О структуре и лингвистической терминологии грамматики Панини и ее влиянии на европейскую лингвистику

Историография лингвистики

О. А. Волошина

О структуре и лингвистической терминологии грамматики Панини и ее влиянии на европейскую лингвистику

Статья посвящена определению влияния индийской грамматической традиции на становление и развитие европейской лингвистики XIX в. .Анализ древнеиндийской грамматики Панини выявляет основные лингвистические понятия и принцип построения грамматики в древней Индии.

Ключевые слова: индийская лингвистическая традиция, европейское языкознание, грамматика Панини.

Знакомство европейцев с языком древней Индии (санскритом) явилось важной предпосылкой для становления нового направления в языкознании - компаративистики. Но почему именно открытие санскрита явилось толчком для формирования нового метода и появления разнообразных сопоставительных исследований, как в области сравнительно-исторического языкознания, так и в области типологии?

Во-первых, санскрит - один из древнейших языков индоевропейской семьи, представленный обширным корпусом текстов. Этот богатый и интересный лингвистический материал стал активно использоваться в сравнительно-исторических и типологических исследованиях. Долгое время санскрит служил эталоном при реконструкции индоевропейского праязыка.

Во-вторых, европейские лингвисты получили возможность познакомиться с древнеиндийской лингвистической традицией, ее достижениями и своеобразным методом. Знакомство с индийской лингвистической теорией позволило не только заложить основы сравнительно-исторического языкознания, но и развить общую теорию языка. Например, грамматика Панини Astadhyayl1 имеет огромное значение не только для практического изучения санскрита, но и для развития теоретической лингвистики, ведь именно эта грамматика впервые познакомила европейцев с уникальным методом морфологи

© Волошина О. А., 2010

ческого анализа, являясь примером математически точного и полного описания языка. Древнеиндийская грамматическая тардиция быша представлена как грамматикой Панини, так и многочисленными комментариями к Панини, поясняющими и дополняющими текст грамматики.2

Оперируя системой понятий европейской лингвистики, довольно трудно описать своеобразие индийской традиции. Многим терминам, особенно важным для индийской грамматики, чрезвычайно трудно найти эквивалент в системе понятий европейской лингвистики.

Традиционно при составлении европейских грамматик, а также при описании неевропейских языков использовались следующие основные лингвистические понятия: звук, слово и предложение (Vагпа - «звук», pada - «слово» и vakya «предложение»). Однако древнеиндийская лингвистическая традиция предлагает совершенно иной подход к описанию языка. Грамматика Панини, например, отражает своеобразное лингвистическое учение, в основе которого лежит морфонология как механизм описания словообразования и словоизменения санскрита. Поэтому знакомство с индийской грамматикой явилось важным событием для развития европейской теоретической лингвистики.

Уже во времена создания первых индийских грамматик язык древнейших ведических гимнов был мало понятен и требовал пояснений, поэтому индийскими языковедами были составлены обширные руководства для жрецов, комментирующие Веды. В частности, были созданы многочисленные трактаты о фонетических изменениях слов в Ведах, называемые ртаИдакЬ.а (букв. «к каждой ветви»). Санскрит долгое время не имел письменности, поэтому все произведения индийской словесности существовали в устной форме. Не удивительно, что сильной стороной древнеиндийской лингвистической традиции было пристальное изучение звучащей речи, разработка подробных артикуляционно-акустических классификаций звуков, описание различных типов фонетических изменений на стыке слов и морфем («внешние» и «внутренние» сандхи). Даже алфавит санскрита представляет собой строгую последовательность звуков: гласные (краткие и долгие), гласные дифтонгического происхождения и собственно дифтонги, сонанты, звонкие и шумные согласные, которые, в свою очередь, сгруппированы в ряды по месту и способу образования. Бодуэн де Куртенэ писал: «Одному только древнеиндийскому (санскритскому) алфавиту.. .свойственен порядок, основанный на

физиологическом и акустическом родстве и на естественной последовательности ассоциируемых с графемами произноси-тельно-слуховых элементов. Поэтому изучение санскритского алфавита может служить прекрасным введением в общую фо-нетику».3 Можно сказать, что знакомство с древнеиндийской классификацией звуков речи способствовало развитию общей фонетики в работах европейских лингвистов.

Древнеиндийская грамматика (Vуакагапа - букв. «расчленение», «анализ») представляла собой описание способов построения словоформ из исходных единиц - морфем.

Основными морфемами, которые используются при синтезе словоформ в Astadhyayl, являются глагольный корень, именная основа и многочисленные аффиксы. Понятие корня - dhаtu («руда, металл, основной элемент») было краеугольным камнем не только грамматики Панини, но и большинства древнеиндийских грамматик. Корень являлся основной исходной единицей при построении различных словоформ. Он использовался и при именном, и при глагольном словообразовании.

Наряду с глагольным корнем, важным для грамматической системы санскрита является понятие именной основы -prаtipadika. Например, krt-taddhita-samаsah са (prаtipadka) -«основы, оканчивающиеся на к]± или taddhita аффиксы, а также основа сложного слова есть именная основа (prаtipadika)».

Кроме глагольного корня и именной основы важнейшим понятием в системе грамматики Панини является понятие аффикса (pratyaya). Ведь именно разные типы аффиксов играют важную роль при синтезе различных словоформ. Глагольные и именные основы образуются при помощи так называемых первичных глагольных и именных суффиксов. При дальнейшем производстве словоформы к основам присоединяются флексии (вторичные глагольные и именные именные суффиксы).

В грамматике Панини используются специальные термины для обозначения различных типов аффиксальных морфем. Например, термин к]± обозначает первичные именные суффиксы (присоединяемые к корню), а taddhita - вторичные именные суффиксы.

Не удивительно, что слово (точнее словоформа) определяется у Панини как последовательность определенных морфем. Панини дает следующее определение слова (pada): словом является то, что оканчивается на глагольные флексии ^Й) или именные флексии ^иР). Используя термин pada при обозначении результата синтеза словоформ, Панини, таким образом, понимает слово как грамматически оформленную единицу,

противопоставляя его грамматически неоформленной основе (anga).

Таким образом, в основе грамматики Панини лежит принцип образования словоформ при помощи правил-сутр: по определенным правилам мы можем присоединять к корню именные или глагольные аффиксы и получать, соответственно, именные или глагольные словоформы.

Приведем пример синтеза глагольной словоформы от корня lih - «пробовать на вкус, лизать».

Для того чтобы образовать форму повелительного наклонения второго лица единственного числа, присоединяем к глагольному корню окончание императива второго лица единственного числа: *lih-dhi.

Однако, согласно правилу (кн. 8, гл. 2, сут. 31), h > dhв том случае, если h является samyogadi, то есть первым компонентом группы согласных (кн. 8, гл. 2, сут. 29), и если присоединяемый аффикс начинается сjhaL согласных, то есть всех согласных, за исключением носовых и полугласных (кн. 8, гл. 2, сут. 26).

Далее происходит ассимиляция согласных звуков *lidh - dhi > lidh - dhi (кн. 8, гл. 4, сут. 41). Согласно правилу (кн. 8, гл. 3, сут. 13), согласный dh выпадает перед dh, а гласный i становится долгим (кн. 6, гл. 3, сут. 111). В результате этих изменений получается словоформа lidhi.

Исходя из того, что морфология обеспечивает построение словоформы языка, а основой морфологии является способность словоформы члениться на меньшие значимые единицы языка - морфемы, можно утверждать, что грамматика Панини посвящена именно описанию морфологии санскрита, а основным лингвистическим понятием является морфема.

Известно, что самые первые исследователи санскрита отмечали явное сходство большого количества слов древнеиндийского языка со словами латинского, греческого, германских, романских и славянских языков. Однако, поскольку лексические параллели признавались менее надежными, языковеды стали сопоставлять части слова - морфемы. Вероятно, именно знакомство с древнеиндийской лингвистической традицией помогло европейцам осознать теоретическую важность понятия морфемы для описания языка.

В 1816 г. появляется научная работа, заложившая основы сравнительно-исторического метода. Это книга Франца Боппа (1791-1867) «О системе спряжения санскритского языка в сравнении с таковым греческого, латинского, персидского и германского языков». В этой работе Бопп впервые сформули-

ровал понятие корня. Автор сопоставлял корни и глагольные флексии некоторых индоевропейских языков, пытаясь выяснить происхождение словоформ. Бопп считал, что индоевропейское слово представляет собой соединение корня и личного местоимения, которое постепенно превращается в глагольную флексию. Для доказательства этой теории (теории агглютинации) Бопп привлекал материал разных индоевропейских языков, в которых надеялся обнаружить глагольные флексии, легко возводимые к личным местоимениям.

Бопп писал: «Мы должны прежде всего познакомиться с системой спряжения древнеиндийского языка и обозреть сравнительно с ней греческое, латинское, германское и персидское спряжение, тем самым мы обнаружим их тождество, вместе с тем увидим последовательное и постепенное разрушение простого языкового организма и усмотрим тенденцию к замене его механистическими сочетаниями, из чего возникло подобие нового организма, когда элементы этих сочетаний сделались неузнаваемы».4

Единственное число

Санскрит Латинский Греческий Славянский

1. bharami fero ф£рш Е6РЖ

2. bharasi fers фёра; Е6Р6ШИ

3. bharati fert ф£ра Е6Р6ТЪ

Множественное число

1. bharamas ferimus ф£рО|1£"У Е6Р6МЪ

2. bharatha fertis ф£р£Т£ Е6Р6Т6

3. bharanti ferunt ф£р0иСТ1 Е6РЖТЪ

Доказать свою теорию агглютинации Боппу так и не удалось. До сих пор лингвисты не могут ни защитить эту теорию, ни опровергнуть. Однако, изучив спряжение глагола в вышеназванных языках, Бопп установил их родство и объединил эти языки в особую языковую семью, которую назвал индо-германской (т.е. индоевропейской) семьей языков. Согласно Боппу, сходство глагольных окончаний, наряду со сходством корней, может служить надежной гарантией для установления родства языков, поскольку корни могут заимствоваться, а система грамматических окончаний, как правило, заимствована быть не может.

Не случайно, в центре исследования Боппа находится санскрит - основа для сравнения индоевропейских языков. Именно язык индийцев был, по мнению автора, древнейшим из дошедших до нашего времени индоевропейских языков и, таким образом, оказался наиболее приближен к праязыку.

Кроме того, Бопп считал, что санскрит обладает наибольшими способностями к передаче самых различных грамматических значений совершенно органическим образом - посредством внутренней флексии и изменения основ.

Немецкие лингвисты начала 19 века считали высшим достижением языкового развития возможность языка выражать грамматическое значение посредством чередования звуков корня («внутренняя флексия»). Максимальное использование внутренней флексии как средства выражения грамматического значения немецкие языковеды обнаружили в санскрите.

Как известно, при словоизменении и словообразовании санскрита большую роль играло чередование гласных в корне слова. Традиционно различаются три ступени чередования гласных: нулевая ступень, ступень дипа и ступень vтddhi. Например,

слабая ступень ступень guna ступень то^М

Нуль а а

i е са

и о си и т.д.

Так корень сs «быть» образует формы с разными ступенями чередования гласных: б-\\ авАА ав-; корень га- «нести»: п1-\\ пе-\\ пса-, а корень дги «слушать»: дги- \\ дго-\\ дгаи- и т.п.

Таким образом, в санскрите при образовании различных грамматических форм огласовка корня может быть разная, то есть чередование гласных в корне является средством выражения грамматического значения. Эта яркая особенность древнеиндийского языка поразила европейских лингвистов, тем более что это явление немецкие языковеды могли наблюдать и в других индоевропейских языках (например, в древнегреческом, а также в родном немецком и в других германских языках). По признаку наличия или отсутствия «внутренней флексии» немецкие ученые, например, Фридрих и Август Шлегель предложили первые типологические классификации языков.

Становление теории аблаута германских языков Я. Гримма («История немецкого языка» 1848 г.) происходило под влиянием изучения автором древнеиндийского языка и основных понятий индийской лингвистической традиции.

Ученик Бодуэна де Куртенэ Николай Крушевский попытался показать важность чередований гласных корня для выражения грамматических значений на материале старославянского языка («К вопросу о гуне. Исследование в области старославянского вокализма» 1881). В названии работы Крушевский использует термин древнеиндийских грамматистов, обозначаю-

щий одну из ступеней чередования гласных санскрита. Автор пытается найти следы грамматических чередований в старославянском языке - огласовка корня на -о характерна для именных форм, а огласовка на -е/-и - для глагольных. Например: воз / / везти, нос / / нести,, ток / / течъ мор / / умеретъ собор / / собиратъ, собрать гроб / / погребать.5 Анализируя подобные примеры, автор стремится воссоздать такую же стройную систему «внутренней флексии», какую мы находим в древнеиндийском языке.

Помимо изменения огласовки корня, в санскрите происходят многочисленные изменения аффиксальных морфем при синтезе словоформ. Внешний облик каждой морфемы зависит от соседних морфем, то есть от контекста, в котором выступает морфема. Это свойство (контекстная вариативность морфем) присуще всем индоевропейским языкам, но важность теоретического осмысления этой особенности индоевропейской морфологии стала очевидна после знакомства с санскритом, поскольку именно в санскрите вариативность морфем в словоформе представлена наиболее широко.

Например, существительное bodha «пробуждение» образовано от глагола bodh-«будить». От этого же глагола с помощью суффикса -ta может быть образовано причастие со значением «пробужденный», но оно будет выглядеть так - Buddha: присоединение суффикса -ta меняет гласный корня o на u, глухой согласный t влияет на dh, которое теряет придыхание, а dh озвончает глухое t и делает его придыхательным - dh, то есть (dh +1 = ddh). Слово yoga «соединение» образовано от корня yuj-«соединять», а причастие будет yukta (yuj+ta) звук превращается в g, а затем оглушается.

В своей грамматике Панини не использует материал по фонетике санскрита, широко представленный в трактатах pratigakhä, так как при описании механизма образования словоформ необходимо было лишь подчеркнуть роль звуковых изменений при словоизменении. Как уже было сказано, индийский алфавит представляет собой строгую и исчерпывающую фонетическую классификацию звуков, черезвычайно удобную для описания фонетики санскрита. Однако задачей труда Панини является описание не фонетики, а грамматики санскрита. Поэтому Панини не использует в своей работе ал-

фавитное расположение звуков, но создает новую классификацию, представляющую собой морфонологические классы звуков.

Ярким свидетельством неповторимости и неожиданности того подхода к языку, принципа устройства грамматики, который был предложен Панини в АйаЛЬуауГ, является легенда о том, что сам бог Шива подарил автору знаменитые списки звуков санскрита, названные в честь дарителя Шива-сутрами . Этот список предшествует основному тексту грамматики и представляет собой 14 рядов звуков, расположенных в определенной последовательности.

1. a i u N

2. 1 1 К

3. e o N

4. a i a и С

5. h У У г Т

6. ! N

7. п m п п п м

8. j h bh N

9. ^ АЬ dh Б

10. j ь ё А d д

11. кЬ Ph ch th с 1 t V

12. k P Y

13. s R

14. h Ь

Шива-сутры представляют собой 14 сутр (в таблице последовательность сутр обозначена цифрами), каждая сутра содержит группу звуков и показатель конца фонетического класса - так называемую «пустую» метку (в таблице обозначен заглавной буквамой). Традиционно индийские грамматисты называли такую пустую метку anubandha («индикатор», «показатель»).

Даже поверхностное изучение Шива-сутр позволяет убедиться в том, что звуки объединены в группы на основе их фонетической характеристики. Собственно, сами пратьяхары (сокращенные обозначения рядов звуков), составленные на основе Шива-сутр, являются техническими обозначениями фонетических групп звуков. Например, первая и вторая сутры объединились в пратьяхару аК, которая содержит простые гласные (монофтонги). Пратьяхара еС обозначает гласные дифтонгического происхождения - е, о и собственно дифтонги - аи аи. Далее следуют полугласные звуки, носовые сонан-

ты и т.д. Пратьяхара gaR является техническим обозначением свистящих согласных - сибилянтов.

Шива-сутры, помимо фонетических характеристик звуков, содержат еще информацию о поведении звуков в составе морфем при образовании словоформ, то есть представляют собой инструмент для описания морфонологии санскрита.

Например, пратьяхара еЫ (третья сутра) и пратьяхара си.С (четвертая сутра) позволяют кратко сформулировать важные для санскритской грамматики законы о чередовании звуков в ступени дипа и vrddhi. Пратьяхара уаЫ (часть пятой сутры и шестая сутра) и пратьяхара Ж (часть первой сутры и вторая сутра) составляют правило замены указанных гласных на соответствующие им полугласные при определенных условиях.

Шива-сутры составлены таким образом, что служат двойной цели: во-первых они представляют собой фонетическую классификацию звуков санскрита, во-вторых, они используются автором для описания морфологии санскрита, являются как бы ключом для расшифровки правил, изложенных в грамматике. Состав Шива-сутр не был случайным, но отражал принцип построения всей грамматики, так как звуки были сгруппированы по их функциям и поведению в процессе строительства морфем и слов. Звуки одного класса обладали одинаковыми свойствами при построении морфем или участвовали в специфических чередованиях, то есть использовались при описании морфологии санскрита.

Таким образом, Панини интересует не описание звуков речи, а та роль, которую играют классы однородных звуков при описании грамматики санскрита. Изучение фонетических терминов, встречающихся в тексте грамматики Панини, дает основание утверждать, что важной составной частью лингвистической концепции автора была морфонология, которая использовалась при описании санскрита.

Анализ звуков в Шива-сутрах позволяет установить принцип морфемного анализа языка как краеугольный камень построения всего корпуса грамматики Панини.

Очевидно, что именно знакомство европейцев с индийскими грамматиками помогло создать новую лингвистическую область - морфологию, а также обратить внимание на вариативность морфем в составе словоформ (морфонология).

Кроме того, не следует забывать о мнемотехнической функции Шива-сутр, ведь они играли огромную роль в создании лаконичных, легко запоминающихся правил, обозначая кратким символом пространные звуковые ряды. Таким образом, пра-

тьяхара, являясь средством экономного описания грамматических правил, стала важнейшим элементом мнемотехники, обеспечившим долгое существование индийской грамматики в устной традиции.

Устный характер передачи знаний в древней Индии способствовал разработке экономных мнемотехнических приемов. Критерий экономности оказал решающее методологическое влияние на самый способ подачи грамматического материала в грамматике и обусловил внутреннюю логику процесса формализации.

Стремление к строгой экономии при составлении сутр было важнейшим принципом составления грамматик, следствием которого были разнообразные приемы описания: пратьяхары, анубандхи, технические обозначения и метаправила - правила, указывающие способ употребления правил. Важной предпосылкой формирования технических обозначений и символов явилось понимание индийскими грамматистами класса лингвистических единиц. Системное описание языка основано на способности объединять лингвистические единицы в классы, распределять по группам, абстрагируясь от конкретных реализаций лингвистических единиц.

Пратьяхары - сокращенные ряды каких-либо элементов, расположенных в определенном порядке (это может быть список звуков, морфем или даже слов, если порядок единиц в списке фиксирован).

Кроме рядов звуков в Шива-сутрах пратьяхары могут обозначать различные группы аффиксов. Например, пратьяхары ОЙ и виР обозначают личные окончания глаголов и падежные окончания имен существительных.

Так, ОЙ - символическое обозначение личных окончаний глагола в системе parasmaipada и аtmanepada. При спряжении глаголов в настоящем времени используются 18 окончаний (9 в системе рагавта1раАа и 9 в системе атаперс^а. Все эти окончания обозначаются пратьяхарой ОЙ (первый член парадгмы спряжения - окончание третьего лица единственного числа рагавта1ра^.а - О) и анубандха Й (анубандха последнего члена парадгмы аtmanepada - 1 лица единственного числа).

paгasmaipada

Единственное Двойственное Множественное

число число число

3 лицо ЫР пй

2 лицо siP thas &а

1 лицо miP vas mas

atmanepada

Единственное Двойственное Множественное

число число число

3 лицо ta atas nta

2 лицо as athas dhvam

1 лицо iT vahi mahiN

Таким образом, первое окончание в списке (по индийской традиции это окончание 3-го лица) и анубандха последнего окончания может служить названием всей совокупности личных форм.

Кроме того, в грамматике встречаются термины, которые являются символическим обозначением списка слов. Такой термин, употребленный в правиле, свидетельствует о том, что данное правило относится ко всему списку слов. Подобные объединения слов нередки в санскритских грамматиках, поскольку позволяют наиболее кратко, экономно формулировать языковые закономерности.

Примером таких терминов-символов могут служить названия десяти классов санскритских глаголов. Каждый класс, представленный списком глагольных корней, обозначается термином, который состоит из первого глагольного корня в списке и слова adi- «начиная с...». Например, bЬй-adi(bhvadí) -техническое обозначение списка корней, который начинается с корня ЬЬй - «быть».

Наличие системы технических обозначений, различных пратьяхар и анубандх является отличительной чертой научного стиля Панини. В большинстве случаев именно закодиро-ванность языка, необходимость расшифровывать символы, используемые в сутрах, затрудняет чтение и понимание текста АБШЛЬуау!.

Примененный Панини подход можно с полным основанием назвать системным, что отчетливо прослеживается уже на примере композиции его труда. Композиция грамматики такова, что при анализе конкретных языковых форм необходимо привлекать знание всей системы описания. Синтез некоторых словоформ может основываться на большом количестве правил, которые содержатся в разных частях грамматики. Поэтому пользование грамматикой подразумевает обязательное знание всего текста грамматики.

Важной особенностью грамматики Панини является полнота описания языка, то есть модель синтеза словоформ полностью охватывает все случаи образования слов. Важным след-

ствием последовательного синтеза словоформ из исходных морфем является понятие нулевой морфемы - Ора («исчезновение»). Понятие нулевой морфемы и сам принцип системного подхода к языку появились в европейской лингвистике не без влияния индийской лингвистической традиции.

Механизм словоизменения и словообразования в языке Панини должен рассматриваться как модель закрытого типа, не допускающая существования словоформ, правила построения которых не были включены в грамматику. Следует заметить, что грамматика Панини основывалась на строго синхронном подходе к языковым явлениям. Такая модель была воспринята как образец для описания языка дескриптивной лингвистикой.

Таким образом, основные лингвистические понятия индийской грамматики, а также сам метод описания языка древнеиндийских языковедов оказали несомненное влияние на становление компаративистики и развитие теории общего языкознания в Европе.

Примечания

Vasu Srusa ChandraThe Astadhyayi of Panini. Delhi-Varanasa-Patna, 1891. Об индийской грамматической традиции и грамматике Панини см. Катенина Т.Е., РудойВ.И. Лингвистические знания в древней Индии / / История лингвистческих учений. Древний мир. Л., 1980. с. 66-92. БодуэндеКуртенэИ.А. Об отношении русского письма к русскому языку. СПб., 1912. С.91.

Ворр Fr. Über das Conjugationssystem der Sanskritspraclie in Vergleichung mit jenem der griechischen, lateinischen, persischen und germanischen Sprachen. Frankfurt am Main., 1816, 8.

КрушевскийН.В. К вопросу о гунне. Исследование в области старо-славянского вокализма // Крушевский Н.В. Избранные работы по языкознанию. М.: Наследие, 1998. С. 92.

2

3

4

5