Непрерывное образование как фактор повышения уровня занятости и доходов старшего поколения современной России

ЭКОНОМИКА И УПРАВЛЕНИЕ

83

DOI: 10.26794/1999-849X-2019-12-2-83-90 УДК 314.06(045) JEL E24, J14

Непрерывное образование как фактор повышения уровня занятости и доходов старшего поколения современной России

В. Г. Доброхлеб

Институт социально-экономических проблем народонаселения РАН, Институт социально-политических исследований РАН, Москва, Россия https://orcid.org/0000-0002-4864-823

АННОТАЦИЯ

Предмет исследования — обеспечение занятости людей пенсионного и предпенсионного возраста в рамках формирования концепции долгосрочной жизненной активности личности и создания социальных институтов, позволяющих поддерживать и развивать ресурсный потенциал населения на протяжении всего жизненного цикла посредством непрерывного образования.

Цель статьи — выявление актуальных направлений формирования системы непрерывного образования в России вследствие принятия нового пенсионного законодательства.

Показано, что Россия отстает от экономически развитых стран в организации системы образования людей старшего возраста. В стране немногим более 30% взрослого населения вовлечены в систему непрерывного образования, тогда как в Швеции — 62%, в Германии — 42%, а в целом в странах-лидерах — 40-50%. В связи с проведением пенсионной реформы предложены меры, нацеленные на обновление знаний и навыков граждан предпенсионного и пенсионного возраста. К 2024 г. данные мероприятия должны охватить 450 тыс. россиян. Однако на настоящий момент планируется готовить не востребованных российской экономикой программистов и инженеров, а только специалистов средней квалификации, оплата труда которых обеспечивает лишь минимальный уровень жизни. При этом программа организации системы непрерывного образования охватывает далеко не всех предпенсионеров. В ходе новой технологической революции выигрывают национальные экономики, где наиболее эффективно формируется и поддерживается человеческий капитал. При этом существенным является развитие людей в течение всего жизненного цикла, что становится более актуальным в связи с нарастанием интенсивности процесса демографического старения. Показано, что при переходе на инновационный путь развития и цифровую экономику процесс обучения должен охватывать людей всех возрастов — от детей до стариков. Сделаны выводы, что принципиальное значение имеют цели устойчивого развития, предусматривающие развитие профессионально-технического и высшего образования для повышения уровня занятости старшего поколения. Значимыми в этом направлении являются национальные цели и стратегические задачи развития России до 2024 г., определенные Указом Президента Российской Федерации от 07.05.2018 № 204. Ключевые слова: реформа; пенсионная система; занятость пенсионеров; непрерывное образование; демографическое старение; четвертая промышленная революция; старшее поколение

Для цитирования: Доброхлеб В. Г. Непрерывное образование как фактор повышения уровня занятости и доходов старшего поколения современной России. Экономика. Налоги. Право. 2019;12(2):83-90. DOI: 10.26794/1999-849X-2019-12-2-83-90

Continuing Education as a Factor in Increasing the Employment and Incomes of the Older Generation in Modern Russia

V. G. Dobrokhleb

Institute of Social and Economic Studies of Population, the Russian Academy of Sciences

Institute of Socio-Political Research, RAS, Moscow, Russia https://orcid.org/0000-0002-4864-823

(CC) ]

ABSTRACT

The subject of the research is the employment of retirement and pre-retirement age people within the framework of the developing concept of long-term life activity of an individual and establishment of social institutions to maintain and develop the resource potential of the population during the entire life cycle through continuing education. The purpose of the paper was to identify current trends in the formation of a system of continuing education in Russia following the adoption of the new pension legislation.

Russia is shown to be lagging behind economically developed countries in the organization of the education system for older people. In the country, only a little over 30% of the adults are involved in lifelong education, as compared to 62% in Sweden, 42% in Germany and 40-50%, in general, in the leading countries. Following the pension reform, measures aimed at updating the knowledge and skills of citizens of pre-retirement and retirement age are proposed. By 2024, these activities should reach 450 thousand Russians. However, at the moment, instead of training programmers and engineers demanded by the Russian economy, it is planned to train average specialists whose salaries ensure only a minimum standard of living. Moreover, the program of establishing the continuing education system does not reach all the pre-pensioners.

The winners in the new technological revolution are national economies where human capital is most effectively formed and maintained. Along with this, it is essential that people develop throughout the entire life cycle, which is becoming more important as the intensity of the demographic aging process is increasing. It is shown that in moving to the innovative development and the digital economy, the education process should involve people of all ages - from children to the elderly. It is concluded that the goals of sustainable development that stipulate the development of vocational and higher education to increase the employment level of the older generation are a matter of fundamental importance. Of critical importance are also the national goals and strategic objectives of the country's development until 2024 defined by Presidential Decree No. 204 of May 7, .2018.

Keywords: reform; pension system; retirement employment; continuing education; demographic aging; fourth industrial revolution; older generation

For citation: Dobrokhleb V. G. Continuing education as a factor in increasing the employment and incomes of the older generation in modern Russia. Ekonomika. Nalogi. Pravo = Economics, taxes & law. 2019;12(2):83-90. (In Russ.). DOI: 10.26794/1999-849X-2019-12-2-83-90

ВВЕДЕНИЕ

По состоянию на 1 января 2018 г. в России насчитывалось 37 362 тыс. человек старше трудоспособного возраста. В связи с принятием нового пенсионного законодательства Федеральным законом 03.10.2018 № 350-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» выделена категория людей предпенсионного возраста, которых в первую очередь коснется изменение сроков выхода на заслуженный отдых — женщин до 60 лет, мужчин — до 65 лет. В стране проживают 5028 тыс. женщин в предпенсионном возрасте 50-54 лет и 4914 тыс. мужчин в возрасте 55-59 лет1. Иными словами, реформа коснется в ближайшее время более 10 млн россиян. В дальнейшем новый пенсионный закон изменит жизненное расписание всего населения, обострит проблемы трудоустройства и занятости людей пенсион-

1 Сайт Росстата. Численность и состав населения. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ ru/statistics/population/demography (дата обращения: 20. 11.2018).

ного возраста. В России сложилась демографическая гендерная асимметрия, численность пожилых и старых женщин почти на 10 млн превышает число их ровесников. Исследователи отмечают, что пожилые женщины находятся под грузом стереотипов, «подвергаются двойной стигматизации как женщины и как пожилые» [1]. В этих условиях все более актуальными становятся формирование концепции долгосрочной жизненной активности личности и создание социальных институтов, позволяющих поддерживать и развивать ресурсный потенциал населения на протяжении всей жизни, в том числе посредством непрерывного образования [2, 3]. В XXI в. качество жизни людей в любом возрасте зависит от мотивации учиться новому и возможности эту мотивацию реализовывать.

Согласно Мадридскому международному плану действий по проблемам старения2 доступ к образованию становится определяющим фактором

2 Мадридский международный план действий по проблемам старения 2002 года. URL: http://www.un.org/ru/ documents/decl_conv/declarations/ageing_program_ch2. shtml#sa1 (дата обращения: 20.10.2018).

интеграции пожилых и старых людей в жизнь общества [4]. Россия включилась в реализацию этого документа. В 2016 г. была утверждена распоряжением Правительства РФ от 05.02.2016 № 164-р Стратегия действий в интересах граждан старшего поколения до 2025 г., в которой предусмотрено расширение доступа к образованию. В настоящее время в России в системе непрерывного образования учится каждый третий россиянин в возрасте 25-64 лет. Однако россиян в возрасте 55-64 года этим процессом охвачено лишь всего 8%, тогда как в странах ЕС в этом возрасте в процессе образования «через всю жизнь» участвовали 27% пожилых людей [5]. При этом непрерывное образование может стать важным условием для продолжения активной социальной жизни людей, что позволяет им находиться в едином информационном потоке, помогает сохранять необходимые компетенции для профессиональной реализации в любом возрасте [6]. В этой связи значимыми являются национальные цели и стратегические задачи развития России до 2024 г., определенные Указом Президента Российской Федерации от 07.05.2018 № 2043. Одной из его важнейших задач определено направление по разработке и реализации программы системной поддержки и повышения качества жизни граждан старшего поколения [7].

занятость пожилых людей

В РОССИИ

Главной составляющей рабочей силы является население трудоспособного возраста, в состав которого включаются также люди пенсионного возраста, сохранившие образовательно-квалификационный потенциал, здоровье и имеющие достаточную мотивацию к продолжению участия в рынке труда. Доля старшего поколения в формировании трудовых ресурсов растет, что обусловливается, с одной стороны, изменением возрастной структуры населения, вызванным сокращением рождаемости и увеличением продолжительности жизни [8], а с другой стороны,— трансформацией пенсионного законодательства, изменяющего возраст выхода на пенсию повы-

3 Указ Президента Российской Федерации от 07.05.2018 г. № 204 О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года. URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/43027 (дата обраще-

ния: 11.12.2018).

шая его, например как в России, или снижая как в Италии.

В общей численности пенсионеров (по старости) в 2017 г. работающие составили 23,1%. Среди получивших досрочную пенсию военных или приравненных к ним категорий работников силовых ведомств работали 46,7% ушедших на пенсию. Среднее число лет продолжительности трудовой деятельности (трудового стажа) после назначения пенсии в этот период — 6,4 года.

В связи с новой пенсионной реформой наибольшей интерес представляют две группы занятых на рынке труда. Первая из них женщины в возрасте 55-59 лет. В 2017 г. их доля на рынке труда составляла 11.9% (работали 1189,2 тыс. женщин). Первые три места в их структуре занятости распределены следующим образом: 1-е место — неквалифицированные работницы (17,0%); 2-е место — операторы производственных установок и машин, сборщики и водители (14,0%); 3-е место разделили квалифицированные работницы промышленности, строительства, транспорта и родственных профессий (12,9%) и столько же (12,9%) — руководители. Следует отметить, что специалисты высшего уровня квалификации среди женщин этой возрастной группы составляли 10,1%.

Вторая группа занятых на рынке труда — мужчины в возрасте 60-64 лет. Их численность — 603,8 тыс. человек. В структуре занятости 1-е место принадлежит неквалифицированным рабочим (11,3%); 2-е место — руководителям (7,7%); 3-е место — служащим, занятым подготовкой и оформлением документации, учетом и обслуживанием (7,5%).

Средняя начисленная заработная плата работников по группам занятий и возрастным группам за октябрь 2017 г. в среднем составляла для женщин 55-59 лет 30 465 руб. Мужчины в возрасте 60-64 лет получали 36 304 руб., женщины — 28 269 руб. У работников в возрасте 65 лет и старше средняя месячная оплата труда мужчин — 37 102 руб., женщин — 28 148 руб. Во всех старших возрастных группах наблюдается гендерный разрыв в уровне оплаты труда. Более значительная разница в оплате труда обусловлена уровнем квалификации работников. В качестве примера приведем группу работников в возрасте 60-64 лет. Мужчины-специалисты высшего уровня квалификации получали в среднем 46 231 руб., женщины — 37 263 руб. в месяц. Наиболее высокую

зарплату имели специалисты по информационно-коммуникационным технологиям. В этой группе специалистов наблюдается наибольший гендерный дисбаланс в оплате труда: мужчины получали 63 813 руб., женщины — 33 798 руб. Следует отметить, что у работников в возрасте 65 лет и более разрыв по зарплатам значительно ниже (мужчины получали 38 929 руб., женщины — 33 026 руб.). Специалисты высшей квалификации в сфере бизнеса и администрирования имели один из наиболее высоких уровней заработной платы и высокий гендерный разрыв в оплате труда во всех группах старших возрастов. При этом с возрастом оплата труда именно мужчин снижается наиболее существенно [9].

Непрерывное образование может стать важным условием для продолжения активной социальной жизни людей, что позволяет им находиться в едином информационном потоке, помогает сохранять необходимые компетенции для профессиональной реализации в любом возрасте

Квалифицированные рабочие-мужчины в возрасте 60-64 лет в среднем имели оплату труда 16 003 руб., женщины — 15 989 руб., что вдвое ниже, чем у высококвалифицированных специалистов4. На рынке труда России сложилось определенное отраслевое разделение по возрастам, когда в ряде отраслей работники выходят на пенсию позже, чем в других отраслях. В сельском хозяйстве, ЖКХ, сфере образования, здравоохранения пожилых работников больше, чем, например, в банках и страховых организациях. Исследователи отмечают, что в среднем соотношение зарплат 55-64-летних

4 Сайт Росстата. Структура численности работников по группам занятий и возрастным группам за октябрь 2017. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/ rosstat/ru/statistics/population/generation (дата обращения: 20.12.2018).

и 25-54-летних работников в России составляло 80%, а в странах ОЭСР в среднем — 108%5. На российском ранке труда лучшие шансы продолжить работу имеют пожилые люди с высоким уровнем человеческого потенциала. В то же время вследствие сохраняющейся многоукладности экономики страны востребованным остается непрестижный неквалифицированный труд, который молодежь не привлекает, и этот сегмент заполняют пенсионеры.

ОБРАЗОВАНИЕ, ПРОДОЛжАЮЩЕЕСЯ

всю жизнь

Исследования показывают, что качественное образование является первоочередной потребностью населения во всех группах стран независимо от уровня человеческого развития. В отчете о выполнении Программы развития ООН за 2016 г. указано на необходимость развития и поддержания способностей людей преодолевать трудности на разных этапах жизненного пути, в том числе в старости6. На национальном уровне сформировались различные тренды, характеризующие возможности образования «через всю жизнь».

В России численность работников, прошедших обучение, переподготовку, получивших образование в 2016 г. составила 6069,5 тыс. человек. При этом в возрасте 50-59 лет охвачено различными формами образования 16,6% работников, в 60-64 года — 11,9%, а в 65 лет и старше — лишь 8,9% работников. По основным профессиональным образовательным программам получили профессиональное образование 180 839 человек. Представили старшего поколения имели меньшую доступность к этим программам, например в возрасте 50-59 их доля составляла 6,6%, в возрасте 60-64 года — 1,4%, в 65 лет и старше — 0,6%7. Наибольшее отставание в Российской Федерации от экономически развитых зарубежных стран отмечается в образовании взрослых: в России образованием охвачено немногим более 30% взрослого населения, тогда как в Швеции — 62%,

5 Сайт газеты «Коммерсантъ». Готов ли рынок труда к пенсионной реформе. URL: https://www.kommersant.ru/ doc/3683182 (дата обращения: 25.01. 2019).

6 Отчет о выполненни ПРО ООН Human Development Report 2016: Human Development for Everyone. URL: http://hdr.undp. org/en/content/human-development-report-2016-human-development-everyone (дата обращения: 08.11.2018).

7 Статистический сборник Информационное общество в Российской Федерации. М.: НИУ ВШЭ; 2017.

в Германии — 42%, а в целом в странах-лидерах — 40-50%8.

В связи с пенсионной реформой предлагается принять меры, направленные «на обновление знаний и навыков граждан предпенсионного возраста». Это трехмесячные программы со средней стоимостью каждой 53 тыс. руб. К 2024 г. данные мероприятия должны охватить 450 тыс. россиян. Финансировать переобучение планируется в основном за счет федерального бюджета. К 2024 г. на эти цели будет выделено 30 млрд руб.9 Однако готовить будут не востребованных российской экономикой программистов и инженеров, а только специалистов средней квалификации, которых в стране и так достаточно, а оплата их труда обеспечивает лишь минимальный уровень жизни. При этом программа охватывает далеко не всех предпенсионеров, которых в стране насчитывается более 10 млн человек.

В России есть точки роста по продвижению непрерывного образования, но не сформирована целостная система социальных институтов. Необходимо создать единую систему образования «через всю жизнь», решать эту проблему более системно, предлагать государственные программы непрерывного обучения российских граждан по востребованным специальностям. При этом важны личная ответственность и мотивация людей. Следует согласиться с мнением ряда экспертов в том, что человек, который целенаправленно формирует свою карьеру, осваивает новые знания и навыки в зрелом возрасте, может позволить себе выбирать ту работу, которая ему действительно интересна10.

ВЫЗОВЫ ЧЕТВЕРТОЙ ПРОМЫШЛЕННОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Вызов современного мира заключается в том, что четвертая промышленная революция может посредством роботизации изменить все сущест-

8 Сайт ВШЭ. Основной тренд в образовании — это цифровая революция. URL: https://www.hse.ru/news/ community/213952252.html (дата обращения: 25.01.2019).

9 Сайт Newsrussia. media. Правительство научит работать предпенсионеров. URL: https://newsrussia. media/ekonomika/17265-pravitelstvo-nauchit-rabotat-predpensionerov.html (дата обращения: 25.01.2019).

10 Сайт газеты «Коммерсантъ». Готов ли рынок труда

к пенсионной реформе. URL: https://www.kommersant.ru/

doc/3683182 (дата обращения 25.01. 2019).

вующие социальные нормы и институты, включая сферу труда, семью, образование, этические нормы и ценности. Альтернатива такого вызова состоит в развитии коллективного творчества, продвижении идей коэволюции11, формировании мира труда для всех возрастов [10].

Необходимо создать единую систему образования «через всю жизнь», решать эту проблему более системно, предлагать государственные программы непрерывного обучения российских граждан по востребованным специальностям

Аналитики указывают, что важнейшие инновационные технологии находят применение в анализе больших данных, машинном обучении, интернете вещей, ЗВ-печати и др. Предполагается, что появление новых технологий повлечет возникновение новых вакансий для руководителей, разработчиков и аналитиков программного обеспечения и приложений, специалистов по продажам и маркетингу, руководителей операционных отделов, аналитиков, специалистов по Ж, рабочих фабрик и сборочных цехов, финансовых и инвестиционных советников и специалистов по управлению рисками. Российские инновационные предприятия планируют закрывать вакансии за счет привлечения новых работников. При этом около 2/3 организаций предпочитают переобучать действующих сотрудников12.

11 Коэволюция (от лат. Evolutio — развертывание) — термин, используемый современной наукой для обозначения механизма взаимообусловленных изменений элементов, составляющих развивающуюся целостную систему. Возникнув в биологии, это понятие постепенно приобретает статус общенаучной категории.

12 Сайт Всемирного экономического форума. World Economic Forum's 2019 Annual Meeting in Davos to Focus on Shaping a New Architecture for the Next Wave of Globalization. URL: https://www.weforum.org/press/2018/11/world-economic-forum (дата обращения: 25.01.2019).

В ходе новой технологической революции выигрывают те национальные экономики, в которых наиболее эффективно формируется и поддерживается человеческий капитал [11]. При этом существенным является развитие людей в течение всего жизненного цикла [12]. Этот вызов обостряется с нарастанием интенсивности процесса демографического старения [13]. В отчете Всемирного экономического форума о глобальной конкурентоспособности за 2017-2018 гг. приведены тренды развития мировой экономики, а также представлен рейтинг стран по индексу глобальной конкурентоспособности. Так же как и ранее, 1-е место по индексу глобальной конкурентоспособности принадлежит Швейцарии, 2-е и 3-е места — США и Сингапуру. Россия улучшила свой показатель на пять позиций по сравнению с 2016 г., заняв 38-е место среди 137 стран13.

Цивилизационный вызов нашего времени состоит в том, чтобы перейти на инновационный путь развития в условиях старения населения. В этом контексте важно понимать, что дефиниции «старость» и «возраст» различны. Концепция активного долголетия только начинает формироваться [14]. Но уже сейчас теоретически определено, какие навыки будут нужны на рынке труда в ближайшем будущем. В случае значительных структурных изменений экономики при условии, что будет совершен реальный переход к шестому технологическому укладу в стране, наиболее востребованными станут навыки межличностной коммуникации: критическое мышление (critical thinking), креативность, творчество (creativity), навыки координации, взаимодействия (coordinating

13 Доклад, сделанный на Всемирном экономическом форуме. The Global Competitiveness Report 2017-2018 URL: http://www3. weforum.org/docs/GCR 2017-2018/05FullReport/TheGlobalCom petitivenessReport2017-2018.pdf (дата обращения: 25.01.2019).

with others), эмоциональный интеллект, эмпатия (emotional intelligence).

Международным сообществом предложено формировать систему образования «через всю жизнь» [15]. При этом далеко не всегда предложенные стратегии непрерывного образования распространяются без труда, что в значительной степени связано с преодолением устоявшихся стереотипов [16]. Принципиальное значение имеют цели устойчивого развития (далее — ЦУР), которые предусматривают развитие профессионально-технического и высшего образования. При этом рамочной программой действий «0бразование-2030», разработанной Агентством стратегических инициатив, предложены значимые показатели объема расходов на образование, которые могут стать «важнейшими базовыми стандартами»: не менее 4-6% ВВП и/или не менее 15-20% от общего объема государственных расходов. В среднем страны мира выделяют на образование 4,7% объема ВВП и 14,2% от общего объема государственных расходов; 35 стран расходуют на те же цели менее 4% ВВП и не более 15% бюджетных средств. Предполагается, что для достижения ЦУР на национальном уровне страны будут приняты меры в части обучения населения на протяжении всей жизни, что предусматривает организацию мониторинга образовательных потребностей, возможностей и достижений взрослого населения, которому придется принимать крайне важные решения, касающиеся устойчивого развития14. Необходима интеграция обучения и жизни, и этот процесс должен охватывать людей всех возрастов от детей до стариков.

14 Всемирный доклад по мониторингу образования за 2016 г. Построение устойчивого будущего для всех. Образование в интересах людей и планеты. URL: http://unesdoc.unesco.org/ images/0024/002457/245745R.pdf (дата обращения: 28.12.2018).

БЛАГОДАРНОСТЬ

Публикация подготовлена в рамках поддержанного РФФИ научного проекта № 17-02-50064 «Развитие системы образования пожилых граждан в условиях демографического старения России».

ACKNOWLEGEMENT

The publication was prepared within the framework of the research project No. 17-02-50064 "Development of the education system for the elderly in the context of Russia's demographic aging" supported by the Russian Foundation for Basic Research

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

1. Григорьева И. А. Пожилые женщины: «вниз по лестнице» возраста и гендера. Женщина в российском обществе. 2018;(1):5-18. DOI: 10.21064/WinRS.2018.1.1

2. Макиенко М. А. Проблемы и перспективы сохранения качества жизни пожилых людей в Российской Федерации. Вестник науки Сибири. 2015;16(1):29-39.

3. Тезекбаева З. С., Нуркатова Л. Т. Теоретические аспекты адаптации лиц пожилого возраста к условиям социальной действительности. Успехи геронтологии. 2014;27(1):190-194.

4. Richards C. Later life learning from experience: the cross-cultural importance of 'life reviews' in seniors' lifelong education and learning. Zeitschrift für Weiterbildungsforschung. 2019.(1):1-18.

5. Бондаренко Н. В. Становление в России непрерывного образования: анализ на основе результатов общероссийских опросов взрослого населения страны. Мониторинг экономики образования. Информационный бюллетень. Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»; 2017:104(5):1-28. М.; 2017.

6. Доброхлеб В. Г. Непрерывное образование и гендерный баланс. Женщина в российском обществе. 2018;(3):26-33. DOI: 10.21064/WinRS.2018.3.3

7. Кабанова Е. Е., Ветрова Е. А. Актуальные проблемы социально-экономической интеграции людей «третьего возраста» в современное российское общество. Социально-экономические явления и процессы. 2018;13(1):31-36.

8. Мхитарян В. С., Сарычева Т. В. Прогнозирование занятости населения в Российской Федерации по видам экономической деятельности. Вопросы статистики. 2017;(3):18-29.

9. Доброхлеб В. Г. Уровень образования пожилых людей как фактор востребованности на рынке труда России. Научное обозрение. Серия 1. Экономика и право. 2017; (2-3):5-16. DOI 10.26653/2076-46502017-2-3-5-15

10. Шваб К. Четвертая промышленная революция. М.; Эксмо; 2019:136.

11. Нунес Е. С.А., Дуболазов В. А. Рынок труда и образование в условиях четвертой промышленной революции. Научно-технические ведомости Санкт-Петербургского государственного политехнического университета. Экономические науки. 2018;11(5):38-45. DOI: 10.18721/JE.11503

12. Забелина Н. В. Технологии геронтообразования как основа социальной активности пожилых людей в современном обществе. Инновационная наука. 2018;(3):96-99.

13. Volles N. Lifelong learning in the EU: Changing conceptualisations, actors and policies. Studies in Higher Education. 2016;41(2):343-363.

14. Field R., Burke R., & Cooper C., еds. Aging, work and society. London: SAGE. 2013. URL: http://www.uk.sagepub.com/booksProdDesc.nav?prodId=Book237162&utm_source=Book&utm_ medium=email&utm_content=237162&utm_campaign=PERSONL&priorityCode=PERSONL (дата обращения: 20.12.2018).

15. Aleandri G., & Refrigeri L. Lifelong learning, training and education in globalised economic systems: analysis and perspectives. Procedia — Social and Behavioral Sciences; 2013;93(21):1242-1248. DOI: doi. org/10.1016/j

16. Ecclestone K. Learning or therapy? The demoralisation of education. British Journal of Educational Studies. 2004;54(2):112-137.

REFERENCES

1. Grigorieva I. A. Elderly women: «down the stairs» of age and gender. Zhenshchina v rossiiskom obshchestve = Woman in Russian society. 2018;(1):5-18. (In Russ.). DOI: 10.21064/WinRS.2018.1.1

2. Makienko M. M. Problems and prospects of preservation of quality of life of elderly people in the Russian Federation. Vestnik nauki Sibiri = Journal of science of Siberia. 2015;16(1):29-39. (In Russ.).

3. Tezekbayeva Z. S., Nurkatova L. T. Theoretical aspects of adaptation of elderly people to the conditions of social reality. Uspekhigerontologii = Advances in gerontology. 2014; 27(1):190-194. (In Russ.).

4. Richards C. Later life learning from experience: the cross-cultural importance of 'life reviews' in seniors' lifelong education and learning. Zeitschrift für Weiterbildungsforschung. 2019;(1):1-18.

5. Formation of continuous education in Russia: analysis on the basis of the results of all-russian surveys of the adult population of the country. Monitoring ekonomiki obrazovaniya. Newsletter. Moscow: National research University Higher school of Economics; 2017. 28 p. (In Russ.).

90

В. Г Доброхлеб

6. Dobrokhleb V. G. Continuing education and gender balance. Zhenshchina v rossiiskom obshchestve = Woman in Russian society. 2018.(3):26-33. (In Russ.). DOI: 10.21064/WinRS.2018.3.3

7. Kabanova E. E., Vetrova E. Actual problems of social and economic integration of people of the third age in modern russian society. Sotsial'no-ekonomicheskie yavleniya i protsessy = Socio-economic phenomena and processes. 2018;13 (1):31-36. (In Russ.).

8. Mkhitaryan V. S., Sarycheva T. V. Forecasting of employment in the Russian Federation by types of economic activity. Voprosy statistiki = Statistical issues. 2017;(3):18-29. (In Russ.).

9. Dobrokhleb V. G. The level of education of elderly people as a factor of demand in the labor market of Russia. Nauchnoe obozrenie. Seriya 1. Ekonomika i pravo. = Scientific review. Episode 1. Economics and law. 2017;(2-3):5-16. (In Russ.). DOI: 10.26653/2076-4650-2017-2-3-5-15

10. Schwab K. The Fourth industrial revolution. Moscow: Eksmo; 2019. 207 p. (In Russ.).

11. Nunes E. S.A., Dubolazov V. A. Labor market and education in the conditions of the fourth industrial revolution. Nauchno-tekhnicheskie vedomosti Sankt-Peterburgskogo gosudarstvennogo politekhnicheskogo universiteta. Ekonomicheskie nauki = Scientific and technical statements of St. Petersburg state Polytechnic University. Economics. 2018;11(5):38-45. (In Russ.). DOI: 10.18721/JE.11503

12. Zabelina N. Technologies of gerontological education as a basis of social activity of elderly people in modern society. Innovatsionnaya nauka = Innovative science. 2018;(3):96-99. (In Russ.).

13. Volles N. Lifelong learning in the EU: Changing conceptualisations, actors and policies. Studies in Higher Education. 2016;41(2):343-363.

14. Field R., Burke R., & Cooper C., еds. Aging, work and society. London: SAGE. 2013. URL: http://www.uk.sagepub.com/booksProdDesc.nav?prodId=Book237162&utm_source=Book&utm_ medium=email&utm_content=237162&utm_campaign=PERSONL&priorityCode=PERSONL (accessed 20.12. 2018).

15. Aleandri G., & Refrigeri L. Lifelong learning, training and education in globalised economic systems: analysis and perspectives. Procedia — Social and Behavioral Sciences; 2013;93(21):1242-1248. DOI: doi. org/10.1016/j

16. Ecclestone K. Learning or therapy? The demoralisation of education. British Journal of Educational Studies. 2004;54(2):112-137.

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ

Валентина Григорьевна Доброхлеб — доктор экономических наук, профессор, главный научный сотрудник институтов социально-экономических проблем народонаселения и социально-политических исследований РАН, Москва, Россия vdobrokhleb@mail.ru

ABOUT THE AUTHOR

Dobrokhleb Valentina G. — Dr. Sci. (Econ.), Prof., Chief Researcher at the Institute of Social and Economic Studies of Population and the Institute of Socio-Political Research of the Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia vdobrokhleb@mail.ru

Статья поступила 26.01.2019; принята к публикации 27.03.2019. Автор прочитал и одобрил окончательный вариант рукописи. The article was received 26.01.2019; accepted for publication 27.03.2019. The author read and approved the final version of the manuscript.