Санкции догнали Белоруссию

Москва поддержит Минск после того, как тот попал под новые санкции Евросоюза. Как заявили “Ъ FM” в Совете федерации, Россия постарается минимизировать ущерб соседней республики. 24 июня Брюссель согласовал список ограничений, которые касаются самых чувствительных секторов белорусской экономики: нефтепродуктов и калия. За счет экспорта этих товаров бюджет республики пополняется почти на $1,5 млрд ежегодно — а это десятая часть ВВП. “Ъ FM” разобрался, сколько на самом деле потеряет Минск и какую помощь готова оказать Москва. С подробностями — Иван Якунин.

Фото: Сергей Ильин / пресс-служба президента РФ

Секторальные санкции считаются одними из самых жестких. Однако Минску, кажется, повезло: Евросоюз объявил запрет на импорт нефтепродуктов, но для бензина и дизтоплива сделал исключение — а это ключевой белорусский товар. Ограничения коснулись экспорта калия, но самого распространенного его вида в черном списке нет. Впрочем, это не все. Минску с 25 июня запрещен доступ к европейским рынкам капитала — а это был один из важных источников займов, говорит белорусский экономист Леонид Злотников: «Если взять кредиты, которые в последнее время брались, не облигаций, а чисто деньги, то половину давала Россия, потом — Китай, раза в три-четыре меньше. Последние годы, конечно, стал важен рынок евробондов, где занимали $1,5-2 млрд в год».

Новые санкции в Совете Европы объяснили так: власти Белоруссии регулярно нарушают права человека, проводят жесткие задержания на мирных митингах, к тому же принудительно посадили самолет Ryanair с оппозиционным журналистом Романом Протасевичем на борту. Поэтому Минску, помимо прочего, теперь нельзя покупать в Европе технологии двойного назначения, которые могут быть использованы в военных целях. Впрочем, член президиума Координационного совета белорусской оппозиции Павел Латушко считает, что более чувствительными для Лукашенко станут экономические ограничения, и он попытается их обойти.

Господин Латушко консультировал Евросоюз по вопросам санкций против Минска: «Конечно, есть вопросы, связанные с перерегистрацией компаний, возможностями использования доставки товаров, подделкой соответствующих документов, вывозом товаров через третьи страны.

Но мы также готовы к этому сценарию и предложим Европейскому союзу механизм так называемых smart-санкций, которые не позволят уйти режиму от тех санкционных инструментов, начавших работать уже сейчас».

Новые ограничения для Минска крайне некстати. Экономика Белоруссии сильно пострадала в прошлом году не только из-за пандемии, но и из-за политического кризиса. Золотовалютные резервы страны сократились на 20%. Также значительный объем средств граждане вывели из банков. В минувшем сентябре Москва выдала Минску экстренный кредит в $1,5 млрд. И не исключено, что после новых санкций сценарий повторится, заявил “Ъ FM” первый зампред комитета Совета федерации по международным делам Владимир Джабаров: «Конечно, мы не оставим в беде нашу братскую страну, будут находиться выходы из ситуации, чтобы белорусы не понесли такого ущерба, на который рассчитывают страны Евросоюза. Они пытаются ее задушить, но мы это не допустим. Если надо будет, Россия, наверное, и кредит выделит».

Уже 60% внешнего долга Белоруссии — это российские деньги. Минские экономисты, с которыми пообщался “Ъ FM”, полагают, что помощь Москвы понадобится, но, возможно, не настолько очевидная. Речь может идти о выкупе белорусских евробондов, которые сейчас как раз упали в цене. Но главный вопрос — что Москва попросит взамен, отмечает политический аналитик Александр Класковский: «Например, сейчас идет дискуссия о бывших “дорожных картах интеграции”, теперь их назвали союзными программами. По данным российской стороны, все забуксовало на единственной карте, которая касается энергоресурсов, все остальное вроде бы согласовано. Проще говоря, давать дешевую нефть и дешевый газ Москва Лукашенко не хочет».

Как Михаил Гуцериев стал жертвой режима

Россия довольно часто использует этот рычаг давления. Например, в мае нефть перестала поступать на один из ключевых белорусских НПЗ «Нафтан». Его, как выяснилось, вообще не планируют использовать в третьем квартале. Возможно, этим обусловлена резкая реакция самого президента Белоруссии Александра Лукашенко. Он заявил, что готов ввести военное положение, лишь бы не допустить убытков национальных компаний.