Знание — непроизводительная сила

Накопленный российскими работниками человеческий капитал мало востребован на национальном рынке труда, следует из данных Высшей школы экономики. Это обусловлено спецификой российского отношения к образованию: хотя более половины взрослого населения страны имеет диплом о высшем образовании, обновлять свои профессиональные навыки в течение карьеры стремится меньшинство работников.

Высшее образование мало способствует росту в РФ производительности труда, как и отсутствие интереса работников и компаний к переобучению персонала

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Благодаря популярности высшего образования российские работники обладают существенным человеческим капиталом на старте своей карьеры. Однако в дальнейшем только меньшая часть участников рынка труда готова обновлять свои знания и навыки, констатирует доклад «Производительность труда и российский человеческий капитал: парадоксы взаимосвязи?» (.pdf) экспертов Высшей школы экономики, который был представлен на Апрельской конференции университета. Работа основана на данных как профильного исследовательского подразделения университета — Лаборатории рынка труда, так и Института статистических исследований и экономики знаний и других научных центров.

Как указывают авторы доклада, российская система образования на протяжении последних 15 лет ежегодно выпускала более 1 млн специалистов с высшим образованием, не считая масштабного потока выпускников средних специальных учебных заведений. В результате более половины жителей страны в возрасте 25–64 лет обладают дипломом о высшем образовании. По этому показателю РФ обходит большинство развитых стран, в том числе США (менее 50%), Великобританию (менее 50%) и Германию (30%), уступая только Канаде (60%). В то же время показатель ВВП на душу населения по ППС для России составляет только около $30 тыс., как у Турции и Греции, а в развитых странах он выше на 10–60%. То есть, отмечают авторы доклада, имеющийся у россиян человеческий капитал «не переплавляется в высокие уровни производительности труда и благосостояния».

Чтобы человеческий капитал не обесценивался по мере взросления работника, необходимо обновлять знания и навыки, однако это не характерно для россиян. Так, только около 12% граждан РФ в возрасте 25–64 лет проходят то или иное переобучение, хотя в европейских странах в этот процесс вовлечено порядка 40–60% жителей. Лишь 22% населения России в возрасте 25–64 лет занимаются самообразованием, что также значительно ниже, чем в европейских странах, где соответствующая доля населения составляет 60–80%. Наконец, переобучением своих работников в России занимаются не более четырех компаний из десяти.

Чаще других в программы переобучения инвестируют технологически продвинутые и финансово успешные предприятия, располагающие собственными центрами обучения. К ним также чаще относятся фирмы-экспортеры или компании, встроенные в глобальные цепочки добавленной стоимости и инвестирующие в научно-исследовательские и конструкторские разработки. Каждая из них в среднем охватывала этой деятельностью примерно четверть своего персонала, затратив в среднем на одного работника около 14 тыс. руб., что в совокупности составляет около 0,2% фонда оплаты труда. Напротив, в странах ЕС данный показатель в среднем достигает 1,7% ФОТ и показывает тенденцию к росту.

С возрастом потребность в обучении и переобучении работников усиливается. Однако помимо низкого охвата переобучением в целом и доступ к нему распределен неравномерно — его доступность в России максимальна в самых младших группах, где она составляет около 30%, и постепенно снижается до символических 3–5% в самых старших возрастных группах. В то же время, отмечают авторы доклада, недостатки образования российских работников являются одной из многих причин низкой производительности на российском рынке труда — и взаимосвязаны с тем, что российская экономика специализируется на производстве товаров и услуг с низкой добавленной стоимостью.