Интерпретация басен: уровни смысла аллегорических образов

УДК 801.73

Е. П. Грасс

Интерпретация басен: уровни смысла аллегорических образов

В статье определяется интерпретативная глубина смысла аллегорических образов в басне. Анализируются основные отличительные особенности данного жанра, которые непосредственно связаны с интерпретацией басен. Выделены разновидности логического типа интерпретации басен.

In this work we define the interpreting depth of the sense of allegorical images in a fable. It is defined the main distinguishing peculiarities of this genre which are connected with the interpretation of fables. It is pointed out the main logical types of the interpretation of fables.

Ключевые слова: аллегория, интерпретация, басня, аллегорический образ, скрытый смысл, мораль.

Key words: allegory, interpretation, fable, allegorical.

Изучению басни посвящены многочисленные филологические труды. С толкования басни начинает «анализ эстетической реакции» Л. С. Выготский [1]. «Рассуждения о басне» предшествуют фундаментальному труду Лессинга «Лаокоон, или О границах живописи и поэзии» [5]. Несомненно, что к «границам» поэтического устремлено и внимание А. А. Потебни [6], начинающего именно с размышлений о басне курс «Лекций по теории словесности». В области интерпретации текста мы опираемся на известную работу В.И. Карасика «Языковая кристаллизация смысла» [5].

Басня как жанр дидактической литературы возникла на основе поучительного примера. Это нравоучительное повествование о событиях из жизни животных или растений, раскрывающее человеческие пороки и завершающееся моралью. Интерес к изучению басни как жанра дидактической литературы объясняется попыткой осмысления житейских отношений, характера человека, одним словом, всего, что относится к нравственной жизни людей. Выделяют поэтическую и прозаическую басню: к прозаическим басням следует отнести басни Эзопа, Лессинга, Леонардо да Винчи и других; к басням поэтическим - Лафонтена, Крылова и их школы.

Для определения глубины смысла аллегорических образов в басне необходимо выделить следующие отличительные особенности данного жанра, которые непосредственно связаны с интерпретацией басни: аллегоричность, иносказательность, оперативность, нравоучительность. Хотя свойства иносказательности и аллегоричности взаимосвязаны, все же в данном исследовании предлагается их разграничить, так как если иноска-

© Грасс Е. П., 2012

зательность - это наличие второго - скрытого - смысла в тексте басни, то аллегоричность - это свойство не всего басенного сюжета, а отдельных его образов-персонажей.

Аллегорическое использование животных в роли главных действующих лиц является, возможно, наиболее ярко выраженной отличительной чертой басни. По утверждению А. А. Потебни, использование животных в качестве действующих лиц вытекает из самого назначения басни: чтобы не останавливаться на подробном изображении действий и сцен и характеристике лиц, берутся такие персонажи, которые одним своим названием служат готовым понятием. Животные в басне - это аллегорические актеры, представляющие человека. Современные жизненные ситуации и житейские типы подводятся под аллегорические категории животных, и сами эти категории, наполнившись конкретным содержанием, приобретают новый, обобщённый, символический и вместе с тем реалистический смысл.

Использование животных в виде аллегорических фигур возможно в силу того, что каждое животное в природе имеет определенный тип поведения, привычки, и в связи с этим в народном сознании за каждым животным закрепляются определенные характеристики. Но следует отметить, что животные в басне - это не живые существа, а определенные модели. Поэтому многие биологические свойства животных как бы нивелируются, басня ставит на одну плоскость льва и мышь или ящерицу, ворону и лисицу, что биологически не оправдано и в природе невозможно. Можно выделить основную группу животных, которая является ядром басен: лев, лиса, волк, осёл, ворона, орел и некоторые другие. Мы встречаем их уже в древнегреческой басне. Когда мы слышим названия этих персонажей, то сразу же попадаем под влияние законов басни, по которым лиса - хитрость, ум; лев - сила, власть, гордость. Определённые качества и свойства прочно ассоциируются у нас с некоторыми видами животных. Сами названия животных становятся характеристиками людей, прозвищами. В словаре любого народа существует множество прилагательных, эпитетов, идиоматических выражений, производных от обозначений животных и определяющих человеческий характер, человеческие поступки и свойства, например: мудрый, как сова, хитрая, как лиса, храбрый, как лев и другие.

В связи с этим следует отметить, что современные авторы-баснописцы широко используют традиционно эзоповских персонажей в своих баснях: это и лиса, и волк, и лев, и мышь, и сова, и ворона. Однако персонажи, как уже отмечалось ранее, это модели, и подчас они изменяют свои качества. Так, в басне Джеймса Тербера «Сова, которая была Богом» все животные в лесу верят, что сова - самая умная из всех них, что она есть Бог. Но это ошибка, основанная на том, что сова плохо видит и невпопад отвечает на задаваемые ей вопросы. Эта ошибка приводит к гибели под колесами грузовика и саму сову, и последовавших за ней животных. Автор отталкивается от устоявшегося образа совы - мудрой птицы, но приносит своё решение этого образа. У него мудрость совы - это только видимость, основанная на невежестве других и преклонении перед авторитетами.

Аллегоричность является неотъемлемой частью любой басни. Автору нет необходимости раскрывать характеры персонажей, их образ мыслей, он сразу определяет черты персонажей одним их названием: пастух, рыбак, охотник, лжец, кузнец и т.д.

Рассматривая следующую особенность басни - иносказательность, необходимо отметить семантическую двуплановость текста. Описываемое событие служит своего рода символом какого-нибудь общего положения, нравоучения. За отдельным эпизодом, чаще всего из жизни животных, всегда видна, общая схема, второй план. Иносказательность, являясь отличительной чертой басни, присуща всем произведениям этого жанра, начиная с древнейших времен. Басня Дж. Тербера «Мышь и деньги» [9, с. 47], например, повествует о мыши, которая, решив стать самой богатой из мышей, принялась есть банкноты, но затем, растолстев, не смогла выбраться из норки и погибла. Жадная, хвастливая и высокомерная мышь погибла из-за этих своих качеств. Эта история иносказательно предупреждает об опасных последствиях хвастовства, жадности и высокомерия.

Как следствие иносказания мы можем выделить ещё одну существенную особенность басни - её оперативность. Оперативность басни позволяет применять один и тот же сюжет ко всё новым и новым явлениям повседневной действительности, к каждому конкретному случаю. Это объясняется тем, что в басне обобщаются различные социальные явления и отношения. И таким образом, одна басня, например, «Мышь и деньги», может использоваться в самых разнообразных случаях для объяснения губительных последствий жадности. Сюжеты басен принадлежат всей культуре народа и человечества в целом. Как отмечает А. А. Потебня, «составные части образов басни настолько освобождены от всякой случайности и настолько связаны между собой, что с трудом поддаются изменениям. Из того, что эти сплоченные образы способны, по первому требованию, стать общей схемой спутанных явлений жизни и служить их объяснением, вытекает их вечность» [6, с. 61]. Этим свойством оперативности басенного образа обладают, безусловно, лишь классические, древние сюжеты, но в литературных баснях это свойство актуально хотя бы потому, что служит современным авторам одним из источников стилистических приёмов, а именно источником аллюзии. Например, Дж. Тербер использует известные классические басенные сюжеты и интерпретирует их на современный лад. Взяв названия и героев известной басни Эзопа «Ворона и лиса», Тербер, опираясь на известный всем с детства образ, чуть-чуть изменяет ход действия, в результате чего появляется новая мораль: во времена Эзопа и Лафонтена это было правдой, но сейчас, никто не похвалит тебя лучше, чем ты сам [9, II, с. 25]. Не останавливаясь на этом, он пишет ещё четыре варианта этой басни, описывая возможные пути развития событий в отношениях главных действующих лиц (лисицы и

вороны). Создание новых толкований возможно, несомненно, лишь в силу оперативного существования устойчивых басенных образов.

Одной из наиболее важных особенностей басни является нравоучительность. Нравоучительность есть наличие поучительного или познавательного смысла или морали в басне. Это, безусловно, основополагающий признак басни, признаваемый всеми без исключения исследователями. От первой басни и до наших времен у всех утвердилась мысль, что мораль есть неотъемлемая и самая важная сторона басни. С самых истоков басни в основе её лежал поучительный смысл. Мораль может быть выражена эксплицитно, как непосредственное поучение или вывод по действию басни, вынесенный в конец басни. В случае отсутствия в тексте басни отдельно вынесенной морали, её поучительный смысл может быть передан в самом тексте басни или в её заголовке, при помощи использования различных эксплицитных и имплицитных способов выражения оценки персонажей и точки зрения автора.

Выделив основные отличительные особенности басни, отметим, что интерпретативная глубина смысла аллегорических образов в данном жанре неоднородна. Басни отличаются разной степенью аллегоричности. Исходя из данного критерия аллегорической сложности, можно выделить три наиболее четко очерченных типа интерпретативной глубины смысла аллегорических образов:

1. «Без образа» (басни с моралью): Лисица и барс спорили, кто красивей. Барс на все лады хвастался своей испещренной шкурой; но лиса ему на это сказала: ".Насколько же я тебя красивее, раз у меня не тело испещренное, а душа изощренная!"Басня показывает, что тонкость ума лучше, чем красота тела [3, с. 67].

Осмысление данной басни не требует интерпретации, аллегория очевидна. В этом повествовании героем является лиса - аллегория хитрости. Басню завершает мораль, выраженная как указание, но это указание легко трансформируется в рекомендацию: не следует прислушиваться к людям, которые хвастливы и глупы.

2. С простым образом (басни с моралью, расходящиеся в толковании античных басен их авторами и нашими современниками): Когда люди в первый раз увидели верблюда, они испугались его роста и в ужасе разбежались. Но прошло время, узнали они его смирный нрав, осмелели и стали к нему подходить; а еще немного спустя поняли они, что верблюд и вовсе не способен злиться, и дошли до такого к нему презрения, что надели на него уздечку и дали детям его погонять [3, с. 120]. Эзоп комментирует эту басню так: «Басня показывает, что даже страх сменяется привычкой». Современные реципиенты, замечает С. В. Сидорков, скорее всего, увидели бы в этом сюжете смысл, выражаемый пословицами типа Дай черту палец, он всю руку отхватит («посягательства, не встречающие сопротивления, неограниченно разрастаются») [7, с. 117]. Действительно, аллегорическое

прочтение может быть различным. Также можно увидеть в этой басне назидание о необходимости быть осторожным в отношении новых знакомых.

3. Басни, содержащие весьма сложные образы (басни без морали, как правило, философские басни, которые требуют глубокого осмысления и интерпретации): Высунув голову из гнезда, орлёнок увидел множество птиц, летающих внизу среди скал. — Мама, что это за птицы? — спросил он.

— Наши друзья, — ответила орлица сыну. — Орёл живёт в одиночестве — такова его доля. Но и он порою нуждается в окружении. Иначе какой же он царь птиц? Все, кого ты видишь внизу, — наши верные друзья. Удовлетворённый маминым разъяснением орлёнок продолжал с интересом наблюдать за полётом птиц, считая их отныне своими верными друзьями. Вдруг он закричал: — Ай-ай, они украли у нас еду! — Успокойся, сынок! Они ничего у нас не украли. Я сама их угостила. Запомни раз и навсегда, что я тебе сейчас скажу! Как бы орёл ни был голоден, он непременно должен поделиться частью своей добычи с птицами, живущими по соседству. На такой высоте они не в силах найти себе пропитание, и им следует помогать [3, с. 202].

В этой басне идет речь о настоящих друзьях: всякий, кто желает иметь верных друзей, должен быть добрым и терпимым, проявляя внимание к чужим нуждам. Почёт и уважение добываются не силой, а великодушием и готовностью поделиться с нуждающимся последним куском.

Заслуживают внимания афористичные басни Леонардо да Винчи: Дикая лоза, недовольная своим местом за изгородью, стала перекидывать ветви через общую дорогу и цепляться за противоположную изгородь. Тогда прохожие ее сломали [4, с. 26]. В этой басне идет речь о людях, теряющих чувство меры в стремлении улучшить свое положение. Такие действия, как показано в аллегорическом образе поломанной лозы, приводят к печальному результату.

Особый интерес вызывают басни с отсутствующей интерпретацией (без морали), которые составляют третью группу. При толковании таких басен, в первую очередь, учитывается интерпретативная глубина аллегорических образов. В ходе исследования выявлены основные группы персонажей, которые в разной степени связаны с интерпретацией. Принимая во внимание это обстоятельство, можно выделить следующие основные разновидности героев логического типа интерпретации басен (без морали).

Это басни, где героями являются животные, так как животные обладают наиболее определенными чертами и признаками. Достаточно назвать то или иное животное, чтобы мы могли представить тот признак или ту силу, которую оно означает. Когда баснописец говорит «волк», мы сразу имеем в виду сильного и хищного человека. Когда он говорит «лисица», мы видим перед собою хитреца. Стоит ему заменить волка и лисицу человеком, и он будет сразу поставлен перед необходимостью либо подробно и

долго пояснять нам, что за характер у этого человека, либо басня потеряет всю свою выразительность. Такая группа басен представляется наиболее легкой для интерпретации.

Не менее обширна группа басен, где героями являются люди. Как правило, характеристика людей очень схематична и сводится к простейшим обозначениям: «богач», «бедняк», «хвастун». Читателю басен без морали такая схематичность помогает в интерпретации, так как нет необходимости раскрывать характер персонажей, их образ мысли. Например: Жил-был бедный ремесленник. Поработав в мастерской, он, случалось, навещал богатого синьора, жившего неподалёку. Ремесленник стучал в дверь, осторожно входил и, оказавшись в богатых покоях перед знатным господином, снимал шляпу и отвешивал почтительный поклон. — Что тебе, братец, от меня надобно? — спросил его однажды хозяин дома. — Вижу, как ты то и дело приходишь меня навестить, отвешиваешь поклон, а затем молча уходишь ни с чем. Коли ты нуждаешься в чём-нибудь, то сделай милость, проси, не стесняйся!— Благодарю вас, ваша светлость, — с почтением ответил ремесленник. — Я прихожу к вам, чтобы отвести душу и посмотреть, как живёт богатый человек. Такую роскошь можем себе позволить только мы, простолюдины. К сожалению, вы, знатные синьоры, лишены этой благодати, и вам негде отвести душу, ибо вокруг вас обитают одни только бедняки, вроде меня [4, с. 36]. Герои данной басни представляют определенные модели социальных отношений, которые помогают в интерпретации: имеющему и привыкшему к богатству недоступна радость обладания и преклонение перед этим.

Наименее обширную группу басен составляют басни, где героями являются растения и насекомые. Для интерпретации такие басни сложны, так как насекомые и растения не обладают определенностью и постоянством признаков, соотносимых с человеческими характерами. Можно выделить лишь некоторых насекомых, которые наделены определенными чертами: «пчела», «муравей» - трудолюбием, «трутень» - бездельем. Такие герои, как «гусеница», «устрица», «виноград», представляют сложность для интерпретации.

Небольшую группу басен представляют басни с неодушевленными героями. Например, такие басни Леонардо да Винчи, как «Бумага и чернила», «Пламя», «Вода», для интерпретации наиболее сложны, так как данные герои не обладают определенным постоянством характеров и без внимательного прочтения и осмысления сюжета интерпретация невозможна. На примере басни «Вода» это очевидно прослеживается: Вода весело плескалась в родной морской стихии. Но однажды ей взбрела в голову шальная мысль добраться до самого неба. Она обратилась за помощью к огню. Своим обжигающим пламенем он превратил воду в мельчайшие капельки тёплого пара, которые оказались гораздо легче воздуха. Пар тот-

час устремился вверх, поднимаясь в самые высокие и холодные слои воздуха. Оказавшись в заоблачной выси, капельки пара окоченели так, что у них зуб на зуб не попадал от холода. Чтобы как-то согреться, они теснее прижались друг к другу, но, став намного тяжелее воздуха, тут же попадали на землю в виде обычного дождя. Заболев тщеславием, вода вознеслась к небу, но была изгнана оттуда. Жаждущая земля поглотила дождь до единой капли. И воде ещё долго пришлось отбывать наказание в почве, прежде чем она смогла возвратиться в морские просторы [4, с. 28]. В этой басне идет речь о тщеславных людях, теряющих чувство меры в стремлении вознестись вверх. Такие действия, как показано в аллегорическом образе воды, приводят к печальному результату. Как видно из интерпретации, главный персонаж данной басни - «вода», никакой роли в толковании не играет, так как герой «вода» - не обладает определенными постоянством характера и здесь необходимо ориентироваться на сюжет басни.

Таким образом, в результате исследования установлены отличительные особенности жанра басни, которые непосредственно связаны с ее интерпретацией: аллегоричность, иносказательность, оперативность,

нравоучительность. Анализ каждой из них показал, что данные особенности взаимосвязаны с интерпретацией басни и влияют на ее восприятие. Аллегоричность раскрывает образы главных героев, как правило, животных; иносказательность взаимосвязана с аллегоричностью и служит своего рода символом какого-нибудь общего положения, нравоучения. За отдельным сюжетом всегда видна общая модель, второй план; оперативность влияет на интерпретацию басни, зависящую от повседневной жизни (за каждым эпизодом скрываются все новые и новые интерпретации); нравоучительность есть смысл басни, который либо раскрывается самим автором, либо предоставляется читателю.

Аллегорические образы басен характеризуются разной степенью интерпретативной глубины смысла: класс аллегорических образов неоднороден, наряду с баснями простой интерпретации (с моралью) встречаются и весьма сложные образы (басни без морали). При анализе наиболее сложных образов (в баснях без морали) в качестве критерия интерпретации басен может рассматриваться процедура объяснения их смысла.

Путем подсчета опосредующих фраз выделены четыре группы персонажей, которые влияют на смысловую глубину интерпретации: 1) басни с животными - просты для интерпретации, так как животным свойственны определенные черты; 2) басни с людьми - характеристика людей очень схематична и помогает в интерпретации; 3) басни с насекомыми и растениями - представляют наименьшую группу, так как за данными персонажами не закреплены определенные характеристики и лишь в отдельных случаях («пчела», «трутень») помогают в толковании басни; 4) басни с неживыми объектами представляют наибольшую трудность для интерпрета-

ции, поскольку герои абстрактны и зависимы от сюжета. Таким образом, логическая интерпретация басни взаимосвязана с интерпретативной глубиной аллегорических образов.

Список литературы

1. Выготский Л. С. Психология искусства. - М., 1968.

2. Гаспаров М. Л. Античная литературная басня. - М., 1971.

3. Гаспаров М. Л. Басни Эзопа. - М., 1968.

4. Жуков А. Н. Неизвестный Леонардо: притчи, аллегории, фацеции. - Ростов-н/Д: Феникс, 2007.

5. Карасик В. И. Языковая кристаллизация смысла. - Волгоград: Парадигма,

2010.

6. Лессинг Г. Э. Лаокоон, или О границах живописи и поэзии. - М., 1957.

7. Потебня А. А. Теоретическая поэтика. - М., 2003.

8. Сидорков С. В. Пословично-поговорочные паремии как фактор структурносмысловой организации дискурса. - Ростов-н/Д, 2003.

9. Тэрбер Дж. Новые басни на нынешний лад. - М., 2010.