На бытовом уровне

Военная прокуратура Воронежского гарнизона начала проверку обстоятельств очередного массового заболевания пневмонией солдат в крупной воинской части в райцентре Острогожск. По предварительным данным, от болезни погиб один солдат-срочник, еще 80 его сослуживцев находятся в госпитале. В конце прошлого года, вскоре после начала эпидемии, покончил с собой начальник медсанчасти подразделения. Его гибель, как и причины второго за последние два года массового заражения солдат, официально военные пока не объяснили. Ситуация стала повторением трагедии осени 2011 года, когда в части от пневмонии умерли два человека, а почти 700 солдат были заражены.

1 / 16

Информация о массовом заболевании солдат в учебной части Омского автобронетанкового инженерного института (Острогожск, Воронежская область) появилась на местных форумах и в соцсетях в начале недели. Пользователи, часть которых представлялась солдатами, их родителями или работниками «учебки», рассказывали, что срочников целыми подразделениями запирают на карантин, часть вывозят в Воронежский гарнизонный военный госпиталь, а полноценную помощь на месте им оказать не могут из-за недостатка лекарств. В сообщениях фигурировали цифры от 20 и до более тысячи зараженных. Всего в части постоянно служат примерно 2 тыс. человек. Ситуация резко накалилась в начале нынешней недели — после того как призванный осенью солдат умер в госпитале в подмосковном Подольске. По словам родственников военнослужащих, он был доставлен туда с пневмонией в крайне тяжелом состоянии из Воронежской области, где своевременную помощь военные медики ему оказать не могли. Имя скончавшегося вчера выяснить не удалось. Доступ в часть для родственников, по свидетельствам местных жителей, закрыт.

Сразу после гибели солдата происходящим заинтересовалась гарнизонная военная прокуратура. В ведомстве «Ъ» сообщили, что ее сотрудники «в полном составе» всю среду провели в Острогожске. Никаких подробностей в ведомстве не раскрывали. В Главной военной прокуратуре РФ «Ъ» вчера сообщили, что воронежское подразделение ведомства приступило «к тщательной проверке», об оценке которой «говорить пока преждевременно». Руководство части во главе с Сергеем Примаком также не шло на контакт со СМИ. В администрации Острогожского района и региональном правительстве «Ъ» вчера сообщили, что «достоверной информацией не обладают», в частности из-за «закрытости воинской части». Между тем источник в военной прокуратуре вчера сообщил, что, по предварительным данным, речь идет об одном погибшем солдате и примерно 80 госпитализированных. «Они находятся в военном госпитале Воронежского гарнизона. У подавляющего большинства диагностируются легкие формы пневмонии. Никакого повального заражения всей части нет», — заверил собеседник «Ъ».

Скандалу с эпидемией пневмонии в части предшествовала трагедия. В конце декабря там во время ночного дежурства повесился на ремне начальник медсанчасти капитан Александр Золотавин. Офицер служил в Острогожске и осенью 2011 года, когда в части разгорелась первая эпидемия пневмонии. В то время это подразделение было самостоятельной воинской частью 20115 и считалось образцовым. Часть была одной из базовых «учебок» для автобронетанковых войск. В 2011-м, по подсчетам военных следователей, различными вирусными заболеваниями, в том числе пневмонией, заразились 686 солдат, умерли двое. Виновным в происшедшем следствие сочло ушедшего в отставку начальника части полковника Александра Цыбульникова. По версии следствия, он не организовал нормального быта для вновь прибывших призывников, допустил перенаселение жилых помещений и медсанчасти, а когда тяжесть положения стала очевидной, вовремя не развернул дополнительный изолятор. В результате господин Цыбульников был обвинен в нарушении санитарно-эпидемиологических норм, повлекшем массовое заболевание людей (ч. 1 ст. 236 УК РФ). Осенью 2013 года суд прекратил его уголовное дело за истечением срока давности. Сама часть в мае 2013 года была расформирована и присоединена как учебный филиал к омскому военному вузу.

Впрочем, знакомые с ситуацией в подразделении не склонны возлагать вину на руководство части. «Незадолго до первой эпидемии часть начали готовить к расформированию в рамках „сердюковской” реформы армии. Одним из первых подразделений, попавших „под нож”, стал госпиталь. Окончательно он был закрыт весной 2013 года», — сказал «Ъ» один из них. По его словам, это привело к тому, что в подразделение перестали поступать в достаточном количестве медикаменты, а после начала последней эпидемии «всех служащих, кроме срочников, попросили срочно „скинуться” на лекарства». Именно катастрофическая ситуация с медикаментами называется в неофициальных беседах как одна из версий самоубийства капитана Золотавина. «Когда в конце 2013 года разгорелась эпидемия, он делал все что мог, а руководство части давило на него из-за растущего количества зараженных. Александру припоминали и ситуацию 2011 года. Видимо, не выдержал», — сказал один из сотрудников части. Высказываются и другие версии суицида — вплоть до клинически нестабильного психического состояния капитана.