Геополитическое уравнение России на Дальнем Востоке: каким быть решению?

ДАЛЬНИЙ ВОСТОК, АСЕАН, ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ

М.Ю. Шинковский, А.Б. Волынчук

ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЕ УРАВНЕНИЕ РОССИИ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ: КАКИМ БЫТЬ РЕШЕНИЮ?

Шинковский Михаил Юрьевич - доктор политических наук, профессор, директор института международных отношений и социальных технологий Владивостокского государственного университета экономики сервиса (ВГУЭС).

Волынчук Андрей Борисович - кандидат географических наук, доцент кафедры мировой экономики ВГУЭС.

Процессы глобализации в самом конце ХХ в. совпали с окончанием биполярной модели международных отношений, крахом Советского Союза -этой самой крупной геополитической катастрофы столетия - и возникновением очевидных предпосылок к безраздельному экономическому и силовому преобладанию США. Создалась беспрецедентная со времен Римской империи предпосылка к формированию однополярной системы международных отношений во главе с Соединенными Штатами Америки и даже некоей циви-лизационной Американской экспансии. События на Балканах вокруг бывшей Югославии в 1999 г., в Афганистане в 2001 г. и в Ираке 2003 г., казалось, только подтверждали такой вектор развития событий, полностью укладывавшийся в выводы теоретиков из «Проекта нового американского века».1...

Однако первое десятилетие XXI в., еще даже и не закончившееся, многое представило совершенно в ином свете. Однополярный мир, скорее всего, не состоится, так как в условиях глобализации ни у кого не хватит военно-

1.. См.: Самуйлов С.М. Неоконсерваторы и внешняя политика Вашингтона // США и Канада. Экономика, политика, культура. 2006. № 5.

политических, финансово-экономических и иных ресурсов для имперского строительства. Нам представляется очевидным, что, несмотря на идущие дискуссии о характере формирующегося миропорядка и споры о его сущностной дефиниции («многополярный и полиархический».2.. или «плюралистически однополярный»....), на нашей планете действительно происходит становление новой модели международных отношений, которая совсем не похожа на пирамиду американской гегемонии. Это начинают понимать и в Вашингтоне, наиболее дальновидные теоретики которого - к примеру, Томас Фридман - пришли к выводу о том, что мир стал «плоским»4., т.е. глобализация, вышедшая за рамки западной цивилизации, не оставляет места для разного рода иерархических построений. Горизонтальные связи, определяющие существо современных международных отношений, подводят к необходимости сетевой дипломатии.

Коренной чертой того периода времени после окончания «холодной войны», который пришелся на конец ХХ в., является экономическое и идеологическое торжество либерально-демократического капитализма и, прежде всего США. Зримым ее воплощением стало происшедшее в это время перераспределение ресурсов - экономических, финансовых, политических и людских - в пользу стран, придерживавшихся этой модели и их корпораций. Однако с вступлением мира в третье тысячелетие ситуация стала ощутимо меняться. Охарактеризовав происходящее как наступление «новой эпохи»..., С. Караганов назвал его наиболее очевидной внешней причиной усиливающуюся готовность и способность Российской Федерации отстаивать свои интересы так, как она их ныне понимает. Именно это стало особо неприятным сюрпризом для политических классов традиционного Запада из-за уже выработанной привычки к слабой и безвольной России.

Кроме этого «новая эпоха» связана с появлением двух новых острейших соревнований - за энергетические ресурсы между странами старого капитализма либерально-демократического толка и более динамичными странами нового капитализма, для которого характерна более госкапиталистическая и более авторитарная модель развития - между странами старого Запада и нового, олицетворением которого являются страны Юго-Восточной Азии, Китайская Народная Республика и Россия. Соревнование между моделями - это

2. Лавров С.В. Настоящее и будущее глобальной политики: Взгляд из Москвы // Россия в глобальной политике. 2007. № 2. Март - апрель.

3. Богатуров А.Д. Глобальные аспекты «цивилизационного» влияния США в XXI веке //Мировая экономика и международные отношения // 2007. № 9. - С. 115.

4. Фридман Т. Плоский мир /М., 2007.

5. См.: Российская газета. 2007. 6 июля.

не просто борьба за ощущение морального превосходства. С конца 1980-х годов до начала нового века происходило гигантское перераспределение людских и иных ресурсов в пользу государств, как казалось, окончательно и бесповоротно победившего либерально-демократического капитализма. С началом ХХ1 в. процесс остановился и даже частично повернулся вспять.

В энергетике же произошло просто революционное изменение. Если до второй половины 1990-х годов подавляющая часть энергетических ресурсов принадлежала и контролировалась западными нефтяными гигантами, то через десять лет ситуация оказалась кардинально иной. Теперь подавляющей частью ресурсов владеют добывающие государства и их компании. Качественно, пока, по крайней мере, теоретически, возросла энергоуязвимость стран Запада, особенно европейских.

Соревнование либерально-демократической и авторитарной моделей развития капиталистической экономики, развернувшееся в современных условиях, представляет особый интерес еще и потому, что «соревновательная арена» и ее основные акторы, а также реальная политическая событийная практика обнаруживаются в Восточной и Северо-Восточной Азии, т.е. в интересующем нас регионе Северной Пацифики.6., куда Россия входит своим огромным по территории регионом Дальнего Востока. В настоящее время Азия потребляет треть мировых энергетических ресурсов в сравнении с одной пятнадцатой в 1965 г., при этом потребление энергии здесь растет по крайней мере в 2 раза быстрее, чем в мире в целом..7... Этот регион в целом по потенциалу и динамике своего развития, сопряженного с интенсивностью политических трансформаций и интеграционных процессов, может стать основным центром мирового экономического и политико-экономического тяготения и локомотивом мирового экономического роста. Для справедливости такого предположения есть немало оснований, так как в Восточной Евразии проживает почти половина населения планеты, на этой громадной территории обнаружены залежи практически всех известных на сегодняшний день полезных ископаемых, многие из стран дают пример высокого и стабильного экономического роста. Кроме того, в последнее время в регионе по нарастающей идут комплексные процессы интеграции.

6.. Обоснование необходимости употребления данного термина, который позволяет включить в число геополитических акторов Северо-Восточной Азии США и Канаду, а без них, собственно говоря, ее представить и понять нельзя, содержится: Шинковский М.Ю., Шведов В.Г., Волынчук А.Б. Геополитическое развитие Северной Пацифики (опыт системного анализа) - Владивосток, 2007. - 338 с.

7.. Воскресенский А.Д. «Большая Восточная Азия»: Энергетические аспекты // Энергетические измерения международных отношений и безопасности в Восточной Азии. Под ред. Торкунова А.В. - М., 2007. - С. 29-30.

Многие аналитики при этом обоснованно полагают, что ресурсной базой этого нового центра станет Северо-Восточная Азия, точнее - ресурсный (в основном энергетический) потенциал Сибири и российского Дальнего Востока. Отсюда пристальное внимание к российским проектам в Сибири, нацеленным на поставку энергоносителей в страны Восточной Азии и, возможно, в США, а также к внутрироссийским дискуссиям о разных моделях (интернациональной, национальной, автаркической) развития Востока страны.

В ходе состоявшегося в марте 2006 г. визита Президента В.В. Путина в КНР был подписан ряд исключительно важных и масштабных соглашений по экспорту в эту страну российских нефти и газа, а также по организации совместных с китайскими партнерами работ в данной сфере на территории нашей страны. Эти документы вызвали огромный резонанс и с новой силой привлекли внимание мировой общественности к давно обсуждаемому вопросу: как быстрее и эффективнее использовать огромные природные (не только нефтегазовые) богатства Сибири и Дальнего Востока? Причем с большой выгодой и во благо не только нашего государства, но также бурно развивающихся стран Восточной и Юго-Восточной Азии. Это могло бы значительно укрепить позиции России в регионе, а также приумножить авторитет и уважение к нашей стране со стороны народов расположенных в нем государств.

В большей части российских СМИ итоги визита В. В. Путина в Китай в 2006 г. и подписание документов о сотрудничестве в топливно-энергетической сфере, в частности, о прокладке из России в КНР двух мощных трубопроводов, рассчитанных на транспортировку 80 млрд. м.. природного газа в год, расценивались как некая сенсация, как совершенно новое слово в планах и намерениях России по части экспорта своих энергоресурсов в восточном направлении. Между тем почти за год до официального визита в Китай российской делегации на высшем уровне, состоялось другое, куда менее известное общественное событие, из которого специалистам стало известно о появлении нового вектора в топливно-энергетической политике России -восточного. 26 апреля 2005 г. министр промышленности и энергетики Российской Федерации В. Христенко подписал приказ об определении этапов строительства трубопроводной системы «Восточная Сибирь - Тихий океан» (ВСТО), предназначенный для транспортировки нефти. Приказ реализовывал соответствующее решение Правительства Российской Федерации..8... Оба документа зафиксировали трассу будущей системы - от города Тайшет Иркутской области до города Сковородино в Амурской области и далее до тихоокеанского побережья в Приморском крае в районе бухты Козьмина, которая находится немного севернее известного дальневосточного порта Находка.

8. См.: Распоряжение Правительства РФ от 31 декабря 2004 г., № 1738-Р.

Именно из Сковородино, расположенного всего в 70 км от китайской границы, 30 млн. т нефти ежегодно будут транспортироваться в КНР уже с конца 2008 г. Второй этап предусматривает продолжение трубопровода до берегов Тихого океана с возможностью прокачки 50 млн. т ежегодно. Таким образом, предстоит модернизация первой очереди с целью расширения ее пропускной способности до 80 млн. т в год. Сроки сооружения второй очереди поставлены в зависимость от геологического изучения и предоставления в разработку месторождений в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Поэтому на полную проектную мощность система ВСТО выйдет к 2020 г...9..

Очевидна внешнеполитическая и внешнеэкономическая направленность этого проекта, на что сразу же справедливо обратили внимание средства массовой информации. Дальновидным решением российскому руководству удалось пойти навстречу двум крупным потенциальным потребителям российского углеводородного сырья, каждый из которых претендовал на эксклюзивность поставок нефти из России, - «нефть по восточной трубе доберется и до Китая, и до Японии»..10... При этом в Китай она придет быстрее, но ведь именно Пекин готов предоставить «Роснефти» кредит в 6 млрд. долл...11... Разбив проект на два этапа строительства и на два участка по направлениям, Россия, по мнению авторов авторитетного английского журнала «Экономист», получила возможность порознь вести переговоры по интересующим ее внешнеполитическим проблемам и с Китаем, и с Японией, добиваясь при этом своих целей.....

Рост энергетических потребностей Китая и Японии, равно как и угрозы, которые война в Ираке и вероятная военная акция против Ирана представляют для стратегических поставок нефти, означают, что у России появилась реальная возможность стать долговременным поставщиком энергоносителей для этих двух гигантов Восточной Азии. И Пекин, и Токио нуждаются в диверсификации источников энергии, чтобы застраховать себя от проблем в будущем.

Акцент на геополитику, ставший в последнее время весьма характерным элементом отечественных дебатов по международным проблемам, остается ключевым в мировоззрении высшего российского политического руководства, однако в качестве инструмента внешней политики все большее значение приобретает экономика. Россия все увереннее чувствует себя в данной области - отчасти вследствие увеличения потребности других стран в аль-

9. Ершов Ю. Нефть и газ Сибири и Дальнего Востока в контексте российско-китайских отношений // Азия и Африка сегодня. 2006. № 6. - С. 3.

.10.. Коммерсант. 2005. 29 апреля.

.11. Ведомости. 2005. 29 апреля.

12. The Economist. 2005. May 7. P. 59.

РОССИИ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ: КАКИМ БЫТЬ РЕШЕНИЮ?

тернативных поставщиках нефти. Новая энергетическая стратегия страны, нацеленная на увеличение доли Азиатско-Тихоокеанского региона в экспорте российской нефти с 3 до 30% к 2020 г., ясно это демонстрирует. Появилась уже формулировка, в соответствии с которой геоэкономика становится особой формой геополитического планирования: в новом мире экономические конфликты оказываются главным источником возможного противостояния на мировой арене..13...

С этой точки зрения на исходе первого десятилетия XXI в. макропоказатели российских геополитики и геоэкономики, а также поставленные лидерами страны цели вызывают оправданный оптимизм, который, однако, практически полностью улетучивается, если обратить внимание на отдельные регионы нашей страны и, прежде всего, на Дальний Восток. Экономический рост в этом регионе значительно отстает от среднероссийских значений. Хотя экономика этой части нашей страны и ее сырьевой сектор получили импульс развития в результате резкого снижения курса рубля в 1998 г., следует признать, что мощность его воздействия оказалась значительно меньшей, чем в регионах, связанных прямо или косвенно с добычей нефти и природного газа. Разница в темпах нарастает и составила к концу 2006 г. 23 процентных пункта (150,4 на Дальнем Востоке против 173,3 в среднем по стране). Это отставание настолько сильное, что Дальний Восток утратил даже формальное преимущество в уровне производства ВРП на душу населения. В целом по региону данный показатель в 2005 г. снизился до 89,5% (в 1998 г. - 117,5%) от среднероссийского уровня-14.. Такое экономическое состояние региона является и причиной, и следствием крайне негативной ситуации в динамике постоянного населения и его уровня жизни.

На всей территории Дальнего Востока нет субъекта Федерации, где потери населения были бы меньше среднероссийского уровня. Причиной выступает очевидный процесс миграционной убыли населения региона на фоне миграционного роста в России в целом. Эта убыль в совокупности с естественным снижением населения вызывает угрозу сохранения территории этой части России как таковой. На Дальнем Востоке, начиная с 2000 г., фактор естественной убыли стал оказывать заметно большее влияние на динамику демографических процессов, нежели остальные. Это привело к тому, что в современных условиях за счет вновь рожденных граждан страны восполняется

13.. Курт Н. Дальневосточный треугольник // Россия в глобальной политике. 2006. № 4. Июль-август.

14.. Ишаев В.И. Стратегические вопросы долгосрочного развития Дальнего Востока и Забайкалья / Второй Дальневосточный международный экономический форум. Материалы пленарных заседаний и рекомендации круглых столов. Т. 1. - Хабаровск. 2007. - С. 17-18.

всего 56% от необходимого для остановки процесса снижения населения региона. В период 2015-2025 гг. по пессимистическому прогнозу Дальний Восток может попасть в «демографическую яму», когда численность населения региона должна катастрофически сократиться, если не будут приняты экстраординарные меры по ее стабилизации. К уже свершившейся потере в 1,8 млн. человек с 1990 по 2007 г. может добавиться еще 2,2 млн. человек к 2025 г...15..

Исходя из предположения о том, что выработка ВРП на душу населения останется на уровне 2005-2006 гг., губернатор Хабаровского края В.И. Ишаев сделал вывод: «регион за счет сокращения населения, будет терять ежегодно дополнительно примерно 1,6% ВРП... Разрыв от среднероссийского роста ВРП для региона составлял 22,9 процентных пункта. Следовательно, для того, чтобы преодолеть этот разрыв и не отстать в перспективе, Дальний Восток и Забайкалье должны развиваться темпом выше среднероссийского - и не ниже 8-10% в год в среднем в 2006-2025 гг. При этом рост ВРП высокими темпами нельзя откладывать на 20-е годы»..16...

Очевидно, что если Россия не скорректирует свои геополитические приоритеты и экономическую политику, на востоке страны возникнет потенциальная угроза утраты экономической самостоятельности и даже физической утраты территории этого региона.

Расклад сил между шестью государствами - непосредственными участниками геополитического процесса в Северо-Восточной Азии разделяет их на две группы. Первая группа: Китай, Япония, Республика Корея - это лидеры в экономическом развитии. Остальные страны - Монголия, КНДР и Россия в части своих Дальнего Востока и Забайкалья - все больше выглядят периферией этого региона.

Очевидным представляется, что решение высшего руководства страны о строительстве системы «Восточная Сибирь - Тихий океан» следует расценивать как судьбоносное для экономики самой России и для внешней, и внутренней политики страны. Основанием для такой оценки являются, прежде всего, масштабы региона, попадающего в сферу деятельности проекта ВСТО. Это два федеральных округа - Сибирский и Дальневосточный, включающие 26 субъектов Российской Федерации. По площади - это больше половины России! То, что маршрут будущей системы проходит в основном по южной части региона и, таким образом, охватывает не весь регион, не более чем поверхностное впечатление. ВСТО замыслена как собирающая воедино всю

15. См.: Зайончковская Ж.А. Миграция как фактор развития Дальнего Востока в перспективе / Второй Дальневосточный международный экономический форум. Проблемы и перспективы социального развития востока России. Т. 3. - Хабаровск, 2007. - С. 80-86.

16. Ишаев В.И. Указ. соч. С. 21.

РОССИИ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ: КАКИМ БЫТЬ РЕШЕНИЮ?

нефть, которая будет поставляться из глубин центральной и северной частей региона из новых месторождений по новым региональным трубопроводам. Но еще важнее, что система ВСТО должна лечь в основу новой единой программы комплексного освоения Восточной Сибири и Дальнего Востока. При этом нельзя не видеть, что этот регион как был задворками российского государства, существовавшими на основе государственных дотаций, так и остается ими в наступившем XXI в.

Именно поэтому представляется правомерной оценка федеральной целевой программы «Дальний Восток и Забайкалье на период до 2013 года» как мощный инфраструктурный, инвестиционный и политический импульс для социально-экономического развития региона. Целью программы является формирование необходимой инфраструктуры и благоприятного инвестиционного климата для развития приоритетных отраслей экономики Дальнего Востока и Забайкалья с учетом геостратегических интересов и обеспечения безопасности Российской Федерации. Очевидно, что в период до 2013 г. можно будет решить только часть задач по формированию динамичной экономики в регионе и создать необходимые предпосылки для решения насущных социальных задач. Существует проект «Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации», в соответствии с которой некоторые восточные и дальневосточные регионы могут достичь более высоких темпов роста, чем в среднем по стране в период до 2020 г.

Нефтяные и газовые новостройки превратятся со временем в «артериальную сеть», связующую весь Дальний Восток России в реально единый регион, обеспечат энергией и, следовательно, дадут импульс к росту населения многочисленных поселков, деревень и городов по всему пути следования трубопроводных магистралей, а также новых центров нефтегазодобычи. Они также послужат стимулом развития многочисленных сопутствующих производств. На конечных же участках трубопроводов можно ожидать создания предприятий совершенно новой для этих мест отрасли - нефтехимической, что приведет к существенной диверсификации всей структуры занятого населения. В целом значение проекта ВСТО для социально-политического и экономического будущего российского Дальнего Востока можно сравнить лишь со значением Транссибирской железнодорожной магистрали, давшей в начале ХХ в. мощнейший стимул развитию всего этого региона.

Подобные предположения выглядят еще более реальными, если принять во внимание стремление российского руководства обеспечить стране достойное место на мировом рынке разделения труда, что требует в реальной политической практике сосредоточения особого внимания на тех областях, в которых страна уже имеет сравнительные преимущества. Речь, прежде всего, идет об энергетике. Энергоресурсы могут и должны стать основой национальной специализации России, а идея превращения ее в «энергетическую

сверхдержаву» несет в себе огромный созидательный потенциал. Страна способна поставить перед собой амбициозные задачи по развитию новых энергетических технологий и добиться статуса глобального лидера по их внедре-

17

нию.....

Интересы России в АТР весьма существенны и разнообразны. Главный российский интерес связан с возможностью и необходимостью использования экономических связей со странами региона, его огромных инвестиционных ресурсов и емкого рынка для подъема и ускорения экономического развития не только Дальнего Востока, но и всей страны в целом, при безусловном сохранении целостности страны и безопасности ее восточных территорий. Эти интересы могут быть реализованы только путем усиления взаимодействия России со странами АТР и его региональными межгосударственными организациями, причем не только в экономической, но и в политической и цивилизационной сферах.

В то же время нельзя игнорировать и то объективное обстоятельство, что существует негативный опыт политических и экономических практик реализации нескольких государственных программ подъема Дальнего Востока. По мнению М.Л. Титаренко, основная причина неудач заключается в том, что

эти программы были автократичны и не учитывали роли и потенциала со-

18

трудничества с нашими соседями в решении стоящих задач развития. ... Соглашаясь в основном с этой точкой зрения, тем не менее нелишним полагаем заметить, что единственным в целом успешным планом развития индустриальной базы Восточной Сибири и Дальнего Востока стала программа создания «предприятий-дублеров», предпринятая руководством СССР перед Великой Отечественной войной и реализованная по мобилизационному типу.

В условиях современного развития полноценное включение дальневосточной части России в систему мирохозяйственных связей представляет собой крайне важное условие нормального социально-экономического развития самой этой части и страны в целом, устойчивого наращивания экономического и политического потенциала и укрепления позиций России как в регионе Северной Пацифики, так и в мире вообще. При этом азиатско-тихоокеанское направление естественным образом должно стать основным вектором в стратегии взаимодействия российского Дальнего Востока с мировым хозяйством.

17. См. подробнее: Иваненко В. Роль энергоресурсов во внешней политике России // Россия в глобальной политике. 2007. № 5. Сентябрь-октябрь.

18.. См.: Титаренко М.Л. Развитие восточных регионов России в процессе интеграции в экономическое пространство Азиатско-Тихоокеанского региона: Возможности и вызовы / Второй Дальневосточный международный экономический форум. Материалы пленарных заседаний и рекомендации круглых столов. Т. 1. - Хабаровск, 2007. -С. 34.

Речь идет об обустройстве плацдарма для выхода в наиболее динамично развивающийся район мира с огромными и емкими рынками, требующими во все больших масштабах устойчивого и долгосрочного их снабжения нефтью, газом, электроэнергией, лесом, металлами, удобрениями, продуктами нефтехимии и т. д.

Положительным явлением для развития ситуации в регионе СевероВосточной Азии и Северной Пацифики в целом следует признать и совершающийся на этом фоне поворот российской политики - и социально-экономической, и военно-политической - в сторону всестороннего развития восточносибирской и дальневосточной ее частей. Фактическое осуществление выдвинутых перед Российской Федерацией планов освоения Восточной Сибири и Дальнего Востока открывает для страны новые горизонты в развитии экспорта и существенного увеличения экспортного потенциала. С точки зрения реальной политической практики речь идет о создании новой экспортной базы России.

Такая политика должна обеспечить нашей стране возможность интеграции в Азиатско-Тихоокеанский регион и существенно расширить двустороннее экономическое сотрудничество с Китайской Народной Республикой, Республикой Кореей, Японией, Австралией, Канадой и США. Кроме того, Россия получит новые возможности политической и географической диверсификации своего экспорта, что позволит ей лавировать экспортными потоками, добиваясь экспортной эффективности и оптимизации использования своих конкурентных преимуществ в торговле энергосырьевыми товарами. Более того, при строгом обеспечении системного, комплексного подхода к разработке и осуществлению планов освоения Сибири и Дальнего Востока можно рассчитывать и на изменения в структуре экспорта, в частности, на увеличение в ассортименте готовой продукции глубокой переработки.

Активное вовлечение России в интеграционные процессы Азиатско-Тихоокеанского региона приведет к существенному изменению политической ситуации в Северной Пацифике с очевидным градиентом в пользу нашей страны, что будет означать улучшение международных отношений в этом регионе мира. Еще в июне 2002 г. министр иностранных дел Японии Йорику Кавагучи, находясь с визитом во Владивостоке, выразила заинтересованность своей страны в строительстве нефтепровода из Восточной Сибири в АТР. Она подчеркнула, что две экономики могли бы взаимно дополнять друг друга, поскольку «растущий экспорт российских энергоносителей в Японию ведет к росту экономической взаимозависимости и доверия»-19... Стало ясно, что Япония в своих отношениях с Россией начала процесс отделения

19. См.: Курт Н. Дальневосточный треугольник // Россия в глобальной политике. 2006. № 4. Июль-август.

политики от экономики, а, кроме того, что немаловажно, в свете событий на Ближнем Востоке потребность в диверсификации источников энергии становилась все более настоятельной.

Экономические потребности часто делают политический курс более гибким. 23 октября 2007 г. Японию посетил с деловым визитом министр иностранных дел России С. Лавров. Если верить вполне надежным источникам, Токио сейчас в сугубо неофициальном порядке предлагает Москве крайне смелый (по местным меркам) вариант решения спора о Южных Курилах. Речь идет о том, чтобы вернуться к Совместной декларации 1956 г., в которой Н.С. Хрущёв пообещал после подписания мирного договора передать соседям в знак доброй воли меньшую часть спорной территории - остров Шикотан и прилегающую к нему островную гряду из мелких и большей частью необитаемых островов, т.е. весь архипелаг Хабомаи20.. В.В. Путин официально предлагал вести переговоры на основе этого документа. Однако в Токио его тогда не услышали, поскольку настаивали на всех островах.

В настоящее время, по данным того же источника, японцы предлагают подписать мирный договор, получить Шикотан и остальные острова гряды Хабомаи и зафиксировать в тексте документа спорную принадлежность остающихся у России двух других островов, самых населенных и самых развитых - Кунашира и Итурупа. Москва при этом должна согласиться на то, что переговоры об их статусе продолжатся и после заключения мирного договора.

Не вдаваясь в детальную оценку достоверности циркулирующих слухов и возможных дипломатических маневров Москвы, подчеркнем, что стороны демонстрируют наличие доброй воли и при сохранении неурегулированных, болезненных проблем. Экономические связи России и Японии развиваются достаточно бурно. Объем двусторонней торговли в 2007 г. превысил 20 млрд. долл. И хотя доля России в японском экспорте по-прежнему составляет около 1%, речь в любом случае идет об абсолютном рекорде. Нарастают и японские инвестиции в российскую экономику: помимо строительства заводов Toyota, Nissan и Suzuki Токио проявляет активный интерес к вложениям в сибирские и дальневосточные проекты. На повестке дня сейчас создание двусторонней комиссии, которая решала бы вопросы инвестиций в такие стратегические

20.. .http://www.globalaffairs.ru/prinver/8515.html.. (24 октября 2007 г.). При этом хотим обратить внимание на достаточно распространенную в отечественном политическом дискурсе неточность, согласно которой Хабомаи - это остров южнее острова Шикотан. На самом деле Хабомаи - это название группы островов, составляющих Малую Курильскую гряду, в которую кроме Шикотана входят еще 18 небольших и совсем мелких островов: Зеленый, Юрия Полонского, Анучин, Сигнальный, Тан-фильева и т.д.

отрасли восточной части страны как транспорт, связь, переработка энергоресурсов. Так, геоэкономическая логика может существенно модифицировать логику геополитическую.

Такой вывод с особой силой аргументируется примером из сферы чрезвычайно политически чувствительной и недавно еще вовсе невозможным: речь идет о кредитовании противника по «холодной войне» и погашении этого кредита поставками современного оружия.

В 1990-х годах Республика Корея предоставила Российской Федерации заем в рамках соглашения по экономическому сотрудничеству. В настоящее время задолженность Москвы Сеулу составляет 1,29 млрд. долл., и в соответствии с договоренностями, достигнутыми в сентябре 2003 г., Россия должна окончательно рассчитаться до 2025 г., выплатив РК в общей сложности 1,33 млрд. долл.

По сообщениям южнокорейской прессы, теперь Россия сможет расплатиться по этому кредиту на 15 лет раньше первоначального срока. Ранее Сеул, как правило, отклонял предложения Москвы гасить задолженность поставками продукции. Однако недавно Республика Корея сама обратилась к российскому руководству с просьбой «активизировать передачу ключевых военных технологий, чтобы помочь защититься от ядерной угрозы со стороны КНДР».21..

Российское руководство ранее дважды пыталось использовать схему «оружие плюс деньги» для погашения долга Сеулу. В 1998 г. Москва впервые предложила в счет долга поставить дизельные подводные лодки «Кило» (проект 877 «Варшавянка») и зенитно-ракетные комплексы С-300. Тогдашний министр обороны США Уильям Коэн предостерег Южную Корею от закупок вооружения «по низкой цене», поскольку «менее дорогое оборудование не означает лучшее». Белый дом заявил, что союзники Соединенных Штатов должны иметь совместимое вооружение и военную технику, чтобы уменьшить возможность технических ошибок и сбоев при обработке информации. Но поскольку Вашингтон отказывался продавать Сеулу современные военные технологии, южные корейцы частично переориентировались на европейских производителей. Лицензию на производство современных подводных лодок, в частности, Сеул приобрел в Германии.

В 2001 г. в ходе визита Президента Российской Федерации В.В. Путина в Республику Корея были подписаны рамочные соглашения о поставках российской военной техники. Тогда долг составлял 1,95 млрд. долл. Окончательно контракт согласовали к концу 2002 г. В соответствии с ним с 2003

21. Независимое военное обозрение. 21 сентября 2007. № 32. - С. 5.

по 2006 г. Корея закупила в России оружия на 534 млн. долл., из которых 267 млн. были зачтены в счет долга.

Позже, когда долг снизился до 1,5 млрд. долл., прошла вторая крупная сделка по той же схеме. В счет погашения задолженности были поставлены танки Т-80У, боевые машины пехоты БМП-3, переносные зенитно-ракетные комплексы «Игла» и противотанковые ракетные комплексы «Метис-М». Более того, Москва предложила Сеулу программу военно-технического сотрудничества в сфере высокотехнологичных видов вооружения посредством участия в создании радиолокационных систем, средств защиты танков, модернизации переносных зенитных ракетных комплексов и в ряде других проектов, где требовалась современная электронная элементная база.

Российское руководство подчеркивает, что заключает подобные сделки исключительно в рамках международного права. Поэтому естественно, что за военно-техническим сотрудничеством, демонстрирующим взаимное доверие, следует углубление экономических и политических отношений. В Сеуле это прекрасно понимают. В апреле 2008 г. с Байконура в космос отправился первый южнокорейский космонавт, а затем с помощью России с территории Республики Корея должен состояться запуск собственного спутника. Доступ к космическим технологиям Москва открывает не всем желающим.

Интерес к российскому Дальнему Востоку столь велик, что обилию взаимоисключающих прогнозов в отношении геополитической ситуации в регионе в ближайшем и среднесрочном будущем, которые, кстати говоря, часто опровергаются принимаемыми планами и реальной политической практикой, уже не следует удивляться. Вот и грандиозный проект создания системы ВСТО не составляет исключения, если иметь в виду число сомневающихся в реальности его реализации. «Нефтепровод "Восточная Сибирь -Тихий Океан", скорее всего, построят в срок. Однако организовать его заполнение на полную мощность в 80 млн. т в год вряд ли удастся. Доразведка и освоение месторождение отстают от темпов прокладки. Уникальным проектом стоимостью около 120 млрд. долл. управляют хаотически, принципы программно-целевого подхода не используются. Не является ли нефтепровод "Восточная Сибирь - Тихий Океан" примером того, как не надо реализовы-вать проекты подобного масштаба?»..22...

Интерес к развитию региона Северной Пацифики, а Дальний Восток России является его неотъемлемой частью, в целом столь же объясним, сколь очевидна перспектива его превращения в один из ведущих центров мира. Нынешняя международная обстановка в регионе характеризуется динамизмом при неравномерности развития, одновременном проявлении как центро-

22. См.: Труба - дело темное // ЭКО. Всероссийский экономический журнал. -2007, № 11. - С. 123.

РОССИИ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ: КАКИМ БЫТЬ РЕШЕНИЮ?

бежных, так и центростремительных тенденций, что в совокупности формирует состояние подвижности и неустойчивости. Иллюстрацией этого может служить проведение КНДР ядерного испытания 9 октября 2006 г., повлекшего за собой принятие резолюции Совета Безопасности ООН № 1718, наложившей на Пхеньян весьма жесткие санкции, что в очередной раз продемонстрировало хрупкость военно-политической стабильности и зыбкость нынешнего экономического процветания в регионе..23... Однако последовавшие за этим возобновление шестисторонних переговоров по денуклеаризации Корейского полуострова и успех третьей сессии их пятого раунда в Пекине в феврале 2007 г., напротив, выявили потенциал и волю государств региона к сотрудничеству в сфере безопасности.....

Мы не будем заниматься политическим гаданием, вместо этого предпримем попытку показать реальную основу, на которой происходило и происходит развитие данного региона нашей страны. В этой связи нелишним выглядит напоминание о результатах, с которыми советский Дальний Восток пришел ко времени распада СССР. На огромной территории нынешнего Дальневосточного Федерального округа (он только с севера на юг протянулся на 4500 км и включает в себя одну республику, два края, пять областей и два автономных округа) в 1990 г. было произведено лишь 0,7% того, что произвели страны тихоокеанского бассейна, в 30 раз меньше того, что было произведено в Японии, в 12 раз меньше того, что дала экономика пяти тихоокеанских штатов США. За прошедшие годы ситуация лишь ухудшилась. В этой связи вряд ли стоит удивляться прогнозам, не учитывающим тихоокеанскую составляющую России: при расчетах крупных чисел малыми величинами можно пренебречь. Отечественный Дальний Восток продолжают высокомерно называть «задворками России» на Тихом океане, где русские, как и в XVIII в., представлены промысловыми и лесозаготовительными факториями, а также рудниками- ...

Описанное положение вещей в значительной степени объясняется природными факторами. Как известно, геополитическую связь дальневосточных территорий с основными пространствами евразийской России затрудняют бассейновые разграничения и прежде всего мировой водораздел. Зонально-климатические особенности региона позволяют выделить достаточно одно-

23. Воронцов А. Основные тенденции современной международной ситуации в Восточной Азии //Проблемы Дальнего Востока. 2007. - № 3. - С. 27.

24. См. подробно: Денисов В. Дух сдержанного оптимизма шестисторонних переговоров //Международная жизнь. 2007. № 10.

25. В этой связи интерес представляет беспощадная для России точки зрения, содержащаяся в работе: Хилл Ф., Гэдди К. Сибирское бремя. Просчеты советского планирования и будущее России. - М., 2007.

родный комплекс Манчжурии (Северо-Восточный Китай), Приамурья, Приморья и Кореи. Он отличается как от российских Северо-Восточной Азии и Восточной Сибири, так и от китайской Восточной Азии. Нетрудно заметить, что поселенческая структура этих пространств находится в существенной зависимости от их зонально-климатических особенностей. Все это создает крайне противоречивую ситуацию «несоответствия» административно -политических границ геополитическим, наложения друг на друга разных геополитических зон. Подобное положение вещей, с одной стороны, создает потенциал соперничества между государствами региона, а с другой - при определенных условиях способно стать фактором сотрудничества этих же государств, но в формате их приграничных регионов.26., т.е. базой для формирования «глокальных» (global-local) политических практик.

Противоречивость геополитических членений Северо-Восточной Азии вкупе с установкой российского Дальнего Востока на приоритетную связь с «коренной» Россией затрудняет процесс самоидентификации его жителей. Социально-экономическое и политическое развитие там всегда проходило, а во многом проходит и сейчас, в таких формах, которые вели к распаду региона на несколько «территориальных фрагментов».27.. В результате в современных условиях мы не можем говорить о российском Дальнем Востоке как о едином политическом регионе. Наличие формальных структур одноименного федерального округа мало что меняет с сущностной точки зрения. Делая такой вывод, мы имеем в виду очевидные факты: не существует единой энергетической системы как Дальнего Востока, так и связи между энергетикой южной части региона и страны в целом. Нет единой транспортной системы в виде автомобильной и железнодорожной сети. В плачевном состоянии в сравнении с советскими временами пребывает сеть местных авиалиний и аэропортов. Растущие транспортные тарифы привели к тому, что большая часть населения Дальнего Востока не может позволить покупку авиабилетов для полетов в европейскую часть страны и, как результат, в регионе уже выросло целое поколение россиян, видевших Москву и Санкт-Петербург только в виде телевизионной или интернет-картинки. Все это означает нарастание морально-психологического отчуждения населения региона от той подавляющей части россиян, которая проживает в европейской части страны.

Вместе с тем с удовлетворением можно констатировать, что, опираясь на известные позитивные сдвиги в экономическом и государственном строи-

26. См.: Ильин М.В. Российский Дальний Восток в геополитической системе координат Азиатско-Тихоокеанского региона / Россия и Корея в меняющемся мире. - М., 1997.

27. Каганский В.Л. Регионы в неосоветском пространстве / Российские регионы в новых экономических условиях. - М., 1996.

РОССИИ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ: КАКИМ БЫТЬ РЕШЕНИЮ?

тельстве, Россия вышла из фазы «политического небытия» на Дальнем Востоке, хотя целый ряд нерешенных и серьезных задач по обретению и упрочению политико-экономических позиций в регионе остаются. Со всей уверенностью следует подчеркнуть, что долговременные цели тихоокеанской политики России и ее итоговый успех будут зависеть, по меньшей мере, от двух важнейших обстоятельств:

- во-первых, от того, насколько высшее политическое руководство Российской Федерации будет способно перейти от квазиколониалистской выкачки ресурсов к реальным действиям, нацеленным на комплексный социально-экономический подъем Восточной Сибири и Дальнего Востока. Иными способами не удастся положить конец подходам и концепциям в стиле terra nullius (термин, обозначающий пустынную территорию с плотностью населения менее 15 человек на один квадратный километр) и добиваться, как пишут некоторые авторы, присвоения Сибири и Дальнему Востоку статуса всемирного

наследия и территории, особо охраняемой Организацией Объединенных На-

~ 28 . ций.. -,

- во-вторых, от того, насколько политическая элита России осознает необходимость развертывания взаимовыгодного широкомасштабного экономического сотрудничества с Китаем, Японией, рано или поздно объединенной Кореей, странами АСЕАН и в целом в рамках АТЭС, чтобы обеспечить рынок сбыта не только российским энергоносителям, но и российским товарам машиностроения и передовых технологий, для которых пока закрыты рынки США и ЕС. Необходимо разработать и совершить энергетический и транспортный прорыв в Северо-Восточную Азию (причем не только через Транссиб, БАМ, Северный морской путь и мощные трубопроводные системы). Это позволит России стать реальным геополитическим мостом между Востоком и Западом. Только на таком пути нашу страну может ждать достойный статус в мире и экономическая выгода для развития ее самой, достойная ее ниша в экономическом пространстве и в Азиатско-Тихоокеанском регионе, и в мире в целом.

Фоном стратегии российского продвижения в АТР вообще и в регион Северной Пацифики, в частности, являются:

• наращивание значительного экономического потенциала и постепенное превращение АТР в главный центр мирового экономического развития,

• усиление интеграционных процессов, которые все больше приобретают глобальный характер. При этом многие страны региона, в том числе быстро развивающиеся (такие как КНР и Республика Корея), сталкиваются с целым рядом серьезных потенциальных угроз социально-экономической и

28.. См.: Хилл Ф. и Гэдди К. Указ. соч. - С. 237.

политической стабильности, порождаемых как глобализацией, так и процессами неравномерности внутреннего развития;

• исключительная разноликость, цивилизационное разнообразие, значительные различия в уровнях экономического, политического, культурного развития, создающие предпосылки для формирования устойчивой многополярности, выражающейся в конкретной политической практике «локализаци-онных» процессов;

• наличие серьезных межэтнических, межцивилизационных противоречий в политической, экономической, культурной сферах, что создает немалый конфликтный потенциал;

• сокращение вооруженных сил одних государств, прежде всего Российской Федерации, с одновременным наращиванием военного потенциала и модернизацией вооруженных сил США и многих других стран Азиатско-Тихоокеанского региона.

Именно таким представляется фон, на котором происходит осознание и оформление стратегических интересов России в Северной Пацифике вообще, в регионе Северо-Восточной Азии, в частности.

По нашему глубокому убеждению, для решения наиболее острых вопросов развития Дальнего Востока России, результатом которого должно стать появление современного, экономически развитого и конкурентоспособного региона нашей страны в Северо-Восточной Азии и Северной Пацифике, есть вполне определенное историческое время в 30-40 лет. Примерно этот период понадобится некоторым акторам данного региона для того, чтобы справиться со своими внутренними вызовами. Китаю необходимо это время для того, чтобы решить тайваньскую и синьцзян-уйгурскую проблемы, а также преодолеть отставание в уровне научно-технического оснащения своих военно-промышленного комплекса и вооруженных сил. Корее примерно этот же период понадобится для осуществления программы объединения страны и преодоления огромной отсталости северной части полуострова от южной в экономическом и социальном развитии. Японии же этот отрезок времени необходим для решения противоречий с соседями: территориальных с Россией и регионально-гегемонистских с КНР. За это время должен сформироваться развитый, с существенно возросшим населением, политически и экономически необходимый своим соседям российский Дальний Восток. Если таковым будет результат всей политической практики РФ в этом регионе, то страна действительно обретет свой достойный тихоокеанский фасад, если же нет, то придется признать, что у России в этом регионе нет будущего.

Л СП