Проблемы определения общественной опасности и малозначительности деяний, посягающих на порядок добычи природных ресурсов

_I

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО:

состояние и пути совершенствования

Е.В. РОГОВА,

доцент кафедры уголовного права и криминологии, доктор юридических наук, доцент

Р.А. ЗАБАВКО,

преподаватель кафедры уголовного права и криминологии

E.V. ROGOVA,

Associate Professor, Department of Criminal Policy and Criminology,

Doctor of Law, Associate Professor

R.A. ZABAVKO, Lecturer, Department of Criminal Policy and Criminology

УДК 343.711.6

Проблемы определения общественной опасности и малозначительности деяний, посягающих на порядок добычи природных ресурсов

Violation of Rules Governing the Use of Natural Resources: the issue of Criteria to Evaluate Public Danger or Dismiss a Violation as Being of Little Consequence

В статье исследованы некоторые вопросы квалификации преступлений, посягающих на порядок добычи природных ресурсов, в случаях, когда совершенное деяние не представляет большой общественной опасности. Приведены спорные случаи уголовно-правовой оценки преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 256 УК РФ, указаны типичные квалификационные ошибки правоприменителей, обоснована необходимость введения уголовного проступка и отнесения к нему некоторых экологических преступлений и административных правонарушений.

Малозначительность деяния, общественная опасность, противоправность, уголовный проступок, основание уголовной ответственности, экологические преступления.

The article deals with violations of rules governing the use of natural resources in cases when these violations are of little public consequence. The authors mention several disputable cases in which very similar offences covered by Part 1 of Article 256 of the Penal Code of the Russian Federation received widely varying classifications from investigators and judges. Typical errors of judgment are looked into. A notion of 'criminal misdemeanor' is proposed, which would encompass administrative infractions and petty environmental offences. The authors argue that the Penal Code should stipulate for relatively mild penalties for criminal misdemeanors.

Violation of little consequence, public danger, illegality, criminal misdemeanor, grounds for criminal liability, environmental crime.

К S

I

<

са

0 са н и

1 ы

Э

а ы са

0

и

S

н

^

с S

ы S

1 к

о н и о и

о са н

и

J3 <

ы е-

0

1

о

ЬЙ <

6

Одним из наиболее сложных вопросов применения уголовного законодательства является определение малозначительности деяния. На этот факт неоднократно указывали ученые [10, 14, 20, 22, 25], об этом свидетельствует неоднозначная практика применения положений ч. 2 ст. 14 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) [2, 8]. До принятия УК РФ высказывалось сомнение в необходимости сохранения нормы о малозначительности деяния, поскольку предполагалось, что «ее содержание, как не привносящее ни одного позитивного качества, никакого отношения к понятию преступления не имеет» [20].

Понятие малозначительности, закрепленное в действующем уголовном законе, трудно признать удачным, и положения ч. 2 ст. 14 УК РФ нуждаются в совершенствовании. Об этом свидетельствуют многочисленные попытки законодателя как-то конкретизировать понятие общественной опасности и тесно связанное с ним понятие малозначительности деяния. В советский период это осуществлялось путем поиска различных формулировок. Так, вначале была принята формулировка «то есть не причинившее вреда и не создавшее угрозы причинения вреда личности, обществу или государству». Затем последовал отказ от этой формулы [5].

С принятием УК РФ 1996 г. законодатель вернулся к предыдущему толкованию понятия малозначительности с указанием на отсутствие причинения вреда или угрозы его причинения личности, обществу или государству. Однако спустя два года Федеральным законом от 25 июня 1998 г. № 92-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» [4] указанная норма была существенно изменена, что свидетельствует об отсутствии единого законодательного подхода к правовому определению малозначительности деяния.

В этой связи полагаем, что исключение из ч. 2 ст. 14 УК РФ формулировки «то есть не причинившее вреда и не создавшее угрозы причинения вреда личности, обществу или государству» является не вполне обоснованным. Считаем, что восстановление данной нормы в УК РФ позволит признавать малозначительными те деяния, которые реально не представляют существенной опасности для личности, общества и государства, но критерии «значительности» и «незначительности» которых пока невозможно указать в законе.

Нам представляется, что в настоящее время та смысловая нагрузка нормы, которая заключалась в определении общественной опасности, утрачена. Оставшаяся в уголовном законе формулировка порождает ряд проблемных вопросов и противоречивых решений в правоприме-

нительной практике. Главная проблема состоит в неформализуемости, неисчисляемости признака общественной опасности, т. к. в законе отсутствуют критерии для ее оценки. Та грань, за которой можно принять процессуальное решение об отказе в возбуждении уголовного дела или прекратить его на основании признания деяния малозначительным [3, п. 2 ч. 1 ст. 24], оказалась сегодня расплывчатой, зависящей от субъективного мнения правоприменителя в связи с отсутствием критериев определения степени общественной опасности деяния [12].

Между тем мнения отдельных ученых, состоящие в предложении безальтернативно отказаться от уголовно-правового механизма малозначительности [15], в связи с указанными обстоятельствами нельзя признать конструктивными.

Положения ч. 2 ст. 14 УК РФ на сегодняшний день — это дань тем нормам дореволюционного уголовного законодательства, которые закрепляли понятие уголовного проступка. Уголовный проступок — это и есть преступление, не представляющее большой общественной опасности. По нашему мнению, деяния, формально подпадающие под действие ч. 2 ст. 14 УК РФ, наряду с преступлениями небольшой тяжести должны стать основой формирования категории уголовных проступков. Это позволит государству реагировать на них в рамках уголовно-правового поля, что, в свою очередь, будет иметь предупредительное действие.

Среди посягательств на природные ресурсы к уголовным проступкам можно было бы отнести такие деяния, как незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов (без причинения крупного ущерба) и незаконная охота (без причинения крупного ущерба).

Кроме того, было бы правильным отнести к уголовному проступку и административное правонарушение, предусмотренное ст. 8.28 КоАП РФ в части незаконной рубки лесных насаждений [1]. На практике зачастую возникают случаи, когда для привлечения лица к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 260 УК РФ не хватает сотых долей до значительного размера незаконной рубки. На основании малозначительности сотрудниками правоохранительных органов выносятся постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, тогда как даные деяния все же представляют достаточную общественную опасность.

Явление малозначительности тесно связано с такими признаками преступления, как уголовная противоправность (запрещен-ность) и общественная опасность. Учение о преступлении подразумевает, что для признания противоправного поступка преступлением необходимо наличие в деянии всех четы-

рех его признаков — общественной опасности, виновности, противоправности и наказуемости. Принимая во внимание, что фактически общественная опасность и противоправность взаимообусловлены, отметим, что главным основанием для включения деяния в число противоправных является его общественная опасность, а основанием для декриминализации — утрата таковой. В том случае, если представляющее реальную общественную опасность деяние не включено в Особенную часть УК РФ как преступление, можно говорить о наличии пробела в уголовно-правовых запретах, устранение которого должно стать одной из актуальных задач законодателя. Еще более нежелательными на практике являются ситуации, когда не обладающие общественной опасностью (или обладающие низкой общественной опасностью) деяния формализуются как преступные. Подобная негативная тенденция может создать реальные препятствия для защиты прав и свобод человека и для развития общества в целом.

Однако в настоящее время реалии таковы, что законодатель не успевает оперативно реагировать на происходящие в обществе изменения и совершенствовать уголовный закон, исключая из него те деяния, опасность которых становится столь низкой, что реализация уголовной ответственности за их совершение нецелесообразна. Между тем одной из задач правотворческой деятельности является отражение реально существующих общественных отношений в законе. Одной из объективных причин такого положения является то, что в условиях сжатых сроков предварительного расследования практически невозможно реализовать законодательную инициативу по исключению преступления из УК РФ, что влечет за собой привлечение к ответственности за совершение деяния, не обладающего существенной общественной опасностью.

Кроме того, общественная опасность является сложной оценочной категорией, имеющей определенный характер и степень, о чем свидетельствуют труды ученых, занимающихся исследованием общественной опасности [19, 21, 24], а также правоприменительная практика [11]. Зачастую одно и то же деяние, совершенное при разных обстоятельствах, связанных с местом, орудием, способом, средством, предметом преступления и т. д., может иметь различную общественную опасность.

В связи с этим уголовно-правовыми механизмами решения указанной проблемы может стать возможность признания деяния малозначительным, а также перевод ряда деяний, обладающих небольшой общественной опасностью, в уголовные проступки.

Для того, чтобы деяние было признано малозначительным, оно должно соответствовать

двум условиям: во-первых, формально подпадать под признаки какого-либо преступления, предусмотренного УК РФ, во-вторых, в нем должны отсутствовать общественная опасность ввиду несущественности причиненного вреда охраняемым общественным отношениям, а также угроза причинения такого вреда.

Обычно выделяется две разновидности малозначительности: когда совершенное деяние является административным правонарушением и когда оно таковым не является. В связи с этим сложно согласиться с доводами В.Н. Винокурова, предлагающего относить к малозначительным те деяния, которые содержат все признаки состава преступления, наказуемые только в соответствии с УК РФ и не влекущие административной и материальной ответственности [10]. В некоторых ситуациях именно невысокая степень общественной опасности является основанием для того, чтобы признать деяние административным правонарушением, а не преступлением даже при формальном наличии всех признаков преступления.

Общественная опасность как свойство преступления оценивается специалистами как возможность «причинения либо создания угрозы причинения вреда охраняемым уголовным законодательством отношениям» [23]. Следует отметить, что категория «общественная опасность» междисциплинарна и не является исключительным свойством преступления. Так, общественно опасны и административные правонарушения, и гражданско-правовые деликты. Попытки считать некоторые из них социально вредными, но не общественно опасными, представляются неубедительными. Полагаем, что данные термины не являются ни синонимами, ни антонимами и указывают на разные потенциальные особенности деяния. Правы те ученые, которые считают, что практически все правонарушения обладают и общественной опасностью (которая не уникальна для преступлений), и общественной вредностью. Так, Р.Х. Макуев, определяя правонарушение как «виновное противоправное действие или бездействие деликтоспособного лица, причинившее вред обществу, государству или отдельным лицам, влекущее юридическую ответственность» [18], допускает наличие обоих признаков у любого правонарушения.

Общественная опасность, являясь лишь качеством деяния, не может существовать сама по себе. А.З. Рыбак обращает внимание на тот факт, что одно и то же деяние в разных условиях может быть общественно опасным и, наоборот, общественно полезным или, по крайней мере, не иметь общественной опасности [21]. Общественная опасность указывает на наличие нарушения конкретного правового предписания,

к S

X

<

са О са н и X ы

Э

а ы са О

и

S

н

^

с S

ы S X к

о н и о и

о са н

и

J3 <

ы е-

о X

о

ЬЙ <

7

К S

I

<

са О са н и X ы

Э

а ы са

0

и

S

н

^

с S

ы S

1 к

о н и о и

о са н

и

J3 <

ы е-

0

1

о

ЬЙ <

8

четко установленного соответствующей нормой. При этом ее степень и характер столь высоки, что содеянное можно признать преступлением.

Указанное выше утверждение соотносится с основанием уголовной ответственности, установленным в ст. 8 УК РФ, где закреплено, что таковым «является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом» [2]. В данной норме устанавливается важное правило, состоящее в том, что для наступления уголовной ответственности необходимо наличие всех объективных и субъективных элементов состава преступления, содержание которых, с одной стороны, четко регламентировано нормами УК РФ и при необходимости также бланкетного законодательства, а с другой — выработано доктриной уголовного права. Следует отметить, что в ст. 8 УК РФ под деянием понимается несколько иная категория, чем указанная в ст. 14 УК РФ. Общественно опасное деяние как признак состава преступления имеет описание в диспозиции соответствующей нормы Особенной части УК РФ. Она указывает на потенциальную возможность причинять существенный вред общественным отношениям при совершении такого деяния, при этом формализуя ее характер и степень.

Характер общественной опасности, т. е. ее вид, определяется объектом уголовно-правовой охраны и местонахождением преступления в структуре уголовного закона. Степень общественной опасности указывает на интенсивность противоправного воздействия на общественное отношение и рассматривается, как правило, в рамках одного деяния (в зависимости от части конкретной статьи) либо группы принципиально схожих деяний (например, форм хищения) или даже преступления и административного правонарушения (так, кража, квалифицируемая по ч. 1 ст. 158 УК РФ, отличается от мелкого хищения только повышенной степенью общественной опасности).

Упоминая общественную опасность в ст. 14 УК РФ, законодатель подразумевает под ней фактически реализованную опасность либо угрозу ее наступления. При этом такая общественная опасность получает реализацию в рамках, указанных конкретным составом в степени (т. е. в интенсивности), достаточной для признания деяния преступлением. Это порождает необходимость установления четких критериев для характеристики степени общественной опасности.

Соответствующие критерии предусмотрены для ряда сложных для правоприменителя в рассматриваемом аспекте преступлений. Так, в ст. 256 УК РФ это крупный размер вылова, который устанавливается постановлением Прави-

тельства Российской Федерации от 25 мая 1994 г. № 515 «Об утверждении такс для исчисления размера взыскания за ущерб, причиненный уничтожением, незаконным выловом или добычей водных биологических ресурсов» [6].

При этом следует отметить, что известные сложности в разграничении незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов, предусмотренной п. «а» ч. 1 ст. 256 УК РФ, и деяния, в силу малозначительности не являющегося преступлением, возникают из-за разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, который, на наш взгляд, недостаточно обоснованно установил дополнительные критерии малозначительности. Как указывает Верховный Суд Российской Федерации, «если установлено, что в ходе вылова применялись такие орудия лова, использование которых не могло повлечь массового истребления водных животных и растений при отсутствии иных способов их массового вылова, в действиях такого лица отсутствует состав преступления, предусмотренный пунктом «б» части 1 статьи 256 УК РФ» [7]. Полагаем, что в данной ситуации Пленум Верховного Суда Российской Федерации связывает ситуацию малозначительности с направленностью умысла лица на совершение преступления не в крупном размере. Непонятно, на каких основаниях Пленум Верховного Суда Российской Федерации ставит признак «способ массового истребления», указанный в п. «б» ч. 1 ст. 256 УК РФ, выше иных признаков, указанных в п. «б» — «г» данной статьи.

Так, П. был оправдан по п. «в» ч. 1 ст. 256 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.

Установлено, что П. незаконно выловил в устье речки «Сонькин ручей» на реке Бу-юклинка 8 шт. рыбы кеты, причинив ущерб на сумму 4 640 руб. Суд пришел к выводу о том, что действия П., хотя формально и содержат признаки преступления, предусмотренного п. «в» ч. 1 ст. 256 УК РФ, но в силу малозначительности не представляют общественной опасности, в связи с чем оправдал П. [9]. Основанием для признания малозначительности деяния послужило, по мнению суда, отсутствие признака «иных способов массового истребления указанных водных животных и растений».

Полагаем, обстоятельства, перечисленные в п. «а» — «г» ч. 1 ст. 256 УК РФ, являются альтернативными, и наличие любого из них влечет за собой уголовную ответственность за незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов. Ввиду этого считаем, что сам по себе способ совершения П. незаконной добычи рыбы в местах нереста является самостоятельным признаком основного состава, поэтому отсутствие других признаков, таких как крупный

ущерб и способ массового истребления рыбы, не может быть основанием, свидетельствующим о малозначительности деяния.

В Иркутской области, напротив, за совершение аналогичных преступлений, но с причинением меньшего ущерба были вынесены обвинительные приговоры. Так, приговором одного из районных судов области за вылов рыбы породы «окунь» в количестве 30 шт. осужден М., причинивший ущерб в размере 510 руб. Б. осужден приговором суда за вылов рыбы породы «лещ» (самцов) в количестве 15 шт. на сумму 375 руб. [8].

Вместе с тем отметим, что подобные проблемы с определением критериев малозначительности деяния при квалификации незаконной рубки лесных насаждений отсутствуют, так как критерий «значительного» размера четко установлен и нет необходимости в его дополнительном разъяснении.

Существенная проблема практики применения норм о малозначительности возникает и при установлении различий между малозначительностью деяния и покушением на преступление или административным правонарушением. Внешне они часто неразличимы. Так, например, деяние лица, незаконно добывшего несколько рыб (если содеянное не составило крупного ущерба), но имевшего прямой умысел на добычу рыбы в большем объеме, не может быть признано малозначительным. В данном случае содеянное следует квалифицировать как покушение на незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов по п. «а» ч. 1 ст. 256 УК РФ со ссылкой на ч. 3 ст. 30 УК РФ. Малозначительным в данном случае может быть только такое деяние, которое совершено именно с желанием причинить незначительный вред.

Еще одним важным аспектом малозначительности деяния является сложность ее отграничения от обстоятельств, исключающих

Список литературы:

1. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ // СЗ РФ. 2002. № 1. Ч. 1. Ст. 1.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июля 1996 г. № 64-ФЗ // СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.

3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ // СЗ РФ. 2001. № 52. Ч. 1. Ст. 4921.

4. О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 25 июня 1998 г. № 92-ФЗ // Рос. газ. 2007. № 282.

преступность деяния. В некоторых ситуациях «значительность» деяния нивелируется тем положительным эффектом для личности, общества и государства, которое достигается в результате его совершения.

Так, нельзя однозначно говорить, что любая охота на диких животных, даже и совершенная без специального разрешения, общественно опасна. В некоторых ситуациях убийство животного обусловлено необходимостью спастись от его нападения, от голода и т. д. Тем самым можно с уверенностью сказать, что уголовный закон не предусматривает точного перечня безусловно общественно опасных деяний: общественно опасное поведение с психофизиологической точки зрения ничем не отличается от не представляющего общественной опасности [8]. В данном случае действуют механизмы крайней необходимости, предусмотренной ст. 39 УК РФ. В данной ситуации происходит утрата не общественной опасности, а противоправности деяния. Собственно, именно так и звучит название главы 8 УК РФ — «Обстоятельства, исключающие преступность деяния».

Подводя итог изложенному, отметим, что ряд преступлений и административных правонарушений, посягающих на порядок добычи природных ресурсов, может быть переведен в категорию уголовных проступков. Категорию уголовных проступков необходимо выделить в рамках уголовного кодекса, что будет определять их юридическую природу как преступлений, обладающих свойственным им характером и степенью общественной опасности. Опыт иностранных государств и работы отечественных ученых [13, 16, 17] указывают, что потенциальное наличие такого правового механизма позволяло бы адекватно учитывать несущественную общественную опасность некоторых правонарушений и исключить многие ошибки правоприменения.

5. О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР: Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 3 декабря 1982 г. // Ведомости ВС РСФСР. 1982. № 49.

6. Об утверждении такс для исчисления размера взыскания за ущерб, причиненный уничтожением, незаконным выловом или добычей водных биологических ресурсов: постановление Правительства РФ от 25 мая 1994 г. № 515 // Рос. газ. 1994. № 105.

7. О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258.1 УК РФ):

к S

X

<

са О са н и X ы

Э

а ы са О

и

S

н

^

с S

ы S X к

о н и о и

о са н

и

J3 <

ы е-

о X

о

ЬЙ <

9

К S

I

<

са

0 са н и

1 ы

Э

а ы са

0

и

S

н

^

с s

ы s

1 к

о н и о и

о са н

и

J3 <

ы

Е-

0

1

о

S

<

10

постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 г. № 26 // Рос. газ. 2010. № 271.

8. Справка о результатах обобщения судебной практики применения положений части 2 статьи 14 УК РФ. URL: http://oblsud.irk.sudrf. ru/modules.php?name=docum_sud&id=431 (дата обращения: 04.11.2015).

9. Надзорное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 8 августа 2006 г. по делу № 64-Дп06-12 по представлению Генерального прокурора.

10. Винокуров В.Н. Малозначительность деяния в уголовном праве: признаки и формы // Журнал российского права. 2014. № 4.

11. Гаврилов Б.Я. Современная уголовная политика России: цифры и факты. М., 2008.

12. Гордиенко В.В. Законодательное установление уголовного проступка и исключение института отказных материалов // Российский следователь. 2010. № 15.

13. Гордиенко В.В. Законодательные новеллы и их роль в повышении эффективности борьбы с преступностью // Российский следова-тель.2011.№ 16.

14. Дорохов НА, Безрук А.Н. Правовое явление «малозначительные деяния» // Вестник АГТУ. 2012. № 1. URL: http://cyberleninka.ru/ article/n/pravovoe-yavlenie-maloznachitelnye-deyaniya (дата обращения: 04.11.2015).

15. Козлов А.П. Понятие преступления. СПб., 2004.

16. Лунеев В.В. Роль мониторинга криминальных реалий в механизме совершенствования уголовного законодательства // Мониторинг уголовно-правовой политики РФ. Общие проблемы / отв. ред. С.В. Максимов. М., 2009.

17. Лунеев В.В., Максимов С.В. и др. Конституция РФ и перспективы совершенствования развития уголовного законодательства // Двадцать лет Конституции РФ: юридическая наука и практика / отв. ред. А.Г. Лиси-цин-Светланов. М., 2013.

18. Макуев ^.^Правонарушение и юридическая ответственность. Орел, 1998.

19. Мальцев В.В. Квалификация общественно опасных деяний по приговору суда // Российский судья. 2014. № 4.

20. Мальцев В.В. Малозначительность деяния в уголовном праве // Законность. 1999. № 1.

21. Рыбак А.З. Общественная опасность как правовая категория // Юристъ-Правоведъ. 2010. № 2.

22. Степанов В.В. Правовая природа норм о малозначительности правонарушения // Ленинградский юридический журнал. 2007. № 1. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/ pravovaya-priroda-norm-o-maloznachitelnosti-pravonarusheniya (дата обращения: 04.11.2015).

23. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: учебник для вузов / Н.Н. Бело-кобыльский, Г.И. Богуш, Г.Н. Борзенков и др. / под ред. В.С. Комиссарова, Н.Е. Крыловой, И.М. Тяжковой. М., 2012.

24. Хамтаху Р.Ш. Общественная опасность и малозначительность деяния в уголовном праве: проблемы толкования и юридического закрепления // Общество и право. 2015. № 2 (52). URL: http://cyberleninka.ru/article/n/ obschestvennaya-opasnost-i-maloznachitelnost-deyaniya-v-ugolovnom-prave-problemy-tolkovaniya-i-yuridicheskogo-zakrepleniya (дата обращения: 04.11.2015).

25. Цепелев В., Мартыненко Н. Малозначительность деяния в судебной практике и интересы потерпевшего // Уголовное право. 2012. № 3.

Тел.: 8 (3952) 42-26-07