Прибыль из ниоткуда и не вовремя

В российских компаниях уровень инфляции является наименее учитываемым экономическим показателем при принятии решений. Инфляционные ожидания компаний в РФ превышают существующие возможности повышения цен для их большинства, показано в аналитической записке Банка России, результатом этого является внеплановая прибыль как компаний, так и кредитующих их банков, инвестиции меньшие, чем компании могли бы себе в реальности позволить. Это, возможно, вносит вклад и в высокий рост номинальных зарплат и доли расходов на ФОТ в себестоимости. Эта ситуация, вероятно, во многом следствие высокой инфляции в прошлой, низкой конкуренции и медленной адаптации компаний к изменяющимся экономическим условиям.

Банк России на прошлой неделе опубликовал аналитическую записку «Инфляционные ожидания и бизнес-решения: результаты опроса предприятий» (авторы — Наталья Карлова, Елена Пузанова, Ирина Богачева), в которой рассматривается вопрос о том, как в российской экономике связаны отпускные цены предприятий и инфляционные ожидания. Анализ построен на относительно давнем опросе ЦБ — он проводился в 2018 году (первичные результаты Банк России опубликовал в феврале 2019-го), он расширил данные, полученные в работах 2015–2018 годов, посвященных феномену ценовой жесткости, макроэкономистами Оливером Коибионом и Юрием Городниченко в основном на материалах США. Опрос охватывал 481 преимущественно (77%) частное предприятие РФ в широкой выборке отраслей, в нем в большей степени представлены крупные предприятия, у компаний выяснялись их ценовое поведение и его мотивы, использование оценок инфляции при принятии конкретных бизнес-решений, факторы, определяющие изменение их отпускных цен.

Работа продемонстрировала достаточно предсказуемую картину существования в экономике значительного объема ограничений на изменение цен, связанную с долгосрочными контрактами: 46% компаний заявили, что контракты являются главным ограничением для корректировки цен, 32% опрошенных считают, что их потребители ожидают неизменения цен, и лишь 25,6% сообщили, что опасаются повышать цены из-за отказа конкурентов им следовать (и таким образом увеличат долю рынка). Лишь 13,1% компаний в 2018 году меняли цены сразу же с ростом издержек. Авторы выявили три группы компаний: в первой (63% выборки, в отраслях эта доля доходила до 75%) были жесткие ограничения на изменение цен, во второй, самой небольшой (12%), ограничений на изменение цен вообще не было, у оставшихся модель ценообразования была смешанной.

В среднем по выборке собственные оценки предприятий будущей инфляции 2018 года были отчетливо завышены: при фактической потребительской инфляции этого года в 4,3% медианное значение ожидаемой инфляции на конец года в компаниях составило 7,5% (среднее 6,7%). Ожидаемый рост отпускных цен при этом составлял медианные 4% (среднее 4,3%). Компании с относительно свободным ценообразованием более точно оценивали инфляцию, но в любом случае выше фактической.

Результаты, констатируют авторы, также предсказуемы: «нереализованные завышенные ожидания по инфляции приводили к переоценке планируемых затрат и к недооценке рентабельности бизнеса» — в итоге компании получали внеплановые прибыли и инвестировали меньше и позже, чем они могли бы это себе позволить.

В группе с малой возможностью изменять цены и в смешанной группе ожидаемый на 2018 год рост издержек на сырье и материалы составлял 8% год к году при 4% ожидаемого роста цен и на зарплаты. Отметим (этот вопрос в работе не обсуждается), что, возможно, этот механизм вносил и вносит (текущий низкий спрос и инфляция даже ниже прогнозов в 2020 году в какой-то мере похожи на ситуацию 2018 года) вклад в достаточно уверенный и постоянно опережающий инфляцию рост номинальных зарплат в РФ почти в любой ситуации — в итоге доля ФОТ в себестоимости растет почти монотонно. От размера предприятий, поясняют авторы, эффект почти не зависит — дело не в том, что на крупных предприятиях более квалифицированный менеджмент, чем на средних и мелких.

Экономисты ЦБ привлекают в качестве объяснения происходящего модель «рациональной невнимательности», которую разрабатывал Кристофер Симс: в условиях ограниченных ресурсов компании сознательно не изучают подробно данные по инфляции, поскольку считают их неважными при принятии бизнес-решений. Действительно, опрос ЦБ показал, что инфляционные прогнозы часто влияют на ценовую политику — по ответам респондентов, на ценовую политику 23% выборки и на инвестиции 18% компаний выборки.

Ожидаемая инфляция влияет в существенно большей степени на планирование затрат и в меньшей степени — зарплат и ожидаемой прибыли.

Парадоксально, но в условиях снижающейся или стабильной инфляции краткосрочно проигрывающих от постоянных ошибок почти нет: компании имеют более высокую рентабельность, сотрудники — зарплаты, банки — возможность более высоких процентов по кредитам, происходящее также явно ограничивает конкуренцию, пострадавшими долгосрочно являются экономика в целом, в которой меньше инвестируют, и в определенной мере потребители, лишающиеся части выгод конкуренции. Отметим, что описанная картина должна указывать на относительно низкую способность компаний к адаптации к изменяющимся условиям — к завышению ожиданий по инфляции, видимо, причастны экономические условия 2010-х годов, авторы также указывают на особое значение в РФ субъективных оценок инфляции, которые даже на корпоративном уровне считаются более важными, чем объективные. Как подчеркивают авторы ЦБ, этот эффект «чреват проблемами для бизнеса в будущем».