Московскому студенчеству с искренней благодарностью. . . (Лев Толстой и Московский университет)

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 10. ЖУРНАЛИСТИКА. 2008. № 5

К 180-летию со дня рождения Л. Н. Толстого К 100-летию написания статьи "Не могу молчать"

"Московскому студенчеству с искренней благодарностью..."

1908 год проходил под знаком чествования Льва Толстого: 28 августа ему исполнилось 80 лет. Юбилей великого писателя, мыслителя, публициста, к голосу которого прислушивался весь мир, превратился в крупное общественно-политическое событие.

Уже в начале года был образован "Комитет почина", в который вошли многие писатели и общественные деятели: В. Г. Короленко, И. А. Бунин, П. Н. Милюков, С. А. Муромцев, П. Б. Струве, Е. Н. Трубецкой и др. По примеру Петербургского (Всероссийского) комитета почина возникли аналогичные комитеты в Москве и в других городах России, преимущественно при университетах.

После отказа Л. Толстого от проведения празднования и прекращения деятельности Комитета почина инициатива чествования маститого юбиляра перешла к представителям прессы. Проходивший в Петербурге 22 — 25 июня 1908 г.1 первый Всероссийский съезд русской периодической печати, вошедший в историю русской журналистики как "толстовский съезд", принял постановления и наметил программу "ознаменования 80-й годовщины рождения" своего великого современника. Возглавившие съезд М.М. Ковалевский, П.Н. Милюков, М.М. Федоров, В.В. Водовозов, В.Я. Богучарский предложили обратиться в редакции столичных и провинциальных газет и журналов с просьбой "оказать содействие" в организации "национального праздника". "В Англии есть Шекспир, в Германии — Гете, у нас — Лев Толстой... На нашем обществе лежит обязанность увековечить те духовные богатства, которые дал миру гений Толстого", — таков был лейтмотив выступа-ющих2.

Писатели и журналисты горячо откликнулись на призыв отметить знаменательную дату великого писателя, который "поднял печатное слово на недосягаемую высоту" (В. Короленко); будущий историк русской цензуры М. Лемке писал Толстому: «Вы ... наш,

1 Заметим, что 21 июня 1908 г. в клубе общественных деятелей на Моховой улице, 36 состоялось "предварительное ознакомление участников съезда друг с другом".

2 Богучарский В.Я. Литературный дом-музей имени Л.Н. Толстого в Петербурге. (Доклад первому Всероссийскому съезду печати 22 июня 1908 г.) Спб., 1909. С. 308.

8 ВМУ, журналистика, № 5

журналистов, старший товарищ, старейшина. Одно сознание: "Да, ведь я по профессии товарищ Толстого" — я убежден, спасло не одного журналиста от нравственного падения»3.

Русская пресса сделала все, чтобы "достойно почтить" Толстого — в газетах быша введена рубрика "К юбилею графа Л.Н. Толстого", ежедневно публиковались материалы о Толстом, интервью с ним; отдельные толстовские номера изданий присылались в редакцию газеты "Слово" и журнала "Минувшие годы".

Юбилейные комитеты по чествованию Толстого возникли во многих странах: в Англии под председательством Р. Киплинга и главного библиотекаря Британского музея Ч.Т. Райта (адрес подписали более 800 человек, среди них Б. Шоу, Г. Уэллс, В. Ирвинг, Дж. Мередит), во Франции — А. Франс, Ж. Жорес, в Германии — Г. Гауптман, приславший в Ясную Поляну телеграмму: "Великому человеку в глубочайшем изумлении выражение самых теплых пожеланий".

Юбилей Толстого совпал с ожесточенным разгулом репрессий, смертные казни стали "бытовым явлением" тогдашней России. В 1908 г. количество смертных приговоров и "столыпинских галстуков" достигло наивысшей точки, в июне мир был потрясен небольшой по объему, но яркой взволнованной статьей Льва Толстого "Не могу молчать", ставшей манифестом русской публицистики.

В статье Толстой возвысил свой голос художника и публициста против смертной казни. Он не мог мириться с тем, что Россия превратилась в страну, где смертная казнь стала будничным и массовым явлением. Потрясенный совершающимися казнями он восклицает:

"Нельзя так жить.

Я, по крайней мере, не могу так жить, не могу и не буду. Затем я и пишу это и буду всеми силами распространять то, что пишу, и в России и вне ее..."

Страстное публицистическое выступление Толстого вызвало широкий общественный резонанс. "Прав Лев Толстой — лучше петля или тюрьма, нежели продолжать безмолвно ежедневно узнавать об ужасных казнях, позорящих нашу родину, и этим молчанием как бы сочувствовать им. Миллионы, десятки миллионов людей, несомненно, подпишутся под письмом нашего гения... Прошу редакцию присоединить мое имя к этому списку", — заявил И. Репин в письме в газету4.

Опубликованная во многих странах статья в России появилась лишь в выдержках на страницах нескольких газет, вызвав целую

3 Петровицкая И.В. 200-летний юбилей печати и два юбилея Л. Толстого // Из истории русской журналистики. 1702—2002 : Сб. ст. М., 2002. С. 142.

4 Слово 1908. 10 июля

"эпидемию штрафов". Незадолго до юбилея во все редакции было разослано предостережение цензуры против любого упоминания в печати о протесте Л. Толстого против смертной казни. Последовало циркулярное распоряжение московского градоначальника "о недопущении чествования гр. Л.Н. Толстого в низших и средних учебных заведениях". Свое отношение к предстоящему торжеству высказал министр внутренних дел П.А. Столыпин5. Черносотенная пресса усилила травлю писателя: в его адрес звучали брань и прямые угрозы. Среди множества писем, полученных Толстым, сочувственных и "ругательных" (как он их называл), оказалась и страшная посылка с веревкой; ему был дан совет: "не утруждая правительство", самому "затянуть намыленную петлю на своем старом горле".

Официального чествования Л.Н. Толстого не состоялось, отмечать юбилей Толстого, объявленного "неблагонадежным", "противогосударственным" писателем, было "не велено". "Тут есть над чем поплакать и посмеяться, или и то и другое вместе", — сетовал П.Б. Струве. Это "какое-то национальное оскорбление, какая-то безысходная нелепица"6.

Но ко дню 80-летия в Ясной Поляне было получено свыше 2 000 приветственных телеграмм и писем, многие из которых пере-печатывались газетами. 28 августа 1908 г. телеграфисты "провели бессонную ночь за беспрерывным приемом телеграфной корреспонденции", в которой "выразилась вся любовь русского народа к Льву Толстому".

Были поздравления от петербургской и московской городских дум, различных обществ, товариществ, редакций газет и журналов. Волна приветствий от университетов — Петербургского, Московского, Киевского, Харьковского, Казанского, почетным членом которого Толстой был избран в 1908 г. Из Праги — приветственный адрес Всеславянского студенческого съезда7.

Русская пресса пристальное внимание уделяла чествованию Толстого в студенческой среде, где горячо обсуждались предложения об учреждении фонда Л. Толстого, стипендий его имени, издании посвященного ему сборника, раздаче его книг. Наиболее подробную информацию о юбилейных мероприятиях в петербургском и московском университетах давали газеты "Речь", "Русские ведомости", "Слово", "Голос Москвы", "Русское слово", "Русь", присылавшиеся в Ясную Поляну.

5 Циркуляр министра внутренних дел П.А. Столыпина о праздновании юбилея Л.Н. Толстого // Толстой и о Толстом: Новые материалы: / Толстовский музей. М., 1924. Сб. 1. С. 81—83.

6 Струве П. Не велено // Слово. 1908. 27 августа

7 Славяне и Толстой // Биржевые ведомости. 1908. № 10559, 18 июня.

Предполагая, что "гр. Толстой не был бы против устройства фонда его имени среди московского студенчества, а также против освещения и популяризации его идей", студенты Московского университета решили организовать "Толстовские вечера", на которых студенты, вольнослушатели и вольнослушательницы прочитали бы свои рефераты. Сообщался и точный адрес для желающих отправить свои заявки: Покровка, д. Титова, кв. 208.

Позже были опубликованы темы и фамилии авторов рефератов: "Общественные идеалы Л.Н. Толстого" — H.H. Русов; "Лев Толстой и русская интеллигенция" — В.Г. Шмерлинг; "Лев Толстой и польское общество" — И. Гумовский; два реферата —"Три источника творчества у Толстого: художественный талант, скептицизм и вера" и "Идея непротивления Толстого, как концепция русской жизни" — А. Кузьмин; "Лев Толстой и христианство" — В.П. Свенцицкий (религиозно-философский публицист, автор яркой статьи "Положительное значение Л. Толстого", уже опубликованной в январской книжке журнала "Живая жизнь").

Было задумано издание посвященного Толстому сборника, в котором приглашали принять участие авторов студенческих рефератов, а также критиков, писателей и "других лиц литературного и научного мира", что было вполне закономерно: в университетском сборнике были затронуты самые злободневные темы юбилейных публикаций 1908 г. — "Толстой и интеллигенция", "Толстой и религия", поставленные в статьях С. Франка, В. Розанова, Д. Мережковского, Н. Бердяева.

Близкие им выступления прозвучали со страниц изданий московской профессуры — "Московского еженедельника" E.H. Трубецкого и Н.В. Давыдова (Василича) и "Критического обозрения" М.О. Гершензона, А.А Мануилова, А.И Чупрова, А. Белого9.

В своей редакционной заметке "К юбилею Л.Н. Толстого", вызвавшей в печати оживленную полемику, профессор Московского университета, кандидат в товарищи председателя Психологического общества при Московском университете, кн. E. Н. Трубецкой утверждал, что "Толстому для популярности не хватает ... политического паспорта", и за "невозможностью применить к нему критерий политической благонадежности" у интеллегенции "не оказалось никакого критерия для суждения о нем"10.

Комитет почина Московского университета объединил более 100 университетских студенческих организаций. Был избран коми-

8 Русские ведомости. 1908. № 86. 12 апреля

9 См.: Валентинов Н. Встречи с Андреем Белым. Глава Пленение Андрея Белого "Вехами" Гершензона. // Воспоминания об Андрее Белом. М., 1995. С. 136.

10 Московский еженедельник. 1908. № 34. 30 августа.

тет (из 11 человек) "с широким правом кооптации" под председательством Н. Н. Русова. В его состав вошли студенты: Н. Русов — от общества искусств и изящной литературы, В.Г. Шмерлинг и Шипов — от общества юристов, Смирнов — от общества естественников, Ефимовский — от общества "памяти С. Н. Трубецкого", В.Ф. Булгаков — от сибирского землячества, Г.К. Семенов и Тагиев — от грузинского, Б.И. Пятницкий — от могилевского, Федяев — от туркестанского и Бучинский — от землячества Польши11.

Таким образом, в стенах Московского университета чествование Л. Н. Толстого должно было выразиться: 1) в устройстве ряда вечеров с чтением рефератов, посвященных Л. Н. Толстому; 2) в составлении и отправке адреса Л. Н. Толстому за подписью по возможности всех студентов, и 3) в создании фонда имени Л. Н. Толстого.

Осенью 1908 г., в начале нового учебного года, Московским университетом и целым рядом ученых и просветительных обществ при Московском университете в Ясную Поляну были отправлены приветственные телеграммы.

1 сентября 1908 г. Совет московского университета "приветствовал гр. Л.Н. Толстого по случаю исполнившегося 28 августа 1908 года 80-летия"12 и отправил Л. Н. Толстому телеграмму, перепечатанную многими газетами: "Совет старейшего русского университета в первом своем заседании после летних каникул постановил приветствовать великого русского писателя по случаю исполнившегося восьмидесятилетия его жизни, отданной гениальному творчеству, и неутомимому искателю истины".

Общество любителей российской словесности при Московском университете, почетным членом которого Толстой был с 1862 г., 5 декабря провело торжественное заседание, посвященное юбилею писателя; ему были посланы телеграмма и адрес, в котором упоминалось о том, как "50 лет назад гр. Толстой произнес в заседании общества речь о преимуществе чисто художественного элемента в литературе" и как тогдашний заседатель общества А. С. Хомяков подчеркнул "законность существования литературы, посвященной общественным интересам". Адрес заканчивался пожеланием: "да живет и пишет Лев Толстой, гордость и слава русского народа, украшение лучшей части человечества".

В сентябре-октябре 1908 г. решено было послать "особую депутацию в Ясную Поляну для вручения писателю адреса от Московского университета", — сообщили близкие к профессорским кругам Московского университета "Русские ведомости".

11 Алфавитный список студентов Императорского Московского университета за 1908—1909 академический год. М., 1908.

12 Отчет о состоянии и действиях Императорского Московского университета за 1908 г. Ч. 2. 1909. С. 23—24.

Предварительно Толстому была послана телеграмма с просьбой принять студенческую депутацию. По свидетельству Д.П. Маковицкого, Лев Николаевич подумал, что это по поводу студенческих волнений "и полагал себя обязанным принять их, поговорить с ними"13.

В памятный день, 29 октября 1908 года, Ясную Поляну посетила депутация студентов Московского университета для вручения Л. Н. Толстому приветственного адреса.

О беседе Льва Толстого со студентами Московского университета узнаем из корреспонденции (обстоятельной, но неточной) "Русского слова" и воспоминаний Н. Русова14.

Л. Н. Толстой расспрашивал студентов об их занятиях, интересах, о новейших движениях молодежи. Беседовали о политике, о декадентах, о литературе, о романе А. Арцыбашева "Санин", "который тогда гремел".

Лев Николаевич "резко отозвался по поводу событий на Балканах: — Уже создался свой жаргон: аннексия, компенсация и прочее. Мне одна сербка прислала письмо, спрашивает, как быть дальше? Я сейчас ей пишу ответ. Не надо нового кровопролития".

Разговор шел о только что законченной им статье "О присоединении Боснии и Герцеговины к Австрии", о работе над составлением нового "Круга чтения", о статье "Закон насилия и закон любви". Говорили о посещении Ясной Поляны В. В. Розановым; о том, как устроить хорошую студенческую столовую.

При прощании Л. Толстой дал свою фотографию с собственноручной надписью: "Московскому студенчеству с искренней благодарностью за тронувший меня от него адрес".

И хотя о посещении Ясной Поляны делегацией Московского университета газеты писали подробно и восторженно, текст адреса не был опубликован в печати: упоминание о толстовском протесте против смертной казни находилось под строжайшим цензурным запретом.

Этот приветственный адрес от "студентов старейшего русского университета" — на двойном листе мелованной бумаги, вложенном в кожаный бювар, "подбитый" зеленым муаром, — бережно хранится в отделе рукописей Государственного музея Л. Н. Толстого.

13 См.: Маковицкий Д.П. Яснополянские записки. У Толстого. 1904—1910 // Литературное наследство. М., 1979. Т. 90. Кн. 3. С. 227.

14 Студенты у Л. Н. Толстого // Русское слово. 1908. № 253. 31 октября (13 ноября); См.: Лакшин В. Интервью и беседы с Львом Толстым. М., 1986. С. 320 — 322; Русов Н. Н. Отчий дом. М., 1911. С. 49—53.

<ШР$С

Студенты старейшею русского университета, с1астливые иметь среди своих современников гения русской Земли, шлют $ам, Лев №иколаеви1, в Знаменательную годовщину свой восторженный привет.

Разнородные в своей массе — по своим верованиям и убеждениям — мы все сливаемся в приветствовании 1ародея слова, вели1айшего мыслителя и моралиста.

$аш смелый протест против поЗора и уфаса современной России — смертной каЗни, $аш приЗыв к миру и любви, $аша проповедь братского единения народов в наших молодых сердцах находят самый горя1ий отЗвук.

$ эти мра1ные дни нашей родины при мысли о $ас мы сильнее верим в ее светлое будущее.

Шусть $аш могу1ий голос, родной и блиЗкий народу, еще долго и долго будит народную совесть, укаЗывает нам путь правды и любви.

Под адресом на трех страницах подписи студентов

Вручил адрес уже посещавший Толстого год назад Николай Русов — будущий писатель, публицист, литературный критик15.

И сегодня, ровно 100 лет спустя, в отделе редких книг и рукописей Научной библиотеки Московского университета можно увидеть фотографический портрет Л. Н. Толстого с дарственной надписью. Рядом — подаренные им тома Собрания сочинений, размещенные на резной полке из красного дерева; изящная медная табличка гласит: "От студентов Университета в память 80-летия Л.Н. Толстого 28 августа 1908 года".

И.Л. Великодная, заведующая Отделом редких книг и рукописей Научной библиотеки МГУ, И.В. Петровицкая, ст. преподаватель кафедры истории русской литературы и журналистики

15 См.: Богомолов H.A. Николай Николаевич Русов // Русские писатели 1800—1917. М., 2007. Т. 5. С. 394—396.