«2019 год стал очередным годом упущенных возможностей»

За 2019 год электроэнергия для промышленности заметно подорожала из-за субсидирования оптовым рынком развития того или иного вида генерации. Почему основные шаги, предпринятые в энергетике в этом году, направлены не на ее развитие, а на консервацию отрасли, по-прежнему игнорирующей мировые тренды, поясняет глава наблюдательного совета Ассоциации НП «Сообщество потребителей энергии» Александр Старченко.

Глава наблюдательного совета Ассоциации НП «Сообщество потребителей энергии» Александр Старченко

Фото: Кристина Кормилицына, Коммерсантъ / купить фото

Главный итог года для российской электроэнергетики заключается в том, что электроэнергия для промышленных предприятий снова стала обходиться дороже, чем для похожих производств в США и ряде европейских стран.

Ключевые факторы и события, создавшие этот результат,— рост платежей по договорам о предоставлении мощности тепловых и атомных электростанций (ДПМ ТЭС и АЭС), существенный рост цены на рынке на сутки вперед, а также заметное увеличение платежей по ДПМ ВИЭ.

Инвестиционные ресурсы для отрасли по-прежнему изымаются с помощью ДПМ сверх текущих платежей за электроэнергию и мощность, а цены на энергорынке продолжают изумлять покупателей и антимонопольную службу.

Страна по-прежнему живет без энергостратегии. А поскольку энергостратегии нет, то никому не известно, какая энергетика строится и какой она должна быть. Поэтому запускается программа модернизации ТЭС, которая на практике никакой модернизации не предусматривает — просто продлевается ресурс паросиловых блоков, в основном за счет неглубоких капитальных ремонтов. Попытки организовать поддержку создания отечественной газовой турбины в отсутствие стратегии тоже выглядят немного странно, особенно на фоне остального мира, где энергетика становится все более распределенной, а спрос на крупные энергоблоки стремительно падает.

Решение проблемы перекрестного субсидирования вновь отложено. Вместо его сокращения регулятор пытается попрятать его по тарифным «углам»: вернуть отмененную ранее «последнюю милю», перераспределить «перекрестку» между уровнями напряжения, слукавить с расчетными параметрами в прогнозных балансах и так далее.

На этом фоне запуск управления спросом (Demand Response) на розничном рынке, а также закон о микрогенерации с весьма ограниченными стимулами для ее развития играют в отрасли скорее декоративную роль. Вряд ли кто-то всерьез озабочен дополнительной мощностью и гибкостью энергосистемы, в которой резервы составляют около половины пикового потребления.

Начало разговора о цифровизации сетей внушало оптимизм. Но активизация старых дискуссий об оплате резерва сетевой мощности и возврат «последней мили» показывают, что новая идеология еще не победила.

Между тем энергосистемы в других странах стремительно трансформируются: меняется их технологическая основа, появляются системы хранения, микросети, проекты управления спросом, новые сервисы и целые рынки. Энергосистемы становятся более гибкими и экономичными, обеспечивая тем самым комфортную жизнь для людей и конкурентные преимущества для бизнеса в рамках глобальной климатической повестки.

А у нас все принимаемые в настоящее время решения нацелены не на развитие, а на «окукливание» и углубление технологической отсталости российской энергетики, лишающее покупателей даже слабой надежды на корректировку этой тенденции в будущем.

2019 год стал для российской электроэнергетики очередным годом упущенных возможностей.