Музыкальное воспроизведение

На российские экраны выходит фильм Кирилла Серебренникова «Лето». Действие ленты происходит в 1981 году, в основе сюжета — любовный треугольник, состоящий из Виктора Цоя (немецкий кореец Тео Ю), Майка Науменко (лидер группы «Звери» Роман Билык) и Натальи Науменко (Ирина Старшенбаум). Борис Барабанов посмотрел «Лето» и решил, что это стоило сделать хотя бы ради того, чтобы освежить в памяти любимые с юности песни.

Сложнее всего оценить фильм Кирилла Серебренникова «Лето», не пропуская его сквозь контекстуальные фильтры. А их как минимум два. Один — ситуация с режиссером, который оказался в центре скандального судебного процесса, когда съемки «Лета» выходили на финишную прямую. Доделывали фильм без него. Невозможно также абстрагироваться и от того факта, что свидетели и участники событий, в том числе такие авторитетные, как Борис Гребенщиков и Андрей Тропилло, фильм раскритиковали задолго до премьеры.

Шум стоял вполне сравнимый с «Матильдой»: Тео Ю на Цоя не похож, гопник Рома не чета интеллектуалу Майку, и как вообще рука поднялась... Так мы получили лишнее подтверждение того обстоятельства, что Виктор Цой — «наше все» в том же ряду, что и Пушкин, Николай II и Владимир Высоцкий, и каждый знает, как именно нужно снимать про него кино. Добавим, что на съемочной площадке встретились актуальные персонажи сегодняшней культурной и общественной жизни, от Лии Ахеджаковой до группы Shortparis. При желании можно рассматривать «Лето» как фото выпускного класса — искать знакомые лица среди учеников и учителей.

Все это касается столичной публики, которая ходит в клубы, на выставки и на спектакли «Гоголь-центра». Для артистической прослойки «Лето» и правда важно как моментальный снимок не столько «той» эпохи, сколько сегодняшнего дня. Но есть еще и другие люди.

«Лето» легко сразу по нескольким параметрам сравнить с недавним «Довлатовым» Алексея Германа-младшего. Общее место действия — Ленинград, художники-подпольщики под прессом идеологии, даже число копий в прокате примерно одинаковое — около 400. Однако «Довлатов» позиционировался как «артхаус» — с таким главным героем и таким режиссером других вариантов не было. «Фильм про Цоя» все же подан как массовая картина и соседствует в мультиплексах с «Дэдпулом-2» и «Красным воробьем». «Лето» претендует на кошельки тех, кто не следит за историей Кирилла Серебренникова и, может быть, вовсе не знает о таком режиссере. Есть подозрение, что тем, кто зайдет на «Лето» случайно, просто опоздав на сеанс «Хана Соло», только имя Виктора Цоя скажет хоть что-то. Майк Науменко — это уже мимо. Талантливый кинодебют лидера «Зверей» — это еще и создание образа Майка буквально с нуля. Народным героем этот музыкант так и не стал, и по радио его «Зоопарк» не крутят.

Для большинства зрителей «Лето» — это просто романтическая история любви, ну, скажем, в стиле «Я шагаю по Москве», тоже, кстати, черно-белого кино.

И хорошо, что Кирилл Серебренников и его коллеги не стали усиливать «диссидентство» своих персонажей. Молодые люди, незнакомые со спецификой концертной деятельности в СССР, увидят ребят, которые самовыражаются в общем довольно свободно. Хотят — горланят песни на пляже, хотят — играют концерты в рок-клубе, хотят — записываются в студии. И разговоры у них преимущественно о творческих материях.

Вопрос «литования» программы или организации квартирников тоже стоит довольно остро. Но все же, несмотря на тесноту в коммуналках и давку в троллейбусах, главное в диалогах Виктора и Майка — музыка. И с коллегами по первому составу «Кино» юноша говорит об аранжировках, а не о том, как плохо жить в СССР.

Экранный Майк совсем не хочет писать песни протеста, как бы его ни увещевал придуманный Кириллом Серебренниковым Скептик (Александр Кузнецов). Про песни же Цоя, которые ему помогают записывать Майк и Боб (Никита Ефремов в образе Бориса Гребенщикова), сразу понятно, что какая-либо существенная поэтическая или продюсерская огранка им вовсе не нужна. Это «моментальная классика», как написали бы в любимых Майком западных рок-журналах.

Мир центральных персонажей весь соткан из музыкальной материи. Даже оригинальных записей «Кино» и «Зоопарка» хватило бы для того, чтобы произвести впечатление на далекого от русского рока кинозрителя. Но Кирилл Серебренников позволил Роману Билыку интерпретировать песни Майка Науменко в более современном ключе, так что люди, незнакомые с «Зоопарком», услышав в фильме «Дрянь» и «Звезду рок-н-ролла», могут подумать, что эта группа звучала как «Звери», а в 1980-е в советских ДК практиковался стейдж-дайвинг.

Более того, в фильме есть номера из репертуара зарубежных любимцев Майка — «Passenger» Игги Попа, «Perfect Day» Лу Рида, «Psycho Killer» Talking Heads, «All The Young Dudes» Дэвида Боуи. Эти песни с нарочитым русским акцентом исполняет киношная массовка, а «All The Young Dudes» — одна из самых ярких отечественных групп 2017 года Shortparis. Авторы «Лета» не забыли добавить в эти вставные номера анимацию, передав таким образом привет «Ассе» и «Черной розе...» Сергея Соловьева. Наслаивая весь этот карнавальный флер на основную историю, они ищут общий язык с современным зрителем. То ли следуют стилистике спектаклей «Гоголь-центра», то ли идут в фарватере «Стиляг» Валерия Тодоровского.

Однако «Лето» все же не воспринимается как мюзикл, пусть даже с приставкой «кино-». Превращению тихой романтической истории в балаган препятствует литературная основа — воспоминания супруги Майка Науменко Натальи. Их несложно найти в интернете, и своей щемящей интонацией затянутый на добрых полчаса фильм во многом обязан этому недлинному тексту. А также, собственно, песням Виктора Цоя. В который раз поражаешься, как у этого совсем молодого человека, может быть, не столь искушенного, как его старшие товарищи, получилось создать конечный объем идеального песенного материала, ничуть не тронутого коррозией времени.