Сланцевые страдания ОПЕК

В начале июня 2013 года в Вене состоялось очередное заседание Организации стран—экспортеров нефти (ОПЕК). На нем представители наиболее богатых углеводородами стран мира в очередной раз обсуждали ситуацию с ценами на нефть в условиях разрастающейся сланцевой революции. Серьезный инструмент теоретического контроля над мировой нефтяной конъюнктурой — квоты на добычу — в этот раз решили не применять.

С каждым годом перед ОПЕК встает все больше разных вопросов, и единства мнений у стран-экспортеров так и не появилось. Главный вопрос сейчас в том, сможет ли организация сохранить контроль над рынком в условиях сланцевой революции. За последние пару лет это понятие стало пользоваться популярностью не только у журналистов, но и у самых разных участников рынка.

Сланцевая революция для ОПЕК может стать серьезной проверкой на жизнеспособность. В последние годы организация потеряла статус всемогущей. На ее заявления и действия, конечно, обращают внимание, но рынок стал гораздо более развитым и сложным. В самой ОПЕК множество противоречий, прежде всего между открытыми союзниками США Катаром и Саудовский Аравией и ярыми противниками, такими как Венесуэла и Иран. Договариваться им становится все сложнее. В Международном энергетическом агентстве, созданном 40 лет назад для борьбы с ОПЕК за влияние на мировом рынке, не скрывают своей радости: с учетом текущих темпов роста добычи сланцевой нефти большинству стран-экспортеров, в том числе таким, как Ирак и Саудовская Аравия, придется сокращать добычу из-за потенциального перенасыщения. Настоящие расклады рынка после насыщения его сланцевой нефтью, конечно, пока до конца не ясны. Себестоимость ее добычи оценивается примерно в $50 за баррель. В самой ОПЕК оценивают себестоимость своей добычи в $70-80, а справедливую стоимость барреля — в те самые $100.

Последней реперной точкой для ОПЕК был кризис 2008 года, кода стоимость нефти с рекордных почти $150 за несколько месяцев упала в три раза. Тогда заседания ОПЕК проходили почти каждый месяц, с 2008 по 2009 год они регулярно договаривались о новом снижении добычи. Это сыграло свою роль в том, что сейчас цена нефти поднялась на комфортный для экспортеров уровень. Но даже в тот момент было понятно, что далеко не все члены ОПЕК действительно готовы отказываться от части дохода своих бюджетов даже в период волатильности. Впрочем, проконтролировать реальный уровень добычи практически невозможно. При этом большинство стран, входящих в ОПЕК,— развивающиеся, поэтому, скорее всего, они продолжат сохранять свое особое видение рынка.

Главной интригой последнего июньского заседания ОПЕК была реакция представителей крупнейших нефтедобывающих стран на резкий рост добычи нетрадиционной нефти в США. Это, кстати, уже привело к тому, что Нигерия (присоединилась к организации в 1971 году) и Ангола (вошла в состав в 2007 году) потеряли часть американского рынка. Минэнерго США до этого сообщало, что запасы нефти в стране составили 397,6 млн баррелей — максимальный уровень с 1978 года. Представитель Нигерии открыто заявил: "Сланцевая революция — это проблема". Правда, это мнение не совпадает с видением ситуации основными драйверами организации. Например, представитель Саудовской Аравии заявил, что американская сланцевая нефть всего лишь очередной новый источник сырья, который рынок успешно абсорбирует, как это уже произошло с нефтью Северного моря, Бразилии и России. Глава ОПЕК ливиец Абдалла Салем аль-Бадри на это заявил, что "ОПЕК останется после конца сланцевой нефти".

Главный способ отвечать на новые вызовы рынка для ОПЕК — квоты на добычу. Это максимальный объем, которые обязуются добывать страны, входящие в организацию. Логика проста: чем меньше нефти появляется на рынке, тем больше ее стоимость. В этот раз каких-то угроз своим позициям страны-эскпортеры не увидели: обсудив ситуацию, они решили оставить их на прошлом уровне — 30 млн баррелей в день. Правда, показатель реальной добычи составляет немного больше — 30,4 млн баррелей в день при прогнозе спроса на этот год в 29,8 млн баррелей. В ОПЕК констатировали: "Периодические флуктуации цен являются следствием геополитической напряженности". "Все согласились сохранить уровень добычи, и мы продолжим наблюдать за рынком",— сказал представитель Венесуэлы.

Такой расклад событий совпал с ожиданиями мировых экспертов. Основной производитель нефти на данный момент — Саудовская Аравия, которая добывает по 9,3 млн баррелей в день. И представитель страны свою позицию обозначил четко: никаких рисков нет. Пока, как говорят эксперты, у Саудовской Аравии есть все возможности для того, чтобы повлиять на котировки: стоимость извлечения нефти в стране одна из самых низких в мире. Ценовой диапазон, устраивающий на данный момент, находится на "психологическом" уровне $100 за баррель. Пока предпосылок для изменения конъюнктуры нет, и страны ОПЕК более или менее спокойны.

Реакции ОПЕК на сланцевую революцию показательна. Организация создавалась в 1960-е годы, когда нефтяной рынок был другим: контроль над ресурсами был сосредоточен в руках "семи сестер" — крупнейших мировых энергокомпаний. Они диктовали цены, работая в богатых ресурсами странах на условиях концессии. После создания ОПЕК баланс сил мирового энергорынка изменился: к этому времени контроль над углеводородами перешел в руки властей. Период с 1960-х до 2000-х был расцветом ОПЕК — достаточно вспомнить 1973 год. В 1967 году, во время первого конфликта арабских стран с Израилем, расчехлить нефтяное оружие не получилось. Но через шесть лет после очередного столкновения Египта и Израиля все стало уже по-другому. Во время встречи в Вене представителей ОПЕК с нефтяниками мейджорами был предъявлен ультиматум: закупочные цены должны вырасти на 70%. После этого страны-экспортеры договорились о сокращении добычи, затем Саудовская Аравия и Ливия прекратили экспорт нефти в США, поддержавшие Израиль. Министр нефти Саудовской Аравии Заки Ямани тогда сказал: "Это момент, которого я долго ждал. Теперь он наступил. Мы полные хозяева нашей собственности". Со временем, конечно, США удалось договориться с мировыми ведущими экспортерами, но тот момент был переломным для американской внешней политики. ОПЕК вступила в свои права и на десятилетия вперед стала одной из основных мировых сил.

У России, кстати, всегда был свой особый подход к ОПЕК. Последний раз всерьез этой темой интересовался в 2008-2009 годах Игорь Сечин, занимавший на тот момент пост вице-премьера по ТЭКу. Россия тогда получила в ОПЕК статус страны-наблюдателя. Господин Сечин регулярно ездил в Вену на заседания. Но никакого резона для России стать ее полноценным участником нет: власти заинтересованы в максимальном росте добычи. Но теперь та же "Роснефть", возглавляемая Игорем Сечиным, сама собирается активно развивать добычу нефти из сланцев.