Кельтское возрождение в «Галльской империи»?

ФУНДАМЕНТАЛЬНАЯ НАУКА ВУЗАМ УДК 94

ББК 63.3(0)329.43

КЕЛЬТСКОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ В «ГАЛЛЬСКОЙ ИМПЕРИИ»?

| Ю.В. Куликова

Аннотация. Политика галльских императоров позволила изолировать отдельные регионы от Римской империи, где все более усугублялся кризис. Именно этим временем датируется активизация строительства, ремесленных производств, в которых стали заметны кельтские мотивы. Современные исследователи выдвинули идею о кельтском возрождении. Однако кельтская культура слишком долго находилась под влиянием античной. Даже галльские императоры не делали акцент на кельтской культуре и традициях. Так что принципиального возврата к старым доримским образцам и формам уже быть не могло.

Ключевые слова: кельты, возрождение, император.

CELTIC REVIVAL IN THE GALLIC EMPIRE

Yu.V. Kulikova

Abstract. The policy of Gallic emperors made it possible to isolate separate 264 regions from the Roman Empire, where the crisis was even more aggravated.

Activation of construction works and craft productions in which Celtic motives became noticeable date back to this very period. Contemporary researchers put forward the Celtic revival idea. However, the Celtic culture was too long under the influence of the antique. Even Gallic emperors didn't place emphasis on Celtic culture and traditions. Thus fundamental return to the old Roman models and forms was impossible.

Keywords: Celts, renaissance, emperor.

Во второй половине III века внутри Римской империи возникло государственное образование, получившее в современной историографии название «Галльская империя». Значительную роль в этом сыграло местное кельтское население, давно

и настойчиво искавшее возможность освободиться от власти Рима.

Впервые идея единого кельтского государства была четко сформулирована во время гражданской войны 68—69 гг., когда в Северной Галлии произошло восстание Юлия Цивили-

са. Именно в этот период руководители восстания созвали общегалльский съезд, на котором и прозвучала идея создания независимого от Рима государства.

К середине III века н.э. политическое и социально-экономическое развитие Рима привело к кризисным явлениям. Провинциальные города могли рассчитывать только на субсидии императоров, а они уменьшались с ростом других расходов государства. Императоры облагали провинции все большими налогами, что приводило к углублению экономического кризиса. Авторитет императорской власти падает вследствие разрушения легенды о неприкосновенности личности императора, а также ряда крупных военных неудач. Стремясь удержать армию в подчинении, римские императоры значительно расширили полномочия командующих, но это привело лишь к тому, что военачальники сами устремились к единоличной власти. Внутреннее положение Римской империи было ослаблено и непрекращающимися войнами с варварами, вторжения которых наносили значительный урон сельскому хозяйству и городам.

Пленение императора Валериана привело к восстанию наместников провинций. Зимой 258—259 гг. при поддержке легионов и одобрении местного населения был провозглашен императором наместник Галлии и обеих Германий Марк Кассиан Ла-тиний Постум. Как и вожди в древности, Постум получил признание кельтами не только в Галлии, но и в Британии, как, впрочем, и у смешанного кельтиберского населения Испании.

Внутреннее устройство «Галльской империи» было, с одной стороны,

похоже на римское, а с другой — напоминало кельтское, которое мы встречаем в описании Гая Юлия Цезаря. У Постума был Сенат, состоящий из представителей кельтской знати. Мы не знаем ни его функций, ни его полномочий, ни того факта, были ли в составе Сената представители кельтских племен Британии. Финансовую поддержку первому галльскому императору оказывали богатейшие галльские аристократы, обосновавшиеся в новой столице — Августе Тре-веров, ставшей местом пребывания императора, основным монетным двором нового государства и одним из красивейших городов Галлии. По-стум окружил себя гвардией из знатных кельтских юношей, что также было больше похоже не на преторианскую гвардию римского императора, а на обычаи кельтских вождей, описанные Цезарем. Можно предположить, что галльская знать собирала некий совет, на котором решались многие, в том числе и финансовые вопросы. Из описаний Цезаря мы знаем, что в некоторых случаях одобрить кандидатуру вождя или царя мог именно совет знати (Caes. B.G., I, 16).

Постуму присягнули не только легионы, флот и вспомогательные части, дислоцированные на подконтрольных территориях, но и галльская конница, а также в его распоряжении были отдельные подразделения, состоявшие из галлов, кельтов Британии, германских племен бата-вов и тунгров.

Особая внутренняя политика первого галльского императора была изначально направлена на восстановление обороноспособности региона и защиты от вторжения извне как германских племен, так и со стороны Рим-

265

266

ской империи. Для этого были проведены масштабные работы по восстановлению рейнского лимеса, дорог и дорожных развязок, перевалов через Альпы, укреплению основных линий обороны вместе с возведением крепостных стен в городах и крепостях.

Для стабилизации экономического положения Постум и его администрация провели финансовые мероприятия, благодаря которым был налажен выпуск полноценной монеты с высоким содержанием драгоценных металлов. Монеты галльского императора чеканились на официальных монетных дворах Лугдуна, Колонии-Агриппины, Августы Треверов, Ме-диолана, а также во временных и небольших монетных мастерских.

Внутренняя политика Постума становится более активной в 265— 266 гг. К этому времени он окончательно стабилизировал положение и укрепил рейнскую границу. В период правления первого галльского императора значительно активизировалась работа рудников, развитие металлургии, оружейного, кожевенного, гончарного, стекольного дел, керамического и текстильного производства. Рынки все более специализируются: отдельно располагаются продуктовый, сельскохозяйственный (очевидно, продукция вилл и латифундий), ремесленный и ярмарки для горожан [1, с. 25]. Временем правления первого галльского императора археологические данные позволяют определить экономический подъем в Британии, где активно развивается торгово-ремесленная и ростовщическая деятельность.

Главную ставку в подъеме экономики «Галльской империи» Постум сделал на экспорт производимой про-

дукции. Это ему удалось: продукция галльского государства экспортировалась в Испанию, Рим, вопреки сложным временам, в Центральную Европу, страны Скандинавии. Укрепляются старые торговые связи между регионами, к примеру, Реции, Нори-ка, Паннонии и Верхней Германии [2, с. 165]. Галльский император, видимо, пытался наладить отношения с восточными узурпаторами, в том числе торговые, в частности с Регалиа-ном и Квиетом. Не исключено, что между Постумом и восточными узурпаторами Макрианом и Квиетом намечался политический союз [3, с. 456], подобно тому, как много позже велись переговоры между галльским императором Викторином и его матерью Викторией с царицей Пальмирского царства Зенобией.

Была разработана особая программа по восстановлению сельского хозяйства. Дороги очищались от мусора, устранялся нанесенный ущерб. Зачастую работы проводились при содействии владельцев латифундий, особенно, если они проходили рядом с их территориями.

Во время карательного похода римского императора Галлиена в Галлию на сторону Постума перешел Викторин, оказавшийся представителем галльской знати. Викторин стал правой рукой галльского императора, возглавив его преторианскую гвардию, однако не сумел уберечь Посту-ма от предательства. Тем не менее, подавив восстание Лелиана, а затем и Мария, Викторин был провозглашен следующим галльским императором при покровительстве своей влиятельной матери Виктории, которая занимала, видимо, особое положение в совете галльской знати.

Римский сенатор Тетрик со своим сыном был последним императором «Галльской империи», но ни денежные раздачи, ни авторитет Виктории не сумели обеспечить им поддержку легионов и кельтов. Осознав тщетность своих усилий, Тетрик сдал войско римскому императору Аврелиану, сохранив себе и сыну жизнь.

Что же позволило ряду современных исследователей говорить о кельтском возрождении? Приход к власти императора при поддержке кельтов? Но подобное уже случалось и в I, и в III веке.

Термин «кельтское возрождение» был предложен немецким исследователем А. Альфельди. Его поддержал английский историк Р. Макмал-лен. Была выдвинута теория о том, что в период существования «Галльской империи» кельтская культура, стряхнув оковы римского владычества, воспряла духом и стала жить собственной жизнью, развиваться так, как должна была бы без вмешательства римской культуры [4, с. 93].

Исследователи считают, к середине III века н.э. значительная часть населения империи склонна была видеть корень всех бед в отступлении от старых обычаев, а кризис способствовал возврату к старым традициям [1, с. 233].

Действительно, создание «Галльской империи» способствовало изоляции региона от Рима, благодаря укреплению границ и созданию буферных зон — в районе Декуматских полей и в Северной Италии. Благодаря продуманной финансовой и фискальной системам «Галльской империи» собранные средства теперь являлись своеобразным национальным капиталом, позволяющим акти-

визировать внутренние ресурсы. Прежде всего, это разнообразные ремесла, некоторые из которых стали затухать в период кризиса, например, строительное дело, также были заброшены многие рудники и шахты. Само существование «Галльской империи», политика, проводимая администрацией галльских императоров, сделала эти ремесла вновь востребованными, хотя изначально, по большей части, они обеспечивали исключительно военные нужды.

Распределение денежных средств внутри «Галльской империи» кардинально изменило состояние внутреннего рынка в лучшую сторону. Избавление от постоянного давления и диктата со стороны Рима позволило ярко проявиться кельтским мотивам. Тем не менее, не стоит думать, что кельтская культура возникла из небытия. А. Гренье на археологическом материале убедительно доказывает, что кельтская культура не погибла за это время совсем, а сохранялась среди сельского, менее романизированного, чем знать населения [5, с. 414-415].

Кельты издавна славились своими работами по металлу и камню. В ювелирных украшениях, оружейном деле, орнаментах, гончарном ремесле и скульптуре из камня кельты подчас заимствовали из скифских и греческих образцов, умело приспосабливая их к собственному искусству. В процессе романизации Галлии кельтская культура испытывала влияние, а порой и давление римской культуры, постепенно растворяясь и отходя на задний план. Однако даже к III веку гончарное ремесло имело яркие черты кельтского искусства, особенно в распространенном типе

267

268

terra sigillata [6, с. 110-111]. Была усовершенствована устаревшая техника создания черных или темно-серых глиняных изделий. Изменения произошли и в самом рисунке орнамента и в технике его нанесения. Наиболее часто стал встречаться характерный кельтский орнамент или отдельные декоративные элементы, характерные для кельтского искусства дорим-ской эпохи: геометрические или символические фигуры в орнаменте.

Характерная черта архитектуры вилл и городов этого периода - особенность каменной кладки. В III веке происходит возврат к классической галльской строительной технике, для которой характерна сухая кладка стен домов из обработанного камня. При строительстве использовался строительный (известковый) раствор, смешанный с камнями различными по размеру и своим характеристикам. Стена возводилась в несколько этапов.

Галло-римские архитекторы и мастера-строители к середине III века имели лучшую репутацию во всей империи. Теперь они совершенствуют свои оригинальные приемы с учетом собственных расчетов и особых методов строительства. Для циркуляции теплого воздуха использовалась целая система каналов, выложенных кирпичом. Хорошо продумана была и техника освещения помещений. Галло-римские строители все чаще обращаются к кирпичу, как строительному материалу.

Особо следует отметить сохранение в этот период кельтских традиций во внешней планировке вилл. Самым существенным элементом галло-римской виллы оставался общий зал, происходивший от древне-кельтского жилища и предназначен-

ный, судя по наличию в ней очага, для жилья и работ. Внутри виллы располагалось три зала для приемов, комнаты хозяев и пристройки, размещенные в двух крыльях виллы. Обычно это было крыло кухонь и служебных помещений и крыло бань. В большинстве своем виллы на этой территории были одноэтажными. Мастера чаще всего не были связаны с виллой, а приглашались для ее возведения. Многочисленные опустошительные вторжения германских племен привели к возникновению еще одной характерной черты архитектуры — обнесение вилл неприступными крепостными стенами.

Проявление старых кельтских традиций можно проследить и в скульптуре второй половины III века, основные черты которой тесно связаны с иконографией монет. Кельтская скульптура отличается от классической скульптуры Греции и Рима. Особое значение придается линиям и декору, а также распределению светотени при установке скульптуры. Пристальное внимание уделяется лицу человека. Отличительные черты кельтской скульптуры — лицо полное и не выражающее эмоций, подчас излишне жесткое, длинные волосы, завивающиеся в колечки или полукольца. Примером могут служить монеты Постума, отчеканенные во временных монетных мастерских. Первый галльский император изображался с характерными галльскими чертами: полное лицо, явно выраженный неримский профиль, борода и длинные волосы ^1С, Postumus, 55; 276.).

Примечательно, что гончарное ремесло и скульптура развивались параллельно, испытывая на себе различные влияния, которые напря-

мую были связаны с регионом. Южная Галлия и особенно Аквитания наиболее сильно подвергались влиянию античной культуры. Большая часть скульптур кельтов брала за образец классические стандарты. Тем не менее, в III веке именно в Аквитании «кельтский стиль» становится популярным [7, с. 95]. Создание «Галльской империи» и изоляция от Рима лишь усилили интерес галлов к своим старым традициям, так что черты кельтской традиции в скульптуре можно проследить во всех регионах Галлии, а их большее или меньшее проявление зависит от типа работы и мастера.

Не менее ярко традиции кельтского искусства и техники проявились в металлургическом производстве, которое является наиболее излюбленным для самих кельтов и наиболее подходящим для проявления «кельтского гения» [4, с. 95]. Они создавали украшения — торквесы, браслеты, кольца и броши (fibulae) и украшали их традиционным орнаментом [8, с. 957]. Для своих лошадей они создавали сбрую, в которую включались тщательно сделанные хомутики, стяжки, пластины и диски (phalerae) с орнаментом в виде геометрических фигур, спиралей и кругов. Оружие этого периода, инкрустированное или полностью выполненное из золота, серебра или бронзы, имеет также традиционный орнамент: спирали, абстрактные и геометрические фигуры, изображения животных [9, с. 301].

Многие современные исследователи указывают на стремление галлов вернуться, что называется, к «истокам» [4, с. 99]. Эта тенденция проявилась во многих областях деятельности, а также в широком использо-

вании в этот период кельтского (галльского) языка, причем это нашло отражение и в своде законов: "Fideicomissa quocumque fermone relinqui possunt, non solum Latina vel Graeca sed etiam punica vel Gallicana vel alterius cuiuscumque gentis" (Dig., XXXII. 11 (Ulpian)).

Интересно использование сочетания римских и кельтских собственных имен, что особенно заметно в tria nomina [4, с. 100].

Отдельные аспекты социально-экономического развития Белгики, Лугдунской и Нарбоннской Галлий, Германии, Швейцарии и Британии можно проследить, опираясь на изучение мозаики. Это направление становится популярным именно во второй половине III века. Особенность мозаичного искусства этого периода: развитие локального стиля [10, с. 161]. На территории Галлии имелись мастерские и мастера-специалисты, известные в регионе.

Продолжал быть популярным и рельеф. Концом 60-х гг. III века датируется произведенный мастерами От-ена карниз и фриз в Алезии. Техни- 269 ка, в которой выполнены работы в Алезии, характеризуется современными исследователями как механическое подражание [9, с. 304]. Однако это не является характеристикой всего искусства этого периода. Подчас тема кельтского искусства сочетается с некоторыми стилистическими особенностями Востока. Ряд произведений вообще трудно датировать, если опираться только на их стилистику. Некоторые современные исследователи видят в этом выражение религиозного кризиса этого период [4, с. 99].

Практически во всех направлениях искусства 2-й пол. III века — моза-

270

ика, рельеф, работы по металлу, включая бронзу и драгоценные металлы, ярко прослеживаются традиционные кельтские мотивы. В большинстве случаев это касается форм, художественных приемов, орнаментов. Также это касается отдельных характеристик гончарной продукции: орнамент, характеристика лепки, форма гончарных изделий; ювелирных украшений — особенности обработки и огранки драгоценных камней, орнаменты и художественные приемы, стиль самих украшений.

Кельтская культура, кельтские традиции были заложены и сохранялись среди населения, особенно сельского. Несмотря на то, что пантеон римских богов довольно быстро был воспринят галлами, ряд кельтских богов и богинь сохранили свое имя и черты, например, богиня Эпона. Однако, хотя кельтские языческие храмы процветали, вера в кельтских богов была уже, по большей части, всего лишь символом. Атрибуты старой веры встречаются в скульптуре, но сами алтари посвящены другим богам.

Таким образом, говорить о возрождении кельтской культуры в чистом виде не совсем оправданно. Культура южной Галлии отличается от культуры западной и северо-западной Галлии. Многие галлы уже давно осознавали себя римлянами, подчас заседая в римском сенате. Это касается, прежде всего, аристократии, особенно, Аквитании. В период существования «Галльской империи» Аквитания придерживалась нейтралитета, а южные области в меньшей, чем остальные, степени подчинялись галльским императорам. С другой стороны, достаточно трудно определить характерные черты «кельтского возрождения», по-

скольку взаимное влияние происходило на Рейне и в результате вторжений германских племен. Кроме того, сам автор термина поясняет, что для того, «чтобы понять кельтский ренессанс, необходимо осознать, что кельтские регионы Британии, Франции, Испании и дунайских земель долгое время составляли единое целое с регионами другой культуры в результате объединения их под властью Рима» [11, с. 15]. Много сохранилось черт традиционной культуры, но романизация оказала достаточно сильное влияние. Кельтские монеты изначально чеканились под сильным влиянием греческих образцов, а в период «Галльской империи» — римских. Скульптура и архитектура имели своей основой греко-римский стиль. Кроме того, именно Рим способствовал возрождению торговых путей, а соответственно, и путей культурного взаимообмена между Западом и Востоком. В этом котле культур и традиций продолжала существовать кельтская культура, которая не могла не испытывать влияния в том числе культур рейнского и дунайского регионов.

С другой стороны, галльские императоры не делали акцент на кельтской культуре или старых традициях. Постум не пытался скрыть nomen Latinius. На его милевых камнях встречается римское milia passuum, а не кельтское leuga [4, с. 103].

«Кельтское возрождение» нельзя полностью рассматривать как результат кризиса III века и разрушения имперской традиции в экономической, политической и культурной областях. Разрушение устоявшихся экономических и политических связей центра с провинциями произошло еще в конце II века. Именно этим и можно объяснить так называемое «кельтское воз-

рождение». Галлия, Британия, Испания и обе Германии с началом кризиса попросту вынуждены были перестраивать внутренние и внешние политические, социально-экономические и культурные взаимоотношения. Скорее всего, правильнее говорить о новом этапе развития романизированной кельтской культуры.

Для «кельтского возрождения» может быть три объяснения. Во-первых, контакты с родственными и схожими по своей культуре регионами, расположенными еще дальше от Рима и поэтому менее романизированными. Во-вторых, экономический упадок. И, наконец, создание «Галльской империи», которая ограничила контакты с Римом и римской культурой. При этом все три причины неразрывно связанны друг с другом.

Однако нельзя говорить и о «национализме» в отношении «Галльской империи» [12, с. 639]. Речь может идти только о таком явлении, которое названо в зарубежной литературе «регионализмом» [1, с. 237]. Дело в том, что, как уже было сказано выше, о полном «кельтском возрождении» говорить нельзя. Римское влияние уже основательно проникло во все политические, экономические и социальные направления жизнедеятельности этого региона и заняло ведущую позицию. В создании «Галльской империи» больше превалирует политический импульс, чем экономический, который и должен был бы явиться базой для «кельтского возрождения». Оживление кельтской культуры и традиций, безусловно, было, но это «возрождение» в значительной степени было внешнее. Ведь основа кельтской духовности лежала в религиозной организации друидов, которая была разрушена намно-

го раньше. «Кельтское возрождение» проявило один важный факт, который может быть констатирован как итог развития: кельтская культура, стремившаяся избавиться от римских наслоений, уже не могла этого сделать, поскольку ее «возрождение» началось слишком поздно, и греко-римская цивилизация уже победила. Принципиальный возврат к старой кельтской культуре был уже невозможен.

Тем не менее, политику галльских императоров и, особенно, Постума по оздоровлению и оживлению экономического развития регионов, можно признать успешной. Расцвет ремесленного производства, муниципальное строительство и, конечно, строительство в столице «Галльской империи» Августе Треверов ярко демонстрируют успехи первого галльского императора. Финансовые мероприятия способствовали снижению инфляции, а идеология — возрождению веры в благополучие и мир регионов, входящих в состав «Галльской империи».

Идея «Галльской империи» пустила глубокие корни. Население западных провинций продолжало борьбу с римскими властителями. Центром следующего мятежа стал Лугдун, подтолкнувший некого Про-кула к восстанию. Его поддержали Испания и Британия, однако Про-кул был вскоре разбит (Eutr., IX. 17; SHA. Tyr. trig., XXIX. 12-15; Prob., XVIII. 5-6; Oros., VII. 24).

Из всех регионов, входивших в состав «Галльской империи», заявить о своей самостоятельности решается только Британия, выдвинувшая своего императора. Римские властители постарались стереть любое упоминание о существовании «Галльской империи».

271

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Drinkwater, J.F. The Gallic Empire: separatism and continuity in the Northwestern Provinces of the Roman Empire A. D. 260-274 [Text] / J.F. Drinkwater. -Stuttgart, 1987.

2. Колосовская, Ю.К. Рим и мир племен на Дунае I-IV вв. н.э. [Текст] / Ю.К. Колосовская. - М, 2000.

3. Штаерман, Е.М. Кризис рабовладельческого строя в западных провинциях Римской империи [Текст] / Е.М. Штаерман. -М., 1957.

4. MacMullen, R. The Celtic renaissance [Text] / R. MacMullen // Historia. - 1965. -Bd. 1. - P. 93-104.

5. Grenier, A. Les Gaulois [Text] / A. Grenier. - Paris, 1945.

6. Hatt, J.J. Aperçus sur l'évolution de la céramique commune gallo-romaine [Text] / J.J. Hatt // REA. - 1949. - Bd. 51. -P. 110-128.

7. Hatt, J.-J. Esquisse d'une histoire de la sculpture regionale de Gaule romaine [Text] / J.-J. Hatt // REA. - 1957. - Bd. 59. - P. 91-96.

8. Grenier, A. Manuel d'archéologie gallo-romaine: Vol. I-VI [Text] / A. Grenier. -Paris, 1931-1960. - Vol. II.

9. Buckley, B. The Aeduan area in the third century [Text] / B. Buckley // The Roman

272 West in the third century: Part I-II / A. King, M. Henig (BAR, 4). - L., 1981. - Part II. -P. 287-315.

10. Smith, D.J. Romano-British mosaics in the Third century [Text] / D.J. Smith // The Roman West in the third century: Part I-II / A. King, M. Henig. - L., 1981. - Part I. -P. 159-166.

11. Alföldy, A. Rhein und Donau in der Römerzeit [Text] / A. Alföldy // Jahresbericht

Pro Vindonissa. - 1948. - Bd. 49. - S. 9-16.

12. Сергеев, В.С. Очерки по истории Древнего Рима: Уч. пос.: Часть 1-2 [Текст] / В.С. Сергеев. - М., 1938. - Ч.2.

REFERENCES

1. Alföldy A., Rhein und Donau in der Römerzeit, Jahresbericht Pro Vindonissa, 1948, Bd. 49, 9-16.

2. Buckley B., "The Aeduan area in the third century", in: The Roman West in the third century: Part I-II (Ed. by A. King, M. Henig), London, 1981, Part II, 287-315.

3. Drinkwater J.F., The Gallic Empire: separatism and continuity in the North-Western Provinces of the Roman Empire A. D. 260274, Stuttgart, 1987.

4. Grenier A., Les Gaulois, Paris, 1945.

5. Grenier A., Manuel d'archéologie gallo-romaine: Vol. I-VI, Paris, 1931-1960, Vol. II.

6. Hatt J.J., Aperçus sur l'évolution de la céramique commune gallo-romaine, REA, 1949, Bd. 51, 110-128.

7. Hatt J.-J., Esquisse d'une histoire de la sculpture regionale de Gaule romaine, REA, 1957, Bd. 59, 91-96.

8. Kolosovskaya Yu.K., Rim i mir plemen na Dunae I-IVvv. AD, Moscow, 2000.

9. MacMullen R., The Celtic renaissance, Historia, 1965, Bd. 1, 93-104.

10. Sergeev V.S., Ocherki po istorii Drevnego Rima: Uch. pos.: Chast 1-2, Moscow, 1938, Ch. 2.

11. Shtaerman E.M., Krizis rabovladelcheskogo stroya v zapadnykh provintsiyakh Rimskoi imperii, Moscow, 1957.

12. Smith D.J., "Romano-British mosaics in the Third century", in: The Roman West in the third century: Part I-II (ed. by A. King, M. Henig), London, 1981, Part I, 159-166.

Куликова Юлия Викторовна, кандидат исторических наук, доцент, кафедра истории древнего мира и средних веков, Московский педагогический государственный университет, glanam_ yul@mail.ru

Kulikova Yu.V., PhD in History, Associate Professor, Ancient History and the History of Middle Ages Department, Moscow State Pedagogical university, glanam_yul@mail.ru