ИСТОРИК ПЕДАГОГИКИ Б. М. БИМ-БАД: 80 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ

Генезис и теоретико-методологические основы

педагогики профессионального образования

УДК 37.012

А. А. Романов

Историк педагогики Б. М. Бим-Бад: 80 лет со дня рождения

Аннотация

28 декабря 2021 года исполняется 80 лет академику РАО Б. М. Бим-Баду, осуществившему в нашей стране в 1980-1990-е годы переосмысление характера и особенностей историко-педагоги-ческого знания, а также разработку антропологического фундамента теории и практики образования.

| Ключевые слова: Б. М. Бим-Бад; отечественная история педагогики; педагогическая антропология в России.

A. A. Romanov

Education historian B. M. Bim-Bad: 80th anniversary

Abstract

December 28, 2021 marks the 80th anniversary of the Academician of the Russian Academy of Education B. M. Bim-Bad, who, in the 1980s-1990s, pioneered a rethink of the nature and characteristics of historical and pedagogical knowledge in our country, as well as the development of an anthropological foundation for education theory and practice.

| Keywords: B. M. Bim-Bad; Russian history of pedagogy; pedagogical anthropology in Russia.

Борис Михайлович Бим-Бад, известный ученый, теоретик педагогики и философии образования, всегда испытывающий потребность в практической работе и просветительской деятельности, характеризуется нами и как известный историк педагогики. Со студенческой скамьи его отличало стремление к погружению через всеобщую историю в мир энциклопедического знания, к возможному диалогу с великими педагогическими подвижниками. Причем названное было лишь одним из интересующих его направлений, в которых он мечтал найти свое жизненное призвание, но именно эта сфера деятельности позволила ему стать знаковой фигурой в отечественной истори-ко-педагогической науке.

В 80-х годах ХХ века были предприняты попытки властных структур и передовой общественности России вывести отечественное образование из системного кризиса. Однако отношение к проводимым реформам носило амбивалентный характер. Вместе с тем это противоречивое и даже драматическое время открыло широкие возможности для раскрытия личностного потенциала многих представителей педагогической науки и проявления ими творческих инициатив. Появилась также необходимость (и возможность) в переосмыслении философских, идеологических и методологических основ самой педагогики. В этих условиях на передовом рубеже оказался и сотрудник НИИ общей педагогики АПН СССР Б. М. Бим-Бад.

В 1986 году лабораторией истории школы и педагогики за рубежом НИИ общей педагогики был опубликован сборник научных трудов «Теоретико-методологические вопросы истории педагогики» [12] (ответственные редакторы Б. М. Бим-Бад и К. И. Салимова). Сегодня это достаточно редкое издание, поэтому остановимся на его главных содержательных аспектах более подробно. В качестве основных следует выделить проблемы общетеоретических подходов к определению предмета и содержания истории педагогики (К. И. Салимова). Увеличение вклада истории педагогики в дело совершенствования психолого-педагогической подготовки будущих учителей, воспитателей, деятелей народного образования называлось неотложной задачей в свете требований реформы общеобразовательной и профессиональной школы. Подчеркивалась острота вопроса повышения роли истории педагогики в педагогическом образовании, необходимости обогащения содержания историко-педагогических исследований за счет большей связи с предметами психолого-педагогического цикла, сближения проблем истории педагогики с проблемами теоретической педагогики, повышения прогностической функции историко-педагогической науки. Отмечалась зависимость определения предмета и содержания истории педагогики от трактовки предмета педагогики, понимания сущности воспитания, интерпретации понятий педагогической теории и практики, а в целом — от разработки методологических и общетеоретических основ педагогики [Там же, с. 6-8]. Обозначались и стержневые проблемы истории педагогики как одной из главных отраслей педагогической науки, такие как цели и идеал, содержание и методы, организация и реализация учебно-воспитательного процесса. Одновременно подчеркивалось, что предмет истории педагогики «обязан отразить в себе конкретную специфику времени» [Там же, с. 11].

Б. М. Бим-Бад выступил со статьей «<Теоретико-эвристические функции истории педагогики: историографический обзор (до 1917 г.)». Исходя из целевой установки сборника, автор утверждал, что увеличить вклад истории педагогики в развитие педагогической методологии, прогностики, теории и практики воспитания и обучения можно лишь на основе ретроспективного анализа ее функций, выполняемых задач и накопленного потенциала. Статья отличалась тем, что в нее были включены новые материалы не только о великих педагогических подвижниках, но и о малознакомых советским ученым исследователях их творчества. Отметим и совершенно новое качество выводов, базирующихся на глубоком дескриптивном и теоретическом анализе рассматриваемых исторических периодов и феноменов. Тем самым Б. М. Бим-Бад, выводя свои заключения на уровень прорывного философского знания, обозначил высокую методологическую планку истори-ко-педагогического исследования.

В XVII веке историко-педагогическое знание послужило фундаментом для создания педагогики как целостной, системной теории. Уже в «Материнской школе», по словам Б. М. Бим-Бада, Я. А. Коменский синтезировал «едва ли не все выработанные до него идеи о воспитании: народную мудрость Древнего Востока, демократические концепции классической языческой древности, революционную традицию крестьянско-плебей-ского средневекового сектантства, жизнеутверждающие идеалы Возрождения, педагогические новшества деятелей Реформации и ранние коммунистические утопии». И далее: «В "Великой дидактике" и в "Аналитической дидактике" теоретико- и историко-педагогическое знания образуют неразрывное целое, "амальгаму". Коменский завершил традицию "подтверждающего" использования историко-педагогического материала и начал традицию собственно теоретического анализа педагогических идей и практики прошлого, их критической оценки и концептуального синтеза» [Там же, с. 61].

В системе рассуждений Б. М. Бим-Бада выделим характеристику историзма домарксового периода, гегелевская версия которого оказала сильнейшее влияние на возрастание познавательного, теоретического, идеологического и практического потенциала истории педагогики (К. Розенкранц, Г. Таулов, К. Шмидт). Программа развития исто-рико-педагогического знания К. Шмидта, рассматривавшего историю педагогики как одну из форм самопознания человечества, остается, согласно Б. М. Бим-Баду, основой идеалистических течений и школ в буржуазной историографии, которая иногда отходила от нее, сужала и расширяла ее, но никогда не отказывалась полностью [Там же, с. 62-63].

Из отечественных ученых на первое место Б. М. Бим-Бад поставил Л. Н. Толстого, определившего задачи и функции, огромный научный и практический потенциал истории педагогики, являющейся, по мнению великого педагога, не просто основой теории педагогики, но и собственно педагогикой, так как изучает многообразие влияний на людей. Она призвана изучить историю этих влияний и «показать ее роль в развитии личности человека. Только тогда она научится действительно влиять на людей» [Там же, с. 64]. Автор подтверждает правоту программы Л. Н. Толстого примером ситуации конца XX века, когда «педагогика и особенно история педагогики интегрируют в себе, подвергая собственно педагогической интерпретации, данные всех наук, изучающих весь процесс развития человечества — этнографии, истории, философии, психологии, социологии и др. Процесс "универсализации" истории педагогики протекал медленно, противоречиво, но неудержимо приводил к тому, что реальный педагогический процесс, осуществляемый в школе, семье и других социальных институтах, изучался на фоне и в связи с влияниями общественной среды, труда,

48

Инновационные проекты и программы в образовании № 6, 2021

всех культурных факторов каждой данной эпохи» [Там же, с. 65].

В статье Б. М. Бим-Бад обращает внимание и на достижения французской школы истории педагогики (немарксистской) конца XIX — начала XX века (Г. Компейре, Э. Дюркгейм). В тот период история педагогики окончательно стала необходимой составной частью теории педагогики и практики государственного управления народным образованием, педагогического образования, частью гражданской истории, истории культуры, философии и общественной мысли, одной из мировоззренческих предпосылок философии, истории и футурологии [Там же, с. 71].

Революционный переворот в истории педагогики произвели основоположники марксизма в общественных науках. От К. Маркса и Ф. Энгельса историко-педагогическая наука получила свой главный исследовательский инструмент — научный, материалистический историзм, требующий поиска закономерностей в смене изучаемых явлений и процессов, создания теории историко-педагогического процесса в целом и в отдельных периодах и регионах, рассмотрения всех исторических связей с другими явлениями и процессами в конкретных исторических условиях. Такой подход предполагает поиск противоречий, противоположностей как движущих сил развития, имеющего не только поступательные периоды, но и этапы движения вспять и времена стагнации, и резкие скачки, революции, и перерывы постепенности (многонаправленность процесса развития) [Там же, с. 72-73].

Из зарубежных представителей марксизма, разрабатывавших вопросы истории педагогики, Б. М. Бим-Бад называет А. Лабриолу. Итальянский ученый и деятель международного рабочего движения считал, что история педагогики не должна сводиться, как и история вообще, к изучению воспитания господствующих классов, а призвана стать историей деятельности народных масс. Только такой коллективный герой представляет интерес для исторического анализа [Там же, с. 73]. Среди российских деятелей марксизма Б. М. Бим-Бад выделил Г. В. Плеханова, который конкретизировал задачи истории науки, способствовал укреплению методологического арсенала истории педагогики, обогащению ее научного содержания [Там же, с. 75-76].

Завершает статью Б. М. Бим-Бад выводами о задачах истории педагогики на качественно новом этапе ее развития в конце ХХ века. Прежде всего, она «обязана создать теорию всемирного истори-ко-педагогического процесса, обнаружив закономерности развития (поступательного движения, регресса, стагнации, "революции") педагогической деятельности и педагогического знания. Тем самым история педагогики даст сведения о путях, способах и условиях дальнейшего прогресса педагогики, которые кроме нее не может дать ни одна другая область педагогических наук» [Там же,

с. 80-81]. Однако для этого требуется интенсификация участия истории педагогики в решении «актуальных собственно методологических проблем, прежде всего сравнительного изучения эффективности всеобщих, общенаучных, особенных и частных методов исследования, путей и способов получения достоверного знания в педагогике, а также критериев действенности его практического применения» [Там же, с. 81].

Б. М. Бим-Бад был уверен и в том, что накопленный историей педагогики научный потенциал позволяет ей занять существенно большее, чем прежде, место в структуре профессионально-педагогической подготовки студенческой молодежи. Для этого необходимо преодолеть известную оторванность курса истории педагогики в составе среднего и высшего педагогического образования от других психолого-педагогических дисциплин [Там же, с. 81]. Не случайно он в приложении к сборнику разместил свои материалы к лекции по истории педагогики «Об образовательном и практическом значении курса истории педагогики в составе педагогического образования» [Там же, с. 102-109].

Особое место в сборнике заняла статья Г. Б. Корнетова «Методологические и источниковедческие проблемы исследования древнейшей истории воспитания», посвященная той тематике, многие аспекты которой вообще не разрабатывались ранее, казались неподъемными из-за отсутствия соответствующих исследовательских методик. Именно за разработку необходимого методологического инструментария для решения этой проблемы и взялся молодой ученый, ученик Б. М. Бим-Бада Григорий Борисович Корнетов. Впоследствии, поднявшись на уровень выдающегося ученого, Г. Б. Корнетов и его соратники практически материализовали мечту Б. М. Бим-Бада о курсе истории педагогики в педагогическом образовании, обеспечив его необходимым базовым теоретическим, методологическим и методическим сопровождением [11].

Для исследователей рассмотренный сборник важен не только как издание, заложившее основу для изменения методологии истории педагогики в нашей стране, но и как результат коллективного творчества научной лаборатории, ставшей точкой притяжения для команды единомышленников. Уже через год в лабораторию истории зарубежной педагогики НИИ общей педагогики АПН СССР пришел В. Г. Безрогов, который проработал впоследствии много лет вместе с Б. М. Бим-Бадом и Г. Б. Корнетовым, став, как и они, выдающимся ученым мирового уровня [4].

Стремление к просветительству было у Б. М. Бим-Бада главным мотивом (и потребностью) в разных видах его жизнедеятельности. Первым масштабным опытом назовем выход в 1987 году книги для родителей «Мудрость воспитания» (1989 год — 2-е изд.) [5], которую составили Б. М. Бим-Бад, Э. Д. Днепров, Г. Б. Корнетов.

Почти 100 авторов, выдающихся педагогов, великих ученых, писателей, общественных деятелей, знакомили с мыслями о воспитании ребенка, роли семьи, школы, окружающего мира в становлении и развитии его личности. Историко-педагогический материал столетий, сопровождаемый высказываниями философов Древнего мира, был интересен современникам, приглашал их к заинтересованному диалогу, становлению нового педагогического мышления [Там же, с. 3-4].

В 1988 году под редакцией К. И. Салимовой выходит экспериментальное учебное пособие «Очерки истории школы и педагогики за рубежом». Ч. I (с древнейших времен до Великой французской революции) [6], в котором глава о Я. А. Коменском была написана Б. М. Бим-Бадом. Образно, философски выверенно, интересно и увлекательно представлена им педагогическая система великого педагога. Здесь есть всё для преподавателя и студента: жизнь, мировоззрение, творчество, учение о человеке как фундаменте всех педагогических построений. Делается вывод, что в революционную эпоху открывается простор для деятельности людей типа Я. А. Коменского, которые «взваливают на свои плечи огромный труд — прокладывать научный фарватер для практических задач своего времени. Это великое призвание требует от таких людей великого терпения и мужества, любви к людям и беспощадности к себе. Это — подлинные герои, образ и дело которых служат человечеству на протяжении долгих столетий, а их имя заслуживает вечную благодарность человечества» [Там же, с. 162].

Учебное пособие отличалось от других, прежде всего, постановкой концептуальных вопросов: об исходной точке истории педагогики, о преодолении европоцентризма, практике воспитания на всех исторических периодах, чтобы в итоге можно было представить целостную картину мирового историко-педагогического процесса.

Своими находками Б. М. Бим-Бад старался поделиться с вузовскими преподавателями и студентами. Мне удалось прослушать его курс по истории педагогики в начале 1988 года в Институте повышения квалификации преподавателей высшей школы. Лекции Б. М. Бим-Бада «не вписывались в установленные академические рамки, он их не "читал". Скорее всего, мы вовлекались в действо, напоминавшее философскую школу, творческую мастерскую, театральную постановку, академическое занятие одновременно. Обозначалась проблема, задавались разные направления и уровни ее решения, приводились мнения неизвестных нам мыслителей Запада, идеи которых поражали своей парадоксальностью и необычностью, давалось авторское понимание той или иной точки зрения. Трудной работой становилось понимание причин появления какой-либо идеи, ее воплощение в педагогическом опыте, методологическое осмысление, и все это в безмерном движении пространства-времени» [10, с. 277].

Любой выдвинутый лектором тезис подробно разбирался, выстраивался понятный алгоритм его доказательства. Например: «Есть ли незаменимые личности? Почему к задачам, поставленным Коменским, мы все время приближаемся? Страшный для истории XVII век, Я. А. Коменский вырос из ужаса своего времени, а XX век менее ужасен? Некоторые исторические аналогии могут быть опасны, чудовищны, но они возможны. Поэтому на сегодняшние проблемы нужно учиться смотреть, если это возможно, с точки зрения прошлого. Нужно знать, говорил Б. М. Бим-Бад, что без истории перекрещенчества, без понимания идеи тысячелетнего царства мы не можем сколько-нибудь глубоко изучать Я. А. Коменского, как без педагогики жречества мы не поймем "Государства" Платона. Мы не должны быть манкуртами, мы обязаны давать учителям серьезные знания, не обманывающие их. И далее подробно разбирались аспекты творчества Коменского в их сравнении с идеями и опытом других деятелей образования» [Там же, с. 278-279].

Новаторство и общественная активность Б. М. Бим-Бада выдвинули его на передовой рубеж реформы образования, он, как и руководители ВНИК «Школа» Гособразования СССР (1988), был ключевым разработчиком концепции и содержания общего среднего образования, многих принципов организации систем управления образованием разного уровня. Руководил и группой энтузиастов, углубленных в проблему поиска новых идей в истории педагогики. Им был поставлен вопрос о возможности использования идей и опыта начала XX века при решении концептуальных вопросов реформирования отечественной школы. Чтобы сделать понятными передовые идеи отечественной и мировой педагогики, Б. М. Бим-Бад начал вести колонку «Уроки истории» в «Учительской газете», бывшей в то время главным союзником реформаторов и пропагандистом новаторских педагогических идей.

Б. М. Бим-Бад пытался объяснить тайны педагогических идей и мастерства Сократа, Я. А. Коменского, И. Канта, Р. Оуэна, И. Г. Песталоцци, А. Нилла, П. Фрейре, примерить к современным условиям методы изучения ребенка и воспитания Л. С. Выготского, Э. В. Ильенкова, В. В. Давыдова, В. А. Сухомлинского, Ш. А. Амонашвили и других. Делал выводы, которые объясняли, как можно действовать в эпоху реформ. Например, учить людей самостоятельно извлекать познания из собственной деятельности, из их повседневных восприятий. Постоянно раскрывать жизненное назначение исследуемых ими тайн бытия. Учить думать и делать, а не только делать; делать и думать, а не только думать. Ставить юный ум перед противоречиями и тренировать в поисках выхода из них. Поощрять глубокие и трудные вопросы к учителю, к книгам, к знатокам и мастерам. Творчески сотрудничать с учениками в совместных поис-

50

Инновационные проекты и программы в образовании № 6, 2021

ках истины, так как развивающему обучению нет альтернативы.

По его убеждению, «во все времена и у всех народов прогрессивные перемены в их истории сопровождались расцветом школьного дела. И наоборот — реакционные перевороты исстари были связаны с гибелью образования. Расцвет школьного дела требует колоссальных средств, соизмеримых с военными расходами и суммами национального дохода» [Там же, с. 280]. Одновременно с этим Б. М. Бим-Бад говорил о «необходимости истинной педагогической науки, творимой талантами, знающими жизнь и детей, умеющими на деле создавать реальные педагогические открытия. Все самые успешные реформаторы педагогической науки, подчеркивал он, были практиками, а не только учеными, и одновременно — очень учеными, а не только практиками. Мало того, они что угодно, но только не узкие профессионалы, их отличает широта и интересов, и талантов, и творческих проявлений» [Там же, с. 282].

История дана нам, писал Б. М. Бим-Бад, для того, чтобы «учиться у нее. Вот и давайте делать это! Учитывать уроки, преподанные нам прошлым — глубоким и совсем недавним. Давайте говорить вслух, открыто, смело: нам нужна истинная педагогическая наука, творимая талантами, знающими жизнь и детей, умеющими на деле создавать реальные педагогические открытия. Пусть задумается над этим и приближающийся педагогический съезд» [3; 10, с. 279-282].

В 1989 году выходит второй том очерков истории школы и педагогики за рубежом [7], где Б. М. Бим-Бад — один из основных авторов. Однако с этого года его главным делом становится реализация идеи многоуровневого образования для разных социальных групп, он открывает вольный университет, получивший название Российского открытого университета. К работе через определенное время были привлечены молодые талантливые историки педагогики Г. Б. Корнетов и В. Г. Безрогов, которым ректор, Б. М. Бим-Бад, всемерно доверял и давал возможность проводить масштабные исследования.

Кроме истории педагогики, Б. М. Бим-Бад серьезно увлекался педагогической антропологией. В 1994 году была опубликована его книга «Педагогические течения в начале ХХ века» [1], представлявшая собой лекции по педагогической антропологии и философии образования. Книга стала подтверждением того, что для Б. М. Бим-Бада история педагогики и педагогическая антропология — неразделимое целое. В предисловии он обращал внимание на то, что история педагогики в структуре педагогического образования является единственной дисциплиной, которая «позволяет студентам осознать педагогику как противоречивое и одновременно единое целое, как неисчерпаемое богатство практики и идей человечества. Эта дисциплина и есть самосознание педагогики, она не просто пополняет собой педагогическое

образование, но и формирует его логический остов. Именно история педагогики отвечает на вопрос о природе педагогического знания, потому что именно она изучает специфику педагогики как формы познания. Она изучает основные типы педагогических систем, состав педагогической науки, историю становления отдельных педагогических дисциплин (которым сейчас нет числа), развитие их проблематики, прогресс и регресс в методах научного познания, характер и основные типы педагогических дискуссий, изменения предмета науки и т.д. Она действительно отвечает на вопрос: что такое педагогика во всех ее формах и видах» [Там же, с. 5].

В своем исследовании Б. М. Бим-Бад выстроил и обосновал классификацию педагогических течений, дифференцированных им по пониманию содержания и структуры человековедческо-го (антропологического) фундамента педагогики. Автор, понимая, что названия имеют довольно условный характер, среди основных выделил следующие: естественно-научное, опытное, социологическое, философское, синтетически-антропологическое [Там же, с. 9-10]. Каждое направление детально разобрано с отсылками на труды большого количества отечественных и зарубежных ученых. Книга, на наш взгляд, и сегодня не потеряла своей актуальности.

Мы уже писали о книге «Педагогическая антропология» [8] , которая закрепила за Б. М. Бим-Бадом право на пионерство и лидерство в разработке педагогического человековедения в отечественной науке конца ХХ века. Это был совершенно новый тип учебного пособия, уникальность которого определялась не только актуальностью, но, главным образом, содержательной наполненностью. Б. М. Бим-Бад представил читателям самоучитель исторически накопленной человечеством педагогической мудрости. Виртуозно владеющий умением составлять и сочинять художественные тексты, он сумел оформить в учебном материале и педагогически интерпретировать мысли великих деятелей культуры. Он смог в опыте последних трех тысячелетий выбрать злободневные для сегодняшнего дня идеи, прекрасно показав, как пространство-время может быть использовано для полета пытливой мысли и поиска вариантов ответа на современные вызовы [10, с. 286].

В том же году Б. М. Бим-Бад публикует свои исследования жизненного стиля Сталина [2]. До этого были его политико-антропологические работы о таких великих властелинах, как Нерон и Александр Македонский. Но здесь совершенно другой уровень и масштаб обобщений. Для многих прочитать эту книгу будет потрясением, особенно для ученых новой формации.

Б. М. Бим-Бад, выводя свои заключения на уровень прорывного философского знания, обозначил высокую методологическую планку исто-рико-педагогического исследования. Его философский подход к раскрытию проблемы, глубина

историографического и теоретического анализа, в сочетании с ясностью изложения и доступной логикой аргументации, многообразием и вариативностью подтверждающих авторскую мысль примеров, сохраняют значение и сейчас, в виде исходных позиций или стандарта для работы современных ученых, специализирующихся в сфере теории и истории педагогики.

Для меня Борис Михайлович Бим-Бад, прежде всего, Учитель, с ним приятно было вести диалог

на протяжении более тридцати лет. Мне дороги его книги. Среди них и толстый том «Педагогической антропологии» с надписью: «Дорогому другу и коллеге, соратнику и единомышленнику Алексею Алексеевичу Романову, с любовью». Учителям мы должны достойно отвечать своей работой, результаты которой хранят и их усилия, согреты и их любовью. Спасибо большое! [10, с. 290].

Литература

1. Бим-Бад, Б. М. Педагогические течения в начале двадцатого века: лекции по педагогической антропологии и философии образования / Б. М. Бим-Бад. — Москва: Издательство Российского открытого университета, 1994. — 112 с. — ISBN 5-204-00010-0.

2. Бим-Бад, Б. М. Сталин: исследование жизненного стиля / Б. М. Бим-Бад. — Москва: УРАО, 2002. — 192 с. — ISBN 5-204-00316-9.

3. Бим-Бад, Борис. Учимся у истории / Б. М. Бим-Бад // Учительская газета. — 1988. — 7 ноября; 19 ноября; 26 ноября; 29 ноября; 15 декабря.

4. Виталий Безрогов — 60 лет. Научное издание / А. А. Романов, Н. А. Асташова, Б. М. Бим-Бад [и др.]; под ред. А. А. Романова. — Рязань: Концепция, 2020. — 344 с. — ISBN 978-5-4464-0162-8.

5. Мудрость воспитания: книга для родителей / сост. Б. М. Бим-Бад, Э. Д. Днепров, Г. Б. Корнетов. — 2-е изд., доп. — Москва: Педагогика, 1989. — 304 с.

6. Очерки истории школы и педагогики за рубежом: экспериментальное учеб. пособие: в 2 частях. Ч. I: С древнейших времен до Великой французской революции. — Москва: Издательство аПн ССС~ 203 с.

ÜCP, 1988. -

7. Очерки истории школы и педагогики за рубежом: экспериментальное учеб. пособие: в 2 частях. Ч. II: XVIII — XX вв. — Москва: Издательство АПН СССР, 1989. — 265 с.

8. Педагогическая антропология: учебное пособие / авт.-сост. Б. М. Бим-Бад. — Москва: Изд-во УРАО, 1998. — 576 с. — ISBN 5-204-00162-Х.

9. Романов, А. А. В диалоге с Учителем, с собой и временем / А. А. Романов // Психолого-педагогический поиск. — 2012. - № 1(21). — С. 69-81.

10. Романов, А. А. Педагогические подвижники в переломные эпохи ХХ века. Избранные научные статьи и очерки / А. А. Романов. — Рязань: Концепция, 2017. — 528 с. — ISBN 978-5-4464-0126-0.

11. Романов, А. А. 100 книг Григория Корнетова / А. А. Романов. — Рязань: Концепция, 2018. — 136 с. — ISBN 978-5-4464-0143-7.

12. Теоретико-методологические вопросы истории педагогики: сборник научных трудов / редкол.: Б. М. Бим-Бад (отв. ред.), К. И. Салимова (отв. ред.), В. И. Додо-нов. — Москва: Издательство АПН СССР, 1986. — 110 с.

1. Bim-Bad, B. M. (1994). Pedagogicheskie techeniia v nachale dvadtsatogo veka: lektsii po pedagogicheskoi antropologii i filosofii obrazovaniia [Pedagogical ideas in the early twentieth century: lectures on pedagogical anthropology and philosophy of education]. Moskva: Izdatelstvo Rossiiskogo otkrytogo universiteta.

2. Bim-Bad, B. M. (2002). Stalin: issledovanie zhiznennogo stilia [Stalin: a study of life style]. Moskva: URAO.

3. Bim-Bad, B. (1988, November 7, November 19, November 26, December 15). Uchimsia u istorii [Learning from history]. Uchitelskaia Gazeta.

4. Romanov, A. A., Astashova, N. A. & Bim-Bad, B. M. [et al.]. (2020). Vitalii Bezrogov — 60 let. Nauchnoe izdanie [Vita-ly Bezrogov — 60th anniversary. Scientific publication]. A. A. Romanov (Ed.) Ryazan: Kontseptsiya.

5. Bim-Bad, B. M., Dneprov, E. D. & Kornetov, G. B. (1989). Mudrost vospitaniia: kniga dlia roditelei [The wisdom of parenting: a book for parents], 2nd edition. Moskva: Peda-gogika.

6. (1988). Ocherki istorii shkoly i pedagogiki za rubezhom: eksperimentalnoe ucheb. posobie: v 2 chastiakh. Ch. I: S drevneishikh vremen do Velikoi frantsuzskoi revoliutsii [Essays on the history of schools and pedagogy abroad: in 2 parts. Part I: From Ancient Times to the Great French Revolution]. Moskva: Izdatelstvo APN SSSR.

References

7. (1989). Ocherki istorii shkoly ipedagogiki za rubezhom: eksperimentalnoe ucheb. posobie: v 2 chastiakh. Ch. II: XVIII — XX vv. [Essays on the history of schools and pedagogy abroad: in 2 parts. Part II: XVlIl — XX centuries]. Moskva: Izdatelstvo APN SSSR.

8. Bim-Bad, B. M. (1998). Pedagogicheskaia antropologiia: uchebnoeposobie [Pedagogical anthropology]. Moskva: Iz-datelstvo URAO.

9. Romanov, A. A. (2012). Conversing with the teacher, oneself, and the time. Psychological and pedagogical search, 1, 69-81.

10. Romanov, A. A. (2017). Pedagogicheskiepodvizhniki vpere-lomnye epokhi XX veka. Izbrannye nauchnye stati i ocherki [Devotees of education in the critical epochs of the twentieth century. Selected scientific articles and essays]. Ryazan: Kontseptsiia.

11. Romanov, A. A. (2018). 100 knig Grigoriia Kornetova [100 books by Grigory Kornetov]. Ryazan: Kontseptsiia.

12. Bim-Bad, B. M., Salimova, K. I. & Dodonov, V. I. (Eds.). (1986). Teoretiko-metodologicheskie voprosy istorii pedagogiki: sbornik nauchnykh trudov [Theoretical and methodological issues of the history of pedagogy: collection of scientific works]. Moskva: Izdatelstvo APN SSSR.