"В этом году у нас всего семь отказов"

В России существуют успешные примеры решения проблемы детских домов. В Череповце это стало возможным благодаря сотрудничеству власти, бизнеса и граждан.

Профилактика сиротства — это не только работа с отказами в детских домах, но и помощь в усыновлении. В Череповце уже несколько лет работает уникальная благотворительная программа "Дорога к дому" — это 15 разных проектов, направленных на профилактику сиротства. До запуска программы в 2006 году в этом небольшом городе было девять детских домов. Сейчас их пять. А к концу года будет уже четыре, потому что еще один на грани закрытия — число воспитанников уменьшается, они находят семью.

Уникальность программы состоит в объединении усилий городских властей, общественных организаций и бизнеса. Общественные организации внедряют социальные методики и технологии, муниципалитет оказывает административную и организационную поддержку, а бизнес — финансовую.

Катя с мужем и дочкой Сашей без лишних уговоров согласились встретиться в школе приемных родителей — это один из проектов "Дороги к дому". Первой в семье усыновить ребенка решила именно Катя. Они прожили в браке много лет, но детей не было. Прошли через все — клиники, обследования, приговор врачей.

"Как-то я смотрела передачу по местному череповецкому телевидению, в которой рассказывали про усыновление именно в нашем городе,— говорит Катя.— Там говорили о "Дороге к дому" — программе, которая помогает усыновлять детей. И на следующий день я туда позвонила".

Подготовка к усыновлению прошла быстро, с Катей работал психолог, который, по ее словам, помог ей "многое переосмыслить в собственной жизни, в отношениях с близкими людьми". В школе приемных родителей рассказывали о сложностях, которые наверняка возникнут в отношениях с новым ребенком, как избегать конфликтов или их решать. А потом в семье появилась Саша.

После усыновления было особенно тяжело — ребенок адаптировался к новой обстановке, нервничал, родители тоже переживали, обстановка была нервозной. Помогла снова школа. "В группе поддержки семей-усыновителей одно занятие было посвящено мне одной,— вспоминает Катя.— Я ведь все равно до конца не понимала, что такое быть мамой. У Саши день рождения, три года ей, а я вся на нервах, не знаю, как и что делать. И меня беспокоит то, что я нервничаю. А мне здесь на занятиях сказали тогда: "Тут ты волнуешься, здесь переживаешь, это и значит быть мамой"".

Руководитель череповецкой школы приемных родителей Светлана Булатова говорит, что еще недавно в череповецких семьях было очень много проблем, связанных с асоциальным поведением усыновленных детей: например, приемный ребенок начинает воровать, очень много врет или провоцирует конфликты в семье. И таких детей просто возвращали в детский дом. А бывали случаи, когда от ребенка отказывались трижды. Это было массовое явление и огромная проблема: вторичное сиротство наносит психике ребенка тяжелейший удар, от которого многие уже не оправляются.

Школа приемных родителей взялась и за эту проблему. По мнению руководителя проекта, очень важно определить мотивацию, поэтому, когда потенциальный усыновитель приходит в школу, с ним работают психологи, определяя, зачем ему ребенок.

— Сейчас в стране каждый десятый ребенок, взятый в семью, возвращается в детский дом,— говорит Светлана Булатова.— Почему так происходит? У решения усыновить ребенка может быть самая разная мотивация. Приходит, например, женщина, говорит: "Мы молодая семья, у меня молодой, полный сил муж, но я не могу родить. И боюсь, что муж уйдет. Мы решили взять приемного ребенка". В таком случае я могу утверждать, что прогноз у этой семьи не очень хороший. Если дело уже идет к разводу, не надо брать ребенка, он не спасет такую семью.

Точное определение мотивации, по мнению Булатовой, 90% успеха. Она считает, что именно точный диагноз — причина того, что за пять лет ни один из посетителей школы не отказался от ребенка.

Пообщавшись с психологами школы, многие люди просто отказываются от идеи усыновления. "Поработав с нами, они понимают, что не готовы сейчас к такому шагу, не готовы к ответственности и что представляли себе все по-другому до занятий в школе. За пять лет работы нашей школы 95 человек решили не брать детей из детских домов. И это тоже профилактика возвращения детей в казенные стены. У нас ведь нет задачи раздать всех детей, которые есть в городских детдомах. Для нас главное — ребенок, его душевное благополучие",— говорит Светлана Булатова.

Череповец всегда был проблемным в социальном отношении городом.

"У нас огромное количество промышленных предприятий для такого небольшого города,— говорит глава управления образования мэрии Череповца Николай Печников.— Ну вы знаете, конечно, что здесь "Северсталь" и другие крупные предприятия. И понятно, что эти предприятия строила вся страна. В конце 1970-х был такой сложный период, когда город заполнили так называемые химики. Химиками мы называли осужденных на вольном поселении, которые строили здесь химический завод. Понятно, что город в криминальном плане был очень непростым. У нас одних спецкомендатур было больше десятка. Были общежития, которые были забиты условно осужденными из числа "химиков", условно-досрочно освобожденными. Это серьезно сказалось на демографической ситуации. Многие из них оседали здесь, создавали семьи. Были благополучные браки, были и не очень, было много внебрачных детей. В городе участились случаи, когда детей после рождения сдавали в Дом ребенка. К девяностым годам у нас было девять детских домов, а в 1970-е — только два!".

По словам чиновника, городские детские дома неплохо обеспечены, всюду — хорошая материальная база, поэтому за эти учреждения чиновнику не стыдно. Еще одна особенность местных детских домов заключается в том, что их воспитанники учатся в обычных школах. Это настоящая инновация, а объясняют ее так: обучаясь в обычной школе с обычными детьми, детдомовские дети быстрее привыкают к внешнему миру, адаптируются к нему. От этой адаптации зависит многое, в том числе и повторное сиротство — так называют сирот, от которых отказались родители-сироты.

Сам Николай Печников — бывший директор школы, его жена — директор одного из городских детских домов. Так что он знает вопрос, как говорится, изнутри.

По его словам, в 1990-е годы с сиротством в России боролись только иностранные усыновители — в год больше двадцати человек уезжали из череповецких детских домов за границу в новые семьи. Местные жители детей брали реже — сказывался и страх, и нехватка информации.

"И в какой-то момент стало понятно, что надо ситуацию выправлять,— говорит Печников.— Городские власти, общественные организации и бизнес в лице "Северстали" объединились и создали "Дорогу к дому". А в рамках этого проекта создали школу приемных родителей. Решили, что в перспективе всю эту инициативу переведут в штатный режим и передадут муниципалитету. Не вечно ведь "Северсталь" будет давать на эти проекты деньги".

Еще одно направление программы "Дорога к дому" — профилактика отказов от новорожденных, которая начинается уже в женской консультации. Каждую женщину, которая становится на учет по беременности, ведут специалисты не только физического, но и психологического здоровья и социального благополучия. И если становится понятно, что возможен отказ, подключаются специалисты "Дороги к дому". И самый главный в этой работе — главный врач череповецкого городского роддома Герман Мяснов.

"Мы начинали работать сами как могли, как умели,— вспоминает Мяснов.— Сколько копий было поломано! Проблемы были, нам родственники били стекла за то, что вмешиваемся в чужую жизнь. Вроде как мы нарушаем права женщины на распоряжение собственным ребенком. Обвиняли нас в распространении сведений, содержащих личную информацию. По нашему незнанию всякое было: например, мы искали женщин, бросивших своих детей, а оказывалось, что их родные ничего не знали о детях, и это потом создавало им определенные проблемы. Но потом мы стали профессиональнее работать, привлекли специалистов".

У главврача постоянно звонит мобильный, но он, увлеченный беседой, сбрасывает звонки и рассказывает одну истории за другой. Про маму-педагога, которая отказывается от третьего ребенка, потому что есть уже два, а третий лишний. Про девушку из хорошей семьи, которой родители предложили оставить ребенка в роддоме в обмен на машину, и девушка выбрала машину. Про молодоженов, которые очень хотели ребенка и даже поехали на тропический курорт, чтобы там его зачать. Сняли номер для новобрачных, с лепестками роз и свечами. Но ребенок родился с синдромом Дауна, и пара от него отказалась. А молодой отец в разговоре с главврачом сказал, что обществу надо рожать здоровых детей. Ребенок прожил всего три месяца — кроме синдрома Дауна у него были другие врожденные заболевания.

"Причины отказов — разные,— говорит Мяснов,— это и бытовые условия, и бедность, и нежелательная с самого начала беременность. Важно сразу понять, какая у женщины ситуация,— в роддоме уже нет времени, роженицы иногда через два часа сбегают. Поэтому сейчас мы работаем с женщиной с самого начала беременности. Это называется ранний скрининг. И результаты неплохие: в 2012 году у нас всего семь отказов при абсолютном росте количества родов. Но и эти семь случаев не "наши" пациентки. Это так называемые туристки: женщины специально приезжают из другого региона или из деревни, чтобы здесь родить и бросить ребенка. Потом найти такую маму всегда сложнее".

Над всеми проектами, включенными в "Дорогу к дому", работают социальные службы в партнерстве с социальными организациями. А финансирует государство и бизнес — один из лидеров в металлургии и горнодобывающей промышленности ОАО "Северсталь". По словам менеджера управления корпоративной социальной ответственности "Северстали" Ольги Мироновой, ежегодное финансирование вологодской региональной программы "Дорога к дому" составляет около 70 млн рублей. Но даже эта сумма несопоставима с теми суммами, которые тратит государство на содержание детей в детских домах Вологодской области и других регионах присутствия компании. Миронова утверждает, что неэффективность существования детских домов уже давно очевидна. И бизнес как заинтересованный участник социальной жизни считает правильным и выгодным направлять деньги на профилактику сиротства, чтобы в будущем иметь как можно меньше проблем, связанных с социальными последствиями сиротства и безнадзорности детей в регионе. Более того, некоторые проекты, показавшие наиболее высокие результаты и эффективность, со временем передаются в ведомство городских властей, а некоторые закрываются, потому что решили проблему.

Другими словами, бизнесу невыгодно работать в регионе, где социальный фон способствует росту активности криминала. Это и есть подход гражданского общества, считает Миронова, ведь в основе любой борьбы за права лежит осознание того, что если сегодня ты не защитишь кого-то, то завтра уже никто не защитит тебя.