Некоторые проблемы назначения и производства судебно-психиатрической экспертизы в особом судопроизводстве по применению принудительных мер медицинского характера

УДК 343.13

НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ НАЗНАЧЕНИЯ И ПРОИЗВОДСТВА СУДЕБНО-ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ В ОСОБОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ ПО ПРИМЕНЕНИЮ ПРИНУДИТЕЛЬНЫХ МЕР МЕДИЦИНСКОГО ХАРАКТЕРА

© Смирнова М. Е., 2010

В статье рассматриваются проблемы назначения и производства судебно-психиатрической экспертизы в особом судопроизводстве о применении принудительных мер медицинского характера. Особое внимание уделяется основаниям назначения судебно-психиатрической экспертизы, дифференциации использования различных видов судебно-психиатрических экспертиз в судопроизводстве о применении принудительных мер медицинского характера.

Ключевые слова: судебно-психиатрическая экспертиза; особое производство по применению принудительных мер медицинского характера.

Особый порядок судопроизводства по применению принудительных мер медицинского характера, наряду с другими отличиями от иных особых производств и общего порядка судопроизводства по уголовным делам, имеет специфику в предмете доказывания. Согласно требованиям ст. 434 УПК РФ к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по данной категории уголовных дел, относится наличие у лица, совершившего общественно опасные деяния, психического расстройства в прошлом, степень и характер такого расстройства в момент совершения запрещенного законом деяния и ко времени рассмотрения дела в суде.

Как справедливо отмечается в научной литературе, констатировать состояние вменяемости или невменяемости лица и решить вопрос о том, могло ли оно и в какой мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, невозможно без исследования клинической динамики психического расстройства, выявления его глубины и тяжести [1]. Исследование данных обстоятельств, безусловно, требует специальных познаний, которыми ни следственные, ни судебные органы не обладают, поэтому в ст. 196 УПК РФ содержится требование об обязательном назначении судебной экспертизы в случаях, когда вменяе-

мость подозреваемого, обвиняемого или его способность самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве вызывает сомнения.

Тем не менее, как в доктринальной литературе, так и в правоприменительной практике вопрос об основаниях для назначения судебно-психиатрической экспертизы является достаточно спорным.

В некоторых исследованиях, посвященных особому порядку производства о применении принудительных мер медицинского характера, проблеме судебно-психиатрической экспертизы, на наш взгляд, не уделено должного внимания [2]. Тем не менее, думается, что именно положительный результат судебно-психиатрической экспертизы лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, в некоторых случаях — подозреваемого или обвиняемого, и является главнейшей предпосылкой, а, зачастую, на практике — решающим фактором для назначения лицу какой-либо принудительной меры медицинского характера. Полагаем, что одним из оснований для назначения принудительных мер медицинского характера является болезненное состояние психики лица, совершившего общественно-опасное либо преступное деяние, которое может быть установлено только при проведении судебно-

психиатрической экспертизы, что обуславливает ее чрезвычайную важность в рассматриваемом особом порядке судопроизводства.

Как показали данные проведенного нами анкетного опроса 130 сотрудников правоохранительных органов (среди респондентов: 25 прокуроров, 5 государственных обвинителей, 41 помощник прокурора, 59 следователей), понимание оснований для назначения судебно-психиатрической экспертизы по делам о применении принудительных мер медицинского характера среди правоприменителей не отличается единообразием.

82 респондента (абсолютное большинство) считают, что следователь должен направить лицо, совершившее общественно-опасное деяние, на судебно-психиатрическую экспертизу при наличии двух (курсив мой. — С. М.) оснований:

1) если состояние психического здоровья указанного лица вызывает у следователя сомнения;

2) если в материалах уголовного дела имеются сведения, что лицо страдало (страдает) психическим заболеванием.

Семь опрошенных считают, что судебнопсихиатрическая экспертиза может быть назначена, если состояние психического здоровья указанного лица вызывает у следователя сомнения, что, в принципе, полностью согласуется с требованиями ст. 196 УПК РФ.

18 респондентов полагают, что судебнопсихиатрическая экспертиза может быть назначена по ходатайству защитника, а также в случаях наличия в материалах уголовного дела сведений о том, что лицо страдало (страдает) психическим заболеванием.

23 респондента считают, что назначение судебно-психиатрической экспертизы по рассматриваемой категории уголовных дел оправдано при наличии одного из трех указанных оснований:

1) если состояние психического здоровья указанного лица вызывает у следователя сомнения;

2) если в материалах уголовного дела имеются сведения, что лицо страдало (страдает) психическим заболеванием;

3) по ходатайству защитника.

Возникающая в ходе судопроизводства

потребность в психиатрических познаниях служит, как считают некоторые авторы, фактическим основанием для назначения судебно-психиатрической экспертизы [3]. На наш взгляд, потребность в специальных

познаниях в области психиатрии служит не фактическим, а процессуальным основанием, так как именно в уголовно-процессуальном законе (ст. 196 УПК РФ) содержится перечень обстоятельств, при наличии которых назначение судебной экспертизы обязательно.

Сомнение во вменяемости подозреваемого, обвиняемого или его способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, по нашему мнению, будет являться фактическим основанием для производства судебнопсихиатрической, а в некоторых случаях — комплексной (например, судебной психоло-го-психиатрической) экспертизы.

Существует точка зрения, что сомнение в психической полноценности есть обоснованное предположение о наличии у лица психического расстройства, способного повлиять на юридически значимое поведение [4].

С данным утверждением трудно согласиться, так как сомнение, в самом общем виде, — это отсутствие твердой веры в истинность чего-либо [5], т. е., применительно к исследуемой теме, это отсутствие твердой веры у следователя, прокурора, суда во вменяемость подозреваемого или обвиняемого или в его способность самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве.

Трудно не согласиться с уже высказанной в литературе по судебной психиатрии точкой зрения о том, что сомнение в психической полноценности должно быть именно обоснованным, т. е. вызываться действительно выявленными в ходе производства по делу фактическими обстоятельствами [6].

Однако ни в УПК РФ, ни в Федеральном законе от 31 мая 2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» № 73-Ф3 [7] не содержится требований об обоснованности сомнений во вменяемости подозреваемого, обвиняемого или его способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве.

Думается, что введение в следственную и судебную практику критериев предполагаемой психической неполноценности, разработанных наукой судебной психиатрии, представляется неоправданным и нецелесообразным в виду того, что данные критерии все-таки разработаны для психиатров, т. е. лиц с высшим медицинским образованием, следовательно, в уголовном судопроизвод-

стве у должностных лиц, не обладающих такими познаниями, могут возникнуть сложности в их применении. Тем не менее, мы считаем, что введение в ч. 3 ст. 196 УПК РФ требований о наличии у следователя обоснованных (курсив мой. — М. С.) сомнений во вменяемости подозреваемого, обвиняемого или его способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве приведет к сокращению случаев необоснованного производства судебно-психиатрических экспертиз, будет способствовать защите достоинства личности, которое гарантировано каждому ст. 21 Конституции РФ, так как любое сомнение в психической полноценности, на наш взгляд, умаляет достоинство личности.

Следовательно, мы предлагаем изложить ч. 3 ст. 196 УПК РФ в следующей редакции: «Назначение и производство судебной экспертизы обязательно, если необходимо установить: 3) психическое или физическое состояние подозреваемого, обвиняемого, когда возникают обоснованные сомнения в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве».

Актуальным в рассматриваемом аспекте является вопрос о помещении подозреваемого, обвиняемого в стационар для производства судебно-психиатрической экспертизы. Как справедливо отмечают отдельные авторы, помещение в стационар для производства судебно-психиатрической экспертизы — это «мера, наиболее обременительная с точки зрения прав личности. При ее осуществлении обвиняемый (подозреваемый) ограничивается в свободе передвижения, свободе общения, в праве на труд, страдает его человеческое достоинство. О строгости данной меры говорит длительность срока, в течение которого она может производиться (ст. 30 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» [8]). Согласно п. 3 ч. 10 ст. 109 УПК РФ, время нахождения лица в медицинском или психиатрическом стационаре засчитывается в срок пребывания обвиняемого под стражей, а исходя из положений ст. 72 УК РФ и п. 6 ч. 2 ст. 302 УПК РФ следует вывод, что пребывание в медицинском учреждении при прохождении экспертизы — «мера, приравненная к наказанию» [9].

Следует отметить, что вопросы назначения судебно-психиатрической экспертизы

регулируются УПК РФ, а порядок проведения судебно-психиатрической экспертизы в настоящее время регулируется, согласно Письму Росздравнадзора от 02.06.2005 № 01И-242/05 «Ответы на вопросы о деятельности Росздравнадзора» [10], Инструкцией по организации производства судебнопсихиатрической экспертизы в отделениях судебно-психиатрической экспертизы государственных психиатрических учреждений Российской Федерации [11] и иными актами.

Ранее порядок производства судебнопсихиатрической экспертизы регулировался ведомственными актами, принятыми еще в СССР, в частности, Инструкцией о производстве судебно-психиатрической экспертизы в СССР [12], положения которой во многом устарели и не отвечали требованиям современного законодательства, тем не менее, на наш взгляд, они очень точно, не допуская неоднозначных толкований, решали вопрос об условиях проведения стационарной судебно-психиатрической экспертизы по уголовным делам о применении принудительных мер медицинского характера. Согласно п. 20 указанной Инструкции о производстве судебно-психиатрической экспертизы в СССР, утвержденной Минздравом СССР 27.10.1970, «если амбулаторная экспертиза не может ответить на поставленные на ее разрешение вопросы, она дает заключение о необходимости помещения испытуемого на стационарное обследование». В этой связи следует отметить, что действующее законодательство положений об обязательном проведении амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы до назначения стационарной не содержит. В ст. 203 УПК РФ говорится: «Если при назначении или производстве судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы возникает необходимость в стационарном обследовании подозреваемого или обвиняемого, то он может быть помещен в медицинский или психиатрический стационар».

Вместе с тем на практике следователи толкуют данную норму таким образом, что они вправе назначать сразу стационарную судебно-психиатрическую экспертизу. Это приводит к необоснованному назначению стационарных экспертиз в тех случаях, когда установить наличие тяжелого психического заболевания возможно и по результатам проведения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы.

Например, по одному из изученных нами уголовных дел обвиняемый имел инвалидность вследствие психического заболевания (курсив мой. — М. С.) и содержался под стражей с 2002 г. Амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза по данном уголовному делу не проводилась, но в 2006 г. было проведено две стационарных судебно-психиатрических экспертизы [13].

В научной литературе справедливо отмечено, что стационарные экспертные исследования необходимы, по сути, лишь тогда, когда эксперты лично убедились, что амбулаторных исследований для дачи ответа на поставленные вопросы недостаточно [14].

Во многих случаях амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза способна дать ответ на все вопросы следственных органов и суда. Возможности амбулаторной экспертной комиссии в решении поставленных перед ней вопросов во многом предопределяются правильной подготовкой следственно-судебными органами всех нужных экспертам медицинских и следственных материалов. Амбулаторная экспертиза может вынести окончательное решение и при несомненных психических заболеваниях, подтверждаемых медицинскими документами [15].

Тем не менее, в 60 % (т. е. в 90 из 150) изученных нами уголовных дел следователем была сразу назначена стационарная судебно-психиатрическая экспертиза без проведения амбулаторной.

На наш взгляд, данные факты свидетельствуют о недооценке следственными и судебными органами возможностей амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы. В связи с чем, мы предлагаем ввести в следственную практику по уголовным делам о применении принудительных мер медицинского характера разработанный специально для следователей (а не для врачей-психиатров) ведомственный акт (например, методические рекомендации или инструкцию), регулирующий назначение судебнопсихиатрической экспертизы. Кроме того, представляется разумным вернуть в ведомственные акты, регулирующие проведение судебно-психиатрической экспертизы, положение, согласно которому проведение стационарной судебно-психиатрической экспертизы возможно только после амбулаторной, по крайней мере, по тем уголовным делам, в которых в отношении лица, которое уличается в совершении общественно-

опасного деяния, собраны соответствующие медицинские документы, подтверждающие несомненное наличие психического заболевания. Данная новелла, на наш взгляд, существенно уменьшит расходы на производство исследования, сократит сроки следствия, будет препятствовать помещению психически здоровых лиц в психиатрические стационары и позволит более оперативно выявлять лиц, страдающих психическими заболеваниями.

В связи с рассмотрением вопроса о месте амбулаторной и стационарной судебно-психиатрической экспертизы в особом порядке производства о применении принудительных мер медицинского характера, нам представляется целесообразным рассмотреть вопрос о роли комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы в рассматриваемом особом порядке судопроизводства.

В уголовно-процессуальной науке было высказано предложение о том, что по уголовным делам о применении принудительных мер медицинского характера необходимо назначать и проводить комплексную психолого-психиатрическую экспертизу. По мнению автора, однократное проведение психолого-психиатрической экспертизы существенно повысит рентабельность производства исследования и сократит сроки следствия [16].

С данным предложением трудно согласиться. Комплексную психолого-психиатри-ческую экспертизу принято определять как одну из разновидностей межродовых комплексных экспертиз, основанную на совместном рассмотрении и интегративной оценке результатов скоординированного применения для исследования психической деятельности обвиняемых (подозреваемых), потерпевших и свидетелей специальных знаний эксперта-психолога и эксперта-пси-хиатра с целью достоверного, наиболее полного и всестороннего общего (единого) ответа на вопросы, составляющие предмет комплексного исследования и входящие в сферу совместной (совокупной) компетенции экспертов [17]. Как отмечает С. А. Кудрявцев, специфику предмета комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы образует направленность экспертного исследования на установление эффекта (результата) взаимодействия болезненных (психопатологических) и неболезненных (возрастного, ситуационного,

эмоционального, личностного) психических факторов и определение на основе учета этого системного качества наиболее точной и полной меры их влияния на характер психического отражения, рефлексии и регуляции поведения данного лица (подэкспертно-го) в интересующий следователя (суд) период. Особенно остро такая необходимость возникает при экспертизе лиц с пограничной психической патологией, не исключающей вменяемости. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза необходима также для надежной оценки результатов влияния возрастного, эмоционального и личностного факторов на психическое отражение и регуляцию у лиц с «пограничными» вариантами психического здоровья [18]. Следовательно, лица, в отношении которых осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, т. е. страдающие тяжелыми психическими заболеваниями, влекущими признание их невменяемыми, в большинстве случаев не подпадают под те критерии, которые вызывают необходимость проведения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы («пограничные» варианты психического здоровья, психические патологии, не исключающие вменяемости).

Как отмечается в научной литературе, проведение комплексной судебной психоло-го-психиатрической экспертизы позволяет повысить полноту, надежность и точность экспертных выводов [19].

Однако недифференцированное проведение комплексной судебной психолого-пси-хиатрической экспертизы по всем уголовным делам о применении принудительных мер медицинского характера не целесообразно, экономически невыгодно и неизбежно повлечет за собой увеличение сроков разрешения уголовного дела. Считаем, что назначение таких экспертиз возможно и нужно лишь в случаях неясности степени тяжести психического заболевания (т. е. для ответа на вопрос, исключает или не исключает оно вменяемость), а также в случае возникновения обоснованных сомнений в выводах ранее проведенных по уголовному делу судебно-психиатрических экспертиз.

Следующей проблемой, не разрешенной ни в теории уголовно-процессуальной науки, ни в правоприменительной практике, является момент назначения и производства судебно-психиатрической экспертизы.

Существует точка зрения, что экспертиза должна быть назначена сразу же, как только появились сомнения в психическом состоянии лица, в отношении которого ведется производство. Далее те же авторы отмечают, что изучение практики свидетельствует о том, что следователи не всегда своевременно назначают судебно-психиатрическую экспертизу. Несвоевременное назначение судебно-психиатрической экспертизы приводит к затягиванию сроков предварительного расследования [20]. Нам хотелось бы отметить, что во всех 150 изученных нами уголовных делах судебно-психиатрическая экспертиза назначалась после проведения многих следственных действий.

Обозначенная точка зрения, безусловно, имеет право на существование, в ней есть определенный положительный момент — лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, при оперативном проведении экспертизы быстрее получает возможность реализовать те права и свободы, которые предусматривает действующее законодательство для лиц, страдающих психическими заболеваниями. Тем не менее, на наш взгляд, следователю перед направлением лица на судебно-психиатрическую экспертизу в первую очередь следует убедиться, что именно это лицо совершило общественно-опасное деяние.

С проблемой момента назначения и производства судебно-психиатрической экспертизы очень тесно связана проблема процессуального статуса лица, которое направляется на производство данного следственного действия. В исследованиях, посвященных особому порядку судопроизводства по применению принудительных мер медицинского характера, проведенных еще на базе УПК РСФСР, подчеркивается, что поместить в любое психиатрическое учреждение для производства стационарной экспертизы можно только подозреваемого или обвиняемого. Вряд ли правильно поступают те следователи, которые выносят постановления о привлечении этих лиц в качестве обвиняемых. Но их оправдывает то обстоятельство, что иначе не будет законных оснований для содержания указанных выше лиц в психиатрическом учреждении [21]. На сегодняшний день эта проблема не получила своего разрешения на законодательном уровне, тем не менее, по 149 уголовным делам из изученных 150 лица, направлявшиеся на

стационарную судебно-психиатрическую экспертизу, наделялись статусом обвиняемого. Только по одному уголовному делу лицо, в отношении которого осуществлялось производство о применении принудительных мер медицинского характера, не было привлечено в качестве обвиняемого, тем не менее, стационарная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении этого лица была проведена [22].

Мы считаем, что практика присвоения статуса обвиняемого или подозреваемого может содействовать соблюдению прав только той категории лиц, которые впоследствии окажутся вменяемыми. Думается, что лицам, страдающим тяжелыми психическими заболеваниями, влекущими невменяемость, следует предоставить и гарантировать больший объем прав в силу как требований международно-правовых актов, так и в силу их болезненного состояния, а для этого представляется необходимым, все-таки, признавать их в качестве самостоятельных субъектов уголовного процесса и наделить особым статусом — лица, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера. Соответственно, мы предлагаем изложить ч. 2, 3 ст. 203 УПК в следующей редакции:

«2. Если при назначении или производстве судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы возникает необходимость в стационарном обследовании подозреваемого, обвиняемого или лица, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, то они могут быть помещены в медицинский или психиатрический стационар.

3. Подозреваемый, обвиняемый, лицо, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, не содержащиеся под стражей, помещаются в медицинский или психиатрический стационар для производства судебно-медицинской или судебнопсихиатрической экспертизы на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьей 165 настоящего Кодекса».

Подводя итоги, можно отметить, что судебно-психиатрическая экспертиза в особом порядке уголовного судопроизводства обладает исключительной важностью. Тем не менее, вопрос об основаниях для назначе-

ния судебно-психиатрической экспертизы в настоящее время не имеет своего однозначного решения ни в уголовно-процессуальной науке, ни в практике государственных органов. Такая ситуация может повлечь нарушения прав и свобод, отрицание законных интересов не только лиц, в отношении которых ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, но и психически здоровых лиц. Проблема правильного выбора вида судебно-психиатрической экспертизы (амбулаторной или стационарной, судебно-психиатрической или комплексной судебной психо-лого-психиатрической) также не получила своего однозначного разрешения, прежде всего, в сложившейся правоприменительной практике, что приводит к необоснованным расходам на проведение исследований, в которых нет необходимости, к затягиванию сроков следствия, и, в конечном итоге, к ограничению прав и свобод участников процесса. На сегодняшний день не определен перечень вопросов, которые следует ставить на разрешение судебно-психиатрической экспертизы, что опять-таки влечет лишение лиц, в отношении которых ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, права на личное участие в процессе. Кроме того, как показывает анализ правоприменительной практики, и в решениях следственных органов, и в самих экспертных заключениях нередко встречаются неустранимые недостатки, которые при существующем неразработанном правовом регулировании рассматриваемого института могут привести к необоснованному ограничению прав и свобод, отрицанию законных интересов всех участников уголовного процесса — как страдающих психическими заболеваниями, так и психически здоровых. ^

1. См., напр.: Данилов Е. П. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: комментарии. Постатейные материалы. Судебная и арбитражная практика. Образцы документов. М., 2003. С. 640.

2. См., напр.: Шагеева Р. М. Принудительные меры медицинского характера в контексте уголовного правосудия : монография. Уфа, 2004; Протченко Б. А. Принудительные меры медицинского характера. М., 1976.; Буфетова М. Ш. Производство о применении принудительных мер медицинского характера : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Иркутск, 2004. В указанных работах судебно-психиатрической экспертизе не посвящено ни одного раздела (ни специальной главы, ни параграфа в рамках какой-либо главы).

3. Судебная психиатрия : учеб. пособие для вузов / под ред. З. О. Георгадзе. М., 2004. С. 48.

4. Там же. С. 49.

5. Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка. М., 1987. С. 610.

6. Судебная психиатрия : учеб. пособие для вузов / под ред. З. О. Георгадзе. С. 48—50.

7. О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации : федер. закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 2001. № 23. Ст. 2291.

8. Там же.

9. Васильева Е. Г. Меры уголовно-процессуального принуждения. Уфа, 2003. С. 99.

10. Ответы на вопросы о деятельности Росздрав-надзора : письмо Росздравнадзора от 2 июня 2005 № 01И-242/05 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система (документ опубликован не был).

11. Об утверждении Инструкции по организации производства судебно-психиатрической экспертизы в отделениях судебно-психиатрической экспертизы государственных психиатрических учреждений Российской Федерации : приказ Минздравсоцразвития РФ от 30 мая 2005 г. № 370 // Бюл. нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2005. № 29.

12. Инструкция о производстве судебно-психиатрической экспертизы в СССР от 27 октября 1970 г. // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система (документ опубликован не был).

13. Уголовное дело № 2-1/2006 // Архив Иркутского областного суда.

14. Судебная психиатрия : учеб. пособие для вузов / под ред. З. О. Георгадзе. С. 54.

15. Жариков Н. М., Морозов Г. В., Хритинин Д. Ф. Судебная психиатрия : учеб. для вузов. М., 2006. С. 24.

16. Буфетова М. Ш. Производство о применении принудительных мер медицинского характера : авто-реф. . дис. канд. юрид. наук. Иркутск, 2004. С. 18.

17. Кудрявцев И. А. Судебная психолого-психиат-рическая экспертиза. М., 1988. С. 17.

18. Там же. С. 18.

19. Там же. С. 19.

20. Якимович Ю. К., Ленский А. В., Трубникова Т. В. Дифференциация уголовного процесса. Томск, 2001. С. 192-193.

21. Там же. С. 194.

22. Уголовное дело № 2-118/2006 // Архив Иркутского областного суда.

Some Problems of Appointment and Execution of Forensic Psychiatric Examination in Special Proceeding of Application of Medical Enforcement Measures

© Smirnova M.r 2010

The problem questions of appointment and execution of forensic psychiatric examination in special proceedings of application of medical enforcement measures are considered in the article. The author pays special attention to the bases of appointment of forensic psychiatric examination, differentiation of use of various kinds of forensic psychiatric examinations in special proceedings of application of medical enforcement measures.

Key words', forensic psychiatric examination; special proceeding of application of medical enforcement measures.