Ювенальная уголовная политика и ее особенности в Монголии

УДК 347.157 (517.3) © Э.Л. Раднаева

Ювенальная уголовная политика и ее особенности в Монголии

Статья посвящена особенностям уголовной политики Монголии в отношении несовершеннолетних. В сравнении с Российской Федерацией анализируются нормы Уголовного кодекса Монголии, судебная практика, а также меры профилактики преступности несовершеннолетних. Автором обосновывается необходимость имплементации норм международного права, в частности, Руководства ООН по оценке показателей в области правосудия в отношении несовершеннолетних, а также разработки научно обоснованной целостной концепции ювенальной уголовной политики, которая включает в себя уголовно-правовое, уголовно-процессуальное, уголовно-исполнительное и криминологическое направления.

Ключевые слова: ювенальная уголовная политика, криминологическая характеристика ювенальной и антиювенальной преступности в Монголии, особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних по УК Монголии, сравнительный анализ УК РФ и УК Монголии, международные акты в области защиты прав и предупреждения преступности несовершеннолетних, «Руководство ООН по оценке показателей в области правосудия в отношении несовершеннолетних», предупреждение преступности несовершеннолетних в Монголии.

E.L. Radnaeva

JUVENILE CRIMINAL POLICY AND ITS PECULIARITIES IN MONGOLIA

The article is devoted to the peculiarities of criminal policy of Mongolia in regard to the juvenile offenders. Norms of Mongolian Criminal Code, judicial practice and preventive measures of juvenile criminality are analyzed in comparison with the Russian Federation law. The author grounds the necessity of implementation of norms of International law and development of scientifically grounded concept of Juvenile criminal policy, which includes criminal, procedural, penal and criminological directions.

Keywords: concept of Juvenile criminal policy, criminological characteristic ofjuvenile and anti-juvenile policy in Mongolia, peculiarities of criminal amenability and responsibility ofjuvenile offenders in Mongolia, comparative analysis of Criminal Code of Russia and Mongolia, international acts in the area ofprotection of rights, UN guidance of evaluation of criteria of infanthood justice, prevention of juvenile criminality in Mongolia

В начале третьего тысячелетия решение проблем, связанных с подрастающим поколением, входит в число национальных приоритетов большинства государств. На сегодняшний день в России выработан ряд подходов к определению сущности, значения, принципов и основных направлений ювенальной политики, в том числе и в отношении правонарушителей [1].

Сравнительное правоведение играет ключевую роль в разработке научно обоснованной концепции правовой политики. В этой связи представляет особый интерес изучение опыта формирования ювенальной уголовной политики в странах так называемой молодой демократии.

Монголия - демократическая страна с романо-германской правовой системой, испытавшей значительное влияние от советской системы права, наш давний и надежный партнер во всех сферах сотрудничества. В стране проживает около 2,5 млн человек, из них несовершеннолетние составляют более 35% всего населения страны. Для страны с таким значительным составом молодежи принятие комплексной государственной программы поддержки молодежи -важнейшая стратегическая задача.

Составной частью этой программы должна быть выработка ювенальной уголовной политики как составляющей государственной политики по предупреждению и противодействию пре-

ступности несовершеннолетних и против несовершеннолетних с целью снижения ее негативных последствий для социально-значимых отношений [2]. Она включает в себя следующие направления: уголовно-правовую, уголовно-

процессуальную, уголовно-исполнительную и криминологическую.

Научные исследования проблем ювенальной уголовной политики развиваются в Монголии преимущественно в двух направлениях - уголовно-правовом и криминологическом. В юридической литературе Монголии по рассматриваемой проблеме можно выделить труды таких авторов, как С. Нарангэрэл, С. Айнагул, Г. Даш-тудэв, Б. Хандмаа, Ц. Мунхбат, А. Болд, Ч. Ням-сурэн, Ц. Амгаланбаяр и др.

Наиболее значимые особенности ювенальной политики государства закладываются историческими особенностями социально-культурного развития народа на основе самобытных национальных отношений и исторической преемственности лучших национальных традиций отношения монголов к детям. Суть этого отношения заключалась в том, что для провинившегося ребенка главной должна быть оценка его проступка близкими (семьей, родом, общиной) без вмешательства властей. Исторический анализ юридической литературы монгольских коллег позволяет выделить существенную особенность

- уголовная политика в отношении несовершеннолетних (термин «ювенальная уголовная политика» в монгольской литературе не встречается) зарождалась в непосредственной связи с развитием государственности и права на территории Монголии. Рядом исследователей отмечается, что уголовная политика Монголии в отношении несовершеннолетних в течение длительного времени не могла развиваться в соответствии с национальными традициями, так как страна длительный исторический период находилась под давлением маньчжурских завоевателей.

Как отмечает А. Цэвэгмид, национальные традиции сохранялись и с освобождением от иноземного господства и объявлением независимости. Эти традиции нашли отражение в уголовной политике в отношении несовершеннолетних [3], развитие которой основывалось на традиционно гуманном отношении к ребенку, в том числе провинившемуся. После объявления независимости в 1924 г. монгольское государство энергично работало над формированием уголовной политики в отношении несовершеннолетних, свидетельством которого является принятие четырех уголовных кодексов в первой половине прошлого века: в 1924, 1929, 1934, 1942 г. Наиболее четко и полно уголовная политика Монголии в отношении несовершеннолетних как целенаправленная деятельность государства сложилась во второй половине XX века. Свое отражение она получила в УК МНР 1960 г., где были закреплены положения, соответствующие принципам гуманизации правоприменительного процесса в отношении несовершеннолетних, наполнение его содержания на основе важнейших принципов современной педагогики.

Принятая в 1992 г. новая Конституция Монголии стала основным законодательным документом, обеспечивающим права человека и гражданина, в том числе ребенка. Ст. 19 Конституции Монголии гласит, что «интересы семьи, материнства, младенчества и детей защищаются государством» [4].

На развитие ювенальной уголовной политики стимулирующую роль сыграло международное сотрудничество. Монголия принимает ряд мер по имплементации международно-правовых актов в национальное законодательство в области защиты основных прав ребенка [5]. Конвенция по правам ребенка была ратифицирована Монголией в 1990 г., после чего в 1996 г. был принят первый закон о защите прав ребенка [6].

Что касается инструментов механизма реализации прав детей, в Монголии функционирует возглавляемый премьер-министром Националь-

ный совет по делам детей, функции секретариата для которого исполняет Национальное управление по делам детей. Национальная стратегия в интересах детей, которая была одобрена постановлением Правительства Монголии № 197 от 2004 г., гарантирует участие детей на всех стадиях процесса принятия решений [7].

Несмотря на определенную стабилизацию в последнее десятилетие экономической и политической обстановки в Монголии, криминальная ситуация в стране по-прежнему остается весьма сложной, особенно в условиях мирового финансово-экономического кризиса, отразившегося на кризисе института семьи и, как следствие, росте преступлений несовершеннолетних и против несовершеннолетних.

В настоящее время в Монголии около 2530% всех тяжких насильственных преступлений совершается в семье, из которых женщины и дети составляют 70% всех жертв. По данным Министерства юстиции и внутренних дел Монголии, родители ежегодно избивают до 2 тыс. детей в возрасте до 14 лет. Спасаясь от насилия, более 4 тыс. детей убегают из дома, а 20 - находятся в розыске.

В Монголии сегодня около 4000 беспризорных детей в возрасте от 5 до 18 лет. Вследствие пробелов в Законе об образовании Монголии каждый год 8-10 тыс. детей бросают школу. В результате преступлений в Монголии в 2007 г. погибло 2 несовершеннолетних, в 2008 г. - 2, в 2010 г. - 2. Четырем несовершеннолетним в 2008 г., трем в 2009 г. и девяти в 2010 г. был причинен тяжкий вред здоровью. Удельный вес несовершеннолетних в общем количестве потерпевших данного вида составлял 8,78% в 2009 г. и 8,12% в 2010 г. [8, с. 86].

Сегодня несовершеннолетние потерпевшие в Монголии составляют 1,2% жертв причинения тяжкого вреда здоровью и истязания; 4,7% жертв заражения венерической болезнью. Заболеваемость сифилисом с 1995 по 2010 г. увеличилась в 4 раза, а количество больных детей - в 6 раз. Распространенной формой жестокого обращения с детьми стало сексуальное насилие. В 2007 г. зарегистрировано 11 развратных действий, в 2008 г. - 6, в 2009 г. 8, в 2010 г. - 7. В 2007 г. было зарегистрировано 5 фактов полового сношения и иных действий сексуального характера с детьми, не достигшими четырнадцатилетнего возраста, в 2008 г. и 2009 г. - по 3 подобных случая, в 2010 г. - 2. Особым проявлением незащищенности детей от «взрослого мира» является убийство матерью новорожденного ребенка. В 2007 г. зарегистрировано 2, в 2008 г.

- 1, в 2009 г. - 2, и в 2010 г. - 2 детоубийства. В ходе проведенного Исследовательским центром прав потерпевших (г. Улан-Батор) исследования 100 дел и 120 несовершеннолетних жертв преступлений было установлено, что 30% составляют потерпевшие от преступлений против половой неприкосновенности, 46% - против жизни и здоровья, 16% - против семьи и несовершеннолетних, 4,5% - против собственности и 3,5% -против общественной безопасности [9, с. 26].

Криминологами не подвергается сомнению тот факт, что совершение преступлений против несовершеннолетнего способствует, наряду с целым комплексом иных криминогенных детерминант, втягиванию его в орбиту криминальных отношений. То есть ювенальная и антиювеналь-ная преступность выступают как взаимосвязанные, более того, взаимообусловливающие явления. Совершение взрослыми лицами преступлений против интересов несовершеннолетних способствует пополнению преступных рядов за счет последних.

Данный механизм отчетливо проявляется в тенденциях преступности несовершеннолетних в Монголии. Наибольший рост отмечался в 1993-2003 г., когда ее удельный вес в общей структуре преступности возрос с 4,1 до 8,2%. В современное время официальная статистика ювенальной преступности имеет, как и в России, тенденцию к снижению: в 2010 г. количество преступлений, совершенных несовершеннолетними, на 30% по сравнению с 2009 г. По показателям 2011 г. за первые 4 месяца было возбуждено 23 уголовных дела в отношении несовершеннолетних. В структуре подростковой преступности преобладают, как и в большинстве стран, корыстные преступления: 57% составляют кражи, по 14% - грабежи, изнасилования, вымогательство. По сравнению с 2010 г., в 2011 г. кражи увеличились на 25% [10].

Что касается личности правонарушителей, то 88% детей - учащиеся средних общеобразовательных заведений, колледжей и профессиональных училищ, 11% - дети, нигде не обучающиеся и не работающие. По сравнению с 2010 г. увеличилось количество преступлений, совершенных студентами колледжей и профессиональных училищ (на 63%). Тезис о возрастании уровня опасности преступности несовершеннолетних, несмотря на сокращение ее количественных показателей, подтверждается анализом качественных характеристик. Новейшими для Монголии видами преступности несовершеннолетних являются преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств.

Наибольшее количество преступлений совершаются в центральных многонаселенных местностях, городах. Проведенный анализ показывает, что распространенность, общественная опасность, характер и направленность преступности несовершеннолетних в Монголии в целом не отличаются от тенденций подростковой преступности в других странах, в том числе и России. Она не является чем-то специфичным только для монгольской действительности, а объясняется объективными конкретными социальноэкономическими условиями.

Рассмотрим особенности уголовно-правовой политики, являющейся доминирующим элементом уголовной политики, т.к. именно она в виде уголовно-правовых запретов устанавливает направления воздействия на преступность несовершеннолетних и наказания для несовершеннолетних правонарушителей. Именно на ее основе формируются стратегия и тактика политики уголовно-исполнительной, уголовнопроцессуальной и криминологической [11, с. 25].

Современная уголовно-правовая политика в отношении несовершеннолетних демократического монгольского государства ориентирована на защиту их прав и интересов. В особенную часть УК МР, действующего с 1 сентября 2002 г., включена самостоятельная глава «Преступления против детей, семьи, общественной нравственности», в которой более 10 видов преступлений, таких как вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений (ст. 114), вовлечение несовершеннолетних в занятие пьянством, употребление наркотиков, проституцию, бродяжничество, попрошайничество (ст. 115), невыполнение обязанностей по воспитанию (ст. 118), принуждение детей к работе (ст. 121).

Гуманизация как важное направление ювенальной уголовной политики Монголии проявляется в уголовном законодательстве через исключение отдельных видов наказаний из установленной законом системы, конкретизацию оснований освобождения от уголовной ответственности и наказания, совершенствование структуры разделов, глав и отдельных статей Кодекса, преобразование ряда институтов и уголовно-правовых норм в целях расширения перечня уголовно-правовых льгот по отношению к несовершеннолетним, оказавшихся в сфере влияния уголовного законодательства, и снижения уровня его репрессивности.

Принимая во внимание рекомендации международных документов в сфере защиты прав

несовершеннолетних, в Уголовном кодексе Монголии нашли отражение следующие положения.

Уголовная ответственность предусмотрена с 16-летнего возраста. За отдельные преступления уголовная ответственность установлена с 14 лет, что закреплено специальными пунктами Кодекса: 91 (умышленное убийство), 96 (умышленное нанесение тяжких телесных повреждений), 126 (изнасилование), 145 (кража чужого имущества), 146 (грабеж), 147 (разбой), 153 (умышленное уничтожение, повреждение чужого имущества, 181.2, 181.3 (хулиганство с отягчающими обстоятельствами) .

Руководствуясь принципами гуманизма, ценности личности несовершеннолетнего, законодатель предоставляет суду возможность воздействовать мерами воспитательного характера, избежав при этом применения наказания. Уголовный кодекс Монгольской Республики (21.3) предусматривает, что несовершеннолетний, впервые совершивший преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобожден от уголовной ответственности, если будет признано, что его исправление возможно путем применения принудительных мер воспитательного воздействия.

Некоторые иные положения УК Монголии также имеют общие черты с главой 14 УК РФ. В соответствии с УК МР несовершеннолетний возраст при совершении преступления является обстоятельством, смягчающим ответственность (ст. 55.1.7). При признании лица особо опасным преступником (рецидивистом) не учитываются преступления, совершенные в несовершеннолетнем возрасте (ст. 24.2). К лицам, не достигшим 18 лет в момент совершения преступления, не назначается наказание в виде смертной казни (ст. 53.4). Предусмотрена отсрочка несовершеннолетнему лицу исполнения приговора суда, которым назначено наказание в виде лишения свободы (ст. 62). УК Монголии предусматривает возможность применения особенностей уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних к лицам в возрасте от 18 до 20 лет (за исключением применения мер воздействия в виде помещения в специальное воспитательное и лечебно-воспитательное учреждение для несовершеннолетних) .

Срок наказания в виде лишения свободы определен по УК МР от 1 года до 15 лет (ст. 52.2), что значительно превышает верхний предел данного наказания по российскому законодательству. Полагаем, что данная норма обладает излишней репрессивностью и нуждается в пере-

смотре в сторону снижения верхнего предела наказания в виде лишения свободы до 10 лет.

Для несовершеннолетних осужденных предусмотрено два вида режима содержания: обычный и строгий. В колониях с обычным режимом содержатся несовершеннолетние мужского пола, совершившие тяжкие или средней тяжести преступления, и осужденные несовершеннолетние женского пола (ст. 52.8 УК МР).

Согласно правилам 68-й Ассамблеи Организации Объединенных Наций от 14 декабря 1990 г., касающимся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы, наказание в виде лишения свободы несовершеннолетним может быть назначено как самая крайняя мера воздействия с минимальным сроком. Изучение судебной практики показывает, что в Монголии тем не менее наказание в виде лишения свободы применяется довольно часто.

В период с 2005 по 2007 г. судами первой инстанции г. Улан-Батора рассмотрено 6 067 уголовных дел, осуждено 8 642 лица, из них 10,6% или 920 лиц являлись несовершеннолетними. Из 920 несовершеннолетних 836 были осуждены к лишению свободы, из которых 178 отбыли наказание в тюрьме для несовершеннолетних, 588 несовершеннолетним суд отсрочил исполнение обвинительного приговора суда о назначении наказания в виде лишения свободы на срок от 6 месяцев до 2 лет. 70 осужденных условнодосрочно освобождены от уголовной ответственности, 37 несовершеннолетних арестованы, 32 назначены принудительные работы, 15 детей оштрафованы. В отношении 25 несовершеннолетних, совершивших преступление небольшой и средней тяжести впервые, вынесены решения суда об освобождении от наказания с применением принудительных мер воспитательного характера. Они отданы под надзор родителей и лиц, их заменяющих, либо под надзор педагогического коллектива, а также близких родственников на срок от 6 месяцев до 1 года [12, с. 135].

Таким образом, рекомендации мирового сообщества о необходимости сокращения сферы применения лишения свободы и расширения иных мер уголовно-правового воздействия являются особенно актуальными для монгольского государства.

В отчете исследования «Уголовная ответственность несовершеннолетних» была отмечена узость практики назначения принудительных мер воспитательного воздействия. Из 300 материалов о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, только по 24 или 8,5% были

применены принудительные меры воспитательного воздействия [13].

При назначении наказания монгольский суд всесторонне учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность лица, совершившего преступление, обстоятельства совершения преступления, размер ущерба, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность. Как отмечает С. Нарангэрэл, необходимо внести в Уголовный Кодекс изменения, касающиеся обязательного учета по отношению к рассматриваемой категории лиц условий жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровня его психического развития, иных особенностей личности (возраст, пол, уровень образования, занятость до совершения преступления и прочее), а также влияния на него старших по возрасту лиц [14, с. 53] .

Таким образом, в уголовном законодательстве Монголии есть настоятельная необходимость выделить отдельной главой особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних. Важным является не просто смягчение карательной политики государства по отношению к несовершеннолетним, но и правильное установление причин и условий, обстоятельств совершения преступления, поиск эффективных мер исправления и ресоциализации несовершеннолетних, оказавшихся в конфликте с законом, с учетом его возрастных и личностных особенностей.

В ст. 2.3 «Минимальных стандартных правил Организации Объединенных Наций, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинских правил)» даны рекомендации странам-членам ООН: «в рамках национальной юрисдикции следует предпринять усилия для принятия комплекса законов, правил и положений, которые относятся непосредственно к несовершеннолетним правонарушителям и учреждениям и органам, в функции которых входит отправление правосудия в отношении несовершеннолетних».

Однако законодательство Монголии не предусматривает специальные правила, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, что соответствовало бы требованиям Конвенции о правах ребенка и Пекинских правил.

Тем самым нарушаются п. 2 ст. 10, п. 3 ст. 10 Конституции Монголии, согласно которому «Монголия добросовестно выполняет обязательства, принятые на себя международными договорами», «международный договор Монголии действует наравне с внутренним законода-

тельством с момента вступления в силу закона о ратификации или присоединении».

В этой связи представляется крайне актуальным адаптировать к монгольскому правосудию «Руководство ООН по оценке показателей в области правосудия в отношении несовершеннолетних». Практическая значимость для Монголии сбора и оценки показателей в области правосудия в отношении несовершеннолетних на основе стандартных показателей ООН, содержащихся в «Руководстве», заключается в том, что появится возможность проведения мониторинга состояния всей монгольской системы правосудия в отношении несовершеннолетних, получения полной информации о положении несовершеннолетних, оказавшихся в конфликте с законом, анализа действующей ювенальной уголовной политики и ее эффективности, выявление сфер деятельности, нуждающихся в реформировании и совершенствовании законодательства в соответствии с имеющимися потребностями страны. Кроме этого, оценка монгольской системы правосудия в отношении несовершеннолетних на основе стандартных показателей «Руководства ООН» позволит сверить ее на соответствие положениям Конвенции ООН о правах ребенка, участницей которой является Монголия. Важной сферой использования показателей в области правосудия в отношении несовершеннолетних является обеспечение сопоставимости результатов между странами, регионами и на международном уровне. Во многих случаях страны могут рассмотреть возможность обращения с просьбой о предоставлении технической помощи со стороны какого-либо учреждения ООН или неправительственной организации. В тех случаях, когда страна имеет обязательства по отчетности перед договорными органами ООН, такими как Комитет Организации Объединенных Наций по правам ребенка, государство-участник Конвенции должно использовать показатели в своем отчете, чтобы наглядно продемонстрировать выполнение соответствующих статей Конвенции о правах ребенка. Эти показатели также можно использовать при представлении отчетности другим органам ООН, международным и региональным органам в исследовательских или мониторинговых целях, например, для обзоров тенденций в области преступности и функционирования систем уголовного правосудия ООН [15, с. 24]. Несмотря на то, что в настоящее время в Монголии принято около 60 законов и других нормативных актов, касающихся защиты прав не-

совершеннолетних правонарушителей, ряд положений международных правовых актов нуждается в закреплении и развитии в национальном праве: об обязательности учета условий жизни и воспитания личности несовершеннолетнего при назначении наказания, об обеспечении конфиденциальности, о специальных законах для несовершеннолетних, совершивших преступления, специализированных учреждениях и др.

Несколько слов о реализации в Монголии важнейшего направления ювенальной уголовной политики - криминологического.

Большое значение в предупреждении преступности несовершеннолетних имеет закон Монгольской республики «О профилактике преступлений» от 5 декабря 1997 г. [16]. Ряд его положений сформулирован в строгом соответствии с нормами международных документов. В частности, в п. V (5.1.4) закреплены положения об участии общественности в профилактической работе; в п. VI (6.1.3) - об устранении условий и причин преступности; в п. XI - об обязательном участии телевидения и иных средств массовой информации в профилактической работе и др. После того, как в Монголии в период реформ увеличилось число беспризорных детей, был принят закон «О временном задержании беспризорных детей», при составлении которого учтены рекомендации международных правовых документов. В соответствии с указанным законом 91-й Резолюцией Правительства 1996 г. был принят устав центра для задержанных беспризорных детей, определены система и порядок задержания и освобождения несовершеннолетних.

По закону «О временном задержании беспризорных детей» полицейским органам предоставлено право на временное задержание детей в возрасте до 16 лет сроком до 14 дней, жизни и здоровью которых угрожает опасность и не известны место жительства, родители или опекуны.

Возможны следующие меры пресечения и профилактики преступлений:

- личное поручительство: два поручителя, берущих на себя ответственность за подозреваемого или осужденного и имеющих постоянное место жительства и определенную работу, письменно обязуются о прибытии в срок своего подопечного по повестке. В случае побега подозреваемого или осужденного на поручителей налагается штраф в размере зарплаты, также они

компенсируют затраты на поиски беглеца (ст. 65, 77 УПК МР);

- залог имущества самим подозреваемым или осужденным, а также другими гражданами, организациями. Размер его определяется в зависимости от степени тяжести преступления или имущественного положения подозреваемого или осужденного. Если осужденный не прибудет по вызову в назначенное время, по решению судьи имущество, взятое в залог, обращается в доход государства (ст. 67 УПК МР);

- передача под контроль родителей, опекунов. Родители и опекун дают письменное обязательство о правильном поведении опекаемого, обязуются в прибытии в срок своего подопечного по вызову. В случае невыполнения своих обязательств родители или опекун компенсируют затраты на поиски беглеца;

- задержание и заключение под стражу [17, с. 140-141, 152-153].

За последние годы в Монголии предпринимается комплекс профилактических мер. Например, в программу Правительства Монголии, утвержденную Великим Народным Хуралом Монголии в 2000 г., включена деятельность по предупреждению преступлений. В рамках данной программы органы полиции предпринимают меры по созданию "групп и клубов подростков", занимающихся досугом детей. В настоящее время в Министерстве юстиции Монголии зарегистрировано более 3000 негосударственных органов, осуществляющих меры социального контроля и помощи несовершеннолетним. Существуют 137 негосударственных организаций, из них 64 объединились в "Национальное единство".

В свете судебной реформы, получившей толчок после Национального форума «Реформа судебной власти и справедливость» 14-15 апреля 2010 г., реализуются государственные и межгосударственные целевые программы: «Программа национального развития Монголии до 2021 г.», «Программа обновления законодательства», «Стратегический план развития судебной власти» и «Национальная программа обеспечения прав человека Монголии» [18, с. 131-132].

Несмотря на то что в области предупреждения преступлений несовершеннолетних проводится большое количество мероприятий, значительных успехов не достигнуто как в России, так и в Монголии. Это можно объяснить недостаточной последовательностью во взаимодействии государственных органов, отсутствием четкой концепции ювенальной уголовной политики, которая предполагает определение задач, прин-

ципов и средств реализации той части государственной деятельности, которая связана как с воздействием на преступность несовершеннолетних, так и на те общественные отношения, которые ее порождают.

Необходимы определенные коррективы в уголовном законодательстве, также новые подходы к формированию соответствующих целевых профилактических программ, созданию и совершенствованию на всех уровнях определенных организационных структур, обязанных проявлять заботу о семье и несовершеннолетних, предупреждать вовлечение детей и подростков в преступную деятельность, четко координировать деятельность всех субъектов профилактики. Отсутствие такой координации ведет к запаздыванию в разработке мер общесоциальной, и в особенности специальной профилактики, планируемых и осуществляемых зачастую без достаточного учета тенденций и динамики преступности несовершеннолетних, преступлений против семьи и несовершеннолетних.

Ощутимый профилактический эффект в части противодействия преступности несовершеннолетних могут принести: коррекция социальной (семейной, жилищной, образовательной и иной) политики государства с учетом требований ст. 3 Конвенции ООН о правах ребенка, устанавливающей приоритет интересов ребенка при разрешении любых общественно значимых вопросов; активизация ювенальной политики государства и институтов гражданского общества; уточнение границ вмешательства уголовноправовых средств в сферу регулирования семейных отношений; коррекция ювенальной уголовной (уголовно-правовой, уголовно-процессуальной, уголовно-исполнительной, криминологической) политики.

Таким образом, разработка научно обоснованной целостной концепции ювенальной уголовной политики является важнейшей стратегической задачей Монгольского государства на современном этапе.

Литература и примечания

1. См.: Ювенология и ювенальная политика в XXI веке: Опыт комплексного междисциплинарного исследования / под ред. Е.Г. Слуцкого. - СПб., 2004; Борисова Н.Е. Развитие ювенального права в России. - М., 1999; Беляева Л.И. Ювенальное право. Патронат в России. -Воронеж, 2000; Голышева Л.Ю. Российское ювенальное право. - Ставрополь, 2004; Заряев А.В., Малков В.Д. Ювенальное право. М., 2005; Пронин А.А. Ювенальное право. Ростов н/Д, 2011; Комарницкий А.В. Основы ювенального права. - СПб., 2011 и др.

2. Об определении понятий «уголовная политика», «ювенальная политика», «ювенальная уголовная политика»,

«ювенальное право» см.: Раднаева Э.Л. Права ребенка и проблемы формирования ювенального права в современной России // Обеспечение прав и свобод человека и гражданина: сборник статей по итогам международной научно-практической конференции. - Тюмень, 17-19 ноября 2005 / под ред. Г.Н. Чеботарева: в 5 ч. Ч. 3. -Тюмень, 2006. - С. 129-133; Раднаева Э.Л. Ювенальная политика и проблемы законодательного установления ограничений пребывания детей в общественных местах / Уголовное право и современность: сб. ст. - Вып. 3. / науч. ред. А.Э. Жалинский, отв. ред. С.А. Маркунцов. -М.: ГУ-ВШЭ, 2010. - С. 138-146; Раднаева Э.Л., Чими-това Д.К. Ювенальная юстиция как вектор развития ювенальной уголовной политики / Ювенальная юстиция и проблемы защиты прав несовершеннолетних: сборник материалов междунар. науч. -практ. конф. / отв. ред. Э.Л. Раднаева. - Улан-Удэ: Изд-во Бурят. гос. унта, 2010. - С. 121-127; Раднаева Э.Л. Проблемы обеспечения защиты прав несовершеннолетних в современной России / Ювенальная юстиция и проблемы защиты прав несовершеннолетних: материалы III междунар. науч.-практ. конф. / науч. ред. Э.Л. Раднаева. - Улан-Удэ: Изд-во Бурят. гос. ун-та, 2012. - С. 7-10; и др.

3. Амгаланбаяр Ц. Уголовная политика Монголии в отношении несовершеннолетних: дис. ... канд. юр. наук.

- М., 2004.

4. Монгол Улсын Yндсэн хууль // ”Терийн мэдээлэл” сэтгурт. - Улан- Батор, 1992. - №1.

5. Раднаева Э.Л., Семенов Б.С. Проблемы имплементации норм международного права в правовую систему Монголии / Вестник БГУ. Сер. Экономика, Право. - Улан-Удэ, 2011.

6. Хуухдийн эрхийн талаархи Монгол улсын хууль тогто-омжийн эмхтгэл (Сборник монгольских законодательных актов по правам ребенка). - Улаанбаатар, 2001.

7. В Российской Федерации в настоящее время реализуется Национальная стратегия действий в интересах детей на 2012-2017 годы, утвержденная Указом Президента России от 1 июня 2012 г. №761. Примеч. авт.

8. Нямсурэн Ч. Особенности виктимизации детей в Монголии / Ювенальная юстиция и проблемы защиты прав несовершеннолетних: материалы III междунар. науч.-практ. конф. (16-18 сентября 2011 г.) / науч. ред. Э.Л. Раднаева. - Улан-Удэ: Изд-во Бурят. гос. ун-та, 2012.

9. Нямсурэн Чойжилын. Гэмт хэргийн виктимологи. (Криминальная виктимология). Улан-Батор, 2005.

10. М1р:/МотоаоЫ-роПсе.тп/т>1ех.рЬр?р1(1=85. Дата обращения 15.01.2013 г.

11. Лопашенко Н.А. Уголовная политика. - М.: Волтерс Клувер, 2009.

12. Болд А. Уголовная ответсвенность несовершеннолетних в Монголии / Ювенальная юстиция и проблемы защиты прав несовершеннолетних: материалы III междунар. науч.-практ. конф. (16-18 сентября 2011 г.) / науч. ред. Э.Л. Раднаева. - Улан-Удэ: Изд-во Бурят. гос. ун-та, 2012.

13. Уголовная ответственность несовершеннолетних: отчет. - Улан-Батор, 2006.

14. Нарангэрэл С. Уголовная ответственность несовершеннолетних в Монголии / Г осударство и право Монголии.

- Улан-Батор, 2007.

15. Семенов Б.С. Общемировые показатели оценки качества правосудия в отношении несовершеннолетних и их адаптация к российской судебной системе / Ювенальная юстиция и проблемы защиты прав несовершеннолетних: материалы III междунар. науч.-практ. конф.

А. Алтанцоож. К вопросу о понятии процессуальных ошибок, совершаемых в ходе проведения предварительного расследования по УПК Российской Федерации и Монголии

(16-18 сентября 2011 г.) / науч. ред. Э.Л. Раднаева. -Улан-Удэ: Изд-во Бурят. гос. ун-та, 2012.

16. О профилактике преступлений: Закон Монгольской Республики // Сборник законов Монгольской Республики. - Улан-Батор, 2002.

17. Монгол улсын Эруугийн байцаан шийтгэх хууль. -Улаанбаатар, 2002. - X. 140-141, 152-153.

1S. Раднаева Э.Л., Семенов Б.С. Проблемы обеспечения независимости правосудия в Монголии в свете судебной реформы / Развитие национального законодательства в условиях глобализации: опыт России и стран Азиатско-Тихоокеанского региона: материалы между-нар. науч.-практ. конф. / отв. ред. А.И. Коробеев. -Владивосток: Изд-во Дальневост. федерал. ун-та, 2011.

Раднаева Эльвира Львовна, кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой уголовного права и криминологии БГУ, председатель Бурятского регионального отделения Российской криминологической ассоциации. E-mail: elvirarad-naeva@mail.ru

Radnaeva Elvira Lvovna, Candidate of Legal Science, Associate professor, Head of the Criminal Law and Criminology Department at Buryat State University, Chairman of the Buryat Regional Branch of the Russian Criminological Association. E-mail: elviraradnaeva@mail.ru

УДК 343.12 (470+571.3) © А. Алтанцоож

К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ОШИБОК, СОВЕРШАЕМЫХ В ХОДЕ ПРОВЕДЕНИЯ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ ПО УПК РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И МОНГОЛИИ

В статье автор рассматривает проблему процессуальных ошибок в процессе расследования по уголовному делу через призму сравнительного правоведения

Ключевые слова: ошибка, предварительное расследование, Уголовно-процессуальный кодекс Монголии.

A. Altantsoozh

ON THE ISSUE OF PROCEDURAL ERRORS COMMITTED IN THE COURSE OF THE PRELIMINARY INVESTIGATION ACCORDING THE CRIMINAL PROCEDURE CODE OF THE RUSSIAN FEDERATION AND MONGOLIA

The author considers the problem ofprocedural errors in investigation of criminal case through the lense of comparative law. Keywords: inadvertence, preliminary investigation, Code of Criminal Procedure of Mongolia.

Совершение процессуальных ошибок в ходе досудебного производства в рамках конкретного уголовного дела лишает суд возможности качественной оценки доказательств применительно к рассматриваемому событию преступления и вынесения справедливого решения. Безусловно, от ошибок никто не застрахован. Человеческий фактор приводит к серьезным проблемам в различных областях жизнедеятельности. Исключением не является и уголовно-процессуальная деятельность должностных лиц органов предварительного расследования. На первый взгляд процессуальная ошибка видится незначительной в сравнении с иными негативными явлениями: террористическими актами, авариями и катастрофами. Вместе с тем ее последствия не менее существенны. Однако значимость таких ошибок при совершении процессуальных действий или принятия решений в досудебном производстве должностными органами предварительного расследования, как правило, в значительной мере воспринимают участники уголовного судопро-

изводства. Как справедливо отмечает Ф.Б. Му-хамедшин: «неисполнение назначения уголовного судопроизводства ввиду недостаточно организованного расследования проявляется в оставлении без защиты со стороны государства провозглашенных в Конституции РФ прав потерпевшего, грубо нарушенных преступными действиями виновного лица. Противоречит принципу назначения уголовного судопроизводства и привлечение невиновного к уголовной ответственности из-за нежелания следователя (дознавателя) всесторонне и объективно исследовать каждое доказательство, обнаружить новые, устраняющие сомнения в объективности расследования» [1, с. 4]. Ганс Гросс отмечал: «.нигде допущенная и исправленная ошибка не приносит такого вреда, как именно в делах по расследованию преступлений и обнаружению виновных, и нигде замеченная ошибка не исправляется так легко при условии, если только она обнаружена сколь возможно быстро. Ни от кого нельзя требовать, чтобы он не делал оши-