Пути устранения противоречий гражданского процессуального и семейного законодательства при рассмотрении споров, связанных с воспитанием детей

Пути устранения противоречий гражданского процессуального и семейного законодательства при рассмотрении споров, связанных с воспитанием детей

О. С. Батова

Семейный кодекс РФ содержит достаточно много специальных процессуальных норм, которые касаются всех стадий процесса: правил подведомственности; положений о лицах, участвующих в деле; правил доказывания. При этом роль этих процессуальных норм велика, поскольку они призваны специализировать процессуальную форму защиты семейных прав, но в то же время включение их не в специализированный нормативный акт создает определенные трудности в судебной практике. По правовой природе процессуальные нормы, включенные в систему семейного законодательства, являются процессуальными, но законодателю не следует злоупотреблять включением таких норм в СК РФ, поэтому следует согласиться с мнением Н. А. Чечиной в том, что закрепление некоторых процессуальных норм в материально-правовых актах целесообразно только тогда, когда содержание этих норм может быть лучше понято, раскрыто при совместном изложении1. На

Батова Оксана Сергеевна — консультант постоянного комитета по вопросам местного самоуправления Законодательного Собрания Вологодской области, аспирантка ИЗиСП.

1 См.: Чечина Н. А. Система гражданского процессуального права и систематизация законодательства / / Правоведение. 1984. № 2. С. 32—33.

наш взгляд, сегодня неоправданно большое количество процессуальных норм содержится в СК РФ и при этом нарушается принцип верховенства процессуального законодательства при включении процессуальных норм в материальные отрасли права.

Следует отметить, что наибольшую зависимость от материального права испытывают такие институты гражданского процессуального права, как подведомственность, иск, субъекты процесса, правила доказывания.

При определении форм защиты субъективных прав ребенка в семейном законодательстве используются оба вида подведомственности — единичная и множественная. При этом преобладает единичная, так как большая масса дел, связанных с воспитанием детей, рассматриваются в судебном порядке.

В СК РФ также конкретизируется круг субъектов, имеющих право обратиться в суд в защиту своих прав или прав и интересов несовершеннолетних, что воздействует на принятие конкретных заявлений к производству в суде. При определении субъектного состава по спорам о детях должно приниматься во внимание признание за несовершеннолетним права занять положение стороны по семейным делам, в которых защищаются его интересы, что имеет не только теоретическое, но и прак-

Журнал российского права №6 — 2006

тическое значение. При определении самостоятельной процессуальной роли несовершеннолетних, не участвующих непосредственно в судебном разбирательстве, разграничивается материальная и процессуальная заинтересованность субъектов, защищающих права недееспособных. Признание несовершеннолетних стороной по делу соответствует конституционным положениям об охране детства и поможет суду более последовательно защищать права несовершеннолетних.

Считаем, что ребенок по делам, связанным с воспитанием детей, является стороной, так как он субъект спорного правоотношения и все правовые последствия судебного решения, которое будет вынесено по иску родителей (или лиц, их заменяющих), будут распространяться непосредственно на ребенка. Поэтому общие процессуальные положения о сторонах в гражданском судопроизводстве (ст. 38 ГПК РФ) необходимо дополнить ссылкой на то, что положение истца в процессе могут занимать лица, в защиту прав которых возбуждается производство по гражданскому делу, независимо от наличия у них процессуальной дееспособности.

Специфика семейных правоотношений (особенно родительских) также отражается на общих институтах гражданско-процессуального права, таких как мировое соглашение, признание иска, отказ от иска. Так, мировое соглашение невозможно по делам о семейно-правовой ответственности родителей (или лиц, их заменяющих): при рассмотрении дела по требованию родителя, проживающего отдельно от ребенка, при злостном невыполнении решения суда об осуществлении его родительских прав другим родителем (п. 3 ст. 66 СК РФ), при лишении родительских прав (ст. 69 СК РФ), при ограничении в родительских правах (ст. 73 СК РФ), при отмене усыновления ребенка (ст. 140 СК РФ).

Исходя из требований ст. 39, 173 ГПК РФ, надо полагать, что в случае отказа от иска (или иного требования) лица, обратившегося в суд за защитой прав и законных интересов ребенка, производство по делу может быть прекращено. Если ребенок достиг возраста 14 лет, то прекращение производства по делу возможно только с его согласия, а если он не достиг указанного возраста — с согласия органов опеки и попечительства. При этом принимается во внимание и соответствие мирового соглашения закону, соблюдение прав других лиц.

Рассматривая участников процесса в зависимости от юридической заинтересованности по делам, связанным с воспитанием детей, следует отметить, что к лицам, имеющим личную заинтересованность, следует отнести ребенка, его родителей (лиц, их заменяющих) и, если таковые имеются, фактических воспитателей. К лицам, имеющим государственную заинтересованность, относятся прокурор, органы опеки и попечительства, другие органы, на которые возложена обязанность по охране прав несовершеннолетних детей; общественная заинтересованность имеется у учреждений, которые вправе подавать иски о лишении или ограничении родительских прав.

Специфика споров о воспитании детей заключается в том, что законные представители несовершеннолетнего зачастую не могут осуществлять представительство интересов ребенка в суде, так как нередко оказываются в положении сторон в процессе и защищают в суде свои собственные интересы, которые иногда расходятся с интересами ребенка.

Для устранения возникшей проблемы, если между интересами родителей и детей имеются противоречия, которые установлены органами опеки и попечительства, предлагается обеспечивать каждому несовершеннолетнему участнику

Журнал российского права №6 — 2006

гражданского процесса бесплатную юридическую помощь в лице адвоката, специализирующегося на ведении семейных дел, независимо от присутствия в процессе законных представителей. Представляется, что полномочия этого представителя должны быть подтверждены мотивированным постановлением органов опеки и попечительства, — это послужит критерием качественной защиты и является немаловажным при состязательности процесса.

В соответствии со ст. 57 СК РФ ребенок вправе выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, а также быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства. Считаем, что с шестилетнего возраста ребенок должен быть допущен в судебное заседание, если он в устной или письменной форме, самостоятельно или через кого-либо из участников процесса сообщит суду о своем желании выразить собственное мнение по касающемуся его вопросу.

Поэтому необходимо дополнить ГПК РФ положением, регламентирующим выражение ребенком своего мнения в ходе судебного заседания, так как данный порядок в гражданском процессуальном законодательстве не определен, поэтому здесь часто допускаются ошибки. Приглашение ребенка для выражения мнения часто отражается в протоколах судебного заседания как вызов для допроса в качестве свидетеля. Однако допрос несовершеннолетнего свидетеля и выражение ребенком своего мнения — это совершенно разные правовые институты. Такое нарушение может послужить основанием для отмены судебного решения в связи с существенным нарушением норм процессуального права.

В случае возникновения обоснованного сомнения в способности конкретного ребенка в возрасте

шести лет и более сформулировать и выразить свое мнение должна быть назначена соответствующая судебная экспертиза. Поэтому к обязательным участникам процесса по делам, связанным с воспитанием, следует отнести эксперта-психолога, чье обоснованное заключение представляет собой одно из весомых доказательств по делу, подлежащих оценке на общих основаниях.

К обязательным участникам процесса по делам, связанным с воспитанием детей, относятся органы опеки и попечительства, которые являются органами местного самоуправления, наделенными полномочиями по решению вопросов местного значения и не входящими в систему органов государственной власти.

В целом (условно) можно выделить две основные формы защиты семейных прав ребенка органами опеки и попечительства: 1) внесудебная, выражающаяся в самостоятельном принятии решений в пределах своей компетенции (включая дачу согласия либо разрешения на какие-либо действия) и 2) судебная.

Судебная форма защиты имеет следующие разновидности:

— возбуждение гражданского дела;

— дача заключения по существу разрешаемого требования;

— участие в исполнении решений суда2 (ст. 79 СК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 78 СК РФ орган опеки и попечительства обязан провести обследование условий жизни ребенка и лица (лиц), претендующего на его воспитание, и пред-

2 Не все процессуалисты выделяют участие органов опеки и попечительства в исполнении решений в отдельную форму. См.: Яркое В. В. Об участии органов государственного управления в гражданском процессе по спорам, возникающим из брачносемейных отношений // Законодательство о браке и семье и практика его применения. Свердловск, 1989. С. 137—138.

Журнал российского права №6 — 2006

ставить суду акт обследования и основанное на нем заключение по существу спора. В соответствии с данной нормой дела должны назначаться судом к рассмотрению только после получения от органов опеки и попечительства составленных в установленном порядке актов обследования условий жизни обоих лиц, претендующих на воспитание ребенка.

Заключение органа опеки и попечительства, привлеченного судом для участия в деле, оглашается в судебном заседании после исследования всех обстоятельств дела. Письменное же заключение органа опеки и попечительства, представленное в суд до начала судебного заседания, основывается не на материалах дела, а на тех сведениях, которые были получены им во внесудебном порядке. При этом мнение представителя органа опеки и попечительства, участвующего в деле, окончательно формируется только в процессе установления фактических обстоятельств дела в самом судебном заседании.

Поэтому представитель органа опеки и попечительства должен иметь возможность в своем заключении, даваемом после исследования всех обстоятельств дела, выступая не от собственного имени, а от имени органа опеки и попечительства, изменить ту позицию, которая изложена в письменном заключении. Необходимо, чтобы на это у представителя органа опеки и попечительства имелись соответствующие полномочия, указанные в доверенности. Если же такие полномочия представителю органа опеки и попечительства не предоставлены, то он должен ходатайствовать перед судом об отложении разбирательства дела для представления нового мотивированного письменного заключения органа опеки и попечительства.

Все полученные в результате проведенного обследования сведения подлежат сугубо педагогичес-

кой оценке. А вместе обследование и заключение органов опеки и попечительства, даваемые суду по вопросу о праве на воспитание ребенка, должны рассматриваться как своего рода социально-педагогическая экспертиза условий жизни ребенка, с которой суд считается при вынесении своего решения, но что не является для него обязательным.

Гражданский процессуальный кодекс РФ не раскрывает понятий «акт обследования условий жизни ребенка и лица (лиц), претендующего на его воспитание», «заключение органа опеки и попечительства», не определяет их процессуально-правовое значение и содержание, что затрудняет определение их роли в системе доказательств.

Считаем необходимым дополнить положения СК РФ нормой, наделяющей уполномоченного по правам ребенка в субъекте РФ правом на обращение в суд в интересах несовершеннолетнего гражданина с иском о лишении родительских прав, об ограничении в родительских правах и по делам, связанным с воспитанием детей.

Специфическим правовым положением среди лиц, участвующих в деле, обладает в процессе прокурор. Деятельность прокурора в процессе объединяется единой законоохранительной функцией.

В соответствии с законодательством прокурор может участвовать в рассмотрении дел, связанных с воспитанием детей, в двух формах:

— обращение в суд за защитой прав, свобод и законных интересов несовершеннолетних. Так, в соответствии с СК РФ прокурор может обратиться в суд с иском: о лишении родительских прав (п. 1 ст. 70), об ограничении в родительских правах (п. 3 ст. 73), об отмене усыновления (ст. 142);

— вступление прокурора в процесс, начатый по инициативе других лиц, и дача им заключения по делам: о лишении родительских прав (ст. 70 СК РФ), о восстанов-

Журнал российского права №6 — 2006

лении в родительских правах (ст. 72 СК РФ), об ограничении в родительских правах (ст. 73 СК РФ), об отмене усыновления (ст. 140 СК РФ), в порядке особого производства об усыновлении (удочерении) ребенка (ст. 273 ГПК РФ). Следует отметить, что, несмотря на новую редакцию положений, регулирующих деятельность прокурора в гражданском процессе, ныне действующий ГПК РФ не снимает ряд вопросов, не разрешенных в прежнем процессуальном законодательстве, а в некоторых случаях ставит и новые. Так, в нем не раскрывается понятие «заключение прокурора», не определяется его процессуально-правовое значение и содержание. Остается непонятным, о чем прокурор дает заключение по делам, связанным с воспитанием детей, и какое значение оно имеет для суда (хотя, например, значение заключения эксперта в ГПК РФ раскрыто — ст. 86, 187).

Перечень оснований, по которым прокурор по ГПК РФ вправе обратиться в суд или вступить в процесс для дачи заключения, не обеспечивает защиту прав, свобод и законных интересов граждан, и особенно несовершеннолетних. Руководствуясь интересами детей, считаем, что обязательное участие прокуратуры необходимо по всем делам, связанным с воспитанием детей.

В юридической литературе суды как субъекты гражданского процессуального права подразделяются на две большие группы. Первую группу составляют суды, рассматривающие гражданские дела по существу: суды первой инстанции3. Ко второй группе относятся суды кассационной и надзорной инстанций, в компетенцию которых входит проверка правильности актов, вынесенных нижестоящими судами.

3 См.: Гражданский процесс / Под ред. К. И. Комиссароеа и Ю. К. Осипоеа. М., 1996. С. 50.

Рассмотрение дел по первой инстанции, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка, отнесено к подсудности мировых судей и районных (городских) судов общей юрисдикции (ст. 23, 24, 25 ГПК РФ).

Конституция РФ (ст. 123) и ГПК РФ (ст. 12, 57) закрепляют состязательность гражданского судопроизводства. Так, согласно ст. 12, 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства.

Несмотря на общую тенденцию, состоящую в снижении активности суда в выявлении и собирании доказательств, законодатель устанавливает обязанность суда, сохраняя беспристрастность, создавать условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

По гражданским делам, связанным с защитой прав и законных интересов ребенка, гражданское процессуальное законодательство сохраняет за судом право на собирание доказательств. Так, суд при подготовке дела об установлении усыновления обязывает органы опеки и попечительства представить заключение об обоснованности и соответствии усыновления интересам ребенка (ст. 272 ГПК РФ). Суд также обязан по своей инициативе при расторжении брака между супругами в том случае, когда между ними нет соглашения о месте жительства ребенка, определить, с кем из родителей будут проживать дети после развода, и взыскать алименты на ребенка (п. 2 ст. 24 СК РФ). Кроме того, суд обязан по своей инициативе взыскать алименты на ребенка при рассмотрении вопроса о лишении родительских прав (ст. 70, 73 СК РФ). Он вправе взыскать также алименты при отмене усыновления.

Представляется, что при отправлении правосудия по делам, свя-

Журнал российского права №6 — 2006

занным с воспитанием детей, судопроизводство должно содержать элементы как состязательного, так и следственного начала. Включение в состязательность элементов следственного процесса будет свидетельствовать об особой заботе государства о защите прав ребенка. Процессуальное равенство сторон (лиц, участвующих в деле) в этих случаях не нарушается. Ребенок в силу психического, духовного, фи-

зического развития не может самостоятельно состязаться. Вместе с тем все лица, участвующие в деле, обладают равными возможностями использования процессуальных средств, необходимых для выражения и обоснованности собственных правовых позиций4.

4 См.: Матиееский М. Состязательность — форма советского гражданского процесса / / Советская юстиция. 1984. № 21. С. 23