Проблемы отграничения незаконного предпринимательства от смежных составов преступлений

Вестник Челябинского государственного университета. 2012. № 29 (283).

Право. Вып. 33. С. 97-101.

А. В. Силаев

ПРОБЛЕМЫ ОТГРАНИЧЕНИЯ НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ

ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Рассматривается проблема отграничения незаконного предпринимательства от смежных составов преступлений. Проведен анализ норм, имеющих достаточное количество общих объективных и субъективных признаков с незаконным предпринимательством. Установлены признаки отграничения незаконного предпринимательства от иных близких к нему составов. Сделаны выводы о целесообразности такого разграничения.

Ключевые слова: незаконное предпринимательство, отграничение от смежных составов преступлений, общие признаки незаконного предпринимательства с иными составами, отличие незаконного предпринимательства от иных составов.

Немаловажное значение в исследовании применения нормы об уголовной ответственности за незаконное предпринимательство имеет его отграничение от смежных составов преступлений. Кроме того, следует иметь в виду небольшой срок существования и недостаточный опыт применения законодательных новелл не только рассматриваемой нормы, но и норм смежных составов преступлений.

Как известно, в теории уголовного права под смежными составами преступлений понимаются такие составы, в которых встречается достаточное количество общих объективных и субъективных признаков.

Анализ уголовного законодательства подтверждает, что незаконное предпринимательство является общей нормой по отношению к таким преступлениям, как производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт немаркированных товаров и продукции (ст. 171.1 УК РФ), незаконная банковская деятельность (ст. 172 УК РФ), незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью (ст. 235 УК РФ) и ряду других статей, содержащих признаки незаконного предпринимательства.

В случае совершения незаконного предпринимательства осуществляется производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или сбыт немаркированных товаров и продукции (ст. 171.1 УК РФ), подлежащих обязательной маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищенными от подделок, совершенные в крупном или особо крупном размере. Верховный Суд РФ однозначно указал, что действия лица в таких случаях надлежит квалифицировать по совокуп-

ности преступлений, предусмотренных ст. 171 и 171.1 УК РФ1.

Непосредственным объектом незаконного оборота немаркированных товаров и продукции является установленный порядок занятия предпринимательской деятельностью, обеспечивающий легальное производство и последующий оборот определенных видов товаров и продукции, экономические интересы государства, интересы и права потребителя2. Следует отметить, что данная норма выделена из общей нормы незаконного предпринимательства для дополнительных гарантий защиты потребителя от недобросовестного производителя (распространителя).

Объективная сторона данного деяния включает в себя производство, приобретение, хранение, перевозку в целях сбыта или сбыт товаров и продукции, подлежащих обязательной маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищенными от подделок, то есть лицом осуществляются определенные незаконные предпринимательские действия. Другим обязательным условием наступления уголовной ответственности является его совершение в крупном размере. В отличие от незаконного предпринимательства, при совершении которого крупным размером следует считать выручку от реализации товаров (работ) без вычета произведенных расходов, связанных с осуществлением незаконной деятельности, при совершении преступления, предусмотренного ст. 171.1 УК РФ, крупный размер будет определяться стоимостью немаркированных товаров и продукции.

В связи с этим следует согласиться с вышеизложенной позицией Верховного Суда РФ о том, что производство или реализацию

немаркированных товаров и продукции, совершенных в крупном размере организацией или предпринимателем, не имеющими регистрации либо специального разрешения (лицензии), следует квалифицировать по совокупности.

Незаконная банковская деятельность по объективным и субъективным признакам состава преступления во многом схожа с незаконным предпринимательством. Указанными статьями предусмотрена ответственность за осуществление деятельности (предпринимательской или банковской) без регистрации или без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере. Выполнение указанных действий образует однородную объективную сторону рассматриваемых преступлений.

В отличие от незаконного предпринимательства, общественная опасность от занятия незаконной банковской деятельностью заключается в том, что оно подрывает основы нормального функционирования банковской системы государства, уменьшает доверие населения к банкам3 и иным кредитным организациям.

В силу бланкетности диспозиций следует также обратить внимание на то, что при квалификации незаконного предпринимательства необходимо обращаться прежде всего к федеральным законам от 8 августа 2001 г. № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»4 и № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»5, признаки незаконной банковской деятельности определяются с учетом федеральных законов от 2 декабря 1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности»6, от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)»7 и других, а также ведомственными нормативными актами Центрального банка РФ, регулирующими порядок регистрации и лицензирования банковской деятельности.

Незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью (ст. 235 УК РФ) является частным случаем незаконного предпринимательства (ст. 171 УК). Но с учетом социальной значимости деяния норма содержится в главе о преступлениях против здоровья населения и общественной

нравственности и входит в группу преступлений против здоровья населения. Анализируемая норма направлена на защиту населения от ненаучных методов диагностирования и лечения заболеваний, применения лекарств и препаратов, не получивших одобрения Минздрава России и не рекомендованных к применению в медицине8.

Объективную сторону преступления образует занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью лицом, не имеющим лицензии на избранный вид деятельности. Обязательным признаком является преступное последствие в виде причинения вреда здоровью человека.

Вместе с тем незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью, имеющее целью систематическое получение прибыли, говорит о связи с незаконным предпринимательством и в этой части выступает специальной нормой по отношению к ст. 1719.

В качестве бланкетной составляющей ст. 235 УК РФ выступают «Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» от 22 июля 1993 года № 5487-110.

Верховный Суд РФ обратил внимание на данную норму и с целью недопущения ошибок в применении ст. 171 и ст. 235 УК РФ дал следующие разъяснения: в том случае, когда осуществление частной медицинской практики или частной фармацевтической деятельности без соответствующего специального разрешения (лицензии) не повлекло последствий, указанных в ст. 235 УК РФ, но при этом был причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо извлечен доход в крупном размере или в особо крупном размере, действия лица следует квалифицировать по соответствующей части ст. 171 УК РФ11.

Пленум назвал критерием такого разграничения характер общественно опасных последствий как элемента деяния, подчеркнув тем самым их значение для определения объектов посягательств, от которых и зависит отнесение содеянного к тому или иному составу преступления.

Помимо вышеуказанных преступлений, Верховный Суд РФ посчитал необходимым установить разграничение со следующими преступлениями: незаконным использованием товарного знака (ст. 180 УК РФ), нарушение правил изготовления и использования государственных пробирных клейм (ст. 181 УК РФ), произ-

водство, хранением, перевозкой либо сбытом товаров и продукции, выполнением работ или оказанием услуг, не отвечающих требованиям безопасности (ст. 238 УК РФ). И установил, что если в процессе незаконной предпринимательской деятельности совершается одно из указанных преступлений, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений. Поскольку периодически вызывает сложность вопрос о том, не поглощаются ли названные составы преступлений составом незаконного предпринимательства, такое разграничение вполне оправдано и автор его поддерживает.

Одним из дискуссионных остается вопрос соотношения незаконного предпринимательства и уклонения от уплаты налогов и (или) сборов с физических лиц или организаций (ст. 198 и 199 УК РФ). Мнения ученых и практиков по данному вопросу разделились. Одни авторы полагают, что неуплата с доходов, полученных в результате осуществления незаконной предпринимательской деятельности, не должна квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 171 и ст. 198, 199 УК РФ12. Другие считают, что действия виновного, занимающегося предпринимательской деятельностью без регистрации или без специального разрешения и уклоняющегося от уплаты налога с доходов, полученных в результате такой деятельности, надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. 171 и 198, 199 УК РФ13.

В качестве обоснования разграничения данных составов преступления Б. В. Волженкин указывает, что незаконная предпринимательская деятельность — такое же преступление, как незаконный оборот наркотиков, оружия, получение взятки и т. п., а следовательно, доходы от незаконного предпринимательства получены преступным путем. Признавая необходимость платить налоги на доходы, полученные от незаконной предпринимательской деятельности, нужно быть последовательным и признать, что следует платить налоги во всех случаях преступного обогащения. Привлечение в этом случае к уголовной ответственности за причинение такого последствия еще и по ст. 198, 199 УК РФ нарушит принцип справедливости, в соответствии с которым никто не может нести уголовной ответственности дважды за одно и то же преступление14.

И. И. Кучеров утверждает, что источник получения доходов при уплате налогов должен

носить исключительно законный характер (т. е. с соблюдением условий регистрации и лицензирования), а поэтому составом уклонения от уплаты налогов и (или) сборов не охватываются действия, направленные на сокрытие доходов, полученных от незаконной предпринимательской деятельности. Объекты налогообложения, которые обусловливают обязанность налогоплательщика заплатить налог, представляют собой юридические факты, выражающиеся только в правомерных действиях. По этой причине доход от незаконной предпринимательской деятельности нельзя рассматривать в качестве объекта налогообложения. Соответственно, у лица, его получившего, отсутствует обязанность по уплате с него налогов15.

Данной позиции придерживается и Верховный Суд РФ, который в своем Постановлении Пленума от 18 ноября 2004 г. № 2316 указал, что действия лица, признанного виновным в занятии незаконной предпринимательской деятельностью и не уплачивающего налоги и (или) сборы с доходов, полученных в результате такой деятельности, полностью охватываются составом преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ. А также, что «полученные в результате совершения такого преступления денежные средства и имущество признаются вещественными доказательствами и подлежат обращению в доход государства в силу п. 4 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, а потому налогообложению не подлежат».

Таким образом, отличие незаконного предпринимательства от уклонения от уплаты налогов заключается в том, что неуплата налогов является вытекающим из него негативным последствием, а не целью преступления. Кроме того, финансово-хозяйственная деятельность организации, осуществляющей свою деятельность незаконно, имеет противоправный характер в силу отсутствия разрешения государства на ее осуществление. При уклонении от уплаты налогов деятельность индивидуальных предпринимателей и организаций в основном является правомерной.

Определенную сложность представляет проблема разграничения незаконного предпринимательства и мошенничества, совершенного в сфере предпринимательства. Такое мошенничество совершается под видом легального предпринимательства или с использованием организаций, действующих на законных основаниях. В процессе смешения признаков данных норм при

совершении преступления проявляются общие между ними признаки: во-первых, присутствие в деянии обмана; во-вторых, получение незаконного дохода либо причинение материального ущерба; в третьих, окружение деяния разного рода договорными отношениями.

На практике у правоохранительных органов возникают проблемы в выявлении в деянии признаков преступлений, предусмотренных ст. 171 УК РФ либо ст. 159 УК РФ, совершенных в ходе реализации предпринимательской деятельности, которая сопровождается гражданско-правовыми отношениями и деликтами. Именно сложность и запутанность гражданско-правовых норм вводит в заблуждение правоохранительные органы при квалификации преступлений, что приводит к уклонению преступников от уголовного наказания.

По объекту преступления мошенничество посягает на отношения собственности, в то время как незаконное предпринимательство посягает на установленный законом порядок осуществления предпринимательской деятельности.

Объективную сторону мошенничества образуют умышленные действия, направленные на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. Тогда как незаконное предпринимательство заключается в осуществлении предпринимательской деятельности без регистрации или с нарушением правил регистрации, а равно представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные сведения, либо осуществление предпринимательской деятельности без лицензии в случаях, когда такая лицензия обязательна, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере.

Мошенничество не отвечает признакам предпринимательской деятельности, которая не может быть ни законной, ни незаконной. Преступление, предусмотренное ст. 171 УК, не соответствует закону лишь по формальным обстоятельствам: деятельность, требующая регистрации и (или) специального разрешения (лицензии), осуществляется без соблюдения этих условий. Однако по содержательным признакам такая деятельность отвечает определению предпринимательства, содержащемуся в ст. 2 ГК РФ:

прежде всего она направлена на получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Эта деятельность состоит в том, что лицо, занимающееся ей, совершает различные сделки.

Таким образом, при осуществлении незаконной предпринимательской деятельности совершаются те действия, которые подпадают под признаки недействительной сделки, а при мошенничестве происходит завладение чужим имуществом путем обмана или злоупотребления доверием, в основе которого лежит фиктивная сделка. Целью мошенничества является завладение чужим имуществом, а цель незаконного предпринимательства - получение дохода как результата такой деятельности.

Одной из отличительных особенностей незаконного предпринимательства, увеличивающей его общественную опасность, является связь с иными преступными деяниями. Как показывает практика, по большей части это преступления, совершаемые в сфере экономической деятельно -сти, которые отличаются бланкетностью диспозиций. При этом встречаются неточности формулировок, неясности терминов и другие проблемы соотношения гражданско-правовых и уголовных норм, имеющих значение при квалификации и разграничении данных деяний. В связи с этим возникает необходимость разработки механизма реализации теоретических и практических мер по устранению пробелов в законодательстве, выработки официальных понятий, позволяющих отличать общественно опасные деяния, совершаемые в сфере экономики.

В подтверждение сказанному применительны выводы П. С. Яни о том, что в уголовном законодательстве используется специальная терминология, однако грамматическое толкование этих понятий часто не соответствует смыслу, в котором они используются в гражданском, банковском, налоговом и другом законодательстве17.

Данные факторы оказывают существенное влияние на правоприменительную практику и вызывают множество вопросов при квалификации преступлений.

Примечания

1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступных путем» от 18 ноября 2004 г. № 23 // Справ. правовая система «КонсультантПлюс».

2 См.: Жеребцов, А. П. Проблемы уголовной ответственности за незаконный оборот немаркированных товаров и продукции (ст. 171.1 УК РФ) // Рос. юрид. журн. 2001. № 1. С. 82; Тюнин, В. Уголовная ответственность за производство, приобретение, хранение, перевозку или сбыт немаркированных товаров и продукции // Законность. 2000. № 1. С. 27.

3 Учебно -практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. А. Э. Жалинского. С. 523.

4 Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 8 августа 2001 г. № 128-ФЗ // Справ. правовая система «КонсультантПлюс».

5 Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ // Там же.

6 Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» от 2 декабря 1990 г. № 395-1 ФЗ // Там же.

7 Федеральный закон «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ // Там же.

8 Настольная книга судьи по уголовным делам / под ред. А. И. Рарог. М. : Проспект. 2007.

9 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. А. А. Чекалина. 4-е изд., пере-раб. и доп. М. : Юрайт-Издат, 2007.

10 Федеральный закон «Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» от 22 июля 1993 г. № 5487-1 // Справ. правовая система «КонсультантПлюс».

11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве...».

12 Пастухов, И. Н. Квалификация налоговых преступлений / И. Н. Пастухов, П. С. Яни // Рос. юстиция. 1999. № 4.

13 Гаухман, Л. Д. Преступления в сфере экономической деятельности / Л. Д. Гаухма., С. В. Максимов. М., 1998.

14 Воложенкин, Б. В. Экономические преступления. СПб., 1999. С. 391.

15 Кучеров, И. И. Преступления в сфере налогообложения : науч.-практ. коммент. к УК РФ. М., 1999.

16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве...».

17 См.: Яни, П. С. Бланкетные «экономические» статьи уголовного закона // Рос. юстиция. 1995. № 11. С. 46.