Профилактика и лечение стрессовых аффективных расстройствпри ишемическом инсульте

18. Serov V. N., Markin S. A. Kriticheskie sostoyaniya v akusherstve [Critical states in obstetrics]. Moscow, Medizdat, 2003, 704 p.

19. Tikhonenko I. V. Prognozirovanie i diagnostika platsentarnoy nedostatochnosti. Avtoreferat dissertatsii kan-didata meditsinskich nauk [Prediction and diagnosis of placental insufficiency. Abstract of thesis of Candidate of Medical Sciences]. Minsk, 2014, 26 p.

20. Trishkin A. G., Artymuk N. V., Nikolaeva L. B. Funktsional'naya diagnostika fetoplatsentarnoy nedostatochnosti [Functional diagnosis of fetoplacental insufficiency]. Rossiyskiy vestnik akushera-ginekologa [Russian Bulletin of obstetrician-gynecologist], 2009, vol. 9, no. 2, pp. 83-86.

21. Fatkullin I. V., Orlov L. V., Gabidullina R. I. Lazernaya dopplerovskaya floumetriya v otsenke dinamiki mikrotsirkulyatsii pri otekakh beremennykh [Laser doppler flowmetry in the estimation of microcirculation changes in edemas of pregnant women]. Kazanskiy meditsinskiy zhurnal [Kazan medical journal], 2002, vol. 83, no. 4, pp. 289-293.

22. Filippov O. S., Guseva E. V., Shirokova E. I. Sostoyanie zdorov'ya zhenshchin i osnovnye napravleniya razvitiya sluzhby rodovspomozheniya v Rossiyskoy Federatsii [The health Status of women and the main directions of development of the obstetric service in the Russian Federation]. Zdravookhranenie [Healthcare], 2009, no. 11, pp. 25-31.

23. Ali K. Z., Burton G. J., Khalid M. E., Moosa R. Effects of Radix et Rhizoma Rhodiolae Kirilowii on expressions of von Willebrand / J. Obstet Gynecol Reprod Biol., 2010, vol. 144, Suppl 1, pp. 128-133.

24. Amato N. A., Maruotti G., Scillitani G., Lombardi L., Pietropaolo F. Placental insufficiency and intrauterine growth retardation / Minerva Ginecol., 2007, vol. 59, no. 4, pp. 357-367.

25. Cannas F., Binaghi F. Nailfold capillaroscopy and laser doppler flowmetry during standardised cold challenge to evaluate capillary pattern and digital flow in idiopathic acrocyanosis - Panminerva Med., 2002, vol. 44, no. 2, pp. 123-127.

УДК 616.831-005.1 14.01.00 - Клиническая медицина

© Н.Н. Мирбабаева, В.В. Белопасов, 2016

ПРОФИЛАКТИКА И ЛЕЧЕНИЕ СТРЕССОВЫХ АФФЕКТИВНЫХ РАССТРОЙСТВ

ПРИ ИШЕМИЧЕСКОМ ИНСУЛЬТЕ

Мирбабаева Назакет Низаметдиновна, аспирант кафедры неврологии, нейрохирургии с курсом последипломного образования, ГБОУ ВПО «Астраханский государственный медицинский университет» Минздрава России, Россия 414000, г. Астрахань, ул. Бакинская, д. 121, тел.: (8512) 52-41-43, е-mail: agma@astranet. ru.

Белопасов Владимир Викторович, доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой неврологии, нейрохирургии с курсом последипломного образования, ГБОУ ВПО «Астраханский государственный медицинский университет» Минздрава России, Россия 414000, г. Астрахань, ул. Бакинская, д. 121, тел.: (8512) 52-41-43, е-mail: belopasov@yandex.ru.

Изучены клинические проявления и динамика аффективных расстройств в острейшем, остром и раннем восстановительном периоде ишемического инсульта при назначении Агомелатина 25 мг 1 раз в сутки в течение 3 месяцев. Полученные результаты свидетельствуют о высокой эффективности данного препарата: у 55,8 % пациентов по окончанию курса лечения симптомы тревожно-депрессивного расстройства отсутствовали, у 41,7 % больных они редуцировались до легкой степени. Кроме того, число больных с умеренной и выраженной степенью депрессии сократилось до 10,8 % человек. В группе сравнения выраженные депрессивные нарушения сохранялись у 70,5 % пациентов, тяжелые - у 25 % человек. Сравнительная оценка свидетельствует о достоверном положительном антидепрессивном и анксиолитическом эффекте Агомелатина в основной группе и возрастании степени выраженности аффективных нарушений у больных в группе сравнения, не получавших данный препарат.

Ключевые слова: ишемический инсульт, аффективные расстройства, Агомелатин.

PROPHYLAXIS AND TREATMENT OF STRESS AFFECTIVE DISORDERS

AT ISCHEMIC STROKE

Mirbabaeva Nazaket N., Post-graduate student, Astrakhan State Medical University, 121 Bakinskaya St., Astrakhan, 414000, Russia, tel.: (8512) 52-41-43, e-mail: agma@astranet.ru.

Belopasov Vladimir V., Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of Department, Astrakhan State Medical University, 121 Bakinskaya St., Astrakhan, 414000, Russia, tel: (8512) 52-41-43, e-mail: belopasov@yandex.ru.

We have studied clinical manifestations and dynamics of affective disorders in the acutest, in acute and in early recovery period of ischemic stroke in patients treated with agomelatine 25 mg 1 time a day for 3 months. The results obtained show a high efficiency of the drug: at the end of the course of treatment the symptoms of anxiety and depression were absent in 55,8 % of patients and were reduced to a mild degree in 41,7 % of cases. Moreover, the number of patients with a moderate and clinically apparent degree of depression decreased to 10,8 %. In the comparison group clinically apparent depressive disorders persisted in 70,5 % of patients, severe ones - in 25 %. The comparative assessment shows a reliable positive antidepressant and anxiolytic effect of agomelatine in the main group and an increasing severity of affective disorders in patients from the comparison group who were not receiving the drug.

Key words: ischemic stroke, affective disorders, agomelatine.

Введение. Известно, что возникающие при развитии инсульта стрессовые аффективные нарушения (астения, тревога, депрессия) отягощают течение не только острого, но и отдаленного его периода, отрицательно влияют на восстановление нарушенных соматических и двигательных функций. По данным С.Ш. Тюляковой [16], через 14 дней после поступления больных в стационар субклинические и клинически выраженные признаки депрессии наблюдаются, соответственно, в 35,7 и 20,2 % случаев, повышенная тревожность - в 61,2 % наблюдений. Нарастание тревоги, интеллектуальной и двигательной заторможенности, снижение мотиваций приводит к отказу участия больных в проведении реабилитационных мероприятий [7, 11, 17, 25]. Развитие реактивного состояния, в свою очередь, снижает их выживаемость после инсульта, способствует при наличии не угрожающих жизни осложнений летальному исходу. Смертность среди таких пациентов выше, чем при отсутствии депрессии [9, 15, 19, 22, 26, 27]. Частота и тяжесть депрессивных проявлений нарастает при тяжелом течении инсульта, ухудшении неврологических нарушений, отсутствии эффекта от проводимой терапии [8, 12, 18, 21]. Число больных с постинсультной депрессией достигает 70 % [4]. Своевременное назначение антидепрессантов оказывает положительное влияние на психоэмоциональную сферу больных, создает условия для их целенаправленного включения в реабилитационный процесс [5, 28, 29].

Цель: оценить эффективность назначения Агомелатина для профилактики и лечения стрессовых аффективных нарушений у больных с ишемическим инсультом.

Материалы и методы исследования. Больные основной группы (ОГ) без выраженных речевых расстройств (120 человек: 64 мужчины, 56 женщин; средний возраст: 63,4 ± 11,8 лет), давшие письменное согласие на участие в исследовании, одобренном этическим комитетом ГОУ ВПО «Астраханская государственная медицинская академия» (2010 г.), получали Агомелатин (Вальдоксан, Les Laboratoires Servier Industrie, Франция) с первых дней заболевания в стандартной дозе 25 мг в сутки вечером на протяжении 3 месяцев (срок для достижения устойчивого терапевтического эффекта). Обследование проводили в момент поступления больного в отделение (в первые сутки развития заболевания), через неделю, по окончании курса лечения (1 месяц) и через 3 месяца после выписки пациента из стационара. Динамику улучшения психического, неврологического статуса, повседневной активности, нарушений жизнедеятельности и их выраженности оценивали в те же сроки, сравнивая с исходными показателями, используя шкалы инсульта NIHSS, тяжести депрессии Бека, оценки степени инвалидизации и функциональной независимости пациента, перенесшего инсульт (шкала Ренки-на), и индекс повседневной активности Бартела. При наличии выраженной или тяжелой депрессии больные были проконсультированы психиатром. Диагноз выставляли с учетом критериев МКБ-10.

Группу сравнения (ГС) составили 64 пациента (36 мужчин, 28 женщин), не имевщих отличий от основной группы по возрасту, характеру неврологической и соматической патологии. Данной группе пациентов препарат не назначали.

Анализ результатов исследования и построение диаграмм проводили с использованием программ Microsoft Excel 2010, Statistica/Windows Release-7.0 (StatSoft, Inc., USA). Уровень достоверности при сравнении независимых групп определяли с учетом уровня значимости р < 0,05.

Результаты исследования и их обсуждение. В 1-7 дни инсульта в связи с дезадаптирующим его влиянием на психику, потерей двигательной активности и привычных социальных связей тяжелые депрессивные расстройства (по шкале Бека) были выявлены у 53 (44,2 %) больных (средний балл 38,4 ± 0,8), выраженные - у 39 (32,5 %) пациентов (средний балл 24,8 ± 0,5), умеренные - у

22 (18,3 %) обследованных (средний балл 17,8 ± 0,2). Преобладание доли больных с тяжелой и выраженной степенью депрессии в первые дни инсульта объясняется развитием у них дефицитарного состояния, обусловливающего потерю способности справляться с физическими потребностями без посторонней помощи. У 56 (46,7 %) больных, по данным компьютерной томографии (КТ), ишемиче-ский очаг локализовался в правом полушарии, у 64 (53,3 %) пациентов - в левом. Преимущественное поражение структур передних отделов мозга способствовало реализации аффективных расстройств. Характер аффекта соответствовал критериям тревожной, тоскливой и апатической депрессии, наличие которой, по мнению ряда исследователей [10, 13, 18, 27], существенно ограничивает реабилитационный потенциал.

У большинства больных с грубыми парезами или параличами подавленное настроение сочеталось со страхом ожидания зависимости от окружающих, все они нуждались в посторонней помощи. Выраженная степень зависимости от медперсонала и родственников (4 балла по шкале Рэнкина) имелась у 62 (51,7 %) больных, грубая (5 баллов) - у 30 (25 %) пациентов. Уже в первые часы после развития инсульта активные формы борьбы с болезненными проявлениями уступали пассивным. Эмоциональные нарушения выражались в виде повышенной утомляемости (66,2 % опрошенных), раздражительности (34,9 %), тревожности (67,3 %), пониженной самооценки и неуверенности в себе (27,2 %), неудовлетворенности в результатах лечения и восстановления нарушенных функций (44,3 %), сниженного настроения (74,1 %), в чувстве «ненужности», бесперспективности (12,8 %), в виде отсутствия положительных эмоций при общении с медперсоналом (4,6 %), членами семьи (12,7 %), друзьями (14,3 %), потери интереса к близким (3,4 %), будущему и жизни (32,6 %), апатии (12,4 %), слабодушия (27,8 %), отказа от кормления (14,3 %), введения и приема лекарственных препаратов (27,6 %), проведения реабилитационных мероприятий (17,8 %). Психомоторные нарушения проявлялись в виде снижения активности (82,4 %), замедленности при выполнении инструкций (68,6 %), бедности мимических реакций (67,8 %), безынициативности (27,2 %), реже - в беспокойстве или психомоторном возбуждении (13,5 %).

Через 1 месяц на фоне приема Агомелатина, несмотря на сохранение у многих больных стойкого неврологического дефицита, депрессивные проявления значительно уменьшились, большинство из них стало активно сотрудничать с медперсоналом. По данным опроса, симптомы тяжелой (33,3 ± 0,8 балла) и выраженной депрессии (22,0 ± 0,5 балла) имелись у 50 (41,7 %) человек (соотношение 25 : 25), умеренной (18,3 ± 0,1 балла) - у 23 (19,6 %) пациентов, легкой (13,1 ± 0,2 балла) - у 20 (16,6 %) больных, у 27 (22,5 %) обследованных они отсутствовали. При этом у 73 (60,8 %) больных выраженность двигательных нарушений оставалась на прежнем уровне (суммарный балл 45,2 ± 1,3), у 3 (0,2 %) человек индекс активностей повседневной жизни Бартела соответствовал 5 баллам, у 27 (17,8 %) пациентов -17,9 ± 0,5 баллам. Функциональные нарушения с умеренно выраженной зависимостью на момент выписки больных из стационара имелись у 48 (31,7 %) человек, общий суммарный балл составил 70,2 ± 0,6. Одновременно с этим у этих больных отмечена положительная динамика (р < 0,01) по пунктам «астения» (84,2 > 56,8 %), «раздражительность» (36,4 > 22,1 %), «слабодушие» (15,8 > 8,3 %), «нарушение сна» (68,3 > 34,8 %). Действие препарата проявлялось в повышении активности больных, улучшении настроения, коммуникабельности, желании активно взаимодействовать с медперсоналом, соседями по палате и родственниками. Часть из них была настроена на продолжение лечения в амбулаторных условиях, отмечала улучшение не только самочувствия, но и соматического состояния, положительно оценивала результаты восстановительного лечения. Стабилизировались гемодинамиче-ские показатели (уровень артериального давления, частота пульса), биохимические анализы крови соответствовали возрастным показателям. Быстрое развитие антидепрессивного эффекта и превосходство Агомелатина над плацебо, антидепрессантами группы селективных ингибиторов обратного захвата серотонина подтверждается литературными данными [20]. Препарат хорошо переносится больными, не оказывает негативного влияния на основные параметры, характеризующие деятельность сердечно-сосудистой системы. Благоприятный профиль безопасности обеспечивается отсутствием сродства к а- и Р-адренорецепторам, а также дофаминовым, бензодиазепиновым, гистамино-вым и холинорецепторам [14].

Через 3 месяца различия между эффективностью психокорригирующего действия Агомелатина и темпом восстановления двигательных функций, ограничивающих повседневную жизнедеятельность больного, стали более существенны. При сохраняющемся уровне зависимости (средний суммарный балл бытовой активности по шкале Бартела 64,9 ± 2,8) число больных, имеющих депрессивную симптоматику, по сравнению с предыдущим исследованием достоверно (р < 0,001) уменьшилось: легкая степень депрессии (12,8 ± 0,2 балла) имелась у 32 (26,7 %) пациентов, умеренная

(17,4 ± 0,3 балла) - у 11 (9,2 %) обследованных, выраженная (23,6 ± 1,2 балла) - у 10 (8,3 %) человек. Тяжелое депрессивное состояние (32,0 ± 2,0 балла) сохранялось у 4 (3,3 %) пациентов, у остальных 63 (52,5 %) человек симптомы депрессии отсутствовали.

Динамика регресса депрессивных проявлений в течение 3 месяцев после развития ишемическо-го инсульта при лечении Агомелатином отражена на гистограмме (рис.). Полученные результаты

можно оценить как выраженное улучшение (р < 0,01). % 60

50 40 30

20

10 0

отсутствуют легкие умеренные выраженные тяжелые

до окончания курса лечения

через 1 месяц после окончания курса лечения

через 3 месяца после окончания курса лечения

Рис. 1. Число больных основной группы с депрессивными проявлениями (в %) до и после окончания курса лечения

У больных ГС (64 человека), не получавших Агомелатин, ожидаемого восстановления двигательных функций не наблюдалось, аффективные нарушения различной степени выраженности имелись у всех пациентов. Через 3 месяца выраженные депрессивные нарушения были констатированы у 45 человек: средней тяжести - у 29 (45,3 %) пациентов (средний балл 28,4 ± 0,2), тяжелые - у 16 (25 %) человек (средний балл 32,3 ± 0,3); легкие - у 19 (29,7 %) обследованных (средний балл 20,2 ± 0,4). Сравнительная оценка свидетельствует о достоверном положительном антидепрессивном и анксиолитиче-ском эффекте Агомелатина в ОГ и возрастании степени выраженности аффективных нарушений у больных в ГС, не получавших антидепрессантов. Большинство исследователей [2, 6, 26] также указывает на увеличение частоты постинсультной депрессии к концу раннего восстановительного периода в отсутствие своевременно назначенной корригирующей терапии.

Обсуждение. Агомелатин, являясь инновационным препаратом, обеспечивает по сравнению с антидепрессантами группы селективных ингибиторов обратного захвата серотонина и ингибиторов обратного захвата серотонина и норадреналина (венлафаксином, сертралином, флувоксамином и др.) быструю редукцию депрессивных симптомов при хорошей переносимости и безопасности, в том числе у больных с цереброваскулярной патологией [5, 6, 20, 23, 28]. Данные, основанные на результатах динамической психометрической оценки 120 больных в различные периоды ишемического инсульта (острейший, острый, ранний восстановительный период), подтверждают результаты сравнительной и плацебо-контролируемой оценки действия этого препарата у больных с различными формами острого нарушения мозгового кровообращения [1, 6].

Положительное влияние Агомелатина на депрессивную симптоматику (ее психические и соматические компоненты) прослежено на протяжении 12 недель лечения. Достигнутые в 1 месяц лечения результаты были не только закреплены, но и улучшены по окончанию курса лечения. В связи с этим следует особо отметить, что хорошая и удовлетворительная редукция аффективных расстройств при отсутствии осложнений была получена у больных старше 60 лет с наличием клинически значимой

355

43 33,4 1 ,3 1—

22,6 0,0 16,6 5,0 -  26,6 — 19,2 18,3 4 9,2 1 20,8 Г 1 20,8 3,3 1

соматической патологии (ишемическая болезнь сердца, артериальная гипертензия, сахарный диабет) и наиболее тяжелыми формами церебральной ишемии (атеротромботический и кардиоэмболический подтипы инсульта).

Широкий спектр действия Агомелатина на функции головного мозга, сердечно-сосудистой системы, липидного и углеводного обмена обеспечивает активацию саногенетических механизмов, направленных на ограничение зоны инфаркта мозга, восстановление и стабилизацию органной и системной гемодинамики [1, 3]. Как следствие наблюдается заметное снижение влияния негативных факторов на течение и исход заболевания. Быстрое и стойкое восстановление эмоционального фона, формирование положительной комплаентности к концу острого периода инсульта способствуют повышению не только психологического, но и физического реабилитационного потенциала у больных. Наряду с этим, уменьшается риск возникновения отсроченной тяжелой постинсультной депрессии и угрожающих жизни и здоровью острых кардиальных, гемодинамических и церебральных событий [2, 12, 24].

Заключение. Включение Агомелатина в общую схему лечения обеспечивает быструю редукцию депрессивных нарушений в острейшем, остром и раннем восстановительном периоде инсульта, уменьшает риск возникновения у больных отсроченной тяжелой постинсультной депрессии.

Список литературы

1. Арушанян, Э. Б. Защитная роль мелатонина при нарушениях мозгового кровообращения / Э. Б. Арушанян // Русский медицинский журнал - 2010. - Т. 18, № 8- С. 495-499.

2. Бабаева, Н. Н. Вальдоксан : нейро- и кардиопротекторное действие / Н. Н. Бабаева, В. В. Белопасов // Лекарство и здоровье человека : мат-лы XII межрегиональной научно-практической конференции (г. Астрахань, 22 ноября 2013 г.). - Астрахань : Изд-во АГМА, 2013. - С. 19-25.

3. Бабаева, Н. Н. Портрет сердца больных в острейшем периоде ишемического инсульта / Н. Н. Бабаева, В. В. Белопасов //Астраханский медицинский журнал. - 2013. - Т. 8, № 4. - С. 50-54.

4. Боголепова, А. Н. Опыт применения вальдоксана в терапии постинсультной депрессии / А. Н. Бого-лепова, Е. И. Чуканова, М. Ю. Смирнова, А. С. Чуканова, И. Ю. Грачева, Е. Г. Семушкина // Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. - 2011. - Т. 111, № 4. - С. 42-46.

5. Воробьева, О. В. Вальдоксан в терапии депрессии в неврологической практике : результаты Российского многоцентрового натуралистического исследования «РЕЗОНАНС» / О. В. Воробьева // Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. - 2012. - Т. 112, № 9. - С. 47-51.

6. Гусев, Е. И. Депрессивные расстройства у пациентов с цереброваскулярными заболеваниями / Е. И. Гусев, А. Н. Боголепова. - М. : МЕДпресс-информ, 2014. - 208 с.

7. Гусев, Е. И. Приверженность основной терапии у больных с постинсультной депрессией / Е. И. Гусев, А. Н. Бойко, Т. В. Сидоренко, И. А. Щукин, О. В. Отческая, Т. В. Вдовиченко, А. А. Хозова, П. А. Ганжула // Неврологический журнал. - 2011. - Т. 16, № 4. - С. 54-59.

8. Домашенко, М. А. Постинсультная депрессия / М. А. Домашенко, М. Ю. Максимова, С. В. Орлов, Е. П. Щукина, Е. М. Гончарова // Фарматека. - 2011. - № 19. - С. 15-19.

9. Катаева, Н. Г. Постинсультная депрессия / Н. Г. Катаева, Н. А. Корнетова, В. М. Алиферова, А. Ю. Левина - Томск : Изд-во Сибирского государственного медицинского университета, 2008. - 168 с.

10. Котова, О. В. Тревожные депрессии с нарушением сна в общемедицинской практике / О. В. Котова, Е. С. Акарачкова // Справочник поликлинического врача. - 2010. - № 8. - С. 67-71.

11. Луканин, А. И. Аффективные и когнитивные расстройства в позднем восстановительном периоде ишемического инсульта. Возможности терапии : дис. ... канд. мед. наук / А. И. Луканин - Пермь, 2009. - 153 с.

12. Назаров, О. С. Влияние различных видов постинсультной депрессии на восстановление нарушенных функций у больных перенесших церебральный инсульт : дис. ... канд. мед. наук / О. С. Назаров. - М., 2008. -148 с.

13. Смулевич, А. Б. Депрессия при соматических и психических заболеваниях / А. Б. Смулевич. - М. : Медицинское информационное агентство, 2007. - 424 с.

14. Смулевич, А. Б. Терапия непсихотических депрессий антидепрессантом агомелатином (Вальдоксан) : результаты наблюдательного многоцентрового исследования «РИТМ» / А. Б. Смулевич, А. В. Андрющенко, Д. А. Бескова // Психиатрия и психофармакотерапия. - 2010. - Т. 12, № 4. - С. 4-11.

15. Сорокина, И. Б. Депрессия у больных ишемическим инсультом : автореф. дис. ... канд. мед. наук / И. Б. Сорокина. - М., 2005. - 18 с.

16. Тюлякова, С. Ш. Церебральный ишемический инсульт - коррекция артериального давления : автореф. дис. .канд. мед. наук / С. Ш. Тюлякова. - Саратов, 2011. - 23 с.

17. Шахпаронова, Н. В. Постинсультная депрессия и ее коррекция / Н. В. Шахпаронова, А. С. Кадыков, Е. М. Кашина // Материалы Х Всероссийского съезда неврологов. Нижний Новгород : ООО «Дартс Групп», 2012. - С. 186.

18. Шахпаронова, Н. В. Постинсультные нарушения высших функций : феноменология, прогноз, реабилитация : автореф. дис. ... д-ра мед. наук / Н. В. Шахпаронова - М., 2012. - 48 с.

19. Charles, E. Mortality and Poststroke Depression / E. Charles // Am. J. Psychiatry. - 2004. - Vol. 161, № 8. -P. 1506-1510.

20. Gorwood, Ph. Нормализация циркадианных ритмов : новый путь к успешной терапии депрессии : реферат / Ph. Gorwood // Психиатрия и психофармакотерапия. - 2011. - Т. 13, № 5. - С. 37-41.

21. Hackett, M. L. Predictors of depression after stroke : a systematic review of observational studies / M. L. Hackett, C. S. Anderson // Stroke. - 2005. - Vol. 36, № 10. - P. 2296-2301.

22. Jorge, R. E. Mortality and post-stroke depression a placebo-controlled trial of antidepressants / R. E. Jorge, R. G. Robinson, S. Arndt, S. Starkstein // Am. J. Psychiatry. - 2003. - Vol. 160, № 10. - P. 1823-1829.

23. Lemoine, P. Improvement in subjective sleep in major depressive disorder with a novel antidepressant, agomelatine: randomized, double-blind comparison with venlafaxine / P. Lemoine, C. Guilleminault, E. Alvarez // J. Clin. Psychiatry. - 2007. - Vol. 68, № 11. - P. 1723-1732.

24. Loubinoux, I. Post-stroke depression : mechanisms, translation and therapy / I. Loubinoux, G. Kronenberg, M. Endres, P. Schumann-Bard, T. Freret, R. K. Filipkowski, L. Kaczmarek, A. Popa-Wagner // J. Cell. Mol. Med. -

2012. - Vol. 16, № 9. - P. 1961-1969.

25. Mayo, N. E. Activity, participation and quality of life 6 months poststroke / N. E. Mayo, S. Wood-Dauphinee, R. Cote, L. Durcan, J. Carlton // Arch. Phys. Med. Reabil. - 2002. - Vol. 83, № 8. - Р. 1035-1042.

26. Pan, A. Depression and risk of stroke morbidity and mortality : a meta-analysis and systematic review / A. Pan, Q. Sun, O. I. Okereke, K. M. Rexrode, F. B. Hu // JAMA. - 2011. - Vol. 306, № 11. - Р. 1241-1249.

27. Rashid, N. Post-stroke depression and expressed emotion / N. Rashid, C. Clarke, M. Rogish // Brain Inj. -

2013. - Vol. 27, № 2. - Р. 223-238.

28. Schepers, V. Prediction of depressive symptoms up to three years post-stroke / V. Schepers, M. Post, A. Visser-Meily, I. van de Port, M. Akhmouch, E. Lindeman // J. Rehabil. Med. - 2009. - Vol. 41, № 11. - Р. 930-935.

29. Taylor, D. Antidepressant efficacy of agomelatine: meta-analysis of published and unpublished studies / D. Taylor, A. Sparshatt, S. Varma, O. Olofinjana // Brit. Med. J. - 2014. - Vol. 348. - Р. g1888.

References

1. Arushanyan E. B. Zashchitnaya rol' melatonina pri narusheniyakh mozgovogo krovoobrashcheniya [The protective role of melatonin in disturbances of cerebral circulation]. Russkiy meditsinskiy zhurnal [Russian medical journal], 2010, vol. 18, no. 8, рр. 495-499.

2. Babaeva N. N., Belopasov V. V. Val'doksan: neyro- i kardioprotektornoe deystvie [Valdoksan: neuro- and cardio protective action]. Materialy XII mezhregional'noy nauchno-prakticheskoy konferentsii "Lekarstvo i zdorov'e cheloveka" [Materials of the XII-th inter-regional scientific-practical conference "Medicine and Human Health". 22 November 2013.]. Astrakhan, 2013, published by the Astrakhan State Medical Academy, рр. 19-25.

3. Babaeva N. N., Belopasov V. V. Portret serdtsa bol'nykh v ostreyshem periode ishemicheskogo insul'ta [The portrait of the heart in patients with the acutest period of ischemic stroke]. Astrakhanskiy meditsinskiy zhurnal [Astrakhan Medical Journal], 2013, vol. 8, no. 4, рр. 50-54.

4. Bogolepova A. N., Chukanova E. I., Smirnova M. Yu., Chukanova A. S., Gracheva I. Yu., Semushkina E. G. Opyt primeneniya val'doksana v terapii postinsul'tnoy depressii [The use of valdoxan in the treatment of post-stroke depression]. Zhurnal nevrologii i psikhiatrii imeni S.S. Korsakova [Journal of Neurology and Psychiatry named after S.S. Korsakov], 2011, vol. 111, no. 4, pр. 42-46.

5. Vorob'eva O. V. Val'doksan v terapii depressii v nevrologicheskoy praktike: rezul'taty Rossiyskogo mnog-otsentrovogo naturalisticheskogo issledovaniya "Rezonans" [Valdoxan in the treatment of depression in neurological practice: results of the Russian multicenter naturalistic study "Resonance"]. Zhurnal nevrologii i psikhiatrii imeni S.S. Korsakova [Journal of Neurology and Psychiatry named after S.S. Korsakov], 2012, vol. 112, no. 9, рp. 47-51.

6. Gusev E. I., Bogolepova A. N. Depressivnye rasstroystva u patsientov s tserebrovaskulyarnymi zabolevaniyami [Depressive disorders in patients with cerebrovascular diseases], Moscow, MEDpress-Inform, 2014, 208 p.

7. Gusev E. I., Boyko A. N., Sidorenko T. V., Shchukin I. A., Otcheskaya O. V., Vdovichenko T. V., Khozova A. A., Ganzhula P. A. Priverzhennost' osnovnoy terapii u bol'nykh s postinsul'tnoy depressiey [The adherence to therapy for primary disease in patients with post-stroke depression]. Nevrologicheskiy zhurnal [The Neurological Journal], 2011, vol. 16, no. 4, рp. 54-59.

8. Domashenko M. A., Maximova M. Yu., Orlov S. V., Shchukina E. P., Goncharova E. M. Postinsul'tnaya de-pressiya [Poststroke depression]. Farmateka [Pharmateca], 2011, no. 19, pр. 15-19.

9. Kataeva N. G., Kornetova N. A., Aliferova V. M., Levina A. Yu. Postinsul'tnaya depressiya [After stroke depression]. Tomsk, Siberian State Medical University, 2008, 168 p.

10. Kotova O. V., Akarachkova E. S. Trevozhnye depressii s narusheniem sna v obshchemeditsinskoy praktike [Worried depressions with sleep disturbance in general medical practice]. Spravochnik poliklinicheskogo vracha [Reference book of the polyclinic doctor], 2010, no. 8, рp. 67-71.

11. Lukanin A. I. Affektivnye i kognitivnye rasstroystva v pozdnem vosstanovitel'nom periode ishemicheskogo insul'ta. Vozmozhnosti terapii. Dissertatsiya kandidata meditsinskikh nauk [Affective and cognitive disorders in the late recovery period of ischemic stroke. Possibilities of therapy. Thesis of Candidate of Medical Sciences]. Perm, 2009, 153 p.

12. Nazarov O. S. Vliyanie razlichnykh vidov postinsul'tnoy depressii na vosstanovlenie narushennykh funktsiy u bol'nykh perenesshikh tserebral'nyy insul't. Dissertatsiya kandidata meditsinskikh nauk [Influence of different types of post-stroke depression on the recovery of patient's disturbed functions after cerebral stroke. Thesis of Candidate of Medical Sciences]. Moscow, 2008, 148 p.

13. Smulevich A. B. Depressiya pri somaticheskikh i psikhicheskikh zabolevaniyakh [Depression at somatic and psychiatric diseases], Moscow, Meditsinskoe informatsionnoe agentstvo [Medical Information Agency], 2007, 424 p.

14. Smulevich A. B., Andryushchenko A. V., Beskova D. A. Terapiya nepsikhoticheskikh depressiy antidepres-santom agomelatinom (Val'doksan): rezul'taty nablyudatel'nogo mnogotsentrovogo issledovaniya «RITM». [Therapy of nonpsychotic depressions with the antidepressant agomelatine (Valdoxan): results of a multicenter observational study "RHYTHM"]. Psikhiatriya i psikhofarmakoterapiya [Psychiatry and Psychopharmacotherapy], 2010, vol. 12, no. 4, pp. 4-11.

15. Sorokina I. B. Depressiya u bol'nykh ishemicheskim insul'tom. Avtoreferat dissertatsii kandidata med-itsinskikh nauk [Depression at patients with ischemic stroke. Abstract of thesis of Candidate of Medical Sciences]. Moscow, 2005, 18 p.

16. Tyulyakova S. Sh. Tserebralnii ishemicheskii insult - korrektsiya arterialnogo davleniya. Avtoreferat disser-tatsii kandidata meditsinskikh nauk [Cerebral ischemic stroke - correction of arterial pressure. Abstract of thesis of Candidate of Medical Sciences]. Saratov, 2011, 23 p.

17. Shakhparonova N. V., Kadykov A. S., Kashina E. M. Postinsul'tnaya depressiya i ee korrektsiya [After stroke depression and its correction]. Materialy X Vserossiyskogo s"ezda nevrologov [Materials of the tenth Russian Congress of Neurologists]. Nizhniy Novgorod, 2012, pp. 186.

18. Shakhparonova N. V. Postinsul'tnye narusheniya vysshikh funktsiy: fenomenologiya, prognoz, reabilitatsiya. Avtoreferat dissertatsii doktora meditsinskikh nauk [After stroke disorders of higher functions: phenomenology, prognosis, rehabilitation. Abstract of thesis of Doctor of Medical Sciences]. Moscow, 2012, 48 p.

19. Charles E. Mortality and Poststroke Depression. Am. J. Psychiatry, 2004, vol. 161, no. 8, pp. 1506-1510.

20. Gorwood Ph. Normalizatsiya tsirkadiannykh ritmov: novyy put' k uspeshnoy terapii depressii (Referat) [Normalization of circadian rhythms: a new way to successful therapy of depression (Abstract)]. Psikhiatriya i psikhofarmakoterapiya [Psychiatry and Psychopharmacotherapy], 2011, vol. 13, no. 5, pp. 37-41.

21. Hackett M. L., Anderson C. S. Predictors of depression after stroke: a systematic review of observational studies. Stroke, 2005, vol. 36, no. 10, pp. 2296-2301.

22. Jorge R. E., Robinson R. G., Arndt S., Starkstein S. Mortality and post-stroke depression a placebo-controlled trial of antidepressants. Am. J. Psychiatry, 2003, vol. 160, no. 10, pp. 1823-1829.

23. Lemoine P., Guilleminault C., Alvarez E. Improvement in subjective sleep in major depressive disorder with a novel antidepressant, agomelatine: randomized, double-blind comparison with venlafaxine. J. Clin. Psychiatry, 2007, vol. 68, no. 11, pp. 1723-1732.

24. Loubinoux I., Kronenberg G., Endres M., Schumann-Bard P., Freret T., Filipkowski R. K., Kaczmarek L., Popa-Wagner A. Post-stroke depression mechanisms, translation and therapy. J. Cell. Mol. Med., 2012, vol. 16, no. 9, pp. 1961-1969.

25. Mayo N. E., Wood-Dauphinee S., Coté R., Durcan L., Carlton J. Activity, participation and quality of life 6 months poststroke. Arch. Phys. Med. Reabil., 2002, vol. 83, no. 8, pp. 1035-1042.

26. Pan A., Sun Q., Okereke O. I., Rexrode K. M., Hu F. B. Depression and risk of stroke morbidity and mortality: a meta-analysis and systematic review. JAMA, 2011, vol. 306, no. 11, pp. 1241-1249.

27. Rashid N., Clarke C., Rogish M. Post-stroke depression and expressed emotion. Brain Inj., 2013, vol. 27, no. 2, pp. 223-238.

28. Schepers V., Post M., Visser-Meily A., van de Port I., Akhmouch M., Lindeman E. Prediction of depressive symptoms up to three years post-stroke. J. Rehabil. Med., 2009, vol. 41, no. 11, pp. 930-935.

29. Taylor D., Sparshatt A., Varma S., Olofinjana O. Antidepressant efficacy of agomela-tine: meta-analysis of published and unpublished studies. Brit. Med. J., 2014, vol. 348, p. g1888.