Макроэкономика

Макроэкономика

       Наметившаяся было во второй половине января тенденция к некоторой стабилизации экономической конъюнктуры на прошлой неделе оказалась под большим вопросом. Ход событий довольно отчетливо указывает на начало формирования довольно мощного потенциала, пожалуй, одного из наиболее неприятных явлений постперестроечной российской экономики — инфляции издержек.
       По порядку. В понедельник АвтоВАЗ объявил об очередном 15-процентном повышении цен на свои автомобили. Казалось бы, и дело привычное, и подорожание по сравнению с предшествующими умеренное. Тем более, что автозавод работает на конечный спрос. А это значит что инфляции подвержены покупатели, что при прочих равных может быть даже полезным: инфляционный спрос способен оживлять производство.
       Но уже в тот же день картина кардинально изменилась. Объявил о резком — почти четырехкратном повышении цен на газ концерн "Газпром". Практически одновременно, через сутки, подняли планку предельной цены на нефть, за пределами которой выручка от реализации начинает изыматься в бюджет по повышенным ставкам. Сами же ставки при этом заметно понизились. Подобная операция означает фактическую либерализацию цен на нефть.
       Естественно, что новые цены на энергоносители моментально отразятся в издержках на все виды продукции. А поскольку ценовой импульс возник в начале производственной цепочки, он фронтальным образом подавит спрос и, соответственно, всю деловую активность в народном хозяйстве.
       Исход этого предсказать легко, особенно учитывая прецедент — платежный кризис первой половины прошлого года. Надо сказать, что нынешняя его реализация может оказаться еще более стремительной, поскольку 3000 млрд рублей неплатежей уже имеется — как бы переходящим остатком с прошлого года.
       Это тем более очевидно, что наметились уже первые заметные жертвы новых неплатежей. Всю прошлую неделю стоял конвейер ПО "Москвич", пребывавший с начала года в этом состоянии дольше, чем в рабочем. По одной из версий происходило это как раз по причине задержек с платежами в пользу поставщика двигателей.
       Надо сказать, что в подобных условиях автомобильная промышленность довольно быстро может оказаться в патовой ситуации: растущие издержки будут постоянно подпирать цены, которые в свою очередь близки, если уже не достигли пределов платежеспособного спроса. Итогом станет свертывание производства машин, которое, заметим, оставалось весьма стабильным весь прошлый год. Это означает нечто большее, чем просто коллапс одного из рынков. Автомобили — как легковые, так и грузовые — в инфляционной экономике выполняют функцию своего рода центрального регулятора хозяйственной системы, эффективно передающего импульсы оживления конечного спроса всей системе межотраслевых взаимодействий.
       Могут возникнуть затруднения и у широко распространившегося бизнеса по экспорту цветных металлов и нефти. Все указывает на то, что его условия будут сильно ужесточаться. При этом за экспорт взялись со всех сторон: как со стороны государства, озабоченного масштабной утечкой ресурсов, так и со стороны стран-импортеров, компании которых страдают от российского экспорта. Похоже, что на прошлой неделе пострадавшие стороны приступили к согласованным действиям по защите своих интересов. Немецкий алюминиевый концерн VAW рассматривает предложения российской стороны по совместному контролю за поставками на Запад российского алюминия взамен на инвестиции концерна в российское производство металла. А в Давосе Виктор Черномырдин принял участие в закрытой встрече по энергетическим проблемам с участием представителей ОПЕК, подтверждая тем самым выводы о намерении России примкнуть к картелю.
       Ясно, что в подобных условиях логично ждать роста цен на экспортные квоты. В то же время внутренние цены на сырье вряд ли снизятся — их будут подпирать издержки.
       
       А.Ш.