Моральная рефлексия современной политики

УДК 17.022.1

С. Е. Руженцев

Моральная рефлексия современной политики

Статья посвящена этическим аспектам взаимодействия морали и политики. Автор анализирует проявление в социальной философии особенностей и характера морального кризиса в обществе, отражающегося на общественном сознании, идеологии и принятии политических решений. Анализируется изменение существующей ценностной системы, связанной с попыткой игнорирования моральных требований социума и установок общественного сознания. Реформирование общества, подрывающее базовые аксиологические установки, вызывает разнонаправленность моральных ориентаций и порождает состояние аномии и депривации. В результате начинают преобладать групповые интересы, вызывающие аморализм политического курса, которые подрывают стабильность существования общества. Возникает проблема социальной ответственности власти в условиях морального транзита общества, в котором нет доминирующих ориен-таций, что создает опасность применения крайних методов для достижения политических целей.

The article is devoted to the ethical aspects of interaction of morality and politics. The author analyzes the manifestation of philosophy in social circumstances and the nature of moral crisis in society, affecting the social consciousness, ideology and political decisions. It is analyzed the changing of an existing value system that is associated with the attempt to ignore the moral demands of society and attitudes of social consciousness. The reform of society, undermining the basic axiological installation, causes, the different moral orientations and creates a state of anomie and deprivation. As a result, begin to dominate group interests, causing the amorality of the political course, which would undermine the stability of the society. There is the problem of social responsibility of power in terms of moral transit society in which there are no dominant orientations, which creates the danger of the use of extreme methods to achieve political goals.

Ключевые слова: мораль, идеология, политика, общество.

Keywords: morality, ideology, politics, society.

Проблемы морального измерения политики на протяжении существования российского государства показывают отсутствие сложившегося и единого нравственного поля. Поставленные цели в сочетании с реальностью всегда требуют согласования интересов, а предпринимаемые действия нуждаются в обретении нравственной опоры. Разрушение единого морального основания неизбежно вызывает преобладание узкогрупповых интересов, ориентированных на максимально разнородную систему ценностей, что порождает не только прагматичный характер действий, но и откровенный аморализм в политике. Как следствие, социальное бытие политики обращается к вполне искажённым ценностным основаниям, создавая большую автономизацию действий властных субъектов от общества и его потребностей.

С другой стороны, весь ход исторического развития российского общества показывает невозможность абсолютизации кантовского категорического императива в политической практике. Требование его максимы оказывается формальным, поскольку все политические субъекты, руководствующиеся разнородными социально-политическими интересами, должны тогда стремиться к реализации общих моральных установок. Складывается парадоксальная ситуация, что эти субъекты автоматически доверяют друг другу и заинтересованы друг в друге. Такая идеализированная предопределённость должна иметь схожие моральные ценности и ориентиры, социальные интересы, устойчивую поддержку правящей элиты со стороны общества, единство представлений всех сторон взаимодействия о добродетелях, справедливости, благе, равенстве и т. п. А это противоречит реальному историческому и политическому процессу, который показывает нам, что этические проблемы обретают острую актуальность в кризисные периоды развития общества, поскольку существующие моральные регуляторы, нормы и правила не могут способствовать достижению стабильности. Возникающий диссонанс между политикой и моралью активизирует поиски обеспечения равновесного состояния социальной практики и этических подходов, позволяя понять и обосновать перспективы общественной эволюции, приемлемые социальные модели.

П. Козловски отмечает, что «этическая координация облегчает все социальные взаимодействия», позволяя уменьшить неопределённость поведения и взаимодействия и рационализировать их [1]. Данный аспект важен, если принимать в расчёт персоналистское восприятие власти российским обществом при низком уровне доверия ко всем институтам государственного управ-

© Руженцев С. Е, 2016

ления (за исключением президента). При этом в зависимости от «хозяйственной» роли наблюдалось колебание доверия между федеральной, региональной и местной властью в зависимости от реализации политической стабильности и материального благополучия граждан [2]. Иначе говоря, обращение государственных органов власти к учёту ценностных предпочтений и ценностных ориентаций обеспечивает поддержку действий тех или иных политических деятелей, создавая ограниченные предпосылки определения общих социальных ценностей и преодоления усилившихся корпоративных связей, которые могли бы обеспечить развитие и влияние этического фактора в российском обществе и политике.

Этическое измерение политики, с позиций объективистского подхода, возникает на основе консенсуса в обществе по поводу политических ценностей, предполагая сознательное следование моральным нормам, идеалам, социальным установкам. Тогда как субъективный подход рассматривает этические ценности как результат внутреннего опыта отдельного индивида, являясь формой сознания, окрашенной неким отношением к практической деятельности власти или политика. Однако как бы ни был индивид (политик) свободен в выборе моральных ценностей и принципов для своих действий или их оправданий, вполне очевидно влияние социальной детерминации на него. Х. Арендт отмечает, что, «когда человеческое поведение рассматривается с точки зрения морали, всё внимание сосредоточено на личности, а когда поведение рассматривается с точки зрения политики, внимание сосредоточено на мире» [3]. Но это не отвергает роли моральных установок в политической жизни и требования гуманизации взаимодействия между обществом и политической сферой.

Гармонизация социальных отношений в российском обществе, когда противопоставляются личность и общество, навязываются западные идеалы и разрушаются традиционные духовные ориентиры, игнорируются моральные нормы, приобретает особую актуальность для сохранения самой российской идентичности и адекватности политической линии. Поскольку мораль обеспечивает условия человеческого общежития, возникает задача обеспечения единства этических требований и норм и социальных оснований. Учитывая, что «актуализация смысла нравственной ценности заключается в добровольном самодеятельном согласовании чувств, стремлений и действий конкретной личности с чувствами, стремлениями и действиями другого человека и общества в целом» [4], возникает потребность в определении смысла и места моральных норм и требований общества по отношению к политике и ее носителям.

Разнонаправленность моральных ориентаций, вызывая ситуацию неуверенности и неустойчивости внутреннего состояния индивида, не может не порождать аномию и депривацию. Нравственные ориентиры подвергаются пересмотру и корректировке, позволяя характеризовать сложившееся положение как аксиологический разлом, требующий создания устойчивой системы ценностных координат и для общества, и для политики. Ведь мораль выступает в качестве оценочно-императивного отношения к окружающему миру, регулятора социальных отношений, формируя цели деятельности, корректируя потребности, а также средством обоснования мотивов и намерений. Очевидно, что пребывание длительное время российского общества в состоянии кризиса и полукризисности актуализирует этические проблемы, поскольку традиционные нормы и установки не могут полноценно функционировать и обеспечивать стабильность и развитие общества. Как отмечает А. С. Железнов, «этическое означает... саму возможность существования социальной формы в условиях этого кризиса. В одно и то же время оно является и условием, и проекцией социальной формы» [5]. Возникает естественная потребность в действенном проявлении и использовании моральных норм для воспроизводства тех или иных социальных институтов и отношений. Такой системный взгляд на единство социальных условий и моральных ценностей и норм предоставляет возможность охарактеризовать не только содержательную специфику современного общества, но определить возможные перспективы его этического совершенствования.

Тенденции развития общества и его политической сферы во многом связаны с переоценкой существующих ценностей, испытывающих воздействие глобальных, либерально-рыночных и модернизационных процессов. Сотрясая этические установки, обеспечивавшие ранее социальное взаимодействие, складывается настоятельная необходимость сохранения тех моральных принципов и ориентаций, которые оберегают основы жизнедеятельности человека и социума. Но требуется обязательно учитывать существенное воздействие во взаимоувязке социального и этического тех квазиценностей и антиценностей, которые возникают при принятии тех или иных политических решений. Ведь современный моральный кризис в политике во многом вызван дезориентацией и внутренним кризисом самого субъекта, устремлённого на достижение лишь личных смыслозначимых целей. По мнению Н. Н. Кожевникова и Н. В. Сидоровой, «индустриальная (техногенная) цивилизация в гуманистическом измерении во многом исчерпала себя. При-10

оритетные ориентиры деятельности человека: деньги, собственность, власть заострили множество проблем и привели человечество к опасной грани своего существования. ...Возросшая роль субъекта в мире, с одной стороны, и внутренний разлад и кризис самого субъекта, лишённого веры как в иррациональное начало, так и в рациональное, с другой стороны, подводят индивида к тому, что называют осознанным нигилизмом, к хаосу ценностных ориентиров» [6]. Всё очевиднее становится необходимость в условиях востребованности полиценностных систем и отношений в преодолении разобщённости социума для смягчения его конфликтогенного потенциала и развития взаимодействия на основе взаимоприемлемых этических принципов и гуманистических идеалов. Тем более что российское общество на протяжении своего существования не противопоставляло личность и общество и не отвергало инаковость и многообразие, чтобы искать возможные пути для достижения толерантности и целостности восприятия мира.

Обращаясь к этическим аспектам перспектив развития российского общества, необходимо принимать во внимание, что их оценка в современном мире основана не только на универсальных категориях и духовных ценностях. В значительной степени преобладают западные, либеральные критерии, имеющие индивидуалистическую трактовку ценностей и добродетелей. Сложившиеся обстоятельства не дают безусловной уверенности индивиду в корректности избранных им действий, не позволяют воспринимать окружающий мир в целостности и понимать значение ценностно-идеологической составляющей для определения смысла и цели своей деятельности. Периодический подрыв духовно-морального основания деформирует организованную деятельность общества, что неизбежно может превращать любой социальный идеал и идеологические принципы в оторванную от общественных интересов схему, усиливая тем самым возникающий моральный кризис как индивидуального сознания, так и политических действий. Л. Д. Рассказов, рассматривая духовный кризис начала ХХ в. вследствие обострения противоречия между консервативной идеологической составляющей и меняющейся средой, приходит к выводу, который применим к проблемам современного российского общества. Он отмечает, что «в период перехода общества с одними качественными характеристиками к обществу с другими качественными характеристиками и в целях снижения кризисных издержек. следует идти через создание духовного богатства, чтобы понять ошибочность или односторонность какой-либо идеи и найти поправку к ней» [7]. По сути, следует признать, что ведущую роль в определении целей и смысла, общественной и политической жизни выполняют моральные императивы, которые обеспечивают солидарность внутри социума, всеединство человеческого бытия, его гуманистические ориентиры.

Сама социальная реальность постмодернистского общества закладывает в бытие политики воздействие символического производства и использования его идей для саморефлексии как самих политиков, так и конструирования политического пространства. Очевидно, что через выявление тождества политических идей, моральных принципов и предпринимаемых политических действий возможна оценка этической адекватности проводимой политической линии потребностям конкретных социальных интересов. Отрыв от общества, как и от моральных ограничителей, неизбежно выводит политических деятелей в пространство оправдания властью любых своих действий и выбор ею произвольных и случайных действий, нарушающих социальную стабильность.

Однако политики имеют монопольное право на видение социального мира, которое связано с автономным полем борьбы за власть, оторванным от большинства общества и его интересов, что позволяет им действовать сообразно со своими позициями и представлениями о морали [8]. Такая субъективация делает затруднительным достижение согласия политических субъектов, предоставляя фактически моральные рычаги воздействия на политический мир только обществу. Последнее берёт на себя роль своеобразного арбитра в борьбе политиков за власть и влияние на основе согласия с той или иной позицией. Гражданское противление или поддержка, формирующие социальное согласие с властью и её субъектами, закладывают возможность моральной легитимации конкретной политики, а также большей независимости индивида от решений власти. На этой основе возникает «единство» этических подходов индивидуальных оценок любого политика и общественных предпочтений, превращая политическое действие в акт, который связан и с необходимостью, и с возможностью его совершения согласно избранным средствам, и согласованный с моралью.

Определяя задачу гуманизации политической деятельности, мы неизбежно сталкиваемся с многозначностью проявления добра и зла, оцениваемыми и осмысливаемыми как этическое отношение, отражающее определённый идеал о наилучшем общественном устройстве, эффективной власти, справедливых условиях существования. Сама диалектичность существования добра и зла позволяет говорить о постоянном моральном выборе действий для политика как в каждой

11

конкретной ситуации, так и на любом этапе общественной эволюции. А восприятие социальными группами по-разному этических ценностей препятствует определению добра, зла, справедливости, равенства и пр. в чистом виде. Как ранее отмечалось, этические ценности посредством выбора определённой идеологической ориентации оформляются в некую модель идеала, моральных императивов, помогающую в практической деятельности и политической повседневности выявлять соответствие социальной практики с этическими представлениями. Однако противоречивая политическая деятельность не может отвергать требования морали и потребности гуманизации политики. Ведь если люди, как и политические деятели, не будут следовать требованиям морали, то будут подрываться основы социальных отношений, порождая социокультурный кризис, пронизанный идеями нравственного релятивизма.

Попытки отказа от морали или её упразднения ведут к ложному пониманию при оправдании предпринимаемых действий. Тем не менее, как справедливо отмечает Г. П. Гребенник, «политический выбор есть в то же время нравственный выбор. Иначе быть не может. Поэтому из морали "выпасть" нельзя, ибо её поле шире собственно политического выбора. Точнее сказать, моральные структуры залегают глубже тех слоев, в которых плавают некоторые политики, и не подозревающие о глубине своего "водоёма"» [9]. Вследствие этого в действиях политиков моральные ценности неизбежно приобретают своё значение и ответную реакцию общества, что порождает феномен ответственности. Однако в постмодернистский период политика сосредоточена на внедрении таких видов социальной деятельности и взаимодействий, которые задают ценностные ориентиры всего общества. В результате власть целерационально стремится к контролю над людьми, устраняя любые противодействия своим интересам и целям. А такой вариант взаимодействия морали и политики не может быть приемлем для российской модернизации.

Положительно воспринимаемый свободный рынок, толерантность и культурный плюрализм неизбежно дезориентируют человека, что возлагает на политику дополнительную ответственность по выработке приемлемых ориентиров и целей социального развития с вовлечением широких слоёв в систему реализации и контроля за проводимой политикой. Осуществляя принцип со-лидаризма, который обеспечивает конвенциональность всей общественной деятельности, можно обозначать пути гуманизации и этические ориентиры политики. И тем самым закладываются модели политической культуры граждан, испытывающих воздействие существующих форм отношений власти и социума, сложившихся ценностных ориентаций и разнообразных традиций.

Антиномичность отношений между властью и обществом порождает стремление каждой из сторон пренебрегать моральными императивами, что сопровождается непрозрачностью принимаемых решений и существованием неэффективного взаимодействия многих управленческих структур с гражданами. Но, несмотря на это, по мнению Е. Б. Шестопал, в массовом сознании россиян ценности равенства уступили место запросу на права человека и свободную конкуренцию при снижении ценностей ответственности и активизма [10]. Несомненно, что провозглашение в Конституции страны в качестве демократического и правового государства не означает автоматической выработки тех моральных норм и принципов, которые выступают ориентиром деятельности для общества и политиков.

Либеральные идеи, отражая известные идеалы политики, оказались благодатны для кризисного состояния общества, которое пребывало длительное время в состоянии моральной дезориентации. Для российских либерал-реформаторов любые моральные апелляции к равенству, ответственности, долгу, порядку являются пережитком прошлого. Поэтому их политика в нашей стране оказалась независимой от общепризнанных моральных норм. Запрос самой эпохи реформ, нестабильного существования государства порождал и продолжает порождать появление определённых политиков, пытающихся задать такие моральные принципы действий, которые не отвечают интересам и нравственным представлениям иной части общества. Несомненно, этика добродетелей как классическая форма политической морали уступает ныне место институциональной под воздействием информационных технологий, которые порождают «безразличие» к морали. Современное общество во многом лишилось согласия, что затрудняет поиск общих идей, моральных принципов и стандартов поведения. Возникают одновременно специфическая свобода выбора и факторы конфликтогенности, которые порождают не только отчуждение отдельного индивида от политики, но и существенную атомизацию общества. Начинает преобладать не строгое соблюдение моральных норм, соотнесение их на рациональных основаниях с публичной властью, а личные предпочтения и эмоции. Поэтому увеличение конфликтов при принятии решений неизбежно обостряет проблему существования и сохранения единой системы ценностей [11]. И поскольку отсутствует интерес к проектам по созданию справедливого общества, существуют серьёзные сомнения относительно возможностей по реализации общего блага, необходимо обретение смыслового содержания информации, обеспечивая взаимосвязь между человеком, мо-12

ралью и политикой. А это возможно за счёт использования традиционной системы ценностей, ориентированной на духовный и культурный опыт, абсолютизм моральных норм, диалоговый характер общения [12].

Серьёзную опасность для развития и совершенствования социальных отношений представляет расплывчатость моральных норм и требований, когда и рядовые граждане, и политики позволяют себе как адаптацию морали к своим действиям, так и уклонение от её соблюдения. Возникает представление о релятивизме человеческих добродетелей [13]. Такая социальная практика противоречит традиционному российскому этическому восприятию государства и власти, призванных поддерживать органическое единство социума и осуществлять идею общего блага. Возникает явное противоречие с западноевропейской традицией солидарности, обеспечиваемой посредством права, регулирующего индивидуальный выбор и получение личного блага.

Как представляется, сложность современного морального транзита российского общества, взаимоотношений морали и политики в заметной степени связана с социальной ответственностью субъектов власти [14]. С одной стороны, можно видеть, что под влиянием массового общества и процессов глобализации возникает возможность применения коллективной ответственности, отражающейся на масштабах и направленности предпринимаемых действий. С другой стороны, складывается опасная моральная интенция на то, чтобы отвергнуть индивидуальную ответственность, прикрываясь проблемой риска на основе согласованной или достигнутой договорённости. Следствием такого поведения является не только приспособление к складывающимся социальным условиям, но и отказ от собственной субъектности, что порождает потерю ценностных ориентиров и дисперсию моральных установок. Такой отказ от субъектности может быть вызван многочисленностью социальных норм и ценностей, среди которых нет, как правило, устойчивых и доминирующих, которые не воспринимались бы в качестве «навязываемых» господствующей идеологией. А это затрудняет необходимое моральное осознание своих деяний и последующую возможность для любого политика признавать свои ошибки и искать объективные и приемлемые альтернативы. В результате складывается опасность субъективных и авантюрных действий, усиливающихся в ситуации неопределённости, которые потенциально могут быть нацелены на использование крайних методов и средств для достижения цели.

Примечания

1. Козловски П. Принципы этической экономии: пер. с нем. СПб., 1999. С. 94.

2. Шипов А. Л. Российская власть в оценках граждан (1993-2008 гг.): автореф. дис. ... канд. полит. наук. М., 2009. С. 24-25.

3. Арендт Х. Ответственность и суждение. М., 2013. С. 212.

4. Чурекова Т. М., Москаленко И. В. К вопросу о дефиниции нравственных ценностей и оснований для их выделения // Вестник КемГУ. 2011. № 2. С. 113.

5. Железное А. С. Социальное и этическое: обоснование форм единства: автореф. дис. ... канд. филос. наук. Екатеринбург, 2013. С. 19.

6. Кожевников Н. Н., Сидорова Н. В. Философское осмысление трансформации ценностей современного мира // Вестник ЯГУ. 2006. Т. 3, № 2. С. 78-79.

7. Рассказов Л. Д. Природа знания о духовном кризисе // Идеология: дух, смысл, разум: кол. монография. Красноярск, 2011. С. 50.

8. Соловей И. В. Философские смыслы поля политики: автореф. дис. ... д-ра филос. наук. Ижевск, 2012.

С. 26.

9. Гребенник Г. П. Проблема отношений политики и морали. Одесса, 2007. С. 554.

10. Шестопал Е. Взаимоотношения граждан и власти в ходе демократического транзита в России // Логос. 2003. № 4-5. С. 184.

11. Сафонова Е. А. Основные аспекты исследования трансформации политических отношений в условиях постмодернити // Вестник Сибирского государственного индустриального университета. 2014. № 1. С. 69.

12. Черникова В. Е. Конфликт традиционных моральных ценностей и ценностей информационного общества // Вестник Адыгейского гос. ун-та. Сер. 1: Регионоведение, философия, история, социология, юриспруденция, политология, культурология. 2014. № 3. С. 49.

13. Соммер, Дарио Салас Мораль XXI века: пер. с исп. М., 2013. С. 27.

14. Руженцев С. Е. Этическое измерение современной политики // Интеллектуальный потенциал XXI века: ступени познания. 2015. № 30. С. 104-110.

Notes

1. P. Kozlowski Principy ehticheskoj ehkonomii: per. s nem. [Principles of ethical economy: transl. from Germ]. SPb. 1999. P. 94.

2. Shipov A. L. Rossijskaya vlast' v ocenkah grazhdan (1993-2008gg.): avtoref. dis. ... kand. polit. nauk [Russian government in the opinion of the people (1993-2008 years): abstract dis. Cand. Polit. sciences]. M. 2009. Pp. 24-25.

3. Arendt H. Otvetstvennost' isuzhdenie [Responsibility and judgment]. M. 2013. P. 212.

4. Churikova T. M., Moskalenko I. V. K voprosu o definicii nravstvennyh cennostej i osnovanij dlya ih vydeleniya [To the question on the definition of moral values and the reasons for their selection] // Vestnik KemGU - Herald of the KemSU. 2011, No. 2, p. 113.

5. Zheleznov A. S. Social'noe i ehticheskoe: obosnovanie form edinstva: avtoref. dis. ... kand. filos. nauk [Social and ethical: the justification of the forms of unity: abstract dis. Cand. Philosophy]. Yekaterinburg. 2013. P. 19.

6. Kozhevnikov N. N., Sidorova N. V. ilosofskoe osmyslenie transformacii cennostej sovremennogo mira [Philosophical understanding of the transformation of the values of the modern world] // Vestnik YAGU - Herald of the YaSU. 2006, Vol. 3, No. 2, pp. 78-79.

7. Rasskazov L. D. Priroda znaniya o duhovnom krizise [The nature of the knowledge about the spiritual crisis // Ideologiya: duh, smysl, razum: kol. Monografiya - Ideology: spirit, meaning, mind: coll. monograph]. Krasnoyarsk. 2011. P. 50.

8. Solovei I. V. Filosofskie smysly polya politiki: avtoref. dis. ... d-ra filos. nauk [Philosophical meanings of the political field: abstract dis. ... Dr Philosophy] Izhevsk. 2012. P. 26.

9. Grebennik G. P. Problema otnoshenij politiki i morali [Problem of the relationship of politics and morality]. Odessa. 2007. P. 554.

10. Shestopal E. Vzaimootnosheniyagrazhdan i vlasti v hode demokraticheskogo tranzita v Rossii [Relationship between citizens and government during democratic transit in Russia] // Logos - Logos. 2003, No. 4-5, pp. 184.

11. Safonova E. A. Osnovnye aspekty issledovaniya transformacii politicheskih otnoshenij v usloviyah postmoderniti [Basic aspects of the study of transformation of political relations

in terms of postmodernity] // estnik Sibirskogo gosudarstvennogo industrial'nogo universiteta- Herald of the Siberian State Industrial University. 2014, No. 1, p. 69.

12. Chernikova V. E. Konflikt tradicionnyh moral'nyh cennostej i cennostej informacionnogo obshchestva [Conflict between traditional moral values and values of the information society] // Vestnik Adygejskogo gos. un-ta. Ser. 1: Regionovedenie, filosofiya, istoriya, sociologiya, yurisprudenciya, politologiya, kul'turologiya - Herald of Adygheyan State University. Ser. 1: Area studies, Philosophy, history, sociology, law, political science, cultural studies. 2014, No. 3, p. 49.

13. Sommer, Dario Salas Moral' XXI veka: per. s isp. [Moral of the XXI century: translated from Spanish]. M. 2013. P.27.

14. Ruzhentsev S. E. EHticheskoe izmerenie sovremennoj politiki [Ethical dimension of modern politics] // Intellektual'nyj potencial XXI veka: stupeni poznaniya - Intellectual potential of the XXI century: stages of knowledge. 2015, No. 30, pp. 104-110.

УДК 316.3

А. В. Тиховодова

Типология акторов глобального гражданского общества

В статье рассматривается один из дискуссионных вопросов концепции глобального гражданского общества, касающийся типологии негосударственных участников международных отношений. Акцентируется внимание на неоднозначности термина «негосударственные акторы мировой политики». Обобщен опыт теоретического исследования данной проблемы, выделены существующие варианты их типологии на основании различных критериев. Обозначены институты глобального гражданского общества в зависимости от парадигмы его понимания. Обосновывается преимущественное значение международных неправительственных организаций как акторов глобального гражданского общества, представлены их разновидности. Подчеркивается воздействие акторов глобального гражданского общества на процесс глобализации в зависимости от отношения к ее противоречивым процессам, и выделены стратегии их поведения. Указаны формы глобального протеста институтов гражданского общества против глобализации на международном уровне.

The article discusses one of the controversial issues of the concept of global civil society relating to the typology of non-state participants of international relations. Focuses on the ambiguity of the term «nonstate actors in world politics». The experience of theoretical research of this problem, highlighted existing typologies based on various criteria. The designated institutions of global civil society, depending on the paradigm of his understanding. Justified priority international non-governmental organizations as actors of global civil society, presented their varieties. Emphasizes the influence of actors in global civil society to the globalization process depending on the relation to its contradictory processes and highlighted strategies for their behavior. Specified forms of global protest of civil society against globalization at the international level.

Ключевые слова: глобальное гражданское общество, акторы глобального гражданского общества, критерии, международные неправительственные организации, общественные движения, мозговые центры, глобализация.

© Тиховодова А. В., 2016 14