Прятки по-сербски

В субботу в петербургском Доме кино закрылся IV Международный фестиваль короткометражного кино и анимации Open cinema. Поработавший в жюри МИХАИЛ ТРОФИМЕНКОВ пришел к выводу, что, обзаведясь полноценным международным конкурсом, Open cinema стал главным кинособытием Петербурга.

     Зародившись как расслабленная ночная тусовка с кинопоказами на пляже Петропавловской крепости, Open cinema на первых порах ни с кем не конкурировал. Но сама логика ситуации в Питере вытолкнула его на авансцену. Старые фестивали не исчезли, но расслабились. Фестиваль документального, анимационного и короткометражного кино "Послание человеку" все больше впадает на стадии отбора в пуританский морализм. Фестиваль фестивалей с развитием проката перестал быть отдушиной для синефилов. Фестиваль Александра Баширова "Чистые грезы" в силу организаторских способностей своего президента лишился уникального шанса стать "русским Сандэнсом". Но свято место пусто не бывает.

     Open cinema — это прежде всего поток спецпрограмм. В этом году их количество достигло невероятного числа 28 — баскские, норвежские, бразильские, канадские, португальские фильмы. Плюс конкурс. В анимационной и документальной номинациях победители оказались, в общем, предсказуемы. Иван Максимов получил приз за мультик "Дождь сверху вниз", хотя, не растеряв обаяния, его фильмы стали в последнее время несколько однообразны. Вновь сонм милых фантастических созданий, словно родившихся от скрещивания слоников со снусмумриками, сталкивается со стихийным бедствием. Еще недавно их уносил ураганный ветер, теперь вот дождь почти библейской мощи грозит затопить их домики.

     Документальный Гран-при — "Мать" Павла Костомарова и Антуана Каттина. Хотя длительность фильма выводит его за короткометражные рамки, это действительно самая сильная работа, снятая в России за год. Два года камера следила за жизнью матери девяти детей, когда-то проданной собственной матерью замуж за бутылку водки и с тех пор неутомимо пытающейся хоть как-то удержать в узде, спасти от множества провинциальных кошмаров собственных детей. Конечно, это не удается. Дочь замуж пристроила: свадьба с "цыганочкой" принявшего на грудь жениха — один из лучших эпизодов. А сын загремел-таки в тюрьму: в финале мать отчаянно высматривает его среди пассажиров прибывшего поезда, да так и не находит.

     Самая интересная интрига разыгралась в богатом игровом конкурсе. Искренне жаль, что не получила наград "Сага" Габриеля Ахима, подтвердившая неслучайность моды на румынское кино. За восемь минут зритель перелистывает историю трех поколений одной семьи: невозмутимый, жесткий черный юмор, череда планов-эпизодов. Вот выходит замуж непутевая дочь, местная "маленькая Вера", даже внешне очень похожая на Наталью Негоду. Закадровый голос сообщает: в счастливом браке у нее было трое детей. На экране место за семейным столом занимают китаянка, негритенок и вполне европейская девочка.

     Победителем стал немецко-сербский "Милан" Микаэлы Кецеле. Как и "Сага", это редкий пример короткого метра, оставляющего ощущение большого фильма. Действие разворачивается, естественно, в дни натовских бомбардировок 1999 года: в Сербии еще долго будут снимать кино об этих днях. Фильм лишен карнавальной истеричности, с легкой руки Эмира Кустурицы считающейся родовой чертой сербского кино. Бомбы падают где-то там, далеко от хутора семьи 9-летнего Милана — на телеэкране, в райцентре. Но "осколки" долетают и сюда. Проклиная НАТО, шофер автобуса роняет горящую сигарету и, нашаривая ее на полу, сбивает старшего брата героя. Сам Милан направляет по ложному следу деревенский молодняк с берданками, охотящийся на сбитого американского летчика. Не из гуманизма, конечно: он надеется, что раненый пилот сможет в отсутствие брата поиграть с ним в прятки.