Синергизм эмпатии

________________________________________27

СОВРЕМЕННАЯ ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

И.О. Елеференко

СИНЕРГИЗМ ЭМПАТИИ

Синергетическая теория предполагает наличие составляющих, образующих единое целое. Нравственность - синергетическая составляющая эмпатии.

Ключевые слова: эмпатия, синергизм, коммуникации, творческие способности, креативность.

На современном этапе изучения психологии и педагогики, несмотря на имеющиеся исследования, посвященные такому феномену, как эмпатия, это явление остается малоизученным. Теоретические дефиниции эмпатии чрезвычайно расплывчаты и многообразны. Операционные определения эмпатии весьма разнообразны и зависят как от прикладной сферы, в которой работает каждый исследователь, так и от задач, им поставленных, а самое главное, от метода, которым фиксируется эмпатическая реакция.

Так, например, В. Бойко определял эмпатию как форму рационально-эмоционально-интуитивного отражения другого человека.

В. Лабунская, Д. Ричардсон, А. Макеева характеризуют эмпатию как способность индивида к адекватной интерпретации выразительного поведения другого.

М. Муканов принимает эмпатию за некий социальный ин-сайт, «умственную коммуникацию».

Л. Божович, Т. Конникова считают эмпатию мотивационной разнонаправленностью эгоистического или альтруистического поведения.

Е.С. Гончаренко был предложен термин «эмпатийный потенциал» (от лат. potentia - сила, возможность) - это предрасполо-

СОВРЕМЕННАЯ ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

женность и возможности личности к вчувствованию-проникно-вению в объекты социальной природы [8. С. 3-4].

Многие авторы выделяют два вида эмпатии: «сочувствие» и «сопереживание» (Шелер, Олпорт, Аш, Валлон, Уилмер, Стотланд).

Обобщенное понимание категории «переживание» представлено в современном психологическом словаре и трактуется как «любое испытываемое субъектом эмоционально окрашенное состояние и явление действительности, непосредственно представленное в его сознании и выступающее для него как событие его собственной жизни; наличие стремлений, желаний и хотений, представляющих в индивидуальном сознании процесс выбора субъектом мотивов и целей его деятельности и тем самым способствующих осознанию отношения личности к происходящим в ее жизни событиям; форма активности, возникающая при невозможности достижения субъектом ведущих мотивов его жизни, крушения идеалов и ценностей и проявляющаяся в преобразовании его психологического мира, направленном на переосмысление своего существования».

В более широком смысле, переживание равнозначно содержанию сознания, благодаря чему получает выражение тот факт, что человек весь, целиком участвует в психическом как телесно-душевнодуховная целостность. Будучи укорененным в индивидуальной жизни личности, переживание, таким образом, - это не только аффективное состояние человека, но и особая форма его активности в процессе познания и смыслоорганизующей деятельности [4].

Т.П. Гавриловой предложено различать два вида эмпатии: сопереживание, т.е. переживание субъектом тех же чувств, которые испытывает другой через отождествление с ним, и сочувствие, т.е. переживание субъектом по поводу чувств другого, иных, отличных чувств. Примером сопереживания может служить переживание учеником волнения за отвечающего на экзамене товарища во время ожидания своей очереди. Ребенок может сочувствовать старому человеку, испытывать к нему чувство жалости, хотя его переживания непосредственно не являются для него близкими.

«Можно предположить, что при сопереживании субъект переносит на себя чужое эмоциональное состояние и переживает чувства другого как бы за себя, поскольку они имели место в прошлом опыте субъекта и, главным образом, если они связаны с предвосхищением им подобной возможности для себя, особенно в ближайшем будущем.

При сочувствии же субъект переживает за другого как бы «бескорыстно», без соотнесения с собой.

Конечно, сопереживание и сочувствие могут проявляться не только в чистом виде: при сочувствии может иметь место элемент сопереживания, а при сопереживании - сочувствия. Однако и в этих случаях один из видов эмпатии доминирует» [5. С. 107-114].

Развитие эмпатии обусловлено социальными влияниями и системой воспитательных воздействий (Рош, Бордин, Хогэн, Мерфи, Ролингс, Ирвинг, Гофман, Аронфрид, Паскаль).

Нарушение эмпатических отношений в семье приводит к образованию такого свойства личности, как тревожность, которая затрудняет проявление эмпатии в поведении (Хэнер, Стотлэнд, Салливен, Мерфи) [6. С. 155].

А. Мехрабиан и Н. Эпштейн рассматривают эмпатию как основную личностную детерминанту помогающего поведения.

Д. Майерс сказал, что эмпатия - это самозабвенное переживание чувств другого; попытки поставить себя на его место. Он же приводит данные о различиях в проявлении эмпатии у женщин и у мужчин: «Согласно опросам, женщины в большей степени склонны описывать себя как эмпатичных, способных понять чувства других - радоваться с теми, кто радуется, и плакать с теми, кто плачет» [13. С. 231].

Дж. Мид определяет эмпатию как «способность принять роль другого человека». В этих работах исследователь переносит акцент с эмоциональной реакции на понимание другого определенным образом: через «воображаемое перевоплощение», «ин-троекцию», «принятие точки отсчета другого» [7. C. 61-68].

Таким образом, к аффективному элементу добавляется когнитивный: «идентичности ментальных процессов субъекта и объекта ...когнитивной реконструкции внутреннего мира другого человека .способности предсказывать поведение других людей» [там же].

По данным Bronfenbrenner, Harding и др., люди как с высоким, так и с низким уровнем эмпатии оказываются, по существу, социально неполноценными: первые наряду с эмоциональностью, отзывчивостью, заинтересованностью в других обладают такими качествами, как неуверенность в себе, неспособность к лидерству, боязнь обидеть других, что, естественно, наталкивает на мысль, что их заинтересованность в других является следствием заинтересованности в самих себе. Люди с низким уровнем эмпатии («одинокие волки») и вовсе являются асоциальными типами, так как эгоцентричны, требуют от людей привязанности, будучи неспособными к эмоциональной отзывчивости» [15].

ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

СОВРЕМЕННАЯ ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

Судя по этим данным, эмпатия понимается исследователями как защитная функция субъекта, для которого объект является чужим, внешним по отношению к нему и в тоже время необходимым ему для выявления своей сущности.

Сходную трактовку этого феномена мы находим и в клинических исследованиях. Оказывается, психотерапевт, по мнению этих авторов, не должен полностью себя раскрывать в эмпатии. Он только понижает порог защиты, чтобы воспринять другого человека, стараясь при этом не допустить его в свою эмоциональную сферу [там же].

Значит, проникновение субъекта в объект лишает последнего самостоятельности, поэтому субъект, проникая в мир объекта, должен заботиться о том, чтобы тот не проникал в его мир. С такой определенностью вывод авторами не делается, хотя на защитную функцию эмпатии прямо указывают такие психологи, как Sullivan [32], Liebhart [24], Sidman [30], Stotland [31].

Ряд авторов полагает, что истоки эмпатии можно искать в явлении эмоционального заражения (Салливен, Фресс, Валлон).

Условно-рефлекторная теория эмпатии осуществлена Miller, Dollard [26].

Bandura в отличие от Миллера и Долларда, которые считали, что подражание или «заражение» эффективно в процессе научения лишь в том случае, если оно приносит удовлетворение или вознаграждение, считает подкрепление не главным фактором научения. Главным фактором научения, по его мнению, является реакция модели, т.е. объекта, на внешний стимул. Эмоциональные ответы модели вызывают соответствующее переживание субъекта, которое автор называет замещающим переживанием. В дальнейшем субъект получает удовлетворение от того, что его сочувственные ответы вызывают положительную эмоцию у объекта, и охотно повторяет их [21. P. 14].

Условно-рефлекторные трактовки эмпатии, при которой усилия направлены на поиск условий, предоставляющих возможность объекту проникаться переживаниями объекта, характерны и вполне подтверждаются экспериментальной процедурой представителей школы необихевиоризма Haner, Whitney [33] и Berger [22].

Нельзя не обратить внимание на то, что и другие исследователи связывают эмпатию с жертвенностью, которую они называют альтруистическим поступком. Наиболее отчетливо данная позиция поставлена в исследовании Aronfreed и Pascal [19].

С точки зрения Scheler [29] и Asch [20], состояние слияния субъекта с объектом эгоистично по природе, так как направлено на себя, и наоборот, когда их переживания не тождественны, сохраняются самостоятельность и независимость чувств субъекта.

Особое место в исследовании эмпатии занимает личностно ориентированный подход, автором которого является американский психолог К. Роджерс.

В целях более корректного отношения к существу вопроса мы сочли возможным привести мнение переводчиков к статье М.В.-Б. Боуэн (коллеги и последователя К. Роджерса), связанного с переводом термина с английского языка на русский, Л.И. Дву-реченской, Г.С. Кожухарь, А.Б. Орлова, М.А. Хазановой: «Перевод термина «person-centered approach» как «личностно ориентированный подход» не является, на наш взгляд, вполне точным. Принимая во внимание общепринятые в англоязычной психологической литературе различение терминов person (человек) и personality (личность), общий подход К. Роджерса следовало бы обозначить как «центрированный на человека». Однако, учитывая сложившуюся практику перевода данного термина на русский язык, мы ограничиваемся лишь этим уточнением, сохраняя в тексте старый термин «личностно-центрированный подход» [2].

К. Роджерс определял эмпатию как «способ существования с другим человеком. Это значит войти во внутренний мир другого и быть в нем как дома. Это значит быть сензитивным к изменениям чувственных значений, непрерывно происходящих в другом человеке. Иногда даже намерение понять может «вылечить». Особенно это верно для психотипических личностей. Эмпатия -это наиболее сильный аспект деятельности психотерапевта, так как она освобождает, она подтверждает, она возвращает даже наиболее испуганного клиента в человеческий род» [2. C. 55-58; 28].

В своей статье об эмпатии К. Роджерс описывает установку терапевта, говоря при этом, что «мы, как терапевты, оставляем в стороне наше собственное «я». .чем более психологически зрелым и интегрированным является терапевт, тем более помогающим оказывается предлагаемое им терапевтическое отношение.

Если же мы как терапевты слишком заняты тем, что пытаемся «понять» наших клиентов или стремимся быть полезными им или изо всех сил стараемся делать «что нужно», то у нас непременно возникает трудность при проникновении в мир клиента. Таким же образом, если потребности нашего эго (в принятии, обожании, любви) чрезмерно вовлечены в процесс, то мы можем

ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

СОВРЕМЕННАЯ ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

испытать сложность при отказе от своего «я» (I-ness) и утрате границ между собой и своими клиентами.

Для того чтобы наши клиенты могли позволить нам, терапевтам, войти в их мир, они должны доверять нам. Для того чтобы возникло это доверие, со стороны терапевта должны быть созданы условия конгруэнтности, принятия и эмпатии».

В ходе поддерживающей встречи создаются условия принятия, эмпатии и конгруэнтности, а методом является активное слушание, но изменение личности может как происходить, так и не происходить [2. С. 32].

М.В.-Б. Боуэн, характеризуя профессиональную деятельность К. Роджерса, пишет: «Описывая условия, необходимые для осуществления терапевтического процесса, К. Роджерс отмечает, что клиент должен находиться в состоянии неконгруэнтности, которое делает его ранимым и тревожным.

По моему впечатлению, по мере того, как контакт К. Роджерса с другим человеком углубляется, его рассудок успокаивается, а сам он становится полностью однонаправленным, как если бы был в состоянии медитации. Мне кажется, что он входит в измененное состояние сознания, в котором исчезает дуализм, разделение его и другого человека. Он становится с клиентом одним целым и благодаря этому проникает в его дезорганизованный, запутанный, иррациональный мир и, подобно магниту, собирает вместе, в одном интегрирующем впечатлении (выделение М.В.-Б. Боуэн) фрагментированные и разрозненные переживания клиента. Представленное в виде обратной связи интегрирующее впечатление терапевта позволяет клиенту увидеть все в новом свете и организовать, упорядочить его хаотический опыт» [там же].

Аналогичная техника К. Роджерса описывается как техника отражения переживаний.

Но К. Роджерс утверждает, что: «Умелый терапевт ощущает мир клиента, как если он был его собственным, но без какой-либо утраты этого качества «как если бы», что если «как если бы» качество утрачивается, то мы имеем дело с состоянием «идентификации», «как только эмпатия превращается в идентификацию, консультант уже больше не способен полно понимать клиента, поскольку для того, чтобы делать это, необходимо, чтобы он сохранял свою объективность» [14. С. 85-86].

Т. Мери, английский ученый, последователь К. Роджерса, специалист в области личностно-центрированного похода, пря-

мо указывал на данную способность эмпатии: «она позволяет нам войти в личный эмоциональный мир другого человека, как если бы мы были этим другим человеком (без утраты качества «как если бы») [25].

В своей теории личности К. Роджерс различает две системы регуляции поведения: организм, стремящийся сохранить и усилить себя, и «Я» личности - особую область в поле опыта индивида, складывающуюся из системы восприятий и оценок личностью своих черт и отношений к миру. При жесткой структуре «Я» не согласующийся с ней опыт воспринимается как угроза личности и при своем осознании либо подвергается искажению, либо отрицается. Цель ненаправленной психотерапии - так перестроить структуру «Я» личности, чтобы она стала гибкой, открытой по отношению ко всему опыту [27].

Быть в состоянии эмпатии означает воспринимать внутренний мир другого точно, с сохранением эмоциональных и смысловых оттенков. Как будто становишься этим другим, но без потери ощущения «как будто». Так ощущаешь радость или боль другого, как он ощущает, и воспринимаешь их причины, как он их воспринимает. Но обязательно должен оставаться оттенок «как будто»: как будто это я радуюсь или огорчаюсь. Если этот оттенок исчезает, то возникает состояние идентификации» [там же].

Для формулировки своего современного представления К. Роджерс опирался на понятие состояния, или переживания, (experiencing) как оно было введено Гендлиным, которое обогатило его представление в целом ряде пунктов, по собственному признанию К. Роджерса [23].

Суммируя кратко, Гендлин считает, что в любой момент времени человек испытывает состояния, к которым он может многократно обращаться в процессе поиска их смысла. Они служат своего рода субъективным ориентиром в этом поиске.

Эмпатичный терапевт проницательно улавливает смысл состояния, переживаемого пациентом в данный конкретный момент, и указывает на этот смысл, чтобы помочь пациенту сконцентрироваться на нем и побудить пациента к дальнейшему более полному и беспрепятственному переживанию.

С точки зрения психотерапии и консультирования проблему эмпатии в контексте развития профессиональных качеств необходимо рассматривать психодраму Дж. Морено, гештальт-терапию Польстеров, исследования А. Айви и М. Айви, П. Холмс и М. Кар.

ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

СОВРЕМЕННАЯ ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

Таким образом, следует воспринимать эмпатию (особенно применительно к профессиональной деятельности, но не только) ни как сочувствие, ни как переживание, а как вчувствование, - и не более того! То есть необходимо вернуться к практике, предложенной в свое время К. Роджерсом, автором данной теории, и его методикам. Во всяком случае, применительно к профессиональной деятельности. Эмпатия - неотъемлемое профессиональное качество всех без исключения социометрических профессий. Учитывая доказанные экспериментально исследования о том, что эмпатийные способности можно развить (И.М. Юсупов, 1992; И.О. Елеферен-ко, 2002 и др.), данное свойство необходимо включить в профес-сиограммы специальностей типа «человек-человек».

И тогда проявляется другая сторона эмпатии, неизбежно, с нашей точки зрения, возникающая, причем по отношению к любой социометрической профессиональной деятельности, потому что ты - «Доверенное лицо для другого!» - внутренний мир другого человека, его чувства, соответственно, мысли и т.д. Вы знаете то, что не знает никто другой. Более того, вполне вероятно, что и сам доверившийся вам человек до конца не осознает, что с ним (опыт психотерапевта, медицинского работника, даже журналиста, который берет интервью, и т.д.). А именно - нравственную сторону эмпатии. То есть мы имеем синергетическую составляющую эмпатии. Именно нравственная часть эмпатии должна и составляет вторую половину эмпатии.

В связи с этим требуется воспроизвести высказывания выдающегося современного специалиста в области понимания В.В. Знакова: «ясно, что механизмы этого феномена невозможно описать только в когнитивных по своей сути категориях определений понимания, условий его возникновения, различных форм, а также способов репрезентации понимаемого в психике понимающего. Недостаточными оказываются и привлечение этических категорий. Попытки «наведения мостов» между познавательной и нравственной сферами личности понимающего субъекта. При психологическом анализе понимания (Знаков, 1994) у меня практически всегда возникало смутное ощущение, что за пределами анализа осталось что-то очень важное, составляющее вечно ускользающий глубинный смысл исследуемого феномена. Сегодня я думаю, что это «что-то» и есть проявление духовной сущности человека, не сводимой только к познанию и морали».

Психологические аспекты духовности отражают человеческие, личностные изменения, происходящие у субъекта во время

акта понимания. Отличительный признак понимания как психического образования заключается в том, что для того чтобы что-либо понять, мы всегда должны соотнести понимаемое с нашими представлениями о должном. Понятое знание о мире обязательно включает представление понимающего субъекта о том, каким должен быть мир. Понимание в этом смысле и есть процесс и результат сопоставления существующего с должным. Понимание - это всегда сопоставление понимаемого с ценностными представлениями понимающего субъекта, с принимаемыми им социальными, групповыми, моральными и другими нормами поведения. Если то, что человеку необходимо понять, расходится с тем, чего он ожидает в соответствии со своими представлениями о долженствовании в социальном мире, то у него возникают трудности с пониманием ситуации.

Формирование духовных состояний во время понимания происходит именно в результате интеллектуальных и нравственных усилий субъекта, направленных на устранение осознаваемых им противоречий между реальными социальными ситуациями, требующими понимания, и нормативно-должными, идеальными. Психологические аспекты духовных состояний (не столь уж частых в жизни человека) неразрывно связаны с глубокими структурами личности, ценностными переживаниями и недостаточно осознаваемыми высшими ценностями. Духовность с трудом поддается рефлексии путем диалога между нашим познаваемым сущим, выраженным в самооценке наличного Я, и познающим духовным сущим, «подсознательной духовностью» (Франкл, 1990), и если в бытии сознанию открывается познанное существующее, то пониманию - соотношение существующего, наличного с тем, что должно существовать. Причем не только во внешнем мире, но и в самом понимающем субъекте. Вследствие этого, понимая мир, человек изменяет, творчески преобразует себя, из глубин обыденной жизни поднимается до духовных вершин бытия.

Духовную сферу личности нельзя рассматривать только через призму интеллектуальной, умственной деятельности человека. Духовность субъекта можно понять только в контексте культуры и мироздания, потому что духовная сфера жизни человека включает как бесконечное разнообразие его связей и отношений с другими людьми, так и попытки осознания своего места и роли в универсуме - в человеческом мире и за его пределами» [10. С. 140-141].

ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

СОВРЕМЕННАЯ ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

Тем не менее, отступая от темы, выскажем свою точку зрения на оценивание в эмпатии. В.В. Знаков (и он не одинок) утверждает: «С диалогической позиции эмпатия включает не только эмоциональный отклик на переживание партнера, но и осознание того, что такое радость понимание содержания понятия «радость». Однако осознание невозможно без оценки. Если один человек радуется, глядя на другого, то содержание его эмоции все же принципиально иное: он радуется в результате оценки извне, со своей ценностно-смысловой позиции. Его эмоция включает и оценочный план отношения к радости партнера, поэтому эмпатию не следует рассматривать как чисто эмоциональное явление. В процессе психического развития эмпатические переживания формируются как эмоционально-когнитивные системы, в которых более сложные формы эмпатии опосредованы знанием» [там же. С. 65].

Мы настаиваем на оригинальном, предложенном К. Роджерсом, безоценочном отношении в эмпатии.

Синергетика происходит от греческого слова, означающего совместное действие. Синергетика в науке - это теория самоорганизации и развития открытых целостных систем любой природы -природных, социальных, когнитивных (познавательных). Синергетические основные понятия, такие как «порядок», «хаос», «нелинейность», «неопределенность», «нестабильность», «диссипативные структуры», «бифуркация» и др., непосредственно связаны с философскими категориями: «бытие», «развитие», «становление», «время», «целое», «случайность», «возможность» и др.

Синергизм эмпатии заключается в нравственном поведении того, кому доверились, кто смог быть эмпатийным по отношению к другому.

С.Л. Рубинштейн, проводя психологический анализ человеческой жизни, утверждает, что он направлен на раскрытие отношений человека к другим людям и «составляет ядро подлинно жизненной психологии. Здесь вместе с тем область «стыка» психологии с этикой» [16. С. 97-98].

Появляющиеся в исследованиях последних трех лет заключения говорят о значимости данной проблемы. Так, Н.В. Ластухи-на, исследуя вопросы межличностных нравственных отношений в конфликтных ситуациях, утверждает следующее: «Порождающим и сохраняющим человека отношением является его отношение к субъективности других людей, поиск со-чувствия, со-мыслия, со-гласия, со-действия с ним, формирующее мотивацию

их совместного поведения» [12. С.12]. При этом «необходимо сформировать у личности такие нравственные качества, которые позволили бы возобладать культуре диалога и согласия между людьми, социальными группами и этносами, т.е. необходимо обращение к духовности.

Человек духовный - человек, обладающий определенной настройкой, готовностью защищать ценности культуры, цивилизации.

Именно человеческое достоинство, определенные меры его признания, позволяющего сделать жизнь достойной, а также разработка норм, гарантирующих благоприятные условия самовыражения личности, составляют ведущую линию в развитии нравственной жизни общества.

Чувство собственного достоинства предполагает значительную вариативность поведения индивида, открывая возможность различной его интерпретации. Основополагающим для истолкования идеи человеческого достоинства является принцип гуманизма. Отсутствие в социуме гуманистической объединяющей идеи, отсутствие в системе социализации личности опоры на нравственные общечеловеческие ценности ведет к антисоциальному поведению, росту числа социальных конфликтов.

Ценности в межличностных отношениях связаны с толерантностью и самоценностью нравственного человеческого достоинства. Стержневым принципом этики общения является принцип сохранения достоинства партнера по общению. С точки зрения нравственности, в любых условиях человек должен быть справедливым, сохранять личное достоинство, быть ответственным, помнить о долге и совести.

Нравственные межличностные отношения должны инициировать проявления максимума сострадания, готовности поддержать другого человека. Отношения между людьми будут отличаться гармонией и стремлением к гуманизму тогда, когда ценности нравственного общения станут общественной нормой. В основе данного принципа лежит единство аксиологических, антропологических и нормативных измерений бытия человека [там же].

Г. Йолов, Д. Граднев: «Сотрудничество в сфере межличностного общения обусловлено психологическими установками и моральными ценностями, которые регулируют повседневное поведение людей» [11. С. 9].

З.Б. Дзуцева, посвятив свое исследование нравственно-эстетическому воспитанию молодежи средствами телевидения, ут-

ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

СОВРЕМЕННАЯ ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

верждает, что «если нравственность апеллирует непосредственно к разуму через чувства, то искусство через образ на чувства». А также то, что «в телевидении заключен органический потенциал средств этико-эстетического воздействия, следовательно, его нужно признать соучастником воспитательного процесса, в котором все компоненты любой передачи (содержание, форма, речь, жесты, поведение человека перед камерой) приобретают огромный духовно-нравственный смысл.

Выполняя одновременно педагогические и прогностические (опережающие) функции, телевидение должно быть гражданским, эстетическим, калокагатосообразным (А.В. Лосев). Следовательно, медиаобразование призвано основываться на принципах транспарентности, элективности и нарративности» [9. C. 9-12].

«Калокагативный - значит быть и прекрасным и хорошим одновременно, - А.В. Лосев» [18. C. 100].

A.В. Брушлинский настаивал, что «в психологии нарративная парадигма является конкретным выражением макроаналитиче-ского метода познания психического» [3].

B. Знаков был аналогичного мнения: «Нарративный тип понимания мира и себя в мире представляет, что человек потенциально способен сказать больше, чем осознает. Повествование - это всегда процесс, в ходе которого люди пытаются понять и выразить такие связи событий, которые приобретают субъективную значимость только во время рассказа (Bruner, 1986)» [10. C. 38]. А также: «Нарративный принцип оказывается важнейшим методом психологии человеческого бытия» [там же. С. 118].

Мы считаем, что применительно к эмпатии нарративный принцип понимания другого человека существенен: дает более полное представление о человеке. Данный принцип, дополняя эмпатийный способ понимания другого человека, также требует базисной синергетической составляющей - бережного, исключительно корректного отношения к достоинству партнера, собеседника, клиента, пациента.

М.В. Бондаренко для становления нравственной позиции подростка в условиях клубной деятельности исследует технологии, предложенные Л. Колбергом. Ж. Пиаже, Ю.В. Александровой, предлагает свое: «В качестве такого (отката, возможности рефлексии по Бондаренко М.В.) механизма, нам думается, можно использовать христианскую технологию выхода человека из порока. Она включает в себя четыре обязательных процедуры: раннее выявление и рефлексию безнравственного пристрастия; отказ от

него, пока оно не закрепилось; закрепившуюся страсть лечить прямо противоположными методами, побуждая себя их совершать; преодолевать порочные пристрастия постепенно, предварительно определив их последовательную зависимость друг от друга». При этом М.В. Бондаренко рассматривает становление нравственной позиции как «процесс, протекающий как относительно самостоятельной в системе нравственного воспитания (а не отдельно от него) и осуществляемый как последовательное прохождение подростком следующих этапов, условно названных «делай, как все» - на подражательном уровне самозащиты; «сделай сам» - на уровне самоориентации; «сделай, как хочет другой» -на уровне эмпатии» [1].

Публикации, посвященные нравственно-духовному становлению и бытию человека, подтверждают - проблема назрела, стала насущной, необходимо что-то делать. Занимаясь исследованием формирования эмпатийности у студентов творческих специальностей (на примере подготовки теле-, радиожурналистов, режиссеров кино и телевидения, мультимедиа-программ) последние два десятка лет, убеждаешься в необходимости именно синергетической составляющей эмпатии - нравственности. Это значит, что с научением студента эмпатийным способностям в первую очередь в нем необходимо формировать нравственное отношение к людям, к самому себе, к мировосприятию.

Таким образом, рассматривая эмпатию с точки зрения синергетической теории, мы утверждаем, что нравственность является одной из ее базисных составляющих. Более того, кумулятивное развитие такого явления, как эмпатия, ее свойства, глубинный внутренний механизм позволяет настаивать на нефеноменологическом типе теории эмпатии, а используемый метод восхождения от абстрактного к конкретному в эмпирически наработанных фактах (И.М. Юсупов, И.О. Елеференко и др.) является подтверждением тому, что эмпатия - это синергетическая система.

Литература

1. Бондаренко М.В. Становление нравственной позиции подростка в условиях клубной деятельности: Автореф. дис. ... докт. пед. наук. СПб., 2006.

2. Боуэн М. В.-Б. Духовность и личностно-центрированнный подход // Вопросы психологии. 1991. №3-4.

3. Брушлинский А.В. Мышление и прогнозирование. М., 1979.

4. Власова Т.В. Эмпатия: от психологии к феноменологии: Учеб пособие. Владивосток, 2000.

5. Гаврилова Т.П. Экспериментальное изучение эмпатии у детей младшего школьного возраста // Вопросы психологии. 1974. №5. С. 107-114. С. 108.

ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

СОВРЕМЕННАЯ ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

6. Гаврилова Т.П. Понятие эмпатии в зарубежной психологии (Исторический обзор и современное состояние проблемы) // Вопросы психологии. 1975. №2. С. 155.

7. Гиппенрейтер Ю.Б., Карягина Т.Д., Козлова Е.Н. Феномен конгруэнтной эмпатии // Вопросы психологии. 1993. №4. С. 61-68.

8. Гончаренко Е.С. Развитие эмпатийного потенциала личности (на материале исследования детей 7-8 лет): Автореф. дис. ... канд. психол наук. Краснодар, 2003. С.3-4

9. Дзуцева З.Б. Нравственно-эстетическое воспитание молодежи средствами телевидения: Автореф. дис. ... канд. пед наук. Владикавказ, 2006. С. 9-12.

10. Знаков В.В. Психология понимания. Проблемы и перспективы. М., 2005. С. 140-141.

11. Йолов Г., Градев Д. Общение: сотрудничество, дистанция, конфликтность: Реферат. М., 1990. С. 9.

12. Ластухина Н.В. Межличностные нравственные отношения в конфликтных ситуациях: Автореф. дис. ... канд. филос. наук. Чебоксары, 2003. С. 12.

13. Майерс Д. Социальная психология / Пер. с англ. СПб., 1997. С. 231.

14. Орлов А.Б. К. Роджерс и современный гуманизм // Вестник МГУ. 1990. №2. С. 85-86.

15. Психотерапевтическая энциклопедия / Под. общ. ред. Б.Д. Карвасарско-го. СПб., 1999.

16. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1989. С. 97-98.

17. Шестаков В.П. История эстетических категорий. М., 1965. С. 100.

18. Aronfreed J., Pascal V. In: Altruism and helping behavior. N.Y., 1970.

19. Asch S.E. Social psychology. Englewood Cliffs. N.Y., Prentice Hall, 1952.

20. Bandura A.A., Walters R. Social leaning and personality development . N.Y. Holt, Rinehart and Winston, 1963. Р. 14.

21. Berger S.M. Psychol. rev. 1962, 69.

22. Gendlin E.T. Experiencing and the creation of meaning. N.Y., 1962.

23. Liebhart F. H. J. Empathy and emergence helping: the effects of personality, self-concern and acquaintance // Journ. of experim. soc. psychol. 1972. vol. 8. №5.

24. Merry T.A. Guid to the person-centered approach. Loughton: Gale Center Publications, 1990.

25. Miller N.E., Dollard J. Social leaning and imitation. New Haven. Yale Univ. Press, 1941.

26. Rogers C.R. A theory of therapy, personality and interpersonal relationships as developed in the client centered framework / In: Koch S. (ed.). Psychology: A study a science, (...) V. 3. N.Y., 1959.

27. Rogers C.R. Client-centered therapy. Boston, 1951; Psychotherapy and personality change (с соавт.). Chicago, 1954; On personal power. Boston, 1977.

28. Scheler M. Wesen und Formen der Sympathie. Der Phanomenologie der Sympatiegefuhle. Bonn, Cohen, 1926.

29. Sidman J. Empaty and helping behavior in college students // Diss. Abstr. 1969. vol. 29 (10-B).

30. Stotland E. a. o. Emparthy and bith order. Some experimental explorations. Lincoln, Univ. of Nebrasca Press, 1971.

31. Sullivan H.S. The interpersonal theory of psychiatry. N.Y., W.W. Norton a. Co, 1953.

32. Haner C.F., Whitney E. Empathic conditioning and its relation to anxiety level //Amer. Psychologist. 1960. vol. 15, 493 (Abstract).