Деньги выходят из сумрака

Обвала рынка электронных платежей не случилось. Но ряд финансовых структур, чтобы не вникать в тонкости законодательства, запретил любые анонимные платежи.

Скорость принятия закона свидетельствует о его значимости для властей. 15 января соответствующий законопроект был внесен в Госдуму, а уже 28 февраля он был единогласно принят в первом чтении. Согласно новым правилам, через электронные системы платежей теперь можно переводить не более 1 тыс. руб. в течение дня и не более 15 тыс. руб. в течение месяца. Кроме того, нельзя воспользоваться картами, выданными за пределами РФ. По словам депутатов, законопроект N428896-6 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (в части ужесточения требований к переводу электронных денежных средств) был направлен на то, чтобы сделать финансовый сектор более прозрачным, а также оказать противодействие отмыванию доходов и финансированию терроризма. "Предложение заключается в том, чтобы минимизировать планку так называемых слепых анонимных платежей",— заявила депутат Госдумы Ирина Яровая, выступившая одним из инициаторов законопроекта. По ее мнению, интересы обычных граждан нововведения практически не затронут.

У участников рынка иное мнение. "С одной стороны, мы разделяем цели этого законопроекта, а именно обеспечение прозрачности платежной системы,— сказал "Ъ" Виктор Достов, председатель совета ассоциации "Электронные деньги".— Но, с другой стороны, чисто технически данный законопроект в его нынешнем виде получился нетаргетированным и ущемляет рынок в целом". Технические возможности по массовой удаленной идентификации пользователей (например, по номеру телефона) сегодня существуют и отлично решают задачу открытия получателя, уверен эксперт. Эта модель эффективна и уже давно применяется в Европе и других странах. Проблема кроется в несовершенстве российского законодательства, которое в части удаленной идентификации нужно существенно доработать. Как отмечает господин Достов, больше всего после введения ограничений пострадают даже не кредитные организации, а население. "Пострадает сильно и немотивированно. По нашим данным, на сегодняшний день в России более 30 млн человек пользуются системами электронных платежей. И порядка 60% оборота рынка формально подпадает под ограничения, прописанные в законопроекте",— сказал он. В итоге новые ограничения вступили в силу всего через 11 дней после того, как законопроект одобрил президент Владимир Путин, поэтому многие платежные системы и банки просто не успели разобраться в схеме.

В том, что законопроект будет принят, эксперты практически не сомневались. "У нас сейчас принято не очень сильно раздумывать над запрещающими законопроектами. Тем более в данном случае речь зашла о финансировании терроризма после предновогодних терактов в Волгограде,— отмечает аналитик Национального рейтингового агентства Вадим Тихонов.— Учитывая условия по идентификации физических лиц--получателей товаров, в которые недавно поставили службы экспресс-доставки, анонимные трансграничные переводы могут быть запрещены вовсе". Кроме того, под вывеской борьбы с терроризмом сделан даже более актуальный ход — выявление доходов, скрытых от обложения налогом, через идентификацию получателя, говорит он. Правда, и в том, и в другом случаях зачастую вопрос может решиться банальным возвращением к наличному обороту. В таком случае казна потеряет большую часть дохода, получаемого от систем онлайн-платежей и отчисления "нововыявленных" налогоплательщиков.

Указанные в законе суммы (1 тыс. руб. в день и не более 15 тыс. руб. в месяц), по мнению господина Тихонова, выглядят неудобными с точки зрения рядового пользователя. К примеру, оплатить услуги интернет-провайдера через терминал разово за несколько месяцев вперед будет уже невозможно. С другой стороны, ограничения подтолкнут участников рынка мобильных платежей к процессу упрощения идентификации клиента в пользу удобства последнего, уверен эксперт.

В большей степени закон затрагивает трансграничные переводы, переводы с участием иностранных компаний, считают эксперты. "Также он затронет и внутренние платежи, такие как, например, переводы в пользу поставщиков услуг через мобильные терминалы оплаты услуг различных компаний",— говорит начальник отдела пластиковых карт и ДБО Абсолют-банка Алексей Перов. В первую очередь это коснется компаний--владельцев терминалов, которые взимают комиссию за перевод в процентах от суммы: меньше сумма — меньше комиссия. Аналогично это затронет и работу различных электронных кошельков. "Что касается банков, то это может отразиться на приеме платежей от клиентов в пользу поставщиков тех или иных услуг,— отмечает господин Перов.— Дело в том, что перевод при оплате, например, услуг интернет-провайдера формируется в банке от конкретного физического лица, однако затем этот платеж передается провайдеру через агрегатора — ту или иную платежную систему". Введены ограничения и относительно предоплаченных карт: по сути, предоплаченная карта тоже является анонимным платежом. Новый лимит при использовании предоплаченной карты теперь составляет 3 тыс. руб. в день.

Помимо рядовых пользователей пострадают банки и небанковские кредитные организации (НКО), часть бизнеса которых приходится на обслуживание онлайн-платежей. "Уровень ущерба зависит от количества бизнес-направлений организации. Если какой-то банк недополучит проценты от платежей с терминалов, но этот бизнес для него неосновной, то пережить потери не составит труда",— говорит Вадим Тихонов. А для банков и НКО, для которых обслуживание платежной системы является основным или единственным направлением деятельности, любое серьезное изменение, тем более способное уменьшить оборот платежей и переводов, может стать очень существенным ударом вплоть до закрытия таких организаций. Новости об ограничениях негативно сказались на котировках Qiwi и ТКС. Однако эксперты отмечают, что банк ТКС имеет лицензию на осуществление банковской деятельности и работает с реальными лицами, по которым собирает различные данные, хранит их и обрабатывает. Называть его воздушным проектом лишь на том основании, что у него нет сети отделений, ошибочно.

"Ограничение анонимных платежей на руку традиционным банкам, поскольку переводы через интернет-кошельки составляют конкуренцию переводам с карты на карту и оплате услуг картой",— уверен директор по работе с финансовым сектором "SAS Россия/СНГ" Юлий Гольдберг. Пользователь по-прежнему сможет пополнить счет мобильного телефона, но вряд ли сможет заплатить за услуги ЖКХ, соответственно, эти деньги вернутся в банки. Вероятно, стоит ожидать трансформации таких сервисов, как Qiwi и "Яндекс.Деньги". "Как минимум, должны будут измениться требования к полноте информации о пользователях",— считает он.

Тем временем банки и платежные системы стараются приспособиться к работе в новых условиях. Однако некоторые из них пошли по пути наименьшего сопротивления и предпочли отказаться от анонимных платежей совсем. В частности, банк "Русский стандарт" запретил неидентифицированным пользователям пополнять электронные кошельки через платежные терминалы "в целях исполнения вступивших в силу требований законодательства", а платежная система "Рапида онлайн" сообщила, что прием платежей через этот сервис и терминалы самообслуживания будет технологически запрещен. Сервисы Robokassa и RuRu также временно отказались от электронных платежей в адрес некоммерческих организаций. А согласно официальному заявлению "Яндекс.Денег", некоторые платежи и переводы теперь доступны, только если пользователи сообщат персональные данные. Тех же правил придерживается и сервис Webmoney. Эксперты сходятся во мнении, что финансовый рынок в любом случае ждет закручивание гаек.

Матрица безопасности

АНДРЕЙ ГЕРАСЬКИН, председатель правления ООО "Интерактивный банк", отмечает, что на рынке ДБО небольшие банки работают успешнее крупных структурообразующих банков.

Банки отказываются от прежних методов защиты информации в пользу более совершенных и надежных, так что получить несанкционированный доступ к данным, взломать систему становится все сложнее.

Новые инструменты, так называемые настраиваемые матрицы безопасности и т. д., делают рынок интернет-банкинга все более и более защищенным.

Средние банки более гибко и быстро реагируют на меняющиеся потребности клиентов, на тенденции рынка. Они могут позволить себе вести весьма агрессивную политику в продвижении новых, актуальных для рынка продуктов. Именно небольшие банки сегодня начинают задавать тон на рынке ДБО, перехватывая на себя значительную часть клиентов.

Клиентов сегодня интересует не столько получение разрозненных дистанционных продуктов, сколько возможность комплексного онлайн-обслуживания в конкретном банке. Клиент хочет иметь возможность удаленного доступа 24/7 и получать любой банковский продукт в любой точке земного шара в два клика на любом гаджете.

Нам трудно оценить работу других, в том числе крупных, банков, использующих старые методы безопасности. Судя по информации от некоторых клиентов и экспертов, несанкционированные списания — попросту говоря, воровство средств с клиентских счетов — имеют место и сегодня (хотя, быть может, и не в том объеме, что еще четыре-пять лет назад). Выход один — использовать все более прогрессивные меры безопасности, опережая хакеров и злоумышленников, а значит, и сводя саму вероятность краж к нулю.

Репутация ущерба

Хищения на рынке интернет-банкинга банками утаиваются по причине репутационных потерь, отмечает ВСЕВОЛОД ИВАНОВ, заместитель генерального директора ГК InfoWatch. А потому подсчитать общий ущерб на рынке ДБО практически невозможно.

Ущерб оценивается по двум параметрам — прямые финансовые потери и репутационные потери. Прямые потери считаются исходя из доходности клиента и продукта, который перешел к конкуренту. Например, средний корпоративный клиент небольшого размера приносит банку 1,2 млн рублей дохода. В случае ухода в результате утечки данных по условиям обслуживания 100 клиентов потери будут 120 млн. Что касается ипотечного кредитования, то один ипотечный кредит приносит банку 250 тыс. рублей в год. При этом конвертация утекшей базы клиентов по ипотеке составляет 70-80%, если конкурент знает условия ипотеки, поскольку сделать более выгодное предложение не составит труда. Так каждый банк может посчитать свои собственные прямые потери. Репутационные потери складываются из затрат на успокаивание клиентов (это маркетинг). На Западе считается, что каждая запись обходится от $2 до $10 (письмо с уведомлением пострадавшего, публикации, перевыпуск карты и т. д.). А также из оттока клиентов из-за боязни утечки. На каждую утекшую запись приходится от двух до пяти клиентов, ушедших по причине недоверия.

И, безусловно, общие потери по рынку оценить невозможно, поскольку большинство инцидентов банки умалчивают, боясь репутационных потерь, и их можно понять. По нашим оценкам, лишь ничтожная часть утечек становится публичной. По моему личному опыту из нескольких сотен утечек, свидетелем которых был лично я, ни один инцидент не вышел за пределы банка, поэтому говорить об общем количестве все равно, что гадать на кофейной гуще.