Освобождение Федора

       Ровно неделю назад iOne покинул свой кибердом и опять стал Федором Павловым-Андреевичем. О том, чего он ожидал и что на самом деле получилось, в своем последнем интервью iOne рассказал корреспонденту "Власти" Алексею Ходорычу.

       — Итак, срок твоего заключения истек. Совпали ли твои ожидания с тем, во что вылился эксперимент на самом деле?
       — Совершенно не совпали. Я ожидал каких-то неожиданностей, но неожиданностей было немного. Неприятной неожиданностью стало то, как быстро летело время — Интернет действительно пожирает время с огромной скоростью. Зато появилось много вопросов. Что вполне естественно — за три недели даже при очень активном погружении в Интернет можно освоить лишь доли процента того, что он может дать.
       — Однако ты за эти три недели не только писал отчеты, редактировал "Молоток", принимал гостей, болтал в чате, но все-таки успел обучиться брейк-дансу, джазовому пению и испанскому. Como esta? (Как дела? — исп.)
       — Muy bien! (Очень хорошо.— исп.). Это только кажется, что Интернет экономит время. На самом деле — и я убедился в этом на собственном опыте — когда сидишь в Интернете, отвлекаешься на разные мелочи, в итоге все остальное делаешь медленнее, чем если бы у тебя не было Интернета. Конечно, можно быстро найти необходимую информацию, отправить между делом письмо другу и так далее, но это иллюзорная экономия. Времени на все, что ты должен сделать, все равно тратишь больше. Я думаю, что Александр Македонский, живи он в нашу эпоху, делал бы свои легендарные несколько дел одновременно по старинке. Без Интернета.
       — Что бы ты посоветовал тем, кто хочет использовать Интернет эффективнее, не тратя время попусту?
       — Если речь идет просто о серфинге (поиске необходимой информации), то опасны разные всплывающие баннеры на развлекательных и музыкальных сайтах. На баннеры нужно вообще нажимать осторожно, помня, что под ними редко скрывается что-нибудь полезное. Не надо ожидать от Интернета волшебства и какого-то чуда — это наверняка приведет к раздражению и обозлению. Нужно четко понимать, что это лишь инструмент, которым нужно уметь пользоваться. Я теперь, наверное, умею. То есть лично для меня эти три недели не прошли даром. Интернетом нужно переболеть каждому. Хорошо, что у меня это получилось в каком-то форсированном режиме.
       — А как тебе российские интернет-магазины?
       — Я много чего про них неприятного написал, но все-таки покупать можно. Есть проблемы роста, но все будет нормально. Единственное — если речь идет об интернет-покупках, то не стоит тратить время на покупку одежды и обуви — бесполезное это занятие.
       — А что ты можешь сказать по поводу болтовни в чате, ведь у тебя на это уходило много времени?
       — Меня многие упрекали, что в чате на сайте iOne.ru я вел себя не очень активно. Попробовали бы они сами в каком-нибудь чате поговорить под собственным именем и фамилией! Это действительно проблема: у всех псевдонимы, а кто я на самом деле, все знают. В этой ситуации психологически непросто раскрепоститься. Поэтому я чаще общался при помощи "аськи" (двустороннего интернет-пейджера). Вы знаете, это действительно очень интересно! И дело не в том, что в Интернете пожилой мужчина может выйти в чат, моделируя поведение пышногрудой блондинки. Я хорошо понимаю, что в реальной жизни я вряд ли с таким же удовольствием болтал бы со своими новыми виртуальными знакомыми. А вот Интернет действительно раскрепощает, человек проявляет себя с той стороны, с которой в обычной жизни никогда бы не проявил.
       — Потраченного времени не жалко?
       — Время улетело со страшной скоростью. В какой-то степени Интернет — это своего рода наркотик. Кстати, если подумать, то за все это время я действительно познакомился всего лишь с одним человеком, с которым, уверен, буду общаться дальше и в реальной жизни. И то не познакомился, а возобновил отношения — с моей бывшей одноклассницей Женей Кедровой, которая училась со мной в десятом классе. Она как-то появилась в чате, потом помогла мне через Интернет установить проигрыватель mp3-файлов, ну и завертелось. Кстати, отчасти именно Интернет посодействовал, как мне кажется, налаживанию мостов между мной и Юрием Грымовым. Вообще, с ним у меня раньше контакты никогда не складывались. Он всегда говорит, как терпеть меня не может и так далее. Пришел ко мне на беседу, стал достаточно жестко со мной разговаривать: типа зачем вы вообще этот проект сделали и так далее. Но потом нам обоим удалось переломить это настроение, и разговор перешел в очень продуктивное русло (см. прошлый номер "Власти").
       — Что тебя больше всего раздражало?
       — Не раздражало, а просто мешало растроение личности. С гостями, в чате, с журналистами. Иногда я забывал, в каком качестве я с ними общаюсь — как просто Федя, как редактор "Молотка" или как iOne. Кроме того, немного поднадоели бесконечные просьбы махать в камеру ручкой. Я вообще к камере достаточно спокойно отношусь, но когда об этом просят сотни раз в день, поневоле появится раздражение. На каком-то этапе я вообще перестал о камере думать, однажды даже вышел из душа нагишом, сел за компьютер и только потом подумал, что хорошо бы одеться.
       — Как, кстати, прошла семейная вечеринка?
       — Отлично. Жаль, что некоторые люди, например моя мама, принципиально отказались прийти из-за того, что все транслируется в Интернет. Но те, кто пришел, освоились очень быстро. Некоторые с камерами даже заигрывали. В общем, повеселились на славу.
       — Не чувствуешь интернет-зависимости?
       — Очень остро ее ощущаю. Сегодня вместо того, чтобы, как я и планировал, выспаться, наконец, как следует, до девяти утра просидел за компьютером — общался, что-то искал и так далее. В то же время я абсолютно уверен, что смогу с этим справиться. По крайней мере, это намного проще, чем бросить курить,— а я бросил. И если честно, опасность Интернета как своего рода наркотика мне кажется сильно преувеличенной. Там нет ничего такого, чего нет в реальной жизни. Наоборот, то, что в реальной жизни представляет какую-то опасность, в Интернете кажется несколько смехотворным. Например, сайты разных сект — если я в реальной жизни не попадаю под их влияние, то через Интернет не попаду тем более.
       — Как ты оцениваешь итоги эксперимента в целом?
       — Чаще всего наш эксперимент критикуют за то, что я не был одинок в полном смысле этого слова — ко мне приходили гости. На определенном этапе ко мне стало приходить очень много писем от разгневанных наблюдателей, которые почувствовали себя обманутыми. Но потом пошли письма сочувствующего и поддерживающего характера, письма очень доброжелательные. Лично я считаю, что ничего плохого в том, что ко мне приходили гости, нет. Подумайте сами, долго ли продержался бы интерес к сайту, где я сидел бы в одиночестве? Дня два-три. А вот когда ежедневно приходят гости, то интерес не угасает. Эксперименты с одиночками в прошлом. Мой эксперимент показал: человек не только может выжить в Рунете, но и даже неумелый пользователь может быстро освоиться в Интернете. Недоброжелателей у меня после эксперимента наверняка появилось немало, тем не менее я считаю, что эксперимент прошел с большим успехом. Мне даже кажется лучше, чем задумывалось. Организаторы и спонсоры, как я понял, считают так же.
       — Какой твой главный вывод?
       — Не нужно делать из Интернета культа, не нужно позволять себе чересчур сильно в него втягиваться, делать из него значительную часть своей жизни — иначе времени на жизнь полноценную просто не останется. Нужно им просто пользоваться, но не позволять, чтобы он пользовался тобою.
       

Что дальше
       20 ноября у iOne не было ничего, кроме подключенного к Интернету компьютера и абсолютно пустой квартиры, из которой он не имел права выходить в течение трех недель. К 11 декабря у него появились холодильник, плита, пылесос, телевизор, фотоаппарат и масса других полезных предметов. За три недели он посетил более 750 сайтов, купил более 300 товаров и получил более 1200 писем. Но не это главное.
       Задумывая проект iOne, мы хотели понять, как новые технологии влияют на повседневную жизнь человека. Как при этом меняемся мы сами? Что приобретаем и чем жертвуем? Готовы ли мы к этому — не только технологически и экономически, но и психологически?
       Уже сегодня с помощью Рунета можно купить практически все необходимое, найти разнообразную информацию, учебные материалы и игры. В то же время люди, приходящие в Интернет впервые, часто чувствуют себя обманутыми: они ждали большего. Это, видимо, связано с тем, что потребитель автоматически переносит свое представление о технологиях будущего на бизнес, который пытается их внедрить. Но действительность оказывается прозаичнее — замена заказанного товара другим, опоздания с доставкой и т. п.
       Будучи открытой системой и элементом открытого общества, Рунет напоминает общество кастовое. В роли брахманов выступают те, кто стоял у его истоков, кто диктует стиль общения и подачи информации. В роли неприкасаемых оказываются новички — люди, далекие от компьютерных технологий. Им незнакомы законы сетевой навигации и правила построения поисковых запросов. Им непонятен интернет-сленг. Поэтому им крайне сложно найти что-либо в огромном массиве информации.
       Иначе говоря, даже если бы все объективные препятствия развитию Интернета (от низкого уровня доходов населения до слабой коммуникационной инфраструктуры) были бы преодолены, Интернет не стал бы органичной средой для массового пользователя. Чтобы это произошло, Интернет (прежде всего за счет создания более понятных, простых и удобных систем взаимодействия с пользователем) и пользователи (прежде всего за счет интернет-образования и самообразования) должны сделать несколько шагов навстречу друг другу.
       И потому издательский дом "Коммерсантъ" и компания Andersen Consulting продолжают проект iOne, приглашая все заинтересованные стороны к открытому диалогу, к совместному поиску ответов на поставленные вопросы.