Юридический факт как предпосылка возникновения правозащитного отношения

A.T. RAGIMOV*

CAUSAL FACT AS THE PRECONDITION OF HUMAN RIGHTS RELATIONS

УДК 340.11 ББК 67.021 Р14

Аннотация: в статье анализируется роль юридического факта в системе предпосылоквозникновения правозащитного отношения, делается вывод о том, что правозащитный факт, обусловив динамические процессы, возникающие между правозащитными полномочиями человека и правозащитными обязанностями государству служит предпосылкой возникновения правозащитного отношения.

Ключевые слова: юридический факт, правозащитный факт, предпосылка, динамический процесс, событие, действие, состояние

АЗАДИ

ТАГИРОВИЧ

РАГИМОВ*

ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКТ КАК ПРЕДПОСЫЛКА ВОЗНИКНОВЕНИЯ ПРАВОЗАЩИТНОГО ОТНОШЕНИЯ

Annotation: the article deals with causal fact as the precondition of human rights relations. The author points out that the human rights fact, having caused the dynamic processes arising between human rights powers of the person and human rights duties of the state, is preconditions of the human rights relation.

Key words: causal fact, human rights fact, precondition, dynamic process, event, action, condition.

Необходимым основанием возникновения правозащитного отношения выступает юридический факт, который можно назвать правозащитным.

В правоведении считается общепризнанным, что юридические факты - это конкретные жизненные обстоятельства, с которыми нормы права связывают возникновение, изменение и прекращение правоотношений. «Юридическими фактами, - пишет С.Ф. Кечекьян, - ... являются факты или события, с наличием которых нормы права связывают наступление определенных юридических последствий...»1. К числу юридических фактов относятся только те обстоятельства, которые поддаются правовой оценке. По мнению В. Б. Исакова, «именно в результате юридической квалификации фактическое обстоятельство признается юридическим фактом, официально приобретает качество юридического факта»2.

В теории права и государства все юридические факты классифицируются на события, действия и состояния3. Эту классификацию следует признать обоснованной и универсальной. Она охватывает собой и факты-модели, к которым относятся правоприменительные акты (например, обвинительный приговор суда)4, и факты, выраженные в виде соответствующих правоотношений (например, трудовое отношение является юридическим фактом для получения служебной жилплощади)5. Способность правоотношения выполнять функцию юридического факта отмечал Ю.К. Толстой. По его мне-

* Кандидат юридических наук, профессор кафедры теории государства и права (Дагестанский государственныйуниверситет). E-mail: editor@academiust.rvazantelecom.ru.

Вопросы теории

Вопросы теории

нию, во многих случаях «само правоотношение выступает в качестве юридического факта»6. Значительное число специалистов к юридическим фактам относит и наделение лиц право-субъектностьюпутем издания и введения в действие соответствующих нормативно-правовых актов7.

Однако разнообразие, а иногда и сложная природа юридических фактов не должны приводить к выводам об их тождественности с объектами правоотношений. Именно такая тенденция просматривается в утверждении А.П. Ду-дина о том, что «юридический факт как момент правового бытия есть непосредственное выражение интересов людей, субъектов правоотношения, а правовые нормы, субъективные права и обязанности - опосредованное выражение этих интересов»8. Исходя из этого положения автор приходит к выводу о том, что юридический факт - это «важнейшая составная часть самого правоотношения, необходимыйэлемент его внутренней структуры»9. Однако более обоснована та точка зрения, согласно которой не юридические факты, а объекты правоотношений непосредственно выражают интересы участников правоотношений10. Что касается юридических фактов, то они всего лишь необходимое обстоятельство (звено в цепи) для возникновения юридической связи, посредством которой заинтересованные в ней лица и достигают удовлетворения интересов путем пользования соответствующими юридическими и фактическими свойствами объекта (благами).

Исследуяправозащитные отношения, А.В. Стре-моухов установил, что к числу юридических фактов, порождающих правозащитные отношения, «необходимо отнести разнообразные жизненные обстоятельства (факты-события, факты-состояния и факты-действия), которые стали поводом для охраны соответствующих прав человека или причиной их защиты»11. Следовательно, он не видит различий между правоохранительными и правозащитными юридическими фактами, вследствие чего от его внимания ускользает то, что первые вызывают к жизни охранительные правоотношения, а вторые - правозащитные. Между тем на отличие правоохранительных фактов от правозащитных прямо указывают их признаки:

1) если правоохранительный факт - это всегда виновное и противоправное действие (бездействие), вызывающее необходимость реализации мер юридической ответственности, то правозащитный факт обусловливаетнеобходимость осуществления мер защиты (отмена незаконно-

го и необоснованного акта применения, в том числе юрисдикционного; отмена действия нормативного правоположения, нарушающего право человека на защиту закона; восстановление нарушенного права человека на защиту закона и др.), применение которых не зависит от вины действующего либо бездействующеголица;

2) если перечень правоохранительных фактов является исчерпывающим и эти факты прямо описаны в гипотезах норм позитивного права, то перечень правозащитных фактов, зафиксированный соответствующиминормативно-пра-вовыми предписаниями, включает в себя как конкретно определенные обстоятельства(напри-мер, издание государством нормативно-правового акта, ограничивающего право человека на судебную защиту; неознакомление потерпевшего либо подозреваемого с вынесенным субъектом юрисдикции постановлением, когдатакое ознакомление предусмотрено уголовно-процессуальным законом; непринятие во внимание судом общей юрисдикции конкретных обстоятельств, исследованных судом и влияющих на решение вопроса об объеме удовлетворенияисковых требований), так и общие указания на основании наступления угроз юридической безопасности человека (например, в соответствии с п. 28 ч. I Европейской социальной хартии «представители трудящихся на предприятиях имеют право на защиту от действий, наносящих им ущерб (курсив наш. - А.Р.), и им должны быть предоставлены надлежащие возможности для осуществления их функций»12. Аналогичным образом устанавливаются правозащитные факты в ч. 1 ст. 381 УПК РФ, согласно которой «основаниями отмены или изменения судебного решения судом кассационной инстанции являются такие нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем (курсив наш. - А.Р.) повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора», вследствие чего надо признать, что перечень правозащитных фактов не носит исчерпывающего характера;

3) правозащитный факт фиксируетугрозу либо нарушение юридической безопасности человека, ставшие следствием несоблюдения порядка применения к нему мер охраны либо защиты. В этом качестве он выступает фактическим основанием возникновения правозащитного отношения.

Отсутствие установленного законом исчерпывающего перечня правозащитных фактов

обеспечивает человеку возможность обратиться к государству за защитой во всех случаях, когда он пришел к выводу о наличии реальной угрозы своей юридической безопасности, выраженной в нарушении порядка применения в его отношении мер правоохраны либо правозащиты. Такой технико-юридический прием установления правозащитных фактов допустим потому, что ими не порождаются охранительные правоотношения. На основе этих фактов возникают правозащитные отношения, которые не могут быть способом реализации юридической ответственности, так как процесс их осуществления не предусматривает процедур установления состава правонарушения и определения вида и меры наказания (взыскания). Например, отмена юридической силы соответствующего

постановления следователя возвращение гражданского дела в суд первой инстанции как акты применения мер правовой защиты осуществляются без установления вины следователя и суда, а также без применения к ним штрафных санкций. Таким образом, изложенное подтверждает как теоретическую, так и практическую недопустимость смешения юридических фактов, порождающих правозащитные отношения, с юридическими фактами, вызывающими к жизни отношения правоохранительные.

Правозащитный факт, обусловив собой динамические процессы, возникающие между правозащитными полномочиями человека и правозащитными обязанностями государства, становится предпосылкой правозащитного отношения.

1 Кечекьян С.Ф. Правоотношенияв социалистическомобществе. М., 1958. С. 161.

2 Исаков В.Б. Юридические факты в советскомправе. М., 1984. С. 109.

3 См.: Чеговадзе Л.А., Рябов А.Е. Юридические факты: события, действия, состояния // Правосудие в Поволжье. 2004. № 2.

4 См.: СинюковВ.Н. О понятии юридического факта в общей теории права // Вопросы теории государства и права: межвуз. науч сб. Вып. 7: Актуальные проблемы социалистическогогосударстваи права, законности и правопорядка. Саратов, 1986. С. 112.

5 См.: Исаков В.Б. Указ соч. С. 29.

6 ТолстойЮ.К. К теории правоотношения Л., 1959. С. 7.

7 См.: Курылев С. Ф. О структуреюридическойнормы // Тр. Иркут. ун-та. Т. XXVII. Сер. юридическая. Вып. 4. Иркутск; 1958. С. 145;МатузовН.И. Общие правоотношенияи их специфика// Правоведение, 1976. № 3. С. 24.

8ДудинА.П. Диалектика правоотношения Саратов, 1983. С. 106-107.

9 Там же. С. 103.

10 См.: ПиголкинА.С. Теория государстваи права. М., 2003.

11 СтремоуховА.В. Правовая защита человека: теоретические проблемы. СПб., 2001. С. 38.

12 Европейская социальная хартия // Международныеакты о правах человека: сб. док. 2-е изд., доп. М., 2002. С. 601.

Вопросы теории