Исламизм и общество в Турции в 90-е годы XX века

Политология и экономика

В.И. Абдуллаева

ИСЛАМИЗМ И ОБЩЕСТВО В ТУРЦИИ в 90-е годы ХХ века

В статье рассматривается деятельность мусульманских партий в Турции. Автор изучает эволюцию отношения турецкого правительства к возрастающему влиянию политического ислама на местное население. Наиболее важными сферами деятельности мусульманских активистов, по мнению автора, являются «работа с населением», особые социальные программы, направленные на помощь бедным слоям, с целью приобрести как можно больше сторонников и увеличить тем самым свой политический вес. Благодаря таким методам исламские политические партии становятся более популярными и влиятельными в современной Турции.

Ключевые слова: исламизм, исламские партии, активисты, общественное мнение, выборы, участие населения, местные ячейки, популизм, городская культура.

В политических кругах Турции сохраняют актуальность вопросы: Что несет исламизм Турции? Следует ли ожидать от усиления влияния исламистских движений лучшего или худшего? Создан ли уже «единый фронт сторонников шариата»?1 Получают ли исламисты поддержку извне (в том числе со стороны «сверхдержавы» - США), или их нужно рассматривать как продукт внутреннего развития турецкого общества? Несет ли исламизм с собой заряд разрушения, или он нацелен на созидание чего-то нового? Насколько велика в Турции поддержка среди разных слоев населения данных взглядов и учений? Какова роль духовенства и духовной элиты общества (в том числе бывших шейхов суфийских братств) в том явлении, которое принято называть исламизмом?

Если ранее, скажем, в 70-х годах, главной опасностью и угрозой для правящих кругов Турции считалось левое движение, то в последующий период на первое место выдвинулась исламистская

оппозиция. Это явление часто именуется в литературе «политическим исламом»2.

В начале 90-х годов ХХ в. исламистская партия «Рефах», которая, по сути, далеко не представляла весь спектр мусульманских и «околомусульманских» движений в Турции, неожиданно для многих политиков стала быстро набирать популярность и вес в общественном мнении. Основные политические партии страны вынуждены были признать ведущую роль «Рефах» в политической жизни Турции после ее победы на местных выборах 1994 г. и в особенности после ощутимой победы на парламентских выборах 1995 г., когда «Рефах» набрала наибольшее число голосов среди всех политических партий.

Людей, придерживающихся «традиционных» взглядов, нельзя считать поголовно фанатиками, вопреки тому, как их пытаются представить многие западные средства массовой информации. Эти люди не могут и не должны становиться европейцами во что бы то ни стало, как этого хотят (по крайней мере, на словах) некоторые бескомпромиссные журналисты, защищающие «западные» ценности и пытающиеся навязать их всему остальному миру. Так называемые исламисты - это многослойное движение, объединяющее различные элементы, нередко противоположные по своему пониманию жизни, которые вступили в те или иные организации зачастую по корпоративному принципу, в силу давних связей или общего происхождения из той или иной местности. Современная американская исследовательница Дж. Уайт начала интересоваться активистами (и активистками) исламских движений уже после местных выборов 1994 г., которые привели партию «Рефах» к власти во многих муниципальных образованиях. В Турции Дж. Уайт интервьюировала и «наблюдала» многих активистов и должностных лиц на местном и национальном уровнях, включая и тогдашнего «исламистского» мэра Стамбула, нынешнего премьер-министра Турции Реджепа Таййипа Эрдогана. Она посещала предвыборные собрания и партийные митинги3.

При изучении исламистских движений в Турции, в том числе и партии «Рефах», следует учитывать, что в стране существует наряду с официальным общественным мнением (которое поддерживается кругами, близкими к правящей светской элите) также и неофициальное, которое с некоторой долей условности можно назвать исламским. Последнее мнение не всегда высказывается открыто и не всегда находит отражение в печатных изданиях, в теле- и радиопрограммах. Идеологические принципы, о которых идет речь, в настоящее время не могут быть достаточно четко сформулированы, поскольку они существуют в сознании масс и проявляют себя не в

виде каких-либо записанных на бумаге документов, трактатов и статей, но, скорее, в виде довольно трудно поддающихся контролю «внутренних убеждений», которые дают о себе знать, в первую очередь, в тех случаях, когда высказывается отношение к каким-либо конфликтным ситуациям (как вне страны, так и внутри нее).

Несмотря на все попытки светского режима контролировать все публичные проявления мусульманской практики вплоть до назначения в мечети имамов-проповедников (хатибов) и цензурного просматривания их проповедей, исламская партия прорвалась к власти. В тот период общество широко обсуждало вопрос о том, следует ли вообще разрешать исламским партиям участвовать в политической системе страны. Но закрытие и роспуск в 1997 г. партии «Рефах», пришедшей к власти легитимным путем, посредством демократических даже с точки зрения западной риторики выборов, не могли не вызвать конфликта в общественном мнении. Активисты партии «Рефах» на местах не были, по словам Дж. Уайт, сильно расстроены политическим запретом деятельности партии. Они сохраняли уверенность в том, что даже после этого ничего не изменится, так как «Рефах» - это не политическая партия, а социальное движение. Даже если несколько политиков потеряли свою работу, само движение от этого не пострадало, так как оно основывается на широком социально-политическом участии населения в рамках так называемых «сетей» (networks)4.

Движение исламистов в Турции в 90-е годы ХХ в. и в первые годы XXI в. представляет собой политический процесс, который перерос рамки локальных организаций и который объединяет в настоящее время значительные группы населения различного происхождения под лозунгом национальной политики5.

Внутри исламистского движения людей соединяет не политическая либо религиозная идеология и даже не какой-либо тип организации, но прежде всего это движение коренится в локальной культуре, основано на личном взаимодействии и личных связях, над которыми уже надстраиваются различные организационные формы. Активисты «Рефах» приложили немало усилий, действуя на уровне личных взаимоотношений, личных, доверительных связей, разработав свое политическое кредо на основе принятого в обществе культурного кода и взаимосвязанных мероприятий, таких как призывы к благотворительности, митинги в защиту свободы религии, проводимые возле мечетей, беседы с глазу на глаз (в том числе среди женщин) и т. д.6

На рамазан, во время мусульманского поста, активисты «Рефах» устраивали палатки с едой (причем бесплатно), чтобы бедные рабочие могли разговеться после захода солнца, не отправ-

ляясь домой. Они продавали дешевые канцелярские товары перед началом учебного года, устраивали продажу дешевой одежды. Пропаганда «Рефах» строилась на том, что, хотя Турция и не является демократической страной, партия «Рефах» действует истинно по-демократически. Каждую среду Т. Эрдоган устраивал в мэрии «день открытых дверей» (а§1к оШшт), принимая всех желающих, всех, у кого были к нему какие-либо просьбы. Вместе с подобным популизмом партия «Рефах» в лице своих активистов критиковала форму правления Турции, когда органы политической власти контролируются Советом национальной безопасности, в котором ведущую роль играют военные. Говорилось о том, что такое устройство несовместимо с понятиями демократического образа правления. Однако в практической деятельности членам «Рефах» следовало руководствоваться не демократическими ценностями, а «исполнять волю Аллаха»7.

Аудитория, к которой обращались активисты «Рефах», была неоднородной и состояла из представителей разных общественных групп - бедняки, живущие на окраинах городов, торговцы, предприниматели, промышленная буржуазия и, наконец, интеллигенция. Особое место в пропаганде партии «Рефах» уделялось женщинам, число которых среди членов партии в 90-е годы значительно возросло. Хотя женщины не занимали высоких постов в руководстве партии, они в середине 90-х годов развивали собственные организационные формы на местах и добились внутри этих организаций лидирующих позиций8. Местные ячейки (хюджре) исламистов образуют «живую ткань» исламского движения в Турции. Чувство коллективизма и взаимовыручки характерно не только для сельского населения Турции, но и для урбанизированного третьего сословия городов.

В партии могли состоять люди с совершенно различным уровнем дохода и правами собственности, но характерным явлением в общественной практике «Рефах» было то, что даже наиболее богатые и состоятельные из числа ее членов стремились показать, что они живут «как простые люди». При обсуждении исламских практик делался упор не на социальный статус тех, кто воплощает их в жизнь, а на культурный и исторический аспекты. В противовес кемалистской бюрократии (военной и гражданской) выдвигалась на первый план альтернативная городская культура недавних переселенцев из сельских районов Анатолии, которые составляли в 80-х годах ХХ в. уже весомую часть электората и согласно с мнением которых действовала партия «Рефах», открывая новые образовательные учреждения, создавая базу для подготовки своих кадров на основе религиозного обучения. Таким образом, был сделан шаг

к созданию новой элиты, призванной конкурировать с кемалист-ской бюрократией и постепенно заменить ее.

Женщины стали важной составной частью политических и гражданских «сетей», базирующихся на принципе взаимопомощи (имедже). Они агитировали, организовывали и участвовали в демонстрациях, посещали предвыборные собрания. Активистки партии «Рефах», многие из которых происходят с рабочих окраин больших городов, привлекли значительную часть голосов и обеспечили победу «Рефах» на выборах 1994 и 1995 гг. Ячейки «Рефах» состояли из людей, которые в жизни были соседями, хорошо знали друг друга и имели в прошлом опыт взаимной поддержки и взаимосвязей в рамках традиции имедже. В отличие от имедже принцип химайе (покровительство) предусматривает заботу более удачливых членов рода, семейства или общины и взаимные обязательства таких членов и остальных представителей данной группы. Химайе предполагает неравные отношения по принципу «патрон - клиент». Химайе на общественном уровне означает также моральную готовность оказывать поддержку более слабым и менее удачливым членам социума. Имедже и химайе - центральные принципы организации экономической и политической жизни в среде мигрантов и рабочего класса.

Более радикальные идеологи «Рефах», такие как Реджеп Таййип Эрдоган (нынешний премьер правительства Турции) и Абдуллах Гюль (впоследствии министр иностранных дел в правительстве Эрдогана), предполагали тем не менее постепенные изменения внутри существующей системы, а отнюдь не полное устранение данной системы путем насильственного вмешательства и незаконных действий9. Н. Эрбакан воспринимался внутри партии как политик старой школы, своего рода патриархальный лидер, в отличие от молодого энергичного Реджепа Таййипа Эрдогана (род. 1954 г.), выпускника лицея имамов-хатыбов и стамбульского университета Мармара. Для избирателей и акстивистов Эрбакан был баба (старейшиной), в то время как Эрдоган позиционировал себя как «соседа по лестничной клетке», «такого же, как все»10. Эрдоган будто пропагандировал определенный образ жизни, имидж хорошего соседа, доброго мусульманина, отказавшись от покровительственного тона по отношению к избирателям. Гуманность Эрдогана и его стремление «учиться быть демократичным» привлекали к нему людей еще в бытность его мэром Стамбула11.

«Рефах» справедливо воспринималась многими аналитиками как «партия протеста». Она получала голоса тех групп, которые были недовольны растущей коррупцией и некомпетентностью остальных политических партий, кроме того, привлекала к себе

сердца крестьян и рабочих из предместий (варошей) своим религиозным «посланием» к массам12. Исламские фонды (вакфы) иногда косвенным образом «покупали» голоса, раздавая пищу, уголь, канцелярские принадлежности и одежду. Пропагандистская машина партии была организована очень хорошо и по-современному -издавались красочные, цветные проспекты и журналы, использовались другие средства для пропаганды идей партии.

Исламистский капитал базировался на личных, неформальных связях. Ислам предписывает не разобщение, а сотрудничество, кооперацию и взаимное доверие между рабочими и предпринимателями - такова основная «классовая» идея партии «Рефах». При этом партия подчеркивала, что она прилагает усилия к сохранению традиционных ценностей, с уважением относится к образу жизни народных масс. Именно отсутствие экономической безопасности и гражданских прав перед лицом мощного государственного аппарата способствовало распространению исламистских «утопических» идей. «Рефах» позволяла жить в соответствии с мусульманским законом и в то же время активно участвовать в политической жизни. Партии «Рефах» удалось перехватить у левых сил лозунг борьбы с бедностью, требование доступного образования и здравоохранения, однако все эти социальные моменты рассматривались уже в контексте восстановления веры, попранной в своих основах кема-листами и их западными хозяевами. Так возникло значительное общественное движение, которое частично переняло лозунги левой оппозиции и которое было достаточно разнородным по составу, по намерениям и чаяниям участников.

Хадисы пророка приводились для подкрепления положения о равном распределении благ и о необходимости взаимной поддержки среди своих ближних. Эта взаимопомощь получала, таким образом, ритуальное значение, что находило отражение и в символике партийных логотипов (например, дерево, на котором растут серд-ца)13. Работа в партии «Рефах» изображалась как «служение народу, служение ближнему», подразумевающее бескорыстную отдачу, отсутствие расчета на обогащение за счет ближнего, соседа. Часто использовался термин хузур (душевное спокойствие) для передачи идеала, к которому партия стремится14.

Партия «Рефах» базировалась на системе ассоциаций, благотворительных фондов и местного самоуправления, благожелательно настроенных по отношению к ней. При этом, согласно турецкому законодательству, гражданские организации не могут быть прямо подчинены политическим партиям15. Участники этих организаций считали себя частью общественного движения, одной из форм которого на национальном уровне была партия «Рефах». Исламские фон-

ды координировали деятельность бизнесменов-исламистов, вносивших дарения, распоряжавшихся их судьбой, с деятельностью самой партии и отдельных ассоциаций. Фонды (вакфы) имели долгую историю и пользовались в Турции известной долей уважения и самостоятельности, свободой от контроля государства.

Фонды входили, так сказать, в добровольную «группу поддержки» партии «Рефах», хотя вся эта система была вполне свободна от влияния религиозных братств или сообществ16. При этом местные власти, подконтрольные «Рефах» (муниципалитеты), также выполняли координирующие функции. В благотворительной деятельности для помощи народу были задействованы и фонды, и муниципалитеты, и партия.

Некоторые исламистские организации занимались только образовательной сферой (сторонники Фетхуллаха Гюлена), другие стремились прежде всего «накормить народ»17. Как правило, помощь была одноразовой (чтобы предотвратить паразитизм под видом бедности). Только одинокие вдовы могли рассчитывать на более или менее продолжительную поддержку. Считалось, что народ не должен становиться зависимым от помощи извне. Исламские фонды не поощряли лень простолюдинов.

Примечания

1 Киреев Н.Г. Религиозный экстремизм - угроза внутренней стабильности Турции // Ближний Восток: проблемы региональной безопасности. М., 2000. С. 96.

2 Киреев Н.Г. Светскость или шариат: раскол в турецком обществе на пороге XXI века // Ближний Восток и современность. Вып. 6. М., 1999. С. 63.

3 White J.B. Islamist mobilization in Turkey. Seattle; London, 1998. P. 23-28.

4 Ibid. P. 5.

5 Ibid. P. 6.

6 Ibid. P. 7.

7 Ibid. P. 12.

8 Ibid. P. 19.

9 Ibid. P. 118.

10 Ibid. P. 138.

11 Ibid. P. 139.

12 Ibid.

13 Ibid. P. 160.

14 Ibid. P. 162.

15 Ibid. P. 178.

16 Ibid. P. 180.

17 Ibid. P. 183.