«Рост производства гражданской продукции не перекрывает по выручке снижение по специальной технике»

Наращивание производства продукции гражданского назначения на предприятиях ОПК не дает роста прибыли. Это направление пока остается менее рентабельным в сравнении с выпуском техники и оборудования по гособоронзаказу. Предприятия ОПК В Удмуртии ищут новые перспективные направления и ожидают, что федеральные власти помогут в координации этой работы, чтобы заводы могли конкурировать не между собой, а с иностранными производителями. Сарапульский электрогенераторный завод в Удмуртии, который традиционно выпускает авиационное электрооборудование, намерен осваивать новые направления, в частности производство двигателей для электротранспорта. В настоящее время предприятие занимается выпуском электротележек, лифтовых лебедок, тестомесов и различного электооборудования гражданского назначения. Возглавивший СЭГЗ в мае 2019 года Алексей Беляев в интервью “Ъ-Удмуртия” рассказал о том, как СЭГЗ планирует выполнять задачу по диверсификации производства.

1 / 2

— Алексей Александрович, когда в мае вас представляли в должности нового генерального директора СЭГЗ, председатель совета директоров предприятия Виталий Шурыгин отметил, что одной из основных задач перед вами стоит наращивание производства продукции гражданского назначения. Ожидается, что гособоронзаказ будет сокращаться. Какие сложности вы видите в процессе диверсификации производства?

— Действительно ситуация очень непростая, и это касается многих предприятий ОПК. За последние два-три года в среднем около 8% в отгрузке мы теряем по специальной технике. Это и гособоронзаказ, и продукция специального назначения по коммерческим поставкам для наших потребителей и ремонтных предприятий. Мы перед собой ставим задачу искать себя в новых перспективных направлениях, развиваться в опытно-конструкторских работах, которые позволили бы выйти на серийные поставки.

Многие предприятия подтверждают, что падение гособоронзаказа будет продолжаться в 2019 и 2020 годах. Это связано с прекращением нынешней программы перевооружения, которая заканчивается в 2020 году. Новая программа будет действовать в 2021-2027 годах.

Задача совета директоров и руководства завода удержать продажи в 2019 году на уровне 2018 года. Это непросто. Будем работать во всех направлениях: и по серийным поставкам, и по опытным разработкам изделий, и по экспорту. Я думаю, что у нас должно все получиться.

Сарапульский электрогенераторный завод начал работу в 1942 году как предприятие по производству авиационных самопусков и компрессоров. Завод поставлял оборудование для самолетов фронтовой авиации Пе-2, участвовал в создании Ту-144, Ту-154, Ил-18. Основная продукция завода в настоящее время – бортовые системы генерирования электропитания, управления и защиты электрических сетей, бортовая светотехника для гражданской авиации. В 1958 году выпуском электротележек грузоподъемностью 2 тонны было начато производство гражданской продукции. В настоящее время предприятие, помимо оборудования для авиационной промышленности, выпускает электродвигатели, электротележки, лифтовое оборудование, тестомесильные машины, генераторы для автономных источников питания, электрооборудование для автомобилей. Объем продаж компании в 2018 году составил 7,3 млрд руб. На сегодняшний день коллектив предприятия насчитывает 4 313 сотрудников.

Мы на протяжении трех лет успешно развиваемся в части производства гражданской продукции. Темпы роста за первое полугодие 2019 года составили 136% по сравнению с прошлым годом, но трудности есть. Сейчас на рынке никто не хочет ждать нового продукта или запуска серийного производства. Важны скорость изготовления, цена и качество. Так как мы обороннопромышленное предприятие, у нас в принципе весь коллектив, конструкторский потенциал заточены на выпуск качественной продукции. Здесь проблем нет. С точки зрения цены намного сложнее обстоит ситуация. Возможно, стоило бы все-таки на уровне правительства РФ принять какие-то заградительные меры от наших зарубежных конкурентов, и я сейчас по большей части говорю о китайских производителях, потому что сегодня мы не можем с ними конкурировать.

— Какую продукцию конкретно вы имеете в виду?

— Мы много лет занимаемся линейкой взрывозащищенных двигателей, в определенные годы занимали даже где-то 30% российского рынка. Основными игроками, помимо СЭГЗ, являются производители из Белоруссии и Китая. Сегодня доля китайской продукции увеличивается за счет демпинга. Для нас производство двигателей при такой цене нерентабельным получается, заработать невозможно, но мы все равно этой тематикой занимаемся, проводим снижение издержек внутри своего предприятия, чтобы быть конкурентоспособными. Я думаю, и в Китае, и в Белоруссии компании получают компенсации и преференции от правительств этих стран, в нашей стране, к сожалению, это не предусмотрено. Если бы и мы могли рассчитывать на такую поддержку, то смогли бы предложить более конкурентную цену.

У конструкторов мышление заточено на выпуск специальной техники. Они таким же образом и гражданскую продукции проектируют с ресурсом работы в 50 лет, но такая надежностью уже не нужна сейчас. Может уже не нужен тестомес, который будет работать 30 лет. Китайцы идут по иному пути: есть гарантия на год, значит, через год аппарат должен сломаться, чтобы вы купили другой. У нас еще мышление другое с советских времен. Делаем качество, а качество влечет за собой увеличение цены.

Мы очень долго работаем в отрасли лифтостроения, и у нас получилось по двум критериям — цены и качества выйти на уровень таких крупных корпораций, как Otis. Дело в том, что от Фонда развития промышленности при помощи правительства Удмуртии и лично Александра Бречалова мы получили кредит по субсидированной ставке, вложились в развитие производства редукторной лебедки и полностью локализовали ее изготовление на предприятии. За последние три года мы выросли по продажам лифтовой тематики. Итоги первого полугодия 2019 года показали рост 141% к 2018 году. Мы подготовили мощности под выпуск 6,5 тыс. лифтовых лебедок. Если в прошлом году мы порядка 3 тыс. лебедок отгрузили на Щербинский завод и в Карачарово, то в этом году мы планируем порядка 5-5,2 тыс., а в следующем году выйти на максимальные мощности 6,5-7 тыс.

По направлению автопрома мы работаем уже более 10 лет и все автовазовские модели оснащены двигателями-электроусилителями руля нашего предприятия. Идет рост продаж автомобилей, соответственно у нас тоже существенный рост — порядка 138%.

— Какая именно помощь нужна со стороны государства в части развития гражданского направления?

— Может я какую-то утопию скажу, но было бы здорово на уровне правительства России внедрить так называемый спецзаказ на гражданскую продукцию. Рынок в стране понятный. Министерство промышленности потребляемые товары и ввозимую продукцию знает. Если бы сделали такую разнарядку по промышленным предприятиям ОПК, чтобы их продукцию в первую очередь покупали хотя бы для бюджетных учреждений.

Наши предприятия могут изготавливать любую продукцию, которая сейчас необходима стране. К примеру, мы развиваем сельское хозяйство, и все, что необходимо с точки зрения освоения нового производства, тоже сбрасывали бы на наши предприятия ОПК. У нас потенциал огромнейший. Мы можем сделать что угодно, спроектировать, оснастить, изготовить.

Сейчас слабо развивается самолетостроение. В советские времена самолеты выпускались сотнями, а у нас сейчас единицами. Если бы в этой отрасли мы поднажали. К сожалению, мы в свое время ушли на приобретение аэробусов и боингов. На сегодняшний день нет ни одного современного отечественного самолета, кроме «Суперджет 100» и МС21, но на этих самолетах практически нет отечественных комплектующих. Здесь наше предприятие готово заниматься импортозамещением. Мы можем осваивать производство светотехники, систем энергоснабжения, но как-то процесс вяло идет, предприятия оставлены на произвол судьбы.

— В прошлом году делегация Объединенной авиастроительной корпорации посещала СЭГЗ.

— Представители ОАК к нам приезжали, мы с ними дорожную карту выстраивали, включились в программу перевооружения и импортозамещения по МС21 и «Суперджет 100» по светотехнике, потому что мы единственные традиционные поставщики всей светотехники на гражданские и военные самолеты.

Раз нет регулирования со стороны разных министерств, в первую очередь минпрома, предприятия устраивают гонку между собой. Лифтовой тематикой занимаемся мы, есть крупные заводы, которые производят лифты — это Карачарово и Щербинка. Но в Удмуртии еще два предприятия думают по выпуску лифтовой продукции «Аксион» и Воткинский завод. Сейчас они начнут конкурировать между собой, мне кажется, надо распределить, какую продукцию производить внутри одного региона.

— Насколько установленный параметр в доведении производства гражданской продукции до уровня выпуска военной тематики к 2030 году достижим?

— Я думаю, это осуществимо, но можно разными путями этого достигать. Дело в том, что рост производства гражданской продукции не перекрывает по выручке снижение объемов работы по специальной технике. Сегодня в структуре продаж у нас уже 25% в выручке приходится на гражданку, но в целом по предприятию выручка падает. Гражданская продукция нерентабельна. Это ведет к снижению прибыли, за последние три года она упала практически в два раза. Для нас как социально ориентированного градообразующего предприятия, на котором трудятся больше 4 тыс. человек, это серьезный показатель.

Нас и по специальной технике «поджимают» с ценами, диктуют схему оплаты. Раньше вносили аванс за поставленную продукцию в размере 80%, но за последние три-четыре года это превратилось в 20%, а окончательный расчет уходит в непонятный период до года и больше. Мы вынуждены брать кредиты, а эти затраты нам никто не компенсирует. Ситуация здесь не улучшается. Прибыль будет снижаться, а это значит, что не будет оставаться средств на собственное развитие предприятия, будут снижаться налоговые отчисления, зарплаты начнут как минимум держаться на том же уровне и не расти. По отчетам промышленные предприятия республики планируют на этот го рост зарплаты всего на уровне 1,9%.

— Как обстоит дело с экспортом продукции?

— Так как у нас был объем заказов по специальной технике достаточный для развития предприятия, мы экспорту уделяли меньше внимания. Сейчас стоит задача в 2020 году увеличить на 10% объемы выручки, поэтому мы очень плотно занялись поиском партнеров за рубежом. Мы поучаствовали в нескольких выставках в Ближнем Зарубежье — в Казахстане, Узбекистане, Белоруссии. Это дало свои плоды, востребована и гражданская, и специальная техника. В этих странах. За первое полугодие 2019 года мы приросли по экспорту почти в два раза — отгрузили продукции на 345 млн руб. Если бы такая тенденция сохранилась, это был бы тоже большой вклад в копилку общих объемов отгрузки. Мы хотим наращивать и поставки за рубеж гражданской продукции, пока показатели невысокие: в 2018 году это порядка 5 млн руб. Задача по этому году - 25 млн руб. Наши специалисты утверждают, что сумма подъемная, потому как уже отгружено гражданской продукции на экспорт на 10 млн руб. Это электротележки и тестомесильные машины. Кроме того, пытаемся зайти в соседние страны с взрывозащищенными двигателями, расширяем поставки по имеющемуся контракту двигателей для трубопроводной арматуры.

— Какие новые направления планируете осваивать?

— В перспективе ближайших двух лет входим в тематику электротранспорта, так как сейчас становится много техники на электроходу. Мы осваиваем производство двигателей для трамваев. Предприятие сотрудничает с холдингом «Транспортные системы» по поставкам двигателей для трамваев и троллейбусов с автономным ходом. Дальше хотим развиваться в производстве тягового электродвигателя для автобусов и автомобилей. Это очень перспективное направление. Я думаю, лет через десять мы все пересядем на электромобили. Если все получится, это добавит нам порядка миллиарда рублей выручки.

Планируем расширять линейку электротележек, оснащать их на базе нашей платформы дополнительным оборудованием — щетками, поливом, манипулятором. Такая техника востребована с учетом запроса на экологичность и бесшумность, особенно в курортных городах.

— У крупных предприятий нередко бывают проблемы с поиском кадров, а как с этим дело обстоит в малых городах?

— Может это так на предприятиях в малых городах, у нас с кадрами проблема не так сильно ощущается как в крупных. В больших городах молодежь не держится долго на заводе, часто уходит в бизнес. Мы начинаем готовить себе кадры со школы, есть два авиационных класса, где усиленная программа, затем идет распределение по вузам. Но все время идут нападки на Сарапульский филиал ИжГТУ. Каждый год его хотят закрыть, а мы его отстаиваем. Ведь если он закроется, студенты будут уезжать в другие города и уже не вернутся. Тогда с кадрами большое горе будет.

— Около двух лет назад Сарапулу было присвоен статус ТОСЭР. Какое влияние это оказывает сейчас на экономику города, и возможно ли сотрудничество СЭГЗ с его резидентами?

— Я непосредственно участвовал в проработке этого вопроса по выходу с инициативой о получении этого статуса, и как депутат гордумы ездил на обучение по программе президента России команд для развития моногородов. Но сама тема ТОСЭР, к сожалению, задумана, чтобы уйти от зависимости от градообразующих предприятий. Да, при присвоении статуса ТОСЭР создаются новые компании, новые рабочие места, и те, кто высвобождается с градообразующих предприятий, могут трудоустроиться туда. Кроме того, налоги будут оставаться в городе, но там есть ограничения, по которым вновь созданная компания не имеет права поставлять или закупать свыше 50% продукции на градообразующем предприятии. Мы готовы в рамках этих ограничений поддерживать резидентов ТОСЭР, если это наш профиль. Одной такой компании мы на льготных условиях предоставили свободные площади. Она производит рамы для редукторной лебедки в лифтовой отрасли. 50% их продукции мы покупаем, остальное они напрямую поставляют на Щербинский завод. Появление в течение нескольких лет 2500 новых рабочих мест для Сарапула — это, безусловно, хорошие возможности.

Алексей Беляев родился 17 сентября 1979 года в Сарапуле. В 2001 году окончил Сарапульский политехнический институт по специальности «Технология машиностроения». В 2001 году начал работать механиком автоматно-доделочного цеха №01 на СЭГЗ, в 2003-м стал заместителем начальника цеха по подготовке производства – начальником технологического бюро, в 2006-м заместителем начальника цеха по подготовке производства, в 2009-ом – начальником автоматно-доделочного цеха №01. В 2011-м перешел на должность главного инженера ОАО «СЭГЗ», а в 2016-м – первого заместителя генерального директора – исполнительного директора АО «СЭГЗ». В 2019 году Алексей Беляев назначен генеральным директором АО «Сарапульский электрогенераторный завод».