"Бизнес уходит из офшоров"

В ближайшие годы Россия начнет получать исчерпывающую информацию о счетах российских налогоплательщиков в 80 странах мира, включая Швейцарию, Кипр и др.: кому принадлежит счет и сколько на счете денег, какие операции совершались, сколько получено дивидендов и т. д. Как в условиях глобальной финансовой прозрачности грамотно распорядиться и защитить свои активы, советует руководитель налоговой практики аудиторско-консалтинговой компании КСК групп Дмитрий Водчиц.

Автообмен правдой

— Каковы общие тенденции в регулировании и налогообложении зарубежных активов граждан России?

— Главный тренд — это подписание соглашений об автоматическом обмене финансовой информацией. К соглашению уже присоединились более 80 стран, включая Швейцарию, Кипр и Сингапур. В ближайшие годы Россия также начнет получать информацию от этих стран о счетах российских налогоплательщиков: кому принадлежит счет и сколько на счете денег, какие операции совершались, сколько получено дивидендов и т. д. На данный момент проект соответствующего закона находится в Государственной думе и, скорее всего, будет рассмотрен и принят в рамках осеней сессии. После этого Россия начнет подписывать двусторонние соглашения с другими странами. Мы полагаем, что эти документы будут подписаны уже в 2018 году и, следовательно, сам автообмен начнется с 2019 года. На практике это означает, что российские налоговые органы начнут получать информацию от соответствующих органов зарубежных стран в 2020 году за 2019 год. Сейчас в рамках Евросоюза автообмен уже работает: большинство стран подписали двусторонние соглашения, это глобальный тренд, который с небольшим временным лагом придет и к нам, то есть скоро все российские бенефициары зарубежных счетов станут известны налоговым органам России.

— Какие еще изменения в законодательном плане для владельцев активов стали самыми значимыми за последнее время? На что стоит обратить внимание?

— Вторая тенденция касается изменений в законодательстве и налогообложении в сфере контролируемых иностранных компаний (КИК). Эти механизмы уже запущены и реально работают, то есть мы ожидаем, что примерно к 2020 году появится первая практика по доначислениям налогов с КИК и признания контролируемых иностранных компаний налоговыми резидентами России. Уверены, что законодательство о КИК будет развиваться.

— На основании чего могут быть произведены доначисления налогов?

— Некоторые российские бенефициары счетов пытаются ввести в заблуждение банки, предоставляя карточки ВНЖ и утверждая, что они являются налоговыми резидентами других стран, хотя являются налоговыми резидентами России. Попытка ввести в заблуждение налоговые органы и финансовые организации — это очень большая ошибка, потому что банки анализируют платежи за коммунальные услуги, место сдачи налоговых деклараций, другие документы. Если не подать уведомление о КИК, можно получить штраф 100 тыс. руб. За неподачу отчетности по КИК штраф так же составляет 100 тыс. руб. Если предприниматель не заплатил налоги с доходов от КИК, его можно привлечь к налоговой ответственности. В таком случае нужно будет заплатить штраф до 40% от суммы неуплаты. Если сэкономить на налогах 2,7 млн руб. и больше, речь пойдет об уголовной ответственности — до трех лет лишения свободы.

— Можно ли говорить о том, что курс на прозрачность — это глобальный, а не чисто российский тренд?

— Конечно, во многом это глобальные тренды. Мы сейчас в части структурирования бизнеса, активов про чисто российские тенденции уже не говорим. Можно предположить, что Россия даже пока немного отстает от этих глобальных трендов.

— Останутся ли, по вашему мнению, какие-то серые зоны, которые не будут подписывать соглашения об автообмене?

— Нет, таких зон не останется. Например, Британские Виргинские Острова уже ввели открытый реестр бенефициаров. И теперь если больше 10% компании принадлежит конкретному бенефициару, то он в этот открытый реестр попадает. Мы видим, что офшорные юрисдикции идут даже дальше автообмена: они раскрывают сами реестры бенефициаров, и это тоже важный глобальный тренд. В течение ближайших пяти лет вы просто не узнаете всю иностранную банковскую систему. А Россия эту мировую практику догонит. К этому надо готовиться.

Срок давности

— А какая практика складывается сейчас? Что предпочитают делать владельцы активов в условиях ужесточения требований?

— Здесь есть четко выраженная тенденция: стратегия поведения владельца зависит от типа актива. Так, если это, например, ценные бумаги, то, конечно, российские бенефициары в связи со строгим валютным законодательством стараются перевести ценные бумаги в иностранные компании, чтобы не подпасть под нарушения, потому что там огромные штрафы: от 75% до 100% от суммы операций. При этом, согласно действующему законодательству, большинство банковских продуктов нельзя продавать за границей и получать выручку на иностранные счета. Нужно эту выручку проводить через Россию, в то время как иностранные банки это делать не готовы. Поэтому бенефициары создают иностранные компании в офшорных юрисдикциях либо в оншорных юрисдикциях (финансовый центр в полноналоговой территории) типа Кипра, где можно применять льготное налогообложение в части операций с ценными бумагами. Таким образом, деятельность компании декларируется в России, отчетность по МСФО сдается официально, нераспределенная прибыль (если она есть) декларируется тоже в России, с которой платятся те же 13%. При этом снимаются финансовые риски, связанные с валютными нарушениями. И тут я еще раз хочу напомнить, что через два-три года нарушения валютного законодательства могут обернуться огромными штрафами, а срок давности по привлечению за такие нарушения сейчас два года.

— Какие еще есть варианты оформления?

— Есть категория клиентов (также владельцы недвижимости, ценных бумаг, прав требования, программного обеспечения, товарных знаков, золотовалютных активов), которые применяют, пока это еще возможно, инструмент ликвидации контролируемой иностранной компании и используют льготу. Дело в том, что до конца года действует льгота, при которой можно ликвидировать иностранную компанию и перевести актив на собственника, задекларировать его официально в России и применить льготу 0% на этот актив. В результате этой процедуры собственник ничего не заплатит при получении этого актива из своего офшора. А в последующем, когда он будет этот актив продавать, сможет учесть расходы, которые понес его офшор при покупке этого актива уже в своих расходах как физического лица. Тем самым получается как бы двойная льгота. Это выгодно, и многие этим механизмом пользуются. Можно сказать, что это своего рода продолжение амнистии, которая уже закончилась, но переродилась в такую официальную возможность избежать налогообложения. И, что важно, это абсолютно законно и предусмотрено Налоговым кодексом России.

— А что делать тем, кто реально ведет активную деятельность в нескольких странах?

— Да, такая категория клиентов тоже есть. Есть международные компании, которые занимаются куплей-продажей и за границей, и в России. Они структурируют владение через иностранные юрисдикции с целью получения там дивидендов. И все это, конечно же, плотно связано с вопросом налогового резидентства бенефициаров бизнеса.

— Изменилась ли география "прописки" активов?

— В связи с теми причинами, которые я уже озвучил выше, активы сейчас перетекают из офшоров в оншорные юрисдикции. У владельцев торговых компаний снова стали популярны Кипр и Мальта. Так на Мальте эффективная налоговая ставка всего 5%, а на Кипре, например, не облагается налогом большинство операций с ценными бумагами и есть режим, который позволяет снизить ставку с 12,5% до 2,5%. Бизнес уходит из офшоров, потому что офшоры несут огромный риск признания зарегистрированной там иностранной компании налоговым резидентом России. Ведь что говорит российский Налоговый кодекс? Если компания фактически управляется из России, значит, она налоговый резидент России. А компания, зарегистрированная в офшоре, не имеет ни офиса, ни фактического присутствия в стране, а счета управляются из России. В оншорной же юрисдикции можно создать substance. Клиенты, которые начинают там работать, реально арендуют офисы, нанимают персонал, отправляют оттуда платежи, осуществляют управление и так далее, поэтому признать такую оншорную компанию налоговым резидентом России практически невозможно. Наиболее популярными юрисдикциями такого рода сейчас являются Кипр, Мальта, Словакия, Латвия, Сингапур и т. д.

Подушка безопасности

— Давайте поговорим об инструментах защиты активов. Какие из них сейчас наиболее популярны?

— Давайте начнем с развенчания мифов. Так, популярный ранее инструмент переоформления активов на иностранные компании не является защитой активов. Это делалось раньше с целью сокрытия конечного бенефициара, что в условиях автообмена будет просто невозможно. Поэтому в России сейчас очень популярно переоформление активов на трасты, в том числе безотзывные, либо использование инструментов оформления активов на друзей, знакомых, родственников. Правда, многие забывают, что при этом бенефициар фактически теряет владение активом и попадает в зависимость от трастового управляющего либо от родственников и друзей.

— Зачем тогда использовать эти приемы?

— Собственники понимают, что в первую очередь актив нужно отделить от бизнеса, потому что основной источник риска в России — это именно бизнес. Но при этом часто люди забывают, что нужно еще своевременно создать подушку безопасности для защиты от того же управляющего трастом. Не секрет, что иногда управляющие или родственники вдруг могут посчитать, что определенный актив на самом деле принадлежит им. После чего предлагают реальному владельцу выкупить его же актив по рыночной стоимости. Поэтому в целом для России актуальны три правила защиты активов: отделение от бизнеса, создание подушки безопасности, чтобы актив мог быть истребован обратно в любое время, и залог. Если актив обременен залогом, он не интересен рейдерам и всевозможным мошенникам, потому что залогодержатель всегда может обратить взыскание на этот актив и забрать его.

— Давайте расшифруем: что в нашем случае означает подушка безопасности?

— Подушка безопасности с точки зрения защиты активов — это комплект документов на любой случай жизни, который может быть инсталлирован собственником в любой момент, чтобы вернуть актив, если тот незаконно выбыл из его владения. Понимание, по каким причинам актив может выбыть и как его можно вернуть,— это вопрос опыта. Подушка должна работать в трех направлениях. Первое — не допустить переход риска на актив, второе — при приходе риска в актив не допустить выбытие актива, третье — при выбытии актива его нужно вернуть. То, из каких документов эта подушка будет состоять, зависит от типа актива. Если это доля — одни документы, если недвижимость — другие документы.

Очень многое зависит и от места нахождения активов. Например, если владелец — иностранная компания, то это один уровень защиты. Если владелец — физическое лицо, то уровень защиты ниже. И суть нашей работы с клиентами как раз состоит в том, чтобы понять перечень активов, понять их ценность и предложить такую структуру владения, которая, с одной стороны, будет гибкой, а с другой стороны, будет надежно защищать интересы клиента при реализации каких-либо негативных сценариев.

— Мы начали нашу беседу с того, что у собственников есть условно два-три года, чтобы перенастроиться и адаптироваться к новым правилам. Какие шаги нужно предпринять уже сейчас?

— На самом деле у собственников есть всего лишь год на то, чтобы пересмотреть и перестроить свою структуру владения зарубежными и российскими активами. Потому что уже через год начнется сбор информации о российских бенефициарах и они попадут в систему автообмена, а еще через год вся информация поступит в российские налоговые органы.