Особенности башкирской поэзии на рубеже ХХ-ХХІ веков

УДК 821.512.141.09

Utyaev A.F. PECULARITIES OF BASHKIR POETRY FOR THE PERIOD OF XX-XXI CENTURIES. The article is about pecularities of modern Bashkir poetry for the last twenty years during which in many works not only the ideas of revival of national consciousness, spiritual renovation but the sense of time and culture completion and the feeling of the social crisis were reflected. In the poetry of Soviet and modern period moments of the lyrical character's resemblance and difference are revealed, on the formation of which a great effect was made by the change of a esthetic, ideological and moral views of the society in 90-s of XX-th century.

Key words: modern Bashkir poetry, consciousness, poet, lyrical character, personality, history, poem.

А.Ф. Утяев, канд. филол. наук, доц. каф. башкирской литературы Стерлитамакского филиала

Башкирского гос. университета, г. Стерлитамак, E-mail: Aynurut@mail.ru

ОСОБЕННОСТИ БАШКИРСКОЙ ПОЭЗИИ НА РУБЕЖЕ ХХ-ХХ1 ВЕКОВ

В статье речь идет об особенностях современной башкирской поэзии последних двух десятилетий, в котором наряду с идеями возрождения национального самосознания, духовного обновления, во многих произведениях нашли отражение чувства завершенности времени и культуры, ощущение неизбежности социального кризиса. Выявляются моменты сходства и различия лирического героя поэзии советского периода и современного, на формирование которого большое влияние оказала смена эстетических, идеологических и нравственных взглядов общества в 90-е годы XX века.

Ключевые слова: современная башкирская поэзия, поэт, лирический герой, самосознание, личность,

история, стихотворение.

Конец ХХ - начало XXI века - переломный период в истории России, ознаменовавшийся поисками новых идеологических концепций, путей модернизации общества. В этот период наряду с идеями возрождения национального самосознания, духовного обновления, культурного подъема, во многих произведениях башкирской литературы нашли отражение чувства завершенности времени и культуры, необходимости смены ценностей, ощущение неизбежности социального кризиса.

Новое осмысление взаимоотношений личности и общества, роли индивида в истории человечества находят свое выражение в жанровой и стилевой структуре, в характере конфликтов художественных произведений, в выборе литературного героя. Эти сложные процессы наиболее глубоко отражены в поэзии, в силу ее жанровых возможностей изображать жизнь в ее динамичном проявлении, ярко и образно, в сложных взаимосвязях человека с окружающим миром [1].

Каждый истинный поэт в своем творчестве отражает не только личное восприятие мира, но также мысли и мироощущения своих современников, важные события в жизни страны, он становится «эхом народа». Все мысли поэтов о своем времени, о соотечественниках, о насущных проблемах века отражаются в стихотворениях сквозь призму сознания лирического героя [2]. Как и прежде, в башкирской поэзии 90-х годов лирический герой пытается понять суть нового времени, найти истинные ценности жизни, но этот процесс приобретает более глубокий, иногда болезненный, порой трагический характер. Современный исследователь отмечает: «В эпоху огромной социальной и эмоциональной напряженности личность поэта проходит через большие испытания. <...> В современных условиях личность поэта раскрывается в еще более глубоких связях со временем» [3, с. 33].

Стремление сохранить национально-этнические особенности своего народа усилило интерес литературы к национальным истокам. Эстетические концепции, возникшие в конце 1980-х -начала 90-х годов на основе активизации этнического самосознания, постепенно переросли в понимание общности проблем выживания этносов в условиях всеобщей глобализации. Темы патриотизма, свободы личности в этот период обретают новые смыслы. Лирический герой теперь предстает не как рядовой солдат коммунистической партии, не как часть общей массы, а истинный ценитель родной земли, малой родины. Он ищет связи с историей и культурой своего народа. Родной язык для него

- часть духовности, владение им - мерило совести. Некогда игнорируемые коммунистической идеологией темы любви и уважения к родному языку, восхищения им снова нашли достойное место в башкирской поэзии в 90-е годы. Изменилось отношение лирического героя к своей национальности, своему народу. Поэзия мыслится в этот период как способ укрепления единомыслия, как проповедь идей единства. Публицистическая мысль наполняет собой большинство произведений этого периода.

Лирический герой выступает за консолидацию башкирского народа. Будущее видится только в единстве с родной землей и народом. Во многих стихотворных текстах лирический герой как настоящий гражданин своего народа осуждает тех, кто бросил родину и уехал в далекие края за богатством, утратил дух, забыл родной язык и традиции предков.

За последние несколько десятилетий изменилось отношение к многим понятиям. Анализируя духовные искания лирических героев поэзии советской и постсоветской эпох, можно увидеть изменение отношения современного лирического героя к прежним идеалам. Широко известные поэтические символы претерпели эволюцию. Например, в башкирской поэзии (особенно в советский период) принято воспринимать Россию через образ матери. Наглядным примером могут служить широко известные стихотворения М. Карима, А. Игебаева, К. Даяна и др. Образы России, Москвы почти всегда были символами светлого будущего, воплощения добра, величия (стихотворения М. Гафу-ри, Р. Нигмати, Г. Саляма и т.д.). Надо отметить, что эти литературные образы отражают реальное содержание народных настроений того времени. В постсоветскую эпоху те же образы приобретают новые оттенки, отношение лирического героя к ним часто противоположное. Как пишет профессор Р.Б. Бикбаев, «они написаны в 80-90-е годы и несут на себе печать нашего времени» [3, с. 35].

Испокон веков взгляды, мысли, чаяния людей, философия общества отражались в мифах, легендах, а позже - в произведениях писателей и поэтов своей эпохи. В современной башкирской поэзии можно выделить две модели отношения лирического героя к миру. В первой модели лирический герой воспринимает мир, реальность, окружающую среду, природу гармонично. Он понимает язык природы, чувствует себя ее частью, сливается с ней воедино. Во второй модели отношений виден явный разрыв лирического героя с миром, человечеством, мирозданием. Лирического героя характеризуют такие качества, как одиночество, горечь утраты связи с миром, бессмысленность бытия.

Первый тип лирического героя - это продолжение гуманистических традиций башкирской поэзии от древних времен до наших дней, включая творчество таких поэтов, как Р. Нигмати, М. Карим, Н. Наджми, Р Гарипов и др. Это же направление, как основное, продолжают и современные башкирские поэты. Например, в стихотворении «Я вечен» РБикбаева с первых строк ощущается широта, масштабность мышления лирического героя. Он ставит человека наравне с понятиями Время, Пространство, Вечность. В данном стихотворении лирический герой не потерянный, жалкий, одинокий человек в мире, он четко знает свое место в жизни. Здесь лирический герой сам - микрокосмос. Образы Времени и Пространства в произведении Р. Бикба-ева - это способ выражения души и отражения мироощущения лирического героя.

В стихотворении «Пещера Шульген» К. Аралбаева лирический герой возвращается в священное место своих предков. Для него эта пещера не только девственный уголок природы, но и место воссоединения с прошлым, с духами предков. Он обретает здесь гармонию с жизнью природы, силу, мощь, свет души. Лирический герой тонко чувствует единство с природой, с историей народа. Поэтому он находит здесь исцеление, счастье.

Стихотворения первого типа в современной башкирской поэзии представлены достаточно широко. Их лирический герой существует в согласии с законами бытия, мироздания, воспринимает объективную действительность во всем многообразии. Он занимает активную жизненную позицию, находит понимание у окружающих, чувствует связь с народом. Природа для него -высший идеал, к гармонии с которой он всецело стремится, где естественно разрешаются все мучительные противоречия бытия и душа обретает причастность к вечности.

Лирическим героем второго типа мир воспринимается как хаос, арена борьбы противостоящих сил. Особенности такого лирического героя, ясно видны, например, в стихотворении Т. Юсупова, где современный бездушный мир сравнивается с источником холода - холодильником. Здесь человек одинок и замерзает от холода и безразличия, не находит себе места для спасения. И на улице, и в его комнате та же атмосфера. Описанные в стихотворении звуки ветра, похожие на вой собак, усиливают это тягостное настроение. Огонь, пламя, обычно символизирующие тепло, жизнь, в данном стихотворении предстают как «пламя бурана», «костер бурана». Лирический герой воспринимает действительность как силы, несущие зло. Его вывод однозначен: «Этот мир, наверное, / Большой холодильник.». Холод не является отражением объективной действительности, это лишь выражение комплекса ощущений, эмоций, впечатлений субъекта сознания, мироощущение лирического героя.

В стихотворении Ф. Тугузбаевой мир разделен на внешний и внутренний мир. Внутренний мир представлен в образе дома, домашнего очага, где лирический герой чувствует себя защищенным от внешнего, жестокого мира. Дом - это своеобразная крепость лирического героя, там он может скрыться, найти душевное спокойствие от суеты, от развратности внешнего мира.

Вторая модель отношения лирического героя с миром возникла сравнительно недавно, на рубеже нового тысячелетия. Корни его надо искать в изменении философских и общественных взглядов современного человека. Развал СССР, резкое изменение идеологии, политического режима в конце XX века повлияло на сознание, мышление, мировоззрение людей. Демократию, свободу мысли и слова многие восприняли как вседозволенность. Люди утратили свои идеалы, свои основы жизни, а новые не успели приобрести. Человек не был готов к катаклизмам истории. В условиях крушения прежних коммунистических идеалов он утратил ориентиры и потерялся во времени. В образе лирического героя второго типа мы видим заблуждения, духовные поиски людей, последствия общественно-политических событий 90-х годов.

Исчезновение единых устоев жизни, единых морально-этических ценностей привело к нравственной деградации общества и утрате духовности. В литературе становится актуальным повествование не только об экологии природы, но и о состоянии духовной экологии общества [4]. Лирический герой башкирской поэзии как носитель нравственных качеств, выступает в роли своеобразного маяка и народного путеводителя, является примером для подражания. Башкирская поэзия, изначально выполняющая воспитательную и поучительную функцию, и в этот период не отказывается от своей священной миссии.

Темы поэта и поэзии, назначения искусства, призвания поэта являлись центральными темами поэзии всех времен. Они особенно стали актуальны в наше время, когда литература начала утрачивать свою роль в современном мире, когда остро встала проблема исчезновения традиционных форм духовной культуры и искусства. Вопросы о роли поэта в обществе, его отношения с народом, назначении поэзии всегда волновали поэтов, в том числе и башкирских авторов: М. Гафури «Я и народ», «Я где?», Б. Бикбай «Моя слава», М. Карим «В дороге - ноги. В песне - думы», «Обещаний не давай», Р. Гарипов «Нет, не променяю я совесть на славу.» и т.д. Эта тема пронизывает и творчество современных поэтов, для которых судьба родины и народа - их судьба. Стихотворение Р. Бикбаева «Когда Уфой мильоноглазой бродит ветер.» - пример решения в ином ключе традиционного романтического конфликта поэта-пророка

и толпы в современной башкирской поэзии. Лирический герой данного стихотворения - Поэт, бродящий по улице:

Опять уснуть не могут лишь поэты,

Опять не спят лишь уличные псы.

Он вовсе не пророк, а вполне реальный человек, сравнивающий себя с уличным псом. Поэту не дают покоя раздумья, вопросы, на которые он не может найти ответ. Строки «И у тебя вся жизнь полна сомнений?», «И у тебя раздвоены все дни?» характеризуют душевное состояние героя, ощущение потерянности и одиночества. Он беспокоится за судьбу родины, все его мысли полны тревогами и заботами о народе:

Когда в стране подобное творится,

Уснуть ли на перине пуховой?

В лирическом герое мы видим образ обыкновенного человека, имеющий конкретные черты. Время и пространство, в котором он находится, тоже конкретизировано, приближено к действительности. Несмотря на то, что между лирическим героем и остальными людьми есть некоторая преграда и недопонимание, в данном случае образ поэта является носителем высоких народных истин и идей.

В современной башкирской поэзии бескомпромиссно осуждается утрата людьми своего нравственного достоинства, совести и гуманности. Для лирического героя современной башкирской поэзии первостепенными являются не богатство и не высокое социальное положение в обществе, а нравственные и моральные качества, по-прежнему его идеалом остается духовно богатый, воспитанный, интеллектуально развитый человек. Примечательно стихотворение Ю. Ильясовой, в котором используется известный мотив произведения Ш. Бабича. В стихотворении «Для кого?» Ш. Бабича лирический герой просит прощения у луны за свой проступок. В ответ он получает ее одобрение и призыв сеять народу свет и добро. Автор рифмует слово высокого поэтического стиля «нурланым» (осветил) со словом просторечным, бытовым «урланым» (украл). Этим создается резкая контрастность, что помогает лучше увидеть чаяния лирического героя. В стихотворении Ю. Ильясовой лирический герой выступает в роли наблюдателя. Его удивляют и возмущают жестокие нравы современного человека, способного без всякого угрызения совести не только украсть, но и спрятать луну у себя дома, а потом насмехаться над теми, кто остался ночью без света.

Лирический герой настоящего времени - это человек, по-прежнему тонко чувствующий дух времени, остро реагирующий на насущные проблемы современности. Противоречия современного мира лирический герой пропускает через себя и стремится постичь суть всех событий. Он чувствует себя ответственным не за то, что происходит со всем мирозданием в целом, а за небольшой круг окружающих его людей, за круг своих близких. Это не какая-нибудь отвлеченная ответственность, которой были богаты многие произведения советской поэзии, а вполне конкретная, действительная, вызывающая доверие читателя. Например, лирический герой стихотворения Т. Карамышевой «Изменение» чувствует себя частицей огромного мира. Он хорошо понимает, что изменить весь мир, избавить всех людей от пороков, грехов у него не получится. У лирического героя есть возможность измениться только самому и тем самым улучшить хотя бы малую часть огромного мира. Его поступок не подстра-ивание под изменчивый мир и приспособление к нему или эгоизм, а стремление изменить через себя окружающих людей.

Таким образом, лирический герой современной башкирской поэзии, сохраняя традиционные, приобретает и новые черты. Резкое изменение всех норм общественной жизни, завершение советской эпохи, процесс становления новой постсоветской России наложили своеобразный отпечаток на его мироощущение [5]. Современный лирический герой стремится постичь суть событий, понять смысл современной жизни и бытия, ищет утерянные когда-то идеалы, находится в активном поиске ориентиров движения в будущее. У него, в отличие от советского, осмысленный, кровно заинтересованный взгляд на такие понятия, как родной народ, родной язык, малая родина, семья.

Нужно отметить также, что современная башкирская поэзия, в отличие от прежней, советской поэзии, которая преимущественно была основана на одностороннем конфликте («добра» и «зла», «белого» и «черного», «наших» и «не наших») и имела однобокий характер решения, стала более сложной, многогранной по содержанию, так как в современном обществе отношение ко многим явлениям жизни приобретает неустойчивый, сложный, диалектический, порой неясный характер.

Библиографический список

1. Эсалнек, А.Я. Основы литературоведения. Анализ художественного произведения: практикум. - М., 2003.

2. Корман, Б.О. Избранные труды. Теория литературы / ред.-сост. Е.А. Подшивалова, Н.А. Ремизова, Д.И. Черашняя, В.И. Чулков. -Ижевск, 2006.

3. Бикбаев, РТ. Тенденции развития современной башкирской поэзии // Вестник Академии наук РБ. - 2002. - № 4. - Т. 7.

4. Хусаинов, Г.Б. Башкирское стихосложение. Поэтический словарь. - Уфа, 2003.

5. Киреева, Л.Р Современная башкирская поэма: вопросы жанровый структуры: Монография. - Уфа, 2006.

Bibliography

1. Ehsalnek, A.Ya. Osnovih literaturovedeniya. Analiz khudozhestvennogo proizvedeniya: praktikum. - M., 2003.

2. Korman, B.O. Izbrannihe trudih. Teoriya literaturih / red.-sost. E.A. Podshivalova, N.A. Remizova, D.I. Cherashnyaya, V.I. Chulkov. - Izhevsk, 2006.

3. Bikbaev, R.T. Tendencii razvitiya sovremennoyj bashkirskoyj poehzii // Vestnik Akademii nauk RB. - 2002. - № 4. - T. 7.

4. Khusainov, G.B. Bashkirskoe stikhoslozhenie. Poehticheskiyj slovarj. - Ufa, 2003.

5. Kireeva, L.R. Sovremennaya bashkirskaya poehma: voprosih zhanrovihyj strukturih: Monografiya. - Ufa, 2006.

Статья поступила в редакцию 11.11.13

УДК 81:42

Vasilishina E.N. SUBJECTIVE ASPECTS OF PERCEPTION ART DISCURSE. In this article the communicative and pragmatical approach to an art discourse which assumes obligatory aiming of a discourse at the addressee / recipient is staticized, without which his (discourse) consideration would be considered incomplete and not taken place.

Key words: art discourse, text, decoding, pragmatical influence.

Е.Н. Василишина, ст. преп. каф. русского языка Карагандинской академии МВД Республики им. Б. Бейсенова, г. Караганда, аспирант каф. общей лингвистики, лингвокультурологии и переводоведения Института филологии и межкультурной коммуникации Казанского федерального университета, г. Казань, E-mail: helen-vasilishin@mail.ru

СУБЪЕКТИВНЫЕ АСПЕКТЫ ВОСПРИЯТИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ДИСКУРСА

В данной статье актуализируется коммуникативно-прагматический подход к художественному дискурсу, который предполагает обязательную нацеленность дискурса на адресата / реципиента, без которого его (дискурса) рассмотрение считалось бы неполным и не состоявшимся.

Ключевые слова: художественный дискурс, текст, декодирование, прагматическое воздействие.

Феномен художественного дискурса актуализируется в последние десятилетия по причине установленной конгруэнтности между художественным текстом и речевым актом. По мнению Н.Д. Арутюновой, «литературной коммуникации, так же, как и повседневному человеческому общению, присущи такие прагматические параметры, как автор речи, его коммуникативная установка, адресат и связанный с ним перлокутивный акт (эстетическое воздействие)» [1, с. 365]. Художественный дискурс манифестируется в качестве субстрата адекватных интерпретаций его текста, аналогично языку, который представляет собой конгломерат речевых актов. Однако интерпретации могут быть и неадекватными произведению. Одна из точек зрения на предмет порождения смысла текста, как внешней формы его существования, принадлежит В. Тюпа, который считает, что в тексте не прочитывается субъективная позиция, мнение продуцента на предмет репрезентации в тексте. Автор как бы «вслушивается» в речь повествователя, таким образом, обладая «даром непрямого говорения» [2, с. 289]. Нельзя не согласиться с И.С. Кара-булатовой, что «занимаясь анализом социальных структур, проблемами эволюции культурных традиций, необходимо принимать во внимание принципы функционирования человеческого мышления. Специфика общения при использовании конкретного национального языка определяется спецификой образов и представлений, а также спецификой построения речевой цепи по грамматическим правилам этого языка» [3, с. 10] При этом то эстетическое впечатление, которое получает реципиент от прочитанного текста, есть не просто полученное сообщение, а некая ментальная операция, которая выступает «проводником» в целях качественной реконструкции и трансформации собственной жизни по заданной художественным текстом траектории.

Текст представляет собой внутреннее сопряжение гетерогенных сущностей - семиотический продукт автора и внутренний мир реципиента. Необходимо констатировать, что текст -продуцент смысла, «оживающий» только в момент соприкосновения с внутренним миром реципиента. Художественный текст

предстает уже не языком, а «семиотическим пространством, в котором взаимодействуют, интерферируются и иерархически самоорганизуются языки» [4, с. 7-8].

С целью перехода коммуникативной ситуации в коммуникативное событие реципиенту текста необходимо войти в интерсубъективное пространство общения. Рецептивную функцию актуализации смысла осуществляет адресат, который оказывает активное воздействие на высказывание. Художественный текст требует от субъекта рецепции полного погружения в семантикосемиотическое пространство текста таким образом, чтобы «я -субъекта повествователя» было идентично «я - реципиента». При этом данная идентификация должна пониматься как полное наложение, слияние двух указанных выше фигур.

Текст литературного произведения, представляющий собой художественный дискурс, актуализирует единство коммуникативного события между эстетическим объектом и эстетическим адресатом. Конституируемая искусством тройственная конвергенция состоит в нераздельности субъекта, объекта и адресата. При этом всякий текст маркирован адресованнос-тью - наделение рецептивной функцией воспринимающего субъекта (читателя).

Необходимо отметить, что текст как репрезентация внешней оболочки литературного дискурса связан с его прагматической направленностью, так как любое речевое произведение ориентировано на адресата. Текст манифестируется как совокупность системно выстроенных речевых знаков в их последовательности, реализующая сопряженную модель коммуникативных деятельностей адресанта и адресата сообщаемого, - объект

- внутренняя динамика и организация, которые детерминированы его смысловой открытостью в процессе коммуникации [5]. Субъектное восприятие художественного дискурса предполагает анализ собственно языковой ткани текста и реконструирование смыслосодержания текста. В то же время «актуальность современных исследований текста и дискурса не снимает остроты и полемичности в решении вопроса их научной идентифи-