Коммуникативно актуальные смыслы и их лексическое выражение в повседневной речи

УДК 81

Л. П. Крысин

Коммуникативно актуальные смыслы и их лексическое выражение в повседневной речи

Статья написана в рамках проекта «Лексикографическое представление современной русской разговорной речи», получающего финансовую поддержку РГНФ

В статье рассматривается понятие коммуникативно актуальных смыслов - то есть тех тем, которые в наибольшей степени интересуют человека в процессе повседневного общения и которые постоянно требуют соответствующего языкового выражения. Это понятие иллюстрируется анализом ряда лексико-семантических групп, содержащих слова, активно употребляемые в современной повседневной русской речи. Используется материал «Толкового словаря русской разговорной речи», составляемого под руководством автора статьи.

Ключевые слова: повседневная речь, коммуникативно актуальные смыслы, словарь, словарная статья, зоны словарной статьи.

L. P. Krysin

Communicatively relevant meanings and their lexical expression in everyday speech

The article considers the concept «communicatively relevant meanings», i.e. the topics which mainly interest people in everyday communication and which require adequate linquistic expression. This notion is illustrated by analysing some lexical-semantic groups containing words widely used in modern everyday Russian speech. The author uses Defining Dictionary of Russian Vernacular, which is being compiled under the supervision of the author.

Key words: everyday speech, communicatively relevant meanings, dictionary, entry, entry zones.

Исследователями уже отмечалось, что как русская разговорная речь (РР), так и просторечие и жаргоны в высшей степени (больше, чем кодифицированный литературный язык) антропоцен-тричны. Наибольшая специфичность этих форм речи и, в частности, присущей им лексики проявляется в обозначении жизни и деятельности человека, по преимуществу городского, - его ежедневного быта, его питания, здоровья, физического и психического состояния, его отношений с другими людьми. Эти темы и становятся наиболее востребованными в бытовых разговорах, в других формах ежедневного поведения и общения людей. В рамках таких тем речевой коммуникации формируются так называемые актуальные смыслы, то есть то, что в наибольшей степени интересует человека и что постоянно требует соответствующего языкового выражения. Приблизительный круг таких актуальных смыслов составляют

(1) тело и умственная деятельность человека,

(2) свойства его характера, (3) его внутренние состояния, (4) его намерения и эмоции, (5) его действия, (6) оценка им других людей и внешнего мира, (7) обозначения предметов быта.

Рассмотрим, каким образом эти смыслы получают выражение в разного рода разговорных, про-

сторечных, жаргонных номинациях, которые составляют значительную часть языковых средств, используемых в повседневном речевом общении1.

В рамках одной статьи трудно описать особенности всех только что названных лексико-тематических групп. Да и не это составляет цель данной статьи: важно не только дать перечни лексических и фразеологических средств, «обслуживающих» ту или иную сферу речевого общения, но и показать парадигматические отношения внутри лексических групп - например, отношения синонимии, антонимии, конверсии, аналогии.

Так, в современной русской повседневной речи чрезвычайно развиты ряды номинативных единиц, обозначающих человека по его внешнему виду, умственным качествам, по некоторым отрицательно оцениваемым склонностя; ср., например:

(а) слова, обозначающие людей высокого роста и крепкого телосложения: амбал, бугай, бык, верзила, верста, детина, дубина, дылда, жердь, жеребец, каланча, кобыла, корова, лоб, оглобля, шкаф;

(б) слова, негативно характеризующие человека по его умственным способностям: балда, болван, дебил, дуб, дундук, дурак, дуралей, дурачина, дурачок, дурень, дуреха, дурила, дурища, дуролом,

© Крысин Л. П., 2016

дурошлеп, дурында, идиот, кретин, придурок, тупица, чалдон, чурбан, чурка; ср. также просторечные и жаргонные валенок, ванек, сапог, сундук, тундра и др.;

(в) отпричастные прилагательные, обозначающие неприглядный внешний вид человека и его одежды: загвазданный, задрипанный, заляпанный, замурзанный, замусоленный, заношенный, занюханный, затасканный, затрепанный, изгваздан-ный, истрепанный, потасканный, потрепанный,...;

(г) слова, обозначающие употребление спиртных напитков и состояния человека в результате такого употребления: вмазать, врезать, гудеть, дербалызнуть, закладывать, захорошеть, квасить, кирять, набраться, надрызгаться, наклюкаться, налимониться, упиться,...; бухой, вдрызг (в дрезину, вусмерть) пьяный, косой, окосевший, осоловевший, тепленький, хорош! и т. п.;

(д) слова тематической группы 'жадность, скупость' (свойство человека, осуждаемое говорящими, что отражается в отрицательных стилистических характеристиках соответствующих лексических и фразеологических средств): жаба (+ фразеологизм жаба душит), жадина, жадоба, жадюга, жид (во 2 знач.), жила, жлоб (во 2 знач.), жмот, куркуль, сквалыга, скряга, скупердяй; жаться (во 2 знач.), жидиться, жилить, жилиться (во 2 знач.), жлобиться, жмотиться, жмотничать, сквалыжничать, скряжничать, скупердяйничать2.

Несомненно, раз каждый из выделенных актуальных смыслов имеет столь множественные лексические обозначения, то между этими обозначениями устанавливаются отношения синонимии, антонимии, конверсии.

Наиболее хорошо развиты синонимические связи; они достаточно наглядно представлены в приведенных выше перечнях лексем. Связи антонимические реализуются в таких противопоставлениях, как, например, влезть (в вагон) - вылезти (из вагона); голова (поезда) - хвост (поезда); жадина, жадюга, жмот - мот, транжира; жадничать, жмотиться - мотать, транжирить; рукастый 'умелый' - безрукий 'неумелый' и др. Связи конверсные можно проиллюстрировать такими примерами разговорных и просторечных глаголов: влезть - налезть: Я еле влезла в это платье - Это платье еле налезло на меня; обставить - продуть: Он обставил меня в «дурака» -В «дурака» я ему продул.

Кроме того, близкие по смыслу слова одной тематической группы могут образовывать под-

группы аналогов, то есть слов, близких по значению, но не синонимичных друг другу. Типичный пример аналогов - когипонимы внутри некоего множества слов, объединяемых каким-либо лексическим гиперонимом: говорить (гипероним) -бубнить, вякать, долдонить, талдычить, трепаться; крупа (гипероним) - гречка, манка, овсянка, перловка, пшенка 3. Как правило, в таких объединениях гипероним стилистически нейтрален и принадлежит общелитературному языку, а гипонимы стилистически окрашены и принадлежат какой-либо некодифицированной подсистеме - РР, просторечию, жаргону, сленгу.

Приведем примеры синонимов и аналогов, обозначающих те или иные стороны человека и его деятельности.

Группы синонимов и аналогов составляют разговорные и просторечные слова, в одном из своих значений сравнивающие человека с животным -как правило, по каким-либо отрицательным свойствам: баран, бирюк, боров, верблюд, ворона, гнида, горилла, гусь, дятел (= доносчик, стукач), жеребец, жираф, жук, заяц, змея, индюк, ишак, кабан, кобель, кобыла (о рослой и сильной женщине), курица, кот (о распутном мужчине), кошка, корова (о неповоротливой женщине), лиса, медведь, обезьяна, осел, паук, петух, сука, червяк,

4

шавка, шакал,...

Сюда же относятся аналоги-глаголы, обозначающие такие действия человека, которые сравниваются с соответствующими действиями животных: блеять, гавкать, гоготать, выть, каркать, крякать, кудахтать, куковать, кукарекать, лаять (и лаяться в значении 'ссориться, браниться'), мекать, мычать, набычиться, петушиться, раскудахтаться, рычать, скулить, хрюкать, чирикать, шипеть.

При использовании этих слов применительно к человеку и его действиям они приобретают отрицательную оценку, в то время как при обозначении ими действий животных они, как правило, стилистически нейтральны. Например, в Малом академическом словаре [МАС, т. 1] глагол жрать в основном своем значении не имеет стилистических помет и толкуется как «есть с жадностью (о животных)»; этот же глагол, употребляемый применительно к человеку, квалифицируется здесь как просторечный и имеет пренебрежительную стилистическую окраску (пометы прост. и пре-небр.). Если мы о вороне говорим каркает, то вряд ли характеризуем это действие отрицательно; если же этот глагол применяется к речевому поведению человека, то он содержит резко негативную

оценку, которая отражается как в стилистической характеристике, так и в сдвиге значения (= 'говорить, предвещая что-л. неприятное').

Сравнение человека и его действий с «вещным» миром также не нейтрально; ср.: У него не руки, а грабли ; Котелок не варит; костыли - о ногах; ру б и л ь н и к - о большом носе; Не разевай варежку ( = рот) ; Чего ты шары - то выкатил (о глазах)? и т. п. Очевидно, что слова грабли, котелок, костыли, рубильник, варежка, шары в их прямых значениях никакой оценки не содержат.

Понятия синонима и аналога плодотворны и для описания других тематических множеств повседневной лексики. При этом в одних случаях группы синонимов и аналогов различаются достаточно четко, а в других аналоговые отношения между значениями слов тесно переплетаются с синонимическими, и нередко составитель словаря испытывает определенные трудности в квалификации тех или иных смысловых связей между описываемыми словами либо как синонимических, либо как аналоговых.

Так, с одной стороны, при разработке словарных статей прилагательных с суффиксом -аст(ый) (головастый, губастый и т. п.) оказывается, что толкования этих прилагательных содержат общий компонент 'с большим / большими X', где Х - переменная: головастый 'с большой головой', губастый 'с большими губами' и т. д., и, следовательно, словарная статья каждого из подобных прилагательных должна содержать в зоне аналогов все остальные прилагательные этой группы (кроме того, слова головастый, глазастый, зубастый, рукастый имеют еще и переносные значения, и каждое из них в своей словарной статье содержит в зоне аналогов все другие прилагательные с таким переносным смыслом).

С другой стороны, довольно большой ряд разговорных и просторечных глаголов, имеющих общее значение 'физически воздействовать на живой объект': влепить, вмазать, всадить, дубасить, заехать, залепить, засадить, колошматить, лупить, навалиться, оглоушить, садануть, толкануть, хряснуть, шваркнуть, шибануть, шмякнуть,... - включает в себя как синонимы, так и аналоги: очевидно, например, что влепить, вмазать и заехать находятся в более тесных смысловых отношениях друг с другом (это синонимы), чем с глаголами навалиться или толкануть.

Столь же неоднородны по тесноте семантических связей и некоторые другие лексико-тематические группы, например:

— лексико-тематическая группа с общим значением 'прийти в какое-л. состояние или быть в нем': артачиться, ерепениться, кипятиться (обобщающий смысл 'возражать'); набычиться, надуться (обобщающий смысл 'обидеться'); обалдеть, остолбенеть, ошалеть (обобщающий смысл 'сильно удивиться'); разнюниться, разреветься, рассопливиться (обобщающий смысл 'расстроиться, прийти в уныние');

— лексико-тематическая группа с общим значением 'потерпеть неудачу (физически, интеллектуально или нравственно)' также состоит из нескольких подгрупп, выделяемых на основе большей или меньшей тесноты смыслового сходства: влипнуть, вляпаться, опростоволоситься, зевнуть, проворонить (1); растянуться 'упасть', грохнуться, сверзиться, гробануться, загреметь (2); обмишулиться, провалиться (на экзамене), проколоться, срезаться (3),...;

— лексико-тематическая группа 'осуществлять речевую деятельность': вякать, брякнуть, долдонить, бубнить, бурчать, заткнуться, кипятиться, ляпнуть, мямлить, наушничать, нудить, огорошить, перечить, пререкаться, талдычить, трепаться, трещать, шипеть,., -дробится на подгруппы с более конкретными значениями: 'воздействовать на кого-л. с помощью слов, высказываний': распатронить, пропесочить, жучить, канючить, клянчить, наехать, расчихвостить, хамить,. ; 'приврать, пошутить, высмеять кого-л.': балагурить, ерничать, подколоть, подъелдыкивать, проехаться (по чьему-л. адресу), хохмить, язвить...

Рассмотренный материал дает нам основание для некоторых заключений, касающихся как типов значений слов, употребительных в повседневной речи, так и стилистической окраски этих слов. В их семантике преобладает не просто номинация того или иного объекта, действия или свойства, а о ц е н к а говорящим этих объектов, действий и свойств. В большинстве случаев мы имеем дело с отрицательной оценкой. Эта оценка может составлять определенный компонент значения (и тогда она фиксируется тем или иным фрагментом толкования слова) либо сказываться в стилистической окраске слова - и тогда ее место в зоне его стилистических свойств5. Чаще всего оценка, заключающаяся в толковании слова, получает отражение и в виде той или иной пометы в зоне стилистических признаков. Например:

БАРАН.

DEF: о глупом, плохо соображающем мужчине.

Что с этим бараном разговаривать?; Понадеялся на Витьку/ а он/ баран/ ничего в технике не смыслит!; А что/ на таких баранах свет что ли клином сошелся? Других работников найдем! (Записи устной речи, 2001-2006); Если вы такие бараны, если не сдали с первого раза, то нечего вообще за руль садиться! (Учимся водить // Форум, 2007-2008); В аул ходил! Баран. Ты ж всю ночь по минному полю гулял (К/ф «Блокпост», 1999); -Идиот! Баран! Скотина! - орал Боря с поразившей меня искренностью (А. Терехов. Каменный мост).

MORPH: м.; одуш.

SYNT: употр. обычно в составе именного сказуемого или в роли бранного обращения; в повествовательном предложении не может быть употреблено в позиции подлежащего без определения; в составе восклицательных и вопросительных предложений часто в сочетании с усилительными определениями типа настоящий, такой, этот, с частицами вот, ну и, ох и и под.

STYL: бран., презр.

SYN: балбес (во 2 знач.), балда (в 1 знач.), бестолочь, болван, дебил, дуб1, дундук, дурак (в 1 знач.), дурачок (в 1 знач.), дурень, дурила, дуро-лом, дурошлеп, дурында (в 1 знач.), идиот, кретин, тупица, чалдон.

ANALOG: валенок, деревня, лапоть, сапог, сундук, тундра, утюг.

ВАЛАНДАТЬСЯ.

1. DEF: неоправданно долго, бестолково или с неохотой заниматься кем-чем-л. Сантехник приходил/ часа три валандался с краном/ а ушел/ он опять течет/ как тек до этого// (Запись устной речи, 2012); Игорь тогда долго валандался с этим делом и в конце концов все понял, нашел убийцу и выманил его (Т. Устинова. Большое зло и мелкие пакости); - Давай, Серега, ботинки с нее стащи, сколько с ней тут валандаться... (А. Рыбин. Последняя игра); - Тут свой отец от ребенка отказался, - подначивали ее подруги,- а ты хочешь, чтобы чужой с ним валандаться согласился (Труд-7, 23.07.2009).

MORPH: несов.; сов. нет.

SYNT: с кем-чем и без доп.

STYL: неодобр.

SYN: вожжаться, возиться, нянчиться, цацкаться.

2. DEF: ходить, слоняться праздно, без дела. (Пересказывает телесериал:) Ну в общем/ классическая ситуация / пока жены там валандаются по магазинам / мужики сидят выпивают/ и за жизнь общаются // (Запись устной речи, 2013);

Неделя в Японии прошла для меня как непрерывный наркотический трип. Валандалась туда-сюда, ничего не успела, а сознание, кажется, расширилось! (Блоги, 2014); У подъезда стоял «рафик» с надписью «Телевидение», а на крыльце валандались фраера из программы «Время» - явно по Танькину душу (В. Аксенов. Остров Крым); - А где он валандается, чего домой не идет? (Ф. Кнорре. Орехов).

MORPH: несов.; сов. нет.

SYNT: где и без доп.

STYL: неодобр.

SYN: болтаться (в 1 знач.), гонять (в 7 знач.), мотаться, слоняться, шататься, шляться.

ANALOG: прохлаждаться.

КУРИЦА.

1. DEF: о безвольном, бесхарактерном мужчине. Это ж не мужик/ а курица/ сам-то ничего не может решить/ все жена/ жена! (Запись устной речи, 2009).

MORPH: ж.; одуш.

SYNT: обычно употребляется в составе именного сказуемого.

STYL: сниж., презр.

SYN: баба (в 5 знач.), слизняк.

ANALOG: баран, болван, дуб, дубина, идиот, кретин, осел, тупица.

2. DEF: о глупой, недалекой женщине. Да эта курица дальше носа своего не видит!; Что с ней / тупицей / говорить / все без толку // Курица она и есть курица! (Записи устной речи, 2004, 2006).

MORPH: ж.; одуш.

STYL: пренебр.

PHRAS: мокрая курица (пренебр.) - о человеке, имеющем жалкий вид; слепая курица (шутл.) - о том, кто плохо видит и поэтому не может разобрать написанное.

Кроме того, словарная статья «Толкового словаря русской разговорной речи» имеет зону PRAGM, в которой содержатся сведения о социальных и ситуативных особенностях употребления того или иного слова; часть сведений, характеризующих оценку предмета речи, которую говорящий выражает тем или иным словом, попадает сюда.

Например, в словарной статье слова ЕДИНОЛИЧНИК в значении 'индивидуалист' с примерами: - А у нас в классе Витька был Тюрин / такой единоличник! Время-то голодное было / а он из дома что в школу принесет / сам украдкой съест / никогда ни с кем не поделится! (Запись

рассказа о детстве, 1993); - Натура у тебя, дорогой товарищ, эгоистическая. Ты единоличник. У нас в одиночку бороться невозможно (В. Дудинцев. Не хлебом единым), - в зоне РИЛОМ дается объяснение того, почему это существительное имеет неодобрительную стилистическую окраску: «такое употребление слова возникло во время коллективизации сельского хозяйства (конец 20-х - 30-е гг. ХХ в.) из противопоставления единоличников - крестьян, ведших самостоятельное хозяйство, колхозникам; при этом к колхозникам власть относилась одобрительно, а с единоличниками боролась и преследовала их».

Любопытно, что даже те объекты и процессы, которые не называют человека или его действия и свойства ни прямо, ни косвенно, испытывают на себе влияние «человеческого фактора». Хорошо известно, например, что работу машин и приборов человек часто обозначает с помощью лексических средств, которые в прямых своих значениях называют действия и состояния человека: мотор автомобиля капризничает, кашляет, чихает, пылесос еле дышит, компьютер задумался и т. п. Явления погоды также нередко «очеловечиваются», но мы этого уже почти не замечаем, когда говорим: погода дурит или, того хуже, взбесилась.

В ряде случаев влияние человека как носителя языка отражается и в значениях таких слов, которые, казалось бы, называют нечто объективно существующее и не зависящее от воли человека.

Таковы, например, слова типа уйма, вагон, прорва, которые в ассертивной части своих значений указывают на очень большое количество чего-либо. Но в модальной рамке своих значений они, несомненно, содержат и о ц е н к у говорящим этого количества. Поэтому при лексикографическом описании подобных слов необходимо указывать на отношение говорящего к количеству объектов, обозначаемому такими словами: это не просто 'очень много', но 'очень много, и говорящий оценивает это положительно или отрицательно'.

Слова, содержащие в своей морфемной структуре экспрессивные суффиксы типа

-ища, -ина (жарища, холодина), по-видимому, должны иметь толкования, в которые встроена оценка говорящим соответствующего явления: жарища - это не просто 'сильная жара', а 'сильная жара, и говорящему это не нравится', холодина - это не просто 'сильный холод', а 'сильный холод, и говорящий оценивает это отрицательно'. Традиционная подача подобных слов в толковых словарях с помощью стилистических помет разг.

и прост. не соответствует статусу этого компонента словарной статьи: это особенность значения, а не только указание на определенную стилистическую окраску слова.

В заключение надо сказать, что словарь, описывающий лексику повседневного речевого общения, существенно отличается от толкового словаря литературной лексики: здесь, с одной стороны, нет установки на кодифицированную норму (но стихийно сложившиеся нормы разговорной речи как некодифицированной сферы национального языка должны быть отражены в полной мере), а с другой - присутствует стремление зафиксировать все специфические свойства слов, наиболее употребительных в условиях непринужденного, неформального общения людей, для которого характерна реализация не любых, а преимущественно коммуникативно актуальных смыслов.

Библиографический список

1. Апресян, Ю. Д. Лингвистическая терминология словаря [Текст] // Новый объяснительный словарь синонимов русского языка / Под общим руководством академика Ю. Д. Апресяна. - Москва-Вена : «Языки славянской культуры» - «Wiener Slawistischer Alma-nach. Sonderband 60», 2004.

2. Апресян, Ю. Д. Исследования по семантике и лексикографии. Т. 1. Парадигматика [Текст] / Ю. Д. Апресян. - М. : Языки славянских культур, 2009.

3. Крысин, Л. П. О словарном представлении лексики некодифицированных подсистем языка [Текст] // Известия РАН. Серия литературы и языка. - 2010. -№ 1. - С. 28-43.

4. МАС - Словарь русского языка [Текст] // Гл. ред. А. П. Евгеньева. Т. 1-4. Изд. 2-е. - М., 1981-1984.

5. Розина, Р. И. Русская разговорная речь сквозь призму лексикографии и английского языка [Текст] // Известия РАН. Серия литературы и языка. - 2015. -№ 4. - С. 47-58.

6. Толковый словарь русской разговорной речи [Текст] / Под ред. Л. П. Крысина. Вып. 1, А - И. - М., «Языки славянских культур», 2014.

Bibliograficheskij spisok

1. Apresjan, Ju. D. Lingvisticheskaja terminologija slovaija [Tekst] // Novyj objasnitel'nyj slovar' sinonimov russkogo jazyka / Pod obshhim rukovodstvom akademika Ju. D. Apresjana. - Moskva-Vena : «Jazyki slavjanskoj kul'tury» - «Wiener Slawistischer Alma-nach. Sonderband 60», 2004.

2. Apresjan, Ju. D. Issledovanija po semantike i leksikografii. T. 1. Paradigmatika [Tekst] / Ju. D. Apresjan. - M. : «Jazyki slavjanskih kul'tur», 2009.

3. Krysin, L. P. O slovarnom predstavlenii lek-siki nekodificirovannyh podsistem jazyka [Tekst] // Izvestija

RAN. Serija literatury i jazyka. - 2010. - № 1. - S. 28-43.

4. MAS - Slovar' russkogo jazyka [Tekst] // Gl. red. A. P. Evgen'eva. T. 1-4. Izd. 2-e. - M., 1981-1984.

5. Rozina, R. I. Russkaja razgovornaja rech' skvoz' prizmu leksikografii i anglijskogo jazyka [Tekst] // Izvestija RAN. Serija literatury i jazyka. - 2015. - № 4. -S. 47-58.

6. Tolkovyj slovar' russkoj razgovornoj rechi [Tekst] / Pod red. L. P. Krysina. Vyp. 1, A - I. - M., «Jazyki slavjanskih kul'tur», 2014.

Дата поступления статьи в редакцию: 15.10.16 Дата принятия статьи к печати: 12.11.16

1 В дальнейшем изложении используется материал «Толкового словаря русской разговорной речи», составляемого сейчас в Институте русского языка им. В. В. Виноградова РАН под руководством автора данной статьи (1-й выпуск этого словаря - слова на буквы от А до И - вышел в 2014 году).

2 Некоторые из этих номинативных групп рассмотрены в статье Р. И. Розиной - см. [Розина 2015].

3 Понятие аналога Ю. Д. Апресян, введший этот термин в лексикографическую практику, определяет так: «Аналог -лексема, которая относится к той же части речи, что и данная, и имеет похожее значение, но семантически отстоит от данной лексемы дальше, чем ее синонимы...». Самым чистым примером аналогов являются когипонимы (= лексемы, обозначающие видовые понятия внутри родового понятия: напр., родовое понятие эмоция имеет такие когипонимы: гнев, радость, стыд, страх и т.п.) [Апресян 2004, с. ХХШ, ХХХ1]; см. также [Апресян 2009, с. 489].

4 Сравнения человека с животным, имеющие положительный знак, немногочисленны: лев, тигр, орел, сокол, лань,., и они, как правило, более естественны в книжных стилях литературного языка.

5 Словарная статья «Толкового словаря русской разговорной речи» имеет вид последовательности зон, в каждой из которых содержится один вид информации о слове: о его семантике (толкование), морфологии, синтаксисе, стилистической характеристике, парадигматических связях, о прагматике. Зоны словарной статьи разделяются метками с двоеточием, указывающими на характер сведений, содержащихся в данной зоне:

DEF: толкование и иллюстративные примеры;

MORPH: морфологические сведения;

SYNT: сведения о синтаксических характеристиках слова;

STYL: стилистические пометы;

SYN: синонимы;

ANT: антонимы;

CONV: конверсивы;

ANALOG: аналоги;

PHRAS: фразеологизм(ы) с данным словом, включая его (их) толкование;

PRAGM: условия - контекстные, ситуативные, социальные и т. п. - употребления данной единицы в речи; в этой зоне возможны также сведения энциклопедического характера - об обозначаемой словом реалии.

Подробное описание структуры словарной статьи в указанном словаре и содержания каждой зоны словарной статьи см. в статье [Крысин 2010] и в предисловии к 1-му выпуску «Толкового словаря русской разговорной речи» (М., 2014).