Проблемные вопросы стадий преступления и их значение для деятельности органов внутренних дел

В. Ф. ЦЕПЕЛЕВ,

профессор кафедры уголовной политики, доктор юридических наук,

профессор, заслуженный юрист РФ

V. F. TSEPELEV,

Professor at the Department of Anti-Crime Policy, Doctor of Law, Merited Law Expert of the Russian Federation, Professor

УДК 343.97

Проблемные вопросы стадий преступления и их значение для деятельности органов внутренних дел

Problems in Identifying and Analyzing Phases of Crime and Importance of These Problems for Law Enforcement

В статье рассматриваются проблемные вопросы стадий преступления и раскрывается значение института стадий преступления для правоприменительной и оперативно-служебной деятельности органов внутренних дел.

Стадии преступления, неоконченное преступление, приготовление, покушение, оконченное преступление, проблемные ситуации, органы внутренних дел, уголовно-правовое предупреждение.

The author evaluates difficulties in identifying and analyzing phases of a criminal offence. The article also offers an explanation of why understanding these phases is so important for law enforcement in general and detection and search operations in particular.

Stages of crime, aborted crime, preparation, attempted crime, accomplished crime, problem situations, bodies and units of the Ministry of Internal Affairs, crime prevention by means of criminal law.

На протяжении многих десятилетий как в советском, так и в российском уголовном праве неоконченное и оконченное преступления рассматриваются как этапы или стадии умышленного преступления. Основные положения данного института охватывают понятия «стадии осуществления преступного намерения», «степень завершенности преступления», «предварительная преступная деятельность», «неоконченная преступная деятельность» [8]. В научной литературе используются следующие термины: «пресеченная преступная деятельность» [4], «формирование преступного умысла», «обнаружение преступного умысла». Однако подавляющее большинство специалистов уголовного права не считают формирование преступного умысла стадией совершения преступления.

В теории уголовного права традиционно к числу стадий развития преступления относят:

— возникновение умысла;

— обнаружение умысла;

— принятие решения о совершении преступления;

— приготовление к преступлению;

— покушение на преступление;

— оконченное преступление;

— использование преступного результата.

Первые три и последний этапы не имеют значения для уголовно-правовой квалификации, поскольку непосредственно не сопряжены с совершением общественно опасного деяния и состава преступления не образуют. Однако некоторые исследователи считают обнаружение умысла условной стадией преступления. Представляется, что обнаружение умысла не влечет уголовную от-

ветственность, так как предполагаемое намерение выполнить объективную сторону преступления еще не подкреплено конкретными действиями (бездействием). Тем не менее обнаружение умысла следует учитывать в профилактической деятельности правоохранительных органов, особенно органов внутренних дел, так как именно они регистрируют наибольшее количество заявлений о совершении правонарушений и обязаны принимать соответствующие профилактические меры, включая недопущение и пресечение реализации преступного умысла. При этом следует использовать официальное предостережение о недопустимости совершения преступления.

В некоторых случаях угроза совершить преступление образует состав преступления, равно как и призывы совершить определенные общественно опасные деяния [1, ст. 119, 212; 6].

Термин «стадии преступления» отсутствует в современном российском уголовном законе. Стадии преступления можно определить как этапы развития умышленного преступного деяния, обусловленные степенью реализации умысла, полнотой и характером выполнения объективной стороны конкретного состава преступления.

Следует согласиться с имеющейся точкой зрения о том, что термин «стадии преступления» более точно отражает смысл гл. 6 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ), так как в ней вместе с понятием «неоконченное преступление», состоящее из приготовления и покушения на преступление, также содержатся определения таких понятий, как «оконченное преступление» и «добровольный отказ от преступления», при этом последние два выходят за рамки неоконченного преступления [5]. В ранее действовавшем УК РСФСР был закреплен именно такой подход. Он может быть использован и при подготовке новой редакции ныне действующего уголовного закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 29 УК РФ преступление считается оконченным тогда, когда в совершенном деянии содержатся все признаки состава преступления. Совершение оконченного преступления служит основанием уголовной ответственности [1, ст. 8]. Момент окончания преступления зависит от законодательной конструкции его состава (материальный, формальный, усеченный). Общеизвестно, что преступление с материальным составом считается оконченным в момент наступления последствий [1, ст. 105 ], с формальным составом — в момент совершения самого деяния [1, ст. 131]. При усеченном составе преступление завершено в момент начала общественно опасных действий, независимо от их завершения либо наступления преступного результата [1, ст. 162].

В теории уголовного права обсуждаются проблемные вопросы стадий преступлений и указывается на несовершенство законодательной фор-

мулировки ст. 8 УК РФ, закрепившей основание уголовной ответственности, поскольку оно связано с оконченным преступлением.

В частности, М. В. Степанов говорит о том, что преступная деятельность может быть прекращена на любой стадии неоконченного преступления, в том числе тогда, когда отдельные признаки состава преступления отсутствуют. Это касается общественно опасного последствия, обязательного для квалификации способа совершения преступления, либо других обстоятельств. Однако было бы неправильным утверждать, что в этом случае нет оснований для возникновения уголовной ответственности, так как она может возникнуть и в случае отсутствия в деянии отдельных признаков состава преступления, не наступивших, например, из-за пресечения сотрудниками органов внутренних дел противоправных действий лица на стадии приготовления или покушения на преступление.

Действительно, в таких случаях уголовная ответственность возникает, но с определенными ограничениями. В частности, уголовным законом установлено, что ответственность за приготовление наступает только в случае приготовления к тяжкому или особо тяжкому преступлению [1, ч. 2 ст. 30]. При этом срок или размер наказания не может превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ за оконченное преступление [1, ч. 2 ст. 66; 2].

Представляется, что в уголовном законе следовало бы указать, что основанием уголовной ответственности за неоконченное преступление является совершение действий, входящих в содержание стадии конкретного преступления в виде приготовления или покушения.

Следует поддержать в этой связи точку зрения Л. М. Колодкина, считающего, что теория уголовного права и судебная практика исходят из того, что уголовно-правовое значение имеет только та стадия, на которой прерывается умышленная преступная деятельность лица, а каждая предыдущая стадия поглощается последующей. Покушение на преступление поглощает приготовление, а оконченное преступление — оба вида предварительной преступной деятельности (приготовление и покушение). При этом чем ближе к окончанию преступления тот или иной этап предварительной преступной деятельности лица, тем большую общественную опасность представляет содеянное [9]. Считаем, что с формальной позиции соответствия уголовному закону [1, ст. 29] это утверждение не совсем точно, но по существу — вполне обоснованно и справедливо.

Некоторые особенности имеет момент окончания длящегося и продолжаемого преступления. Длящееся преступление признается завершенным

в момент прекращения его «преступного состояния», т. е. тогда, когда виновный сам прекратил совершение преступления либо преступление было пресечено правоохранительными органами. Продолжаемое преступление считается оконченным тогда, когда выполнено последнее из составляющих его тождественных действий (например, ежедневное похищение с завода деталей для последующей сборки машины).

Добровольный отказ следует отличать от деятельного раскаяния, играющего (в зависимости от конкретной ситуации) роль либо основания, освобождающего лицо от уголовной ответственности [1, ст. 75], либо обстоятельства, смягчающего наказание [1, п. «и», «к» ч. 1 ст. 61; 3].

Во-первых, их надо различать по временному критерию: добровольный отказ имеет место только на стадиях неоконченного преступления, деятельное раскаяние — после его окончания.

Во-вторых, по содержательному признаку деятельное раскаяние характеризуется активным поведением лица, совершившего преступление, заключающимся в заглаживании или уменьшении причиненного вреда, явке с повинной, активном способствовании раскрытию преступления, розыску похищенного имущества и др. Деятельное раскаяние в предусмотренных статьями Особенной части УК РФ случаях выступает в качестве специального основания освобождения от уголовной ответственности [1, прим. к ст. 122, 126, 127.1]. Представляется, что это создает важный уголовно-превентивный потенциал названных норм и институтов, который должен более активно использоваться в оперативно-служебной деятельности органов внутренних дел [7, 10].

Проблемную ситуацию, связанную со стадиями совершения преступления, выделя-

ет А. П. Кузнецов [2], считая, что ч. 5 ст. 291.1 УК РФ предусматривает самостоятельный состав преступления — «обещание или предложение посредничества во взяточничестве». Представляется, что подобное законодательное решение не является ни оправданным, ни целесообразным, поскольку, прежде всего, данный состав не может рассматриваться даже как приготовление к преступлению. Кроме того, взяточничество не достигает степени общественной опасности, позволяющей конструировать соответствующие составы преступлений по типу усеченных. Наконец, законодательная формулировка в такой форме лишает субъекта данных противоправных деяний возможности добровольного отказа. Однако А. П. Кузнецов никаких конкретных предложений об изменении уголовного законодательства в этой части не вносит.

Представляется, что приведенные в статье аргументы имеют определенное научно-методологическое значение и могут быть использованы для изучения современного состояния и дальнейшего развития уголовного права. Предложенные в статье концептуальные идеи создают предпосылки для возможного реформирования действующего уголовного закона. Прежде всего, в случае включения в новую редакцию уголовного закона статьи «Основные понятия и термины, используемые в настоящем Кодексе» вполне возможно дать в ней сущностное определение понятий «оконченное преступление», «неоконченное преступление», «стадии преступления». Использование института стадий в практической деятельности необходимо в целях уголовно-правового предупреждения преступлений, а также в интересах оперативно-служебной деятельности органов внутренних дел.

Список литературы:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3 (ред. от 06.07.2016) // СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.

2. Актуальные проблемы уголовного права: моно- 7. графия / А. П. Кузнецов и др. Н. Новгород, 2014.

3. Актуальные проблемы уголовного права: учебник для магистрантов / отв. ред. И. А. Подрой- 8. кина. М., 2016.

4. Козлов А П. Учение о стадиях преступления. СПб., 2002. 9.

5. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). 2-е изд., 10. испр., перераб. и доп. / под ред. А. И. Чучаева.

М., 2010.

6. Мартыненко Н. Э. Совершенствование уголовно-правовой охраны потерпевшего — задача

уголовной политики Российской Федерации // Труды Академии управления МВД России. 2015. № 3 (35).

Рогова Е. В. Понятие и сущность уголовного проступка // Труды Академии управления МВД России. 2012. № 3 (23). Ситникова А. И. Приготовление к преступлению и покушение на преступление. М., 2006.

Уголовное право России. Общая часть. 2-е изд., испр. и доп. / под ред. В. П. Ревина. М., 2009. Цепелев В. Ф. О подходах к оценке эффективности уголовной политики // Труды Академии управления МВД России. 2014. № 2 (30).

E-mail: v_tsepelev@rambler.ru