Производство безопасности во времена меняющейся культуры безопасности. Требования к Public Safety and Security Governance. Ч. II

ГОСТЕВАЯ ЛОЖА

УДК 341 © Б. Фревель, В. Шульце, 2013

© Т. В. Соколова, Ю. М. Калашникова. Перевод на русский язык, 2013

Производство безопасности во времена меняющейся культуры безопасности. Требования к Public Safety and Security Governance. Ч. II

Б. Фревель, В. Шульце *

Понимание безопасности и структуры безопасности в Германии меняет свою парадигму. С увеличением количества задействованных в обеспечении безопасности сторон и изменившегося понимания самой безопасности возрастает роль политики в данном процессе, которая рассматривается как процесс управления. Статья освещает данные изменения и затрагивает вопросы возможных исследований, например, роль государства в производстве безопасности.

Ключевые слова: структура безопасности, управление, процесс обеспечения безопасности, профилактика, система.

5. Перспективы исследований

Основанная на сотрудничестве политика безопасности — это такая форма, которая начала формироваться около 20 лет назад, все это время развивался, складывался ее понятийный аппарат, конкретизировалась ее реализация . С точки зрения политологии, знаний в этой области все еще недостаточно (так как в целом исследования в области безопасности и полиции многими учеными-социологами воспринимаются нередко с недоверием), несмотря на то что количество исследований, посвященных Public Safety and Security Governance, за последние несколько лет возросло (см . Ehrhart/Kahl 2010, Wood/Dupont 2006, Johnston/Shearing 2003) **. По нашему мнению, необходимо осуществить теоретический и эмпирический анализ в следующих трех кратко обрисованных областях, что могло бы быть впоследствии использовано как в политологии, так и для выработки конкретной политики

Перспектива для исследований 1: Роль государства в Public Safety and Security Governance. Даже

если политика безопасности, основанная на взаимодействии, может рассматриваться как международный, внутригосударственный и региональный стандарт, особое положение государства, с его законодательной компетенцией, исполнительной ответственностью и судебным контролем, в условиях демократии сохраняется . Для Governance требуются, по меньшей мере, такие формы Governance «within» Government, благодаря которым привлечение негосударственных действующих лиц также «с государственным участием» становится правилом . Формы «без государственного участия» остаются исключением, которые, тем не менее, встречаются при обеспечении Safety, но не встречаются при обеспечении Security. Если все же государство и правительство, с их административной функцией в вопросах обеспечения безопасности, играют центральную роль, то необходимо рассмотреть их связь с обществом и экономикой в вопросах формулирования и осуществления политики . В этом случае возникает вопрос о том, в каких отношениях находятся действующие лица по отношению друг к другу, и возможно

* В нашем журнале опубликовали часть I статьи «Производство безопасности во времена меняющейся культуры безопасности . Требования к Public Safety and Security Governance» (2012 . № 4) .

** Прим. ред.: в статье сохранены правила оформления библиографических ссылок, принятые авторами публикации .

ли «неиерархичное» Governance. В принципе возможно выделить три перспективы (со многими оттенками) и сформулировать их в виде тезисов в качестве основы для дальнейшего анализа:

— Safety and Security Governance — это рациональное и необходимое разделение труда между государством и негосударством.

Исходным пунктом здесь является констатация факта, что к одному государству предъявляются слишком высокие требования, касающиеся проводимой политики безопасности и производства безопасности, что негосударственные действующие лица из области экономики и гражданского общества могут вносить новые способы видения и потенциалы, которые повысят качество и эффективность политики и будут способствовать распространению законности Взаимодополняемость государства и негосудар-ства становится с этой точки зрения исходным моментом

— Safety and Security Governance являются своего рода формой разгрузки государства, которые необходимо рассматривать с точки зрения теории государства и легитимности критически.

Безопасность есть и остается ядром государственности. Если государство передаст свою компетенцию в области принятия решений негосударственным действующим лицам, то оно потеряет, например, из финансовых соображений, не только свою прерогативу и лишит себя своей ответственности, но и откажется от безопасности как общественного права и блага, и она (безопасность) превратится, таким образом, в частное и тем самым неравно распределяемое и неодинаково достижимое благо В этом случае взаимодействие является не просто разгрузкой государства, но и приведет к самоликвидации государства

— Safety and Security Governance служит укреплению значимости государства и поддерживает левиафана (библ.).

Учитывая особую компетентность государства, его политическое и законодательное превосходство, исполнительную силу, представление о неиерархич-ной структуре Governance остается, пожалуй, идеей Более того, наличие «знаний о власти», организации и персонала, владение регулирующими механизмами способствуют особому положению государственных действующих лиц, которое признается негосударственными партнерами по взаимодействию. При умелом использовании негосударственные действующие лица вовлекаются в контролирующую деятельность государства, как бы опекаются государством (см . van Elsenberg 2004) . Они превращаются в «удлиненную» руку государства в общественных сферах, которые обычно недоступны для прямого контроля и регулирования .

Таким образом, остается проанализировать, приведет ли создание Public Safety and Security Governance к разгосударствлению безопасности либо левиафан при использовании секьюритизации получит поддержку во времена структурных изменений национальной государственности .

Все три положения/тезиса становятся актуальными, когда — в связи с секьюритизацией — возникает следующий вопрос об основной направленности политики безопасности в XXI в . Наблюдаемые смещения целей от отражения конкретных угроз и пресечения преступлений к прогнозированию возможных опасностей и осуществлению профилактических мер касаются понимания терминов «государство», «общество», «индивидуум». В связи с термином «предупреждающее государство» по-новому трактуются понятия «человеческий облик» и «государственный заказ»

Дискуссия о предупреждении, подходах и эффективности, а также их целесообразности проводится по общественным и юридическим наукам очень оживленно . Так, Фрезе (Frehsee 2000) ссылается на то, что в области вторичной, иногда даже первичной, профилактики любой человек может рассматриваться как потенциальный преступник и становится, недифференцированно, объектом для осуществления контролирующих мер и вмешательств в поведение . Не свобода личности, а соблюдение норм поведения выходит на первый план в криминогенном (предрасположенном к совершению преступлений) обществе, раскрывая интерпретационную силу образцов жизни средних слоев общества и их толкования . Социальная дифференциация может переходить в этом случае в дальнейшую сегрегацию и социальное исключение вплоть до криминализации индивидуумов и социальных групп .

Превращение свободомыслящего правового государства в «заботливое предупреждающее государство» меняет значимость государства и приводит к контролирующему обращению с населением Г. Прантл (Prantl, 2007) написал по этому поводу: «Взятое в отдельности правильное утверждение Шойбле (Schäuble), что презумпция невиновности имеет силу при пресечении преступлений, но не при отражении опасности, вызвало, с одной стороны, подозрительные волнения, но, в то же самое время, способствовало и осознанию сути всех этих новых законов и мероприятий: государство отныне создает свою систему безопасности, прежде всего по ту сторону уголовного права, так как там не действуют его строгие принципы в отношении защиты возможно невиновного индивидуума и так как там правовая защита и контроль не функционируют, впрочем, уже потому, что гражданин в большинстве случаев совсем ничего не узнает о насильственных действиях/вмешательстве».

Э. Деннингер обозначает эту новую форму предупреждения термином «профилактика II», для того чтобы разграничить ее и понятную всем полицейским сферу профилактических задач (Denninger 2008: 95) . Профилактику II он характеризует следующим образом: «Предварительный этап конкретной угрозы и конкретного подозрения в понятийном отношении не знает больше никаких границ, ни в отношении установления круга лиц, представляющих угрозу для окружающих, ни в отношении используемых средств распознавания и отражения угрозы, ни в отношении целей мероприятий, принимаемых в интересах обеспечения безопасности» (Denninger 2008: 94-95) .

В целом вместе с усилением профилактики и связанным с этим расширением контролирующих компетенций, выходящих на передний план, по-новому оценивается отношение между свободой и безопасностью Теперь в центре внимания стоит не столько обеспечение безопасности для сохранения и использования свободы, сколько охраняемые правом свободы ограничиваются для создания всеобъемлющей безопасности от возможных угроз (Brugger, 2004; нормативная база по вопросу: Frevel, 2007b) .

Перспектива для исследований II: структура и содержание Safety and Security Governance. В дополнение к рассмотрению роли и функции государства в Security Governance встает вопрос об эффективности взаимодействия в политике безопасности Предоставляется ли больше безопасности благодаря взаимодействию, и о каких сферах безопасности здесь идет речь?

Ответа, подтверждаемого эмпирически, нет. Предполагается, что польза для безопасности, хотя бы на локальном уровне, будет, но оценить ее сложно Дилемма заключается в том, что при осуществлении предупреждения необходимо измерить что-то, что никак не наступает — хотя причины для несовершения преступлений и угроз очень многослойны и не всегда могут быть напрямую связаны конкретно с совместными профилактическими усилиями Далее, нередко нет условий для оценки, например, в форме ex-ante данных и четких целей воздействия. В-третьих, такие оценки часто совсем не проводятся (Frevel, 2007а: 183) .

На локальном уровне можно отметить, что Safety and Security Governance ориентирован на классические задачи, при этом наряду с отражением специфических угроз здесь речь идет и о насильственных преступлениях, совершаемых несовершеннолетними, а также рассматриваются такие аспекты безопасности и обеспечения общественного порядка, как злоупотребление алкоголем и наркотиками в общественных местах, попрошайничество и беспризорность и т п (Schreiber, 2007) Феномены пре-

ступности, которые, как правило, не связаны с индивидуальной виктимизацией и не влияют на системы (экономическая преступность, организованная преступность, отмывание денег, коррупция и др ), редко обсуждаются на местном уровне . Такие феномены рассматриваются на национальном и даже европейском уровне, при этом здесь, с одной стороны, выделяется государственное управляющее ядро (полиции, финансовые органы и др ), но в то же время осуществляется взаимодействие, например, с экономическими союзами, банками, негосударственными организациями типа Transparency International.

На международном уровне наряду с названными выше транснациональными феноменами преступности предметом для обсуждения становятся, прежде всего, темы, связанные с терроризмом, взаимодействием военных и гражданских действующих лиц в контексте миротворческих процессов, сотрудничеством государственных и частных охранных предприятий (Ehrhard/Kahl, 2010) .

Особым предметом анализа Security Governance становится усиливающееся объединение понятий внутренней и внешней безопасности и связанные с этим требования к политическим действиям Транснациональная преступность, организованная преступность (особенно наркоторговля, торговля людьми, контрабанда оружия), но прежде всего терроризм стоят на повестке дня, так как они соотносятся с чрезвычайными ситуациями за рубежом или с национальными или международными войнами В данном случае востребованным является «Governance within Government», так как обмен информацией, согласование действий и формирование политики должны происходить между полициями федерации и земель, секретными службами, армией, таможней и др. Для этой цели были частично созданы не только коммуникационные сети, но и новые учреждения, например, Совместный Центр по борьбе с террором (GTAZ) в качестве разведывательного, согласовательного и планирующего органа существует в Германии с 2004 г. На европейском уровне были учреждены Европол и Евроюст как межгосударственные ведомства Европол, выполняющий также функцию создания репортажей с места событий и анализа сложившихся ситуаций, одним из первых принимает участие в Governance .

Перспектива для исследований III: культура безопасности. Процесс обеспечения безопасности — в рассмотренном выше смысле 1, не ограничивающимся пониманием Копенгагской школы речевого акта, — изменяет восприятие социальных феноменов и относит их к присущим им внутренне потенциалам рисков и угроз Он меняет «ценности, дискурсы и приемы [...], которые придают смысл и значение социальным усилиям индивидуальных

и коллективных действующих лиц, направленным на производство безопасности и уменьшение неопределенности» и, тем самым, культуру безопасности, как ее определяет Даазе (Daase, 2011: 63) .

Рассмотрение социальных феноменов с точки зрения безопасности меняет значение безопасности и делает ее «центральным понятием нашего общества» (Daase, 2010: 9) . Так, страхи граждан увеличиваются, субъективное чувство безопасности ослабевает, что ведет в результате к усилению требований, предъявляемых к государству как гаранту безопасности Помимо этого, процесс обеспечения безопасности стимулирует спрос на производство безопасности частными предприятиями Рынок и государство обещают, с одной стороны, из экономических, с другой — из соображений легитимности, больше безопасности (и создают ее частично), что, тем не менее, ведет к продолжению процесса обеспечения безопасности Но «тем больше становятся ожидания и притязания, и тем больше и интенсивнее воспринимаются и обнаруживаются ситуации угрозы Парадоксальным последствием является то, что зона нетерпимости к угрозам показательно растет вплоть до предъявления чрезмерных требований к политике» (Kolliarakis, 2011: 76) .

Если исследование безопасности, как она упоминается и в национальной программе федерального правительства о гражданском исследовании безопасности 2, и в программе исследований безопасности Евросоюза 3, нацелено на обещание «большей безопасности», то, как отмечает Коллиаракис, заранее запрограммированы противоположные эффекты от дальнейшей секьюритизации и инфляции претензий на защиту

Осуществляемый в рамках национальной программы исследования безопасности проект «Культура безопасности в условиях перемен» 4 уже включает указанную проблематику Однако должны целенаправленно учитываться и другие области, такие как юридические и социальные исследования безопасности, аспекты процесса обеспечения безопасности, культуры безопасности и соотношения требований, предъявляемых к безопасности, для того чтобы распознавать и, по возможности, избегать нежелательных социально вредных результатов «большей безопасности»

6. Будущее Safety and Security Governance

Как изменение угроз, так и их восприятие и связанные с этим ожидания граждан оказывают давление на государственных действующих лиц, занимающихся вопросами обеспечения безопасности, и выявляют границы их дееспособности . Осуществление производства безопасности включает в себя деятельность, которая расположена за пределами

формальных и фактических компетенций первоначально «компетентных» органов безопасности. Признание факта и вывод о том, что необходимы и другие участники, не входящие в группу BOS (т. е. ведомства и организации, решающие задачи безопасности), в том числе общественные и частные организации и объединения для проведения профилактики, отражения опасности и разрешения ситуаций, дались полициям и бундесверу нелегко, что объясняет некоторые первоначальные трудности при осуществлении политики безопасности, основанной на взаимодействии

Между тем укрепилась мысль о необходимости взаимодействия, и многочисленные формы Safety and Security Governance от местного до международного уровня стали стандартом как при планировании, так и при реализации политики . При этом формы и расстановка участников, цели и возможности реагирования, взятые за основу понятия профилактики, и распределение средств очень многообразны, недостаточно стандартизированы и иногда отличаются индивидуальными предпочтениями отдельных членов, а не концептуальным планированием и единой стратегией Поэтому исследование Safety and Security Governance должно быть нацелено на требования, предъявляемые к совместному планированию и регулированию, при этом основное внимание необходимо сфокусировать не только на условиях успешности как элементе эффективности, но и учесть рамочную конструкцию . Здесь, с одной стороны, необходимо рассмотреть вопросы легитимности . С другой — подробнее должны быть проанализированы правовые и политические аспекты того, как из «прежней» государственной ответственности за результат деятельности по обеспечению безопасности появляется совместная ответственность государства и других действующих лиц (Morlok/Krüper, 2009: 336) .

Наряду с упомянутыми аспектами, которые в первую очередь касаются построения системы безопасности, культура безопасности представляет особую важность с точки зрения политологии . Роль государства в Safety and Security Governance, риски перехода от свободомыслящего правового к заботливому предупреждающему государству, а также соответствие гражданских ожиданий действиям со стороны государства также нуждаются в дополнительном рассмотрении

Литература

Balzacq, Thierry (Hg . ) (2011), Securitzation Theory. How Security Problems Emerge and Dissolve . Oxon/New York: Routledge .

Beck, Ulrich (1986), Risikogesellschaft. Auf dem Weg in eine andere Moderne, Frankfurt/M . : Suhrkamp.

Beck, Ulrich (2008), Weltrisikogesellschaft. Auf der Suche nach der verlorenen Sicherheit, Frankfurt/M. : Suhrkamp.

Benz, Arthur, Susanne Lütz, Uwe Schimank und Georg Simonis (2007), Einleitung in: dies. (Hg.), Handbuch Governance . Theoretische Grundlagen und empirische Anwendungsfelder, Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 9-25 .

Beste, Hubert (2009), Zur Privatisierung verloren geglaubter Sicherheit in der Kontrollgesellschaft,in: Lange, Hans-Jürgen, H. -Peter Ohly, Jo Reichertz (Hg.), Auf der Suche nach neuer Sicherheit Fakten, Theorien und Folgen, Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 183-202.

Brugger, Winfried (2004), Freiheit und Sicherheit. Eine staatstheoretische Skizze mit praktischen Beispielen, Baden-Baden:Nomos Verlagsgesellschaft.

bpb — Bundeszentrale für politische Bildung (Hg.) (2002), Verwundbarkeit hochindustrieller Gesellschaften — Innere Sicherheit — Demokratie, in: Aus Politik und Zeitgeschichte, Heft 10-11/2002.

Buzan, Barry (2006), Will the «global war on terrorism» be the new Cold War?, in: International Affairs, Vol. 82, No . 6, 1101-1118.

Buzan, Barry, Ole Waever, Jaap de Wilde (1998), Security: A New Framework For Analysis, London: Lynne Rienner Publishers Inc

Caplan, Gerald (1964), Principles of Preventive Psychiatry, New York: Basic Books.

Clarke, Ronald V. (1980), «Situational» Crime Prevention. Theory and Practice, in: The British Journal of Criminology, Vol. 20, No . 2, 136-147.

Daase, Christopher (2010), Wandel der Sicherheitskultur, in: APuZ, Heft 50 «Sicherheitspolitik», 9-16 .

Daase, Christoph (2011), Sicherheitskultur. Erforschung politischen und sozialen Wandels, in: S+F Sicherheit und Frieden, Heft 2, 29 Jahrgang, 59-65

Denninger, Erhard (2008), Prävention und Freiheit. Von der Ordnung der Freiheit, in: Huster, Stefan und Karsten Rudolph (Hg.), Vom Rechtsstaat zum Präventionsstaat, Frankfurt/M . .: Suhrkamp, 85-106.

Ehrhart, Hans-Georg (2010), Security Governance transnationaler Sicherheitsrisiken: konzeptionelle und praktische Herausforderungen, in: Ehrhart, Hans-Georg und Martin Kahl (Hg.), Security Governance in und für Europa Konzepte, Akteure, Missionen, Baden-Baden: Suhrkamp, 25-50

Ehrhart, Hans-Georg und Martin Kahl (Hg.) (2010), Security Governance in und für Europa . Konzepte, Akteure, Missionen, Baden-Baden:Nomos Verlag.

Elsbergen, Gisbert van (2004), Das Konzept der Kus-todialisierung — Innere Sicherheit zwischen staatlicher Kontrolle und Privatisierung, in: ders. (Hg.), Wachen, kontrollieren, patrouillieren Kustodialisierung der Inneren Sicherheit, Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 13-29.

Faath, Sigrid (2004), Das Militär in Nordafrika/ Nahost: zwischen Sicherungsaufgaben und «good-governance»-Konformität, in: Mattes, Hanspeter (Hg ), Nahost-Jahrbuch 2003. Politik, Wirtschaft und Gesellschaft in Nordafrika und dem Nahen und Mittleren Osten,Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 205-212

Frehsee, Detlev (2000), Gefahren und Nutzen von Prävention. Fragen an den Deutschen Präventionstag, in: DVJJ-Journal, Heft 1/2000, 65 ff. , sowie 21. 10 . 2011, http:// dvjj. trilos . de/artikel . php?artikel=105 .

Frevel, Bernhard (1999), Kriminalität — Gefährdung der Inneren Sicherheit? Opladen: Leske + Budrich

Frevel, Bernhard (2007a), Kooperative Sicherheitspolitik in Mittelstädten Vergleichende Fallstudien zu den Grundlagen, der Gestaltung und den Wirkungen von Ordnungspartnerschaften und Kriminalpräventiven Räten, in: ders (Hg ), Kooperative Sicherheitspolitik in Mittelstädten Studien zu Ordnungspartnerschaften und Kriminalpräventiven Räten, Frankfurt M . : Verlag für Polizeiwissenschaft, 13-212.

Frevel, Bernhard (2007b), Sicherheit gewähren — Freiheit sichern, in: Aus Politik und Zeitgeschichte: Innere Sicherheit im Wandel. Heft 12/2007, 3-4.

Howie, Luke (2009), Terrorism, the Worker and the City Simulations and Security in a Time of Terror, Farn-ham: Gower Publishing Ltd

Jann, Werner (2005), Governance als Reformstrategie — Vom Wandel und der Bedeutung verwaltungspolitischer Leitbilder, in: Schuppert, Gunnar Folke (Hg ): Governance-Forschung, Vergewisserung über Stand und Entwicklungslinien, Baden-Baden: Nomos Verlag, 21-43

Johnston, Les and Clifford Shearing (2003), Governing Security. Explorations in Policing and Justice, Abingdon: Routledge

Kolliarakis, Georgios (2011), Die neue Ambivalenz in der Sicherheitspolitik: Sicherheitskultur als tiefer Kontext, in: S+F Sicherheit und Frieden, Heft 2, 29 Jahrgang, 72-78

Kranz, Uwe (1996), Mehr Polizei — mehr Sicherheit und weniger Ängste?, in: Der Kriminalist, Heft 6, 281 f

Lange, Hans-Jürgen und Jean-Claude Schenck

(2004), Polizei im kooperativen Staat Verwaltungsreform und Neue Steuerung in der Sicherheitsverwaltung, Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften.

McDonald, Matt (2008), Securitization and the Construction of Security, in: European Journal of International Relations, Vol. 14, 563-587.

Mayntz, Renate/Scharpf, Fritz W. (Hg.) (1995), Gesellschaftliche Selbstregulierung und politische Steuerung, Frankfurt/M : Campus

Mayntz, Renate (2004), Governance im modernen Staat, in: Benz, Arthur (Hg.), Governance — Regieren in

komplexen Regelsystemen. Eine Einführung, Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 65-76.

Mayntz, Renate (2005), Governance Theory als fortentwickelte Steuerungstheorie?, in: Schuppert, Gunnar Folke (Hg.), Governance-Forschung, Vergewisserung über Stand und Entwicklungslinien. Baden-Baden: Nomos Verlag, 11-20 .

Metzner, Andreas (2002), Die Tücken der Objekte: Über die Risiken der Gesellschaft und ihre Wirklichkeit, Frankfurt/M . : Campus.

Mitsilegas, Valsamis (2003), Money Laundering counter-measures in the European Union. A New Paradigm of Security Governance versus Fundamental Legal Princinples, The Hague: Kluwer Law International.

Morlok, Martin und Julian Krüper (2009), Sicherheitsgewährleistung im kooperativen Verfassungsstaat, in: Lange, Hans-Jürgen, H . -Peter Ohly, Jo Reichertz (Hg.), Auf der Suche nach neuer Sicherheit. Fakten, Theorien und Folgen, Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 331-340.

Müller, Burkhard (2005), Professionalisierung, in: Thole, Werner (Hg ), Grundriss Soziale Arbeit Ein einführendes Handbuch,Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 731-750.

Nadai, Eva, Peter Sommerfeld und Felix Bühlmann

(2005), Fürsorgliche Verstrickung. Soziale Arbeit zwischen Profession und Freiwilligenarbeit,Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften .

Prantl, Heribert (2007), Vom Umbau des Rechtsstaats in einen Präventionsstaat: Der große Rüssel, Süddeutsche Zeitung, 21.10. 2011, http://sueddeutsche.de/ politik/vom-umbau-des-rechtsstaats-in-einen-praeventi-onsstaat-der-grosse-ruessel-1.884547.

Rhodes, Roderick A .W. (1997), Understanding Governance, Policy Networks, Governance, Reflexivity and Accountability, Buckingham/Philadelphia: Open University Press

Rhodes, Roderick A W (2000), Governance and Public Administration, in: Pierre, Jon/Peters, B Guy (Hg ) (2000), Governance, Politics and the State New York: St. Martin’s Press Inc. , 54-90.

Schneiker, Andrea (2009), Die Selbst- und Koregu-lierung privater Sicherheits- und Militärfirmen, BadenBaden: Nomos Verlag .

Schreiber, Verena (2007), Lokale Präventionsgremien in Deutschland . Frankfurt/M . : Institut für Humangeographie

Schubert, Klaus (2003), Innovation und Ordnung. Grundlagen einer pragmatischen Theorie der Politik, Münster, Hamburg, London: LIT

Schutzkommission beim Bundesminister des Innern (Hg.) (2006), Dritter Gefahrenbericht der Schutzkommission beim Bundesminister des Innern: Bericht über mögliche Gefahren für die Bevölkerung bei Großkatastrophen und im Verteidigungsfall, Bonn: Bundesamt für Bevölkerungsschutz und Katastrophenhilfe .

Taureck, Rita (2006), Securitization Theory and Securitization Studies, in: Journal of International Relations and Development, Issue 1, 2006, 53-61.

Virta, Sirpa (2007), Security, in: McLaughlin, Eugene and John Muncie (Hg ), The Sage Dictionary of Criminology London: SAGE Publications

von Blumenthal, Julia (2005), Governance — eine kritische Zwischenbilanz, in: Zeitschrift für Politikwissenschaft 15, Heft 4, 1149-1180.

Waever, Ole (1995), Securitization and Desecuritization, in: Lipschutz, Ronnie D (Hg ), On Security, New York: Columbia University Press, 46-86

Wood, Jennifer and Benoit Dupont (Hg.) (2006), Democracy, Society and the Governance of Security, Cambridge: Cambridge University Press

1 Далее следует расширение требуемого McDonald преодоления связи секьюритизации с намеренным речевым актом заинтересованных действующих лиц, которое проявляется как комплексный процесс взаимодействия в вопросах толкования проблемы (ср. также Daase, 2011: 62) .

2 URL: http://www. bmbf. de/de/6293.php (дата обращения: 6. 10.2011).

3 URL: http://cordis .europa .eu/fp7/security/about-security_ en .html (дата обращения: 6 .10 . 2011) .

4 URL: http://www. sicherheitskultur. org (дата обращения: 6. 10.2011).