Реформация и Балтийское дворянство:разрыв или континуитет?

Д. И. Вебер

Реформация и балтийское дворянство: разрыв или континуитет?

Охарактеризована проблема влияния Реформации на социальноэкономический статус балтийского дворянства. На примере истории нескольких влиятельных семей показано, как реформационный процесс способствовал консервации социальных реалий дворянства в Ливонии.

Исследование Реформации в Ливонии тесно сопряжено с учётом сложных и взаимосвязанных тенденций развития, свойственных прибалтийским землям в раннее Новое время. С одной стороны, Ливония как отдалённое восточное владение входила в состав Священной Римской империи, что связывало её с процессами, происходившими в этом государстве, а с другой - управлялась рыцарями Немецкого ордена, созданного изначально как военномонашеская корпорация, что вносило свою и территориальную, и институциональную специфику.

Немецкие историки уже давно склонны акцентировать весьма прочные позиции имперского дворянства в структуре общественных отношений в век Реформации. На это постоянно обращал внимание ещё Ф. Пресс1. Если по отношению ко времени после Реформации он говорил о «рефеодализации», то применительно к этой эпохе историк считал, что религиозный раскол не разрушил социально-экономический фундамент немецкого дворянства. Исследователь, придерживаясь взглядов О. Бруннера на специфику дворянского мировоззрения и образа жизни, подчёркивал значение традиционных моделей поведения и форм патронажа в рамках ленного права2.

Вопрос состоит в том, как Реформация повлияла на социальноэкономический статус балтийского дворянства и повлияла ли во-

1 Press V. Adel im alten Reich // Frühneuzeit Forschungen. Tübingen, 1998. Bd. 4. S. 208.

2 О. Бруннер описывал корпоративно-этические воззрения дворянской среды в деле сохранения сословного лидерства. См.: Brunner O. Das kon-fessionale Zeitalter 1555-1648 // Deutsche Geschichte im Überblick. Ein Handbuch / hrsg. von P. Rassow. Stuttgart, 1962.

обще? Насколько менялось социально-экономическое и политическое положение элиты на фоне крутых религиозных сдвигов? Для примера мы взяли эстляндские семьи Юкскюль, Таубе, Врангель, Унгерн и Розен, сыгравшие весьма заметную роль в драматичных перипетиях реформационного века1.

Методологической основой служит концепция конфессионали-зации, распространённая в последнее время в немецкой исторической науке, а также принципы анкетирования малых социальных групп, в данном случае отдельных дворянских семейств. Термин «конфессионализация» был использован В. Рейнхардом с целью показать сложность происходивших процессов, взаимодействие и взаимовлияние духовных и общественных перемен2. Он расходится со своими предшественниками, например, Х. Шиллингом, в оценке взаимосвязи политики и религии, опровергая утверждение

0 прагматическом подходе государственной власти к религиозно-

3

му вопросу .

Исследователь отмечает, что действия немецких территориальных государей зависели не только от политического расчёта, но также от религиозно-социального ориентира. Считая Реформацию и Контрреформацию параллельными процессами, он говорит

об их достаточной типологической однородности, отмечает сочетание в них модернизационных и консервативных тенденций. Результатом этих процессов стало рождение новых церковноконфессиональных структур, влиявших и на политических процессы. В частности, Рейнхард полагал, что религиозный фактор времени распространялся также и на политику, как и, напротив, политика сопрягалась с религией. Формирование ранних форм современного государства не могло, таким образом, протекать независимо от конфессиональных проблем4. Судьбы Ливонии как нельзя лучше подходят под это определение. Орденские структу-

1 Ursprung des Geschlechts Taube // Jahrbuch für Genealogie, Heraldik und Sphragistik / hrsg. von v. M. Taube. Mitau, 1903. S. 2.

2 Reinhard W. Zwang zur Konfessionalisierung? Prolegomena zu einer Theorie des konfessionallen Zeitalters // Zeitschrift für historische Forschung. 1983. № 10.

3 Konfessionskonflikt und Staatsbildung. Eine Fallstudie über das Verhältnis von religiösem und sozialem Wandel in der Früneuenzeit am Beispiel der Grafschaft Lippe. Gütersloh, 1981.

4 Schmidt H.R. Konfessionalisierung im 16. Jahrhundert. München, 1992. S. 86.

ры являли собой пример функционирования специфической формы власти именно в условиях тесной связи с религиозными процессами.

Какова специфика орденской организации в последние полвека её существования в Ливонии? Как показывает исследование С. Найтманн, количество полноправных членов ордена стремительно сократилось до примерно 150-175 братьев, причём в преобладающем большинстве это были именно рыцари-монахи. В 1554 г. большой конвент Лифляндии в Феллине принял ещё 12 братьев, из которых только двое были священниками. Новые кадры формировались в основном из вестфальского дворянства. Из 20 глав областей в 1548 г. 15 были из Вестфалии, из которых 5 -из графской марки, 9 - из герцогства Вестфалия и 1 - из епископства Мюнстер. В фогтстве Розиттен из 21 члена ордена 16 были вестфальцами, 4 прибыли с берегов Рейна, 1 - из Нидерландов1.

Засилье вестфальцев вызывало недовольство среди орденских вассалов. Так, в 1560 г., в преддверии драматичной развязки, один из представителей семейства Юкскюль в форме жёсткого упрёка писал своему родственнику: «Орден, как и всё рыцарство немецкой нации, имел внутреннюю свободу, которая быстро была ограничена вестфальцами и нидерландцми.. ,»2

Распространение Реформации в Ливонии проходило в несколько этапов. Первым стало введение в Ливонии в 1524 г. ланд-мейстером Немецкого ордена Вальтером фон Платтенбергом свободы вероисповедания3. На следующем был заключён договор Рижского архиепископа Вильгельма с лифляндскими сословиями (1 апреля 1532 г.). Согласно ему, они получили право призвать в свои церкви евангелических лютеранских проповедников. С приходом лютеранского пастора на место католического священника

4

крестьян также записывали лютеранами .

Наконец, решение ландтага в Вольмаре 17 января 1554 г. завершало начатый 30 годами ранее процесс. Оно было скреплено печатями архиепископа Вильгельма Рижского, епископов Дерпт-

1 Neitmann S. Von der Graftschaft Mark nach Livland. Böhlau; Köln, 1993. S. 47-48.

2 Ibid. S. 51.

3 Pfeilitzer F. Beitrag zur Adelsgeschichte der Ostseenprovinzen. Moskau, 1868. S. 17.

4 Эстляндский сборник. Ревель, 1870. С. 117.

ского, Ревельского, Озельского и Курляндского и орденского магистра Генриха фон Галена1. Предусматривалось, что всякий беспрепятственно и свободно исповедует свою веру до всеобщего христианского Собора, что ни один пастор и церковнослужитель не может быть определён на должность проповедника и пастыря, если не имеет свидетельства о хорошем образовании, достойном поведении и христианском посвящении. Это событие (если считать Ливонию всё же имперской территорией) фактически предшествовало Аугсбургскому миру 1555 г. в самой империи, однако озвученные принципы решения религиозной проблемы были схожи.

В 1530-1550-х гг. представители сословной элиты стали постепенно переходить в лютеранство, так как, по мнению Н.Д. Кропоткина, видели в этом единственный путь к достижению большей самостоятельности, освобождению от опеки католической церкви и ордена, надеялись получить церковные и орденские земли2. По выводам К. фон Толя, ещё в 1524 г. с распространением евангелического учения в среде балтийского рыцарства на гербах стали появляться буквы DWGBE, представлявшие собой аббревиатуру фразы «Das Wort Gottes bleibt ewiglich» («Слово Божье останется вечно», нем.)3. Пасторы назначались консисторией по согласованию с владельцами поместий, сообразуясь с патронажным правом (Jus patronatus), исстари принадлежавшим дворянству. Многие городские и сельские приходы стали лютеранскими, хотя владетельные князья, орденмейстеры и епископы остались верны католической церкви.

При этом на фоне изменений в религиозной сфере сословные привилегии и семейные традиции дворянства, сформировавшиеся в XIII - начале XIV в., продолжали сохраняться. Они имели ряд характерных черт. Оставалась в силе практика передачи наследства по отцовской линии и постепенный отказ от широкой линии родства4. Фамильные имена зачастую происходили от названия

1 Landrath Wrangell’s Chronik von Ehstland / hrsg. von K.I.A. Paucker. Dorpat, 1845. S. 43.

Кропоткин Н.Д. Патронат и церковные повинности в Прибалтийских губерниях. Рига, 1906. C. 11.

3 Toll Ch. Deutschbaltischer Adel // Vortrag im Goeteinstitut in Stockholm den 18 April 2002. URL: http://www.g-gruppen.net/baltdeut.htm

4 Кропоткин Н.Д. Указ. соч. С. 11.

принадлежавших роду владений или замка, что на многие годы вперёд служило верным инструментом идентификации. Однако и дальние родственники иногда приглашались для решения наиболее важных для рода семейных вопросов. Спустя несколько поколений, в отсутствие непрерывных связей со своей исторической родиной, потомки иммигрантов зачастую считались уже такими же местными, как и коренные жители освоенных территорий, особенно в глазах вновь прибывших, а большинство вассалов из числа переселенцев зачастую предпочитало избавляться от своих земель на родине. Можно говорить о том, что постепенно сходила на нет специфическая иммигрантская, то есть иноземная, «колониальная» (в терминах Р. Бартлетта) суть аристократии. Исключая случаи, когда между новоявленным и коренным населением существовали этнические и религиозные противоречия, приезжая сословная элита со временем сливалась с исконной аристократией. Это проявилось во взаимоотношениях и с церковью, и со светскими иерархами1. Подобные особенности отношений сословий 2

отражены в источниках .

Справедливо будет заметить, что многое зависело от организации власти, от институтов, способов и форм интеграции дворянства в структуры отдельных территорий, от позиционирования высших эшелонов и, наконец, от расклада сил между региональными лидерами и верховной властью, в данном случае архиепископом Рижским и Немецким орденом. Переход в лоно евангелического вероисповедания ряда представителей вовсе не означал обращения всей местной знати, несмотря на то что её симпатии к новому вероучению проявились примерно одновременно с проповедью Лютера и его учеников. Подобная ситуация является прекрасным поводом говорить о конфессионализации как о мощном потоке, относительно равномерно проникавшем во все поры сословного общества3.

На фоне всех этих процессов важно выяснить место и роль наиболее влиятельных родов Эстляндии - вассалов Немецкого

1 Bartlett R. The making of Europe: conquest, colonization and cultural change 950-1350. L., 1993. P. 67.

2 Ливонская хроника Бальтазара Рюссова. Гл. 44. URL:

http://www.vostlit.info /Texts/rus12/Russow/titel.phtml?id=1283

3 Ledebur L. Frh. Archiv für deutsche Adels-Geschichte. Genealogie, Heraldik und Sphragistik. Berlin, 1865. S. 73.

ордена. Одним из таковых был род Юкскюль, первые упоминания

о котором относятся к 1184-1185 гг.1 Иоганн Лоффиус, описывая в «Картинах из жизни родов XVI в.» героическую оборону замка Нойхаузен в 1558 г. от русских войск, упоминает Юргена Юкскю-ля фон Паденорма, скончавшегося в 1578 г., и Иоганна Юкскюля Унцен-Менцен, который до 1583 г. был гофмаршалом и советником герцога Магнуса Озельского, наместника Фридриха II Датского и родоначальника младшей ветви дома Фикель2. Основателем же старшей ветви этого дома считается Николай, представитель линии Фикель. В 1541 г. Отто Фикель приказал Августину фон Гетелину составить хронику. Но, к сожалению, эта хроника была утрачена ещё до того момента, как её получил заказчик. Замок Фикель находился в центре владений этого рода3.

В XVI в. Юкскюлям пришлось пережить немало испытаний. Но тяжёлый удар по благосостоянию отнюдь не был связан с религиозными противоречиями, а стал результатом политических процессов, в частности Ливонской войны. Так, в 1560 г. Фикель был завоеван русскими войскам, были разрушены другие замки рода. Одна из линий рода в 1575 г. была насильственно переселена в Россию, не утратив дворянских прав. Иван Грозный в 1579 г. пожаловал леном Отто фон Юкскюля фон Унцен и Фикель, а после его смерти в 1583 г. в отсутствие наследников передал его представителю другой линии - Отто фон Юкскюлю цу Кош4.

Ниже представлено несколько таблиц родов Юкскюль и Таубе. Важным индикатором социального положения выступают служба и браки с другими дворянскими родами. Римскими цифрами отмечены последовательно сменяющие друг друга поколения.

1 Genealogisches Handbuch der baltischen Ritterschaften. T. 2. Estland / hrsg. von U. Transehe-Roseneck. Görlitz, 1930. S. 475.

2 Loffius J. Bilder. Mitau, 1911-1913. S. 524.

3 Genealogisches Handbuch... S. 475.

4 Hansen O.G. Geschichte des Geschlechtes derer von Uexküll. Reval, 1900. Bd. 1. S. 25. Позже, кстати, к этому апеллировало семейство Головиных, доказывая древность своего рода и объясняя, что Иоганн Юкскюль был их предком, который, перейдя в православие, мог взять себе вымышленное имя Головня. В 1616 г. упоминаются Тимофей и Фелофей Ушкуло-вы, фамилия которых, возможно, происходит от Юкскюль. См.: ibid. S. 26.

Таблица 1

Род Юкскюль, дом Фикель

Номинант Служба Брак

I. Николай

II. Конрад (?-1464) Гертруда ...

II. Генрих (1417-1456) 1439-1456 - епископ Ревельского кафедрального собора; папской буллой был введен в Немецкий орден

III. Вольмар (1464-1506) ... фон Тизенхаузен ... фон Яренсбах

III. Конрад (1484-1506) Магдалена ...

IV. Отто (Otto) (?-1545) Ландратман (Ьап^аїтап) Кац Мандель

IV. Петер

IV. Иоганн (?-1540) Элизабет фон Мандель

V. Конрад

V. Генрих (1528-1563) Манна фон Гилзен

V. Дитрих (?-1565) Советник герцога Магнуса, епископа Озельского

V. Юрген (?-1585) Советник епископа Озельского Эддо Цоге

V. Катарина (?-1594) - Иоганн фон Яренсбах

V. Гертруда (?-1577) - Михаэль фон Розен, ратман Эстляндии

V. Ман (?-1588) - Дитрих фон Тизенхаузен

VI. Катарина (?-1596) - Иоганн фон Крузе Эрнст фон Берг

Таблица 2

Род Юкскюль, дом Менцен и Фикель

Номинант Служба Брак

IV. Иоганн (?-1540) Элизабет фон Мандель

V. Иоганн (1533-1583) Хофмаршал герцога Магнуса Гольштин-ского, озельского штатгальтера Фридриха II Датского. С 1579 г. ландратман Магдалена Тизенхаузен

V. Отто

VI. Иоганн (?-1600) Анна фон Розен

VII. Иоганн (?-1664?) С 1645 г. ландратман Луитгарда фон Курзель

VII. Георг

VII. Анна (?-1667) - Ганс фон Врангель

VIII. Анна Элизабет (?-1692) - Иоганн фон Баранов, ландратман

VIII. Беренд Иоганн (?-1686) Ратман от Фикель, Хутас, Страндхоф 1653, Анна Магдалена фон Гхейдинг

Таблица 3

Род Юкскюль, дом Ризенберг

Номинант Служба Брак

I. Клаус Иркюлль

II. Иоганн (?-1521) Лене Векеброд

III. Иоганн (?-07.05.1535) Доротея Мекц

III. Андерик

IV. Конрад (?-1561) Капер

IV. Магдалена (?-1598) - Дитрих фон Яренсбах

Дом Мекц-Ризенберг сложился с 1450 г., когда Клаус Юк-скюль купил у братьев Свартхове двор Каттентак. О нём имеется меньше информации, чем о двух других ветвях, племянник его основателя, Андерик Юкскюль, был убит Вольмаром Юкскюль из дома Касти1, что говорит о непростых отношениях внутри рода.

1 Genealogisches Handbuch... S. 478.

Брат Андерика Иоганн Юкскюль фон Ризенберг был обезглавлен в Ревеле в 1535 г.; тогда же впервые упомянут его сын Конрад, также приговорённый к смертной казни. В то время как сословия вели переговоры с Ревелем, он решил отомстить за смерть отца: беспокоя ревельских торговцев, он одновременно жалуется Густаву Вазе1.

Ясно, что поведение Юкскюлей подчёркивало их сословный статус в пику горожанам. Ссора с ревельской общиной и демонстративно буйное поведение Иоганна Юкскюля и его сына ярко освещали ту пропасть, которая пролегала между городом и сельской знатью в Ливонии. Казнь Иоганна не была связана с религиозными противоречиями: и сам казнённый, и его судьи-горожане исповедовали Евангелие. Мы видим, что сословное самовосприятие никак не было нарушено религиозными процессами.

Дом Касти являлся частью старшей ветви Фикель. Он выделился в 1509 г, когда Отто и Иоганн фон Юкскюль купили двор Касти для своего племянника Вольмара. Один из внуков Отто, Людвиг, отправился в Московское царство, где был убит. Дом Паденорм также выделился из линии Фикель в 1509 г. К нему принадлежали дворы Паденорм, Вердер, Кейбелл, Рамм и деревня Туке. Из этих имений Вердер перешёл к Иоганну Юкскюлю фон Атцену через покупку у одного из представителей дома Паденор-ма, Юргена. София, дочь Конрада (линия Фикель), вторым браком сочеталась со своим двоюродным братом Райнольдом Юкскюлем из дома Кош, преподнеся ему в качестве приданого эти поместья и положив тем самым начало младшей ветви Паденорм2.

Нужно отметить сложности в отношениях семьи с церковными институтами. Девятого июня 1519 г. Иоганн, епископ Озельский, направил жалобу на непокорность вассалов монастыря, среди которых был и Отто Юкскюль (что, видимо, было связано с территориальными спорами указанных субъектов)3. В более поздних документах встречаются упоминания о спорах между родом и мо-

4

настырём о принадлежавших им территориях .

1 Genealogisches Handbuch. S. 479.

2 Hansen O.G. Op. cit. S. 17.

3 Fahne A. Livland und seine Geschlechte. Düsseldorf, 1875. S. 47.

4 Например, в 1527 г. спор между Отто Юкскюлем и монастырем Леаль был улажен епископом Озельским, по приказу которого были проведены

Данное семейство играло важную роль в период конфессиона-лизации, о чём говорит не только его экономическое положение, но и место в системе социальных отношений, в особенности связанных с церковными структурами. Так, несколько представителей из рода Юкскюль были либо епископами, либо их советниками, а Альхайт с 1514 г. являлась аббатисой цистерианского монастыря в Дорпате1.

Обратимся теперь к роду Таубе (Туве). По одной из точек зрения, эстляндские Таубе берут начало от переселившихся некогда из Вестфалии на прибалтийские земли представителей этого рода, долго сохранявших связи с другими дворянскими родами из южных и западных земель Священной Римской империи. По другому мнению (поддержанному и М. Таубе), этот род прибыл из Дании2.

Результаты научных изысканий К. фон Толя показали, что вместе с Немецким орденом по призыву Церкви из Священной Римской империи, главным образом из Саксонии, отправились многие представители рыцарства, а в период владычества датчан над Эстляндией эти силы были подкреплены прибывшей из Дании сословной элитой. Здесь следует отметить, что уже в XIII в. к самым древним родам, которые были вассалами епископа, а потом и Ордена, относились семейства Унгерн, Тизенхаузен, Юкскюль и датская ветвь Таубе3. Эстляндская ветвь рода Таубе состояла из нескольких домов: Майдель, Пюс, Маарт и Халлинап (одна из наиболее влиятельных), Этц, Кюддинг, Тирренхоф, Нойенхоф.

Связь с церковными католическими структурами у семьи Таубе прослеживается наиболее приблизительно до 1520-х гг. Например, мы находим сведения о судебном процессе, результатом которого стало решение епископа Рижского Христиана от 21 марта 1517 г.: Ганс фон Врангель, проигрывая судебную тяжбу против монастыря Св. Екатерины и Юргана Туве, должен был выплатить 1400 марок4.

межевые границы между владениями монастыря Озель и землями Вердер. См.: Hansen O. G. Op. cit. S. 161, 167.

1 Ibid. S. 184.

2 Archiv des uradeligen Gesclechts Taube, sonst Tuve genannt / hrsg. von M. F. v. Taube. St. Petersburg, 1911, 1914. Bd. 1.

3 Toll Ch. Op. cit. S. 2.

4 Archiv des uradeligen. Bd. 2. S. 51.

В годы Реформации, судя по всему, происходит пересмотр приоритетов (в том числе и в династической стратегии): семейство Таубе стало родниться с представителями протестантских фамилий. На протяжении XVI в. частыми были союзы с семействами Розен, Юкскюль, Врангель. Например, Иоганн Таубе сочетается браком с Анной фон Розен, его сын Клаус - с Майей фон Врангель, а другой сын, Дитрих - с Доротеей фон Розен. Схожую ситуацию можем наблюдать и у их детей1. Ниже приведены сведения о некоторых из домов эстляндской ветви рода Таубе в период XVI в.2

Таблица 4

Эстляндская ветвь рода Таубе, дом Маарт и Халлинап

Номинант Служба Брак

I. Отто (?-1499) Ландратман Вирланда с 1477 г. Анна фон Розен

II. Клаус (?-1523) Отмечен в ревельской городской книге Майя фон Врангель

III. Иоганн (?-1550) С 1546 г. ландратман Анна фон Розен

IV. Клаус (?-1576) Отмечен в ревельской городской книге, посланник эстляндского дворянства к шведскому королю Майя фон Врангель

IV. Дитрих (?-1566) Отмечен в ревельской городской книге Доротея фон Розен

V. Клаус (?-1595) Шведский командующий в Везенберге Анна фон Юкскюль

VI. Дитрих (?-1603) Отмечен в ревельской городской книге Маргарита фон Врангель

VI. Иоганн (?-1605) Анна фон Розен

1 Stammtafel des freiherrlichen zweiges der Familie v. Taube aus dem Hause Maart und Hallinap / hrsg. von v. M. Taube. St. Petersburg, 1899. S. 2-4.

2 Genealogisches Handbuch. S. 370-391.

Таблица 5

Эстляндская ветвь рода Таубе, дом Майдель

Номинант Служба Брак

I. Арндт (?-1511) С 1503 г. ландратман Н.Н. фон Декен

II. Людвиг (1504-1565) Анна фон Рисбитер

III. Беренд (1546-1615) С 1570 г. ландратман Кунигунда фон Майдел из Котц, 1563 г.

III. Анна (?) - Иоганн фон Майдел из Котц

IV. Людвиг (1605-1630) С 1621 г. ландратман Луитгард фон Дельвиг

Таблица 6

Эстляндская ветвь рода Таубе, дом Пюс

Номинант Служба Брак

I. Клаус

II. Генрих (?-1475) Доротея фон Хекс

II. Элизабет

II. Анна

III. Отто

IV. Отто (1504-1549) Магдалена фон Рисби-тер

V. Иоганн (?-1609) С 1599 г. ландратман Оливия фон Штрам

VI. Иоганн (?-1603) Датский камер-юнкер Анна фон Розен

Наиболее репрезентативным был, как видим, дом Маарт и Халлинап. Обращают на себя внимание два момента: специфика брачных союзов и социальный статус, носителем которого был род Таубе. Говоря о первом, отметим особенно частые браки с семейством фон Розен. В XVI в. было заключено три брака с его представителями1. Тесной была связь и с другими семействами, что говорит о внутрисословной замкнутости между несколькими

1 König V. Genealogische Adelshistorie. Leipzig, 1729. Bd. 2. S. 1336.

родами заключения браков1. Социальный же статус был достаточно высок, о чём свидетельствует тот факт, что большинство представителей линии Маарт и Халлинап имели должности ландрат-манов и именовались «geleitsherr», т. е. были феодалами, обладавшими правом эскорта. Можно говорить о том, что представители семейства Таубе по линии Маарт и Халлинап имели достаточно устойчивые брачные связи с некоторыми протестантскими родами вплоть до рубежа XVI—XVII вв., когда сыновья Иоганна Таубе переселились в Саксонию2.

О давней приверженности Таубе Реформации свидетельствуют также документы, относящиеся ко времени епископа Дерптского Иоганна, принявшего лютеранство. В 1523 г. он называет в качестве своих ближайших сподвижников Рейнольда и Иоганна Туве3. Эту мысль подтверждает и завещание братьев Туве из Этц от 14 июля 1533 г., согласно которому Иоганн Таубе должен был выделить ревельскому викарию для нужд общины 200 марок4 (по договору между Рижским архиепископом и эстляндскими сословиями протестантским семьям разрешалось приглашать пасторов).

Имущественное благосостояние отдельных ветвей Таубе достигло процветания в конце 1520-х гг.: в июле 1520 г. Иоганн Таубе выкупил поместье Этц у Клауса фон Ведувиса5. Как показывает М. А. Таубе, род Ведувис, или Веддевис, также был одной из ветвей этого семейства6. Но главное событие произошло позднее: 26 июня 1529 г. Отто фон Юкскюль продал владения Маарт и Халлинап Иоганну Таубе, что значительно увеличило его территориальные владения. На севере Эстляндии сформировался внушительный блок земельной собственности, остававшейся в руках у Таубе до конца XVII в.7

Судя по всему, у Таубе - целиком в духе лютеранской этики -прослеживалась приверженность общесемейному праву. После

1 Taube M. Drei v. Rosen’sche Alliancen in der Genealogie der sächsischen Linie v. Taube // Jahrbuch für Genealogie, Heraldik und Sphragistik. Mitau, 1900. S. 85-89.

2 Landrath Wrangell’s Chronik. S. 47.

3 Archiv des uradeligen. Bd. 2. S. 41.

4 Ibid. S. 67.

5 Ibid. S. 56.

6 Archiv des uradeligen. Bd. 1. S. 34.

7 Geschichte der Familie von Wrangel vom Jahre zwölfhundertfünfzig bis auf die Gegenwart. Berlin; Dresden, 1887. S. 367.

смерти Иоганна сыновья делят владения между собой: Клаус получает Маарт, а Дитрих - Халлинап. Помимо этого, смерть Клауса в 1585 г. в отсутствие наследников приводит к передаче этих владений Роберту Туве из Нойенхофа, представителю одной из дальних ветвей, что впоследствии завершилось продолжительной тяжбой между ним и Иоганном Таубе. Решение земельного вопроса через судебное разбирательство не было исключением: ещё в начале 1530-х гг. начинаются тяжбы не только с соседями, но и внутри рода Таубе. Например, 29 мая 1532 г. Иоганн Таубе отправляет иск на своего брата Генриха из-за нарушения границ своих владений у деревни Вакюль. Поскольку это был не единичный случай, то со временем из-за раздела владений происходит постепенное ослабление рода. Но, видимо, можно утверждать, что многие представители семейства были заинтересованы в увеличении родовых земель и нередко выступали во время сделок, связанных с недвижимым имуществом, на стороне своего родственника. Так, согласно документу от 12 июля 1531 г., в процессе продажи Клаусом Туве деревни Леппавер свидетелями, подписавшими этот документ, были Иоганн Туве фон Маарт и Генрих Веде-вис, принадлежавший к отдалённой ветви этого рода .

Другим источником дохода, помимо операций с продажей и покупкой земли, была, судя по всему, торговля. Например, Яков Туве стал с 1525 г. членом Большой гильдии в Ревеле. Внесённый им вступительный взнос составил 20 марок2. Всё это говорит о том, что в период Реформации XVI в. представители рода имели тесные контакты не только внутри своей сословной элиты, но и с местным купечеством, что позволяло расширять как экономическое, так и политическое влияние. Однако между дворянством и купечеством существовали и трения, в особенности между ре-вельскими бюргерами и харриенским и вирландским дворянством. Ландмейстер Герман фон Брюггеней назначил в своё время нескольких комиссаров, которые должны были решать спорные вопросы между двумя сторонами.

Семейство Таубе обладало вполне устойчивым политическим влиянием на территории Эстляндии, имея своих представителей в административных структурах: Иоганн Таубе фон Маарт (с 1546 г.) и Яков Таубе фон Экц (с 1528 г.) были ландратманами в

1 Archiv сСе8 шгаСе^еп... ВС 2. 8. 59.

2 ІЬіС. 8. 51.

Вольмаре, а Рейнольд Туве - в Дерпте вплоть до своей смерти в 1534 г.1 Авторитет Таубе в рядах эстляндского рыцарства был доказан и в годы Ливонской войны. Из-за военных трудностей орденский магистр Готхард Кеттлер попросил помощи у Речи По-сполитой, пообещав за это часть ливонских земель. Однако рыцарство Эстляндии, особенно Харриена и Вирланда, не желая помощи от католиков и передачи потом им части территории, отправило 10 июля 1562 г. своего посланника к шведскому королю Эрику XIV, который позже подтвердил все данные им ранее привилегии2. Высокая честь представлять интересы сословной корпорации была доверена именно Клаусу Таубе3. Этот шаг говорил об уже сложившейся на тот момент конфессиональной общности среди населения северной Прибалтики.

Ордену всегда было важно иметь поддержку в провинциальном дворянстве, что доказывает непрерывный, хорошо известный рост привилегий с XIII в. Ещё в 1397 г. Конрад фон Юнгинген, пятый в Ливонии немецкий гроссмейстер, пожаловал дворянам наследное право на их движимые и недвижимые имения4. Другим этапом стала отмена в 1459 г. платежей и податей для дворянства указанных земель5. Подобная политика практиковалась орденом и позднее, в частности, в 1546 г. была издана «Красная книга», представлявшая собой собрание всех дворянских привилегий. После смены власти на шведскую корону практика раздачи привилегий не прекращается.

Важную роль играет также характер земельных отношений между орденом и родом Таубе. С одной стороны, мы можем говорить о сделках купли-продажи с участием представителей Немецкого ордена. Одной из таких явилось приобретение комтуром Талькхофа Германом Оверлакером в качестве опекуна своего племянника небольшого острова Тувенхолмер, принадлежавшего семье Таубе. С другой, земельные приобретения могли быть связаны с системой вассально-сюзеренных отношений. Например, в 1518 г. ландмайстер Ливонии Вальтер фон Платтенберг передает Юргену Таубе в лен имение Вирпе в вечное владение с правом

1 König V. Op. cit. S. 1335.

2 Эстляндский сборник. С. 118.

3 Ливонская хроника Бальтазара Рюссова. Гл. 86.

4 Landrath Wrangell’s Chronik. S. 39.

5 Ibid. S. 43.

передавать его по наследству, делая его, таким образом, своим вассалом. Вскоре, согласно грамоте от 23 июня 1522 г., на аналогичных условиях землю получает и другой представитель этого семейства, Яков Туве1. Факт их службы Немецкому ордену как сюзерену подтверждается, в частности, документом от 5 ноября 1522 г. - решением графа Симона Ратберга, комтура Ревеля, относительно проведения межевых границ между владениями под Ревелем. Яков Туве и Юрген Таубе фон Маарт входили в число лиц,

2

подтвердивших документ, скрепив его своими печатями .

Род Розен выделяется с конца XIII в., когда в 1297 г. Отто Розен вводится указом короля Эрика Мендведа в своё окружение. В 1288 г. Вольдемар Розен получает замок Домен, а его упоминание как датского вассала в Эстляндии восходит к 1306 г.3 Уже к концу XIV в. владения Розенов были весьма обширны, включая имения Хохрозен и Розенбек на реке Раупа, поместье Розенхоф в Риге и замок Руп. Но рост благосостояния начинается после смерти Керстена де Розена в 1434 г., когда происходит выделение новой ветви рода4.

Таблица 7

Младшая ветвь семейства фон Розен

Номинант Служба Брак

I. Ганс (?-1458) Эконом в Эрцшифте ?

II. Керстен (?-1500) ... Лоде, Гертруда Яренсбах

II. Иоганн (?-9.03.1502 ) Доротея фон Витингсхоф

III. Иоганн (?-1569) Главный судья Вирланда Анна фон Унгерн, Кене фон Розен

IV. Юрген (?-1604) Со 2.02.1564 г. архиепископ в Рупе Кене фон Розен

V. Фабиан (28.06.1590 - июль 1633) София фон Менгден

1 Archiv des uradeligen. Bd. 2. S. 57.

2 Ibid. S. 61.

3 В XIX в. П. Йохансен в своем исследовании, посвящённом кадастровым спискам времен датского владычества, объяснил название семейства Розен, восходящее к «rosis» («роза»), весьма распространённой для скандинавов практикой давать имена по гербовым знакам. См.: Genealogisches Handbuch. S. 530.

4 Ibid. S. 534.

Род Унгерн в Ливонии также исчисляет свою историю с середины XIII в. Первые его представители числились вассалами архиепископа Рижского.

Таблица 8

Старшая ветвь семейства Унгерн

Номинант Служба Брак

I. Мартин (?-1470) Маргарита Оргес

II. Хеннинг

II. Юрген (?-1477) Екатерина Швартхоф

III. Отто

IV. Юрген (?) См. табл. 9

IV. Рейнхольд (?-1543) Фогт областей Озеля и Вика Элизабет фон Розен

Таблица 9

Семейство Унгерн, дом Пюркель

Номинант Служба Брак

I. Юрген

II. Вольмар

II. Юрген (?) Представитель в Пруссии 03.07.1560 - Анна фон Шонвизе

II. Иоганн (?) 1543 - Анна фон Платтенберг

III. Фабиан (?-1596) Анна фон дем Фольде

III. Отто (?-1592) Кастелян Традена с 1569 г. Анна Гуслева

III. Георг (?-1592) Катарина фон Цвайфельн

IV. Иоганн (?-1612) Анна фон Керсброк

IV. Вольмар (?-1645) Магдалена фон Ливен

Род Врангелей также имел владения в Вирланде уже с 1238 г., будучи вассалом архиепископства. Мы можем говорить о связи родов Врангель, Левинвольде и Энгдес исходя из практически

идентичных гербов1. В период 1558-1560 гг. Мориц, принадлежавший к дому Роель-Фендель, был Дерптским епископом. Среди представителей этого рода были два епископа, 4 каноника, 29 земских и епископских советников, позже 7 шведских рейхсратов .

Таблица 10

Старшая ветвь семейства Врангель

Номинант Служба Брак

I. Энлард (?-1376) Управитель монастыря в Дерпте -

II. Генрих (? - до 1410) Епископ Дерпта -

III. Ганс

IV. Морис (?-1526) См. табл. 11

IV. Кристоф

V. Тонис

VI. Герт (?-1554) до 1534 г. -Катарина Крузе, Анна Туве

VI. Иоганн (?-1561) Анна фон Верне

VII. Отто (?-1591) Барбара фон Тизенхаузен, Анна фон Левинвольде

VII. Манна (?) Генрих фон Тизенхаузен

VII. Юрген

Таблица 11

Младшая ветвь семейства Врангель

Номинант Служба Брак

I. Морис (?-1526) С 1507 г. ландратман Вирланда Катарина Врангель, с 1524 г. - Анна Хаст-фер

II. Отто (?-1560) Барбара фон Тизенхаузен

II. Морис (?) Эддо Тодевен

III. Теннис (?-1584) Ратман Харриена и Вирланда Манна фон Дюкер

1 Genealogisches НапсІЬшсЬ... 8. 612.

2 ІЬіС. 615.

Окончание табл. 11

Номинант Служба Брак

IV. Юрген

IV. Морис (?-1604) Штатгальтер, шведский фельдмаршал Анна Дрольсхаген Агнета Анреп

V. Вильгельм

VI. Теннис (?-1630) Ландратман Вирланда 1597 г. -Анна фон Тоде

VI. Отто (?-1641) Ладратман Харриена Анна фон Ферзен

В структуре межклановых альянсов явно доминировали браки с представителями рода Тизенхаузен, что могло быть связано с территориальной близостью их земель и высоким социальным статусом. Прослеживается устойчивое влияние в служебной сфере, особенно в земской администрации Харриена и Вирланда. Юкскюли также, как мы помним, «сращивались» со службой, но она у них лежала преимущественно в церковной сфере (советники епископа Эзельского).

Устойчивость служб явно указывает на высокий авторитет этих семей среди сословной элиты Эстляндии. Они удержались на вершинах сословной пирамиды и вопреки всем лишениям смогли сохранить относительно прочные социальные позиции, завоёванные задолго до Реформации. Если и происходил спад, то он был вызван либо династическими обстоятельствами, либо отрицательной политической конъюнктурой, как например, разорение домов Касти и Паденорм рода Юкскюль во время Ливонской войны, но отнюдь не религиозным противостоянием.

Ниже приводится сводная таблица соотношения занимаемых должностей и общего числа номинантов в XV-XVII вв. по родам.

Таблица 12

Число служащих от общего числа номинантов

Род Служба Доля от общего числа, %

Таубе Ландратман 50

Врангель Ландратман 57

Юкскюль Ландратман, советник епископа или епископ 49, 40

Розен Ландратман, судья 40, 32

Унгерн Эконом, кастелян 45

Приведённые данные позволяют говорить о прочном служебном фундаменте указанных семейств. На протяжении поколений одни и те же семьи занимали ключевые места в земской администрации и в церковных структурах, будучи вассалами ордена. Представители родов были и советниками епископов, и собственно членами высокого клира - епископами и архиепископами. Эта тенденция прослеживается и в XVI в., вне зависимости от конфессионального вероисповедания.

Также стоит отметить, что брак по-прежнему являлся важнейшим инструментом формирования устойчивых социальных связей. В этой связи рисуется следующая картина: Таубе отдавали предпочтение семейству Розен (почти треть всех брачных партий), Врангели выбирали женихов и невест преимущественно из рода Таубе, Юкскюли ориентировались вновь на Таубе, с ними же предпочитали родниться и Розены, и Унгерн. Резко выделяются и брачные союзы в рамках разных ветвей одной семьи.

Вполне вероятно, что причиной было территориальное соседство брачных партнеров, что влекло формирование целых островков родственных массивов. Впрочем, вопрос требует дополнительных изысканий в области поместной географии.

Видимо, можно говорить о различной степени подверженности рассмотренных родов Реформации, о чём свидетельствует наличие пяти епископов в роде Юкскюль в отличие от Таубе, никогда не вторгавшихся в церковную сферу. В то же время представители обоих семейств числились земскими советниками, восседая бок о бок в земской курии, что позволяет говорить о компромиссе: католические и лютеранские чины были объединены узами службы, расставаться с которой было делом ещё более опасным, нежели вступать в открытый конфликт с сослуживцами-иноверцами. Это должно указывать на большую степень компро-миссности, присутствовавшей в местных ландтагах и до, и после Аугсбургского мира 1555 г. Налицо глубоко мирная модель распространения протестантизма, если сравнить её с аналогичными процессами в Священной Римской империи.

Нельзя сказать, что вышеупомянутая удачная комбинация религиозных, династических и социально-политических факторов возникла только в ходе Реформации. Скорее, напротив, перемена конфессии совпала с пиком уже сложившегося благополучия указанных родов. Семейство Таубе и Врангель сохранили сильные

позиции в административной сфере, семейство Юкскюль имело большее влияние в церковных кругах. Унгерны сохраняли значительную роль в обеих сферах. Реформация и конфессионализация скорее закрепили, нежели разрушили социальные реалии балтийского дворянства.

Об авторе

Вебер Дмитрий Иванович - аспирант исторического факультета СПбГУ, Weber-deutsch@yandex.ru