Турецкий поток запретов

Российские парламентарии начали реагировать на сбитый Турцией бомбардировщик СУ-24 только после выступления президента Владимира Путина. Масштабность предложений депутатов и сенаторов колебалась от заморозки межгосударственных отношений с Турцией до введения продуктового эмбарго. Самые статусные политики, в частности председатели палат Федерального собрания, вчера от заявлений воздержались.

Первые часы после появления информации о сбитом на сирийско-турецкой границе российском самолете СУ-24 ситуацию комментировал исключительно Кремль: пресс-секретарь президента Дмитрий Песков призвал воздержаться от обсуждения последствий произошедшего для российско-турецких отношений и отметил, что свою оценку скоро даст Владимир Путин (см. стр. 1).

Не дожидаясь реакции президента, об участии Турции в "международной провокации" заявил первый зампред комитета СФ по обороне и безопасности Франц Клинцевич. Правда, дальше слов о том, что "Россия затребует исчерпывающих объяснений турецкой стороны в связи с этим инцидентом", сенатор не пошел. Остальные парламентарии держали паузу, явно ожидая слов Владимира Путина.

Но и после выступления президента единороссы долго собирались с комментариями. Лишь к вечеру глава думского комитета по безопасности Ирина Яровая вслед за президентом заявила, что "удар по нашему самолету — это удар по тем, кто защищает мир от терроризма". Апеллировала она исключительно к законодательству: по ее словам, ст. 3 резолюции Генассамблеи ООН "Определение агрессии" говорит, что нападение вооруженными силами государства на сухопутные, морские или воздушные силы или морские и воздушные флоты другого государства, независимо от объявления войны, в соответствии с положениями ст. 2 может квалифицироваться даже как акт агрессии. Поэтому, по мнению госпожи Яровой, на действия Турции должен отреагировать антитеррористический комитет Совбеза ООН. О возможных санкциях депутат говорить не стала.

За нее это сделали другие. Вице-спикер Госдумы от "Справедливой России" Николай Левичев оперативно направил главе Росавиации Александру Нерадько письмо, в котором предложил прекратить авиасообщение с Турцией, "пока не будут приняты исчерпывающие меры по устранению любых возможных источников террористической угрозы в турецких аэропортах". Напомним, что после крушения российского самолета A321 в небе над Синаем в результате террористического акта Владимир Путин подписал указ о временном приостановлении с 6 ноября авиасообщения с Египтом на всех регулярных, чартерных и транзитных рейсах.

Отмена авиасообщения с Турцией — "это крайняя мера", сейчас доверить разрешение ситуации лучше военным специалистам и дипломатам, заявил "Ъ" зампред думского комитета по безопасности Олег Денисенко. Но если выяснится, что самолет все же не нарушал воздушное пространство Турции, говорит депутат, то это будет квалифицироваться как нападение, а значит, реагировать нужно "жестко". "Отказ от полетов в Турцию станет ударом по нашим гражданам, но им нужно будет разъяснить, почему принимается такое решение",— заявил "Ъ" господин Денисенко.

Отменить "все межгосударственные контакты с Турцией до лучших времен" вчера уже предложил глава комитета СФ по международным делам Константин Косачев. "Не ограничиваться полумерами" предложил вчера и первый зампред думского комитета по международным делам Леонид Калашников (КПРФ). "Иначе на нас дальше будут во всем мире плевать и не ставить ни в грош, сбивать самолеты и уничтожать граждан",— заявил "Ъ" депутат. По его мнению, России необходимо отозвать посла из Турции, заморозить дипломатические отношения, прекратить экономические — например, "не развивать и не кичиться "Турецким потоком"" (см. стр. 3). Член Общественной палаты Павел Сычев вчера предложил ввести запрет на ввоз продуктов из Турции. "Безопасностью эти меры нас не обеспечат, но нужно заставлять себя уважать, в том числе такими мерами",— заявил "Ъ" господин Калашников.

По его мнению, предложенные санкции по российской экономике не ударят: "Все равно ни потока ("Турецкого потока".— "Ъ") нет, ничего нет. Иначе мы нанесем себе политический ущерб ради денег. Ну да, несколько долларов потеряем, или миллионов, или миллиардов. Но они потом вернутся". Коммунист считает, что, "когда в следующий раз их самолет (Турции.— "Ъ") заблудится, надо сделать другие выводы". Кроме того, по его словам, России необходимо "пересмотреть свою позицию относительно Рабочей партии Курдистана (организация имеет статус террористической в Турции.— "Ъ") в сторону поддержки, всячески поддерживать курдов Сирии, которые настаивают на своей автономии".

"Уже предложен такой список санкций, что выбирай что хочешь",— заявил "Ъ" глава комитета СФ по обороне Виктор Озеров. Он же считает, что пока нужно "дождаться официального ответа от Турции" и уже после думать о дальнейших действиях. По словам господина Озерова, Турция должна извиниться перед РФ, признав, что "меры самообороны были значительно превышены", а "мировое сообщество должно ее осудить". "Сегодня утром возник цугцванг в виде очень плохого во всех отношениях выбора — либо позорно утереться, смирившись с потерей военного самолета и гибелью летчика, либо начать бомбить Турцию",— считает член политсовета ПАРНАС Вадим Лукашевич (заявление опубликовано на сайте партии).

В руководстве обеих палат вчера сказали "Ъ", что заявления Сергея Нарышкина и Валентины Матвиенко появятся не раньше 25 ноября. У господина Нарышкина намечена встреча с зампредом правительства Сирийской Республики Валидом Муаллемом, у Валентины Матвиенко — подход к журналистам по итогам пленарного заседания палаты. Возможно, из слов станет более ясно, насколько решительно настроено руководство страны и насколько серьезные последствия это будет иметь для отношений России с Турцией и остальным миром.