БСК вернулась государству

Апелляционный суд поставил точку в вопросе деприватизации крупнейшего в России производителя соды — Башкирской содовой компании. Теперь почти 96% предприятия перейдут Росимуществу, а ее мажоритарию «Башхиму» остается только обжаловать решение в кассации. Но собеседники “Ъ” в отрасли считают, что дальнейшее оспаривание маловероятно. Юристы согласны с тем, что шансы на успех в кассации невелики, и считают созданный прецедент по изъятию имущества опасным.

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

18-й Арбитражный апелляционный суд подтвердил решение первой инстанции об истребовании акций АО «Башкирская содовая компания» (БСК; на данный момент — 57,18% у «Башхима», 38,28% — у Башкирии), отклонив жалобы «Башхима», ООО «Торговый дом "Башкирская химия"» и БСК. Теперь права собственности на 95,72% обыкновенных именных акций БСК, которая занимает более 80% рынка соды в России, перейдут Росимуществу. Остальные акции останутся у миноритариев, которые не участвовали в первичной приватизации активов. Как поясняет Кирилл Никитин из Vegas Lex, после апелляции решение суда вступило в законную силу.

Вопрос об изъятии БСК у действующих акционеров возник летом 2020 года после массовых общественных протестов из-за начала разработки структурами содовой компании заповедных известковых гор — шиханов — в качестве источника сырья. Компания много лет заявляла об истощении действующего месторождения Шахтау и просила выделить ей один из трех оставшихся в Башкирии шиханов — Куштау. Региональные власти предлагали несколько альтернатив, которые компания отвергала по экономическим соображениям. В итоге в 2018 году глава Башкирии Радий Хабиров согласился передать компании Куштау, но началу работ на горе в 2020 году помешали активисты. Тогда региональные власти пошли на попятную, объявив Куштау памятником природы. Параллельно встал вопрос о передаче контроля над БСК республике. В конце лета решение проблем вокруг БСК перешло на высший уровень. В итоге 26 августа президент Владимир Путин поручил провести прокурорскую проверку сделки 2013 года, в результате которой государство утратило контроль над БСК, а спустя чуть больше недели Генпрокуратура нашла повод национализировать компанию.

Основным аргументом Генпрокуратуры и суда для изъятия акций БСК стало признание незаконной первичной приватизации активов, которые в 2013 году стали основой существующего предприятия.

Тогда Башкирия, которой принадлежало 61,65% в ОАО «Сода» и 34,79% в ОАО «Каустик», договорилась с «Башхимом» (владел 34,82% «Соды» и контролировал «Каустик», а также Березниковский содовый завод) об их слиянии с образованием БСК.

В «Башхиме» не стали комментировать, будет ли компания оспаривать решение суда. Связаться с основными акционерами «Башхима» Дмитрием Пяткиным и Сергеем Черниковым не удалось. В интервью “Ъ” 15 октября 2020 года Дмитрий Пяткин одним из вариантов проведения национализации считал реституцию, то есть восстановление состояния активов до сделки 2013 года. В БСК “Ъ” пояснили, что решение суда об истребовании акций — первый подобный судебный прецедент.

Даже если ответчики обратятся в кассацию, вероятность отмены решения крайне мала, говорит Ирина Беседовская из юридической компании РКТ. Она считает, что принятые судебные акты могут повлечь за собой негативную тенденцию оспаривания приватизационных сделок: тем более суд, приняв сторону Генпрокуратуры, указал, что отсчет срока исковой давности начинается с момента проведения прокурорской проверки.

Впрочем, говорят источники “Ъ”, знакомые с ситуацией, бывшие акционеры БСК почти наверняка не будут оспаривать решение суда, так как «это может грозить для них самих дополнительными проблемами».

Они напоминают, что переход БСК в федеральную собственность не решит вопрос обеспечения сырья. По их мнению, чтобы снять социальную напряженность вокруг шиханов, государство может пойти на разработку месторождений, которые БСК считала экономически неэффективными.