Речевое поведение немцев-билингвов Кировской области под влиянием социально-демографических факторов

3. Розенталь, Д. Э. Справочник по русскому языку [Текст] : словарь лингвистических терминов / Д. Э. Розенталь, М. А. Теленкова. М„ 2003. С. 580-581.

4. Реформатский, А. А. Термин как член лексической системы языка [Текст] / А. А. Реформатский // История отечественного терминоведения. Т. 1. Классики терминоведения: очерк и хрестоматия / сост.

B. А. Татаринов. М.,1994. С. 335.

5. Герд, А. С. Прикладная лингвистика [Текст] / А. С. Герд. СПб., 2005. С. 53.

6. Аейчик, В. М. Терминоведение: Предмет, методы, структура [Текст] / В. М. Аейчик. М., 2006. С. 106.

7. Хватов, С. А. Идиоэтнический компонент содержания термина [Текст] / С. А. Хватов // Семантика переходности / под ред. В. И. Кодухова. А., 1977.

C. 45.

8. Там же. С. 50.

9. Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка [Текст] / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. М„ 1993. С. 130.

10. Костюков, В. М. Об одной разновидности индивидуальных авторских слов [Текст] / В. М. Костюков // Русский язык в школе. 1986. № 4. С. 93.

11. Попова, Т. В. Графодеривация в русском словообразовании конца XX - начала XXI в. [Текст] / Т. В. Попова // Русский язык: исторические судьбы и современность. III Междунар. конгресс исследователей рус. языка (Москва, МГУ, филол. ф-т, 20-23 марта 2007 г.): труды и материалы. М., 2007. С. 230-231.

12. Маринова, Е. В. Визуальные неологизмы: новая графика «старых» слов [Текст] / Е. В. Маринова // Вестник Нижегород. ун-та им. Н. И. Лобачевского. Сер. Филология. Вып. 1 (6). С. 127-132.

О. В. Байкоба

РЕЧЕВОЕ ПОВЕДЕНИЕ НЕМЦЕВ-БИЛИНГВОВ КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ ПОД ВЛИЯНИЕМ СОЦИАЛЬНО-ДЕМОГРАФИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ

Речевое поведение немцев-билингвов - явление сложное и неоднозначное, и, чтобы глубже исследовать специфику речевого поведения, его нужно рассматривать с учетом детерминирующих факторов. Выявлено, что экстралингвистические факторы, а именно факторы социально-демографического характера, детерминируют речевое поведение в ситуации билингвизма, что отражается на языковом уровне.

Понятие «речевое поведение» с недавнего времени снова находится в центре внимания лингвистов, психологов, социологов. Несмотря на интенсивные исследования данного явления в разных направлениях, нет однозначного определения понятия «речевое поведение». Это связано с тем, что оно представляет собой комплекс-

БАЙКОВА Ольга Владимировна - кандидат филологических наук, доцент, зав. кафедрой лингвистики и перевода факультета лингвистики Вятского государственного гуманитарного университета © Байкова О. В., 2008

ное явление, которое требует «обоснования ввиду парадоксального состояния современной науки (лингвистики прежде всего), при котором слово не поспевает за мыслью и при котором термины начинают утрачивать свои основные функционально-семантические признаки» [1].

Внимание одних исследователей концентрируется на речевом поведении как речевой деятельности индивида [2], другие ученые рассматривают речевое поведение как процесс выбора оптимального варианта для построения социально-корректного высказывания [3] или как определяемые ситуацией общения эмоции, действия, поступки человека, выраженные с помощью языка и невербальных средств [4]. В настоящей работе понятие «речевое поведение » рассматривается как определяемое речью поведение человека, в которой отражаются внутренние (индивидуальные, лингвистические), а также внешние (экстралингвистические) особенности, проявившиеся под влиянием детерминирующих факторов, то есть тех факторов, которые обусловливают процесс речевого поведения билингвов в условиях иноязычного окружения [5].

Факторы, детерминирующие речевое поведение, определяются в зависимости от направления исследования. С позиций социолингвистического подхода детерминирующие факторы речевого поведения делятся на внешние - экстралингвистические - и внутренние - собственно лингвистические. Экстралингвистические в свою очередь подразделяются: 1) на факторы социально-демографического характера, которые будут раскрываться в данной работе (социально-экономические, географические, социально-исторические условия жизни, отсутствие или наличие смешанных браков, демографический фактор (пол, возраст), национальность, культурный фактор (уровень образования), среда проживания билингвов, профессия, участие в общественной работе); 2) ситуационные переменные (тема, обстановка, характер отношений между коммуникантами, социальная роль, статус коммуникантов).

При этом, по мнению Л. Б. Никольского, следует иметь в виду, что далеко не все случаи выбора могут быть объяснены даже с учетом всей совокупности экстралингвистических факторов, так как возможны случаи экспрессивного использования языка, а также моменты, которые могут интерпретироваться лишь с учетом индивидуально-психологической мотивации или же должны рассматриваться как ошибки, непроизвольные отклонения от нормы, нарушения правил и т. д. [6]

Одним из наиболее значимых факторов социально-демографического характера, оказывающим влияние на речевое поведение билингва, является возраст. Как показывает материал, объем

функций немецкого языка у представителей старшего, среднего и младшего поколений Кировской области различается. Для выявления использования языков в зависимости от возраста информантов, обратимся, прежде всего, к определению понятия «возраст».

Л. И. Москалюк считает, что возраст - это «не просто хронологическая величина, единица измерения времени, временные отрезки, сменяющие друг друга... возрастные факторы служат для характеристики отдельных групп-коллекти-вов, примером которых могут служить: одновоз-растные коллективы (группы по интересам, по совместным играм, развлечениям и т. д.) или поколения в семье, образующие разновозрастные коллективы» [7].

Как показали исследования речевого поведения российских немцев, возрастной фактор помогает охарактеризовать целые поколения двуязычного коллектива относительно использования ими различных языковых вариантов. Каждая возрастная группа российских немцев Кировской области имеет свои характеристики, значительная роль в формировании которых отводится различным историческим эпохам, а использование языковых систем рассматривается в контексте важнейших исторических событий определенного времени, которые сыграли значительную роль в речевом поведении этнических немцев и должны быть учтены при языковой характеристике представителей разных возрастных групп. Поэтому можно говорить о языковом поведении определенного поколения. Подобной точки зрения придерживаются П. Хилькес и В. А. Маныкин, Л. И. Москалюк [8].

Как уже указывалось выше, представители старшего поколения, а мы будем придерживаться классификации П. Хилькеса и В. А. Маны-кина [9], родившиеся до 1933 г. (первая возрастная подгруппа) и родившиеся до 1956 г. (вторая возрастная подгруппа), обнаруживают достаточно прочные знания родного языка-диалекта, поэтому при сборе диалектного материала мы сознательно ориентировались на лиц пожилого возраста, ожидая от них наиболее высокого уровня языковой компетенции. Из 26 информантов-дикторов 21 является представителем первой возрастной подгруппы старшего поколения, 5 принадлежат ко второй возрастной подгруппе старшего поколения. В результате полученных данных выявлено, что российские немцы первой подгруппы выросли в более или менее гомогенной (немецкой) этнической среде и имели возможность обучаться в национальной школе, где преподавание всех предметов велось на немецком языке. Большинство из них происходит из украинских (17) и волжских колоний (9). Все названные места компактного проживания немцев имели до

начала Второй мировой войны статус национальных районов (кроме Республики НП, которая сохраняла свой статус до августа 1941 г.), что означало использование немецкого языка практически во всех сферах повседневной жизни, включая и такой важный аспект, как национальные школы с преподаванием всех предметов на родном немецком языке [10]. Все представители старшего поколения отметили, что посещали немецкую школу. Количество проведенных лет в школе колеблется от 1 до 8, в зависимости от возраста информанта-диктора - чем моложе опрашиваемый, тем меньше он обучался в национальной школе. Самые молодые представители рассматриваемой группы либо имели возможность закончить лишь 1-2 класса немецкой школы и посещали учебные заведения в родных селах, а позже - в местах депортации - русские школы с преподаванием немецкого как иностранного (3 человека), либо вовсе не получили знания родного языка, поскольку в военные годы на все «немецкое» налагалось табу. Некоторые представители старшего поколения посещали также украинские школы (5 человек). Важно отметить широкое развитие немецкоязычной прессы в 20-30-е гг. как в Поволжье, так и в причерноморских областях проживания немцев [11], а также массовые общедоступные издания художественной литературы на немецком языке, наличие, помимо общеобразовательных начальных и средних национальных школ, национальных техникумов и вузов [12], что наряду с ведением делопроизводства на немецком языке обеспечивало его нормальное функционирование во всех сферах хозяйственной и общественной жизни немецких поселений, а также во всех разновидностях, свойственных языку (от местного диалекта до литературного языка). Поколения немцев, выросшие в условиях подобных национальных «общин», где бы они ни находились, прочно идентифицировали себя с немецкой нацией, сохраняя национальные традиции, быт и культуру исторической родины. Письменный немецкий язык изучали в немецкой начальной школе и свободно могли позже его использовать на протяжении всей своей жизни лишь самые старшие представители первой возрастной подгруппы. Способность писать латинским шрифтом у лиц, обучавшихся в начальной школе с преподаванием на немецком языке, после окончания школы утратилась, а вот навыки чтения сохранились, хотя и в очень скромных рамках, до настоящего времени. Результаты опроса показали, что большое число информантов регулярно читает на немецком языке Библию, духовную литературу. Для этой части опрошенных литературный немецкий язык является частью их языкового репертуара, это язык их детства, школьных лет, язык,

на котором им читали родители, язык-идентификатор их национальной культуры [13].

Что касается характера браков, то они были, как правило, чистыми в этническом отношении -среди 21 опрошенного встретился один немец-ко-татарский, 4 немецко-русских и 16 немецко-не-мецких браков. В нашем случае встречаются следующие типичные ситуации: 1) оба супруга владеют немецким диалектом или владеют диалектами, мало отличающимися друг от друга; 2) оба супруга владеют немецким диалектом, но у каждого это свой диалект, очень сильно отличающийся от другого, так что говорящие не могут понять друг друга или понимают с трудом; 3) один из супругов владеет немецким диалектом, другой партнер русскоязычный, немецким диалектом не владеет.

Представители старшего поколения первой возрастной подгруппы российских немцев в ситуации, когда оба супруга владеют немецким диалектом, стараются говорить на диалекте во внутрисемейной сфере, однако при общении с детьми используют русский язык, чтобы достичь взаимопонимания.

Ко второй возрастной подгруппе относятся 5 информантов-дикторов, родившихся в период с 1934 по 1956 г. Это наиболее трагический для российских немцев период, включающий годы репрессий, возникших практически с началом Второй мировой войны и приведших в 1941 г. к массовой насильственной депортации немцев из европейской части бывшего СССР на север и восток. 1955 г. отмечен частичной реабилитацией немецкого населения, отменой спецкомендатур, под надзором которых немцы жили в местах депортации, и началом воссоединения семей, разобщенных в годы репрессий, после снятия запрета на перемещения по территории бывшего СССР [14]. Для представителей этого поколения характерно то, что только самые старшие из них родились в старых довоенных колониях на Волге, Украине или на юге России. Четыре инфор-манта-диктора второй возрастной группы назвали своей родиной Украину и один информант-диктор - Поволжье. Что касается образования, то немцы этой группы учились в общеобразовательных русских школах с преподаванием немецкого как иностранного, именно это и подтвердили наши информанты-дикторы. Следует заметить, что представители старшего поколения, чье детство пришлось на годы войны, не овладели письменным немецким языком вообще, так как характерный для них уровень образования - начальная школа с преподаванием на русском языке. Писать они могут по-немецки только кириллицей. Читают они только по-русски или вообще не читают. Лишь немногие представители этого поколения смогли окончить среднюю школу, изу-

чить немецкий язык в рамках предмета «иностранный язык».

В данной подгруппе обнаруживается своего рода «пропасть» между семьей (положением немецкого в семье) и школой. Если все опрошенные этой возрастной группы (5 информантов) подтвердили своими ответами, что учили немецкий с детства в кругу родных, то они же указали на то, что в школе немецкий изучался ими только как иностранный.

Приверженность немцев этой возрастной группы к немецко-немецким бракам не оставляет никакого сомнения, что создает реальную возможность для использования родного языка в семейном кругу. Среди 5 опрошенных встретился один немецко-русский и 4 немецко-немецких брака.

Важно заметить, что в этой возрастной подгруппе наблюдаются большие различия в диалектной компетенции среди говорящих, это связано, во-первых, с тем, где и в каких условиях выучен немецкий язык, во-вторых, с характером браков как возможностью использования диалекта во внутрисемейной сфере общения. Все представители первой подгруппы владеют сравнительно хорошим лексическим запасом, фонологической и грамматической системой диалекта и адекватно их применяют, чего нельзя сказать о представителях второй подгруппы. В речи информантов второй подгруппы наблюдаются нарушения правил грамматики, довольно скупой словарный запас. Однако следует признать, что все чаще представители старшего поколения испытывают недостаток в словарном запасе и, как следствие, переключаются на русский язык.

Основным отличительным признаком речевого поведения всех представителей старшего поколения является то, что немецкий язык в форме одного из диалектов занимает значимое место в их языковом репертуаре. Это тот языковой вариант, которым владеют информанты-дикторы в подавляющем большинстве случаев. Все опрошенные этой возрастной группы, принадлежащие к немецкому национальному меньшинству, без исключения назвали немецкий диалект своим родным языком.

В диалектном отношении большинство информантов-дикторов (19 из 26) тяготеют к южнонемецкому (Oberdeutsch), в частности к швабскому - 9; еще 7 информантов-дикторов представляют нижненемецкие говоры (Niederdeutsch).

Однако следует отметить, что имеющиеся в нашем распоряжении диалектные материалы свидетельствуют о смешанном характере представленных в регионе говоров. Это объясняется 1) изначально смешанным характером диалектов как материнских (Mutterkolonien), так и в особенности дочерних колоний (Tochterkolonien); 2) исключительно широким географическим диапазо-

ном представленных в регионе немецких говоров (так, из 19 информантов-дикторов, представляющих говоры южнонемецкого типа, 12 происходят из Поволжья, 1 - из Одессы, 6 - из Житомира, из 7 представителей нижненемецких диалектов 5 являются выходцами из Запорожской области, 2 - из Донецкой области); 3) сложностью личных судеб информантов-дикторов, прошедших путь от родного села в местах компактного проживания немцев (до 1941 г.), через насильственное переселение и связанные с ним места проживания в областях депортации (Сибирь, Северный Казахстан), где были представлены все немецкие диалекты, смешанные между собой, что было не характерно в предвоенное время, и наконец послевоенные миграции в совершено новые регионы расселения в азиатской части бывшего Советского Союза - на Урале, в Западной Сибири, в среднеазиатских республиках [15].

Что касается среднего и младшего поколения (родившегося начиная с 1956 г.), то они хотя и понимают немецкую речь, в большинстве случаев отказывались говорить на родном языке, так как, по словам дикторов, они не могли подобрать нужное слово, не могли воспроизвести его. Представители среднего поколения вовсе не знают немецкого языка, так как в этом нет потребности; большинство же изучают язык, потому что собираются уехать в Германию, и лишь незначительное число российских немцев знают и изучают язык для того, чтобы общаться с представителями старшего поколения. Немецкий язык для представителей средней возрастной группы - это язык их родителей, бабушек и дедушек, предмет в школе, но, как показывают наблюдения, редко - родной язык. В данном случае немецкий язык играет второстепенную роль, так как у российских немцев нет нужды использовать в речи «родной» язык. Таким образом, происходит вытеснение диалекта. И это действительно не только для внесемейной, но и для внутрисемейной сферы общения. Как показывают результаты исследования, русский язык стал необходимой формой общения, с помощью которой достигается взаимопонимание. Русский язык приобрел статус свободно используемой формы общения, отличающейся от немецкого диалекта по частоте использования. В беседах на темы о современной жизни и технике или политике информанты используют русский язык, особенно если прибегают к подробностям. Это привело к тому, что преобладание немецкого диалекта во всех отношениях среди языковых форм общения, которое было характерно для старшего поколения, исчезает.

Следует признать, что количество смешанных браков в средней возрастной группе по сравнению с данными старшего поколения увеличилось.

Представители молодого поколения в семье используют исключительно русский язык. К тому же следует заметить, что в данной возрастной группе превалируют смешанные браки. Если в чистых в этническом отношении браках российские немцы имеют возможность сохранить язык, традиции и обычаи своих предков, то в смешанных браках нередко немецкий язык и все, что с ним связано, находится под «запретом». Русские мужья или жены из-за незнания немецкого языка не приветствуют общение в их семье на немецком языке. Поэтому информанты лишены возможности сохранять и поддерживать знания немецкого языка, традиции и обычаи своей этнической культуры.

Таким образом, наличие смешанных браков, количество которых не уменьшается, а все более возрастает, способствует утрате немецкого языка и, как результат, вытеснению его из семей-но-бытовой сферы. Исходя из наблюдений и бесед с информантами можно сделать вывод, что смешанные браки отрицательно сказываются на сохранении традиций и норм немецкого языка. Носители диалекта в смешанном браке не имеют возможности использовать язык на внутрисемейном уровне, общение на немецком может протекать только с немецкоговорящими друзьями, родственниками или соседями. Но крайне редкое использование немецкого языка способствует утрате языковой компетенции, следовательно, способность общения на диалекте становится очень низкой.

В результате можно выделить два условия, в наибольшей степени содействующих высокому уровню языковой компетенции: изучение родного языка в семье с рождения и дальнейшее обучение в школе на родном языке, которые являются релевантными для лиц старшего поколения. Среднее поколение, хотя и имело в большинстве своем возможность изучать родной язык в семье, уже не могло продолжить изучение немецкого как родного в процессе школьного обучения. Младшее поколение практически вовсе лишено возможности изучать родной язык - ни в семье, ни в школе условий для этого нет.

Уровень образованности респондентов также является важным социально-демографическим фактором, влияющим на речевое поведение. Но следует принять во внимание, что образование непосредственно связано с возрастными характеристиками информантов. Представители старшей возрастной группы сильно различаются по уровню образованности. Чем старше информант данной возрастной группы, тем больше вероятности, что он получил образование в национальной школе. Информанты 1926-1933 гг. рождения окончили всего несколько классов национальной школы. Респонденты 1934-1936 гг. рожде-

ния не смогли получить образование ни в национальной школе, ни в русской школе из-за начавшейся Великой Отечественной войны. Информанты 1937-1955 гг. рождения получили среднее образование в русскоязычной школе с изучением немецкого языка как иностранного.

В данном случае нельзя не согласиться с мнением Л. И. Москалюк, что «повышение уровня образования находится в обратной зависимости от степени употребления диалекта» [16]. Л. И. Москалюк полагает, что обучение старшего поколения в немецкой школе, даже в начальной, помогло сохранить национальный язык, обычаи, традиции и всю этническую культуру, дало возможность изучить литературный немецкий язык, который активно использовался и используется сейчас для чтения Библии и газет [17]. Что касается среднего поколения, то все информанты данной возрастной группы, помимо среднего, получили среднее специальное образование или высшее образование. Молодое поколение информантов, оканчивая среднюю школу, продолжает обучение в средних специальных или высших учебных заведениях, изучая немецкий язык как иностранный.

Таким образом, между возрастными группами наблюдаются значительные расхождения по уровню образования. Средний уровень образования повышается от поколения к поколению вслед за повышением жизненного уровня в нашей стране и определяется историческими условиями.

К экстралингвистическим факторам, влияющим на распределение языков, относится также пол билингвов. Проблема «пол и язык» приобретает в последние десятилетия особую актуальность. Вслед за А. В. Кирилиной понятие «ген-дер » используется в данной работе как «элемент современной научной модели человека, отражающий социокультурные аспекты пола, фиксируемые языком» [18].

Тендерное исследование было проведено среди российских немцев первой подгруппы старшей возрастной группы. В исследовании приняло участие 10 человек, 6 женщин и 4 мужчин. Следует отметить, что это информанты старшей возрастной группы (от 70 до 95 лет), все обучались в национальной школе. Тематика высказываний информантов-дикторов - «Депортация немцев Поволжья, Украины в Кировскую область». При проведении исследования были применены методы непосредственного наблюдения, запись речи на аудиопленку, а также качественные методы: содержательный и функциональный анализ речи мужчин и женщин.

При исследовании речи немцев рассматриваемого региона было выявлено, что женщины гораздо лучше владеют родным языком - немец-

ким. В данном случае представительницы женского пола являются носительницами диалекта как языка их предков, культуры и традиций, языка внутрисемейного общения. Что касается информантов-дикторов мужского пола, то, как показывает исследование, в настоящее время лишь немногие из них говорят на диалекте. Причина низкой языковой компетенции у мужчин - более слабая коммуникативная активность. Женщины, как правило, легко идут на контакт, вступают в беседу и, как отмечают многие ученые (Д. Таннен, А. Кирилина, М. Китайгородская, И. Стернин), для женщин важно само общение. Мужчины гораздо серьезнее, чем женщины, относятся к речевому партнеру, к теме коммуникации. Женщины способны быстро приспосабливаться к различным условиям коммуникации и свободно общаться, в то время как мужчины более скованы в выборе языкового варианта и скептичны по отношению к партнерам, участвующим в коммуникативном акте [19].

При выявлении различий в речевом поведении мужчин и женщин были исследованы и проанализированы рассказы информантов-дикторов на тему «Депортация немцев Поволжья, Украины в Кировскую область». Следует отметить, что речь каждой тендерной группы, по словам О. Е. Ломовой, характеризуется своими лингвистическими и экстралингвистическими особенностями [20]. Среди лингвистических характеристик речевого поведения мужчин и женщин рассматриваемого региона целесообразно назвать, прежде всего, различия в грамматическом составе, а именно особенности языка мужчин включают в себя: 1) преобладание формы 1 лица ед. числа; 2) преобладание имен существительных, глаголов. Для женской речи характерны следующие грамматические особенности: 1) преобладание формы 1-го лица мн. числа; 2) большое количество собственных имен (названий поселков, фамилий и т. п.); 3) преобладание имен прилагательных, местоимений; 4) большое количество повторов.

К экстралингвистическим особенностям относятся психологические различия в речи, характерные для той или иной тендерной группы, стиль общения, а также цель, которую преследуют мужчины и женщины, вступая в общение. Как показывает сопоставительный анализ речевого поведения немцев-билингвов, важной чертой мужского речевого поведения является последовательное изложение событий, фактов и явлений, ссылка на законы и документы, и, по возможности, обращение к высказываниям известных людей. Для мужчин не характерно эмоциональное повествование, оценка лиц, событий и явлений, рассказы о родных и близких, а также обращение к репликам родных, близких, они центрированы на себе и говорят, как правило, исключительно о том, что свя-

зано с ними. Для женского речевого поведения типичным является эмоциональное сообщение о фактах и явлениях с собственной оценкой лиц и событий. Женщины часто включают в разговор описание личных переживаний, собственного опыта. Для них характерно обсуждение типичных женских занятий, таких, как приготовление пищи, воспитание детей, разговоры о родственниках, кроме того, женщины часто обращаются к цитированию родных и близких.

Однако подобные различия нельзя считать непременными характеристиками речи всех женщин или всех мужчин; данные характеристики отражают только особенности мужской и женской речи. Большую роль в речевом поведении играют социальный контекст, а также психологические и физиологические особенности мужчин и женщин. Как утверждает Н. И. Формановская, «восприятие, способ мышления и речь тесно связаны между собой и отличаются у мужчин и женщин. Как следствие, одни и те же ситуации описываются ими по-разному, так как при этом расставляются разные акценты» [21]. Учёт всех этих факторов помогает сделать объяснение тендерных различий в речевом поведении более объективным.

Таким образом, низкая языковая компетенция среди российских немцев Кировской области обусловлена факторами социально-демогра-фического характера, а именно социально-исто-рическими условиями жизни, отсутствием или наличием смешанных браков, половой принадлежностью, возрастными характеристиками, уровнем образования.

Примечания

1. Цит. по: Винокур, Т. Г, Говорящий и слушающий: варианты речевого поведения [Текст] / Т. Г. Винокур. М.: КомКнига, 2005. С. 8; Сержанова, Ж. А. Детерминирующие факторы речевого поведения нем-цев-билингвов в ситуациях иноязычного окружения [Текст]: дис. ... канд. филол. наук / Ж. А. Сержанова. Красноярск, 2007. С. 16.

2. Аеонтьев, А. А. Язык, речь, речевая деятельность [Текст] / А. А. Леонтьев; 2-е изд. М.: УРСС, 2003. 214 с.

3. Швейцер, А. Д. Введение в социолингвистику [Текст]: учеб. пособие / А. Д. Швейцер, Л. Б. Никольский. М.: Высш. шк., 1978. 216 с.

4. Винокур, Т. Г. Указ. соч.

5. Ср.: Сержанова, Ж. А. Указ. соч. С. 16.

6. Швейцер, А. Д. Указ. соч. С. 162.

7. Москалюк, А. И, Социолингвистические аспекты речевого поведения российских немцев в условиях билингвизма [Текст] / Л. И. Москалюк. Барнаул: Изд-во БГПУ, 2000. С. 37.

8. Hilk.es, Р. Deutsche in der Sowjetunion: Sprachkompetenz und Sprachverhalten [Text] / P. Hilkes // Muttersprache. Zeitschrift zur Pflege und Erforschung der deutschen Sprache. 1989. Bd. 99. S. 69-83; Маны-кин, В. А. Социолингвистический аспект функционирования диалекта немецкого языка в Поволжье [Текст]: дис. канд. ... филол. наук / В. А. Маныкин. Саратов, 1992. 187 е.; Москалюк, А. И. Указ. соч.

9. Hilkes, Р. Указ. соч. С. 137; Маныкин, В. А. Указ. соч. С. 5.

10. Ср.: Байкова, О. В. Немецкие говоры Кировской области и особенности их вокализма [Текст]: ав-тореф. дис. ... канд. филол. наук / О. В. Байкова. Киров, 2004. 23 с.

11. Korn, R. Der Einfluß soziolinguistischer Faktoren auf den Lautwandel in den schwäbischen Mundarten der ehemaligen Sowjetunion [Text] / R. Korn // Zeitschrift für Dialektologie und Linguistik. 1993. S. 39-46.

12. Schirmunski, V. M. Die deutschen Kolonien in der Ukraine. Geschichte, Mundarten, Volkslied, Volkskunde [Text] / V. M. Schirmunski. M.: Zentralvölkerverlag der Sowjetunion, 1928. 161 S.

13. Сержанова, Ж. А. Указ. соч. С. 69.

14. Смирницкая, С. В. Немецкие говоры Северного Таджикистана [Текст] / С. В. Смирницкая, М. А. Ба-ротов. СПб.: ИЛИ РАН, 1997. С. 25-26.

15. Там же. С. 54.

16. Москалюк, А. И. Указ. соч. С. 44.

17. Там же.

18. Кирилина, А. В. Тендер: лингвистические аспекты [Текст] / А. В. Кирилина. М.: Изд-во «Институт социологии РАН», 1999. С. 28.

19. Baikova, О. Der Sprachgebrauch von russlanddeutschen Sprecherinnen in Gebiet Wjatka in der Textsorte Erlebnisbericht [Text] / O. Baikova // Bausteine zu einer Geschichte des weiblichen Sprachgebrauchs VIII: Sprachliches Agieren von Frauen in approbierten Textsorten. Stuttgart: Verlag Hans-Dieter Heinz, 2008. S. 179-187.

20. Аомова, О. E. Речевое поведение актеров в автобиографических текстах. На материале немецкого и русского языков [Текст]: дис. ... канд. филол. наук / О. Е. Ломова. Ростов н/Д, 2004. С. 21.

21. Формановская, Н. И. Речевой этикет и культура общения [Текст] / Н. И. Формановская. М.: Высш. шк., 1989. С. 31.