Инфляцию усмирили регуляторы

Главной причиной замедления инфляционной динамики с середины 2000-х годов в странах с переходной экономикой были внутренние факторы и более системная монетарная политика регуляторов, а не влияние внешней конъюнктуры и процесса глобализации. Такой вывод содержит новый рабочий доклад Международного валютного фонда (МВФ).

После периода замедления инфляции в 1990-х и начале 2000-х годов ее темпы в 19 странах с переходной экономикой (включая Аргентину, Бразилию, Китай, Индию, Россию, Южную Африку и Турцию) оставались сравнительно низкими и стабильными, говорится в докладе МВФ. Средневзвешенное значение сводного индекса потребительских цен в 1995–2004 годах в этих странах упало более чем на 100 процентных пунктов (п. п.) и зафиксировалось в районе 5%, что примерно на 3 п. п. выше аналогичного показателя на развитых рынках. Медианная общая инфляция, несмотря на влияние отдельных эпизодов гиперинфляции в 1990-е годы, также демонстрирует значительное снижение: примерно с 20% до 5% с 2004 года.

При этом показатель базовой инфляции (не учитывающий цены на продовольствие и энергоносители, подверженные большей волатильности) также сокращался вплоть до середины 2000-х и остается стабильным. Темпы роста цен производителей резко упали в 1990-х годах и зафиксировались на сравнительно низком уровне, как и дефляторы ВВП, включающие цены на всю готовую продукцию и услуги, произведенные внутри страны. Даже после отдельных шоков — таких как колебания цен на сырье, мировые финансовые кризисы и рост курса доллара — инфляция в большинстве стран быстро стабилизировалась, а центральные банки использовали краткосрочные эффекты для снижения процентной ставки и борьбы с рецессией, отмечают исследователи из МВФ.

Они полагают, что такие эффекты нельзя объяснить растущей глобализацией и улучшением внешней конъюнктуры (например, активным включением Китая в систему международной торговли или политикой количественного смягчения развитых стран после мирового финансового кризиса) — их влияние хотя и было статистически значимым, но играло довольно малую роль в инфляционной динамике. Напротив, активная монетарная политика регуляторов и долгосрочные инфляционные ожидания внутри самих переходных стран имели решающее значение. Например, после азиатского кризиса в конце 1990-х, наглядно продемонстрировавшего недостатки твердого валютного курса, центральные банки многих стран перешли к таргетированию инфляции (число таких выросло с нуля в 1995 году до 15 в 2017-м), а правительства стали применять бюджетные правила (к 2007 году их стало 14 вместо двух, позднее Аргентина, Индия и РФ отказались от этой политики, хотя последняя — лишь на два года). Политика, основанная на этих правилах, способствовала стабилизации цен и предсказуемости действий регуляторов, так что после 2004 года волатильность в странах с развивающимся рынком оказалась в целом сравнима с показателями развитых экономик. Сохраняющаяся гетерогенность между самими этими странами оставляет пространство для дальнейшего совершенствования монетарной политики и снижения уровня инфляции и долгосрочных инфляционных ожиданий, заключают в МВФ.

Напомним, в российском ЦБ допускают, что в 2018 году годовая инфляция может выйти за границу таргета, достигнув 3,8–4,2%, а в 2019-м — вырасти до 5–5,5% (из-за повышения НДС). Прогноз Минэкономики предполагает, что инфляция к концу года ускорится до 3,7–3,8%, если текущий курс рубля сохранится.