Криминалистика и криминалистическая экспертиза: возможности решения отдельных проблем с позиции информационного и синергетического подхода

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Криминалистика, криминология, ОРД

УДК 343.98

Ю.В. Гальцев*, Г.Э. Бахтадзе**, Э.В. Лантух***

Криминалистика и криминалистическая экспертиза: возможности решения отдельных проблем с позиции информационного и синергетического подхода

Авторами предложена новая частная криминалистическая теория (самостоятельное криминалистическое учение) — «Криминалистическая взрывология», в которой на современной научнотехнической и методологической основе сделана попытка классифицировать огнестрельное оружие, взрышчатые вещества, взрывные устройства, средства взрывания, а также следы их применения в одно целое, т.е. единое научно-практическое направление; предлагается также внести в научно-практическую экспертную деятельность некоторые новые для судебный экспертов технические термины, например. «криминалистическая взрышология», «огнестрельная взрышотехнология», «огнестрельная взрышотехника», «криминальная взрышология».

Ключевые слова: криминалистика, огнестрельное оружие, информациология, синергетика, взрывология, взрывчатые вещества, взрывные устройства, взрывотехнология, взрывотехника, криминалистическая взрывология, огнестрельная взрывотехнология, огнестрельная взрывотехника, криминальная взрывология.

Y.V. Galtsev*, G.E. Bakhtadze**, E.V. Lantukh***. Criminalistics and forensic examination: the possibility of solving some problems with the position information and a synergistic approach. The authors proposed a new private forensic theory (independent forensic doctrine) - "Forensic vzryvologiya," in which the modern scientific, technological and methodological basis for an attempt to classify firearms, explosives, explosives, explosive materials, as well as traces of their application, in one a whole, that is one of scientific and practical direction, are also invited to make to the scientific and practical expertise to work for some of the new judicial Experts of the technical terms, for example «forensic vzryvologiya», «bullet vzryvotehnologiya», «bullet vzryvotehnika», «criminal vzryvologiya».

Keywords: criminalistics, firearms, informationology synergetics, vzryvologiya, explosives, explosive devices, vzryvotehnologiya, vzryvotehnika, forensic vzryvologiya, vzryvotehnologiya gunshot, gunshot vzryvotehnika, criminal vzryvologiya.

В современной научной литературе в последние годы все чаще встречаются предложения «построения здания единой науки», представляющей собой целостную систему, функционирующую и развивающуюся в полной взаимосвязи, взаимодействии всех ее элементов и подсистем, т.е. отдельных наук и научных направлений. Не случайно великий исследователь Макс Планк отмечал, что «наука представляет собой внутреннее единое целое. Её разделение на отдельные области обусловлено не

* Гальцев Юрий Викторович, профессор кафедры судебно-экспертной деятельности Санкт-Петербургского университета МВД России, доктор естественных наук (DSc), доктор юриспруденции (USA), кандидат медицинских наук, заслуженный изобретатель России, заслуженный изобретатель Европы, заслуженный создатель космической техники ФК России, заслуженный испытатель космической техники ФК России. Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Тел. (812) 744-23-07.

** Бахтадзе Гия Эдуардович, старший помощник военного прокурора — начальник отдела прокуратуры Приволжского-Уральского военного округа, академик МАИСУ, кандидат юридических наук. Россия, 620100, Екатеринбург, ул. Луначарского, 215/а, тел. (343) 3553291

*** Лантух, Эдуард Владимирович, начальник кафедры судебно-экспертной деятельности Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат юридических наук, доцент. Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Тел. (812) 744-23-07.

* Galtsev Yury Victorovich, professor of department of forensic activities of the St. Petersburg University, Russian Interior Ministry, doctor of science (DSc), doctor of jurisprudence (USA), PhD, honored inventor of Russia, honored inventor of Europe, the creator of space technology distinguished FC Russia, honored test space FC Russia. Russia, 198206, St. Petersburg, ul. Pilyutova pilot, 1. Tel. (812) 744-23-07.

** Bakhtadze, Gia Edwardovich, senior assistant military prosecutor — head of the prosecution of the Volga-Ural military district, academician maize, candidate of legal sciences. Russia, 620100, Ekaterinburg, ul. Lunacharsky, 215/a, tel. (343) 3553291.

*** Lantukh, Edward Vladimirovich, head of the department of forensic university of St. Petersburg the Russian Interior Ministry, PhD, associate professor. Russia, 198206, Saint-Petersburg, Pilot Pilyutov str, 1. Tel. (812) 744-23-07.

© Гальцев Ю.В., Бахтадзе Г.Э., Лантух Э.В., 2012

столько природой вещей, сколько ограниченностью способности человеческого познания» [1, с. 67]. В действительности существует непрерывная цепь от физики и химии через биологию и антропологию к социальным наукам, цепь, которая ни в одном месте не может быть разорвана, разве лишь по произволу». Правильность этих передовых высказываний полностью подтверждают криминалистика и судебная криминалистическая экспертиза, носящие выраженный интеграционный характер, и особенно раздел последней — криминалистическая техника. В.А. Волынский, несомненно, прав, когда утверждает, что «достаточно хотя бы беглого обзора развития криминалистической техники как составной части науки криминалистики, анализа базовых знаний, положенных в основу той или иной части криминалистической техники, чтобы воочию убедиться в глубокой связи криминалистики в целом с естественными и техническими науками». Причём, «потребительское» отношение криминалистики к этим наукам «себя исчерпало или, во всяком случае, в полной мере не отвечает соответствующим требованиям развития криминалистической техники. Сегодня её развитие в равной мере зависит как от овладения криминалистами современными достижениями естественных, технических наук ... так и от «владения» представителями этих наук сложнейшими научно-техническими проблемами, требующими своего решения в интересах криминалистики» [2, с. 40].

Бесспорно, что этот процесс неуклонно должен продолжаться. В противном случае горизонт незнаемого, отодвигаемый новыми знаниями по мере приближения к нему, застынет на мёртвой точке. Более того, по мере возрастания сложности (сверхсложности) жизни современного общества они будут только увеличиваться. Недаром А. В. Смирнов, со ссылкой на отмеченный Э. Тоффлером эффект «разделения решений», порождённый информационным взрывом и стремительно нарастающим разнообразием социальной жизни, когда традиционные управленческие методы уже не подходят для решения увеличивающихся почти в геометрической прогрессии проблем, справедливо подчёркивает, что этот вывод в высшей степени справедлив и для сферы юстиции — чуть ли не единственной отрасли социального управления, которой приходится иметь дело не со специализированным сектором информации, а с фактами, относящимися практически ко всем областям человеческой деятельности [3, с. 145]. Следователи, судьи (а следовательно, и судебные эксперты. — Авт.), специалисты в области криминалистики и права — ежедневно сталкиваются с проблемами, выходящими за рамки их специальных знаний или жизненного опыта. Постоянно растущее разнообразие окружающей действительности делает возникающие вопросы всё более сложными. В результате компетентность перестаёт соответствовать компетенции. На это же указывает Е. Р. Ильина, которая резонно замечает, что «даже в сверхсложных системах, в которых дезинтеграция элементов может создавать впечатление хаоса, параллельно происходит формирование интеграционных комплексов, обеспечивающих упорядоченное взаимодействие элементов системы» [4, с. 18]. В основе этого, безусловно, правильного подхода лежит фундаментальная теория неравновесных структур и диссипативных (рассеиваемых, переходящих в другое состояние) процессов, разработанная Нобелевским лауреатом в области химии И. Пригожиным. Он впервые в мировой науке доказал, что неравновесность является источником организации и энтропии (меры устранения неопределённости) в природе и обществе.

Создавая свою новую теорию, он и не предполагал, что она станет основой успешно развивающихся в наши дни в разных отраслях науки новых научных направлений — синергетики и информациологии, Они, на наш взгляд, также должны занять достойное место среди методов познания, взятых на вооружение криминалистами. Е. Н. Князева определяет синергетику (от греческого вупег^а — вместе, совместное действие, сотрудничество, содружество) как междисциплинарное направление научных исследований, в рамках которого изучаются общие закономерности процессов перехода от хаоса к порядку и обратно (процессов самоорганизации и самопроизвольной дезорганизации) в открытых нелинейных системах физической, биологической, экологической, социальной и любой другой природы [5, с. 770]. При этом под информацией в синергетике понимается мера «организации (согласованности, связности, упорядоченности) системы; высокая мера упорядоченности (информационности) системы является условием (причиной) согласованности её составных частей, вызывающей уменьшение самоотношений и самоорганизации этих частей и уменьшение энтропии системы, что в свою очередь приводит к увеличению согласованности и упорядоченности самой системы в целом».

Основополагающие принципы информации изложены в основах информациологии. Во-первых, теоретически обосновано понятие информации и дано её определение как генерализационной фундаментальной основы микро- и макродинамических процессов во Вселенной. Во-вторых, обосновано определение и название науки, занимающейся изучением информации, дано определение её объекта, предмета и метода. В ней информация обосновывается как всеобщая фундаментальная основа всех процессов, происходящих в микро- и макроструктурах, и представляется как единое распределённое информационно-сотовое (материализованное и дематериализованное) самоуправляемое пространство Вселенной. В-третьих, показан широкий спектр практического приложения информациологии, раскрыта сущность информатики как составной её части. Елавное, что информациологами сформулированы законы информационного единства, сохранения (вечности) информации и постоянного изменения её кодовых структур, ритмичности, периодичности,

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Криминалистика, криминология, ОРД

цикличности и информационного равновесия Вселенной, симметризации и десимметризации, генерализационно-единого информационно-сотового взаимодействия.

Исходя из изложенного, можно заключить, что синергетика и информациология могут и должны стать методологической основой разработки эффективных междисциплинарных научно-практических комплексов, призванных обеспечить решение сложных и актуальных криминалистических проблем, неразрывно связанных с необходимостью пересмотра традиционных и выработки новых, адекватных современным реалиям, стратегий борьбы с преступностью, подлинного, а не мнимого совершенствования законодательной и нормативной базы, разработки магистральных путей оптимизации деятельности государственных и правоохранительных органов, общественных организаций и объединений по устранению криминальной угрозы внутренней безопасности российского общества в рамках соблюдения фундаментальных прав человека и гражданина. Ключом к решению этих проблем является правильное их научно-теоретическое и методологическое осмысление. Без этого разработать, принять и реализовать действенные и кардинальные меры по высвобождению из удавки, наброшенной на шею нашего общества криминальным миром, не представляется возможным, а сам смысл существования судебной экспертизы и криминалистики как науки будет поставлен под сомнение. Этот процесс медленного разрушения ее происходит на фоне непрекращающихся социальных и политических бед. При этом в качестве одного из рычагов преступного давления используется вооружённое насилие — самое опасное и широко распространённое насилие, совершаемое над людьми с применением холодного и огнестрельного оружия, взрывчатых веществ (ВВ), средств взрывания (СВ) и взрывных устройств (ВУ). Поэтому повышенный интерес многих ведущих экспертов-криминалистов к особо значимой, на наш взгляд, проблеме создания прочной теоретической базы для противодействия вооружённой преступности вполне понятен и закономерен. C выходом в свет работ видных отечественных криминалистов А. С. Подшибякина и Е. Н. Тихонова стала вырисовываться целесообразность возможного изучения теоретических основ холодного оружия и следов его применения в рамках частного криминалистического учения [6, с. 18; 7; 8], существование которого оправдано и подтверждено дальнейшей углубленной междисциплинарной научноисследовательской и практической работой. Однако применительно к огнестрельному оружию, ВВ, ВУ, СВ и следам их применения такая перспектива, к сожалению, всё ещё не просматривается, хотя обстоятельных и интересных работ по этой проблематике издано немало [9, с. 28; 10].

Одни авторы рассматривают: а) огнестрельное оружие и следы его применения (с одной стороны) и б) ВВ, ВУ, СВ и следы их использования (с другой) в качестве самостоятельных, отдельных отраслей (учений) криминалистической техники, именуемых соответственно судебной (криминалистической) баллистикой и криминалистической взрывотехникой (или криминалистическим взрывоведением), первоначально получившей название «криминалистической пиротехники», которое не нашло поддержки у научного сообщества и в экспертной криминалистической практике не прижилось. Другие учёные считают, что они входят в интегрированную отрасль криминалистической техники — «Криминалистическое исследование оружия и следов его применения» (или в криминалистическое учение об оружии и следах его применения как отрасли криминалистической техники) на правах автономных разделов (подразделов). Среди сторонников этой точки зрения и известный российский специалист в области криминалистического исследования оружия и следов его применения В. М. Плескачевский, который предложил именовать эту отрасль криминалистической техники термином «криминалистическое оружиеведение» [11, с. 166]. Одни экспертыькриминалисты подвергли его критике, другие поддержали, а третьи отнеслись к этой новации с настороженностью. В научных публикациях встречается и другое её название — «криминалистическая армалогия» [от arma (лат.) — оружие, logos (греч.) — учение]. Оно было предложено незаурядной личностью — криминологом Д. А. Корецким, но достойного освещения и анализа в специальной литературе не нашло [12, с. 166—170]. В. А. Хвалин пожелал «объять необъятное» за счёт создания «нового» криминалистического учения — «криминалистического орудиеведения». В рамках этого криминалистического учения предлагается изучать все орудия совершения преступления. В то же время ряд именитых авторов предложили рассматривать криминалистическое оружиеведение в качестве одной из основных подсистем криминалистического орудиеведения, которое характеризуется ими «как система научного знания о предметах и веществах, применяемых в преступных целях для воздействия на объект посягательства, образующихся при этом следах, других, связанных с ними предметах, а также разрабатываемых средствах и технологиях собирания, проверки и реализации соответствующей уголовно-релевантной информации». При этом криминалистическая баллистика признана этими учёными составной частью криминалистического оружиеведения и рассматривается в главе «Криминалистическое орудиеведение», а криминалистического взрывоведения, относимого ими к новой отрасли криминалистики и включённого в главу «Иные отрасли криминалистики» там почему-то нет .

Ещё одна группа авторов относит ВВ, ВУ, СВ и следы их применения к судебно-баллистическим исследованиям, научно-методические основы которых не составляют самостоятельной отрасли и включаются в состав судебной (криминалистической) баллистики.

И, наконец, группа экспертов и криминалистов, рассматривая современное состояние и пути

развития криминалистики, ограничивается изложением основ судебной (криминалистической) баллистики, а об исследованиях ВВ, ВУ, СВ и следов их применения при расследовании соответствующих преступлений даже не упоминает.

Таким образом, не вступая в полемику по существу заявленных предложений и существующих ныне приемов и терминов, многие из которых, несмотря на их спорность и противоречивость, используются по сей день, можно констатировать:

1) отсутствие единой точки зрения учёных по рассматриваемому нами вопросу, видимо, обусловлено недооценкой возможностей применения при его разрешении междисциплинарных научно-исследовательских и практических подходов, рекомендуемых новыми научными направлениями в синергетике и информациологии;

2) факт неоднозначного восприятия подавляющим большинством криминалистов вопросов криминалистического исследования: а) огнестрельного оружия и следов его применения и б) ВВ, ВУ, СВ и следов их использования между собой, основан, по нашему мнению, на традиционном (привычном) научно-теоретическом и методологическом осмыслении данной проблемы. Кстати, на аналогичной позиции стоят и судебные медики, изучающие судебно-медицинские аспекты повреждений от взрывов и огнестрельного оружия раздельно друг от друга;

3) определённый крен в сторону изучения отдельными экспертами-криминалистами ВВ, ВУ, СВ и следов их применения под эгидой судебной (криминалистической) баллистики, возник, видимо, в силу традиции или стремления выдать желаемое за действительное;

4) выжидательную позицию, занятую большинством экспертов-криминалистов по этому вопросу, можно объяснить или безразличием, или другими субъективными причинами.

Вместе с тем раздельное рассмотрение и изучение указанных объектов, а также следов их применения не отвечает современным требованиям борьбы с вооружённой преступностью. Оно не позволяет придать этой борьбе адекватную общественную и государственную значимость со всеми вытекающими из этого положительными последствиями, так необходимыми для надлежащего обеспечения внутренней безопасности нашего общества. Более того, такой подход противоречит здравому смыслу. А суть его состоит в том, что огнестрельное оружие в реальной действительности с технической точки зрения также является взрывным устройством и может считаться лишь разновидностью взрывотехники. Не случайно М. В. Салтевский полагает, что «взрывные устройства допустимо рассматривать в классе огнестрельного оружия, хотя они не имеют некоторых его типичных признаков (ствол, прицельное устройство и т.п.)» [13, с. 371], а У. Карман уточняет, что «в определённом смысле более точным было бы название не “огнестрельное оружие”, а “взрывчатое оружие”. » [14, с. 85].

На основании изложенного мы, оценив и использовав преимущества синергетического и информациологического подхода к решению данного вопроса, предложили новую частную криминалистическую теорию (самостоятельное криминалистическое учение), в рамках которой на современном научно-теоретическом и методологическом базисе предлагаем сгруппировать огнестрельное оружие, ВВ, ВУ, СВ и следы их применения в одно целое и изучать как единое научнопрактическое направление. При этом нами учитывались требования, предъявляемые к частным криминалистическим теориям, которые сформулировал один из корифеев отечественной криминалистики Р. С. Белкин. Это учение, порождённое взрывологией и криминалистикой, мы назвали криминалистической взрывологией. Его основы были предложены авторами (Гальцевым Ю.В.,Евтюковым С.А,, Медрес Е.П., Рябининым А.Г. и Рябининым Г.А.) опубликованного ещё в 2007 г. справочника «Взрывология» [15, с. 132]. Первая его часть посвящена общей взрывотехнологии и взрывотехнике, вторая — огнестрельной взрывотехнологии и взрывотехнике, а третья — взрывологическому объектоведению. Рекомендуя введение этих терминов и классификации в научный обиход, нами принималось во внимание и авторитетное мнение Р. С. Белкина об оправданности, допустимости такого рода предложений только в строго определённых случаях, чётко прописанных в специальной литературе.

В справочник включены сведения о взрывчатых веществах и их свойствах, физических характеристиках взрыва и его воздействиях на конструкции и другие объекты, способах взрывания зарядов взрывчатых веществ и взрывных устройствах, проведении оценочных расчётов зон разрушения и безопасности, а также физических свойствах взрываемой среды. Огнестрельная взрывотехнология и взрывотехника специально выделены и систематизированы для удобства восприятия во второй части справочника. Как нам представляется, в справочнике исчерпывающе представлена информация, касающаяся огнестрельного стрелкового оружия, отражены многие вопросы современной науки и практики по огнестрельной взрывотехнологии и огнестрельной взрывотехнике, а также обобщена терминологическая база по соответствующим основным понятиям и определениям. Наконец, в справочнике преимущественно в табличной форме представлены исчерпывающие данные по различным объектам и материалам, наиболее часто подвергающимся воздействию огнестрельных снарядов и взрывов.

Особо подчеркиваем, что по состоянию на сегодняшний день в нашем понимании взрывология —

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России №9 2 (54) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Криминалистика, криминология, ОРД

мультидисциплинарная наука (естественная и техническая), изучающая процессы взрывчатых превращений в различных веществах и их воздействие на окружающую среду и состоящая из трёх разделов.

1) Научные основы взрывологии — базовый раздел взрывологии, опирающийся на фундаментальные и прикладные науки, изучающий вопросы теории взрывчатых превращений веществ (взрыва) в различных средах и их влияния на них, а также на объекты, попавшие в зону взрывного воздействия (ВВ, ВУ и СВ). Кроме того, в рамках данного раздела изучаются вопросы, связанные с медленным, быстрым и взрывным горением порохов и других взрывчатых смесей и их детонацией; переходом горения в детонацию.

2) Взрывотехнология — раздел взрывологии, изучающий и разрабатывающий различные способы взрывного воздействия (ВВ, ВУ и СВ) на разнообразные объекты, которые реализуются взрывотехникой (или объектами взрывотехники).

3) Взрывотехника — раздел взрывологии, занимающийся изучением, разработкой и использованием ВУ (включая огнестрельные), ВВ и СВ в военной и гражданской областях.

В настоящее время взрывологию (или науку о взрывах) структурно можно представить следующим образом:

Не секрет, что взрывология, которая способствует не только развитию оборонного потенциала различных стран, но и решению крупных народнохозяйственных задач (например, в добыче полезных ископаемых, строительстве и т.д.), всё шире используется и в преступных целях.

Стабильный рост преступлений в мире в течение всего XX в. и ещё более возросший в начале XXI в. (по ряду объективных и субъективных причин политического, геополитического, экономического, социального, религиозного и криминального характера) выявил страшную тенденцию резкого увеличения масштабов (как по количеству, так и по географии распространения) преступлений, совершаемых с применением взрывотехники и взрывотехнологий, приводящих к массовой гибели мирного населения и катастрофическим разрушениям среды обитания людей. В настоящее время наметился целый спектр таких преступлений: от подрыва и расстрела физических лиц и принадлежащей им собственности при криминальных разборках соперничающих бандформирований до физического устранения при помощи взрывных устройств и огнестрельной взрывотехники крупных общественных и политических деятелей; проведения массовых террористических актов насилия в различных странах как некоего акта «возмездия» путём подрыва автомобилей и жилых домов, железнодорожных составов и самолётов, судов и т.д. Количество используемых взрывчатых веществ в применяемых взрывных устройствах исчисляется сейчас уже не десятками, а сотнями и тысячами килограммов, а оснащённость преступников огнестрельной взрывотехникой (стрелковым и др. оружием) сопоставима с вооружением спецформирований силовых структур.

Слабая раскрываемость этих преступных деяний обуславливает необходимость широкомасштабной научной проработки вопросов их выявления и раскрытия, что, в свою очередь, выдвигает на первый план задачу создания прочной теоретико-экспериментальной, информационно-справочной и терминологической базы, а также проведения широкомасштабных исследований прикладного характера, относящихся и к области криминальной взрывологии (схема 2), которая, на наш взгляд, реально существует и, более того, поставлена преступными синдикатами и корпорациями на научную основу. Недооценка этих обстоятельств приводит к тому, что борьба с вооружённой преступностью, как правило, не носит упреждающего характера и представляет собой работу постфактум. Именно поэтому мы для начала предлагаем также ввести в научный оборот термины «криминальная взрывология», «криминальная взрывотехнология» и «криминальная взрывотехника», которые со временем, по мере углубленного изучения специфического предмета исследования, будут наполняться большей конкретикой.

В заключение вместо обычно формулируемых в нём выводов только подчеркнём, что:

1) на данном этапе работы над вышеуказанной проблематикой мы не считаем предлагаемый нами подход к решению старых, но не снятых с повестки дня проблем абсолютно завершённым и безупречным;

2) надеемся, что предлагаемый нами подход заинтересует специалистов, занимающихся данной проблемой, и станет предметом объективного и конструктивного обсуждения, без которого приблизиться к постижению истины и способствовать дальнейшему развитию криминалистики как науки и ее практике — судебной экспертизе — просто невозможно.

Список литературы

1. Плонк, М. Единство физической картины мира. — М., 1966.

2. Волынский, В. Л. Криминалистическая техника: наука — техника — общество — человек. — М., 2000.

3. Смирнов, Л. В. Реформы уголовной юстиции конца XX века и дискурсивная состязательность // Журнал российского права. — 2001. — № 12.

4. Мльина, Е. Р. Проблемы оценки заключения судебно-медицинского эксперта в современном уголовном процессе России : дис. ... канд. юрид. наук. — Самара, 2005.

5. Князева, Е. Н. Синергетика // Философия: Энциклопедический словарь / под ред. А. А. Ивина.

— М.: Еардарики, 2004.

6. Подшибякин, Л. С. Вопросы криминалистического исследования холодного оружия. — Саратов: Изд-во Саратов. ун-та, 1975.

7. Подшибякин, Л. С. Холодное оружие. Уголовно-правовое и криминалистическое исследование.

— Саратов: Изд-во Саратов. ун-та, 1980.

8. Подшибякин, Л. С. Холодное оружие. Криминалистическое учение. — М.: Учебноконсультационный центр «ЮрИнфоР», 1997.

9. Тихонов, Е. Н. Уголовно-правовая и криминалистическая оценка холодного оружия. — Томск: Изд-во Томского ун-та, 1976.

10. Тихонов, Е. Н. Криминалистическая экспертиза холодного оружия: Учебное пособие. 2-е изд., доп. и перераб. Барнаул: Изд-во Алтайского гос. ун-та, 1983.

11. Плескачевский, В. М. Проблемы формирования криминалистического оружиеведения в свете укрепления общественного порядка / / Укрепление общественного порядка и законности в правовом государстве : межвузовский сборник научных трудов. — М.: ВШ МВД СССР, 1990.

12. Корецкий, А. Л. О понятии криминалистической армалогии и её уголовно-правовых аспектах // Особенности развития уголовной политики в современных условиях. — М., 1996. С. 166-170.

13. Салтевский, М. В. Криминалистика. В современном изложении юристов. — Харьков: ИМП Рубикон, 1996.

14. Карман, Уильям. История огнестрельного оружия. С древнейших времен до XX века / пер. с англ. М. Е. Барышникова. — М.: ЗАО Центрополиграф, 2006.

15. Взрывология : справочник / под ред. Е.А. Рябинина. — СПб.: ДНК, 2007.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России №9 2 (54) 2012