Краткий исторический анализ понимания образа в отечественной психологии

который определяется специальным тестированием. Опыт внедрения индивидуализированных программ обучения учителей в систему постдипломного образования, позволил выявить тот факт, что для организации обучения на основе индивидуализации достаточно определять пять уровней подготовки учителей.

В рамках предложенных моделей, помещенный в позицию рефлексивности, учитель вынужден устанавливать связи между разными моментами, факторами, но именно образовательные потребности обнаруживаются, когда обусловленность достижений и затруднений учителя сопоставляется с его актуальными качествами. Когда это делает сам учитель для себя - это и есть элемент самообразования, самоуправления, самоорганизации. Процесс рефлексии специально организовывается. Ее организатор совместно с учителем направляет процесс рефлексии на объективацию образовательных потребностей, постановку образовательных задач, оформление индивидуализированной программы обучения. В данном случае целенаправленно реализуются стратегии субъект-субъектного взаимодействия участников образовательного процесса, стимулирующие самостоятельную педагогическую деятельность, формирующие позитивную индивидуальную позицию относительно педагогической профессии.

Индивидуализированная программа обучения учителя включает содержание (в широком смысле этого понятия: информация, знания, способы работы, технологии) и деятельность по его реализации. Содержание в индивидуализированной программе складывается из того содержания, которое учителю необходимо освоить исходя из деятельности ближайшего периода (инвариантная часть); содержания, оформленного в программе обучения учителя того или иного образовательного учреждения (инвариантная часть); образовательных задач, поставленных в связи с проблемами реальной практики учителя (вариативная часть); личных потребностей учителя (вариативная часть) и возможности обучать других учителей (вариативная часть).

Таким образом, индивидуализированная программа обучения дает возможность каждому учителю формировать индивидуальный образовательный маршрут и ставит перед организаторами постдипломного образования задачу разработки методик, технологий, приемов и инструментария организации индивидуализированной образовательной деятельности учителей. Процесс индивидуализации, в данном случае, служит гарантией позитивных изменений постдипломного образования учителей, поскольку в его основе лежат вариативный и рефлексивный подходы.

Библиографический список

1. Булыко, А.Н. Современный словарь иностранных слов. - М., 2004.

2. Краткий словарь системы психологических понятий / под ред. К.К. Платонова. - М., 1984.

3. Безрукова, В.С. Педагогика. Проективная педагогика. - Екатеринбург, 1996.

Bibliography

1. Bulihko, A.N. Sovremennihyj slovarj inostrannihkh slov. - M., 2004.

2. Kratkiyj slovarj sistemih psikhologicheskikh ponyatiyj / pod red. K.K. Platonova. - M., 1984.

3. Bezrukova, V.S. Pedagogika. Proektivnaya pedagogika. - Ekaterinburg, 1996.

Статья поступила в редакцию 01.03.13

УДК 159.9

Goryachev М BRIEF HISTORICAL ANALYSIS OF CONCEPTS OF IMAGE IN RUSSIAN PSYCHOLOGY. The

article analyses the literature devoted to researches on the image in Russian psychology. It reveals contradictions between the topicality of studying the human imaginative sphere and the current state of knowledge in this field. It has been revealed that Russian scientists established a close correlation and interdependence between the image and activity. This is a fundamental proposition in researches on the image in Russian psychology.

Key words: anticipation, perception, image, human imaginative sphere, perceptive processes.

В.В. Горячев, канд. психол. наук, доц. каф. психологии и социальной работы, Рязанский филиал Московского психолого-социального университета, г. Рязань, E-mail: d-vadi@yande.ru

КРАТКИЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОНИМАНИЯ ОБРАЗА В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ

В статье представлен анализ литературы по проблеме изучения образа в отечественной психологии. Отображены противоречия между актуальностью изучения образной сферы человека и состоянием освоения проблемы. Выявлено, что отечественные психологи в изучении образа установили тесную взаимосвязь и взаимообусловленность между образом и деятельностью. Это положение является основополагающим в изучении образа в отечественной психологии.

Ключевые слова: антиципация, восприятие, образ, образная сфера человека, перцептивные процессы.

История изучения образной сферы человека в отечественной психологии имеет долгую историю. Вместе с тем и сегодня можно говорить о противоречии между актуальностью изучения образной сферы человека и состоянием освоения проблемы. Несмотря на растущее внимание к данной проблематике в самых разных отраслях психологии и смежных наук, приходится констатировать отставание в изучении образной сферы человека по сравнению с другими психическими процессами. Следует отметить, что это во многом связано с игнорированием в советской психологии индивидуально-неповторимого внутреннего мира человека. Образы, не контролируемые обществом, как бы не допускались в отечественной науке. Тем не менее, ряд советских и российских исследователей активно занимались данной проблемой. Отсюда, цель нашей статьи рассмотреть модели, пытающиеся описывать индивидуальные особенности пси-

хического отражения, преломленные в категории образа в отечественной психологии.

Так, И.М. Сеченов вскрывает рефлекторную природу образа и со стороны его жизненного значения в общей приспособительной деятельности организма, и со стороны механизмов его формирования как предметного отражения действительности. Жизненное значение образа в приспособительной деятельности заключается в его регулирующей роли по отношению к исполнительным рефлекторным эффектам. «Все отражённые движения, - пишет И.М. Сеченов, - целесообразны, с точки зрения сохранения целостности существования» [1, с. 45]. Таким образом, действия приобретают соответственно приспособительный характер. Это общее положение об образе как регуляторном компоненте рефлексов И.М. Сеченов конкретизирует и по отношению к осязательному образу, который выступает как контролёр и регулятор исполнительных, рабочих рефлекторных эффекто-

ров руки. Но будучи регуляторным компонентом рефлексов по отношению к их исполнительным «практическим» эффектам, чувственный образ, с точки зрения учёного, является вместе с тем по механизму своего формирования и продуктом последовательных рефлексов «во всех сферах и чувств». Однако в концепции И.М. Сеченова остаётся открытым вопрос: с каким из звеньев рефлекторной дуги всего рефлекторного процесса связан образ?

Положение И.М. Сеченова о чувственных образах как регуляторах движения находит своё продолжение во взглядах И.П. Павлова на ощущения, восприятие и представления как на первые сигналы действительности. Все виды чувствительности, по мысли исследователя, несут свои сигнальные функции по отношению к исполнительным рефлекторным эффектам, то есть направляют и регулирует их. Это положение особо значимо, с точки зрения учёного, по отношению к кожным ощущениям. И.П. Павлов считает, что чувствительные образы, являются продуктами работы анализатора, несут сигнальную, регулирующую функцию по отношению к исполнительным эффектам рефлексов [2]. Так, Л.М. Веккер, обсуждая проблему образа в работах И.П. Павлова, подчёркивает, что «регуляторным компонентом рефлексов по отношению к их исполнительным эффектам, чувственный образ сам является эффектом соответствующих анализаторных рефлекторных актов, осуществляющих чувственное отражение» [3, с. 108].

В контексте затрагиваемых нами проблем особый интерес представляет разработанная Л.С. Выготским теория участия эйдетического образа памяти в зрительном восприятии. Он отмечает в своей работе «История развития высших психических функций», что: « Эйдетическое представление - такая степень развития памяти, которая в генетическом отношении занимает среднее место между восприятием, с одной стороны, и представлением в собственном смысле слова - с другой» [4, с. 109]. Это теория является частным случаем реализации общего принципа, согласно которому развитие любой психической функции заключается в изменении её связей с другими функциями. Системность строения высших психических функций обеспечивается тем, что одни функции используется в виде средств для повышения эффективности работы других функций и управления ими. Из системного строения Л.С. Выготский выводит такие характеристики этих функций, как произвольность и осознанность. В свою очередь все характеристики высших функций являются, по мнению учёного, производными от характеристик активной преобразующей деятельности, опосредованной орудиями и общением с другими людьми. Однако Л.С. Выготский не успел развернуть основные принципы своей теории применительно к участию различных функций в построении психического образа. Причина этого, возможно, связана с тем, что проблема знака с его условным конвенциональным по своей природе отношением к действительности заслонила для учёного проблему образного отражения.

В фундаментальном труде «Бытие и сознание» С.Л. Рубинштейн даёт развёрнутое изложение новых представлений о роли деятельности в возникновении образов: «Психическая деятельность есть отражение, означает вместе с тем, что отражение есть деятельность, процесс» [5, с. 71]. Автор обращает внимание на роль движений в возникновении образов, считая, что на их развитие особо оказывает влияние визуальная модальность.

Благодаря работам Б.Г. Ананьева и Б.М. Теплова по изучению формирования различных перцептивных процессов в различных видах деятельности воспринимаемый предмет выступил не только как объект созерцания, но и как объект материального, практического воздействия. Тем самым проблема отнесения перцептивного образа к реальному предмету приобрела конкретную ощутимую форму, позволяющую подвергнуть её объективному экспериментальному изучению [6; 7].

Исходя из этих положений, Л.М. Веккер предпринял исследование специфических качеств образа восприятия и нахождения его места в иерархической системе информационных процессов. При этом основное значение он придавал двум подгруппам психологического образа. В первую из них входят первичные, основные свойства образа, «составляющие его ткань -пространственно-временные и модально-интенсивностные характеристики». Во вторую подгруппу он относил специфические особенности первичных свойств, и поэтому обозначил их как свойства «второго порядка». Сюда им отнесены константность, предметность, целостность, обобщённость, каждая из которых проявляет себя во всех «первичных характеристиках» (пространственно-временных и модально-интенсивных) [3, с. 157-158].

Отечественный психолог А.Н. Леонтьев, исследуя проблему возникновения психического отражения действительности

в филогенезе, выдвинул предположение, согласно которому решающую роль в рассматриваемом процессе сыграли своеобразные изменения в условиях существования живых организмов и связанное с этим усложнение их поведения. Объективные предметные условия существования приводят к возникновению и предметных форм отражения среды, к моделированию не только стимулов, но и предметов, на которые должно быть ориентировано поведение. Из исследований А.Н. Леонтьева можно сделать вывод, что движение является условием возникновения чувствительности, в свою очередь ощущения определяют дальнейшее развитие действий, трансформируя их из непроизвольных в произвольные. В контексте изучаемого нами явления, представляется интересной идея А.Н. Леонтьева об «образе мира». Это образование не является с точки зрения учёного простым суммированием перцептивных данных, то есть образ мира есть относительно стабильная организация, являющаяся результатом обработки данных восприятия. С данным пониманием образ мира связан и тот факт, что всякая текущая информация встраивается в некоторую имеющуюся у субъекта структуру, результатом чего является способность индивида учитывать в своём поведении присутствие в окружающей обстановке тех объектов, которых нет в актуальном поле восприятия [8].

В своих работах Б.Ф. Ломов различает «понятийный» и «чувственный» образ, определяет представление как «вторичный чувственный образ» рассматривая его новую своеобразную ступень чувственного познания, на которой сохраняются наиболее «конструктивные» точки объекта, определяющие его формы. Существенной особенностью психического отражения, по его мнению, состоит в том, что оно является опережающим. Образное отражение всегда включает момент антиципации. Но для разных уровней дальность предвосхищения различна. Возможности антиципации сенсорно-перцептивного уровня ограничены рамками актуального действия, выполняемого человеком в данный момент. Образы представления обеспечивают упреждающее воздействие, как в актуальных, так и потенциальных действиях. Деятельность предвидения на уровне речемыслительных процессов, с точки зрения Б.Ф. Ломова, практически не ограничена. В реальной жизни человека уровни образного отражения не изолированы друг от друга. Как подчёркивает, Б.Ф. Ломов: «Отношения между уровнями весьма динамичны, и это обеспечивает регуляцию действий человека адекватно целям и условиям деятельности» [9, с. 72].

Особый вклад в развитие теории отражения внёс Д.А. Ошанин, предложивший понятие оперативного образа, под содержанием которого понимал «функциональную психологическую систему (модель), перерабатывающую информацию о последовательных состояниях объекта в целесообразные воздействия на объект» [10, с. 88]. Особенностью данного феномена заключается в том, что он является отражением не столько стабильных, сколько изменяющихся условий объективной действительности. Образ, с точки зрения Д.А. Ошанина, обеспечивает адекватность и успешность действий, производимых не просто воспринимающим, а действующим субъектом. По мнению исследователя в образе отражается потенциальная динамика объекта, множество его возможных значений отдельных параметров, а также взаимосвязанных комплексов их значений, отсюда неизбежная «размытость объекта в образе» [10, с. 415].

Принимая в качестве принципиального направления деятельностный подход, С.Д. Смирнов развивает представление об образной сфере личности в следующем направлении. По мнению автора, «процесс восприятия, активность субъекта в ходе построения образа в значительной степени зависят от контекста всей ситуации, целей и задач деятельности, степени осмысленности материала, личностных установок субъекта» [11, с. 169]. Такая роль целостного восприятия мира во всех его системных связях состоит в том, что зная эти связи, зная законы взаимодействий и преобразований объектов, субъект может предсказывать эволюцию воспринимаемого объекта, его образ представлен в восприятии и мышлении. Точность и достоверность такой экстраполяции может существенно варьироваться, но именно на её основе субъект ориентирует своё взаимодействие с реальностью.

Проблеме перевода движения в образ уделено внимание в работе В.П. Зинченко «Образ и деятельность». Действия одушевлённого тела, воспроизводящие форму других тел, внутренне связаны с поиском, включающим в себя ориентацию на будущее. Такие движения В.П. Зинченко называл «живыми движениями» [12, с. 329], которые представляют собой не столько перемещения тела в пространстве и времени, сколько овладение и преодоление пространства и времени. Как указывает ученый «живое движение - это активный хронотоп» [9, с. 329].

А.А. Гостев изучая вторичные образы установил, что они обладают прогрессивной степенью чувственного познания, а также активно влияют на двигательное представление. «Образ движения (на основе актуализации закреплённых связей в функциональной системе) порождает состояние готовности к её осуществлению» [13, с. 182]. Им установлено, что при выполнении моторных задач кинестетическая обратная связь вызывает вовне проецируемый зрительный образ. Коме этого, А.А. Гостевым раскрыт механизм идеомотрики, который появляется на различных уровнях, от влияния психи на физиологические процессы, до «общей созидающей силы образов воображения» [13, с. 182].

С.Э. Поляков считает, что отражение окружающей действительности в образах и понятиях, в непосредственно чувственном переживании и вербальном знании есть субъективная познавательная деятельность. Учёный подчёркивает, что визуальные и слуховые впечатления от объекта ассоциируются с изменениями проприоцептивных и кинестетических ощущений тела порождают возникновение эмоций и желаний. Таким образом, ощущения и образы участвуют в создании сложных психических конструкций, моделирующих конкретный объект, изменение которого возможно в результате действия с ним, а также в одновременном преобразовании других окружающих объектов. С.Э. Поляков пишет: «Чувственное значение ощущения или образа - это ассоциированное с ним и представляющее собой устойчивую психическую конструкцию множество других чувственных репрезентаций, эквивалентных ему с точки зрения адаптации к окружающему миру, то есть способных заменить собой в сознании субъекта в процессе его взаимодействия с определённым объектом означаемое ощущение или образ» [14, с. 344].

Осуществлённый анализ литературы позволяет установить, что, одним важнейших положений психологической теории образа является утверждение об общности строения деятельности внешней, материальной и деятельности внутренней, психической, осуществляемой в идеальном плане. Это вытекает из представления о формировании внутренней деятельности из внешней. Теория такого перехода разрабатывалась в учениях А.В. Брушлинского, П.Я. Гальперина, В.А. Сонина, Н.Ф. Талызиной, Д.И. Фельдштейна, Д.Б. Эльконина и др. При этом внешнее, материальное действие, прежде чем стать умственным, проходит ряд этапов, на каждом из которых претерпевает существенные изменения и приобретает новые свойства. Принципиально важно, что исходные формы внешнего, материального действия требуют участия других людей, которые дают образцы этого действия, побуждают к совместному его использованию и осуществляют контроль за правильным его протеканием. Позже и функция контроля интериоризируется, превращаясь в особую деятельность внимания [15-20].

Внутренняя психическая деятельность имеет такой же орудийный, инструментальный характер, как и деятельность внешняя. В качестве орудий выступает система знаков, которые усваиваются индивидом. Они имеют культурно-историческое происхождение и могут передаваться только в процессе совместной деятельности. В результате возникает особая форма психического отражения «сознание», которое не сводится к последовательности внутренних деятельностей и действий. Хотелось бы отметить, что и во внешней, и во внутренней деятельности наряду с сукцессивным планом, в котором представлена последовательность актов, существует и симультанный план, который придаёт единство и целостность любой деятельности. Это план образа - одномоментного отражения исходных условий, хода деятельности и её ожидаемого результата. Поэтому, с нашей точки зрения существуют два плана сознания - сознание как внутренняя деятельность и сознание как образ, которые в определённом смысле противопоставляются друг другу.

Всякая деятельность имеет выраженный процессуальный характер и временную организацию. Как подчёркивает Т. В. Корнилова: «Образ представляет собой симультантный конструкт, обеспечивающий преемственность, единство и целостность разворачивающейся во времени деятельности» [21, с. 308]. Можно сказать, что сознание-образ и сознание-деятельность есть две формы бытия психики, два аспекта её существования, которые будучи взаимосвязаны, в то же время качественно не сводимы друг к другу. В деятельности осуществляется их взаимоперехо-ды и развитие.

Субъективность образа представляет собой, прежде всего, его субъектность, что предполагает указание на его активность и пристрастность. В то же время стоит отметить, что образ принадлежит только субъекту, он наделяется содержанием, принадлежащим предметному миру. Сама возможность возникновения образного представления определяется особым свойством предмета, его способностью полагать себя в человеческой субъективности. Отсюда, мы считаем, что образ - это явление объекта субъекту, проявление свойств того и другого, и возможность принадлежать им обоим.

В заключение статьи хотелось бы отметить, что отечественные психологи в изучении образа отобразили тесную взаимосвязь, взаимообусловленность между образом и деятельностью. Образ не субстоционален и не представляет собой некоторой вещи, он неотделим от деятельности, поэтому нет «набора» образов в долговременной памяти индивида. Не будучи включённым в деятельность, образ не может существовать как психологическое явление. Это утверждение выступает центральным положением в изучении образа в отечественной психологии.

Библиографический список

1. Сеченов, И.М. Элементы мысли. - СПб., 2001.

2. Павлов, И.П. Рефлекс свободы. - СПб., 2001.

3. Веккер, Л.М. Психика и реальность: единая теория психических процессов. - М., 2000.

4. Выготский, Л.С. Собрание срчиннений: в 6 т. - М., 1983-1984.

5. Рубинштейн, С.Л. Бытие и сознание. Человек и мир. - СПб., 2003.

6. Ананьев, Б.Г. О проблемах современного человекознания. - СПб., 2001.

7. Теплов, Б.М. Психология и психофизиология индивидуальных различий: избранные психологические труды. - М.; Воронеж, 2003.

8. Леонтьев, А.Н. Избранные психологические труды: в 2 т. - М., 1983. - Т. 2.

9. Ломов, Б.Ф. Вопросы общей, педагогической и инженерной психологии. - М., 1991.

10. Ошанин, Д.А. Предметное действие и оперативный образ. - М.; Воронеж, 1999.

11. Смирнов, С.Д. Психология образа: проблема активности психического отражения. - М., 1985.

12. Зинченко, В.П. Образ и деятельность. - М., Воронеж, 1997.

13. Гостев, А.А. Психология вторичного образа. - М., 2007.

14. Поляков, С.Э. Феноменология психических репрезентаций. - СПб., 2011.

15. Брушлинский, А.В. Психология субъекта / под ред. В.В. Знакова. - М.; СПб., 2003.

16. Гальперин, П.Я. Лекции по психологии: учеб. издание. - М., 2007.

17. Сонин, В.А. Учитель как социальный тип личности. - СПб., 2007.

18. Талызина, Н.Ф. Педагогическая психология. - М., 2006.

19. Фельдштейн, Д.И. Психология взросления: структурно-содержательные характеристики процесса развития личности. - М., 2004.

20. Эльконин, Д.Б. Детская психология: учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. - М., 2007.

21. Корнилова, Т.В. Методологические основы психологии. - М., 2011.

Bibliography

1. Sechenov, I.M. Ehlementih mihsli. - SPb., 2001.

2. Pavlov, I.P. Refleks svobodih. - SPb., 2001.

3. Vekker, L.M. Psikhika i realjnostj: edinaya teoriya psikhicheskikh processov. - M., 2000.

4. Vihgotskiyj, L.S. Sobranie srchinneniyj: v 6 t. - M., 1983-1984.

5. Rubinshteyjn, S.L. Bihtie i soznanie. Chelovek i mir. - SPb., 2003.

6. Ananjev, B.G. O problemakh sovremennogo chelovekoznaniya. - SPb., 2001.

7. Teplov, B.M. Psikhologiya i psikhofiziologiya individualjnihkh razlichiyj: izbrannihe psikhologicheskie trudih. - M.; Voronezh, 2003.

8. Leontjev, A.N. Izbrannihe psikhologicheskie trudih: v 2 t. - M., 1983. - T. 2.

9. Lomov, B.F. Voprosih obtheyj, pedagogicheskoyj i inzhenernoyj psikhologii. - M., 1991.

10. Oshanin, D.A. Predmetnoe deyjstvie i operativnihyj obraz. - M.; Voronezh, 1999.

11. Smirnov, S.D. Psikhologiya obraza: problema aktivnosti psikhicheskogo otrazheniya. - M., 1985.

12. Zinchenko, V.P. Obraz i deyateljnostj. - M., Voronezh, 1997.

13. Gostev, A.A. Psikhologiya vtorichnogo obraza. - M., 2007.

14. Polyakov, S.Eh. Fenomenologiya psikhicheskikh reprezentaciyj. - SPb., 2011.

15. Brushlinskiyj, A.V. Psikhologiya subjhekta / pod red. V.V. Znakova. - M.; SPb., 2003.

16. Galjperin, P.Ya. Lekcii po psikhologii: ucheb. izdanie. - M., 2007.

17. Sonin, V.A. Uchitelj kak socialjnihyj tip lichnosti. - SPb., 2007.

18. Talihzina, N.F. Pedagogicheskaya psikhologiya. - M., 2006.

19. Feljdshteyjn, D.I. Psikhologiya vzrosleniya: strukturno-soderzhateljnihe kharakteristiki processa razvitiya lichnosti. - M., 2004.

20. Ehljkonin, D.B. Detskaya psikhologiya: ucheb. posobie dlya stud. vihssh. ucheb. zavedeniyj. - M., 2007.

21. Kornilova, T.V. Metodologicheskie osnovih psikhologii. - M., 2011.

Статья поступила в редакцию 04.03.13

УДК 37

Kalkova O.K. ON QUESTION OF FORMATION ABILITY TO CONCEPTUALIZATION IN RUSSIAN STUDIES (IN CASE OF CHINESE DESIGN STUDENTS). The article focuses on the formation of the conceptualization of the Chinese design students as a basic ability in a changing educational paradigm. We give a generalized description of the concept of conceptualization, discusses the main features associated with the development of the conceptualization of the foreign students.

Key words: designer, Russian as a foreign language, conceptualization, language space, cognitive activity.

О.К. Калькова, ассистент каф. русского языка Владивостокского гос. университета экономики и сервиса,

г. Владивосток, E-mail: Olga.Kalkova@mail.ru

К ВОПРОСУ О ФОРМИРОВАНИИ СПОСОБНОСТИ К КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИИ В ПРОЦЕССЕ ОБУЧЕНИЯ РУССКОМУ ЯЗЫКУ [НА ПРИМЕРЕ КИТАЙСКИХ СТУДЕНТОВ-ДИЗАЙНЕРОВ)

Статья посвящена вопросу формирования концептуализации у китайских студентов-дизайнеров как базовой способности в условиях смены образовательной парадигмы. Дается обобщенная характеристика понятия концептуализации, рассматриваются основные особенности, связанные с развитием концептуализации у иностранных студентов.

Ключевые слова: дизайнер, русский язык как иностранный, концептуализация, языковое пространство, когнитивная деятельность.

Новые образовательные стандарты существенно влияют на формулировки результатов образовательной деятельности. Меняется проектируемый образ студента. Компетентностный формат требований заставляет преподавателя вуза анализировать, а часто и переосмысливать механизмы получения этих результатов. Развитие высокой способности к концептуализации как особого рода познавательной деятельности позволяет сформировать основу для ключевых навыков с точки зрения компетен-тностного подхода.

Реализация вузами международных образовательных программ, ориентация на увеличение количества иностранных студентов, делают актуальным исследования развития способности к концептуализации у данного типа обучающихся.

В течение нескольких последних лет мониторинг выпусков китайских студентов, будущих дизайнеров, показывает, что концептуализация на высоком и достаточном уровне формируется лишь у 30% студентов. Это является прямым следствием того, что обучение в вузе в основном направлено на сообщение знаний, их закрепление и проверку, господствует предметно-содержательный принцип, мало уделяется внимания развитию способности понимать текст (в широком значении). Практика показывает, что студенты вузов внутренне не готовы соответствовать требованиям, предъявляемым к ним обществом, испытывают трудности в плане оперирования большими объемами информации, сочетания различных способов ее организации, понимания и оценивания сложных текстов, перекодирования информации с языка одной культуры на язык другой. Очевидно, что обозначенные выше проблемы могут найти свое решение в рамках компетентностного подхода, обеспечивающего формирование компетентностей у студента как интегральных личностных качеств [1].

В содержании новых федеральных образовательных стандартов высшего профессионального образования по направлению подготовки 070600 62 Дизайн в разделе «Общекультурные компетенции» - представлен следующий их перечень: владение культурой мышления, способность к обобщению, анализу, восприятию информации, постановке цели и выбору путей её

достижения. В рамках требований к структуре основных образовательных программ: владение русским языком и культурой мышления, навыками решения коммуникативных задач, на наш взгляд, напрямую связано со способностью студента к концептуализации, как к высшему уровню понимания [2]. Именно понимание является фундаментальной составляющей для таких качеств, как обучаемость (поиск, анализ и интерпретация новой информации, создание концептуализованной системы знаний), социализация, самоактуализация, формирование которых является приоритетной целью образования с точки зрения компе-тентностного подхода.

Помимо сформулированных в стандарте требований к формированию концептуализации в рамках общекультурных компетенций, их реализация невозможна без развитых профессиональных навыков. Поэтому категория «концептуальность» представлена в стандарте бакалавра дизайна в качестве основной задачи профессиональной деятельности: «выдвижение и разработка концептуальных, экспериментальных и инновационных идей в дизайне» [2].

Дизайнер в любой конкретный момент всегда являет собой определенное отношение - отношение к жизни конкретных людей, к жизни культуры, к миру, взятым в том или ином преломлении. Даже в случае крайне выраженной профессионально-инструментальной ориентации творческой установки в дизайне (конструктивизм, функционализм) главенствующую роль играет стоящее за ней и одновременно утверждаемое ею представление о жизни.

О.И. Генисаретский обосновывает категорию концептуализации в дизайне в общем контексте схематизации сознания. Ученый пишет: «Когда схемы воображения используются для выявления содержания, продуцируемого способностями суждения или понимания, для представления содержанию имеющихся понятий или смыслов» [3, с. 301].

Понятие «концептуализация» в современной науке трактуется по-разному, что связано со сложностью самого явления и многоуровневой структурой процесса. Исследованием сущности процесса концептуализации и проблем ее формирования за-