Вторая власть пожаловалась первой на третью

Депутаты нижней палаты госсобрания (парламента) Башкирии приняли в пятницу обращение к президенту республики Муртазе Рахимову, выразив категорическое несогласие с решением башкирского Верховного суда. Суд признал не соответствующими федеральному законодательству 33 статьи конституции республики. По мнению депутатов, Верховный суд вообще не имел права давать оценку основному закону Башкирии.
       
       Обращение в Верховный суд (ВС) Башкирии с требованием признать не соответствующими федеральным законам 44 статьи республиканского основного закона направил в прошлом году заместитель генпрокурора России Александр Звягинцев. 15 марта 2002 года ВС частично удовлетворил эти требования, признав 20 статей конституции республики противоречащими федеральному законодательству, а еще 13 статей — недействительными.
       
       Для башкирских депутатов решение ВС прозвучало как гром среди ясного неба: за последние десять лет не было случая, когда местный суд вынес бы вердикт, противоречащий интересам местных властей. По информации Ъ, госсобрание подало в ВС жалобу на этот вердикт еще в марте, не дожидаясь мотивированного решения суда. А на прошлой неделе парламентарии решили усилить нажим на третью власть, пожаловавшись на нее и президенту Рахимову.
       В обращении депутаты выразили протест против того, что тонкие конституционные материи рассматриваются судами общей юрисдикции, не обладающими, на их взгляд, достаточной квалификацией в таких вопросах. При обсуждении документа прозвучало много обвинений в адрес ВС Башкирии: по словам ораторов, дело рассматривалось поверхностно, ходатайства отклонялись без серьезного изучения, а федеральная сторона не всегда была представлена "надлежащими лицами".
       В итоге, на взгляд народных избранников, в решении суда оказалось много процессуальных противоречий. Судебный вердикт перечеркнул многомесячный коллективный труд по согласованию законодательств и все предыдущее нормотворчество башкирского парламента, основанное на договоре о разграничении полномочий между Уфой и Москвой, подписанном в 1994 году. Большинство оспоренных центром статей башкирской конституции основано как раз на этом договоре, который никто еще не отменял (его полный текст включен в преамбулу башкирского основного закона). Между тем федеральный центр, по мнению депутатов, этот договор постоянно игнорирует, из-за чего решения судов неизбежно будут "тенденциозными".
       Чтобы избежать новых судебных тяжб, парламентарии попросили господина Рахимова связаться с Владимиром Путиным и убедить его назначить согласительные процедуры по аналогии с теми, что осуществлялись в 1999-2000 годах, когда башкирское госсобрание в первый раз корректировало конституцию республики. Рассмотрение подобных дел в судах общей юрисдикции, как полагают башкирские депутаты, противоречит Конституции России. По словам депутата Зуфара Еникеева, подобный подход к делам, связанным с государственным строительством, вызван "желанием одной из сторон принизить значение вопроса". Эти проблемы, на его взгляд, должны рассматриваться в ходе согласительных процедур или, по крайней мере, в конституционных судах (КС).
       Правда, конституционный суд в этом вопросе не на стороне депутатов. В определении КС России о толковании некоторых норм конституций России и Башкирии, принятом 6 декабря 2001 года по запросу башкирского президента, недвусмысленно говорится о праве судов общей юрисдикции решать вопросы согласования федерального и регионального законодательств. Видимо, полной ясности во взаимоотношениях между Уфой и Москвой не возникнет до тех пор, пока Кремль не разъяснит однозначно, считает ли он двусторонний договор с Башкирией юридическим документом, сохраняющим полную силу. Пока же в столице ограничиваются лишь общими заявлениями о том, что такие договоры сыграли свою историческую роль и проблемы взаимоотношений центра с субъектами федерации должны отныне регулироваться исключительно федеральными законами.
       
       ГУЛЬЧАЧАК Ъ-ХАННАНОВА, Уфа