2018. 04. 028. Ян К. Ш. Ч. Когда Евангелие встречает китайскую мечту: религиозная свобода и "золотое правило". Yan K. S. Ch. When the Gospel meets the China dream: religious freedom and the Golden rule // International Bulletin of mission research. - London, 2018. - vol. 42 (3). - p. 212-219

тельство, моральное доказательство и др. В некоторых из них анализируются версии ранее уже рассмотренных доказательств, в которых, по мнению автора книги, поднимаются новые и интересные темы.

Глава 9 «Альтернативы теистическим доказательствам» (с. 214-237) трактует другие попытки доказательств в пользу теизма. Здесь рассматриваются два известных аргумента: «пари Паскаля» и «Воля к вере» У. Джеймса с сопутствующими возражениями и ответами на них. Наконец, в главе 10 «Общее заключение» (с. 238-259) рассматриваются вопросы: насколько важен вопрос о существовании Бога? Доказывают ли теистические доказательства существование Бога? Рассматривая этот вопрос, С. Дэвис приходит к выводу, что Он должен быть трансцендентным, личностью, разумным, морально благим, сострадающим, обладать бесконечным знанием. И существует только одно такое сущее, а не семь (с. 251252). Заканчивается книга разделом «Ценность теистических доказательств», в котором, рассмотрев аргументы «за» и «против», автор книги говорит о ценности обсуждения теистических доказательств; он «...даже убежден, что успешные теистические доказательства существуют» (с. 258).

Г.В. Хлебников

2018.04.028. ЯН К.Ш.Ч. КОГДА ЕВАНГЕЛИЕ ВСТРЕЧАЕТ КИТАЙСКУЮ МЕЧТУ: РЕЛИГИОЗНАЯ СВОБОДА И «ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО».

YAN K.S.Ch. When the Gospel meets the china dream: Religious freedom and the golden rule // International bulletin of mission research. -London, 2018. - Vol. 42 (3). - P. 212-219.

Ключевые слова: католицизм; христианство; Китай; межрелигиозный диалог; миссионерство; конфуцианство; «золотое правило»; инкультурация; синизация; социальная гармония; дружба; диалог цивилизаций; «китайская мечта».

Автор статьи К. Ш. Ч. Ян, являющийся верующим католиком и китайцем по национальности, рассматривает проблемы распространения христианства в КНР и перспективы взаимоотношений властей страны со Святым престолом.

В ст. 36 конституции Китая говорится, что граждане Китая имеют свободу вероисповедания и «никакие государственные органы, общественные организации или частные лица не могут принудить граждан исповедовать или не исповедовать какую-либо религию; не могут дискриминировать граждан за исповедание религии». Вместе с тем, подчеркивает автор, в этом пункте Конституции также указывается: «Государство защищает нормальную (normal) религиозную деятельность. Никто не может использовать религию для участия в деятельности, которая нарушает общественный порядок, вредит здоровью граждан или наносит ущерб образовательной системе государства. Религиозные органы и религиозная деятельность свободны от иностранного контроля». Статья 18 Всеобщей декларации прав человека ООН утверждает принцип свободы мысли, совести и религии, что предполагает возможность менять свои религиозные убеждения, а также «исповедовать свою религию... публичным или частным порядком в учении, богослужении и выполнении религиозных и ритуальных порядков».

Сравнивая рассмотренные заявления, К.Ш.Ч. Ян отмечает, что их различие заключается в том, что конституция Китая делает акцент на защите, стремлении избежать иностранной гегемонии, тогда как в декларации ООН подчеркивается свобода проявлять религиозные убеждения. То есть один документ фокусируется «внутрь, на защиту», а другой направлен «наружу, на проявление», в чем, по мнению автора, находит выражение культурное различие между Востоком и Западом. К.Ш.Ч. Ян указывает, что на Западе «золотое правило» нравственности выражается в позитивной форме, в соответствии со словами Иисуса Христа: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними» (Мф. 7.12). Тогда как для Китая характерна негативная формулировка этого принципа, которую дает Конфуций: «Не делай другим того, что не хочешь, чтобы другие делали тебе». Именно с этими отличиями менталитета автор связывает то, что, например, в сфере международных отношений Китай стремится не вмешиваться во внутренние дела других государств, тогда как внешняя политика США заключается в том, чтобы оказать давление на другие страны, с тем чтобы они приняли присущие США ценности (с. 213).

Автор также рассматривает документ «Христианское свидетельство в мультирелигиозном мире: рекомендации к поведению»

(«Christian Witness in a Multi-religious World: Recommendations for Conduct»), подписанный в 2011 г. тремя авторитетными христианскими организациями - Папским советом по межрелигиозному диалогу, Всемирным советом церквей и Всемирным евангелическим альянсом. В документе право на религиозную свободу обосновывается с позиций христианского вероучения, а также, в частности, указывается на то, что религия не должна использоваться для достижения политических целей, что является важным принципом при попытках выстраивания конструктивных отношений между Китаем и Ватиканом. Особое внимание в документе уделяется осмыслению соотношения прокламации, т.е. стремления к распространению своей веры, и уважительного диалога с другими культурами. К примеру, пятидесятники утверждают максимально широкую и прямую проповедь как свою религиозную обязанность, в рассматриваемом же документе отмечается, что миссия всегда связана с некоторыми обязательствами и ограничениями, а распространение своей веры лучше всего осуществлять в рамках открытого и уважительного диалога с представителями других религий и культур (с. 213-214).

Важной составляющей миссионерской деятельности с точки зрения Католической церкви является «инкультурация», которая предполагает творческий процесс вхождения евангельской вести в различные самобытные культуры при сохранении целостности христианской веры. С этим понятием, указывает автор, можно соотнести принцип «синизации» («sinicization»), т.е. интеграции в китайскую культуру или выражения каких-либо явлений с китайской спецификой. Также при проповеди христианского вероучения может иметь место «интеркультурация» (interculturation), предполагающая процесс взаимного влияния евангелизирующих и еванге-лизированных культур. Китайские власти, считает автор, не делают достаточно для утверждения принципа религиозной свободы, а многие эксперты скептически относятся к попыткам развития диалога КНР с Римско-католической церковью. Вместе с тем, отмечает К.Ш. Ч. Ян, такой диалог может быть перспективным, если будет опираться на принципы «синизации» / «инкультурации» и «интер-культурации» (с. 214-215). В этом контексте автор указывает на то, как христианство было воспринято и творчески осмыслено греческой культурой, показывает, как учение об инь-ян может быть ис-

пользовано для понимания догмата о Троице, а также приводит в качестве положительного примера диалога христианства с конфуцианством деятельность М. Риччи (Matteo Ricci) (1552-1610), выдающегося представителя западной культуры своего времени, который внес большой вклад в распространение католицизма в Китае (с. 215-216).

Президент Си Цзиньпин в своем выступлении 20 мая 2016 г. изложил новую политику по отношению к религиям в Китае, указав, что деятельность религиозных общин должна (1) активно способствовать адаптации к социалистическому обществу, (2) руководствоваться принципами синизации и верховенства закона, (3) направляться на содействие экономическому развитию, социальной гармонии, культурному процветанию, национальному единству (с. 215). По мнению автора, диалог между Китаем и Святым престолом может основываться на том, что ценности «китайской мечты» - дружба, гармония, равенство, процветание, цивилизация -соответствуют чаяниям христиан, что находит подтверждение во многих папских энцикликах, посвященных направлениям и задачам деятельности Римско-католической церкви в условиях современного мира. При этом К.Ш.Ч. Ян считает важным сознавать, что Католическая церковь рассматривает инкультурацию с духовной и религиозной точек зрения, тогда как китайские власти - с политической и административной. Хотя эти позиции различаются между собой, включают разные сферы компетенции, можно ставить общие цели, достижение которых будет полезно для обеих сторон и позволит внести вклад в процветание человечества в целом. Автор заключает: «Наша мечта как христиан заключается в том, чтобы исполнить желание Иисуса и объединиться в нашем многообразии. Для достижения этой цели необходим диалог. Диалог - это не средство для достижения цели, а способ нашего существования в этом мире, потому что он соответствуют жизни Бога-Троицы. Троица - это отношения; это бесконечный диалог» (с. 218).

С.В. Мельник