"Технически отключение России от системы SWIFT возможно"

Россия жестко ответит в случае ее отключения от системы SWIFT. Об этом заявил премьер-министр Дмитрий Медведев. Координатор проекта ПИР-Центра "Международная информационная безопасность и глобальное управление интернетом" Олег Демидов ответил на вопросы ведущего "Коммерсантъ FM" Петра Косенко.

Ожидается, что 29 января главы МИД стран Евросоюза рассмотрят новые ограничительные меры против России. Среди обсуждаемых санкций — отключение страны от системы SWIFT. Также может быть увеличен список российских компаний и банков, которым запрещается привлекать деньги в ЕС, и расширен список товаров и технологий, экспорт которых в Россию ограничен.

— Во-первых, вопрос технический: насколько вообще возможно и насколько сложно отключить Россию от системы расчетов SWIFT?

— Технически это абсолютно возможно, поскольку система SWIFT является собственностью одноименной организации, которая базируется в Брюсселе, и управление системой технически осуществляется, прежде всего, из ее штаб-квартиры, из европейского офиса. Технически это реально.

— С точки зрения юридической, скажите, пожалуйста, и Банк России, и около 600 российских членов SWIFT одновременно являются не только пользователями системы, но и акционерами, получается, что отключение SWIFT нарушит их права как акционеров?

— Для этого должна быть создана необходимая нормативная база, должен быть четкий документ Европейского совета, который будет санкционировать такое решение на уровне совета директоров SWIFT. Такой прецедент уже был, это был прецедент марта 2012 года, когда вот как раз было принято аналогичное решение, было решение по санкциям в отношении Ирана от Совета безопасности ООН, и был документ европейский, который выступил правовым основанием для того, чтобы SWIFT прекратил обслуживание иранских клиентов в своей системе.

— Проблема заключается в том, что и Россия — не Иран, и решение Совбеза ООН все-таки вряд ли стоит ожидать в отношении России хотя бы потому, что Россия постоянный член Совбеза и наложит вето на любое решение против самой себя. Есть заявление Дмитрия Медведева относительно того, что Россия пойдет на жесткие, неминуемые шаги, если от SWIFT она будет отключена. О чем может идти речь, как вам кажется?

— Не хотелось бы спекулировать, поскольку это не обязательно могут и не обязательно должны быть шаги симметричные, шаги именно в финансовой сфере, а, зная практику наших ответов, это вполне могут быть шаги асимметричные в какой-нибудь другой сфере наших взаимодействий с европейскими партнерами, с американскими партнерами.

— Вы можете пример привести из того, что уже было сделано?

— Не беря в качестве примера контрсанкции, я бы обратил внимание на усиливающуюся тенденцию к ужесточению правил игры на российском рынке для зарубежных компаний, в том числе для компаний, деятельность которых связана с финансовой системой, это международные платежные системы MasterCard, Visa и так далее.

— Получится ситуация, когда Россия себе еще и во вторую ногу выстрелит такими действиями, как мне кажется, нет?

— Парадокс санкций состоит в том, что в любом случае каждая сторона, вводящая жесткие широкие по своему кругу объектов санкции, неизбежно в каком-то смысле стреляет себе в ногу. Возвращаясь к примеру со SWIFT, если тотальный запрет для российских клиентов, для российских банков на пользование этой системой будет введен, то, как предупреждали, в том числе американские эксперты, в долгосрочной перспективе этот запрет подтолкнет Россию к уходу в теневые, менее прозрачные способы и каналы осуществления финансовых транзакций с внешними партнерами.

— Завтра нам отключили SWIFT с утра, как мы это почувствуем, на чем это в первую очередь скажется? Очереди людей у банкоматов, которые не смогут снимать наличные или со счетов своих не смогут снимать, фирмы, которые не могут провести платежи, какие-то транзакции, как это будет выглядеть?

— Поскольку SWIFT — это межбанковская система, то физические лица обратят внимание на последствия этого решения не сразу. С ним в первую очередь столкнутся сами российские банки, зарегистрированные в системе. Они не смогут оперативно, столь же быстро доставлять информацию о своих транзакциях с внешними контрагентами, и для многих из них, особенно для мелких банков, у которых не так много запасных технологических средств передавать информацию о финансовых платежах иными путями. Для них какая-то часть платежей просто встанет, и это начнет угрожать их деятельности, причем, чем меньше банк, чем меньше у него резервов, тем более угрожающа для него эта ситуация.

— В какой перспективе в случае отключения SWIFT банки, финансовая система и дальше рядовые граждане почувствуют на себе последствия?

— Невозможно утверждать со стопроцентной уверенностью, но есть перед глазами пример Ирана, где острые проблемы у финансовой системы начались буквально на второй месяц или даже на первый после отключения системы, поскольку в межбанковских транзакциях скорость и оборот высокий сообщений, транзакций, сделок, такие вещи дают о себе знать практически сразу.

— А Запад пострадает, если Россию от SWIFT отключат?

— Не уверен, что здесь можно говорить о равноценной чувствительности сторон к этой мере, поскольку традиционно для России западный рынок и западный банковская система выступала главным источником денег. Сейчас, конечно, это во многом уже не так: санкции привели к тому, что существуют серьезные ограничения для российских организаций в плане доступа к западным деньгам, кредитам и так далее. Но остается вопрос с обслуживанием уже взятых кредитов, остается вопрос многих других связей, которые российские организации имеют с европейскими банками, с западными, какие-то сделки, платежи. Во-первых, размеры банковской системы неравноценны: европейская банковская система намного больше российской, и в плане того, кто кому нужнее — боюсь, что все-таки нам нужнее, к сожалению.