Таможня бессмертна

Таможня бессмертна

       ГТК России развернул тотальную борьбу с "черным" растаможиванием и обещает сделать работу таможни кристально чистой. Однако чистоты не получится, потому что таможенники не смогут отпилить сук, на котором сидят много лет.

       Уже месяц идет общегосударственная операция "Импорт", направленная на борьбу с "черной" и "серой" растаможкой товаров. Операцию проводят совместно МВД, ФСБ, МНС, ФСНП, ВЭК, Минторг и ГТК. Спецслужбы начали тотальные проверки всех крупнейших оптовых торговцев, которые чаще всего сами и импортируют товар (хотя всячески от этого открещиваются). Для начала арестовано товаров примерно на $10 млн в разных городах России. Таможенники клянутся, что это не разовая акция, а начало системной работы, которая произведет переворот в жизни таможни.
       Таможенники сейчас очень убедительны. Идеологический и оперативный штаб операции "Импорт" — управление по борьбе с контрабандой ГТК. Это особая структура в таможне. Она укомплектована не кадровыми таможенниками, а выходцами из ФСБ и МВД. Задача этих оперативников — ловить за руку практикующих таможенников. Отсюда разница в психологии и взаимная неприязнь. Для кадрового таможенника "серая" растаможка, занижение таможенной стоимости и другие уловки — это бизнес. А для опера из управления борьбы с контрабандой — это преступление и подрыв устоев государства. Оперативники называют все "серые", "серенькие" и "сероватые" схемы одним словом — "контрабанда".
       — По таким схемам в Россию ввозится процентов 90 всего импорта. Впрочем, лучше я воздержусь от цифр,— сказал корреспонденту "Власти" замначальника управления по борьбе с контрабандой Иван Погиба.— Нас обвиняют в том, что мы начали кампанию с предвыборными целями. Ведь формально операция "Импорт" заканчивается 20 апреля. Но мы нацелены на системную борьбу: сразу после окончания "Импорта" начнется "Импорт-2", потом "Импорт-3" и так далее.
       В это легко поверить. Дело в том, что управление по борьбе с контрабандой — родное для нынешнего председателя ГТК Михаила Ванина. Он сам много лет возглавлял его. Создается ощущение, что наконец-то таможню возглавил принципиальный человек, который наконец взялся вычистить все авгиевы конюшни.
       
       Однако бороться с "черной" растаможкой — значит бороться с самой жизнью, со всем укладом российской таможни. Этот уклад создавался в течение семи лет с 1991 года тогдашним руководителем ГТК Анатолием Кругловым. Тот очень гордился тем, что создал абсолютно управляемую систему, которая в любой момент может дать казне столько денег, сколько надо. Чиновники в правительстве тихо недоумевали, каковы же истинные резервы таможни.
       Так вот, при Круглове эти резервы были неисчерпаемы. Потому что основывались на тотальной, жестко структурированной системе таможенной коррупции. Грубо говоря, она заключалась в том, что импортные товары в России растаможивались либо под видом чего-то другого, либо в количествах меньших, чем ввозилось на самом деле. Существовали жесткие расценки на растаможку всех видов грузов. Часть этих платежей шла в бюджет (о котором таможенники никогда не забывали), а часть — на прокорм системе. Расценки жестко соблюдались, а при необходимости их уровень поднимался до нужной высоты — например тогда, когда правительство просило перевыполнить план по бюджетным доходам. Таможня была централизованным плановым мафиозным хозяйством.
       Потом в этой машине многое сломалось. Преемник Круглова Валерий Драганов стал предпочитать одни фирмы другим. Единые ставки "серых" платежей рухнули, а вслед за ними — платежи в бюджет. При Драганове таможня хронически недовыполняла план. А потом случился август 1998 года, резко уменьшился импорт, уровень платежей опустился еще ниже и замер на минимуме. Скажем, растаможка фуры видеотехники стоимостью $100 тыс. стала стоить $6 тыс. (вместо $56 тыс., как положено "по-белому"). Из этих реально выплачиваемых импортерами $6 тыс. бюджету доставалась лишь $1 тыс., а остальное шло на прокорм таможенникам.
       В таком плачевном состоянии Михаил Ванин и принял таможню. Правительство поставило перед ним одну задачу — дать бюджету больше денег. И Ванин нажал на немного заржавевшие педали старой кругловской мафиозной машины. Летом прошлого года он собирал совещания с таможенными руководителями самого разного уровня, грозил увольнениями и требовал поднять планку. Все понимали, о какой планке идет речь — о "серой". Надо отдать должное Ванину, он не только грозил, но и увольнял самых высокопоставленных чиновников (журнал "Власть" подробно писал об этом в прошлом году). И планка поднялась. К началу этого года растаможка той же фуры аудио-видеотехники стоила уже $8-11 тыс. Из которых бюджет получал уже $6 тыс. Колоссальный прогресс.
       В этом прогрессе особенно важно то, что он не имеет ничего общего с законом. Таможенная система осталась столь же черной, как и была. Но она опять стала давать нужный государству результат.
       
       Так зачем же все-таки нужна операция "Импорт"? Если государству нужно больше денег, Ванин может еще немного закрутить гайки и повысить "серую" планку. Покупатели импорта выдержат дополнительную нагрузку, ведь благодаря высоким ценам на наше сырье в страну поступает достаточно много валюты.
       Среди таможенников есть две версии на этот счет. Обе они так или иначе связаны с именем Владимира Путина. По одной версии, вскоре после назначения и. о. президента Путин решил поставить во главе таможни своего человека — знакомого ему по Петербургу главу Северо-Западного таможенного управления Владимира Шамахова. Узнав об этом, Ванин якобы и придумал яркую акцию "Импорт". По телевизору прогремит шумная антикоррупционная кампания, к тому же доходы бюджета резко возрастут. Степень чистоты работы таможни останется прежней, но этого никто не заметит. По крайней мере, широкая публика не поймет всех таможенных тонкостей, а увидит только антикоррупционную кампанию и результат — деньги в бюджете.
       Вторая версия мало отличается от первой. Путин якобы не хотел увольнять Ванина, а просто попросил таможню дать денег на избирательную кампанию. Как ни странно, большинство импортеров и торговцев электроникой верят именно в эту версию. Они просто не знают, что избирательная кампания Путина уже не нуждается в деньгах ("Власть" писала об этом в прошлом номере).
       Итак, никто не верит, что операция "Импорт" — это системная борьба за чистоту таможенной системы. И на то есть основания: импортеры уже придумали, как с ней бороться.
       15 января 2000 года распоряжением правительства всем розничным торговцам было предписано в обязательном порядке иметь государственную таможенную декларацию (ГТД) на весь свой товар. Чтобы любой проверяющий мог по компьютерной базе данных ГТК мгновенно выяснить, действительно ли выставленный в витрине видеомагнитофон растаможивался как видеотехника, а не как зеленый горошек. Сотрудники управления по борьбе с контрабандой ГТК России верят, что обязательность ГТД создаст юридический базис новой "белой" жизни таможни.
       Гибкая таможенная мафия уже решила для себя эту проблему. На прошлой неделе ГТД уже продавались. Секрет в том, что ГТД оформляется теперь на очень большую партию товара. А затем во всех магазинах страны все мелкие партии товара выставляются под этой самой ГТД. Общая сумма выставленного товара многократно превышает объем ввезенной партии. Но у каких правоохранительных органов хватит сил одновременно проверить все российские магазины?
       И кому это будет нужно после президентских выборов?
       
ГЛЕБ ПЬЯНЫХ
       
       НИ У КАКИХ ОРГАНОВ НЕ ХВАТИТ СИЛ ПРОВЕРИТЬ ВСЕ РОССИЙСКИЕ МАГАЗИНЫ