О национальных путях формирования христианского социализма: Ш. Пеги и Г. П. Федотов

5. Риккерт, Г. О понятии философии [Текст] / Г. Риккерт // Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре / пер. с нем. ; общ. ред. и предисл. А. Ф. Зотова ; сост. А. П. Полякова, М. М. Беляева ; подгот. текста и прим. Р. К. Медведевой. - М., 1998.

6. Столоеич, Л. Н. Об общечеловеческих ценностях [Текст] / Л. Н. Столович // Вопросы философии. - 2004. - № 7. - С. 86-97.

7. Гидденс, Э. Ускользающий мир: как глобализация изменяет нашу жизнь [Текст] / Э. Гид-денс ; пер. с англ. М. Л. Коробочкина. - М., 2004.

8. Хантингтон, С. Столкновение цивилизаций [Текст] / С. Хантингтон ; пер. с англ. Т. Велиме-евой, Ю. Новиковой ; под общ. ред. К. Королевой ; послесл. С. Переселегина. - М., 2003.

9. Стёпин, В. С. Философия и эпоха цивилизационных перемен [Текст] / В. С. Стёпин // Вопросы философии. - 2006. - № 2. - С. 16-26.

10. Розов, Н. С. Ценности в проблемном мире: философские основания и социальные предложения конструктивной аксиологии [Текст] / Н. С. Розов. - Новосибирск, 1998.

УДК 1:316 ББК 60.001

С. С. Иванов,

кандидат политических наук, доцент кафедры публичного права Саратовского государственного социально-экономического университета

О НАЦИОНАЛЬНЫХ ПУТЯХ ФОРМИРОВАНИЯ ХРИСТИАНСКОГО СОЦИАЛИЗМА: Ш. ПЕГИ И Г.П. ФЕДОТОВ

^Христианский социализм как политический феномен в современной, персоналистической, форме сложился под воздействием назревавших в капиталистическом обществе антагонистических противоречий, которые привели к Первой мировой войне и, как следствие, к революционным потрясениям, охватившим постепенно вначале Россию, а впоследствии - западные, восточные и восточноевропейские страны. В создавшейся общественно-политической ситуации христианские социалисты разных стран выдвинули программу политико-экономических преобразований в обществе и государстве, способных конструктивно изменить исторические судьбы своих народов.

Особого внимания в этой связи заслуживает деятельность христианских социалистов, активно боровшиеся за переустройство социального мира на гуманистических началах. В кризисных условиях их политическая активность способствовала своеобразной «профилактике» революционного социального взрыва посредством продвижения гражданских инициатив, содействующих установлению социальной справедливости. Нравственный и интеллектуальный прогресс, по их мысли, должен способствовать морально-политической консолидации гражданского общества, стимулировать повышение ответственности

139

человека за свои деяния, вовлекать личность в процесс социального совершенствования.

В ходе формирования теории христианского социализма важное историческое значение имели труды Ш. Пеги и Г.П. Федотова - философов и общественных деятелей, близких по основным программным позициям. Определенное сходство наблюдается и в эволюции их воззрений: увлечение атеистическим социализмом в молодости с годами сменилось глубоким восприятием идей христианского социализма, которые активно пропагандировались ими в печатных изданиях - в «Двухнедельных тетрадях» (1901-1912) Ш. Пеги и в общественно-политическом журнале христианского социализма «Новый Град» (19311939) Г.П. Федотовым.

Принципиальность в отстаивании своих убеждений, честность, смелость суждений и высказываний, последовательная приверженность идеалам христианского гуманизма, патриотизма, социальной справедливости, борьба против фашизма, за национальное достоинство своих стран составляют специфику нравственного облика и образа действий этих философов и общественных деятелей, что позволяет охарактеризовать их как своего рода представителей аристократии знания. Обоснование христианского социализма Ш. Пеги и Г. Федотовым как формы социального гуманизма определило рассмотрение ими отношений личности и общества в гармоничном всеедином целом, а исследование персонального и всеобщего - в контексте идеала свободного универсализма.

Французский католический писатель, мыслитель, эссеист, поэт Шарль Пеги (1873-1914) сыграл заметную роль в формировании персоналистического направления христианского социализма, объединив в своем творчестве идеи социального христианства и утопического социализма [1, с. 279]. Отдавая дань Ш. Пеги как основоположнику персонализма, Э. Мунье сделал его творчество предметом изучения в своем первом философском труде («Мысль Шарля Пеги» [2]). Философ-персоналист Ж. Лакруа сосредоточил свое внимание на творчестве Ш. Пеги в средней части трилогии «Ален, властитель совести, -Пеги, или необычная душа, - Прудон, или суверенитет права» [3, с. 128].

Эволюция Ш. Пеги от атеистического социализма к христианскому была связана с формированием тенденций социального мистицизма в его творчестве. «Миру денег», клерикализму, ложному национализму поэт-философ противопоставлял гармоничное государство, ратовал за свободу совести и возвращение к истокам подлинного патриотизма. Применяемый Ш. Пеги в научных исследованиях и художественном творчестве метод философского интуитивизма способствовал обретению им подлинного знания и был воспринят последующим поколением французских философов.

Мироощущение французской и русской интеллигенции на рубеже Х1Х-ХХ вв. мотивировалось предчувствием серьезных революционных потрясений, чреватых национальной катастрофой, поэтому представители образованной общественности, в том числе во Франции - Ш. Пеги, в России - Г. Федотов, активно искали пути выхода из создавшейся кризисной ситуации. Р. Роллан писал, что его сблизили с Ш. Пеги общая ненависть к буржуазному общественному строю,

140

«дух героизма», устремленность к действенным социальным преобразованиям [4, с. 12-13].

Стремление Ш. Пеги к справедливому переустройству мира привело его в ряды Французской социалистической партии, однако он вскоре вышел из нее по причине несогласия с оппортунистической политикой лидеров, а также желания сохранить политическую независимость. Критика устоев западного общества, призыв к возрождению «метафизического» отношения к миру и духовной революции, отстаивание гуманистических принципов стали основными положениями его социально-политической программы [5, с. 137-138].

В сфере философии Ш. Пеги являлся последователем идей Анри Бергсона, лекции которого конспектировал еще студентом, а затем защищал и популяризировал его учение, трансформируя разработанную им интуитивистскую теорию в соответствии с догматами католицизма. В контексте понимания христианства для Ш. Пеги особо значимым явилось задачи духовного развития личности. По мнению французского мыслителя, готовность к преобразованию действительности на основе конкретного практического действия, придает человеческому бытию смысл и значение. Как писал Э. Мунье, философ стремился к новому пониманию христианства: «В учении о длительности Пеги нашел смысл воплощения и то высокое призвание, какое он сообщил современному христианскому миру, -открыть во Вселенной значение временного воплощения» [6, с. 291].

Специфика земной миссии человека, по мнению Ш. Пеги, обусловлена его нравственными максимами, о которых также писал Г.П. Федотов: «Вот максима личной жизни: живи так, как если бы ты должен был умереть сегодня, и одновременно так, как если бы ты был бессмертным. И вот максима культурной деятельности: работай так, как будто история никогда не кончится, и в то же время так, как если бы она кончилась сегодня» [7, с. 153]. В таком историософском контексте задачей христианского социализма является привнесение в относительное социальное бытие личности абсолютных ценностей в их конкретно-историческом и социально-институциональном воплощении, что предполагает нравственную организацию общественности на основе принципа свободного универсализма, или положительного социального всеединства.

В соответствии с романтически-религиозным мировосприятием Ш. Пеги рассматривает историческое развитие общества в качестве творческого процесса. Историческое движение, в понимании поэта-философа, сродни воплощению замысла художника, которого посетило внезапное озарение. Христианский социализм также воспринимался им как творческое движение общественности, которое способно сообщить жизненную силу прогрессивному социальному новаторству. Он подчеркивал, что творческое усилие человека должно быть направлено от временного к вечному, от относительной действительности к абсолютному бытию посредством фиксации исторического события в художественных произведениях - своего рода воспоминаниях человека о сверхчувственном мире идей (согласно платоновской концепции творчества) [8, с. 35-36]. В общественном развитии «художником» является народ, движимый устремленностью к добру, история представляет собой продукт его коллективного творчества, а народная жизнь - это создание неповторимых произведений.

141

Внутренний мир человека как своего рода микрокосм представляет собой в миропонимании философа-поэта структурное отражение целостного бытия -именно этот тезис стал впоследствии одним из философско-антропологических оснований концепции персоналистического социализма, в котором намечены конкретные пути совершенствования общества.

С целью приближения действительности к идеалу мыслитель развивает историко-философскую концепцию о диалектике и взаимосвязи временного и вечного, реального и сверхреального. Исторический прогресс в версии французского мыслителя построен на прогнозировании перспективы общественного развития, поскольку связан с рассмотрением настоящего в зависимости от будущего, что предполагает обоснование свободы личности в истории. Это положение находится в соответствии с основными принципами христианского социализма, согласно которым человеческая активность, направленная на творческое преобразование мира, способна изменить ход истории в процессе постижения истины.

Близкое понимание задач христианского социализма прослеживается в творчестве Г.П. Федотова, определявшего нравственную максиму социализма на основе его радикальной гуманизации, как соединение социалистической идеологии с общедемократическими целями и задачами. По мнению русского философа, чтобы «спасти правду социализма», необходима прежде всего нравственная правда, способствующая прогрессу цивилизации в целом. Социалистическое общество, чтобы быть справедливым, должно воплощаться в жизнь на основе следующего этического принципа: «...спасти правду социализма правдой духа, и правдой социализма спасти мир» [9, с. 41].

Эсхатологические взгляды Ш. Пеги сходны с аналогичными воззрениями и установками Г.П. Федотова, подчеркивавшего условное значение социального предвидения в традициях русского космизма, что определяется свободой человеческих деяний в истории: «...история не демонстрация классического лабораторного опыта и не постановка давно уже написанной драмы. Человеческая свобода входит в состав ее, образуя самую ткань ее. Поставленная посередине между миром природы и миром благодати, человеческая свобода сообщает истории ее непредвидимость» [10, с. 154].

Свобода предполагает осознанный выбор личностью своей исторической судьбы и порождает нравственную ответственность человека за свои деяния в истории. Она чужда всем видам манипулирования человеком со стороны социальных коллективов и деспотических режимов. Сохранить свободу - значит сохранить добровольность вовлечения личности в исторический процесс. Со слов Ж. Лакруа, Ш. Пеги заявлял по этому поводу: «Взять свой билет в начале пути (в какой-то партии, в группе заговорщиков) и потом ни разу не задуматься, куда идет поезд, и упаси Бог, по каким рельсам - значит для человека решительно поставить себя в самые благоприятные условия для превращения в преступника» [11, с. 140].

Революционное насилие отвергалось Ш Пеги и Г. Федотовым как метод решения социальных проблем, не совместимый с идеалами христианства, свободы и демократии. Они отождествляли революцию с радикальным эволюционным процессом искоренения социальных пороков с целью культурного преобразования общества, что ставилось в задачу движения христианского социализма.

142

Эффективным способом осуществления политики христианского социализма, по мнению Г.П. Федотова, становится социальное партнерство, сутью которого является продуктивное взаимодействие и разграничение компетенций субъектов общественных отношений в системе общенационального корпоративизма [12, с. 195].

Возрождение социализма через его христианизацию и превращение таким образом в социализм христианский, а самого христианства в активную общественную силу, в социальное христианство - главный путь преодоления трудностей, вставших перед социализмом, и в конечном счете - путь сохранения европейской культуры и ее традиций. Следовательно, христианство трактуется Г.П. Федотовым как активная общественная и экономическая сила, обновляющая существующий мир и связующая историческую традицию и творчество.

Христианский опыт Ш. Пеги носил нецерковный характер, сочетавшийся со свободомыслием, не исключавшим более тесной интеграции религии и жизни. Религиозный и интеллектуальный путь поэта представляется постепенным нравственным развитием, в котором опыт прошлого не отвергается, а органически вплетается в ткань настоящего.

При трактовке церковно-государственных отношений Ш. Пеги осуждал как клерикализм, свойственный официальной Церкви, так и антагонистические отношения между Церковью и государством, пагубные для общественной нравственности. В поисках сил, способных осуществить духовное обновление общества, французский мыслитель обращается к опыту Средневековья, в частности к образу Франции Жанны Д'Арк, жизнь которой стала примером христианского социального служения [13, с. 191-192]. Жанна Д'Арк, в представлении Пеги, - пример уникального сплетения Церкви и мира, религиозного и светского деяния именно потому, что она плоть от плоти своего народа и потому что действует на основании всеобщей патриотической солидарности французского народа.

Главный вклад Пеги в политический процесс - это его журнал «Двухнедельные тетради», бессменным редактором которого он являлся на протяжении с конца XIX в. вплоть до своей героической гибели на фронте Первой мировой войны 1 августа 1914 г. Вокруг издательства, организатором и душою которого он был, очень скоро сформировалась группа свободолюбиво настроенных молодых энтузиастов - противников шовинизма и политической реакции, активных сторонников христианского социализма, способных, по убеждению поэта-философа, содействовать нравственному очищению буржуазных общественных отношений. В этом Ш. Пеги видел начало «революции», предусматривающей в первую очередь усилия, направленные на перевоспитание человека, на «исцеление больного большинства с помощью святого меньшинства». «Мои «Тетради» - провозглашал поэт, - создадут великий свободный народ» [14, с. 78]. Поводом для учреждения журнала послужило «дело Дрейфуса», судебный процесс по которому проходил в 1897-1898 гг. в условиях усиленной пропаганды антисемитизма, что, в свою очередь, способствовало консолидации демократических сил перед лицом фашистской опасности.

Активная политическая позиция сотрудников журнала, однако, не была подкреплена четкими представлениями о социалистическом будущем, которое, по

143

мнению Ш. Пеги и его соратников, должно неизбежно наступить в результате эволюционного развития общества через определенный период времени. Р. Рол-лан, будучи одним из авторов журнала, отмечал, что французский поэт пришел к социализму в результате «глубокого внутреннего переворота». Не очень ясно представляя, что такое социализм, сотрудники журнала «безмятежно ожидали, что путем смены десятилетий, без всяких потрясений, через двадцать, тридцать или сорок лет будет основано их Эльдорадо» [15, с. 12-13].

В «Двухнедельных тетрадях» была изложена и обоснована концепция христианского социализма Ш. Пеги. Социально-гносеологическая критика позитивизма и естественнонаучного материализма ведется французским философом с позиции разграничения религиозной и социальной проблематики. В этой сфере позиции Ш. Пеги близки воззрениям русских христианских социалистов, в частности Г.П. Федотова, критиковавшего позитивную научную теорию прогресса как утопию, порожденную буржуазной цивилизацией, секуляризованной и дехристианизированной [16, с. 173].

Французский философ предупреждал, что стремление к организации жизни исключительно на научных началах, без учета созидающего значения интуитивного познания, немыслимо без торжества вселенского контроля, «глобализации, завершения, остановки истории». В данном процессе угадываются контуры современного явления глобализации, чреватой обезличиванием человека в массовом обществе.

Ш. Пеги разрабатывает теорию, родственную учению русских философов о богочеловечестве, в соответствии с которой главной ценностью человека и человечества является духовное и социальное развитие. Отсюда делается вывод о необходимости преобразования социальной действительности, изменения качественных параметров существования человека в мире.

Таким образом, средством установления христианского социализма, по Ш. Пеги, является революция, сколь духовная и личностная, столь и экономическая и общ-ностная. Французский философ предлагал начать революцию с глубинного переворота в сознании человека, иными словами, с восстановления истины и свободы. Он являлся сторонником внутренней, или духовной, революции, определяя ее как моральное, религиозное, интеллектуальное самоусовершенствование человеческого рода. «Мы должны, - писал он, - начать революцию в мире с революции в нас самих; все теории и фразы не являются социалистическими актами и каждый должен начать с революции в своей собственной жизни» [14, с. 78].

Справедливость этого высказывания подтверждается всем ходом общественного развития: несовершенные люди сами по себе не в силах создать совершенного общества; когда же они, игнорируя свое несовершенство и некомпетентность, пытаются выстроить социальное здание, то в лучшем случае возводится нежизнеспособный «хрустальный дворец» социальной утопии (по выражению Ф.М. Достоевского), а в худшем - казарма. С другой стороны, по словам Н.А. Бердяева, «было бы отвратительным лицемерием и ложью утверждать, что социальные улучшения могут наступить в результате нравственного усовершенствования людей и кричать о насилии и нарушении свободы по поводу всякого изменения социального строя. Существует социальная действительность, она

144

есть реальность особого порядка, требующая от нас активного к себе отношения, социальных актов» [17, с. 86].

Таким образом, мировоззрение Ш. Пеги эволюционировало от «индивидуалистического социализма», сближавшего его с воззрениями представителей социал-реформизма, к социальному католицизму, но персонализм всегда оставался основой его идейно-политических убеждений, а преодоление отчуждения - не только главной социальной, но и нравственной задачей. Р. Роллан в этой связи проводит параллель между Ш. Пеги и Н. Бердяевым, усматривая их общность в решении проблематики отчуждения (объективации). Поиск путей активного творческого вовлечения человека в созидание исторических условий совершенствования личности и общества стал для последующих изысканий персоналистов основополагающим и нашедшим отражение в вопросах, которые рассматривались на интерконфессиональных общих собраниях [18, с. 296-297].

Следует отметить, что Э. Мунье и его соратники в своей общественной и теоретической деятельности во многом повторили опыт Ш. Пеги, также стараясь сплотить «святое меньшинство» - теперь уже вокруг журнала «L'Esprit», которое было бы в интеллектуальном, моральном, художественном и особенно религиозном отношениях совестью нации и своим примером и деятельностью способствовало бы возрождению народа, готовя его к интеграции в «персона-листское сообщество» [8, с. 38]. Тем самым в жизнь проводились идеи, аналогичные русскому почвенничеству: объединение высших и низших социальных слоев и классов общества на основе морально-политической консолидации, отвечающей принципу свободной общинности.

Как отмечал биограф поэта Р. Секретен (Secretain R. Péguy, soldat de la vérité), свободолюбие Ш. Пеги доходило почти до анархизма, - настолько радикальным был «солдат справедливости»: «Этот бунтарь, этот рассказчик, этот еретик по инстинкту и характеру отчасти таков, что ищет безвластного авторитета, не обладающего полномочиями казнить и миловать. В качестве гражданина он не переносит буржуазного государства (и любого государства даже с самыми минимальными полномочиями). В качестве революционного борца он не может переносить жестокость доктринального «политического социализма» [18, с. 49].

Литературная судьба и идейно-политическая направленность журнала «Новый Град» в сторону христианского социализма во многом сходны с судьбой и идеологией журнала «Cahiers de la Quinzaine» Ш. Пеги. Организатором «Нового Града» стал Г.П. Федотов после его высылки за границу на «философском пароходе» в начале сентября 1925 г. Творческое ядро журнала составили И.И. Бунаков-Фондаминский, Ф.А. Степун, С.И. Гессен; за все время существования журнала (1931-1939) вышло 14 номеров. Широкий круг вопросов христианской общественности и цивилизации стал предметом основной проблематики издания. Горячо обсуждалось прошлое, настоящее и будущее России в контексте формирования русской национальной идеи.

Название журнала «Новый Град» и его публикации выражали главную суть надежд русской интеллигенции на христианское возрождение общества, включая Россию. Г.П. Федотов разработал программу социально-политического и экономического устройства станы в соответствии с принципом христианского

145

социализма, что отвечало кардинальной задаче прорыва посткоммунистической России в новое измерение.

Социально-экономическая программа философа представляет наиболее подробно разработанную часть его теории христианского социализма. Г.П. Федотов, которого называли «русским Пеги» и «Герценом нашего времени», в силу сходства их характеров и идейных позиций, строил свою концепцию «Нового Града» на основе христианского гуманизма, восходящего к идеям Возрождения и Нового времени. «Гуманизм, - отмечал Г.П. Федотов, - есть культура человека как творческой личности» [19, с. 269], охранитель свободы и традиций европейской классической культуры от посягательств и атеистического социализма, и капитализма. Как известно, христианство сформировало особого рода хозяйственную этику, в наибольшей степени проявившуюся в протестантизме и старообрядчестве. Предложенная Г.П. Федотовым модель экономического устройства общества базируется на трудовом начале христианской морали, в соответствии с которой труд традиционно рассматривался как нравственная обязанность каждого христианина и своего рода аскеза.

Идея «Нового Града», аналогичная «Эльдорадо», или «Гармоническому Граду», Ш. Пеги, возникла как результат глубокого анализа буржуазного общества и представляет собой концепцию общественного мироустройства, отличающегося и от капитализма с его анархией личного произвола, и от атеистического социализма, культивирующего деспотическую власть государства над личностью. Христианизированный и одухотворенный социализм представляет «третий путь» социально-экономического развития общества, свободный от недостатков как либерального, так и тоталитарного общества, в качестве равновесия «личных и коллективных хозяйственных воль»: «Из обломков коммунистической и капиталистической стройки медленно воздвигнутся стены христианского града» [20, с. 283]. Таким образом, христианский социализм явится строем нового, рационального «сочетания начал личной свободы и общественной регламентации» [18, с. 404]. Путем его осуществления может стать конвергенция общественно-экономических систем на основе взаимопонимания их сторонников и взаимного принятия каждым из них идеала другого [12, с. 196].

Именно на основе конвергенции, как полагал Г.П. Федотов, возможно осуществление разрядки послевоенной международной напряженности и движение к становлению единого мира, в котором прежние идеологические разногласия по поводу оптимального общественно-экономические устройства будут институционально разрешены посредством формирования плюралистической смешанной экономики. Таким образом, социально-экономический строй представлялся Г.П. Федотову как хозяйственная организация христианской общественности, основанная на принципе соборности и предполагающая равновесие принципов общинности и личной свободы.

Это означает, что безбрежная экономическая свобода должна быть введена в необходимые рамки ее политической организацией, проводимой под государственным руководством. Но духовная свобода человека - основа всех других свобод - никакой регламентации не подлежит и должна быть гарантирована конституцией, так же как и права граждан. Государству отводится роль лишь

146

технического организатора нерыночного сектора экономики, в функции которого входит финансирование культурного развития нации при правовых гарантиях свободы творчества [21, с. 296-297].

Философ предвидел падение коммунистической диктатуры. Основными экономическими задачами государства в период преобразований, по его мнению, должны стать денационализация государственного имущества, восстановление свободы собственности, труда и капитала, что рассматривается им в контексте проблем трудовой этики и социальной справедливости.

Новый экономический строй, согласно теории Г.П. Федотова, должен представлять собой плюралистическое хозяйство, субъектами которого выступают государство, синдикаты, кооперативы, муниципальные союзы и т.д. и основываться на принципах хозяйственной рациональности и социальной справедливости. Предполагается использование социальных завоеваний рабочего движения: практического правоприменения гуманного трудового законодательства; возможности равного доступа для граждан к образованию и достижениям культуры; активизации системы профсоюзных организаций в качестве средства контроля за исполнением социального законодательства. Характерные для рыночной экономики принципы творчества, свободы труда и предприимчивости, по мнению Г.П. Федотова, вполне приемлемы для «Нового Града», но при условии дополнения их системой социального партнерства и солидарности, способствующей формированию подлинно бесклассового общества.

Мысли, высказанные Г.П. Федотовым и Ш. Пеги, оказываются актуальными и для современной России и стран Запада в контексте задачи повышения качества жизни, обретения ее полноты для широких народных масс. Социально-политическая концепция христианского социализма, в разработку которой внесли существенный вклад Ш. Пеги и Г. Федотов, нашла определенное применение в политике дирижизма: во Франции в период правления Ш. де Голля и в виде отдельных элементов в современной России при осуществлении социально-экономических реформ в основном в сфере корпоративной этики. Национальные пути развития христианского социализма, намеченные русским и французским мыслителями, ориентированы на всестороннюю гуманизацию общественных отношений, что связано со становлением плюралистической экономики, основанной на знаниях и ориентированной на человека.

Христианский персоналистический социализм, у истоков которого стояли Ш. Пеги и Г.П. Федотов, ориентирован на формирование благоприятных условий для воплощения личностной судьбы в динамическом социальном пространстве, в котором политическое действие не распространяется на сферу частной жизни. В создании предпосылок духовного и социального преобразований состоит смысл христианского персоналистического социализма, ориентированного на всестороннее развитие человеческой личности в гармонии со справедливыми общественными интересами.

Библиографический список

1. Буржуазная философия XX века [Текст]. - М., 1974.

2. Mounter, E. La pensée de Charle Péguy [Текст] / E. Mounier. - Paris, 1924.

147

3. Лакруа, Ж. Персонализм: истоки - основания - актуальность [Текст] / Ж. Лакруа // Избранное: Персонализм. - М., 2004.

4. Роллан, Р. Собр. соч. [Текст] : в 9 т. / Р. Роллан. - М., 1974. - Т. 1.

5. Губман, Б. Л. Символ веры Ж. Маритена [Текст] / Б. Л. Губман // Маритен, Ж. Философ в мире. М., 1994.

6. Arbour, R. Henri Bergson et lettres françaises [Текст] / R. Arbour. - P., 1955.

7. Федотов, Г. П. Эсхатология и культура [Текст] / Г. П. Федотов // Русские философы: Антология. М., 1996.

8. Вдовина, И. С. Французский персонализм (1932-1982) [Текст] / И. С. Вдовина. - М., 1990.

9. Федотов, Г. П. С.-Петербург, 22 апреля (5 мая) 1918 г. [Текст] / Г. П. Федотов // Судьба и грехи России: Избранные статьи по философии русской истории и культуры. - СПб., 1991. - Т. 1.

10. Федотов, Г. П. Эсхатология и культура [Текст] / Г. П. Федотов // Русские философы: Антология. - М., 1996.

11. Лакруа, Ж. Персонализм: истоки - основания - актуальность [Текст] / Ж. Лакруа // Избранное: Персонализм. - М., 2004.

12. Федотов, Г. П. Россия и свобода [Текст] / Г. П. Федотов // Русские философы: Антология. - М., 1996.

13. Тайманова, Т. С. Жанна д'Арк и духовные искания русского зарубежья [Текст] / Т. С. Тай-манова // Русская литература. - 2006. - № 4.

14. Delaporte, J. Péguy dans son temps et dans le nôtre [Текст] / J. Delaporte. - P., 1957.

15. Роллан, Р. Собр. соч. [Текст] : в 9 т. / Р. Роллан. - М., 1974.

16. Федотов, Г. П. Рождение свободы [Текст] / Г. П. Федотов // Русские философы: Антология. - М., 1996.

17. Бердяев, Н. А. Христианство и классовая борьба [Текст] / Н. А. Бердяев. - Париж, 1935.

18. Бердяев, Н. А. Самопознание. Опыт философской автобиографии [Текст] / Н. А. Бердяев. -М., 1991.

19. Федотов, Г. П. Новый Град [Текст] / Г. П. Федотов. - Нью-Йорк, 1952.

20. Федотов, Г. П. Проблемы будущей России. Ст. 2 [Текст] / Г. П. Федотов // Судьба и грехи России. - СПб., 1991. - Т. 1.

21. Федотов, Г. П. Социальный вопрос и свобода [Текст] / Г. П. Федотов // Русские философы: Антология. - М., 1996.

УДК 316.347(470) ББК 60.54

Т.В. Быковская,

доцент кафедры гуманитарных дисциплин

Саратовской государственной консерватории им. Л.В. Собинова

ВЕЧНОЕ ДЕТСТВО РУССКОЙ ДУШИ

Д ля современной России исключительную значимость приобретают проблемы поиска ценностных и смысловых ориентиров духовного и социально-культурного развития. Анализ данных проблем связан с изучением архетипического уровня национальной психологии, ибо отсюда произрастают

148