Орел ссыльным не верит

Администрация Орла отказалась исполнять решение суда о постановке на жилищный учет Юрия Широкова — сына репрессированной жительницы города. Ранее Конституционный суд указывал, что всех «детей ГУЛАГа» должны принимать на жилищный учет в родных местах «без каких-либо условий»; суд в Орле поддержал эту позицию. Однако городские чиновники заявили, что родившийся в ссылке господин Широков должен иметь регистрацию в Орле и проживать там. Представляющий интересы «детей ГУЛАГа» юрист Григорий Вайпан указывает, что вопрос жилья для репрессированных должен быть решен на федеральном уровне, но Госдума уже почти четыре года уклоняется от принятия нужных поправок. Депутат Ярослав Нилов сообщил, что работа над поправками, несмотря на все сложности, продолжается. Глава президентского Совета по правам человека Валерий Фадеев заявил “Ъ”, что проблема обусловлена исключительно «прагматическим финансовым вопросом».

Евгения Шашева, Алиса Мейсснер и Елизавета Михайлова

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

В июле 2022 года житель Волгодонска Юрий Широков попросил администрацию Орла принять его и супругу на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях. Господин Широков указал, что является реабилитированным — он родился в ссылке в Казахстане, где отбывала наказание его мать, дважды репрессированная в 1940–1950-х годах. До ареста она проживала в Орле. В 1992 году женщина и сын были реабилитированы; по закону «О жертвах политических репрессий» они имеют право на жилье в городе, где семья проживала на момент ареста.

В сентябре 2022 года чиновники ответили господину Широкову отказом — «в связи с отсутствием регистрации по месту жительства в городе Орле». Тогда он обратился в Советский районный суд Орла — потребовал признать, что решение мэрии является незаконным и «нарушает право истцов быть обеспеченными жилыми помещениями по прежнему месту жительства». В июле этого года иск господина Широкова был удовлетворен. Судья обязал чиновников поставить мужчину на учет «в качестве нуждающегося в жилых помещениях по категории реабилитированных лиц в связи с репрессиями».

Однако администрация Орла отказалась исполнять решение суда.

В официальном письме (скан документа есть в распоряжении “Ъ”) чиновники заявили, что повторно рассмотрят вопрос его постановки на жилищный учет «в случае возвращения для проживания в город Орел».

«Конституционный суд в 2019 году признал это требование неконституционным,— напомнил в беседе с “Ъ” юрист Григорий Вайпан, представляющий интересы Юрия Широкова и других реабилитированных.— КС прямо указал, что всех "детей ГУЛАГа" должны принимать на жилищный учет без каких-либо условий. С тех пор в некоторых регионах, в частности в Москве, власти не спорят и ставят "детей ГУЛАГа" на учет. В других регионах нам приходится добиваться этого через суд, но везде мы рано или поздно выигрываем». Ситуацию в Орле юрист назвал «из ряда вон выходящей», поскольку чиновники рассматривают заявление его доверителя «по общим нормам местного законодательства, а не по категории реабилитированных». «Мы получим исполнительный лист и будем исполнять его принудительно через приставов. Кроме того, обратимся в суд с заявлением о наложении судебного штрафа на чиновников, не исполняющих решение суда»,— заявил господин Вайпан. Получить комментарий администрации Орла “Ъ” не удалось.

Григорий Вайпан считает, что подобный «произвол на местах» вызван отсутствием федерального закона, регулирующего порядок предоставления жилья жертвам советских репрессий. «КС еще в 2019 году предписал Госдуме внести изменения в закон о реабилитации и предусмотреть единый для всей страны порядок обеспечения "детей ГУЛАГа" жильем. Этот закон до сих пор не принят»,— подчеркнул юрист.

Как ранее писал “Ъ”, в 2020 году правительство внесло в Госдуму свой вариант «жилищного» законопроекта. Однако правозащитники указали, что он является, по сути, формальностью: чиновники предложили ставить репрессированных в общую очередь на жилье, которая в ряде регионов занимает несколько десятков лет ожидания. После критики инициатива была законсервирована, не дойдя до рассмотрения во втором чтении.

«Ситуация сложная. С одной стороны, есть решение КС, которое не говорит про изменение полномочий субъектов. То есть для того, чтобы передать эти полномочия на федеральный уровень, нужно вносить изменения и в другой закон. Второе — вопрос, связанный с финансированием,— прокомментировал “Ъ” ситуацию с поправками глава комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов.— Подготовленный в рамках решения КС текст поправок не устраивает ни общественные организации, ни адвокатов, ни членов Совета федерации и депутатов. Поэтому работа над текстом продолжается, пытаемся найти компромиссный вариант». Однако депутат подчеркнул, что, несмотря на сложности в работе с изменением существующего законодательства, жертвы репрессий могут получить жилье уже сейчас:

«Несмотря на то что законом это не определено, вступившее в законную силу решение Конституционного суда уже действует. В рамках общей очереди эти квартиры уже выдаются. То есть вне зависимости от закона эта норма уже работает».

Отметим, в июле в Краснодаре вступило в силу решение суда о выплате компенсаций семье греков Панаетиди, репрессированной в советское время. «Дети ГУЛАГа» получат от государства деньги для приобретения жилья в Северском районе Краснодарского края, откуда их родителей выслали в ходе депортации греков 1942 года. Ранее Панаетиди добились постановки на очередь для получения льготного жилья, но оказалось, что она практически не двигается. Поэтому им пришлось еще раз обратиться в суд, чтобы добиться денежной компенсации из краевого бюджета.

Глава президентского Совета по правам человека Валерий Фадеев считает, что вопрос о поправках лежит в экономической плоскости. «Эта проблема обсуждалась с президентом еще два года назад (в 2021 году более 100 общественных и культурных деятелей обратились к руководству России по вопросу жилья для репрессированных.— “Ъ”). Законодатели поддерживают идею предоставления жилья собственно пострадавшим — их осталось очень мало, и это не вопрос для региональных бюджетов. Но когда мы говорим об их детях, речь идет о больших деньгах — придется отодвигать других людей, стоящих в очереди. Такой политики, что мы ни в коем случае не дадим детям репрессированных жилье, нет. Здесь прагматический финансовый вопрос»,— заключил господин Фадеев.