"Фотография — не просто щелканье затвором"

Интервью фотография

В Москве при поддержке Ahmad Tea продолжается IX международная биеннале "Мода и стиль в фотографии-2015". На этот раз Мультимедиа Арт Музей привез Альберта Уотсона, фотографа, работы которого появлялись на обложках Vogue, Rolling Stone, Time Magazine и в крупнейших галереях. За 30 лет жизни в США этот работоспособный шотландец сфотографировал мириады знаменитостей — от Альфреда Хичкока до Кейт Мосс. Художник с уникальным видением и технической виртуозностью, слепой от рождения на один глаз, нашел свой способ освещения предметов и магического выявления характеров на портретах, который создает почти медитативную атмосферу в его фотографиях, АЛЬБЕРТ УОТСОН ответил на вопросы ЕЛЕНЫ КРАВЦУН.

— Я знаю, что Max Factor приобрела два снимка из вашей дебютной фотосессии, после которой вы стали невероятно востребованы. Что это за снимки были?

— Это действительно была моя первая съемка в США, я провел с моделью целый день, делал пробные снимки, людям из Max Factor они понравились, и они купили даже не две, а четыре фотографии.

— Как появился знаменитый снимок с Альфредом Хичкоком?

— Я сделал эту фотографию для журнала Harper`s Bazaar. На тот момент я жил с Лос-Анджелесе, так как на дворе был 1973 год, а в Нью-Йорк, ставший для меня впоследствии таким родным, я переехал в 1976 году. Так вот редакция попросила меня тогда снять Хичкока для рождественского выпуска журнала. Как известно, Хичкок был тем еще гурманом, он сам отлично готовил, и журнал попросил его выдать фирменный рецепт рождественского гуся. Редакция хотела получить снимок, где Хичкок держал бы в руках приготовленного гуся на подносе. Я предложил им лучший вариант, чтобы Альфред взял ощипанного гуся за шею, которую я еще и ленточкой перевязал. Получилось довольно комично и мило. Я был тогда очень молодым, эта съемка запомнилась мне фантастической атмосферой. Хичкок шутил и был очень добр ко мне, так что я чувствовал себя невероятно комфортно рядом с ним.

— Каким вы запомнили Нью-Йорк в 1970-е годы?

— Для меня, как европейца, Нью-Йорк был очень гламурным городом. У меня все время складывалось впечатление, будто я нахожусь внутри какого-то фильма, как действующий герой. Оглядываясь назад, я понимаю, что тогда я все время работал, снимал для разных журналов, постоянно щелкал фотографии, без преувеличения, каждую минуту. Тогда я был преимущественно fashion-фотографом, однако за всю свою карьеру я поучаствовал в очень разных, порой противоположных проектах. Конечно, я встречал много известных людей. Я много тогда работал с Энди Уорхолом для журнала Interview. В 1970-е годы я также постоянно снимал для журнала Rolling Stone, делал портреты музыкантов, но я был слишком занят, чтобы замечать жизнь вокруг, и сейчас, когда я думаю об этом, мне становится грустно. Уже тогда я был женат, и у меня было двое детей, я старался их обеспечить, и у меня не было времени тусоваться со всеми этими легендарными людьми в клубах, пить или курить траву. Я был очень сосредоточен на своей карьере.

— Вы упомянули, что часто снимали музыкантов. Чья музыка звучала тогда в вашей студии?

— Я представитель поколения The Beatles и The Rolling Stones, с Миком Джаггером мы почти одного возраста. В 1970-е вокруг звучало диско, но я предпочитал музыку из 60-х. Сегодня музыка ужасна и однообразна. Если с модой все окей, некоторые дизайнеры просто великолепны, то с музыкой все иначе. Мы живем в век технологий, которые везде и всюду проникают. Поэтому я все еще остаюсь поклонником старой музыки, но стараюсь слушать и новую, потому что я должен знать музыку, творчество тех людей, которых я фотографирую. Это мое кредо. Когда я снимаю, например, Джей-Зи или Бейонсе, в частности, для обложек их альбомов, я должен понимать посыл их музыки, нерв этих песен.

— Если говорить о технологиях, что с приходом цифровой эры для вас поменялось в искусстве фотографии?

— Это хороший вопрос. Цифровые камеры очень быстро модернизируются, они стали еще лучше, чем были два-три года назад. Однако для меня в цифровой революции в фотографии самое важное — это компьютер, а не камера. Кстати, печать снимков я не доверяю никому, для меня это очень важный процесс творчества. Фотография — это не только какой-то кадр, не просто щелканье затвором, а то, как это еще и отпечатано и смотрится на стене.

— Как вообще к вам приходят идеи, как снять того или иного человека? Вы предварительно изучаете какие-то биографические факты, чтобы придумать, как подчеркнуть характер человека, или идеи приходят при первом же знакомстве?

— Это все магия. Иногда у тебя появляется идея, но это ведь творчество, как я могу сказать, откуда она пришла? Но я точно знаю, чем больше ты работаешь, тем быстрее и интереснее к тебе приходят идеи. Поэтому креативность — это база процесса. Но чем больше ты упражняешься, тем лучше становишься как профессионал. Я делаю просто огромные изыскания — визуальные и интеллектуальные — перед тем, как снимать кого-то важного. Вы не можете фотографировать Стива Джобса, например, без понимания его истории, значимости его фигуры. Это касается именно процесса съемки знаменитостей. Когда же я уезжаю куда-нибудь в Южную Африку, конечно, я не занимаюсь никакими подобными изысканиями, а работаю спонтанно.

— Когда человек попадает к вам в фотостудию, что происходит между вами и героем снимка? Вы, как диктатор, приказываете, как держаться или куда смотреть, или, наоборот, предоставляете полную свободу своему персонажу?

— Конечно, я понимаю, что даже если человек очень известен и фотографировался уже очень много раз, оказавшись в студии перед объективом, он все равно будет нервничать. Буду ли я доброжелательным по отношению к нему? Как я сниму его? Вдруг плохо? Я приведу пример. Я не знаю, известен ли в России такой актер, как Аль Пачино, но когда мы работали с ним впервые, я перед тем, как ему прийти ко мне в студию, узнал, что он любит особо приготовленный кофе, эспрессо из определенного сорта. Для фотосессии я купил эту особенную кофемашину, этот особенный кофе, а также узнал, что он добавляет ломтик лимона в кофе. Когда он прибыл, я предложил ему кофе. Конечно, он ожидал, что это будет просто кофе, но вместо этого я преподнес ему чашечку его любимого кофе. Он сказал: "Вы тоже любите пить такой кофе?" На что я ответил: "Нет, буду с вами честен, я все заранее узнал и предусмотрел". Он был очень удивлен. И так всегда, тысячи деталей необходимо держать на контроле. Поэтому, если снимаете Бейонсе или Дайану Росс, надо узнать, какие они любят цветы, чтобы послать их в качестве предзнакомства, какие напитки или еду. Это во-первых, а во-вторых, я всегда стараюсь быть милым с людьми, неагрессивным, коммуникабельным. Я определяю это состояние старомодным английским словом "chatty", то есть "болтливый".