'the weaving of words' in Russian and French hagiography (Epiphanius the wise's 'the tale of life and teaching of our father saint Stephen, Bishop of Perm' and the French version of 'the life of Stephen the blessed of granmon')

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2009. № 2

О.Ю. Школьникова

«ПЛЕТЕНИЕ СЛОВЕС» В РУССКОЙ И ФРАНЦУЗСКОЙ АГИОГРАФИИ

В статье рассматривается риторический стиль образцов французской и русской житийной литературы XV в. и его новые черты, связанные с поисками художественных средств усиления выразительности.

Ключевые слова: агиография, риторика.

The author analyses rhetorical style of the french and russian hagiographies dated of the same period of the XVth century and its new features connected with the search of the more expressiveness.

Key words: hagiography, rhetoric.

Термином «плетение словес» принято обозначать литературный стиль, отличающийся пышной и частично избыточной словесной орнаментикой и синтаксической витиеватостью, который появился в русских жизнеописаниях святых конца XIV - начала XV в. и был связан главным образом с двумя выдающимися агиографами того времени - Епифанием Премудрым и Пахомием Логофетом. Епи-фаний Премудрый сам характеризовал таким образом стиль своего «Слова о житии и учении святого отца нашего Стефана, епископа Пермского».

Рассмотрим в свете данного понятия текст того же жанра и того же периода - первой трети XV в. (и даже посвященный святому, носящему то же имя), но созданный во Франции и являющийся переводом латинского жития на французский язык1, и проанализируем, какие задачи на уровне текста и на уровне языка могли решаться с помощью подобной лексической избыточности и синтаксической изысканности.

В.О. Ключевский писал о стиле «Слова о житии и учении святого отца нашего Стефана, епископа Пермского»: «Реторическм фигуры и всевозможныя амплификацш разсеяны въ житш съ утомительнымъ изобилiем; авторъ не любить разсказывать и размышлять просто, но

1 Переведенное с латыни на французский язык Житие бл. Стефана Гранмонского носит название «Житие св. Этьена де Мюре».

облекает часто одну и ту же мысль въ несколько тавтологическихъ оборотовъ...»2.

В качестве иллюстрации к суждению В.О. Ключевского приведем фрагмент творения Епифания Премудрого: «Сперва Стефан много зла перенес от неверных пермяков, от некрещеных: озлобление, роптание, поругание, хулу, укоры, унижение, досаждение, поношение и пакость, иногда смертью грозили ему. Иногда убить его хотели, иногда обступали его со всех сторон с палицами и с большими дубинами, смерти его предать задумав». Даже в этом небольшом отрывке встречается длинный ряд однородных членов, включающий как синонимы, так и тавтологические сочетания. Мы также видим, что за счет нанизывания лексем повествованию сообщаются особый ритм и экспрессия.

Д.С. Лихачев писал: «"Плетение словес" основано на внимательнейшем отношении к слову: к его звуковой стороне (аллитерации, ассонансы и т.п.), к этимологии слова (сочетания однокоренных слов, этимологически одинаковые окончания), к тонкостям его семантики (сочетания синонимические, тавтологические и пр.) <...> Напряженные поиски эмоциональной выразительности, стремление к экспрессии основывались на убеждении, что житие святого должно отразить частицу его сущности, быть написанным "подобными" словами и вызывать такое же благоговение, какое вызывал и он сам»3.

Рассмотрим теперь фрагмент из французского Жития святого Этьена де Мюре:

Saint Estienne, fondeur, instituteur premier du venerable ordre de Grantmont, ami de Dieu, des hommes et de tout le pueple, hermite moult propre en humilité, virginité, verité, obedience, abstinence, pacience, foi, esperance, charité, prudence, justice, force, temperance et de toutes autres vertus, comme dessus est dit, aorné et ennobli. Qui les choses celestialles es terrenes, les choses spirituelles es charnelles, les choses etemelles es temporelles a proposés, qui soi mesme, de son simple vouloir, entierement s'est sacrifié et est offert a Dieu, en delaissant le monde, qui estoit tant bel de corps, mais plus bel de cuer, gracieux en parolle, mes plus gracieux en euvre, noble en lignee, mais plus noble en saincteté, forme et miroir de religion, rigle de perfeccion et voie de tout salut, de vigilles, d'oroisons, de souppirs, gemissements, de lermes, de devotz

Святой Этьен, основатель, первый настоятель почтенного ордена Великой Горы, друг Бога, людей и всего народа, отшельник, стойкий в смирении, целомудрии, истине, послушании, воздержании, терпении, вере, уповании, милосердии, мудрости, справедливости, силе, умеренности - этими и другими добродетелями, как было сказано выше, был украшен и возвышен. Он - тот, кто блага небесные земным, духовное плотскому, вечное преходящему предпочел, кто сам, своим желанием, оставив мир, посвятил и пожертвовал всего себя Господу, кто был так прекрасен телом, но еще прекрасней сердцем, милосерден в речах, но еще более милосерден в делах, благороден предками, но еще более благороден святостью, кто был очертанием и зерцалом веры, мерилом совершенства

2 Ключевский В.О. Древнерусские жития святых как исторический источник. М., 1871; М., 1988 (репринтное изд.). С. 93.

3 Лихачев Д.С. Предвозрождение в русской литературе. М.; Л., 1985. С. 463-464.

agenoillemens, de jeusnes, d'aumosnes. Et en ce il vacquoit continuellement et estoit flour de vie espirituelle et de doctrine de salut; et tant grande estoit la vertu de sa contemplacion que, comme se il eust alles, par ung tresardant et grant desir que il avoit, au ciel vouloit et de cuer habitoit. Et lui, ainsi par la puissance divine enluminé, les autres enluminoit. Lui, enflamé celestielement, les autres enflamoit. Lui, enbeu, engressé et enivré en la fervent amour celestial, les autres engressoit et enivroit. Et lui, armé de auberjon de fer de jour et de nuit pour bataillier contre l'ennemi et pechié, a vaincu le monde, l'ennemi et sa propre char et percevra en ceste bataille l'espace de L ans comme glorieux et vertueux chevalier et obtint victoire en montant es cieulx le huitiesme jour de fevrier, et est bien proprement l'interposicion de son nom qui est interpreté et couronné en honneur.

и путем ко спасению, пролегающим через бдения, молитвы, воздыхания, стенания, слезы, благочестивые коленопреклонения, посты и подаяние, а всему этому он беспрестанно предавался, и был цветком жизни духовной и спасительного учения. И столь велика была добродетель его созерцания, что как будто бы имел он крылья и пламенным желанием на небо устремлялся и там сердцем обитал. Могуществом божественным просветленный, других просветлял, небесами воспламененный, других воспламенял, ревностной любовью напитанный и опьяненный, других питал и окормлял. Денно и нощно облаченный в железную кольчугу, дабы сражаться с врагом и грехом, он поборол мирское, врага и собственную плоть и, проведя в этой битве пятьдесят лет, он одержал победу, и вознесся на небо в восьмой день февраля, и имя его как посредника и заступника произносится с почтением и увенчано славой4.

Вышеприведенный отрывок французского жития свидетельствует о том, что, как русские агиографы, его автор стремится к максимальной эмоциональной выразительности, работая с фонетическими, семантическими и синтаксическими возможностями своего родного языка.

Длинные ряды однородных членов, несколько утяжеляя текст, придают ему определенный ритм: voie de tout salut, de vigilles, d'oroi-sons, de souppirs, gemissements, de lermes, de devotz agenoillemens, de jeusnes, d'aumosnes; в следующем примере можно говорить также об ассонансировании: propre en humilité, virginité, verité, obedience, abstinence, pacience, foi, esperance, charité, prudence, justice, force, temperance.

Ряды однородных членов часто имеют созвучия в окончаниях (например, umilité et povreté ou tu nous as fondez или en grans tormens et batemens), иногда также и в корнях (nombrer et nommer) или приставках (desister et delaisser).

В главе «Miracle d'un cloc ou boiteux redrecié, d'un homme aveugle et de deux femmes aveugles enluminees» мы наблюдаем ритмически организованный фрагмент - попарно рифмованный восьмисложник, представляющий собой прямую речь героев: Aujourdui Dieu louer devons / des grans miracles que veons. Loué soit son famillier / saint Estienne le confesseur. Le pueple doit avoir grant joie / des miracles qu'il lui envoie: l'aveugle voit bien clerement, / le boiteux va abillement. Ces

4 Перевод наш. - О.Ш.

deux miracles en pou d'espace / ont esté faiz par tresgrant grace, Dieu de ce doit estre loué / et saint Estienne exaucié 'Сегодня Господа должны благодарить / за чудо, что изволил нам явить. Его наперсник будь благословен, / наш исповедник господин святой Этьен. Чудеса народу посылает, / ликовать людей всех призывает: ясно видит слепой, / быстро ходит хромой. Два чуда сразу совершились - / на то была Господня милость, за то нам Господа хвалить / и святого Этьена благодарить'.

В синонимических парах, например, ami de Dieu, des hommes et de tout le pueple, один из членов представляет собой близкий перевод, второй добавлен переводчиком для усиления. Тавтологические сочетания, такие, как fondeur, instituteur premier 'основатель, первый учредитель', soi mesme, de son propre volonté 'сам, по своей воле', s'est sacrifié et est offert a dieu 'пожервовал и посвятил себя Богу' также содержат дополнительный вариант и демонстрируют богатство языковых средств языка, на который переводят. Синонимические и тавтологические пары создают ощущение поиска языковой и художественной формы, с их помощью передается эмоциональность и динамика повествования.

Наряду с художественной реализацией семантических возможностей языка, автор перевода регулярно пользуется тавтологическими сочетаниями для внутреннего глоссирования текста, когда местные окситанские лексемы толкуются через общефранцузские: des cloches et campanes, pidence: une refeccon et pidence, lit ou gribe, rauber et piller, cramer et bruler.

Ряд лексем, зафиксированных в тексте, появляется во французском языке как раз в период создания памятника - в конце XIV - начале XV в. В тексте жития неологизмы глоссированы употреблением синонима: faire les funerailles et obseques 'хоронить', l'encquierent et interroguerent 'расспросили его'. Необходимо отметить, что само по себе появление окситанизмов и неологизмов, безусловно, призвано сделать текст более выразительным.

Использование повторяющихся синтаксических конструкций также является художественным приемом. Среди таких конструкций - противопоставления, выраженные семантической оппозицией прилагательных: les choses celestialles es terrenes, les choses spirituelles es charnelles, les choses eternelles es temporelles; противопоставления, основанные на одном качестве, но разных сторонах и степенях его проявления: bel de corps, mais plus bel de cuer, gracieux en parolle, mes plus gracieux en euvre, noble en lignee, mais plus noble en saincteté.

Для усиления ритма и выразительности автор сочетает повторы синтаксических конструкций с использованием однокоренных слов: lui, par la puissance divine enluminé, les autres enluminoit. Lui, enflamé 138

celestielement, les autres enflamoit. Lui, enbeu, engressé et enivré en la fervent amour celestial, les autres engressoit et enivroit.

«Как ни относиться к художественным целям, которые ставили себе авторы житийно-панегирических произведений конца XIV-XV вв., - писал Д.С. Лихачев, - необходимо все же признать, что они видели в своей писательской работе подлинное и сложное искусство, стремились извлечь из слова как можно больше внешних эффектов, виртуозно играя словами, создавая разнообразные, симметрические сочетания, вычурное "плетение словес", словесную "паутину"»5.

Появление такого стиля в древнерусской литературе исследователи связывают с распространяющимся влиянием исихазма в области духовной жизни, с усилением психологизма и эмоциональности в литературе, с предвозрожденческим интересом к внутреннему миру человека. Пример Жития св. Этьена убеждает нас в том, что для французской литературы и культуры XV в. эти тенденции также важны, что эти процессы имеют более глобальный характер и происходят в разных странах в одно и то же время. И в русской и во французской литературе (и в агиографии как наиболее актуальном ее жанре) того времени шло освоение возможностей языка и поиск выразительных художественных средств, которые могли бы адекватно отразить динамику и экспрессию самой человеческой жизни на примере ее выдающихся представителей, какими видели авторы своих героев.

Список литературы

Ключевский В.О. Древнерусские жития святых как исторический источник.

М., 1871; 1988 (репринт. изд.). Лихачев Д.С. Предвозрождение в русской литературе. М.; Л., 1985.

Сведения об авторе: Школьникова Ольга Юрьевна, канд. филол. наук, доц. кафедры романского языкознания филол. ф-та МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: chkolnikova@mail.ru

5 Лихачев Д.С. Указ. соч. С. 466.