Обеспечение правопорядка в пенитенциарных учреждениях в свете Правил Нельсона Манделы

УДК 343.827

А. А. Павленко

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВОПОРЯДКА В ПЕНИТЕНЦИАРНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ В СВЕТЕ ПРАВИЛ НЕЛЬСОНА МАНДЕЛЫ

Предметом работы являются положения Минимальных стандартных правил ООН в отношении обращения с заключенными 2015 г. («Правил Нельсона Манделы») в аспекте обеспечения безопасности в пенитенциарных учреждениях. Цель работы — сравнительный анализ Правил Нельсона Манделы (далее — ПНМ) и положений Минимальных стандартных правил ООН в отношениицу обращения с заключенными 1955 г. (далее — МСП) и норм российского законодательства в указанной сфере, выявление новелл, значения для пенитенциарной практики и достоинств ПНМ, выработка предложений по совершенствованию отечественного законодательства.

Достоинства ПНМ следует рассматривать в трех аспектах. Во-первых, это включение нового раздела «Обыски заключенных и камер». Во-вторых, раскрытие уже имевшихся понятий и детализация их применения. К таковым следует отнести: закрепление перечня таких мер, равнозначных пытке или другим жестоким, бесчеловечным или унижающим человеческое достоинство видам обращения и наказания; раскрытие понятий «одиночное заключение» и «длительное одиночное заключение»; появление принципов применения средств усмирения. В-третьих, это исключение из перечня запрещенных МСП средств усмирения наручников и смирительных рубашек, использование которые на практике позволяет избежать как причинение заключенным вреда себе или другим, так и применения более суровых мер; а также даже упоминания о возможности дисциплинарных мер, предусматривающих уменьшение рациона питания.

Необходимо отметить, что основная часть положений ПНМ нашла свое отражение в российском уголовно-исполнительном законодательстве. Вместе с тем, отдельные нормы Правил Нельсона Манделы заслуживают внимания для изучения вопроса об их включении в УИК РФ. В первую очередь это касается общих требований к проведению обысков и досмотров, а также раскрытия и детализации понятия «жестокое или унижающее человеческое достоинство обращения с осужденными».

Ключевые слова: Минимальные стандартные правила обращения с заключенными ООН; Правила Нельсона Манделы; обеспечение безопасности в пенитенциарных учреждениях; применение мер взыскания и средств усмирения; интрузивные (проникающие) обыски; жестокие, бесчеловечные или унижающие человеческое достоинство виды обращения и наказания.

A. A. Pavlenko

PROVISION OF LAW AND ORDER IN PENITENTIARY INSTITUTIONS IN LIGHT OF NELSON MANDELA'S RULES

The subject of the work are the provisions of the UN Standard Minimum Rules for the Treatment of Prisoners 2015 ("Nelson Mandela's Rules") in the aspect of ensuring security in penitentiary institutions. The purpose of the work is a comparative analysis of Nelson Mandela Rules (hereinafter referred to as the "NMR") with the provisions of the UN Standard Minimum Rules for the Treatment of Prisoners of 1955 (hereinafter referred

© Павленко А. А., 2017 © PavlenkoA. A., 2017

to as "SMR ") and the norms of Russian legislation in this area, the identification of short stories, the implications for penitentiary practice and the merits of the NMR , development of proposals for improving domestic legislation.

The advantages of the NMR should be considered in three aspects. Firstly, the inclusion of a new section, "Searches for prisoners and chambers ". Secondly, the disclosure of already existing concepts and the details of their application. These include: the consolidation of a list of such measures, equivalent to torture or other cruel, inhuman or degrading treatment and punishment; the disclosure of the concepts of "solitary confinement" and "prolonged solitary confinement" ; the emergence of the principles of the use of restraints. Thirdly, it is the exclusion of restraining handcuffs and straitjackets from the list ofprohibited SMR, the usage of which, in practice, helps to avoid both causing harm to the detainees themselves or others, and the usage of more severe measures; as well as even mentioning the possibility of disciplinary measures of diet reduction.

It should be noted that the bulk of the provisions of the NMR is reflected in Russian criminal enforcement legislation. At the same time, certain norms of Nelson Mandela's Rules deserve attention for studying the question of their inclusion in CEC of Russian Federation. Initially, this concerns the general requirements for conducting searches and searches, as well as disclosing and detailing cruel or degrading treatment of convicts.

Keywords: UN Standard Minimum Rules for the Treatment of Prisoners; Nelson Mandela's Rules; security in penitentiary institutions; application of foreclosure measures and restraints; intrusive (penetrating) search; cruel, inhuman or degrading forms of treatment and punishment.

Подход мирового сообщества к основным принципам обращения с лицами, лишенными свободы, и тенденциям развития пенитенциарной практики находит свое отражение в Минимальных стандартных правилах Организации Объединенных Наций в отношении обращения с заключенными. 17 декабря 2015 г. Резолюцией 70/175 Генеральной Ассамблеи ООН был принят переработанный вариант таких правил, который в знак уважения к наследию покойного президента Южной Африки Нельсона Ролихлахлы Манделы получил название «Правила Нельсона Манделы» [3]. Предыдущие минимальные стандарты ООН обращения с заключенными (далее — МСП) были приняты в 1955 г. и доработаны в 1977 г. [2, с. 38-55].

Вполне закономерно, что часть их положений устарели, они не соответствуют многим принципам в области прав человека, которые закреплены в основополагающих правозащитных документах, появившихся в последние шестьдесят лет.

Принятию Правил Нельсона Ман-делы (далее — ПНМ) предшествовала

длительная и кропотливая работа экспертов [1], которыми был сформирован перечень положений МСП (всего девять), подлежащих обязательному пересмотру. Анализ перечисленных положений указывает, что все они, в той или иной мере, затрагивают вопросы безопасности в пенитенциарных учреждениях. Однако непосредственно к рассматриваемой сфере относятся прежде всего три из них:

- дисциплинарные меры и меры наказания, включая роль медицинского персонала, одиночное заключение и уменьшение рациона питания (п. 27, 29, 31 и 32 МСП);

- расследование всех случаев смерти в заключении, а также любых признаков пыток или бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания заключенных или утверждений о них (п. 7 и предлагаемые п. 44-бис и 54-бис МСП);

- защита и особые потребности уязвимых групп лишенных свободы лиц с учетом обстановки в странах, находящихся в трудных обстоятельствах (п. 6 и 7 МСП).

Здесь необходимо отметить разницу трактовки соотношения понятий «режим» и «безопасность» в международных стандартах обращения с заключенными и российском законодательстве. По «духу» ч. 1 ст. 82 УИК РФ режим в исправительных учреждениях — это прежде всего правопорядок, и безопасность — только одно из восьми основных требований режима. Таким образом, в уголовно-исполнительном законодательстве России содержание понятия «режим» значительно шире понятия «безопасность» [7].

В международных стандартах обращения с заключенными и западноевропейском законодательстве ситуация диаметрально противоположная. Согласно указанным источникам именно потребности безопасности («защиты общества») являются главной целью тюремного заключения, а в основу построения пенитенциарной системы положен принцип изолированного размещения осужденных — по одному или несколько человек в камере. Также выделяется три составляющих безопасности: 1) режим (набор средств и методов, с помощью которых тюремная администрация обеспечивает защиту общества, выполняя решения суда о лишении определенных лиц свободы; 2) поддержание должного порядка (твердый порядок и контроль); 3) применение наказаний (дисциплина и наказание) [9, с. 61-65].

Таким образом, в западных странах основным средством обеспечения безопасности является изоляция осужденных, как внешняя (от общества), так и внутренняя (внутри тюрьмы). В России в настоящее время при сравнимой с зарубежными пенитенциарными учреждениями степени внешней изоляции значительно ниже уровень внутренней изоляции. В основу обеспечения правопорядка в учреждениях УИС положен принцип селекции (от лат. celectio — выбор, отбор), т. е. отбор и распределение осужденных. Именно с учетом различных признаков осужденные распре-

деляются по отрядам в ИУ, что и определяет уровень внутренней изоляции в учреждении [10].

Сравнительный анализ норм Правил Нельсона Манделы и МСП, относящихся к безопасности в пенитенциарных учреждениях, как к правопорядку по российскому подходу, демонстрирует, прежде всего, заметное их количественное увеличение в ПНМ. Так, МСП содержит всего 95 правил, из которых девять (9,4 %) регламентируют правопорядок: шесть составляют раздел «Дисциплина и наказания» (п. 27-32) и еще два — раздел «Средства усмирения» (п. 33-34). Кроме этих разделов, требования к персоналу, обеспечивающему безопасность, и имеющему право «применять насилие» заложены в п. 54 МСП.

В ПНМ подобных положений намного больше. В отличие от МСП специализированных разделов уже не два, а три, а именно: «Ограничения, дисциплина и меры взыскания» (п. 3646), «Средства усмирения» (п. 47-49) и новелла ПНМ — «Обыски заключенных и камер» (п. 50-53). Присутствует в ПНМ и аналог п. 54 МСП — п. 82 раздела «Персонал учреждений». Кроме перечисленных, правила, затрагивающие безопасность, присутствуют и в других разделах этого стандарта, что также является новеллами Правил Нельсона Манделы. К таковым, по нашему мнению, относятся: правило 1, в котором закреплен запрет пыток (подробно будет рассмотрено ниже); правило 60.2, определяющее процедуры досмотра и допуска посетителей, и правило 76, пунктом с) части 1 которого вводится необходимость включения в подготовку тюремного персонала обучение по вопросам «охраны и безопасности, включая концепцию динамической безопасности, применение силы и средств усмирения и обращение с агрессивными правонарушителями, с должным учетом предупредительных методов и методов разрядки ситуации, таких как переговоры и посредничество».

Соответственно, в целом ПНМ содержат уже 22 положение из 122 правил, непосредственно относящихся к обеспечению безопасности в пенитенциарных учреждениях. Таким образом, удельный вес рассматриваемых вопросов в ПНМ по сравнению с МСП вырос более чем в 2 раза — 8,4 % до 18 %, что свидетельствует о признании международным сообществом значимости данной сферы.

Как уже упоминалось, ПНМ начинаются с положения, непосредственно относящегося к обеспечению безопасности. Так, в п. 1 раздела «Основные принципы» закреплено, что «все заключенные должны пользоваться уважительным отношением вследствие присущего им достоинства и их ценности как человеческой личности. Ни один заключенный не должен подвергаться пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания, все заключенные должны быть защищены от них, и никакие обстоятельства не могут служить оправданием для них. Должна постоянно обеспечиваться охрана и безопасность заключенных, персонала, лиц, предоставляющих услуги, и посетителей». Данная норма отражена в ч. 1 ст. 3 УИК РФ: «Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основываются на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными». Личная безопасность осужденных и персонала закреплена в качестве одного из требований режима, перечисленных в ч. 1 ст. 82 УИК РФ.

Сравнение раздела «Ограничения, дисциплина и меры взыскания» ПНМ с

разделом «Дисциплина и наказания» МСП выявляет вновь появившийся в документе 2015 г. аспект (фактор), подлежащий обязательному нормативному закреплению — пункт d) правила 37:«Любые меры принудительного отделения от общего контингента заключенных, как, например, одиночное заключение, изоляция, сегрегация, помещение в карцер или ограничение условий содержания, будь то в качестве дисциплинарного взыскания или для поддержания порядка и безопасности, включая ввод в действие принципов и процедур, регулирующих использование и пересмотр порядка применения и отмены любых мер принудительной изоляции». Значение этой нормы состоит в уменьшении неурегулированных правовыми нормами алгоритмов действий сотрудников пенитенциарных учреждениях. В УИК РФ данные правоотношения отражены в ст. 115-118, регламентирующих основания, виды и порядок применения мер взыскания, в том числе и связанных с изоляцией от общей массы осужденных. Механизм (алгоритм) применения перечисленных норм УИК РФ на подзаконном уровне детализирован в разделах XXII «Особенности содержания в запираемых помещениях осужденных, отбывающих наказания в строгих условиях» и XXIV «Особенности условий содержания осужденных в ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, одиночных камерах» Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений [6].

Также в ПНМ введено положение (п. 38), предписывающее тюремной администрации использовать механизмы предупреждения конфликтов, посредничества или любые иные альтернативные методы разрешения споров для предупреждения дисциплинарных

нарушений или урегулирования конфликтов. Вопросам профилактики правонарушений в учреждениях УИС России посвящена соответствующая ведомственная инструкция [5].

Важное требование введено и п. 39.2 ПНМ: «Тюремная администрация должна обеспечивать соразмерность дисциплинарного взыскания и нарушения, за которые такое взыскание назначается, и вести должный учет всех наложенных дисциплинарных мер». Схожая норма имеется в ч. 1 ст. 117 УИК РФ: «При применении мер взыскания к осужденному к лишению свободы учитываются обстоятельства совершения нарушения, личность осужденного и его предыдущее поведение. Налагаемое взыскание должно соответствовать тяжести и характеру нарушения». Учет взысканий введется в личном деле осужденного.

В связи с ликвидацией в России института самодеятельных организаций обращает на себя внимание п. 40 Правил Нельсона Манделы (аналогичная норма имеется и в п. 28 МСП): «Заключенных не следует назначать в дисциплинарном порядке на работу по обслуживанию самого тюремного учреждения. Однако это правило не должно препятствовать должному функционированию системы самоуправления, при которой ответственность за определенные виды социальной, образовательной или спортивной деятельности возлагается на самих заключенных, которые работают под надзором в составе групп, создаваемых в целях их перевоспитания».

Далее в ПНМ детализирован запрет на ограничения или дисциплинарные взыскания, равнозначные пытке или другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания. Если в МСП (п. 31) к таковым относятся только телесное наказание, заключение в темной камере и расплывчатая формулировка «жестокие, бесчеловечные или унижающие человеческое достоинство виды наказания», то в Правилах Нельсона Манделы уже присутствует четкий перечень таких мер — п. 43.1:

a. одиночное заключение на неопределенный срок;

Ь. длительное одиночное заключение;

а помещение заключенного в камеру без освещения или в постоянно освещаемую камеру;

d. телесное наказание или уменьшение рациона питания или питьевой воды заключенного;

e. коллективное наказание.

В уже упоминаемой ранее ч. 1 ст. 3 УИК РФ содержатся формулировки п. 31 МСП, которые, по нашему мнению, также нуждаются в раскрытии и детализации, по примеру ПНМ.

Кроме того, значительное внимание в Правилах Нельсона Манделы уделено одиночному заключению (п. 44-45). Так, в п. 44 приведена дефиниция понятия «одиночное заключение», под которым подразумевается «ограничение свободы заключенных в течение 22 часов или более в день без содержательных контактов с людьми» и «длительное одиночное заключение» — одиночное заключение в течение срока, превышающего 15 дней подряд». В п. 45.1 изложены условия (в качестве крайней мере в исключительных случаях, в течение как можно более короткого времени, осуществление независимого контроля) и основания его применения (только с санкции компетентного органа, не должно налагаться в силу приговора заключенного). П. 45.2 перечислены категории заключенных, к которым одиночное заключение запрещено применять: страдающие психическим расстройством или имеющих физические недостатки, если принятие таких мер приведет к ухудшению их состояния; женщины и дети.

Считаем, что в российском законодательстве рассматриваемому понятию «одиночное заключение» наиболее соответствует водворение в штрафной изолятор (далее — ШИЗО). В этой связи обозначенные положения ПНМ отражены в полной мере в УИК РФ. Так, водворение осужденных в ШИЗО допускается на срок до 15 суток (п. в) ч. 1 ст. 115 УИК РФ), и не подпадает под

«длительное одиночное заключение», предусмотренное ПНМ; российский порядок применения этой меры и должностные лица ее применяющие (ст. 117 и 119 УИК РФ) соответствуют рекомендациям п. 45.1 Правил Нельсона Манделы.

Определенные вопросы применительно к условиям содержания в ТТТИЗО могут вызывать положение п. 44 ПНМ о таком признаке одиночного заключения, как «ограничение свободы заключенных в течение 22 часов или более в день без содержательных контактов с людьми». В соответствии с ч. 1 ст. 118 УИК РФ осужденные, водворенные в штрафной изолятор, имеют право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью один час. Если эта мера взыскания наложена с выводом на работу (п. 161 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений [6]) или в камере ШИЗО содержатся несколько человек, тогда рассматриваемый признак п. 44 Правил Нельсона Манделы отсутствует, и такое содержание не является «одиночным заключением». Вопросы могут возникнуть при водворении осужденного одного в камере ШИЗО без вывода на работу. Вместе с тем не следует забывать о рекомендательном характере ПНМ, прямо указанном в Предварительном замечании 2 к Правилам 2015 г.

Что же касается категорий лиц, которые не могут быть водворены в ШИЗО, то, по нашему мнению, в ч. 7 ст. 117 УИК РФ их перечень более дифференцирован по сравнению с ПНМ: «осужденные женщины, имеющие детей в возрасте до трех лет в доме ребенка исправительного учреждения, и осужденные женщины, освобожденные от работы по беременности и родам, а также осужденные, являющиеся инвалидами I группы».

Особого внимания заслуживает в ПНМ отсутствие даже упоминания о возможности дисциплинарных мер, предусматривающих уменьшение рациона питания. Подобная возможность

имела место в п. 32.1 МСП. Необходимо отметить, что в ч. 4 ст. 118 УИК РФ ранее также содержалась подобная норма: «Во время содержания осужденных в штрафном изоляторе, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа или одиночных камерах питание неработающих осужденных осуществляется по пониженным нормам. С учетом медицинского заключения питание этих осужденных может осуществляться по обычным нормам». Однако в соответствии с Федеральным законом от 08.12.2003 № 161-ФЗ ч. 4 ст. 118 УИК РФ утратила силу.

При сравнении раздела «Средства усмирения» Правил Нельсона Манделы (п. 47-49) с одноименным разделом МСП (п. 33-34) обращает на себя внимание отсутствие в ПНМ перечня подобных средств, которые запрещается использовать в качестве наказания, присутствующего в п. 33 МСП: наручники, кандалы, смирительные рубашки или цепи. Общим в обоих документах остается запрет на использование кандалов и цепей в качестве средств усмирения, при этом в рассматриваемое положение ПНМ (п. 47.1) дополнено термином «или других средств усмирения, которые по своей природе являются унижающими достоинство или болезненными».

В ПНМ ограничено (с трех до двух) количество оснований применения средств усмирения, за счет исключения, по сравнению с МСП, случаев «по причинам медицинского характера и по указанию врача». Вместе с тем, если в МСП определение методов и способов применения данных мер возлагалось на центральное тюремное управление (п. 34), то Правила Нельсона Манделы дополнены указанием на необходимость нормативного закрепления ситуаций использования других (кроме кандалов, цепей или других средств усмирения, которые по своей природе являются унижающими достоинство или болезненными (п. 47.1) средств усмирения — «если это разрешено законом» (п. 47.2).

В этой связи обращает на себя внимание исключение из перечня средств усмирения в Правилах Нельсона Манделы (п. 47) смирительных рубашек, которые относились к таковым в МСП (п. 33). К сожалению, по российскому законодательству смирительные рубашки были запрещены в УИС в начале 90-х гг. XX в. как элемент так называемой «карательной психиатрии». Данный запрет представляется нам необоснованным. Считаем, что п. 47 ПНМ, хотя и косвенно, но все же признает легитимность применения наручников и смирительных рубашек в качестве средств усмирения в четко нормативно оговоренных ситуациях. В России рассматриваемый вопрос на законодательном уровне регламентирован ст. 86 УИК РФ и, особенно, главой V «Применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия» Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы». В ст. 30 этого Закона приведены основания применения специальных средств, а также их перечень. Необходимо отметить, что изменения, внесенные 28.12.2016 в Закон РФ от 21.07.1993 № 5473-1, включили в указанный перечень иные средства ограничения подвижности, к которым, по нашему мнению, следует отнести и смирительные рубашки.

Важной новеллой Правил Нельсона Манделы является появление принципов применения средств усмирения. Если в МСП требования к их применению ограничивались одной фразой «эти средства не следует применять дольше, чем это представляется необходимым» (п. 34), то в ПНМ этому вопросу посвящено отдельное правило — п. 48. Так, в части 1 этого правила, кроме указания на временной показатель применения средств усмирения (пункт с)), приведены также требования применения их в качестве крайней меры, когда менее жесткие формы контроля оказываются недейственными для устранения рисков,

связанных с перемещением без каких-либо ограничений (пункт а)) и стремление к тому, чтобы метод усмирения был наименее жестким из тех, что необходимы и разумно приемлемы для контроля за перемещением заключенного, с учетом уровня и характера возникающих рисков (пункт Ь)). Часть 2 правила 48 ПНМ содержит запрет на применение подобных мер «к женщинам во время родовых схваток, при родах и сразу после родов».

Таким образом, анализ положений п. 48 ПНМ позволяет полагать, что в них основной сферой применения средств усмирения является перемещение заключенных или, пользуясь российской терминологией, «конвоирование».

В Законе РФ от 21.07.1993 № 5473-1 рассматриваемые принципы п. 48 ПНМ нашли свое отражение, причем в более развернутом виде, в ст. 28.1 «Порядок применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия».

Уже указанной выше новеллой Правил Нельсона Манделы является раздел «Обыски заключенных и камер» (пп. 50-53). Следует отметить, что в МСП вопросы обысков и досмотров не рассматривались вообще. В п. 50 ПНМ определены требования к проведению обысков: обеспечение уважения человеческого достоинства и неприкосновенности частной жизни обыскиваемого лица, а также соблюдение принципов соразмерности, законности и необходимости. Также запрещается использовать обыска в целях запугивания, устрашения или неоправданного посягательства на неприкосновенность частной жизни заключенного (п. 51). Далее указывается на необходимость составления и хранения соответствующей документации, включающей в себя отчеты об обысках, в частности об обысках с полным раздеванием и обследованием полостей тела и обысках камер, причины проведения этих обысков, информацию о проводивших их лицах и результаты обысков (п. 51). Ко всем таким документам

должен быть обеспечен доступ заключенных, кроме того, им должно быть разрешено иметь в своем распоряжении такие документы без доступа со стороны тюремной администрации (п. 53).

В Правилах Нельсона Манделы закрепляются основания и условия проведения интрузивных (проникающих) обысков, а также рекомендации по выработке альтернативы подобных обысков (п. 52.1), требование обязательного проведение обысков с обследованием полостей тела только квалифицированными медицинскими специалистами (п. 52.2).

Положения п. 60.2 ПНМ также допускают возможность обысков и досмотров посетителей. При этом подобные процедуры не должны быть унизительными и должны регулироваться общими принципами, изложенными. Кроме того, следует избегать обысков с обследованием полостей тела и никогда не проводить таких обысков в отношении детей.

Обозначенные рекомендации ПНМ заслуживают внимания для изучения вопроса об их включении в УИК РФ. В первую очередь это касается общих требований к проведению обысков, правовое регулирование которых в настоящее время свелось ко всего двум фразам в ч. 5 ст. 82 УИК РФ: «Личный обыск проводится лицами одного пола с осужденными. Обыск жилых помещений при наличии в них осужденных допускается в случаях, не терпящих отлагательства». Все остальные аспекты обысков содержатся ведомственной инструкцией Минюста России 2015 г., разработанной в соответствии с ч. 7 ст. 82 УИК РФ, и имеющей гриф «дсп». Хотя обыски осужденных являются режимными и имеют существенные отличия от процессуального личного обыска (ст. 184 УПК РФ) [8], считаем целесообразным включить в УИК РФ более широкий круг вопросов, относящихся к данным мероприятиям, и не нуждающихся в ограничительном доступе, взяв за основу положения ст. 182 УПК РФ «Основа-

ния и порядок производства обыска». К таким предлагаем отнести цели проведения обысков и досмотров, их виды, перечень и полномочия лиц, привлекаемых к проведению обыска (досмотра). Аргументом в пользу высказанного предложения является рассмотрение судами заявлений осужденных о признании недействующими приказов по организации и порядку производства обысков в учреждениях УИС, несмотря на гриф «дсп» последних [4].

Следует согласиться с В. А. Уткиным, что Правила Нельсона Манделы являются несомненным шагом вперед по сравнению с Минимальными стандартными правилами ООН в отношении обращения с заключенными 1955 г. в политическом, информативном, стимулирующем и других аспектах [10]. За 60 лет действия этих правил в мире произошли глобальные изменения, и некоторые положения этих правил по ряду позиций уже не отвечали пенитенциарной политике и практике развитых государств в сфере обеспечения правопорядка в уголовно-исполнительных учреждениях. Достоинства ПНМ в обозначенном контексте следует рассматривать в трех аспектах.

Во-первых, это включение нового раздела «Обыски заключенных и камер», который призван определить общий подход к постоянно возникающим проблемам в данной сфере.

Во-вторых, раскрытие уже имевшихся понятий и детализация их применения. К таковым следует отнести: закрепление перечня таких мер, равнозначных пытке или другим жестоким, бесчеловечным или унижающим человеческое достоинство видам обращения и наказания (п. 43.1); раскрытие понятий «одиночное заключение» и «длительное одиночное заключение»(п. 4445); выделение принципов применения средств усмирения (п. 48).

В-третьих, это исключение из перечня запрещенных МСП средств усмирения наручников и смирительных рубашек, использование которых на

практике позволяет избежать как причинения заключенными вреда себе или другим, так и применения более суровых мер, а также исключение возможности применения дисциплинарных мер, предусматривающих уменьшение рациона питания.

Необходимо отметить, что основная часть положений Правил Нельсона Манделы нашла свое отражение в рос-

сийском уголовно-исполнительном законодательстве. Вместе с тем, отдельные нормы ПНМ заслуживают внимания для изучения вопроса об их включении в УИК РФ. В первую очередь это касается общих требований к проведению обысков и досмотров, а также раскрытия и детализация жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными.

Литература

1. Краткий отчет совещания группы экспертов о Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными, проведенное в Эссекском университете, 20 ноября 2012 г. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://www.penalreform. org/wp-content/uploads/2013/05/ RUSSIAN-Summary-of-Expert-Meeting-at-University-of-Essex-SMR-20-November-2012.pdf (дата обращения — 15.06.2017).

2. Минимальные стандартные правила обращения с заключенными. Приняты на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, состоявшемся в Женеве в 1955 году, и одобрены Экономическим и Социальным Советом в его резолюциях 663 С (XXIV) от 31 июля 1957 года и 2076 (LXII) от 13 мая 1977 года // Защита прав человека в местах лишения свободы : сб. нормативных актов и официальных документов. — М.: Юриспруденция, 2003.

3. Минимальные стандартные правила ООН в отношении обращения с заключенными («Правила Нельсона Манделы»). Приняты на двадцать четвертой сессии Комиссии по предупреждению преступности и уголовному правосудию, состоявшейся в Вене 18-22 мая 2015 году, и одобрены Резолюцией 70/175 Генеральной Ассамблеи ООН от 17 декабря 2015 года [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://www.unodc.org/documents/justice-and-prison-reform/SMR brochures/UN_Standard_Minimum_Rules_for_the_Treatment_ of_Prisoners_the_Nelson_Mandela_Rules-R.pdf (дата обращения — 15.06.2017).

4. Об оставлении без удовлетворения заявления о признании недействующим приказа Министерства юстиции РФ от 25.08.2006 № 268-дсп «Об утверждении Наставления по организации и порядку производства обысков и досмотров в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, на режимных территориях, транспортных средствах» (в целом и частично пункта 107 Наставления): решение Верховного суда РФ от 18.06.2012 по делу № АКПИ12-543 // СПС «КонсультантПлюс».

5. Об утверждении Инструкции по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы: приказ Минюста России от 20.05.2013 № 72 (ред. от 15.08.2016) // СПС «Консультант Плюс».

6. Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений: приказ Минюста России от 16.12.2016 № 295 (ред. от 06.07.2017) // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

7. Павленко, А. А. Личные обыски и досмотры осужденных: правовое регулирование и проблемы привлечения к их осуществлению медицинских работников // Вестник Кузбасского института. — 2011. — № 1 (4).

8. Права человека и пенитенциарные учреждения :учебное пособие по правам человека для персонала пенитенциарных учреждений. — Женева: Управление Верховного комиссара ООН по правам человека, 2000.

9. Уткин, В. А. Роль «тюремных начал» в современной пенитенциарной системе России // Правовые проблемы укрепления российской государственности : сб. статей. — Ч. 27. — Томск: Изд-во Том. ун-та, 2005.

10. Уткин, В. А. Правила Нельсона Манделы: новые акценты и значение // III Международный пенитенциарный форум «Преступление, наказание, исправление» (к 20-летию вступления в силу Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации) : сб. тез. выступ. и докл. участников (г. Рязань, 21-23 нояб. 2017 г.) : в 8 т. — Рязань : Академия ФСИН России, 2017. — Т. 1 : Материалы пленарного заседания.

Сведения об авторе

Павленко Андрей Анатольевич: ФКУ ДПО Томский ИПКР ФСИН России (г. Томск, Российская Федерация), доцент кафедры исполнения наказаний, не связанных с лишением свободы, и правового обеспечения деятельности УИС, кандидат юридических наук. E-mail: a.pav@list.ru

Information about the author

Pavlenko Andrey Anatolevich: the Tomsk IPKR of the FPS of Russia (Tomsk, Russian Federation), associate professor of the Chair of Execution of Punishments not Related to Deprivation of Liberty and Legal Support of the Penal System, сandidate of law. E-mail: a.pav@list.ru

УДК 343.847.5

В. Б. Шабанов, О. П. Александрова, Л. Ю. Буданова

МЕРЫ ВОЗДЕЙСТВИЯ, ПРИМЕНЯЕМЫЕ К ОСУЖДЕННЫМ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ НАКАЗАНИЙ В ВИДЕ ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ И ОБЯЗАТЕЛЬНЫХ РАБОТ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

Действующая система мер воздействий, применяемая к осужденным без изоляции от общества, в том числе к исправительным и обязательным работам, в настоящее время нуждается в совершенствовании в связи с ежегодно возрастающим количеством нарушений порядка и условий отбывания данных наказаний, допускаемых осужденными, в то время как количество замены судом наказаний без изоляции от общества лишением свободы подлежит снижению. Целью указанной статьи является рассмотрение отдельных проблем, возникающих при принятии уголовно-исполнительными инспекциями ФСИН России мер воздействия к осужденным, допускающим нарушения порядка и условий отбывания наказания в виде исправительных или обязательных работ. Методология исследования базируется на диалектическом методе научного познания объективной действительности, с позиции которого объект и предмет исследования рассматриваются комплексно, в развитии и взаимосвязи, взаимообусловленности, взаимопроникновении социальных явлений. В результате проведенного исследования сформулированы выводы, способствующие выбору эффективных мер воздействия при реформировании уголовно-

© Шабанов В. Б., Александрова О. П., Буданова Л. Ю., 2017 © Shabanov V. B., Aleksandrova O. P., Budanova L. Yu., 2017