Военная антропология: объект, предмет, направления, методология

В.И. Бажуков

ВОЕННАЯ АНТРОПОЛОГИЯ:

ОБЪЕКТ, ПРЕДМЕТ, НАПРАВЛЕНИЯ, МЕТОДОЛОГИЯ

Антропологизация научного знания, характерная для последних 15-20 лет, не обошла стороной и военную сферу. Ученые самых различных отраслей все чаще обращают внимание на человеческие аспекты войны и военного дела. В ряде случаев используется понятие «военная антропология». Хочется поддержать идею о важности и необходимости данной области знания и принять участие в начавшейся дискуссии. Цель данной статьи: напомнить читателям о традициях развития антропологического знания и показать их возможности в решении ряда методологических проблем военной антропологии.

В современной антропологии выделяются такие направления, как физическая, философская, социальная, культурная и др. Все они изучают человека, отличаясь друг от друга предметными областями и методами анализа.

Физическая антропология - это биологическая наука, изучающая происхождение и эволюцию человека, образование человеческих рас и физическое строение тела человека. Предметом данной дисциплины является физическая организация человека, ее изменчивость во времени и пространстве. Исследования ведутся с помощью объективных методов: антропометрии и биометрии, методов молекулярной биологии, генетики и медицины1. Физическая антропология по многим своим признакам относится к естественным наукам, сохраняя при этом связи с социальным знанием. Изучая телесную организацию человека и ее изменение, она не может обойтись без учета социокультурных факторов.

Физическая антропология имеет огромное значение для военной сферы. Антропологи с давних пор участвуют в разработке физических стандартов для новобранцев, позволяющих определять их состояние по показателям роста и веса. Без антропологов было бы невозможно рассчитать, какое количество тттине-лей и другого обмундирования определенных размеров потребуется для армии и флота, чтобы обеспечить военнослужащих как в мирное, так и в военное время. Методики, разработанные антропологами, используются в подборе личного состава для службы в авиации и бронетанковых войсках, где первостепенную важность имеет пространство. Помощь антропологов необходима в инженерном

1 См.: Бутовская М.Л. Физическая антропология: предмет, задачи и структура курса // Социальная антропология в вузе: Сб. уч.-метод. материалов. М.: Изд-во МГСУ «Союз», 1997. С. 69.

проектировании военных машин, в создании механизмов ножного и ручного управления, мест для сидения, оптических приборов и т.п. Отмеченные обстоятельства говорят о том, что военная антропология не может строиться без тесного союза с физической антропологией.

Философская антропология изучает человека как особый род сущего, осмысливает проблемы человеческой природы и человеческого бытия. Вопросы, которые ставятся в философской антропологии, носят предельно общий характер: происхождение и сущность человека, особенности человеческого бытия, предназначение человека, смысл жизни, смерть и бессмертие, свобода воли и др. Философское размышление о человеке призвано решать предельные, метафизические вопросы, которые далеко не всегда подсказываются естественнонаучными данными. Наиболее значительные интуиции о человеке складываются в философии не только на фундаменте конкретных наук, а зачастую вопреки им. «Философская идея, - подчеркивает российский философ П.С. Гуревич, - это вдохновение мысли, дерзновение духа. Она опирается на потенциал интеллекта и на богатейшую философскую традицию»1.

Основным методом философского познания человека является теоретический, умозрительный, спекулятивный метод, опирающийся на совокупный опыт человечества, на достижения всех наук и культуры в целом. Философская антропология имеет большое значение для развития антропологического знания. Определенная философская концепция человека и культуры лежит в основе любой культурологической, психологической, социологической или антропологической теории. Военная антропология не может быть исключением: она также должна строиться на основе определенной философской методологии.

Социальная и культурная антропология - это очень близкие отрасли знания, изучающие культуру и структуру первобытных, традиционных и современных обществ. Социальная антропология, получившая развитие в Великобритании, делает упор на исследования социальной структуры, а культурная, развивающаяся преимущественно в США, - на исследования культуры. В современной научной традиции социальная и культурная антропологии сблизились настолько, что их можно рассматривать как единую научную дисциплину. Многие авторы предпочитают использовать понятие «социокультурная антропология», чтобы избежать недостатков социального или культурного детерминизма. Рос-

1 Гуревич П.С. Человек: Учеб. пос. М.: Дрофа, 1995. С. 28.

сийские исследователи А. А. Белик и Ю.М. Резник предлагают объединить уже существующие ветви антропологии, выступающей под разными названиями (социальной и культурной антропологии, этнологии и этнографии), в единый социально-научный комплекс знаний о культуре - социокультурную антропологию1. Подобная точка зрения завоевывает все большее число сторонников в российской науке.

Социальная и культурная антропология имеет, на наш взгляд, решающее теоретико-методологическое значение для военной антропологии, которую можно рассматривать как одно из ее направлений наряду с экономической, политической, юридической и др. Используя методологию социальной и культурной антропологии, мы можем определиться с объектом и предметом военной антропологии. В российской научной литературе имеются попытки обоснования близкой к военной антропологии области знания - военно-исторической антропологии. Российский историк Е.С. Сенявская, активно выступающая за создание и развитие военно-исторической антропологии, считает, что ее объектом «должны явиться человек и общество в экстремальных условиях вооруженных конфликтов, а также те аспекты жизни «гражданского», мирного общества, которые характеризуют его подготовку к подобного рода экстремальным историческим ситуациям и отражают их последствия»2. Центральным объектом изучения признается армия как в военное, так и в мирное время.

Данную позицию можно поддержать, так как она имеет много сильных сторон, главной из которых является та, что объект военно-исторической антропологии не сводится только к армии, а включает человека и все общество в экстремальных условиях вооруженных конфликтов. Слабым местом в позиции Е.С. Сенявской является отсутствие «культуры» в составе объекта новой научной дисциплины. Такой подход противоречит традиции социальной и культурной антропологии, которая в значительной мере занимается изучением культуры. Объект военной антропологии может быть определен следующим образом: человек, культура и общество как в условиях войны и военного конфликта, так и в процессе их подготовки и преодоления последствий. Важнейшими объектами военной антропологии являются армия и флот, виды вооруженных сил и рода

1 Белик А.А., Резник Ю.М. Социокультурная антропология (историко-теоретическое введение): Уч. пос. М.: Изд-во МГСУ «Союз», 1998. С. 4.

2 Сенявская Е.С. Военно-историческая антропология как новая отрасль исторической науки // Военно-историческая антропология. М.: РОССПЭН, 2002. С. 12 - 13.

войск, отдельные гарнизоны, социальные группы военнослужащих, личность воина.

Каков предмет военной антропологии? Е.С. Сенявская, анализируя предметные границы военно-исторической антропологии, подчеркивает интегрирующий характер данной научной дисциплины, ее взаимодействие с исторической наукой, с целым рядом военных дисциплин - военной психологией, военной социологией, военной культурологией, военной педагогикой; с некоторыми конкретными историческим дисциплинами - исторической демографией, исторической психологией, этнологией и рядом других наук. В комплексе ключевых задач военно-исторической антропологии рассматриваются следующие: анализ ценностей, представлений, верований, традиций и обычаев всех социальных категорий в контексте назревания войны, ее хода, завершения и последствий; изучение взаимовлияния идеологии и психологии вооруженных конфликтов, диалектики соотношения образа войны в массовом сознании и в сознании ее непосредственных участников; анализ проявлений религиозности и атеизма в боевой обстановке; реконструкция совокупности факторов, влияющих на формирование и эволюцию психологии комбатантов; изучение психологических явлений и феноменов на войне: психологии боя и солдатского фатализма, особенностей самоощущения человека в боевой обстановке, героического порыва и паники, психологии фронтового быта; выявление особенностей психологии рядового и командного состава армии, а также военнослужащих отдельных родов войск и военных профессий в зависимости от форм их участия в боевых действиях и др.1

Анализируя подход Е.С. Сенявской, необходимо признать, что он характеризуется повышенным вниманием к психологическим аспектам военной деятельности: психологии боя, психологии участников боевых действий, психологии различных категорий военнослужащих и т.п. Значительно слабее учитываются культурологический и социологический аспекты; обходятся стороной направления, связанные с изучением взаимодействия военного дела и природы, а также различных военных культур между собой. На наш взгляд, для определения предмета военной антропологии весьма продуктивной является идея Ю.М. Резника о том, что термин «социокультурная антропология» является собирательным понятием, объединяющим или интегрирующим логические связи типа «культура и природа», «культура и общество», «культура и личность»,

1 Сенявская Е.С. Указ. соч. С. 12 - 13

«культура и культура»1. Предметные области военной антропологии целесообразно определять, исходя из выделенных логических связей. Важнейшими среди них могут быть: взаимодействие военной культуры и природной среды, военной культуры и общества, военной культуры и личности, взаимодействие военных культур между собой, а также история этих взаимодействий.

Центральное место в объектно-предметной области военной антропологии должна занимать военная культура как часть общей культуры, связанная с созданием, подготовкой и применением средств вооруженного насилия в интересах достижения политических и других целей обществ и государств. Военная культура рассматривается нами как сложная система, к анализу которой могут быть применены различные подходы. С точки зрения деятельностного подхода военная культура представляет собой систему, включающую объект и субъект, цели и средства, результаты и нормативную регуляцию военной деятельности. Семиотическое понимание дает возможность рассматривать ее как совокупность различного рода знаков и знаковых систем, в которых зашифрованы различные стороны военной сферы общества и которые можно читать как текст. Социологический подход дает возможность представить ее как подсистему человеческого общества, регулирующую социальное взаимодействие в военной сфере. Психологическое понимание характеризуется рассмотрением военной культуры как социально стандартизированного поведения людей, проявляющегося в форме военных обычаев и традиций, воинских ритуалов и обрядов. С точки зрения антропологического подхода военная культура предстает как сторона общей культуры, непосредственно связанная с человеком, определяющая его представления

0 войне, армии и военной службе и влияющая на его поведение в мирное и военное время. Военная антропология призвана изучать те аспекты военной культуры, которые непосредственно связаны с человеком и способствуют его познанию.

Исходя из понимания предметных областей военной антропологии, можно выделить основные направления в данной области знаний. Первое направление, естественно-историческое2, призвано изучать воздействие природных условий на войну, армию и военное дело в целом, а также природы самого человека на военную культуру, влияние инстинктов людей на их поведение в боевой обстанов-

1 См.: Белик А.А., Резник Ю.М. Указ. соч. С. 12.

2 В названии направлений военной антропологии используются термины, предложенные

А.А. Беликом и Ю.М. Резником. (См.: Белик А.А., Резник Ю.М. Указ. соч. С. 13 - 16).

ке, проявление агрессивности человека и др. Задачей второго - социологического - направления является изучение культурных аспектов военной организации, военной культуры различных социальных групп, культуры воинского быта в мирное и военное время. Третье - психологическое - направление занимается исследованием вопросов военной социализации и инкультурации молодого поколения, его подготовки к службе в Вооруженных Силах и защите Отечества, проблем национального характера и их влияния на качества воинов, специфики мышления человека в боевой обстановке, обычаев войны и др. Задачей четвертого - символического - направления является изучение семиотических аспектов военной культуры, а также взаимодействия различных военных систем в мирное и военное время. Пятое - военно-историческое - направление изучает человеческое измерение войны и военного дела в различные исторические эпохи, начиная с доклассового и кончая современным постиндустриальным обществом.

Каковы методологические основы военной антропологии? Российский этнолог В.А. Шнирельман1, анализируя современные научные представления о войне и мире, выделяет следующие подходы: психологические, этологические, культурологические, неоэволюционистские и функционалистские.

Е.С. Сенявская, рассматривая методологические основы военно-исторической антропологии, предлагает в качестве таковых синтез идей и методологических принципов трех основных научных направлений: исторической школы «Анналов», философской герменевтики и экзистенциализма2.

Идеи В. А. Шнирельмана и Е.С. Сенявской заслуживают самого серьезного внимания и должны быть учтены при разработке методологических основ военной антропологии. В то же время они требуют уточнения и развития. Методологические основы военно-антропологического знания целесообразно рассматривать как систему, включающую несколько уровней: 1) уровень философской методологии, связанный с применением идей философских учений; 2) уровень методологии, разработанной в рамках социальной и культурной антропологии; 3) специфический уровень конкретных методологических установок и методов, применяемых в антропологических исследованиях.

1 См.: Шнирельман В.А. У истоков войны и мира // Першиц А.И., Семенов Ю.И., Шнирельман

В.А. Война и мир в ранней истории человечества: В 2 т. Т.І. Введение. Война как предмет исследования. М., 1994. С. 11 - 33.

2 См.: Сенявская Е.С. Указ. соч. С. 15 - 16.

В числе философских учений, оказавших наибольшее влияние на развитие социальной и культурной антропологии, следует выделить позитивизм, теоретико-методологическую концепцию В. Дильтея, неокантианство, феноменологию Э. Гуссерля и А. Шюца, психоанализ З. Фрейда и др. Родоначальник позитивизма французский философ О. Конт (1798-1857) разработал новые методологические принципы, ставшие одной из основ последующего развития социальногуманитарных наук. В числе важнейших требований к познанию общества, сформулированных Контом, следует назвать: отказ от умозрительных суждений, от поиска начальных и конечных причин, характерного для теологического и метафизического метода; изучение того, что есть; опора на наблюдение и факты; стремление к выявлению законов. Основной признак положительной стадии развития человеческих умозрений Конт видел в законе постоянного подчинения воображения наблюдению, а основной переворот, совершенный позитивным мышлением, - «в повсеместной замене недоступного определения причин в собственном смысле слова - простым исследованием законов, т.е. постоянных отношений, существующих между наблюдаемыми явлениями»1.

Позитивистские установки, сформулированные Контом и развитые его последователями, легли в основу не только социологии, но и социальной и культурной антропологии. Об этом свидетельствует история развития антропологического знания. Британский антрополог Э. Эванс-Причард, рассматривая предшественников социальной антропологии, отмечает особое значение для ее становления философии позитивизма, которую он связывает прежде всего с именем Конта. «Социальным антропологам, - пишет Э. Эванс-Причард, - стоит поразмышлять над тем, какое глубокое воздействие (как прямое, так и косвенное) труды Конта оказали на наш собственный предмет. Обычно - и по сути, конечно, верно - воздается должное исследованиям Дюркгейма; но если быть до конца честными и внимательными, то надо признать, что в сочинениях последнего мы найдем немного методологически и теоретически важных элементов, которых мы бы прежде не нашли у Конта... Даже в теоретических построениях Рэдк-лифф-Брауна нет ничего, что не было бы на век раньше настолько же ясно и логично изложено Контом»2.

1 Конт О. Дух позитивной философии (Слово о положительном мышлении). С предисловием М.Ковалевского. СПб.: Изд-во «Вестник знания» (В.В.Битнера), 1910. С. 16 - 17.

2 Эванс-Причард Э. История антропологической мысли: Пер. с англ. М.: Вост. лит-ра, 2003. С. 74 - 75.

Позитивистский подход к познанию явлений войны и военного дела довольно широко использовался и используется до сих пор российскими военными исследователями. Военный социолог А.М. Беляев, изучающий проблему становления метода в российской военной социологии на рубеже XIX и ХХ веков, отмечает, что в группе ученых - сторонников социологического направления в строительстве военной науки приоритет отдается принципам, разработанным в позитивистской и неопозитивистской социологии1. Представители данного направления признают такие принципы, как объективность метода, подчинение воображения наблюдению, квантификация и сциентизм. В современной российской военной социологии также отмечается довольно активное использование позитивистской методологии. Об этом свидетельствует то, что военная социология нацелена на открытие законов и закономерностей военно-социальной действительности, активно использует количественные методы анализа, большое значение придает принципам объективности и научности2.

Похожая ситуация наблюдается и в военной психологии. Исследователи выделяют две основные парадигмы: естественно-научную и гуманитарную. Сторонники естественно-научной парадигмы настаивают на необходимости превращения психологии в точную науку, на широком использовании в ней количественных методов. Представители гуманитарной парадигмы указывают на невозможность установить количественные границы такого феномена, как «внутренний мир человека». Военный психолог В.Н. Помогайбин отмечает, что в советский период отношение к математическим методам в военной психологии было неоднозначным, так как они часто связывались с буржуазной психологией. Однако в настоящее время отношение к математическим методам существенно изменилось. «В последние 5 лет, - подчеркивает исследователь, - математические методы в различных формах были использованы в 87,5% военнопсихологических исследований»3. Отмечается большое внимание военных психологов к методу наблюдения как преднамеренному, систематическому и целенаправленному восприятию внешнего поведения человека в целях его последующего анализа и объяснения. Метод наблюдения применяется в подавляющем

1 См.: Беляев А.М. Генезис метода военной социологии на рубеже XIX - XX веков: Монография. М.: Воен. ун-т, 2002. С. 136.

2 См.: Ведерников В.Н. Военная социология: Вопросы теории, методологии, истории и практики. М. ГА ВС, 1994. С. 37 - 38, 65, 70.

3 Помогайбин В.Н. Военно-психологические исследования: методологические основы: Монография. М.: Совр. гуманитарн. ун-т, 2001. С. 345.

числе военно-психологических исследований. Он использовался в более чем 90% диссертаций по проблемам военной психологии1.

Другим философским учением, методологические положения которого широко используются в социальной и культурной антропологии и которые могут служить одной из методологических основ военной антропологии, является концепция наук о духе немецкого историка культуры и философа В. Дильтея (18331911). Центральное место в учении Дильтея занимает обоснование особенностей наук о духе, которые им сравниваются с естественными науками о природе. К наукам о духе он относит науки о человеческих индивидах; об исторически-общественной действительности как целом; о внешней организации общества; о системах культуры; об отдельных народах.

В науках о духе Дильтей отмечает три класса составляющих: историческую, теоретическую и практическую. Историческая компонента познания заключается в том, что она дает слово действительности, как она представлена в восприятии. Теоретическая компонента включает в себя закономерности различных частей действительности, выделяемых путем абстрагирования. В практической выражаются оценочные суждения и предписывающие правила. «Со своих первых шагов, - пишет Дильтей, - науки о духе не только изучают существующее, но и несут в себе сознательную систему оценочных суждений и императивов, куда входят ценности, идеалы, нормы, ориентации, образы будущего»2. Дильтей подчеркивает взаимосвязь между историческим, абстрактнотеоретическим и практическим направлениями мысли в науках о духе как общую основную черту. Поэтому он выступает против абсолютизации одной из сторон познания, против преувеличения роли исторического, теоретического или практического компонентов.

Важное место в концепции Дильтея занимает критика объяснительной психологии и обоснование описательной психологии. Объяснительная психология подвергается критике прежде всего за перенос метода естественно-научного образования гипотез в область душевной жизни. В противоположность ей Дильтей предлагает описательную психологию, особенностями которой являются: исключение естественно-научного метода образования гипотез; применение методов переживания, описания и анализа связей душевной жизни; близость к творе-

1 См.: Помогайбин В.Н. Указ. соч. С. 330, 337.

2 Дильтей В. Собр. соч.: В 6 т. Т.1. Введение в науки о духе: Пер. с нем. М.: Дом интеллектуальной книги, 2000. С. 303.

ниям великих писателей и поэтов, для которых характерно интуитивное понимание всей связи душевной жизни, переживание этой связи, способность уловить то, чего нет в учениях о душе. При этом Дильтей не отвергает объяснительную психологию вообще, но считает, что ее метод должен применяться во вторую очередь1.

Говоря о значении учения Дильтея, необходимо отметить, что его идеи получили подтверждение в практике исследовательской деятельности. Они способствовали становлению и развитию психологического направления в культурной антропологии, разработке и применению качественных методов. Творчество Дильтея высоко ценил немецкий философ Э. Гуссерль, называвший его одним «из величайших исследователей духа»2. По мнению российского этнолога

A.А. Белика, «общеметодологические установки Дильтея имеют фундаментальное значение для культурной антропологии» . Идеи Дильтея легли в основу положения о «вживаемости» в «иное» этнокультурное окружение, способствовали разработке этного и эмного подходов. С методологическими принципами немецкого философа тесно связан метод включенного наблюдения, предполагающий вживание, сопереживание, понимание ценностей другой культуры. Методологические положения, разработанные Дильтеем, могут быть весьма полезными в исследовании военной сферы, в том числе в военной антропологии. Однако в настоящее время они используются пока слабо. Рассматривая методы описательной психологии (интроспекция, самоотчет, включенное наблюдение, эмпатическое слушание, идентификация, беседа как диалог, биографический метод и другие), имеющие непосредственные связи с установками Дильтея, В.Н. Помогайбин отмечает, что в практике военно-психологических исследований они применяются

4

эпизодически .

Важную роль среди методологических основ антропологического знания играют неокантианство, представленное немецкими философами

B. Виндельбандом (1848-1915) и Г. Риккертом (1863-1936), а также феноменология, разработанная немецким философом Э. Гуссерлем (1859-1938) и австрийским мыслителем А. Шюцем (1899-1959). Идеи, обоснованные представителями

1 Дильтей В. Описательная психология. 2-е изд. СПб.: Изд-во «Алетейя», 1996. С. 89.

2 Гуссерль Э. Кризис европейского человечества и философии // Культурология. XX век. Антология. М.: Юристъ, 1995. С. 324.

3 См.: Белик А.А. Историко-теоретические проблемы психологической антропологии. М.: РГГУ, 2005. С. 145.

4 См.: Помогайбин В.Н. Указ. соч. С. 345.

неокантианства, способствовали более четкому разграничению наук о природе и наук о культуре, глубокой разработке понятий «культура» и «ценность», различению генерализирующего (номотетического) метода естественных наук, направленного на отыскание законов и образование общих понятий, и индивидуализирующего (идеографического) метода наук о культуре, направленного на изображение единичного и особенного1.

Методологию неокантианства наряду с позитивизмом широко использовали российские военные исследователи в конце XIX - начале XX в. А.М. Беляев отмечает, что «в группе ученых - сторонников философского направления в строительстве военной науки содержание ее познавательных принципов вырабатывается преимущественно на основе подходов, сложившихся в неокантианской философии» . Одной из причин обращения к неокантианским принципам научно-познавательной деятельности было стремление российских военных ученых к получению цельного знания, или полноты истины. В качестве цели научного познания признавалось понимание смысла, проявление значения социальных явлений военной действительности. Обращалось внимание на необходимость установления связей военной науки с гуманитарными, психологическими и социальными науками.

Значение феноменологии для развития антропологического знания заключается в том, что его представители обратили внимание на важность изучения жизненного мира как опыта обыденного сознания, разработали теоретические основы изучения мира повседневности. Жизненный мир, по мнению представителей феноменологии, является источником всех научных и логических понятий. Если естествоиспытатели абстрагируются от жизненного мира людей с их личной жизнью, от всех объектов культуры, которые возникают в практической человеческой деятельности, то общественные науки эту социальную реальность как раз и должны изучать. В феноменологии обосновывается мысль о том, что «идеальные объекты, сконструированные обществоведом для познания этой социальной реальности, должны извлекаться из идеальных объектов, сконструиро-

1 См.: Риккерт Г. Науки о природе и науки о духе: Пер. с нем. М.: Республика, 1998. С. 54 - 55, 63, 81,91, 100.

2 Беляев А.М. Указ. соч. С. 148.

ванных обыденным сознанием людей, живущих своей повседневной жизнью в своем социальном мире»1.

Второй уровень методологических основ военной антропологии связан с развитием и применением принципов теоретических концепций, разработанных в рамках социальной и культурной антропологии: эволюционизма, диффузио-низма, функционализма, структурализма, семиотической концепции культуры, интерпретативной антропологии и др. Некоторые из этих концепций подвергнуты критике, однако их познавательный потенциал не исчерпан, в том числе в исследовании явлений военной культуры. Методологическое значение для проведения военно-антропологических исследований имеют концепция М. Мосса о техниках тела, учение А. ван Геннепа об обрядах перехода, структурная антропология К. Леви-Строса, семиотическая концепция культуры Л. Уайта и др.

Третий уровень методологических основ военной антропологии образуют конкретные методологические установки и методы, применяемые в ходе исследований. Речь идет об особенностях антропологического исследования, его принципах и конкретных методах, при помощи которых добываются эмпирические данные. Специфика антропологического подхода проявляется в изучении человека через его культуру, прежде всего культуру повседневности; в целостном анализе культуры, включающем все ее стороны и проявления; в изучении явлений культуры на микроуровне, уровне межличностных контактов; в стремлении понять изучаемое явление изнутри, с точки зрения наблюдаемого; в широком использовании методов включенного наблюдения и глубинного интервью. Социальная и культурная антропология отличается от других наук тем, что она изучает человека не непосредственно, а через его культуру; обращает особое внимание не на макроуровень, а на микроуровень; рассматривает не высокую культуру, а культуру повседневности; стремится к исследованию не отдельных сторон культуры, а к целостному ее анализу. Все отмеченные особенности в полной мере относятся и к военной антропологии.

В завершение статьи еще раз подчеркнем, что при формировании военной антропологии целесообразно учитывать традиции и опыт развития социальной и культурной антропологии, которые могут помочь в определении объектно-

1 Шюц А. Формирование понятия и теории в общественных науках //Американская социологическая мысль: Тексты /Под ред. В.И.Добренькова. М.: Международный ун-т бизнеса и управления, 1996. С. 535 - 536.

предметной области, методологических и методических основ новой научной дисциплины.

В качестве объекта военной антропологии предлагается рассматривать человека, культуру и общество как в условиях войны и военного конфликта, так и в процессе их подготовки и преодоления последствий. К числу основных предметных областей военной антропологии следует отнести взаимодействие военной культуры и природной среды, военной культуры и общества, военной культуры и личности, взаимодействие военных культур между собой, а также историю этих взаимодействий.

Важное место в объекте и предмете военной антропологии занимает военная культура как часть общей культуры, связанная с созданием, подготовкой и применением средств вооруженного насилия в интересах достижения политических и других целей обществ и государств. Военная антропология изучает ту часть военной культуры, которая непосредственно связана с человеком и способствует его познанию. В структуре военной антропологии могут быть выделены естественно-историческое, социологическое, психологическое, символическое и историческое направления. Такой подход к структуре военной антропологии позволяет рассматривать ее как междисциплинарную область знаний, развивающуюся в тесном взаимодействии с другими науками, изучающими человека и культуру: физической и философской антропологией, социологией и социальной психологией, культурологией и этнологией.

Методологические основы военно-антропологического знания целесообразно рассматривать как систему, включающую несколько уровней: философский, связанный с применением идей философских учений; уровень методологии, разработанной в рамках теоретических концепций социальной и культурной антропологии и специфический уровень, включающий конкретные методологические установки и методы, применяемые в ходе антропологических исследований.