Вопросы социальной революции в трудах г. Ласки (1930-1940-е гг. )

Раздел I. Социальная революция: современные теоретические реконструкции

УДК 94

ВОПРОСЫ СОЦИАЛЬНОЙ РЕВОЛЮЦИИ В ТРУДАХ Г. ЛАСКИ

Е.Г. Блосфельд, Волгоградский государственный социально-педагогический университет (Волгоград, Россия), e-mail: ya.gara2011@yandex.ru

Аннотация. Статья посвящена анализу взглядов видного деятеля британского лейборизма 30-40-х годов ХХ века Г. Ласки на проблемы государства и социальной революции. Отмечается эклектизм и противоречивость Г. Ласки, но в то же время верность идее общественного консенсуса. Автор отмечает колебания Ласки между социал-реформизмом и радикализмом в зависимости от исторических условий.

Ключевые слова: государство, демократия, свобода, консенсус, социальная революция, марксизм.

THE QUESTIONS OF A SOCIAL REVOLUTION IN THE WORKS OF H. LASKI

Abstract. The article is devoted to the analysis of the views of the famous British labourist leader of 1930-1940s H. Laski on the problems of state and social revolution. The author underlines the eclecticism and contradictions of H. Laski but at the same time his loyalty to the main idea of social consensus. The author points out fluctuations of H. Laski from social-reformism to radicalism according to the historic circumstances.

Keywords: statement, democracy, liberty, consensus, social revolution, Marxism.

Гарольд Ласки (1893-1950) - видный социолог и журналист, профессор Лондонского университета, один из лейбористских лидеров 1930-1940-х годов, член исполкома лейбористской партии в 1946-1949 гг. (в 1945-1946 гг. - председатель).

В своих теоретических трудах он много внимания уделял вопросам государства и революции, перехода к социализму, тем более, что этому способствовала ситуация предвоенных 30-х и военных 40-х годов ХХ века. Он - один из создателей доктрины «демократического социализма». В англо-американской историографии его работы получили самые противоречивые оценки. Думается, что в свете современных дискуссий его взгляды представляют определенный интерес.

На протяжении всей жизни он обращался к опыту Великой Французской революции, не без основания видя в ней зародыш позднейшего развития социализма. Она для него -своеобразный мост к марксизму. Он развивает этот взгляд подробно в лекции 1930 г. «Социалистическая традиция во Французской революции». Он считал современным аналогом ее Великую Октябрьскую революцию, имея в виду при этом огромное значение и воздействие Октябрьской революции на судьбы людей. Эта мысль неоднократно высказывалась им и в других работах.

Характеризуя всех деятелей Французской революции, включая М. Робеспьера, как буржуазных радикалов, а не социалистов, верно отмечает, что в то время для социализма

и не было никаких условий. Связь же с социалистической традицией Ласки видел в проявившихся в ней социалистических идеях раннего времени, выраженных в идеологии «бешеных» и Г. Бабёфа.

Он писал, что в бабувизме социализм впервые был поставлен на практическую почву, только у Бабёфа социализм проявил себя как метод [1, с. 14, 24, 31]. Однако Ласки модернизировал теорию Бабёфа, приписав ей марксистскую идею пролетарской диктатуры и руководящей роли пролетариата в революции.

Отмечая противоречие идеалов Французской революции XVIII в. с наступившим в результате нее господством буржуазии, Ласки писал, что революция способствовала перелому в общественном сознании. До революции разделение классов покоилось на традиции, после нее оно ничего общего не имело с традицией, люди впервые увидели, что традиция может быть разрушена, антагонизм классов стал восприниматься как антагонизм интересов, основанных на собственности. Люди впервые увидели, что государство может быть разрушено и использоваться как инструмент в руках тех, у кого власть. В этом рассуждении - начало переосмысления Г. Ласки идеи общественного консенсуса в применении к анализу государства и его роли.

Он приходит к выводу, что государство как приоритетная сила общества никогда не выражало полное общественное согласие, оно выражало политическое господство того класса, который уже имел экономическое господство. В работе «Введение в политику» (1931 г.) он писал: «Государство ...выражает волю тех, кто господствует в экономической системе» [5, с. 17].

Демократию Г. Ласки рассматривал как форму государственного правления и как систему социально-экономических отношений. Он подчеркивал, что государство буржуазной демократии может обеспечить своим гражданам только формальную, а не реальную свободу, так как оно не обеспечивает своим гражданам подлинного равенства и полной уверенности в будущем [7, с. 408].

Причину противоречий буржуазной демократии, причину ее ограниченности Ласки видел в том, что она покоится на принципах частной собственности. «Частная собственность, - писал он, - более несовместима с демократическими институтами» [6, с. 30]. Либеральная доктрина, по мнению Ласки, должна быть заменена «социалистической доктриной, мирной или немирной» [2, с. 13].

В 1943 г. он писал: «Как бы ни было громадно преимущество капиталистической демократии над фашистским обществом, капиталистический характер общества находится в противоречии с его демократией» [8, с. 17].

Как мыслил Г. Ласки преодолеть противоречия буржуазного общества и буржуазной демократии? В работе «Государство в теории и практике» он прямо подчеркивал, что деятельность современного буржуазного государства ведет к революции. С выводом о неизбежности революции мы неоднократно встречаемся и в других работах Ласки.

Отмечая непримиримость интересов в классовом обществе, видя причину противоречий буржуазного общества в господстве частной собственности, он вслед за К. Марксом обосновывал необходимость установления общественной собственности на средства производства.

Но включал ли Ласки в понимание революции политический переворот, ставил ли вопрос о коренной ломке государства или полагал возможным осуществление общественной собственности в рамках старого государства?

Испытывая влияние марксизма, Г. Ласки определил суть революции как переворот в общественно-экономических отношениях, а не просто захват власти. В то же время он понимал необходимость завоевания власти и коренной ломки существующего государства для установления общественной собственности и подлинной демократии. Он неоднократно предупреждал об опасности возможного использования органов буржуазной демократии в интересах реакции и недопущения революционных перемен.

Однако в начале 1930-х годов он надеялся, что переворот в социально-экономических отношениях может быть достигнут в недрах самой буржуазной демократии. В работе «Демократия в кризисе» он выражал совершенно обоснованное понимание социальной революции: «Подъем нового класса к политической власти всегда „.синонимичен социальной революции, и существенной характеристикой социальной революции является перераспределение экономической власти» [3, с. 54]. Но здесь же мы встречаем такое заявление: «Капиталистическая демократия должна понять, что либо надо расширять благополучие рабочего класса, либо защищать свои привилегии» [3, с. 233]. Это заявление свидетельствует о непреодоленности им идеалистических представлений о государстве и противоречит его же высказываниям о революции. Буржуазная демократия ничего сама по себе понять не может, но она может обеспечить более плавное демократическое течение революции. Но и только, иначе она не будет буржуазным государством.

Впоследствии Ласки отходит от своей веры в возможность трансформации буржуазной демократии в социалистическую. Он писал, что «социализм не может быть преподнесен на золотом блюде» [8, с. 7]. Г. Ласки подчеркивал: «Когда демократические институты угрожают капиталистическим основам общества, капиталисты прибегают к контрреволюции, чтобы ликвидировать демократические институты» [8, с. 18].

Однако и в 1930-е, и в 1940-е годы Ласки видел и понимал революцию, прежде всего, в ее конституционной, парламентской форме, рассматривая ее как реформу лейбористского правительства. «Достижения, которые проистекают из самой техники конституционализма, - писал он, - глубже, даже если они более медленны, чем те, которые подразумеваются революционной инициативой» [4, с. 213]. В 1940-е годы он писал: «Мы достигли момента, когда свобода зависит от революционных форм» [6, с. 35]. Эти заявления вполне согласовывались как с его утверждениями о необходимости изменения государства вместе с изменением общественных отношений, так и с заявлением о праве правительства изменить государство мирным или насильственным путем [4, с. 110].

Вооруженное восстание Г. Ласки не включает в понятие «революция». Это вполне согласовывается с его пониманием законности и ограниченности свободы. Но это не значит, что Ласки считал всякое выступление против государства или действующего от его имени правительства незаконным. Он считал в целом ряде случаев законной всеобщую стачку, как экономическую, так и политическую, если она направлена на защиту демократических институтов, против войны, против несправедливости правительства. В этих случаях он считал ее даже необходимой [6, с. 92, 129]. Эта позиция Ласки защищала революционную деятельность пролетариата как согласующуюся с его идеей общественного консенсуса.

Г. Ласки считал возможным применение насилия со стороны конституционно победившего социалистического правительства, что прямо вытекало из его идеи о праве и обязанности государства защищать себя. Возможность контрреволюции и необходимости отпора ей учитывалась им всегда. Анализируя английскую политическую систему в 1950 г., он напоминал, что она родилась как политический компромисс в результате революции и

Гражданской войны. «Успешно бороться с контрреволюцией, - писал он, - можно только на основе революционной идеи» [7, с. 320].

В то же время он считал, что ни одна политическая или социальная группа не должна пытаться взять власть неконституционным путем только на том основании, что они уверены в правильности своих принципов, надо убедить массы в необходимости этого [3, с. 249]. Он неоднократно указывал, что революции происходят только тогда, когда массы убеждены в этом. Он ссылался на опыт Октябрьской революции, когда большевистская идея, которая еще до осени 1917 г. не была идеей большинства, овладела массами.

И он призывал лейбористскую партию работать по переделке сознания рабочих. И это не было данью фабианству, как доказывали порою советские, а также и ряд английских историков. Это не была фабианская идея пропитывания социализмом буржуазии. А работа в массах рабочих, на производстве была слабым местом лейбористской партии. И забота Г. Ласки и лейбористских левых об этом была очень правильной. Без такой идеологической подготовки успех социалистическим мероприятиям обеспечить было нельзя.

Было бы, однако, ошибочным считать, как К. Мартин, что Г. Ласки принял ленинское определение революционной ситуации [9, с. 88]. Ленинскую формулу Ласки заменяет формулой об осознании большинством общества невозможности продвижения к новому в рамках старого общества. Его рассуждения опять обосновываются идеей добровольного консенсуса, классовый критерий размыт.

С точки зрения марксизма, любая социальная революция закономерна и является насилием, в мирной или вооруженной форме она произошла, и это всегда - ломка государства и старых социально-экономических структур. По Г. Ласки, немирные формы революции, неконституционные действия рабочего класса - это крайность, главным образом, ответная мера на попытку сил реакции установить свою диктатуру.

В целом, анализируя рассуждения Г. Ласки о революции, ее причинах, сущности и задачах, надо отметить их эклектичность, аргументацию их различными ранними социальными теориями - от теории общественного договора, утилитаризма И. Бентама до марксизма. При этом они явно сохраняли типично английское влияние этического социализма и фабианства. Акценты изменялись в зависимости от исторических условий: они становились то более реформистскими, то более радикальными. При этом его суждения всегда отличал исторический подход к изучению проблемы и чувство реальности, а также неизменная приверженность идее социального консенсуса.

Литература:

1. Laski H.J. The Socialist Tradition in the French Revolution. L., 1930. 36 p.

2. Laski H.J. Democracy at the Cross-Roads. L.: NCLC Publishing society in London, 1933.

24 p.

3. Laski H.J. Democracy in Crisis. Charl Mill Univ. of North Carolina Press, 1933. 267 p.

4. Laski H.J. The State in Theory and Practice. L.: George Allen and Unwin, 1935. 336 p.

5. Laski H.J. Introduction to Politics. L.: George Allen and Unwin, 1936. 112 p.

6. Laski H.J. Liberty in the Modern State. L.: Faber and Faber, 1937. 212 p.

7. Laski H.J. Reflections on the Revolution of Our Time . N.Y.: Viking Press, 1943. 419 p.

8. Laski H.J. Marx and Today. L.: V. Gollansz ltd and the Fabian Society in London, 1943.

33 p.

9. Martin K. Harold Laski: 1893-1950. A Biographical Memoir. L.: Victor Gollansz, 1953. 287 p.

References:

1. Laski H.J. The Socialist Tradition in the French Revolution. - L., 1930. 36 p.

2. Laski H.J. Democracy at the Cross-Roads. L.: NCLC Publishing society in London, 1933.

24 p.

3. Laski H.J. Democracy in Crisis. Charl Mill Univ. of North Carolina Press, 1933. 267 p.

4. Laski H.J. The State in Theory and Practice. L.: George Allen and Unwin, 1935. 336 p.

5. Laski H.J. Introduction to Politics. L.: George Allen and Unwin, 1936. 112 p.

6. Laski H.J. Liberty in the Modern State. L.: Faber and Faber, 1937. 212 p.

7. Laski H.J. Reflections on the Revolution of Our Time. N.Y.: Viking Press, 1943. 419 p.

8. Laski H.J. Marx and Today. L.: V. Gollansz ltd and the Fabian Society in London, 1943.

33 p.

9. Martin K. Harold Laski: 1893-1950. A Biographical Memoir. L.: Victor Gollansz, 1953. 287 p.

— • — Сведения об авторе

Евгения Григорьевна Блосфельд, доктор исторических наук, профессор кафедры всеобщей истории и методики преподавания истории и обществоведения, Волгоградский

государственный социально-педагогический университет (Волгоград, Россия).

— • —