Вопросы истории Кадьякского викариатства и синодальное управление миссионерской деятельностью на Аляске. . 

града, пошедшего на поводу у несправедливо обидевших и изгнавших законного митрополита из Киева. За это Ростислава едва не постигла кара Господа. Только после того, как имя митрополита было восстановлено и князь Ростислав раскаялся в своем грехе, Бог смилостивился над киевским князем и киевлянами, предварительно все же наказав нескольких человек смертью. В кратком рассказе Лаврентьевской летописи гнев божий в оправдание митрополита Константина был направлен главным образом на князя Мстислава Изяславича. Вина за смерть митрополита лежит в первую очередь на нем. Осуждены киевляне. Некоторые из них даже погибли, видимо, из-за того, что поддержали Мстислава.

В августе 6669 (1160) г., по ИЛ, прибыл в Киев из Константинополя митрополит Федор, «бяшеть бо посылалъ по нь кн(я)зь Рос-тиславъ» [2, стб. 515]. Годы его нахождения на Киевской митрополичьей кафедре ничем особым не отмечены в летописях. В рассказе под 6670 (1161) г. сказано только, что в этом году был изгнан ростовский епископ Леон во второй раз и на этот раз князем Андреем. Причиной изгнания стали разногласия между князем и епископом по вопросу о позволении

есть мясо в среду и пятницу [2, стб. 520]. В 6671 (1162) г. митрополит Федор умер, после пребывания на митрополичьей кафедре в течение «2 лет и 10 месяцев» [2, стб. 522].

1. Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. М., 1963. С. 157-165.

2. Ипатьевская летопись // ПСРЛ. СПб., 1908. Т. 2.

3. Лаврентьевская летопись // Там же. Л., 1928. Т. 1. Стб. 349.

4. Московский летописный свод конца XV века // Там же. М., 2000. Т. 25. С. 66, 67.

5. Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов // Там же. М., 2000. Т. 3. С. 217.

Поступила в редакцию 13.12.2009 г.

Panova V.I. Konstantin, Metropolitan of Kiev. (11561159).

The article is devoted to Konstantin, Metropolitan of Kiev (1156-1159). His activity reflected in chronicles is analyzed. Social conditions in Russia at the time of his stay at the metropolitan cathedra, reasons of his premature death are studied, dates are specified.

Key words: Konstantin; Metropolitan of Kiev; Metropolitans department of Kiev; Rostislav Mstislavich the prince of Smolensk; Mstislav Iziaslavich the prince of Periaslav.

УДК 93/99

ВОПРОСЫ ИСТОРИИ КАДЬЯКСКОГО ВИКАРИАТСТВА И СИНОДАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МИССИОНЕРСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ НА АЛЯСКЕ

© Митрополит Климент

История Русской Аляски на протяжении длительного времени является объектом исследования как отечественных, так и зарубежных историков. И несмотря на то, что по этой теме написано уже много, одним из ее малоизученных аспектов является участие в решении всех вопросов Святейшего синода. Учреждение Кадьякского викариатства и годы его существования, которые явились переломными в деятельности Первой духовной миссии на Аляске, показывают весь комплекс проблем, связанных с изучением синодального управления миссионерской деятельностью на Аляске.

Ключевые слова: Аляска; о-в Кадьяк; Святейший синод; Первая духовная миссия на Аляске; Кадьякское викариатство; РАК (Российско-Американская компания); император (императрица); митрополит Гавриил; архимандрит (епископ) Иоасаф; Г.И. Шелихов; И.И. Голиков.

Деятельность Первой духовной миссии на Аляске привлекает внимание исследователей с XIX в., оставаясь в поле зрения современных отечественных и зарубежных историков. Обширность материала в российских и зарубежных архивах позволяет про-

должить исследование данной темы. Одним из ее малоизученных аспектов является участие в решении всех вопросов Святейшего синода и его первоприсутствующего члена, митрополита Санкт-Петербургского. В ХХ в. приоритет в изучении истории Русской Аме-

рики в отечественной науке сохранялся за политическими, экономическими, этнографическими вопросами. В результате сложилось мнение о пассивности Синода в противоположность инициативности основателей Российско-Американской компании (далее -РАК) в вопросах организации миссионерства в Русской Америке.

Рассмотрим, насколько данная точка зрения соответствует действительности на примере Кадьякского викариатства. Годы его существования являются переломными в деятельности Первой духовной миссии на Аляске: викариатство было образовано во время ее наибольшей активности, но с гибелью епископа Кадьякского она численно сократилась и пришла в упадок. По этой причине в истории Кадьякского викариатства нашел отражение комплекс проблем, связанных с изучением синодального управления миссионерской деятельностью на Аляске.

К основным вопросам истории Кадьяк-ского викариатства относятся следующие: 1) причины учреждения викариатства; 2) архиерейская хиротония епископа Кадьякско-го; 3) состав выехавших вместе с новопо-ставленным епископом на Аляску; 4) обстоятельства гибели первого епископа и его свиты; 5) причины упразднения викариатства. Исследовать действия Святейшего синода по каждому из поставленных вопросов позволяют официальные документы фонда «Канцелярия Св. Пр. Синода» Российского государственного исторического архива в Санкт-Петербурге (далее - РГИА), а также фондов «Собрание документальных материалов по истории РАК и русских владений в Северной Америке» и «Санк-Петербургский Главный архив» Архива внешней политики Российской империи в Москве (далее - АВПРИ).

1. Изучение причин учреждения Кадьякского викариатства позволяет признать далеко не достаточным мнение А.В. Гринёва и других авторов, считающих назначение на Аляску епископа исключительно делом «ше-лиховской» компании [1]. Это мнение основано не столько на реальном ходе событий, сколько на оценках результата, высказанных разными лицами в XIX в. Например, как сообщает Л.С. Блэк, «в официально опубликованных документах указывали, что именно энергичное ходатайство И.И. Голикова убедило Синод рекомендовать императрице на-

значить на Аляску викарного епископа от Иркутской епархии» [2]. Также и ревизор деятельности РАК в Америке В.М. Головин отмечал, что компания «отправила архиерея в Америку» лишь для укрепления своего авторитета [1]. Не входя в рассмотрение мотивов, по которым инициатива направления на Аляску епископа была приписана И.И. Голикову, данную точку зрения следует признать односторонней и неполной в силу следующих фактов.

Впервые просьба о направлении на Аляску архиерея была высказана митрополиту Гавриилу (Петрову) еще в начале 1795 г. Об этом через полгода после прибытия на о-в Кадьяк упоминал монах Герман в письме игумену Назарию от 22 мая 1795 г.: «Просил я его Высокопреосвященство, чтобы прислал к нам Архиереем или отца Иоакима из Саровской [пустыни] или отца Феофана, бывшего Архиерейского келейника» [3]. Безусловно, без поддержки компании направить епископа на Аляску было невозможно, но учреждение епископской кафедры на Аляске было обусловлено другой необходимостью, нежели престиж компании. Основной причиной был количественный рост туземной паствы, о чем свидетельствует хронология связанных с этим событий.

На заседании Святейшего синода 20 марта 1796 г. была зачитана ведомость, составленная архимандритом Иоасафом (Болотовым) 18 ноября 1795 г. Из ведомости следовало, что на о-ве Кадьяк и прилежащих к нему островах, а также в континентальной части Аляски членами миссии было крещено 6740 туземцев обоих полов и совершено 1573 венчания [4]. Достоверность представленного отчета подтверждалась тем, что ведомость была поименной [2, с. 267]. Кроме того, такое же количество крещенных, но округленно, называли другие члены миссии в своих частных письмах [3, с. 225, 234]. В любом случае, можно полностью доверять членам Синода, в Журнале заседания которого отражено данное число крещеных. В ведомости не были учтены еще 2500 алеутов, крещенных иеромонахом Макарием [4, л. 212-212об.], поскольку с Алеутских о-вов он выехал в Россию, минуя о-в Кадьяк, и к этому времени еще не достиг Иркутска. Но и прозвучавшая цифра убедительно свидетельствовала о необходимости укрепления миссии: для того,

чтобы обеспечить пастырское окормление столь многочисленной паствы и проводить просветительскую работу среди новокрещеных, было явно недостаточно 4 иеромонахов и 2 диаконов. Причем проповедники должны были хорошо знать язык местных народов и племен. В свое время Г.И. Шелихов высказывал мысли о том, что для этого надо рукополагать в священный сан наиболее способных и благочестивых местных жителей Аляски. Совершать хиротонии, обучать и осуществлять их архипастырское руководство должен был епископ, постоянно находящийся на Аляске.

Другой весомой причиной учреждения викариатства была необходимость присутствия в колонии лица, обладающего высоким духовным авторитетом. Направляя миссию на Аляску, митрополит Гавриил наделил ее главу, архимандрита Иоасафа, духовной властью над всеми православными в колонии вплоть до духовного суда: «по духовным делам чинить разбирательства» [4, л. 40об.]. Но полученные митрополитом письма, написанные миссионерами на о-ве Кадьяк в мае 1795 г., свидетельствовали о том, что работники компании во главе с А. А. Барановым не признавали эту власть за архимандритом. Они жестоко обращались с туземцами и вели безнравственный образ жизни «к великой досаде американцов (т. е. автохтонов - Г. К), а в рассуждении нашей (т. е. христианской -Г. К.) проповеди к соблазну и преткновению их» [5]. После получения такого сообщения стало ясно, что поднять авторитет миссии и укрепить миссионерскую работу на Аляске сможет только епископ, облеченный архиерейской властью.

Более месяца спустя, на заседании Святейшего синода 30 апреля 1796 г. обер-прокурор Синода граф А.И. Мусин-Пушкин устно сообщил Синоду, что при докладе императрице о состоянии дел Кадьякской миссии он сказал ей «о усматриваемой Св. Синодом надобности быть в находящейся в... Северо-восточной части Америки, для распространения там христианского закона. особому архиерею для лучшаго в сем богоугодном деле успеха» [4, л. 55-55об.]. На предложение обер-прокурора учредить архиерейскую кафедру на о-ве Кадьяк императрица поручила Синоду представить ей «с потребными о той надобности объяснениями

доклад» [4, л. 55об.]. А. Львов ошибочно указывает 3Q апреля 179б г. как дату первого заседания Синода по вопросу учреждения викариатства [б], а Блэк пишет, что на этом заседании рассматривалось прошение Голикова митрополиту Гавриилу о назначении на Аляску епископа, поданное «в начале 179б г.» [2, с. 27Q]. Письмо Голикова датировано маем этого года, а значит, в апреле оно не могло быть предметом обсуждения Синода. Вместе с тем, упоминание обер-прокурора «об усматриваемой Синодом надобно -сти» при докладе императрице означали, что предложение назначить епископа на Аляску появилось в Синоде до 3Q апреля.

Компания обещала оказывать всемерную поддержку архиерею и всей миссии, как уже было сказано, лишь в мае. К митрополиту Гавриилу обратился И.И. Голиков, который просил назначить на Аляску епископа и при этом заверял, что компания «охотно приемлет со уважением искренним принять на себя все его архипастырское содержание, как и находящеюся в Американских пределах состоящею Духовную миссию» [4, л. 57-57об.]. В то же время купец О.А. Прянишников, уволившийся по собственному желанию из компании, подал в Синод прошение о назначении на Аляску в должности переводчика при духовной миссии [4, л. 52-52об].

По рассмотрении дел, 4 июля 179б г., Святейший Синод доложил императрице о состоянии миссионерской работы в Русской Америке и подтвердил своевременность направления туда епископа для более успешного распространения Православия. В качестве обоснования необходимости постоянного пребывания на Аляске архиерея в докладе Синода говорилось: «Ввиду как важности тамошняго дела, так и потому, что архиерей там, в случае убыли священников, может на места их рукополагать там же других из самих тех жителей, из которых многие обучались и российскому языку и Священному Писанию и скорее и тверже могут оное на своем языке объяснять единоземцам своим и располагать их к святому крещению» [4, л. б7]. Синод предлагал учредить кафедру на Аляске на следующих условиях: «1) Епископу именоваться Кадьякских и прочих прилегающих островов, викарием Иркутской епархии. 2) Так как содержание архиерея и остальной миссии берет на себя компания, то

штат архиерейскаго дома не назначать. 3) В пастве его быть всем жителям американских островов, и епископу сколько можно стараться обучать тамошних жителей русскому языку, а способных детей отправлять на кошт компании в Иркутскую семинарию, дабы из них образовывать впоследствии священников. 4) По мере умножения христиан, по желанию их, строить новыя церкви. 5) Во всех своих делах и нуждах и об успехах распространения христианства доносить ему, викарию, своему местному епископу, а сему репортовать в Синод. б) Посвятить в сан Кадьякскаго епископа архимандрита Иоаса-фа. Необходимою архиерейскою ризницею предположено было снабдить новаго епископа митрополиту Новгородскому из архиерейских своих домов и других находящихся в его ведомстве ризниц. 7) Купца Прянишникова, как уже с успехом бывшаго толмачем при миссии, исключив из купеческаго звания, наградить чином коллежскаго переводчика и определить ему впредь жалование по 225 руб. в год» [4, л. б7-71].

На этот доклад Святейшего Синода последовал именной указ Екатерины II от

19 июля 179б г., в котором утверждались все предложения Синода, за исключением вопроса о материальном обеспечении: на содержание архиерейского дома императрица назначила выплачивать из казны 4Q3Q руб. 8Q коп. ежегодно [7] (у Блэк ошибочно указана другая сумма [2, с. 271]). Также она выделила 2QQQ руб. единовременно на проезд новоназначенного епископа до Иркутска и обратно[7]. Иркутскому архиерею был направлен указ о подборе клира и причта для учрежденного викариатства, митрополит Гавриил подготовил архиерейскую ризницу и в начале октября того же года докладывал Синоду об отправке ее в Иркутск [4, л. 15Q-Шоб., 153-Шоб.].

Хронология учреждения Кадьякского викариатства говорит о том, что Синодом была проделана серьезная работа по созданию первого викариатства Иркутской епархии от предложения о назначении епископа на Аляску, высказанного императрице через обер-прокурора, до составления проекта указа. Решение Екатерины II о финансировании архиерейского дома показывало ее нежелание ставить американского архиерея в экономическую зависимость от компании. Это

вполне соответствовало отрицательной позиции императрицы по вопросу о предоставлении монопольных прав «шелиховской» компании. Таким образом, письмо Голикова не было решающим при принятии решения

об основании Кадьякского викариатства. Почему же в оценках современников сложилось (и даже нашло отражение в официальных источниках) мнение о том, что учреждение Кадьякского викариатства - исключительная заслуга первого фундатора РАК И.И. Голикова? После смерти Шелихова расстановка сил внутри компании складывалась не в пользу его компаньона, и преувеличение роли Голикова в учреждении Кадьякского ви-кариатства могло исходить от сторонников последнего, желавших упрочить его авторитет. Митрополит Гавриил, первоприсутствующий член Святейшего синода в год создания викариатства, был одним из заступников Голикова, о чем свидетельствует его письмо графу П.А. Зубову от 18 февраля 179б г. [8], и он мог способствовать распространению мнения о том, что викариатство на Аляске было учреждено благодаря ходатайству Голикова.

2. В Иркутске указ об учреждении вика-риатства был получен уже к осени, когда сообщение с Охотском, откуда отправлялись суда до Кадьяка, прекращалось до весны. Епископ Иркутский Вениамин (Багрянский) выяснил у вдовы Шелихова Наталии Алексеевны условия транспортного сообщения с Аляской и рапортом от 15 сентября 179б г. доложил Святейшему синоду, что, даже при условии отправления внеочередного корабля специально для доставки архимандрита Иоа-сафа, он сможет прибыть в Иркутск не ранее октября 1798 г.

Этот рапорт был еще в пути, когда б ноября 179б г. скончалась императрица Екатерина II, и на престол вступил император Павел I. Его коронация 5 апреля 1797 г., возможно, стала причиной того, что рассмотрение дела о хиротонии во епископа Кадьяк-ского состоялось в Синоде только осенью. Принимая во внимание сообщение епископа Иркутского Вениамина о сроках прибытия архимандрита Иоасафа для хиротонии в Иркутск и то обстоятельство, что отправиться обратно на Кадьяк он сможет только весной следующего 1799 г., Святейший Синод 9 октября 1797 г. просил императора Павла I раз-

решить вызвать «архимандрита Иоасафа из Иркутска для посвящения его во епископа в Санкт-Петербурге» [4, л. 197].

Наряду с главной причиной вызова архимандрита Иоасафа - совершение его хиротонии, в обращении говорилось, что во время пребывания его в столице можно будет «узнать от самого его архимандрита лично как о положении тамошняго края, так и о всех относящихся до живущих тамо народов обстоятельствах» [4, л. 198]. Блэк пишет, что Синод был извещен, «возможно от Прянишникова и других приезжих с Аляски, о нежелательном положении вещей» [2, с. 272]. Кроме того, как об этом сказано выше, митрополит Гавриил знал о проблемах миссии из писем самих миссионеров. Вызов архимандрита Иоасафа в столицу был нужен и для того, чтобы довести эти сведения до императора. Но Павел I Высочайшим указом от 13 октября 1797 г. отказал Синоду в приглашении архимандрита Иоасафа в Петербург, мотивировав свое решение большими расходами на переезд, и повелел хиротонию его во епископы «в Иркутске исполнить по прежнему указу» [4, л. 199]. Не имея возможности вызвать архимандрита Иоасафа в Петербург, Синод принял решение получить от него письменные ответы на ряд вопросов. С этой целью была составлена «записка, какие нужно отобрать от определеннаго в 1796-м году по имянному высочайшему указу в Северную часть Америки Кадьякского епископа, относящиеся к тамошнему краю сведения» [4, л. 202-208об.] и отправлена в Иркутск. Составитель записки неизвестен, но формулировки вопросов свидетельствуют, что автор был знаком с проводимым Россией исследованием Тихоокеанского региона и представлял особенности Аляски и ее населения.

Архимандрит Иоасаф прибыл в Иркутск 30 ноября 1798 г. [4, л. 29-29об.] и 17 марта следующего года подал в соответствии с поставленными Святейшим синодом вопросами докладную записку под заглавием: «Краткия объяснения, сделанные соответственно записи, присланной от Святейшего правительствующего Синода об американском острове Кадьяке Северовосточной Американской Духовной Миссии Начальствующим Кадьяц-ким Архимандритом Иоасафом» [4, л. 225243; 9]. В своих ответах архимандрит Иоасаф

указал как положительную, так и отрицательную стороны воздействия на местное население приезжавших на Аляску русских. Анализируя предстоящее служение, архимандрит Иоасаф изложил особое мнение относительно третьего пункта Указа об учреждении Кадьякского викариатства, считая, как и некогда Шелихов, нецелесообразным вывозить способных к духовному служению уроженцев Аляски в Иркутск для обучения в семинарии. Он отмечал их неприспособленность к суровому климату континентальной Сибири и отсутствие у них иммунитета ко многим болезням, что часто становилось причиной их смерти, и предлагал обучать их на Аляске «преподаваемым в Российских семинариях наукам» [9, л. 35], для чего необходимо было прислать туда учителей.

Получив докладную записку от архимандрита Иоасафа, епископ Вениамин отправил ее в Святейший синод вместе со своим рапортом от 23 марта 1799 г. В нем он сообщал: «Внимание мое на его (архимандрита Иоасафа - Г. К) поведение было обращено и пред Святейшим Правительствующим Синодом чистосердечно и без малейша-го зазрения совести долгом почитаю свидетельствовать, что в поведении его ничего сумнительнаго мною не усмотрено и чрез все пребывание в Иркутске, котораго истекает уже четвертый месяц, вел он себя как должно человеку добропорядочному и умному при том. ни от кого и ничего не слыхал предо-судительнаго Его чести, напротив, изъясняются быть довольными его поступками, равно и тамошним делом управляющий отзываются об нем с довольною похвалою» [4, л. 223об.-224]. Не находя препятствий к архиерейской хиротонии архимандрита Иоаса-фа и по причине приближения срока его отъезда из Иркутска, епископ Вениамин докладывал в Синод о своем намерении совершить хиротонию в ближайшее время, ибо «отсрочки зделать... тем менее можно, что отправа морем из Охотска бывает в августе месяце, к которому времени дабы можно было в Охотск приспеть, необходимо нужно из Иркутска отправится в первых числах маия» [4, л. 224-224об.].

По правилам Православной Церкви по-ставление во епископа могут совершить не менее двух архиереев. Но ближайший кафедральный город - Тобольск, находился более

чем в 3 000 км от Иркутска. К тому же архиепископ Тобольский Варлаам (Петров) был в то время уже 70-летним старцем, для которого столь долгая дорога оказалась бы не по силам. Таким образом, из-за невозможности кому-нибудь еще из архиереев прибыть для участия в хиротонии, епископ Вениамин совершил ее один. Третьего апреля 1799 г. состоялось наречение архимандрита Иоасафа во епископа, а 10 апреля в зимнем приделе в честь святых апостолов Петра и Павла Богоявленского кафедрального собора при большом стечении народа архимандрит Иоасаф был хиротонисан во епископа Кадьякского [4, л. 253-253об.]. Это был единственный случай в истории Русской Церкви, когда хиротония совершалась одним архиереем.

Рассматривая историю хиротонии архимандрита Иоасафа во епископа Кадьякского, нельзя не обратить внимание на то большое влияние, которое оказала смена царской власти. В отличие от Екатерины II император Павел I в конфликте миссионеров и работников компании принял сторону последних и в 1799 г. предоставил право монопольного использования ресурсов Аляски образованной РАК. Со смертью Екатерины II изменилось и положение при дворе первоприсутствующего члена Святейшего Синода. По оценке церковного историка И.К. Смолича, «любимца своей матери, митрополита Новгородского и Петербургского Гавриила Петрова, Павел не выносил» [10]. По всей видимости это и явилось причиной отказа императора вызвать архимандрита Иоасафа для хиротонии в Петербург.

Но, несмотря на неблагосклонность императора, члены Синода предприняли меры для того, чтобы Кадьякское викариатство возглавил достойный кандидат. Они уполномочили епископа Вениамина отложить хиротонию только в случае, если у него появятся веские причины в результате личного наблюдения за главой миссии или получения порочащих его характеристик из авторитетных источников.

3. В начале мая 1799 г. епископ Иоасаф выехал к месту своего служения на о-в Кадьяк. А. Львов, автор одного из первых исследований по истории Первой духовной миссии, сообщал, что его сопровождали иеромонах Макарий (Александров) и иеродиакон Стефан (Говорухин), т. е. старые члены мис-

сии, приехавшие вместе с ним на Аляску в 1794 г., а также один послушник [6, с. 1366]. В последнее время опубликованы сведения и о других, новых членах миссии, которые были назначены на о-в Кадьяк Иркутским архиереем, согласно указу Синода. Но по вопросу о составе выехавших из Иркутска вместе с епископом Иоасафом есть расхождения. С.А. Корсун пишет, что это были несколько белых священников и церковнослужителей, а также послушник Д. Авдеев [11]. Блэк упоминает белого священника из Иркутска, певчих и преподавателей для духовной школы, которую предполагалось открыть на Кадьяке [2, с. 274]. Гринёв говорит, что архиерейская свита включала в себя певчих и священника Петра Митягина [1, с. 43].

Исследование этого вопроса позволяет утверждать, что в числе выехавших на Аляску вместе с епископом Иоасафом в 1799 г. был один женатый священник Петр Митя-гин, что подтверждается двумя документальными свидетельствами. В архиве на о-ве Кадьяк хранилось письмо, отправленное из Иркутска в 1800 г., на котором был указан следующий адресат: «Вручить сие письмо в острове Кадьяке в свите Его Высокопреосвященства Иоасафа священнику Петру Ми-тягину» [12]. Также его имя значится в списке пассажиров фрегата «Феникс», указанного на обороте листа с письмом Уракской конторы Якову Егоровичу Шильцу № 51 от

20 августа 1799 г. из Охотска. Этот документ хранится в АВПРИ, в фонде РАК [13]. Из данного списка следует, что из Иркутска с епископом Иоасафом на Аляску поехало 11 человек, причем был только один женатый священник, и не было послушника Дмитрия Авдеева.

Кроме священника П. Митягина епископ Иоасаф взял на Аляску архиерейский хор из шести человек. В списке указаны имена троих певчих: Алексея Пушкарева, Петра Журавлева и Павла (фамилия его неизвестна). Остальные имена не указаны, а стоят только цифры с отметкой, что из свиты епископа Иоасафа. То, что их было более трех человек, позволяет утверждать свидетельство святителя Иннокентия о том, что среди певчих, выехавших с епископом Иоасафом, был его двоюродный брат Димитрий Попов [14]. Эти певчие, если имели духовное образование, могли быть преподавателями в семинарии,

которую собирался открыть епископ Иоасаф на о-ве Кадьяк. Они же являлись и кандидатами на священническое служение на Аляске. Последнее в особенности относится к Алексею Пушкареву, который уже был женат и путешествовал вместе со своей женой: в списке указано, что в путь отправились «священника Петра жена, певчева Пушкарева тож» [13, л. 11об.].

Таким образом, первый женатый священник выехал на Аляску в 1799 г. Еще в 1793 г. об этом заботился митрополит Гавриил, сознавая, что, если для миссионерской деятельности среди туземных народов лучше подойдут монашествующие священники, то для окормления русских промышленников, о характере и образе жизни которых он был достаточно осведомлен, был нужен женатый священник. Митрополит Гавриил дал задание главе миссии включить в ее состав хотя бы одного женатого священника во время пребывания в Иркутске. Но тогда это не осуществилось. В письме от 1 мая 1794 г. архимандрит Иоасаф сообщал, что в Иркутске он просил рукоположить во диакона одного из членов миссии - монаха Стефана (Говорухина) «по неотыскании к свите своей еще Белаго священника» [4, л. 49]. Замысел митрополита Гавриила был осуществлен шесть лет спустя, когда в состав миссии вошел священник Петр Митягин. Но ему не суждено было доплыть до Аляски. Он трагически погиб вместе с епископом Иоасафом, и его имя осталось неизвестным в столице. Вот почему при упоминании об этом Львовым и другими авторами XIX в. в числе погибших назывались имена лишь следующих миссионеров: епископа Иоасафа, иеромонаха Макария, иеродиакона Стефана.

4. Летом 1799 г. епископ Иоасаф и его спутники прибыли в Охотск, откуда отплыли на Кадьяк в конце августа на принадлежащем РАК фрегате «Феникс» под командованием Я.Е. Шильца. Последний получил от Уракской конторы РАК следующие указания: «Преосвященный Иоасаф епископ Кадь-якский со свитою соизволит [неразборчиво] следовать на порученную ему Епархию, вследствие чего сия контора и просит вас для Ево Преосвященства [неразборчиво] и свите доставить к препокоению способные места и в путеследовании от всех оказывать принадлежащие священнейшей Ево особе уважение

и почтение равно и всем при нем находящимся» [13, л. 11]. Однако первому епископу Аляски не было суждено встретить свою паству. Корабль «Феникс» разбился недалеко от о-ва Кадьяк, и все пассажиры погибли.

В столице долго не знали о случившемся. Только в июне 1SQ2 г. Главное правление РАК получило печальную весть и тогда же представило императору всеподданнейшее донесение, в котором говорилось: «Отправленной из Охотска в августе 1799-го года с богатым грузом на подкрепление Американских заведений фрегат Феникс по 24-е июля 1800-го г. туда еще не прибыл, и что слу-чившияся пред тем временем сильные штормы и выброшенные на берегах обломки дают некоторые признаки в гибели судна сего, чего однако ж достоверно определить не можно» [15]. Более определенно о кораблекрушении «Феникса» и гибели всех его пассажиров сообщала в Иркутское губернское правление Иркутская контора РАК 14 ноября следующего, 1SQ3 г. [1б]. Известное сообщение Баранова о трагической гибели корабля и его пассажиров датировано только 2S мая 1SQ7 г. В нем указывалось, что с весны до осени 1SQQ г. по берегам различных островов от Уналашки до Ситки (о-в Баранова), расстояние между которым более 2 QQQ км, находили «выкиды судовые» - выброшенные волнами отдельные вещи с корабля «Феникс» и его обломки, в т. ч. восковые свечи, «а на острове Сюкле в Чугацкой губе 2 оболочки коженные с больших книг; и тоже несколько восковых свеч средних малых кои сколько получено и отдаваны были в церьков здешнюю» [17, 18].

Ни компания, ни правительство не спешили сообщать Синоду о гибели фрегата «Феникс», возможно, из-за отсутствия точных сведений о судьбе его пассажиров. После получения от епископа Вениамина рапорта о хиротонии архимандрита Иоасафа во епископа и отправлении его на Аляску в Синоде до 1SQ3 г. считали, что миссия успешно развивается. Об этом свидетельствует тот факт, что еще в 1SQ2 г. в миссию из Синода отправлялась почта на его имя [19]. О гибели епископа Кадьякского и его сопровождавших стало известно из письма оставшихся на Аляске монахов с жалобой на главного правителя Баранова и его окружение. Синод запросил Главное правление РАК «о состоянии

миссии, о судьбе епископа Иоасафа и о распределении сумм, отпущенных на миссию» [2, с. 274]. Выяснилось, что Компания продолжала получать государственные средства на содержание архиерейского дома вплоть до 1804 г., что привело к разбирательству между Синодом и РАК.

Тем временем для изучения ситуации на месте летом 1803 г. на Аляску в составе Первой кругосветной экспедиции от Синода был направлен иеромонах Гедеон (Федотов). Новому первоприсутствующему члену Святейшего синода - митрополиту Амвросию (По-добедову), пришлось действовать весьма дипломатично, добиваясь сначала включения его в состав экспедиции, а затем наделяя его полномочиями ревизора духовной миссии на Аляске [20]. Осторожность митрополита Амвросия вполне объясняется тем обстоятельством, что он был переведен на Петербургскую кафедру императором Павлом I, которого в 1801 г. сменил Александр I. При новом императоре значительно возросла роль обер-прокурора Синода, вследствие чего, по оценке Смолича, «перед митрополитом возникли немалые трудности» [10, с. 208].

5. После того, как иеромонах Гедеон провел в миссии на о-ве Кадьяк 3 года (18041807) и по возвращении в столицу подтвердил отсутствие со стороны местной администрации РАК поддержки миссионерской работы среди туземного населения, в Синоде появились сомнения о необходимости направления на Аляску нового епископа. Не исключено, что кандидатом на Кадьякскую кафедру был иеромонах Гедеон, ибо, находясь на о-ве Кадьяк, он возглавлял миссию и, выезжая в Россию, планировал вернуться на Аляску [20, с. 82]. В целях изучения этого вопроса, Синод просил обер-прокурора выяснить позицию по нему в Главном правлении РАК.

Но, как писал С.Б. Окунь, в это время «компания не только выступила против учреждения епископства в колониях, что потребовало бы от нее значительных расходов. Она всячески пыталась дискредитировать деятельность находившихся уже там священников» [21]. Причиной, по которой в адрес аляскинских миссионеров были высказаны нарекания, по мнению Блэк, были письма в столицу из Америки камергера Н.П. Резанова, в которых «он частично присваивал

себе заслуги церковнослужителей, как то: работу школы, изучение местных языков и составление словарей, эксперименты по огородничеству, и сетовал, что монахи не поддерживают виды компании и отказываются понимать, что многие мероприятия служат «государственной пользе» [2, с. 275]. Среди главных мотивов отказа РАК от направления на Аляску архиерея был не столько экономический расчет, сколько опасение получить в лице нового епископа просвещенного обличителя своих действий на колонизируемой территории. Обоснованность таких опасений подтверждают записки иеромонаха Гедеона, в которых описаны жестокая эксплуатация компанией коренного населения Аляски. В любом случае, в Главном Правлении РАК понимали, что с епископом у местной власти будет намного больше проблем, чем с материально зависимыми от компании женатыми священниками, и поэтому в донесении от

7 октября 1810 г. на имя обер-прокурора

А.Н. Голицына говорилось, «что со времени неприбытия на остров Кадьяк преосвященного Иоасафа не настояло, так и ныне не настоит никаких видов надобности в посвящении в тот край другаго епископа» [22].

Учитывая позицию компании, Синод своим постановлением от 28 октября 1810 г. упразднил Аляскинское викариатство, а служащее там духовенство подчинил Иркутскому архиерею [22, л. 209-214об.]. Однако император Александр I утвердил только вторую часть решения, и 15 марта 1811 г. обер-прокурор сообщил Синоду, что «Его Величеству угодно, чтобы Святейший Синод принял особенное попечение о приискании дос-тойнаго кандидата, могущаго занять место Епископа Кадьякскаго» [22, л. 222-222об.]. Причем, в сообщении обер-прокурора подчеркивалось, что кандидат в епископы на Кадьяк должен иметь особые качества, которые содействовали бы обращению местного населения в христианство. Следует полагать, что император проникся мыслью о том, что развитие Церкви на Аляске будет способствовать закреплению ее территории за Россией.

Подводя итог, нельзя не отметить тот факт, что на деятельности Святейшего Синода по организации и поддержке духовной миссии на Аляске в значительной мере сказывалась политика императорского правительства по отношению к Церкви в целом.

Заинтересованность в укреплении духовной миссии как проводнике государственной власти, которая должна была своими средствами сдерживать жестокость и произвол стихийной купеческой колонизации Аляски при Екатерине II, сменилась при Павле I учреждением под покровительством императора РАК и недоверчивой настороженностью по отношению к миссионерам, на место которым пришла забота о благосостоянии и развитии колоний при игнорировании ведущей роли Церкви в этом процессе во время правления Александра I. Не меньшее изменение претерпели взаимоотношения самодержавия с первоприсутствующими членом Синода: если императрица Екатерина II передавала свои решения Синоду через митрополита Гавриила, то в течение царствования Александра I значительно возросли авторитет и власть обер-прокуроров. Немаловажным представляется и тот факт, что в правление Александра I, с 12 июня 1SQ5 г., постоянными членами Синода оставались только три митрополита, а остальные архиереи вызывались на заседания из своих епархий на срок от 1 до 3 лет. Все это не могло не снизить активности Синода в защите перед государством духовных приоритетов общества вообще, и миссионерской работы на Аляске в частности.

Тем не менее, как было рассмотрено, именно Синод инициировал учреждение епископской кафедры в российских владениях в Америке, а впоследствии проявлял заботу о том, чтобы эту кафедру занял достойный кандидат. Получив известие о гибели епископа Иоасафа, Синод немедленно направил на Аляску своего ревизора для изучения положения миссии на месте. И только убедившись в том, что РАК окончательно изменила свои взгляды на присутствие духовенства в колонии, Синод принял решение об упразднении Кадьякского викариатства. То обстоятельство, что иногда решения Синода принимались не сразу, во многом объясняется отдаленностью Аляски от Санкт-Петербурга и несовершенством средств сообщения.

1. Гринёв А.В. Битвы за Ситху и падение Якута-та // История Русской Америки (1732-1867): в 3-х т. / отв. ред. Н.Н. Болховитинов. М., 1999. Т. 2. С. 44.

2. Блэк Л. С. Путь на Новый Валаам: становление русской православной церкви на Аляске // История Русской Америки (1732-1867): в 3 т. / отв. ред. Н. Н. Болховитинов. М., 1997. Т. 1. С. 270.

3. Дементьев Д.А. Распространение православной веры в Америке // Очерки России / изд.

В. Пассеком. М., 1842. Кн. 5. С. 232.

4. РГИА. Ф. 796 (Канцелярия Св. Пр. Синода). Оп. 74. Д. 210. Л. 51.

5. АВПРИ (Арх. Внешней политики Российской империи). Ф. 341 (РАК). Оп. 888. Д. 117. Л. 5об.

6. Львов А. Краткия историческия сведения об учреждении в Северной Америке православной миссии, об основании Кадьякской епархии и о деятельности там первых миссионеров // Прибавления к Церковным Ведомостям. 1894. № 39. С. 1364.

7. АВПРИ. Ф. 161 (Санкт-Петербургский Главный архив). Оп. 6. Д. 1. П. 19. Л. 20-20об.

8. АВПРИ. Ф. 341 (РАК). Оп. 888. Д. 109. Л. 58-59.

9. АВПРИ. Ф. 341 (РАК). Оп. 888. Д. 154.

10. История Русской Церкви: в 9 кн. Кн. 8: Смо-лич И.К. История Русской Церкви, 17001917: в 2 ч. М., 1996. Ч. 1. С. 207.

11. Корсун С.А. Преподобный Герман Аляскинский, Валаамский подвижник в Америке: Материалы к жизнеописанию. СПб., 2005. С. 48.

12. Из архива Кадьякской церкви. 13 писем, частью принадлежащих перу первых миссионеров Алеутской епархии, частью адресованных к ним разными лицами // Американский Православный Вестник. 1899. № 18. С. 495496.

13. АВПРИ. Ф. 341 (РАК). Оп. 888. Д. 143. Л. 11-11об.

14. Избранные труды святителя Иннокентия, митрополита Московского, апостола Сибири и Америки. М., 1997. С. 245.

15. АВПРИ. Ф. 161 (Санкт-Петербургский Главный архив). Оп. 6. Д. 1. П. 1. Л. 3-3об.

16. АВПРИ. Ф. 341 (РАК). Оп. 888. Д. 170. Л. 16-16об.

17. Очерк из истории Американской православной духовной миссии (Кадьякской миссии 1794-1837). СПб., 1894. С. 291.

18. Записки иеромонаха Гедеона о Первом русском кругосветном путешествии и Русской Америке, 1803-1808 гг. / сост., введ. и примеч. Р. Г. Ляпунова // Русская Америка: По личным впечатлениям миссионеров, землепроходцев, моряков, исследователей и других очевидцев / отв. ред. А.Д. Дридзо, Р.В. Кинжалов. М., 1994. С. 107.

19. Несколько писем из архива Кадьякской миссии // Американский Православный Вестник. 1900. № 6. С. 125.

20. Климент (Капалин), митрополит. Русская Православная Церковь на Аляске до 1917 года: монография. М., 2009. С. 76-77.

21. Окунь С.Б. Российско-Американская компания. Москва; Ленинград, 1939. С. 198.

22. РГИА. Ф. 796 (Канцелярия Св. Пр. Синода). Оп. 90. Д. 273. Л. 206-206об.

Поступила в редакцию 12.01.2010 г.

Mitropolitan Kliment (Kapalin). Questions of history Kodiak vicariate and synodal management of missionary activity on Alaska.

History of Russian Alaska has long been an object of study by both domestic and foreign historians. And despite the fact that many researches has already been written on this topic, one of its little-known aspect is the participation in all matters of the Holy Synod. Establishment Kodiak vicariate and years of its existence which was turning in activities of the First spiritual mission on Alaska, show all complex of the problems connected with the study of the synodal management missionary activity on Alaska.

Key words: Alaska; the island of Kodiak; the Holy Synod; the First spiritual mission on Alaska; Kodiak vicariate; RAC (the Russian-American Company); the Emperor (Empress); metropolitan Gabriel; archimandrite (bishop) Ioasaph; G.I. Shelikhov; I.I.Golikov.

УДК 947:336.143. 2

ФОРМИРОВАНИЕ БЮДЖЕТОВ УЕЗДНЫХ ГОРОДОВ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.

© Т.М. Гусева

Статья посвящена рассмотрению ключевых моментов формирования бюджетов уездных городов. Аграрный характер провинциальных городов оказывал большое влияние и определял, какие статьи доходов были определяющими при составлении бюджета.

Ключевые слова: чрезвычайный; обыкновенный бюджеты; доходы; расходы; недоимки.

В настоящее время администрации небольших провинциальных городов постоянно сталкиваются с проблемой дефицита бюджета. Развитие городского хозяйства определяется во многом финансовыми возможностями города, состоянием его бюджета. Изучение способов формирования бюджетов уездных городов позволит выяснить положительный опыт прошлого и возможности его адаптации к современной российской действительности.

Во второй половине XIX в. роль городов в экономической, общественно-политической и культурной жизни государства возросла. Жизнедеятельность городов стала более сложной, обеспечение ее требовало больших финансовых затрат. Поэтому проблема формирования городских бюджетов являлась важнейшей в хозяйственно-экономической деятельности органов городского самоуправления этого периода.

Согласно Городовому положению 1870 г., городским думам было предоставлено право устанавливать в пользу города следующие сборы: оценочный с недвижимых имуществ (исключая недвижимое имущество казенного

и духовного ведомств и благотворительные заведения), в размере не выше 10 % от чистого дохода, или 1 % от стоимости, со свидетельств на право торговли, с билетов на торговые заведения, с взимаемой казенной пошлины, с трактирных заведений, постоялых дворов и лавочек, с извозного промысла и лошадей частных лиц. Органам городского самоуправления было разрешено ходатайствовать об установлении сбора с квартир и других помещений. В городской доход поступали также сборы, взимаемые при заключении различных актов, при клеймении мер и весов и с аукционных продаж.

Финансовые возможности городов определяли два бюджета: обыкновенный (годовой) и чрезвычайный; каждый из них включал доходные и расходные части. Доходную часть чрезвычайного бюджета составляли недоимки прошлых лет, благотворительные капиталы и пожертвования, займы и средства от продажи городского имущества. В уездных городах чрезвычайный бюджет был незначительный. В городе Краснослободске, который имел средний уровень экономического развития, доходы чрезвычайные в 1890 г. сложи-