Идентичность в контексте социально-философских и социогуманитарных исследований

УДК 1 : 3+316.4

Лошкарева-Имгрунт Светлана Ивановна

кандидат социологических наук, соискатель кафедры социологии, политологии и права

ИППК Южного федерального университета

ИДЕНТИЧНОСТЬ В КОНТЕКСТЕ СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИХ И СОЦИОГУМАНИТАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

Loshkareva-Imgrunt Svetlana Ivanovna

PhD in Social,

D.Phil. applicant Political Sciences and Law Chair, Institute for Continuing Education and Retraining under the Southern Federal University

IDENTITY IN THE CONTEXT OF SOCIO-PHILOSOPHICAL AND SOCIAL HUMANITIES RESEARCHES

Аннотация:

В статье рассматриваются трактовки понятия «идентичность» в предметных областях социальной философии и социально-гуманитарных наук. Анализируется определяемая предметными рамками наук специфика методологических подходов. Исследуется взаимосвязь между понятиями «идентификация» и «идентичность».

Ключевые слова:

идентичность, идентификация, личность, социальная идентификация личности, социальная идентичность.

Summary:

The article deals with different interpretations of identity in the terminological fields of social philosophy, psychology, social science and the humanities. The author reviews the specifics of methodological approaches determined by the scientific subject framework. The correlation between the “identity” and “identification” conceptions is studied.

Keywords:

identity, identification, personality, social identification of personality, social identity.

Одним из часто встречающихся в настоящее время в рамках социально-философского и психологического дискурсов понятий является термин «идентичность». Обращение к нему стало особенно актуальным в последнее десятилетие в связи с кризисными процессами в идентификационной сфере в трансформирующемся российском обществе. Для того чтобы стало возможным продуктивное исследование этих процессов, необходимо вначале выяснить точное содержание и смысл данного термина, когда он используется в социально-философском и психологическом контекстах. Эту задачу мы ставим перед собой в настоящей статье, поскольку ее решение поможет сформировать необходимое видение для дальнейшей разработки темы.

Идентичность (от лат. idem - тот же самый) как логическая категория означает отношение, члены которого тождественны друг другу [1]. Термин также обозначает тождественность, совпадение чего-либо с чем-либо: так, объект считается идентичным, если он при любых обстоятельствах и в любой среде остается тем же, так что он может идентифицироваться как тот же самый объект [2]. При этом, как отмечает В. Малахов, «употребление термина «идентичность» в социально-гуманитарных науках - культурной антропологии, социологии, социальной психологии - долгое время идет по параллельному с философией руслу, с последней практически не пересекаясь» [3].

Согласно психологической концепции идентичности Г. Тэджфела, восприятие человеком самого себя (идентичность) - это, во-первых, своего рода самоописание в некой системе уникальных и характерных для рассматриваемого индивида личностных качеств и свойств (личностная идентичность), и, во-вторых, самоопределение внутри некой социальной категории (социальная идентичность).

Российский психолог И. Кон обращает внимание на то, что многозначный термин идентичности, выражающий идею тождества, постоянства, преемственности и подражания индивида имеет три главные модальности и получает объяснение и толкование в пределах каждой из нижеследующих парадигм. Так, психофизиологическая идентичность обозначает единство и преемственность физиологических и психических процессов и свойств организма, благодаря чему он способен отличать свои клетки от чужеродных, что, в свою очередь, составляет основу функционирования иммунной системы. Вторая парадигма - социальная идентичность - это некое переживание, осознание себя внутри какой-либо социальной группы или общности. Именно такое понимание себя как части какой-то группы превращает биологическую особь в социального индивида (личность), в результате чего он приобретает возможность в полной мере раскрыть свой личностный и коммуникативный потенциал. Личная же идентичность (self-identity) представляет собой единство и преемственность жизнедеятельности, некоторых целей и обязательств, жиз-

ненных мотивов и установок, поведенческих моделей личности, осознающей себя субъектом деятельности. Это «самость» индивида, которая проявляется не столько в поведении субъекта и реакции на него и его действия окружающих, но в его способности поддерживать некий нарратив, своего рода дискурс в рамках собственного цельного и в большей или меньшей степени самодостаточного «я» даже в пределах изменяющейся обстановки [4].

Наличие внутренней многоуровневой структурированности идентичности отмечается и отечественными исследователями. Так, Шакурова в своей статье о социальной идентичности отмечает, что «если категории, отражающие самовосприятие первого вида, со временем становятся все менее значимой частью идентичности, то понятия, характеризующие личностную и социальную идентичности, напротив, приобретают доминирующее влияние» [5].

Идентичность - это своего рода конструкция, которая включает определенное, дифференцированное по субъективной значимости для индивида либо в какой-либо ситуации содержание.

Во многом благодаря исследованиям Э. Эриксона, изучение идентичности сейчас занимает одно из центральных мест в социальной психологии и социологии. Именно он предложил последовательное разграничение понятий «идентичность» и «идентификация», объяснил эту разницу при помощи большого количества примеров и выявил определенные разновидности и особенности обоих явлений. Эриксон в своих исследованиях начинает с того, что выделяет в личности два уровня: 1) персональный; 2) социальный.

Согласно Эриксону, социальная идентичность является продуктом взаимодействия приведенных выше уровней. Именно поэтому исследователь рассматривает явление социальной идентичности в двух аспектах: 1) в контексте эго-идентичности, где в фокусе изучение оказывается личность; 2) и собственно в контексте социальной идентичности, где главную роль играют групповая и психосоциальная составляющие. Эриксон также подробно описывает процесс формирования социальной идентичности, который, по его мнению, состоит минимум из трех этапов. На первом этапе индивид определяет себя как члена некоторой социальной группы или нескольких групп. На втором этапе индивид включает в свою так называемую «Я-концепцию» общие характеристики своих групп, перенимая те или иные модели поведения и действуя в соответствии с регламентом (в большей или меньшей степени фиксированным) группы. На третьем уровне происходит окончательное усвоение норм и стереотипов группы, которые, все теснее соприкасаясь с личностью, уже становятся ее внутренними регуляторами и способны моделировать и прогнозировать ту или иную модель поведения индивида [6].

Таким образом, на социальном уровне Эриксон определяет идентичность как личностный конструкт, который отражает внутреннюю солидарность индивида с социальными, групповыми идеалами и стандартами и тем самым способствует процессу «Я-категоризации».

Другие социально-психологические концепции идентичности связаны с выстраиванием определенной когнитивной схемы отношений между личностью, группами «своих» и «чужих». В частности, М. Яромовиц рассматривает идентичность в качестве триады «я-мы-они», которая формируется в индивидуальной сознании в процессе систематизации и категоризации и включает в себя характеристики, которые по-разному и с разных точек зрения раскрывают ориентацию индивида на других и его социальную вовлеченность. Именно она выступает регулятором социального поведения, диктует те или иные поведенческие модели и роли. Представление индивида о собственной личности, ее качествах, умениях и навыках, а также желание демонстрировать сходные или противоположные мнения и взгляды создаются в процессе восприятия, приобретения опыта, различения, сравнения, осмысления и воплощаются в виде публичного, коллективного, социального, эксплицитного, концептуального «Я». Это социальное «Я» предстается как некая когнитивная структура и результат когнитивной категоризации. В основе аффективного социального «Я», по мнению Яромовиц, лежат аффективные и мотивационные механизмы эмпатии на эмоциональном уровне и присоединения, которые направлены на объекты, способные удовлетворить первичные потребности. Основу публичного «Я» составляют процессы усвоения социальных норм и группового «фаворитизма». Концептуальное (социальное) «Я» основывается на абстрактных критериях, которые необходимы для понимания мира. Наконец, самостоятельное «Я» основывается на различении двух подсистем «мы как индивидуальный» и «мы как член социальных групп и категорий». В пределах этого понимания находятся процессы распознавания себя вне сравнения с другими: сюда входят различениях общих и специальных, личных ценностей, целей и принятие автономности других членов данной группы [5].

Концепция М. Синниреллы является примером еще одной когнитивной трактовки идентичности. Согласно мнению исследователя, идентичность представляет собой набор альтернативных и развернутых во времени представлений и идей относительно «собственного “Я”» и своего поведения в группах. Данный взгляд базируется на идеях многих исследователей (Т. Хиггинса, П. Нуриуса, Х. Маркуса). Так, в представлении Х. Маркуса данный конструкт раскрывается как

некий совокупный феномен, который является экстраполяцией рабочей «Я-концепции» и проявляет себя в неограниченных количествах. Также актуализируется в конкретных ситуациях в разнообразной частотой и может иметь как позитивный, так и негативный характер.

Согласно Т. Хиггинсу, представления и набор ожиданий относительно своего возможного или будущего «Я» включают в себя внутренние долженствование и предпочтения, выстраивающиеся по принципу желания индивида обладать теми или иными характеристиками в будущем, внешние по отношению к индивиду долженствования - качества, наличия которых от него ожидают другие члены группы, и внешние по отношению к индивиду идеалы - качества, наличие которых в нем хотели бы видеть другие [5].

Несколько иначе выглядит понимание феномена идентичности в предметных рамках социологии. В современной российской социологии представлены разные подходы и трактовки понятия социальной идентичности. Здесь явление приобретает, в пределах трактовки некоторыми исследователями, тесную связь с культурой, превращаясь в социокультурный феномен. Так, В. Луков отождествляет идентичность с семантикой и семиотикой различных культурных тезаурусов. В. Ядов представляет понятие социальной идентичности через понимание ее как некоторого рода социальных «солидарностей». А. Ковалева интерпретирует «социальную идентичность как “интериоризацию” ценностей и норм в результате процесса социализации» [5].

В социологии и социальной философии понятие идентичности используется в комплементарном отношении с родственным ему понятием «социальной идентификации». «Социальная идентификация» - это процесс формирования социальной идентичности, что достигается благодаря в большей или меньшей степени последовательному соотнесению и отождествлению с какими-либо социальными группами, категориями, качествами, свойствами, ролями, типами, признаками, ролями и т.д. В свою очередь логично сделать вывод, что социальная идентичность -это результат процесса социальной идентификации. Однако большую сложность представляет разделение данных понятий и установление границ между ними, определение наборов функций и свойств того и другого явлений и их воздействие на жизнь отдельного индивида, некоторую социальную группу либо общество в целом. Простое определение отношения между «идентификацией» и «идентичностью» как отношения между процессом и результатом видится нам слишком поверхностным, чтобы на основании его продолжать исследование. Социальная идентификация и социальная идентичность в их связке представляют собой соотнесение индивидом себя с группами, частью которых он определяет себя самого, по отношению к которым он способен либо испытывает потребность интегрироваться в социальное «мы» и ощущать полную вовлеченность в жизнь или деятельность представителей данной группы. Это может быть семья, религиозные общины, какой-либо этнос, профессиональная группа, учебное заведение и т.д. Здесь индивид реализует основные человеческие потребности, которые он хочет удовлетворить и спектр которых очень широк - от самых примитивных первичных потребностей до тех, которые помогают индивиду развить в себе творческий потенциал либо сопряжены с поиском некоей духовной сущности, осознанием себя в некотором культурно-духовном контексте. Несмотря на то, что оба понятия обладают очевидными признаками амбивалентности, идентификации можно присвоить больше динамических характеристик (так как она отождествляется скорее с процессом), а идентичности - статических. Отождествление, уподобление, более или менее осознанное и явное подражание кому-то ради достижения поставленных целей могут осуществляться через поиск и распознавание общих признаков и затем их обобщение до целостных самостоятельных образов и типов и дальнейшей классификации. Далее следует воспроизводство накопленной информации и процесс перенимания тех или иных усвоенных моделей на себя внутри группы, анализ реакции на эту модель окружающих и принятие решения, оправдала ли выбранная модель себя и были ли выполнены поставленные задачи.

Однако не следует забывать, что идентификация также может выступать и как прямое копирование поведения другого. В подобных случаях данное понятие базируется не столько на поиске и выявлении общих признаков, сколько на желании обладать ими, чтобы достигнуть определенных целей и с их помощью построить новый образ себя, основываясь на чужой модели и чужом опыте. Такой процесс носит достижительный характер. Сейчас существует множество разновидностей достижительных идентификаций. Усложнились средства достижения желаемого результата и сами способы проникнуть в ту группу и приобрести такие качества, которые позволят чувствовать себя полноценным членом группы. На данный момент самым радикальным примером подобного поиска и создания новой идентичности является операция по изменению пола, что позволяет дистанцироваться от гендерного фактора и, заменив данное свое качество на противоположное, успешно и гармонично стать частью некоторой новой группы.

При идентификации со «своими» группами и общностями предполагается неизбежное дистанцирование от «чужих». Индивиду также предстоит выбор наиболее подходящих моделей

взаимодействия с членами и представителями других социальных групп (эти отношения могут быть толерантными, конфликтными, могут быть построены на принципах солидарности или, напротив, соперничества, с целью совместной выгоды или в условиях конкуренции и т.д.). Предполагается также осуществление соответствующих социальных практик.

Социальная идентичность же зависит не только (и не столько) от межгрупповых различий, но от степени гомогенности внутри собственно группы. Она представляет собой более узкое поле, не направлена на установление особого рода отношений между группами, субъект ее воздействия не выходит за пределы своей группы. Социальная идентичность личности включает в себя иерархизированный набор различных социальных позиций, которые, в свою очередь, подразделяются на главные и второстепенные, центральные и периферийные, и их место в данной системе, иерархии определяется не только социальными, но и индивидуально-личностными качествами того или иного индивида. Например, актуализация той или иной идентификации может быть ситуативной, факультативной, вызванной соответствующими ей обстоятельствами для нахождения способов решения каких-либо актуальных проблем и задач. Ситуативная идентификация личности, в свою очередь, стремится к целостности. Основанием ей служит социокультурный контекст общества либо отдельно взятой группы.

Проводя границы между понятиями «идентификация» и «идентичность», важно отметить, что в процессе социальной идентификации происходит своего рода оценивание, квалифициро-вание индивидом групп, их признаков и качеств. С помощью такого сравнения человек делает некоторые выводы и присваивает группам некую оценку, некий статус в соответствии с его собственным пониманием ситуации и системой ценности, от которой он отталкивается. Группа, в которой мыслит себя индивид, с которой себя отождествляет, как правило, дает ему возможность для самореализации. Это объясняется тем, что индивид стремится к поддержанию стабильной личностной идентичности и изъявляет готовность следовать предложенным группой моделям. Из данного вывода следует, что внутри «своей» группы социальное сравнение может оказаться не вполне адекватным и осуществляться по таким критериям, которые придают ей отличительность от других, следовательно, допускается позитивная идентификация, необходимая для установления комфортных в психическом плане условий для личности, в пределах которых она сможет поддерживать свою целостность. Существует, однако, вероятность того, что подобная идентификация может приобрести характер своеобразного «ингруппового фаворитизма». Его обратной стороной может явиться «аутгрупповая враждебность», что может проявляться и без ярко выраженного противостояния или соперничества, но произрастает и развивается на фоне существующих стереотипных представлений. Южноафриканский психолог П. Приз, исследующий процесс становления социальной идентификации внутри конфликтного общества, говорит о формировании проектов достижения каких-либо стратегических целей. Такой целью явилось, например, стремление доминирования своего сообщества или защиты особых интересов под угрозой их подавления. Исследователь приходит к выводу, что цели группы (наряду с существующей внутри нее системой ценностей и потребностей) также могут выступить в качества побудительного фактора для осуществления процессов самокатегоризации и саморепрезентации.

Исследователи также отмечают [7], что в случае, если результаты сравнения с другой группой оказываются неблагополучными или неудовлетворительными, и оценки «своей» группы негативны, то позитивная идентификация оказывается в данном контексте невозможной. В этом случае могут быть задействованы разные стратегии социального поведения индивида, которые буду направлены на достижение более позитивной социальной идентичности. Например, можно обратиться к социальному творчеству; социальной мобильности, при которой индивид будет стремиться покинуть «свою» группу и перейти в более высокостатусную; социальная конкуренция выступает еще одним эффективным средством. Все перечисленные стратегии связаны с определенным социальным риском, могут спровоцировать отклонение идентификаций и кризис идентичности.

Представляется очевидным, что в различных типах общества социальная идентификация личности имеет собственную специфику реализации. Пространство идентификаций тесно связано со степенью развитости общества, частью которого она выступает: чем более развито общество, тем разнообразнее и шире оказывается идентификация, сложнее структура идентичности. В то же время, разнообразие внутри системы идентификации ведет к потере устойчивости и требует больше усилий для сохранения целостности структуры. Это оказывается особенно актуальным в сфере социальных изменений, которые отличаются кризисом механизмов и оснований соответственно идентичности.

Таким образом, понятие идентичности находится в многоаспектной и сложной корреляции с понятием социальной идентификации как социокультурного процесса установления отношений между личностью и социальным сообществом на основе принятия системы ценностей и коллективных представлений последнего.

Проведенный нами обзор позволяет выявить различные динамические аспекты становления социальной идентичности индивида, деформации в реализации которых, как мы полагаем, и создают ситуацию кризиса идентичности на индивидуальном, групповом и социетальном уровнях.

Ссылки:

1. Философия: энцикл. словарь / под ред. А.А. Ивина. М., 2004.

2. Философский энциклопедический словарь. М., 2010.

3. Малахов В.С. Неудобства с идентичностью. 11Р1_: http://intellectuals.ru/malakhov/izbran/8ident.htm (дата обращения: 10.03.2014).

4. Кон И.С. В поисках себя. Личность и ее самосознание. М., 1984.

5. Шакурова А.В. История становления понятия «социальная идентичность» в зарубежной социологии и социальной психологии. 11Р1_: http://sisp.nkras.rU/e-ru/issues/20l2/2/shakurova.pdf (дата обращения: 10.03.2014).

6. Ефтич З., Вучкович М., Младенович М. Интеграционные тенденции и проблема европейской идентичности // Знание. Понимание. Умение: информ. гуманитарный портал. 2011. № 2 (март-апрель).

7. Захарова О.В. Социальная идентификация и социальная идентичность в изменяющемся обществе: учеб.-метод. пособие. Иркутск, 2010.