Защитные эффекты метапрота и этомерзола в экспериментальных моделях отравлений бытовыми ядами

ЗАЩИТНЫЕ ЭФФЕКТЫ МЕТАПРОТА И ЭТОМЕРЗОЛА В ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫХ МОДЕЛЯХ ОТРАВЛЕНИЙ БЫТОВЫМИ ЯДАМИ

УДК 615.21

© В. В. Воробьева, И. В. Зарубина, П. Д. Шабанов

Военно-медицинская академия им. С. М. Кирова, Санкт-Петербург

Ключевые слова:_

Метапрот; этомерзол; защитные эффекты; карбофос; дихлорэтан; этиленгликоль; интоксикация; перекис-ное окисление липидов; антиоксидантные системы.

Резюме:_

На модели острой интоксикации карбофосом, дихлорэтаном и этиленгликолем (все 256 ± 8,7 мг/кг) у крыс изучали механизмы защитного действия производных тиобензимидазола метапрота и этомер-зола 25 и 50 мг/кг. Оба препарата восстанавливали переносимость физической нагрузки, нормализовали активность АсАТ, АлАТ, снижали уровни билирубина, креатинина и азота мочевины. Воздействие на процессы перекисного окисления липидов выразилось в снижении концентрации малонового диальдегида и повышении уровней восстановленного глутатио-на, при этом устранялись показатели эндогенной интоксикации. Доказаны антигипоксический, анти-оксидантный, актопротекторный, энерготропный, репарационный эффекты метапрота и этомерзола.

Библиографическая ссылка:_

Воробьева В. В., Зарубина И. В., Шабанов П. Д. Защитные эффекты метапрота и этомерзола в экспериментальных моделях отправлений бытовыми ядами // Обзоры по клин. фармакол. и лек. терапии. — 2012. — Т. 10, № 1. — С. 3-21.

Список сокращений_

АлАТ — аланинаминотранферазы АсАТ — аспартатаминотрансферазы ВППП — время предельной продолжительности плавания

ДЦ — дыхательная цепь ВГ — восстановленный глутатион ИК — интактный контроль МДА — малоновый диальдегид Мх — митохондрии

НАД — никотинамидадениндинуклеотид ФАД — флавинадениндинуклеотид ФОС — фосфорорганические соединения

ВВЕДЕНИЕ

В структуре общей смертности в Российской Федерации увеличилась смертность от несчастных случаев. Ее влияние на ожидаемую продолжи-

тельность жизни становится настолько значимым, что данный показатель почти сравнялся с показателем смертности от заболеваний сердечнососудистой системы [40, 62].

Установлено, что среди ведущих этиологических факторов смертельных острых отравлений в бытовых условиях от 3 до 5 % составляют суррогаты алкоголя (технические спирты, органические растворители и другие непищевые спиртосодержащие жидкости), используемые населением для достижения транзиторной токсической реакции в виде опьянения с развитием психодислептиче-ского состояния. В состав этих жидкостей входят этиленгликоль и дихлорэтан, обладающие не только нейротоксичностью, но повреждающие паренхиматозные органы. Летальность может быть обусловлена развитием коматозного состояния с угнетение дыхания и сердечной деятельности, отеком легкого токсического генеза, а также почечной (этиленгликоль) и печеночной (дихлорэтан) недостаточностью [3, 4, 37, 39]. Средний возраст отравившихся колеблется от 29 до 40 лет, что приводит к социально-экономическому ущербу и ухудшает демографическую ситуацию [2, 4, 46]. В производственных условиях дихлорэтан является одним из ведущих токсикантов, вызывающих острые гепатопатии. Повреждения почек могут возникать вследствие хронического или острого воздействия таких производственных вредностей, как растворители, антифризы, тормозные жидкости, содержащие двухатомный спирт этиленгликоль [3, 39].

Необходимость разработки средств профилактики и лечения острых отравлений фосфорорга-ническими соединениями (ФОС) [41, 49, 64] обусловлена возможностью возникновения массовых отравлений в процессе уничтожения химического оружия [35, 51, 73], при террористических актах, их хозяйственном использовании в качестве инсектицидов, пестицидов и гербицидов [30, 41, 50]. В отличие от дихлорэтана и этиленгликоля, ФОС имеют антидоты [45, 46, 84]. Применение современных антидотов [21, 49] эффективно на ранних этапах отравления, но не снимает необходимости ликвидации так называемых отдаленных последствий интоксикации [18, 64]. Отдаленные (отставленные последствия) острых интоксикаций ФОС разнообразны и формируют неблагоприятный фон для возникновения и прогресси-

рования различных хронических заболеваний [74]. Поэтому поиск средств восстановительно-реабилитационной направленности, обладающих защитными эффектами, как в токсикогенной фазе острого отравления, так и в отдаленные сроки после отравлений, представляется весьма актуальным.

Исходя их того, что воздействие ФОС, дихлорэтана и этиленгликоля, обладая определенной органоспецифичностью, максимально негативно воздействуют на нервную систему, в качестве средств ускоренной реабилитации были выбраны актопротекторы и антигипоксанты метапрот и этомерзол.

Особая ценность метапрота (2-этилтиобенз-имидазола гидробромид, группа синтетических адаптогенов, код АТХ А13А) заключается в том, что наряду с антигипоксическим, антиоксидантным, ноотропным, актопротекторным, энерготропным, репарационным и иммуномодулирующим эффектом, он обладает выраженным нейропротектив-ным действием [20, 25, 26, 44, 66, 67]. Препарат создан в Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова в 1970-х гг. под руководством проф. В. М. Виноградова исключительно для целевого использования в военной медицине. В 1990 гг. он выпускался под коммерческими названиями «бе-митил» и «бемактор» в основном как актопротек-тор (от лат «aktus» — движение), то есть средство, повышающее дееспособность (физическую работоспособность) человека [69].

Изучение защитного антигипоксического эффекта метапрота, проведенное на моделях гипо-барической, нормобарической и циркуляторной гипоксии [25, 47, 72], показало, что препарат способствует сохранению высокого уровня синтеза АТФ при дефиците кислорода. В условиях гипоксии подобное возможно в том случае, если препарат активирует сукцинатоксидазный путь окисления в зоне II митохондриального ферментного комплекса [25]. Эндогенная янтарная кислота поддерживает высокую степень восстановлен-ности пиридиннуклеотидов в митохондриях (Мх) за счет обратного переноса электронов в дыхательной цепи (ДЦ), благодаря этому сохраняются электронтранспортная и сопрягающая функции III и IV митохондриальных ферментных комплексов. Метапрот, подобно другим регуляторам энергетического обмена [6, 8, 10, 13], ослабляет торможение в зоне I митохондриального ферментного комплекса (НАД-зависимого звена ДЦ), уменьшает разобщение окисления с фосфорилировани-ем, предотвращая глубокий низкоэнергетический сдвиг на уровне Мх [25].

Включение термодинамически более эффективного окисления эндогенной янтарной кислоты на уровне II митохондриального ферментного комплекса и активизация окислительного фос-

форилирования нормализует тканевое дыхание, способствует его доминированию над гликолизом, уменьшает уровни лактата и пирувата [72]. Усиление энергизации Мх через аллостерические механизмы регуляции сопровождается торможением гликолиза и поддержанием рН в границах физиологической нормы.

Метапрот способствует экономизации потребления энергии (АТФ) за счет торможения энергопотребляющих процессов, не играющих ключевую роль в поддержании жизнедеятельности при гипоксии (мембранные АТФ-азы и др.). Экономи-зация кислородзависимых реакций идет за счет подавления нефосфорилирующих энергопроду-цирующих видов окисления — микросомального, свободнорадикального, за счет регуляции дыхательного контроля в Мх с результирующим перераспределением кислорода в жизненно важные органы (мозг, почки, печень, миокард и др.) [69, 72].

В ряде работ показано мембранотропное влияние метапрота на ионные каналы нервных клеток [15]. Установлено, что метапрот (бемитил) дозо-зависимо способен подавлять ток в кальциевых каналах нейронов, кратковременно связываясь со структурными единицами канала и быстро их освобождая. Детально точка приложения действия препарата пока не установлена, однако стабильность кинетики развития кальциевого ионного тока указывает на отсутствие взаимодействия метапрота с воротными структурами канала [15, 75, 77, 78, 80]. В диапазоне определенных концентраций метапрот подавляет до 65 % исходной амплитуды натриевого тока нейронов, без изменения его кинетики. Интересно, что восстановление тока после действия препарата происходило с некоторым увеличением исходных показателей. Аналогичные эффекты были обнаружены относительно характеристик калиевого тока нейронов [14].

Таким образом, метапрот обладает активным мембранотропным действием. Он способен менять проводимость натриевых, кальциевых и калиевых каналов нервных клеток благодаря обратимому неизбирательному подавлению ионных токов [81, 82]. Быстрое восстановление амплитуды тока после прекращения действия препарата свидетельствует о слабой степени связывания со структурами мембраны.

При различных состояниях, характеризующихся усилением перекисного окисления липидов, метапрот уменьшает образование гидроперекисей липидов, диеновых конъюгатов, малонового диальдегида, шиффовых оснований. Прямым антирадикальным действием он не обладает, однако усиливает синтез и активность антиоксидант-ных ферментов, особенно супероксиддисмутазы, в экстремальных для организма условиях [25, 29, 47, 54, 72].

Метапрот уже при однократном применении существенно повышает физическую работоспособность животных (25-50 мг/кг) и человека (250500 мг), ускоряет ее восстановление после предельных нагрузок (антиастеническое действие) [61, 70]. Актопротекторный эффект наиболее ярко проявился в условиях стресса различного генеза (при высотной гипоксии, перегревании и др.) [54, 65, 83].

Энерготропный и энергопротекторный (восстанавливающий и экономизирующий) эффекты метапрота проявляются главным образом при физических нагрузках и после них. Как известно, чрезмерная физическая активность — стрессовый фактор, вызывающий ряд патологических процессов: увеличение концентрации свободных радикалов, локальную гипертермию, изменение электролитного баланса, ацидоз, повышение уровня свободных жирных кислот, гормонов, ци-токинов, катехоламинов. Метапрот при физической нагрузке тормозит распад гликогена, АТФ и креатинфосфата в организме, уменьшает прирост теплопродукции и потребления кислорода, после нагрузки происходит ускоренное восстановление изученных показателей с явлениями суперкомпенсации некоторых из них [61, 70].

Оптимизирующее действие метапрота на функции Мх также обусловлено активацией синтеза митохондриальных белков [1, 25, 47], сохранением функциональной активности мембран и ультраструктуры клетки. Согласно современным представлениям, любое стрессирующее воздействие активирует транскрипцию генов раннего ответа [19, 53, 65, 76], выступающих в качестве регуляторов молекулярных механизмов адаптации клетки к стрессу. Вследствие экспрессии мРНК генов киназ, фосфатаз, белков сплайсинга, задействованных в передаче клеточных сигналов и активации транскрипции генов под действием ростовых факторов и цитокинов, запускается синтез одной из ключевых групп адаптивных белков — белков теплового шока, (маркеров активации адаптивных процессов в клетке). Благодаря разнообразию функций они формируют универсальный неспецифический ответ клетки на такие виды стрессовых воздействий как интоксикации, инфекции, голод, гипоксия и др. [19]. Доказано, что в основе анаболического и репарационного эффекта метапрота лежит способность активировать геном клеток с результирующим усилением синтеза РНК и белка [25, 55]. Наиболее выраженный активирующий эффект метапрота в органах с короткоживущими белками (печени и почках) позволил предположить, что влияние именно на эти органы составляет ключевое звено в механизме повышения работоспособности [55]. Корот-коживущие, быстро обновляемые белки играют решающую роль в приспособительных реакциях

организма: их первоочередной усиленный синтез может обусловливать развитие самых ранних признаков адаптации, а наиболее быстрое их уменьшение в тканях при экстремальных воздействиях, должно служить пусковым фактором дезадаптации [19, 76].

Было доказано, что среди белков, усиленно синтезируемых в печени и почках под влиянием метапрота, основное значение для поддержания физической работоспособности имеют ферменты глюконеогенеза [25]. Процесс глюконеогенеза, происходящий преимущественно в печени и коре почек, заключается в ресинтезе глюкозы из продуктов ее распада (лактата и пирувата), а также из глицерина и некоторых аминокислот, в первую очередь, аланина в печени и глутамина в почках. Роль глюконеогенеза при физической деятельности состоит в утилизации продуцируемой молочной кислоты (одного из факторов, снижающих работоспособность) и в ресинтезе расходуемых углеводов — важнейшего источника энергии при мышечных нагрузках, запасы которого в организме ограничены. Кроме того, глюконеогенез в тесном сопряжении с глюкозо-аланиновым циклом и обменом глутамина препятствует образованию лактата и аммиака в мышцах и участвует в нейтрализации и выведении азотистых продуктов распада [25].

Этомерзол — производное меркаптобензими-дазола (5-этокси-2-этилтиобензимидазол), являясь актопротектором, имеет однонаправленные и сопоставимые с метапротом эффекты. Этомерзол обладает антигипоксическим, энергостабилизи-рующим и метаболическим защитными эффектами. Снижает значение лактат-пируватного отношения в ткани сердца, повышает содержание креатинфосфата и АТФ в тканях, увеличивая энергетический заряд адениловой системы [22, 25].

Антиоксидантные эффекты этомерзола изучены при его профилактическом введении в дозе 50 мг/кг за 30 мин до окклюзии общих сонных артерий у крыс. Доказано, что нейро- и кардио-протективное действие этомерзола обусловлено снижением интенсивности процессов ПОЛ и угнетением антиоксидантной системы [23, 25, 43]. В частности этомерзол предупреждает чрезмерную активацию процессов липопероксидации и угнетение антиоксидантной системы в головном мозге и печени при острой гипоксической гипоксии. Препарат ослабляет действие свободных радикалов, включаясь в клеточные механизмы регуляции ПОЛ, достоверно ингибируя железоинду-цированное НАДФН2 -зависимое ПОЛ [23, 25, 43, 72].

1. Моделирование интоксикации карбофосом, дихлорэтаном, этиленгликолем

Эксперименты проводили на 180 беспородных белых крысах-самцах массой 160-200 г, содержав-

Таблица 1. Экспериментальные группы животных

Вещество, вызвавшее ЛД50, мг/кг Фармакологический Доза мг/кг n

интоксикацию препарат

Интактные животные

— — — — 20

Животные, подвергнутые интоксикации

Карбофос 256,4 ± 8,7 — — 20

Дихлорэтан 736,9 ± 9,4 — — 20

Этиленгликоль 692,8 ± 35,2 — — 20

Животные, подвергнутые интоксикации на фоне фармакологических препаратов

Карбофос 256,4 ± 8,7 Метапрот 25 20

Карбофос 256,4 ± 8,7 Этомерзол 50 20

Дихлорэтан 736,9 ± 9,4 Метапрот 25 20

Дихлорэтан 736,9 ± 9,4 Этомерзол 50 20

Этиленгликоль 692,8 ± 35,2 Метапрот 25 20

Этиленгликоль 692,8 ± 35,2 Этомерзол 50 20

Примечание: n — число крыс в группе.

шихся на стандартной диете вивария (табл. 1). За 24 ч до опытов кормление животных, находившихся на свободном режиме, прекращали. Изучаемые токсические агенты вводили однократно внутри-желудочно в дозе 1,0 ЛД50. В качестве основного показателя токсичности использовали средне-смертельные дозы яда (ЛД50), равные для карбофоса — 256,4 ± 8,7 мг/кг, дихлорэтана — 736,9 ± 9,4 мг/ кг, этиленгликоля — 692,8 ± 35,2 мг/кг Расчет ЛД50 производили методом наименьших квадратов пробит-анализа кривых летальности по В. Б. Прозоровскому [37] и табличными методами определения средней эффективности дозы или среднего времени выживания. Забор крови осуществляли у наркотизированных гексеналом (125 мг/кг) животных из брюшной аорты или нижней полой вены.

Для фармакологической защиты использовали антигипоксанты метапрот (бемитил) и этомерзол в дозах 25 и 50 мг/кг при введении внутрь [5, 33]. Дозы препаратов выбраны на основании многочисленных исследований, доказавших их антиги-поксическую и актопротекторную активность [22, 25, 43, 47, 55, 60]. Контрольным животным вводили 0,9%-й раствор хлорида натрия.

Оценку физической выносливости при интоксикации [27, 28] и на фоне защиты антигипок-сантами осуществляли по плавательной пробе с отягощением [5], оценивая время предельной продолжительности плавания (ВППП). Последнюю выражали в процентах от уровня показателя у интактных крыс. Тестирование проводили на 1-е, 3-е, 5-е, 7-е и 10-е сут. после отравления.

Биохимические исследования выполняли на автоанализаторе фирмы Texnicon Instruments Corporation (США). В крови контрольных и животных, подвергнутых интоксикации, изучали активность аспартатаминотрансферазы (АсАТ), аланинаминотранферазы (АлАТ), общего белка, креатинина, азота мочевины, калия и натрия сыворотки на 1-е, 3-е и 7-е сут. после отравления.

Активность процессов свободнорадикаль-ного окисления оценивали по содержанию малонового диальдегида (МДА); функцию ан-тиоксидантной системы — по концентрации восстановленного глутатиона (ВГ). Интегративную оценку эндогенной интоксикации осуществляли, вычисляя лейкоцитарный индекс интоксикации (ЛИИ) по О. В. Островскому и Кальф-Калифу [32, 47]. Программа экспериментов одобрена Комитетом по вопросам этики Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова.

Статистическую обработку данных проводили с помощью программ STATISTICA for Windows 6.0. Значимость межгрупповых различий оценивали по параметрическому (t-критерий Стьюдента) или непараметрическому (U-тест Вилкоксона-Манна-Уитни) критериям в зависимости от типа распределения.

2. Изучение механизмов защитных эффектов метапрота и этомерзола в моделях интоксикации

Известно, что органические растворители (дихлорэтан и этиленгликоль) и ФОС (пестициды) обладают выраженной нейротоксичностью [37, 52]. Фосфорорганические соединения избирательно действуют на синапсы нейронов, дихлорэтан — на чувствительные нервные волокна периферических нервов. Доказано, что большинство нейротоксикантов нарушают возбудимость мембран, механизмы передачи нервного импульса в синапсах, энергетический и пластический обмен нервной ткани. Дефицит энергообеспечения может быть также следствием действия токсикантов на гемодинамику, кислородтранспортные функции крови, внешнее дыхание [18, 63].

Наиболее уязвимыми для изучаемых токсикантов элементами биоэнергетической системы, являются механизмы биологического окисления, сопряжения окисления и фосфорилирования, доставки кислорода к клеткам кровью [52]. Фосфор-

органические соединения, дихлорэтан и этиленгликоль обладают преимущественно непрямым механизмом действия на энергетические процессы, обусловленным понижением парциального давления кислорода в тканях. При развивающейся гипоксии нарушение функций Мх ведет к снижению дыхательного контроля, разобщению процессов окисления и фосфорилирования, набуханию орга-нелл, разрыву наружных мембран, потере цитохро-ма, уменьшению скорости потребления кислорода с активизацией перекисного окисления липидов [31, 36, 42]. Совокупность патологических морфо-функциональных нарушений на уровне Мх является причиной падения разности потенциалов на ми-тохондриальной мембране и нарушения функции кальций-зависимых ферментов, таких как пируват-дегидрогеназа, НАД-зависимая изоцитратдегидро-геназа, пирофосфатазы, АТФ-синтазы. Ионы кальция, удерживаемые в матриксе Мх электрическим полем, начинают диффундировать наружу, усугубляя ультраструктурные нарушения [11, 12, 88].

В мембранах клетки под действием токсикантов разрушаются рецепторы, ионные каналы, мембранные ферменты; подавляется работа ионных насосов, удаляющих из клетки ионы кальция и натрия (натрий-калиевая АТФ-аза). Нарушение процессов внутриклеточной регуляции и активация деструктивных ферментов (фофолипаза А2 и эндонуклеазы), в свою очередь, ведет к гидролизу фофолипидов мембран, нарушению барьерных свойств липидного бислоя, повышению уровня кальция в цитоплазме, набуханию и деструкции Мх [17, 34]. Рост осмотического давления в клетке, ее набухание, приводят, в свою очередь, к снижению капиллярного кровотока и нарастанию гипоксии тканей [20, 63].

Анализ действия токсикантов на тканевом и органном уровне показал, что наиболее чувствительны к действию «неэлектролитов» вентробазаль-ный таламус и нейроны кортико-талямической и ретикулярно-таламической нейронной петли, ответственных за восприятие сенсорных сигналов [37]. Поэтому клинически острая нейротоксич-ность проявляется в виде общих симптомов, двигательных, сенсорных когнитивных нарушений, извращения сознания и эмоций. Эти проявления формируются после однократного воздействия токсикантов в высокой дозе и носят обратимый характер. Проявления острого нейротоксическо-го действия на периферии являются следствием нарушения проведения нервных импульсов по двигательным и вегетативным волокнам и блокады или извращения поступающей сенсорной информации. При хроническом воспроизведении седативно-гипнотического действия развиваются энцефалопатии [39, 56].

Хронически протекающие нейротоксические процессы, как правило, малоспецифичны и ведут

к стойким нейропатиям, например, в виде токсической дистальной аксонопатии при отравлении некоторыми ФОС [48]. Патологические изменения формируются в виде мультифокальных поражений мотонейронов, приводящих к вторичной демиелинизации. Особенно уязвимы волокна седалищного нерва, в частности проводники, ин-нервирующие икроножные мышцы. Теряется чувствительность в дистальных отделах конечностей, постепенно в процесс вовлекаются нейроны чувствительных ганглиев задних корешков спинного мозга. ФОС, дихлорэтан и этиленгликоль способны вызвать аксональную дегенерацию через угнетение активности таких ферментов, как нейрэсте-раза, глицеральдегид-3-фомфатдегидрогеназа, необходимых для обеспечения энергетических и пластических процессов в нервной клетке [37].

В процесс острого отравления дихлорэтаном и этиленгликолем вовлекаются не только центральная и периферическая нервная система, но и паренхиматозные органы (печень, почка), в том числе и за счет нарушения нервной регуляции периферических органов и систем.

Выраженная гепатотоксичность этиленгликоля и дихлорэтана обусловлена их прямым цитоток-сическим действием [3, 37, 39, 41]. Они угнетают транспорт веществ через мембраны гепатоцитов и клеточных органелл; вызывают биоэнергетическую гипоксию, дезрегулируют рибосомы и эн-доплазматический ретикулум, блокируют выделение из гепатоцитов естественных метаболитов. Так как биотрансформирующая функция печени сопряжена с инициацией свободнорадикальных процессов, то это усугубляет деструкцию белка, нуклеиновых кислот, нарушение гомеостаза кальция. Все это в совокупности ведет к стеатозу, расширению портальных ходов, фиброзу и некрозу клеток печени [39, 62].

Помимо нейро- и гепатотоксичности дихлорэтан и этиленгликоль вызывают нефротоксические реакции. Механизмы нефротоксичности имеют биохимическую, иммунологическую и гемодинамическую природу. Токсиканты взаимодействуют с мембранами, энзимами, структурными протеинами, нуклеиновыми кислотами клеток почек, тем самым нарушая структуру и функцию лизосом, цитоплазмы, рибосом, эндоплазматического ретикулума, Мх. В механизме нефротоксичности обязательным компонентом является способность инициировать процессы образования в клетках свободных радикалов. Морфологически в почках наблюдаются дегенерация эпителия извитых канальцев, мелкие кровоизлияния в паренхиму органа. В почечной ткани при микроскопии видны кристаллы оксала-тов, механически травмирующие орган.

Исходя из клеточных механизмов действия токсикантов, изучены защитные эффекты метапрота и этамерзола.

научные обзоры

ВППП в % от уровня интактных животных

120 -,

100 -80 -60

40

20

3 5 7

Время после введения карбофоса

10

- Контроль Этомерзол

- Метапрот

Рисунок 1. Влияние метапрота и этомерзола на восстановление физической работоспособности по данным плавательной пробы при отравлении карбофосом в дозе ЛД50

По оси ординат — ВППП от уровня интактных животных (%), по оси абсцисс — время (сут.). * — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

4 35 3 z5 2 1,5 1

Q5

1-е сутки 3-е сутки 7-е сутки - т

Интактный контроль

Si

1,2

0,8

Q6

<

и <

Q4

012

1-е сутки 3-е сутки 7-е сутки *

* - ib

fl

Интактный контроль

Время после введения карбофоса (сут.)  ИК  Контроль  Этомерзол  Метапрот

Время после введения карбофоса (сут.)  Контроль I Этомерзол  Метапрот

Рисунок 2. Влияние метапрота и этомерзола на показатели АсАТ, АлАТ

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

2.1. Защитные эффекты метапрота и этомерзола в модели интоксикации карбофосом

В ряде экспериментальных работ целенаправленно изучалось влияние ФОС на физическую работоспособность животных [27, 28]. Методом статической физической нагрузки на вертикальном стержне (Свечинский И. В., 1969) удалось доказать, что действие ФОС на физическую выносливость зависит от дозы и тяжести острого отравления. В малых дозах (1/10 ЛД50) ФОС (ни-бурин, армин, фосфокол) стимулируют работоспособность, а в больших дозах — угнетают, что коррелирует с показателем летальности животных. Более того, физическая нагрузка усиливает токсическое действие ФОС в период клинических проявлений интоксикации.

В нашем исследовании острое отравление карбофосом характеризовалось выраженным нарушением физической работоспособности лабо-

раторных животных (рис. 1) по сравнению с группой интактного контроля [38, 58].

На 7-е сут. в группе крыс, леченных этомер-золом, отмечали практически полное восстановление физической работоспособности — ВППП составило 99,2 ± 1,93 %, а на фоне лечения ме-тапротом — 91,7 ± 1,89 %. В контрольной группе ВППП на 7-е сут. составило 63,0 ± 1,41 %. К 10-м сут. после отравления работоспособность животных, получавших метапрот, была несколько выше уровня интактных крыс — 102,0 ± 1,94 %, а при использовании этомерзола достоверно выше — 107,0 ± 3,18 % (р < 0,05), тогда как в контрольной группе ВППП на 10-е сут. составило 77,7 ± 2,14 %.

Максимальное повышение активности АсАТ (рис. 2) отмечали во всех группах на 3-е сут. после отравления. Однако на 7-е сут. на фоне применения исследуемых веществ активность АсАТ снизилась практически до уровня интактных животных,

Таблица 2. Биохимические показатели крови при интоксикации карбофосом и применении метапрота и этомерзола

Показатели Время после введения яда (сут.) Нормальные величины Контроль (n = 18) Антигипоксанты

Этомерзол

Общий билирубин, мкмоль/л 1 4,78 ± 0,56 10,89 ± 0,68* 7,53 ± 0,43** 8,02 ± 0,34**

3 8,89 ± 1,19* 6,33 ± 0,19** 6,84 ± 1,09**

7 6,69 ± 0,46* 4,82 ± 0,68** 4,46 ± 0,63**

Креатинин, ммоль/л 1 0,074 ± 0,003 0,099 ± 0,005* 0,104 ± 0,002 0,111 ± 0,007

3 0,101 ± 0,007* 0,084 ± 0,005** 0,096 ± 0,006**

7 0,114 ± 0,008* 0,043 ± 0,003** 0,069 ± 0,005**

Азот мочевины, ммоль/л 1 7,38 ± 0,57 7,42 ± 0,89 7,91 ± 1,22 7,84 ± 1,13

3 9,05 ± 0,61* 8,87 ± 0,46 8,94 ± 0,72

7 12,35 ± 0,48* 7,33 ± 0,83** 7,81 ± 0,57**

Глюкоза, ммоль/л 1 6,89 ± 0,31 6,74 ± 0,12 6,96 ± 0,09 6,63 ± 0,39

3 6,23 ± 0,55* 6,86 ± 0,16** 7,24 ± 0,64**

7 6,30 ± 0,28* 7,05 ± 0,82** 7,12 ± 0,29**

Общий белок, г/л 1 62,5 ± 9,7 55,6 ± 1,8 55,8 ± 1,4 63,7 ± 2,3

3 56,7 ± 0,8 56,2 ± 0,7 65,7 ± 1,0

7 60,6 ± 1,0 58,3 ± 1,6 58,6 ± 1,4

Калий, ммоль/л 1 5,36 ± 0,41 5,24 ± 0,18 5,46 ± 0,22 5,37 ± 0,46

3 5,70 ± 0,24 5,62 ± 1,26 5,57 ± 0,50

7 5,54 ± 0,17 5,37 ± 0,15 5,64 ± 0,29

Натрий, ммоль/л 1 141,2 ± 2,3 139,3 ± 0,7 140,1 ± 0,4 139,9 ± 1,2

3 140,5 ± 1,0 141,0 ± 0,6 138,7 ± 0,9

7 139,9 ± 1,6 139,6 ± 1,0 140,3 ± 0,9

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

а в контрольной группе оставалась выше нормы на 64,4 %о.

Активность АлАТ в контрольной группе на 7-е сут. отравления была повышена более чем в 2 раза (рис. 2). При использовании актопротекторов максимальная активность АлАТ отмечалась на 1-е сут. после отравления, а на 3-е сут. — достоверно снижалась. К 7-м сут. активность АлАТ у животных, получавших этомерзол и метапрот, была на уровне нормальных величин.

Уровень общего билирубина, максимально повышенный на 1-е сут. после отравления во всех группах, в дальнейшем снижался. Однако в контрольной группе на 7-е сут. он остался повышенным на 39,7 %, тогда как на фоне фармакологической защиты достиг показателей интактных животных.

Концентрация креатинина и азота мочевины (табл. 2) в контрольной группе отчетливо нарастала к 7-м сут. после отравления. Метапрот и этомерзол снижали уровень азотистых шлаков до нормальных величин к 7-м сут. Таким образом, острое отравление карбофосом сопровождается отклонениями от нормального уровня ряда биохимических показателей сыворотки крови, свидетельствующих о нарушении функции печени (ами-нотрансферазы, билирубин) и почек (креатинин, азот мочевины). Применение метапрота и это-

мерзола способствует ускорению нормализации биохимических показателей. Терапевтический эффект актопротекторов отмечается на 3-7-е сут. применения.

Интоксикация карбофосом приводила к усилению процессов ПОЛ о чем свидетельствовал повышенный уровень МДА в крови (рис. 3). На фоне курсового применения актопротекторов отмечали нормализацию уровня МДА к 7-м сут. после отравления, тогда как в контрольной группе на 7-е сут. уровень МДА был в 2 раза выше нормы. На 3-е сут. после отравления происходило падение уровня ВГ (рис. 3), свидетельствуя о нарушении окислительного гомеостаза. На фоне применения акто-протекторов к 7-м сут. концентрация ВГ достигла нормальных величин.

Известно, что эндогенная интоксикация является отражением последствий нарушения микроциркуляции и микрогемолимфоциркуляции, реологии, газообмена и кислородного бюджета, иммунитета и противоинфекционной защиты, а также управления интеграцией этих процессов [32]. Степень выраженности эндогенной интоксикации по лейкоцитарному индексу интоксикации (ЛИИ) в контрольной группе и на фоне фармакологической защиты представлены в таблицах 3 и 4.

Интактный контроль

гЪ

1-е сутки 3-е сутки 7-е сутки * *

- пЬ

7-е сутки

Время после введения карбофоса (сут.)  Контроль  Этомерзол / Метапрот

Время после введения карбофоса (сут.)  Контроль  Этомерзол ^ Метапрот

Рис. 3. Влияние метапрота и этамерзола на уровень малонового диальдегида

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Таблица 3. Влияние метапрота и этомерзола на развитие эндогенной интоксикации при отравлении карбофосом в дозе ЛД60, ЛИИ по Островскому

Группы животных Время с момента отравления (сут.) Нормальные величины

1

Контрольная 0,51 ± 0,06* 0,29 ± 0,02* 0,21 ± 0,02 0,20 ± 0,03

Этомерзол 0,28 ± 0,03** 0,21 ± 0,01** 0,20 ± 0,01

Метапрот 0,34 ± 0,004** 0,26 ± 0,01** 0,20 ± 0,01

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Таблица 4. Влияние метапрота и этомерзола на развитие эндогенной интоксикации при отравлении карбофосом в дозе ЛД60, ЛИИ по Кальф-Калифу

Группы животных Время с момента отравления (сут.) Нормальные величины

1

Контрольная 0,25 ± 0,04* 0,19 ± 0,03* 0,13 ± 0,03 0,12 ± 0,02

Этомерзол 0,14 ± 0,02** 0,13 ± 0,02** 0,12 ± 0,01

Метапрот 0,19 ± 0,02** 0,13 ± 0,01** 0,12 ± 0,01

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Таким образом, актопротекторы прекращают развитие эндогенной интоксикации при отравлении карбофосом.

Известно, что при остром отравлении ФОС вслед за доминированием симптоматики, обусловленной угнетением способности ацетилхолинэсте-разы, осуществляющей гидролиз ацетилхолина (плазма, эритроциты, мозг), у выживших экспериментальных животных начинают формироваться отдаленные последствия интоксикации. Они возникают за счет неантихолинэстеразных эффектов и обусловлены развитием митохондриальной патологии и неспецифическим воспалением, благодаря выбросу медиаторов воспаления, в том числе фактора некроза опухоли типа альфа [63, 64]. Гипер-

коагуляционные изменения, снижение скорости кровотока, паравазальный отек, повышение проницаемости сосудистой стенки, развитие васкулита с ангиодистоническими явлениями способствуют развитию ишемии тканей. Повышение активности тучных клеток, и в частности тканевых базофилов (лаброцитов), имеющих на своей поверхности хо-линорецепторы, также играют существенную роль в формировании системной воспалительной реакции [18, 64, 74]. Повреждение целостности гисто-гематического барьера обеспечивает возможность аутоиммунизации антигенами нервной ткани и способствует развитию органофосфатной нейропатии или ФОС-индуцированной отставленной полиней-ропатии [48].

120 х 100

л

1 X

2

Е ао

к

I т

О 60

>ч

5

# 40

С

т 20

—♦— Контроль н Этомерзол -А- Метапрот

3 5 7 ТО

Время после введения дихлорэтана

Рис. 4. Влияние метапрота и этомерзола на восстановление физической работоспособности по данным плавательной пробы при отравлении дихлорэтаном в дозе ЛД50 (М ± п).

По оси ординат — ВППП от уровня интактных животных ( %), по оси абсцисс — время (сут.). * — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Общепризнано, что инвалидизирующая патология [64] после отравления ФОС сопряжена как с активацией каскадных реакций свободноради-кального окисления биосубстратов, формированием свободнорадикального повреждения тканевых структур [63], так и с истощением системы антиоксидантной защиты [74]. Обнаруженные в эксперименте высокие уровни МДА (рис. 4) и снижение уровня ВГ (рис. 5) свидетельствуют об окислительном стрессе и определяют необходимость введения антиоксидантов [20, 29, 31, 42].

Результаты по влиянию карбофоса на физическую выносливость животных, полученные в эксперименте (рис. 1) согласуются с литературными данными [38, 59, 60]. Развивающаяся при интенсивной физической нагрузке рабочая гипоксия, сопровождается обратимыми изменениями структуры и функций Мх, не только как источника энергетических эквивалентов, но и как системы регулирующей гомеостатические показатели организма. Влияние метапрота на Мх, реализуемое через активацию синтеза митохондриальных белков [25], заключается в ослаблении торможения НАД-зависимого дыхания, активности сукцинат-дегидрогеназы, уменьшении разобщения окисления с фосфорилированием, предотвращении глубокого низкоэнергетического сдвига.

Подтвержденные в представленном исследовании антигипоксический и энерготропный эффекты лежат в основе актопротекторной активности метапрота, проявившейся в повышении физической работоспособности животных, подвергнутых интоксикации, и ускорении ее восстановления после предельных нагрузок [61, 70], очевидно, благодаря меньшему снижению содержания гликогена, АТФ, креатинфосфата и более эффективному потреблению кислорода [25, 68].

Способность метапрота уменьшать образование гидроперекисей липидов, диеновых конъюга-

тов, малонового диальдегида, шиффовых оснований доказана для различных состояний [25]. Очевидно, благодаря способности усиливать синтез антиоксидантных ферментов, особенно супе-роксиддисмутазы, метапрот в экстремальных для организма условиях [25, 72] повышает антиокси-дантную защиту в модели отравления карбофосом.

Таким образом, совокупность выявленных в эксперименте эффектов способствовала защите цитоплазматических и митохондриальных мембран от продуктов ПОЛ, выразилась в органопро-тективном действии метапрота и этомерзола и прекращении развития эндогенной интоксикации при отравлении карбофосом.

2.2. Защитные эффекты метапрота и этомерзола в модели интоксикации дихлорэтаном

Интерес к модели интоксикации дихлорэтаном (хлористый этилен, галогенированный углеводород) обусловлен тем, что он относится, к группе так называемых «неэлектролитов». Это хорошо растворимые в липидах вещества, обладающие способностью вызывать наркоз. Только некоторые из них применяются в качестве ингаляционных анестетиков, но подавляющее их большинство нашло применение в промышленности в качестве растворителей лаков. Наркотическая активность является компонентом нейротоксического действия при преднамеренных или случайных отравлениях.

Отравление дихлорэтаном может наступить при контакте с кожей, соприкосновении с загрязненными предметами, оборудованием, спецодеждой, вдыхании паров. Двадцать мл вещества либо 30-минутная ингаляция паров в концентрации 200 г/м вызывает картину тяжелой интоксикации.

Попав в организм, дихлорэтан временно накапливается в печени и тканях, богатых липида-ми, а затем в течение нескольких дней полностью

научные обзоры

1-е сутки 3-е сутки 7-е сутки

45 4 45

Е  )

с 2 15

1

05 0

Интактный контроль

I

7

Время после введения дихлорэтана (сут.) I Контроль В Этомерзол  Метапрот

1Д1 ш

1,4-

С

§ 1£ да 5 да

<К да

1-е сутки 3-е сутки 7-е сутки

Интактный контроль

7

Время после введения дихлорэтана (сут.) I Контроль й Этомерзол  Метапрот

Рис. 5. Влияние метапрота и этомерзола на показатели АсАТ, АлАТ

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

исчезает из организма. Однако промежуточные продукты метаболизма обладают высокой реакционной способностью. Биотрансформация дихлорэтана идет с образованием активных промежуточных продуктов (хлорацетальдегид, альдегид) в ходе I фазы биотрансформации с помощью энзимов системы Р-450 и завершается образованием конечных метаболитов в виде тио-диуксусной кислоты, тионилдиуксусной кислоты, соединением хлоруксусной кислоты с цистеином. Все эти метаболиты ингибируют активность ряда энзимов, действуя на молекулы-мишени и активируя свободнорадикальные процессы окисления, повреждают паренхиматозные органы, вызывая, прежде всего, острый токсический гепатит и ге-патопатии. Специфических противоядий при интоксикации дихлорэтаном нет.

В экспериментальной модели интоксикации дихлорэтаном произошло снижение физической работоспособности лабораторных животных (рис. 4).

Через сутки после отравления в контрольной группе ВППП составило 9,67 ± 1,33 %, а на 3-е сут. — 21,3 ± 2,03 %о, при этом ВППП в опытных группах, получавших актопротекторы, на 1-е и 3-е сут. достоверно не отличалось от контроля (р > 0,05). Однако уже к 5-м суткам ВППП в группе животных получавших метапрот составило 37,5 ± 1,31 %, а в группе получавших этомерзол — 41,3 ± 1,41 % тогда как в контрольной группе ВППП было достоверно ниже — 33,7 ± 2,16 % (р > 0,05). К 10-м сут. на фоне курсового применения этомерзола и метапрота отмечается полное восстановление физической работоспособности крыс: ВППП составило соответственно 101,0 ± 2,18 % и 99,8 ± 1,38 %. В контрольной группе ВППП на 10-е сут. составило 70,2 ± 2,24 %.

Таким образом, метапрот и этомерзол ускорили восстановление физической работоспособности после тяжелого отравления дихлорэтаном. Эффект восстановления проявился на 5-е сутки лечения.

Максимальная активность АсАТ и АлАТ во всех экспериментальных группах животных отмечается на 1-е сут. после введения дихлорэтана (рис. 5).

В контрольной группе к 3-м сут. активность АсАТ остается выше нормальных показателей на 153,2 %, а АлАТ на 167,4 %, к 7-м сут. — на 80,8 и 95,7 % соответственно. При введении метапрота и этомерзола уже на 3-е сут. отмечается достоверное по сравнению с контролем снижение активности аминотрансфераз (р < 0,05). К 7-м сут. на фоне использования метапрота активность АсАТ выше нормы на 19,8 %, а активность АлАТ снижается до нормальных величин. Этомерзол к 7-м сут. нормализует активность как АсАТ, так и АлАТ

Максимально повышенный в 1-е сут. после отравления уровень общего билирубина (табл. 5), с 3-х сут. начинает снижаться. Однако в контрольной группе к 7-м сут. остается повышенным на 39,9 %. Фармакологическая защита нормализует данный показатель к 7-м сут. до уровня интакных животных.

В 1-е сут. после отравления во всех группах отмечается максимальное повышение уровня азотистых шлаков. В контрольной группе концентрация креатинина на 3-е сут. на 65,4 % превышает норму, на 7-е сут. — на 23,0 %. Азот мочевины в данной группе на 3-е сут. выше нормы на 85,8 %, а на 7-е сут. на 28,1%. Положительный эффект от использования этомерзола и метапрота отмечается уже на 3-е сут. после отравления: уровень азотистых шлаков в опытных группах достоверно ниже (р < 0,05). К 7-м сут. уровень креатинина и азота мочевины на фоне фармакологической защиты снижается до нормальных величин.

Таблица 5. Биохимические показатели крови при интоксикации дихлорэтаном и применении этомерзола и ме-тапрота

Показатели Время после введения яда (сут.) Нормальные величины Контроль(п- 18) Антигипоксантов

Этомерзол

Общий билирубин, мкмоль/л 1 4,78 ± 0,56 11,55 ± 1,03* 9,96 ± 0,68** 9,41 ± 0,68**

3 8,25 ± 1,20* 5,84 ± 0,51** 5,56 ± 0,52**

7 6,83 ± 0,51* 4,33 ± 0,56** 4,38 ± 0,71**

Креатинин, ммоль/л 1 0,074 ± 0,003 0,136 ± 0,016* 0,129 ± 0,014 0,131 ± 0,016

3 0,121 ± 0,007* 0,087 ± 0,004** 0,094 ± 0,007**

7 0,091 ± 0,003* 0,073 ± 0,003** 0,076 ± 0,005**

Азот мочевины, ммоль/л 1 7,38 ± 0,57 22,72 ± 1,61** 23,32 ± 1,73 21,93 ± 1,03

3 18,71 ± 1,53* 11,47 ± 1,15* 13,67 ± 0,93**

7 14,45 ± 2,83* 7,21 ± 0,73** 7,35 ± 0,46**

Глюкоза, ммоль/л 1 6,89 ± 0,31 7,13 ± 0,12 6,97 ± 0,10 7,29 ± 0,39

3 6,58 ± 0,23 7,41 ± 0,56 6,85 ± 0,66

7 7,04 ± 0,28 7,25 ± 0,63 6,92 ± 0,49

Общий белок, г/л 1 62,5 ± 9,7 59,6± 1,8 60,8 ± 1,1 61,3±1,8

3 57,7 ± 1,1 58,1 ± 0,9 58,7 ± 1,2

7 56,3 ± 1,0 58,3 ± 1,6 57,6 ± 0,8

Калий, ммоль/л 1 5,36 ± 0,41 5,34 ± 0,24 5,51 ± 0,31 5,46 ± 0,86

3 5,53 ± 0,39 5,41 ± 1,03 5,37 ± 0,74

7 5,43 ± 0,47 5,27 ± 0,65 5,51 ± 0,37

Натрий, ммоль/л 1 141,2 ± 2,3 137,3 ± 1,4 141,3 ± 1,3 138,9 ± 1,3

3 139,5 ± 1,3 138,0 ± 1,6 138,7 ± 1,3

7 139,9 ± 1,4 140,8 ± 1,1 139,4 ± 0,9

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Таблица 6. Влияние метапрота и этомерзола на развитие эндогенной интоксикации при отравлении дихлорэтаном в дозе ЛД50, ЛИИ по Островскому

Группы животных Время с момента отравления (сут.) Нормальные величины

1

Контрольная 0,65 ± 0,07* 0,34 ± 0,04* 0,25 ± 0,03* 0,20 ± 0,03

Этомерзол 0,37 ± 0,05** 0,26 ± 0,03** 0,20 ± 0,01** —

Метапрот 0,43 ± 0,04** 0,29 ± 0,04** 0,21 ± 0,02** —

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Таблица 7. Влияние метапрота и этомерзола на развитие эндогенной интоксикации при отравлении дихлорэтаном в дозе ЛД50, ЛИИ по Кальф-Калифу

Группы животных Время с момента отравления (сут.) Нормальные величины

1

Контрольная 0,53 ± 0,06* 0,27 ± 0,04* 0,18 ± 0,04* 0,12 ± 0,02

Этомерзол 0,35 ± 0,03** 0,21 ± 0,04** 0,13 ± 0,02**

Метапрот 0,38 ± 0,005** 0,23 ± 0,04** 0,13 ± 0,02**

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Отравление дихлорэтаном в дозе ЛД50 приводит к определенным сдвигам окислительного го-меостаза. При интоксикации в контрольной группе уровень МДА (рис. 6), повышенный с 1-х сут, продолжает в дальнейшем увеличиваться. К 3-м сут. уровень МДА на 29,9 % выше нормы, а к 7-м сут.

на 69,1 %. С 3-х сут. на фоне введения метапрота и этомерзола уровень МДА снижается, достигая к 7-м сут. нормальных величин.

Максимальный уровень ВГ (рис. 6) в контрольной группе отмечается на 3-е сут. интоксикации. При использовании актопротекторов наибольшая

научные обзоры

7-е сутки

5

4,5 4 35 л 3

i* 2 1,5 1

Q5 О

1-е сутки 3-е сутки

п,

1

7

1-е сутки

* 3-е сутки

I

« 7-

IH *

7-е сутки

7

Время с момента отравления (сут.) I Контроль 0 Этомерзол  Метапрот

Время с момента отравления (сут.) I Контроль 8 Этомерзол  Метапрот

Рис. 6. Влияние метапрота и этамерзола на уровень малонового диальдегида

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

концентрация ВГ отмечается уже в 1-е сут.: при введении этомерзола на 48,4 % выше уровня ин-тактных животных, а при использовании метапрота на 72,6 % (р < 0,05). К 7-м сут. уровень ВГ как в контрольной группе, так и в опытных группах остается несколько повышенным (р > 0,05).

Таким образом, при тяжелой интоксикации дихлорэтаном происходит активация процессов ПОЛ. Применение актопротекторов позволяет уменьшить активность свободно-радикального окисления. На фоне введения актопротекторов отмечается более быстрое повышение уровня ВГ, что, по всей вероятности, предотвращает повреждение биомембран.

Отравление дихлорэтаном сопровождается развитием эндогенной интоксикации: в контрольной группе в 1-е сут. после введения яда. ЛИИ по Островскому был выше нормы в 3,25 раза (табл. 6), а ЛИИ по Кальф-Калифу в 4,4 раза (табл. 7). В опытных группах уровень эндогенной интоксикации уже в 1-е сут. достоверно ниже контрольной (р < 0,05), а к 7-м сут. ЛИИ не отличается от показателей интактных животных.

Обнаруженные сдвиги биохимических показателей выявляют признаки токсической гепато- и нефропатии. Литературные данные по патомор-фологии печени при данном виде отравления свидетельствуют о том, что в гепатоцитах повреждается шероховатый и гладкий эндоплазматический ретикулум. Это нарушает синтез белка и детокси-цирующую функцию печени. Повреждение Мх и лизосом ведет к нарушению тканевого дыхания и активации аутолиза [37].

Гепатопротективное действие этомерзола изучалось ранее на модели интоксикации четы-реххлористым углеродом [16]. Его применение препятствовало некрозу гепатоцитов, увеличи-

вало содержание гликогена, нуклеиновых кислот, снижало активность АСТ и АЛТ. В нашем исследовании и этомерзол и метапрот способствовали ускоренной нормализации нарушенных биохимических показателей по сравнению с нелеченными животными.

Применение метапрота и этомерзола позволяет снизить уровень эндогенной интоксикации, уменьшает активность свободно-радикального окисления. На фоне введения препаратов отмечается более быстрое повышение уровня ВГ, что, по всей вероятности, предотвращает повреждение биомембран.

Как известно, одним из определяющих эффектов метапрота является способность активировать геном клеток с усилением синтеза РНК и белка [55], что находит отражение в анаболическом и репарационном эффектах. Наиболее выраженный активирующий эффект метапрота проявляется в органах с короткоживущими белками (печень и почка) [16, 55]. Быстро обновляемые белки играют важную роль в предотвращении дезадаптации систем и органов в ответ на различные патологические факторы.

Среди белков, усиленно синтезируемых в печени и почках под влиянием метапрота, основное значение для поддержания физической работоспособности имеют ферменты глюконеогенеза, определяющие утилизацию продуцируемой молочной кислоты и ресинтез расходуемых углеводов. Кроме того, глюконеогенез в тесном сопряжении с глюкозо-аланиновым циклом и обменом глутамина препятствует образованию лактата и аммиака в мышцах и участвует в нейтрализации и выведении азотистых продуктов распада [25]. Анаболическое действие метапрота и это-мерзола, очевидно, способствовало морфо-

научные обзоры

120

100

80

о о.

ео

40

20

""♦— Контроль и Этомерзол " Метапрот

1 3 5 7 10

Время после введения этиленгликоля

Рис. 7. Влияние метапрота и этомерзола на восстановление физической работоспособности по данным плавательной пробы при отравлении этиленгликолем в дозе ЛД50

По оси ординат — ВППП от уровня интактных животных ( %), по оси абсцисс — время (сут). * — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

3

гъ 2

- т

3 § 1,5

< I

г

1

015 О

Интактный контроль

1-е сутки *

3-е сутки

7-е сутки

I:

1

7

2 1,8 1,6 1,4 -г 12

- л

< О 1

< I 0,8

0,6 0,4 02 О

1-е сутки

Интактный контроль

1

3-е сутки

7-е сутки

7

Время с момента этиленгликоля (сут.) I Контроль  Этомерзол  Метапрот

Время с момента этиленгликоля (сут.) I Контроль й Этомерзол  Метапрот

Рис. 8. Влияние метапрота и этомерзола на показатели АсАТ, АлАТ

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

функциональному восстановлению тканей печени и почек, что нашло отражение в соответствующей динамике комплекса биохимических показателей.

2.3. Защитные эффекты метапрота и этомерзола в модели интоксикации этиленглико-лем

Известно, что примерно 20 % острой почечной недостаточности — следствие химических воздействий. В ряде случаев повреждения почек возникают вследствие хронического или острого воздействия таких производственных вредностей, как растворители, антифризы, тормозные жидкости, содержащие двухатомный спирт этилен-гликоль. Так же как и дихлорэтан, действуя целой молекулой, этиленгликоль проявляет свойства

типичного «неэлектролита», оказывая седативно-гипнотическое действие. Образующиеся в процессе метаболизма альдегиды и органические кислоты (щавелевая кислота) вызывают метаболический ацидоз, угнетение тканевого дыхания, образование в тканях кристаллов нерастворимого в воде оксалата кальция и гипокальциемию. Эти явления лежат в основе нейро- и нефротоксично-го действия этиленгликоля. Специфических противоядий нет, поэтому важно совершенствование общетерапевтических методов, включающих применение препаратов с нейро-, нефро- и гепатото-протективной активностью [3, 37].

Отравление этиленгликолем в дозе 1,0 ЛД50 приводит к выраженному снижению физической работоспособности крыс. ВППП (рис. 7), на 1-е

научные обзоры

1-е сутки 3-е сутки

а

л

§ ъ

Е

* 2 г

1Л 1

0,51

Интактный контроль

ГЫ

V

7-е сутки

40,

35 30 25

л

о 20 х

15 10

5

7

Интактный контроль

1-е сутки

3-е сутки

7-е сутки

Г§

7

Время после введения этиленгликоля (сут.) I Контроль  Этомерзол  Метапрот

Время после введения этиленгликоля (сут.) I Контроль й Этомерзол  Метапрот

Рис. 9. Влияние метапрота и этамерзола на уровень малонового диальдегида

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

сут. после отравления в контрольной группе составило 9,14 ± 0,79 %, а в группах крыс, получавших метапрот и этомерзол соответственно 10,0 ± 0,97 °% и 10,8 ± 1,05 0%. С 3-х сут. отмечается эффект восстановления физической работоспособности в группах животных с фармакологической защитой; к 5-х сут. ВППП при использовании метапрота и этомерзола составило соответственно 50,3 ± 3,48 °% и 53,5-3,22 °%, что достоверно выше контроля — 37,5 ± 1,93 % (р > 0,05). На 7-е сут. в группе крыс, леченных метапротом, ВППП составило 88,7 ± 2,78 %, а при введении этомерзола 94,2 ± 2,24 %. Полное восстановление физической работоспособности крыс в опытных группах отмечено к 10-м сут. после отравления, тогда как в контрольной группе крыс, подвергнутых интоксикации без фармакологической защиты к этому моменту ВППП составило лишь 66,2 ± 2,12 %.

Активность аминотрансфераз (рис. 8) несколько повышенная в 1-е сут., максимально увеличивается к 3-м сут., при этом отклонение от нормального уровня в опытных группах достоверно ниже, чем в контроле (р < 0,05). В группе нелеченных животных на 7 сут активность АсАТ на 20,5 % выше нормы, а АлАТ — на 65,2 %.

Концентрация билирубина также максимально увеличивается к 3-м сут. Однако в контрольной группе отклонение от нормы более выраженное, чем в опытных группах (р < 0,05). К 7-м сут. в контроле уровень билирубина выше нормальных величин на 29,2 %, а при использовании этомерзола не отличается от нормы (табл. 8).

Уровень азотистых шлаков нарастает к 3-м сут, после чего отмечается снижение концентрации креатинина и мочевины. У нелеченных животных к 7-м сут. уровень креатинина на 70,3 % выше нормы, концентрация азота мочевины — 153 %; в группе животных, получавших метапрот, на 20,2 и 37,1 %

соответственно. При использовании этомерзола концентрация креатинина к 7-м сут. лишь на 10 % выше нормы, а уровень азота мочевины на 36,7 %. Гиперкалийемия в течение всего наблюдаемого периода была больше выражена в контрольной группе, чем у опытных животных (р < 0,05).

В 1-е и 3-е сут. после отравления этиленгликолем во всех группах отмечалась гипогликемия. Однако в контрольной группе снижение глюкозы в сыворотке крови было более значительное, чем в опытных группах (р < 0,05) и сохранялось на 7-е сут.

При отравлении этиленгликолем в дозе ЛД50 отмечается усиление ПОЛ (рис. 9). В контрольной группе уровень МДА в 1 -е сут. на 27,5 % выше нормы, максимально повышается на 3-е сут. — на 41,3 %, и затем происходит его снижение. Однако к 7-м сут. уровень МДА остается выше нормы на 12,1 %. При использовании актопротекторов максимальный уровень МДА отмечается в 1-е сут., при этом он достоверно ниже уровня контрольной группы (р < 0,05). В дальнейшем происходит постепенное снижение уровня МДА, так что на 7-е сут. в опытных группах он становится достоверно ниже уровня интактных животных (р < 0,05).

Концентрация ВГ в контрольной группе в 1-е сут. после отравления снижена на 34,7 %, на 3-е сут. — на 16,6 % и только к 7-м сут. приближается к уровню интактных животных. При использовании актопротекторов, например, в 1-е сут. отмечается повышение уровня ВГ: на 28,6 % при введении этомерзола и на 47,1 % при введении метапрота. В дальнейшем в опытных группах происходит снижение ВГ.

Отравление этиленгликолем приводит к развитию выраженной эндогенной интоксикации (табл. 9 и 10).

У нелеченных животных в 1-е сут. после введения яда ЛИИ отмечается снижение данных показателей, однако к 7-м сут. они достоверно выше

Таблица 10. Влияние метапрота и этомерзола на развитие эндогенной интоксикации при отравлении этиленгликолем в дозе ЛД50, ЛИИ по Кальф-Калифу

Таблица 8. Биохимические показатели крови при интоксикации этиленгликолем и применении метапрота и этомерзола

Показатели Время после Нормальные Контроль(п- 18) Антигипоксанты актопротекторы

введения яда

Общий билирубин, мкмоль/л 1 4,78 ± 0,56 11,96 ± 0,82* 10,91 ± 1,24** 11,52 ± 1,51**

3 17,16 ± 0,46* 12,45 ± 2,41** 13,68 ± 2,14**

7 10,05 ± 0,37* 6,57 ± 1,09** 7,18 ± 1,77**

Креатинин, ммоль/л 1 0,074 ± 0,003 0,088 ± 0,004* 0,094 ± 0,008 0,092 ± 0,009

3 0,196 ± 0,005* 0,189 ± 0,010 0,190 ± 0,007

7 0,126 ± 0,007* 0,082 ± 0,005** 0,089 ± 0,006**

Азот мочевины, ммоль/л 1 7,38 ± 0,57 15,94 ± 2,23* 17,05 ± 3,18 16,71 ± 3,26

3 23,44 ± 2,92* 21,95 ± 2,86 20,87 ± 2,85

7 18,72 ± 0,91* 10,49 ± 1,73** 10,12 ± 1,24**

1 6,89 ± 0,31 2,29 ± 0,22* 3,87 ± 0,51** 3,09 ± 0,64**

Глюкоза, ммоль/л 3 5,79 ± 0,55* 4,94 ± 0,36** 4,49 ± 0,41**

7 6,41 ± 0,28 6,56 ± 0,81 6,60 ± 0,33

1 62,5 ± 9,7 56,4 ± 3,5 57,1 ± 2,4 55,9 ± 2,3

Общий белок, г/л 3 53,1±2,9 55,6 ± 1,4 56,4 ± 1,7

7 54,9 ± 2,1 55,1 ± 1,9 55,8 ± 2,9

1 5,36 ± 0,41 7,94 ± 0,28* 6,85 ± 0,48** 7,30 ± 0,61**

Калий, ммоль/л 3 7,80 ± 0,27* 6,72 ± 0,31** 6,94 ± 0,48**

7 6,44 ± 0,17* 5,66 ± 0,29** 5,87 ± 027**

1 141,2 ± 2,3 155,2 ± 0,4* 143,2 ± 0,5** 144,1 ± 1,3**

Натрий, ммоль/л 3 136,6 ± 1,6* 140,6 ± 0,9 136,5 ± 0,8

7 142,6 ± 3,4 138,9 ± 1,1 137,3 ± 1,5

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Таблица 9. Влияние метапрота и этомерзола на развитие эндогенной интоксикации при отравлении этиленгликолем в дозе ЛД50, ЛИИ по Островскому

Группы животных Время с момента отравления (сут.) Нормальные величины

1

Контрольная 0,83 ± 0,05* 0,51 ± 0,04* 0,26 ± 0,03* 0,20 ± 0,03

Этомерзол 0,52 ± 0,03** 0,30 ± 0,02** 0,21 ± 0,03**

Метапрот 0,69 ± 0,06** 0,34 ± 0,05** 0,22 ± 0,03**

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

Группы животных Время с момента отравления (сут.) Нормальные величины

1

Контрольная 0,71 ± 0,05* 0,34 ± 0,07* 0,23 ± 0,03* 0,12 ± 0,02

Этомерзол 0,32 ± 0,07** 0,25 ± 0,04** 0,14 ± 0,03**

Бемитил 0,49 ± 0,06** 0,24 ± 0,03** 0,15 ± 0,03**

* — достоверно (р < 0,05) в сравнении с интактными крысами, ** — достоверно (р < 0,05) в сравнении с отравленными крысами

нормативных величин (р < 0,05). В опытных группах животных степень выраженности эндогенной интоксикации достоверно ниже контроля (р < 0,05) в 1-е и 3-е сут. после отравления, а к 7-м сут. ЛИИ по Островскому и Кальф-Калифу не отличались от нормы.

Таким образом, отклонениям ряда биохимических показателей от нормального уровня вследствие интоксикации этиленгликолем свидетельствуют о нефро- и гепатотропном действии яда. Согласно литературным источникам [37], уже на 2-3-е сутки интоксикации этиленгликолем вслед

за мозговыми явлениями развиваются признаки поражения почек, которые могут завершиться развитием острой почечной недостаточности. Морфологически в почках обнаруживается дегенерация эпителия извитых канальцев, мелкие кровоизлияния в паренхиму органа, визуализируются кристаллы оксалатов, механически травмирующие орган. Применение метапрота и этомерзола позволяет ускорить нормализацию биохимических показателей и отчетливо проявляется с 3-7-е сут.

Обнаруженное в эксперименте повышение уровня МДА при тяжелой интоксикации этилен-гликолем нивелируется фармакологическими средствами через нормализующее влияние на процессы свободно-радикального окисления. Предотвращая падение ВГ и повышая его уровень, оказывается антиоксидантное действие и ускоряются процессы естественной детоксикации.

ВЫВОДЫ

• Острое отравление карбофосом, дихлорэтаном и этиленгликолем снижают переносимость физической нагрузки, повышают активность АсАТ, АлАТ, уровень общего билирубина, креатинина и азота мочевины, МДА и снижают концентрации восстановленного глутатиона, нарушая макроциркуляцию, реологические свойства крови, газообмен тканей.

• Метапрот и этомерзол при курсовом применении (10 дней) восстанавливают переносимость физической нагрузки, нормализуют активность АсАТ, АлАТ, снижают уровни билирубина, креатинина и азота мочевины. Оба препарата нормализуют процессы перекис-ного окисления через снижение МДА и повышение ВГ, а также устраняют показатели эндогенной интоксикации.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В России в последние годы распространенность острых отравлений составила 5-7 человек на 1000 жителей. Возникновение отравлений обусловлено пренебрежением правилами техники безопасности, авариями на производстве, преднамеренными интоксикациями. Нарушение технологии транспортировки, хранения, применения в сельском хозяйстве еще в большей степени повышают опасность ФОС. Количество острых отравлений ФОС может увеличиться в связи с необходимостью переработки химического оружия. На территории России в ряде густонаселенных районов (Брянская, Кировская, Пензенская области) объекты уничтожения химического оружия располагаются в непосредственной близости от

городов и поселений. В связи с этим, чрезвычайно актуальны проблемы изучения не только патогенеза токсического действия спиртов, спиртосодержащих жидкостей, ФОС-соединений, но и совершенствование антидотной, патогенетической и симптоматической терапии.

Изучение общих закономерностей химико-биологического взаимодействия позволяет выявлять адаптивные и компенсаторные механизмы, обеспечивающие устойчивость основных функций организма к повреждающему действию ксенобиотиков. Изучение молекулярных и клеточных механизмов их токсичности определяет точки-мишени для воздействия фармакологических средств.

Сравнительно молодым направлением в патофизиологии и токсикологии является изучение состояния сигнальной функции клетки, процессов генной экспрессии при действии ксенобиотика. Известно, что реализация молекулярных механизмов адаптации клетки к любому стрессу осуществляется через специфический белковый фактор, индуцируемый при гипоксии HIF-1 (Hypoxia Inducible Factor). Фактор HIF-1 а, идентифицированный в мозге, печени, почке и других тканях, транслоцируется в ядро и начинается экспрессия широкого спектра HIF-1-зависимых генов-мишеней и синтез защитных адаптивных белков [76, 85, 86, 87]. В этих энергоемких процессах велика роль эндогенной янтарной кислоты. Являясь лигандом G-белок-сопряженных рецепторов (G-protein coupled receptor — GPCR) и обеспечивая активность ФАД-зависимого звена ДЦ [7, 9] янтарная кислота участвует в процессах экспрессии HIF-1 а [19, 57] благодаря чему поддерживает метаболический и энергетический гомеостаз. Зависимые от HIF-1 гены-мишени способствуют доставке кислорода через механизмы усиления транспорта глюкозы, продукции АТФ, ионного транспорта, клеточной пролиферации, активизации эритропоэза и ангиогенеза [76, 83, 85].

Очевидно, что повышение эффективности реанимационных мероприятий и лечения отравлений на этапе реабилитации возможно благодаря минимизации, прежде всего, гипоксического повреждения нервной ткани в остром периоде интоксикации, а также улучшению биотрансфор-мирующей и элиминирующей функции печени и почек. Эта задача может быть решена в рамках концепции метаболической защиты путем применения препаратов с нейро-, гепато- и нефро-протективной активностью, таких как метапрот и этомерзол (возможно в сочетании с янтарной кислотой) [20, 22-26, 44, 47, 60, 71, 88]. Их корреги-рующее влиянием на реакции клеточного метаболизма, энергетическое обеспечение, состояние процессов пероксидации обеспечивает органо-протективный, актопротекторный эффект [66, 67,

69, 70] и может быть использовано профпатолога-ми в лечении и реабилитации лиц, пострадавших в производственных условиях.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Акопова О. В., Носарь В. И., Маньковская И. Н., Са-гач В. Ф. Аккумуляция кальция в митохондриях печени крыс в условиях активации АТР-зависимого К+-канала // Биохимия. — 2008. — Т.73, №10. — С.1429-1437.

2. Бережной Р. В. Судебно-медицинская экспертиза отравлений техническими жидкостями. — М.: Медицина, 1977. — 206 с.

3. Богоявленный В. Ф. Клиническая диагностика и неотложная терапия острых отравлений. — М.: МЕДпресс-информ, 2002. — 126 с.

4. Власов В. Н. Корреляционные связи показателей сердечно-сосудистой системы как критерий химической опасности // Токсикол. вестник. — 2009. — № 5. — С. 5-8.

5. Волчегорский И. А., Долгушин И. И., Колесников О. А. и др. Экспериментальное моделирование и лабораторная оценка адаптивных реакций организма. — Челябинск, 2000. — 167 с.

6. Воробьева В. В. Эффективность препаратов, содержащих митохондриальные субстраты, при коррекции вибрационно-опосредованного нарушения энергетического обмена в кардиомиоци-тах: Автореф. дис... канд. мед. наук. — Саранск, 2006.

7. Воробьева В. В., Шабанов П. Д. Функциональная активность системы энергопродукции миокарда кролика при воздействии общей вибрации // Рос. физиол. журн. им. И. М. Сеченова. — 2009. — Т. 95, № 1. — С.19-26.

8. Воробьева В. В., Шабанов П. Д. Экзогенная янтарная кислота уменьшает вибрационно-опосредованные нарушения энергетического обмена в кардиомио-цитах кролика // Рос. физиол. журн. им. И. М. Сеченова. — 2009. — Т. 95, № 8. — С. 857-864.

9. Воробьева В. В., Шабанов П. Д. Вибрационная модель гипоксического типа клеточного метаболизма, оцененная на кардиомиоцитах кролика // Бюл. эксперим. биол. и мед. — 2009. — Т. 147, № 6. — С.712-715.

10. Воробьева В. В., Шабанов П. Д. Морфофункционаь-ные изменения миокарда кролика при воздействии общей вибрации и после фармакологической защиты янтарной кислотой // Вестник СПбГУ, сер.11. — 2010. — Вып. 3. — С. 201-207.

11. Воробьева В. В., Шабанов П. Д. Изучение механизма кардиопротективного эффекта нифедипина при воздействии вибрации у кроликов // Эксперим. и клин. фармакология. — 2010. — Т. 73, № 6. — С. 5-9.

12. Воробьева В. В., Шабанов П. Д. Блокаторы медленных кальциевых каналов L-типа поддерживают энергетический обмен в кардиомиоцитах кролика при воздействии общей вибрации // Рос. физиол. журн. им. И. М. Сеченова. — 2010. — Т. 96, № 6. — С. 573-581.

13. Воробьева В. В., Шабанов П. Д. Биоэнергетические феномены при стрессирующем воздействии локальной вибрации и защитном действии янтарной кислоты // Мед.-биол. и соц.-психол. проблемы безопасности в чрезвыч. ситуациях. — 2010. — № 4, Ч. 1. — С. 87-92.

14. Вислобоков А. И. К вопросу о цитофармаколо-гии // Обзоры по клин. фармакол. и лек. терапии. — 2009. — Т. 7, № 1. — С. 61-70.

15. Вислобоков А. И., Игнатов Ю. Д., Галенко-Ярошевский П. А., Шабанов П. Д. Мембранотроп-

ное действие фармакологических средств. — Краснодар: Просвещение-Юг, 2010. — 528 с.

16. Гайворонская В. В., Оковитый С. В., Нагорнев С. Н. Гепатопротекторное действие этомерзола при экспериментальной интоксикации четыреххлори-стым углеродом // Антигипоксанты и актопротекто-ры: итоги и перспективы. — СПб.: ВМедА, 1994. — Вып. III. — С. 219.

17. Геннис Р. Биомембраны: Молекулярная структура и функции / Пер. с англ. — М.: Мир, 1997. — 624 с.

18. Гончаров Н. В., Прокофьева Д. С., Войтенко Н. Г., Бабаков В. Н., Глашкина Л. М. Молекулярные механизмы холинергической регуляции и дезрегуля-ции // Токсикол. вестник. — 2010. — №2. — С.4-9.

19. Григорьев А. И., Тоневицкий А. Г. Молекулярные м-мы адаптации к стрессу: гены раннего ответа // Рос. физиол. журн. им. И. М. Сеченова. — 2009. — Т. 95, № 10. — С. 1041-1057.

20. Евсеева М. А., Евсеев А. В., Правдивцев В. А., Шабанов П. Д., Механизмы развития острой гипоксии и пути ее фармакологической коррекции // Обзоры по клин. фармакол. и лек. терапии. — 2008. — Т. 6, № 1. — С. 2-24.

21. Забродский П. Ф., Киричук В. Ф., Лим В. Г., Яфаро-ва И. Х. Модуляция антидотами фосфорорганических соединений иммунных реакций синтеза цитокинов, связанных с функцией ТН1-, ТН2- лимфоцитов // Токсикол. вестник. — 2009. — № 3. — С. 7-10.

22. Зарубина И. В., Курицина Н. А. Защитные эффекты этомерзола при черепно-мрзговой травме // Новые фармакологические средства в ветеринарии: XV Междунар. науч.-практ. конф., посв. 300-летию СПб. — СПб., 2003. — С. 69-70.

23. Зарубина И. В., Павленко Л. А., Шабанов П. Д. Анти-оксидантные эффекты этомерзола у тренированных к гипоксии крыс // Дизрегуляционная патология органов и систем (экспериментальная и клиническая патофизиология): Мат. III Рос. конгр. по патофизиологии. — М., 2004. — С. 213.

24. Зарубина И. В., Нурманбетова Ф. Н., Агаджа-нян Е. Ф., Шабанов П. Д. Эффективность бемитила и пиразидола у больных с церебрастенией вследствие черепно-мозговой травмы // Клин. мед. — 2005. — Т. 83, № 11. — С. 59 — 62.

25. Зарубина И. В., Шабанов П. Д. Молекулярная фармакология антигипоксантов. — СПб.: Изд-во Н-Л, 2004. — 368 с.

26. Зарубина И. В., Нурманбетова Ф. Н., Шабанов П. Д. Антигипоксанты при черепно-мозговой травме. — СПб.: Элби-СПб, 2006. — 208 с.

27. Заугольников С. Д., Заиконникова Н. В., Свечин-ский М. А. Роль холинолитиков и реактиваторов холинэстераз в восстановлении выносливости к физической нагрузке в условиях отравлений ФОС // Фармакология и токсикология ФОС и других биологически активных веществ: Науч. труды. — Казань, 1974. — Т. 41, № 2. — С. 38-43.

28. Заугольников С. Д., Коначов М. М., Лебедев Г. П. и др. Влияние некоторых ФОС на физическую выносливость. Фармакология и токсикология ФОС и других биологически активных веществ: Науч. труды. — Казань, 1974. — Т. 41, № 2. — С. 34-38.

29. Зинченко В. П., Каймачников Н. П., Долгачева Л. П., Черных А. М. Регуляция и функциональное значение рецепторзависимого Са2+ — сигнала митохондрий // Митохондрии, клетки и активные формы кислорода: матер. симп. — Пущино, 2000. — С. 179-182.

30. Измеров Н. Ф. Оценка профессионального риска в медицине труда: принципы, методы и критерии // Вестник РАМН. — 2004. — № 2. — С. 17-21.

31. Изюмов Д. С., Домнина Л. В., Непряхина О. К. И др. Митохондрии как источники активных форм кислорода при окислительном стрессе. Исследование с помощью новых митохондриально-направленных

антиоксидантов на основе «ионов Скулачева» // Биохимия. — 2010. — Т. 75, № 2. — С. 149-157.

32. Кальф-Калиф Я. Я. О лейкоцитарном индексе интоксикации и его практическом значении // Врач. дело — 1941. — № 1. — С. 31-35.

33. Каркищенко Н. Н. От моделей на животных к альтернативным моделям в токсикологии // Токсикол. вестник. — 2010. — № 3 — С. 18-21.

34. Кодиров С. А., Журавлев В. А., Сафонова Т. А. Ионные каналы в кардиомиоцитах млекопитающих // Оборы по клин. фармакол. и лек. терапии. — 2004. — Т. 3, № 4. — С. 27-41.

35. Колбасов С. Е., Нечипоренко С. П., Петров А. Н., Медицинские и биологические проблемы, связанные с уничтожением химического оружия. — Волгоград, 2003. — С. 220-221.

36. Коркина О. В., Руге Э. К. Генерация супероксидных радикалов митохондриями сердца: исследование методом спиновых ловушек в условиях непрерывной оксигенации // Биофизика. — 2000. — Т. 45, № 4. — С. 695-699.

37. Куценко С. А. Основы токсикологии. — СПб: Фолиант, 2004. — 720 с.

38. Мазина Н. К., Воробьева В. В., Алексеева О. А., Бабин А. П. Влияние регуляторов энергетического обмена на физическую выносливость крыс, сниженную общей вибрацией // Вятский мед. вестник. — 2005. — № 1. — С. 25-27.

39. Макаренко С. В. Клинические проявления отравлений спиртсодержащими жидкостями: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. — СПб., 1996. — 22 с.

40. Мамедов М. Н., Деев А. Д. Оценка суммарного риска развития сердечно-сосудистых заболеваний у взрослых лиц трудоспособного возраста: уроки КРОССВОРД // Кардиология. — 2008. — № 10. — С.28-33

41. Маткевич В. А., ЛисовикЖ. А., Лужников Е. А., Александровский В. Н. Токсикокинетика фосфорорга-нических инсектицидов при острых пероральных отравлениях и рациональная тактика детоксикации организма // Токсикологический вестник. — 2010. — № 6 — С. 6-10.

42. Медведева Л. В, Попова Т. Н., Артюхов В. Г. и др. Интенсивность свободнорадикальных процессов и регуляции активности цитоплазматической NADP-изоцитратдегидрогеназы в кардиомиоцитах крысы в норме и при ишемии // Биохимия. — 2002. — Т. 67, № 6. — С. 838-849.

43. Миронова О. П., Зарубина И. В., Шабанов П. Д. Этомерзол как антиоксидантное средство // Биомедицинская химия. — 2003. — Т. 49, № 5. — С. 434-442.

44. Новиков В. Е., Понамарева Н. И., Шабанов П. Д. Аминотиоловые антигипоксанты при травматическом отеке мозга. — СПб.; Смоленск: Элби-СПб, 2008.

45. Петров А. Н., Софронов Г. А., Нечипоренко С. П., Сомин И. Н. Антидоты фосфорорганических веществ // Рос. хим. журн. — 2004. — Т. 48, № 2. — С. 110-116.

46. Остапенко Ю. Н., Литвинов Н. Н., Рожков П. Г., Гаси-мова З. М., Батурова И. В. Современное состояние эпидемиологии химических отравлений и токсикологической помощи населению // Токсикол. вестник. — 2010. — № 3. — С. 34-36.

47. Островский О. В., Стасов А. А., Гаева Л. М. и др. Ан-тигипоксанты и актопротекторы: итоги и перспективы. — СПб.: ВМедА, 1994. — Вып. 1. — С. 75.

48. Прозоровский В. Б., Чепур С. В. Новые данные о несинаптических (дистантных) эффектах фосфо-рорганических ингибиторов холинэстеразы (обзор летературы) // Токсикол. вестник. — 2001. — № 4. — С. 2-7.

49. Прозоровский В. Б. Проблемы лечебно-профилактического антидота фосфорорганических соединений. Вопросы обеспечения химической безо-

пасности в Российской Федерации. — М., 2007. — С. 72-75.

50. Профессиональный риск для здоровья работников (руководство) / Под ред. Н. Ф. Измерова, Э. И. Денисова. — М., 2003.

51. Рембовский В. Р., Радилов А. С., Нагорный С. В. и др. Медико-гигиеническое обеспечение объектов по уничтожению химического оружия на современном этапе // Токсикол. вестник. — 2010. — № 3. — С.26-30.

52. Розенгарт В. И., Шерстобитов О. Е. Избирательная токсичность фосфорорганических инсектицидов. — Л.: Наука, 1978. — 174 с.

53. Сахаров Д. А., Шкурников М. Ю., Тоневицкий А. Г. Кратковременный высокоинтенсивный — 340.

54. Свиряева И. В. Мерцалова А. С., Рууге Э. К. Образование супероксидных радикалов в изолированных митохондриях сердца при малой концентрации кислорода // Биофизика. — 2010 — Т. 55, № 2. — С.271-276.

55. Смирнов А. В. Бемитил: механизм действия и связанные с ним эффекты // Физиологически активные вещества. — 1993. — Т. 25. — С. 5-9.

56. Тесленко В. Р. Медицинские и социально-экономические проблемы травм, отравлений, внешних причин заболеваемости и смертности населения крупного промышленного региона в современных условиях: Автореф. дис... д-ра мед. наук. Оренбург, 2000. — 45 с.

57. Ткачук В. А., Авакян А. Э. Молекулярные механизмы сопряжения G-белков с мембранными рецепторами и системами вторичных посредников // Рос. физиол. журн. им. И. М. Сеченова. — 2008. — Т. 96, № 12. - С. 1478-1490.

58. Трахтенберг И. М. Проблемы нормы в токсикологии. — М.: Медицина, 1991. — 203с.

59. Сосюкин А. Е., Зарубина И. В., Першин В. Н., Аксенов И. В., Зуев В. В. Опыт клинического применения актопротектора этомерзола при острых отравлениях фосфорорганическими соединениями (ФОС) // Актуальные проблемы теоретической и прикладной токсикологии. Тез. докл. 1 Всерос. Конф. Токсикологов. — СПб. — 1995. — Вып. 2. — С. 66.

60. Сосюкин А. Е., Смирнов А. В., Зарубина И. В., Аксенов И. В., Зуев В. В., Першин В. Н. Актопротек-тор этомерзол — эффективное средство ускорения процессов восстановления после отравления карбофосом // Фундаментальные и прикладные проблемы современной военной токсикологии. Тез. 6-й Всеармейской конф. — СПб., 1996. — С. 110-111.

61. Хабаров И. Ю., Кучменко Д. Н., Костюк Г. П. и др., Особенности клиники и фармакологическая коррекция астенических расстройств при сочетанной травме у военнослужащих // Вестн. Рос. воен.-мед. академии. — 2007. — № 2 (18). — С. 54-58.

62. Хальфин Р. А., Сенцов В. Г., Бровкин М. В., Бровкин В. А. Преждевременная смертность, обусловленная острыми отравлениями в Свердловской области, и ее социально-экономические последствия // Токсикол. вестник. — 2008. — № 1. — С. 4-8.

63. Чепур С. В., Юдин М. А., Быков В. Н. и др. Изменение структуры и функциональных свойств эндотелия сосудов гемоциркуляторного русла при токсическом холинопозитивном синдроме // Морфология. — 2006. — Т. 129, № 2. — С. 106.

64. Чепур С. В. Отдаленные органофосфатные нейро-патии: патогенез, профилактика и лечение // Токсикол. вестник. — 2010. — № 3. — С. 2-43.

65. Цыгвинцев А. А., Брындина И. Г. Влияние стресс-устойчивости на изменение фофолипидного состава префронтальной коры головного мозга крыс при иммобилизационном стрессе // Рос. физ. журн. им. И. М. Сеченова. — 2009. — Т. 95, № 8. — С. 830-836.

66. Шабанов П. Д. Новый противоастенический препарат с психоактивирующими свойствами // Леч. врач. — 2009. — №9. — С.80-81.

67. Шабанов П. Д. Применение метапрота в неврологии // Terra medica nova. — 2009. — № 3 (58). — С. 18-21.

68. Шабанов П. Д. Нейропротектор метапрот: механизм действия и новые клинические направления использования // Consilium medicum. Неврология и ревматология. — 2010. — Т. 12, № 2. — С. 140-144.

69. Шабанов П. Д. Клиническая фармакология метапрота: Метод. рекомендации для врачей. — СПб.: ВМедА, 2010. — 96 с.

70. Шабанов П. Д., Ганапольский В. П. Метеоадаптоген-ные свойства антигипоксантов // Эксперим. и клин. фармакол. — 2009. — Т. 72, № 6. — С. 36-41.

71. Шабанов П. Д., Зарубина И. В., Нурманбетова Ф. Н. Лечение посттравматической церебрастении анти-гипоксантами // Вестник Рос. воен.-мед. академии. — 2005. — № 2 (14). — С. 38-41.

72. Шабанов П. Д., Зарубина И. В., Новиков В. Е., Цыган В. Н. Фармакологические корректоры гипоксии / Под ред. А. Б. Белевитина. — СПб: Информ-навигатор, 2010. — 916 с.

73. Шкодич П. Е., Желтобрюхов В. Ф., Клаучек В. Р. Эколого-гигиенические аспекты проблемы уничтожения химического оружия. — Волгоград, 2004. — 235 с.

74. Юдин М. А., Быков В. Н., Сазонова А. В. и др. Подходы к анализу механизмов формирования отдаленных последствий интоксикации уничтожаемыми органофосфатами. Вопросы обеспечения химической безопасности в Российской Федерации. — М.,

2007. — С.187-189.

75. Adams P. J., Snutch T. P. Calcium channelopathies: voltage-gated calcium channels // Acta Myol. —

2008. — Vol. 27. — P. 98-113.

76. Ben-Dov C. Hartmann B. Lungren J. Valcarcel J. Genome-wide analysis of alternative pre-mRNA splicing // J. Biol. Chem. — 2008. — Vol. 283, № 5. — Р. 12291233.

77. Camerino D. C., Tricanico D., Desaphy J. F. Ion channel pharmacology // Nurotherapeutics. — 2007. — Vol. 4, № 2. — P. 184-198.

78. Catterall W. A., Striessnig J., Snutch T. P., Perez-Reye E. International union of pharmacology. XL. Compendium of voltage-gated ion channels: calcium channels // Pharmacol. Rev. — 2003. — Vol. 55. — P. 579-581.

79. El-Sherif N., Peralino R., Himel H. Role of pharmacotherapy in cardiac ion channelopathies //Urr. Vasc. Pharmacol. — 2009. — Vol. 7, № 3. — P. 358-566.

80. Ertel E. A., Campbell K. P., Harpold M. M. et.al. Nomenclature of voltage-gated calcium channels // Neuron. — 2000. — Vol. 25. — P. 533-535.

81. Foell J. D., Balijepalli R. C., Delisle B. P. et al. Molecular heterogeneity of calcium channel beta-Subunits in canine and human heart: evidence fordifferential sub-

♦ Информация об авторах Воробьева В. В. —

Кафедра фармакологии. Военно-медицинская академия им. С. М. Кирова. Санкт-Петербург, 194044, ул. акад. Лебедева, 6. E-mail: pdshabanov@mail.ru

Зарубина Ирина Викторовна — ведущий научный сотрудник кафедры фармакологии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова, доктор биологических наук, профессор. 194044, Санкт-Петербург, ул. акад. Лебедева, д. 6. Военно-медицинская академия им. С. М. Кирова, кафедра фармакологии. E-mail: I.V.Zarubina@inbox.ru

Шабанов Петр Дмитриевич — д. м. н., профессор, заведующий. Кафедра фармакологии. Военно-медицинская академия им. С. М. Кирова. Санкт-Петербург, 194044, ул. акад. Лебедева, 6. E-mail: pdshabanov@mail.ru

cellular localization // Physiol. Genomics. — 2004. — Vol. 17. — P. 183-200.

82. Kang T. M., Hilgemann D. W. Multiple transport modes of the cardiac Na+/Ca2+ exchanger // Nature. — 2004. — Vol. 427. — P. 544-548.

83. Ocimura T. Ogava M. Yamanchi T. Sasaki Y. Stress and immune responses (V. Adrenal involvement in the alteration of antibody responses in restraint-stressed mice) // Jap. J. Pharmacol. — 1986. — Vol. 41, № 2. — P. 237-245.

84. Petroianu G. A., Missler A., Zuleger K. et al. Enzyme reactivator treatment in organophosphate exposure: Clinical relevance of thiocholinesteratic activity of prali-doxime G // Appl. Toxicol. 2004. — № 24. — P. 429435.

85. Semenza G. L. Expression of hypoxia-inducible factor 1: mechanisms and consequences // Biochem. Pharmacol. — 2000. — Vol. 59. — P. 47-53.

86. Stroka D. M., Burkhardt T., Desballerts I. HIF — 1 is expressed in normoxia tissue and displays an organ — specific regulation under systemic hypoxia // FASEB J. — 2001. — Vol. 15. — P. 2445-2453.

87. Szabo I., Zoratti M. The mitochondrial megachannel is the permeability transition pore // J. Bioenerg. Biomemb. — 1992. — Vol. 24. — P. 111-117.

88. Weiergraber M. Hescheler J. Schneider T. Human calcium channelopathies Voltage-gated Ca2+ channels in etiology pathogenesis and pharmacotherapy of neu-rologicdisordens // Nervenartzt. — 2008. — Vol. 79, № 4. — P. 426-436.

PROTECTIVE EFFECTS METAPROT AND ETOMERZOL IN EXPERIMENTAL MODELS POISONINGS WITH HOUSEHOLD POISONS

Vorob'eva V.V., Zarubina I. V., ShabanovP. D.

♦ Summary: On model of acute intoxication of karbo-fos, dichloroethane and etilenglikoly (all 256 ± 8.7 mg/ kg) at rats studied mechanisms of protective action of derivatives of tiobenzimidazole (metaprot and etomer-zol) 25 and 50 mg/kg. Both preparations renewed of tolerance of physical activity, normalized activity of ASAT, ALAT, reduced levels of bilirubin, a creatinine and urea nitrogen. Impact on processes of lipid peroxidation was expressed in decrease in concentration low-new of dialdehyde and increase of levels restored of glutathione, indicators of endogenous intoxication were thus eliminated. Anti-hypoxemic, antioxidant, aktoprotek-torny, energotropny, reparation effects metaprot and etomerzol are proved.

♦ Key words: metaprot; etomerzol; protective effects; karbofos; dichloroethane; ethyleneglycol; intoxication; perekisny oxidation of lipids; antioxidant systems.

Vorob'eva V.V. —

Dept. of Pharmacology. Kirov Military Medical Academy. St.Petersburg, 194044, Acad. Lebedev street, 6, Russia. E-mail: pdshabanov@mail.ru

Zarubina Irina Viktorovna — Doctor of Biological Sciences (Pharmacology), Professor, Senior Researcher, Dept. of Pharmacology, Kirov Military Medical Academy, St.Petersburg, 194044, Acad. Lebedev street, 6, Russia. E-mail: I.V.Zarubina@inbox.ru

Shabanov Petr Dmitrievich — Doctor of Medical Sciences, Professor, Head of the Dept. of Pharmacology. Kirov Military Medical Academy. St.Petersburg, 194044, Acad. Lebedev street, 6, Russia. E-mail: pdshabanov@mail.ru