Янтарной комнате не хватает "Вкуса"

Через несколько дней Янтарную комнату в Царском Селе закроют в последний раз: наступает заключительный этап восстановительных работ. К юбилею Петербурга комната наконец будет как новенькая. Чтобы взглянуть на прощание на самый популярный зал Екатерининского дворца, в пресс-тур в Царское Село, организованный Международным пресс-центром, отправился корреспондент Ъ СТАНИСЛАВ ЗЕЛЬВЕНСКИЙ.

     Янтарную комнату восстанавливали очень долго — с 1979 года. А закончат очень быстро — к 31 мая 2003 года. Потому как, хотя протокол празднования юбилея и не утвержден и вообще мало что о грядущих гуляньях известно, есть один непреложный факт: 31 мая президент Владимир Путин вместе с канцлером Шредером войдут в отреставрированную комнату. А потом, под впечатлением от увиденного, устроят торжественный прием.

     В Царском Селе все об этом знают и поэтому трудятся день и ночь. Из $3,5 млн, которые выделил в 1998 году на работы немецкий концерн Ruhrgas, освоено, по словам директора, Царскосельского заповедника Юрия Саутова, уже чуть более $3 млн. А за предыдущие 20 лет — $7,5 млн. Прогресс налицо. Хотя за деньгами тут не гонятся: вот, например, богатые датчане тоже хотели дать немного миллионов на комнату, но им сказали — спасибо, нам уже "Рургаз" дал (подумав, впрочем, деньги все же взяли на что-то другое).

     Осталось всего ничего — восточная стена. Там еще висит картон, на котором написано "восточная стена", чтобы не перепутать. Зато все остальные стены налицо, стоит аутентичный комод, и готовы три из четырех флорентийских мозаичных панно, когда-то украшавших зал. На панно аллегорически изображены органы чувств: "Зрение", "Слух" и "Обоняние и осязание". Последнее тут имеется даже в двух экземплярах: только его восстановили российские мастера, как в городе Бремене при довольно уголовных обстоятельствах обнаружился подлинник XVIII века. Теперь они стоят рядом — и наше панно, надо заметить, ничуть не хуже. Даже поярче.

     Не хватает только "Вкуса". Но он, как убедился корреспондент Ъ, уже наполовину готов и будет очень кстати к торжественному приему господина Путина: там едят и выпивают. Кстати, в Екатерининском дворце вчера тоже ели и выпивали: в Тронном зале изысканно гуляла какая-то скандинавская фирма. По словам господина Саутова, люди приобщаются к российским духовным традициям.

     Еще для Янтарной комнаты сделали отличный интернет-сайт. Потенциальная аудитория его, считают музейщики, миллион человек. Пока, правда, в день заходят всего 10-15. Но не напрасно: они то и дело предлагают за скромное вознаграждение указать место, где спрятана настоящая Янтарная комната. Однако сотрудники на это не ведутся. Во-первых, комната, по идее, уже давно должна была сгнить и рассыпаться. А во-вторых, однажды они уже доверились двум дамам, которые утверждали, что партизанили в Калининграде и точно видели, где закопана комната. Тогда все воодушевились, снарядили экспедицию, полетели в Калининград. А партизанки, сойдя с самолета, говорят: "Ах, как тут все изменилось! Ничего не узнаем..." Теперь кладоискатели пишут почему-то в основном в Эрмитаж, а господин Пиотровский педантично пересылает все письма в Царское Село.

     В мастерской, которая занимается восстановлением Янтарной комнаты, работает около 70 человек. Мастерская выглядит так себе, хотя и находится прямо напротив дворца. Над станками висит неполезная пыль, на столе спит кошка, из приемника орет Чичерина. За 23 года в Царском Селе наработали уникальные, как говорят, навыки. Но куда их девать после 31 мая — не вполне понятно. Маленькая пожилая женщина, например, делает слепки из пластилина. Как пришла сюда много лет назад, так и делает. Она уже слепила из пластилина целую Янтарную комнату. Коллеги тихо комментируют: "Вся жизнь в пластилине".

     Главного реставратора Александра Крылова, мужчину средних лет с богемным хвостиком, хочется спросить о личном. Он разрешает. "А вам, если от всего абстрагироваться, кажется, что Янтарная комната красивая?" — "Стиль такой!" — быстро отвечает господин Крылов. Потом, подумав, меняет тон: "В это дело, вообще-то, очень сложно врубиться. И это очень сильно на тебя влияет. Я знаю многих ребят, которые бросили..." Кажется, что реставратор рассуждает о какой-то вредной привычке, но это он — о барокко.

     Директор мастерской Борис Игдалов тоже относится ко всему философски. На жизнь почти не жалуется, хотя и замечает, что раньше килограмм яшмы, например, стоил 1 советский рубль, а сейчас — $6-8. Говорит, что положение на Калининградском комбинате, который снабжает мастеров янтарем, сложное. И тут же уточняет: "Оно и всегда было сложное". Но янтаря теперь уже точно хватит. А сколько комната простоит (минерал-то отнюдь не вечен) — дело темное. Вечного, как сообщил господин Игдалов, вообще ничего не бывает.