Культовая архитектура Золотой Орды: происхождение и традиции

УДК 902/904

КУЛЬТОВАЯ АРХИТЕКТУРА ЗОЛОТОЙ ОРДЫ: ПРОИСХОЖДЕНИЕ И ТРАДИЦИИ

© 2016 г. Э.Д. Зиливинская

Статья посвящена анализу культовых архитектурных памятников Золотой Орды. Рассматриваются такие категории зданий как мечети, минареты и мавзолеи. Объекты монументальной архитектуры достаточно четко отражают различные традиции в сложении многокомпонентной городской культуры Золотой Орды. Анализ планировки мечетей, главных сооружений мусульманского города, показал, что все известные на данный момент Джума-мечети Золотой Орды имели базиличную планировку, которая была заимствована в Малой Азии, а именно, в Анатолии, где подобные мечети получили распространение в сельджукский период. Малоазийский облик имели и минареты. Планировка мавзолеев достаточно разнообразна, в ней заметно влияние архитектурных школ Малой Азии, Закавказья, Хорезма и кочевнических традиций. Несмотря на присутствие различных строительных традиций и творческих новаций, принципы планировки культовых зданий были общими для всей Золотой Орды, что свидетельствует о выработке единого, хотя и эклектичного в деталях, архитектурного стиля.

Ключевые слова: археология, история, археологические памятники, Золотая Орда, культовая архитектура, мечети, минареты, мавзолеи, Малая Азия, Закавказье, Хорезм, кочевники, культурное наследие.

Исследователи Золотой Орды неоднократно отмечали мультикуль-турный характер этого государства. Принято говорить о синкретизме и (или) синтезе различных традиций в культуре Золотой Орды. Это вполне закономерно, так как Улус Джучи, получивший впоследствии название Золотая Орда, возник в середине XIII в. в результате широких завоевательных походов монгольских войск. В его состав вошли традиционно оседлые области, такие как Южный и Восточный Казахстан, левобережный Хорезм, Северный Кавказ, Крым, Волжская Болгария, мордовские земли, Поднестро-вье. Но большую часть территории занимали пустынные, степные и лесостепные пространства Северного и Западного Казахстана, Волго-Уральско-го междуречья, Поволжья, Подонья и Приднепровья (Дешт-и-Кипчак), на-

селенные кочевыми и полукочевыми народами. В домонгольский период там почти не существовало городов, но в конце XIII в. начинается интенсивное строительство городов именно в степных районах, и центром Золотой Орды становится Нижнее Поволжье. Для возведения своих городов кочевники-монголы использовали подневольный труд завоеванных народов, имевших многовековые строительные навыки. Полиэтничность и соответственно мультикультурность золотоордынского общества наиболее ярко прослеживается именно в городах, которые были населены строителями, ремесленниками и торговцами из всех стран, втянутых в орбиту монгольской экспансии, в то время как население степей было гораздо более однородным. Наиболее выразительным воплощением городской

культуры являются монументальные постройки, определяющие внешний вид городов. Кроме того, именно объекты архитектуры лучше всего поддаются археологическому изучению. Поэтому исследование монументального зодчества позволяет достаточно полно и достоверно проследить взаимодействие различных традиций в сложении городской культуры Золотой Орды.

Наиболее важными культовыми постройками во всех странах, связанных с мусульманской религией, являются мечети. Ко времени появления в городах Золотой Орды этот вид зданий имел уже многовековую историю и в разных частях мусульманского мира существовали различные типы мечетей.

Считается, что прообразом ранних мечетей являлся замкнутый двор дома пророка Мухаммеда, в котором имелась молитвенная зона с навесом перед стеной ориентированной на ки-блу (в направлении Мекки) и навесы вдоль остальных трех стен. Таким образом, был сформирован основной план, который стал известен как арабский план мечетей (Hillenbrand, 1994, p. 66-92; Petersen, 1996, p. 195-196; Stierlin, 1996). Начиная с IX в. часть помещения, чаще всего перед мих-рабом, начинает перекрываться куполами, которые с тех пор являются неотъемлемым архитектурным компонентом мечети.

Дворовый план мечети распространяется по всей территории Арабского халифата одновременно с его завоеванием и впоследствии эта планировка остается главенствующей в западной части мусульманского мира.

Иначе происходило сложение архитектурных форм в Иране и Средней

Азии. Арабские наместники строили в городах Ирана мечети дворового плана, но иранцы брали за образец доисламские сооружения сасанидско-го времени. Так появляются местные типы мечетей - мечеть-киоск на западе и мечеть-айван на востоке (Herzfeld, 1935; Godard, 1962, p. 340-348). При сельджуках соединение арабского и местного планов породило четы-рехайванную планировку, ставшую в XII в. главенствующей (Petersen, 1996, p. 195-196). В Средней Азии также был внедрен арабский дворовый план мечети, однако здесь существовали здания, имевшие местные корни. Мечети типа купольного зала, также как и мечеть-киоск в Иране, построены по образу зороастрийских святилищ огня, называемых чортак (Пугаченко-ва, 1958, с. 185; С.Хмельницкий, 1992, с. 86). Местное происхождение имеют и столпные многокупольные мечети (Прибыткова, 1958, с. 131-134; 1973, 38-58; С.Хмельницкий, 1992, с. 7186). В последующие периоды слияние и дальнейшее развитие арабской и местных традиций дало все многообразие типов среднеазиатских мечетей (Маньковская, 1980, с. 102-121).

Своеобразное развитие получили мечети в Малой Азии при сельджуках Рума (Benset, 1973; Hillenbrand,1994, с. 92-100; Stierlin, 1998, p. 24-32). Первоначально здесь строились мечети арабского дворового плана или купольные постройки иранского образца. В XI-XII вв. в мечетях арабского плана начал перекрываться внутренний двор и большинство мечетей этого периода представляют собой здания базиличной планировки, то есть колонные залы с плоским перекрытием, опирающимся на балки или аркады. Над предмихрабной частью

часто возводили небольшой купол, а в качестве пережитка двора в крыше мог находиться световой люк по центру зала или ближе к выходу. В Золотой Орде, государстве мусульманского мира, первые мечети, вероятно, начали строиться во время правления Берке, который был мусульманином. Он способствовал городскому строительству. Но массовое возведение их, несомненно, относится ко времени Узбека, с именем которого связано принятие мусульманства как государственной религии и расцвет городов. Именно в эти годы Ибн Баттута упоминает «тринадцать мечетей для соборной службы и... чрезвычайно много других мечетей» только в Сарае (Тизенгаузен, 1884, с. 306).

В настоящее время исследованы мечети в различных частях Золотой Орды - в Волжской Болгарии, Нижнем Поволжье, Северном Кавказе, Крыму, Поднепровье, Приднестровье и Южном Казахстане (Зиливинская, 2009; 214, с. 17-45). Большая часть этих построек относится к одному типу - это квадратные или прямоугольные в плане здания, внутреннее пространство которых разделено рядами колонн, поддерживающих плоское перекрытие в виде балок или аркад (рис. 1). Прямоугольные мечети чаще вытянуты в меридиональном направлении, но могут быть - и в широтном, как Большая мечеть Верхнего Джулата. Главный вход в здание расположен в северной стене, напротив михраба и обрамлен порталом. При значительной площади здание может иметь дополнительные боковые входы, как, например, в Болгаре, Сарае, на Кучугурском городище. Мечеть Сарая имеет небольшой внутренний дворик, в центре которого находится

водоем. В мечети Водянского городища пространство перед михрабом отгорожено, и крыша в этом месте, вероятно, была выше.

Этот основной тип мечетей в Золотой Орде сложился под влиянием Малой Азии (рис. 2). Как уже упоминалось, малоазийские мечети сельджукского периода представляли собой базилики, то есть прямоугольные залы, разделенные на нефы рядами столбов или колонн, соединенных балками или аркадами. Характернейшей чертой сельджукских мечетей является наличие в крыше светового люка, под которым находится сильно редуцированный внутренний дворик с фонтаном. Над предмихрабной частью мог быть возведен небольшой купол. Так, одна из простейших построек сельджукско-анатолийского периода, мечеть Махмуд-бея близ Кастамону, представляет собой трех-нефный зал с двумя рядами деревянных колонн, балочным перекрытием и двускатной крышей. Улу-Джами в Шивазе и Афьоне - это большие многонефные залы с трансептом, ведущим к михрабу, и плоским перекрытием на аркадах (Bencet, 1973, p. 16-17; L'art, 1981, p. 100-102).

Несколько необычна по своим пропорциям Большая мечеть Верхнего Джулата, здание которой вытянуто в широтном направлении. Скорее всего, это связано с местными традициями. Так, например, наиболее древняя на Кавказе джума-мечеть Дербента, построенная в VIII в., представляет собой сильно вытянутое в широтном направлении прямоугольное здание с выступом в центральной части южного фасада. Известны и другие мечети таких же пропорций (Артамонов, 1946, с. 141-143; Искусство, 1949,

Рис. 1. Мечети Золотой Орды базиличной планировки: 1 - Болгар I и II периоды; 2 - Селитренное городище; 3 - Водянское городище; 4 - Большая мечеть Верхнего Джулата; 5 - Малая мечеть Верхнего Джулата; 6 - Нижний Джулат; 7 - Кучугурское городище; 8 - мечеть и медресе Узбека в Солхате; 9 - «Бейбарса» в Солхате; 10 - в Чуфут-кале; 11 - в Старом Орхее.

Fig. 1. Golden Horde mosques with a basilica plan: 1 - Bolgar I and II periods; 2 - Selitrennoye settlement; 3 - Vodyanskoye settlement; 4 - the Big Mosque of the Upper Julat; 5 - the Small Mosque of the Upper Julat; 6 - the Lower Julat; 7 - Kuchu-gur hillfort; 8 - Uzbek's mosque and madrasa in Solkhat; 9 - "Beybarsa" in Solkhat; 10 - in Chufut-

kale; 11 - in the Old Ohrei.

Рис. 2. Мечети Малой Азии сельджукского периода (XII-XIII вв.): 1 - в Дивриги; 2 - в Бейшехире; 3 - в Кайзери; 4 - в Афьоне Карахиссаре; 5 - в Нигде; 6 - Сахиб Ата в Конье;7 - в Малатье; 8 - в Харпуте; 9 - мечеть-медресе Хунат-Хатун в Кайсери (по Р. Хилленбранд).

Fig. 2. Mosques in Asia Minor, Seljuk period (12th - 13th centuries): 1 - in Divrigi; 2 - in Beyshekhir; 3 - in Kayseri; 4 - in Afyonkarahisar; 5 - in Nigde; 6 - Sahib Ata in Konye; 7 - in Malatye; 8 - in Kharput; 9 - Hunat-Hatun Mosque-Madrasa in Kayseri (after Р. Хилленбранд).

с. 205; Хан-Магомедов, 1970; Кудрявцев, 1989, с. 110-112).

Кроме больших мечетей базилич-ного плана, в Золотой Орде существовали и другие. Купольные мечети

Крыма представляют собой небольшие здания, состоящие из одного или двух помещений (рис. 3: 1-2). Квадратное помещение молельного зала, перекрытое куполом, предва-

ряется прямоугольным тамбуром со сводчатым перекрытием. В углу здания может быть встроен минарет. Такую же структуру имеют небольшие малоазийские мечети сельджукского и раннеосманского периодов (рис. 3: 3-12), такие как мечеть Ала ал-Дина в Бурсе (1335 г.), Орхан Гази в Билеси-ке, Зеленая мечеть в Изнике (1378 г.) (Hillenbrand, 1994, p. 114-117; Stierlin, 1998, p. 79-99).

Малая мечеть Верхнего Джулата относится к столпно-купольным постройкам. По плану она более всего напоминает небольшие столпные сооружения Средней Азии, такие как мечети при мавзолеях Хаким-ат-Термези (XI в.) и Ходжа Иса (XI в.) (Бородина, 1974, с. 118). Разница состоит лишь в том, что эти здания вытянуты в широтном направлении, а нижнеджу-латская мечеть - в меридиональном. Однако возможен и другой вариант, а именно: сводчатое перекрытие с под-пружной аркой. Эта форма встречается в сельских мечетях Азербайджана, например в ханеге на р. Пирсагат и в поселке Ханлар (XIII в.) (Бретаниц-кий, 1966).

Принципиально отличается планировка джума-мечетей присырдарьин-ских городов. Обе исследованные здесь постройки относятся к сооружениям дворового типа, что объясняется близостью Среднего Востока и влиянием его архитектуры.

Таким образом, в планировке и оформлении мечетей в Золотой Орде преобладает влияние Малой Азии. Сельджукская строительная традиция могла распространяться через Закавказье, где сохранились такие ее образцы, как мечеть Мануче в Ани (Ару-тюнян, Сафарян, 1951, табл. 100), и через Крым. Мечети с залом, разде-

ленным на нефы, были известны в домонгольское время в Волжской Болгарии (Халиков, Шарифуллин, 1979; Айдаров, Забирова, 1979), что тоже могло послужить образцом для подражания. Взяв за основу базиличную планировку с плоским перекрытием, золотоордынские мастера творчески переработали ее, сообразуясь с местными условиями и вкусами заказчиков. Более того, в ряде случаев была воспринята сама идея закрытого зала, с плоским перекрытием, опирающимся на колоннаду, но воплощение ее в разных частях государства было разнообразным и часто оригинальным. В то же время нельзя полностью исключать влияние Средней Азии или местных традиций, как в Волжской Болгарии и на Кавказе.

Одним из важнейших градообразующих элементов мусульманских городов Востока и Запада являются минареты, встроенные в здания мечетей или стоящие рядом с ними. В различных странах минареты имели разную форму, причем формы эти весьма характерны. В Сирии, Северной Африке и Испании минареты состоят из квадратных в плане башен, построенных из камня. Форма происходит от традиционных сирийских колоколен византийского периода (Petersen, 1996, p. 188; Hillenbrand, 1994, p. 139-144). Ранние аббасидские минареты Ирака состояли из квадратного основания и круглого ствола с лестницей, находящейся снаружи. Минареты Ирана и Средней Азии имели цилиндрическую форму, сужающуюся кверху. Иногда они ставились на квадратное или звездчатое основание, у некоторых имеется граненая база. Стволы минаретов выложены кирпичами, причем орнамент либо покрывает

11 12

Рис. 3. Купольные мечети Крыма и Малой Азии: 1 - Куршун Джами в Солхате, план

(по А.С. Башкирову); 2 - мечеть в Судаке, план и разрезы (по И. А. Баранову и М. А. Фронжуло); 3 - Феррух Шах в Акшехире; 4 - Ала ал Дина в Бурсе; 5 - Хаджи Феррух в Конье; 6 - Хока Хасан в Конье; 7 - Орхан Гази в Билесике; 8, 9 - Зеленая мечеть в Изнике (конец XIV в); 10 - Хаджи Ёзбек в Изнике; 11 - Мурад Паша Джами в Бурсе (1378 г.); 12 - мечеть (текие) Якуба Челекби в Изнике (конец XIV в.) (по Р. Хилленбранд, Г. Стирлин). Fig. 3. Domical mosques in Crimea and Asia Minor: 1 - Kurshun Cami in Solkhat, plan (after А.С.

Башкиров); 2 - mosque in Sudak, plan and sections (after И.А. Баранов and М.А. Фронжуло); 3 - Farruh Shah in Akshekhir;4 - Ala al Dina in Bursa; 5 - Haji Farruh in Konye; 6 - Hoka Hasan in Konye; 7 - Orhan Gazi in Bilesik; 8, 9 - the Green Mosque in Iznik (late 14th century); 10 - Haji Oz-bek in Iznik; 11 - Murad Pasha Cami in Bursa (1378); 12 - Yakub Celebi's mosque (tekiye) in Iznik (late 14th century) (after Р. Хилленбранд, Г. Стирлин).

весь ствол, либо делится поясами разнообразных рисунков, перемежаемых кольцами надписей. В XI в. в оформлении появляется поливной декор. Наверху иранские минареты имеют балкон с деревянной крышей, в Средней Азии их венчает массивная ротонда с круговой аркадой и плоским перекрытием. Поддерживает карниз балкона пояс из крупных сталактитов. К концу XII в. появляется второй промежуточный сталактитовый балкончик. Большинство минаретов в этих регионах имеют значительную высоту, до 50 м (Воронина, 1969, c. 154; Petersen, 1996, p. 187-189).

В Малой Азии сельджукского периода, так же как и мечети, минареты получили своеобразное развитие. Все они имеют трехчастное членение: высокий квадратный в плане цоколь при помощи треугольных скосов переходит в восьмигранник, на котором стоит стройный цилиндрический ствол минарета, почти не сужающийся кверху. В верхней части ствола находится открытый балкончик, поддерживаемый несколькими рядами сталактитов. Венчает ствол коническая крыша (Hillenbrand, 1994, p. 161; Stierlin, 1998, p. 26-43). Ствол минарета часто украшен фигурной кирпичной кладкой и голубыми изразцами. Сходное с малоазийскими трехчастное деление имеют минареты Азербайджана, но существуют и некоторые отличия: они более массивны и приземисты, а камера над балконом покрыта дольчатым куполом (Бретаницкий, 1966, c. 88-96, 156-160).

В Золотой Орде большинство мечетей также имело минареты, однако очень немногие из них дожили до современности (Зимливинская, 2014, с. 46-56). Два минарета сохранились

почти полностью, еще два известны по рисункам и фотографиям (рис. 4). От остальных построек остались только цокольные части.

Почти полностью сохранился до настоящего времени Малый минарет на городище Болгары (рис. 4: 2). Его квадратное в плане основание, при помощи треугольных наружных скосов переходит в восьмигранный ярус. Выше находится цилиндрический, несколько сужающийся кверху ствол. Переход к нему от восьмигранника также осуществляется при помощи более мелких внешних скосов. Над стволом располагался невысокий барабан верхнего яруса с конической кровлей. Стены постройки изнутри и снаружи облицованы тщательно отесанными известняковыми и туфовыми блоками и частично оштукатурены. Отдельные элементы здания украшены резьбой по камню. Примерно такое же строение имел Большой минарет, известный по рисункам (рис. 4: 1).

Татартупский минарет на городище Верхний Джулат сохранился почти целиком до 1981 г., поэтому был хорошо изучен (рис. 4: 3). Прямоугольный в плане цоколь его сложен из кирпича и каменных блоков. Ствол минарета, сложенный из кирпича имел коническую форму и состоял из двух частей. Их расчленял двойной сталактитовый пояс, который раньше поддерживал балкончик для муэдзина. Ствол минарета был украшен несколькими орнаментальными поясами.

До наших дней частично сохранился и был реконструирован минарет в мечети Узбека в Солхате (рис. 4: 4). Он имеет высокий, треугольный в плане цоколь, который на уровне крыши при помощи скосов переходит

Рис. 4. Минареты в Золотой Орде:

1 - Большой минарет в Болгаре;

2 - Малый минарет в Болгаре;

3 - Верхний Джулат; 4 - минарет мечети «Узбека» в Солхате.

Fig. 4. Minarets in the Golden Horde: 1 - the Big Mosque in Bolgar; 2 - the Small Minaret in Bolgar; 3 - the Upper Julat; 4 - minaret of "Uzbek"'s Mosque in Solkhat.

в стройный цилиндрическим ствол. Ствол имеет два яруса, разделенных открытым балкончиком с каменным парапетом. Балкончик-шарэфэ опирается на карниз, который в оригинале был образован сталактитами. Покрытие ствола минарета не сохранилось, но поскольку весь памятник имеет ярко выраженный малоазийский облик, скорее всего, оно было коническим.

От минаретов на других памятниках в Поволжье, Северном Кавказе, Крыму, Поднепровье и Приднестровье остались только основания цоколей. В некоторых случаях найдены остатки упавших стволов и некоторые архитектурные детали. Это позволяет реконструировать их строение в общем и целом.

По своему положению относительно мечети минареты Золотой Орды делятся на три группы: отдельно стоящие; с пристроенным к стене мечети цоколем; с цоколем, встроенным в объем стены. Отдельно стоящие и пристроенные к мечети минареты имеют кубический или призматический цоколь, который при помощи внешних скосов переходит в восьмигранную призму или непосредственно в цилиндрический слегка сужающийся кверху ствол. В основании встроенных минаретов лежит многогранник. Цоколь минаретов сложен из камня или обожженного кирпича. Ствол обычно кирпичный, но может быть и из камня. Каменные постройки декорированы резьбой. Ствол кирпичных минаретов украшен орнаментальными поясами из резной терракоты, обточенных кирпичиков, ганчевых вставок и поливных изразцов. Под балкончиком для муэдзина находится сталактитовый пояс. Покрытие минаретов - шатровое. Только минареты мечети Отрара, которые фланкируют портал мечети, не имели такого цоколя и были цилиндрическими с самого основания.

До настоящего времени наиболее детальному анализу подвергались те постройки, которые сохранились полностью. Практически все исследователи отмечают сходство минаретов Бол-гара с азербайджанскими минаретами ширвано-апшеронской школы. Трех-частное членение зданий, несколько приземистые их пропорции, приемы каменной кладки - все это является общим для болгарских и азербайджанских минаретов. Исследователи также отмечают сходство орнаментальных мотивов на резных панно Малого минарета с памятниками армянского и малоазийского зодчества, то есть минареты Болгара тесно связаны с Закавказьем и, весьма вероятно, были построены руками армянских и азербайджанских мастеров.

Татартупский минарет на Северном Кавказе имеет такое же строение, но несколько более стройные формы, он сложен из комбинации камня и кирпича. Декоративное оформление минарета, использование в облицовке резных кирпичей и изразцов, создание орнаментальных и сталактитовых поясов стилистически связывает его с памятниками Нахичеванской школы Азербайджана. Сходное строение имеют и минареты Малой Азии сельджукского и ранне-османского периодов.

Об остальных минаретах Золотой Орды можно судить лишь в общих чертах. Достоверно известно лишь то, что они имели призматический цоколь, который через восьмигранник или помимо него переходил в круглый в сечении ствол. Подобные архитектурные формы характерны только для Малой Азии и связанных с ней стран. Они возникают там в сельджукское время и, несколько видоизменяясь,

существуют в дальнейшем (рис. 5). Таковы, например, минарет Алаед-дин-Джами в Нигде постройки 1223 г., Ивли-Минар в Анталье 1220 г., минареты Большой мечети и Гёк-медресе в Сивасе 1271 г., Зеленой мечети Изника 1378 г.(НШепЬгап^ 1994, р.160-163;БИегНп, 1998, р.26-45).

В странах, находящихся в сфере культурного влияния Малой Азии, таких как Азербайджан, Крым, частично Северный Иран, также получают распространение минареты подобного облика. Распространение их в Золотой Орде является еще одним свидетельством значительного влияния культур Малой Азии и Закавказья на сложение всей культовой архитектуры в этом государстве, так как мечети и минареты при них обычно образуют единый ансамбль. Исключение составляют только цилиндрические минареты мечети Отрара, построенные по среднеазиатским образцам. Но это вполне понятно, так как Кок Орда включала в себя области Хорезма и, естественно, находилась в сфере влияния его развитой строительной культуры.

Мавзолеи как погребальные и поминальные сооружения получили широчайшее распространение в мусульманских странах. Количество их огромно, и роль в создании архитектурного облика городов и других местностей весьма существенна. Рассматривая сложение архитектурных форм мавзолеев, исследователи выделяют две основные провинции, центры которых находились в Египте и Иране, что связано с политическими границами того времени. Египет, Левант и Аравия образовывали единую политическую структуру под властью мамлюков. Аналогичным обра-

4 5

Рис. 5. Минареты Малой Азии XII-XIV вв.: 1 - мечеть Алаеддин Джами в Нигде; 2 - мечеть в Изнике; 3 - Джами мечеть в Сивасе; 4 - Гёк-медресе в Сивасе; 5 - Ивли-минар в Анталье (по Г. Стирлин).

Fig. 5. Asia Minor minarets of 12th - 14th centuries: 1 - Alaeddin Cami's Mosque in Nigde; 2 -mosque in Iznik; 3 - Cami Mosque in Sivas; 4 - Gok-Madrasa in Sivas; 5 - Ivli-minar in Antalya

(after Г. Стирлин).

зом Анатолия, Ирак, Кавказ, Средняя Азия, Афганистан и Индия находились в сфере влияния Ирана.

Ранние мавзолеи Ирана (и связанных с ним регионов) делятся на две большие типологические группы: здания кубического объема, увенчанные куполом и башенные постройки. Башенные мавзолеи строились для правителей и других светских лиц. Квадратные в плане купольные постройки служили местом погребения и почитания духовных лиц - имам-зода. Кубические постройки, в свою очередь, разделяются на центрические и портальные. У центрических мавзолеев все фасады одинаковы, они имеют четыре входа с каждой стороны или два на одной оси. В портальных мавзолеях выделен один фасад, в котором находится вход. Входной проем оформлен в виде высокой арочной ниши в прямоугольной раме. Такой портал, называемый по-персидски пештак (передняя арка), может выступать из фасадной стены или быть выше самого здания. Все многообразие мавзолеев последующих веков произошло от этих трех типов зданий. Все они представляют собой трансформацию или соединение отдельных элементов центрических, портальных или башенных мавзолеев.

В Золотой Орде, как и в других странах этого времени, где мусульманская религия играла существенную роль, мавзолеи строились повсеместно. Этому способствовал и тот факт, что в золотоордынских городах наибольшим влиянием пользовались проповедники суфизма, которому присущ культ «святых могил». Среди раскопанных археологами объектов монументальной архитектуры мавзолеи составляют наибольшее ко-

личество. Отдельные постройки сохранились до наших дней, некоторые известны по рисункам и описаниям исследователей и путешественников предыдущих веков. Общее число зо-лотоордынских мавзолеев, планировка которых может быть в той или иной степени проанализирована, приближается к сотне.

Обзор мемориальных сооружений Золотой Орды показывает, что среди них прослеживается широкий спектр архитектурных форм и планировочных решений (Зиливинская, 2014, с. 97-169). Это разнообразие делает возможным систематизацию всех имеющихся данных и создание развернутой типологии золотоордынских мавзолеев (рис. 6, 7). В классификации используются следующие признаки: ко -личество помещений; форма здания; отсутствие или наличие порталов; форма портала; форма покрытия; наличие или отсутствие подземного или полуподземного склепа-крипты.

Прежде всего, все постройки можно разделить на две большие группы -однокамерные (I) и многокамерные (II) мавзолеи. Большая часть золото-ордынских мавзолеев представлена однокамерными зданиями. По форме основного помещения они делятся на три отдела: А) башнеобразные, Б) пирамидальные, В) кубические (призматические). Отдел башнеобразных мавзолеев состоит из двух подотделов, отличающихся формой плана: 1) круглые и 2) многоугольные. Пирамидальные мавзолеи также могут быть круглыми (1) и многоугольными (2) в плане, а в основе кубических зданий лежит квадрат или прямоугольник, близкий по пропорциям к квадрату (3). Следует отметить, что данная терминология описывает идеальную

Рис. 6. Мавзолеи Золотой Орды 1-4 - башенные, 5 - пирамидальный,

6 - фасадный: 1 - в окрестностях Маджара; 2 - Конские воды; 3 - Джанике-ханым на Чу-фут-кале; 4 - в Асизе; 5-6 - в Маджаре.

Fig. 6. Mausoleums of the Golden Horde 1-4 - with towers, 5 - pyramidal, 6 - with façade: 1 - near Majar; 2 - Konskie vody; 3 - Janike-hanim on Cufut-Kale; 4 - in Asiz; 5-6 - in Majar.

Рис. 7. Мавзолеи Золотой Орды портальные в Маджаре: 1-2 - гравюры из сочинений П.-С. Палласа; 3 - акварель М.М. Иванова.

Fig. 7. Mausoleums of the Golden Horde in Majar, with portals: 1-2 - engravings from P.-S. Pallas's works; 3 - M.M. Ivanov's water-color.

схему строения мавзолеев. Так, одна из основных линий развития этой категории зданий - куб (в плане основания лежит квадрат), увенчанный куполом. В реальности здания этого типа могут быть прямоугольными в плане или иметь несколько вытянутые пропорции (высота больше длины основания). Для позднесредневековых мавзолеев характерно наличие высокого барабана, стоящего на кубическом основании и увенчанного куполом. Тем не менее типологически они относятся именно к зданиям с кубическим основанием.

В типологии золотоордынских мавзолеев каждый отдел может быть разделен на два типа: а) фасадные, б) портальные. Фасадными являются мавзолеи без явно выраженного портала, но с выделенной стороной, в которой находится вход. К портальным относятся здания с явно выделившимся объемом входного портала. Учитывая первоначальную планировку Черной палаты в Болгаре, в отдел кубических мавзолеев следует добавить третий тип центрических зданий (в).

По форме портала здания можно разделить на подтипы: б*) выступающий вперед портал, б**) портал, вписанный в объем здания и опирающийся на массивные пилоны, толщина которых превышает толщину стен (пештак). Для Золотой Орды можно выделить еще и третий подтип портала: б***) портал, вписанный в объем здания, но не имеющий массивных пилонов. Стенки его являются простым продолжением меридиональных стен здания и образуют перед погребальным помещением обширный айван, равный ему по ширине. Это разделение основано на планиграфии зданий, так как чаще всего именно она

и бывает нам доступна. Вариантов объемного решения портальной части значительно больше. Так, например, выступающие порталы с пилонами небольшой толщины и существенно суженные относительно фасада здания не превышают высоту стен. А выступающие порталы, ширина которых незначительно уже ширины основной части здания и имеющие массивные пилоны, могли поддерживать арку большой высоты, близкую по размерам арке классического пештака. Все три вида портала характерны для однокамерных кубических и многокамерных мавзолеев. Башенные и пирамидальные здания либо являются фасадными, либо имеют пристроенный снаружи выступающий портал.

И, наконец, каждый подтип зданий делится на два вида по форме покрытия: 0) купольное, 8) шатровое. Покрытие в археологических памятниках сохраняется редко, поэтому чаще всего определить вид его сложно, зато он хорошо определяется по рисункам. Башенные и кубические мавзолеи могут иметь крышу обоих видов, все пирамидальные мавзолеи по определению являются шатровыми.

Группа многокамерных мавзолеев разделена на три отдела: Г) призматические продольноосевые, Д) призматические поперечноосевые, Е) многокамерные сложного строения. В плане мавзолеи отделов Г и Д - прямоугольные. В большинстве случаев они двухкамерные. Планы многокамерных зданий сложного плана могут варьироваться, они зависят от количества помещений и их взаимного расположения. Мавзолеи отдела Е могут быть в плане квадратными (3), прямоугольными (4), Т-образными (5) и в виде сложных ступенчатых много-

угольников (6). В подотдел 6 входят здания-конгломераты нерегулярной планировки. Деление на типы, подтипы и виды в группе многокамерных построек основано на тех же принципах, но оно применимо преимущественно к зданиям отделов Г и Д. Постройки сложного плана (Е), особенно здания-конгломераты, состоят из различных частей, которые могут отличаться оформлением входа и формой перекрытия.

Важным, но не определяющим признаком является наличие подземного или полуподземного склепа -усыпальницы. Вообще склепами называют самые разнообразные конструкции в погребениях. В данной классификации рассматриваются только те склепы, которые являются частью здания, то есть образуют помещения в нижнем уровне с отдельным входом. При наличии таких больших склепов, аналогичных криптам христианских храмов, все захоронения находятся в них. Наземное же помещение мавзолея может использоваться как зиорат-хана. В этом случае однокамерный мавзолей становится как бы двухкамерным, но по вертикали. Наличие или отсутствие склепа совершенно не зависит от формы мавзолея. Скорее, здесь просматриваются региональные различия.

Классификация золотоордынских мавзолеев отчетливо показывает, что в Золотой Орде существовала довольно развитая архитектура мемориальных построек. Многообразие типов мавзолеев свидетельствует о том, что они были принесены из разных стран мусульманского мира, причем в различных частях огромного золотоордынского государства могут превалировать те или иные заимство-

вания. Некоторые постройки вполне оригинальны и являются результатом творческой переработки уже известных типов планировки. Материал, имеющийся у нас в настоящее время, позволяет более точно определить не только генезис отдельных типов мавзолеев, но и проследить распределение сфер влияния различных архитектурных школ в разных частях Золотой Орды. Для этого рассматривается не только планировка мемориальных сооружений, но и анализируются их строительная техника, а также детали внешнего и внутреннего оформления зданий.

В пределах Золотой Орды также можно выделить два направления зодчества - строительство из камня и строительство из кирпича (обожженного и сырцового). Существует также смешанная техника, когда отдельные части здания строятся из различных материалов.

Анализ планировки, строительных приемов, архитектурных деталей мавзолеев и строительной техники позволяет сделать вывод о том, что в сложении золотоордынского мемориального зодчества прослеживается несколько направлений. Это армяно-малоазийское влияние, которое отчетливо присутствует в памятниках, выполненных в технике каменного строительства (рис. 8). Очень существенным было влияние среднеазиатской школы, связанной со строительством из обожженного и сырцового кирпича (рис. 9). И, наконец, в архитектурных формах встречаются пережитки кочевнических (кипчакских) традиций (рис. 10). В настоящее время можно выделить несколько областей, где превалировала та или иная школа. Волжская Болгария и Крым

являлись зонами армяно-малоазий-ского влияния, а Нижнее Поволжье и степные районы Северного Кавказа - среднеазиатского. В то же время в некоторых частях Нижнего Поволжья (Водянское городище) и Северного Кавказа (Пятигорье, Верхний Джулат, Нижний Джулат) отчетливо прослеживаются традиции азербайджанского зодчества, представленного нахичеванской школой, для которой характерно сочетание камня и кирпича, активное применение в качестве декора изразцов. В Волжской Болгарии также фиксируется присутствие азербайджанского элемента, а именно ширвано-апшеронской школы. Редкие формы мавзолеев, которые можно вывести из тюркских поминальных построек, встречаются в Нижнем Поволжье и на Северном Кавказе.

В то же время в городах Золотой Орды происходило не прямое заимствование принесенных извне традиций, а их творческая переработка. В Волжской Болгарии широко использовалась кладка из грубо отесанных камней на известковом растворе или глине, применявшаяся впоследствии и в Нижнем Поволжье. Здесь вырабатывался удивительно единообразный тип усыпальниц, который распространялся и на другие районы. Так в Приуралье, наряду с мавзолеями среднеазиатского облика, строились здания, почти идентичные болгарским мавзолеям. Возникали и новые типы планировки мемориальных построек, которые также распространились в различных частях государства. Кроме того, вполне характерным для Золотой Орды являлось применение строительной техники одной традиции для возведения здания другой архитектурной школы, то есть про-

исходила активная и очень быстрая (учитывая весь период существования Золотой Орды) творческая переработка заимствованных навыков, которая неминуемо должна была привести к возникновению оригинального стиля.

Таким образом, объекты монументальной архитектуры достаточно четко отражают различные традиции в сложении многокомпонентной городской культуры Золотой Орды. Анализ планировки мечетей, главных сооружений мусульманского города, показал, что все известные на данный момент джума-мечети Золотой Орды имели базиличную планировку, то есть представляли собой прямоугольные в плане здания, внутреннее пространство которых разделено на нефы рядами колонн. Такая планировка, без сомнения, была заимствована в Малой Азии, а именно в Анатолии, где подобные мечети получили распространение в сельджукский период. Небольшие купольные мечети, известные в основном в Крыму, также копируют аналогичные постройки сельджукского и раннеосманского периодов. Малоазийский облик имели и минареты, связанные с мечетями и соответственно образующие с ними единый архитектурный ансамбль.

На связь с Анатолией вполне определенно указывают также каменные архитектурные детали, украшенные искусной резьбой. Такие детали присутствуют в мечетях и минаретах Болгара, Крыма, Старого Орхея. В орнаментальных мотивах этой резьбы отчетливо прослеживается сельджукское влияние. Тем не менее, восприняв анатолийский тип мечетей в общем и целом, золотоордынские зодчие внесли много нового в его воплощение.

Рис. 8. Башенные мавзолеи Азербайджана (1-6) и Малой Азии (7-11): 1 - Юсуфа ибн Кусейра (XII в.); 2 - Хачин-Дорбатлы (XIV в.); 3 - мавзолей Йахйи ибн Мухаммада ал-Хаджа, 1305 г.; 4 - мавзолей Сейида Яхья Бакуви (XV в.); 5 - Мо-мине Хатун (XII в.); 6 - мавзолей в Барде (XIV в.); 7 - Али Кафер в Кайсери (XIII в.); 8 - Караманоглу Алаеддин бея в Карамане (XIII в.); 9 - дюрбе Худавентхатун в Нигде (начало XIV в.); 10 - Ситте Мелик в Дивриги (XII в.); 11 - Кылыч Арслана в Конье (XII в.) (по Л. С. Бретаницкий и Г. Стирлин).

Fig. 8. Mausoleums with towers in Azerbaijan (1-6) and Asia Minor (7-11): 1 - Youssuf ibn Kuseyr (12th c.); 2 - Hacin Dorbatly (14th c.); 3 - Mausoleum of Yahya ibn Muhammad al-Haj, 1305; 4 - Mausoleum of Seyid Yahya Bakuvi (15th c.); 5 - Momine Hatun (12th c.); 6 - Mausoleum in Barda (14th c.); 7 - Ali Kafer in Kayseri (14th c.);8 - Karamanoglu Alaeddin bey in Karaman (13th c.); 9 - Hudavent Hatun Turbe in Nigde (early 14th c.); 10 - Sitte-Melik in Divrigi (12th c.); 11 - Kilic Arslana in Konye (12th c.) (after Л.С. Бретаницкий and Г. Стирлин).

Рис. 9. Шатровые мавзолеи Средней Азии: 1 - Айша-биби (XI-XII вв.); 2 - Бабаджа-хатун (XI в.); 3 - Фахраддина Рази (XII в.); 4 - султана Текеша (XI-XII вв.); 5 - Гумбез Манаса (XIV в.).

Fig. 9. Central Asian tented masoleums: 1 - Aisha-bibi (11th - 12th centuries); 2 - Babaja-Hatun (11th c.); 3 - Fakhraddin Rasi (12th c.); 4 - Sultan Tekesh (11th - 12th centuries); 5 - Gumbez Manasa (14th c.).

6 7 8

Рис. 10. Пирамидальные и конические мавзолеи Казахстана: 1-2 - каменные Дынгек и Козу Корпеч в Семиречье (по И. А. Кастанье); 3 - башня Сараман-коса в Низовьях Сырдарьи; 4-5 сырцовые мавзолеи Центрального Казахстана (по И. А. Кастанье); 6 - сырцовый мавзолей на современном некрополе Ешкикырган в Мангистаунской области (фото М. Д. Калменова); 7 - сырцовый мавзолей (XIX в.?) на могильнике Абат Байтак в Западном Казахстане; 8 - Мазар Шилков-Мейрама (XVIII-XIX вв.?) в

Западном Казахстане. (по З. Самашев и др.). Fig. 10. Pyramidal and conical mausoleums in Kazakhstan: 1-2 - stone Dyngek and Kozy Korpech in Semirechye (Zhetysu) (after И.А. Кастанье); 3 - tower Saraman-kosa in the Lower Syrdarya area; 4-5 adobe mausoleums of Central Kazakhstan (after И.А. Кастанье); 6 - adobe mausoleum on the modern necropolis Eshkikyrgan in Mangistau Oblast (photo by М. Д. Калменов); 7 - adobe mausoleum (19th c.?) on Abat Baytak cemetery in Western Kazakhstan; 8 - Shilkov-Meyram Mazar (18th -19th centuries?) in Western Kazakhstan (after З. Самашев et al.).

Мемориальные памятники, представленные мавзолеями, составляют наиболее многочисленную группу монументальных построек. Планировка ихдостаточно разнообразна. Многочисленность мемориальных памятников является причиной того, что именно они наиболее показательны для определения влияний различных архитектурных школ и выделения архитектурных провинций внутри Золотой Орды.

Анализ архитектуры общественных зданий в целом указывает на значительную роль выходцев из Малой Азии в формировании золотоор-дынской культуры. Представляется, что истоки общегосударственной зо-лотоордынской архитектуры следует искать не только за пределами государства, но и в наиболее развитых в культурном отношении его областях, таких как Крым и Волжская Болгария. Тесная связь Крыма с Малой Азией в домонгольское время была обусловлена торговыми отношениями. В зо-лотоордынский период происходит переселения в Крым выходцев из Анатолии во главе с потерявшим власть султаном Изз-ад-Дином Кейкавусом II (Райс, 2004, с. 67, 77; Крамаровский, 2009, с. 409). Вероятно, были и другие волны миграций из разоренной вторжениями внешних врагов и меж-дуусобными войнами Малой Азии в Золотую Орду, жизнь в которой была спокойной и стабильной, а рост городов постоянно требовал притока искусных строителей и ремесленников. В зодчестве Волжской Болгарии также отчетливо заметно малоазийское влияние. Представляется вероятным, что корни его уходят в домонгольский период. Вполне возможно, что опре-

деленный вклад в развитие каменной резьбы в Золотой Орде внесли и мастера из Армении.

Золотая Орда, включившая в свой состав области с различным историческим прошлым и многочисленные народы, не была едина в своем культурном развитии. Это хорошо видно на примере монументального зодчества. В Крыму, Волжской Болгарии, Поднестровье были сильны традиции каменного строительства. Архитектурный декор здесь представлен резьбой по камню. В городах степной зоны (города Нижнего Поволжья, Маджар) применялась среднеазиатская строительная техника. Здания возводились из сырцового и обожженного кирпича, а в качестве архитектурного декора применялись изразцовые кирпичи, мозаики, майолики, терракота и детали, выточенные из кирпича. В интерьере присутствовали элементы декора из резного и штампованного ганча, а также изразцы с полихромной надглазурной росписью и позолотой. В Бельджамене, Мохше, Азове, на Кучугурском городище применялась смешанная техника строительства из кирпича и камня. На Северном Кавказе были сильны местные традиции. Особую архитектурную провинцию Золотой Орды составляли присырда-рьинские города Южного Казахстана. Здесь наиболее ощутимым было влияние среднеазиатского зодчества. Таким образом, несмотря на присутствие различных строительных традиций и творческие новации, принципы планировки общественных зданий были общими для всей Золотой Орды, что свидетельствует о выработке единого, пусть и эклектичного в деталях, архитектурного стиля.

ЛИТЕРАТУРА

1. Айдаров С.С., Забирова Ф.М. О реконструкции и консервации остатков комплекса мечети // Новое в археологии Поволжья: Археологическое изучение центра Би-лярского городища / Отв. ред. А.Х. Халиков. Казань: ИЯЛИ КФАН СССР, 1979. C. 46-62.

2. АртамоновМ.И. Древний Дербент // СА. Т. VIII. / Отв. ред. Б.Д. Греков. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1946. С. 121-144.

3. Арутюнян В.М., Сафарян С.А. Памятники армянского зодчества. М.: «Госу-дарственное издательство литературы по строительству и архитектуре», 1951. 244 с.

4. Бородина И. Ф. Особенности формирования мемориальных сооружений Средней Азии X-XV вв. // Архитектурное наследство. № 22. М.: Стройиздат, 1974. С. 117127.

5. Бретаницкий Л.С. Зодчество Азербайджана XII-XV вв. и его место в архитектуре Переднего востока. М.: Гл. ред. восточной лит-ры изд-ва "Наука", 1966. 560 с.

6. Воронина В.Л. Архитектура средневекового Ирана // ВИА. Т. 8. М.: «Стройиздат», 1969. С. 15-110.

7. Зиливинская Э.Д. Золотая Орда как архитектурная провинция ислама: мечети Среднего и Нижнего Поволжья, Северного Кавказа и Крыма // Archaeologia Abrahami-ca: исследования в области археологии и художественной традиции иудаизма, христианства и ислама / Ред.-сост. Л.А. Беляев. М.: «Индрик», 2009. С. 349-385.

8. Зиливинская Э.Д. Архитектура Золотой Орды. Часть I. Культовое зодчество. Казань, 2014. М.; Казань: «Отечество», 2014. 448 с.

9. Искусство Азербайджана. Т. VIII. Баку, 1949. 624 с.

10. Крамаровский М.Г. Религиозные общины в истории и культуре Солхата XIII-XIV вв. // Archaeologia Abrahamica: исследования в области археологии и художественной традиции иудаизма, христианства и ислама / Ред.-сост. Л.А. Беляев. М.: «Индрик», 2009. С. 395-433.

11. Кудрявцев А.А. К изучению архитектуры средневекового Дербента (VIII-XIII вв.) // Древняя и средневековая архитектура Дагестана / Сост. М. С. Гаджиев. Махачкала: Дагестан. филиал АН СССР, 1989. С. 98-114.

12. Маньковская Л.Ю. Типологические основы зодчества Средней Азии. IX - начало XX в. Ташкент: «Фан», 1980. 183 с.

13. Прибыткова А.М. О некоторых местных традициях в зодчестве Средней Азии в IX-X вв. // Архитектурное наследство. Вып. 11. М.: Стройиздат. 1958. С. 133-144.

14. Прибыткова А.М. Строительная культура Средней Азии IX-XII вв. М.: Стройиздат, 1973. 237 с.

15. Пугаченкова Г.А. Пути развития архитектуры Южного Туркменистана поры рабовладения и феодализма. М.: Изд-во АН СССР, 1958. 493 с.

16. Райс. Т.Т. Сельджуки. Кочевники - завоеватели Малой Азии. М.: Центрполи-граф, 2004. 238 с.

17. Тизенгаузен В. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I. Арабские источники. СПб, 1884. 588 с.

18. Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т.П. Персидские источники. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1941. 308 с.

19. Халиков А.Х., Шарифуллин Р.Ф. Исследование комплекса мечети // Новое в археологии Поволжья: Археологическое изучение центра Билярского городища / Отв. ред. А.Х. Халиков. Казань: ИЯЛИ КФАН СССР, 1979. С. 21-46.

20. Хан-Магомедов С.О. Джума-мечеть в Дербенте // СА. 1970. № 1. C. 202-221.

21. Хмельницкий С. Между арабами и тюрками. Архитектура Средней Азии IX-X вв. Берлин; Рига: «Continent», 1992. 344 с.

22. Хмельницкий С. Между Саманидами и монголами. Архитектура Средней Азии XI - начала XIII вв. Ч. I. Берлин; Рига: «Gamajun», 1996. 336 с.

23. Benset Unsal. Turkish Islamik Architecture. Seldjuk to Ottoman. New York, 1973.

24. Godard A. L'Art de Iran. Paris: Arthaud, 1962, 530 p.

25. Grabar O. The formation of Islamic Art. New Haven and London, 1973, 340 p.

26. Herzfeld E. Archaeological History of Iran. London, 1935, 342 p.

27. Hillenbrand R. Islamic Architecture.N.Y.: Columbia University Press, 1994, 645 p.

28. Petersen A. Dictionary of Islamic Architecture. London and New York: Routledge, 1996, 352 p.

29. L'Art en Turguie.Friborg, 1981.

30. Stierlin H. Islam. Early Architecture from Baghdad to Cordoba. Vol.1. Koln: Tash-en, 1996, 240 p.

31. Stierlin H. Turkey from the Selguks to the Ottomans.Koln: Tashen, 1998, 238 p.

Информация об авторе:

Зиливинская Эмма Давидовна, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник, Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая Российской Академии наук, (Москва, Россия), eziliv@mail.ru

CULT MONUMENTS IN THE GOLDEN HORDE: ORIGIN AND TRADITION

E.D. Zilivinskaya

The author analyzes cult architectural sites of the Golden Horde. She addresses such categories of buildings as mosques, minarets and mausoleums. Objects of monumental architecture quite clearly reflect the different traditions in development of multifaceted urban culture of the Golden Horde. Analysis of plans оf the mosques, main structures of the Muslim city showed that all currently known Juma Mosques of the Golden Horde had a basilica plan, which was adopted in Asia Minor, namely, in Anatolia, where similar mosques became widespread in the Seljuk period. Minarets too resembled Asia Minor models. Plans of the mausoleums are quite diverse. They were built under the influence of architectural schools of Asia Minor, the Caucasus, Khwarezm and nomadic traditions. In spite of various building traditions and innovations, the Golden Horde applied common principles for the planning of cult buildings, which implies development of a uniform, though eclectic in details, architectural style.

Keywords: archaeology, history, archaeological monuments, Golden Horde, cult architecture, mosques, minarets, mausoleums, Asia Minor, Caucasus, Khorezm, nomads, cultural heritage.

REFERENCES

1. Aidarov, S. S., Zabirova, F. M. 1979. In Khalikov, A. Kh. (ed.). Novoe v arkheologii Po-volzh'ia (Arkheologicheskoe izuchenie tsentra Biliarskogo gorodishcha) (New Developments in Archaeology of the Volga Area (Archaeological Study of the Center ofBilyar Fortified Settlement)). Kazan: Institute for Language, Literature and History named after G. Ibragimov, Kazan Branch of the USSR Academy of Sciences, 46-62 (in Russian).

2. Artamonov, M. I. 1946. In Grekov, B. D. (ed.). SovetskaiaArkheologiia (SovietArchaeology) VIII. Moscow; Leningrad: Academy of Sciences of the USSR, 121-144 (in Russian).

3. Arutiunian, V. M., Safarian, S. A. 1951. Pamiatniki armianskogo zodchestva (Monuments of the Armenian Architecture). Moscow: "Gosudarstvennoe izdatel'stvo literatury po stroitel'stvu i arkhi-tekture" Publ. (in Russian).

4. Borodina, I. F. 1974. In Arkhitekturnoe nasledstvo (Architectural Heritage) 22. Moscow: "Stroiizdat" Publ., 117-127 (in Russian).

5. Bretanitskii, L. S. 1966. Zodchestvo Azerbaidzhana XII—XV vv. i ego mesto v arkhitekture Perednego Vostoka (Architecture of Azerbaijan in 12th — 15th Centuries and Its Place in the Architecture of Western Asia). Moscow: "Nauka" Publ., General Department of Oriental Literature (in Russian).

6. Voronina, V. L. 1969. In Vseobshchaia istoriia arkhitektury (GeneralHistory of Architecture) 8. Moscow: "Stroiizdat" Publ., 15-110 (in Russian).

7. Zilivinskaya, E. D. 2009. In Beliaev, L. A. (ed.). Archeologia Abrahamica. Issledovaniia v oblasti arkheologii i khudozhestvennoi traditsii iudaizma, khristianstva i islama (Archeologia Abrahamica. Studies in Archaeology and Artistic Tradition of Judaism, Christianity and Islam). Moscow: "Indrik" Publ., 349-385 (in Russian).

8. Zilivinskaya, E. D. 2014. Arkhitektura Zolotoi Ordy (Architecture of the Golden Horde) I. Kul'tovoe zodchestvo (RitualArchitecture). Moscow; Kazan: "Otechestvo" Publ. (in Russian).

9. Iskusstvo Azerbaidzhana (Arts of Azerbaijan) VIII. 1949. Baku (in Russian).

10. Kramarovskii, M. G. 2009. In Beliaev, L. A. (ed.). Archeologia Abrahamica. Issledovaniia v oblasti arkheologii i khudozhestvennoi traditsii iudaizma, khristianstva i islama (Archeologia Abrahamica. Studies in Archaeology and Artistic Tradition of Judaism, Christianity and Islam). Moscow: "Indrik" Publ., 395-433 (in Russian).

11. Kudriavtsev, A. A. 1989. In Gadzhiev M. S. (comp.). Drevniaia i srednevekovaia arkhitektura Dagestana (Antique and Medieval Architecture of Dagestan). Makhachkala: Dagestan Branch, Academy of Sciences of the USSR, 98-114 (in Russian).

12. Man'kovskaia, L. Yu. 1980. Tipologicheskie osnovy zodchestva Srednei Azii. IX - nachalo XX v. (Typological Basics of Central Asia Architecture: 9th — Early 20th Centuries). Tashkent: "Fan" Publ. (in Russian).

13. Pribytkova, A. M. 1958. InArkhitekturnoe nasledstvo (ArchitecturalHeritage) 11. Moscow: "Stroiizdat" Publ., 133-144 (in Russian).

14. Pribytkova, A. M. 1973. Stroitel'naia kul'tura Srednei Azii IX-XII vv. (Architectural Culture of Central Asia in 9th — 12th Centuries). Moscow: "Stroiizdat" Publ. (in Russian).

15. Pugachenkova, G. A. 1958. Puti razvitiia arkhitektury Iuzhnogo Turkmenistana pory rabovladeniia i feodalizma (Ways of Development of South Turkmenistan Architecture during Slavery and Feudalism). Moscow: Academy of Sciences of the USSR (in Russian).

16. Talbot Rice, T. 2004. Sel'dzhuki. Kochevniki - zavoevateli Maloi Azii (The Seljuks in Asia Minor). Moscow: "Tsentrpoligraf" Publ. (in Russian).

17. Tiesenhausen, V. G. 1884. Sbornik materialov, otnosiashchikhsia k istorii Zolotoi Ordy. T. 1. Izvlecheniia iz sochinenii arabskikh (Collected Works Related to the History of the Golden Horde. Vol. 1. Excerpts from Arab Writings). Saint Petersburg: Typography of the Imperial Academy of Sciences (in Russian).

18. Tiesenhauzen, V. G. 1941. Sbornik materialov, otnosiashchikhsia k istorii Zolotoi Ordy (Collected Works Related to the History of the Golden Horde) II. Persidskie istochniki (Persian Writings). Moscow; Leningrad: Academy of Sciences of the USSR (in Russian).

19. Khalikov, A. Kh., Sharifullin, R. F. 1979. In Khalikov, A. Kh. (ed.). Novoe v arkheologii Povolzh 'ia (Arkheologicheskoe izuchenie tsentra Biliarskogo gorodishcha) (New Developments in Archaeology of the Volga Area (Archaeological Study of the Center of Bilyar Fortified Settlement)). Kazan: Institute for Language, Literature, and History named after G. Ibragimov, Kazan Branch of the USSR Academy of Sciences, 21-46 (in Russian).

20. Khan-Magomedov, S. O. 1970. In Sovetskaia Arkheologiia (Soviet Archaeology) (1), 202221 (in Russian).

21. Khmel'nitskii, S. 1992. Mezhdu arabami i tiurkami. Arkhitektura Srednei Azii IX-X vv. (From the Arabs to the Turkics: Architecture of Central Asia in 9th—10th Centuries). Berlin; Riga: "Continent" Publ. (in Russian).

22. Khmel'nitskii, S. 1996. Mezhdu Samanidami i mongolami. Arkhitektura Srednei Azii XI -nachala XIII vv. (From the Samanids to the Mongols: Architecture of Central Asia in 11th — Early 13th Centuries). Part I. Berlin; Riga: "Gamajun" Publ. (in Russian).

23. Benset, Ünsal. 1973. Turkish Islamic Architecture. Seljuk to Ottoman. New York.

24. Godard, A. 1962. L 'Art de Iran. Paris: Arthaud.

25. Grabar, O. 1973. The formation of Islamic Art. New Haven; London.

26. Herzfeld, E. 1935. Archaeological History of Iran. London.

27. Hillenbrand, R. 1994. Islamic Architecture. New York: Columbia University Press.

28. Petersen, A. 1996. Dictionary of Islamic Architecture. London; New York: Routledge.

29. L'Art en Turquie. 1981. Fribourg.

30. Stierlin, H. 1996. Islam. Early Architecture from Baghdad to Cordoba. Vol.1. Köln: Taschen.

31. Stierlin, H. 1998. Turkey from the Selçuks to the Ottomans. Köln: Taschen.

About the author:

Zilivinskaya Emma D. Doctor of Historical Sciences. Institute of Ethnology and Anthropology named after N.N. Miklouho-Maklay (IEA), Russian Academy of Sciences. Leninsky Ave., 32а, Moscow,119334, Russian Federation; eziliv@mail.ru