Жанр самопредъявления в речи политических лидеров (на материале выпусков программы «Время выбора»)

УДК 808.5 ББК 83.7

А.Р. Гизатуллина

жанр самопредъявления в речи политических лидеров

В статье характеризуется самопредъявление как жанр политической коммуникации, актуализирующийся в периоды предвыборных кампаний. Определяется структура самопредъявления, описываются речевые средства воздействия (стратегии и тактики, риторические приемы) на сознание избирателей в этом жанре на материале выпусков программы «Время выбора», выходившей в рамках избирательной кампании президента Республики Татарстан 2015 года.

Ключевые слова: самопредъявление, жанр, стратегия, тактика, риторические приемы.

A.R.Gizatullina

self-presentation as a genre in political leaders' speech

The self-presentation as a genre of political communication which actualizes during an election campaign is characterized. Using material from the «Vremya Vybora» («Election Time») programmes which were broadcast during the Republic of Tatarstan's 2015 presidential election campaign, the structure of the genre is defined and the speech strategies, tactics and rhetorical devices in this genre, which impact voters' minds, are described.

Key words, self-presentation, genre, strategies, tactics, rhetorical devices.

Изучению самопредъявления (синонимичные термины - самопредставление, самопрезентация) пристальное внимание уделяется психологами - зарубежными и российскими [4; 10; 11; 13 и др.], в последние годы - лингвистами, исследователями в области политической коммуникации [1; 5; 6; 7; 8 и др.].

Самопредъявление является частью понятия «самовыражение» [13, с. 38] и определяется И.П. Шкуратовой «как совокупность всех действий человека с целью создания определенного образа в глазах аудитории, в качестве которой может выступать как отдельный человек, так и группа людей» [13, с. 8].

В соответствии с теорией речевых жанров М.М. Бахтина мы рассматриваем самопредъявление как вторичный речевой жанр (в данной концепции речевые жанры - это «относительно устойчивые тематические, композиционные и сти-

листические типы высказываний» [2, с. 241-242]).

Самопредъявление как жанр используется в разных речевых ситуациях (знакомство, реклама товара или услуги, публичное выступление и т.д.). В политической сфере коммуникации его актуальность особенно возрастает в периоды избирательных кампаний, когда лидеры, представители различных партий и движений в процессе работы над имиджем (формируя, корректируя его) обращаются к самопредъявлению в ходе предвыборной борьбы.

На наш взгляд, в рамках жанра самопредъявления в политических кампаниях на первый план выходят две функции: 1) идентификационная (с помощью этой функции выражается принадлежность политика к определенным социальным группам) и 2) преобразовательная (самовыражение личности вызывает изме-

<

нения во взглядах людей, которые стали получателями информации) [13, с. 3940]. Важнейшей целью политической коммуникации в период избирательных кампаний является преобразование существующей в сознании избирателей политической картины мира, что достигается за счет использования определенных стратегий и тактик, риторических приемов, паралингвистических факторов и др.

Речевой жанр самопредъявления в рамках политической коммуникации можем определить как совокупность речевых действий человека с целью создания определенного образа политика в глазах аудитории (как личности и как представителя,, выразителя тех или иных политических взглядов) и влияния на существующую в сознании избирателя политическую картину мира.

В данном исследовании нами поставлена цель описания жанра политического самопредъявления на материале программы «Время выбора», выходившей в рамках предвыборной кампании президента Республики Татарстан с 28.08.2015 по 11.09.2015.

Для этого решаются следующие задачи:

1) определить структуру жанра;

2) выявить комплекс вербальных (речевых) средств - стратегий, тактик, риторических приемов, - к которым обращаются политики для влияния на сознание избирателей в пределах данного жанра.

Кандидатами в президенты республики было выдвинуто четыре человека: Р. Минниханов от партии «Единая Россия» (далее - К1), Р. Бильгильдее-ва от партии «Справедливая Россия» (далее - К2), Р. Юсупов от ЛДПР (далее - К3), Х. Миргалимов от КПРФ (далее - К4). Нами проанализированы самопредъявления, прозвучавшие на русском языке; длительность каждого выступления составляла три минуты.

Стратегия самопредъявления представляет собой совокупность речевых действий личности, направленных на создание определенного образа в глазах окружающих, тогда как тактика - это прием, с помощью которого реализуется стратегия (ср. [13, с. 13]).

Для анализа стратегий и тактик самопредъявления мы прибегаем к классификации А. Шутц, приведенной в [13, с. 59-60], которая выделяет четыре стратегии (и соответствующие им тактики): 1. Позитивное самопредъявление (предполагает активные, но не агрессивные действия по созданию положительного впечатления о себе). 2. Наступательное самопредъявление (содержит активные агрессивные действия по созданию собственного положительного образа). 3. Предохранительное самопредъявление (цель - не выглядеть плохо). 4. Оборонительное самопредъявление (осуществляется нейтрализация навязанного негативного образа).

В ходе анализа было выявлено, что действующий президент Республики Татарстан - К1 - обращается к стратегии «позитивное самопредъявление»: он создает положительное впечатление о себе через самопродвижение, служение примером.

Структурно самопредъявление К1 можно разбить на следующие составляющие: 1. Ссылка на авторитеты. 2. Самопрезентация (представление себя) через «общие» достижения. 3. Постановка целей через общие стремления. 4. Призыв в форме выражения надежды на поддержку.

Данный кандидат обращается к следующим тактикам (здесь и далее более подробно о выделенных тактиках см. в [3, с. 78-80]): а) «греться в лучах чужой славы»; б) ассоциирование себя с важными и позитивными событиями; в) усиление значимости и важности тех событий, в которых участвовал кандидат; г) демонстрация идентификации с аудиторией; д) демонстрация влиятельности: «Я надеюсь на вашу поддержку» и др. Стоит отметить, что К1, будучи на момент выборов первым лицом республики, по должности находился в доминантной позиции по отношению к другим участникам избирательной гонки, что, в частности, позволило ему, ввиду его статуса, использовать местоимение «мы» 13 раз (5,2% от общего количества словоупотреблений), и местоимение «я» - лишь дважды (0,8% словоупотреблений); оставаться «в тени»

и при этом быть узнанным. Эту тактику также можно отнести к демонстрации влиятельности.

Как и К1, кандидаты К2 и К3 обращаются к стратегии «позитивное самопредъявление». Обращает на себя внимание тот факт, что оба кандидата позиционируют себя как личности (в выступлении К2 содержится 7,5% употреблений местоимения «я» от общего количества словоупотреблений, в речи К3 - 6,5% употреблений), что, вероятно, обусловлено их недоминантной позицией и необходимостью представить себя избирателям как самостоятельных представителей политической элиты.

В данных самопредъявлениях используются сходные структурирующие элементы.

1) К2: 1. Самопрезентация имени через достижения. 2. Призыв. 3. Самопрезентация через интимизацию. 4. Постановка целей через общие ценности. 5. Призыв. 6. Самопрезентация имени;

2) К3: 1. Самопрезентация через ин-тимизацию. 2. Самопрезентация через достижения. 3. Самопрезентация через идентификацию с аудиторией. 4. Характеристика целей через общие ценности. 5. Призыв к поддержке. Лозунг-девиз («Руслан Юсупов. ЛДПР. Работа во благо людей!»).

В рамках избранной стратегии кандидаты применяют следующие тактики:

а) ассоциирование себя с важными и позитивными событиями; б) усиление значимости и важности тех событий, в которых участвовал кандидат; в) демонстрация идентификации с аудиторией; г) демонстрация влиятельности: «как кандидат на должность президента республики я могу говорить не просто о проблемах, а готова показать, как их можно решить» (К2); д) дополнительно можем выделить тактику интимизации повествования: «Главное - каждый день делать доброе дело, помогать людям. Даже в мелочах. Я стараюсь жить, следуя этому принципу» (К3), «Знаю, что порой меня называют идеалисткой. Что ж, я такая» (К2).

В самопредъявлении К2 помимо перечисленных используется тактика «подрыва оппозиции» (стратегия наступа-

тельного самопредъявления) - сообщается негативная информация о политическом сопернике, чтобы лучше выглядеть на этом фоне: «Много делается в стране и в республике, но за этими грандиозными проектами очень часто остаются нерешенными проблемы конкретной семьи и конкретного человека».

Стратегию «наступательное самопредъявление» полноценно использует К4 - он создает свой положительный образ, дискредитируя в глазах избирателя оппонента (в данном случае: официальную власть - К1 и правительство). В соответствии с традицией (возможно, ввиду привычки к коллективному моделированию) он позиционирует себя как представитель партии (2,46% употреблений местоимений «мы», «наш», что в два раза больше употреблений местоимений «я», «мой»).

В выступленияхК4 (впрограмме «Время выбора» прозвучало три самопредъявления этого кандидата на русском языке) можно выделить следующую общую структуру: 1. Обращение; 2. Самопрезентация через: занимаемую должность (выступление 1) / отношение к партии (выступление 2) / формулировку целей (выступление 3); 3. Критика действующей власти; 4. Призывы к голосованию (выступление 2); 5. Противопоставление слов и дел (выступления 2, 3); 6. Позитивная самопрезентация деятельности партии через дискредитацию противника; 7. Презентация программы партии; 8. Призывы к голосованию за партию.

В рамках избранной стратегии реализуются следующие тактики: а) подрыв оппозиции; б) критическая установка в оценке явлений действительности (создает впечатление компетентности говорящего): «Да, видим, власть много делает. Это отрадно, но это - обязанность власти»; в) демонстрация идентификации с аудиторией с параллельным «подрывом оппозиции»: «Наша партия - это партия народа, партия трудящихся (не олигархов), которые живут на одну пенсию и зарплату».

Также К4, закрепляя эффект, обращается к тактике ассоциирования себя с важными и положительными события-

са

ц

х £

ьг к

° 2

« Ф

н

т

ф

ей О. К С

1 § «б ¡3

Ф ф

2 а.

ГО Ф

о ¡5 £ = £ £

<

ми (стратегия позитивного самопредъявления): «Наши методы позволят уменьшить вот эту степень коррупции».

Исследователи, анализируя избирательную кампанию 1996 г., отмечают, что «речь должна быть естественной; повторы приемов <...> - не минус, а плюс» [9, с. 277]. Анализ риторических приемов в самопредъявлениях показал, что кандидаты активно обращаются к фигурам прибавления (реализуются в повторах на разных языковых уровнях):

а) неупорядоченный лексический повтор - «проблемы конкретной семьи и конкретного человека» (К2);

б) упорядоченный повтор (анафора, эпифора, стык) на лексическом, синтаксическом уровнях - «контроль со стороны компетентных органов, налоговиков, контроль, который обоснован в аргументах и фактах.» (К4), «Я заинтересован в развитии и процветании Татарстана. Я понимаю, что должность президента - это огромная ответственность. <...> Я готов поставить новые цели.» (К3), «Мы говорим: богатые, сверхбогатые должны платить налог <...>. Мы говорим: дети должны быть полностью обеспеченными государственными детскими садиками» (К4), «Мы формируем средний класс. Вообще основа любого государства - средний класс» (К1), «За кого отдать свой голос - ваш выбор, выбор вашего сердца» (К2).

Большее разнообразие средств выразительности обнаружено в самопредъявлениях К4. Это связано с избранной им стратегией наступательного самопредъявления, реализующейся за счет дискредитации противника. Как отмечал Б. Шнайдер, «за 30 секунд эфирного времени значительно легче настроить людей против своего оппонента, чем рассказать о своих достоинствах и создать благоприятное мнение о себе» [цит. по 9, с. 119].

В его выступлениях активно используются:

а) грамматические тропы - риторические вопросы, восклицания: «А безработица? В районных центрах, деревнях, селах и в городе!», «Почему так? Почему, если кто-то возьмет мешок цемен-

та, два с половиной года обеспечено?»;

б) фигуры мысли - антитеза. Применение антитезы в большинстве случаев связано с резкой дифференциацией «своих» и «чужих» (которую А.П. Чудинов выделяет в качестве одного из признаков тоталитарного сознания [12, с. 13]), унаследованной КПРФ как преемницей КПСС. Как правило, это коннотативные высказывания (в том числе стереотипные): «Справедливость, то, что в одном полюсе богатые, сверхбогатые, в другом полюсе - бедные, сверхбедные, и которые живут на одну зарплату, пенсию, стипендию»; «С одной пенсии даем зарплату, с другой уже забираем»; «.голосуйте за единственную политическую партию КПРФ, которая борется за завоевание политической власти в стране верным законодательным путем. Остальные партии - за ремонт этой системы, которая уже обанкротилась»; «капиталистическая система» -«партия народа», «партия трудящихся»; «олигархи» - «рабочие», «крестьяне» и др.

Проанализированные самопредъявления ориентированы на разговорность, диалогичность речи. При этом выступления К2 и К3 более естественно и убедительно звучат за счет использования тактики интимизации повествования, самопредъявления К1 и К4 - за счет наличия элементов импровизации.

Анализ структуры рассмотренных самопредъявлений показал, что она может варьироваться, при этом в ней обязательно содержатся следующие компоненты: 1. Самопрезентация (через называние имени, достижений; интимизацию, идентификацию с аудиторией; дискредитацию противника); 2. Постановка целей (через общие стремления / ценности); 3. Призыв.

Все кандидаты обращаются к активным положительным стратегиям самопредъявления: К1, К2 и К3 - к неагрессивной; в речи К4 преобладают тактики активной агрессивной стратегии, что позволяет ему использовать более широкий арсенал приемов.

В данной работе намечены возможные направления исследований; для дальнейшего описания и более глубокого анализа самопредъявления как жанра

политической коммуникации, воздей- зуемых в самопредъявлении, предполага-ствующего потенциала приемов, исполь- ется пополнение изучаемой базы.

Библиографический список

1. Атьман, О.В. Вербализация стратегии самопрезентации в президентских предвыборных теледебатах как агональном жанре политического дискурса США [Текст] / О.В. Атьман // Политическая лингвистика. - № 1 (35). - 2011. - С. 96-102.

2. Бахтин, М.М. Проблема речевых жанров [Текст] / М.М. Бахтин // Эстетика словесного творчества. - М.: Искусство, 1979. - С. 237-280.

3. Гизатуллина, А.Р. Стратегии и тактики в речи политических лидеров (на материале самопредъявлений в программе «Время выбора») [Текст] / А.Р. Гизатуллина // И.А. Бодуэн де Куртенэ и мировая лингвистика: междунар. конф.: V Бодуэновские чтения. - Казань: Изд-во Казанского ун-та, 2015. - Т. 2. - С. 78-80.

4. Гофман, И. Представление себя другим в повседневной жизни [Текст] / И. Гофман. - М.: КАНОН-пресс-Ц, 2000. - 304 с.

5. Дотдаева, Ф.И. Самопрезентация президентов США (на материале американского президентского дискурса) [Текст] / Ф.И. Дотдаева // Политическая лингвистика. - № 4(38). -2011.- С. 87-96.

6. Заикина, Ю.А. Речевые средства реализации стратегии самопрезентации в современных политических текстах [Текст] / Ю.А. Заикина // Вестник ВолГу. - Сер. 9. - Вып. 9. - 2011. - С. 10-12.

7. Зелянская Н.Л. Речевая самопрезентация политика в контексте изменяющихся стратегий социальной коммуникации (графосемантическое моделирование образа мира Б. Немцова) [Текст] / Н.Л. Зелянская // Политическая лингвистика. - № 2 (44). - 2013. - С. 92-100.

8. Лимарова, Е.В. Лингвопрагматический анализ феномена вербального самопредъявления в диалогическом дискурсе [Текст]: дис. ... канд. филол. наук / Е.В. Лимарова. - М., 2010. - 176 с.

9. Лисовский, С.Ф. Избирательные технологии: история, теория, практика [Текст] / С.Ф. Лисовский, В.А. Евстафьев. - М.: РАУ - Университет. - 318 с.

10. Михайлова, Е.В. Обучение самопрезентации [Текст]: учеб. пособие / Е.В. Михайлова. - М.: Издат. дом ГУ ВШЭ, 2007. - 167 с.

11. Соколова-Бауш, Е.А. Самопрезентация как фактор формирования впечатления о коммуникаторе и реципиенте [Текст] / Е.А. Соколова-Бауш / / Мир психологии. - 1999. - № 3(19). -С.132-139.

12. Чудинов, А.П. Политическая лингвистика [Текст]: учеб. пособие / А.П. Чудинов. - М.: Флинта: Наука, 2012. - 256 с.

13. Шкуратова, И.П. Самопредъявление личности в общении [Текст]: монография / И.П. Шку-ратова. - Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2009. - 192 с.

Referencеs

1. Atman O.V. Verbalisation strategies of self-presentation in the presidential election television debates as an agonal genre of political discourse in the USA. Politicheskayalingvistika. № 1 (35). 2011. P. 96-102. [in Russian]

2. Bakhtin M.M. The problem of speech genres. Estetika slovesnogo tvorchestva. M.: Iskusstvo, 1979. P. 237280. [in Russian]

3. Gizatullina A.R. Strategies and tactics in the speech of political leaders (based on the self-presentations in the «Vremya Vybora» programmes). I.A.Boduen de Kurtene i mirovaya lingvistika: mezhdunar. konf.: V Boduenovskie chteniya. Kazan': Izd-vo Kazan. un-ta, 2015. T.2. P. 78-80. [in Russian]

4. Gofman I. Representing yourself to others in everyday life. M.: KANON-press-Ts, 2000. P. 304. [in Russian]

5. Dotdaeva F.I. The self-presentation of the presidents of the USA (based on the American presidential discourse). Politicheskaya lingvistika. № 4 (38). 2011. P. 87-96. [in Russian]

6. Zaikina Yu.A. The verbal means of realizing a self-presentation strategy in current political texts. Vest-nik VolGu. Seriya 9. Vyp. 9. 2011. P. 10-12. [in Russian]

ш

s

x S

Si К ° S ^ Ф

! i

T

Ф £

Сй Q. К C

i S

¡3

si

Ф <D

S a.

ГО Ф

о & £ £

7. Zelyanskaya N.L. The verbal self-presentation of a politician in the context of changing strategies of social communication (graph-semantic modeling of the B. Nemtsov's world). Politicheskaya lingvistika. № 2 (44). 2013. P. 92-100. [in Russian].

8. Limarova E.V. A linguistic and pragmatic analysis of the phenomenon of verbal self-presentation in a dialogical discourse. Dis. ... cand. of sciences (Philology). M., 2010. P. 176. [in Russian].

9. Lisovskiy S.F., Evstafiev V.A. Electoral technology: history, theory, practice. M.: RAU - Universitet. P. 318. [in Russian].

10. Mikhaylova E.V. Self-presentation training. M.: Izd. dom GU VShE, 2007. P. 167. [in Russian].

11. Sokolova-Baush E.A. Self-presentation as a factor in forming impressions about the communicator and the recipient. Mir Psykhologii. 1999. № 3 (19). P. 132-139. [in Russian].

12. Chudinov A.P. Political linguistics. M.: Flinta: Nauka, 2012. P. 256. [in Russian].

13. Shkuratova I.P. An individual's self-presentation in communication. Rostov n/D: Izd-vo YuFU, 2009. P. 192. [in Russian].

Сведения об авторе: Гизатуллина Азалия Ришатовна,

кандидат филологических наук, ассистент, кафедра русского языка и прикладной лингвистики, Казанский (Приволжский) федеральный университет, г. Казань, Российская Федерация. Ктай: azaliya_rysh@mail.ru

Information about the author: Gizatullina Azaliya Rishatovna,

Candidate of Sciences (Philology), Assistant Lecturer, Department of Russian Language and Applied Linguistics, Kazan (Volga) Federal University, Kazan, Russia.

E-mail: azaliya_rysh@mail.ru

УДК 4Р-3 ББК 81.411.2-5

Г.Н. Каримуллина, Р.Н. Каримуллина

толковые словари русского языка

как источник изучения морфологической адаптации заимствований

В статье рассматриваются особенности грамматического комментария тюркизмов, выявленных в толковых академических словарях русского языка XVIII-XX вв. Особое внимание уделяется заимствованным именам существительным и специфике их освоения в системе русского языка.

Ключевые слова: заимствование, лингвография, словарь, тюркизм.

G.N. Karimuttina, R..N. KarimulUna

explanatory dictionaries of russian language as a source of morphological adaptation of borrowings

This article presents the grammar analysis of Turkic lexical elements which are fixed in the Academy explanatory dictionaries of XVIII-XX centuries; it contains also different remarks which are connected with description of Turkisms in linguographical sources of this period.

Key words: borrowing, linguography, dictionary, Turkism.