Копите сами

О том, почему 2022 год называют точкой невозврата для Негосударственных пенсионных фондов (НПФ), «Огоньку» рассказал президент Ассоциации НПФ Сергей Беляков.

Эта дата возникла давно: когда обсуждали введение моратория на формирование отчислений в НПФ по обязательному пенсионному страхованию (ОПС), говорили о том, что на 2022–2024 годы придутся основные выплаты по уже перечисленным средствам. Мол, в условиях отсутствия притока новых средств в систему не все НПФ смогут пережить этот непростой период. Хотя в том, что все обязательства перед клиентами будут выполнены, и тогда никто не сомневался. За это время НПФ научились работать с различными программами страхования — и корпоративными, и рассчитанными на частных лиц, так что риск существенно сократился. Сегодня экономика переживает не лучшие времена, и доходы населения не растут, а значит, нет и возможности откладывать самостоятельно на будущую пенсию. В настоящее время все отчисления, которые переводят работодатели за сотрудников, направляются на выплату пенсий нынешним пенсионерам. Поскольку соотношение работающих россиян и пенсионеров все время изменяется в пользу количественного увеличения последних, то это дополнительная нагрузка и на бюджет, и на пенсионную систему. В России непрерывно ухудшаются коэффициенты демографической нагрузки, показывающие соотношение между численностью детей и пожилых людей и численностью экономически активного населения. Реформа пенсионного возраста и была отчасти направлена на снижение демографической нагрузки (в части соотношения численности лиц старше трудоспособного возраста и численности населения трудоспособного возраста). По прогнозам Росстата, если в 2020 году на 1000 лиц трудоспособного возраста приходится 477 граждан старше трудоспособного, то к 2031 году на 1000 будет приходиться уже 528. И даже увеличение возраста выхода на пенсию, учитывая объективную тенденцию к старению населения, может лишь несколько замедлить рост этого соотношения.

Учитывая сказанное, сейчас как никогда важно было бы сделать продукт пенсионного страхования как можно более привлекательным. А это возможно только через налоговые льготы для тех, кто решится копить самостоятельно. К сожалению, сегодня государство из всех льгот дало гражданам только так называемый социальный налоговый вычет, который весьма невелик по размерам (на сумму до 120 тысяч рублей в год, то есть максимальная сумма предоставляемого налогового вычета — 15 600 рублей в год), да к тому же распространяется сразу на несколько сфер — медицинские услуги и образование, покупку недвижимости и пенсионные накопления. Нетрудно догадаться, что из этого перечня выбирают россияне: как правило, траты на первоочередные нужды. Кроме того, размер данного налогового вычета не индексировался более 10 лет (с 2008 года).

Немаловажным для НПФ было бы появление гарантированного пенсионного плана (ГПП), если правительство, конечно, решится его ввести. Однако оптимизм по поводу его принятия лично у меня сдержанный: дискуссия идет давно, концепция ГПП постоянно меняется и до стадии внесения в правительство пока что не дошли. Эффект от ГПП возможен и реален, как показывает опыт других стран, вот только для этого ГПП должен стать обязательным. Россияне же не в состоянии сегодня позволить себе такие траты: у граждан просто нет для этого денежных ресурсов. Не хватает на текущее потребление, и требование отказаться от чего-то в пользу пенсий может вызвать недовольство и спровоцировать рост недоверия к рынку пенсионного страхования в целом. Так что тут как пройти между молотом и наковальней.

Между тем сегодня пенсионному рынку нелегко: НПФ приходится конкурировать не только между собой, но и с другими участниками рынка — брокерами, страховыми компаниями и т.д. Пока нам удается привлечь новых вкладчиков и клиентов в систему негосударственного пенсионного обеспечения, но число вновь приходящих в разы меньше того, что могло бы быть в ОПС, если бы шесть лет назад система не была бы заморожена.

С другой стороны, несмотря на все сложности, полной потери доверия к НПФ не произошло. Отчасти это объясняется политикой Центробанка и очищением рынка НПФ (их осталось 43 из почти двух сотен 10 лет назад), а также конкуренцией, которая заставляет более ответственно относиться к управлению средствами застрахованных лиц и участников. Что ж, это непростой бизнес — низкомаржинальный и в то же время требующий высокой специализированной квалификации. Тем не менее НПФ пока удается на дистанции оставаться выше инфляции.