Гергиев и Васильев

Гергиев и Васильев

Монологи и комментарии в преддверии оперного обмена

Встреча Владимира Васильева и Валерия Гергиева с прессой
       В Москве, в здании ТАСС на Тверском бульваре, состоялась пресс-конференция руководства Большого и Мариинского театров по поводу предстоящих обменных гастролей двух оперных трупп, которые пройдут с 3 по 12 апреля.
       
       В отличие от Владимира Васильева, который прибыл на утреннюю (10.00) пресс-конференцию с солидным эскортом своих коллег, Валерий Гергиев буквально заскочил туда на полчаса. Все это время он использовал, чтобы рассказать прессе о своем намерении начать техническое усовершенствование в наших театрах по модели Metropolitan. Актуальность этой темы не вызывает сомнений: не далее как в прошедшее воскресенье на "Князе Игоре" Мариинка пожинала плоды несовершенства закулисного устройства. Очевидно, грусть по разорванному машинерией занавесу и чувство вины за медленную работу компрессора, надувавшего декорации в четырех вынужденных антрактах, заставила маэстро весьма нелогично заговорить о постановке, которая в Москву не приедет, зато будет показана в Нью-Йорке.
       Впрочем, Владимир Васильев иронически прокомментировал длинный монолог петербургского мэтра: мол, Валерий Абисалович устроил здесь генеральную репетицию "Парсифаля". (Очевидно, имелась в виду соразмерность масштабов этой оперы с продолжительностью гергиевской речи.)
       Демонстрируя выдержку и незлобивость (судя по всему, недавний балетный обмен Большого и Мариинки закалил административное самолюбие обоих руководителей), Васильев и Гергиев выразили свою заинтересованность в том, чтобы певцы обоих театров поближе узнали друг друга и чтобы публика обеих столиц могла составить свое представление о достоинствах и недостатках двух главных опер страны.
       Московская программа в Питере формально более новая — администрация театра специально собрала в ней спектакли, сделанные за последние восемь лет. Но иллюзию новизны разрушит уже первое гастрольное представление Большого — "Иван Сусанин" (постановка Леонида Баратова 1945 года, возобновленная в прошлом сезоне с пронафталиненными декорациями Петра Вильямса и хореографией Ростислава Захарова). Партию Сусанина будет петь Владимир Маторин.
       Мариинка же первой представит самую свежую работу — "Летучего голландца" Вагнера, где выставит обойму сильных исполнителей (Ванеев, Путилин, Гоголевская, Беззубенков).
       Познакомиться с главным питерским феноменом — "Парсифалем" — москвичи смогут 10 апреля. В промежутке между двумя вагнеровскими операми пройдет возобновленная баратовская постановка "Хованщины" (1988), а 9 апреля дадут "Катерину Измайлову" Шостаковича. Завершит питерскую программу спектакль 1991 года "Огненный ангел" Прокофьева (Рената — Лариса Гоголевская) — по существу взлетный и для Гергиева, и для Галины Горчаковой — тогдашней исполнительницы главной партии.
       Тем временем в мариинской акустике пройдет женский конкурс: "Франческа да Римини" — Мария Гаврилова, "Аида" — Лариса Рудакова, "Травиата" — та же Лариса Рудакова и "Орлеанская дева" — Марина Лапина. Впрочем, его итоги скорее всего оспорит самая живая из всех вывозимых постановок — "Любовь к трем апельсином" (московский дебют Питера Устинова).
       Итоги обмена можно не предугадывать: Москва покажет оперные реконструкции и реинкарнации музейных реликтов, пестуемые статусной сценой больше всего остального. Петербург везет работы большие, живые и громоздкие, очевидно, желая потрясти публику не допускающей компромисса данностью: Мариинка — главней, хотя бы потому что сложней. Но самый большой марафон предстоит ее преобразователю — Валерию Гергиеву, который бессменно проведет за пультом все пять вечеров. Одно это обрекает Москву на более сильное оперное потрясение.
       
       ЛЕОНИД Ъ-ОБЛОЖКИН