2016. 02. 005. Уэст М. Л. Создание "Одиссеи". West M. L. The making of the "Odyssey". - Oxford: Oxford Univ.. Press, 2014. - 315 p

од, предшествующий Второй мировой войне, в докторских диссертационных работах господствовало два противоборствующих течения: историко-биографическое и эстетико-философское - в послевоенный период бурно расцветают теории «новой критики», структурализма, постструктурализма. С 1980-х годов исследования в области литературоведения в Норвегии отмечены значительной степенью теоретизации, стремлением дать вторую жизнь старым теориям и методам исследований.

М.А. Тихомирова

ПОЭТИКА И СТИЛИСТИКА ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

2016.02.005. УЭСТ МЛ. СОЗДАНИЕ «ОДИССЕИ».

WEST M.L. The making of the «Odyssey». - Oxford: Oxford univ.

press, 2014. - 315 p.

Ключевые слова: античный эпос; авторство «Одиссеи» и «Илиады»; поэтика.

Мартин Л. Уэст (1937-2015) - английский филолог-классик, исследователь древнегреческой литературы и музыки, автор 18 книг и более 200 статей, почетный член оксфордского колледжа «All Souls».

В предисловии к своей последней монографии - «Создание "Одиссеи"» он замечает, что современные авторы, пишущие о Гомере, как правило, основываются на работах последних 30-40 лет. Сам он отдает предпочтение более ранним исследованиям, в основном XIX в. и преимущественно немецким, что, в частности, проявилось в его книге «Создание "Илиады"» (2011), которая, наряду с его «Работами о тексте и трансмиссии "Илиады"» (2001), сопровождает осуществленное им последнее издание «Илиады» в Тойбнеровской серии (Biblioteca scriptorum Graecorum et Romanorum Teubneriana).

По мнению М.Л. Уэста, постмодернистские исследователи сосредоточены главным образом на деконструкции того, что считалось бесспорным в «Илиаде» и «Одиссее». Они выявляют многочисленные текстуальные непоследовательности и представляют их как свидетельства явной неопределенности, нерешительности со

стороны Гомера, особенно в «Одиссее». Они убеждены в интертекстуальности гомеровских текстов и в отсутствии доказательств того, что «Илиада» была написана раньше «Одиссеи».

Все это, на взгляд М.Л. Уэста, не выдерживает критики, и его собственная теория представляется ему гораздо более убедительной, хотя она была встречена в штыки и объявлена старомодной, ошибочной, не соответствующей духу времени. М.Л. Уэст, со своей стороны, считал, что современные критические подходы не адекватны Гомеру и античной классике, не уместны для применения в исследованиях Античности.

Первая глава монографии М.Л. Уэста содержит квинтэссенцию выводов ученого, который исходит из того, что люди, собираясь в «путешествие», должны заранее знать, что их ждет. Окончательная версия «Одиссеи», на его взгляд, даже в большей степени, чем окончательная версия «Илиады» - «произведение одного поэта», которого он называет «Кью» (Р), обозначив автора «Илиады» как «Пи» (Р). Более того, как ясно из этого разграничения, «Кью» не был автором «Илиады» и сочиненная им «Одиссея» в том виде, в каком она предстает перед нами ныне, датируется последней третью VII в. до н.э., т.е. она была создана позже «Илиады» и поэм Гесиода. «Кью» мог прийти из Аттики или с острова Эвбея, ибо, в отличие от «Пи», он не знал хорошо восточную Эгею. Мир, который он изображает, отличается от мира «Илиады» - и не только отсутствием войны как доминанты. По мнению М.Л. Уэста, в известном смысле «Кью» относится критически к «ультра-солипсистскому» Олимпийскому пантеону «Илиады»; в «Одиссее» боги появляются как гораздо более единое «сообщество», одобряющее хорошее и наказывающее плохое поведение.

Для М.Л. Уэста «Кью» - художник со многими достоинствами и недостатками, но совершенно иной, чем автор «Илиады». Его интересуют повседневная жизнь и диалоги, он склонен к описанию пейзажей, его персонажи часто ведут себя и разговаривают вполне реалистично, т.е. происходит переход из героического прошлого в человеческое, негероическое настоящее. Мифический элемент остается, но изменяется, будучи главным образом ограниченным воспоминаниями за обедом и повествованиями бардов. Не случайным М.Л. Уэст считает и то, что Одиссей, рассказывая об одноглазых каннибалах-чудовищах, о лотофагах и прочих диковинках, вы-

ходит далеко за пределы известного эгейского мира. На его родном острове Итака у него происходят встречи и разговоры с Афиной, но ее присутствие здесь уже почти столь незримо, что скорее его можно истолковать как игру воображения.

Учитывая хронологические показатели, А. Л. Уэст выявляет знание автором «Одиссеи» главных мифов, использованных Гесио-дом и эпосом в гомеровском стиле. «Кью» знает о приключениях Геракла и экспедиции Ясона в Колхиду; оттуда, по мнению исследователя, «Кью» заимствовал некоторые эпизоды, приписанные Одиссею.

Неудивительно, что в центре внимания А.Л. Уэста - творческое развитие Одиссея, которого он воспринимает как изначально прототип классического хитрого трикстера из фольклора: сначала это человек, который придумал план с троянским конем и приобрел блестящую военную репутацию; потом согласно мифу о возвращении мужа, он становится ведущей фигурой в эпических послевоенных злоключениях ахейских героев, возвращающихся домой из Трои. Такой контекст - с Одиссеем как героем - требовал новой эпической поэмы.

Хотя и выросший на традициях устной поэзии, «Кью», согласно А.Л. Уэсту, стремился создать поэму, которая и подражает «Илиаде» по масштабам, и соперничает с нею, и более структурирована композиционно. В результате возникло (что общепризнанно) трехчастное повествование, состоящее из вводного нарратива об Итаке и сыне Одиссея - Телемаке; о приключениях Одиссея на его пути домой; и конечной драмы возвращения, кульминация которой - сцена опознания Пенелопой Одиссея, их воссоединение и расправа с «женихами» Пенелопы.

Чтобы сделать эпическое повествование от третьего лица, которое досталось ему от устной традиции, более компактным и драматичным, «Кью», по мнению А.Л. Уэста, перестроил его в повествование от первого лица, в значительной мере от лица самого Одиссея. В то же время он изменил традиционную хронологию возвращения домой Менелая и Одиссея. Менелай не мог вернуться домой все то время, которое было необходимо Эгисфу, чтобы соблазнить жену своего двоюродного брата Агамемнона - Клитемнестру, затем семь лет править вместе с ней Микенами и, наконец, убить Агамемнона, вернувшегося из Трои; Одиссей же, согласно

мифу, не должен был вернуться домой раньше Менелая. «Кью», по мнению А. Л. Уэста, решил эту проблему, дав Менелаю семь лет на блуждания с Еленой (приписав ему восточные приключения Одиссея) и оставив Одиссея в затруднительном положении на семь лет на острове Калипсо.

Все это предполагает, на взгляд А.Л. Уэста, склонность автора «Одиссеи» к преувеличению. Согласно традиции, у Пенелопы изначально было не более дюжины женихов - все они были с Итаки и добивались ее три года. Таким образом, в том, как Одиссей разделался с ними с помощью лука и стрел, сохранялась достоверность. Позднее именно «Кью», как утверждает А.Л. Уэст, увеличил на годы не только сроки «осады» Пенелопы ее поклонниками, но и их число - их стало более сотни, тем самым сделалось сомнительным правдоподобие их массового истребления Одиссеем.

Работа над переводом «Илиады» и сравнение ее языка с языком «Одиссеи» привели А.Л. Уэста к выводу о том, что они существенно отличаются друг от друга - различны их синтаксис, риторические приемы, структура предложений, идиомы, словарь.

Ученые-классики с недоверием отнеслись к выводу Уэста о том, что «Кью» постепенно продвигался от первой к последней книге «Одиссеи», не имея заранее разработанного плана всей поэмы, и часто менял сюжет, делая многочисленные дополнения. Вполне вероятно, это объяснялось тем, что непоследовательности, нестыковки зачастую были результатом устного исполнения поэмы многочисленными рапсодами на протяжении веков. Дать исчерпывающее, однозначное объяснение здесь не представляется возможным. Окончательная версия «Одиссеи» содержит и явные следы традиционного устного вариативного эпоса, и своеобразную композиционную симметрию, которая, по мнению А.Л. Уэста, была плодом творчества индивидуального автора.

Т.Н. Красавченко

2016.02.006. МУЗЫ У ЗЕРКАЛА: АНТИЧНЫЕ МОТИВЫ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ / Отв. ред. Тахо-Годи А. А. - М.: Новый хронограф, 2015. - 672 с.

Ключевые слова: Античность (традиции и влияние); проблемы перевода; М.В. Ломоносов; М.М. Херасков; В.К. Тредиаковский; В.А. Жуковский; К.Н. Батюшков; А.С. Пушкин; Ф.И. Тютчев;