Глагольное выражение значений касания и осязания в хакасском языке

11. Постникова С.Н. Разряды прилагательных в современном немецком языке. Диссертация ... доктора филологических наук. Нижний Новгород, 1992.

12. Сулименко Н.Е. Еще раз о семантике прилагательных. Критика и семиотика. Новосибирск: Институт филологии, 2007; Вып. 11: 66 - 77.

References

1. Ivanova L.A. K voprosu o referencii i referentnosti yazykovyh edinic. Vestnik MITHT. 2007; T. 2; № 6: 90-93.

2. Kubryakova E.S. Tipy yazykovyh znachenij. Semantika proizvodnogo slova. Moskva, 1981.

3. Linskij L. Referenciya i referenty. Novoe vzarubezhnojlingvistike. Moskva, 1982; Vypusk XIII. Lingvistika teksta.

4. Paducheva E.V. Vyskazyvanie i ego sootnesennost's dejstvitel'nost'yu. Moskva, 1985.

5. Postnikova S.V. K voprosu o referencial'no-pragmaticheskoj prirode yazykovyh znakov. Vestnik Nizhegorodskogo gosuniversiteta im. N. I. Lobachevskogo. Seriya Filologiya. 2001; 1 (2): 53-58.

6. Terkulov V.I. Kompozity russkogo yazyka vonomasiologicheskom aspekte. Dissertaciya ... doktora filologicheskih nauk. Gorlovka, 2008.

7. Evseeva I.V. Konceptualizaciya opyta cheloveka posredstvom derivacionnyh edinic. Vestnik Kemerovskogo gosudarstvennogo universiteta. 2011; Vyp. № 4: 161 - 167.

8. Vezhbickaya A. Leksikografiya i konceptual'nyj analiz. Moskva, 2001.

9. Sosnina L.V. Strukturnye raznovidnosti kompozitnyh cvetooboznachenij. Vestnik RUDN. 2015; 2: 56 - 64.

10. Kubryakova E.S. Yazyk i znanie: na puti polucheniya znanij o yazyke: chasti rechi s kognitivnoj tochki zreniya: rol' yazyka v poznanii mira. Moskva, 2004.

11. Postnikova S.N. Razryady prilagatel'nyh vsovremennom nemeckom yazyke. Dissertaciya ... doktora filologicheskih nauk. Nizhnij Novgorod, 1992.

12. Sulimenko N.E. Esche raz o semantike prilagatel'nyh. Kritika isemiotika. Novosibirsk: Institut filologii, 2007; Vyp. 11: 66 - 77.

Статья поступила в редакцию 08.12.15

УДК 811.512.1

Chertykova M.D., Candidate of Sciences (Philology), Leading research associate, Institute of Humanitarian Researches and the Sayan-Altai Tyurkology, Katanov Khakass State University (Abakan, Russia), E-mail: chertikova@yandex.ru

VERBAL EXPRESSION OF MEANING OF A CONTACT AND TOUCH IN THE KHAKASS LANGUAGE. The article presents a research on identification and lexical-semantic description of verbs with the meaning of a contact and touch in the Khakass language. During the contextual analysis of semantics of these verbs their general and distinctive signs are established. A meaning of a deliberate contact is expressed by synthetic forms of verbs, and an inadvertent contact - analytical designs with the modifier пар- 'to go'. Verbs with the meaning of touch differ from contact verbs in expression always of purposeful action for the purpose of knowledge of object. Analytical constructions with a modifier are used with a verb кор- 'to look'. In constructions with touch-related verbs the subject is always animated, while in constructions, where verbs meaning an act of contact, the subject can be both animated and inanimate. Subjects of not purposeful, inadvertent actions often have inanimate objects.

Key words: verb, semantics, contact, touch, subject of action, object, Khakass language.

М.Д. Чертыкова, канд. филол. наук, вед. науч. сотр. Института гуманитарных исследований и саяно-алтайской тюркологии, Хакасский государственный университет им. Н.Ф. Катанова, г. Абакан, E-mail: chertikova@yandex.ru

ГЛАГОЛЬНОЕ ВЫРАЖЕНИЕ ЗНАЧЕНИЙ КАСАНИЯ И ОСЯЗАНИЯ В ХАКАССКОМ ЯЗЫКЕ

Статья посвящена выявлению и лексико-семантическому описанию глаголов со значением касания и осязания в хакасском языке. В ходе контекстного анализа семантики данных глаголов установлены их общие и отличительные признаки. Значение преднамеренного касания выражается синтетическими формами глаголов, а непреднамеренного касания - аналитическими конструкциями с модификатором пар- 'идти'. Глаголы осязания отличаются от глаголов касания выражением всегда целенаправленного действия с целью познания объекта. Значение осязания дают аналитические конструкции с модификатором кор- 'смотреть'. При глаголах осязания субъект всегда одушевлённый, в то время как при глаголах касания субъект может быть и неодушевлённым. Субъектом нецеленаправленных, непреднамеренных действий чаще всего выступают неодушевленные предметы.

Ключевые слова: глагол, семантика, касание, осязание, субъект действия, объект, хакасский язык.

Известный философ М.Н. Эпштейн в своей работе «Философия тела» посвятил целый раздел такому понятию, как «хапти-ка», которое представляет собой науку об осязании и прикосновении, о коже как органе восприятия и творчества, о тактильных формах деятельности и самовыражения [1, с. 16 - 39].

При этом осязание представляется самым обиходным и привычным из всех чувств. «Мы можем закрыть глаза, уши, заткнуть нос, не брать ничего в рот, но мы не можем содрать с себя кожу. Мы постоянно осязаем свою одежду, а, раздевшись, осязаем поверхность, на которой стоим или лежим». Поэтому автор убеждён, что в иерархии пяти чувств осязание несправедливо ставится на последнее место, как, якобы, «самое грубое и низменное» [1, с. 19-22].

В разграничении глаголов касания и глаголов осязания хакасского языка мы следуем формулировкам Г.Е. Крейдлина, исследовавшего лексические единицы русского языка с семантикой невербального социального акта. По его мнению, осязание следует понимать как первоначальный физический контакт с объектом, т. е. это тактильный, невербальный способ взаимодействия с объектом. Следует разграничивать понятия «физическое действие» и «касание». В отличие от физического действия,

«касание является лишь первой, предварительной и не главной фазой комплексного действия» [2, с. 423]. Автор считает главным смысловым инвариантом синонимического ряда глаголов касания: «сделать так, чтобы часть тела жестикулирующего (в нашей терминологии - рабочий орган; обычно это рука) в результате движения пришла в физический контакт (начала иметь контакт) с частью тела адресата или с некоторым материальным объектом». Для глаголов осязания обязательным компонентом является «следующее за касанием движение, совершаемое с определённой целью» [2, с. 425 - 428].

В хакасском языке нами выявлены следующие глаголы со значением касания: тец- 1) 'задевать, дотрагиваться, прикасаться, притрагиваться'; 2) 'касаться, трогать'; сыйба- 1) 'гладить'; 2) 'ощупывать'; наарыл- 1) 'задевать, опираться'; 2) 'натыкаться'; урун- 1) 'натолкнуться, наскочить, столкнуться; врезаться'; 2) пе-рен. 'встретить кого-/что-л'. Действия, выражаемые этими глаголами, могут быть преднамеренными и контролируемыми, если они совершаются человеком.

Нога п1с пу столда чатхан чииске тецерге дее хорыхча-быс?

Костя, тайахтарын тастабызып, сиденге наарылып тур салтыр (Бросив свои костыли, Костя стоял, опираясь на забор).

Артыхха урунза - агас ким1рер (погов.) (Сколько веревочке ни виться...; букв. 'Если встретит кого-нибудь, кто лучше его, то будет грызть дерево').

Случаи с использованием рассматриваемых глаголов в составе пословиц и поговорок свидетельствуют о наличии лексических разрядов и явлений, обусловленных когнитивной составляющей языка, связанной с ментальностью этноса [3, с. 105 - 113].

Однако глаголы тец- и наарыл- могут обозначать и непреднамеренные действия, субъектом которого выступает не человек.

Салаалар козенекке теепчелер (Ветки задевают окна).

Хойлар хазаага наарылза, оргеннер тыцырас турлар (Когда овцы натыкаются на сарай, то колья позванивают).

Нецеленаправленные, случайные действия чаще выражаются аналитическими конструкциями с модификатором пар-'идти': тееп пар- 'задеть, задевать', урун пар- 1) 'натолкнуться, наскочить, столкнуться; врезаться'; 2) перен. 'встретить кого-/ что-л.'; наарыл пар- 'наскочить, удариться, наткнуться'. Сочетание глаголов тец-, урун- и нарыл- с вспомогательным глаголом пар- дает значение внезапности и одноразовости действия. Глагол тец-, сочетаясь с вспомогательным глаголом пар-, принимает форму деепричастия -тееп, где при стечении двух гласных выпадает согласный -ц-. Субъектом нецеленаправленных, непреднамеренных действий чаще всего выступают неодушевленные предметы.

При касании человека к объекту инструментом (или орудием) может служить не только рука, но и другие части тела. Значения глаголов тец- 'задевать, дотрагиваться, прикасаться, притрагиваться; касаться, трогать' и тееп пар- 'задеть, задевать' предполагают касание рукой или другими частями тела: азах-тац 'ногой', сыганахтац 'локтем', пастац 'головой' и т. д. При глаголе сыйба- 'гладить; ощупывать' орудием действия бывает исключительно рука или пальцы. В семантике глаголов касания выделяется признак «сила контакта». Глаголам тец- 'задевать, дотрагиваться, прикасаться, притрагиваться'; 'касаться, трогать', тееп пар- 'задеть, задевать' и сыйба- 'гладить; ощупывать' свойственна сема 'слабый контакт с объектом', т. е. сила касания здесь несущественна.

1чем угаа тарыхпай полган, аннацар мин агаа тееп парарга хорыххам (Мать была очень раздражённой, поэтому я боялся её задеть).

Действия, описываемые глаголами наарыл-, урун-, урун пар- и наарыл пар- производятся с применением большой силы. При этом отдельные части тела не могут быть инструментом действия. Некорректными были бы выражения со следующими словами: азахтац 'ногой' (холдац 'рукой', ицн1нец 'плечом' и т.д.), урунарга 'столкнуться' (урун парарга 'стукнуться, столкнуться', наарыларга 'опираться', нарыл парарга 'наткнуться'). Однако возможны сочетания типа пастац урунарга (урун парарга) 'врезаться, (стукнуться) головой'. Действия, обозначаемые этими глаголами, совершаются при движении всего тела, если в роли субъекта выступает человек:

Кичее агам ¡зкке урун партыр (Мой дед, оказывается, вчера стукнулся о дверь).

Если же действие совершается неодушевленным предметом, то допускается наличие силы контакта с объектом, при этом возможны «некоторые изменения в объекте, причем эти изменения, в случае если они, по мнению говорящего, портят объект, нарушая его структуру или целостность, оцениваются говорящим отрицательно» [2, с. 427].

Чаше всего такому резкому изменению (разрушению) подвержены хрупкие предметы:

Козенекке мячик тееп парып, оодыл парган (Мячик задел окно, и окно разбилось).

Итак, выше рассмотрены 4 глагола со значением преднамеренного, контролируемого касания тец-, сыйба-, наарыл-, урун- и 3 сложных глагола со значением непреднамеренного случайного касания тееп пар-, урун пар- и наарыл пар-. Поскольку эти глаголы соотносятся с материальным объектом, они редко развивают переносные значения, однако такое употребление не исключено, например, глагол тец- может означать 'задевать чьи-л. чувства, частную жизнь кого-л.', а глагол урун- - 'встретиться':

Син мин1ц хониима тецме (Ты не трогай мою семейную жизнь); Кем птт1р ¡ди абанац хамахтац хамахха урунызарын

(Чкч, 197) (Кто знал, что так встретимся с медведем лоб в лоб).

Далее перейдём к глаголам со значением осязания. Г.Е. Крейдлин считает, что основной идеей и главной ассерцией в толковании глаголов осязания (или тактильных глаголов) является не вступление в контакт, а другая пропозиция, обозначающая реализацию желания и цели агенса обнаружить некие свойства осязаемого объекта. Если при глаголах касания позицию субъекта могут заполнять как одушевленные, так и неодушевленные имена, то при глаголах осязания субъектом могут быть только одушевленные имена, чаще люди. Действие осязания совершается обычно с целью познания объекта: потрогать, пощупать, погладить, чтобы определить его качества. На основании тактильного ощущения человек познает такие свойства объекта, как шершавый, гладкий, рыхлый, мягкий, твердый, скользкий и т.д. [2, с. 423 - 424].

В хакасском языке значение осязания дают аналитические конструкции с модификатором кор-, который теряет свое первоначальное значение 'смотреть'. Присоединяясь к деепричастию на -ып, он выражает действие, которое совершается только с целью пробы, испытания [4, с. 245].

Тот оттенок, что инструментом для осязательного восприятия могут служить руки (или пальцы, ладони), содержится в семантике глаголов: теепкор- 1) 'попробовать задеть, дотронуться, прикоснуться, притронуться; потрогать', сыйбапкор-1) 'попробовать погладить'; 2) 'пощупать', тут кор- 'потрогать', саскор- 'попробовать толкнуть'. Наличие этих глаголов показывает, что процесс осязания предмета происходит в основном при помощи рук и пальцев.

ц мындагы арбузтарны сыйбап корзе, хатыртпах пiлдiртче (Хч, 47) (Если погладить наши местные арбузы, они кажутся шероховатыми).

Иногда инструментом осязания может служить нога, о чем свидетельствует глаголы паскор- 'попробовать наступить', тееп-кор- 'попробовать пнуть', которые описывают процесс проверки поверхности чего-либо.

Мацзыттыг хаалагнац пас парып, чардыларны тееп кор-ген: аар полбиндырлар (Хч, 38) (Подойдя быстрыми шагами, [он] пнул доски: они оказались не тяжелыми).

Здесь следует подчеркнуть омонимичность данного глагола и глагола теепкор-. Глагол теп- 'пинать' при присоединении деепричастного аффикса -¡п- принимает форму теб1п. Между двумя гласными звук п озвончается и выпадает, в результате мы получаем деепричастную форму тееп. Глагол наарылкор- 'попробовать задеть, опереться; наткнуться' передает осязание всем корпусом тела и при использовании определенной силы. Глагол чыскор- 'попробовать потереть' предполагает использование орудия действия: можно тереть тряпкой, губкой, варежкой и т.д. При этом объект представляется как относительно широкая площадь касания.

Покроп апсахтыц ицн1не тудынып, час пуссар пас коргем (Держась за плечи деда Покропа, я попробовал наступить на молодой лед).

Чтобы определить характер и свойства объекта или из чего он сделан, обычно недостаточно одноразового акта касания, поэтому субъект может совершать многократные поглаживающие, сжимающие или ощупывающие движения руками. Такой способ восприятия в хакасском языке передается грамматической категорией многократности действия при помощи аффикса -хла-/-кле-, например: тутхлапкор- 'попробовать потрогать, пощупать (многократно)', тепклепкор- 'попробовать попинать (несколько раз)', пасхлапкор- 'попробовать наступать (несколько раз)', чысхлапкор- 'попробовать подтереть (многократно)' и т.д.

Итак, мы рассмотрели глаголы, выражающие кратковременный физический контакт с объектом: 7 глаголов касания и 8 глаголов осязания. Синтетические формы глаголов касания обозначают преднамеренное действие, а нецеленаправленные, случайные действия обычно передаются аналитической формой -ып пар- (деепричастный аффикс -ып выпадает из структуры некоторых глаголов: урун(ып) пар-, наарыл(ып) пар-. Глаголы осязания отличаются от глаголов касания выражением всегда целенаправленного действия с целью познания объекта. Значение осязания дают аналитические конструкции с модификатором кор-. При глаголах осязания субъект всегда одушевленный, в то время как при глаголах касания субъект может быть и неодушевлённым.

Библиографический список

1. Эпштейн М.Н., Тульчинский Г.Л. Философия тела. Тело свободы. Санкт-Петербург: "Алетейя", 2006.

2. Крейдлин Г.Е. Невербальная семиотика: язык тела и естественный язык. Москва: Новое литературное обозрение, 2002.

3. Каксин А.Д. Традиционное мировоззрение и его отражение в языке: к вопросу о проблематике этнолингвистики (на материале тувинского, хакасского и хантыйского языков). Новые исследования Тувы. 2015, 2. Available at: http://www.tuva.asia/journal/issue_26/7922-kaksin.html

4. Грамматика хакасского языка. Под редакцией проф. Н.А. Баскакова. Москва: Наука, 1975. References

1. 'Epshtejn M.N., Tul'chinskij G.L. Filosofiya tela. Telo svobody. Sankt-Peterburg: "Aletejya", 2006.

2. Krejdlin G.E. Neverbal'naya semiotika: yazyk tela i estestvennyjyazyk. Moskva: Novoe literaturnoe obozrenie, 2002.

3. Kaksin A.D. Tradicionnoe mirovozzrenie i ego otrazhenie v yazyke: k voprosu o problematike 'etnolingvistiki (na materiale tuvinskogo, hakasskogo i hantyjskogo yazykov). Novyeissledovaniya Tuvy. 2015, 2. Available at: http://www.tuva.asia/journal/issue_26/7922-kaksin.html

4. Grammatika hakasskogo yazyka. Pod redakciej prof. N.A. Baskakova. Moskva: Nauka, 1975.

Статья поступила в редакцию 21.12.15

УДК 822.512.144

Shabaeva L.A., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Head of Department of Dagestan Literature, Dagestan State Pedagogical University (Makhachkala, Russia), E-mail: leilatarki@mail.ru

AMIR KURBANOV CONTRIBUTION TO THE DEVELOPMENT OF DAGESTANI LITERATURE. The article deals with the creative legacy of Amir Kurbanov, one of the founders of Dagestani dramaturgy. By analyzing one of his plays, the researcher concludes that Amir Kurbanov was behind Dagestan Kumyk drama, and his legacy reflected heroic protest of people, who strongly fought for freedom, especially during the years of the revolution in the beginning of the twentieth century and during the Great Patriotic War and the life of the people in peacetime. In the early period of his life A. Kurbanov worked not only as a playwright but also as a poet. In the first anthology of the Soviet Kumyk poetry there are some of his poems. The poet's contemporaries noted that Amir Kurbanov was a deeply humane man, who loved people and selflessly spent his life to serve his people. The creative work of the writer is also marked by love and compassion for people, a sense of justice, devotion to truth and genuine sincerity.

Key words: Dagestan Kumyk drama, revolution, civil war, national theatrical studio, theater college, Kumyk theater, actor, director, playwright.

Л.А. Шабаева, канд. филол. наук, доц., зав. каф. дагестанской литературы, Дагестанский государственный педагогический университет, г. Махачкала, E-mail: leilatarki@mail.ru

ВКЛАД АМИРА КУРБАНОВА В РАЗВИТИЕ ДАГЕСТАНСКОЙ ДРАМАТУРГИИ

В статье рассматривается творческое наследие одного из основоположников дагестанской драматургии Амира Курбано-ва. Анализируя его пьесы, автор приходит к выводу, что Амир Курбанов стоял у истоков дагестанской кумыкской драматургии, и его наследие отразило героический протест народа, борющегося за свободу в годы революции и в годы Великой Отечественной войны и за жизнь народа в мирное время. В ранний период своего творчества А. Курбанов выступил не только как драматург, но и как поэт. В первой антологии кумыкской советской поэзии было представлено несколько его стихотворений. Современники Амира Курбанова вспоминают его как человека глубоко гуманного, любившего людей и беззаветно служившего людям. Всё его творчество также отмечено любовью и состраданием к людям, чувством справедливости, преданностью правде, неподдельной искренностью.

Ключевые слова: дагестанская кумыкская драматургия, революция, гражданская война, национальная театральная студия, театральный техникум, Кумыкский театр.

Амир Курбанов - известный драматург, один из основоположников кумыкской и дагестанской драматургии, внёсший неоценимый вклад в становление и развитие кумыкской и всей дагестанской драматургии, который всю свою жизнь отдал созданию, становлению и укреплению Кумыкского государственного театра - самого старейшего национального театра Дагестана.

Амир Курбанов - Заслуженный деятель искусств, Народный артист ДАССР, член СП СССР Он родился в 1909 году в семье бедного крестьянина Абакара. Амир Курбанов вырос в большом кумыкском селении Нижний Дженгутай. Когда Амиру было семь лет, скончалась его мать, а когда ему исполнилось одиннадцать, в 1923 г., умер и отец. В первые годы советской власти, благодаря заботе и содействию красных партизан, он становится воспитанником одного из многочисленных детских домов г. Буйнакска, а в 1925 г. поступает в педагогический техникум.

В 1926 году, когда по инициативе Совнаркома Дагестана и комиссариата народного образования и лично Д.Ж. Коркмасова и А. Тахо-Годи, в городе Буйнакске организуется первая в Дагестане национальная театральная студия, А. Курбанов переводится в это учебное заведение. Студия, преобразованная в театральный техникум, в 1927 году переводится в Махачкалу. Годы учёбы в техникуме были чрезвычайно плодотворными. Молодой Амир не только изучает литературу, увлекается драматургией, осваивает сложное сценическое искусство, но и сам пробует силы не только как артист, но и как драматург.

В 1928 г. А. Курбанов переводит на кумыкский язык пьесу осетинского драматурга Д. Кусова «Хаджи-Омар», а в следую-

щем году пишет пьесу «Для счастья людей» [1, с. 50]. В том же 1929 г. А. Курбанов создаёт свою вторую пьесу «Горные соколы», которая повествует о гражданской войне, о героической борьбе дагестанцев за установление советской власти в Дагестане.

Привлечённый к воспитанию и учёбе органами советской власти, приобщённый к театральному искусству театральным техникумом, созданным новыми властями, А. Курбанов не мог не воспеть романтику борьбы за новую власть, т. к. искренне верил в её светлые идеалы. С 1930 года, когда открылся первый профессиональный национальный театр Дагестана - Кумыкский театр, вся дальнейшая жизнь Амира Курбанова, вплоть до его трагической кончины в 1966 году, протекала в этом театре. Он был не только талантливым артистом, режиссёром, но и выдающимся драматургом, а также театральным критиком. Жизнь Амира Курбанова была нелегкой. Поскольку он хорошо рисовал, А. Курбанов метался в поисках достойного применения и реализации своих сил.

Наряду с напряженной актерской работой в 30-е годы А. Кур-банов трудится над созданием пьес, так как проблема репертуара в Кумыкском театре стояла очень остро. Кроме того, молодой драматург, видимо, сознавал необходимость художественного закрепления успехов советской власти в реальной жизни, в художественном творчестве.

На процесс коллективизации Амир Курбанов откликается своими драмами «Поворот», «Вперед за урожай» и «Чабан Арслан».