Показатели перфекта в современном китайском языке

А. С. Шварц

Институт Мировой Культуры МГУ, Москва

ПОКАЗАТЕЛИ ПЕРФЕКТА В СОВРЕМЕННОМ КИТАЙСКОМ ЯЗЫКЕ

1. Введение

В настоящей статье рассматривается вопрос о наличии показателя перфекта в современном литературном китайском языке (или, как его принято называть в англоязычной литературе, мандаринском диалекте). Известно, что китайский язык даже в своем современном состоянии тяготеет к изолирующему строю, и грамматических глагольных категорий в нем немного. Тем не менее, ряд исследователей полагает, что категория перфекта в нем выражена, хотя относительно того, какой именно показатель является маркером перфектности, существуют разные мнения. Одна из гипотез состоит в том, что таковым является суффикс guo (Й), традиционно определяемый как показатель экспериенциалиса (ср. [Smith 1997]); другая представленная в литературе точка зрения — что это сентенциальная частица le (Т), определяемая в первую очередь как показатель «изменения положения дел» (ср. [Li, Thompson 1981]). Ниже мы рассмотрим значения и употребление обоих показателей. Поскольку перфектное значение связано с перфективной семантической зоной, то прежде чем перейти к разговору собственно о «перфектных» показателях, мы приводим обзор перфективных маркеров в китайском.

Статья имеет следующую структуру: во втором разделе описываются перфективный показатель le (Т ) и результативная конструкция. В третьем разделе обсуждаются значения первого кандидата на перфектность — экспериенциального показателя guo (Й). Особое внимание уделено проблеме наличия у этого показателя эвиденциального значения. В пятом разделе описаны

свойства и значения сентенциальной частицы le (Т)1. Наконец, в заключении суммируются свойства двух показателей и анализируется их соотнесенность с категорией перфекта. В качестве корпуса примеров использовался Корпус Пекинского Университета; некоторые примеры цитируются по предыдущим исследованиям. Кроме того, мы опирались на переводы примеров из анкеты по перфекту, опубликованной в [Dahl (ed.) 2000].

2. Обзор перфективных показателей

В современном китайском языке аспект — пожалуй, одна из наиболее сильно грамматикализованных глагольных категорий. Временные и таксисные значения грамматически, как правило, не выражаются: существуют только два показателя, находящихся в процессе грамматикализации из модальных глаголов в показатели будущего времени: yao ^(долженствование; происходит из глагола 'нужно') и hui ^ (эпистемическая вероятность; происходит из глагола 'уметь, мочь'). Ср. примеры их употребления:

(1) mingtian ta yao jiehunle завтра он DEB жениться CRS 'Он завтра женится (= собирается жениться).'

(2) xia y~T nian tea hul you gen следующий один год он PROB иметь еще hao de biaoxian

хороший ATTR представление

'В следующем году он (вероятно) покажет себя еще лучше.'

В описаниях китайской грамматики традиционно выделяют два перфективных показателя: суффиксы le Т (перфектив) и guo Й (экспериенциалис); оба суффикса имеют глагольное происхождение, однако в современном языке сильно грамматикализованы. В этой же категории иногда рассматривают так наз. резуль-

1 Сентенциальную частицу не следует путать с перфективным показателем: они омонимичны в современном языке, но имеют разное происхождение и разные функции, см. разделы 2.1 и 4.1.

тативную конструкцию (комплетив или результатов)2. Кроме того, сюда можно отнести и конструкцию с редупликацией глагольного корня, имеющую функцию лимитатива.

Рассмотрим последовательно основные показатели перфектива.

2.1. Суффикс le

Суффикс le следует отличать от омонимичной ему частицы, употребляющейся в абсолютном конце предложения. Суффиксом мы будем называть его потому, что, в отличие от сентенциальной частицы, он не отделяется от глагола (даже прямое дополнение следует за ним, а не предшествует ему, как в случае частицы).

Исторически данный суффикс восходит к полнозначному глаголу liäo со значением 'завершать' (подробнее об истории возникновения этого суффикса будет сказано в пятом разделе). А. А. Драгунов [1952: 129] отмечает, что значение завершенности особенно четко проявляется в контекстах, где «одно действие должно завершиться до наступления другого»:

(3) lai, lai, women chl-le fan Приходить приходить мы есть-PFV рис zai tan ba!

еще болтать HORT

'Идем-идем, поедим, потом еще поговорим!'

[Драгунов 1952: 129]

Важно отметить, что, вопреки традиционным китайским описаниям, глагол с данным суффиксом не обязательно имеет референцию к прошедшему, ср. совместимость перфективного показателя с описанием ситуации в будущем:

(4) wo xia yT nian jiu huiqü-le.

я следующий один год уже возвращаться-PFV 'Я вернусь в следующем году.'

В отрицательном контексте вместо сочетания суффикса le с показателем отрицания употребляется специальный показатель

mei(yöu) S(^).

2 Выделяется также классическая глагольная форма результатив (статив), образуемая с помощью суффикса zhe (Я), см. об этом [Яхонтов 1983].

(5) zuifan Wu Lihong shl-sheng преступник У Лихун терять-голос jiao-dao: "wo mei воскликнуть-закончить я NEG.PFV xiang-dao you name duo думать-закончить иметься столько много zhëngren!"

свидетель

'Преступник У Лихун не смог сдержать возгласа: «Мне не пришло в голову что [здесь] так много свидетелей!»'

Суффикс le сочетается с предикатами разных акциональ-ных типов, выражая, соответственно, различные варианты перфективного значения. Так, при присоединении к глаголу состояния или прилагательному он выражает инцептив (вступление в состояние):

(6) ta hong-le lian он красный-PFV лицо 'Он покраснел.'

При сочетании с событиями суффикс le приобретает значение пунктива (обозначает мгновенное событие):

(7) ta qu nian si-le

он прошлый год умереть-PFV

'Он умер в прошлом году.'3

(8) deng wo jueding-le, yiding hui ждать я решить-PFV обязательно мочь tongzhT dajia

сообщить все

'Подождите, я решу и тогда обязательно всем сообщу.'

3 В китайском языке глагол si 'умереть' описывает именно событие; так, невозможно сочетание si с показателями прогрессива zhe и дуратива zai: ср. *ta si zhe в отличие от русского «он умирает»).

4 Глагол jueding 'решить' также не имеет длительности; он обозначает мгновенное событие принятия решения, ср. невозможность редупликации со значением лимитатива 'делать некоторое время' *jueding 1е jueding, *juedingyi jueding).

В сочетании с процессами возможны разные интерпретации суффикса 1е. Он может служить показателем пунктива:

(9) xidngxi xйshй-le ziji обстоятельно рассказывать-PFV сам

хЕх{щ-ёе jíngli уи уМй,

поход.на.запад-ATTR переживание и Индия, zhongya gë di fдjiao

Средняя.Азия каждый земля буддийский qíngkuang обстановка

' [Он] обстоятельно рассказал о своем опыте поездки на запад и о ситуации с буддизмом в Индии и Средней Азии'

или лимитатива, что особенно ярко проявляется при сочетании с обстоятельством длительности:

(10) qí-le уГ^е xiaoshí-de сЬё, ехать-PFV один-^ час-ATTR машина zhao-dao-le Lifang-de ра. искать-закончить-PFV Лифан-ATTR дом 'Час проездил на автобусе и нашел дом Лифана.'

Кроме обстоятельства длительности, глагол может модифицироваться сочетанием числительного с так называемым глагольным счетным словом (то есть классификатором для «квантов» действия). В случае, если используется числительное 'один', глагол приобретает значение, близкое к семельфак-тивному; соответственно, если числительное больше 'одного', то к мультипликативному. В обоих случаях возможно употребление 1е.

(11) Lйxйn yang-zhe tдu, сШи-1е уТ-кди Лу Синь поднять-CVB голова, курить-PFV один-^ ydn, xiang-le-xiang, wëiwei

табак, думать-PFV-думать, немножко xiao-zhe shuo.

улыбаться-CVB сказать

'Лу Синь, подняв голову, затянулся (букв. втянул один рот табака), подумал, слегка улыбнувшись, сказал.'

Такое сочетание значений (инцептив, пунктив, лимитатив, семельфактив) в [Плунгян 2011] связывается именно с перфекти-вом, что не противоречит общепринятой терминологии для суффикса le, хотя в китаеведческой традиции под этим термином обычно понимается более узкое значение (только пунктив).

2.2. Результативная конструкция

В современном китайском языке существует конструкция, которую целесообразно рассматривать вместе с другими аспект-ными показателями — так называемая результативная конструкция, или результативный «сложный глагол» (resultative verb compound). Она образуется путем присоединения к глаголу второго компонента — предикатива (глагола или прилагательного) или специального суффикса, грамматикализованного из глагола со значением завершенности. Например:

(12) tea kan-wan-le shu он читать-закончить-PFV книга 'Он дочитал книгу.'

(13) tea ku-höng-le lian она плакать-красный-PFV лицо

'Она так плакала, что покраснела (букв. доплакалась до того...).'

В примере (12) глагол wan 'закончить' сильно грамматикализован и может считаться глагольным аффиксом: он не тонируется и имеет широкую сочетаемость. Пример (13) отличается тем, что оба предикатива являются полнозначными.

Значение результативной конструкции (V1-V2) можно описать следующим образом: 'имела место ситуация V1, в результате которой наступила ситуация V2'. Например, <^1=она (по)плакала, в результате чего V2=у нее красное лицо». (Аналогией в европейских языках могут служить примеры из германских языков типа I hit him dead, Ich schlug ihn tot 'Я убил его до смерти', букв. «ударил-мертвый»).

В некоторых случаях конструкция имеет оттенок сильной степени ('до такой степени V1, что V2'), ср.:

(14) wo lei-si-le

я устать-умереть-PFV

'Я устал до смерти (букв. устал так, что умер).'

Сяо и МакЭнери [Xiao, McEnery 2004] предлагают выделять два типа результативных конструкций — комплетивные и собственно результативные, в зависимости от того, находится ли в фокусе значения завершенность или результирующее состояние. Нам представляется, что это различие непосредственно связано с тем, насколько сильно грамматикализован второй компонент конструкции. Для грамматикализованных компонентов характерно комплетивное значение:

(15) tea xie-hao-le wenzhang

он писать-хороший-PFV статья

'Он дописал статью.'

тогда как полнозначные предикативы чаще имеют в такой конструкции результативное значение:

(16) tea ba yfu xi-ganjing-le

она DO одежда мыть-чистый-PFV

'Она выстирала одежду дочиста.'

3. Суффикс guo

Согласно некоторым работам, перфектным показателем в мандаринском диалекте следует считать суффикс guo. Такой точки зрения придерживаются, например, К. Смит [Smith 1997] и Х. Чэпел [Chappell 2004]. Эта гипотеза продиктована в первую очередь наличием у guo экспериенциального значения, которое в языках мира довольно часто выражается перфектным показателем.

Суффикс guo, как и все остальные суффиксы в современном языке, имеет глагольное происхождение. Происходит он от глагола со значением 'пересекать, проходить', прошедшего через стадию результативного аффикса результативной конструкции.

Отрицательный вариант формы с суффиксом guo, также как и с показателем le, использует специальную частицу mei, хотя в данном случае суффикс guo сохраняется:

(17) wд mei qй-guo Mëiguд, su6yi

я NEG.PFV уходить-ЕХР америка поэтому shuo-cuд-le уё Ые xiao.

сказать-ошибиться-PFV даже PROH смеяться 'Я не бывал в Америке, поэтому не смейтесь, если я ошибусь. '

Рассмотрим значения этого суффикса.

3.1. Экспериенциалис

Основное значение суффикса, которое описывается во всех работах, посвященных аспектуальной системе китайского языка, — экспериенциальное. Присоединение к глаголу V суффикса guo в этом значении описывается как «хотя бы однажды V»:

(18) wд Ьй nеng зШо я NEG мочь сказать летающая.тарелка yíding cйnzai, СатЫ wд непременно существовать, но я

quëshí kan-jian-guo wйmíng ^х^^й

действительно видеть-увидеть-ЕХР НЛО 'Я не могу сказать, что летающие тарелки непременно существуют, но я в самом деле видел НЛО.'

Употребление guo как экспериенциального суффикса не ограничивается контекстами с одушевленными субъектами: значение guo можно определить как 'ситуация хотя бы раз имела место на протяжении определенного промежутка времени', при этом субъект действия — не обязательно одушевленное лицо, претерпевающее некоторый опыт. Ср., например, пример из [ТайисС 2013]:

(19) shijië-shang cйnzai-guo kдnglдng мир^ОС существовать-ЕХР динозавры 'На земле (когда-то) водились динозавры.'

Как видно из примера, guo может употребляться не только в том случае, когда некто имел определенный опыт в прошлом, но и в том случае, когда некоторая ситуация вообще имела место, неважно при этом, был ли у ситуации одушевленный субъект. Такое «расширение» экспериенциального значения (то есть экзи-

стенциалис, см. [Вострикова 2010]) не противоречит определениям экспериенциального значения, приведенным в [Com-rie 1976]5 и [Dahl 1985]6.

3.2. Отмененный результат

Суффикс guo имеет еще одно важное значение: guo обозначает ситуацию с неналичествующим, т.е. отмененным результатом (выражая discontinuity, если использовать распространенный в англоязычной литературе термин). То есть некоторая ситуация, обозначенная основным глаголом, завершилась, но ее результат больше не имеет места или не наблюдается. В этом значении суффикс guo противопоставлен перфективному суффиксу le, ср. пример из [Chao 1968] (цитируется по [Smith 1997: 267]):

(20) wo shuaiduan-le tui

я сломать-PFV нога

'Я сломал ногу (=не уточняется: возможно, она все еще в

гипсе).'

(21) wo shuaiduan-guo tui

я сломать-EXP нога

'Я сломал ногу (=она с тех пор зажила).'

Третьим участником этого противопоставления (инклюзивным маркером, указывающим на сохранение результата) является сентенциальная частица le; см. об этом ниже.

4. Эвиденциальность

Некоторые недавние исследования (ср. [Chappell 2004] и [Tantucci 2013]) посвящены вопросу о наличии категории эвиден-циальности в мандаринском диалекте. В этих работах утверждается, что суффикс guo является показателем эвиденциальности

5 "A given situation has held at least once during some time in the past leading up to the present" [Comrie 1976: 58].

6 "The basic use of the experiential is in sentences in which it is asserted (questioned, denied) that an event of a certain type took place at least once during a certain period up to a certain point in time" [Dahl 1985: 141].

(«иммедиатива», т.е. прямой засвидетельствованности, или инфе-рентива, т.е. вывода на основании умозаключения).

Чэпел проводит в своей статье сравнение нескольких китайских диалектов и приходит к выводу, что guo в большинстве из них (в том числе, в мандаринском) имеет инферентивное значение. По ее мнению, экспериенциальность неверно было бы считать базовой семантикой этого показателя, поскольку экспериен-циальное значение релевантно только для одушевленных субъектов в первом лице (что, впрочем, не согласуется с определениями Даля и Комри, процитированными выше). Ссылаясь на исследования в области эвиденциальности, она говорит, что одним из источников для развития показателей эвиденциальности являются перфектные показатели, и guo и его аналоги в других китайских диалектах не являются исключением из этого правила. Таким образом, по мнению Чэпел, guo является перфектным показателем, на пути дальнейшей грамматикализации развившем инфе-рентивное значение.

Однако предложения с guo с субъектом в первом лице не имеют инферентивного прочтения в китайском. Чэпел объясняет это тем, что субъект первого лица участвует в ситуации лично, и, следовательно, оценивает ее не на основании логического вывода, а наблюдает непосредственно. Тем не менее, инферентив-ность с первым лицом встречается в языках мира: эта проблема обсуждается, в частности, в [Майсак, Татевосов 2000], где приведены примеры инферентива с первым лицом в багвалинском языке и мишарском диалекте татарского. Говорящий, пусть даже он был инициатором описываемого действия, мог по каким-либо причинам не знать или забыть, что он это действие произвел, и впоследствии воспроизвести его в сознании на основании логического вывода.

Примеры, которые приводились в [СЫрреИ 2004] и впоследствии в [Тайисс 2013], действительно, можно трактовать как эвиденциальные, ср. (19) выше. Тот факт, что на земле водились динозавры, доступен говорящему исходя из некоторого общего знания, пишет Тантуччи, это общее знание есть тот источник информации, на который указывает эвиденциальный показатель. Однако, как нам представляется, «носителем» эвиденциального значения нельзя считать в данном предложении суффикс guo,

потому что если заменить его на показатель дуратива zai, то источником информации по-прежнему останется некоторое общее знание.

Кроме того, существуют контексты, где грамматическая эвиденциальность была бы обязательно выражена, но которые не допускают употребления guo (пример из опросника Э. Даля [Dahl 2000]):

(22) xiaotöu tongguo zhä shan chuanghu jin le вор через этот CL окно войти PFV fängzi.

дом

[Следователь расследует ограбление и, увидев следы под окном, говорит:] 'Вор, похоже, проник в дом через это окно.'

Так как guo, как было сказано выше, может указывать только на отмененный результат, то в этом предложении этот показатель был бы неграмматичен. Guo возможно употребить только в примерах типа нижеследующего:

(23) т kai-guo chuanghu (le) ma? ты открыть-EXP окно (CRS) Q '[Говорящий входит в комнату и чувствует,что в ней холодно, окно при этом закрыто:] Ты открывал окно?'

На основании того, что в комнате холодно, говорящий делает некоторое логическое умозаключение. Поскольку при этом выполнено условие, что результат действия отменен, то возможно употребление guo. Если же говорящий предполагает, что окно все еще открыто (например, он не видит его с того места, где стоит, а только чувствует холод), то guo употребить нельзя.

Таким образом, на основании всего вышесказанного, нельзя утверждать, что guo является в мандаринском диалекте грамматикализованным показателем инферентива. Употребление guo возможно только в некоторых инферентивных контекстах и с определенными ограничениями.

5. Сентенциальная частица le

Другим «претендентом» на показатель перфекта в современном китайском языке является частица le (Т). Обосно-

ванию такой трактовки, в частности, посвящена известная работа [Li, Thompson, Thompson 1982]. Следом за этими авторами о перфектной природе le писали и другие исследователи. Такой трактовки, следом за Ли и Томпсон, придерживаются также Дж. Бай-би [Bybee et al. 1994: 70] и Э. Даль [Dahl 1985: 180].

Большую трудность в изучении поведения этой частицы составляет тот факт, что в современном языке она омонимична перфективному глагольному аффиксу le (см. раздел 2.1). Хотя аффикс следует за глаголом, а частица оформляет всю клаузу, в случае, если глагол занимает финальную позицию, отличить один показатель от другого бывает проблематично. В данной работе мы постарались приводить только такие примеры, где порядок слов однозначно указывает на употребление того или другого показателя, чтобы избежать неоднозначности, ср.:

(24) tea chT-le fan. он есть-PFV рис 'Он поел'.

(25) tea chT-fan le. он есть-рис CRS

'Он поел / он ест (=новая ситуация)'7

Слово fan 'рис' является (хотя и формальным, но) дополнением, и при прямом порядке слов следует за глаголом. Если употреблен аффикс le, то он находится в позиции непосредственно после глагола, перед дополнением; если же употреблена частица, то она ставится после прямого дополнения, в конце предложения.

Два показателя не исключают друг друга и могут оба присутствовать в клаузе:

(26) tea chT-le fan le. он есть-PFV рис CRS 'Он поел' (=новая ситуация).

7 Частица le глоссируется как CRS (от Currently Relevant State -«состояние, имеющее текущую релевантность»), как это предложено в [Li, Thompson 1981].

5.1. История происхождения двух показателей le

Перфективный аффикс le (Т), по версии большинства исследователей (см., например, [Shi 1989]), произошел из полно-значного глагола liao (Т) со значением 'закончить, завершить'. В раннем среднекитайском языке (в западной хронологии — Early Mandarin, X—XV вв.) он начал вытеснять другие глаголы сходного значения в конструкции типа V ОТ [Зограф 2005]. Потом постепенно конструкция V O Т заменилась на V Т O, т. е. глагол Т стал непосредственно следовать за основным глаголом. В это же время произошла фонетическая редукция из liao в le. К XV в. процесс превращения Т в аффикс, по-видимому, завершился.

История возникновения клитики le (Т) не совсем прозрачна. Сяо и МакЭнери предполагают, опираясь, в том числе, на работы других исследователей, что сначала из глагола liao развилась финальная частица le, а потом из нее возник глагольный показатель le [Xiao, McEnery 2004]. Эта гипотеза не объясняет, почему финальная частица встречается именно в такой позиции и сочетается с самим перфективным аффиксом. Более вероятным представляется объяснение [Sun 1996], согласно которому кли-тика le произошла от глагола lai 'приходить, приближаться', который в среднекитайском языке стал употребляться как перфектный показатель, окончательно утвердившись в этой роли примерно к XV в. Впоследствии, вероятно, произошла фонетическая редукция lai в le, в результате чего перфективный аффикс и перфектная клитика оказались омонимичны и стали обозначаться одним иероглифом.

5.2. Некоторые свойства частицы le

1) Оформление клаузы

В статье [Shi 1990] содержится меткое наблюдение о том, что частица le, в отличие от прочих сентенциальных частиц современного китайского языка, имеет сферой действия клаузу, а не всё предложение. Действительно, при построении сложного предложения (например, темпорального или относительного) частица le может оформлять только зависимую клаузу, ср. примеры из [Shi 1990]:

(27) ChT-fan le de ren... есть-рис CRS ATTR люди ... 'Люди, которые поели...'

(28) ChT-fan le yihdu... есть-рис CRS после. 'После того, как поели... '

В этом состоит отличие данного показателя, например, от вопросительной частицы ma, которая также является сентенциальной, однако способна оформлять только главную предикацию, ср.:

(29) * ChT-fan ma de ren... есть-рис Q ATTR люди

(30) * ChT-fan ma yihdu... есть-рис Q после

2) Отрицание

В отличие от аффиксального le, сентенциальная частица может сочетаться как с отрицанием mei, так и с отрицанием bu (в зависимости от того, к какому временному плану относится отрицание):

(31) kuai chl dian ba, ni yöu быстро есть немного HORT ты иметь Mn jiü mei chT-fan le! очень долго NEG есть-рис CRS 'Скорее поешь, ты очень давно ничего не ел!'

(32) Wö bu chl-fan le, qing ta я NEG есть-рис CRS просить он ba fan nä-zöu.

DO рис взять-уходить

'Я не буду есть, попроси его унести еду.'

5.3. Значения частицы le

Общим компонентом разных значений частицы le можно считать релевантность некоторого события по отношению к положению дел в момент речи. На этом основании многие исследователи называют эту частицу показателем перфекта.

Первым автором, который употребил термин «перфект» в отношении частицы le, был А. А. Драгунов, ср.: «Модальная частица ла употребляется, как известно, в тех случаях, когда говорящий желает подчеркнуть, что то или иное действие или состояние (рассматриваемое как новое потому, что оно раньше не имело места или на него до этого не обращалось внимания, или же наступление его не предвиделось) либо уже налицо в момент речи, либо же будет налицо в ближайшем, достоверном будущем и поэтому может рассматриваться как уже реализованное. В модально-временном плане эта частица подчеркивает достижение известной точки на линии времени и имеет, следовательно, перфектное значение: «к данному моменту уже произошло или непременно произойдет то-то и то-то», и поэтому эту частицу можно было бы назвать модальным показателем настояще-про-шедшего времени» [Драгунов 1952: 136].

К сожалению, эта работа не была известна западным исследователям, поэтому право открытия этой категории приписывается гораздо более поздней работе Ли, Томпсон и Томпсон [Li, Thompson, Thompson 1982].

Несмотря на то, что у всех употреблений перфекта есть общий компонент релевантности по отношению к моменту речи, конкретные значения перфектных показателей в разных языках сильно различаются. Рассмотрим те значения, которые выражает в современном китайском языке сентенциальная частица le.

5.3.1 Изменение положения дел. Значение сентенциального le, которое, вслед за [Li, Thompson, Thompson 1982] выделяет большинство исследователей — это так называемое «изменение положения дел» (change of state). Некоторая ситуация в прошлом релевантна для момента речи, если релевантны те изменения, которые она за собой повлекла. Ср. примеры:

(33) ta yjing zhTdcio nei jian shi le он уже знать этот CL дело CRS 'Он уже об этом знает (= раньше не знал).'

Аналогичное предложение, употребленное без частицы le, было бы просто констатацией того факта, что он нечто знает; частица le подчеркивает, что раньше положение дел было другим, то

есть ситуация является новой по отношению к предыдущей: раньше он этого не знал.

(34) wo ßntiän ling-le göngzT, keyi gei

я сегодня получить-PFV зарплата, можно DAT ni mai pijiü le. ты купить пиво CRS.

'Я получил сегодня зарплату, поэтому могу купить тебе пиво (= раньше не мог).'

Ситуация 'я могу купить тебе пиво' является новой по отношению к предыдущему положению дел: получение говорящим зарплаты привело к изменению, в результате которого он может купить пиво; поэтому закономерно употребление le.

Изменение положения дел может быть не только объективным, но и субъективным; иначе говоря, le может также обозначать, что ситуация является новой с точки зрения говорящего, даже если на самом деле она уже имела место раньше. В предложении ниже, цитировавшемся во многих работах, le может быть употреблено не только в случае, если дождь только что начался, но также и в случае, когда он начался давно, но говорящий только что это заметил:

(35) Xia уй le. спускаться дождь CRS

'Идет дождь (= он только что начался; или: я только что это заметил)'

Фунции сентенциального le хорошо описывает недавно разработанное в аспектологических исследованиях понятие ями-тива (iamitive, см., например, работу Б. Оллсона [Ollson 2013]) . Под ямитивом понимается показатель, обладающий двумя главными свойствами: он маркирует наступление некой «новой ситуации» после изменения положения дел и одновременно указывает на последствия, которые ситуация имела для ее участников [Ollson 2013: 41]. Первое свойство, как отмечает Оллсон, характерно также для наречий типа «уже», а второе — для показателей перфекта.

Сентенциальное le обладает этими свойствами, и разделяет некоторые другие отмеченные в этой работе свойства ямитивов,

как то: при присоединении к стативному предикату означает начало состояния (zhe duo hua hong le — этот цветок стал красным); не сочетается с наречиями типа «только» (downward-entailing quantifiers), находится в сфере действия присоединяемого отрицания и др.; в то же время, часть характерных для ями-тивов свойств, таких как описание «ожидаемой» ситуации, ему не присущи.

Такие примеры, как (35), можно было бы трактовать и как инферентивные: le в этом предложении возможно употребить в случае, если говорящий не наблюдает непосредственно идущий дождь, но, например, слышит стук капель по крыше или видит мокрую мостовую. Однако, по-видимому, нельзя сказать, что le является грамматикализованным показателем инферентива: как было сказано выше, существуют контексты, в которых инферен-тивное прочтение напрашивается, но грамматически никак не выражено (см. раздел 4 об эвиденциальном значении guo).

5.3.2. «Вопреки ожидаемому». Другое значение le, отмечаемое в некоторых исследованиях, — значение нереализованного ожидания. В работе [Li, Thompson 1981] оно обозначается как "correcting a wrong assumption", в работе [Soh 2009] — "contrary to expectation". Речь идет о случаях, когда ситуация, описываемая говорящим, не совпадает с представлениями, которые раньше имел о ней слушающий. Можно сказать, что в этом случае подчеркивается релевантность для момента речи именно описываемого положения дел.

(36) hai, guagua! ni wang bSifang

эй, кря-кря! ты в.направлении север qu le!

уходить CRS

[Из сказки: собака кричит своей подруге-утке, которая пролетает над ней, считая, что улетает на юг:] Эй, кря-кря! Ты летишь на север! (= а не на юг, как ты считала).

[Li, Thompson 1981]

В высказывании собаки употреблено le, чтобы подчеркнуть, что предположение утки, что она летит на юг, неверно. Без частицы le это высказывание имело бы значение простой констатации: ты летишь на север.

(37) Zhe pian xTgua hen tian le.

этот CL арбуз очень сладкий CRS. Bu bi jia tang le.

NEG нужно добавить сахар CRS 'Этот арбуз очень сладкий, сахар добавлять необязательно (= слушающий считал, что нужно добавить сахар).'

[Soh 2009]

Частица le, употребленная в данном предложении, указывает на то, что слушающий ожидал другого положения дел, а именно, он считал, что требуется посахарить арбуз. Говорящий указывает на то, что это предположение неверно. Другое толкование этого предложения (изменение положения дел: раньше арбуз был несладкий, но теперь стал сладким) невозможно потому, что наречие hen 'очень' употребляется исключительно при свойствах и не допускает инхоативного толкования; в противном случае оно было бы опущено (ср. zhe pian xvguä tian le 'этот арбуз стал сладким').

В некотором отношении это значение le обратно адмира-тивному значению: их не следует смешивать, так как значение адмиратива — несоответствие положения дел тому, чего ожидает говорящий, тогда как в данном значении несоответствие ожиданий и текущего положения дел обнаруживается у слушающего, и говорящий его корректирует.

В этом значении (ситуация не совпадает с ожидаемой) частица le сближается с употреблением в русском языке контрастив-ных частиц типа же, все-таки, таки, а также немецкого doch, французского si и других: «Я же уже пил кофе!» означает, что слушающий забыл или выпустил из вида тот факт, что говорящий пил кофе, и говорящий ему об этом напоминает. Ср. словарную статью ЖЕ из словаря [Ожегов, Шведова 1999]: «Частица. Подчеркивает сказанное с нек-рым оттенком раздражения, недовольства по поводу того, что приходится говорить об известном, очевидном, повторять сказанное, напоминать или требовать снова. Ты же знаешь, что этого нельзя делать. Я же не спорю, не нужно сердиться. Дождь же, надень плащ».

Нам кажется, что «оттенок раздражения или недовольства» необязательно входит в значение же; этот компонент может быть, скорее, прагматическим следствием, а основным значением

является именно несоответствие положения дел, сообщаемого говорящим, тому, о котором предполагает слушающий. Именно в этом значении она сближается с китайской частицей.

5.3.3 Инклюзивность. Можно выделить еще одно «перфектное» значение частицы 1е, которое не очень часто встречается в языках мира (среди европейских языков оно представлено, например, в английском и испанском языках), и которое обычно не выделяется авторами-китаеведами. Это «инклюзивное» значение: в данном случае обозначается не столько результат ситуации, сколько тот факт, что сама ситуация еще не завершилась в момент речи.

(38) Ш yÍJj^ng Мп-1е san-ge xiaoshí она уже смотреть-PFV три-^ часа [а?е dianshí\ 1е.

[ATTR телевизор] CRS.

'Она уже три часа смотрит телевизор.'

Употребление 1е в этом предложении определяет его инклюзивное прочтение: «она уже три часа смотрела телевизор и до сих пор его смотрит». Без частицы 1е то же самое предложение позволяло бы обе интерпретации: 'смотрела и закончила смотреть', или 'смотрела и до сих пор смотрит'.

Два предложения ниже иллюстрируют противопоставление с точки зрения инклюзивности при употреблении частицы 1е vs. суффиксов 1е и guo: предложение с частицей 1е переводится как инклюзивное: «до сих пор здесь живу», тогда как guo, как было сказано выше, имеет значение отмененного результата и, следовательно, допускает только перевод «больше не живу»; суффикс 1е, нейтральный с точки зрения инклюзивности, допустим в обоих контекстах.

(39) wд zai zhëli 2ки-1е ^Т тап 1е

я в здесь жить-PFV 7 год CRS 'Я прожил здесь 7 лет (и до сих пор здесь живу)'

(40) wд zëng zai zhëli zhй-guo(/-le) q"Г тап, я уже в здесь жить-EXP(/-PFV) 7 лет, dan МиШ wд bëipд Ьст^ди-1е.

но потом я должен переехать-уйти-PFV 'Я прожил здесь 7 лет, но потом мне пришлось переехать.'

5.3.4. Модальное значение: смягчение категоричности. У частицы le есть еще одно значение, не связанное прямым образом с перфектной областью, то есть с релевантностью результата относительно момента речи: это значение смягчения категоричности. Так, одно и то же высказывание «Не опаздывай!» может быть оформлено по-разному в зависимости от категоричности тона говорящего, ср.:

(41) bie chidao! PROH опаздывать

'Не опаздывать!'

(42) bie chidao le! PROH опаздывать CRS

'Не опаздывай!'

Несмотря на некоторую удаленность модального значения от перфектной семантической зоны, смягчение категоричности тоже можно объяснить через понятие «текущей релевантности»: говорящий, употребляя le, показывает свою заинтересованность в слушающем, свою причастность к ситуации и, тем самым, ее значимость. Недаром это употребление очень характерно для императивов: le в императиве подчеркивает личную заинтересованность говорящего в том, чтобы повеление было выполнено.

Ли и Томпсон относят эту группу примеров к значению «завершенности высказывания» (closing a statement). Они усматривают связь завершенности высказывания и его релевантности по отношению к моменту речи, объясняя это тем, что завершенное высказывание имеет важность само по себе, как некоторая новость, не требующая ответа на вопрос «и что с того?». И действительно, примеры, которые они приводят, довольно хорошо вписываются в значение смягчения категоричности: в основном, контексты различаются тем, говорят ли друг с другом малознакомые или хорошо знакомые люди. Два близких приятеля, прощаясь друг с другом, скажут (пример из [Li, Thompson 1981]):

(43) hao, mingtian jian le! хорошо завтра увидеть CRS 'Хорошо, встретимся завтра!'

тогда как партнеры по бизнесу, скорее всего, частицу le не употребят. Итак, выделяется несколько значений частицы le, все из них так или иначе можно обобщить как обозначающие релевантность события по отношению к моменту речи; это обобщение позволяет считать le показателем, близким к зоне перфектных значений, так как общим значением этой категории как раз и является наличие такой релевантности.

6. Заключение

Мы рассмотрели свойства и значения двух показателей в мандаринском диалекте китайского языка, которые претендуют на звание показателей перфекта. Оба они имеют глагольное происхождение и развились из компонентов результативной конструкции.

Суффикс guo имеет в качестве основного значения экспе-риенциальность, дополнительным значением является значение отмененного результата. Грамматическим показателем эвиденци-альности, как было показано выше, этот суффикс, по-видимому, все-таки не является.

Частица le выражает значения изменения положения дел, инклюзивности и значения «вопреки ожиданиям», а также модальное значение смягчения категоричности. Эвиденциальная семантика этого показателя также является вторичной.

Таким образом, два показателя разделяют между собой характерные для перфекта функции, так что разнобой мнений относительно того, который из них все-таки считать перфектным, вполне правомерен. Нам представляется, однако, что значение «отмененного результата», которое имеет суффикс guo, несколько противоречит общей семантике перфектной категории как обозначающей релевантность результата ситуации относительно момента речи. Можно, впрочем, возразить на это, что отмененный результат также является результатом и его отсутствие может быть релевантным. (В таком случае нам придется усматривать значение, близкое к перфектному, для случаев типа русского несовершенного вида в предложениях вроде «ты открывал окно?»).

Значения частицы le лучше вписываются в перфектную семантику, поэтому неудивительно, что сторонников идеи, что именно она является перфектным показателем, больше. Некоторую

сложность привносит тот факт, что она не является, строго говоря, частью глагольной парадигмы, так как оформляет всю клаузу.

Список условных сокращений

ATTR — определение; CL — классификатор; CRS — сентенциальная частица le; CVB — одновременное действие; DAT — дативный объект; DEB — дебитатив / будущее время; DO — показатель инверсированного прямого объекта; EXP — экспериенциалис; HORT — горта-тив; LOC — локативный объект; NEG — отрицание; NEG.PFV — отрицание при перфективе; PFV — перфектив; PROB — пробабилитив / будущее время; PROH — прохибитив; Q — вопросительная частица.

Источники:

Электронный корпус Пекинского Университета (Center for Chinese Linguistics PKU) http://ccl.pku.edu.cn:8080/ccl_corpus/index.jsp

Литература

Вострикова 2010 — Н. Вострикова. Типология средств выражения экс-периентивного значения. Дисс. ... канд. филол. наук. М.: МГУ, 2010.

Драгунов 1952 — А. А. Драгунов. Исследования по грамматике современного китайского языка. Москва — Ленинград: Издательство академии наук СССР, 1952. Зограф 2005 — И. Т. Зограф. Среднекитайский язык. Опыт структурно-

типологического описания. Санкт-Петербург: Наука, 2005. Майсак, Татевосов 2000 —Т. А. Майсак, С. Г. Татевосов. Пространство говорящего в категориях грамматики, или чего нельзя сказать о себе самом // Вопросы языкознания, №5, 2000. С. 68-80. Ожегов, Шведова 1999 — С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений. 4-е изд., дополненное. М.: Азбуковник, 1999. Плунгян 2011 — В. А. Плунгян. Введение в грамматическую семантику.

Москва: РГГУ, 2011. Яхонтов 1983 — С. Е. Яхонтов. Результатив в китайском языке //

B. П. Недялков (ред.). Типология результативных конструкций (результатив, статив, пассив, перфект). Ленинград: Наука, 1983.

C. 67-80.

Bybee et al. 1994 — J. Bybee, R. Perkins, W. Pagliuca. The Evolution of Grammar. Tense, aspect, and modality in the languages of the world. Chicago: The University of Chicago press, 1994.

Chappell 2004 — H. Chappell (ed.). Sinitic Grammar: Synchronic and Dia-chronic Perspectives. Oxford: Oxford University Press, 2004.

Comrie 1976 — B. Comrie. Aspect. Cambridge: Cambridge University Press, 1976.

Dahl 1985 — O. Dahl. Tense and Aspect Systems. Oxford: Blackwell, 1985.

Dahl 2000 — O. Dahl (ed.). 2000. Tense and aspect in the languages of Europe. Berlin: Mouton de Gruyter.

Li, Thompson 1981 — C. N. Li, S. A. Thompson. Mandarin Chinese: a functional reference grammar. Berkeley: University of California press, 1981.

Li, Thompson, Thompson 1982 — C. N. Li, S. A. Thompson, R. M. Thompson. The discourse motivation for the perfect aspect: The Mandarin Particle LE. // Hopper (ed.) Tense-Aspect: Between Semantics and Pragmatics. Amsterdam: Benjamins. 1982.

Ollson 2013 — B. Ollson. Iamitives: Perfects in Southeast Asia and beyond. Thesis. Stockholm: Stockholm University, 2013.

Smith 1997 — C. Smith. The parameter of aspect. Dordrecht:: Kluwer Academic Publishers, 1997.

Soh 2009 — H. Soh. Speaker presupposition and Mandarin Chinese sentence-final -le: a unified analysis of the "change of state" and the "contrary to expectation" reading. Natural Language & Linguistic Theory. Volume 27, Issue 3, 2009. P. 623-657.

Sun 1996 — C. Sun. Word order change and grammaticalization in the history of Chinese. Stanford: Stanford University Press, 1996.

Tantucci 2013 — V. Tantucci. Interpersonal evidentiality: the Mandarin V-guo construction and other evidential systems beyond the 'source of information' Journal of Pragmatics, 57, 2013. P. 210-230.

Xiao, McEnery 2004 — R. Xiao, T. McEnery. Aspect in Mandarin Chinese: A corpus-based study. Amsterdam: John Benjamins, 2004.