Всероссийская стройка: больше или лучше?

Всероссийская стройка: больше или лучше?

Михаил Мень

Министр строительства и ЖКХ РФ

Андрей Воскресенский

- Добрый вечер! Это программа «Честный дом», и я её ведущий Андрей Воскресенский. Cегодня в гостях у меня и у нашего «Честного дома» министр строительства и жилищно-коммунальногохозяйства Российской Федерации Михаил Мень.

Михаил Мень

- Добрый вечер, Андрей.

Андрей Воскресенский

- Что ж, нам ничто не мешает начать наш table-talk. И первый вопрос, который мне хотелось бы вам задать: у нас принято называть руководителя строительного ведомства города, региона, страны таким главным строителем, но Минстрой, насколько я понимаю, ничего не строит и не является девелопером, заказчиком, подрядчиком тем более? А вот что такое министерство строительства? Это застройщик, регулятор, идеолог строительной отрасли, контролёр?

Михаил Мень

- Это очень важный вопрос, потому что к нам часто обращаются, подразумевая, что мы действительно что-то строим. Безусловно, есть федеральные целевые программы, за которые мы, как ведомство, как ГРБС (главный распределитель бюджетных средств), несём определенную ответственность. Но это отнюдь не главная наша функция. Всё-таки мы министерство-регулятор, министерство, которое устанавливает правила игры. Для конкретной стройки у нас есть наше главное подведомственное федеральное учреждение – «Главгосэкспертиза». Это важнейший инструмент в наших руках, и вся проектно-сметная документация по федеральным либо региональным стройкам, если там участвуют средства федерального бюджета, проходят через горнило “Главгосэкспертизы”. У нее две основные функции: проверка технических решений, соответствие их сводам правил, безопасность зданий и сооружений. И вторая функция (относительно новая, ей меньше 10 лет) – это проверка достоверности сметной стоимости объекта. Сейчас постепенно набирается третья компетенция. Вы помните, шла речь об усилении контроля за стройками, обсуждались разные возможные варианты: единый заказчик и так далее. Сегодня мы двигаемся в сторону строительного контроля,усиления этой позиции.

Андрей Воскресенский

- В том числе и за частными компаниями?

Михаил Мень

- Нет. Про частные компании мы сейчас поговорим.

Андрей Воскресенский

- Это отдельно?

Михаил Мень

- Да. Мы говорим о бюджетных стройках. Дело в том, что в 53 статье Градкодекса чётко прописано, что стройконтроль может осуществляться либо самим заказчиком, либо заказчик может привлекать стороннюю организацию. Сегодня по ряду внешних федеральных целевых программ, не тех, которые находятся в нашей орбите, а, например, по федеральной целевой программе по развитию Крыма мы берём на себя на другое наше подведомственное учреждение «РосКапСтрой». И ещё ряд подведомственных учреждений берут на себя функцию строительного контроля. То есть мы помогаем другим главным распределителям бюджетных средств, органам государственной власти, которые являются заказчиками, отслеживать, как ведётся строительство. В первую очередь, это задача по соответствию СМР (проектно-сметной документации), то есть строительно-монтажных работ. Это что касается непосредственно бюджетного строительства. По части всего остального в жилищном строительстве, мы выступаем регуляторами: выходим с законодательными инициативами, готовим соответствующие нормативно-правовые акты. Говоря проще, мы устанавливаем правила игры. И то же самое в жилищно-коммунальном хозяйстве. Ведь его задачи сосредоточены даже не на региональном, а во многом на муниципальном уровне. Хотя у региона тоже есть определенные задачи, которые непосредственно стоят перед субъектами Российской Федерации. А самая близкая власть к людям – муниципальная. И для региональных и муниципальных властей мы тоже устанавливаем соответствующие правила игры, такие, как лицензирование управляющих компаний, которые управляют нашими многоквартирными жилыми домами и так далее.

Андрей Воскресенский

- То есть у частных застройщиков, вы не проверяете сметы? Это их собственное дело, их бизнес?

Михаил Мень

- Конечно. И очень часто нас спрашивают: «А вот вы установили цену квадратного метра…». Мы живём в рыночной стране, мы не устанавливаем цену квадратного метра, за исключением тех моментов, когда государство или муниципалитет (государство, я имею в виду, в первую очередь, региональные власти) приобретает жилье для государственных нужд.

Андрей Воскресенский

- И для государственных, и, например, для Минобороны?

Михаил Мень

- То же самое, тоже государственные нужды. Здесь мы регулируем цены, но для рынка не регулируем.

Андрей Воскресенский

Понятно. Это важно, чтобы все это понимали в конце концов.

Михаил Мень

- Конечно.

Андрей Воскресенский

- Но при этом вы можете запретить или ограничить строительство, что «вот здесь строить нельзя»,«мы не согласуем этот проект»?

Михаил Мень

- Тоже не совсем так. Потому что это функция региональная, субъектов Российской Федерации. Они разрабатывают генеральные планы, они выдают ГПЗУ, ПЗЗ, смотрят за красными линиями, это их зона ответственности.

Андрей Воскресенский

- Не министерская?

Михаил Мень

Это не министерская зона ответственности.

Андрей Воскресенский

- Хорошо. А если взять идеологию, и просто я задаю вам этот вопрос. Даже не как министру, а как гражданину и политику. Вас можно назвать политиком? Вы член Генсовета «Единой России»…

Михаил Мень

- Любого руководителя ведомства, наверно, можно. В своей сфере точно политиком называют.

Андрей Воскресенский

- Конечно. Я примерно подсчитал: в Московском регионе (то есть Москва и область), сосредоточено порядка четверти населения страны, если брать тех, кто приезжает на временную работу и так далее. Это нормальная ситуация? Она как-то коррелируется с мировой? Я понимаю, что если в маленькой европейской стране четверть населения сконцентрирована в столице – это, может быть, и нормально, но при нашей площади и при нашем огромном количестве неосвоенных территорий сосредотачивать минимум 20% в одном маленьком регионе – это неправильно. Вы считаете, есть какие-то возможности переломить эту ситуацию?

Михаил Мень

- Вы знаете, мировые тренды говорят о том, что концентрация активной жизни в городах, начинает серьезно доминировать в последние годы. Но у нас действительно есть проблема перекоса в части столичного региона.. Мы считаем, что помимо Москвы, области и Санкт-Петербурга, которые сами динамично развиваются, в том числе и в части жилищного строительства, конечно, нужно развивать другие крупные города. И, в первую очередь, столицы субъектов Российской Федерации. Вот простой пример: у нас есть программа в рамках приоритетного проекта по развитию жилищного строительства. С этого года мы выделяем неплохую сумму, порядка 20 миллиардов (это решение уже зафиксировано в бюджете Российской Федерации), на инфраструктуру для микрорайонов комплексной застройки. Это важная позиция, потому что, если в том же Московском регионе застройщик может вложить цену инфраструктуры в квадратный метр, так как здесь цена выше и покупательская способность, и заработки выше, то в других субъектах Российской Федерации практически невозможно обременить застройщика стоимостью инфраструктуры в квадратном метре.

Андрей Воскресенский

- Давайте уточним, под инфраструктурой мы имеем в виду дороги, детские сады, социалку?

Михаил Мень

- Да. Инфраструктура состоит из трёх компонентов: инженерия, социальная инфраструктура и транспортные развязки внутри квартала. То есть то, что необходимо для функционирования микрорайона комплексной застройки. Сегодня у субъектов Российской Федерации, у муниципалитетов, есть определенные сложности с бюджетом: строить за бюджетные средства микрорайон: два садика, школу, больницу и так далее…

Андрей Воскресенский

- Там установленный набор.

Михаил Мень

- Да, есть определенные требования, и получается некий замкнутый круг: у бюджетов муниципального и регионального уровня возможности нет, застройщик в цену квадратного метра может заложить инфраструктуру далеко не во всех субъектах…

Андрей Воскресенский

- Даже внутри квартальной инфраструктуры не может?

Михаил Мень

- Конечно, потому что сразу вырастет цена и упадет спрос.

Андрей Воскресенский

- А без этой инфраструктуры жить нельзя.

Михаил Мень

- Конечно, и это неправильно. Мы ж видели в субъектах, когда строили каменные джунгли без инфраструктуры, и чем это заканчивалось: никто просто не покупал такие квартиры. И сейчас тренд последнего года очень интересен: растёт спрос. У нас за 2016 год на 31% увеличился объем выданных ипотечных кредитов, а ипотека – это основной инструмент, через который люди приобретают жилье и улучшают свои жилищные условия. Мы видим, что люди стали спрашивать очень жестко и серьезно с застройщика, люди стали голосовать рублем. Пример: я часто езжу по субъектам Федерации, недавно был в городе Кирове. И нам показали два микрорайона: один – это панелька, высотный застроенный микрорайон и пустые окна, и застройщик плакался мне, что квартиры не продаются, хотя это порядка 40 000 рублей за квадратный метр, нормальная цена для областного центра.

Андрей Воскресенский

-Порядка 40 000?

МихаилМень

- Да,40 000 рублей за квадратный метр.

Андрей Воскресенский

- Да,нормально.

Михаил Мень

- И тут же нам губернатор показал новый микрорайон -- малоэтажки за те же деньги, но сделаны, как каре: внутрь машины не заезжают, стоянки и парковки вокруг, внутри создана инфраструктура, на первых этажах в шаговой доступности магазины, общепит, бытовые услуги. То есть абсолютно современный микрорайон. И там эти квартиры разбирают, как в народе говорят, как “горячие пирожки”. Сегодня я всем застройщикам повторяю следующее: «Кто обратит внимание на городскую среду и общественное пространство, тот выиграет. Кто не обратит на это внимание, тот проиграет и очень быстро, потому что люди просто «коробок» уже не хотят, люди хотят жить совершенно по-другому».

Андрей Воскресенский

- И конечно же, малоэтажка, она человечнее, чем 17-этажные, например, 25-этажные дома?

Михаил Мень

- Конечно.

Андрей Воскресенский

- А что мы видим в ближнем Подмосковье? Пояс вокруг Москвы огромных каменных джунглей высотой от 15 до 30 этажей.

Михаил Мень

- Недавно мы с Андреем Юрьевичем Воробьёвым обсуждали эту тему. Я понимаю региональные власти, потому что для застройщиков более комфортно, с точки зрения экономики, строить эти «свечки». Но, с другой стороны, они должны понимать, что спрос на «свечки» кончится уже в ближайший год, два, и это всё может превратиться просто в памятники…

Андрей Воскресенский

- Давайте я зафиксирую эти слова, что спрос на многоэтажное строительство через год-два.

Михаил Мень

- Но только с одной оговоркой, что не в черте городов: в Москве, в Санкт-Петербурге, в областных центрах, безусловно, останется высокий спрос. Там же должна быть реновация, должны расселяться пятиэтажки и так далее, то есть город в городе – это естественно.

Андрей Воскресенский

- Да, будет все, что рядом с метро.

Михаил Мень

- В городе это естественно. Но когда в чистом поле строятся кварталы с башнями в такой огромной стране – мы это не приветствуем. Но это прерогатива руководителей субъектов Российской Федерации, они выдают так называемые ТЭПы для застройщика, и там принимаются решения, высотность, то есть технико-экономические показатели.

Андрей Воскресенский

- Согласен. Но губернатор Подмосковья пытается что-то сделать, ограничить застройку в нескольких городах: Балашиха, кажется, Королёв?

Михаил Мень

- Да. Безусловно, команда Андрея Юрьевича сейчас пытается сделать достаточно много. Но, с другой стороны, мы видим, что уже выдано довольно большое количество разрешений на строительство.

Андрей Воскресенский

-А закон обратную силу не имеет.

Михаил Мень

- Совершенно верно.

Андрей Воскресенский

- А у министерства есть какие-то рычаги воздействия на ситуацию: законодательные, административные, может быть, воздействие с помощью убеждения или финансовые?

Михаил Мень

- У нас нет рычагов воздействия на то, что в данном субъекте вы должны делать такую высотность, в другом такую высотность… Мы даже не думаем на эту тему. Знаете, я как человек долго проработавший в регионе считаю, что мы должны доверять руководителям субъектов Российской Федерации, и эти полномочия должны быть у них: они принимают планы развития своих субъектов Российской Федерации и генпланы городов и утверждают их. И здесь просто нужно, чтобы доминировал здравый смысл. Недавние рекомендательные решения Президента страны на Госсовете, который был в мае прошлого года прошли немного незаметно, а это очень важная позиция, чтобы главный архитектор субъекта Российской Федерации вышел в прямое подчинение непосредственно губернатору. Это, наверно, не касается городов федерального подчинения, но в субъектах это крайне важно, потому что сегодня роль главного архитектора занижена, как правило, это…

Андрей Воскресенский

- Административная роль, скажем так?

Михаил Мень

- Административная и политическая. Можно даже сказать, роль главного архитектора в регионе занижена, потому что он, как правило, является заместителем регионального министра по строительству. Что ставится в задачу региональному министру по строительству? Давать квадратные метры. Мы спускаем в регион эту задачу, а губернатор ставит задачу давать цифры по вводу квадратных метров. И здесь вдруг путается под ногами какой-то архитектор, который говорит, что: «Нам здесь бы лучше…»

Андрей Воскресенский

- Здесь перспектива не та.

Михаил Мень

- Да. И нам очень важно усилить этих людей. Сейчас мы работаем с Академией архитектуры. Есть общественные организации, которые объединяют главных архитекторов субъектов и муниципалитетов. Мы стараемся вдохнуть в них силы, работать с молодежью, со знаменитой архитектурным бюро «Стрелка». И очень рассчитываем на то, что губернаторы нас услышат. В 25 субъектах Российской Федерации такие решения приняты, и губернаторы напрямую подчинили себе главных архитекторов. Но, к сожалению, в шести субъектах Российской Федерации даже нет должности главного архитектора.

Андрей Воскресенский

- Вот даже так?

Михаил Мень

- Даже нет должности.

Андрей Воскресенский

- А какие это, например, субъекты?

Михаил Мень

- Но не буду называть, потому что мы им уже такое замечание сделали…

Андрей Воскресенский

- Какие-то малочисленные, отдаленные?

Михаил Мень

- …и они уже обещали нам, нашему министерству в течение месяца этот вопрос решить. Очень важно сближать друг с другом экономическую целесообразность и архитектурный облик городов и находить компромисс. Понимаете, ещё не всегда есть понимание кто такой главный архитектор субъекта Российской Федерации. Кто такой главный архитектор города понятно в Москве, в Санкт-Петербурге, в Севастополе или в любом областном центре. А у региона главный архитектор – это в первую очередь человек, который занимается планировкой территории. И это немножко разные профессии в архитектуре.

Андрей Воскресенский

- Но как раз он должен сказать, что вот здесь малоэтажка должна быть?

Михаил Мень

- Совершенно верно. Понимаете, губернатор и мэр города может быть очень крепким хозяйственником, знать ЖКХ, но он необязательно должен быть архитектурно образован и разбираться в прекрасном.

Андрей Воскресенский

- У него может даже не быть художественного вкуса.

Михаил Мень

- Вы правильно отметили. У него может не быть художественного вкуса, и при этом он может быть замечательным хозяйственником, руководителем, но правой рукой его должен быть архитектор. Сейчас мы решаем это через Госсовет, нас поддержал Президент, мы будем давать им методологии, учить, помогать. Сейчас у нас есть приоритетный проект по развитию городской среды, на который выделено 20 миллиардов средств. Это большая работа по дворам, по знаковым объектам благоустройства в муниципалитетах. Такая программа реализуется впервые.

Андрей Воскресенский

- Это то, что вместе с АИЖК или это другое?

Михаил Мень

- АИЖК тоже принимает участие. Но мы работаем над конкретными объектами в субъектах Российской Федерации. Две трети этих средств пойдут на дворовые территории, а одна треть -- на такие знаковые объекты благоустройства. Но новаторство этой программы заключается в том, что решение будут принимать не администраторы, не главы муниципалитетов, а сами люди. То есть двор должен собраться и принять решение, пойти с заявкой в муниципалитет и подать заявку, что они готовы участвовать в этом процессе.

Андрей Воскресенский

-Аунасестьтакиедворыстакимсамосознаниемгражданским?

МихаилМень

- Получится так, что те дворы, где есть инициативные люди и есть самосознание, встанут в очередь первыми. И им первым будут создавать соответствующее благоустройство дворовой территории. Там будет определенная минимальная опция, которая будет реализована: асфальт, бордюры, освещение, лавочки, мусорные баки и так далее. Всё остальное, например, спортивная площадка с современным прорезиненным покрытием – допопции…

Андрей Воскресенский

- Зона барбекю.

Михаил Мень

- Да, всё что угодно. Здесь уже муниципалитеты должны привлекать граждан. Вы знаете, когда я работал в Ивановской области.

Андрей Воскресенский

- В Иваново, конечно.

МихаилМень

- Мы несколько раз “закатывали” пробный шар: предлагали привезти во двор, но не устанавливать детскую площадку.

Андрей Воскресенский

- То есть в разобранном виде?

Михаил Мень

- Да. И предлагали гражданам: «Мы вам ее привезем, если вы установите сами. Хотите наймите [бригаду], хотите выйдите на субботник, вкопайте, покрасьте и так далее». Очень многие соглашались, и что интересно, что именно в этих дворах совершенно другое отношение.

Андрей Воскресенский

- То есть вандализма не было?

Михаил Мень

- Конечно.

Андрей Воскресенский

- Сами установили, что ж будем это ломать?

Михаил Мень

- Когда вложен хотя бы твой минимальный труд, ты совершенно по-другому к этому относишься.

Андрей Воскресенский

- Я прошу прощения, а благоустройство дворов не будет заключаться в том, чтобы ликвидировать машиноместа и вместо этого сделать газоны?

Михаил Мень

- Для этого мы и хотим, чтобы люди сами определились. Они должны на общедомовом собрании принять решение. Это извечный спор, и административно сказать: «Значит, мы сейчас вашу зеленую площадку закатаем в асфальт, здесь будут стоять машины, этого требуют автовладельцы». Или обратная история…

Андрей Воскресенский

- Убрать машины,сделать площадку.

Михаил Мень

- Убрать машины и сделать зеленый газон, здесь будут играть дети, потому что так решили родители детей. Нужно найти компромисс, и административно это очень трудно решить. Люди должны сами на собрании проголосовать за тот или иной проект благоустройства своего двора.

Андрей Воскресенский

- А если 50 на 50? Не получится, что они просто стенка на стенку? Гражданская война в масштабах двора?

Михаил Мень

- Понимаете, мы должны стимулировать создание гражданского общества и появление гражданского сознания в людях. Мы же видим, я у себя в регионе видел, что есть одинаковые дома, но разные подъезды. Абсолютно одинаковые, стандартные наши девятиэтажки панельные.

Андрей Воскресенский

- То есть куда-то Обама дошел, куда-то не успел ещё?

Михаил Мень

- Заходишь – ужас в подъезде, заходишь в другой подъезд – картины на стенах висят, репродукции или фотографии, коврик постелен, цветы стоят.

Андрей Воскресенский

- А это дома некооперативные, муниципальные?

Михаил Мень

- Абсолютно нет. Здесь, конечно, много факторов: как управляется дом, либо это управляющая компания, либо создано ТСЖ.

Андрей Воскресенский

- И настоящий управдом.

Михаил Мень

- Да, и настоящий директор ТСЖ или прямое управление. У нас есть разные формы управления дома, что тоже играет свою роль. Но в первую очередь, если есть активисты в доме, и они будоражат общественность и подталкивают к принятию решений, то дом, подъезд, двор находятся в хорошем состоянии. Здесь наша задача не просто потратить деньги, это не проблема, в муниципалитетах их потратят. И не такие уж большие деньги 20 миллиардов для такой огромной страны. Важно сделать эту программу долгосрочной, чтобы люди сами решили: «Да, мы хотим. Но на субботник не выйдем и ничего софинансировать не будем -- сделайте нам минимум». А где-то скажет глава администрации: «У вас же в доме есть магазин, давайте мы попросим его владельца, чтобы он взял на себя какую-то нагрузку, тогда мы со своей стороны софинансируем». Это очень тонкая материя, здесь главы муниципалитетов и управляющие компании должны очень четко отрабатывать… Это первая народная программа, когда мы будем не формально проводить опрос граждан или публичные слушания, и целые фирмы сделают на этом бизнес – организация публичных слушаний (это всё уже превратилось в известный факт). А именно собраться и подать заявку, утвердить проект реконструкции вашего двора, ремонта.

Андрей Воскресенский

- Это как в анекдоте про человека, который просил у Бога, чтобы он ему дал возможность выиграть в лотерею.

Михаил Мень

- Совершенно верно, надо хотя бы купить лотерейный билет.

Андрей Воскресенский

- Как минимум.

Михаил Мень

- Я понимаю всю сложность этой программы, но начинать когда-то нужно. И без этого самосознания людей, без их участия, мы не сможем создать нормальную городскую среду, нормальное общественное пространство.

Андрей Воскресенский

- Хорошо. Мы сейчас говорили о таких, я бы сказал, социально-воспитательных моментах. Давайте перейдем в сторону экономики. Я ещё раз повторю, что министерство не устанавливает цены на жилую недвижимость и не в состоянии даже регулировать. Но всё-таки ваше мнение, не считаете ли вы, что рынок крупных городов, как Москва, Петербург, Сочи перегрет, что строят больше, чем он сможет переварить? Или вы считаете, что те объемы строительства, которые сейчас мы видим в Москве и Московской области, соответствуют спросу? Вы сказали, что многоэтажные дома скоро перестанут покупать в Подмосковье.

Михаил Мень

- Давайте посмотрим итоги последних трех лет. Хотя у нас за 2016 год ещё окончательно не подбиты итоги, можно с уверенностью назвать цифру 81 миллион квадратных метров жилья, на которую мы выйдем. И это чуть ниже, чем в прошлом году…

Андрей Воскресенский

- В 2015?

Михаил Мень

- В 2015 по стране в целом. У нас было более 85 миллионов квадратных метров жилья, снижение произошло не в индустриалке, она практически осталась на тех же объемах, снижение прошло в ИЖС.

Андрей Воскресенский

- В индивидуальном жилищном строительстве, расшифрую.

Михаил Мень

- Да. И в основном произошло из-за того, что сокращается количество ранее не введенных в эксплуатацию домов по дачной амнистии. Пик этого процесса пришелся на 2015 год. В 2016 году субъекты и муниципалитеты уже занимаются тем, что выясняют, где есть не сданные в эксплуатацию индивидуальные жилые дома по дачной амнистии или другим параметрам.

Андрей Воскресенский

- Хорошо. А многоквартирные не снизились?

Михаил Мень

- А многоквартирные практически не снизились. То есть у нас третий год подряд общий объем превышает 80 миллионов квадратных метров жилья.

Андрей Воскресенский

- Напомните, кажется, в 2002 году ставили задачу довести до 80миллионов?

Михаил Мень

- Да. И это казалось недосягаемым.

Андрей Воскресенский

- У нас 40, а оно должно быть 80.

Михаил Мень

- Цифра казалось недосягаемой. Но теперь мы ставим задачу выйти на 100 миллионов. Примерно рассчитываем такие ориентиры к 2020году.

Андрей Воскресенский

- А за счет каких городов? Малых, средних, миллионеров?

Михаил Мень

- Вы задали совершенно правильный вопрос: всё концентрируется в нескольких крупных городах. А в программе, где мы поддерживаем инфраструктуру этих крупных городов как разнет.

Андрей Воскресенский

- Понятно.

Михаил Мень

- В этом году будут поддержаны 33 субъекта Российской Федерации, в них будет 66 проектов.То есть по одному, по два проекта в субъекте.

Андрей Воскресенский

- В основном будут так называемые средние города?

Михаил Мень

- Совершенно верно. Областные центры или районы рядом с областными центрами, здесь мы поддержим именно эти регионы. Что касается Московского региона: рынок всё регулирует, и сегодня превалируют совершенно другие тенденции -- молодежь двигается в сторону того места, где есть рабочее место. Вместе с АИЖК у нас сейчас реализуется программа по арендным домам, и это тоже очень важный сегмент. Но это тема отдельной передачи.

Андрей Воскресенский

- Это отдельная тема, мобильность населения.

Михаил Мень

- Да. Но факт, что сегодня по Москве и Московской области рынок отрегулирован, а мы стараемся помогать другим субъектам Российской Федерации, чтобы у них появлялась возможность увеличивать объемы и привлекать покупателей к себе в случае, если там есть рабочие места.

Андрей Воскресенский

- Хорошо. Вы упомянули о том, что ипотека является главным драйвером платежеспособного спроса. Если бы сейчас представить, что нет ипотеки, то и рынка бы не было?

Михаил Мень

- Конечно.

Андрей Воскресенский

- При этом в 2017 году у нас уже нет субсидированной ипотеки в новостройках, а строительство увеличивается. Каков ваш взгляд на перспективу ситуации с ипотекой в отсутствие господдержки? Большинство наших слушателей и зрителей знают, что вы говорили про возможность снижения ипотечной ставки до уровня менее 10%. За счет чего это может быть, и какие вы видите источники более лояльных условий ипотеки?

Михаил Мень

- В 2016 году у нас произошел рост объема ипотеки на 31%. Это очень серьезно.

Андрей Воскресенский

- По стране?

Михаил Мень

- По стране. И здесь, безусловно, во многом, особенно в первой половине года сработала государственная поддержка. Вчера мы на совещании у Президента обсуждали это, и, по мнению Игоря Ивановича Шувалова, который ведёт весь экономический блок, это самая эффективная мера из всего антикризисного плана, который реализовывало правительство. Небольшой финансовой инъекцией мы добились очень серьезного результата – более 25 миллионов квадратных метров жилья было введено и приобретено людьми по этой программе.

Андрей Воскресенский

- А небольшая инъекция – это тоже порядка 20 миллиардов?

Михаил Мень

- 17 миллиардов рублей. Для бюджета это сама по себе небольшая цифра.

Андрей Воскресенский

- Да.

Михаил Мень

- Сегодня мы видим определенную стабильность рубля, и то, что постепенно ключевая процентная ставка снижается. Мы надеемся, что в обозримом будущем она будет снижаться ещё, во всяком случае отталкиваясь от инфляционных ожиданий. И это, безусловно, повлияет на снижение и ипотечной ставки. Напомню, что программа принималась тогда, когда ключевая процентная ставка Центробанка была 17%, и при такой ключевой ставке ипотека должна быть чуть ли не 20%.

Андрей Воскресенский

- Ну 19%, это просто отсекающий вариант.

Михаил Мень

- Практически заграждающая ставка. Эта программа сработала очень хорошо, она вдохнула свежее дыхание в застройщиков, все поверили, что их государство поддерживает, и двинулись дальше. Сегодня средняя ипотечная процентная ставка спустилась уже до 12,5%, и субсидировать по тем правилам, по которым делалась программа, уже не имеет смысла. При благоприятном развитии экономики возможна ипотека без допинга, то есть без государственной поддержки. Другой вопрос, есть отдельно поддержка по различным категориям у субъектов Российской Федерации, а у банков отдельные социальные программы.

Андрей Воскресенский

- Да, у банков совместно с застройщиками, до7%.

Михаил Мень

- Совершенно верно. На Сахалине многодетным дают практически беспроцентно, в Калининграде есть субсидирование до 8%, то есть разные программы. Но общегосударственную программу было принято решение не продлевать и посмотреть, как будет развиваться ситуация. Но, если мы попадем в турбулентность в экономике, то в любой момент включим этот уже отработанный механизм.

Андрей Воскресенский

- А, вот так?

Михаил Мень

- Конечно. Включим, если вдруг что-то начнет происходить с ключевой процентной ставкой Центробанка. Пока мы не видим предпосылок к этому, но на всякий случай посылаем застройщикам этот импульс. Чтобы они не боялись двигаться дальше, развивать свой бизнес, строительство: если вдруг что-то будет происходить, мы этот механизм включим. А то, что касается снижения, да, действительно, по прогнозам АИЖК (Агентство ипотечного жилищного кредитования), мы можем выйти на цифру 10%. И в случае благоприятного развития событий даже ниже до конца этого года. Помимо этого, у АИЖК есть серьезные механизмы – электронная закладная, новая интересная такая тема, облегчающая участь ипотечного заемщика, даже с точки зрения процедуры оформления. Это и ценная бумага, о которой вчера докладывал Президенту страны Игорь Иванович Шувалов. И сегодня мы запустили в работу эту ценную бумагу. Плюс поддержка инфраструктуры. Мы думаем, что с учетом позитивных трендов в целом в экономике снижение произойдет.

Андрей Воскресенский

- Еще банки предпринимают шаги, уже есть электронная выдача…

Михаил Мень

- Конечно. Мы видим и 11%, и ориентируемся еще ниже.

Андрей Воскресенский

- Кстати говоря, хочу обратить внимание слушателей и зрителей, что я раньше не слышал такого постулата: «в случае необходимости мы можем снова ввести…». Я хотел бы ещё раз обратить на это внимание.

Михаил Мень

- Это очень важный импульс для застройщиков, что мы не бросим отрасль в случае турбулентностивэкономике.

Андрей Воскресенский

- Балуете вы застройщиков, балуете! Как-то очень им комфортно!

Михаил Мень

- Мы не застройщиков балуем, мы стараемся помогать людям, которые приобретают жилье через ипотеку. У нас нет ни одной отрасли в стране, которая за последние 10 лет сделала такой рывок, как ипотека.

Андрей Воскресенский

- Это очень хорошо, что вы поддерживаете тех, кто приобретает жилье. А есть люди, которые давно приобрели жилье или, может быть, еще получили от государства, а оно ветшает. У нас есть программа капремонта, которая вызывает вопросы, потому что я плачу, а за что непонятно.

Михаил Мень

- Когда только стартовала эта программа, у нее было много критиков, велось много разговоров на тему, что этого абсолютно не нужно делать. Но сегодня ситуация изменилась. Мы смотрим по обращениям, которые есть и в нашем министерстве, и видим, что их акцент сместился в другую сторону: люди спрашивают про качество, гарантии сохранности денег, сроки и так далее. Сегодня последняя цифра за собираемость порядка 83%, хотя нет ещё среднего итога 2016 года. Это очень хорошая собираемость, и люди здесь голосуют, что называется, рублем. И мы видим результаты: 41 000 домов в 2016 году отремонтированы.

Андрей Воскресенский

- 40 000?

Михаил Мень

- 41 000домов.

Андрей Воскресенский

- А сколько нуждаются в ремонте?

Михаил Мень

- О, нуждаются много. Но мы бы никогда этих денег не нашли сегодня в федеральном бюджете, потому что общий сбор в региональных фондах сегодня порядка 100 миллиардов рублей…

Андрей Воскресенский

- 100миллиардов?

Михаил Мень

- Порядка 100 миллиардов по стране собирается на капитальный ремонт. И уже есть определенные результаты. В большинстве субъектов Российской Федерации, в 78 сформированы реестры добросовестных подрядчиков. В них вошли более 3 000 таких организаций. Это результат двухлетней работы этой программы. К сожалению, в семи субъектах Российской Федерации ещё не созданы такие реестры. Я хочу перечислить эти субъекты, чтобы они нас услышали: Республика Коми, Карелия, Дагестан, Сахалинская область, Самарская область, Ульяновская область и Алтайский край. Надеемся, что они в ближайшее время сформируют такие реестры, потому что очень важно как раз качество, ответственность и репутация небольших строительных компаний, которые выполняют задачи по проведению капитального ремонта домов. И второе нововведение, помимо реестра, – это онлайн фото- и видеонаблюдение за ходом проведения работ в режиме реального времени.

Андрей Воскресенский

- То есть любой дом можно посмотреть, что в нём происходит?

Михаил Мень

- Совершенно верно. Я на днях подписал приказ Министерства, согласно которому региональным операторам капитального ремонта рекомендуется вести фото- и/или видеонаблюдение о том, как ведется работа, как ремонтируется фасад, какие ведутся скрытые работы. То есть это тоже очень важно для…

Андрей Воскресенский

- То есть любой человек может увидеть любой дом?

Михаил Мень

- Абсолютно верно. Я считаю, что на работу в наших отраслях нужно задействовать современные технологии.

Андрей Воскресенский

- Мне это немного напомнило известный роман Оруэлла «1984», где за всем можно было наблюдать с помощью телескрина. Где-то в каком-то вашем интервью я читал, что вы любите Оруэлла, который, как известно, такой жесткий критик социума и социальный пессимист. А вы считаете себя пессимистом, любящим Оруэлла, или оптимистом, любящим Оруэлла?

Михаил Мень

- Я православный христианин, практикующий, а уныние, как известно, один из серьезных грехов. Конечно, я с оптимизмом, верой, и надеждой смотрю в будущее нашей страны и наших отраслей. И уверен то, что у нас будет движение вперед, и будет успех. Действительно в одном из интервью я называл несколько авторов, которые мне нравятся. Я считаю, что любить можно и искусство, пронизанное пессимизмом и грустью, но быть при этом оптимистом.

Андрей Воскресенский

- Замечательно. И тогда подтвердите это не делом, но словами. Но ваши слова – это и есть дело. Представьте себе, что мы встретились через год. Какой главный итог 2017 года вы быподвели? По вашим ощущениям, каким он будет?

Михаил Мень

- Первое – очень важно удержать объем ввода жилья на уровне 80 миллионов квадратных метров, потому что мы опираемся на проектные декларации застройщиков и данные субъектов Российской Федерации по выдаче разрешений на строительство. У нас есть понимание, что в 2018 будет неплохой подъем, судя по выданным разрешениям на строительство. И дальше к 2019, к 2020 мы надеемся выйти на 100 миллионов. А вообще наша задача – выйти на 140 миллионов, чтобы по метру на человека.

Андрей Воскресенский

- Это к какому году?

Михаил Мень

- Пока сегодня мы ориентируемся только на параметр 100. Когда мы выйдем на него: если к 2020 году, будем смотреть дальше. Пока идёт у экспертов и у нас дискуссия, всё-таки это 120 – 140, можно ли стране выйти на такие объемы к 2025 году?

Андрей Воскресенский

- Будем надеяться. Итак, я напомню, что это была программа «Честный дом», а в гостях у нас был глава Минстроя Российской Федерации, оптимист Михаил Мень! Спасибо!

Михаил Мень

- Всего доброго! Спасибо.