Проектирование форм производственнокоммерческой интеграции на основе типологии сложных товарообменных операций

Экономика и финансы

УДК 334.7 ББК У9(2)212

ПРОЕКТИРОВАНИЕ ФОРМ ПРОИЗВОДСТВЕННОКОММЕРЧЕСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ НА ОСНОВЕ ТИПОЛОГИИ СЛОЖНЫХ ТОВАРООБМЕННЫХ ОПЕРАЦИЙ

A.A. Ефремов

Статья посвящена проблемам выбора предприятиями вариантов хозяйственных связей. Автором рассмотрены особенности формирования типологии товарообменных операций с учетом специфики обмена правомочиями. Особое внимание в статье уделяется исследованию особенностей лизинга. Обосновывается перечень рисков, связанных с лизингом. Даются рекомендации по реализации хозяйственных связей на основе лизинговых отношений.

Ключевые слова: аренда, инвестиционный товар, лизинг, логистика, правомочие, производственно-коммерческая интеграция, риски, товарообменная операция, хозяйственная связь.

Перспективы выбора предприятиями структурных сетевых отношений, не исключающих, в том числе, их взаимодействие с конкурентами, актуализирует выработку нового концептуального подхода к проектированию форм производственно-коммерческой интеграции. Это требование нами соотносится с двумя аспектами стратегического планирования взаимодействия предприятия. Во-первых, существует необходимость понимания альтернативных возможностей договорных соглашений в сфере снабжения и сбыта, в частности, лизинга [1]. Во-вторых, новая логика взаимодействий в экономике предполагает «материализацию» стратегии предприятия в форме «единого сетевого (многостороннего)» договора, который представляет совокупность сбалансированных с позиции интегрированного логистического планирования договоров поставки в сфере снабжения и сбыта [2].

Основой проектирования форм производственно-коммерческой интеграции является типология товарообменных операций. Она еще не приобрела вид цельной и глубоко проработанной теоретической конструкции. Хотя локальные ее элементы в отдельных работах просматриваются.

Исходной точкой формирования типологии товарообменных операций служит следующее базовое представление экономической теории прав собственности [3]. Любой акт товарного обмена есть по существу обмен «пучками правомочий». «Пучок прав» прикрепляется к определенному

физическому благу или услуге, но именно ценность прав определяет ценность обмениваемых товаров. Иными словами «...на рынке торгуют не материальными предметами, как часто предполагают экономисты, а правами осуществлять определенные действия...» [4]. В результате матрица возможных взаимодействий по поводу товарного обмена задается правовой системой, которая дает огромное количество комбинаций правомочий.

Такое разнообразие можно дополнительно усилить, если принять во внимание следующие факторы:

1) срок, на которые передаются правомочия;

2) ограничения на права, в частности, на получение дохода от ресурса, например, в виде налога;

3) наличие различных национальных правовых систем.

Все это позволяет полагать, что правомочия могут бесконечно комбинироваться и рекомбинироваться, определяя тем самым сложность полномасштабного определения типологических особенностей товарообменных операций.

Уточнение данных об альтернативных способах передачи полномочий составляет принцип информационной концепции формирования цепей поставок, основой которых выступает хозяйственная связь в многообразии ее содержательных вариантов (см. таблицу) [5].

Неоспоримой заслугой В.В. Щербакова - автора этой концепции, является привлечение внима-

Концепция содержательной интерпретации вариантов хозяйственных связей

Классификационные группы хозяйственных связей Содержание хозяйственных связей Конечное состояние

Состав и «размер» передаваемых правомочий Срок осуществления передаваемых правомочий Предмет хозяйственных связей поставщика получателя

ния научной общественности к проблеме учета всех возможных передаваемых комбинаций правомочий при проектировании цепей поставок. Действительно, оптимальное определение прав собственности формирует адекватную систему стимулов и, соответственно, требуемое поведение экономических агентов, т. е. создает объективные предпосылки для идентификации рациональной логики формирования логистических цепей. Однако концепция В.В. Щербакова оставляет открытым, по крайней мере, один вопрос. Каким образом надо осуществлять выбор оптимальной комбинации передаваемых правомочий? Кроме того, она обходит стороной вопрос о «размывании прав собственности», которого часто невозможно избежать.

Выбор оптимальной комбинации передаваемых правомочий связан с вопросом о том, каким образом функции, осуществляемые предприятиями, распределяются между ними? Последний вопрос, по определению Р.Г. Коуза, является одним из насущных вопросов современности [4].

Следует согласиться с мнением Р.И. Капе-люшникова, который полагает, что главный выигрыш от рассредоточения правомочий усматривается в том, что экономические агенты получают возможность специализироваться в реализации того ли иного частичного правомочия (например, в праве управления или в праве распоряжения капитальной стоимостью ресурса) [3]. Таким образом, при проектировании цепей поставок необходимо производить перераспределение прав в соответствии с относительными преимуществами, которые приобретает каждый из участников этих цепей. Это положение следует расценивать двояко. Во-первых, необходимо разграничивать экономические и юридические компетенции. Во-вторых, целесообразно использовать стандарты лучшей практики товарообменных операций.

«Размывание» прав собственности происходит либо из-за неточной их спецификации, либо из-за плохой защиты. Сложность обеспечения полноты такой спецификации особенно при длительных (долгосрочных) договорах определяется, с одной стороны, существенными расходами на контроль за осуществлением всех правомочий, а с другой стороны, неспособностью предприятий предугадать и отразить в рамках договора все будущие события. Согласно неоинституциональной теории такой договор является выражением ограниченной рациональности экономических агентов на уровне их взаимодействия друг с другом, механизм публичной защиты которого неэффективен по причинам высоких издержек: 1) сбора информации, ее адекватной интерпретации (осмысления всех существенных для данного договора «нано-экономических» деталей); 2) обеспечения независимости принимаемых третьей стороной решений, заслуживающей доверия каждой из сторон договора [4]. Неполнота договора может создать угрозу вымогательства со стороны партнера, нейтрали-

зация которой может также потребовать значительных расходов.

Лизинг (финансовая аренда) является сложной разновидностью аренды (прокат, аренда транспортных средств, аренда зданий и сооружений, аренда предприятий, финансовая аренда). Лизинговая деятельность по закону РФ № 164-ФЗ является инвестиционной. Она предусматривает приобретение имущества (любые непотребляемые вещи за отдельным исключением, которые могут использоваться для предпринимательской деятельности) и передачу его в лизинг. Лизинг представляет собой совокупность экономических и правовых отношений, возникающих в связи договором, в соответствии с которым арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучатель) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование. Договором лизинга может быть предусмотрено, что выбор продавца и приобретаемого имущества осуществляется лизингодателем. Лизингодатель обладает правами: 1) уступать свои права 3-му лицу (полностью / частично; 2) привлекать средства: а) для осуществления лизинговой деятельности; б) используя как залог предмет лизинга, который будет приобретен в будущем по условиям договора лизинга; 3) осуществлять бесспорное списание денежных средств со счета лизингополучателя, если лизинговые платежи им не перечисляются более 2-х раз подряд в установленные сроки. Срок лизинга и параметры лизинговых платежей (размер, способ осуществления, периодичность) закон РФ № 164-ФЗ не определяет. Налоговая специфика лизинга состоит в том, что ее стороны могут: 1) получать налоговые преимущества:

а) лизинговые платежи признаются расходами у лизингополучателя; б) право применять механизм ускоренной амортизации, переданных в лизинг активов); 2) перераспределять налоговые преимущества (учет предмета лизинга на балансе у лизингодателя или лизингополучателя производится по их взаимному согласию).

Таким образом, лизинговая деятельность представляет собой синтез инвестиционных, арендных, кредитно-финансовых, торговых и логистических отношений [6, 7 и др.]. Наличие здесь явной логистической компоненты обусловлено операцией поставки инвестиционного товара. Однако вопросы логистики и управления цепями поставок только сегодня начинают находить понимание в лизинговой практике в РФ. Объясняется это логикой становления лизинговых отношений в РФ, которые сегодня, по оценкам специалистов, находятся на стадии развития, характеризующейся следующим положением [8]. Сегодня появляются новые, нестандартные решения в организации форм сделок, требования клиентов возрастают. Заканчивается формирование вторичного рынка

Экономика и финансы

оборудования. Ужесточается конкуренция, лизингодатели предлагают более гибкие условия по сделкам, оказывают ряд дополнительных услуг (инжиниринговые, логистические услуги по установке и эксплуатации оборудования).

Виды лизинга не всегда устанавливаются специальным законодательством. Например, в законе РФ № 164-ФЗ различаются только внутренний и международный лизинг, а международный бухгалтерский стандарт IAS17 содержит критерии разделения лизинга на финансовый и оперативный. Это не отражает всей сложности лизинговых отношений, что стимулирует научные усилия в направлении совершенствования классификации видов лизинга. Выполненные нами системные обобщения в этой области указывают на существование как минимум 14 основных классификационных признаков лизинга, детализация которых дает еще около 70 частных признаков. Однако, как нам представляется, это не предел. Например, можно выделить лизинг в корпорациях.

Уместно напомнить, что центральным стержнем всех лизинговых схем (речь идет, прежде всего, о финансовом лизинге, так как оперативный лизинг практически представляет собой договор аренды) выступает договор лизинга. Именно он определяет исходную конфигурацию лизинговых отношений. Исключая случай прямого и возвратного лизинга, отправной точкой формирования лизинговых операций (т. е. инвариантным модулем) служат трехсторонние отношения. Разрастание конфигурации хозяйственных связей в этом случае определяется необходимостью привлечения новых партнеров, потребность в которых во многом определяется зависимостью лизинга от условий кредитования, предлагаемых банками. Функциональная роль субъектов лизинга определяется экономической природой ограничений, препятствующих реализации классической схемы финансового лизинга:

- дефицит финансовых ресурсов у лизингодателя (требуются услуги кредитных организаций и др.);

- высокие риски, связанные с лизингом, например, вероятность: утраты лизингополучателем платежеспособности; снижения ликвидности предмета лизинга и др. (требуются страховые, аудиторские и др. услуги);

- высокие барьеры на вход рынка государственных закупок (требуются: дилерские, агентские; услуги фирм по оценке участия лизинговых компаний в государственных конкурсах; новые формы сотрудничества, например, образование альянсов, партнерство государства и бизнеса и др.);

- трансакционные издержки, обусловленные: выбором поставщика оборудования и/или сопутствующих сервисных услуг; организацией поставок; оценкой оборудования; выработкой коллективной стратегии, стандартов взаимодействия в условиях многосторонних сложных лизинговых

отношений (востребуется аутсорсинг, инсорсинг и др.) и т. п.

Многообразие видов лизинга указывает нам на возможность проектирования лизинговых взаимодействий с элементами преднамеренного формирования структурной избыточности организационных и экономических отношений, возникающих по поводу товарного обмена на основе лизинга. Такая стратегия способна предоставить лизингодателю возможность для экономического маневрирования в случае существенных отклонений параметров лизингового проекта на практике. Кроме того, она, по нашему мнению, априори закладывает объективные предпосылки для поиска экономических компромиссов с потенциальными лизингополучателями [9]. Уместно отметить, что лизинговое финансирование экономически эффективно, если арендатор и/или лизингодатель получают большую экономическую прибыль, нежели при альтернативном варианте финансирования того же проекта.

В отечественных работах, посвященных лизингу, не заканчивается дискуссия по поводу разграничения оперативного и финансового лизинга. Причины этого явления объясняются не сложностью вопроса, обусловленной не регламентацией оперативного лизинга в РФ, а в актуальности расширения его практики в России. Неиспользование термина «оперативный» лизинг в нормативноправовой базе РФ допущено сознательно, чтобы избежать споров и коллизий налогового характера. Например, в США 90 % разбирательств в судах, связанных с лизинговыми операциями, направлены на выяснение их соответствия нормативным актам.

Согласно стандарту IAS 17 под финансовым лизингом понимается лизинговая сделка, в которой практически все риски и доходы, связанные с владением имущества, передаются лизингополучателю. Под оперативным лизингом в IAS17 понимается любой другой лизинг, отличный от финансового; в основном все риски и потери, свойственные владельцу имущества, остаются за лизингодателем. Срок оперативного лизинга соответствует короткому сроку найма оборудования.

Закон РФ № 164-ФЗ не устанавливает соотношения между сроком финансового лизинга и жизненным циклом его предмета. Однако в мировой практике оно зачастую регламентировано. Например, в Германии срок договора финансового лизинга должен составлять от 40 до 90 % срока полезной жизни соответствующего оборудования.

Финансовый лизинг традиционно считается специалистами предпочтительной формой переоснащения уже имеющегося технологического имущества, а также формой поддержки развития малого предпринимательства. Преимущества оперативного лизинга, несомненно, проявляются в условиях нестабильности банковского сектора, которая обусловливает снижение сроков кредитования,

а подчас делает его невозможным. Однако существуют и другие причины обращения к нему:

1) нецелесообразность закупок оборудования, используемого периодически; 2) риск выкупа у лизингодателя оборудования с высоким моральным износом и др. Здесь необходимо добавить еще одно положение. Не следует рассматривать в качестве отрицательного аспекта для потребителей услуг оперативного лизинга присущие ему высокие платежи. Во-первых, в этом случае клиентам предоставляется полное техническое обслуживание и др. Во-вторых, размер лизинговых платежей определяется высокими рисками лизингодателя. Причем маржа в этом случае по сравнению с финансовым лизингом почти в 10 раз выше. Все это позволяет расценивать как аргумент в пользу рассмотрения при проектировании лизинговых взаимодействий возможностей комплексного использования оперативной и финансовой форм лизинга.

Чаще всего предметом договора оперативного лизинга является строительная техника (краны, экскаваторы), транспорт, сложные виды информационного оборудования. Именно поэтому кризисные явления в строительной отрасли, которые наблюдаются в РФ, привели к сжатию рынка услуг оперативного лизинга.

Существенным положением в контексте нашего исследования является обращение нашего внимания на недопущение ограничительной трактовки финансового лизинга, т. е. до несведения его функций к финансово-кредитной компоненте. Лизинг имеет отчетливые снабженческо-сбытовые функции: 1) для потребителей он является альтернативой классическим закупкам; 2) для производителей и предприятий торговли - одним из направлений сбытовой деятельности.

Кроме того, необходимо сделать акцент на специфике возвратного лизинга. Он по внешней форме похож на заклад имущества, так как не происходит физического перемещения имущества, продаваемого лизингодателю. Выгода лизингополучателя заключается в том, что он может по-прежнему пользоваться своим оборудованием и одновременно получает денежные средства. Для лизингодателя такие сделки наименее рискованные. Однако здесь есть ряд нюансов: 1) к таким схемам повышенное внимание оказывают налоговые структуры (т. е. высока вероятность длительных споров и разбирательств); 2) сроки лизинга в этом случае, как правило, предельны; 3) требуются услуги оценщиков. В последней связи необходимо добавить следующее. Во-первых, цена оборудования в случае возвратного лизинга обычно учитывает дисконт от рыночной стоимости в 30-40 % в зависимости от ликвидности. Во-вторых, цена же, по которой происходит процесс купли-продажи будущего предмета лизинга, имеет две составляющие: а) капитальная; б) прокатная (цена аренды или найма фактора производства в единицу времени, т. е. цена, которая формирует текущие

доходы лизингодателя.

Особенности оценки рисков в системе лизинговых отношений проявляются, прежде всего, в целесообразности определения риска каждого ее участника и отдельно рисков, которые вызовут негативные последствия по цепочке у участников лизинговой сделки.

Возникающие при лизинговых операциях риски традиционно распределяют на следующие пять крупных групп: 1) риски, связанные с выбором предмета лизинга; 2) риски, связанные с поставщиками предмета лизинга; 3) риски, связанные с утратой лизингополучателем платежеспособности в период исполнения договора лизинга;

4) риски, связанные с ликвидностью предмета лизинга и предметов обеспечения лизинговой сделки; 5) риски, связанные с формированием портфеля договоров лизинговой компании [10]. Первые два вида рисков, совершенно очевидно, по своей природе являются логистическими. Здесь уместно добавить, что осуществление товарообменных операций на основе международного лизинга предполагает проработку ряда логистических аспектов: организация документооборота, связанного с передачей предмета лизинга; обоснование и проработка схем передачи предмета лизинга от поставщика лизингополучателю.

Самостоятельным фактором риска лизинговой деятельности следует признать конфликты (споры), которые условно можно разделить на 2 вида:

1) функциональные конфликты в системе лизинговых отношений (разногласия между кредитными организациями и лизингодателем в отношении определения выбора лизингополучателя и др.; разногласия между лизингополучателем и лизингодателем, поставщиком в отношении приема предмета лизинга ненадлежащего качества и др.);

2) институциональные конфликты (разногласия между лизинговыми фирмами, лизингополучателями и налоговыми службами в отношении признания факта лизингового характера сделок, использования налоговых льгот и др.).

Разногласия между кредитной организацией и лизингодателем (конфликты 1-го рода) возникают вследствие следующих причин. Во-первых, методики проверок лизингополучателя банком и лизингодателем кардинально различаются. Первый стремится чрезмерно увеличить требования к клиенту, что приводит к возрастанию срока его проверки. В свете усиления конкуренции на рынке лизинговых услуг последнее условие не соответствует политике ориентации лизинговых компаний на клиента. Кроме того, часто банки требуют, чтобы лизингополучатель застраховался в его пользу. Убедить клиента сделать такой шаг на практике очень сложно.

Разногласия между лизингополучателем и лизингодателем, поставщиком, возникающие в случае поставки предмета лизинга ненадлежащего

Экономика и финансы

качества, по сути, являются примером логистического конфликта. Специфика этой ситуации наглядно проявляется, если продавец не является изготовителем некачественного товара, т. е. он не всегда в состоянии обеспечить его замену. При обнаружении существенных недостатков товара лизингополучатель вправе только отказаться от исполнения договора купли-продажи и требовать возврата уплаченных за товар денежных средств. Однако надо помнить, что право лизингополучателя ограничено необходимостью получения согласия лизингодателя на расторжение договора поставки. Лизингодатель не отвечает за качество переданного лизингополучателю товара, поэтому расторжение договора поставки не может быть основанием для расторжения договора финансовой аренды.

Обращение к лизингу при проектировании форм производственно-коммерческой интеграции необходимо осуществлять с учетом тенденций, к числу которых относятся:

1) совершенствование методологии выполнения лизинговых операций;

2) внедрение видов лизинговых услуг на основе бенчмаркингового анализа деятельности лизинговой компании и исследований региональных рынков лизинговых услуг;

3) совершенствование клиентской базы, повышение качества обслуживания клиентов;

4) улучшение структуры доходов и расходов лизингодателя на основе стратегии ориентации на клиента и рационализации затрат на лизинговые операции;

5) совершенствование управления рисками на основе анализа финансового состояния клиентов;

6) разработка и реализация стратегии управления знаниями в области лизинговых операций;

7) использование новых финансовых (секьюритизированных) инструментов;

8) применение приемов аутсорсинга для развития лизинговых структур;

9) внедрение информационных технологий в управлении лизинговой деятельностью.

Литература

1. Экономика предприятия: учебник для вузов / под ред. Ф.К Беа, Э. Дихтла, М. Швайтцера; пер. с нем. - М: ИНФРА-М, 1999. - 928 с.

2. Тамбовцев, В.Л. Контрактная модель стратегии фирмы / В.Л. Тамбовцев. - М.: Экономический факультет МГУ, ТЕИС, 2000. -83 с. .

3. Капелюшников, Р.И. Экономическая теория прав собственности / Р.И. Капелюшников. - М.: ИМЭМО АН СССР, 1990. - 90 с.

4. Природа фирмы: пер. с англ. / редкол.: Л.И. Абалкин (гл. ред.) [и др.] — М.: Дело, 2001. -360 с.

5. Щербаков, В.В. Хозяйственные связи в процессе материально-технического обеспечения: учебное пособие / В.В. Щербаков. — СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского университета экономики и финансов, 1991. - 116 с.

6. Налоговый кодекс РФ. Часть вторая: Федеральный закон РФ от 05.08.2000 года №117-ФЗ.

7. О защите конкуренции: Федеральный закон РФ от 26.07.2006 года № 135-ФЭ.

8. Юнин, П.А. Слияния и поглощения российских лизинговых компаний / П.А. Юнин // Философия хозяйства. - 2006. - № 6. — С. 103-114.

9. Управление проектами: справочное пособие / под ред. И.И. Мазура и В.Д. Шапиро. - М.: Высшая школа, 2001. - 875 с.

10. Газман, В.Д. Финансовый лизинг: учеб. пособие для вузов /В.Д. Газман. - 2-е изд. — М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2005. - 392 с.

11. Ткаченко, Н. Проблемы и перспективы лизинга/ Н. Ткаченко // Лизинг-ревю. — 2005. — Ns 6. -С. 12-14.

Поступила в редакцию 10 сентября 2009 г.

Ефремов Андрей Александрович. Кандидат экономических наук, докторант кафедры коммерции и логистики, Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов. Область научных интересов - логистика лизинга.

Andrey Aleksandrovich Efremov is Cand.Sc. (Economics), doctoral candidate of the Commerce and Logistics Department, Saint Petersburg State University of Economics and Finance. Research interests: leasing logistics.

E-mail: vvt@finec.ru