Культура тюркской государственности важное национальное наследие

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 342.1:316,722-09

Т. З. Рысбеков

КУЛЬТУРА ТЮРКСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ -ВАЖНОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ НАСЛЕДИЕ

Описывается история западно-тюркского каганата в соответствии с орхонскими письменными памятниками. Даты событий могут быть указаны эпохой древнетюркской письменности. Наследие тюркского государства является общим наследием для всех существующих тюркских народов.

Ключевые слова: раннефеодальное государство, западно-тюркский каганат, орхонские письменные памятники.

T. Z. Rysbekov

The culture of the Turkic nationhood - important national heritage

The history of western Turkic Kaganate according to Orkhon written records is described. The events can be dated to the epoch of the ancient Turkic writing. The heritage of the Turkic commonwealth is a general heritage for the current Turkic peoples.

Key words: early feudal state, western Turkic Kaganate, Orkhon written records.

Социальное содержание духовно-нравственного знания, которое было осмыслено нашими далекими предками и активно развивалось на протяжении столетий, рассматривалось как конкретное, социальноактивное, формирующее не только уклад жизни отдельного человека, семьи, но и общества в целом. Духовные ценности - это своеобразный духовный капитал человечества, накопленный за тысячелетия, который не только не обесценивается, но и, как правило, возрастает. Речь идет прежде всего о моральных и эстетических ценностях. Они по праву считаются высшими, ибо во многом определяют поведение человека в других системах ценностей. Духовные ценности в наши дни тоже меняются, но именно их надо беречь в первую очередь.

Ценности духовного плана создавались сотнями, тысячами лет. Каждый из чего-то формирует свою базу ценностей. Кто-то из Корана или Библии, есть люди,

РЫСБЕКОВ Туякбай Зеитович - д. и. н., профессор, зав. каф. истории Республики Казахстан Западно-Казахстанского государственного университета им. М. Утемисова.

E-mail: zapkazgu@rambler.ru

которые создают, изучая гуманитарные науки или используя опыт прожитого. И все это имеет большое значение.

Тюркская государственность с единым правителем, институтами власти, экономикой уже две тысячи лет назад приводила в восхищение китайцев, об этом свидетельствуют китайские хроники [1].

Внимание китайских историков к тюркским соседям не случайно, поскольку в течение многих столетий Китай развивался в тесной связи с окружавшими его народами и в непрерывной борьбе с ними. Китайские источники монгольской эпохи помогают создать единую цельную картину исторического развития тюркских народов. Содержащиеся в них сведения описывают жизнь многочисленных тюркских племен на разных этапах общественного развития.

На территории средневекового Казахстана и Средней Азии в восточной части Европы возникли и развивались ранние феодальные государства, известные в истории как каганаты, куда входили представители предков современных казахов, узбеков, кыргызов, таджиков, туркмен, азербайджанцев. Такие государственные образования, как «¥лыс» «К^агандык» «С^лтандьщ» и другие отличались своеобразной

системой управления, культурными особенностями, традициями и образом жизни. Одним из наиболее известных среди них был Западно-Тюркский каганат. История каганата является неотъемлемой частью образования и развития первого феодального государства в Центральной Азии и его духовной культуры.

Западно-Тюркский каганат располагался на территории «древних усуней» [2], начиная с подножия гор Каратау восточного направления до гор Джунгарии. Основным этнополитическим ядром каганата было объединение племен «он ок будун». Вместе с тем после распада Тюркского каганата потомки оседло-земледельческих племен в Восточном Туркестане и Средней Азии (гг. Самарканд, Маймург, Кеш, Нахшеб, Инггихан, Кушания, Бухара, Амуль и Андхой) из захваченных ранее территорий тоже были подвластны новому каганату, хотя в значительной мере и формально. Проживали представители каганата также в Согды и Бухаре, где он имел непосредственную власть [3].

В это время, в УП-УШ вв., феодальные отношения активно развивались в Византии и сасанидском Иране. Несмотря на конкуренцию в торговле и на войны (а может, и благодаря им), феодальные отношения в это время распространились до окрестностей Кавказа и владений кочевого Хазарского ханства, а также до территории древних тюрков вплоть до Алтая.

По данным исторических источников, территориями, на которых находились ставки западно-тюркских каганов, были побережья рек Селенга, Орхон и Толы. Отсюда начиналось укрепление и расширение этого в последующем могущественного государства. Кутлук Билге кул каган расширил границы своего государства на севере от Алтайских гор до Маньчжурии, а на юге - до пустыни Гоби. Здесь существовали единый государственный язык (тюркский), общая тюркская письменность и словесность. Расположенный в центре этого огромного ареала Западно-Тюркский каганат способствовал не только налаживанию с Центральной Азией политических связей, но и культурноэкономическому развитию этого региона.

В это время стали выделяться своей особенной архитектурой и строительством такие административные и политические центры тюркского каганата, как Суяб и Тараз, располагавшиеся на Великом Шелковом пути и соединявшие Азию и Европу, Восток и Запад, оседлые регионы и кочевой мир.

Есть немало сведений об одном из таких культурных центров - о городе Отраре. В некоторых источниках он носит название Тарбан [4]. После обоснования арабов в этих местах он был переименован в город Фараб. Об этом городе имеется немало сведений и во французских источниках. В работах Бартолоэ д. Эрбело «Универсальный словарь основных сведений о восточных народностях», «Библиотека

Востока», изданных в 1697 г., Отрар указан не просто как город, а как обжитая территория обширных лесов и возделанных земель, для обхода которой требовались целые сутки. В городе с красивыми зданиями, построенными по последним образцам архитектуры, находилась известная в то время всему тюркскому миру богатейшая библиотека. Сведения об этом крупном политическом и культурном центре имеются и в древних памятниках (рунических письменах) Култегина и Билге кагана. Такие города, как Тараз, Суяб, Отырар, Сыганак, Испиджаб, Киялык играли большую роль в развитии торговли и культурных связей с Византией, Ираном, Кавказом, Алтаем и с Восточным Туркестаном. К примеру, караваны, идущие с Запада, останавливались в Испиджабе и далее через Созак, Кумкенг, Баба-ату направлялись во владения кочевников в бескрайние просторы Центрального Казахстана. В городах, расположенных на караванных путях, наряду с торговлей, широко развивались ремесло и архитектурное искусство. О наличии здесь предметов быта и украшений, искусно сделанных из железа, камня, золота и серебра, говорят дошедшие до нашего времени и найденные в ходе археологических раскопок памятники. Наряду с этим инструменты, предметы быта и конской утвари, принадлежавшие и использовавшиеся представителями данных регионов, говорят об их достаточно высоком культурном уровне и жизненном опыте. Если к этому добавить памятники искусства, вырезанные или изготовленные из камня, то перед нашим взором встает достаточно цельный, высокоразвитый и своеобразный культурный мир.

Каганат состоял из двух взаимодополняющих и взаимонеобходимых частей, в совокупности представлявших собой единый политико-хозяйственный организм - это город и степь. Транзитная и внутренняя торговля повлекли за собой возникновение и развитие здесь денежного обращения, что способствовало втягиванию в эти отношения населения как центральных районов Западно-Тюркского каганата, так и его вассальных окраин.

Несмотря на то, что развитие общественноэкономических отношений в каганате шло, как и в других регионах Евразии, в русле становления феодальных отношений, данный процесс здесь имел свои особенности. Среди памятников, найденных на берегах реки Орхон и относящихся ко времени существования Западно-Тюркского каганата, особое место занимают три высеченных на камне исторических артефакта. Первый из них посвящен ушедшему из жизни в 731 г. брату хана Культегину, второй -самому Билге кагану, умершему в 735 г., а третий -Тоныкоку [5, с. 313-326]. Наиболее полные данные о Тоныкоке содержатся в трудах копенгагенского профессора В. Томсена [6, с. 6]. По сведениям этих ученых и по данным Орхонских письменных памятников,

Тоныкок был советником при трех ханах и приходился сватом Билге-кагану. В китайских письменных источниках сведения о Тоныкоке встречаются в письменных источниках за 716 г. [5, с. 330-346]. В китайских источниках и в записях самого Тоныкока подробно рассказано об укреплении государства при Ельтерисе и о его вкладе в этот процесс [4].

Время событий в Орхонских памятниках по стилю изложения можно отнести к последней - новой эпохе древнетюркской письменности. Видимо, впоследствии орхонская письменность стала широко распространяться среди «он ок будун», то есть среди различных слоев народа. В памятниках Культегина содержится следующая информация: «Я написал

здесь о тех, кто объединил тюркский народ в единое государство, также написал я здесь и о тех, кто избрал неправильный путь. Все, что я хотел сказать потомкам, высек я на этом вечном камне. Знайте по ним о делах нынешних тюркского народа». В Орхон-ских письменах также дается описание жизни и быта тюркских народов и развития каганата. Рассказывается и о том, что, имея здесь свое государство и потерпев поражение от китайцев, тюрки в течение 50 лет находились в зависимости от них, а некоторые князья, приняв в этот период титулы китайцев, перестали быть тюркскими беками. Тогда простой народ со словами: «Мы были народом со своим ханом и со своим государством. Где теперь наш хан и наше государство?» [7, с. 186-191] восстал против китайцев. Кроме того, мы можем наблюдать здесь, как он контролировал борьбу аристократов и демократов в качестве представителя хана.

Из данных Орхонских памятников видно, что во времена Западно-Тюркского каганата, несмотря на возвеличивание военной силы и военного духа, здесь тут не наблюдалось явлений, чуждых человечности. Не видно здесь жестокости и наслаждения своей жестокостью, которые нередко можно наблюдать у представителей народов, считающих себя культурными. В рассматриваемых письменах создание империи обосновывается целью «служения народу» и необходимостью «приносить ему пользу». В этих памятниках Билге-каган представлен как великий правитель, Культегин - как прославленный батыр своего времени, Тоныкок - и как батыр, и как оратор, и как жырау, и как мудрец. В каменных надписях Тоныкок описывается как заботящийся о своем государстве правитель, а Культегин при правлении брата Билге-кагана был предводителем войск каганата, его храбрость приводится в качестве примера воинской доблести того времени. В этих памятниках также широко представлены не утратившие своего значения и по сей день образцы ораторских речей и стихов, пословиц и поговорок, посвящений и песен-жоктау. В государстве западных тюрков каган был

верховным правителем и властителем, верховным военачальником и наряду с этим мудрой и рассудительной личностью, избиравшейся широкими слоями народа («он ок будун»). Столицей каганата и зимней ставкой кагана был город Суяб, располагавшийся в долине реки Чу. По сведениям путешественников, располагавшаяся недалеко от Суяба летняя резиденция Цзедань была ставкой кагана. Возможно, каган являлся не только верховным правителем, но и владельцем всех земель каганата. Но в условиях кочевого общества (если брать степные народы) власть правителя распространялась не на рассматриваемые здесь земли, а на сообщества людей, пользовавшихся этими землями. Сведения побывавшего в начале VII в. в ставке западно-тюркского кагана Ябгу буддийского монаха Сюань Цзаня достаточно подробно повествуют об экономическом состоянии страны и о богатстве каганского рода. По словам Сюань Цзаня, он был поражен красотой одежды охотников, встреченных им во время облавы на зверей. «Каган был одет в камзол из зеленого шелка, - пишет монах. - Его сопровождала свита из более чем двухсот тарханов, они были одеты в богатые камзолы, головные уборы сшиты из мягких материй, в руках они держали секиры, луки и знамена. Ездили они на прекрасных скакунах. Людей, сидящих на конях и верблюдах, трудно охватить взором». Далее, описывая внутреннее убранство юрты кагана, он говорит о том, что она настолько украшена золотом, что невозможно смотреть на все это [4, с. 261-266].

В письменных источниках мало сведений о повинностях, возложенных на вассальные племена и на рядовых кочевников в Западно-Тюркском каганате. Но, несмотря на это, хорошо известно, что главной повинностью здесь была воинская повинность (известная как «налог кровью»). Согласно этой повинности, все мужчины-воины вассальных племен входили в состав армии господствующего племени. Основные тяготы войн, соответственно и основные людские потери, приходились на долю этих вассальных племен. Иногда вассальные племена, которые назывались «келимсек» (пришлые), во время сражений использовались как заслон, то есть их ставили в первых рядах войска и они принимали на себя основной удар противника. Этот метод впоследствии стал распространяться повсеместно. Позднее сам великий полководец Чингисхан восхищался военными методами и приемами тюркских войск и требовал их применения от своей армии во время боевых походов.

Политическое повиновение сопровождалось и материальной повинностью. Кроме того, были рабы из представителей подчиненных племен и из числа военнопленных. Но нужно учитывать, что понятие «раб» у древних тюрков не соответствовало классическому содержанию этого понятия, которое утвер-

дилось в ряде древневосточных стран и европейских государств. У западных тюрков, в том числе и в средневековых государствах на территории нынешних казахских земель, «рабскими племенами» считались вассальные племена, которые были обязаны платить господствующему племени налог в виде скота, шкур зверей или в иной другой форме. У тюрков во время военных походов на территорию соседних племен одной из целей этих походов был захват рабов, причем в плен брали девочек и мальчиков. К примеру, известно, что в 620 г. Бахадур-каган у тюрков взял в плен несколько тысяч девушек. В одном из источников того времени говорится: «Во время походов попадают в плен». Повествуя о победе в 720 г. тюркского кагана Билге над басмылами, автор указывает, что тюрки «взяв у них (у басмылов) в плен девочек и мальчиков, вернулись назад» [3, с. 302]. Такие сведения в источниках встречаются довольно часто. Пленных детей обычно «усыновляли» в больших патриархальных семьях и использовали по хозяйству. Все это не опровергает того, что в каганате были и другие виды рабства (например, ремесленников, строителей и др.).

Можно отметить наиболее характерные особенности тюркизма:

- у тюркизма есть своя святость (имандыльщ), выраженная в системе этических ценностей;

- в общественной жизни преобладал воинственный дух. Умереть на войне считалось высшей честью;

- главным фактором развития нации считалась жесткая дисциплина. Все это находило выражение в доблестных войсках тюрков;

- для тюркизма была характерна прямолинейность, сила слова;

- половое воспитание тюрков было на самом высоком уровне. Это делало их морально сильнее.

Вплоть до X в. у тюрков была своя полноценная цивилизация. Она имела три опоры: мировоззрение (его ядро - религия тенгрианство), свой язык (признаваемый лингвистами одним из самых развитых и устойчивых языков мира) и свой алфавит - орхоно-енисейская (руническая) письменность [8, с. 251].

В условиях глобализации тюрки смогут выжить и стать хозяевами своих богатств, своей жизни и судьбы, лишь объединившись в единый 150-миллионный суперэтнос. Платформа объединения - общая идентичность, своя тюркская цивилизация и история. Это необходимое условие деколонизации тюркских народов, оказавшихся на периферии мирового развития. Лишь объединившись экономически, технологически и духовно в самодостаточный суперэтнос-цивилизацию, тюрки смогут подняться с колен, стать современной нацией, способной адекватно реагировать на вызовы глобализации [8, с. 252].

По оценкам ЮНЕСКО, в условиях глобализации

культура в целом и культурное разнообразие стоят перед тремя вызовами.

1. Глобализация, мощным образом расширяя рыночные принципы и отражая культуру экономически сильных государств, создала новые формы неравенства, способствуя больше культурным конфликтам, чем культурному плюрализму.

2. Государства во все возрастающей степени становятся неспособными самостоятельно справляться с трансграничными потоками идей, образов и возможностей, затрагивающих культурное развитие.

3. Возрастающий разрыв в грамотности (электронно-цифровой и обычной) делает культурные средства все более элитной монополией, отделяя их от возможностей и интересов более половины мирового населения, подвергающегося опасности исключения из культурного и экономического развития [8, с. 254].

В условиях глобализации возникла острая необходимость осознать и учесть при планировании развития делом как государства, так и государственных структур и учреждений некоторые социокультурные особенности и тенденции в обществе сегодняшнего дня. Очевидны два глобальных мировых процесса, которые определяют жизнь мирового сообщества в целом и каждой страны в отдельности: 1) нарастание объема и остроты т. н. «глобальных проблем человечества»; 2) глобализация мира, которая ярче всего выражается в интернализации «мировой экономики», создании «нового порядка», «универсальной культуры» и т. п.

Тем не менее, несмотря на различные трудности, народ «он ок будун», сохранив свои сформировавшиеся за тысячелетия основные культурные ценности, смог донести их до сегодняшних дней. В настоящее время оставшиеся от тюркских племен государственные традиции и памятники, повествующие об их общественно-культурной жизни и быте, являются общим достоянием для всех нынешних тюркских народов. Впитавшие в себя дух бескрайних тюркских степей каменные письменные памятники, перешагнув через столетия, подобно подвигу батыров, неся правду о своем времени, о его трагических страницах и славных свершениях, сохранились в неизменном виде по сей день. Тюркские письменные памятники, повествующие об истории средневековых тюрков, и поныне находят в различных регионах Казахстана, и число их из года в год растет. Бесценное наследие предков, дошедшее до наших дней, имеет важное значение в воспитании у нынешнего поколения, особенно у молодежи, любви и уважения к своей Родине, народу и истории как в настоящий период, так и в будущем.

Сказанное выше перекликается с положениями по стратегическому развитию страны, изложенными в Послании главы государства Н. А. Назарбаева

«Казахстан-2030». Подытоживая, можно отметить, что характеризуемое в данной статье бесценное наследие даст ученым возможность для новых многих открытий, которые еще неоднократно поразят научный мир. Таким образом, знакомя сегодня мир со своеобразной древней тюркской культурой, с наследием тюркской государственности, в том числе с помощью рунических письменных памятников, укрепляя тем самым свою государственность и национальный дух, мы должны показать всему мировому сообществу, что все это является важной и составной частью всей общемировой культуры.

Л и т е р а т у р а

1. Аджи М. Европа, тюрки. Великая степь. - М.: Мысль, 1998. - 334 с (с.72); Аджи М. Азиатская Европа. - М.: АСТ: Астрель, 2011. - 1128 с. (с.111).

2. Государства Великой степи. - Алматы: «Адамар»,

2007. - 216 с.

3. История Казахстана (с древнейших времен до наших дней), в пяти томах, II том, - Алматы: «Атам^ра», 1988. - 543 с.

4. Зуев Ю. А. Ранние тюрки: очерки истории и идеологии. - Алматы: «Дайк-Пресс» 2002. - 338 с.

5. Гумилев Л. Н. Древние тюрки. - М.: «Наука», 1967. - 501 с.

6. Бартольд В. В. Тюрки: двенадцать лекций по истории турецких народов Средней Азии (переизд). - Алматы: «Жалын», 1993. - 192 с.

7. Жолдасбеков М., Сарткожаулы К. Орхон ескертюштер1 тольщ Атласы. - Астана: «Култепн», 2007. - 360 б.

8. Тайжан А. Т., Кумыспаев С. С. Казахстан как часть тюркского мира в условиях глобализации // Профессор Н. Ф. Катанов и проблемы тюркологии. Сб. статей международной научно-теоретической конференции 30-31 мая 2012 года. -Орал, 2012. - С. 249-256.