Понятие «Неопределенность» в современной науке и философии

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

УДК 165.3

А. М. Дорожкин, О. И. Соколова Понятие «неопределенность» в современной науке и философии

В данной статье намечается схема исследования понятия неопределенности. Анализируются и систематизируются основные представления о научной и философской неопределенности в современных исследованиях. Авторами статьи неопределенность рассматривается как понятие, выражающее определенный феномен, связанный с субъектно-объектным отношением. Это позволяет выделить четыре аспекта исследования понятия неопределенности. Неопределенность есть понятие, которое может отображать: свойства объекта, условия взаимодействия объекта и субъекта, особенности субъективного восприятия, особенности взаимодействия новых знаний с наличным знанием. На примере современных исследований делается вывод о том, какие из феноменов обусловливают онтологическую, а какие - гносеологическую неопределенность. Авторы статьи ставят под сомнение перспективность современных исследований онтологической неопределенности. Отмечается, что наиболее перспективными являются исследования других аспектов данного понятия.

The research scheme of the concept of uncertainty is outlined in this article. The main ideas about scientific and philosophical uncertainty in the modern researches are analyzed and systematized. The authors of this article consider the uncertainty as the concept that reflects certain phenomenon which is connected to the subject-object relationship. This allows to emphasize four aspects of research of the concept of uncertainty. The uncertainty is the concept which can reflect: object properties, conditions of interaction of object and subject, specifics of subjective perception, features of the interaction of new knowledge with the existing one. Using the example of current research the authors determine phenomena which determine the ontological and epistemological uncertainty. The authors of this article doubt the prospects of the modern research of the ontological uncertainty. The most promising research is the research of other aspects of this concept.

Ключевые слова: неопределенность, наука, философия, субъект, объект, модель, риск, субъектно-объектное взаимодействие, субъективное восприятие, выбор, новое знание.

Keywords: uncertainty, science, philosophy, subject, object, model, risk, subject-object interaction, subjective perception, choice, new knowledge.

Понятие «неопределенность» можно считать сегодня одним из популярных понятий, используемых не только в философских исследованиях, но и в работах в области гуманитарных, социальных, естественных наук, рассматривающих это понятие в различных исторических контекстах и ситуациях. Однако зачастую авторы публикаций используют этот термин стихийно, не углубляясь в его смысл. В данной работе мы попытаемся выявить подходы к этому смыслу.

Понятие «неопределенность» приобретает известность в научных кругах в начале XX в. в связи с открытиями в квантовой механике. Принцип неопределенности, описанный В. Гейзен-бергом, доказывает наличие в физической картине мира онтологической неопределенности. С гносеологической точки зрения неопределенность понимается как невозможность применения понятий устоявшейся теории для описания новых явлений [1].

Таким образом, развитие естественных наук начала XX в. и философское осмысление этого процесса возводят понятие неопределенности в ранг популярных и часто используемых как в науке, так и в философии. Но прежде чем начать использовать это понятие в частнонаучном или философском аспекте, необходимо обратить внимание на тот факт, что первоначально понятие «неопределенность» использовалось исключительно для характеристики познавательной ситуации именно в науке. Между тем, отождествляя философию и науку, некоторые исследователи идеи неопределенности механически приравнивают научную неопределенность к философской. Так, В. С. Диев в статье «Риск и неопределенность в философии, науке, управлении» не находит различий между философской и научной неопределенностью, объясняя это тем обстоятельством,

© Дорожкин А. М., Соколова О. И., 2015

что граница между наукой и философией «постоянно сдвигается, и из "ничейной", читай философской, проблема может стать научной» [2]. Используя известную метафору Б. Рассела о философии как «ничейной земле» между наукой и религией, В. С. Диев заключает, что «вопрос о существовании объективной неопределенности и случайности вышел из философской проблематики и перешел "на землю" естествознания, где на него был дан положительный ответ» [3].

Мы полагаем, что с заявлением В. С. Диева о таком решении проблемы неопределенности можно согласиться лишь отчасти. Действительно, в рамках естествознания можно говорить о том, что существует онтологическая неопределенность. Однако это не дает нам основания полагать, что проблема неопределенности является решенной в полной мере. Мы считаем, что не стоит ограничивать понятие неопределенности исключительно его онтологическим смыслом, и предлагаем рассматривать данное понятие через систему субъектно-объектных отношений. В данной статье мы намечаем схему исследования понятия неопределенности, основываясь на анализе и систематизации основных представлений о научной и философской неопределенности в современных исследованиях.

Мы утверждаем, что неопределенность есть понятие, выражающее определенный феномен (или даже несколько), который, так или иначе, связан с познавательным субъектно-объектным отношением. При этом даже в самой простой схеме этих познавательных отношений, такой, когда субъект выступает в качестве пассивной стороны, можно выделить по крайней мере четыре из таких феноменов.

Неопределенность есть понятие, которое может отображать: свойства объекта (1); условия взаимодействия объекта и субъекта (2); особенности субъективного восприятия (3); особенности взаимодействия новых знаний с наличным знанием (4).

Теперь более детально рассмотрим вопрос о том, какие из этих феноменов обусловливают онтологическую, а какие - гносеологическую неопределенность.

Объективная неопределенность

Этот тип неопределенности чаще всего используется в совокупности с такими понятиями, как моделирование, риск, вероятность. Легко увидеть, что объективная или «онтологическая неопределенность» сквозь призму нашей схемы появляется лишь в одном случае, когда она отображает некие свойства объекта. В этом смысле гейзенберговская неопределенность как характеристика объекта самого по себе, независимо от субъекта (невозможность существования одновременно точных значений координаты и импульса), является действительно классическим примером онтологической неопределенности.

Однако следует обратить особое внимание на тот факт, что в неклассической науке вследствие невозможности непосредственного наблюдения за объектами микромира, наблюдение за реальными физическими явлениями заменяется описанием поведения идеализированных объектов: физический эксперимент заменяется мыслительным экспериментом. Но тогда понятие «неопределенность» возникает вследствие невозможности проведения реального (наблюдаемого) эксперимента над исследуемыми объектами и поэтому не может быть выведено за рамки теоретического естествознания.

Процесс идеализации неразрывно связан с моделированием - построением теоретических систем, заменяющих реальные объекты. Моделирование имеет важное познавательное значение, поскольку позволяет представить в наглядной форме познаваемые объекты или связи между частями объекта как целого. Исследование неопределенности через призму данного приема исследования является сегодня одним из приоритетных в естественных науках.

Это отмечается в статье Е. Ю. Куликовой [4], где особое внимание уделяется анализу неопределенностей, который исходит из используемых данных, методов и моделей, применяемых для оценки ожидаемого риска. Автор не упоминает, о каком риске идет речь, но из контекста становится ясным, что это риск окончательного вывода. «Анализ неопределенностей предусматривает определение изменений и неточностей в результатах моделирования, которые являются следствием отклонения параметров и предположений, применяемых при построении модели» [5]. Поскольку неопределенность является неким параметром, который характеризует модель, то это означает, что ее можно увеличить или уменьшить, другими словами, исчислить.

Однако попытка Е. Ю. Куликовой увязать понятие «неопределенность» с тем обстоятельством, что естествознание изучает модели, является, с нашей точки зрения, не совсем удачной. Заявление о том, что естествознание изучает только модели, а не действительность, реальность, вряд ли будет поддержано философами и естествоиспытателями. Во всяком случае, учебники по философии науки [6] отмечают, что одной из особенностей естественнонаучной теории является то, что объект естествознания не реальность, а идеализированные объекты. В определенной мере эти идеализированные объекты можно считать моделями, но опытное, экспериментальное 6

естествознание работает с реальными объектами, а также использует приборы, фиксирующие определенные состояния реальных объектов. Вопрос о том, в какой мере чувственную информацию, исходящую не от самого объекта, а от приборов, можно назвать всего лишь моделью самого объекта, является, с нашей точки зрения, очень спорным. Здесь более адекватным будет не понятие «модель», а «предмет» исследования. Нельзя сбрасывать со счетов принцип теоретической загруженности факта, весьма хорошо представленный в философии науки, особенно через его последствия для формирования естествознания, у П. Фейерабенда.

Кроме того, следует обратить особое внимание на соотношение понятий «модель» и «моделируемый объект». Осуществление процесса моделирования возможно исключительно в результате установления соответствия между моделью и реальным объектом. Только при наличии этого допущения прием моделирования позволяет исследовать области реальности в их полноте и целостности.

Кроме анализа неопределенности в естественнонаучных исследованиях к разряду онтологических следует отнести и исследования неопределенности в области экономики. Чаще всего неопределенность понимается как условие, принимаемое для составления более точного прогноза будущей экономической ситуации. В данном случае близким по содержанию выступает понятие риска. Задачи исследования неопределенности в таком случае зачастую сводятся к попыткам расчета степени неопределенности: «Для оценки риска сначала необходимо "измерить" неопределенность, возникающую в результате принятия решений субъектом, т. е. определить и дать количественную характеристику вероятности возможных событий» [7]. На основании этого можно заключить, что в экономике неопределенность используется для характеристики ситуации нестабильности, когда прогностические суждения носят сугубо вероятностный характер.

В экономических работах понятие риска используется намного чаще, чем в естествознании, и здесь, так же как в анализируемой выше работе, понятие «риск» не раскрывается. Опять же из контекста работы можно сделать вывод о том, что риск в подобных работах есть риск, обусловленный несовпадением реальной экономики и моделей экономического развития.

Системный подход как междисциплинарное направление исследования систем разного рода для описания объективной картины мира использует понятие вероятности. Вероятность (а следовательно, неопределенность) есть изначально заложенный параметр развития системы. Другими словами, сложный характер систем и наличие многообразия связей между ними предполагает, что говорить о том или ином сценарии развития системы мы можем лишь со значительной долей вероятности.

Н. М. Урманцев в статье «Свобода человека и неопределенность его выбора» интерпретирует это так: «Следствием действия случайности... является некоторая принципиальная неопределенность хода событий и процессов, а значит, неопределенность представляет фундаментальные начала мира, его устройства и развития: неустойчивость, изменчивость, спонтанность (непредсказуемость будущего, не выводимость полностью достоверного знания из ранее известного), порождаемость нового» [8]. Другими словами, наличие на жизненном пути человека так называемых точек бифуркации означает ситуацию нестабильности, когда осуществляется выбор дальнейшего пути. «Чем больше возможных вариантов выбора, тем большей неопределенностью характеризуется будущее вообще. Отсюда и постоянный веер возможностей (человек - имманентная "точка бифуркации", постоянное о-пределение (наделение пределом), означивание и выбор)» [9].

Подводя некий итог приведенным суждениям о понятии объективной неопределенности, заключим, что процедура моделирования, являющегося одной из главных процедур теоретического познания в приведенных концепциях, накладывает отпечаток на понятие «неопределенность». Неопределенность здесь носит исключительно вероятностный характер.

По нашим представлениям, понятие онтологической неопределенности чаще всего используется в работах, посвященных естественнонаучным и экономическим проблемам. При этом практически все они характеризуют неопределенность как невыявленную адекватность, или неадекватность модели оригиналу. Довольно часто (особенно в последних работах) употребляется понятие риска как невыявленного несоответствия модели оригиналу. Основной недостаток этих работ мы усматриваем в том, что не выявлено основание, по которому оригинал определяется таковым. Это известная юмовская проблема, однозначного решения которой до сих пор не найдено.

Мы называем эту неопределенность онтологической, так как в данном случае сравниваются две онтологических реальности: модельная и «настоящая». Однако при этом возникает еще один вопрос: насколько модельную реальность можно считать онтологической? Конечно, существует так называемое «физическое» моделирование, когда реальный процесс заменяется его

7

физическим аналогом. Но подобного рода приемы сейчас довольно редки. Рискнем отметить, что перспективы выявления онтологической неопределенности весьма туманны. Гораздо перспективнее обратить внимание на другие аспекты этого понятия.

Неопределенность и субъектно-объектное взаимодействие

Более сложным представляется неопределенность, выражающая второй из отмеченных нами феноменов - как условие связи субъекта и объекта. В полном смысле слова онтологической она не является. Однако и гносеологической ее назвать нельзя.

Ответ на вопрос о взаимодействии субъекта и объекта познания имеет исторический характер. Концепцию принципиального разделения субъекта и объекта познания впервые в истории философии мы встречаем у Рене Декарта. Согласно принципу изолированности субъекта от объекта понятие неопределенности может использоваться либо для обозначения неизвестных свойств объекта, либо для характеристики субъективной стороны познавательного процесса, но никак не для взаимодействия субъекта и объекта. Отсутствие взаимосвязи между субъектом и объектом познания считается одним из противоречивых пунктов философии Р. Декарта.

Признавая ошибочность концепции Р. Декарта об изолированности мыслящего «Я», познание мы будем представлять как движение знания от субъективного к объективному, как воспроизведение в знании субъекта свойств объекта.

Типичной, но явно не фиксируемой ошибкой является попытка обнаружения неопределенности между реальностью и нашим воспроизведением реальности. Но кто эту познаваемую реальность представляет? В рамках уже представленного нам субъектно-объектного отношения познаваемая реальность есть сам объект исследования, а наше знание - чувственный или рациональный образ самого этого познаваемого объекта. В таком случае уместно задать вопрос: кто и когда будет фиксировать эту познаваемую реальность и наше отношение к реальности? В ходе познания мы, стремясь к истине, в наиболее доступной степени создаем знание об объективной реальности наиболее адекватно. В силу абсолютности истины на данный момент наше знание есть объективная реальность. Поэтому говорить о неопределенности в данном случае не имеет смысла.

О неопределенности как понятии в системе субъектно-объектных отношений можно говорить в смысле соотношения между желаемым знанием и наличным знанием. В этом случае возникает другой вопрос: откуда берется это желаемое знание? Здесь представляется возможным отметить новый, никем еще не рассматриваемый аспект понятия «неопределенность»: наличное, настоящее знание одного субъекта может быть соотнесено с наличным знанием другого субъекта, обладающего более глубокими и основательными знаниями о реальности, например знание ученика и учителя. Учитель может и вправе посчитать знания ученика о реальности недостаточными. Он должен убедить ученика в этом. Тогда ученик может и должен характеризовать свои знания как неточные, неполные, неопределенные. Здесь в наше изначальное субъектно-объектное рассмотрение вводятся субъект-субъектно-объектные отношения.

Таким образом, субъективное восприятие не является изолированным образованием. Знание субъекта представляет собой способ нахождения определенного места субъекта в объективном мире, его самоориентацию в мире объектов-вещей и других субъектов. Понятия «субъект» и «объект» становятся в данном случае взаимопереходящими. Определяя свое место в мире, субъект выступает для себя в качестве объекта познания. Вместе с тем знание в данном случае интерсубъективно.

Специальному анализу неопределенности в аспекте коммуникации посвящена статья О. Б. Соловьева [10]. Главным образом, под неопределенностью О. Б. Соловьев понимает состояние непонимания как нарушения системы коммуникационного взаимодействия. Сложность выстраивания коммуникации напрямую зависит от того, что понимание как феномен находится «на границе между миром внешнего (экстериоризированного) и миром внутреннего (интериоризи-рованного). Это точка проникновения мира внутреннего, субъективного в мир внешний, объективный. Но это также и точка обратного перехода, когда внешний мир становится внутренним, строится в феноменальном, символическом пространстве мыслящего "я". Первый переход осуществляется как объективация субъективного содержания мыслительной деятельности, второй -как идентификация субъекта с объективно данным ему культурой смысловым содержанием предметной деятельности и коммуникации» [11].

«Эффект неопределенности» возникает в ситуации нарушения коммуникативной связи между субъектами. Но вместе с тем, по мнению автора, неопределенность может быть преодолена в результате доступа субъекту коммуникации социальных кодов, «социокультурного плана объективной предзаданности понимания индивидуальному человеческому сознанию и менталь-

ного плана субъективной интерпретации смысла» [12]. Итак, неопределенность понимается в данном случае как нарушение коммуникации и результат непонимания.

Р. В. Шамолин в статье «Гуманизм и неопределенность субъективной идентичности» отмечает, что «в нашем существовании мы имеем дело с неопределенностью в двух случаях: когда фиксируем ее присутствие в попытках схватить неотчуждаемую суть собственной идентичности и когда, обращаясь к миру явлений, пытаемся удержать о нем стабильное представление» [13]. Процесс преодоления субъективной идентичности, по мнению автора, имеет истоки в философии гуманизма, утверждается в концепции абсолютного субъекта в Новое время; индивидуальные свойства субъекта стираются и замещаются свойствами всеобщего. Субъект становится неопределенным. Данные размышления подчеркивают перспективность более детального исследования предпосылок формирования понятия неопределенности в истории философии. Но это задачи последующих исследований.

Теперь обратимся к анализу неопределенности как характеристики субъективного восприятия.

Неопределенность и особенности субъективного восприятия

Современное представление о субъективности позволяет выделить два основных значения этого понятия. Субъективное может пониматься как знание и как личное переживание. В предыдущем пункте мы показали, что субъективное и объективное не могут быть жестко противопоставлены как знание субъекта об объекте и сам этот объект. Здравый смысл указывает на то, что в эмпирическом знании субъекта отражается объект познания. Вместе с тем субъективное знание есть всегда знание конкретного человека. А поскольку оно основывается на индивидуальных особенностях познавательных способностей человека, его органов чувств, другими словами, физических составляющих, следовательно, знание начинается с субъективной стороны, которая является для других неопределенной, недоступной, закрытой.

Однако не следует исключать возможности возникновения неверного, искаженного знания, заблуждения относительно объекта, которое можно понимать в смысле неадекватности наличного субъективного знания объекту.

На эту особенность субъективного восприятия впервые обратили внимание софисты, подчеркивающие значение индивидуальных предпочтений, пристрастий, мнений в формировании субъективного знания. В Новое время это послужило основой трактовки такого рода субъективных, личностных характеристик в смысле неопределенностных, т. е. мешающих конструированию истинного знания о мире. Таким образом, неопределенность, субъективность понимались как недостаток, от которого необходимо избавиться в процессе восхождения к истине. Данная когнитивная установка имеет место и в современной теории познания. Действительно, объективность - необходимое условие истинного знания.

Другое направление исследования неопределенности лежит в плоскости рассмотрения субъективного как личностного переживания субъекта. Внимание к этой стороне познавательного процесса является одной из ключевых особенностей неклассической философии и науки.

В этом смысле особый интерес вызывает статья О. Н. Первушиной «Человек и неопределенность: на подступах к постановке проблемы». Основываясь, главным образом, на научно-психологической литературе, автор заявляет, что ситуацию, которую можно классифицировать как неопределенностную, невозможно свести к ситуации выбора: «В случае столкновения с неопределенностью состояние человека иное: он встречается с чем-то новым, неизвестным, неожиданным и не имеет возможных вариантов решения и поведения - эти варианты необходимо сначала породить, изобрести, а затем уже анализировать, взвешивать, выбирать» [14]. С этой точки зрения ситуация неопределенности понимается как неструктурированная, не предполагающая наличие веера возможностей, ориентиров, направляющих поведение человека.

О. Н. Первушина отмечает, что психика человека устроена таким образом, что он стремится устранить неопределенность, иметь достаточную долю уверенности, стабильности, человек пытается найти логичное объяснение происходящим процессам и принимать осознанные решения. Этот тезис принимается современными психологами на основе уже разработанных концепций в истории психологии.

С антропологической точки зрения это дает нам основание понять стремление человека найти в жизни свое место, предназначение, смысл. «Для развития общества и отдельного человека необходимы определенные ориентиры. В периоды хаоса, когда все рушится, неопределенность становится беспредельной. Возникает настоятельная потребность в уменьшении этой неопределенности за счет появления островков стабильности, устойчивости, определенности. Наступает черед невостребованных вариантов развития, ценностно-смысловых установок, целевых ориентиров» [15].

Общий обзор примеров использования данного понятия в психологической науке также демонстрирует статья Е. Ю. Лихачевой. В психологии неопределенность может пониматься как психологическое переживание в предельных, кризисных ситуациях. Автор формулирует общее видение неопределенности следующим образом: «Неопределенность - это отсутствие у субъекта ситуации ее целостного видения, ее контекста, значения и смысла, возможностей и тенденций ее дальнейшего развития. Ситуация неопределенности включает внешнюю (объективные характеристики) и внутреннюю (психологическое переживание) стороны» [16].

Таким образом, неопределенность не всегда присутствует в познании. Это есть некое отношение, установка к познанию внешнего мира, принятие его изменчивости, нестабильности. Неопределенность связана с принятием субъектом принципиально нового, необычного, не поддающегося осмыслению в рамках заданной парадигмы. С точки зрения психологии принять неопределенность готов не каждый человек. Существует зависимость от индивидуальных особенностей человеческой психики.

Что касается анализа ситуаций неопределенности в философской литературе, то на несводимость таких ситуаций к процедуре выбора из нескольких известных альтернатив указывается нами уже давно [17] и неоднократно.

К неопределенности, по мнению Н. В. Мишиной, приводит специфика человеческого сознания как наличие свойства «воспринимать информацию в "неявном" виде. Субъект, получая поток информации, осознает только часть ее, а остальную хранит в неэксплицированном виде (Х. Дрейфус, М. Полани, В. А. Лекторский и др.) Знание, существующее как неявный компонент, жестко не структурировано, не концептуализировано. Это дает возможность каждому воспринимающему субъекту выбирать из потока информации "свое" и интерпретировать по-своему» [18].

Данный подход Н. В. Мишина распространяет не только на философское знание, но и на научное. «Долгое время в науке наличие неопределенных понятий рассматривалось как факт ее недостаточно высокого уровня. Однако возможны ситуации, когда стремление к созданию жестких определений, различные уточнения и исправления могут даже препятствовать пониманию. И напротив, более эффективными оказываются гибкие, вероятностные соотношения между подразумеваемым содержанием знания и способами ее выражения» [19]. Данная диссертация была защищена более 20 лет назад, а современная наука и философия (что демонстрирует наш обзор проблемы) по-прежнему зачастую не принимает эти установки. Наличие определений, жестко обоснованных доказательств является условием успешности теории, и не только научной, но и философской. Стирание индивидуальных свойств мыслящего субъекта, его личное понимание, видение процесса, интуитивное выдвижение гипотез остается за рамками исследований. Вместе с тем очевидно, что не только логические доказательства, решение проблемы, структура ответа на вопрос, но сама постановка вопроса, интенции субъекта к вопрошанию составляют процесс интеллектуального творчества. Эта сторона мыслительного процесса играет существенную роль в осуществлении познания субъектом объекта, вместе с тем установление связи между субъектом и объектом становится достаточно проблематичным. Именно для характеристики такого рода связи можно использовать понятие «неопределенность».

Особенности взаимодействия новых знаний с наличным знанием

Более сложным, хотя бы гипотетически, является вариант отношения наличных знаний субъекта с его будущими знаниями. Субъект, имеющий определенную познавательную практику и фиксирующий прогрессирующие шаги в познании реальности, вправе считать, что его прошедшие знания по отношению к наличному, казавшиеся точными и полными, ныне должны характеризоваться им как неполные и неточные. Неопределенность используется здесь как характеристика уже прошедшего знания, которое, исходя из современного состояния, уже кажется таким. Но такое отношение между прошедшим и новым знанием может быть неоднократным. Обладая познавательной практикой, в ходе которой мы узнаем, что любое из прошедших знаний характеризуется этим состоянием, мы наличное знание можем характеризовать как неопределенное. В этом смысле неопределенность можно трактовать как наличие специфической познавательной установки.

Н. М. Урманцев применяет понятие «неопределенность» для описания состояния «неустойчивости» человека в изменяющемся мире: «Стараться уйти от неисполнимого желания определенности и законченной осмысленности и встать на почву того, что Алан Уотте назвал "мудростью неопределенности", и открыть для себя то, что А. Камю пытался найти для себя - возможностью удовлетвориться неизвестностью. Если мы принимаем неопределенность в качестве своей философии, это могло бы помочь нам относиться с большим уважением и терпимостью к различным взглядам на жизнь и получать большое удовольствие от разнообразия причудливых и удивительных толкований действительности» [20]. 10

Показательным в данном случае является обращение к понятиям абсолютной и относительной истины. Относительное знание есть неполное знание об объекте. Процесс познания бесконечен: обращаясь к анализу одной стороны объекта, мы неизбежно наталкиваемся на неизвестные ранее его стороны. Знание расширяется. В этом смысле истина недостижима, абсолютное знание об объекте во всем многообразии его свойств не может быть определенным.

Однако возникает вопрос: нужно ли считать абсолютно любое знание неопределенным полностью? В этом смысле можно вспомнить концепцию В. И. Ленина о зернах абсолютности в относительности истины. В соответствии с этим неопределенным в абсолютном смысле наше знание не является. Здесь неопределенность другого уровня, поскольку нам не известен не неопределенный элемент наших знаний.

Не стоит сбрасывать со счетов зависимость познания от целей, которое оно преследует. Зачастую нам не требуется наличие всей полноты знания об объекте, нас интересует только определенная сторона объекта. Познание направлено на устранение незнания об объекте. И неопределенность в данном случае устраняется, поскольку она понимается как незнание. Но следует отметить, что цели познания также могут расширяться. Допустим, что учитель считает знания ученика достаточными для определенного уровня. Но со временем, расширяя сферу его познания, он будет ставить перед учеником новые задачи. Произойдет развитие знания, предыдущего знания станет недостаточно для ответов на новые вопросы. Те же процессы характерны для истории развития знания в целом, истории науки. Сталкиваясь с новыми сторонами реальности, не имеющими объяснения в наличествующей теории, старая картина мира сменяется новой.

Мы рассмотрели основные направления исследования неопределенности в современной науке и философии через призму субъектно-объектных отношений. Эти исследования могут носить как исторический характер (предпосылки возникновения понятия неопределенности в науке и философии, исторический ракурс исследования субъектно-объектных отношений), так и философско-теоретический характер.

При всем этом исследование неопределенности в данной работе не выходило за рамки простейшей схемы обозначения отношений между субъектом и объектом, при котором субъект выступает в качестве пассивно воспринимающей стороны процесса. Однако, как известно, внимание к активной роли познающего субъекта начинается уже со времен И. Канта. А это означает, что схема субъектно-объектных отношений усложняется, что не может не отразиться на исследовании роли неопределенности в процессе познания. Это открывает новые возможности для дальнейшего исследования феномена неопределенности.

Мы осознаем, что данная статья не представляет собой решения проблемы неопределенности, а намечает возможные (не рискнем сказать перспективные) пути исследования ситуации неопределенности. Убеждены мы лишь в одном - без использования и анализа данного понятия современной философии просто не обойтись.

Примечания

1. Дорожкин А. М. Научный поиск как постановка и решение проблем. Н. Новгород, 1995. С. 35.

2. Диев В. С. Риск и неопределенность в философии, науке, управлении // Вестник Томского государственного университета. 2011. № 2(14). С. 83.

3. Там же. С. 83.

4. Куликова Е. Ю. Понятие «неопределенность» и прогнозирование оптимального вектора развития природно-технической геосистемы // Горный информационно-аналитический бюллетень (научно-технический журнал). 2006. № 6.

5. Там же. С. 14.

6. Например: Философия науки в вопросах и ответах. М., 2008. С. 125.

7. Диев В. С. Указ. соч. С. 86.

8. Урманцев Н. М. Свобода человека и неопределенность его выбора // Вестник Тюменского государственного университета. 2007. № 2. С. 120.

9. Там же. С. 120.

10. Соловьев О. Б. Неопределенность: интенциональные и аспектуальные горизонты понимания // Вестник НГУ. Сер.: Психология. 2008. Т. 2, вып. 1.

11. Там же. С. 63.

12. Там же. С. 66.

13. Шамолин Р. В. Гуманизм и неопределенность субъективной идентичности // Вестник НГУ. Сер.: Психология. 2011. Т. 5, вып. 1. С. 73.

14. Первушина О. Н. Человек и неопределенность: на подступах к постановке проблемы // Вестник НГУ. Сер.: Психология. 2007. Т. 1, вып. 1. С. 12.

15. Там же. С. 13.

16. Лихачева Е. Ю. Смыслообразование как механизм преодоления неопределенности (на материале имитационных игр) // Вестник Московского государственного областного университета. Сер.: Психологические науки. 2010. № 3. С. 23.

17. Дорожкин А. М. Понятие неопределенности в естествознании (гносеологические проблемы): дис. ... канд. филос. наук. М., 1978.

18. Мишина Н. В. Генетические основания и логические формы выражения неопределенности: ав-тореф. дис. ... канд. филос. наук. М., 1991.

19. Там же.

20. Урманцев Н. М. Неопределенность бытия и свобода человека // Вестник ЧитГУ. 2008. № 5. С. 114.

Notes

1. Dorozhkin A. M. Scientific search as formulation and solution of problems [Nauchnyy poisk kak postanovka i reshenie problem]. N. Novgorod, 1995. P. 35.

2. Diev V. S. Risk and uncertainty in philosophy, science, management [Risk i neopredelennost' v filosofii, nauke, upravlenii]. Vestnik Tomskogogosudarstvennogo universiteta. No 2 (14). 2011. P. 83

3. Ibid. P. 83.

4. Kulikova E. Yu. The concept of uncertainty and predicting the optimal vector of natural- technical geosystems [Ponyatie «neopredelennost'« i prognozirovanie optimal'nogo vektora razvitiya prirodno-tekhniches-koy geosistemy]. Gornyy informatsionno-analiticheskiy byulleten' (nauchno-tekhnicheskiy zhurnal). No 6. 2006.

5. Ibid. P. 14.

6. The philosophy of science in questions and answers [Filosofiya nauki v voprosakh i otvetakh]. Moscow. 2008. P. 125.

7. Diev V.S. Risk and uncertainty in philosophy, science, management [Risk i neopredelennost' v filosofii, nauke, upravlenii]. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. No 2 (14). 2011. P. 86.

8. Urmantsev N. M. Human freedom and uncertainty of his choice [Svoboda cheloveka i neopredelennost' ego vybora]. Vestnik Tyumenskogo gosudarstvennogo universiteta. No 2. 2007. P. 120.

9. Ibid. P. 120.

10. Solov'yev O.B. Uncertainty: intentional and aspectual horizons of understanding [Neopredelennost': intentsional'nye i aspektual'nye gorizonty ponimaniya]. Vestnik NGU. Seriya: Psikhologiya. Vol. 2.1. 2007.

11. Ibid. P. 63.

12. Ibid. P. 66.

13. Shamolin R. V. Humanism and the uncertainty of subjective identity [Gumanizm i neopredelennost' sub''ektivnoy identichnosti]. Vestnik NGU. Seriya: Psikhologiya. Vol. 5.1. 2011. P. 73.

14. Pervushina O. N. Man and uncertainty: on the approaches to the problem [Chelovek i neopredelennost': na podstupakh k postanovke problemy]. Vestnik NGU. Seriya: Psikhologiya. Vol. 1.1. 2007. P. 12.

15. Ibid. P. 13.

16. Likhacheva E. Yu. Interpretation as a mechanism for coping with uncertainty (based on simulation games) [Smysloobrazovanie kak mekhanizm preodoleniya neopredelennosti (na materiale imitatsionnykh igr)]. Vestnik Moskovskogogosudarstvennogo oblastnogo universiteta. Seriya: Psikhologicheskie nauki. No 3. 2010. P. 23.

17. Dorozhkin A. M. The notion of uncertainty in natural science (epistemological issues) [Ponyatie neopredelennosti v estestvoznanii (gnoseologicheskie problemy)]. Dissertatsiya na soiskanie uchenoy stepeni kandidatafilosofskikh nauk. Moscow. 1978.

18. Mishina N. V. Genetic basis and logical expressions of uncertainty [Geneticheskie osnovaniya i logicheskie formy vyrazheniya neopredelennosti]. Avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoy stepeni kandidata filosofskikh nauk. Moscow. 1991.

19. Ibid.

20. Urmantsev N. M. The uncertainty of life and the freedom of man [Neopredelennost' bytiya i svoboda cheloveka]. Vestnik ChitGU. No 5. 2008. P. 114.