Богословское содержание Мессы и "musica sacra"

Ю. Л. Фиденко

Дальневосточная государственная академия искусств

Владивосток, Россия

БОГОСЛОВСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ МЕССЫ И «MUSICA SACRA»

Аннотация:

В работе освещаются эволюционные процессы в музыкальном оформлении Мессы после реформ Второго Ватиканского Собора. Автор уточняет специфику трактовки литургической музыки в важнейших документах Римско-католической Церкви ХХ века. По мнению автора, современное определение «musica sacra» отражает новую позицию Святого Престола относительно деятельного участия прихожан в богослужении.

Ключевые слова: литургическая музыка, Месса, Второй Ватиканский Собор, богослужение, католичество.

Yu. Fidenko

Far East State Academy of Arts Vladivostok, Russian Federation

THE THEOLOGICAL DIMENSION OF THE MASS AND «MUSICA SACRA»

Abstract:

The article deals with the evolutionary processes in the musical organisation of the Mass after the reforms of the Second Vatican Council. The author specifies the peculiarities in the interpretations of the liturgical music in the most important documents of the Roman Catholic Church in the 20th century. In the author's view the modern definition of «musica sacra» represents a new position of the Catholic Church concerning the participation of active members participate in the divine service.

Key words: liturgical music, the Mass, Second Vatican Council, the divine service, Catholicism.

Вторая половина ХХ века отмечена модернизацией теоретических богословских положений Католической Церкви и, как следствие, реформированием богослужения. Процессы обновления мировоззренческой доминанты и литургической практики были закреплены в документах и решениях Второго Ватиканского Собора (1962—1965). Отличительным моментом реформ Святого Престола явилась идея деятельного участия прихожан в богослужебной и пастырской жизни Церкви [см.: 5].

Движение литургического обновления вызывает потребность в осмыслении феномена модифицированной общинной Мессы («Missa cum populo») и определении роли музыки в церковном обряде. К сожалению, различные аспекты современного католического богослужения, включая его музыкальный язык, остаются малоизученной областью зарубежной и отечественной культуры.

И. А. Гарднер в работе о культовой музыке пишет, что «церковное пение есть автономная (то есть имеющая свои собственные, только церковному пению свойственные художественные законы) богослужебно-музыкальная область, отличная от общей музыки. Исследование, установление и формулирование этих законов составляет предмет литургического музыковедения (разрядка моя. — Ю. Ф.), имеющего свои научные методы исследования и только отчасти захватывающего область общего музыковедения» [1, с. 149]. В связи с этим представляется важным взглянуть на католическую музыку с особой точки зрения — с теологических позиций современности. Предпринятая в данной статье попытка определить параметры церковной музыки опирается на немногочисленные изыскания с богословско-литур-гической составляющей зарубежных исследователей последних лет. Важной фактологической базой стали программные и законодательные документы Римско-католической Церкви ХХ века.

В богослужении каждое литургическое действие, особенно празднование Евхаристии, «является связью между Христом и Церковью» [14, с. 2]. Следовательно, универсальность Литургии нельзя постичь в земных параметрах, но только посредством таких категорий, как «Люди Божьи» и «Тело Христово». По словам Папы Иоанна Павла II, «Литургия объединяет два sanctuaries, земной Храм и бесконечные Небеса, Бога и Человека, Время и Вечность»

[7]. В христианском понимании своеобразным «окном» в духовный мир становятся особые символы — каноническое Слово, жест, церковная архитектура, богослужебная музыка. Они несут духовную информацию, передают Слово Божие, ведь «Месса говорит нам о Боге Его словами, Его знаками» [2, с. 3].

Богослужебный канон складывался в течение веков, и в этом процессе уточнялась молитвенная природа церковного христианского творчества. Синтез храмового действа и внешние формы проявления культа направлены на создание особой духовной атмосферы Литургии. Любой вид искусства, используемый в рамках богослужения, «должен сообразовываться с Евангелием, должен содействовать возвещению этой Благой вести, — отмечает профессор парижского Свято-Сергиевского Богословского Института Н. Лосский. — Следовательно, всякая форма искусства во время богослужения участвует в проповеди» [4, с. 234].

Среди многих христианских знаков и символов церковная музыка наделяется особой значимостью. Об особом статусе музыки в Литургии свидетельствует тот факт, что ватиканские документы используют определение «musica sacra» (от лат. sacer — священный, святой)1. Как сообщает И. Павляк, впервые его применил М. Преториус в своем труде «Syntagma musicum» (1614— 1615), первая часть которого называлась «De musica sacra et ecclesiastica» («О музыке священной и церковной») [13, с. 52]. Новое учение Церкви о богослужебной музыке основано на положениях, высказанных св. Пием Х в motu proprio2 1903 года, подтвержденных Папой Пием XII (1955) и обновленных Вторым Ватиканским Собором.

Отсутствие терминологической ясности актуализирует проблему упорядочения лексикона, относящегося к церковно-му-

1 В западнохристианском богословии иногда встречается термин musica ecclesiastica (лат. — церковная музыка). Например, к нему обращается Папа Бенедикт XIV в энциклике «Annus qui» (полное название «О культе и чистоте Церквей; о порядке богослужений и церковной музыке», 1749). Но в литургической литературе всё же закрепляется выражение «musica sacra».

2 Motu Proprio (лат. букв. «по личному почину») — документы, подготовленные и изданные Папой Римским по его собственной инициативе как личное волеизъявление. Отличаются от других Папских документов тем, что не скрепляются Папской печатью.

зыкальной сфере. Представляется необходимым провести грань между той музыкой, которая является «священной» и поэтому может использоваться в Мессе, и той музыкой, которая не может быть допущена в богослужение.

В качестве постоянного наименования термин «musica sacra» в церковный обиход законодательно вводит Святой Пий X в motu proprio «Tra le Sollecitudini» («В одиночестве», 1903). В папском документе сакральной называется музыка, предназначенная для богослужения и благодарения Господа [см.: 16]. Motu proprio предписывает, что для музыки быть священной значит быть «обожествленной». Понятие «musica sacra» определяется в документе «надлежащими литургическими качествами, прежде всего святостью и красотой (художественностью), из которых проистекает другое её качество — универсальность» [11]. Вместе с тем, священная музыка должна быть действительно искусством, поскольку «никаким другим способом нельзя достичь особого звукового эффекта, необходимого Церкви для использования в своей Литургии» [13, с. 52].

Католическое богословие основывается на том требовании, что священная музыка «избегает всего, что является светским» [11]. Если Евхаристия — священное действие, которое превосходит по своей значимости все другие таинства, существенное значение имеет то, какая музыка выражает этот мистический сверхъестественный акт. В статье 112 соборной Конституции «О Богослужении» («Sacrosanctum concilium», 1963) говорится, что «римские Первосвященники, ... начиная со св. Пия X, подчеркнули с большой отчетливостью служебное назначение (разрядка моя. — Ю. Ф.) священного музыкального искусства. Поэтому священное музыкальное искусство будет тем более свято, чем теснее оно будет связано с богослужебным действием, выражая молитву более сладостно, или содействуя единодушию, или обогащая священные обряды большей торжественностью» [3, с. 110]. Из цитаты следует, что музыка, соответствующая службе, обязательно должна оставаться «литургически и пастырски значимой» [10, с. 6].

Католическая Церковь видит ценность храмового музыкального явления в принадлежности церковному действию в его связи со Словом Божиим. Согласно Конституции «О Богослу-

жении» песнопение есть прежде всего музыкально озвученный текст («пение, соединённое со словами»), особый способ выражения Истины [3, с. 110]. По этому поводу инструкция о музыке в католической службе указывает: «Музыка возвышает тексты, придаёт им полноту и действенность. Она привносит в службу радость и вдохновение, что неподвластно другим средствам. Она способна объединять прихожан и создавать специфический настрой Литургии» [10, с. 5].

Согласно учению Церкви, задача всякого священного песнопения — вывести верующего за пределы чувственно воспринимаемых звуков в «высшую реальность». В литургической музыке, «поскольку она базируется на библейской вере, ощущается ясное господство Logos; но музыка — более высокая форма провозглашения Слова», — объясняет Й. Ратзингер [15].

Жизнь церковная и мирская являются разными плоскостями бытия. Литургической музыке следует обладать сдержанностью, строгостью и благообразностью. Католическая Церковь, как свидетельствует Конституция «О Богослужении», придает этой проблеме большое значение: «Музыкальная традиция всей Церкви составляет сокровище несравненной ценности, которое отличается среди других выражений искусства» [3, с. 110]. Церковь обладает богатейшим литургическим наследием — традицией григорианского пения и полифонической музыки эпохи Возрождения, которые не должны быть утрачены, но сохранены для будущего. Идеалом сакрального музыкального искусства является григорианский хорал, «ибо он представляет собой высшую форму церковной музыки» [16].

Вместе с тем литургическая реформа поощряет интеграцию культовой практики и современного музыкального творчества. Признавая эволюцию искусства, «Tra le Sollecitudini» включает в категорию священной музыки новые церковные сочинения. В то же время motu proprio отмечает расширившийся разрыв между светской и священной музыкой: «Поскольку современная музыка стала в основном художественной, следует допускать лишь те образцы, которые не осквернят богослужение напоминанием театральных или иных светских форм и стилей» [там же]. Тем самым св. Пий X подчеркивает различие между божественным и мирским искусством.

В энциклике3 «Musicae Sacrae Disciplina» («Музыка — священная дисциплина», 1955) Папа Пий XII не только содействует сбережению ценностей и богатств церковной музыки, но и в определенной мере вдохновляет современных композиторов и исполнителей. В документе читаем: «Художник, чья вера тверда, а жизнь достойна христианина, художник, ... достойным образом выражающий с помощью красок и линий, звуков и песнопений Истины, ... добивается того, что такое занятие становится религиозным актом для него и мощным молитвенным стимулом для людей» [11].

Подводя итог сказанному, сформулируем основные параметры «música sacra», утвержденные в важнейших ватиканских документах ХХ века. Новое учение Церкви о священной музыке основано на трех фундаментальных принципах Папы Пия X: святость, универсальность и художественность:

1) Церковная музыка должна быть святой, то есть сакральной, что означает отсутствие в ней каких-либо элементов светскости. Под священной музыкой понимается та, которая создана для богослужения, обеспечена определенной святостью и отвечает духу литургического действия.

2) Церковь одобряет и допускает в богослужение различные средства и формы выражения, если они обладают качествами «подлинного священного музыкального искусства» [6]. При этом григорианское пение обладает универсальностью, оно обращено ко всем христианам. Использование в Литургии произведений местных авторов не означает отрицания их значимости, разнообразие придает службе общественный статус.

3) Литургическая музыка должна быть одухотворенным и высоко художественным актом. Папа Иоанн Павел II в своем Апостольском обращении 2003 года подчеркнул, что «нужно молиться Богу не только теологически точными формулами, но также красивым и достойным способом» [9].

Эти признаки определяют основные нормативы музыки, которая должна присутствовать в богослужении. Таким образом, в

3 Энциклика (позднелат. encyclicus — круговой, общий) — послание Папы Римского ко всем католикам по вопросам вероучения, нравственным, социальным, общественно-политическим проблемам. Пишутся, как правило, на латинском языке и получают название по первым словам текста.

требованиях к «musica sacra» прослеживается та же самая «неизменность и изменяемость», непрерывность и обновление, которые свойственны «природе Литургии, а вместе с ней и церковной архитектуре и другим составляющим богослужебного синтетичного действа» [15].

Анализ ватиканских источников показывает, что толкование феномена «musica sacra» отмечено лексическим разнообразием. Терминологическая полифоничность документов о богослужебной музыке, сложность суждений по этому вопросу во многом определены направленностью модернизационного развития церковной доктрины в ХХ веке. В течение последнего столетия Католическая Церковь проделала значительно большую эволюцию, чем за многие столетия предшествующего существования. Новая политика Святого Престола получила название «аджор-наменто» (ит. aggiornamento — обновление, модернизация, приведение в соответствие с духом времени) и была отражена в решениях Второго Ватиканского Собора.

В Конституции «О Богослужении» определена первостепенная цель литургического обновления: «полное, деятельное и совместное участие в совершении богослужения» всей общины под руководством лиц церковной иерархии [3, с. 88]. Божественная Литургия должна быть простой и понятной; для активного участия верующих в службе следует «поощрять» совместное пение [там же, с. 90]. Принципиальная установка на деятельность всей общины способствует тому, что в обновленную Мессу помимо латинского допускается местный язык [там же, с. 92].

После опубликования соборных документов начался сложный процесс адаптации новых литургических правил в приходской практике. Потребовалось время, чтобы ватиканские установки обрели реальное воплощение и сформировали новый облик католического Евхаристического служения — общинную Мессу («Missa cum populo»).

Литургические реформы преследовали прежде всего практические цели. Вместе с тем требование деятельного участия прихожан в церковной жизни послужило поводом для многочисленных теоретических рассуждений и дискуссий о характере музыки в постсоборной Мессе и её месте в культовых отправлениях.

Мы придерживаемся определяющего мнения, что музыка сакральная и музыка литургическая однородны по своему семантическому окрасу. По церковным установлениям, литургическим является то искусство, которое допускается в церковь для официального и общественного культа4, следовательно, «музыка сакральная есть литургическая» [8, с. 130]. Опираясь на сформулированные в официальных документах Римско-католической Церкви нормативы «musica sacra», попытаемся уточнить ее отличительные особенности и определить функции литургической музыки, которые находят воплощение в современной приходской практике.

Одна из задач музыки в богослужении — ритуальная взаимосвязь с контекстом религиозного культа. Музыкальное оформление службы должно соответствовать церковному ритуалу и придавать ему «более возвышенную форму» [3, с. 110]. Песнопения выполняют знаковую роль в Божественной Литургии. Они открывают и завершают Мессу, сопровождают коллективные действия (Дароприношение, Причастие), то есть существуют в соответствии с унифицированным чинопоследованием.

Другая функция богослужебной музыки определена нами как догматическая, реализующая католическое вероучение, библейские и доктринальные истины. Церковной музыке следует соответствовать боговдохновенному молитвенному духу главного христианского культа — Божественной Литургии, она «должна отражать славу и покорность, восхваление и жертвоприношение, благодарность и наказание, а также хотя бы в некоторой степени олицетворять эти христианские постулаты» [12]. «Música sacra» служит средством более правильного и четкого донесения канонического текста, отличного от повседневной речи. Только реализовавшись в музыкальных звуках, католическое богословие наполняется особым сакральным смыслом.

Музыка помогает постижению Слова, в этом смысле ее проповедническая деятельность носит дидактический характер. Апостол Павел призывает верных, собравшихся в ожидании при-

4 На наш взгляд, под культовыми могут пониматься не только христианские обряды и действия (языческие, фольклорные). Поэтому при использовании термина «культовая музыка» требуется уточняющая характеристика, например, «католическая культовая музыка», «музыка православного культа» и т.д.

шествия Господня, «научать и вразумлять друг друга псалмами, славословием и духовными песнями» (Кол. 3:16). Пастырская значимость указывает на такое предназначение христианских песнопений — как назидание (1Кор. 14:26; Еф. 5:19-20).

Еще одна функция музыки в богослужении — коммуникативная. Важным симптомом современной католической практики и церковной музыки становится совместное акцио-нальное действо. Механизмом общения между людьми и Богом, позволяющего решать сакральные задачи, является простой, понятный большинству прихожан язык. Соучастие как приоритетный момент католического богослужения возможно в рамках современного лексического стереотипа. Совместное исполнение корреспондирует с коммуникативными особенностями церковного обряда и обеспечивает деятельное участие прихожан в Мессе.

Музыка — мощный акустический знак, способный эмоционально усиливать момент живого диалога Бога и человека. Такая «миссия» музыки, как погружение верующих в мир нематериальный, может рассматриваться как транслирующая функция. Песнопения Мессы должны быть органически связаны с церковной эстетикой, выполнять сверхзадачу «перевода» музыкального текста с уровня эстетического на боговдохновенный. Трактовка категории возвышенного в рамках богослужебного акта через стремление показать человеку величие Бога является сутью музыкального служения в Церкви.

В ХХ веке католическое искусство в целом в неизмеримо большей степени, чем это имело место в творчестве всех предшествующих эпох, вовлекает в литургическую практику новые звуковые ориентиры, демонстрируя особое «качество звучания» современного католического богослужения в контексте диалога Церкви с миром. Вместе с тем речь ни в коем случае не идет о разрыве с традицией. Современная церковная музыка очень динамична, и каждое новое поколение верующих приносит в неё своё обновление. В качестве мелодического оформления Мессы используются различные образцы, но их объединяет важная установка: храмовая музыка не должна иметь самостоятельной эстетической роли, церковное пение «есть одна из форм самого богослужения» [1, с. 149].

Построение методологической модели анализа современного духовно-музыкального творчества возможно лишь в контексте всей системы литургического действия. Помимо акустического (вербального, интонационного) способа выражения, церковный обряд реализуется во взаимодействии акцио-нального, предметного, визуального и других компонентов. Они образуют различные формы пересечений и отражают особый сакральный смысл Божественной Литургии. Общая организация церковно-богослужебной практики актуализирует проблему определения критериев литургической музыки и требует расширения сугубо искусствоведческого ракурса исследования.

Представляется целесообразным объединить усилия священнослужителей, музыкантов, историков, искусствоведов, богословов и литургистов для правильной ориентации в историческом процессе, для осознания связей культового творчества с догматической и художественной практикой. Только в этом случае станет возможным раскрыть многозначный мир литургической жизни Церкви и показать значение «musica sacra» как духовного явления.

Список литературы References

1. Гарднер И. А. Церковное пение и церковная музыка // О церковном пении: Сб. статей / Сост. О. В. Лада. М., 2001.

Gardner I.A. Liturgical singing and church music // On liturgical singing. A symposium of articles. Ed. By Lada O. Moscow, 2001.

Gardner I. A. Cerkovnoe penie i cerkovnaja muzyka // O cerkovnom penii: sb. statej / Sost. O. V. Lada. M.: 2001.

2. ДюмуленП. Чтобы лучше понять Мессу. СПб., 1999.

Dumoulin P. To get a better understanding of the Mass. Saint-Petersburg,

1999.

Djumulen P. Chtoby luchshe ponjat' Messu. SPb., 1999.

3. Конституция «О Богослужении» // Второй Ватиканский Собор: Конституции, Декреты, Декларации. Брюссель, 1992.

Constitution on the Sacred Liturgy // The Second Vatican Council: Constitutions, Decrees, Declarations. Brussel, 1992.

Konstitucija «О Bogosluzhenii» // Vtoroj Vatikanskij Sobor: Konstitu-cii, Dekrety, Deklaracii. Brjussel', 1992.

4. Лосский Н. В. Богословские основы церковного пения // Мартынов В. И. История богослужебного пения. М., 1994.

Lossky N. The theological foundations of liturgical singing // Martynov V. The history of liturgical singing. Moscow, 1994.

Losskij N. V. Bogoslovskie osnovy cerkovnogo penija // Martynov V. I. Is-torija bogosluzhebnogo penija. M., 1994.

5. Фиденко Ю. Л. Музыкальное оформление современной Мессы (к вопросу об инвариантных и локальных проявлениях) // Дом Бурга-нова. Пространство культуры. № 3, 2012.

Fidenko Yu. The musical setting of the contemporary Mass (invariant and local varieties) // Burganov's House. The space of culture. No. 3, 2012.

Fidenko Ju. L. Muzykal'noe oformlenie sovremennoj Messy (k voprosu ob invariantnyh i lokal'nyh projavlenijah) // Dom Burganova. Prostranstvo kul'tury. # 3, 2012.

6. Benzmiller J. J.What's so Sacred about Sacred Music? // Adoremus Bulletin. 2003. Vol. IX. N. 4. [Э/р]. URL: http://www.adoremus.org/0603Sac-redMusic.html (дата обращения: 23.07.2013).

7. Ecclesia de Eucharistia. Encyclica Ioannes Paulus PP. II 17.04.2003. [Э/р]. URL: http://www.vatican.va/edocs/ENG0821 (дата обращения: 17.11.2013).

8. Hayburn R F. Music, sacred, legislation on // New Catholic Encyclopedia. Washington: The Catholic University ofAmerica, 1967. V. X. P. 129—131.

9. John Paul II. Give Praise through the Beauty of Music. General Audience // Vatican City. — 2003. — 26 Feb. [Э/р]. URL: http://www.vati-can.va/holy_father/john_paul_ii/audiences/2003/documents/hf_jp-ii_aud_2 0030226_en.html (дата обращения: 20.11.2013).

10. Music in catholic worship. Boston: Bishops Committee on the liturgy, 1972. 21 p.

11. Musicae Sacrae Disciplina. Encyclical of Pope Pius XII on sacred music. December 25, 1955. [Э/р]. URL: http://www.papalencyclicals.net (дата обращения: 12.11.2012).

12. Musicam Sacram. Instruction On Music In The Liturgy. Sacred Congregation of Rites. March 5, 1967. [Э/р]. URL: http://www.adoremus.org/Mus-Sac.html (дата обращения: 29.07.2013).

13. Pawlak I.Muzika liturgiczna po soborze watyka skim II w wietle do-kumentYw ko cio a. Lublin: Polihymnia, 2000. 468 c.

14. Ratzinger J. «In the Presence of the Angels I Will Sing Your Praise»: The Regensburg Tradition and the Reform of the Liturgy (Translated by Father Robert A. Skeris). Adoremus Bulletin. 1996. Vol. 2. N. 6-8. 15 p.

15. Ratzinger J. Music and Liturgy // Adoremus Bulletin. 2001. Vol. VII. N. 8. [Э/р]. URL: http://www.adoremus.org/1101musicliturgy.html (дата обращения: 23.07.2013).

16. Tra le Sollecitudini. Motu Proprio on Sacred Music Pope Pius X on November 22, 1903. [Э/р]. URL: http://www.vatican.va/holy-father/pius_x/motu_proprio (дата обращения: 23.07.2013).

Данные об авторе:

Фиденко Юлия Леонидовна — кандидат искусствоведения, доцент кафедры истории музыки Дальневосточной государственной академии искусств (Владивосток), докторант кафедры истории музыки Новосибирской государственной консерватории (академии) им. М. И. Глинки. E-mail: jufid@mail.ru

Data about the author:

Fidenko Yuliya — PhD. of Art Criticism, Department of music history, docent, Far East State Academy of Arts (Vladivostok), postdoctoral student, Department of music history, Glinka Novosibirsk State Conservatory. E-mail: jufid@mail.ru