К газовому конфликту подошли дипломатично

Глава МИД РФ Сергей Лавров в четверг завершил двухдневный визит в Туркмению, в ходе которого он встретился с президентом Гурбангулы Бердымухамедовым и своим туркменским коллегой Рашидом Мередовым. Приезд российского министра в Ашхабад должен был сгладить напряженность в двусторонних отношениях, омраченных недавним решением «Газпрома» в одностороннем порядке расторгнуть 25-летний контракт на покупку туркменского газа. При этом, по данным “Ъ”, стороны условились уже в ближайшие дни начать переговоры о возможных параметрах дальнейшего сотрудничества в газовой сфере. Параллельно будет обсуждаться вопрос о предоставлении Россией Туркмении связанного кредита в размере 10 млрд руб.

Визит Сергея Лаврова в туркменскую столицу начался с приема по случаю открытия нового комплекса российского посольства — выполненного из белого мрамора, как и другие современные постройки Ашхабада, и укрытого плотным слоем снега, выпавшего накануне впервые с Нового года. Как рассказали корреспонденту “Ъ” хозяева приема, выбор в пользу классического стиля и мраморной облицовки был сделан «по настоянию туркменской стороны». «Строили в том числе турецкие субподрядчики, но еще до ноября, когда санкций не было»,— заверил “Ъ” Андрей Абадеев, гендиректор «Зарубежпроекта».

«Этот комплекс станет символом долгосрочного характера стратегических отношений между Россией и Туркменистаном»,— заявил в ходе торжеств Сергей Лавров. Его туркменский коллега не остался в долгу, пояснив, что здание «олицетворяет величие России». «Сергей Викторович (Лавров.— “Ъ”) приехал в день, когда в Ашхабаде пошел снег — символ доброты, благополучия и света,— объявил Рашид Мередов.— Все, что мне хотелось сегодня сказать, за меня сделал Всевышний».

Теперь главной интригой является, какими будут погодные условия в день открытия нового посольства США — его фундамент заложили осенью.

Собравшиеся на приеме российские бизнесмены также старались излучать оптимизм. В Туркмении с участием российского капитала зарегистрировано более 190 предприятий, в том числе «Газпром», МТС, «дочка» «Роснефти» НГК «Итера», а также строительные компании «Стройтрансгаз» и «Возрождение». «В 2015 году мы заключили контракт на поставку 142 автомобилей на сумму 125 млн руб., на днях была достигнута договоренность о поставках еще 300 единиц техники»,— рассказал “Ъ” Сергей Ткаченко, глава совета директоров KAMAZ FTC Corp.

«”Татнефть” с 2011 года начала работы по оказанию услуг “Туркменнефти” по капремонту скважин, их обустройству и автоматизации. Многие из них простаивали в бездействии, и мы, по сути, их реанимировали — в результате проведенных геолого-технических мероприятий на скважинах получена дополнительная добыча нефти в объеме более 100 тыс. тонн. Сейчас ведется согласование дальнейшей производственной программы с расширением контрактной территории»,— рассказал “Ъ” директор филиала ПАО «Татнефть» в Туркмении Дамир Камалиев.

Газовая война

Впрочем, в последнее время экономическое сотрудничество двух стран складывается непросто. В начале января «Газпром» остановил закупки газа у Туркмении, а затем и вовсе разорвал 25-летний контракт с «Туркменгазом» от 2003 года. Разрыв последовал вслед за резким уменьшением закупок туркменского газа (с 10 млрд в 2014 году до 3,1 млрд кубометров в 2015-м), а также односторонним сокращением его оплаты со стороны российской компании после безуспешных переговоров с туркменами о снижении цены. Это прецедент в истории российской монополии, всегда настаивавшей на незыблемости долгосрочных соглашений. По мнению собеседников “Ъ”, близких к «Газпрому», разрыв контракта может оказать более существенное влияние на позицию Туркмении, чем разбирательства в арбитраже, итог которых Ашхабад может и не признать.

С коммерческой точки зрения «Газпрому» необходимо добиться от Туркмении снижения цены закупки газа, а также снижения контрактного объема. По словам источников “Ъ”, для безубыточных операций с туркменским газом «Газпрому» нужна цена по формуле: стоимость газа в Европе минус транспортные затраты в размере примерно $100 за 1 тыс. кубометров. В текущих условиях такая цена могла бы составить $80–85 за 1 тыс. кубометров. С точки зрения объемов «Газпрому» требуется примерно 4–5 млрд кубометров туркменского газа в год, чтобы снабжать южный Казахстан и Киргизию: такие закупки позволят не зависеть слишком сильно от закупок узбекского газа, а также оптимизировать транспортные расходы.

Помимо коммерческих у «Газпрома» есть и стратегические интересы в Центральной Азии, которая была ключевым регионом советской газодобычи. Компания присутствует во всех странах региона и так или иначе участвует в большинстве крупных газовых контрактов. В этом смысле утрата позиций в Туркмении, которая входит в десятку государств с крупнейшими запасами газа, не отвечает интересам «Газпрома», и, по словам собеседников “Ъ”, в компании это понимают. «Решение разорвать контракт было вынужденным. Не все в руководстве “Газпрома” поддерживали такие жесткие меры. Но факт в том, что иначе туркмены на диалог вообще не шли»,— говорит источник “Ъ”, близкий к «Газпрому».

Судя по всему, радикальный шаг подействовал: по данным “Ъ”, стороны намерены уже в ближайшие дни начать переговоры о возможных параметрах дальнейшего сотрудничества.

К поиску компромисса с «Газпромом» туркменские власти побуждает непростая экономическая ситуация. 12 января Центробанк Туркмении предписал банкам страны прекратить для населения конвертацию маната в иностранную валюту на наличном валютном рынке. Ранее, в декабре, был введен лимит валютно-обменных операций для физлиц на уровне $1 тыс. в месяц. При этом на данный момент единственным работающим экспортным маршрутом для Туркмении остается Китай, но продажи газа на этом направлении пока не слишком выгодны, поскольку Пекин засчитывает газ в погашение ранее выданных Ашхабаду кредитов. Россия же платила живыми деньгами.

На границе неспокойно

Визит Сергея Лаврова в Туркмению был призван сгладить напряженность, возникшую из-за противоречий в газовой сфере. В ходе переговоров был согласован график консультаций межправкомиссии по экономическому сотрудничеству на первое полугодие 2016 года (с российской стороны ее возглавляет зампред правительства Сергей Приходько). По словам источника “Ъ”, близкого к межправкомиссии, стороны, в частности, планируют обсудить предоставление Россией Туркмении связанного кредита в размере 10 млрд руб. под гарантии ЭКСАР (Экспортное страховое агентство России; входит в группу ВЭБ). Предполагается, что средства пойдут на закупку туркменской стороной российских товаров и услуг.

При этом на переговорах Сергея Лаврова с Гурбангулы Бердымухамедовым и Рашидом Мередовым речь шла, конечно же, и о внешнеполитических проблемах. Российскому гостю было важно в очередной раз разъяснить туркменским собеседникам позицию Москвы по Сирии: ранее власти Туркмении выражали озабоченность в связи с безопасностью полетов над Каспием из-за российских ракетных обстрелов сирийской территории. Еще одна непростая тема — Турция: в то время как Россия с ней сейчас находится в конфронтации, Туркмения считает ее союзником.

Наиболее же деликатными в двусторонних консультациях являются вопросы безопасности. Москва крайне озабочена ситуацией на туркменско-афганской границе и готова оказать Ашхабаду практическое содействие в ее укреплении. «Ситуация на этой границе очень тяжелая. Через нее в страну уже проникают боевики группировки “Исламское государство” (запрещена в РФ.— “Ъ”). Однако официально туркмены отрицают какую-либо опасность для себя со стороны Афганистана,— пояснил “Ъ” директор аналитического центра Института международных исследований МГИМО Андрей Казанцев.— Эта игра, во-первых, связана с попыткой не напугать потенциальных инвесторов для газовых проектов. Во-вторых, власти Туркмении пытаются играть в многовекторность, дистанцируясь и от России, и от Китая». При этом год назад глава центрального командования США генерал Ллойд Остин рассказал, что туркменские власти выразили желание приобрести американское военное оборудование и технологии для защиты границы (с тех пор о конкретных договоренностях, однако, не сообщалось).

Туркмения, объявившая о своем нейтралитете, не является членом какого-либо военно-политического блока. В Москве же полагают, что обострение ситуации в этой стране может дестабилизировать всю Центральную Азию. Отвечая в четверг на вопрос “Ъ”, может ли Россия помочь Туркмении укрепить границу с Афганистаном и готов ли Ашхабад такую помощь принять, Сергей Лавров заметил, что «помощь предлагается в случаях, когда в ней есть необходимость». При этом он пояснил, что туркменская сторона проинформировала российских дипломатов о «дополнительных мерах», принимаемых для защиты границы. «Если в этих усилиях потребуется наша помощь, конечно, мы будем в ней заинтересованы,— подчеркнул он.— Но наши друзья подробно рассказали нам о том, как надежно они закрывают границу с Афганистаном, мы из этого исходим».