Древнееврейские глаголы, не имеющие форм основной породы

ДРЕВНЕЕВРЕЙСКИЕ ГЛАГОЛЫ, НЕ ИМЕЮЩИЕ ФОРМ ОСНОВНОЙ ПОРОДЫ

В статье рассматриваются частотные глагольные корни древнееврейского корпуса, которые засвидетельствованы в производных породах NIP'AL и ШР'ГЬ, но не представлены в основной породе. Почему эти корни утратили основную породу? Автор отвечает на этот вопрос, исходя из анализа лексической семантики релевантных корней.

Ключевые слова: древнееврейский язык, глагольные породы NIP'AL и ШР'ГЬ, актантная деривация, конкуренция форм в языке.

Набор пород др.-евр. языка имеет ряд аномальных явлений, которые нуждаются в объяснении. К числу этих явлений относится отсутствие основной породы у ряда частотных глаголов: корень в своем базовом значении употребляется в одной из производных пород (например, глагол & г «оставаться» употребляется только в породе NIP'AL, глагол §1к «бросать» - в породе ШР'Ш и соотнесенной с ней породе HOP'AL). Производная порода употребляется в данном случае в функции породы QAL, и специфическое грамматическое значение производной породы оказывается затемненным. В настоящей статье предлагается систематизация и описание частотных (то есть лингвистически показательных) глагольных корней, не употребляемых в породе QAL, и рассматриваются причины этого явления.

Полная выборка по HALOT позволяет выделить более 325 корней, не засвидетельствованных в основной породе, однако большая часть этих корней имеет минимальное число вхождений в корпусе, и невозможно утверждать, что в реальности эти глаголы не имели породу QAL. В сфере нашего рассмотрения окажутся две хорошо засвидетельствованные группы глаголов, утративших основную породу: 1) Непереходные корни, которые употребляются в NIP'AL и подобны

© Калинин М.Г., 2012 110

др.-греч. и лат. депонентным глаголам (в дальнейшем - N-глаголы). Это корни Zr, nhm, skp, rnkk, rdm, s'n, bhl и некоторые другие; 2) Переходные корни, которые употребляются в HIP'IL (в дальнейшем - K-глаголы). Это корни bdl, nky, ys~, str, sb', slk, kn', mwr, twl и некоторые другие.

Большая часть корней из обеих групп выступает основными экспонентами для базовых понятий: Zr - для понятия «оставаться», nhm - для понятия «сожалеть», smd - для «истреблять», bdl - для «отделять», nky - для «поражать», ys~ - для «избавлять», str - для «прятать», sb' - для «заклинать», 'mn - для «быть надежным», slk -для понятия «бросать». В то же время существует корень с тем же значением «бросать», который не является основным, - twl (G-порода для него так же не засвидетельствована). Корень bhl не является основным экспонентом для базового понятия «бояться» (основной экспонент здесь у/). Наконец, корни skp, rnkk, rdm, s' n, kn'~ и mwr - основные экспоненты для небазовых понятий («смотреть на что-л.» (то есть занимать определенное пространственное положение), «гнить», «размягчаться», «крепко спать», «опираться», «смирять» и «заменять»).

Описание, предлагаемое в настоящей статье, исходит из тезиса об утрате данными глаголами форм основной породы. Данный тезис подтверждается рядом свидетельств. Для частотного глагола т$ar засвидетельствована форма sa'ar в классической библейской прозе (1 Sam. 16:11). Эта форма, единственная в корпусе, может быть интерпретирована как архаизм, рудимент вытесненной из употребления основной породы. Для корня 'mn, употребляющегося в породах NIP'AL и HIP'IL, засвидетельствованы формы активного и пассивного причастий основной породы . Этот же корень употребляется в основной породе в арабском языке . Корень sky «поить», засвидетельствованный в библейском иврите только в формах каузативной породы, употреблялся в аккадском языке в основной породе , в угарит-ском - в основной и в каузативной породах в том же значении . Таким образом, в угаритском языке имела место конкуренция тождественных по своей семантике форм основной и каузативной пород. Аналогичная двойственность замечена в арабском языке . В иудейском вавилонском арамейском и сирийском корень sky употреблялся в каузативной породе, однако засвидетельствовано субстантивированное

111

причастие основной породы sAkyA «виночерпий»7. Глаголу histir «прятать» соответствует арабское satara в том же значении8.

Наряду с N-глаголами обращают на себя внимание корни, имеющие полностью синонимичные формы QAL и NIP'AL. Это ksl «спотыкаться» и ntk - «течь», «струиться». Первый из этих глаголов выступает основным экспонентом базового понятия. О базовости глагола ntk судить трудно, поскольку в корпусе он засвидетельствован в породах QAL и NIP'AL преимущественно в метафорическом значении (мотив струящегося гнева, изливающегося на грешников, Jer. 7:20, 42:18, 44:6; Nah. 1:6; Dan. 9:27; 2 Chr. 12:7, 34:21, 25, хотя встречаются и бытовые контексты: Ex. 9:33; 2 Sam. 21:10). Б. Уолтке и М. О'Коннор приводят в качестве примера глаголов, имеющих синонимичные формы G и N, корни hly «болеть» и mwt «смещаться» (§ 23.6.1.b9), экспоненты базового и периферийного понятий соответственно.

Глаголы, имеющие полностью синонимичные формы G и N, следует рассмотреть в одном ряду с N-глаголами. Это явления одного порядка, поскольку в обоих случаях NIP'AL претендует на место основной породы.

I. К числу N-глаголов относятся niZar «оставаться» (засвидетельствована единственная форма qal с тем же значением), niskap «быть обращенным в какую-л. сторону», niZan «опираться», nAmak «гнить», «размягчаться», nirdam «спать», niham «сожалеть», nittak «течь», «струиться» (QAL=NIP'AL, с распределением форм), niksal «спотыкаться» (QAL=NIP'AL). Образование NIP'AL здесь является немотивированным с точки зрения традиционного представления о деривации N-породы. Значения данных глаголов неожиданны для NIP'AL, они не являются ни пассивными, ни медиальными, для них нельзя предположить образование от какого-то переходного глагола. И наоборот, сам факт образования форм NIP'AL от непереходного глагола требует объяснения. Как писал Бентон, порода NIP'AL связана с понижением статуса субъекта и продвижением объекта, но «we have nothing to promote among the arguments of intransitive verbs» .

Насколько нам известно, причина утраты N-глаголами основной породы специально не рассматривалась в литературе, за исключением комплексного описания др.-евр. языка Л.Е. Когана и С.В. Лёзова. В систематическом изложении др.-евр. синтаксиса Б. Уолтке и М. О'Коннора подобные глаголы принимаются как данность, и, напри-

112

мер, для глаголов, имеющих формы HIP'IL и NIP'AL и при отсутствии QAL, авторы только постулируют образование K непосредственно от N (когда NIP'AL выступает в роли QAL) или наоборот (когда HIP'IL выступает в роли QAL) (§ 23.6.3). Вопрос о вытеснении QAL или иных причинах отсутствия основной породы не ставится, в силу чисто дескриптивистских задач авторов. П. Сибесму, автора монографии о NIP'AL , интересует прежде всего вопрос о статистическом соотношении различных форм выражения пассива и рефлексива в др.-евр. языке.

В очерке Л.Е. Когана и С.В. Лёзова выдвигается тезис о том, что порода NIP'AL выступает в роли маркера определенного значения, объединяющего N-глаголы. Маркированная форма, как более информативная, вытесняет форму основной породы. В очерке это маркирование связывается с непереходностью (NIP'AL - маркер непереходности), однако критерий непереходности здесь не является достаточным. Для подавляющего большинства непереходных глаголов не возникло необходимости в маркировании непереходности, которое выразилось бы в постоянном употреблении глагола в породе NIP'AL.

Какой же фактор следует признать здесь решающим?

Очевидно, что это не семантика, не содержание действия. N-глаголы разнородны по своему лексическому значению: глагол nirdam описывает физиологический процесс, глагол nittak - механическое движение, глагол niham - эмоциональное переживание, а субъект глагола niZar вообще ничего не делает. Глагол ntk по своей семантике вполне вписывается в число глаголов перемещения (ys', yrd, hlk, bW, kwm, ~ly). При этом только ntk среди названных глаголов перемещения имеет N-маркер.

N-глаголы разнородны по валентности. Часть этих глаголов тяготеет к минимальному числу аргументов. Глаголы namak и nirdam имеют только один аргумент - субъект действия . Но глагол niham употребляется с обликвусом (раскаяться о ком-л.; это значение выражается предлогами ~al (Jer. 31:15; Ez. 14:22), 'el (Jer. 42:10)). Остальные N-глаголы обладают пространственными аргументами (остаться где , опираться на что, быть обращенным куда, спотыкаться обо что), а глагол nittak по своей валентности соотносится с глаголами перемещения, каждый из которых обладает индивидуальным набором пространственных аргументов (для kwm это I (Ex. 10:23), F либо «семантическая валентность» (без выраженных аргументов, Gen.

113

24:54), для ys' - I и, редко, T (1 Sam. 17:35), и т. д., для nittak это F (Ex. 9, 33; Jer. 42:18; 2 Chr. 12:7)16).

Итак, с точки зрения семантики и валентности N-глаголы представляют собой разнородную группу. Тем не менее, существует фактор, теснейшим образом связанный с валентностью и семантикой, который един для N-глаголов. Все непереходные глаголы объединяет наличие «изолированного» (не соотнесенного с O) субъекта. Однако, как известно, субъект далеко не всегда обозначает «волящего», целенаправленного деятеля. В структурной лингвистике принято разграничение понятий «субъект/объект» с одной стороны, и «агенс/пациенс» с другой. Эти понятия часто не совпадают. К сожалению, не во всех работах, связанных с грамматическим описанием глагольных пород, это разграничение учитывается. У П. Сибесмы грамматические предпосылки исследования сведены к минимуму и связаны только с категориями субъекта и объекта (S<O для пассива, S=O для рефлексива). Вопреки распространенной ошибке, совпадение субъекта и пациенса не обязательно присуще только пассивным конструкциям. Оно может иметь место и у непереходных глаголов, для которых в принципе невозможно образование пассива и медия. Так, субъект тождествен пациенсу в предложениях «вода течет» и «мальчик болеет». Совпадение или несовпадение субъекта и агенса определяется для непереходных глаголов только семантически, хотя само содержание действия (лексическое значение) может быть самым разнообразным.

Совпадение субъекта и пациенса (или безагенсность субъекта [S^A] 17) является грамматической характеристикой, объединяющей N-глаголы. Говорящий вполне осознает18, что субъект претерпевает нечто по ходу действия, но сам на это действие никак не влияет.

Это простое замечание позволяет без труда обозначить сходство между такими разными по смыслу глаголами как nirdam «спать» и niZar «оставаться». В обоих случаях субъект не является агенсом, не влияет на действие. Равным образом акцент на ситуации [S^A] позволяет без терминологических трудностей отделить глаголы типа «струиться», «оставаться» от рефлексивов и декаузативов: в последних агенс обязательно выражен, хотя чаще всего задается как тождественный пациенсу; в первых же агенс не представлен вовсе.

Тенденция к приобретению N-маркера формами [S^A] закономерна. Основные значения NIP'AL - пассив и медий. Обе граммати-

114

ческие модели направлены на повышение статуса пациенса: первая ставит его на место агенса, вторая уравнивает (и отождествляет) с агенсом. Другими словами, основная семантико-грамматическая стратегия NIP 'AL (с точки зрения выражения актантов) - акцентирование пациенса и понижение агенса. Семантика глаголов, принявших N в качестве маркера, соответствует этой стратегии. Ситуация типа na'ar nirdam «мальчик спит» исключает наличие других актантов . Единственный участник ситуации оказывается пациенсом. Глагол rdm20 употребляется только в N.

Частотный глагол nis 'ar21 сохранил рудимент исходного QAL (1 Sam 16:11). Глагол указывает на субъект, отсутствующий в ситуации, в этом случае субъект абсолютно не агенсный, но и пациентивность его условна. Классический пример такого рода - 'öd sA'ar hakkAtAn («еще остался младший [сын]», ответ Иессея на вопрос, всех ли сыновей он показал пророку, 1 Sam. 16:11). Подобное значение - не аген-тивное и условно пациентивное - выражено в отрицательной конструкции Iff niZ ar bilti «не осталось ничего» (Gen. 47:18). Глагол может указывать на сохранившийся субъект, то есть не претерпевший изменений (в этом смысле его можно назвать пациенсом «с противоположным знаком»). Это значение характерно для причастия niZ Ar. wa-hAyA hammAhäne hanniZAr lipletA «(если Исав нападет на один лагерь и истребит его), то уцелевший лагерь спасется», Gen. 32:9; wayyippalu sAmmA wahanniZArim herA nAsu «и [цари Содома и Гомор-ры] упали в них (в смоляные ямы. - М. К), а уцелевшие убежали в горы», Gen. 14:10. В данном контексте значение причастия niZ Ar близко к адъективному значению «остальной» («а остальные убежали»). Значение «остальной» представлено также в контекстах, подобных Lev. 5:9: wahanniZ Ar baddAm yimmAse «(он покропит кровью жертвы за грех на стену жертвенника), а остальная кровь пусть будет вылита». Есть контексты, которые свидетельствует о «пациенсоподо-бии» субъекта: wayyimmAhu min-hA Ares wayissA er ,ak-noah wa'äser 'ittö battebA «.. .они были истреблены с земли, остался же только Ной и то, что было с ним в ковчеге», Gen. 7:23. Мир гибнет, а Ной остается в ковчеге, то есть Ной спасается.

Глагол nAmak22 имеет значение «гнить». Семантически глагол не может иметь других аргументов, кроме субъекта действия, который выступает пациенсом. mkk входит в одну семантическую группу с

115

корнями ntk и ksl, указывая на непроизвольное физическое изменение, претерпеваемое субъектом.

nittak23 - «струиться», «течь». Это глагол перемещения, субъект которого не волящий. Его перемещение равнозначно изменению, субъект глагола - пациенс. N-порода не вытеснила QAL у данного глагола, что объясняется стремлением выровнять парадигму по фонетическому признаку - по наличию удвоенной (в силу ассимиляции нун) согласной. G-порода употребляется в имперфекте, где нун не отделен гласной от второго радикала - в результате ассимиляции нун получается форма yittak; N употребляется в перфекте, где имеет место аналогичная ситуация и форма с удвоенным согласным - yittak.

Глагол niham выражает эмоциональное переживание, претерпеваемое субъектом и спровоцированное внешним стимулом (стимул выражен косвенным падежом). Субъект этого глагола является па-циенсом.

Глагол käsal/yikkäsel «спотыкаться» так же выражает тождество субъекта и пациенса. N-формы для данного глагола сосуществуют с G в абсолютно идентичном значении (и могут свободно находиться рядом, см. Is. 40:30), что свидетельствует о том, что N-порода действительно не привносит в семантику безагенсных глаголов ничего нового. Процесс конкуренции форм показан здесь на «среднем» этапе.

Глагол niskap26 связан с обращенностью в пространстве, с ориентацией в некоем направлении. Эта ориентация носит динамический характер, хотя референт часто абсолютно статичен (ср. примеры типа «гора смотрит на Иерихон» (Num. 21:20; 23:28; 1 Sam. 13:18 с предлогами 'al-pone и 'al), хотя возможна и конструкция «Авраам обратился в сторону Содома...» (с предлогом 'al-pane), Gen. 19:28). Можно сказать, что глагол имеет значение «вектора». Субъект этого «векторного» глагола не агентивен. Даже в примере с Авраамом действие носит непроизвольный характер (ср. конструкции с skp в K-породе, выражающие волящее действие: Бог взглянул (hiskip, рефлексивный каузатив: обратил-себя) на сынов человеческих, чтобы проверить, есть ли разумный.») и сопровождется глаголом восприятия (обратился и увидел, позиция субъекта здесь - экспериенцер). Возможно также выражение вполне осознанного действия (выглянуть в окно), но это значение закреплено за идиомой (niskap ba'ad hahallon, букв. «обратиться через окно») и требует наличия глагола rä'ä(') (Jgs. 5:28; 2 Sam. 6:16 = 1 Chr. 15:29).

116

Глагол sqp имеет рефлексивный каузатив в HIP'IL: «обращаться куда-л.», часто в сочетании с глаголом /у: он обратился и увидел. Исходное значение корня - «быть обращенным» - предполагает направленность «куда». Напротив, рефлексивно-каузативное значение предполагает также направленность «откуда». Тем самым породы N и K маркируют не только отношение субъекта к действию, но и точку зрения, что зафиксировано в глоссе HALOT.

Субъект глагола niZan27 не агентивен и пациенсоподобен (опереться, чтобы отдохнуть или найти поддержку).

Значение bhl28 - «пугаться» (be terrified), однако это значение, как правило, не пассивное. Испуг здесь понимается не как факт устрашения извне, а как эмоциональное напряжение (HALOT делает акцент на этом моменте, давая глоссу «to be out of one's senses»), носитель которого является субъектом, а не объектом, воспринимающим внешнее воздействие. Тем не менее, субъект не является агенсом, он претерпевает эмоциональное напряжение, то есть занимает пациентивную позицию. В этом отношении характерно выражение у Иезекииля: ham-melek ytfabbAl wanAsi^) yilbas somAmA wide 'am-hAAres tibbAhalnA «царь будет соблюдать траур, и начальник облечется в запустение, и руки простолюдинов будут трястись [в страхе]», (Ez. 7:27), букв. «руки будут в смятении» (ср. также в Ps. 6:3: nibhälü 'äsAmAy «кости мои в смятении»). Метонимический перенос позиции субъекта на неодушевленный референт («руки» вместо «народ», «мои кости» вместо «я») возможен в силу неагентивности субъекта одноместного глагола: субъект является единственным участником действия, но не отвечает за него, занимая позицию пациенса.

Значение «бояться», предполагающее наличие внешнего объекта, объекта страха, выражается базовым глаголом yAr&O, который является переходным, будучи в то же время глаголом состояния (ср. с подобной грамматически аномальной ситуацией в русском языке: медиальный глагол «бояться» является переходным). Напротив, nibhal всегда (24 вхождения) выступает в корпусе как одноместный глагол29. Неагентивную семантику nibhal правильнее передать словосочетанием «пребывать в смятении». Исходя из этого значения можно объяснить семантический переход, имевший место в ряде поэтических текстов: в Prov. 28:22, Eccl. 8:3 nibhal означает «спешить» (ср. 2 Chr. 26:20, а также адъективную форму «быстрый» в Zep. 1:18), что соот-

117

носится скорее со значением «быть в смятении, в беспокойстве», чем со значением «бояться».

Пациентивность субъекта маркируется NIP'AL. По своим семантическим особенностям форма nibhal близка к nirdam и обозначает претерпевание определенного психического и физиологического процесса . К этим глаголам примыкает отмеченный выше глагол niham «сожалеть», а также упомянутый Б. Уолтке и М. О'Коннором глагол hAlA/nehälä31 «болеть», имеющий синонимичные формы G и N. Таким образом, глаголы, обозначающие физиологические и психологические явления, составляют значительную семантическую группу среди N-глаголов.

Для рассмотренных глаголов NIP'AL выступает маркером не-агентивности субъекта. N-формы, как более информативные, как имеющие внешний показатель грамматического значения, вытесняют формы QAL из употребления. На определенном этапе имеет место конкуренция двух форм, реликтом которой является форма sA ar в 1 Sam. 16:11, и о которой свидетельствует сосуществование двух пород для ksl в абсолютно идентичном значении. Для глагола ntk имеет место альтернативный вариант вытеснения - просодическое выравнивание (в силу фонетического фактора - I-нун).

II. Симметрична и не менее интересна ситуация в отношении глаголов, употребляемых в HIP'IL и не имеющих основной породы. Часть этих глаголов употребляется только в HIP'IL. Часть глаголов имеет формы NIP'AL, соотнесенные с HIP'IL (в этом случае N-порода выступает пассивом или медием для значения K-породы).

К высказанной в очерке Л.Е. Когана и С.В. Лёзова идее о том, что пассивность или рефлексивность NIP'AL в этих случаях указывает на переходность исходной формы, вытесненной HIP'IL, можно добавить, что пассивное и рефлексивное значения N являются мотивированными, то есть их деривация от исходного значения G-породы вполне прозрачна. Соответственно, для данных глаголов возможно установить не только факт переходности утраченной G-породы, но и ее первоначальное значение. И это значение оказывается тождественным с семантикой K, то есть HIP'IL действительно является носителем исходного значения QAL. Так, глагол nistar имеет значение «прятаться». Соответственно, значение глагола *sAtar восстанавливается как «прятать» (это подтверждается арабской параллелью satara «прятать», «скрывать»). Именно это значение имеет форма histir. Анало-

118

гично глагол * samad, судя по семантике формы nismad, должен был иметь значение «истреблять». Это значение имеет каузатив данного корня. Исходя из приведенных примеров, можно заключить, что каузатив не привносит ничего нового в значения исходных глаголов, но в силу определенных причин вытесняет основную породу.

Далеко не все K-глаголы имеют форму NIP'AL. Тем не менее, возможно дать надежную семантическую характеристику, объединяющую все эти глаголы: их значение является каузативным/фактитивным. Это значение нельзя назвать привнесенным, ибо «обратная» семантическая деривация для этих глаголов невозможна. Так, глагол hósí@ «спасать» выражает переход в новое состояние, однако невозможно выделить действие, по отношению к которому значение «спасать» является каузативным. То же самое справедливо для значений «истреблять», «заклинать», «поражать» и других, которые будут рассмотрены ниже. Каузативность и фактитивность здесь -факторы семантики, а не словообразования.

В отличие от N-глаголов, глаголы с HIP'IL представляют собой достаточно однородную с точки зрения семантики и грамматики группу. Они имеют четкое распределение ролей агенса и пациенса и являются агентивными. С точки зрения семантической роли второго актанта K-глаголы можно четко разделить на собственно каузативы и фактитивы (хотя данные категории - явления одного порядка, и их противопоставление не имеет принципиального значения). В первом случае объект является агентивным участником ситуации, во втором случае глагол выражает переход объекта в качественно новое состояние.

К чистым каузативам среди глаголов, утративших основную породу, относятся sky и sb~.

Глагол sky32 употребляется только в HIP'IL (не считая единственного вхождения PU'AL) в значении «поить», но его парадигма не самостоятельна, она замещает формы HIP'IL для sty «пить». Значение «поить» следует признать исконным для корня sky, иначе невозможно дать удовлетворительное и мотивированное объяснение этого супплетивизма. Напротив, если в языке существовал частотный глагол со значением «поить», то появление каузатива **hista было бы избыточным. Это предположение подтверждается угаритской, аккадской, арабской и арамейской параллелями, указанными в начале данной статьи. Будучи глаголом с каузативной семантикой, sky стал употреб-

119

ляться в HIP'IL и выступил в качестве супплетивного дополнения к парадигме sty, восполнив отсутствующие K-формы не только по семантическому, но и по морфологическому признаку.

Глагол sb~ можно назвать каузативом в чистом виде: его значение «заклинать» подразумевает принуждение другого субъекта к действию, санкционированное неким авторитетом. Каузативность составляет само содержание заклинательного действия; более того, глагол sb~ часто выступает в репрезентативном значении (формула «заклинаю тебя чем-л.» равнозначна акту заклинания).

Значение «заклинать» в древнееврейском корпусе достоверно представлено в Песни песней, однако оно может восстанавливаться для многих контекстов библейской повествовательной прозы (это принимает и HALOT, давая глоссу «to make someone take an oath, or alternatively, according to the context, to implore»34). Один из наиболее старых по времени написания контекстов, 1 Sam. 14:24-27, с безупречной ясностью говорит о заклятии, а не о принуждении к клятве (Саул запрещает есть до вечера и говорит, что всякий вкусивший -враг царю и проклят). Более того, автор обозначает действие Саула особым глаголом - Чу (wayyOel) «заклинать» - смысл которого в 27 стихе передается инфинитивом (ba)hasbía''. Септуагинта и Вульгата дают значения «заклинать» (¿фрк^ю, adjuro) в Gen. 24:3, 37; 50:5, 6, Ex. 13:19, Num. 5:19, 21, Jos. 2:17, 6, 26; 1 Sam. 14:27, 28 и других контекстах.

Пограничное положение занимают глаголы kn~, twl и slk. Объект этих глаголов совершает действие, однако характер этого действия имеет ограничения: актант агентивен, но не динамичен (для глагола kn~35 «смиряться»36); актант динамичен, но не агентивен (для глаголов twl37 и slk38 «бросать»). В некоторых контекстах глагол twl может быть полноценным каузативом: «воздвиг ветер» (Jon. 1:4). Тот факт, что два синонимичных глагола претерпели одинаковые морфологические изменения (употребление в K-породе, утрата QAL), свидетельствует о том, что семантика первична в данном процессе: морфологический показатель каузатива закрепляет уже существующее значение.

Третью группу составляют чистые фактитивы: bdl, yZ, str, mwr, nkh, smd, sht.

Глагол bdl39 выражает идею отделения как сообщения объекту нового статуса. Таким образом, bdl является семантическим факти-тивом. Глагол может управлять как прямым объектом, так и обликву-

120

сом (чаще всего маркируется предлогами lo и ben). Lev. 20:24, 26; Num. 8:14; 16:9; Deut. 4:1 - примеры переходности bdl. Примеры из Левита и Числ связаны с отделением для культа, то есть с приведением объекта в новый статус. В Deut. 4:1 говорится об отделении трех городов для убежища. Объект меняет свой статус (не только в сакральном, но и в административном смысле). Если новый статус сообщается сразу двум объектам, при фактитиве используется обликвус (например, lo-habdil ben hattAmeC) üben hattahör Lev. 11:47, wayyab-del Ь{п hA'ör üben hahösek Gen. 1:4; из контекста ясно, что свет и тьма получили новый онтологический статус). Возможна даже попарная конструкция с 4 объектами (Lev. 20:25). K-порода является здесь семантически мотивированным показателем фактитивности. G-порода не засвидетельствована. NIP'AL поздний (в книгах Эзры и Хроник), имеет узкое значение «отделяться (от ритуально нелегитимных людей)».

Глагол bdl наряду с str40 и mwr41 образует среди фактитивов подгруппу пространственных глаголов. Семантика bdl предполагает определенное изменение пространственных координат объекта, однако это изменение непосредственно связано с приобретением качественно нового состояния либо нового статуса. Семантика глаголов str «прятать» и mwr «заменять» уже: пространственное перемещение сопровождается изменением статуса объектов, но не их сути.

Наиболее частотным глаголом среди названных является ys~ . Сама идея спасения является чисто фактитивной: она предполагает переход объекта в новое состояние. Поэтому в синхронном плане глагол hösia'' соотносится с описанными в данном разделе K-глаголами.

В синхронном плане с данным глаголом семантически соотносятся фактитивы с противоположным спектром значений: «поражать», «приводить в небытие», «смирять», «искажать».

Глагол smd43 «истреблять» практически всегда подразумевает убийство, однако, в отличие от hrg, имеет гораздо более сильный фактитивный оттенок, обозначая полное уничтожение, исчезновение, то есть ставя акцент не на действии, а на конечном состоянии объекта. Нередко это состояние понимается шире, чем просто уничтожение. Истребление царского рода означает смену политического (и религиозного) режима (1 Kgs. 13:34; 16:12; 2 Kgs. 10:17), истребление высот означает прекращение определенной культовой практики (Lev. 26:30; Num. 33:52; 2 Kgs. 10:28); истребление народа, выступающее одной из

121

главных угроз Второзакония, означает отмену обетования (Deut. 6:15; 7:4; 28:63; см. также соотносимые примеры N: Deut. 28:20, 24; 28:45); истребление - единственная судьба вещи, подверженной заклятию, то есть получившей особый статус, посвящение, равнозначное уничтожению (Jos. 7:12, 11:20). Любопытно, что в иудейском вавилонском арамейском глагол smd в D имеет значение «cause to apostatize», соотносимое со значением hishit в библейском иврите (ср. во Второзаконии: «...когда ты населишь землю, родишь сынов и совратишь их в идолопоклонство...», Deut. 4:25). И в этом отношении очень показательно, что глагол sht тоже не имеет QAL. Он приобрел частотное метафорическое значение именно в смысле совращения в нечестие, то есть каузативное (как правило, с рефлексивностью, Deut. 4:16; 31:29; Jgs. 20:19; Ps. 14:1). В буквальном же своем значении это вполне прозрачный фактитив: «портить», «извращать» (Gen. 6:12; Lev. 19:27; Deut. 20:19-20; Ruth. 4:6; 1 Sam. 6:5), а также «истреблять» (вновь синонимия с smd; Gen. 6:13; 19:14; Deut. 4:31; 10:10 и т. д.).

Глагол nky44 имеет значения «бить» и «бить насмерть», «поражать», то есть подвергать объект действию, вызывающему (cause) смерть. Во втором случае расстановка смысловых акцентов соответствует фактитиву. В фактитивном значении глагол nky синонимичен hrg. Разница заключается в том, что nky ставит отдельные смысловые акценты на действии и на его результате (то есть состоянии объекта), в то время как для значения «убить» это различие не актуально. Глагол nky, напротив, закрепляет это различие морфологически, в словообразовательной модели HIP'IL. Помимо названных, глагол nky имеет очень распространенное метафорическое значение «поражать болезнью» (применительно к божественным действиям, Gen. 19:11; Ex. 3:20; 9:15; Deut. 28:22; 1 Sam. 4:8; 2 Kgs. 6:18; 19:11 и т. д.). Это значение является в чистом виде фактитивным. Показательно, что модель HIP'IL оказалась для nky очень продуктивной: именно от нее образуется пассив, в том числе и для нефактитивного значения nky: «битые» (Ex. 5:14, 16). Единственная в корпусе форма NIP'AL засвидетельствована в 2 Sam. 11:15 для фактитивного значения: «(так, что) его поразят насмерть, и он умрет» (wanikka wamét).

Неопределенный статус в данной классификации занимает глагол nSk45. В силу особеённостей его денотата исходное значение глагола может быть закреплено как за N, так и за K. Значение N-породы может быть осмыслено как исходное неагентивное («гореть», «загорать-

122

ся», в той же степени, в какой значение К - «зажигать» - как

исходное каузативное. Обе породы слабо засвидетельствованы (для N породы - единственное вхождение, Ps. 78:21; для К-породы - два вхождения, Ь. 44:15, Ег. 39:9).

В рассмотренных нами случаях породы N и К выступают морфологическими маркерами определенных семантических особенностей. N маркирует неагентивность субъекта непереходных глаголов, К -исходную каузативность/фактитивность семантики глагола. Маркированная форма оказывается более информативной, более удобной в узусе. В конкуренции форм QAL и NIP'AL/HIP'IL в языке побеждают формы производных пород как более информативные, как маркированные, и они вытесняют формы основной породы.

_Примечания

За единственным исключением, которое будет рассмотрено далее.

Koehler L., Baumgartner W., Stamm J.J. The Hebrew and Aramaic Lexicon of the

Old Testament. Leiden - New York: E.J. Brill, 1994-1996. P. 63, 64.

Wehr H. A dictionary of modern written Arabic. New-York: Spoken Language

Services, 1976. P. 28.

The Assyrian Dictionary of the Oriental Institute of the University of Chicago. T. 17/2. Chicago: The Oriental Institute, 2004. P. 24ff, 28f.

Olmo Lete G. del, Sanmartin G. A Dictionary of the Ugaritic Language in the Alphabetic Tradition. T. 1. Leiden - Boston: E.J. Brill, 2003. P. 840. Wehr H. Op. cit. P. 416.

Sokoloff M. A Syriac Lexicon. Winona Lake - Piscataway: Eisenbraus; Gorgias Press, 2009. P. 1594; Idem. A Dictionary of Jewish Babylonian Aramaic of the Talmudic and Geonic Periods. Ramat-Gan - Baltimore: Bar Ilan University Press; The Johns Hopkins University Press, 2002. P. 1173. Wehr H. Op. cit. P. 397.

Waltke, B.K., O'Connor M.P. An Introduction to Biblical Hebrew Syntax. Winona Lake: Eisenbrauns, 1990. P. 392.

Benton R.C. Aspect and the Biblical Hebrew Niphal and Hitpael. University of

Wisconsin-Madison, 2009. P. 302.

Waltke, B.K., O'Connor M.P. Op. cit. P. 394.

Siebesma P.A. The Function of the Niph'al in Biblical Hebrew in Relationship to Other Passive-Reflexive Verbal Stems and to the Pu'al and Hoph'al in Particular. Assen - Maastricht: Van Gorcum, 1991. 207 p.

3

4

5

8

9

11

123

13. К ним примыкает глагол ne'#man «быть надежным», если считать, что именно N-форма закрепила исходное значение QAL. Об этой проблеме см. ниже.

14 Эксплицитно этот аргумент задан в Ex. 8:5, 7; Num. 11:26; 2 Kgs. 25:22; Jes. 17:6; 27:12; Ez. 36:36. В тех многочисленных случаях, где аргумент места не задан синтаксически, он все равно подразумевается семантикой глагола, то есть является семантическим аргументом (ср.: Плунгян В.А. О специфике выражения именных пространственных характеристик в глаголе: категория глагольной ориентации // Исследования по теории грамматики. Вып. 2. Грамматикализация пространственных значений / Под ред. В.А. Плунгян. M.: Русские словари, 2002. С. 61). Mожно также говорить о менее типичной позиции аргумента, близкой к бенефактиву («не осталось у меня (букв. «во мне». - М.К.) силы» (Dan. 10:8); «только туловище Дагона осталось у него (Дагона)» (1 Sam. 5:4). См. тж. Zech. 9:7.

15 Mbi принимаем обозначения аргументов глаголов перемещения, использованные В.А. Плунгяном: I - исходный пункт перемещения, F -конечный пункт, T - маршрут (Плунгян В.А. Указ. соч. С. 61).

16. В Ez. 22:21 дается указание на место, однако nittaK выступает здесь в значении «плавиться», не как глагол перемещения, и место не является здесь аргументом (участником ситуации).

17. Бентон говорит об одноместных глаголах без субъекта (применительно к глаголам состояния). Такое понимание справедливо применительно к глаголам состояния, в которых агенс и пациенс не различимы, однако для наших глаголов различение ролей остается актуальным, именно оно и маркируется N. Этим объясняется отсутствие N-маркера для глаголов состояния. Итак, мы говорим о непереходных глаголах без агенса, а не без субъекта.

18. Позицию говорящего нельзя игнорировать при решении задач описания языка. Объясняя причины языковых явлений, мы должны отдавать себе отчет в том, могли ли эти причины быть «осязаемыми» и ощутимыми для носителя языка, который пользовался языковыми категориями неосознанно. Вопрос об отношении субъекта к действию благоприятен в этом отношении, что показывают даже наблюдения над детской речью.

19. Данная ситуация приведена Плунгяном в качестве характерного примера S^A (Плунгян В.А. Общая морфология: Введение в проблематику. M.: Едиториал УРСС, 2003. С. 165).

20 Koehler L., Baumgartner W., Stamm J.J. Op. cit. P. 1191.

21 Ibid. P. 1375.

22. Ibid. P. 628.

124

23 Ibid. P. 732.

24 Ibid. P. 688.

25 Ibid. P. 502.

26. Ibid. P. 1645.

27. Ibid. P. 1612.

28. Ibid. P. 111.

29. В качестве косвенных исключений следует назвать обликвус в Ps. 90:3 («яростью Твоей мы смутились») и Ez. 26:18 («пришли в смятение от исхода твоего (= твоей гибели)»), а также случаи метафорического употребления nibhal в значении «спешить», предполагающие наличие пространственного аргумента, указывающего направление (Prov. 28:2 «спешить к богатству», 2 Chr. 26:20 «спешить оттуда»). Во всех этих случаях дополнительный актант обладает низким грамматическим статусом.

30. Ср. контексты употребления глагола nibhal, описывающие интенсивные психофизиологические переживания: Is. 13:8; 21:3; Job. 21:6.

31 Koehler L., Baumgartner W., Stamm J.J. Op. cit. P. 316.

32. Ibid. P. 1639.

33. Ibid. P. 1396-1399.

34. Ibid. P. 1399.

35. Ibid. P. 484-485.

36.

То есть речь идет о сознательном подчинении, но само подчинение не является динамическим действием.

37. Koehler L., Baumgartner W., Stamm J.J. Op. cit. P. 373.

38. Ibid. P. 1527-1530.

39. Ibid. P. 110.

4°. Ibid. P. 771-772.

41 Ibid. P. 560.

42. Ibid. P. 448-449.

43. Ibid. P. 1552-1553.

44. Ibid. P. 697-698.

45 Ibid. P. 728.

125