Сигнальные пакеты

Топ-менеджеры "Газпрома" начали продавать свои акции газовой монополии. Не исключено, что это свидетельство не только шаткости их кресел, но и шаткости курируемых ими проектов. А значит, и неопределенности относительно перспектив акций самого "Газпрома".

Выход из игры

На прошедшей неделе три топ-менеджера "Газпрома" решили продать свои акции газовой монополии. Полностью перестали быть акционерами компании начальник финансово-экономического департамента холдинга Андрей Круглов (владел 0,00009% акций) и член правления, начальник департамента маркетинга, переработки газа и жидких углеводородов Кирилл Селезнев (владел 0,002% акций). А заместитель председателя правления Александр Ананенков сократил свою долю с 0,007% до 0,002%. Общая стоимость проданных акций превысила $20 млн.

Столь крупные продажи не могли оказаться незамеченными — акции "Газпрома" подешевели на 1,7%. Предположений высказано было много, вплоть до того, что деньги потребовались менеджерам на личные нужды. Столь же неочевидной выглядит и версия о "технической" продаже акций аффилированным структурам. Однако вполне очевидным является то, что продажа акций концерна крупными менеджерами может сулить мелким инвесторам не слишком стабильное будущее.

Наблюдатели сразу же вспоминают про Сбербанк, смена руководства в котором привела к продаже крупных пакетов акций топ-менеджерами банка. Демарш был знаком протеста против назначения президентом банка Германа Грефа. В дальнейшем никаких действий, мешающих новой администрации, "продавцы" не предпринимали, но акции банка с того момента значительно потеряли в цене.

Продав акции фактически на пике их стоимости, менеджеры Сбербанка оказались в солидном выигрыше. В этом их поступок мало отличается от действий менеджеров "Газпрома". В мае акции газового концерна достигли своего исторического максимума $15,4 за штуку — самое время фиксировать прибыль в период неустойчивости на финансовых рынках.

Хотя в "Газпроме" не произошло ярких назначений, как в Сбербанке, однако они обсуждаются уже полгода. За это время, как многим кажется, очевидным стало назначение на пост председателя совета директоров "Газпрома" первого вице-премьера Виктора Зубкова, где он сменит Дмитрия Медведева (хотя сейчас фактически вся полнота власти в концерне принадлежит Алексею Миллеру, который возглавляет и совет директоров, и правление).

Показательно, что последние слухи о кадровых изменениях в "Газпроме", обсуждавшиеся в прошлом году, прочили Александру Ананенкову и Андрею Круглову то повышение летом (они временно замещали Алексея Миллера на посту председателя правления), то отставку осенью. Причиной недовольства Александром Ананенковым якобы является его независимая позиция по многим вопросам управления газовой монополией. С другой стороны, он фактически единственный член правления, прошедший путь по всей вертикали газодобывающего сектора. Андрей Круглов и Кирилл Селезнев никакого отношения к газодобыче не имели, зато их называют хорошими знакомыми Алексея Миллера.

Прошлой осенью никаких перестановок так и не произошло, однако и обсуждавшиеся, и обсуждаемые слухи указывают на то, что изменения в существующей команде могут оказаться не столь уж и косметическими, как предполагалось ранее. И если отставки затронут не только производственный блок (Ананенков), но и финансовый (Круглов) и коммерческий (Селезнев), это будет означать очень серьезную встряску "Газпрома". Вряд ли эта трансформация будет чрезмерно позитивной для рынка акций — по крайней мере на первых порах.

Тревожные аналогии

Тем временем отдельные пессимисты указывают на то, что кадровые преобразования, будь они адекватными, в долгосрочном плане оказались бы даже спасительными для "Газпрома". Без изменения стратегии концерн, как они считают, очень скоро окажется в производственном, а затем и в финансовом тупике.

Дело в том, что в начале года рынок сильно авансировал газовым компаниям ввиду ожидаемого повышения цен на газ на внутреннем рынке. Еще в ноябре 2006 года правительство согласовало с "Газпромом" график повышения цен до 2011 года, когда цены должны были достичь уровня экспортных поставок монополии за вычетом транспортных расходов. В частности, предполагалось, что с 1 августа 2008 года цены вырастут на 25%. Всего же, согласно графику 2006 года, за 2008-2011 годы цены должны были бы вырасти более чем в три раза.

Все шло как по маслу, хотя столь высокий уровень инфляции явно не был предусмотрен теми, кто составлял программу в 2006 году. На своем последнем заседании правительство под руководством Виктора Зубкова (которого прочат в новые руководители совета директоров монополии) спешно одобрило повышение тарифов на газ, отпускаемый населению. В 2008 году, как и планировалось ранее, повышение должно было составить 25%, в 2009 году — 25%, в 2010 году — уже 30%, в 2011 — 40%. И все равно, учитывая динамику цен на энергоносители за последние годы, сохранялась вероятность, что внутренние цены будут отставать от экспортных.

Впрочем, для того чтобы повергнуть в шок российских граждан, и утвержденного плана было бы достаточно. Поэтому новый кабинет, вынужденный с первых своих дней оправдываться за высокую инфляцию, решил скорректировать планы предшественников. Срок установления "равновесных" (с экспортными) цен был перенесен на 2015 год.

Это означает, что доходы "Газпрома" будут заметно меньше, чем предполагалось. И в этом концерн опять же похож на Сбербанк, чья доходность уже не будет расти столь быстро, как в предыдущие годы,— как в силу замедления роста банковского рынка, так и в силу действий регуляторов. Зато расходы у них, наоборот, будут расти.

В Сбербанке затеяна масштабная программа по реструктуризации системы управления банком, заявлены новые капиталоемкие проекты в сфере микрокредитования и расширения присутствия на иностранных рынках. В "Газпроме" инвестиционная программа постоянно растет, однако основные инвестиции направлялись на развитие транспортной инфраструктуры, тогда как формировался дефицит производственных инвестиций в разведку и ввод новых месторождений. И от этих затрат не уйти — добыча газа концерном в последние годы топчется вокруг 550 млрд кубометров, что ниже, чем в конце 90-х годов, когда уровень добычи достигал и 570 млрд.

Издержки добычи

А между тем обязательства на внешнем и внутреннем рынке только растут. По оценкам, для обеспечения поставок в полном объеме "Газпрому" к 2020 году нужно добывать более 670 млрд кубометров, что немыслимо без ввода новых месторождений. При этом одних денег для ввода месторождений мало, нужны люди, которые знают, как вести такие проекты. Слухи об увольнении "производственника" Александра Ананенкова в этом аспекте имеют негативный оттенок (поговаривают, что его повышение и появление в "Газпроме" связано именно с успешным пуском Заполярного месторождения, последнего крупного проекта "Газпрома").

Зато финансистам более понятен механизм купли-продажи, который также может поспособствовать решению проблемы со стагнирующей добычей. Недаром за последние полгода накалилась обстановка вокруг Ковыктинского месторождения в Иркутской области, принадлежащего ТНК-ВР. "Газпрому" уже почти удалось добиться продажи этого актива. Ориентировочно за 62,8% акций "РУСИА Петролеум", на балансе которой значится месторождение, концерн должен был заплатить $1 млрд. Этой договоренности, правда, предшествовали обыски в офисах ТНК-ВР. В конце мая появилась информация о том, что сделка затягивается. За этим последовали новые обыски в офисе ТНК-ВР, а также в прессу просочилась информация о разногласиях между российскими и британскими акционерами компании.

Нельзя исключать, что итогом столь сложных "переговоров" станет покупка "Газпромом" очередного нефтегазового актива. Но это отвлечет финансовые ресурсы от разработки собственных месторождений, хотя и не решит тактической задачи по исполнению обязательств перед покупателями.

То, что "Газпрому" не хватает собственных мощностей, подчеркивает и активность руководителей концерна в прикаспийском регионе. На прошедшей неделе состоялись их визиты в Туркмению и Азербайджан. В Туркмении газовая дипломатия каких-то серьезных новостей не дала, зато визит в Азербайджан с предложением покупать газ по мировым ценам выглядел по меньшей мере странным.

Во-первых, в Азербайджане нет тех объемов газа, которые были бы интересны "Газпрому" (объем поставок в ближайшие годы вряд ли может превысить 5-10 млрд кубометров). Во-вторых, предлагать с учетом вышесказанного Азербайджану цену выше, чем Туркмении, одному из крупнейших партнеров концерна (объем поставок — порядка 50 млрд кубометров), тоже вроде бы не очень корректно. Азербайджанская цена вдвое превышает цену существующего контракта "Газпрома" с Туркменией.

Большинство аналитиков склоняется к тому, что описанные события не окажут негативного влияния на котировки акций концерна. Однако стоит ожидать, что они будут иметь продолжение, что будет способствовать росту волатильности акций. Кроме того, бумаги "Газпрома" после ликвидации РАО ЕЭС становятся "самой "голубой фишкой"", что привязывает их к любым переменам в настроении инвесторов. В том числе многое в динамике акций будет зависеть от иностранных акционеров, которые с учетом нарастающей угрозы рецессии в США могут закрывать позиции на совершенно непредсказуемых известиях и тем самым "портить картину" российским инвесторам.

Нефтяные надежды

Отметим при этом, что менеджеры ЛУКОЙЛа не продают, а покупают свои акции. Президент компании Вагит Алекперов за последний год увеличил свою долю до 20,4%, вице-президент Леонид Федун — до 9,1%, совершив последнюю сделку буквально в начале мая. Покупки менеджеров оказали хорошую поддержку котировкам компании после провала в начале года. Без этого инвесторы вряд ли бы поверили в рыночные перспективы компании с падающей добычей, теснимой госкорпорациями. Так, согласно данным отчетности за первый квартал, добыча ЛУКОЙЛа сократилась на 3,3% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (впрочем, ввиду роста цен на нефть прибыль компании выросла на 143,5%).

Однако падение добычи ростом котировок акций не остановить, поэтому в ЛУКОЙЛе ждут, когда будут реализованы постановления нового кабинета о снижении налогообложения отрасли (а не будут отменены последователями, как в случае с тарифами на газ). Ждут этого и в других нефтяных компаниях, но ЛУКОЙЛ отличается наиболее высоким удельным уровнем капитальных затрат, поэтому и заинтересованность у него высока. Предложения правительства предусматривают повышение необлагаемого минимума при расчете ставки НДПИ с $9 до $15 за баррель, что должно компенсировать рост себестоимости добычи нефти. Аналитики "Юникредит-Атон" уже окрестили эту идею "планом Сечина", и он должен стать новым драйвером для роста акций нефтяных компаний, налоговая нагрузка на которые сейчас заметно выше, чем у газовых компаний.