К определению мультикультурализма

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2017. № 3

А.С. Бородулина

(аспирантка кафедры этнологии исторического факультета МГУ имени

М.В. Ломоносова)*

К ОПРЕДЕЛЕНИЮ МУЛЬТИКУЛЬТУРАЛИЗМА

В статье рассматривается современный академический дискурс вокруг концепции мультикультурализма. Автор обозначает проблему противоречивости существующих подходов к определению мультикультурализма, а также рассматривает ключевые идеи данной концепции. На основе анализа этих идей, а также полемики между признанными теоретиками мультикультурализма (У. Кимлика, К. Кукактас, С. Бенхабиб) автор предлагает представлять мультикультурализм как течение в политической философии, которое объединяет несколько различных направлений. Автор определяет место данного течения в системе теорий и концепций политической философии и антропологии, а также его вписанность в современную когнитивную модель постмодерна.

Ключевые слова: мультикультурализм, глобализация, идентичность, эт-ничность, политическая философия, культурное разнообразие.

The article deals with the modern academical discourse of multiculturalism. The author indicates the problem of the contradictoriness of existing approaches to the definition of multiculturalism, and also considers the key ideas of this concept. Based on the analysis of these ideas, as well as the polemics between recognized multicultural theorists (U. Kimlika, K. Kukaktas, S. Benhabib), the author proposes to present multiculturalism as a trend in political philosophy that unites several different trends. The author determines the place of this trend in the system of theories and concepts of political philosophy and anthropology, as well as its inscription into the modern cognitive model of postmodernity.

Key words: multiculturalism, globalisation, identity, ethnicity, political theory, cultural diversity.

* * *

Осенью 2010 г. канцлер Германии Ангела Меркель анонсировала «смерть» мультикультурализма. «Мультикультурализм мертв», — сказали вслед за ней премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон и президент Франции Николя Саркози. Так крах мультикультурализма был констатирован главами трех влиятельнейших стран Европы. Сейчас, по прошествии семи лет после, казалось бы, отказа от провальной политики, этот вопрос все еще не снят с повестки. Оказалось, были правы те исследователи, которые утверждали ранее, что публичное осуждение мультикультурализма отнюдь не означало отказа от его практик или ценностей, напро-

* Бородулина Алевтина Сергеевна, тел. 8-916-607-53-09; mail: alevtina.ethno@ gmail.com

тив, ценности современной Европы, заключающиеся в формуле «право каждого на различия», касается это культурных или гендер-ных предпочтений, и есть в некотором смысле то, что воплощает в себе мультикультурализм.

Возникший в итоге разрыв между политическими заявлениями о провале мультикультурализма и продолжением реализации практик и ценностей этого феномена представляют особый интерес с точки зрения демонстрации возможностей антропологического взгляда на проблемы социально-политической истории и их роли в понимании исторического процесса.

В данной статье вначале представлена ситуация с пониманием феномена мультикультурализма в работах исследователей, после чего обоснована необходимость классифицировать мультикультурализм как течение в политической философии. Полученные результаты могут рассматриваться как важные по целому ряду причин. Во-первых, в русской традиции под данным термином принято понимать целый спектр взаимоисключающих понятий, начиная с варианта миграционной политики и заканчивая наименованием некоего «комплекса разнообразных процессов»1 или даже «концептуальной позиции в сфере политической философии и этики»2, а также идеологии3 или «идеологического движения в науке и педагогике»4. Как метко резюмировал эту ситуацию Р. Бернстайн, мультикультурализм «определенно — понятие неопределенное»5. Наша задача — помочь более точно определиться с сутью феномена и адекватным наполнением содержанием самого термина. Во-вторых, думается, что плодотворный академический диалог и продуктивное исследование текущей политико-этнической ситуации возможны лишь при условии принятия относительно единого взгляда на сущность обсуждаемого феномена.

1 По определению Натана Глэйзера, мультикультурализм есть «комплекс разнообразных процессов развития, в ходе которых раскрываются многие культуры в противовес единой нац культуре» (Глэйзер Н. Мультиэтнические общества: проблемы демографического, религиозного и культурного разнообразия // Этнографическое обозрение. 1998. № 6. С. 103).

2 Тишков В.А. Теория и практика мультикультурализма // Мультикультурализм и трансформация постсоветских обществ / Под ред. В.С. Малахова, В.А. Тишкова. М., 2002. С. 335.

3 Борисов А.А. Мультикультурализм: Американский опыт и Россия // Мультикультурализм и этнокультурные процессы в меняющемся мире. М., 2003. C. 9; Schlesinger A.M. The disuniting of America.Reflections on a multicultural society. N.Y., 1992. P. 16-17.

4 Радтке Ф.О. Между дерегуляцией и дискриминацией. Дилемма немецкого социального государства в обращении с иммиграцией // http://www.cisr.ru/files/ publ/Migr_Radtke.pdf

5 Bernstein R. Dictatorship of virtue. Multiculturalism and the battle for America's future. N.Y., 1994. P. 4.

Определение мультикультурализма

Образцом максимально унифицированного определения понятия является, в силу специфики жанра, словарная статья. Если мы возьмем Большой Оксфордский словарь, мы, с одной стороны, найдем, что словарная статья «мультикультурализим» появилась уже 1989 г.6, но, с другой — обнаружим, что там термин выступает только как дериватив от прилагательного «мультикультурный» (т.е. относящийся к образующий несколько культурных или этнических групп в обществе)7. Развернутое определение можно найти в «Словаре расовых и этнических отношений» 1996 г.8, но и там сущностное определение подменено описательным, и понятие мультикультурализма сразу же распадается на уровни — идеологический, политический и проч., для которых общими объявляется только «идея гармоничного сосуществования различных культурных и этнических групп» — идея в высшей степени расплывчатая9.

Наиболее часто мультикультурализм пытаются определить через уже известные модели внутригосударственного общественного объединения10, противопоставляя его унифицирующей модели национальных государств, а также американскому «плавильному котлу», вводя по аналогии метафору «салатной миски», в которой элементы не смешиваются и не «переплавляются в нечто новое», но составляют единое блюдо, сохраняя «свою текстуру, цвет и вкус»11. При этом метафора "salad bowl" сильно проигрывает в ясности устоявшемуся "melting pot", и её часто предлагают заменить на идущую в том же ракурсе кулинарных ассоциаций «похлебку» (stew), в которой «мясо и овощи сохраняют свою твердую структуру», но все они пропитываются единым «культурным бульоном»12.

6 Glazer N. We Are All Multiculturalists Now. Harvard Univ. Press, 1997. P. 8.

7 Oxford English Dictionary. 2nd ed. Oxford Univ. Press, 1989.

8 Dictionary of race and ethnic relations // E. Cashmore with M. Banton... et al. London; N.Y., 1996.

9 «Мультикультурализм в основе своей содержит идею, или идеал гармоничного сосуществования культурных и этнических групп. Однако основные варианты использования термина покрывают широкий спектр значений, включая идеологию, дискурс, набор политик и практик. На идеологическом уровне мультикультурализм включил в себя набор идей по признанию различных этнических групп, культурных практик. В отношении политических действий... На уровне государственной идеологии...» и т.д. (Ibid. P. 244—246).

10 См., например: Вевьорка М. Формирование различий // Социологические исследования. 2005. № 7. C. 13—24; Кукатас Ч. Теоретические основы мультикультурализма // http://inliberty.ru/library/study/327/

11 Эту метафору подарила научному сообществу корейская американская исследовательница Г.С. Ким (Kim L.I. & Kim G.S. Searching for and defining a Korean American Identity in a Multicultural Society // Korean American Women: From Tradition to Modern Feminism / Ed. by I. Young. Song and Ailee Moon. Westport, 1998. P. 115).

12 Chapman R. Multiculturalism and Ethnic studies // Culture Wars: An Encyclopedia of Issues, Viewpoints, and Voices. Armonk, 2010. P. 374.

Правомочность такого сравнения с другими интегративными моделями подтверждает мультикультуралистский лозунг «единство в многообразии»13: подразумевается, что концепция мультикульту-рализма предполагает отказ от ассимиляции меньшинств и пришлого населения доминирующей культурой, а также отказ от взаимной интеграции с целью получить качественно новое однородное целое. Но идея "e pluribus unum" также вносит мало ясности, и вызывает целый ряд существенных вопросов, в частности — каково оптимальное соотношение между единством и многообразием, и за счет чего при уменьшении/увеличении одного из компонентов оно может быть достигнуто?14

Еще одним фактором, осложняющим определение понятия, является бытующая в научных трудах терминологическая путаница: термин «мультикультурализм» используют для «обозначения состояния этнокультурного, расового, религиозного разнообразия населения страны»15, что, по Куропятнику, есть «мультикультурализм» в «дескриптивном»16 смысле, хотя для этого существует подходящее определение «мультикультурный» (multicultural) или мультикуль-турность/культурное многообразие (diversity)17.

Я предлагаю ставить мультикультурализм в один ряд с другими течениями в политической философии, такими, как либерализм, социализм, либертарианство и т.д., а для этого попытаться выявить необходимые для политической философии черты, вписанность в общую динамику развития политических воззрений и дискуссий, выделить базисные термины и логические основания мультикуль-турализма.

Основы философии мультикультурализма а) либерализм и коммунитаризм

Среди теоретиков мультикультурализма можно встретить указания на два различных источника происхождения теории мультикультурализма. Так, Ч. Кукатас утверждает: «На мой взгляд, теоретические

13 Tiryakian A., Edward A. Assessing Multiculturalism Theoretically: E Pluribus Unum, Sic et Non // International Journal on Multicultural Societies. 2003. Vol. 5. № 1. P. 20—39 // www.unesco.org/shs/ijms/vol5/issue1/art2

14 Арутюнова Л.В. Мультикультурализм и его модели в современном мире: Дисс. ... канд. филос. наук. М., 2009. С. 14.

15 Мамонова В.А. Мультикультурализм: разнообразие и множество // Credo New. 2007. № 2 // http://credonew.ru/content/view/606/32/

16 Куропятник А.И. Мультикультурализм: проблемы социальной стабильности полиэтнических обществ. СПб., 2000.

17 См., например: Parekh B. Rethinking Multiculturalism: Cultural Diversity and Political Theory. Harvard Univ. Press, 2002; Kukathas Ch. The Liberal Archipelago: A Theory of Diversity and Freedom. Oxford, 2003.

основы мультикультурализма заложены именно в политических концепциях классического либерализма»18. Самуель Фриман, специалист по политической философии, этике и философии права, говорит иное: «Мультикультурализм стал наследником коммуни-таризма и его "естественным продолжением"»19. Сами теоретики мультикультурализма заявляют о себе и как о либералах (У. Ким-лика), и как о коммунитаристах (Ч. Тайлор). Скорее всего, верно то, что истоки мультикультурализма лежат именно в дискуссии между представителями этих двух концепций, развернувшейся вокруг опубликованной в 1971 г. книги Джона Ролза «Теория справедливости», которая актуализировала моральный аспект философского политического дискурса, объявив требование справедливости как основополагающее: «Справедливость есть первая добродетель общественных институтов, как истина — систем мышления. Самая элегантная и экономичная теория должна быть отвергнута, если она не верна; таким же точно образом должны быть отвергнуты даже самые эффективные законы и институты, если они несправедли-вы»20. Успех книги не только в академических, но и политических кругах обеспечивался назревшей необходимостью пересмотра и реформирования «утилитаристского» подхода в либерализме и кризисом позитивизма21. Основную линию этой дискуссии можно обозначить как универсализм vs контекстуализм. Основными вопросами этой дискуссии, отталкивающейся от общей теории социальной справедливости Ролза, стали вопросы о концепции модели личности (так как от свойств личности зависит модель справедливо-сти)22, блага (так как справедливость подразумевает справедливое распределение общественных благ23) и равенства. Одним из итогов этой дискуссии, как и одним из возможных вариантов реформированного либерализма, стал мультикультурализм, который и предложил свой ответ (или ответы) на поднятые ролзовской работой вопросы.

б) конец европоцентризма и открытие «Другого»

Как философское течение, мультикультурализм вобрал в себя некоторые ключевые моменты развития гуманитарного знания,

18 Кукатас Ч. Указ. соч.

19 Freeman S. Liberalism and the accommodation of group claims // Multiculturalism Reconsidered. "Culture and Equality" and its Critics / Ed. by P. Kelly. Polity Press, 2002.

20 Rawls J. A Theory of Justice. Cambridge, 1999. P. 3.

21 Freeman S. Rawls Routledge. 2007. P. 325.

22 У Ролза это «взаимно незаинтересованные (в смысле Юмовского «ограниченного альтруизма». — А.Б.) и рациональные личности» (Ролз Дж. Справедливость как честность // Логос. 2006. № 1 (52). C. 42).

23 Rawls J. Op. cit. P. 303.

среди которых особо значимым стал так называемый «идейный поворот», которому наука обязана в первую очередь этнологии/ антропологии, разоблачившей европоцентризм и отвергнувшей возможность оценочных суждений относительно сопоставляемых культур. В рамках концепции культурного детерминизма, представители американской школы — Ф. Боас, А. Крёбер, Рут Бенедикт и другие — утвердили идею несопоставимости культур, в противоположность эволюционистскому представлению о последних как об этапах общедетерминированного развития. Культура, как они показали, есть вещь «sui generis и может быть объяснена только в своих собственных терминах...»24, или, как перефразировал это утверждение Леви-Стросс, «.культуры по природе своей несоизмеримы. Все критерии, к которым мы можем прибегнуть, чтобы охарактеризовать одну из них, происходят либо из нее же и, таким образом, лишены объективности, либо из другой и в силу этого несостоятельны»25.

Открытие «Другого»/«Чужого» в социальных науках стало рубежом, определившим их дальнейшее развитие. Была установлена важность «Другого» для процесса самоидентификации, «Другой» стал непременным условием формировании представления о себе самом: «Не я смотрю изнутри своими глазами на мир, а я смотрю на себя глазами мира, чужими глазами; я одержим другим»26.

в) мультикультурализм в русле философии постмодерна

Мультикультурализм, соответствуя установке о несопоставимости культур и обозначая ее через термин «равенства», явно следует в русле постмодерна, пришедшего на смену развенчавшему себя позитивизму с его верой в человеческий прогресс. Как удачно сформулировал «главный принцип постмодерна» в контексте мульти-культурлизма отечественный исследователь В. Галецкий27, «любая преференция по отношению к любому артефакту сама по себе обусловлена культурной традицией. Объективировать их не представляется возможным». Мультикультурализм сходен с постмодернизмом в своем децентрализаторском пафосе и борьбой с господствую-

24 Цит. по: Уайт Л. Понятие культуры // Работы Л.А. Уайта по культурологии (Сборник переводов). М., 1996. С. 155-156.

25 Из доклада Леви-Стросса в Киото в 1988 г. «Место японской культуры в мире». Цит. по: Вальденфельс Б. Своя культура и чужая культура. Парадокс науки о «Чужом» // Вальденфельс Б. Мотив Чужого. Минск, 1999. С. 77.

26 Шукуров Р.М. Чужое. Опыты преодоления. Очерки из истории культуры Средиземноморья / Под ред. Р.М. Шукурова. М., 1999. С. 240.

27 Галецкий В. Критическая апология мультикультурализма // Дружба Народов. 2006. № 2 // http://magazines.russ.ru/druzhba/2006/2/ga14.html

щим нарративом и может быть рассмотрен как постмодернистская реакция на делегитиматицию национального государства и эрозию гегемонии доминирующей культуры. Мультикультурализм в духе постмодерна имеет в виду «децентрированного» индивида, для которого на первый план выдвигается выбор собственной идентичности и ценностных предпочтений (см. параграф идентичность) и утверждает множественность, фрагментацию и «ризоматичность»28 как субстанциональное начало.

Основные положения философии мультикультурализма

Концепция личности

Классический либерализм опирался на рациональную личность с ее представлениями о благе и морали. В этом угадывается кантианская предзаданность («лежащее в основе... Я, каким оно может быть само по себе»29). Она противостоит обусловленной (культурно и социально) личности мультикультурализма (ешЪеёёеё self)30 более близкого к Юмовскому определению социологически обусловленного Я31. Ее представления о себе и о мире напрямую зависят от общества, представителем которого она является, они задаются и формируются этим обществом. Концепция личности является определяющей в теории оптимального (и справедливого) политического устройства — как замечает Санделл, чтобы справедливое общество было возможно, «мы должны быть определенными существами, имеющими определенную связь с условиями нашего существования» либо «трансцендентными субъектами в смысле Канта»32.

Важность концепции личности можно объяснить и проще: именно личность является базовой единицей общественной модели. Муль-тикультуралистская философия, вслед за коммунитаризмом, противопоставляет «жесткому» индивидуализму и атомизму примат сообщества (community) над индивидом33, и исходя из этого оправ-

28 Мамонова В.А. Указ. соч.

29 Кант И. Основы метафизики нравственности // Кант И. Соч. в 6 т. Т. 4 (1). М., 1965. С. 248. См.: Санделл М.Дж. Либерализм и пределы справедливости // Современный либерализм: Джон Ролз, Рональд Дворкин, Исайя Берлин, Уил Кимлика, Майкл Дж.Сэндел, Джереми Уолдрон, Чарльз Тейлор / Пер. с англ. и предисл. Л.Б. Макеевой. М., 1998. С. 191-219.

30 См.: Хомяков М.Б. Брайан Бэрри: Либеральный универсализм против муль-ти-культурализма и национализма // Журнал социологии и социальной антропологии. 2007. Т. X. № 1. C. 77.

31 Юм Д. Трактат о человеческой природе // Юм Д. Соч. в 2 т. Т. 1. М., 1993. С. 307.

32 Санделл М.Дж. Указ. соч. C. 208.

33 В этом заключается так называемы социальный тезис коммунитаризма. См.: Kelly P. Introduction: Between Culture and Equality // Multiculturalism... / Ed. by P. Kelly. P. 6-9.

дывает необходимость групповых прав, и, в первую очередь, для культурных групп. В свете такой концепции личности "difference-blind"34 (слепой к различиям) либерализм, по определению Ч. Тай-лора, не может быть оправдан. Отсюда и логически вытекает обоснованность Тайлоровой «политики признания», а также «политики различия» (politics of difference) А.М. Янг35.

Природа ценностей и морали

Проблема природы морали и ценностей стоит еще со времен Просвещения и секуляризации сознания. Собственно с этой точки зрения и можно говорить о крахе Просвещения как «проекта независимого рационального обоснования морали» (по выражению коммунитариста Алисдера Макинтайра36), представители которого в своих оценках полагались на христианское наследие, но при этом пытались подвести под него секулярную основу и отрицали телеологическую сущность человека, т.е. человека как существа, имеющего истинную цель. И на данный момент можно констатировать не только отсутствие «какой бы то ни было моральной субстанции»37 в современном обществе, но и возможности разрешения споров о морали в будущем, так как отсутствует значимый критерий истинности. Мораль предполагает наличие ценностно-нормативного консенсуса, сложившегося под действием тех или иных исторических и социальных условий у большинства, и обеспечивается обществом, практикой и традицией. Этику либерального государства Макинтайр рассматривает как эмотивистскую, то есть универсалистски обосновывающую личные предпочтения, а «избежать эмотивизма можно только, осознав важность социума со всем многообразием его социальных практик и связей как источника и гаранта объективности ценностей»38, что и сообразуется с мультикультуралистским подходом.

Такой же релятивизм справедлив и в отношении концепции блага. Если у Ролза, как и во всем классическом либерализме «нейтральное» и признаваемое всеми благо, то коммунитаристы предполагают, что благо «несводимо общественно по природе» (ir-reducibly social)39: М. Уолцер, например, доказывает, что обще-

34 Rainer F. Contexts of Justice: political philosophy beyond liberalism and commu-nitarianism. Univ. of California Press, 2002. P. 78.

35 Young I.M. Justice and Politics of Difference. Princeton Univ. Press, 1990.

36 Макинтайр А. После добродетели / Пер. с англ. В.В. Целищева. М., 2000. С. 59.

37 Дмитриев Т.А. Аласдер Макинтайр: мораль после добродетели // История философии. Вып. 12. М., 2005. С. 90.

38 Некрасов С.И., Некрасова Н.А., Платошина В.В. Американский мультикультурализм. 2011 // http://www.rae.ru/monographs/127

39 Taylor Ch. Philosophical Arguments. 2d ed. Harvard Univ. Press, 1995. P. 127—146.

ственное благо есть благо, получающее свое значение и ценность от общества; блага создаются и понимаются как блага только в обществе и зависят тем самым от характера и природы последнего40.

Если резюмировать, то водораздел между либерализмом и муль-тикультурализмом в вопросе отношения к морали проходит следующим образом: либерализм должен оставаться нейтральным по отношению к различным моральным теориям, становясь в некую «пустую позицию», вне различных культурно и социально обусловленных контекстов (нейтральность = честность = установление одинаковых правил игры для всех); мультикультуралисты же настаивают на том, что такой не-обусловленной, культурно-независимой позиции не существует, и обвиняют либералов в том, что те выдают личные предпочтения за общечеловеческие, и потому «истинные» установления.

Основные понятия, которыми оперирует мультикультурализм

Культура

В дискурсе мультикультурализма, как и, что характерно, в современном политическом дискурсе, понятие культуры во многом заменило понятие этничности. Если раньше общества обозначались как «полиэтничные», «мультирелигиозные» и т.д., то теперь чаще говорят о «мультикультурных обществах», обществах с проявлением «культурного плюрализма и культурных различий». Понятие культура, когда-то определенное Леви-Строссом как «основополагающее в этологии»41, следует рассматривать и как основополагающее в мультикультурализме.

Как пишет во введении к своему труду «Переосмысливая муль-тикультурлизм» Бикху Парех, «мультикультурализм — не о различиях и идентичности самих по себе, но о тех, кто обусловлен и поддерживаем культурой». Мультикультурализм априорно полагает, что существуют культуры и культурные группы, которые могут быть распознаны и восприняты в обществе. Понятие культуры довольно широко, и важно определить, какую именно трактовку культуры имеет в виду мультикультурализм.

Критики мультикультурализма часто обвиняют его в эссенциа-лизме, приписывая ему трактовку культур как «хорошо интегрированных и преимущественно самопродуцируемых целостностей, которые могут быть выделены по набору ключевых атрибутов,

40 WalzerM. Spheres of Justice. A Defense of Pluralism and Equality. N.Y., 1983.

41 Леви-Стросс К. Структурная антропология / Пер. с франц. Вяч. Вс. Иванова. М., 2001. C. 264.

включающих в себя общую историю, язык и ценности»42. Суть обвинения в такой трактовке в том, что она якобы заставляет «консервировать» культуры, возвращает к искусственному традиционализму, не соответствующему ситуации современности43. Но сами апологеты мультикультурализма не устают опровергать такой подход к культуре, который назван Сейлой Бенхабиб «упрощенческой социологией культуры». Ошибочными мультикультуралисты полагают представления о культуре как о четко очерченной целостности, или что «культуры соответствуют группам населения и возможно непротиворечивое описание культуры определённой группы людей». В мультикультурной парадиме имеются в виду скорее постоянно и быстро меняющиеся «творческие» культуры общества пост-модерна44, и их границы нестатичны, «разделительные линии между ними подвижны, проницаемы и могут быть оспорены»45.

Несправедливым представляется и тезис о банальной подмене термина «этничность», о чем говорилось выше, вследствие чего мультикультурализм называют новым расизмом46. Идеологи мультикультурализма выражают свою солидарность антропологам, предупреждающим об опасности «реификации» культур и возведения в абсолют идеи культуры как свойства этнической группы или расы47. Мультикультуралисты активно ссылаются на гердеровское утверждение уникальности и разнообразия культур, но постоянно указывают на необходимость уделять внимание внутренней неоднородности и противоречивости культур48.

Мультикультуралисты безоговорочно признают важность культуры, но пользуются при этом различными логическими обоснованиями, что объясняется исходной неоднородностью мультикультурализма. Так, Уилл Кимлика49, как либерал, выводит важность культуры из либерального уважения к свободе и автономии инди-

42 Song S. Justice, Gender, and the Politics of Multiculturalism. Cambridge Univ. Press, 2007. P. 18.

43 Song S. Multiculturalism // The Stanford Encyclopedia of Philosophy. Winter 2010 ed. // http://plato.stanford.edu/archives/win2010/entries/multiculturalism/ (процитирована не позиция Зонг, а описанная ею позиция критиков).

44 Козловский П. Современность постмодерна // Вопросы философии. 1995. № 10; Лиотар Ж.-Ф. Состояние постмодерна / Пер. с франц. Н.А. Шматко. М.; СПб., 1998.

45 Бенхабиб С. Притязания культуры: равенство и разнообразие в глобальную эру. М., 2003. С. 220.

46 Малахов В. Скромное обаяние расизма и другие статьи. М., 2001.

47 Turner T. Anthropology and Multiculturalism: What Is Anthropology That Multi-culturalists Should Be Mindful of It? // Cultural Anthropology. Vol. 8. № 4. С. 411.

48 Parekh B. Op. cit. P. 73.

49 О сравнении понимания важности культуры Уила Кимлики и Пол Янг см.: Kelly P. Op. cit. P. 6-8.

вида, и, развивая идею Ролза об «основных благах», относит к ним принадлежность культуре50. В этом с ним солидарен Ч. Тайлор, который в своем знаменитом эссе «Политика признания» говорит о культуре как о сфере, в которой человек находит это признание; более того, «чувство самоуважения» индивида тесно связано с тем, сколько уважения оказывается его «культуре»51.

Кимлика вводит понятие «социетальной культуры»52, т.е. говорит о культуре как о том, что «обеспечивает своим приверженцам наполненный смыслом образ жизни по всему кругу человеческой деятельности, включая ее социальную, образовательную, религиозную, рекреационную и хозяйственную стороны» и предоставляет «свободному индивиду» так называемый «контекст выбора» (context of choise)53, которого он лишился в результате провала как европейской теодицеи, так и позитивизма. «Проще говоря, - пишет Кимлика, свобода предполагает осуществление выбора среди многообразия вариантов; социетальная культура не только предоставляет нам эти варианты, но и делает их значимыми для нас»54.

Важность культуры как основы демократического общества, которое столкнулось с вызовом глобализации, подчеркивает С. Бен-хабиб: «Мы столкнулись с реальным риском того, что передвижение по миру людей и товаров, новостей и информации приведет к появлению постоянного потока лиц без всяких обязательств, производства без ответственности, новостей без общественной морали.»55, преодоление чего может, по её мнению, произойти через включение в какую-либо из культурных систем.

Более того, мультикультуралисты признают и самоценность каждой отдельно взятой культуры как уникального образования, безотносительно ее внутренних характеристик; она ценна «не потому, какой моральный статус имеет культура сама по себе, но потому, что она в себе содержит нравственные ориентиры для тех, кто себя к ней причисляет»56 и заслуживает поощрения сама по себе и ради себя57. С другой стороны, некоторые из теоретиков,

50 Kymlicka W. Multicultural Citizenship. A Liberal Theory of Minority Rights. Oxford Univ. Press, 1995. P. 76.

51 Taylor Ch. The Politics of Recognition // Multiculturalism and "The Politics of Recognition" / Ed. by A. Gutmann. Princeton Univ. Press, 1992. P. 75—106.

52 Kymlicka W. Politics in the Vernacular: Nationalism, Multiculturalism, and Citizenship. Oxford Univ. Press, 2001.

53 SongS. Justice... P. 23.

54 Kymlicka W. Multicultural Citizenship. P. 83.

55 БенхабибС. Указ. соч. C. 218.

56 Там же. C. 89, 165.

57 Taylor Ch. Philosophical Arguments. Harvard Univ. Press, 1995. P. 137.

например уже неоднократно упоминавшийся Уилл Кимлика, разделяют культуры по принципу «внутренней свободы», и исключают из «самоценных» некоторые «радикальные варианты», в которых отсутствует возможность индивиду реализовать свой выбор между различными жизненными вариантами, защититься от насилия, ставя во главу угла внутреннюю автономию личности.

Плюрализм

Хотя в отечественной традиции «культурный плюрализм» и культурное многообразие используются как синонимичные понятия, существование многообразия, которое является обычным для жизни явлением, еще не свидетельствует о наличии плюрализма. Плюрализм предполагает наличие различий, которые не могут быть согласованы и не противоречиво представлены в теории и допускает возможность множества равнозначных дискурсивных практик, направленных на познание одного объекта58. Именно в отказе от попыток выработать некую «усредненную» культурную ценность вне рамок конкретной культуры и заключается суть «культурного плюрализма». Среди монистических концепций в европейской истории представлены (по классификации Б. Пареха59) рационалистический монизм античности, теологический монизм христианства и, наконец, регулятивный монизм, воплощенный классическим либерализмом. Таким образом, европейская история есть история существования в монистической парадигме, а мульти-культурализм — спорная попытка создать ей альтернативу60.

Конечно, наряду с «плюрализмом» активно используется и «разнообразие», понимаемое дескриптивно, т.е. просто как факт наличия множества культур, и это «разнообразие» имеет абсолютно положительный смысл. Позитивное отношение к разнообразию обосновывается, во-первых, через признание ценности, заключенной в каждой культуре, а во-вторых, через признание важности сохранения «оптимума различий» для развития человечества в целом, и следующей из этого посыла важности баланса между тенденцией к унификации и противоположной тенденции к сохранению самобытности, на чем акцентировал внимание общественности еще Клод Леви-Стросс в написанной в 1952 г. по заказу ЮНЕСКО работе «Раса и история»61.

58 Плюрализм // Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 486.

59 Parekh B. Op. cit.

60 Джеймс У. Вселенная с плюралистической точки зрения. М., 1911.

61 Lévi-Strauss C. Race et hisoire. UNESCO, 1952.

Диалог

Несводимость единиц к общему знаменателю в плюралистическом миропонимании отнюдь не означает разрозненность, и скрепляющим фактором выступает само взаимодействие элементов. Группы по-прежнему составляют сообщества, но «вхождение [в сообщество] означает скорее то, что границы сообщества остаются открытыми для всех, в том числе и для тех, кто был и остается чужим»62. Тогда определяющее значение приобретает именно этика коммуникации (К. Апель) или «этика дискурса» (Ю. Хабермас63), которая и способна создать некий «социальный цемент» в ситуации ценностного релятивизма и полилояльности. По этой причине в круг задач мультикультурализма будет входить выработка норм и принципов «взаимодействия культур» и становление продуктивного «культурного диалога»: например, по мнению Тэйлора цель политики мультикультурализма в том, чтобы «учитывать ценность других культурных практик, изучать их и вести диалог»64, а Б. Па-рекх видит задачу мультикультурализма в утверждении «диалога между культурами и этическими нормами, принципами и институциональными структурами»65. С. Бенхабиб утверждает, что «культуры формируются в комплексном диалоге и взаимодействии с другими культурами»66.

Диалог употребляется не как синоним «общения» или «обмена мнениями», но в том смысле, в котором нам представил диалог Бахтин67; собственно «диалог культур» может быть понят из его (Бахтина) диалоговой концепции культуры. Как пишет его продолжатель Библер, «в "диалоге культур" речь идет о диалогичности самой истины, о том, что понимание другого человека предполагает взаимопонимание "Я—ты" как онтологически различных лич-

62 Habermas J. Die Einbeziehung des Anderen. Studien zur politischen Theorie. Fr.-am-Main, 1997. S. 7-8.

63 См.: Чукин С.Г. Ю. Хабермас versus А. Макинтайр: к вопросу об основаниях современного философствования. Размышления о философии на перекрестке второго и третьего тысячелетий // Сборник к 75-летию профессора М.Я. Корнеева. СПб., 2002. С. 76-97.

64 Taylor Ch. The politics of recognition in multiculturalism: Examining the politics оf recognition. Princeton Univ. Press, 1994. P. 66.

65 Parekh B. Rethinking Multiculturalism... P. 14.

66 Бенхабиб С. Указ. соч. C. 220.

67 Кратко см.: Кристева Ю. Бахтин, слово, диалог и роман // Французская семиотика: От структурализма к постструктурализму / Пер. с франц., сост., вступ. ст. Г.К. Косикова. М., 2000. С. 427-457; Викторова Л.Г. Диалоговая концепция культуры М.М. Бахтина — В.С. Библера // http://www.countries.ru/library/rusidea/ribb.html

ностей, обладающих, — актуально и потенциально — различными культурами, логиками мышления, различными смыслами истины, красоты, добра...»68.

Заключение

Теоретики мультикультурализма утверждают, что его концепция и практики совместимы с концепцией государства благосостояния и являются инструментом для усиления национальной солидарности69, несмотря на то что на первый взгляд он акцентирует внимание на различиях и усиливает социальную фрагментацию. Они представляют его как сложный социальный проект, который предполагает не только работу с меньшинствами, но и с традиционным большинством: «мультикультурализм — глубоко трансформативный проект, как для меньшинств, так и для титульных групп. Он требует как от первых, так и от вторых освоить новые концепты и дискурсы, каждый из которых основательно преображает человеческие идентичности и практики»70.

В отечественном дискурсе он рассматривается преимущественно как утопический и настолько же далекий от реальности, как и «коммунистическая утопия». Однако, вероятно, будет полезным допустить, что исследователи глобализации и современных обществ, находясь сами внутри изучаемой системы, не имеют возможности увидеть действительный масштаб социальных перемен, происходящих в данный момент времени. Потому представляется немаловажным глубоко и внимательно разобраться в мультикультурализ-ме, возникшем в ответ на глобализацию и фактическое наличие мультикультурности обществ, на так называемые «обстоятельства мультикультурализма»; попытаться построить некоторую модель мультикультурализма как философского течения, не забывая учитывать, что в рамках данного течения существует несколько различных направлений, и на одни и те же вопросы разные теоретики будут давать отличные ответы. Именно поэтому и была предпринята попытка создать самую общую модель мультикультурализма, проанализировав его ключевые понятия и утверждения. Я исхожу из следующих тезисов: в ответ на новые обстоятельства должна и непременно будет выработана новая политическая теория, кото-

68 Библер В. От наукоучения к логике культуры: Два философских исследования в двадцать первый век. М., 1991.

69 Kymlicka W., Banting K. Immigration, Multiculturalism, and the Welfare State Will Kymlicka // International Affairs. 2006. 20, 3; Research Library. Р. 281-401.

70 Kymlika W. The Rise and Fall of Multiculturalism? New Debates on Inclusion and Accommodation in Diverse Societies // The multicultural backlash. P. 39.

рая ляжет в основу политической организации обществ (придя на смену «контейнерной», в терминологии А. Аппадураи, системе суверенных национальных государств); возможно, эта теория получит свое особое название, но так или иначе, она родится из наличествующей политической дискуссии, в которой мультикультурализм занимает не последнее место, предлагая авангардные, но тем более интересные варианты решения существующих проблем. Особый интерес изучение теории мультикультурализма, должны, по моему мнению, проявлять именно антропологи, так как это едва ли не первое течение в политической философии, имеющее так много пересечений с ключевыми положениями антропологической науки.

Таким образом, говоря о мультикультурализме, мы имеем дело с новым течением европейской политической философии, пришедшим на смену/дополнившим и видоизменившим классический либерализм. Я предлагаю определять мультикультурализм как философское течение, внутренне неоднородное, уделяя внимание тому, что сами идеологи мультикультурализма неоднократно восставали против представления его как жесткой/единой идеологии или доктрины; исследователи условно выделяют по различным признакам до 9 направлений мультикультурализма71, например: либеральный, либерально-коммунитарный, радикальный, плюралистический и постмодернистский — исходя из опорных фило-софско-теоретических установок72; или мягкий и жесткий73 — в зависимости от степени государственного вмешательства, и т.д. В данной работе я попыталась представить те философско-теоре-тические установки, которые в совокупности позволяют считать некоторых политических философов, политиков и общественных деятелей приверженцами мультикультурализма. Такое определение мультикультурализма позволяет объединить весь широкий и до этого момента мало связанный спектр «уровней определения» мультикультурализма, о котором мы говорили в начале статьи, и преодолеть терминологическую путаницу: согласно представленному подходу к определению мультикультурализма, он представляет собой «философскую позицию», а значит будет проявляться и на уровне идеологии, и на уровне повседневных практик. Мультикультурализм «может воплощаться в правовых нормах, отражаться в характере общественных институтов и в повседневной жизни людей» и претендует на «всеобщность» в философском описании

71 Vertovec S., Wessendorf S. Introduction // The Multicultural Backlash: European Discourses, Policies and Practices / Ed. by S. \fertovec and S. Wessendorf. London, 2010. P. 2.

72 Delanty G. Community. Key Ideas. Routledge; London, 2003. P. 75-81.

73 Кукатас Ч. Указ. соч.

процессов и качеств действительности, предоставляя возможность формирования новой социально-исторической парадигмы.

О политике мультикультурализма следует говорить постольку, поскольку теоретической философской концепции присущи и должны соответствовать реальные практические действия в политической и социальной сферах, хотя опять же, различные теоретики могут предлагать различные меры. Я постаралась обосновать, что мультикультурализм действительно обладает набором признаков, позволяющих характеризовать его как течение политической философии, и что его недопустимо редуцировать до инструментальной реакции на миграционный / сепаратистский вызов74, до «приема» в национальной политике, но что мультикультурализм сообразуется и вытекает из широкого круга идей и постулатов, получивших распространение в XX в. Но что важнее, я постаралась выделить логические основания, на которых стоит мультикультурализм и которые объединяют «направления» и отдельных идеологов мультикульту-рализма, что позволит получить цельное представление об этом «этапе» политической философии и его значении. Есть все основания полгать, что такой подход к определению мультикультура-лизма сможет сделать дальнейшую дискуссию о его перспективах в глобализирующемся мире более плодотворной.

Список литературы

1. Арутюнова Л.В. Мультикультурализм и его модели в современном мире: Дисс. ... канд. филос. наук. М., 2009.

2. Борисов А.А. Мультикультурализм: Американский опыт и Россия // Мультикультурализм и этнокультурные процессы в меняющемся мире. М., 2003.

3. Бэрри Б. Государственничество и национализм: космополитическая критика // Журнал социологии и социальной антропологии. 2007. Т. X. № 1.

4. Вальденфельс Б. Мотив Чужого. Минск, 1999.

5. Вевьерка М. Формирование различий // Социологические исследования. 2005. № 7.

6. Викторова Л.Г. Диалоговая концепция культуры М.М. Бахтина — В.С. Библера // http://www.countries.ru/library/rusidea/ribb.html

7. Галецкий В. Критическая апология мультикультурализма // Дружба народов. 2006. № 2.

74 Например, Квебекский сепаратизм, чьими «академическими защитниками», по выражению Б. Бэрри, выступали известные мультикультуралисты Ч. Тэйлор и М. Уолцер (См.: Бэрри Б. Государственничество и национализм: космополитическая критика // Журнал социологии и социальной антропологии. 2007. Т. X. № 1. С. 101-124).

8. Глэйзер Н. Мультиэтнические общества: проблемы демографического, религиозного и культурного разнообразия // Этнографическое обозрение. 1998. № 6.

9. Дмитриев Т.А. Аласдер Макинтайр: мораль после добродетели // История философии. Вып. 12. М., 2005.

10. Кагарлицкий Б. После мультикультурализма // http://www.kagarlitsky. ru/node/170

11. Кристева Ю. Бахтин, слово, диалог и роман // Французская семиотика: От структурализма к постструктурализму / Пер. с франц., сост., вступ. ст. Г.К. Косикова. М., 2000.

12. Куропятник А.И. Проблемы социальной стабильности полиэтнических обществ. СПб., 2000.

13. Ле Коадик Р. Мультикультурализм // Диалоги об идентичности и мультикультурализме / Пер. Е.И. Филиппова. М., 2005.

14. Макинтайр А. После добродетели / Пер. с англ. В.В. Целищева. М., 2000.

15. Мамонова В.А. Мультикультурализм: разнообразие и множество // Credo New. 2007. № 2 // http://credonew.ru/content/view/606/32/

16. Мультикультурализм и трансформация постсоветских обществ / Науч. ред. В.А. Тишков, В.С. Малахов. М., 2002.

17. Некрасов С.И., Некрасова Н.А., Платошина В.В. Американский мультикультурализм. 2011 // http://www.rae.ru/monographs/127

18. Паин Э. К вопросу о «крахе политики мультикультурализма» в Европе // http://krotov.info/libr_min/16_p/ay/i n.htm

19. Хомяков М.Б. Брайан Бэрри: Либеральный универсализм против мульти-культурализма и национализма // Журнал социологии и социальной антропологии. 2007. Т. X. № 1.

20. Чандран К. Теоретические основы мультикультурализма // http:// inliberty .ru/library/study/327/

21. Шукуров Р.М. Чужое. Опыты преодоления. Очерки из истории культуры Средиземноморья / Под ред. Р.М. Шукурова. М., 1999.

22. Чукин С.Г. Ю. Хабермас versus А. Макинтайр: к вопросу об основаниях современного философствования. Размышления о философии на перекрестке второго и третьего тысячелетий // Сборник к 75-летию профессора М.Я. Корнеева. СПб., 2002.

23. Barry B. Culture and Equality: An Egalitarian Critique of Multiculturalism. Harvard Univ. Press, 2001.

24. Bernstein R. Dictatorship of virtue. Multiculturalism and the battle for America's future. N.Y., 1994.

25. Delanty G. Community. Key Ideas. Routledge; London, 2003.

26. Glazer N. We Are All Multiculturalists Now. Harvard Univ. Press, 1997.

27. Parekh В. Rethinking Multiculturalism: Cultural Diversity and Political Theory. London, 2000.

28. Kelly P. Multiculturalism Reconsidered // Culture and Equality and its Critics / Ed. by P. Kelly. Polity Press, 2002.

29. Kim L.I. & Kim G.S. Searching for and defining a Korean American Identity in a Multicultural Society // Korean American Women: From Tradition to Modern Feminism / Ed. by YI. Song and A. Moon. Westport, 1998.

30. Kukathas Ch. The Liberal Archipelago: A Theory of Diversity and Freedom. Oxford, 2003.

31. Kymlicka W. Multicultural Citizenship. A Liberal Theory of Minority Rights. Oxford Univ. Press, 1995.

32. Kymlicka W. Politics in the Vernacular: Nationalism, Multiculturalism, and Citizenship. Oxford Univ. Press, 2001.

33. Rawls J.A. Theory of Justice. Cambridge, 1999.

34. Schlesinger A.M. The disuniting of America. Reflections on a multicultural society. N.Y., 1992.

35. Song S. Justice, Gender, and the Politics of Multiculturalism. Cambridge Univ. Press, 2007.

36. Taylor Ch. Philosophical Arguments. Harvard Univ. Press, 1995.

37. Taylor Ch. The politics of recognition in multiculturalism: Examining the politics of recognition. Princeton Univ. Press, 1994.

38. Tiryakian A., Edward A. Assessing Multiculturalism Theoretically: E Pluribus Unum, Sic et Non // International Journal on Multicultural Societies. 2003. Vol. 5. № 1 // www.unesco.org/shs/ijms/vol5/issue1/art2

39. Turner T. Anthropology and Multiculturalism: What Is Anthropology That Multiculturalists Should Be Mindful of It? // Cultural Anthropology. Vol. 8. № 4.

40. YoungI.M. Justice and Politics of Difference. Princeton Univ. Press, 1990.

41. Vetrovec S. The Multicultural Backlash: European Discourses, Policies and Practices / Ed. by S. Vetrovec and S. Wessendorf. London, 2010.

42. Walzer M. Spheres of Justice. A Defense of Pluralism and Equality. N.Y, 1983.

Поступила в редакцию 15 февраля 2017