Политическая культура как фактор формирования электорального поведения граждан России

УДК 316.7:324

А. В. Солдатов, А. А. Солдатов Политическая культура

как фактор формирования электорального поведения граждан России

В статье анализируется роль политической культуры как способа осуществления власти широкими слоями населения, особенно в период проведения выборных кампаний. Большое внимание уделяется роли и месту в этом процессе паблик рилейшнз как способу достижения взаимовыгодных отношений между всеми группами общественности путем плодотворного взаимодействия с ними.

Ключевые слова: политическая культура, электоральное поведение, паблик рилейшнз, общественность, информационное общество

Alexander V. Soldatov, Andrey A. Soldatov Political culture as a factor of electoral behaviour formation of citizens in Russia

In the paper the role of the political culture is analyzed as the way of power realization by the wide layers of population, especially during the elective campaign. Great attention is paid to the role and place of Public Relations (PR) in this process as means of achieving mutually advantageous relations between all groups of society owing to fruitful interactions with them.

Keywords: political culture, electoral behaviour, public Relations (PR), society, information society

Социологический анализ политической культуры предполагает выделение ее объективных и субъективных факторов. Объективные факторы определяют развитие политики; в результате их непрерывного воздействия происходит формирование потребностей общества и определение возможных ресурсов для их удовлетворения. Политическая система на основании полученной информации о состоянии и динамике развития внешней среды принимает решение, направленное на достижение конкретных целей. Субъективные факторы определяют сферу возможностей деятельности акторов, оставляя за ними выбор путей достижения целей. Политическая культура, как известно, есть искусство возможного. Отметим, что акторы ограничены в выборе средств и методов достижения целей, а искусство возможного заключается в достижении результата в условиях ограниченных ресурсов и конкуренции. Однако, политические акторы никогда не обладают достаточными ресурсами для достижения именно тех целей, которые они изначально ставят перед собой, чаще всего речь идет о приближении к определенному результату, который постфактум выдается за исходную цель. В этом плане связи с общественностью (PR) в политической сфере выполняют роль своеобразного инструмента, с помощью которого можно частично преодолеть объективно существующие препятствия на пути к достижению власти или к участию в ее распределении.

• Том 208 • Социология культуры: опыт и новые парадигмы • Часть 2 •

239

Раздел VIII. Политическая и правовая культура

В современной российской политике принимают участие четыре группы акторов: профессиональные политики, группы интересов, специалисты в области политического PR и разнообразные группы общественности. Первые три группы являются профессиональными участниками политического процесса, их относят к политическому классу современного российского социума. Четвертая группа -это непрофессиональные акторы, которые принимают участие в реализации политики и власти время от времени.

Профессиональные политики, избираемые или назначаемые на должности в системе государственной власти, сегодня участвуют в выборах в РФ как индивидуальные кандидаты или члены избирательных объединений. Группы интересов это те, кто, непосредственно не обладая политической властью, пытаются активно влиять на процесс принятия политических решений, голосуя на выборах, финансируя партии и кандидатов и различными способами оказывая давление на должностных лиц, активно отстаивая свои интересы. В современной России в эту категорию входят чаще всего представители крупного и среднего бизнеса. Третью группу политического класса составляют люди, задействованные в сфере политтехнологических услуг, они включены в сферу политического рынка и обеспечивают воспроизводство власти, прежде всего во время выборов. Среди этой группы, в первую очередь, нужно отметить политтехнологов и журналистов1. Четвертая группа - это избиратели, обладающие в условиях демократического режима правом выбора того или иного политика, или их группы, организованной в виде партии, в качестве легитимного руководителя.

Взаимоотношения внутри политического класса, равно как и его взаимоотношения с массой в современной политической культуре организованы в виде рынка, который диктует свои законы как «покупателям», так и «продавцам» специфического товара - власти. Политическая конкуренция в демократическом обществе устанавливает определенные правила и нормы в борьбе за власть. В рамках этой политической культуры конкуренция фактически исключает применение репрессивных механизмов и политического насилия, а также практически сводит на нет пропагандистко-информационное воздействие на широкие аудитории.

В современной политической культуре все более используется информационно-коммуникативная сфера. Как пишет немецкий социолог Н. Луман, «человеческие отношения, да и сама общественная жизнь невозможны без коммуникации»2. По Луману, коммуникация единственная общественная структурообразующая единица, она обладает внутренней структурой, куда входит три элемента: сообщение, информациея и понимание. Причем, в теории Лумана данные элементы не рассматриваются как независимые друг от друга и они не способны обнаружить себя вне самой этой коммуникации.

Таким образом, можно отметить все более растущую зависимость социума от функционирования коммуникативных систем. В этой связи появление и развитие

240

• Труды Санкт-Петербургского государственного института культуры • 2015 •

Раздел VIII. Политическая и правовая культура

связей с общественностью является закономерной реакцией политической системы на развитие современного коммуникативного пространства. Связи с общественностью представляют собой в этом историческом контексте дальнейшее развитие современной политической культуры. Именно в рамках системной парадигмы Н. Лумана адекватнее всего можно описать место и роль связей с общественностью PR в современном информационном обществе.

По мнению Н. Лумана, общество представляет собой совокупность социальных коммуникаций, которые рассматривают мир, исходя из собственной логики, что обуславливает невозможность проникновения окружающей среды внутрь системы. Тем не менее, потребность системы во внешней информации существует, что приводит к наблюдению системой собственного окружения. Данный процесс обозначается как структурное сопряжение: системы остаются автономными, но взаимодействуют; при этом между взаимодействующими системами возникает коммуникативная связь. Структурное сопряжение выражается в реферировании системой своего окружающего мира в форме информации и демонстрации окружению этой информации в сконструированных образах.

Из-за непрерывного роста комплексности внешнего мира появляется необходимость ее редукции, снижения высокой степени неопределенности, нивелирования роли факторов, направленных против единства социальной структуры. Эта редукция обеспечивается системной дифференциацией, которая представляет из себя разграничение системы и окружающего ее мира.

Исходя из абстрактных идей Н. Лумана, можно констатировать, что появление феномена связей с общественностью есть одна из реакций социальной системы на рост комплексности окружающей среды, и ее стремления редуцировать эту комплексность посредством функциональной дифференциации, которая выразилась в создании особого социального института (PR), отвечающего за стимулирование внутрисистемных коммуникаций и сохранение ее открытости.

Рассмотрим теперь функции, выполняемые паблик рилейшнз в политической жизни сегодняшней России. В научной литературе выделяются три главные функции.

1. Контроль за мнением и поведением общественности с целью удовлетворения потребностей и интересов, прежде всего организации, от имени которой проводятся PR-акции. Эта функция часто подвергается критике, поскольку в данном случае организация рассматривает общественность как свою жертву. Подобная ситуация во многом напоминает манипулирование сознанием людей в определенном направлении, в том числе и в период формирования электорального поведения.

2. Реагирование на общественное мнение, то есть организация учитывает проблемы или поведение других и соответствующим образом реагирует на них. В противоположность первому варианту, организация стремится, в каком-то смыс-

• Том 208 • Социология культуры: опыт и новые парадигмы • Часть 2 •

241

Раздел VIII. Политическая и правовая культура

ле, прислуживать общественности, рассматривая тех, от кого зависит ее судьба, как своих хозяев.

3. Достижение всеми возможными способами взаимовыгодных отношений между связанными с организацией группами общественности путем содействия плодотворному взаимодействию с ними. Именно эта функция является фундаментом современной политической культуры.

Теперь остановим свое внимание на такой важной функции паблик рилейшнз как формирование политической культуры. В общем смысле полититическая культура есть способ осуществления власти широкими слоями населения. Данное понятие в политических науках включает в себя не только поведенческую составляющую (ценности, установки), но и определенные институты власти. Функции PR состоят в основном в поддержании необходимого уровня равновесия между правительственной властью и обществом. Западные ученые в качестве «эталона» эффективной демократии выделяют рационально-активистскую модель. Эта теория предполагает высокую степень вовлеченности граждан в политику и строгий рациональный расчет по выборам представительных органов власти. Однако, крупным американским политологам, таким как Г. Алмонду и С. Вербе, удалось показать, что подобный тип общественных взаимоотношений является скорее идеальной моделью, чем реальностью, даже для наиболее продвинутых демократических государств. В современной России данная проблема носит особенно острый характер, поскольку переход к демократии состоялся здесь в крайне ограниченном временном диапазоне. Демократические выборные институты в наших условиях сформировались раньше сопутствующей им политической культуре. PR-технологии выполняют в этих условиях двоякую роль; с одной стороны двусторонние модели коммуникаций повышают уровень участия граждан в политической жизни, но одновременно происходит разрушение политической общности. При этом определенная маркетизация российского политического процесса ведет к потере политической идентичности. В российском политическом пространстве, на сегодняшней день, мы практически не находим символического события способного объединить граждан и придать им чувство солидарности со страной. Во времена СССР таковой силой обладали «славные» даты истории. Хотя отметим, что советская политическая система отличалась низким уровнем политической осведомленности социальных групп, представление о политической культуре в советских условиях было низким. В период перехода к новым условиям на PR были также возложены задачи по модернизации политической системы, адаптации населения к наметившимся изменениям. Функция культурной трансформации паблик рилейшнз призвала их выступать в качестве одного из механизмов изменения социальных норм, ценностей, традиций, ритуалов и других компонентов политической культуры. За последние пятнадцать лет многие задачи достаточно успешно решены, граждане страны имеют необходимый минимум информации, позволяю-

242

• Труды Санкт-Петербургского государственного института культуры • 2015 •

Раздел VIII. Политическая и правовая культура

щей им оказывать влияние на ход политической жизни, особенно в период выборных кампаний. Этот результат был во многом достигнут благодаря разветвленным каналам социализации, к числу которых необходимо отнести СМИ и PR.

Следует однако отметить, что даже вполне благополучные в материальном положении россияне согласны с тем, что у них почти нет никаких рычагов влияния на действия властей, и они не могут изменить ситуацию. Эти результаты по-разному интерпретируются российскими учеными. Целый ряд из них говорят об авторитарных тенденциях в российской политике, в частности, подобной точки зрения придерживаются такие политологи, как И. Бунин и Г. Сатаров. Другой отечественный аналитик российских политических процессов К. Г. Холодковский говорит о плебисцитарной природе российской политической системы, по его мнению, невзирая ни на какие авторитарные тенденции и использование административного ресурса, власть стремится к обретению легитимации путем публичной признательности. Это достигается с помощью публично-общественных мероприятий, референдумов, всенародного голосования. С другой стороны, растущая аполитичность несет в себе тенденцию «виртуализации» политического пространства. О «виртуализации», в частности, пишет социолог С. Пшизова. Отсюда можно предположить, что некоторые PR-акции осуществляются латентным образом. Реализация же альтернативных позиций осуществляется за рамками официальной политики. К числу альтернативных источников информации можно отнести интернет. Преимуществом использования интернет-технологий является адресность аудиторий; в этом случае эти с молодые люди, обладающими высоким образовательным уровнем. В PR-акциях, рассчитанных на массовые аудитории, при проведении избирательных кампаний в интернет-пространстве используется «расширенный код», который все более активно применяется в повседневных информационных практиках. Авторство термина принадлежит Б. Бернстайну, который употреблял его в отличии от понятия «ограниченный код». Ограниченный код используется в определенных «анклавных» секторах социально-политической сферы. Ограниченный языковой код всегда связан со значениями, которые зависят от контекстов, принципы функционирования которых неявны, это предполагает наличие у индивидов общей идентификации, общих убеждений и практик. В таких PR-практиках складывается специфическая система смыслов, которая функционирует крайне избирательно, основываясь на выборе специфических синтаксиса и лексики. По утверждению ряда российских социологов, в настоящее время интернет представляет собой современную версию реализации модели «многоступенчатой» коммуникации Катца-Лазарсфельда3.

В некоторых российских условиях, когда целые сегменты политики оказываются закрытыми, массовая PR-коммуникация осуществляется зачастую без учета микросоциального аспекта выборных кампаний. Внешне это может походить на пропагандистские кампании с помощью СМИ. Также не принимается во внима-

• Том 208 • Социология культуры: опыт и новые парадигмы • Часть 2 •

243

Раздел VIII. Политическая и правовая культура

ние дифференциация общественности, которая в большинстве случае носит «латентный» характер. В этом случае существенным преимуществом использования PR-технологий в политических избирательных практиках является использование ситуативного подхода, при котором целенаправленно «конструируется» активная общественность при помощи Интернета. Именно в интернет-пространстве, на сегодняшний день, в наиболее удобной форме реализуется модель открытого диалога. «Практически все политические кампании теперь сопровождаются созданием специализированных серверов и веб-сайтов, посредством которых формируется имидж политика (политической акции или организации). Через Интернет ведется агитация, осуществляется коммуникация со сторонниками и т. д.»4. Также интернет-технологии на сегодняшний день остаются сектором, где используются такие знаковые информационные приемы 90-х гг. XX в., как провокации и «информационный шум».

Отличительной особенностью подачи информации в интернет-пространстве, является ее адресность. Именно сетевые интернет-технологии являются на сегодняшний день мощным источником формирования особой политической «субкультуры» со специфическими кодовыми выражениями. В этом информационном поле сегодня появляется реальная возможность для формирования особой микросреды, способной выдвигать собственных «лидеров мнений». В современной российской политике только руководители высшего уровня способны выступать в роли модераторов общественно-политических установок. После отмены прямых губернаторских выборов региональные лидеры заметно сократили взаимодействие с представителями широкой общественности, главной их задачей становится позиционирование не перед населением региона, а перед федеральным центром. Одновременно, в связи с отменой выборов по одномандатным округам наблюдается заметная деперсонализация российского депутатского корпуса. Рейтинг узнаваемости народных избранников резко понизился, один из опросов ВЦИОМ, проведенный в октябре 2008 г., свидетельствует о том, что более 70 % граждан Псковской и Новгородской областей не знают, кто представляет их регион в российском парламенте5. Сделаем предположение о том, что в некоторых регионах России картина выглядит еще более плачевно. На практике это приводит к тому, что большинство российских политических партий не могут использовать «лидерский потенциал» своих руководителей. На последних выборах исключение составила только Единая Россия, избирательный список которой возглавил действующий в тот период Президент Д. Медведев, а также традиционные партии-долгожители: КПРФ и ЛДПР. Поэтому российские политики, действующие в легальном политическом поле, вынуждены ориентироваться в основном на лидеров государства. Это существенно снижает политическое пространство их маневра. В подобных условиях нет необходимости осуществлять двухступенчатую коммуникацию и учитывать микросоциальные связи. В современных условиях основными потребителями со-

244

• Труды Санкт-Петербургского государственного института культуры • 2015 •

Раздел VIII. Политическая и правовая культура

временной российской политической продукции являются жители, проживающие в небольших городах, где нет крупных источников альтернативной информации, способных сыграть роль анти-административного ресурса. Существуют однако, и немалые «зоны риска» для власти. Обычно к их числу относят анклавные полюса бедности и богатства. Эти сектора очень труднодоступны для массовых опросов различных социологических служб; и поэтому прогнозировать электоральное поведение вышеназванных групп крайне затруднительно. Поскольку в последние годы наблюдался значительный экономический рост, то этот аспект проблемы слабо анализировался. Однако, в условиях вялотекущего экономического кризиса в стране неизбежно будут возрастать риски неопределенности. Прежде всего это связанно с тем, что в данных «анклавных секторах» формируются собственные «кодовые выражения», проникновение которых в широкое политическое пространство способно привести к дезорганизации налаженных коммуникативных потоков и возрастанию комплексности.

Итак, можно констатировать, что в России на сегодняшний день реализуются условия для эффективного использования PR-технологий в плане того, что П. Ла-зарсфельд называл «пропагандой достижения социальных целей». Во-первых, произошла монополизация российского информационного рынка. Сохранившиеся альтернативные источники информации зачастую имеют ангажированную позицию («Эхо Москвы», «Дождь», а также ряд печатных изданий), что не поддерживается большей частью электората. Во-вторых, для функционирования эффективной PR-коммуникации, как полагали американские социологи (Р. Мертон, П. Лазарс-фельд и др.) необходимо еще одно важное условие - направление. Только путем целенаправленных PR-акций можно сформировать направление существующих базовых установок граждан. Благодаря монополизации информационных инструментариев массового производства политических мнений появляется возможность направлять базовые установки российского электората в сторону поддержки существующей власти, что мы сейчас и наблюдаем в рамках российской политической культуры.

Примечания

1 Пшизова С. Н. Становление политического рынка как теоретическая проблема: политическая теория, язык и идеология / отв. ред. Н. А. Романович. М.: РАПН, 2008. С. 206.

2 Луман Н. Невероятность коммуникации // Проблемы теоретической социологии. СПб.: СПбГУ, 2000. Вып. 3. С. 43.

3 См.: Katze E., Lazarsfeld P. F. Personal influence. Glencoe: Free Press, 1955.

4 Иванов Д. В. Глэм-капитализм. СПб.: Петерб. востоковедение, 2008. С. 109.

5 См.: Пшизова С. Н. От «гражданского общества» к «сообществу потребителей»: полит. консюмеризм в сравнит. перспективе // Полис. 2009. № 1.

• Том 208 • Социология культуры: опыт и новые парадигмы • Часть 2 •

245