Уж «Брексит» близится

Уж «Брексит» близится

Завсектором стратегических оценок ИМЭМО РАН Сергей Уткин — о вызовах, стоящих перед новым британским премьером

У нового британского премьер-министра Бориса Джонсона остается три месяца, чтобы сдержать обещание и вывести Великобританию из Евросоюза до 1 ноября. Треть этого времени — до 3 сентября — парламент остается на каникулах, что дает Джонсону определенную фору — возможность встретить первые острые дебаты в Палате общин во всеоружии, доказывая, что его правительство способно подготовиться к «Брекситу» и знает, что делать. Премьер проводит интенсивные переговоры в своей стране и за рубежом, одновременно призывая Евросоюз к большей сговорчивости и настаивая на реалистичности выхода из ЕС без заключения соглашения. Чем меньше выход без соглашения будет походить на катастрофу, тем больше у Бориса Джонсона шансов заручиться политической поддержкой, которая не позволит парламенту взбунтоваться и повести дело к новым выборам, очередной отсрочке или вовсе отмене «Брексита».

Союзники внутри страны премьеру важнее зарубежных.

В первую очередь это союзники в его собственной партии. В последнем туре партийных выборов Джонсон победил с преимуществом в две трети голосов, но это не гарантирует ему поддержки каждым парламентарием-консерватором тех спорных решений, за которые избиратели призовут к ответу. Если дела у правительства пойдут неважно, с консервативного корабля непременно побегут.

Правительство консерваторов пока поддерживают ирландские юнионисты, для которых принципиален вопрос Северной Ирландии, где жители острова хотели бы сохранить неконтролируемую границу с остающейся в ЕС Республикой Ирландия. Джонсон настаивает на изъятии из достигнутого с Брюсселем соглашения гарантийного принципа, предполагающего возможность мер таможенного контроля в пределах одного суверенного государства — между Северной Ирландией и Великобританией. Евросоюз убежден в невозможности изменить согласованный юридически обязывающий текст так и не ратифицированного соглашения и предлагает поработать над приложенной к соглашению политической декларацией, что британцев не устраивает.

Выход без соглашения пугает ирландцев едва ли меньше, чем сохранение гарантийного принципа, значение которого многие эксперты, в отличие от политиков, не склонны драматизировать. Убежденные сторонники жесткого «Брексита» уверяют, что поскольку ни Республика Ирландия, ни Великобритания не заинтересованы в появлении контроля на границе, то ему будет неоткуда взяться. Их оппоненты не разделяют оптимизма — при установлении британскими властями отличных от ЕС таможенных правил граница потребуется.

Еще большей проблемой для Бориса Джонсона может стать поиск общего языка с Шотландией — вотчиной противников «Брексита», многие из которых мечтают о независимости. Чем более хаотичной становится британская политика, тем больше шотландцев не желают иметь с ней ничего общего. Недостаточно большая, но заметная группа решительных оппонентов «Брексита» в парламенте также готовится дать правительству решающий бой, до последнего дня изыскивая возможности оставить страну в ЕС.

Главные оппоненты Консервативной партии — лейбористы, хотя и заигрывают с идеями второго референдума и досрочных выборов, видимо, все же ориентируются на то, что «Брексит» будет реализован руками консерваторов, которые будут нести полную политическую ответственность за все проблемы, после чего лейбористы смогут собрать протестные голоса избирателей. Консерваторам уже нечего терять, их последняя ставка сделана на то, что «Брексит» окажется совсем не так страшен, как его малюют.

Отчаянная игра консерваторов ставит зарубежных партнеров Великобритании перед дилеммой. Легко поддерживать правительство Бориса Джонсона на словах, как это делает американский президент Дональд Трамп. Но когда с британцами нужно будет заключать торговые соглашения, принимая во внимание интересы своей экономики, лоббистов и риски, связанные с неурегулированными отношениями Брюсселя и Лондона, многие партнеры окажутся куда более сдержанными. При всей важности соседнего Евросоюза и Соединенных Штатов список британских торговых партнерств может пополниться весьма неожиданными странами — не по принципу цивилизационной близости, а по готовности открывать свои рынки и идти на компромиссы в торговой политике, которые на Западе часто блокируются профсоюзным движением.

В прошлом Борис Джонсон не скупился на комплименты китайскому руководству, утверждая, что настрой британской политики вполне «прокитайский». Большинство стран и интеграционных объединений крайне осторожно относятся к перспективам свободной торговли с Китаем, опасаясь, что экономический гигант их задавит. Но Великобритания все же одна из ведущих экономик мира, лучше многих других подготовленная к рыночной конкуренции. Выстроить взаимодействие с Китаем так, чтобы не потерять на этом — одна из сложнейших задач британской политики будущего. Параллельно будут наводиться мосты и с другими азиатскими экономическими «тиграми».

Хотя задача поиска общего языка с Евросоюзом никуда не уйдет, добиться результатов после «развода» для Великобритании здесь может оказаться сложнее, чем в отношениях с другими интеграционными структурами. Вполне можно представить себе достижение британцами договоренности с южноамериканским блоком МЕРКОСУР по следам его недавнего соглашения с ЕС.

В то время как британо-российские отношения переживают сложный период, переговоры между Великобританией и Евразийским экономическим союзом где-нибудь в Нур-Султане тоже стали бы интересным ходом, позволяющим деликатно обойти двусторонние противоречия, особенно с учетом перспектив целого ряда «шелковых путей» через Евразию. До реализации многих из этих инициатив правительство Бориса Джонсона может и не дожить, но, чтобы запустить процессы, его решительность может оказаться очень кстати.