Археологов не берут в разведку

Археологов не берут в разведку

Российские ученые бьют тревогу из-за новых правил строительных работ

Российских археологов встревожили два правительственных постановления, которые кардинально меняют подход к археологической разведке и историко-культурной экспертизе. Первый документ отменяет обязательный статус этих процедур, если работы запланированы на землях, предназначенных для сельского хозяйства и ряда других целей. Второе постановление — пока на стадии общественных обсуждений — разрешает бизнесу или собственнику земли самостоятельно принимать решение о необходимости архразведки на территориях, «обладающих признаками объекта археологического наследия». Ученые опасаются, что новые правила могут привести к повреждению или уничтожению исторических памятников.

Фото: Алексей Зотов, Коммерсантъ

На прошлой неделе вступило в силу постановление правительства РФ «Об особенностях порядка определения наличия или отсутствия объектов, обладающих признаками объектов археологического наследия». Документ ограничивает перечень объектов, требующих обязательного проведения археологической разведки и историко-культурной экспертизы «на территориях, подлежащих воздействию изыскательских, земляных, строительных, мелиоративных, хозяйственных работ». Так, экспертиза больше не обязательна на землях, предназначенных для ведения крестьянского или фермерского хозяйства, личного подсобного хозяйства, садоводства и огородничества, индивидуального и гаражного жилищного строительства. Также освобождаются от архразведки земли сельскохозяйственного назначения, которые используются для сельхозпроизводства, охотничьего хозяйства и так далее. Еще документ разрешает не проводить архразведку и экспертизу на работах, требующих заглубления до 50 см.

Археологическая разведка проводится с целью обнаружить неизвестные ранее места, где могут находиться археологические памятники или объекты, а также определить их состояние и значимость. Архразведку и историко-культурную экспертизу проводят специалисты-археологи по заказу «заинтересованного органа государственной власти, органа местного самоуправления, юридического или физического лица», который и оплачивает это исследование.

В пояснительной записке к постановлению говорится, что «в сложившихся сложных экономических условиях действия в отношении Российской Федерации экономических санкций» новый порядок позволит оптимизировать расходы «на инвестиционную деятельность». Это будет достигнуто за счет «оценки реальных рисков повреждения… объектов археологического наследия и оценки непроизводственных издержек на финансирование расходов по проведению археологических полевых работ и государственной историко-культурной экспертизы».

Вчера же закончилось публичное обсуждение еще одного правительственного постановления, важного для археологии. В проекте этого документа говорится: решение о необходимости проведения архразведки и историко-культурной экспертизы на объектах, обладающих признаками археологического наследия, принимают сами заказчики работ, в том числе застройщики. В сводном отчете поясняется, что проект направлен на «оптимизацию процедур государственной историко-культурной экспертизы» и что «снижение административных барьеров способствует развитию экономики». Результаты обсуждения пока не опубликованы.

Отметим: принятый в 2002 году ФЗ «Об объектах культурного наследия народов РФ» обязывал перед началом строительных и прочих работ ставить вопрос о проведении историко-культурной экспертизы любого земельного участка. Окончательное решение принимали местные органы охраны памятников. Но в 2018 году в закон были внесены поправки — депутаты оставили обязательную экспертизу только для тех территорий, «в отношении которых… имеются основания предполагать наличие объектов археологического наследия либо объектов, обладающих признаками объекта археологического наследия».

Оба правительственных постановления вызвали тревогу у российских археологов.

Научный сотрудник Центра археологических исследований НовГУ Павел Колосницын отмечает, что историко-культурная экспертиза земель, подвергаемых разрушающему воздействию — например, строительству или добыче полезных ископаемых,— это важный механизм защиты археологических памятников. «Однако экспертиза и археологические исследования делают реализацию проектов дороже и увеличивают сроки. Поэтому несколько лет происходили попытки ограничить обязательность экспертизы и необходимость проведения предварительных археологических исследований»,— говорит ученый. Господин Колосницын полагает, что выведение из-под экспертизы и архразведки упомянутых в проекте категорий земель угрожает повреждением или уничтожением неизвестных археологических памятников: «Дело в том, что обнаружены они далеко не все. Археологи ежегодно находят сотни неизвестных ранее стоянок, средневековых поселений, селищ и могильников. Исходя из текста закона, теперь экспертиза и архразведка не требуются, например, при земляных работах глубиной не более 0,5 м. А большинство сельских археологических памятников имеет слой как раз до 0,5 м». Также археолог не уверен, что при «добровольности» экспертиз бизнес всерьез будет рассматривать идею проводить научные исследования на месте строительства или добычи полезных ископаемых.

«Эти новшества неоправданно повышают риск утраты неизвестного нам археологического наследия,— сказал “Ъ” член президентского Совета по правам человека и один из создателей "Архнадзора" Константин Михайлов.— Считать априори, что на глубине менее полуметра ничего быть не может, или считать, что раз там уже когда-то были проведены хозяйственные работы, то все уничтожено, слишком прямолинейно». Эксперт напомнил, что в последние годы в Москве были сделаны значительные археологические находки «именно там, где никто не подозревал, что что-то может найтись». Так, огромный клад изразцов XVII века был найден возле метро «Таганская» при обычных хозяйственных работах. «Поэтому мне кажется, что меры, направленные на облегчение жизни застройщикам и частным собственникам, принимаются законодателем путем наименьшего сопротивления,— говорит господин Михайлов.— Давно обсуждалась проблема очень высоких расценок на археологические работы, но если это так, то надо было регулировать именно эти расценки, но никак не отменять сами археологические исследования. Было также дельное предложение создавать археологические подразделения в региональных органах охраны памятников, чтобы создавать археологические карты местности. Тогда действительно было бы заранее понятно, где можно наткнуться на что-то ценное, а где нет. Но в таком виде просто повышается риск утрат памятников — и совершенно непонятно, каким образом его компенсировать. Рассчитывать, что все частные собственники, застройщики и хозяева участков окажутся настолько граждански сознательными и влюбленными в историю, что начнут организовывать археологические изыскания по собственной инициативе, все-таки не приходится».