Областные верфи государственного масштаба

Доля судостроителей Ленобласти в структуре отгруженных товаров по обрабатывающим отраслям в 2020 году составила 2,3%, или 25 млрд рублей из более чем 1 тлрн рублей. На верфях и заводах задействованы около 4% от занятых в промышленном секторе региона. Якорными заказчиками областных судостроителей являются Министерство обороны и рыбопромышленные компании. Аналитики ожидают цифровизации верфей, которая позволит обновить оборудование, сократив сроки выполнения заказов.

В 2020 году российский рынок судостроения и кораблестроения по стоимости вырос на 67%, до 230 млрд рублей

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

На территории Ленобласти расположены такие ключевые судостроительные предприятия, как ОАО «Пелла» Герберта Цатурова и связанные с ним ЗАО «Пелла-Фиорд», ООО «Интро-Пелла», ООО «Рекордстрой» и АО «Гесер», ООО «Невский судостроительно-судоремонтный завод» и ПАО «Выборгский судостроительный завод» (НССЗ и ВСЗ), которые входят в Объединенную судостроительную корпорацию (ОСК), и ООО «Озерная верфь», специализирующееся на производстве скоростных катеров, сообщили “Ъ” в правительстве региона.

По данным статистической отчетности, в отрасли работают более 5,5 тыс. человек, или 4% от занятых в промышленном секторе региона. Средняя заработная плата за 2020 год составила 56,3 тыс. рублей. Судостроительная отрасль является составной частью промышленности области, на долю которой приходится в до 7% ВРП, говорит управляющий партнер экспертной группы Veta Илья Жарский. В целом, считает он, судостроение можно поставить в один ряд с автомобилестроением, химическим производством, нефтехимией и АПК.

Перспективные заказы

Крупнейшими игроками на региональном рынке являются «Пела», ВСЗ и НССЗ. Последний вошел в контур ОСК в 2019 году, когда корпорация завершила сделку по продаже Ришату Багаутдинову и Владимиру Касьяненко финской кораблестроительной верфи — Arctech Helsinki Shipyard, обремененной санкциями, получив €35 млн и Невский судостроительный-судоремонтный завод в Шлиссельбурге, принадлежавший ранее господам Касьяненко и Багаутдинову. По данным сервиса «Контур.Фокус», в 2020 году завод показал 4,7 млрд рублей выручки, а его прибыль составила более 600 тыс. рублей.

Для «Пеллы» и ВСЗ 2020 год стал убыточным. При выручке в объеме почти 11 млрд рублей «Пелла», специализирующаяся на ГОЗ, получила убыток 1,1 млрд рублей. В прошлом году верфь сдала малый ракетный корабль, три патрульных катера для Минобороны и суда для добычи краба. В целом у верфи восемь заказов рыболовецких судов в рамках программы «квоты под киль» для заказчиков из Мурманска и Дальнего Востока. В 2019 году завод впервые получил заказ на строительство ледокола 18 МВт для дальневосточного бассейна Росморпорта. Строительство аналогичного ледокола для Балтики сейчас разыгрывается на конкурсе, но из-за низкой стоимости (цена контракта — 10,5 млрд рублей) аукцион уже не раз переносили.

ВСЗ в 2020 году увеличил убыток на 15%, до 2 млрд рублей, выручка предприятия сократилась на 10%, до 4,6 млрд рублей. В отличие от «Пеллы», активно расширявшей гражданский портфель, Выборгский завод, наоборот, усилил работу по гособоронзаказу. Верфь, изначально специализирующаяся на строительстве ледоколов, судов снабжения, рыболовных траулеров, а также буровых платформ для разработки морских шельфовых месторождений, в середине прошлого года заложила патрульный ледокол для ФСБ, стоимость которого оценивается в 20 млрд рублей. А в июле 2021 года верфь сообщила о закладке научно-исследовательского судна для нужд Российской академии наук и исследований в Мировом океане. Впрочем, собеседники “Ъ” не исключали, что это может быть судно двойного назначения. В феврале 2021 года в «Российской газете» уже появилась информация о закладке на верфи судна, названного в память о начальнике главного управления глубоководных исследований Минобороны РФ вице-адмирале Алексее Буриличеве, для проведения исследований и специальных работ в дальней морской и океанских зонах, на которой присутствовали представители Минобороны. Впрочем информация позже была удалена. Сейчас на верфи законтрактовано восемь траулеров общей стоимостью 22,4 млрд рублей. Аудиторы верфи не раз высказывали сомнения в отношении непрерывности деятельности завода, так как стоимость чистых активов верфи за три последних года меньше уставного капитала и имеет отрицательное значение. Наличие в профиле ГОЗ может обеспечить предприятию господдержку, отмечали собеседники “Ъ”.

Прогноз рынка

В 2020 году российский рынок судостроения и кораблестроения по стоимости вырос на 67%, до 230 млрд рублей. Совокупный тоннаж сданного флота вырос на 59%, до 542 тыс. тонн. Однако количество сданных заказов упало на 8%, до 94 судов. При этом количество сданных заказов сократилось именно в гражданском судостроении — почти на 18%, до 62 единиц, в военном же увеличилось на 18%, до 32 кораблей. В то же время 2021 год может показать еще больший рост стоимости сданных заказов, впрочем, не исключено падение объемов в 2022 году.

Как отмечается в исследовании Infoline, сегмент кораблестроения частично увеличился за счет флота, срок сдачи которого неоднократно переносился. Второй год подряд совокупная стоимость гражданских судов превышает долю ГОЗ — 126 млрд рублей (55%) против 103 млрд рублей (45%) соответственно. По оценкам агентства, более 40% совокупной стоимости сданных судов приходится на ледоколы. Как отмечается в исследовании, до 2030 года перспективными направлениями будут крупнотоннажное судостроение, в первую очередь для обслуживания объектов ТЭК, рыбопромысловый и ледокольный флот. В рамках программы инвестиционных квот продолжится строительство рыбопромысловых судов: к 2021–2022 годам строительство серийных рыболовных судов российскими верфями должно выйти на уровень до 10–15 штук ежегодно. Кроме того, продолжится активное строительство ледокольного флота в рамках развития Севморпути и шельфовых добычных проектов.

Цифровизация верфей должна обеспечить основу для расширения продуктового ряда портфеля заказов предприятия, включая диверсификацию, а также увеличить экспортный потенциал. Пилотные проекты «цифровой верфи» реализуются на предприятиях Северо-Запада. По оценкам главы АО «Центр технологии судостроения и судоремонта» (ЦТСС) Михаила Александрова, цифровые технологии позволят сократить сроки подготовки производства и строительства судов в 2,5–3 раза. Кроме этого, снизится трудоемкость строительства, что позволит успешно конкурировать с верфями Южной Кореи и Китая, лидерами на мировом рынке судостроения.

В рамках модернизации производства работы ведутся на «Пелле» и НССЗ, «Гесер» и ВСЗ также осуществляют техническое перевооружение, сообщили “Ъ” в правительстве Ленобласти. Общий объем инвестиций за 2019 год превысил 222 млрд рублей. Регион обладает мощнейшим потенциалом и портфелем предприятий в области судостроения, ремонта судов и производства судового комплектующего оборудования, что обеспечивает значительный вклад в экономику области, считает господин Жарский. Он напоминает о существовании ассоциации «Кластер производителей судового оборудования и предприятий судостроительной отрасли», цель которой — обеспечение обмена соответствующим опытом и эффективным взаимодействием между предприятиями. Среди ключевых рынков сбыта для предприятий Ленобласти — внутренний российский рынок: госзаказ и частные заказы, причем одно из приоритетных направлений — с заказчиками, ориентированными на работу на Севморпути в Арктике, подчеркивает он.

Более пяти лет назад Ленобласть представила меры поддержки для инвесторов и участников кластера: так, предприятия могут рассчитывать на снижение ставки налога на прибыль организаций с 18% до 13,5%, понижение ставки налога на имущество организаций с 2,2% до 0%, снижение налоговой ставки на прибыль организаций в рамках СПИК (17% до 5%).

Отрасль будет продолжать развиваться по пути реализации цифровых программ и интеграции в производственный процесс новейшей роботизированной техники для достижения большей эффективности и выпуска новой продукции, соответствующей международным стандартам, что позволит быть более конкурентоспособными на международном рынке, соглашается господин Жарский. Основные процессы цифровой трансформации заключаются в покупке, установке и обслуживании дорогостоящего оборудования, которое потребует привлечения соответствующих кадров. Затраты на такое оборудование исчисляются миллионами долларов, что даст значительные конкурентные преимущества, так как ускорит производственный процесс и сократит сроки выполнения заказов, уверен господин Жарский. Однако по мнению господина Александрова, необходимо перейти от «островной автоматизации», характеризующейся внедрением отдельных станков, машин и линий с ЧПУ, к созданию полностью цифровизированных производств, в первую очередь корпусообрабатывающего, сборочно-сварочного и трубообрабатывающего.