"Я - мальчик на все руки"

---

"Я - мальчик на все руки"

---

     В большинстве столичных кинотеатров сегодня идут не американские блокбастеры, а арт-хаусные фильмы из программы XXIV Московского международного кинофестиваля. О том, что собой представляет главное киномероприятие страны, корреспондент "Денег" АЛЕКСЕЙ КАРАХАН разузнал у генерального директора ММКФ Рената Давлетьярова.

— Известно, с чего начинается театр. А кинофестиваль?
       — Вначале все вертится вокруг картин. Существует устоявшаяся структура фестивальных программ: это конкурсный показ, ряд традиционных внеконкурсных циклов, например "Национальные хиты" или "8 1/2". Известно и количество картин, которое должно в эту структуру вписаться. И первый этап работы сводится исключительно к заполнению всех ячеек в соответствии с уже сложившимися традициями. Этим занимается группа отборщиков, которую возглавляет Кирилл Разлогов.
       Президент ММКФ Никита Михалков или я вмешиваемся, если внутри самой отборочной комиссии возникают противоречия по поводу конкретного фильма. Именно отборщики выбирают фильмы для конкурсных и внеконкурсных показов, а затем ведут переговоры с их создателями и правообладателями о том, чтобы они дали согласие показать свои картины на нашем фестивале. К сожалению, пока этого хотят далеко не все.
       — Почему?
       — В конкурсную программу доставать картины особенно сложно. По правилам фильм, показанный в конкурсе одного международного фестиваля, не может быть показан в конкурсе любого другого. То есть постоянно идет соревнование за наиболее перспективные фильмы, и пока мы в этой борьбе уступаем и Каннам, и Венеции, и Берлину.
       Сложность переговорного процесса заключается еще и в том, что основные кинорынки мира в Лос-Анджелесе, Берлине и Каннах проходят весной, и на добывание фильмов у нас остается не так уж много времени. Особенно трудно заполучить наиболее успешные премьеры Каннского фестиваля, который завершается меньше чем за месяц до начала ММКФ. Хотя в этом году борьба за картины далась меньшей кровью, чем раньше, и мы все-таки покажем двух триумфаторов каннского конкурса — "Человека без прошлого" Аки Каурисмяки, и "Сына" братьев Дарденов. А вот показ "Пианиста" Романа Полански сорвался в последний момент.
       — Что нового в московском конкурсе?
       — По крайней мере, несколько фильмов, снятых признанными мэтрами: "Дом на турецкой улице" Боба Рафелсона, "Приложение" обладателя "Золотого Георгия" Кшиштофа Занусси и "Воскресение" по роману Толстого братьев Паоло и Витторио Тавиани.
       — А зачем вообще мэтрам нужны фестивали?
       — Фестивали нужны для того, чтобы лучше продавались фильмы. Если картина получает каннскую Золотую пальмовую ветвь, она не становиться лучше, просто ее гораздо легче продать. Фильмы, относящиеся к настоящему искусству, очень трудно рекламировать, а фестивальный успех при продвижении таких фильмов играет очень большую и, что еще важнее, бесплатную роль. Но фестивали могут оказать фильму и плохую услугу, ведь если картина ничего не получает, то все будут думать, что фильм не очень хорош.
       Пока в России не было нормального проката, на ММКФ этот принцип не распространялся, но теперь многое меняется. Например, любая реклама фильма "Фанатик", как в России, так и за рубежом, начинается с сообщения, что этот фильм получил Гран-при ММКФ. То же самое с картиной "Амели", которая анонсировалась как фильм--открытие Московского фестиваля. Это значит, что ММКФ начинает выполнять свою естественную роль в цикле кинобизнеса.
       — Какую роль в организации фестиваля играет государство?
       — Именно государство приняло решение о том, что ММКФ должен стать полноценным и ежегодным. Сейчас фестиваль делают не только сотрудники "Интерфеста" и нанятые нами люди, но и городские службы, включая милицию и другие органы правопорядка, а также федеральные и московские власти. И когда я говорю о том, что фестивальный механизм относительно притерся, я имею ввиду не только нас, но и всех заинтересованных участников этого процесса.
       Из года в год работа оргкомитета, который возглавляет премьер-министр, становится все более слаженной. Таможенники уже знают, как быстро организовать коридор для временной растаможки фильмокопий, а раньше с этим каждый раз возникали огромные проблемы. Иногда пленки лежали на границе, но из-за проблем с таможней мы так и не успевали их показать. Министерство печати и информации обеспечивает отражение фестивальных событий в государственных СМИ. МИД содействует ускоренной выдаче виз нашим иностранным гостям. Минкульт своевременно выделяет предусмотренные бюджетом средства. Правда, в итоге в этом году мы получили меньше денег, чем в прошлом. Нам выделили те же 72 млн рублей, но инфляция за год съела около $350 тыс.
       — Другие фестивали также зависят от властей?
       — В принципе, да. Все крупные фестивали, в том числе Каннский, более чем наполовину финансируются федеральными и муниципальными властями. Я разговаривал с бывшим директором Берлинского фестиваля Морицем де Хаделном, и он сказал, что частные инвесторы не раз предлагали ему купить фестиваль.
       Но в этом случае фестиваль из витрины для художественного кино превратился бы в обычное коммерческое мероприятие, ориентированное на мейнстрим. Поэтому такая зависимость ММКФ от государства — это не болезнь роста, а вполне естественное положение дел.
       — Как вы используете возможности бюджета, состоящего из государственных и спонсорских средств?
       — К госденьгам спонсоры добавляют больше $1 млн. Причем этот миллион состоит не только из реальных денег, но и из спонсорских услуг. Например, мобильный оператор представляет связь, есть компания, которая обеспечивает весь фестивальный центр компьютерами и сетью. Кто-то проводит приемы, делает скидки на покупку авиабилетов и заказ гостиничных номеров. Что касается государственных средств, то они идут на цели, предусмотренные законодательством о расходовании бюджетных средств. Например, в законодательстве прописана сумма, предусмотренная на приемы,— около 80 рублей на человека. Но совершенно очевидно, что на эти деньги невозможно организовать хоть что-нибудь пристойное. А благодаря смешанному бюджету мы выходим из положения. Мы платим организатору мероприятия 80 рублей государственных и еще $50 спонсорских и таким образом закрываем проблему.
       — Каковы реальные масштабы ММКФ?
       — В рамках фестиваля задействованы десятки объектов, включая 11 центральных кинотеатров, выставочный зал "Манеж", Парк Горького и множество ресторанов, в которых будут проходить открытые и закрытые приемы. Одновременно в десятках мест начнутся различные мероприятия — от показов фильмов до закрытых обедов дирекции фестиваля с членами жюри. Причем фестивальный день начинается в 10 утра, а заканчивается часа в три ночи. За каждым мероприятием закреплен ответственный, которому в случае накладок оторвут голову, а в случае успеха по этой же голове погладят.
       — А по каким критериям оценивать фестиваль? Как определить, что делать с вашей головой?
       — Оценивать фестиваль нужно, а то и правда некоторые будут очень хорошо спать. В прошлом году один журнал предложил критикам оценить фестиваль по 30 позициям: конкурсная и внеконкурсная программы, транспортные службы, кинопоказ, культурная программа, доступность информации, уровень приехавших звезд и так далее. Но на мой взгляд, объективной картины в результате все равно не получилось. Хотя с подходом в выборе критериев я согласен, их не может быть два или три, их должно быть много, вплоть до... Ну, например, вовремя ли привезли пирожки на банкет открытия.
       — В чем заключается главное отличие фестивального бизнеса от любого другого?
       — С одной стороны, все очень похоже — формирование кинопоказа, работа с чиновниками и спонсорами, организация церемоний открытия--закрытия и последующих банкетов, размещение наружной рекламы, бронирование авиабилетов, резервирование гостиниц, формирование фестивального штаба. Во многом все это очень напоминает обычную организационную работу. Наверное, главное отличие заключается в том, что кинофестиваль — это в первую очередь работа с людьми, причем не просто с людьми, а с экзальтированными людьми, коими являются художники. И каждый из них обладает полным набором человеческих достоинство и недостатков, да и подчас — в гипертрофированном виде. Один — спокойный, другой — капризный, третий — просто сволочь. Попадаются, конечно, и милые, замечательные люди.
       — Как распределяются обязанности между вами и президентом фестиваля Никитой Михалковым?
       — Мы все в сиянии Михалкова. Президент делает очень много и отвечает за многое. Власть без ответственности — это волюнтаризм, как говорил другой незабвенный Никита Сергеевич. Стратегические направления всей деятельности, конечно же, определяет президент. Я искренне считаю, что нам повезло: образ фестиваля создает великий режиссер. К тому же Никита Сергеевич, пользуясь огромной любовью к нему разных богатых людей, привлекает деньги, без которых провести фестиваль было бы невозможно. Но он не обязан знать, как работает фестивальный транспорт, как проходит аккредитация или расселение. Это его не должно касаться.
       — Кто вас назначает и платит зарплату?
       — Генерального директора фестиваля назначает министр культуры, а утверждает коллегия Минкульта. Зарплату мне платит государственное не бюджетное предприятие "Интерфест", которому государство поручает проводить ММКФ.
       — И какое место в общей фестивальной структуре вы занимаете?
       — Можно сказать, что я — мальчик на все руки. Но если серьезно, то я генеральный директор фестиваля, причем "генеральный" в данном случае не просто красивое прилагательное. У ММКФ есть директор программ, коммерческий директор, директор кинопоказа, директор по связям с общественностью, есть исполнительный директор. Можно сказать, что я возглавляю и координирую совет директоров фестиваля. А вообще-то, заниматься приходится всем. Например, вчера я был на совещании у вице-премьера Валентины Матвиенко, потом давал пресс-конференцию, а вечером подписал докладную записку, в которой говорилось: "Прошу разрешения на выделение под отчет денег для покупки спреев для туалетов в фестивальном штабе". Но по-другому, наверное, невозможно.