Коммуникативные регистры в поэзии Владимира Высоцкого

Коммуникативные исследования. 2014. № 1. С. 165-176.

УДК 81’367.38

Е.В. Рякина Санкт-Петербург, Россия

КОММУНИКАТИВНЫЕ РЕГИСТРЫ В ПОЭЗИИ ВЛАДИМИРА ВЫСОЦКОГО

Цель статьи - проанализировать стихотворения В. Высоцкого в соответствии с коммуникативной грамматикой Г.А. Золотовой и определить роль коммуникативных регистров в организации текста. С помощью анализа коммуникативных регистров можно выявить отношение говорящего к действительности, адресату и самому высказыванию, а следовательно, понять замысел автора (Г.А. Золотова выделяет пять основных коммуникативных регистров речи: репродуктивный, информативный, генеритивный, волюнтивный и реактивный). Показана условность границ между коммуникативными регистрами в поэтическом тексте. Определяются также функции глаголов. Кроме того, в статье затрагивается тема лирического героя в поэзии Высоцкого, а также проблема адресанта и адресата. Выявляются такие черты лирики Высоцкого, как сюжетность и диалогичность. Рассматриваются следующие стихотворения Владимира Высоцкого: «Лежит камень в степи», «Случай в ресторане» и «День рождения лейтенанта милиции в ресторане “Берлин”».

Ключевые слова: коммуникативный регистр, Высоцкий, адресат, лирический герой.

Любой поэтический текст - это своеобразный диалог с читателем, в котором этот читатель является адресатом. Для анализа текста актуален коммуникативный подход, с помощью которого выявляется позиция говорящего при отборе речевых ресурсов в организации текста, его отношение к высказыванию, содержанию высказывания и адресату. Этот метод анализа применим и к поэтическому тексту, поскольку с его помощью можно понять коммуникативную структуру этого текста. Однако следует учитывать, что поэтический текст - явление сложное, многоплановое, поэтому при анализе стихотворения возможно несколько интерпретаций.

В статье анализируются стихотворения Владимира Высоцкого с точки зрения коммуникативных регистров и выявляется их роль в организации текста.

Как отмечает М.Ю. Сидорова, «современная функционально-коммуникативная грамматика осмысливает понятие “коммуникативный регистр речи” объемно: с точки зрения системы языка, с точки зрения текста и в соотношении с фигурой говорящего - субъекта, продуцирующего текст»

© Е.В. Рякина, 2014

166

Раздел II. Современные дискурсивные практики

[Сидорова 2009: 173]. Справедливо ее утверждение о том, что «объемное осмысление понятия “коммуникативный регистр” подразумевает, помимо трех, названных выше, еще один угол зрения - с позиции адресата текста, слушателя или читателя, для которого восприятие того или иного предложения в тексте как относящегося к одному из регистров является непременной составляющей понимания текста» [Сидорова 2009: 175].

Г.А. Золотова выделяет пять основных коммуникативных регистров речи: репродуктивный, информативный, генеритивный, волюнтив-ный и реактивный [Золотова 2004: 33]. Кратко охарактеризуем их и проиллюстрируем примерами из поэзии В. Высоцкого.

1. Репродуктивный. Говорящий воспроизводит в речи непосредственно наблюдаемое. Г.А. Золотова заключает высказывания репродуктивного типа в модусную рамку «Я вижу, как...», «Я слышу, как...», «Я чувствую, как...» [Золотова 2004: 29]. Для данного коммуникативного регистра характерны любые описания, например: Удар, удар... Еще удар... / Опять удар - и вот / Борис Буткеев (Краснодар) / Проводит апперкот (В. Высоцкий].

2. Информативный. Цель говорящего - сообщить о каких-либо фактах, событиях, свойствах, и это знания, полученные не путем прямого наблюдения, а в результате опыта или мыслительных операций [Золотова 2004: 29]. Высказывания такого типа можно заключить в модусную рамку «Я знаю, что.», «Известно, что.» [Золотова 2004: 29]. Например: У тебя глаза - как нож: / Если прямо ты взглянёшь - /Я забываю, кто я есть и где мой дом; / А если косо ты взглянёшь - / Как по сердцу полоснёшь / Ты холодным, острым серым тесаком (В. Высоцкий].

Г.А. Золотова описывает следующие разновидности репродуктивного и информативного регистров: репродуктивно-описательный (описание ситуации], репродуктивно-повествовательный (изложение событий], информативно-описательный (констатация факта, вывод, мнение], информативно-повествовательный (изложение повторяющихся, многократных действий] [Золотова 2004: 30-31]. Все эти разновидности понадобятся нам при дальнейшем анализе стихотворений В. Высоцкого.

3. Генеритивный. «Говорящий обобщает информацию, соотнося ее с универсальным опытом <...> и поднимаясь на высшую ступень абстракции от событийного времени и места» [Золотова 2004: 30]. Такие высказывания обычно облекаются в форму умозаключений, афоризмов, пословиц [Золотова 2004: 30]. Например: У штрафников один закон, один конец: / Коли, руби фашистского бродягу, / И если не поймаешь в грудь свинец - / Медаль на грудь поймаешь за отвагу (В. Высоцкий].

4. Волюнтивный. Цель говорящего - побудить адресата к действию, внести изменение в тот или иной фрагмент действительности или что-то узнать: Ребята, напишите мне письмо: / Как там дела в свободном вашем мире? (В. Высоцкий].

Е.В. Рякина

167

5. Реактивный. Представляет собой оценочную реакцию говорящего на ситуацию. Часто используется в диалогах. Например:

И однажды, как в угаре,

Тот сосед, что слева, мне Вдруг сказал: «Послушай, парень,

У тебя ноги-то нет».

Как же так? Неправда, братцы, -Он, наверно, пошутил!

«Мы отрежем только пальцы» -Так мне доктор говорил (В. Высоцкий].

В данном примере слова Как же так? Неправда, братцы, - / Он, наверно, пошутил! актуализируют реактивный регистр, так как в этой фразе выражается негативное и недоверчивое отношение к содержанию предыдущей реплики.

Важными особенностями стихотворений В. Высоцкого являются сюжетность и диалогичность. Поэтому для более глубокого понимания его стихотворений целесообразно проанализировать их с точки зрения коммуникативной грамматики. Для анализа были выбраны стихотворения В. Высоцкого, богатые разными коммуникативными регистрами.

В стихотворении «Лежит камень в степи» (1962] (В. Высоцкий] проявляется характерное для поэзии Высоцкого фольклорное начало. Пословица Под лежачий камень вода не течет преобразуется в своеобразный вариант известного сказочного сюжета о камне, который лежит на перепутье и сулит три разных варианта судьбы путникам:

Лежит камень в степи,

А под него вода течет,

А на камне написано слово:

«Кто направо пойдет -Ничего не найдет,

А кто прямо пойдет -Никуда не придет,

Кто налево пойдет -Ничего не поймет И ни за грош пропадет»1.

Первая строфа стихотворения весьма противоречива с точки зрения коммуникативных регистров. Строки Лежит камень в степи, / А под него вода течет - это трансформированная пословица Под лежачий камень вода не течет. В своем начальном виде она актуализирует генери-тивный регистр. Поэт опровергает истину, заложенную в пословице, и

1 Каждое стихотворение для удобства рассматривается по строфам.

168

Раздел II. Современные дискурсивные практики

стремится подчеркнуть, что это особенный камень, именно тот, под который вода течет, вопреки смыслу пословицы, поэтому регистр меняется. Глаголы лежит, течет в форме несовершенного вида и причастие страдательного залога написано выступают в имперфективной функции. Эти строки можно рассматривать и как репродуктивный регистр (камень как будто показан глазами наблюдателя], и как информативный, поскольку этот камень в степи лежит уже давно, и знание о нем мы могли получить и в результате неоднократного наблюдения. Именно такая двоякая трактовка способствует глубокому пониманию этого текста, в котором одновременно говорится и о ситуации, наблюдаемой в момент речи, и о ситуации, которая давно уже существует и имеет символическое значение.

Послание, которое написано на камне, обращено ко всем, поэтому оно относится к генеритивному регистру: Кто направо пойдет - / Ничего не найдет, / А кто прямо пойдет - / Никуда не придет, / Кто налево пойдет - / Ничего не поймет / И ни за грош пропадет. Чередуются глаголы в аористивной и перфективной функции (сначала дано действие, а потом предсказывается результат этого действия].

Почти вся вторая строфа относится к репродуктивному регистру:

Перед камнем стоят Без коней и без мечей И решают: идти или не надо.

Был один из них зол -Он направо пошел,

В одиночку пошел, -Ничего не нашел -Ни деревни, ни сел, -И обратно пришел.

Первые три строки - это репродуктивно-описательный регистр, и в них перед нами не древнерусские богатыри, а обычные современные люди: Перед камнем стоят / Без коней и без мечей/ И решают: идти или не надо. Глаголы здесь выполняют имперфективную функцию. Строка Был один из них зол актуализирует информативный регистр: в ней сообщается о свойстве первого персонажа. Остальные шесть строк относятся к репродуктивно-повествовательному регистру, поскольку в этом фрагменте дана последовательность событий, где глагол пошел выполняет аори-стивную функцию, а не нашел и пришел - перфективную, поскольку в последних трех строках говорится о неизбежном результате выбора, который сделал персонаж.

Безглагольные структуры в первых двух строках третьей строфы актуализируют генеритивный регистр, поскольку слово никуда придает этому высказыванию обобщенный характер: Прямо нету пути - / Никуда не прийти. Эта безглагольность создает ощущение полной бесперспек-

Е.В. Рякина

169

тивности. Остальные семь строк - это продолжение повествования, следовательно, это репродуктивно-повествовательный регистр:

Но один не поверил в заклятья И, подобравши подол,

Напрямую пошел, -Сколько он ни бродил -Никуда не добрел, -Он вернулся и пил,

Он обратно пришел.

Глаголы в этом фрагменте выполняют разные функции: не поверил, пошел - аористивную, фраза Сколько он ни бродил - имперфективную, не добрел, вернулся, пил, пришел - перфективную. Эти строки выражают бесполезность усилий второго персонажа и неизбежность предсказаний на камне.

Первые две строки четвертой строфы представляют собой информативный регистр, поскольку в них констатируется факт: Ну а третий был дурак, / Ничего не знал и так. Строка И пошел без опаски налево относятся к репродуктивно-повествовательному регистру. Строки Долго ль, коротко ль шагал - / И совсем не страдал, / Пил, гулял и отдыхал, / Ничего не понимал, - / Ничего не понимал актуализируют информативно-повествовательный регистр. Завершающие строки Так всю жизнь и прошагал -/ И не сгинул, и не пропал относятся к репродуктивно-повествовательному регистру. Глаголы при этом выполняют следующие функции: пошел -аористивную, был, не знал, шагал, не страдал, пил, гулял, отдыхал, не понимал - имперфективную, прошагал, не сгинул, не пропал - перфективную. В последних строках этой строфы, так же как во второй и третьей строфах, говорится о результате того выбора, который сделал персонаж (с помощью перфективных глаголов]. Но третий персонаж - единственный, для кого не сбылись предсказания на камне. Именно он ломает закономерность, которая задана в начале текста. Очевидно, что перед нами пример разновидности открытой композиции [Золотова 2004: 469] с пре-зенсным началом (Лежит камень в степи] и перфективной концовкой (Так всю жизнь и прошагал - / И не сгинул, и не пропал], в которой нарушается древняя магическая закономерность.

Анализ этого стихотворения с точки зрения коммуникативных регистров дает возможность выделить три временных плана: первый - событийный, выражающий конкретную последовательность действий (репродуктивно-повествовательный регистр]; второй - фоновый, описывающий ситуацию, которая давно уже существует (информативный регистр]; третий - описывающий непосредственно наблюдаемую ситуацию (репродуктивно-описательный регистр]. Таким образом, мы можем в этом тексте отделить сказочное, вневременное от современного. Кроме того,

170

Раздел II. Современные дискурсивные практики

благодаря коммуникативному подходу мы можем выделить сюжетность как наиболее яркую особенность этого текста, поскольку в нем преобладают глаголы, выполняющие аористивную и перфективную функцию, которые придают сюжету динамичность.

Еще одна важная особенность этого текста, отличающая его от многих других стихотворений Высоцкого, заключается в том, что он написан не от 1-го лица. Но все-таки, как нам представляется, авторская точка зрения здесь выражена, хоть и косвенно. Высоцкий аллегорически высказывает ироническое, скептическое отношение к современной ему действительности, в которой не было никаких перспектив для развития. Отметим также, что в персонажах этого стихотворения, стоящих перед камнем без мечей и без коней, нет ничего героического, в отличие от былинных богатырей. Отсутствие героизма в этих персонажах также выражает авторскую иронию по отношению к действительности, показанной в стихотворении.

В стихотворении «Случай в ресторане» (1967] (В. Высоцкий) первые три строки представляют собой репродуктивно-описательный регистр, поскольку в них дано описание обстановки внутри ресторана: В ресторане по стенкам висят тут и там - /«Три медведя», «Заколотый витязь»... /За столом одиноко сидит капитан. Речь идет о событиях в прошлом, но используются глаголы в форме настоящего исторического времени, которые помогают читателю увидеть описываемую обстановку своими глазами. В четвертой строке начинается диалог лирического героя и капитана, и, таким образом, в ней представлены волюнтивный и реактивный регистры: «Разрешите» - спросил я. «Садитесь!». Императив, характерный для волюнтивного регистра, здесь используется в реактивном регистре. Это только лишний раз подтверждает наше предположение об условности границ между коммуникативными регистрами.

Во второй строфе высказывания в волюнтивном регистре принадлежат капитану, а в реактивном - его молодому собеседнику:

...Закури!» - «Извините, "Казбек" не курю...»

«Ладно, выпей, - давай-ка посуду!..

Да пока принесут... Пей, кому говорю!

Будь здоров!» - «Обязательно буду!»

В этом фрагменте в волюнтивном регистре используются в основном формы императива, но во фразе Да пока принесут употреблен глагол в форме будущего времени с союзом пока. Этой фразой капитан выражает досаду на то, что желательное для него действие не может быть выполнено быстро.

В третьей строфе фраза Ну так что же, <...> Водку пьешь ты красиво, однако относится к информативному регистру, так как выражает мнение капитана:

Е.В. Рякина

171

«Ну так что же, - сказал, захмелев, капитан, -

Водку пьешь ты красиво, однако.

А видал ты вблизи пулемет или танк?

А ходил ли ты, скажем, в атаку?

При этом вставная конструкция сказал, захмелев, капитан относится к репродуктивно-повествовательному регистру, потому что она продолжает повествование о том, что случилось в ресторане. Те вопросы, которые капитан задает лирическому герою (А видал ты вблизи пулемет или танк?/ А ходил ли ты, скажем, в атаку?), представляют собой волюн-тивный регистр.

Вся четвертая строфа актуализирует информативный регистр:

В сорок третьем под Курском я был старшиной, -

За моею спиной - такое...

Много всякого, брат, за моею спиной,

Чтоб жилось тебе, парень, спокойно!»

В пятой строфе в первых двух строках интересно сочетаются между собой репродуктивно-повествовательный и репродуктивно-описательный регистры:

Он ругался и пил, он спросил про отца,

И кричал он,уставясь на блюдо:

«Я полжизни отдал за тебя, подлеца, -

А ты жизнь прожигаешь, иуда!

Он ругался и пил - это фоновые действия, так что естественно использование глаголов в форме прошедшего времени несовершенного вида и в имперфективной функции, поэтому здесь актуализируется репродуктивно-описательный регистр. Другая часть первой строки - он спросил про отца, - это продолжение повествования, а это означает, что она представляет собой репродуктивно-повествовательный регистр. Трактовка второй строки вызывает некоторые затруднения, так как использование глаголов в форме прошедшего времени несовершенного вида естественно для репродуктивно-описательного регистра, но по смыслу фрагмент И кричал он - это не фоновое действие, а продолжение повествования, поскольку далее следует конкретная фраза, которую прокричал этот персонаж, поэтому имеет смысл говорить именно о репродуктивно-повествовательном регистре. Но деепричастный оборот уставясь на блюдо описывает фоновое действие и, таким образом, актуализирует репродуктивноописательный регистр. И в первой, и во второй строке есть две предикативные единицы, одна из которых представляет собой репродуктивно-повествовательный регистр, а другая - репродуктивно-описательный. Третья и четвертая строки актуализируют информативный регистр: «Я полжизни

172

Раздел II. Современные дискурсивные практики

отдал за тебя, подлеца, -/А ты жизнь прожигаешь, иуда! В этой реплике капитан выражает свое субъективное мнение и отношение к собеседнику.

Первая строка в шестой строфе относится к волюнтивному регистру, так как здесь капитан с помощью эллиптических конструкций (А винтовку тебе, а послать тебя в бой?!) косвенно выражает свое желание отправить своего собеседника на поле боя. Такие эллиптические конструкции свойственны разговорной речи. Вторая строка относится к репродуктивно-описательному регистру (А ты водку тут хлещешь со мною!). В выражении хлестать водку глагол хлестать [МАС 1984: 604] актуализирует значение ‘пить в большом количестве (обычно алкогольные напитки)' и имеет просторечный оттенок. Безусловно, в этом выражении капитан выражает свое неодобрительное отношение к собеседнику. Другие две строки также можно отнести к репродуктивно-описательному регистру, поскольку в них непосредственно описываются ощущения героя во время беседы с капитаном: Я сидел как в окопе под Курской дугой -/ Там, где был капитан старшиною. Глаголы, соответственно, выступают в имперфективной функции.

Строка Он все больше хмелел, я - за ним по пятам актуализирует репродуктивно-описательный регистр. Фраза Только в самом конце разговора /Я обидел его - я сказал представляет собой репродуктивно-повествовательный регистр, глаголы в форме совершенного вида выполняют перфективную функцию, и эти действия являются результатом раздражения от этого неприятного разговора. Высказывание «Капитан, / Никогда ты не будешь майором!..», с одной стороны, можно отнести к информативному регистру (в ней лирический герой высказывает предположение о будущем), а с другой стороны - к волюнтивному регистру, так как эту фразу можно рассматривать как пожелание неудачи обидчику. Таким образом, можно сделать вывод, что фраза «Капитан, / Никогда ты не будешь майором!..» сочетает в себе информатитвный и волюнтивный регистры.

В этот текст включен диалог, в котором собеседники обмениваются репликами, каждый раз направленными к конкретному адресату, поэтому четко выделяются волюнтивный и реактивный регистры. Преобладает репродуктивный регистр, причем в большей степени именно репродуктивно-повествовательный, чем репродуктивно-описательный. Все это позволяет говорить о том, что данному стихотворению в целом свойственны сюжетность и диалогичность, а диалоги в этом стихотворении вписываются в сюжет, являются его частью, а не обращением к читателю. Кроме того, наличие разговорной и просторечной лексики придает диалогу двух персонажей естественность и непринужденность. Представляется верной двоякая трактовка последней фразы, которую можно отнести и к информативному, и к волюнтивному регистру, поскольку такая интерпретация способствует более глубокому пониманию текста. Точно так же, как и в стихотворении «Лежит камень в степи», в этом тек-

Е.В. Рякина

173

сте используется открытая композиция с презенсным началом и перфективной концовкой.

Лирический герой стихотворения близок автору. Их сближает то, что ни лирический герой, ни сам Высоцкий не воевали, потому что они оба являются представителями последующих поколений, которые либо еще были детьми во время войны, либо еще даже не родились. Автор описывает довольно распространенную ситуацию, когда человек, который участвовал в войне, стремится открыто показать свое превосходство тому, кто не воевал. И здесь автор косвенно выражает следующую мысль: несмотря на то, что мы обязаны с уважением относиться к тем, кто принимал участие в войне, поведение этого пьяного солдата выглядит недостойно, ведь его военные подвиги не дают ему право унижать того, кто не был на войне.

В стихотворении «День рождения лейтенанта милиции в ресторане “Берлин”» (1965] (В. Высоцкий) показано, какое одиночество испытывает герой стихотворения в свой день рождения:

Побудьте день вы в милицейской шкуре -

Вам жизнь покажется наоборот.

Давайте выпьем за тех, кто в МУРе, -

За тех, кто в МУРе, никто не пьет.

Первая строка этой строфы является актуализацией и волюнтив-ного, и генеритивного регистров, поскольку призыв войти в положение лирического героя и посочувствовать ему адресован всем: Побудьте день вы в милицейской шкуре. Вторая строка - это генеритивный регистр, и это связано с особенностями адресата: под местоимением вам подразумеваются все читатели стихотворения (или слушатели песни]: Вам жизнь покажется наоборот. Третья строка - это и призыв к действию (волюнтив-ный регистр], и обращение, причем это и обращение героя к людям в кафе, и обращение автора ко всем читателям (генеритивный регистр]: Давайте выпьем за тех, кто в МУРе. Интересно отметить, что здесь Высоцкий обыгрывает традиционный русский тост «За тех, кто в море». Этот тост послужил названием для пьесы Бориса Лавренева «За тех, кто в море» (1945]. В основу игры слов легло фонетическое сходство словоформ море и МУРе. МУР - это аббревиатура, которая расшифровывается как «Московский уголовный розыск». И если за моряков пили всегда охотно, то к милиционерам, видимо, люди всегда испытывали некоторое недоверие. Четвертая строка За тех, кто в МУРе, никто не пьет носит обобщающий характер, а поэтому представляет собой генеритивный регистр.

Вторая строфа целиком представляет собой репродуктивно-описательный регистр, так как в ней показана наблюдаемая ситуация. С грамматической точки зрения этот фрагмент интересен тем, что в нем используются безглагольные структуры, которые выступают в имперфективной функции:

174

Раздел II. Современные дискурсивные практики

А за соседним столом - компания,

А за соседним столом - веселие, -А она на меня - ноль внимания:

Ей сосед ее шпарит Есенина.

Лирический герой выражает досаду и обиду в таких словах и выражениях, как ноль внимания, шпарит. Фразеологизм ноль внимания [МАС 1982: 507] является просторечным и особенно подчеркивает недовольство ситуацией, которое испытывает лирический герой, на которого совсем не обращает внимания симпатичная девушка. Слово шпарить здесь употреблено «...для обозначения действия, выполняемого с особой силой, страстностью, азартом и т. п...» [МАС 1984: 727]. В таком значении это слово имеет просторечный оттенок. В данном случае речь идет о чтении стихов наизусть, причем, видимо, громком и эмоциональном.

Третья и пятая строфы повторяют первую, поскольку она выполняет роль припева. В четвертой строфе первая и вторая строки актуализируют информативный регистр: Понимаю я, что в Тамаре - ум, / Что у ей - диплом и стремления. Это очевидно, поскольку это не результат непосредственного наблюдения, а умозаключение, сделанное лирическим героем стихотворения. Третья строка - это репродуктивно-повествовательный регистр: И я вылил водку в аквариум. Глагол вылил выступает в перфективной функции: это действие является следствием недовольства, которое испытывает лирический герой. Четвертая строка - это волюн-тивный регистр: Пейте, рыбы, за мой день рождения! Но все же эта фраза выражает не столько просьбу или требование, сколько досаду на то, что никто не хочет уделить внимание имениннику и выпить за его здоровье в его день рождения. В таком случае действие, которое описывается в третьей строке, выглядит как немой протест против этой ситуации.

Итак, отметим, что в припеве (первая, третья и пятая строфы] преобладает генеритивный регистр, а также используется сочетание генери-тивного и волюнтивного регистров. В припеве автор обращается ко всем читателям (слушателям], чтобы вызвать в них сочувствие к лирическому герою и ко всем работникам МУРа. В куплетах песни используются репродуктивно-описательный, репродуктивно-повествовательный, информативный и волюнтивный регистры.

В этом стихотворении «я» лирического героя близко авторскому «я». Известно, что Высоцкий, будучи талантливым актером, обладал способностью перевоплощаться в людей разных профессий. Несмотря на то что он никогда не работал милиционером, в этом стихотворении ему вполне удалось побыть в «милицейской шкуре».

Безусловно, коммуникативный подход применим к поэтическим произведениям Владимира Высоцкого, поскольку его стихотворениям свойственно сочетание сюжетности и диалогичности (причем это и диалог персонажей, и диалог автора с читателями]. Кроме того, важно отме-

Е.В. Рякина

175

тить философскую составляющую каждого стихотворения (даже если стихотворение написано не от первого лица, в нем всегда прямо или косвенно выражена авторская точка зрения]. В выбранных для анализа стихотворениях автор не выражает свое мнение напрямую, давая возможность читателю сделать выводы самостоятельно. Все это способствует разнообразию коммуникативных регистров в стихотворениях Высоцкого, и анализ этих текстов с точки зрения коммуникативных регистров ведет к более глубокому пониманию творчества поэта. Кроме того, на примере стихотворений Высоцкого можно убедиться в условности границ между коммуникативными регистрами, так как в рассмотренных нами стихотворениях есть примеры, требующие неоднозначной трактовки.

Список литературы

1. Золотова Г.А., Онипенко Н.К., Сидорова М.Ю. Коммуникативная грамматика русского языка. М., 2004.

2. Сидорова М.Ю. Коммуникативный регистр и деомонимизация форм несовершенного вида в тексте // Вестник Удмуртского университета. Сер. 5: История и филология. Вып. 1. 2009.

3. МАС - Словарь русского языка: в 4 т. 2-е изд., испр. и доп. М.: Русский язык, 1981-1984. Т. 1: А-Й. 1981; Т. 2: К-О. 1982; Т. 3: П-Р. 1983; Т. 4: С-Я. 1984.

Источники

Высоцкий В.С. Сочинения: в 2 т. М., 1991. Т. 1.

References

1. Zolotova G.A., Onipenko N.K., Sidorova M.Yu. Kommunikativnaya gram-matika russkogoyazyka [Communicative Grammar of the Russian Language]. Moscow, 2004.

2. Sidorova M.Yu. Communicative Register and Dehomonymization of Imper-fective Aspect Verbs in the Text [Kommunikativnyi registr i deomonimizatsia form nesovershennogo vida v tekste]. Vestnik Udmurtskogo universiteta. Ser. 5: Istoriya i filologiya - Bulletin of Udmurt University. Ser. 5: History and Philology, 2009, no. 1.

3. Slovar russkogo yazyka: v 4 t. [Russian Language Dictionary in 4 vol.], 2nd ed., corrected and revised. Moscow, Russkij jazyk, 1981, vol. 1; 1982, vol. 2; 1983, vol. 3; 1984, vol. 4.

Sources

Vysotsky V.S. Sochineniya. V21. [Works in 2 vol.]. Moscow, 1991, vol. 1.

176

Раздел II. Современные дискурсивные практики

E.V. Ryakina St. Petersburg, Russia

COMMUNICATIVE REGISTERS IN VLADIMIR VYSOTSKY’S POETRY

The article is aimed at analysing Vladimir Vysotsky’s poems according to

G.A. Zolotova’s communicative grammar and defining the role of communicative registers in organising the text. The analysis of the communicative registers makes it possible to reveal the speaker’s attitude to the reality, the adressee and to the statement itself, and consequently to understand the author’s conception (G.A. Zolotova points out five basic communicative registers of speech: reproductive, informative, generitive, volun-tive and reactive). The conditional character of borders between the communicative registers in the poetic text is shown. The functions of verbs are also defined. Moreover, the article touches upon the topic of the lyrical hero in Vladimir Vysotsky’s poetry and also the problem of the adressee and the adresser. The plot and the dialogues are determined as the essential features of Vysotsky’s lyrics. In the article the following poems by Vysotsky are analysed: “The Stone Lies in the Steppe”, “The Incident in the Restaurant” and “The Militiaman’s Birthday in the “Berlin” Restaurant”.

Key words: communicative register, Vysotsky, adressee, lyrical hero.

Сведения об авторе:

Рякина Екатерина Вадимовна, аспирант

Санкт-Петербургский государственный университет 199034, Россия, Санкт-Петербург, Университетская наб., 11 E-mail: catherinecaulfild@list.ru

About the author:

Ryakina Ekaterina Vadimovna, postgraduate student

Saint Petersburg State University 11 Universitetskaya nab., Saint Petersburg, 199034, Russia E-mail: catherinecaulfild@list.ru

Дата поступления статьи 30.06.2014