Южный потоп

Вчера под Анапой произошло историческое для энергетики Европы событие: был сварен первый стык газопровода "Южный поток". Специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ присутствовал при этом и констатирует: церемония стала прежде всего бенефисом немецкого баяниста Максима Шагаева.

Вчера днем у Владимира Путина была намечена встреча с жителями города Крымска, удовлетворенными своим новым положением, вернее, расположением в новом жилом комплексе "Надежда" (с неудовлетворенными встреча не планировалась), поэтому было логично, что утром вертолет с журналистами кремлевского пула туда из Сочи и вылетел. Этим же маршрутом должен был направиться из Сочи и президент. Но наш вертолет в тот день оказался единственным на этом маршруте, да и то в какой-то момент с него пришлось свернуть: началась гроза и ливень. В результате вертолет еле пробился в Краснодар.

Президент в этот день от полета в Крымск тоже вынужден был отказаться, но в графике осталось мероприятие под Анапой: церемония начала строительства "Южного потока" (South Stream), на которую мы, впрочем, тоже успели — 160 км, но, слава богу, по земле.

Здесь, в паре сотен метров от деревни Варваровка, "Газпром" в чистом поле намерен был устроить большое шоу. Только сам "Газпром" аккредитовал на церемонию 125 журналистов. Разными путями (наш был самым экзотическим) добрались еще человек сто. И всем здесь, в большом шатре, нашлось место.

У одного из аварийных выходов из шатра сидел юноша в черной рубашке с баяном в руках. Он повернулся лицом не к людям, а к аварийному выходу (видимо, человек хоть и молодой, но опытный) и задумчиво перебирал клавиши.

— Зачем вы здесь? — спросил я его.

— По заданию немецкой фирмы "Триад",— дружелюбно ответил он.

— Но ведь,— сказал я,— "Южный поток" не пройдет по немецким землям и водам.

Дело в том, что тут были, прежде всего, представлены те, по чьим землям пройдет: Болгария, Сербия, Венгрия, Италия, Словения, Хорватия, Турция... Министры энергетики этих стран, послы в России...

И юноша с баяном казался неуместным здесь на их фоне, прямо скажем.

— Максим Шагаев,— представился он.— Да, не пройдет. Но Германия строит этот газопровод. И фирма "Триад" сочла необходимым прислать меня сюда. Во-первых, в странах, которые представлены в "Южном потоке", баян — важнейший консолидирующий инструмент. Во-вторых, непонятно, когда начнем. Если будем запаздывать (то есть он и Владимир Путин.— А. К.), то я и вступлю.

— Поэтому у вас и рация за ремнем, да? — спросил я.— Чтобы вовремя вступить?

— Конечно,— подтвердил он.

Максим Шагаев живет в Берлине.

— Я работаю по всей Европе,— добавил он.

— Вы прямо как "Южный поток",— сказал я ему на прощанье.

— Это лестно слышать,— слегка поклонился он.

Между тем в Самом Большом Шатре объявили готовность номер один. Молнией разрезал пространство этого Шатра глава "Газпрома" Алексей Миллер в развевающемся черном плаще с таким же черным подбоем: рванулся встретить подъезжающего из Анапы Владимира Путина (президент прилетел на самолете).

Я увидел оживленно беседующего с коллегами заместителя министра энергетики России Анатолия Яновского, одного из главных переговорщиков по проекту. Это он в 2006 году в одной из заграничных командировок сказал, отвечая на мой вопрос о перспективах строительства "Северного потока":

— Да что "Северный поток"!.. С ним все ясно (тогда все было ясно, пожалуй, только ему.— А. К.). Тут такое готовится...

И он в конце концов рассказал, что именно: "Южный поток".

— Шесть лет,— спросил я его,— не много для согласований такого проекта?

— Ну нет! — ответил он.— Это же на десятилетия делается. Столько всяких интересов... все их надо соблюсти... 10% потребления газа всей Европы к 2020 году "Южный поток" даст...

Я обратил внимание, что в это время министр энергетики России Александр Новак увлеченно беседует с министром энергетики Турции господином Йылдызом. И господин Яновский тоже обратил на это внимание:

— Видите, рядом с Йылдызом человек стоит,— кивнул он.

— Да,— сказал я,— это Новак, министр энергетики России.

— Да нет, слева от Йылдыза... небольшого роста... это министр экологии Турции. Вот он был главным на всех переговорах.

— Что, дольше всех сопротивлялся? — переспросил я.

— Не в этом дело,— сказал господин Яновский.— Ведь почему все так тянули? Так или иначе торговались. За то, за это, за скидочки на газ...

— Видимо, и получили? — поинтересовался я.

— Видимо, да,— подтвердил Анатолий Яновский.— Но это нормальный процесс. Переговоры...

Он вздохнул.

— Видимо, после сегодняшней церемонии поворот или остановка в этом деле уже невозможна, да?

— Конечно,— подтвердил он.— Теперь только строить. "Северный поток"-то очень быстро построили.

Впрочем, сама церемония явно затягивалась. На сцену уже выходил Максим Шагаев. Он, как и предполагал, призван был в нужную минуту выйти на сцену и тянуть время до прихода Владимира Путина.

— Что такое баян — начал он.— Это прежде всего несколько регистров... Но не все знают, что при помощи этого инструмента возможно множество эффектов. Человек должен, например, добраться из Сибири в Анапу. В Сибири его шаги по снегу звучат так... дальше он едет на поезде. Это звучит вот так...

Только через десять минут присутствующие начали недоуменно переглядываться друг с другом.

Но все-таки через какое-то время Максим Шагаев вынужден был сойти со сцены, пообещав на всякий случай вернуться,— видимо, если Владимир Путин вообще не приедет.

На некоторое время в зале повисла театральная пауза. Владимир Путин не спешил сменить баяниста.

Я в это время внимательней оглядел зал. Здесь, под Варваровской, была половина энергетической Европы: президенты энергетических компаний, их строительные фирмы, руководство "Северного потока" во главе с Маттиасом Варнигом, весь цвет, разумеется, "Газпрома" (в основном зеленый). В этом огромном шатре, где видеопрезентация транслировалась на весь купол (шатер у "Газпрома" передвижной, последний раз он поражал мое воображение где-то в Восточной Сибири...), не хватало только двух человек: Алексея Миллера и Владимира Путина. Но и они в конце концов появились.

— Уважаемые коллеги! Сегодня,— произнес Владимир Путин, поднявшись на сцену,— мы присутствуем при важнейшем событии не только для России, а и для всей экономики Европы — при начале строительства газотранспортной системы по дну Черного моря.

Вряд ли он сейчас сообщил для присутствующих что-то новое (Максим Шагаев не в счет)...

— Мы можем приступить к сварке первого стыка газопроводной системы "Южный поток",— продолжил он.

На широком экране возникли два рабочих и труба, раздались позывные, кажется, из программы "Время". Тут уж стало не до баяниста.

Стык варили минут пять (баянист играл гораздо дольше).

— Хватит! — сказал сварщик, как Гагарин: "Поехали!".— Сварка первого стыка завершена!

Владимир Путин кивнул и снова поднялся на сцену — как будто для того чтобы пожать руку человеку на экране.

Но на самом деле он снова подошел к микрофону:

— На "Северном потоке" стоят около тысячи датчиков безопасности, и система распределяет информацию по всем заинтересованным странам. Так будет и на "Южном потоке". И он будет не ущербом для Черного моря, а позволит вести дополнительное исследование этого моря.

Владимир Путин ушел за кулисы, а на сцену снова с облегчением поднялся Максим Шагаев.

Из первого ряда зрителей через пару минут в зале остались только Маттиас Варниг и Анатолий Яновский.

Они-то свое дело сделали.