Классы глаголов в адыгейском языке

Москва

КЛАССЫ ГЛАГОЛОВ В АДЫГЕЙСКОМ ЯЗЫКЕ1

Одной из ключевых проблем грамматики является классификация частей речи и более мелкие классификации — в частности, классификация глаголов. Однако разные грамммАтиче-ские процессы могут быть ориентированы на различные классификации глаголов. Мы покажем это на примере адыгейского языка — полисинтетического языка западнокавказской семьи.

Морфологический критерий

В классической работе [Рогава, Керашева 1966] выделяются следующие классы глаголов: непереходные (одновалентные и многовалентные), переходные и инверсивные.

Критерий выделения переходных и непереходных глаголов понятен: это позиция личных префиксов. Согласно [Smeets 1984], существует три таких позиции: позиция показателя абсолютивного актанта (ABS), эргативного агенса (A) и эргативного непрямого объекта (IO). При переходных глаголах один согласовательный маркер занимает позицию маркера абсолютива, а другой позицию маркера агенса. При непереходных двухвалентных глаголах один маркер занимает абсолютивную позицию, а другой — позицию непрямого объекта. Существуют лабильные глаголы, которые могут быть и переходными, и непереходными.

Выделить инверсивные глаголы гораздо сложнее. Авторы грамматики пишут о них не в морфологических терминах, а скорее в семантических: «реальный субъект является грамматически косвенным объектом» [Рогава, Керашева 1966: 98]. Проще гово-

1 Работа выполнялась из средств гранта РГНФ № 08-04-00191^. Материалы для данного исследования были собраны во время экспедиций Института лингвистики РГГУ в Республику Адыгея. Мы хотели бы поблагодарить всех участников этих экспедиций за плодотворное сотрудничество.

ря, под инверсивными глаголами подразумеваются такие глаголы восприятия и обладания, у которых экспериенцер или обладатель кодируется эргативом, а стимул или обладаемое — абсолютивом: например, js?en 'иметь' (букв. 'иметься у кого-л.') и т.д. Только по позиции личных префиксов выделить инверсивный класс невозможно. Любой глагол имеет абсолютивный аргумент: тем самым, возможны только два сочетания: <ABS (S); IO> и <A; ABS (DO)>.

Именно поэтому мы применили другой критерий для выделения классов глаголов — мы называем его деривативным. Классы глаголов выделялись в соответствии с тем, как образуются от глагола реципрок и рефлексив.

Деривационный критерий

Неожиданным образом, деривативный критерий дает совершенно иную картину, чем морфологический. Выделяемые им классы гораздо мельче.

Реципрок

Согласно [Рогава, Керашева 1966] и [Paris 1987], реципрок отделяет переходные глаголы от всех остальных. Только при ко-референтности A и DO переходного глагола используется маркер zere-, во всех остальных случаях — ze-. По нашим данным, ситуация сложнее, см. таблицу 1.

Тем самым, реципрок выделяет пять (!) ключевых классов глаголов: переходные, непереходные (вместе с потенциальными дериватами), инверсивные глаголы, инадвертитивные дериваты и каузативы от переходных глаголов.

A = DO, переходный глагол:

(1) zere-w9?a-Ke-x

REC

'Они друг друга поранили'.

A= IO, трехвалентный переходный глагол:

(2) te wsne-xe-r ze-fe-t-ss-к

мы дом-PL-ABS REC(IO)-BEN-lPL.A-делать-PST

'Мы построили друг для друга дома'.

118

Таблица 1. Образование реципрока от адыгейских глаголов

Тип кореферентности Маркер Слот

А = БО, переходный глагол 7еге- А

А = 1О, трехвалентный переходный глагол 7е- 1О

А = БО-объект каузатива от переходного 7еге- А2

8 = 1О, непереходный глагол 7е- 1О

8 = 1О, инверсивный глагол 7е- 1О или АБ8

8 = 1О, потенциальный дериват на fe- 7е- 1О

" 3 8 = 1О, инадвертитивный дериват на {эс'е- 7е-, 7еге- 1О, АБ8

А = ю-каузируемый каузативного глагола 7еге- 1О, А

А = Ю-каузируемый каузативного глагола:

(3) ^ейак^е-хе-т cэgwэ-r ja-zere-кe-pxэ работник-РЬ-ОБЬ поле-АБ8 3РЫО-РЕС(А)-САШ-пахать 'Работники заставляют друг друга пахать поле'.

8 = 1О, непереходный глагол:

(4) а-хе-г 7Э-т 7Э-г zэ-s'egwЭRwэ-x он-РЬ-АБ8 один-ОБЬ один-АБ8 КЕС(Ю)-надеяться-РЬ(АБ8) 'Они друг на друга надеются'.

Инверсивный глагол:

(5) а-хе-т z-a-s'э-gwэpse-z'э-к

он-РЬ-ОБЬ РЕС(АБ8)-3РЬ.А-ЬОС-забыть-РБС-Р8Т 'Они друг о друге забыли'.

2 В целях экономии места пример на данный случай не дается, поскольку аналогичным образом реципрок образуется от непроизводного переходного глагола.

3 Инадвертитивными дериватами мы называем дериваты на ?ес'е-, обозначающие неумышленное действие. Потенциальные дериваты обозначают возможность совершить действие. При инадвертитивной и потенциальной деривациях переходный глагол перестает быть таковым.

119

Потенциальный дериват:

(6) а-хе-г 7е-Ге-Хектеэ-хе-г-ер

он-РЬ-АБ8 REC(IO)-BEN-видеть-PL(ABS)-ABS-NEG 'Они не могут видеть друг друга'.

Инадвертитив:

(7) а. ашэ§ахе"№ ?ес'е^еге^эса-ке-х

нечаянно INADV-REC(IO)-убить.AP-PST-PL(ABS) 'Они нечаянно убили друг друга'.

b. с'а1е-хе-т 7-а-?ес'е-"№э?е-2'э-к парень-PL-OBLREC(ABS)-3SG.IO-INADV-ранить-RFC-PST 'Парни нечаянно друг друга поранили'.

c. с'а1е-хе-г ze-{eс'e-wэс'a-кe-x парень-PL-ABS REC(IO)-INADV-убить.AP-PST-PL(ABS) 'Парни нечаянно друг друга убили'.

Рефлексив

Рефлексив делит глагольные классы менее дробно. Однако, с другой стороны, в отличие от реципрока, рефлексив различает непереходные глаголы и потенциальные дериваты на fe- (см. таблицу 2).

A = DO, переходный глагол:

(8) z-jэ-wэс'э-к REFL(ABS)-3SG.A-убить-PST 'Он совершил самоубийство'.

S = Ю, непереходный глагол

(9) ктеэпзе-т-се s-jэ-ze-pLэ-z'э-к зеркало-OBL-INS 1 SG.ABS-LOC-REFL(IO)-смотреть-RFC-PST Я посмотрел на себя в зеркало'.

S = Ю, инверсивный глагол:

(10) azamat zэ-0-s'e-gwэpsa-к

Азамат REFL(ABS)-3SG.Ю-LOC-забыть-PST 'Азамат о себе забыл' (напр., увлекшись чем-л.).

120

Таблица 2. Образование рефлексива от адыгейских глаголов.

Тип кореферентности Маркер Слот

А = DO, переходный глагол ABS

А = 10, трехвалентный переходный 10

глагол

А = ю-каузируемый каузатива от пере- 7е- ю4

ходного глагола

S = 10, непереходный глагол 7е- 10

S = 10, инверсивный глагол 7е- ABS или 10

S = 10, потенциальный дериват 7е- ABS

S = 10, инадвертитивный дериват 7е- ABS

А = D0-объект каузативного глагола 7е- ABS

Потенциальный дериват:

(11) ше-"№Э7Э-§ ^-рука Бта-болеть-ОЖУ 7Э-8-Ге--№Эр8Э-8Ч-ер

КБЕЬ(АБ8)-1 SG.IO-BEN-брить-FUT-NEG 'У меня болит рука, и я не могу побриться'.

Инадвертитив:

(12) 8е 7Э-8-{ес'е-"№э?а-£'э-к

я REFL(ABS)-1 SG.IO-INADV-RFC-поранить-PST 'Я нечаянно ранил себя'.

Итак, образование реципрока и рефлексива позволяет выделить шесть классов глаголов:

1. переходные стандартные

2. каузативы от переходных глаголов

3. непереходные

4. инверсивные

5. инадвертитивы

6. потенциальные дериваты5

4 -гл

В целях экономии места примеров на А = ю не дается, так как рефлексивизация происходит так же, как при двухвалентных непереходных глаголах.

121

Несколько слов о лабильных глаголах. Они не выделяются как единый синтаксический класс. Однако некоторые из их непереходных употреблений (напр., qwЭten 'разбиться') не допускают каузативации. В этом смысле они уникальны среди всех адыгейских непереходных глаголов.

Выводы

Наши данные выявляют следующую важную проблему. Поскольку адыгейский — полисинтетический язык (несколько актантов в нем выражаются в глаголе, именные группы могут не выражаться в предложении и т.д.), казалось бы естественным, если бы классификация глаголов также строилась исключительно на морфологических критериях (т.е., если бы синтаксические классы глаголов выделялись по набору личных показателей так же, как в языках типа русского они выделяются по набору падежных ролей).

Сами механизмы глагольной деривации действительно можно описать «морфологически» (например, «при переходном глаголе префикс геге- занимает агентивный слот»).

Однако для описания классов глаголов, к которым применяются деривации, чисто морфологического объяснения недостаточно. Никаких недеривационных критериев для выделения большинства классов не существует. Так, потенциальный дериват £е-Хе^эп 'мочь видеть' по набору и позиции личных аффиксов не отличаются от бенефактивного деривата £е-к^еп 'идти для кого-л.' — непереходного глагола.

Также нет оснований полагать, что актанты потенциальных, инадвертитивных и стандартных непереходных глаголов имеют различный синтаксический статус (например, непрямого У8. косвенного объекта). Различие этих классов глаголов, сформулированное на материале дериваций, и проявляется только в

5 Количество классов могло бы возрасти, если бы мы упомянули уникальные лексемы типа потенциального деривата от 7ехе-хэп 'слышать' — Ге-7ехе-хэп 'мочь слышать'. Это единственный потенциальный дериват, присоединяющий реципрок по «переходному» типу.

122

способах деривации6. Исключением являются каузативы от переходных глаголов: семантико-синтаксические критерии также выявляют особый статус этих дериватов (подробнее см. [Летучий 2006; Аркадьев, Летучий 2007]).

Единственная возможность — признать, что адыгейские актантные деривации опираются на особый «деривационный» уровень языка. Иначе говоря, рефлексив и реципрок учитывают тип «предыдущей» актантной деривации (или цепочки дериваций), затронувшей тот же глагол:

- особым образом образуются дериваты от результатов понижающих дериваций

- особым образом образуются дериваты от каузативов

Именно деривационный критерий дробит глаголы на мелкие классы, в то время, как число классов по остальным критериям сводится к двум — переходные и непереходные. В докладе мы покажем, что типологически это достаточно необычно.

Список условных сокращений

ABS — абсолютив; ADV — адвербиальный суффикс; ap — антипассив; ben — бенефактив; caus — каузатив; conv — деепричастие предшествования; dir — директивный преверб; dyn — динамический преверб; fut — будущее время; inadv — инадвертатив; loc — локативный преверб; NEG — отрицание; obl — косвенный (эргативный) падеж; PL — множественное число; pst — прошедшее время; rec — реципрок; REFL — рефлексив; RFC — рефактив; sg — единственное число.

6 Нужно сказать, что вообще для адыгейского языка чисто синтаксические тесты не дают почти никаких результатов, поскольку такие механизмы, как кореферентное опущение, часто являющееся тестом на свойства глагола и его актантов, не ограничены определенным синтаксическим статусом актанта.

123

Литература

Аркадьев П. М., Летучий А. Б. Типологически нетривиальные свойства адыгейского каузатива // Четвертая Конференция по типологии и грамматике для молодых исследователей. Материалы докладов и лекций. Санкт-Петербург, 2007.

Летучий А. Б. Адыгейский каузатив: синтаксис и структура ситуации // Потанина О. В. и др. (ред.). Международный симпозиум LENCA-3. Тезисы докладов. Томск, 2006.

Рогава Г. В., Керашева З. И. Грамматика адыгейского литературного языка. Краснодар — Майкоп, 1966.

Paris C. Comment sont remplies en tcherkesse les functions dévolues dans d'autres langues aux variations de diathèse. Actances 3, 1987.

Smeets R. Studies in West Circassian Phonology and Morphology. Leiden, 1984.

124