Процессы этнической анклавизации: мировой опыт и Казахстан

РЕГИОНАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

ПРОЦЕССЫ ЭТНИЧЕСКОЙ АНКЛАВИЗАЦИИ: МИРОВОЙ ОПЫТ И КАЗАХСТАН

Н.А. Адилханулы

Казахский университет международных отношений и мировых языков имени Абылай хана, Алматы, Республика Казахстан

Аннотация. Данная статья посвящена изучению актуальных проблем современных этнических анклавов по всему миру. В работе рассматриваются варианты решений проблем этнических анклавов различными государствами. Казахстану в связи с ростом численности представителей ряда национальных меньшинств (узбеки, уйгуры) и прибытием большого числа иностранной рабочей силы, в первую очередь китайской, в будущем предстоит столкнуться с этим сложным и деликатным вопросом. От того насколько выверенными будут принимаемые в отношение национальных диаспор решения, будет зависеть стабильность и устойчивость всего казахстанского общества. В ходе подготовки материала в нем применялись методы социологической и исторической наук: аналитический, структурный и системный методы.

Ключевые слова: Казахстан, анклавы, землячество, диаспора, урбанизация, мегаполис.

THE PROCESSES OF ETHNIC ANCLAVIZATION: WORLD EXPERIENCE AND KAZAKHSTAN

N.A. Adilhanuly

Kazakh University international relations and world languages named after Abylai Khan, Almaty, Republic of Kazakhstan

Abstract. This article is devoted to the study of actual problems of modern ethnic enclaves around the world. The paper discusses options for solutions to the problems of ethnic formations of the various states. Due to

rising numbers of representatives of some national minorities (Uzbeks, Uighurs) and the arrival of large numbers of foreign workers, especially China, in the future Kazakhstan may face with this complex and sensitive issue. From the right solution of the interests of national minorities of the country will depend on the stability and sustainability of the whole Kazakhstan's society. Working on the material, the author used the methods of sociological and historical sciences: analytical, structural and systematic methods.

Kew words: Kazakhstan, enclaves, fraternity, diaspora, urbanization, megalopolis.

В одном из своих выступлений, бывший президент Кыргызстана Р. Отунбаева, одна из первых руководителей на пространстве СНГ открыто затронула тему компактного проживания национальных меньшинств на юге страны и предложила методы её решения1. Для этой цели властями была разработана специальная градостроительная концепция для города Оша, которая была призвана кардинальным образом изменить его структуру для того, чтобы этнические кварталы окончательно исчезли с карты города. «Это - тяжело, заявила тогда глава государства, -люди привыкли жить на земле своих предков. Если будут сопротивляться - будем торговаться. новые земельные участки будем выкупать для их переселения».

Не секрет, что в последние годы основные этнические группы Кыргызстана, жили своей, как бы отдельной от остальной части общества жизнью, результатом которой стала кровавые события лета 2010 г. Как известно, при постоянном росте обособлении меньшинств, такие областные центры Ош и Джалалабад оказались фактически разделенными на кыргызские районы и узбекские махалли, где к «чужакам» всегда относились с подозрением2. Дело дошло до того, что, приобретая жильё в многоквартирном доме или в частном сек-

1 В этнической сфере юга Кыргызстана есть зоны напряженности // Международный евразийский институт экономических и политических исследований. Бишкек, www.iicas.org, 25.03.07

2 Челышева О. Ош - средство от боли не найде-но//Новая газета - Казахстан, 01.07.10

торе, покупатель, в первую очередь, интересовался национальной принадлежностью своих будущих соседей.

Для изменения ситуации, сложившейся с моноэтническими кварталами, власти Кыргызстана предложили собственные «рецепты» решений. Так, в местах компактного проживания узбекского меньшинства планировалось возведение многоэтажных зданий с тем, чтобы «перемешать» в них представителей двух основных общин. Рассматривался и вариант переселения из центра в пригородную зону жителей таких районов с предоставлением им земельных участков. Однако инициатива руководителей города так и не нашла должного отклика среди будущих «новосёлов», а её реализация из-за отсутствия финансирования затянулась на годы.

Вопросы компактного проживания этнических сообществ и их взаимоотношения с принимающей стороной интересуют ученых-демографов по всему миру уже давно. Для определения роста числа иммигрантов и процесса формирования общин был даже придуман специальный термин -«диаспоризация». Американский антрополог Ф. Бок, изучая феномен диаспор, пришёл к выводу, что «меньшинства, находясь в окружение чужого общества, испытывают своеобразный «культурный шок» и стремятся к сохранению своих обычаев, традиций и языка». Это ведет к созданию анклавов по принципу близкого родства со строгой внутренней иерархией, земляческими связями и обособленностью общин, что, в свою очередь, приводит к неизбежным конфликтам с коренным населением.

Последние события в ряде европейских городов (Париж, Брюссель, Кёльн и др.) продемонстрировали всему миру, что тема ассимиляции этнических общин из предмета научных споров и дискуссий перешла в разряд актуальных политических проблем современности. Резкое увеличение численности иммигрантских сообществ, их растущая мобильность и организованность заставили власти многих государств по-новому взглянуть на создавшееся положение. Некоторые из них прибегают к различным способам решений: от

полного разрушения районов проживания меньшинств и попыток ассимилировать переселенцев, до - конституционного закрепления за представителями этнических групп права на свою самобытность.

Метод постепенного "размывания" этнических кварталов и их реконструкции посредством разрушения старых построек и возведения современных многоэтажных зданий активно используется в последние годы в Китае в отношении мест компактного проживания представителей уйгурской общины. Являясь коренными жителями страны и составляя половину населения Синьцзян-Уйгурского автономного района, уйгуры предпочитают жить обособленно от китайских сограждан. Их традиционная сплоченность и высокая степень самоидентификации вызывают тревогу у властей Поднебесной, считающих, что такое поведение меньшинства ведет к проявлениям в его среде сепаратистских и экстремистских настроений.

В столице автономии - Урумчи уже практически не осталось характерных национальных окраин с их особой атмосферой и восточным колоритом. Вместо них появились современные небоскребы, торговые центры и проспекты, а сам город превратился в типичный урбанизированный мегаполис западного образца. Представители международных организаций,

выступающих за соблюдение прав национальных меньшинств в Китае, утверждают, что такая же «участь» ожидает в ближайшей перспективе и другие исторические кварталы древних городов Синьзяна - Кашгара и Турфана.

К наиболее радикальному способу решения вопроса этнических кварталов прибегли в своё время в Индонезии -теперь уже в отношении самих китайцев или представителей их зарубежной диаспоры - «хуацзяо». Китайцы, начиная с середины 40-х гг. прошлого столетия, стали занимать привилегированное положение в индонезийском обществе. Составляя лишь 1% от общего числа населения, им удалось за короткий промежуток времени

подчинить себе всю экономическую и финансовую систему страны. Будучи банкирами, промышленниками и торговцами они вели строго обособленный образ жизни, вовлекая в свой бизнес только выходцев своей этнической группы и проживая в так называемых «чайнатаунах».

Эти районы и стали весной 1998 г. основной мишенью для агрессивно настроенных коренных жителей. По столице Джакарте и другим крупным городам прокатилась волна погромов и разрушений, ставшей местью китайцам за почти полувековую эксплуатацию. Власти не смогли предотвратить распространение насилия в отношении этнического меньшинства. В результате конфликта, около миллиона хуацзяо покинуло островное государство, бежав на свою историческую родину, а большинство «чайнатаунов» были попросту стёрты с лица земли. Таким образом, проблема китайских кварталов на определенное время перестала существовать.

Ситуация, схожая с той, что происходила в Индонезии, сложилась в середине прошлого столетия в Малайзии. Малайцы - коренные жители, составлявшие 59% всего населения, владели менее чем 1,5% национальных богатств, большая часть которого находилась в руках китайских мигрантов и иностранцев. В стране сложилось своеобразное разделение труда между общинами: сельское население состояло из малайцев, а в городах проживали некоренные жители, занятые в сфере торговли, промышленности, банковского дела и обслуживания. Такая диспропорция привела к обострению отношений между этносами в 1969 г., следствием которых стали кровавые столкновения и бегство части китайской диаспоры.

Поэтому, осознав пагубность дальнейшей конфронтации, власти страны взялись за проведение глубоких реформ в стране, прежде всего, в сфере межнациональных отношений и экономике. Созданное министерство национального единства начало работу по интеграции китайской общины (более 30% населения) в малазийское общество по принципу «Малайзия -наш общий дом». Такая политика принесла

свои плоды, и сегодня местные китайцы полностью идентифицируют себя частью единого государства. Произошло и перераспределение доходов населения: к 1990 г. малайцы уже владели 29% национального капитала, а в наши дни этот показатель ещё выше [Зайка 2009: 75].

Примером успешного строительства полиэтнического общества в Азии является Сингапур. В конституции этого города -государства заложен принцип многонаци-ональности и равенства граждан вне зависимости от расовой принадлежности, социального статуса и вероисповедания. Государственным языком страны является малайский, а официальными признаны -китайский, тамильский и английский. Здесь многие годы мирно сосуществуют этнические общины, представляющие три ведущие цивилизации Востока - исламскую, китайскую и индийскую. Не случайно, что уголки города с ярко выраженными этническими чертами, стали наиболее излюбленными местами посещений туристов.

В современном крупном европейском городе существуют более или менее изолированные и замкнутые районы, населенные представителями различных культур. За послевоенные десятилетия Старый Свет пережил несколько масштабных миграций населения, в ходе которых на континент постоянно прибывала дешевая рабочая сила из Северной Африки и Турции. В страны - бывшие метрополии хлынул поток мигрантов из бывших колоний: во Францию - алжирцы, в Нидерланды - индонезийцы, в Великобританию - индийцы и пакистанцы. Греция, Испания и Италия также принимали иностранцев, испытывая острую нехватку рабочих рук [Деминцева 2006].

И если в прежние времена потоки мигрантов регулировались определенными межгосударственными квотами и соглашениями, то нынешний их наплыв из стран Северной Африки и Ближнего Востока напоминает самый настоящий "потоп" вселенского масштаба, когда количество людей, жаждущих обосноваться в ухоженной и сытой Европе, исчисляется уже миллионами, большинство которых

относится к категории «экономических беженцев». Этот нескончаемый поток из года в год приобретает все более массовый и непредсказуемый характер.

На сегодняшний день в результате такого повального переселения, в одной только Германии, её берлинском районе Кройцберг образовалась крупнейшая диаспора выходцев из Турции и других мусульманских стран Ближнего Востока (Ирак, Сирия, Ливия), превратившееся в своеобразное национальное гетто. В этом пригороде в наши дни наблюдается преобладание восточного архитектурного стиля, чем традиционного европейского. Многие рекламные надписи и объявления выполнены на турецком и арабском языках. На них указаны вывески кафе, ресторанов, банков, туристических агентств, представительств турецких, курдских, арабских партий с их политическими плакатами и лозунгами. Ситуация складывается таким образом, что мигранты могут прожить здесь всю жизнь, так и не выучив ни слова по-немецки [Зайка 2009: 78].

Феномен гетто или, как его ещё называют «геттоизации», уже стал абсолютной реальностью современной Европы. Мигранты по прибытию на континент стараются сохранить свой привычный уклад жизни и избегают контактов с представителями западной культуры из-за незнания языка, иного вероисповедания, особенностей менталитета и т.д. Они стараются создавать собственное культурное окружение только из числа своих соплеменников. Поэтому, многие европейские страны оказались неготовыми к тому, что процессы формирования этнических общин пойдут по другим сценариям.

Сегодня многие города и иммигрантские районы США уже давно превратились в специфические азиатские или индийские кварталы со свойственной им культурной средой, традициями и обычаями. Сегодня сценаристы Голливуда могут, не выезжая заграницу, снимать в таких местах сцены, отражающие реальную жизнь и городские пейзажи Калькутты, Бангкока, Шанхая и других крупных азиатских мегаполисов.

В то же время в процессе расширения и образования этнических анклавов в мире наблюдаются и совершенно новые тенденции. Так последние исследования американских ученых показывают, что сформировавшийся за многие годы образ «иммигрантской Америки» постепенно уходит в прошлое. Раньше для представителей азиатских, в первую очередь, китайских диаспор, существовали законодательные, социальные и другие барьеры для передвижения, и они были вынуждены проживать в строго определенном районе или квартале. Теперь со снятием таких ограничений и расширением пространственных возможностей для их бизнеса американские иммигранты начинают «распыляться» по всей стране. Подсчитано, что в настоящее время только 30% американских китайцев проживают в своих кварталах, а остальные - сразу начинают жить и работать вне анклавов.

В итоге, так называемый американский «котел», в котором долгое время «плавились» все вновь прибывшие в США этносы, на самом деле оказался не в состоянии «переварить» культурное многообразье новых мигрантских сообществ. Попытки смешать этнические и расовые группы не привели к созданию единой и монолитной американской нации, а, наоборот, выявили глубокие различия и противоречия между ними. Преобладавшие до сих пор научные теории о том, что переселенцы со временем утратят свою самобытность и станут «похожими» на господствующих коренных жителей - белых американцев, - оказались далекими от реальности1.

В этом плане пока остается интересным опыт принятия у себя в стране представителей других стран для канадцев, чья самобытность и культура всегда отличалась, или, по крайней мере, пыталась «дистанцироваться» от американской. С самого начала в стране была сделана ставка не на «плавление» культур, как это происходило в США, а на сохранение своеобразной канадской «мозаики», собранной из

1 The post-imperial chessboard // "Economist", 01.04.15 [Электронный ресурс] - Режим доступа: http://www.economist.com/blogs/banyan/2014/04/encl aves-central-asia

множества этносов. Как известно, Канада является страной переселенцев и большинство её жителей - иммигранты или их потомки, прибывшие сюда за последние несколько столетий из разных уголков мира. Не последнюю роль в формировании современной канадской нации сыграло и наличие не одной, а двух наций-основательниц: французов и англичан. Благодаря этому, каждый регион имеет свой неповторимый культурный облик, как это видно на примере франкоязычного Квебека, англоязычной части страны и мест проживания индейского меньшин-ства1.

По данным Федеральной миграционной службы России, за первые четыре месяца 2017 г. в Москве было поставлено на миграционный учёт более 871 тыс. иностранных граждан. Если в 2010 г. их число составило 1,7 млн. человек, то в 2016 г. оно выросло до 1,8 млн. Специалисты утверждают, что только по официальным данным за два последних года количество приехавших иностранцев в российскую столицу увеличилось более чем на 800 тыс. человек. Появились прогнозы, что при сохранении нынешних темпов миграции в ближайшие 10-20 лет в Москве могут сформироваться настоящие этнические кварталы из числа граждан ближнего и дальнего зарубежья. Однако специалисты считают маловероятным появление в российской столице характерных этнических кварталов. Дело в том, что нынешняя структура жилищного фонда Москвы, не приспособлена для формирования каких-либо обособленных районов или кварталов для меньшинств [Смолин 2008].

В Казахстане проблема этнических кварталов и анклавов никогда не стояла так остро. В городах страны создание каких-либо этнических кварталов из числа представителей только одной национальностей было невозможно, ещё с советских времен, из-за особенностей инфраструктуры самих населенных пунктов: расселение граждан в многоэтажных зданиях было

1 The post-imperial chessboard // "Economist", 01.04.15 [Электронный ресурс] - Режим доступа: http://www.economist.com/blogs/banyan/2014/04/encl aves-central-asia

смешанным, а собрать всех земляков в одном квартале было сложно финансово и технологически. В сельской местности этнические анклавы располагались, как правило, в местах традиционного или исторического проживания меньшинств, таких, например, как узбеки в Южном Казахстане или уйгуры в Алматинской области. Несмотря на тенденцию роста численности данных категорий национальных меньшинств (в Южно-Казахстанской области узбеки составляют на сегодняшний день до 17% населения), говорить о возможности формирования в этих районах каких-либо замкнутых этнических сообществ пока не приходится.

Власти республики весьма осторожно подходят к решению данного деликатного вопроса. Так, все назначения на административные должности в районах компактного проживания этнических меньшинств происходят с учетом национального состава на той или иной местности. Периодически должности глав местных акиматов (районных и сельских администраций) занимают представители превалирующей этнической группы. Например, в одноименном Уйгурском районе Алматинской области руководителем района в разные годы неоднократно назначались представители уйгурской национальности. Существует также практика «оптимизации» определенных районов с большим процентным числом одной этнической группы по их «размыванию» или присоединению к другим территориям для поддержания «сбалансированного» национального состава.

Таким образом, если европейские страны и США уже пережили "этническую экспансию" арабов, китайцев, индусов, а также представителей народов Азии и Африки и научились выстраивать отношения с такими крупными и динамичными национальными общинами, то Казахстану ещё предстоит решать проблема роста числа собственных национальных диаспор и наплыва потенциальных мигрантов с Востока. Будущие проекты в нефтегазовой сфере и сельском хозяйстве, безусловно, приведут к новым волнам переселенцев из-за рубежа и, в первую очередь из соседне-

го быстрорастущего Китая, которые будут прибывать в качестве многочисленного инженерного, технического и обслуживающего персонала. Такие процессы уже имеют место в различных регионах страны (Актюбинская, Южно-Казахстанская и Алматинская области). Поэтому республике следует внимательно подходить к изучению имеющегося мирового опыта в этой сфере и быть готовым к новым этническим и миграционным вызовам в недалеком будущем.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Аламанов С.К. Анклавы в Центральной Азии: история вопроса и современные проблемы // Постсоветские исследования, 2018. Т. 1, №5. С. 451460.

2. Деминцева Е. Иммигрантские сообщества: опыт Франции // Россия в глобальной политике, №5, сентябрь-октябрь, 2006.

3. Коваленко Г.В. Ферганский фактор как проблема безопасности Центральной Евразии // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. 2014; (4). С. 103-111.

4. Смолин А. Дискриминация национального большинства. // Информационно-аналитический центр РАПСИ, 03.08.2010.

5. Зайка К. Диаспорические и иммигрантские сообщества // Мировая экономика и международные отношения, 2009, №10. С. 74-80.

Сведения об авторе: Адилханулы Нурлан Адилханович - кандидат политических наук, проректор Казахского университета международных отношений и мировых языков имени Абылай хана, профессор (e-mail: n.adilkhanuly@mail.ru).

REFERENCES

1. Alamanov S.K. Anklavy v Central'noj Azii: istoriya voprosa i sovremennye problemy // Postsovetskie issledovaniya, 2018. T. 1, №5. S. 451-460.

2. Deminceva E. Immigrantskie soob-shchestva: opyt Francii // Rossiya v glob-al'noj politike, №5, sentyabr'-oktyabr', 2006.

3. Kovalenko G.V. Ferganskij faktor kak problema bezopasnosti Central'noj Evrazii // Vestnik Rossijskogo universiteta dru-zhby narodov. Seriya: Mezhdunarodnye otnosheniya. 2014; (4). S. 103-111.

4. Smolin A. Diskriminaciya nacion-al'nogo bol'shinstva. // Informacionno-analiticheskij centr RAPSI, 03.08.2010.

5. Zajka K. Diasporicheskie i immi-grantskie soobshchestva // Mirovaya ehkonomika i mezhdunarodnye otnosheniya, 2009, №10. S. 74-80.

About the author: Adilkhanuly Nurlan Adilkhanovich - PhD, Vice Rector of the Kazakh University of International Relations and World Languages named Abylay Khan, Professor (e-mail: n.adilkhanuly@mail.ru).