«Несколько летчиков попаданиями в эту щель были убиты»

70 лет назад, 20 ноября 1950 года, И. В. Сталин рассмотрел первые итоги воздушных боев в Корее, в которых советские летчики участвовали на новейших истребителях того времени — МиГ-15. Сам факт их участия в Корейской войне и одержанные ими победы десятилетиями оставались государственной тайной. Еще дольше скрывалось то, каким количеством жизней было заплачено за устранение недостатков конструкции самолета и за желание командования ВВС и ПВО облегчить себе жизнь.

«21 летчик корпуса,— докладывал генерал Лобов о самолете МиГ-15 (на фото),— катапультировал по причине разрушения тяги руля высоты»

Фото: Валентин Соболев / ТАСС

Из утвержденных председателем Совета министров СССР И. В. Сталиным указаний главнокомандующего Военно-воздушными силами генерал-полковника авиации П. Ф. Жигарева командующему ВВС Дальнего Востока Герою Советского Союза генерал-полковнику авиации С. А. Красовскому, 20 ноября 1950 года.

За период с 1 по 14 ноября летным составом 28 и 151 иад (истребительных авиационных дивизий.— «История») проведена большая боевая работа, в результате которой летчики получили боевую практику, но одновременно летным составом допущен ряд недочетов… Выявленные недочеты, допущенные нашими летчиками, необходимо срочно устранить путем проведения занятий со всем летным составом по этим вопросам на земле и после этого организовать 1–2 учебных воздушных боя, результатом которых дать летчикам практику и проверить устранение допущенных недочетов. Такие учебные занятия на земле и 2–3 учебных воздушных боя проведите со всем летным составом прибывающих дивизий.

В дальнейшем ежедневную боевую работу тщательно разбирайте со всеми летчиками в полках.

«Сбитые самолеты противника,— приказывал главком ВВС Жигарев командующему ВВС Дальнего Востока Красовскому (на фото — на переднем плане, справа),— тщательно обследуйте»

Фото: РИА Новости

Для получения боевого опыта использования истребителей путем наблюдения за воздушными боями и работой пункта наведения 23.11. с. г. к вам направляются на 7–10 суток генерал-майор авиации Лобов, полковники Нога, Рыкачев и Халустин (Порт-Артур). В дальнейшем такие группы командиров будут направляться систематически.

По вопросам тактики. Противник вначале направляет группы истребителей для того, чтобы в воздушных боях вдали от объектов бомбежки связать наших истребителей, а своим бомбардировщикам дать возможность свободно бомбить. Такую тактику противника в дальнейшем Вам нужно отпарировать тем, чтобы создать две группы наших истребителей, из которых одну для борьбы с бомбардировщиками противника, а другую для воздушного боя с группой истребителей.

Нашими летчиками сбито 7 самолетов Б-29, донесите краткое описание воздушных боев по уничтожению этих самолетов, какие у них наиболее уязвимые места, какой маневр применяют наши истребители для уничтожения Б-29, а подробное описание боев высылайте почтой, т. к. они представляют для нас большой интерес. Сбитые самолеты противника тщательно обследуйте, особенно внимательно обследуйте вооружение, бронирование, радиолокационное оборудование, антиобледенительную систему и приборы. Все представляющее ценность направляйте в мой адрес.

«Самолет МиГ-15бис,— говорилось в докладе научно-технического отдела Истребительной авиации ПВО страны,— с его вооружением может быть эффективно использован для борьбы с бомбардировщиками типа Б-26 и Б-29»

Фото: AP

Исполнение донесите.

Из шифротелеграммы командира 64-го истребительного авиационного корпуса Героя Советского Союза генерал-майора авиации Г. А. Лобова начальнику Генерального штаба Вооруженных сил СССР генералу армии С. М. Штеменко, П. Ф. Жигареву и С. А. Красовскому, 29 ноября 1951 года.

Докладываю:

«Самолеты МИГ-15,— докладывал генерал Лобов,— в ходе боевых действий показали свою большую живучесть… Вместе с этим выявились и некоторые слабые стороны»

Фото: Андрей Новиков / Фотоархив журнала «Огонек»

1. Самолеты МИГ-15 в ходе боевых действий показали свою большую живучесть. Большинство самолетов получали в боях до 55 пробоин (в 4 ИАД НОА Китая), но не теряли устойчивости и управляемости и благополучно приземлялись на аэродромы.

2. Вместе с этим выявились и некоторые слабые стороны. 21 летчик корпуса катапультировал (так в тексте.— «История») по причине разрушения тяги руля высоты в результате пулевых попаданий, хотя остальные органы управления, двигателя и состояние летчика позволяли закончить полет посадкой на аэродром.

3. Между наголовником и спинкой сидения летчика имеется щель, через которую было ранено 7 летчиков, вероятно, что несколько летчиков попаданиями в эту щель были убиты. В трех случаях в этом же месте были попадания в рельсы катапульты.

4. Считаю необходимым проведение работ по устранению указанных недостатков.

Броненаголовник, ограничивающий осмотр задней полусферы, целесообразнее заменить бронированным стеклом, опустив его с расчетом ликвидации цели между спинкой и наголовником.

Из письма командующего авиацией войск ПВО страны дважды Героя Советского Союза генерал-лейтенанта Е. Я. Савицкого И. В. Сталину, 1952 год.

Служебный долг обязывает меня сообщить о следующем:

В начале Великой Отечественной войны на вооружении наших авиационных частей находился истребитель МиГ-3. В ходе боевого применения этого самолета было установлено, что он не способен взаимодействовать с наземными войсками и обеспечивать надежное прикрытие их действий с воздуха. Указанное обстоятельство объяснялось тем, что самолет МиГ-3, будучи высотным истребителем, уступал по своим боевым качествам самолету «Мессершмидт» (правильно — «Мессершмитт».— «История») на малых и средних высотах, на которых в основном действовал противник.

«В настоящее время,— писал генерал Савицкий (на фото) Сталину,— имеет место то же положение, что и в начале Великой Отечественной войны»

Фото: Яков Халип / Фотоархив журнала «Огонек»

В связи с этим в ходе войны пришлось заменить самолеты МиГ-3 более легкими и маневренными истребителями конструкции тт. Яковлева и Лавочкина, что и обеспечило наше господство в воздухе.

В период с 23 апреля по 15 мая 1952 г. по заданию Военного Министра с группой генералов и офицеров я находился в 64 ИАК с целью проверки боевых действий соединений и частей корпуса и боевого применения самолетов МиГ-15бис.

«Самолет МиГ-15бис,— говорилось в докладе научно-технического отдела Истребительной авиации ПВО страны,— не может вести эффективной борьбы с истребителями-штурмовиками Ф-80, Ф-84 на малых и с истребителями типа Ф-86 на малых и средних высотах»

Фото: AP

На основании личных наблюдений и тщательного изучения воздушных боев, проведенных корпусом, можно сделать вывод, что американские истребители Ф-86Е используются в Корее специально для борьбы с самолетами МиГ-15бис. При этом самолеты Ф-86Е ведут воздушные бои, как правило, мелкими группами (4–8 самолетов) на высотах до 12.000 м., широко используя горизонтальный маневр и пикирование.

Самолет МиГ-15бис, будучи вполне современным самолетом-истребителем, имея преимущество над самолетом Ф-86Е в вертикальной скорости на больших высотах и практическом потолке, резко уступает ему в маневренности на малых и средних высотах, чем и определяется преимущество самолета Ф-86Е в воздушном бою.

Таким образом, в настоящее время имеет место то же положение, что и в начале Великой Отечественной войны, когда истребители противника имели явное преимущество перед нашими истребителями на малых и средних высотах…

Из воспоминаний Героя Советского Союза генерал-лейтенанта авиации Г. А. Лобова.

Основным самолетом советской истребительной авиации был тогда реактивный МиГ-15, который превосходил по главным характеристикам аналогичные самолеты противника, за исключением F-86…

Если проанализировать результаты поединков МиГ-15 и F-86, а также схваток смешанных групп, где «миги» встречались с «сейбрами», то приходишь к выводу: такие бои в большинстве своем не были эффективными ни для нас, ни для американцев. Даже с учетом того, что в боях чисто между истребителями мы имели гораздо меньшие потери. Речь идет только о советской авиации, поскольку у меня нет точных данных о потерях ОВА (Объединенная воздушная армия китайских и северокорейских ВВС.— «История»). Думается, корейским и китайским летчикам приходилось гораздо труднее при встречах с F-86, поскольку они не имели достаточной летно-тактической подготовки...

Однако успех наших летчиков в борьбе с истребителями противника видится не в количестве сбитых F-86, не в соотношении взаимных потерь, а в главном — «сейбры» не смогли помешать нам нанести крупное поражение бомбардировочной и истребительно-бомбардировочной авиации агрессора…

«Корейским и китайским летчикам (на фото) приходилось гораздо труднее при встречах с F-86, поскольку они не имели достаточной летно-тактической подготовки»

Фото: Росинформ, Коммерсантъ

Немало трудностей приносила нам и действовавшая тогда система укомплектования личным составом. Во время Великой Отечественной войны, по крайней мере в 1943–1945 годах, авиационные соединения и части перед предстоявшими боями или непосредственно в их ходе пополнялись предварительно подготовленными летчиками. Благодаря этому и поддерживалась боеспособность на достаточном уровне. Примерно так же поступали и американцы в Корее. Их летчики, совершившие определенное количество боевых вылетов или отстраненные по каким-либо причинам от полетов, откомандировывались. На их место приходили новые.

«“Сейбры”,— вспоминал генерал Лобов,— не смогли помешать нам нанести крупное поражение бомбардировочной и истребительно-бомбардировочной авиации агрессора» (на фото — горящий бомбардировщик B-26»

Фото: Charles Gorry, AP

Пополнение же корпуса осуществлялось путем полной замены отвоевавших дивизий. Наше военно-политическое руководство, видимо, считало, что такой порядок «освежения» значительно повысит боевые возможности 64 иак. Однако это приводило к тому, что вновь прибывшие части и соединения теряли необстрелянный состав. Пополнение имело смутное представление и о тактике действий, и о практике боевых полетов в Корее. К тому же все, что касалось участия советских ВВС в этой войне, было секретным.

Опыт 64 иак не только не изучался и не осваивался в войсках, но и находился под строжайшим запретом.

Кроме того, именно в то время во многих авиачастях приоритет боевой выучки стал ниже, чем у безопасности полетов. Авиационные командиры всех рангов были вынуждены идти на послабления и упрощения в подготовке. Например, учебные полеты выполнялись в плотных боевых порядках и, как правило, с подвесными баками, что ограничивало маневренность. Свободные воздушные бои на максимальных скоростях заменялись так называемыми «типовыми» атаками и фотострельбами по фактически не маневрирующим и не оказывающим никакого противодействия целям. Такую практику необходимо было изменить при подготовке летного состава к командировке. Но, увы, новичками приходилось заниматься нам самим в процессе боевых действий.

По поводу несовершенства системы замены и подготовки направляемого в Корею летного состава мы не раз обращались в высокие инстанции. Но все оставалось по-прежнему. Полагаю, что причиной тому служило откровенное противодействие руководства ВВС и Войск ПВО. Ведь куда проще росчерком пера перемещать дивизии, чем готовить к предстоящим боям каждый полк, каждого летчика...

Мы за время войны потеряли 345 «мигов».

Советские летчики в большинстве случаев благополучно катапультировались и после лечения, а чаще — просто медосмотра, возвращались в боевой строй…

К сожалению, не всегда поиск был удачным. Однажды спасатели нашли раскрытый парашют, на котором приземлился летчик, но сам он исчез бесследно. В другом случае не только пилота, но даже обломков сбитого самолета так и не удалось обнаружить...

Полное аварийное снаряжение американского летчика и трофейный спасательный вертолет были отправлены в Советский Союз. Однако никаких практических мер по коренному улучшению нашей АСС (аварийно-спасательной службы.— «История») в течение многих лет не принималось…

Мы в ожесточенных боях потеряли немало летчиков (по различным данным от 110 до 120.— «История»), зенитчиков. Вечная им всем память!