Образы и символы одиночества в сознании подростков-сирот с интеллектуальной недостаточностью

УДК 159.973

ОБРАЗЫ И СИМВОЛЫ ОДИНОЧЕСТВА В СОЗНАНИИ ПОДРОСТКОВ-СИРОТ С ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТЬЮ

В статье рассматриваются данные психологических исследований переживания состояния одиночества подростками с интеллектуальной недостаточностью. Проводится анализ образов и символов одиночества, актуальных для подростков-сирот с интеллектуальной недостаточностью. Рассматриваются объекты и темы, получившие отражение в рисунках одиночества; пространственная структура графического образа одиночества. Рассматривается значимость отдельных частей рисунков одиночества для их авторов и общая субъективная семантика данного понятия для подростков. Рассматривается влияние психологической коррекции на содержание переживания эмоционального состояния одиночества подростками-сиротами с интеллектуальной недостаточностью. Рассматриваются методы, дающие возможность осуществления интроспективного анализа переживаний одиночества подростками указанной группы. Обсуждаются перспективы модификации и апробации психологических методов, дающих возможность выражения внутреннего мира лиц с интеллектуальной недостаточностью.

Ключевые слова: подросток, интеллектуальная недостаточность, одиночество, образ, символ.

E. A. Cme6mK, A. M. Виногрaдненко E. A. Steblyak, A. I. Vinogradchenko

IMAGES AND SYMBOLS OF SOLITUDE IN CONSCIOUSNESS TEENAGE ORPHANS WITH INTELLECTUAL DISABILITIES

The article discusses the data of the psychological research on experience of loneliness among adolescents with intellectual disabilities. The images and symbols of loneliness relevant to adolescent orphans with intellectual disabilities are analyzed. The objects and themes, reflected in the drawings of loneliness, and the spatial structure of the graphic symbol of loneliness are considered. The significance of separate parts of the drawings of loneliness for their authors and general subjective semantics of this concept for teenagers are considered. The impact of psychological treatment on the nature of the feeling of the emotional state of loneliness of the teenage orphans with intellectual disabilities is examined. The methods that enable the implementation of the introspective analysis of the experience of loneliness of the teenagers from the specified group are considered. The prospects for modification and testing of psychological methods, giving the opportunity to express the inner world of people with intellectual disabilities, are discussed.

Key words: teenager, intellectual disabilities, loneliness, images, symbols.

На сегодняшний день предметом рассмотрения в олигофренопсихологии стало восприятие и понимание эмоциогенных ситуаций, вызывающих негативные переживания - страх, тревогу, разочарование, одиночество, фрустрацию [1; 2; 3; 4; 5]. Обращают на себя внимание исследования, раскрывающие субъективный смысл таких категорий внутреннего мира детей и подростков с интеллектуальными нарушениями, как «одиночество» и «межличностные отношения», «добро» и «зло», «ложь» и «страх», «жизнь» и «смерть» [4; 6; 7; 8; 9; 10]. Изучается специфика проявления состояния одиночества и возможности коррекции его негативного влияния на личностное развитие подростков с задержкой психического развития, воспитывающихся в разных условиях [5; 9].

В структуре переживания одиночества Е. А. Селивановой выделены когнитивный, эмоциональный, поведенческий компоненты. Когнитивный аспект одиночества рассматривается как форма самосознания. Эмоциональный компонент проявляется в различных отрицательных переживаниях - тревоге, безнадежности, печали, депрессии, застенчивости и т. п. Поведенческий компонент выглядит как избегание других людей, неумелое поведение в различных ситуациях, агрессивность, стеснительность, замкнутость и пр. [9]. Отмечается, что, будучи характерным для подросткового возраста состоянием, одиночество переживается подростками с задержкой психического разви-

тия (ЗПР) своеобразно. Это проявляется в особенностях когнитивного и поведенческого компонентов в структуре переживания одиночества. Специфичность когнитивного и эмоционального компонентов выражается в понимании одиночества подростками с ЗПР как состояния физической депривации и как исключительно негативного феномена. Поведенческий компонент структуры одиночества представлен агрессивностью в отношениях, эгоистичностью, конфликтностью [9].

Своеобразие переживания одиночества умственно отсталыми детьми-сиротами рассматривает О. В. Барсе-гян. Психологический механизм, вызывающий состояние одиночества у подростков-сирот с умственной отсталостью, обусловлен эмоциональной депривацией, которая вызвана недостаточной возможностью для установления близких эмоциональных отношений со значимым лицом или разрывом уже созданных эмоциональных связей, отвержением со стороны сверстников. В основе переживаний лежат тревожные мысли об одиночестве и невостребованности. Возникающие трудности в переживании эмоционального состояния одиночества обусловлены недоразвитием коммуникативной сферы, дефицитом поведенческих стратегий, неспособностью извлекать из этого состояния положительные для себя возможности, анализировать свои поступки и поступки других людей [6].

Признавая состояние одиночества свойственным подростковому возрасту, исследователи отмечают, что, каким бы ни был путь подростка, приводящий к одиночеству, важно то, как он сам воспринимает это состояние и как он его использует. Следовательно, в работе по психологической коррекции эмоционального состояния одиночества у подростков-сирот с умственной отсталостью следует содействовать пониманию воспитанниками того, что не нужно избегать переживаний данного состояния, необходимо поразмышлять, что можно сделать, чтобы преодолеть свое одиночество, подумать о потенциальной пользе одиночества как возможности самосовершенствования в ситуации уединения [3; 8; 9; 10].

Проиллюстрируем представления об одиночестве умственно отсталых подростков-сирот примерами из собственного исследования. Интенсивность субъективного ощущения одиночества обследованных нами девяти подростков 14-15 лет, определяемая по методике Д. Рассела - М. Фергюсона, оказалась средней (4 чел.). Высокий уровень был обнаружен у троих, низкий - у двоих обследованных. Признавая ощущение близости сверстников и постоянное взаимодействие с ними и другими людьми, четверо подростков отметили, что редко чувствуют себя покинутыми, им легко заводить друзей, но в то же время они осознают, что их чувства к окружающим достаточно поверхностны, нет близкого эмоционального контакта. Возрастание интенсивности переживания одиночества у троих подростков проявляется в чувстве покинутости, изолированности от других, в неумении заводить друзей и нехватке общения (часто не с кем поговорить), и нет такого человека, к которому можно было бы обратиться за помощью. Только двое опрошенных переживают одиночество незначительно, ощущая близость сверстников. Им не составляет труда завести друзей, чаще всего они могут свободно общаться с теми, кто их окружает. Среди их окружения есть люди, к которым они могли бы обратиться за советом и помощью.

Особенности представлений об одиночестве устанавливались в ходе экзистенциальной беседы о данном феномене, проводимой по методике А. Л. Лихтарникова. Нас интересовали ответы на 14 вопросов, конкретизирующих ситуации переживания одиночества, уточняющих частоту и длительность данного переживания взрослыми в сравнении с детьми. Подростки давали свое определение одинокого человека, характеризовали его чувства, поведение, делились собственным опытом переживания состояния одиночества в определенных ситуациях. Рассматривалась вероятность переживания одиночества в семье и в окружении людей, обсуждались возможности и средства изменения одинокого положения и связанного с ним самоощущения.

Опрошенные подростки выразили уверенность, что человек чувствует себя одиноко, находясь в ссоре с друзьями и близкими (4 чел.), в отсутствии друзей, внимания, общения (2), испытывая грусть и плохое настроение (2), а также, если «вокруг ругаются и кричат» (2). Большинство или не считает это состояние частым (5), или не дает уверенной оценки частоты (3). Лишь один из подростков утверждал, что это случается с людьми часто. Одиночество

длится долго по мнению четверых опрошенных, пятеро подростков не смогли дать оценку продолжительности. Подавляющее большинство считает, что дети чаще чувствуют себя одинокими, чем взрослые (8), - в пользу последних было единственное высказывание. Определение одинокого человека подростки дают преимущественно через характеристику социальных связей и семейного положения - «тот, у кого нет близких, друзей, того кто живет без родителей» (6), единожды упомянут крайний вариант утраты социальных связей - «бомж». Малохарактерным оказалось объяснение через личностные диспозиции, например, склонность грустить и необщительность (2). Подростки единодушны в убеждении, что переживания одинокого человека исключительно негативны и сводятся к душевной боли, злости, тоске, грусти и обиде (9). Сосредоточение на «плохих», грустных и агрессивных переживаниях (7) приводит к тому, что человек «ни с кем не общается, ходит и думает про себя» (2). Большинство думает, что человек не может чувствовать себя одиноко в семье, но это возможно в окружении людей (6) (двое отрицают возможность одиночества среди людей, а один подросток не смог определиться с позицией). Некоторые подростки придерживаются более крайних взглядов, считая, что одиночество возможно и в семье (3).

Обсуждение собственного опыта переживания одиночества вызвало признания большинства в том, что они чувствовали себя одиноко (6), один подросток затруднился ответить и только двое стали отрицать подобный опыт, отказавшись уточнить, когда они себя так чувствовали. Описывая ситуации переживания одиночества, подростки говорили о поступлении в интернат (2), о ссорах с друзьями, их предательстве и периоде, когда их еще не было (5). Возможности преодоления одиночества большинство подростков не видит (7), исключение составили двое. Тем не менее все указали на путь преодоления одиночества в практике общения с друзьями, говоря о том, «чтобы рядом были друзья», «завести больше друзей», «общаться с друзьями».

Таким образом, в представлениях испытуемых об одиночестве преобладают темы семьи, дружбы, ссоры с друзьями и близкими. Анализ ответов свидетельствует о переживании ими одиночества в условиях непродуктивного, конфликтного, поверхностного общения либо изоляции. При этом отсутствуют любые позитивные оценки ситуации одиночества как возможности уединения и самодеятельности. Последнее обстоятельство особенно важно отметить ввиду высокой потребности многих воспитанников закрытых учреждений в обособлении и временном уединении на фоне психологической усталости от перегруженности контактами и постоянного нахождения в коллективе [6; 9]. Большинство подростков видит в одиночестве лишь негативные моменты, наделяя переживания одинокого человека преимущественно отрицательными характеристиками. Представления о путях преодоления одиночества, отражая пассивно-зависимую позицию и тенденцию к аффилиации, не могут служить источником конструктивного коммуникативного поведения и деятельности по самоосуществлению.

Более полное и глубокое выражение личного опыта переживаний и представлений подростков о феномене

одиночества позволила получить проективная методика «Рисунок одиночества». Процедура проективного рисования сложных феноменов внутреннего мира человека, таких как смерть, добро, зло, ложь, неприятное событие жизни и т. п. в современной олигофренопсихологии нашла себе применение не только в диагностических исследованиях, но и в психотехническом воздействии. В нашем исследовании рисунок создавался в ответ на стимульное слово «одиночество» и дополнялся по окончании работы над рисунком описанием своего переживания, называнием своих ассоциаций в связи с данным словом. Вербальное завершение невербальной творческой деятельности позволяет понять смысл, который автор вложил в свой рисунок, выделить проекции, оказавшиеся наиболее близкими к теме рисунка, и ведущие мотивы.

Изобразительные мотивы рисунков подростков-сирот с умственной отсталостью распределились следующим образом:

1) рисунки, изображающие плохую погоду на фоне унылого природного ландшафта - небо и солнце, затянутые грозовыми тучами, или полное отсутствие солнца на фоне пасмурного неба, сплошная стена дождя (на одном из рисунков присутствует навязчивая штриховка воздушного пространства, в остальных случаях она маскируется под дождь); голая земля, либо полная, до линии горизонта пустота (1), либо одиноко стоящее дерево (2), либо сиротливо втискивающийся в рисунок слева дом (1). Человеческих фигур эти рисунки не содержат. Они вообще лишены признаков жизни. Один рисунок представляет собой изображение крупного красного диска заходящего солнца на фоне черного небосвода над голубой рябью воды. Нижняя желтая полоса словно отблески дневного уходящего света;

2) рисунки, изображающие друзей, родственников, например, близкую подругу в веселом расположении духа (1), фигуры себя и друга, которого «не хватает»; при этом на лице рисуются слезы, мимика грусти и печали; алое огромное сердце в собственной груди, передача отрицательных эмоций усиливается изображением на одежде пиктограммы грустного лица и наложением контура опущенных уголков губ поверх улыбки; «плохие мысли» переданы «вынесением из головы» замкнутой сферы, в которой изображены перечеркнутый фиолетовыми широкими линиями горящий дом в облаке черного дыма и оранжевого пламени. И снова встречаем на одном из рисунков мотив дома, краем вторгающегося в пространство слева от линии горизонта;

3) рисунки смертельных ситуаций - могильного креста, висельной петли, свисающей над пустым стулом, одиночной тюремной камеры (1).

В большинстве рисунков преобладают темные цвета, что говорит о подавленности, неуверенности в себе, агрессии, тревожности, актуализируемых темой рисунка. В большинстве рисунков изображение себя, дома или дерева смещено влево, что связано с наличием импульсивности в поведении, ориентацией на прошлый опыт, нерешительностью в действиях, пассивностью. Для большинства рисунков (5) характерно отсутствие изображения себя, что свидетельствует об отсутствии чувства

общности и более свойственно подросткам, чувствующим отвержение. Мотив дома и то, как он изображен, может говорить о том, что ребенок осознает свою значимость, что есть место, где его ждут или хотя бы, где он должен находиться. Дождь - помеха, нежелательное воздействие, побуждающее подростка закрыться, спрятаться. Отсутствие солнца и света в изображениях свидетельствуют о дефиците психического тонуса, инициативы, энергетическом спаде и нерешительности подростков.

Приведем пример рисунка подростка, переживающего высокий уровень одиночества. На рисунке Бори большая часть листа - это пустое место. В верхней части листа нарисована фигура человека под дождем, можно предположить склонность испытуемого к уходу от действительности, к потере опоры под ногами, а также наличие защитных механизмов по типу фантазирования. По уменьшению фигуры можно сказать о том, что Боря нуждается в защите и покровительстве, стремится перенести ответственность за собственную жизнь на других. Ребята, которые рисуют маленькие фигурки, обычно стесняются проявлять свои чувства и имеют тенденцию к сдержанности и некоторой заторможенности при взаимодействии с людьми. Они подвержены депрессивным состояниям в результате стресса. Рисунок с перерывом продолжается в нижней части листа, где нарисована черная земля, что свидетельствует о низкой самооценке Бори, неуверенности в себе, подавленности, нерешительности, страхах, связанных с самопредъявлением, незаинтересованности в своем положении в обществе. Легкие линии, которыми нарисован рисунок, говорят о недостатке энергии, скованности.

Если рисунок Бори практически лишен красок, то рисунок Степана, наоборот, интенсивный по цветовым предпочтениям. Степан, нарисовав свой рисунок, дал такую характеристику: «нарисовал грусть, печаль и плохие мысли». На рисунке нарисован человек, который плачет, что говорит о чувствах отчужденности или непонимания. Голова у человека большая, что свидетельствует о поглощенности миром воображения; красные руки и пальцы, обозначенные петельками, говорят о желании подавить агрессивные импульсы. Ноги отсутствуют, что говорит о подавленности. Рот сильно обведен, что свидетельствует о незрелости личности. Мальчик выразил мысли человека в виде дома, который горит, нарисован черным цветом и перечеркнут крест-накрест. Дом, представлен в перспективе, вид снизу - отрицание дома или чувство того, что достижение желаемой ситуации дома невозможно. Огонь символизирует агрессию, опасность. Таким образом, Степан демонстрируют агрессию, ребенок находится в постоянной фрустрации, в своих ожиданиях не видит ничего хорошего или ободряющего.

После диагностического обследования были проведены рефлексивные тренинги, направленные на коррекцию неадаптивных проявлений когнитивного, аффективного, поведенческого компонентов переживаний одиночества у подростков-сирот с умственной отсталостью. Не имея возможности рассматривать в данной статье подробности проведенной с подростками психокор-рекционной работы, мы остановимся лишь на наиболее важных аспектах.

Для достижения цели нами были поставлены следующие задачи:

1. Для коррекции неадаптивных проявлений когнитивного компонента:

- расширять знания подростков об одиночестве;

- развивать у подростков умения находить позитивное в состоянии одиночества.

2. Для коррекции неадаптивных проявлений аффективного компонента:

- оптимизировать эмоциональные переживания подростков в отдельных ситуациях, связанных с одиночеством;

- снижать уровень тревожного и агрессивного реагирования подростков на ситуации «вынужденного уединения».

3. Для коррекции неадаптивных проявлений поведенческого компонента:

- формировать конструктивные поведенческие стратегии совладания с ситуацией переживания одиночества.

При выборе методов коррекции неадаптивных проявлений подростков мы руководствовались следующими теоретическими подходами: психоаналитическим, телесно-ориентиованным, личностно-центрированным, а также нами использованы элементы гештальт-терапии, арт-терапии и рационально-эмотивной психотерапии. В соответствии с данными подходами и поставленными задачами были определены методы коррекционной деятельности: метод свободных ассоциаций, мышечная и дыхательная релаксация, упражнения, игры, арт-техники, беседы (разъяснения, активное/пассивное слушание, подытоживание) и др.

После завершения психокоррекционной работы представления подростков об одиночестве стали разнообразнее, в ответах появились дополнительные смысловые блоки. Например, в ответе на вопрос «В каких ситуациях человек чувствует себя одиноко?» появилось упоминание о ситуациях уединения. На вопрос «Кто чаще чувствует себя одиноко?» большинство подростков ответило, что и взрослые, и дети. Возможно, у подростков появилось понимание того, что одиночество характерно не только для детей, но не менее часто его испытывают и взрослые люди.

Изменения произошли и в описаниях чувств и поведения одинокого человека. Получили отражение не только отрицательные эмоциональные состояния, но и такие эмоции как удивление, спокойствие. При описании поведения одинокого человека подростки ответили, что, испытывая состояние одиночества, люди могут не только злиться, плакать, обижаться, но и заниматься чем-то интересным для себя, например, «слушать музыку или гулять», а также думать и размышлять над своим поведением. Многие ответы приобрели развернутость и стали сопровождаться комментариями. Отвечая на вопрос «Может ли человек чувствовать себя одиноко в семье?» большинство ответило, что может, и обосновали это тем, что и в семье тоже возможно непонимание, безразличие. Новое содержание появилось и в ответах на вопрос «Что нужно, чтобы преодолеть одиночество?». Если ранее преобладало мнение, что одиночество можно преодолеть, только имея друзей и семью, то после рефлексивных тренингов в ответах подростков появились

такие смысловые блоки, как «помощь друг другу», «правильное общение», «понимание».

В рамках нашего исследования каждый испытуемый создавал рисунок на заданную тему дважды: перед циклом рефлексивных тренингов и после их проведения. Мы считаем целесообразным проанализировать повторные рисунки, так как содержательные изменения, простимулированные участием в цикле из 12 рефлексивных тренингов, более полно характеризуют потенциал доступного умственно отсталым подросткам-сиротам понимания и переживания феномена одиночества.

Сравнив первые и вторые рисунки подростков, мы по-прежнему обнаружили в некоторых такие образы и символы одиночества, как унылый природный ландшафт, плохая погода, дождь, черные тучи, символ насильственной смерти (3). Но появились среди рисунков и такие, в которых представление об одиночестве стало передаваться изображением цветов, полян, покрытых травой, берега реки, т. е. красивых пейзажей. Также представление об одиночестве стало символизироваться образами дружбы, мечты, пребывания в тишине, любования природой (6). Комментарии к рисункам стали позитивнее, полнее, разнообразнее.

В целом после участия в рефлексивных тренингах умственно отсталые подростки-сироты стали видеть в одиночестве не только негативные черты, но и возможности для саморазвития, проявили представления о конструктивных стратегиях совладания с переживанием одиночества. Представляется, что возможности методов рисуночной экспрессии и экзистенциальной беседы необходимо более широко использовать в рамках самих рефлексивных тренингов, направленных на развитие самосознания и выражения внутреннего мира лиц с интеллектуальной недостаточностью, поскольку они позволяют более полно и глубоко осваивать и осознавать содержание психического образа.

1. Володина И. С. Специфика развития социального интеллекта у школьников с умственной отсталостью: дис. ... канд. психол. наук. СПб., 2004. 180 с.

2. Завражин С. А., Алексеева С. А. Ребенок со сниженным интеллектом в кризисной ситуации // Воспитание и обучение детей с нарушениями развития. 2004. С. 54-58.

3. Колосова Т. А. Копинг-поведение и механизмы психологической защиты у подростков с умственной отсталостью: автореф. дис. . канд. психол. наук. СПб., 2007. 24 с.

4. Стебляк Е. А. Внутренний мир развивающейся личности при нормальном и нарушенном развитии. Омск: Полиграф. Центр «Татьяна», 2013. 272 с.

5. Шипицына Л. М. Психология детей-сирот. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2005. 628 с.

6. Барсегян О. В. Межличностные отношения подростков-сирот с умственной отсталостью: дис. ... канд. психол. наук. СПб., 2007. 260 с.

7. Завражин С. А., Жукова Н. В. Исследование отношения к жизни и смерти у подростков с нарушением интеллекта // Вопросы психологии. 2006. № 2. С. 58-67.

8. Кякинен Э. И. Нравственные ориентации детей младшего школьного возраста с задержкой психического развития: дис. ... канд. психол. наук. СПб, 2003. 225 с.

9. Селиванова Е. А. Специфика проявления состояния одиночества и коррекция его негативного влияния на личностное развитие подростков с задержкой психического развития, воспитывающихся в разных условиях: дис. . канд. психол. наук. Екатеринбург, 2009. 233 с.

10. Шаповалова О. Е. Переживание умственно отсталыми школьниками своего отношения к страшному // Дефектология. 1998. № 1. С. 37-42.

11. Долгинова О. Б. Одиночество и отчужденность в подростковом и юношеском возрасте: дис. ... канд. пси-хол. наук. СПб., 1996. 166 с.

12. Малышева С. В. О диагностике и коррекции переживаний одиночества у подростков // Психология. 2003. № 3. С. 61-68.

13. Неумоева Е. В. Одиночество как психический феномен и ресурс развития в юношеском возрасте: автореф. дис. ... канд. психол. наук. Самара, 2005. 26 с.

14. Рогова Е. Е. Психологические особенности одиночества у подростков с разной социальной направленностью: дис. . канд. психол. наук. Ростов н/Д, 2005. 171 с.

© Стебляк Е. А., Виноградченко А. И., 2014