Объекты пристального внимания

Сенат США одобрил новый пакет санкций против России. В поддержку документа проголосовали 98 сенаторов, против высказались всего двое, сообщило агентство Reuters. Теперь слово за президентом Дональдом Трампом. Андрей Загорский разбирался, кому именно и чем грозят новые ограничения.

Список подпадающих под ограничения физических лиц собираются удлинить за счет нескольких федеральных чиновников и представителей властных структур Крыма и самопровозглашенных ДНР и ЛНР — эта часть вряд ли кото-то удивила или, тем более, всерьез расстроила. Гораздо хуже обстоят дела с так называемыми секторальными санкциями, особенно в сфере энергетики.

Но еще неприятнее то, что в тексте законопроекта есть пункт, который обязывает американский Минфин, Госдеп и разведорганы в течение шести месяцев собрать максимально подробные сведения о крупных российских бизнесменах, их зарубежных и отечественных активах, происхождении их состояний, а также о степени их приближенности к президенту Владимиру Путину.

Спрашивается, зачем? Логично предположить, что в недалеком будущем может быть заморожено все, что эти люди имеют в США и вообще за границей. А российских предпринимателей с активами в США немало, среди них — такие крупные бизнесмены, как Михаил Фридман, Михаил Прохоров, Владимир Лисин… Широта «охвата» здесь может быть неограниченной – что-что, а аргумент о близости к Путину при желании притянуть за уши легче легкого. Исключать подобный вариант развития событий нельзя, считает директор Центра политологических исследований Финансового университета Павел Салин:

«Это попытка оказать давление на российские элиты в период транзита власти в России, продемонстрировать им, что они находятся под колпаком и что их действия по поддержке нынешнего российского режима могут обернуться для них серьезными издержками в ближайшем будущем. Я не уверен, что это угроза будет реализована, тем более в такие короткие сроки, как ближайшие полгода, но гипотетически такая возможность существует».

На случай подобного «санкционного беспредела» Россия должна быть готова к практически полному прекращению сотрудничества с Западом, полагает эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Владимир Брутер:

«Что касается ситуации с заморозкой активов, я вполне допускаю, что до этого дойдет дело. Может быть, не сегодня, но в любом случае Россия может быть вынуждена сворачивать свой бизнес на Западе. Если это произойдет неожиданно, это будет серьезным ударом. Если это произойдет ожидаемо, и российская бизнес-среда, российские власти будут к этому готовы, это будут потери, но в пределах приемлемых».

Проблема еще и в том, что у России нет очевидных вариантов ответных мер в отношении США. Некоторая неопределенность в этом вопросе — пока лучшая стратегия, считает эксперт по международным отношениям Михаил Троицкий: «Американский бизнес в России — это, прежде всего, российские рабочие места. Вариантов, наверное, не очень много. Я думаю, что вот то, что как раз сказал президент Путин — это наилучший из пока возможных ответов: он сказал, что Россия ответит, когда для этого создастся возможность. То есть он вот такую сохраняет неприятную вроде как для американской стороны неопределенность».

Остается лишь надеяться, что в конечном итоге до подобных эксцессов все же не дойдет. Ведь и Вашингтон от этого вряд ли что-то выиграет, разве что возможность поставлять в Европу свой дорогой сжиженный природный газ. Но это прямой путь к торговой войне США с союзниками.

В США в 2012 году был принят так называемый «закон Магнитского», вводящий персональные санкции в отношении ряда российских чиновников, на которых Вашингтон возложил ответственность за нарушение прав человека. Москва ответила на это принятием закона, запрещающего американцам усыновлять российских детей-сирот.