С барреля по капле

В аналитическом центре при правительстве России вчера обсуждалась политика государственного субсидирования ТЭКа. Только прямая поддержка нефтегазовой отрасли в 2013 году стоила бюджету около $15 млрд, еще в $46 млрд оценивается субсидирование потребления ископаемого топлива и в $280 млн — альтернативной энергетики. Рекомендации экспертов, касающиеся измерений субсидий и политики, которая сопровождает отмену их неэффективной части, согласно поручению правительства, будут переданы в Минфин.

Проблема оценки и отмены неэффективных энергетических субсидий, прежде всего для ископаемого топлива, вновь стала актуальной для российского правительства, сообщил вчера руководитель управления по стратегическим исследованиям в энергетике аналитического центра при правительстве РФ (АЦП) Александр Курдин. Впрочем, если еще совсем недавно эта проблема интересовала Белый дом только в силу международных обязательств перед G8, G20 и АТЭС, то теперь она "очень актуальна в рамках оптимизации бюджетных расходов", отметил он — к тому же реформа субсидий предполагается Энергетической стратегией РФ до 2030 года и Концепцией социально-экономического развития РФ до 2020 года. Заинтересованность правительства эксперт подтвердил поручением, предписывающим АЦП направить в Минфин предложения об измерении соответствующих субсидий в бюджете и реформировании политики поддержки нефтегазового сектора и потребителей.

Вчера АЦП представил 400-страничное русскоязычное исследование энергетических субсидий в мире. Доклад готовился в G20. "Никто не хотел и не планировал его издания в России. Этот продукт — результат сложной системы "сплетов"",— объяснил главный советник руководителя АЦП Леонид Григорьев, не найдя другого слова для описания процесса, кроме словенского.

Для сопоставимости данных о господдержке потребления в документе используется расчеты Международного энергетического агентства, которые отталкиваются от разницы внутренних и мировых цен на энергоносители. Согласно ним, в 2013 году государства потратили на субсидирование потребления ископаемого топлива $548 млрд, а возобновляемой энергетики — $121 млрд. В России соответствующая сумма бюджетных расходов составляла $46,5 млрд. В ЕС в 2011 года на господдержку ископаемого топлива тратилось $50 млрд, а возобновляемой энергетики — $37 млрд. На этом фоне прямые субсидии в виде трансфертов и налоговых вычетов нефтегазовому сектору в 2013 году исходя из подробного анализа госпрограмм и государственного и местных бюджетов составили около $15 млрд (схожие оценки, по данным "Ъ", сделаны и Минфином), что сопоставимо с оценками Международного института устойчивого развития, который выявил 30 каналов бюджетной поддержки нефтегазовой отрасли в 2010 году. Количественная оценка представлена по 17 из них и составляла $14,4 млрд, и лишь $1,1 млрд из нее направлялось на увеличение эффективности добычи (см. "Ъ" от 20 февраля 2012 года). Даже по этим оценкам Минфин может сэкономить на реформе субсидирования производства и потребления не менее 10% расходов.

Принято считать, что субсидирование потребления и производства ископаемого топлива способствует снижению цен на энергоносители на мировом рынке и росту его потребления, увеличивая социальную и экологическую нагрузку и искажая условия конкуренции с нетрадиционной энергетикой. Основываясь на анализе более 60 разнообразных отраслевых исследований, в Институте энергетических исследований РАН исследовали вероятные макроэкономические, социальные и экологические последствия возможной реформы господдержки ТЭКа. Основные выводы, представленные аналитиком института Анной Галкиной, следующие: энергетическое субсидирование — чрезвычайно затратный инструмент госрегулирования и приводит к чистым потерям для экономики и препятствует структурным изменениям. Социальные эффекты такой политики разнонаправленны, и вместо искоренения энергетической бедности основная доля субсидий приходится на наиболее обеспеченную прослойку граждан. Экологические же эффекты проявляются в виде роста загрязнений и эмиссии парниковых газов: по данным Еврокомиссии, субсидирование угольной генерации в ЕС производит издержки для здоровья граждан ценой в $60 млрд.