Подходы к определению рифмованного сленга

ALLUSIONS IN THE ENGLISH NEWSPAPER DISCOURSE AND THEIR POTENTIAL IN TEACHING

© 2015

YA. Nikitina, candidate of pedagogical sciences, assistant professor of Chair "Theory and methodology of teaching of foreign languages and cultures"

Togliatti State University, Togliatti

Abstract. Discourse research, having been quite extensive and interesting in recent decades; remain more focused on literary genres, which are exposed as pragmalinguistic and sociolinguistic reviews in relation to a particular typical speech situation. Meanwhile, newspaper discourse is a vast field for research, both from the point of view of text structure and its content and stylistic features, in particular allusion. The variety of allusions makes newspaper and magazine texts and headlines rich, emotional, relevant and up-to-date. These features of the newspaper discourse make its texts highly effective in the sphere of teaching and forming skills in all kinds of speech activities (reading, listening, speaking, and writing). This article discusses the ways of the functioning of allusions in the headlines of English- newspapers and magazines, gives statistical data of the frequency of allusions according to various thematic groups and provides with exercises that can be used while training the skills of reading, comprehension and translation of English newspaper headlines abound in allusions.

Keywords: discourse, discourse analysis, newspaper discourse, headline, allusion, reminiscence, teaching potential, a speech activity, reading, translation.

УДК 81.373.49

ПОДХОДЫ К ОПРЕДЕЛЕНИЮ РИФМОВАННОГО СЛЕНГА

© 2015

О.Ю. Пушкарев, ассистент кафедры «Теория и методика преподавания иностранных языков и культур» Тольяттинский государственный университет, Тольятти

Аннотация. В современной лингвистике возрос интерес к изучению уникального явления живой разговорной речи - английского рифмованного сленга, не имеющего корреляций (связей) в литературном стандарте. Рифмованный сленг, как одно из уникальных явлений в речи носителей диалекта Кокни, находит свое отражение именно в форме диалогического дискурса, где наиболее ярко проявляется его функция языкового кодирования речи с целью эвфемизации или вульгаризации. Исследование единиц рифмованного сленга не будет полным без учета важнейших признаков диалогической коммуникации, в частности, особенностей диалогического дискурса, терминология которого вызывает большое количество споров в среде исследователей. В данной статье были рассмотрены различные точки зрения на понятие диалогического дискурса с целью определить наиболее подходящий взгляд на эмотивный аспект рифмованного сленга. В свою очередь, было выявлено эмоционально-оценочное функционирование единиц речи в процессе диалога: они могут передавать эмоционально-оценочное отношение к предмету мысли, описывать эмоциональное состояние адресанта, или оказывать эмоциональное воздействие на адресата. Эти характеристики наиболее ярко функционируют в сленге в силу его экспрессивности, часто употребляемой для кодирования сообщений с эмоциональной окраской. Цель настоящего исследования состоит в выявлении и анализе понятия рифмованного сленга и его аспектов, используемого носителями языка для социальной дифференциации (находится в употреблении в основном у рабочего класса носителей диалекта Кокни), кодирования информации (единицы рифмованного сленга и их значение известны только посвященным в данный речетворческий процесс), а также как способ языковой игры с целью заменить неподходящее в конкретной ситуации слово на его аналог из числа рифмованного сленга.

Ключевые слова: диалогический дискурс, восприятие, ощущения, представление, когнитивные процессы, рифма, сленг, речетворчество, эмотивная функция, мыслительный процесс.

Проблемы изучения дискурса представлена еще в трудах античных риторов двухтысячелетней давности

[1, с. 3].

Современное же развитие данного направления датируется серединой 60-х гг. ХХ в., а термин был введен в обиход З. Харрисом, который впервые использовал его в исследовании, посвященному языку рекламы. З. Харрис считал «метод анализа связной речи» методом анализа дискурса, необходимый «для расширения дескриптивной лингвистики за пределы одного предложения в данный момент времени и для соотнесения культуры и языка» [2, с. 8].

Термин «дискурс» широко применяется в современной лингвистике, однако, не все лингвисты сходятся в его трактовке.

Благодаря исследованиям зарубежных лингвистов, философов-структуралистов и постструктуралистов термин «дискурс» вошел в русскую лингвистику. Ю.С. Степанов считал «дискурс» системой, прежде всего, грамматики [3, с. 36].

Неоднозначность термина «дискурс» особенно четко проявляется при сопоставлении его семантического наполнения в работах, различающихся по лингвистическому направлению и основополагающей концепции. «В коллоквиалистике под дискурсом может пониматься

устно-разговорное произведение, не имеющее отчетливо выраженной текстовой организации» [3, с. 50].

М.Л. Макаров считает термины «текст» и «дискурс» синонимами, отмечая в дискурсе «подчеркнутую про-цессуальность» [4, с. 68].

Таким образом, понятие «дискурс» оказывается закрепленным за различными сферами коммуникации.

Дискурс изучается позиций различных областей исследования, например, прагмалингвистики, психолингвистики, лингвостилистики, структурной лингвистики, лингвокультурологии, социолингвистики и т. д. [5, с. 38]

Многие исследователи склонны считать первичным именно диалогический дискурс, называя его «онтологически первичной, пратекстовой формой организации речи [6, с. 161].

Притягательность диалога и его проявлений основана на целом ряде свойств. Речь идет об антропоцентрично-сти данного вида речи. По мнению Т.Н. Колокольцевой, основная масса случаев диалогического общения происходит «лицом к лицу», что создает предпосылки для самопрезентации участников коммуникативной ситуации» [7, с. 15]. Еще одним значимым свойством диалога является демократизм, поскольку диалогический дискурс являет собой продукт коллективного творчества, созданный несколькими авторами. Кроме того, диалоговым

формам присуща высокая степень прагматизма, т. е. «его процессуальности, действенности, включенности в реальный деятельностный контекст» [8, с. 87].

Диалог определяется как тип дискурса, реализуемый в определенной коммуникативной ситуации, когда происходит обмен мыслями между коммуникантами, результатом чему является текст. Некоторыми лингвистами диалог выделяется как разговор двух или более лиц, объединенных ситуацией общения, психологическими установками и предметно-практической деятельностью. Постоянный обмен репликами позволяет считать диалог ритмическим процессом. В диалоге отмечаются сиюминутная реакция на явления и ситуации объективного мира и выражение говорящих своего мнения относительно фактов с большим количеством эмоциональных реакций [9, с. 44].

В диалоге оказывается психологическое взаимодействие между его участниками, что предполагает отражение как партнера по ситуации общения, так и субъекта непосредственного общения. Диалогичность личности задается «багажом» сознания каждого из участников диалога и их обоюдным противопоставлением [10, с. 45]. В диалогическом общении у человека наблюдается особый, дискурсивный способ мышления, со специфической коммуникативной системой семантически связанных речевых актов.

В последние время значительно усилился интерес лингвистов к эмоциональности как функции лингвистических единиц, предельно четко определяется место эмоционального в процессе познания, мыслительной деятельности человека. В процессе познания окружающего мира человек определенным образом относится к предметам и явлениям реальной действительности. Данное отношение носит субъективный характер и представлено в виде эмоций. «Эмоции - переживание человеком его отношения к окружающему миру и к самому себе - одна из форм отражения объективной действительности» [11, с. 49].

В основе эмоций лежат оценки, сформулированные в ходе обобщения опыта, и поэтому являются значимыми для соответствующих общественных групп. «Эмоциональные процессы могут быть положительными или отрицательными в зависимости от того, в каком отношении (позитивном, негативном) находится действие человека к его взглядам и интересам» [11, с. 49].

Кроме того, эмоциональные высказывания дифференцируются в зависимости от их функций, поскольку одни из них передают эмоционально-оценочное отношение к предмету мысли, вторые описывают эмоциональное состояние адресанта, а с помощью третьих оказывается эмоциональное воздействие на адресата.

За перлокутивный эффект - оказание воздействия на мысли и чувства реципиентов - в эмоциональной лексике отвечает экспрессивность, что вызывает у исследователей особый интерес к ее изучению [12, с. 52].

В контексте определенных высказываний лексические единицы могут выражать эмоциональную оценку. Функциональный аспект языка позволяет выявить эмоционально-нейтральные языковые единицы, которые выполняют роль резервного средства эмоционально-экспрессивной оценочной номинации.

Наиболее отчетливо свои качества эмотивность текста проявляет в диалоге, так как «именно диалогическая речь располагает соответствующим инвентарем средств создания эмоционального значения» [10, с. 48].

Выбор конкретной языковой единицы зависит от характера описываемого денотата, ситуации, взаимоотношения партнеров. Условия коммуникативной ситуации, интенции участников общения формируют эмоциональные оценки речевого высказывания. По мнению С.Г. Агаповой, «языковой диапазон коннотативных значений реплик диалога - это сложная система образных, модальных, оценочных наслоений, воздействующих на

эмоционально-волевую сферу слушающего» [13, с. 50].

Разговорная лексика включает в себя «лексические единицы, употребляющиеся в разговорной речи, например, в непринужденной неофициальной беседе, и является одним из разрядов словарного состава литературного языка, наряду с книжной и нейтральной лексикой». К типу такой лексики относится «сленг». Сленг состоит из слов и фразеологизмов, «которые возникли и первоначально употреблялись в отдельных социальных группах и отражали целостную ориентацию этих групп» [14, с. 87]. Перейдя в разряд общеупотребительных, сленгиз-мы, в основном, сохраняют эмоционально-оценочный характер, но «знак» оценки может изменяться.

В современной лингвистике определение сленга часто приводит к ряду противоречий. Они вызваны самим объемом понятия «сленг»: под вопросом все еще остается нестандартная лексика и ее уместность в среде ироничных, выразительных слов, синонимичных по отношению к литературным эквивалентам. Термин «сленг» активнее употребляется при рассмотрении английского языка, хотя все чаще его применяют и в отношении русского [15, с. 113].

Также подвержено сомнению само происхождение слова «сленг». По одной из версий, англ. Slang происходит от sling («метать», «швырять»), восходящего к архаичному выражению to sling one's jaw - «говорить оскорбительно». По другой версии, «сленг» восходит к slanguage - буква s была добавлена к language в результате исчезновения слова thieves; другими словами, первоначально речь шла о воровском языке (thieves' language). До сих пор точно не определено, когда в Англии впервые стали употреблять слово slang. В письменном виде оно было зафиксировано в XVIII веке. Тогда оно означало «оскорбление». К 1850 году данный термин стали использовать для того, чтобы обозначить просторечную лексики. Позже появляются синонимы слова slang, такие как: lingo - использовался преимущественно в низших слоях населения, и argot - предпочитался цветным населением [16, с. 183].

В российской лингвистике часто обращаются к определению В.А. Хомякова: «Сленг - это относительно устойчивый для определенного периода, широко употребительный, стилистически маркированный (сниженный) лексический пласт, компонент экспрессивного просторечия, входящего в литературный язык, весьма неоднородный по своим истокам, степени приближения к литературному стандарту, обладающий пейоративной (неодобрительной) экспрессией» [17, с. 43-44].

В данном исследовании рассматривается английский рифмованный сленг, который понимается «как разновидность сленга английского языка, в котором каждое подразумеваемое слово заменяется на рифмующееся с ним, но, в основном, далекое по смыслу словосочетание с целью языкового кодирования звучащей речи, ее эвфеми-зации/вульгаризации» [18, с. 189]. В.А. Хомяков пишет о ярко выраженном эмоционально-оценочном характере с преобладанием экспрессивной функции над номинативной (коннотации над денотацией), представляющий насмешку над социальными, этическими, эстетическими, языковыми и другими условностями и авторитетами» [17, с. 76].

Упоминания о рифмованном сленге датируются согласно исследователям П. Уиллеру и А. Бродхед XVI веком. По словам ученых, рифмованный сленг использовался английскими аристократами еще в середине XVI века во времена правления Елизаветы Первой, а также агентами службы безопасности Валсингема. В середине XIX в. «о рифмованном сленге заговорили чаще, когда он стал использоваться уличными торговцами восточной части Лондона в качестве тайного шифра, недоступного посторонним» [18, с. 189].

«Единицы рифмованного сленга широко используются в речи букмекеров, спортсменов, актеров, улич-

ных торговцев, то есть у всех тех, кто хочет привнести ноту экспрессивно-эмоциональной оригинальности в обозначение тривиальных предметов и явлений действительности» [18, с. 195]. О.И. Власова считает, что экспрессивно-эмоциональная оригинальность является проявлением «эмоциональной креативности, т. е. способности к эффективному и аутентичному переживанию эмоций, которая проявляется в непринуждённости и нестандартности выражения эмоций, но с учётом ситуации и уместностью эмоционального поведения» [19, с. 52]. Использование рифмованного сленга в речевом общении является оригинальным средством языкового кодирования с тремя основными целями: эвфемизация неподходящих в конкретной ситуации слов и выражений; придание речи большей новизны и яркости; обмен секретной информацией, недоступной для «непосвященных» [20, с. 70].

Вышеизложенные положения позволяют сделать вывод о том, что диалогический дискурс является сложным видом речевой деятельности, которая обеспечивает познание внешнего мира и общение собеседников. Успешность речевой деятельности, содержательность речи и качество ее восприятия и понимания её слушающим определяется когнитивными процессами, участвующими в порождении высказывания.

Рифмованный же сленг характеризуется богатством фантазии коммуниканта как индивидуальной чертой его стиля речи, позволяющей создать уникальный стиль речи с ярким самовыражением, посредством таких приемов, как повышенный интерес к предмету речи, стилистическая обособленность, простое и юмористическое отношение к вещам и явлениям.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Домовец, О. С. Манипуляция в рекламном дискурсе // Языковая личность: аспекты лингвистики и линг-водидактики [Текст] / О. С. Домовец. - Волгоград: Перемена, 1999.- 16 с.

2. Harris Z. Discourse analysis // Language. 1952. V. 28. № 1. P. 1-30.Meredith J. Dinkum Aussie Slang. - London, 1993.

3. Степанов, Ю. С. Альтернативный мир, Дискурс, Факт и принцип Причинности // Язык и наука конца 20 века [Текст] / Ю.С. Степанов: Сб. статей. - М.: Рос. гос. гуманит. ун-т, 1995. - С. 35-93.

4. Макаров, М.Л. Отражение межличностных отношений во взаимодействии коммуникативных стратегий в диалогическом дискурсе // прагматика и логика дискурса [Текст] / М.Л. Макаров. - Ижевск, 1991. -С. 66-73.

5. Карасик, В. И. О типах дискурса [Текст] / В.И. Карасик // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс: Сб. науч. тр. - Волгоград: Перемена, 2000. - 288 с.

6. Баранов, А.Н. Функционально-прагматическая концепция текста [Текст] / А.Н. Баранов. - Ростов-на-Дону: Издательство Рост. Уни-та, 1993. - 181 с.

7. Колокольцева, Т.Н. Специфические коммуникативные единицы диалогической речи [Текст] / Т.Н. Колокольцева. - Волгоград: Издательство Волгоградского госуниверситета, 2001. - 260 с.

8. Лазуткина, Е.М. культура русской разговорной речи // культура русской речи: Учебник для вузов [Текст] / Под ред. Проф. Л.К. Граудиной и Е.Н. Ширяева. - М.: Издательская группа НОРМА—ИНФРА М, 1998. - С. 58-97.

9. Винокур, Т.Г. Устная речь и стилистические свойства высказывания [Текст] / Т.Г. Винокур // Разновидности городской устной речи. - М., 1998. - С. 44-48.

10. Гурочкина, А. Г. Диалогический дискурс как среда и результат межличностного взаимодействия [Текст] / А.Г. Гурочкина // Актуальные проблемы современного языкознания: Сборник статей. — СПб.

Политехника-сервис, 2009. - С.43-48.

11. Маслова, В.А. Лингвокультурология [Текст] / В.А. Маслов. - М.: Академия, 2001. - 183 с.

12. 12. Городникова, М.Д. Эмоциональная оценочность и модальность текста // Прагматико-семантические аспекты немецкой лексики [Текст] / М.Д. Городникова. - Калинин, 1988. - С. 48-53.

13. Ягубова, М.А. Основные проблемы исследования оценки [Текст] / М.А. Ягубова // Филология. -Саратов, 1996. - 256 с.

14. Агапова С. Г. Прагмалингвистический аспект английской диалогической речи: Дисс. ... док. филол. Наук [Текст] / С.Г. Агапова. - Ростов-на-Дону, 2003. - 269 с.

15. Гальперин, И.Р. О термине «сленг» [Текст] / И.Р. Гальперин // Вопросы языкознания. - 1956. - № 6. -С.107-114.

16. Словарь-справочник лингвистических терминов [Текст] / Под ред. Д.Э. Розенталя. - М.: Российская энциклопедия, 1985. - 399 с.

17. Хомяков, В.А. О «рифмованном сленге» // Вопросы теории английского и русского языков [Текст] / В.А. Хомяков. - Вологда, 1973. - 105 с.

18. Емельянов, А.А. О Функциональных ососбенностях английского рифмованного сленга [Текст] / А.А. Емельянов // // Вестник гуманитарного факультета ИГХТУ - 2008. Выпуск 3. - С. 188-195.

19. Власова О.И. Психология социальных способностей: структура, динамика [Текст] / О.И. Власова. - Киев, Киевский университет, 2005. - С. 8-10.

20. Моисеева, Е.А. Рифмуюшийся слэнг в прагматико-коммуникативном аспекте Прагматические характеристики текста и его смысловая интерпретация: Межведомственный тематический сборник научных трудов [Текст] / Е.А. Моисеева. - Нальчик, 1987.- С. 70-74.

APPROACHES TO DEFINITION OF RHYMING SLANG

© 2015

O. Y. Pushkaryov, assistant of Chair "Theory and Methods of Teaching Foreign Languages and Cultures"

Togliatti State University, Togliatti

Abstract. In modern linguistics, there is an increased interest to the study of the unique phenomenon of a live conversation - English rhyming slang, which has no correlation (bonds) in the literary standard. Rhyming slang as one of the unique phenomena in the speech of Cockney dialect, finds its reflection in the form of dialogical discourse, where its most pronounced feature - coding the language for the purpose of ephimization or vulgarization - can be found. The research of the rhyming slang units would not be complete without taking into account the most important aspects of dialogic communication, especially the peculiarities of the dialogical discourse, whose terminology causes a large amount of controversy among the researchers. In this article, various points of view on the concept of dialogical discourse are discussed in order to determine the most appropriate view of the emotive aspect of rhyming slang. Furthermore, the emotional-evaluating function of the language units during the dialogue process is established: they can transmit the emotional-evaluating attitude to the subject of thought, describe the emotional state of the sender, or have an emotional impact on the recipient. These characteristics most thoroughly operate in slang because of its expressiveness, often used for encoding messages with emotional coloring. The purpose of this study is to identify and analyze the concept of rhyming slang and its aspects, used by native speakers to socially differentiate (used mainly amongst the working class representatives of Cockney), encode information (units of rhyming slang and their meanings are known only to the narrow circle of participants) as well as a method of language game to replace an inappropriate word in a given situation to its counterpart from the vocabulary of the rhyming slang.

Keywords: dialogical discourse, perception, representation, cognitive processes, rhyme, slang, language production, emotive function, thought process.

УДК 811.161.1'42

ВСТАВКА КАК СРЕДСТВО ВЫРАЖЕНИЯ КАТЕГОРИЙ РЕТРОСПЕКЦИИ И ПРОСПЕКЦИИ

В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ

© 2015

И.Г. Сагирян, кандидат филологических наук, доцент кафедры «Документоведение и языковая коммуникация» Донской государственный технический университет, Ростов-на-Дону

Аннотация. Статья посвящена проблеме функционирования вставок, выражающих категории ретроспекции и проспекции в художественном тексте. Ретроспекция и проспекция являются выразителями художественного времени в тексте и таким образом тесно связаны с категорией темпоральности. В статье рассматриваются вставки в коммуникативно-прагматическом аспекте, описываются средства репрезентации данной категории в художественном тексте. Выявляется их роль в формировании темпоральной доминанты повествования. Особое внимание уделено особенностям графического изображения вставок. Цель статьи - продемонстрировать потенции вставок в построении временного континуума в современной прозе, ярким примером которой является творчество Дины Рубиной. Авторское восприятие объективной действительности в художественных текстах имеет циклический характер. В пределах одной сюжетной линии актуализируются такие моменты, которые восходят либо к плану прошлого, либо к плану будущего. У Дины Рубиной информация, помещенная в скобки, не разрывает повествование, а наоборот, является скрепляющим элементом, особенно тогда, когда нужно увести вектор нарратива в прошлое или направить его в будущее. Писатель вводит ретроспективную вставку с целью сделать паузу в линейном развертывании повествования. Проспекция в текстах Дины Рубиной заставляет читателя творчески мыслить, фантазировать, мысленно представлять развитие событий. Вставки призваны актуализировать те моменты текста, которые важны для понимания произведения. Они являются экспрессивными маркерами, способными перемещать ход мысли во времени. Использование вставок для репрезентации категорий ретроспекции и проспекции играет важную роль в композиционном решении текста и открывает новые возможности текстообразования.

Ключевые слова: вставка, текстовая категория, ретроспекция, проспекция, темпоральность, автосемантия, актуализация.

Говоря о категориальном аппарате художественного текста и о статусе категории темпоральности, мы имеем в виду отражение в тексте объективной действительности. Темпоральность как текстовая категория находит отражение в выражении ретроспекции и проспекции, которые автор формирует в процессе создания художественного текста, а читатель интерпретирует в процессе его восприятия. Ретроспекция и проспекция являются выразителями художественного времени в тексте и таким образом тесно связаны с категорией темпорально-сти. По справедливому мнению А.А. Дегтеревой, «тем-поральность относится к тому типу объективно-субъективных синтаксических категорий, которые определяют и структурируют текст как коммуникативно-смысловую единицу. Функционируя в тексте, находя здесь выход в разноуровневых средствах языка, темпоральность предстает как мощный функционально-семантический пласт языка, фокусирующий в себе действие антропоцентрической силы. В распоряжении говорящего - богатейший запас временных квалификаторов, предоставленных ему

языком» [1, с. 100].

Обращение к коммуникативно-прагматическим смыслам категории темпоральности объясняется тем, что недостаточно описаны средства репрезентации данной категории в художественном тексте. Их изучение является актуальным направлением в современной лингвистике «в связи с переориентацией науки о языке с внутреннего устройства языковой структуры на выявление того, как именно язык отражает отношения, существующие в действительности, включая человеческий фактор» [2, с. 3]. Антропоцентрический подход в исследовании языковых процессов невозможен без учета языковой личности создателя художественного текста. Так, для репрезентации пространственно-временного плана повествования в современной прозе применяются вставки (вставные конструкции, внесения, парантезы) в виде одного слова, словосочетания, предложения и целого текста.

Исследование вставок с точки зрения выражения категории темпоральности - явление сравнительно новое,