрасли России больше напоминает ее состояние в крупных энергетически независимых странах с отсутствием государственной поддержки.

Площадь пахотных земель в РФ составляет около 120 млн га. Содержание гумуса в них за последние 20 лет по некоторым независимым оценкам снизилось до 20%. Более того, около 41 млн га в последние двадцать лет вообще не получали никаких удобрений [13]. Дополнительно в нашей стране имеется не менее 40 млн га заброшенных и деградированных пахотных площадей. То есть упрощенно-расчетный потенциал сельскохозяйственного использования торфа в земледелии значителен. Даже для удовлетворения 25% потребностей в органических удобрениях необходимо обеспечить добычу торфяного сырья не менее 300 млн т в год (из расчета минимальной дозы внесения 10 т/га).

В тоже время в мире при крупномасштабном производстве продукции растениеводства предпочтение отдается минеральным удобрениям. При этом для России ставится альтернатива — значительное увеличение нормы удобрений на существующем земельном клине или его расширение с умеренной нормой внесения удобрения.

Еще одна серьезная проблема в нашей стране — ситуация сложившаяся с утилизацией органических отходов животноводческих ферм, для которой широко использовался торф. По данным на 2012 г. [14] годовой объем отходов животноводческих предприятий и птицефабрик в виде жидкого навоза, помета и сточных вод составлял около 700 млн м3. При этом из всего имеющегося объема отходов только 30% используется на удобрение, а остальная масса представляет реальную угрозу загрязнения окружающей среды. Специалисты отмечают, что еще десять лет назад так остро проблема не стояла. Сельскохозяйственные предприятия утилизировали органические отходы методами естественной ферментации, а затем использовали их в растениеводстве. Ситуация коренным образом изменилась с переходом хозяйств на индустриальные методы получения животноводческой продукции. В результате в отрасли около 60% это бесподстилочное содержание животных, а удаление отходов производится гидравлическим способом с накоплением в специальных котлованах, как правило, без очистных сооружений. При этом необходимо подчеркнуть, что воздействие бесподстилочного навоза на загрязнение окружающей среды в 10 раз превышает воздействие коммунально-бытовых стоков [14]. По самым скромным оценкам в РФ ежегодно необходимо подвергать переработке свыше 200 млн т жидких навозных стоков различной степени очистки.

Для решения этой проблемы трудно найти приемлемую альтернативу торфу, так как приготовление на его основе тор-фонавозных компостов является эффективным способом утилизации отходов с одновременным получением органических удобрений. Для решения этих задач необходимо по упрощенно-расчетной оценке до 200 млн т торфа. Это важная часть решения проблемы увеличения плодородия почв, так как торфяные компосты качественно отличаются по своим агрохимическим характеристикам от «чистого» торфа.

Специалистам понятно, что такие объемы добычи торфяного сырья не следует ожидать в ближайшей перспективе. В настоящее время развиваются и другие высокотехнологичные методы увеличения плодородия почв и утилизации органических отходов. Дополнительно возникает необходимость решения ряда сложных логистических задач по доставке торфа от мест добычи к местам переработки и применения. Тем не менее, учитывая все сложившиеся факторы, есть достаточный технологический задел для увеличения объемов добычи и переработки торфа до уровня 4—6 млн т в ближайшее десятилетие.

Объемы добычи торфа для разрабатываемых в настоящее время новых технологий глубокой переработки с получением стимуляторов роста, гидрофобных модификаторов для органических и минеральных дисперсных материалов, антигололедных средств, наполнителей пластмасс не внесут больших изменений в его суммарную добычу, оставаясь ниже уровня статистической погрешности, так как в них основной упор делается не на количество, а на качество сырья.

Таким образом, проведенный анализ указывает, что в ближайшее десятилетие завершится период формирования устойчивого развития торфяной отрасли России, в котором проявляются следующие тенденции: суммарные объемы добычи торфа стремятся к оптимальным значениям, характерным для развитых стран без государственной поддержки отрасли; торфодобывающие компании вновь становятся частью вертикально интегрированных холдингов, ориентированных на производство конечного продукта: тепла, энергии, композиционных материалов, продуктов питания и т.п.; намечается развитие горизонтальных связей в организации торфяной отрасли без государственного участия — кооперация адаптированных друг к другу добывающих, перерабатывающих и машиностроительных компаний; увеличивается доля небольших компаний, структура которых не предполагает длительной реализации продукции на основе торфяного сырья, что отражает принципиальный отход от крупномасштабной добычи торфа одной компанией; существует высокая вероятность включения торфа в структуру альтернативной биоэнергетики со статусом естественно или искусственно возобновляемого ресурса; будет возрастать доля продукции на основе торфа, ориентированная на небольшие группы потребителей и отражающая его уникальные естественные свойства; при устойчивом объеме добычи торфа повышается экологическая ответственность частных компаний в соответствии с современным природоохранным законодательством.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. 40 лет торфяной промышленности СССР / Под ред. А. Ф. Бауси-на. - М.-Л.: ГЭИ, 1957. - 296 с.

2. Зюзин Б. Ф., Мисников О. С., Панов В. В., Копенкина Л. В. Торфяная промышленность России: итоги прошлого — взгляд в будущее // Горный журнал. — 2013. — № 5. — С. 73—76.

3. Волков Б. П. К вопросу о развитии торфяной промышленности СССР за годы советской власти // Труды Московского торфяного института. — 1957. — Вып. VII.

4. Народное хозяйство СССР в 1960 г. Статистический ежегодник. — М.: Госстатиздат ЦСУ СССР, 1961. - 944 с.

5. Ямпольский А. Л. Экономика комплексного использования торфяных ресурсов СССР. - М.: Недра, 1979. - 319 с.

6. Народное хозяйство СССР за 70 лет: Юбилейный статистический ежегодник. — М.: Финансы и статистика, 1987. — 766 с.

7. Народное хозяйство СССР в 1990 г.: Статистический ежегодник. Госкомстат СССР. — М.: Финансы и статистика, 1991. — 752 с.

8. Синельников С. Бюджетный кризис в России: 1985—1995 годы. — М.: Евразия, 1995. — 273 с.

9. Минаева Т. Ю. Торфяные болота России: актуальные проблемы сохранения и рационального использования // Торф и бизнес. — 2011. — № 2(20). — С. 31—32.

10. Гурко П. М., Селенов В. Г. К вопросу торфопользования в России. Энергетическое использование торфа // Торф и бизнес. — 2008. — № 2(12). — С. 30—39.

11. Чекмарев П.А., Петрунина В. А. Перспективы сельскохозяйственного использования продукции на основе торфа // Торф и бизнес. — 2011. — № 2(20). — С. 21—23.

12. Кара-Мурза С. Г., Глазьев С. Ю., Батчиков С. А. Белая книга. Экономические реформы в России 1991—2001. — М.: Эксмо, 2003. — 368 с.

13. Павлова Г. С. Экономическое регулирование использования минеральных удобрений // Экономист. — 2010. — № 1. — С. 76—84.

14. Утилизация навоза на животноводческих фермах для обеспечения экологической безопасности территории, наземных и подземных водных объектов в Ленинградской области [Электронный ресурс] http://www.eco.sznii.ru/booklet.pdf.

КОРОТКО ОБ АВТОРАХ

Панов Владимир Владимирович1 — доктор географических наук, зав. кафедрой, e-mail: vvpanov61@gmail.com, Мисников Олег Степанович1 — доктор технических наук, зав. кафедрой, e-mail: oleg.misnikov@gmail.com, Купорова Александра Владимировна1 — аспирант, e-mail: borale@inbox.ru,

1 Тверской государственный технический университет.

Gornyy informatsionno-analiticheskiy byulleten'. 2017. No. 5, pp. 105-117. V.V. Panov, O.S. Misnikov, A.V. Kuporova PROBLEMS AND PROSPECTS OF DEVELOPMENT OF PEAT PRODUCTION IN RUSSIAN FEDERATION

We analyzed historical development of peat industry in Russia. The study gives statistical and analytical data on volumes of peat extraction for the purposes of power engineering and agriculture. We estimated the reasons of drop in peat production volumes with the respect

UDC 622.331: 001.12.18

to economic processes taking place in the Russian Federation.The work forecasts courses of development in extraction and processing of peat with its distribution in priority spheres of manufacturing and agriculture. We grounded the trends of sustainable development of peat industry in Russia for the future decade.

Key words: peat, peat industry, extraction volume, power engineering, agriculture, soil fertility, waste management, recycling.

AUTHORS

Panov V.V}, Doctor of Geographical Sciences, Head of Chair, e-mail: vvpanov61@gmail.com, Misnikov O.S.1, Doctor of Technical Sciences, Head of Chair, e-mail: oleg.misnikov@gmail.com, KuporovaA.V.1, Graduate Student, e-mail: borale@inbox.ru, 1 Tver State Technical University, 170026, Tver, Russia.

REFERENCES

1. 40 let torfyanoy promyshlennosti SSSR. Pod red. A. F. Bausina (USSR Peat Industry 40th Anniversary, A. F. Bausin (Ed.)), Moscow-Leningrad, GEI, 1957, 296 p.

2. Zyuzin B. F., Misnikov O. S., Panov V. V., Kopenkina L. V. Gornyy zhurnal. 2013, no 5, pp. 73—76.

3. Volkov B. P. Trudy Moskovskogo torfyanogo instituta, 1957, issue VII.

4. Narodnoe khozyaystvo SSSR v 1960g. Statisticheskiy ezhegodnik (National economy of the USSR in 1960. Statistical annuals), Moscow, Gosstatizdat TsSU SSSR, 1961, 944 p.

5. Yampol'skiy A. L. Ekonomika kompleksnogo ispol'zovaniya torfyanykh resursov SSSR (Economy of integrated utilization of peat reserves in the USSR), Moscow, Nedra, 1979, 319 p.

6. Narodnoe khozyaystvo SSSR za 70let: Yubileynyy statisticheskiy ezhegodnik (National economy of the USSR for 70 years: Festive statistical annuals), Moscow, Finansy i statis-tika, 1987, 766 p.

7. Narodnoe khozyaystvo SSSR v 1990g.: Statisticheskiy ezhegodnik (National economy of the USSR in 1960. Statistical annuals), Moscow, Finansy i statistika, 1991, 752 p.

8. Sinel'nikov S. Byudzhetnyy krizis v Rossii: 1985—1995gody (A budget crisis in Russia: 1985-1995), Moscow, Evraziya, 1995, 273 p.

9. Minaeva T. Yu. Torf i biznes. 2011, no 2(20), pp. 31-32.

10. Gurko P. M., Selenov V. G. Torf i biznes. 2008, no 2(12), pp. 30-39.

11. Chekmarev P. A., Petrunina V. A. Torf i biznes. 2011, no 2(20), pp. 21-23.

12. Kara-Murza S. G., Glaz'ev S. Yu., Batchikov S. A. Belaya kniga. Ekonomicheskie reformy v Rossii 1991-2001 (White Book. Economic reforms in Russia in 1991-2001), Moscow, Eksmo, 2003, 368 p.

13. Pavlova G. S. Ekonomist. 2010, no 1, pp. 76-84.

14. Utiliz,atsiya navoza na zhivotnovodcheskikh fermakh dlya obespecheniya ekologich-eskoy bezopasnosti territorii, nazemnykh i podzemnykh vodnykh ob"ektov v Leningradskoy oblasti, http://www.eco.sznii.ru/booklet.pdf.

^_