Большое дело

Слияние российского адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» и Magisters, крупного игрока на рынке юридических услуг СНГ, можно считать одним из главных событий года в этой сфере. Для чего укрупняются юридические фирмы и как это происходит?

Молодожены

Юридическая компания Magisters, ранее известная как «Магистр и партнеры», основана в 1997 году в Киеве адвокатами Олегом Рябоконем и Сергеем Свирибой. В 2006 году компания слилась с другой украинской юридической фирмой — адвокатским бюро «Правис: Резников, Власенко и партнеры». Чуть позже состоялось объединение с российской Legas Legal Solutions, а через два года — с белорусской «Белюрбюро». К настоящему моменту фирма насчитывает около сотни юристов, ее офисы находятся в Киеве, Москве, Астане, Минске и Лондоне. Чистая операционная выручка за прошлый год составила $26 млн. С самого основания Magisters являлись влиятельной командой, особенно на Украине: они консультировали украинское правительство по вопросам присоединения к ВТО, представляли власти в различных судебных разбирательствах и иных официальных процедурах. Однако близость к верхам сыграла с Magisters злую шутку. После смены украинской верховной власти команда нового лидера стала сводить политические счеты со своими оппонентами. Генеральная прокуратура Украины возбудила уголовное дело в отношении бывшего старшего партнера фирмы Евгения Корнийчука. В 2006 году он был избран в Верховную раду по спискам Блока Юлии Тимошенко. После «оранжевой революции» Корнийчук стал первым заместителем украинского министра юстиции. По версии Генпрокуратуры, он лоббировал привлечение Magisters к обслуживанию государственной компании «Нафтогаз». Впрочем, «Нафтогаз» обслуживался у Magisters задолго до того, как Корнийчук стал чиновником. Большинство наблюдателей рассматривает это уголовное дело как политическое.

Российское адвокатское бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» (EPA&P) вдвое крупнее коллег — в нем трудятся 220 юристов, а выручка за 2010 год, по данным справочника The Lawyer European 100, более чем в пять раз больше — $139 млн. Фирма основана в Санкт-Петербурге в 1993 году. В настоящий момент ее офисы есть также в Москве и Лондоне.

Главным конкурентным преимуществом компании участники рынка за глаза называют близость к «питерским москвичам». По данным журнала The New Times, один из основателей фирмы адвокат Николай Егоров — однокурсник Владимира Путина по ЛГУ. Среди клиентов фирмы МИД России, Минэкономразвития, Минатом, Минпромторг, ФАС, ФСФР, крупнейшие отечественные компании. Близость к российским властям подтверждается и тем, что фирма занималась защитой двух сотрудников российских спецслужб в Катаре. В 2004 году они были признаны катарским судом виновными в убийстве чеченского лидера Зелимхана Яндарбиева, но вскоре вернулись в Россию.

Неравный брак

Таким образом, стратегия EPA&P и Magisters примерно одинакова — максимально тесное сотрудничество с государственной властью.

И если для российской юрфирмы такая стратегия пока работает хорошо, то дальнейшее развитие Magisters пало жертвой украинских политических баталий. С командой президента Украины Виктора Януковича отношения, похоже, не сложились. Поэтому, по мнению завсегдатаев профессиональных юридических интернет-форумов, одной из причин слияния является стремление руководства Magisters найти сильных покровителей в среде российского истеблишмента, представителем которых в юридическом сегменте является EPA&P. Это мнение разделяют и некоторые участники рынка. Глен Колини, член глобального совета Salans, партнер петербургского и московского офисов Salans считает: «В сложной для фирмы Magisters ситуации, сложившейся в результате расстановки политических сил на Украине, АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» усмотрели возможность увеличения доли рынка на привлекательных финансовых условиях, фирма Magisters была заинтересована в покровительстве сильного российского партнера. На фоне неблагоприятных для фирмы Magisters политических перемен речь идет скорее о поглощении, а не о слиянии на равных правах».

Впрочем, так думают не все эксперты. Маргарита Гаскарова, главный редактор журнала о юридическом бизнесе Legal Success, уверена: «На мой взгляд, независимо от известных всем событий, происходящих в Киеве, косвенно задевших фирму Magisters, не следует искать мотивацию слияния в этом. Это объединение находится в русле развития мировых тенденций юридического бизнеса. С этой точки зрения перспективы слияния EPA&P и Magisters выглядят привлекательно, так как их цель — завоевание лидирующей позиции на рынке СНГ».

Есть и другое объяснение. Magisters сильны высококлассными профессионалами в самых разных сегментах юридической практики. Если бы равных по квалификации и опыту специалистов компания EPA&P привлекала через хедхантеров или благодаря развитию компетенций собственных юристов, на это ушло бы гораздо больше времени, денег и иных ресурсов. Поэтому EPA&P избрала вполне адекватную стратегию вовлечения в свой бизнес новой команды. Уступив часть ключевых позиций в объединенной фирме, ядро EPA&P сохранило контроль над фирмой в целом. По словам Глена Колини, «международные сделки по слияниям славятся сложностью и непредсказуемостью последствий. Профессиональные юристы далеко не всегда обладают необходимыми управленческими навыками, что даже в самых благоприятных ситуациях усугубляется культурными и языковыми барьерами и системными и личностными различиями. Так, Salans потребовалось почти десять лет на то, чтобы начать получать отдачу от объединения с фирмой Christy & Viener. Для успешного слияния фирм необходимы высочайший уровень управленческого мастерства и солидная финансовая основа. Общность языков и культур может облегчить задачу для АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры»».

Последствия

В результате слияния в объединенной фирме будут работать более трехсот юристов. Если доходность на одного юриста при этом станет соответствовать текущим показателям EPA&P, то предполагаемая чистая годовая выручка объединенной фирмы в следующем году составит не менее $200 млн. И по количеству юристов, и по выручке EPA&P с большим отрывом лидирует среди юридических компаний Восточной Европы. В мировом рейтинге компания войдет в сотню крупнейших юридических фирм мира по числу юристов, хотя, вероятно, отстанет от американских конкурентов по объему выручки.

Однако всегда ли крупная фирма с широким спектром услуг успешнее специализирующейся на одном сегменте рынка? «Как мы знаем из спортивных единоборств, не всегда более крупный оказывается более сильным, — говорит Игорь Дубов, партнер юридической группы «Яковлев и партнеры». — Безусловно, крупная юридическая компания имеет некоторые преимущества, так как является несколько более универсальной и может развивать большее число практик. Большая компания может „переварить“ большее число клиентов. Однако это не означает, что на рынке юридических услуг крупные компании имеют подавляющее преимущество. Технологии не всегда обеспечивают высокое качество юридических услуг. Имеется множество примеров, когда небольшие специализированные фирмы составляют серьезную конкуренцию крупным юридическим компаниям».

Конкурентные преимущества крупных фирм складываются из трех факторов. Во-первых, так удобнее для крупных клиентов. Растут клиенты — растет и юрбизнес. «Безусловный плюс крупной фирмы в том, что она имеет возможность предоставить клиенту полный спектр услуг, — говорит Надежда Орлова, партнер по налогам и праву консалтинговой компании ФБК. — Если клиент заинтересован в едином консультанте на крупном проекте, но не находит поддержки у своего консультанта, то, скорее всего, он с ним расстанется. Поэтому отсутствие той или иной практики или отсутствие фирмы в том или ином регионе потенциально несет в себе риск потери клиента».

Однако, чем больше команда, тем больше времени уходит на управленческие функции и внутренние коммуникации. Михаил Сафаров, директор регионального развития, партнер Vegas Lex считает: «Слабости больших компаний также понятны: сложности управления, возрастающие центробежные тенденции, трудность в создании единой корпоративной культуры и т.д.». В итоге юристы тратят меньше времени на собственно отработку клиентских поручений.

А поскольку зарплаты на юридическом рынке примерно одинаковы, это означает более высокую себестоимость услуг крупных юридических фирм. Обычно проблема конкурентоспособного прайса решается за счет найма скромных по части зарплат молодых сотрудников, которыми руководят опытные старшие ассоциаты и партнеры, уже решавшие аналогичные задачи по другим проектам. Однако, для того чтобы обеспечить высокое качество юридических услуг, должна быть отлаженная технология контроля над тем, что делают младшие юристы. Впрочем, и EPA&P, и Magisters такие технологии давно внедряют и добились успехов, судя по оценкам юридических справочников.

Второе преимущество отмечает Сергей Пепеляев, управляющий партнер «Пепеляев групп»: «У крупных юркомпаний больше возможностей, потому что у них есть возможность развития различных специализаций, наличие которых помогает предоставить клиентам комплексные услуги — взглянуть на проблему со всех сторон силами разных специалистов и найти оптимальное решение». Небольшая фирма, если у нее нет проверенного партнера с нужными компетенциями, не сможет предложить комплексный продукт, обеспечить юридическое сопровождение таких проектов. Что предпримут конкуренты из-за этого слияния? «Полагаю, что частота сделок M&A на рынке юридических услуг будет увеличиваться, — говорит Михаил Сафаров. — Скорее всего, это будет происходить среди российских юридических компаний второго эшелона, а также на уровне региональных компаний. Не исключаю и консолидации российских и международных операторов». Игорь Дубов отмечает: «Мы не чувствуем угрозы, потому что для нас на одного конкурента станет меньше. Ну, а если серьезно, то лично я не вижу оснований для беспокойства. Слияние, на мой взгляд, преследует цель создания крупной национальной компании, которая могла бы выступать противовесом иностранным юридическим фирмам. В связи с этим слияние не приведет к переделу клиентской базы российских юридических компаний».

Третий фактор — более устойчивое финансовое положение крупной фирмы. «У крупной компании, — рассказывает Сергей Пепеляев, — больше возможностей для создания различных фондов поддержки, например резервного фонда на случай кризиса».

«Что касается наших планов по слиянию, — говорит Надежда Орлова, — то мы, конечно, изучаем варианты потенциальных партнеров. Как и другие компании, мы, безусловно, стремимся представлять клиентам полную линейку юридических услуг, поэтому заинтересованы в партнерах, которые могли бы дополнить и усилить наши позиции». Главный соперник объединенного EPA&P на российском рынке юридических услуг, компания «Пепеляев групп», также не высказывает опасений по поводу слияния. «Угрозы нам и рынку в целом нет, — говорит Сергей Пепеляев. — Наоборот, новость положительная. Отрадно, что российские юридические фирмы растут и развиваются, становясь интернациональными. Желаю им успешного совместного плавания».