Философская пенталогия Б. Шоу "Назад к Мафусаилу" в восприятии К. И. Чуковского

филологические науки

Морозова Светлана Николаевна, Жаткин Дмитрий Николаевич ФИЛОСОФСКАЯ ПЕНТАЛОГИЯ Б. ШОУ «НАЗАД К МАФУСАИЛУ» ...

УДК 821.61.1

ФИЛОСОФСКАЯ ПЕНТАЛОГИЯ Б. ШОУ «НАЗАД К МАФУСАИЛУ» В ВОСПРИЯТИИ К.И. ЧУКОВСКОГО

© 2017

Морозова Светлана Николаевна, кандидат филологических наук, преподаватель кафедры русского языка Военная академия материально-технического обеспечения

Аннотация. Статья посвящена восприятию К.И. Чуковским философской пенталогии Б. Шоу «Назад к Мафусаилу». Этой драме К.И. Чуковский посвятил в 1922 г. рецензию с одноименным названием, в которой проанализировал специфику во многом экспериментального произведения и отношение к нему современной общественной мысли в России. В своей рецензии К.И. Чуковский характеризовал не только сюжет драмы, но и некоторые эстетические взгляды Б. Шоу: идею совершенствования человеческой личности, имеющего целью формирование Сверхчеловека, а также философию фабианского социализма, ведущего к биологической эволюции человечества. Герои из далекого будущего отрешены у Б.Шоу от земного начала, от материальной действительности, а потому неестественны, неясны, неопределенны, находятся за пределами понимания обычных людей. К.И. Чуковский критиковал несценичность пьесы, вызванную ее дискуссионным характером, склонностью к умозрительности, морализаторству. В целом восприятие драмы было противоречивым и отразило как достоинства, так и недостатки пенталогии, воплотившей в себе ключевые моменты развития литературы начала XX века.

Ключевые слова: К.И. Чуковский, Б. Шоу, философская пенталогия, английская драматургия, русско-английские литературные и межкультурные связи, межкультурная коммуникация, фабианский социализм, реформа театрального искусства, пьеса-дискуссия.

G.B.SHAW'S "BACK TO METHUSELAH" IN K.I.CHUKOVSKY'S UNDERSTANDING

© 2017

Morozova Svetlana Nikolayevna, candidate of philological sciences, teacher of the Chair of the Russian Language Military Academy of Logistics

Abstract. The article is devoted to G.B.Shaw's "Back to Methuselah" (A Metabiological Pentateuch) understanding by K.I.Chukovsky. In 1922 K.I.Chukovsky devoted his review with the same name to this drama. In it he analysed specifics of this in many respects experimental work and the attitude of modern social thought in Russia to it. In his review K.I.Chukovsky characterized not only the plot of the drama, but also some aesthetic views of G.B.Shaw: the idea of the human personality improvement, aiming at formation of the Superman, and also the philosophy of Fabian socialism, leading to the biological evolution of the mankind. G.B.Shaw's heroes from the far future are detached from terrestrial beginning, from material reality, and therefore are unnatural, unclear, uncertain, are beyond ordinary people understanding. K.I.Chukovsky criticized the impossibility to stage the play caused by its debatable character, tendency to speculativeness, moralising. In general the perception of the drama was contradictory and reflected both advantages, and shortcomings of the Pentateuch in which the key moments of literature development at the beginning of the XXth century were embodied.

Keywords: K.I.Chukovsky, G.B.Shaw, A Metabiological Pentateuch, English dramatic art, Russian-English literary and cross-cultural communications, cross-cultural communication, Fabian socialism, a theatre reform, a play-discussion.

Постановка проблемы в общем виде и ее связь с важными научными и практическими задачами. Конец XIX - начало XX в. характеризуется коренными изменениями в драматургии с учетом художественных тенденций эпохи, что было связано с желанием приблизить драму к той действительности, которая будет близка публике. Необходимо было создать дополнительные средства выразительности, механизмы воздействия на зрителя для передачи многообразия научных открытий и философских доктрин. Все это потребовало совершенствования театральной техники, что вызвало большое количество сценических экспериментов.

Одним из реформаторов театрального искусства был Б. Шоу, который при изменении содержательной стороны драмы, акцентированной на важных социальных и философских вопросах, выступал за актерский театр, в котором главная роль принадлежит актеру, его сценическому мастерству и нравственному облику. Ключевым элементом драмы стала идея о том, что пьеса должна опираться на дискуссию, а не на действие. Это помогает выставить социальные пороки общества в виде моральной измены людей самим себе, лучшим человеческим качествам. Основным движущим фактором дальнейшей

эволюции является воля человека. К.И. Чуковский указывает на это в написанной в 1922 г. рецензии на пента-логию Б. Шоу «Назад к Мафусаилу», говоря, что «вся пьеса - апофеоз человеческой воли» [1]. Этой фразой может быть охарактеризовано большинство драматических произведений Б. Шоу, в которых изменение общественной среды должно иметь исходным стимулом личную волю, усиленную сознанием недостатков общества. Указанное обстоятельство в сочетании с дискуссионным характером повествования придает пьесам Б. Шоу оттенок умозрительности и морализаторства, причем происходит это там, где зрители привыкли видеть действие, борьбу.

Отрешенность от земного акцентирует в героях Б. Шоу неестественность, их трудно сопоставить с живыми людьми. Поэтому изображаемая писателем долгожданная эволюция воспринимается как предупреждение, а не побуждение к цели. И хотя пьесы Б. Шоу пронизаны идеей создания нового строя жизни и присутствия новых людей, надежда только на законы идеализма и чистого разума исключает возможность существования не только человека как биологического существа, но и материальной действительности. Все эти стремления были

Morozova Svetlana Nikolayevna, Zhatkin Dmitry Nikolayevich philological

G.B.SHAW'S "BACK TO METHUSELAH" ... sciences

неясны и неопределенны, в связи с чем символичны последние слова пенталогии Б. Шоу «Назад к Мафусаилу»

- «за пределами», поясняющие, что движение к цели -это движение к тому, что находится за гранью доступного воображению.

Анализ последних исследований и публикаций, в которых рассматривались аспекты этой проблемы и на которых обосновывается автор; выделение неразрешенных раньше частей общей проблемы. Драматические произведения Б. Шоу были популярны в России. Его творчеству посвящено большое количество оригинальных и переводных исследований, доступных российскому читателю. Это, в частности, работы А.А. Аникста, П.С. Балашова, З.Т. Гражданской, А.И. Дейча, Ф. Деннингхауса, В.В. Забродина, С.А. Кривоноговой, А.Г. Образцовой, А.С. Ромм [2-10].

Большое значение для выявления особенностей влияния творчества Б. Шоу на русскую литературу и культуру имеют критические работы К.И. Чуковского. Особый интерес представляет восприятие русским писателем философской пенталогии Б. Шоу «Назад к Мафусаилу», которой посвящена его статья с одноименным названием. Важность анализа этой драмы заключается в том, что она заняла особое место в творческом развитии Б. Шоу. В пространственном предисловии [13, с. 7-64] представлена система философских, экономических и социальных взглядов писателя. В произведении можно наблюдать столкновение разных позиций автора: обличение реальности, воплощенной в разочаровании в человеке, и фантастическое будущее, опирающееся на надежду, каким человек может стать. Тематика драмы соответствует задуманному грандиозному плану. В начале пенталогии, по словам К.И. Чуковского, «изображен рай, где Адам и Ева сидят под древом познания добра и зла и, не сходя с места, в течение всего первого акта, спорят о разных вопросах» [11, с. 528]. Эта история развивается на протяжении долгого времени, показывая переход простейших отношений первых людей к сложным формам будущего.

Изложение основного материала исследования с полным обоснованием полученных научных результатов. Основной философский мотив драмы - необходимость достичь мафусаилова века, потому что краткость жизни ведет к ее неразумности. В драме Б. Шоу такой биологический фактор, как продолжительность человеческой жизни, играет существенную роль, - ее удлинение может помочь самосовершенствованию человека и разрешить проблемы социального переустройства общества. Это становится возможным, если утвердить новую систему ценностей и создать программу улучшения человеческого рода, его возвышения. Творческое, разумное начало, по убеждению Б. Шоу, в ходе эволюции восторжествует в человеке, изменит его и превратит в Сверхчеловека, то есть выведет на новый этап. Но возвышенный человек Б. Шоу представлен в ином виде, по сравнению с ницшеанским. Какой представала идея Сверхчеловека в толковании немецкого философа в умах российской интеллигенции, верно подмечено у К.И. Чуковского: «Он создал сверхчеловека. Это уже всем фетишам фетиш» [12, с. 281]. Парадокс этого положения заключается в том, что возвеличение человеческой личности, по словам К.И. Чуковского, у немецкого мыслителя сопровождается отрицательными качествами: «...все ужасное, деспотическое, хищное и змееподобное в людях способствует поднятию человеческого типа» [12, с. 281]. Совершенство не должно зависеть от борьбы, так как является не только средством, но и орудием органического мира. Поэтому Чуковский делает вывод о том, что абсолютного совершенства (как это представлено у Шоу

- оторванного от материального мира) не может быть: «Те требования, которые мы, руководясь сегодняшними отношениями организма к среде, - предъявляем к нашему сверхчеловеку, - завтра будут изменены, сообразно завтрашним отношениям» [12, с. 282]. Борьба лишь спо-134

собствует ускорению этого процесса.

Но совершенствование личности ведет к противоречию, которое выражается в том, что сильным быть можно - «безразлично в добре или зле, чтобы заслужить <.. .> признание и оправдание» [12, с. 285]» - и, как следствие: «Все цели равны - их выбирать не приходится. Важен путь к их достижению, важна интенсивность средства. И каждая цель - это только испытание средств твоих - вот последнее следствие индивидуализма, вот переход от возвеличения нашего я, как единоспаситель-ного фетиша, к требованию самоцелъности...» [12, с. 285]. Не принимает К.И. Чуковский и положение Ницше о том, что люди не равны, а лишь лучше или хуже, в зависимости от того, сколько жизненной силы заключено в каждом из них, и источником биологического и социального прогресса является воля к власти. Эта идея присутствует и в пенталогии Б. Шоу, где воля человека является двигателем эволюции.

В пенталогии «Назад к Мафусаилу» ницшеанская терминология прилагается к идее, сильно отличающейся от антисоциальной концепции немецкого философа. В отличие от традиционного понятия термина у Б. Шоу речь идет не о преобладании одной личности над другими, но об образовании целой породы «сверхлюдей».

Такие проблемы не рассматривались прежде драматическим искусством. В предисловии к драме «Назад к Мафусаилу» Б. Шоу определил круг вопросов, которые освещались в современных ему произведениях: «Ведущие драматурги моего поколения (ныне ветераны) ухватились за мелкие социальные проблемы, лишь бы не писать исключительно ради денег и славы. Один из них в разговоре со мной выразил зависть к драматургам Древней Греции, от которых афиняне требовали не бесконечного повторения под маской новизны и оригинальности полудюжины избитых сюжетов современного театра, но глубоко поучительного урока, который они могли извлечь из всем известных священных легенд своей родины» [13, с. 60]. Поэтому драматурги в своих пьесах становились, по словам Б. Шоу: «сводниками или поставщиками сенсаций» [13, с. 60].

Пенталогия была воспринята зрителями восторженно. По свидетельству К.И. Чуковского: «Ни одна пьеса этого автора никогда не вызывала столько споров, аплодисментов, статей, осуждений, похвал - и главное, столько хохота, - как именно эта пьеса в великолепной постановке "Театрального цеха" в Нью-Йорке» [1]. Впервые она была поставлена в 1922 г. в Нью-Йорке на сцене театра «Гилд», где зрителям предлагалось три вечерних и два утренних представления. Смех объясняется тем, что в пенталогии Б. Шоу использовал традиции свифтовской сатиры. Парадоксальная и фарсовая форма была призвана не столько осветить героев в комической форме, сколько привлечь внимание зрителя к развитию различных сфер жизни в разные временные эпохи. Оригинальность замысла привела к тому, что, по словам К.И. Чуковского: «Несомненно, пьеса Бернарда Шоу «Назад к Мафусаилу» имела наибольший мировой успех» [1].

Популярность пьесы объясняетсятакже новаторским типом организации сюжета. Вместо традиционного, основанного на внешнем действии, Б. Шоу представляет новый, базирующийся на движении идей, душевной жизни и развитии мыслей персонажей пьесы. Поэтому пять частей драмы производят впечатление разрозненных, ничем не связанных частей. По словам К.И. Чуковского: «В сущности, это не одна пьеса, а целых пять. Играют их три вечера подряд. Действие последней происходит через сорок тысяч лет после первой» [1]. Сюжет пен-талогии объединен эволюционными теориями Б. Шоу, которые раньше в его творчестве были лишь намечены. В «Назад к Мафусаилу» мысли драматурга развиты в единую систему, проблема эволюции стала стержнем, который скрепил все разрозненные части. Все основные идеи пьесы объединены этой мыслью, при помощи ко-Baltic Humanitarian Journal. 2017. Т. 6. № 4

филологические науки

Морозова Светлана Николаевна, Жаткин Дмитрий Николаевич ФИЛОСОФСКАЯ ПЕНТАЛОГИЯ Б. ШОУ «НАЗАД К МАФУСАИЛУ» ...

торой Б. Шоу выстраивает многомерную картину жизни человечества.

Пенталогия состоит из пьес, связанных между собой представлением о необходимости эволюционного процесса и формулированием условий, необходимых для биологического прогресса. Б. Шоу написал историю мира от сотворения до далекого будущего, которое теряется за пределами, доступными мысли. Философские размышления первых действий драмы в конце переходят в утопические представления автора о будущем. Такое грандиозное произведение требовало других художественных приемов, отличающихся отгосподствовавших в то время реалистических, а в связи с огромными масштабами они должны были быть сверхнаглядными и эффектными. Но принципы дискуссионной драмы, разработанные Б. Шоу, делали пенталогию публицистичной, наполненной теоретическими, отвлеченными беседами, что приводило к уменьшению драматического действия в самой пьесе.

Б. Шоу так определяет задачи, которые он поставил перед собой: «...возвращаюсь к легенде о саде Эдема. Я использую в своих интересах извечную тягу к поискам философского камня, наделяющего человека бессмертием. Я надеюсь, что заблуждаюсь не более, чем это свойственно человеку, относительно несовершенств моей попытки создать Библию Творческой Эволюции» [13, с. 64]. Действительно, пьеса начинается, по словам К.И. Чуковского: «.сотворением мира. Рай, Адам, Ева, Змей» [1]. В отличии от классического сюжета Б. Шоу трансформирует библейский сюжет и Ева от Змеи узнает тайну бытия, жизненной силы, выраженной волей, которая может претворяться в действие. И Каин представлен не как бунтарь против существующего миропорядка, а как убийца, влюбленный в себя и в уничтожение и подвергающий тем самым опасности основы существования на земле. Б. Шоу хотел показать в образе Каина определенный тип человека, возникшего в начале существования мира и опасного для задуманной им в пента-логии эволюции. Таким образом Б. Шоу подчеркивает связь Каина с современностью. Воинственность Каина раскрывает внутренний конфликт всей пьесы - между волей к жизни и стремлением к смерти, что противоречит эволюционному развитию человечества.

Вторая часть пенталогии «Евангелие братьев Барнабас» изображает XX век. «Во втором действии изображены наши дни. На сцене Ллойд-Джорж и Асквит» [1]. Мотив преодоления смерти, который выражается в даровании людям трехсотлетней жизни в целях совершенствования их природы, по мнению К.И. Чуковского является определяющим и здесь: «Стоит людям захотеть, и они будут бессмертны» [1]. Эти идеи пропагандируют бывший священник и политик Франклин и ученый-биолог Конрад, которые одержимы идеей, что: «во всяком случае, во власти людей продлить свою жизнь до Мафусаилова века» [1]. Союз этих людей символизирует объединение науки и религии. К.И. Чуковский в своей рецензии описывает это сочетание: «Один из героев пьесы, биолог Конрад Барнабас, доказал на целом ряде опытов, что человек путем напряжения воли может жить сотни и сотни лет. У биолога есть брат, политический деятель, он проповедует эту теорию всюду» [1]. И эта новая вера, которую они пропагандируют, должна содержать в себе не только ограничения, но и быть стимулом для новых свершений.

Ллойд Джордж и Асквит представлены в пьесе карикатурными образами бессовестных политиков Генри Гопкинса Лубина и Джойса Берджа, которые, по словам Чуковского, «охотятся за Барнабасами, каждый норовит заполучить их в свою партию, дабы обеспечить себе на выборах большинство голосов» [1]. Весь механизм современной демократии подвергается у Б. Шоу сильной критике: парламент в руках ловких политиков помогает им обогатиться и прикрыть собственную бездеятельность.

О том, как эти персонажи были восприняты, так писал К.И. Чуковский: «Это действие удалось автору больше других. Первоклассные американские комики, отлично загримировавшиеся Ллойд-Джоржем и Асквитом, вызывали гомерический хохот» [1]. К.И. Чуковский указал на важный прием драматургии Б. Шоу. Писатель, используя метод сатирической характеристики, придает обоим персонажам противоположные индивидуалистические черты, которые своим же противоречием обнаруживают отсутствие разницы между ними. На всем протяжении действия очевидна единая внутренняя основа столь различных внешних проявлений: каждый критикует в другом собственные недостатки.

В качестве противодействия такому разрушительному положению дел братья Барнабас могут предложить только один рецепт: продлить жизнь людям, которые умирают как раз в тот момент, когда они только начинают кое-что смыслить.

Остальные три действия «относятся к будущим эпохам: последнее действие происходит в 31920 году» [1]. Третья часть под названием «Свершилось!» описывает 2170 г., когда появились первые долгожители, но политики также равнодушны к судьбам своей страны. Эта часть пенталогии связана со всей пьесой формально и служит подготовкой к изображению событий четвертой части под названием «Трагедия пожилого джентельме-на», где долгожителей стало еще больше и они ведут обособленное существование. В 3000 году все пороки людей процветают, долгожители же ведут рациональное существование, хотя их образ, созданный автором, выглядит непривлекательно и бесчеловечно.

Недоумение нелицеприятными последствиями изображенной в пенталогии эволюции не только не рассеивается, но и углубляется в последней части, озаглавленной «За пределами, доступными мысли». Изображен 31920 год - долгожители уже давно завладели всей планетой, жизнью правит наука. И здесь, по словам Чуковского, «дан простор самой необузданной фантазии: <...> дети вылупляются из яиц на пятнадцатом году своей жизни и начинают расти не по часам, а по минутам. В час они стареют на пять лет. Искусства, развлечения и спорт занимают людей лишь первые четыре года, остальные 900 лет своей жизни они не занимаются "такими пустяками"» [1]. Это приводит к тому, что эмоции вытесняются, люди мечтают об освобождении от материального мира и о слиянии с миром разума.

Отрешенность от земного придает героям Б. Шоу неестественность, их трудно сопоставить с живыми людьми. Поэтому изображаемая писателем долгожданная эволюция воспринимается как предупреждение, а не побуждение к цели. И хотя пьеса пронизана идеей создания нового строя жизни и присутсутствия новых людей, надежда только на законы идеализма и чистого разума исключает возможность существования не только человека как биологического существа, но и материальной действительности.

О том, как была воспринята пьеса, так писал К.И. Чуковский: «Критики единодушно восхищаются отдельными местами этой пьесы, но все признают, что в целом она громоздка, претенциозна, утомительна» [1]. Утопия пьесы очевидна: приобщение к миру чистого разума невозможно, пока человек не обратится в чистую мысль, то есть перестанет быть человеком. Поэтому пенталогия оказалась непопулярным произведением Б. Шоу. Успех, о котором говорил К.И. Чуковский, был вызван восхищением гражданским мужеством писателя, которого многие критики обвиняли за резкие выпады против английских политиков, а также необычностью изображаемых событий.

К.И. Чуковский также критиковал несценичность пьесы, которая растянута, перегружена длинными, имеющими косвенное отношение к действию драматического произведения философскими монологами, лишена действия, а также страдает абстрактностью и

Morozova Svetlana Nikolayevna, Zhatkin Dmitry Nikolayevich G.B.SHAW'S "BACK TO METHUSELAH" ...

philological sciences

холодно отстраняет все, что может вызвать у публики сопереживание, ощущение соучастия и вовлеченности: «Слишком много острословия, слишком много надоедливых трюков, дешевых парадоксов и проч. Смеешься, смеешься и, наконец, начинаешь зевать» [1].

Выводы исследования и перспективы дальнейших изысканий данного направления. Неоднозначная реакция на пенталогию Б. Шоу была вызвана противоречиями, которые отразились как в форме произведения, так и в его идейном содержании. Писатель поставил перед собой сложную цель показать историю вселенной и раскрыть перспективы ее эволюции, что в таком широком масштабе до этого времени не являлось предметом обсуждения в произведении, тем более драматическом. По словам К.И. Чуковского, «он <Б. Шоу> любит выходить один против всех и дразнить общественное мнение» [3, с. 528]. Тем не менее представленный драматургический эксперимент Б. Шоу отразил не только его литературные симпатии - восхищение творчеством Г. Ибсена, с которым драматурга сближают мотивы самосовершенствования и моральной ответственности личности, но и основную тенденцию литературы XX века -стремление к интеллектуализму и неустанным поискам. Перспективным в этом плане может считаться комплексный анализ специфики преломления западных культур-философских идей в восприятии К.И. Чуковского, помогающий понять особенности восприятия им основных нравственно-эстетических вопросов.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Чуковский К.И. Назад к Мафусаилу: [Пьеса Б.Шоу] // Современный Запад. - 1922. - № 1. - С. 170.

2. Аникст А.А. Бернард Шоу // Шоу Б. Полное собрание пьес: В 6 т. - М.: Искусство, 1978. - Т. 1. - С. 5-46.

3. Балашов П.С. Художественный мир Бернарда Шоу. - М.: Художественная литература, 1982. - 326 с.

4. Гражданская З.Т. Бернард Шоу: очерк жизни и творчества: Учебное пособие для студентов. - М.: Просвещение, 1979. - 175 с.

5. Дейч А.И. О «Пигмалионе» Бернарда Шоу // Шоу Б. Пигмалион. - М.: Искусство, 1966. - С. 93-104.

6. Деннингхаус Ф. Театральное призвание Бернарда Шоу / Перевод с немецкого; предисловие П.С. Балашова.

- М.: Прогресс, 1978. - 328 с.

7. Забродин В.В. Эйзенштейн: попытка театра: [Статьи, публикации]. - М.: Эйзенштейн-центр, 2005. -344 с.

8. Кривоногова С.А. Левый фабианизм: социальные идеи и взгляды в будущее. - Магнитогорск: МаГУ, 2001.

- 97 с.

9. Образцова А.Г. Драматургический метод Бернарда Шоу. - М.: Наука, 1965. - 315 с.

10. Ромм А.С. Бернард Шоу. - М.: Искусство, 1965.

- 250 с.

11. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 3: Высокое искусство; Из англо-американских тетрадей / Сост. Е. Чуковской и П. Крючкова. - М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2012. - 640 с.

12. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 6. Литературная критика (1901-1907): От Чехова до наших дней; Леонид Андреев большой и маленький; Несобранные статьи (1901-1907) / Предисл. и коммент. Е. Ивановой. - М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2012. - 624 с.

13. Шоу Б. Полное собрание пьес: В 6 т. - Л.: Искусство, 1980. - Т. 5. - 725 с.

Статья подготовлена по проекту № 17-18-01006 Российского научного фонда.

Статья поступила в редакцию 29.09.2017

Статья принята к публикации 26.12.2017

136

Baltic Humanitarian Journal. 2017. Т. 6. № 4