Качество жизни регионов России: политологический аспект, методология и методика измерения

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 12. ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАУКИ. 2010. № 1

А.С. Ахременко, С.А. Евтушенко

КАЧЕСТВО ЖИЗНИ РЕГИОНОВ РОССИИ: ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ, МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДИКА ИЗМЕРЕНИЯ*

В статье представлены основные итоги проекта по разработке индекса качества жизни российских регионов и построению на его основе соответствующего рейтинга. Определенный уровень качества жизни рассматривается авторами как результат функционирования политической системы; в этой связи индекс качества жизни в перспективе представляет собой один из инструментов оценки эффективности работы региональной администрации и политической системы в целом. Рассмотрен западный и отечественный опыт построения подобного индекса, приведено математическое обоснование методики его расчета.

Ключевые слова: качество жизни, индекс качества жизни, российские регионы, политическая система.

В наиболее общем виде качество жизни представляет собой показатель социального развития. При этом на данный момент при всем богатстве представлений о качестве жизни в социологии, экономике и других науках в политологии как одной из важнейших наук об обществе вопросы оценки социального развития рассмотрены в недостаточной мере.

Внимание политологии к проблемам качества жизни вполне обоснованно. Очевидно, что при первом приближении темп социального развития задается как минимум двумя группами факторов — природными и социальными. Если социальную группу факторов рассматривать с учетом политической составляющей, то социальное развитие в этом случае можно рассматривать как результат работы политической системы. Уровень качества жизни населения показывает, насколько эффективно современное государство выполняет свою основную функцию — функцию властного распределения ресурсов в обществе1. Причем по сравнению с такими макроэкономическими индикаторами, как рост ВВП или уровень инфляции, которыми оперирует современная российская властная элита, это более тонкий и адекватный инструмент. Макроэкономические индикаторы не отражают результатов распределения ограниченных ресурсов в обществе (или отражают их лишь

* Проект реализован при поддержке Агентства региональной информации (www.ar-info.ru).

1 В данном случае мы отталкиваемся от определения Д. Истона: «Authoritative allocation of values for society» (Easton D. A Framework for Political Analysis. Englewood Cliffs, NJ: Prentice-Hall, 1965. Р. 96).

косвенно). Изучение же качества жизни по своей сути ориентировано в первую очередь на те показатели социального развития, которые так или иначе влияют на жизнь конкретного индивида.

Говоря о качестве жизни россиян, нельзя не учитывать размеры нашей страны и значительную территориальную дифференциацию по ряду критериев. В этой связи первоочередной интерес представляет построение индекса качества жизни в региональном разрезе — оценка отдельных регионов с позиций единого методологического подхода. По нашему мнению, это позволит более полно учитывать долгосрочную цель исследования — обоснование необходимости оперативной оценки работы региональных властных структур в частности и политической системы России в целом с помощью оценок социального развития. Авторы не ставили задачу — осуществить такую оценку, однако разработанные в рамках данного исследования методические подходы позволяют непосредственно приступить к ее решению.

Качество жизни — многомерное понятие, на концептуальном уровне оно включает в себя множество разнородных, не сводимых друг к другу составляющих социального развития. В этом смысле построение общего индекса — это существенное одномерное упрощение. Тем не менее с технологической точки зрения общий индекс представляется удобным как для использования в процессе формулирования текущей и стратегической политической линии государства, так и в качестве интегрального показателя эффективности политической системы.

Задача разработки адекватного инструментария измерения качества жизни оказывается непростой уже на стадии теоретической опе-рационализации понятия. Во-первых, налицо многообразие трактовок качества жизни разными дисциплинами. Во-вторых, проблему представляет выбор концептуальных элементов дефиниции, которые бы определяли сущность понятия. Наименее спорно мнение, согласно которому качество жизни следует определять исходя из степени удовлетворения индивидом своих разнообразных потребностей. Таким образом, мы в какой-то мере соотносим текущую ситуацию в обществе с неким идеалом. По мере изменения этого соотношения и происходит социальное развитие. Идеалом в этом случае является ситуация удовлетворенности всех или большинства потребностей индивида2.

Принципиальным моментом является несводимость понятия "качество жизни" только к удовлетворению материальных потребностей, материальному благосостоянию. В свете этого важное значение может иметь отграничение понятия "качество жизни" от близких к нему по содержанию концептов социального развития.

2 См., например: ТкачевА.Н., Луценко Е.В. Качество жизни населения как интегральный критерий оценки эффективности деятельности региональной администрации // Научный журнал КубГАУ. 2004. № 2 (4); Маликов Н.С. К вопросу о содержании понятия «качество жизни» и его измерению // Уровень жизни населения регионов России. 2002. № 2.

Качество жизни следует отличать от терминологически и содержательно близкого понятия "уровень жизни". Уровень жизни — показатель, отражающий благосостояние населения, сконцентрирован на подсчете объема доходов граждан и степени удовлетворения базовых потребностей. Фактически он является производным от показателей экономического развития. В сравнении с ним качество жизни — гораздо более широкий показатель, включающий в себя не только оценку благосостояния в числе прочих критериев качества жизни, но и еще ряд индикаторов удовлетворения разного рода потребностей.

В некоторых случаях показателем качества жизни выступает индекс развития человеческого потенциала (ИРЧП), разработанный ООН3. ИРЧП рассчитывается как среднеарифметическая величина трех индексов — индекса ожидаемой продолжительности жизни при рождении, индекса уровня образования и индекса ВВП на душу населения по паритету покупательной способности. Формально концепция ИРЧП была разработана с целью перехода от преимущественного акцента на вопросах роста уровня материального производства к учету нематериальных факторов расширения пространства возможностей для индивида.

Главной проблемой этого индекса является недостаточная полнота "охвата" измеряемого признака. С одной стороны, ограниченность числа необходимых для расчета операциональных статистических показателей позволяет в силу широкой их доступности рассчитывать индекс для подавляющего большинства стран и регионов. С другой стороны, в силу страновой специфики не во всех случаях ИРЧП адекватно отражает степень развития конкретного общества, что в определенной степени является следствием сознательной редукции числа компонентов индекса.

В этой связи индекс качества жизни, включающий неограниченное число показателей, обладает большим потенциалом универсальности и в принципе более адекватно отражает качество жизни, нежели ИРЧП.

В настоящее время принято разделять два базовых подхода к процедуре оценки качества жизни — субъективный и объективный. В первом случае имеет место оценка степени удовлетворенности жизнью самими индивидами. Иначе говоря, в этом случае качество жизни определяется в зависимости от восприятия людьми своего положения, которое обусловлено культурными особенностями и системой ценностей, принятой в данном обществе, устоявшимися жизненными стандартами социальной микро- и макросреды, ожиданиями, целями индивида4.

3 http://hdr.undp.org/en/humandev/hdi/

4 По определению Всемирной организации здравоохранения, качество жизни — это то, как индивид воспринимает свое положение в культурном и ценностном контекстах его жизни и в связи с его целями, потребностями и интересами (World Health Organization. Quality of Life Group. What is it Quality of Life? // Wld. Hth. Forum. 1996. Vol. 1. P. 29).

Построение индекса качества жизни на основе субъективной самооценки человека в теории и практике оценки качества жизни считается, как правило, более перспективным и более адекватным реальности. Предполагается, что определение самим индивидом степени удовлетворенности своих потребностей, своего жизненного положения дает наиболее достоверную картину. При этом очевидно, что индекс качества жизни на основе субъективной самооценки выводится по результатам значительного количества массовых опросов, что предполагает крупные финансовые затраты на проведение исследования. Кроме того, субъективный подход существенно затрудняет сравнительные исследования, так как неформальные стандарты качества жизни весьма различаются не только в отдельных странах, но и во многих случаях в регионах внутри одной страны.

В процедурах объективной оценки качества жизни итоговый показатель выводится на основе статистической обработки широкого набора отдельных статистических индикаторов, в той или иной степени отражающих социальное развитие, таким образом, он сближается с ИРЧП, но превосходит его по числу компонентов. Конкретные наборы величин, привлекаемые для расчета индекса, в разных методиках составления рейтинга разнятся, что зависит от методологических установок разработчиков, а также не в последнюю очередь от специфики конкретной страны/региона, которую изучают: ведь набор показателей должен достоверно отражать качество жизни именно на этой территории.

Значительное развитие методики расчета индекса качества жизни приобрели на Западе, в научных центрах США, ЕС и международных организаций. В той или иной мере с использованием разной методологии индексы качества жизни (или их аналоги) рассчитываются структурами ООН (ИЧР/ИРЧП), Всемирной организацией здравоохранения5, Всемирным банком6, Международной организацией исследований качества жизни (International Society for Quality-of-Life Studies7) и рядом популярных СМИ, научных изданий, общественных, научных, консалтинговых организаций.

Политологические исследования качества жизни (в том числе построение индекса качества жизни) проводятся редко. В частности, в отечественной политической науке можно назвать лишь единичные случаи.

Так, индекс качества жизни стал одним из пяти показателей статистического анализа политических систем современных государств в проекте "Политический атлас современности" МГИМО8. Из соображений доступности статистических данных в индекс были включены

5 http: //www.who.int/substance_abuse /research_tools/whoqolbref/en/

6 http://siteresources.worldbank.org/INTPOVERTY/Resources/WDR/Background/das-guptapdf

7 http://www.isqols.org/

8 http://www.worldpolities.org

следующие показатели: ВВП на душу населения; включенность населения в систему начального, среднего и высшего образования; ожидаемая продолжительность жизни при рождении; детская смертность до 1 года; смертность от передающихся болезней; смертность от увечий (несчастных случаев, убийств, самоубийств и др.); расходы на здравоохранение на душу населения.

Отдельного внимания заслуживает рейтинг качества жизни российских регионов, рассчитывавшийся Независимым институтом социальной политики в 2000—2005 гг.9 За исключением данного проекта, нам не удалось найти примеры количественных исследований качества жизни в регионах России (по крайней мере, общероссийского масштаба, в связи с чем разработанный нами индекс качества жизни регионов представляется одной из первых попыток такого исследования). В проекте Независимого института социальной политики индекс (методика определения которого разработана сотрудниками географического факультета МГУ) сконцентрирован в первую очередь на проблемах переходного периода развития России (будучи назван "кризисным" индексом качества жизни). Он является интегральным показателем, который рассчитывается как среднее арифметическое из четырех частных индексов, один из которых — индекс здоровья — вычисляется как среднее из показателей долголетия (ожидаемой продолжительности жизни) и младенческой смертности:

Л +B+C+Б +Е 2,

"Кризисный " индекс качества жизни =-,

4

где Л — индекс отношения среднедушевых денежных доходов к прожиточному минимуму;

В — индекс доли населения с доходами выше прожиточного минимума;

С — индекс уровня занятости населения; Б — индекс ожидаемой продолжительность жизни; Е — индекс младенческой смертности.

В качестве рабочего определения качества жизни в рамках данного исследования мы считаем целесообразным использовать следующее. Качество жизни — степень удовлетворения некоторого базового набора материальных и духовных потребностей индивида, характеризуемая, с одной стороны, определенным уровнем благосостояния, с другой — наличием необходимой инфраструктуры и прочих условий для удовлетворения этих потребностей.

Принципиальной особенностью предлагаемой нами методологии построения индекса стал сознательный отказ от ориентации на субъек-

9 http://atlas.socpol.ru/indexes/index_life.shtml

тивные оценки качества жизни как самими гражданами, так и экспертами. Соответственно рейтинг качества жизни российских регионов построен исключительно на основании официальных статистических данных Федеральной службы государственной статистики РФ. Причиной обращения к объективным оценкам качества жизни является не только и не столько высокая затратность исследований экспертных мнений или субъективных оценок населения. На наш взгляд, ориентация на объективные статистические данные для достижения поставленной перспективной цели исследования — оценки эффективности деятельности региональной администрации и политической системы России в целом на основании показателей качества жизни — методологически более корректна.

Основными компонентами индекса стали:

— качество жилищных условий населения (Н). Этот компонентный подындекс образуется путем усреднения трех величин:

1) наличия коммуникаций (Л). В качестве операциональной переменной взят удельный вес общей жилой площади, оборудованной водопроводом;

2) состояния жилищного фонда (В), измеряемого через удельный вес ветхого и аварийного жилищного фонда в общей площади жилищного фонда. При этом показатель состояния жилищного фонда обратно пропорционален доле ветхого и аварийного жилья;

3) обеспеченности населения жильем (К), мерой которой выступает общая площадь жилых помещений, приходящаяся в среднем на одного жителя.

Как представляется авторам, данный показатель является одним из наиболее значимых компонентов индекса, так как сам по себе может служить достоверным репрезентативным индикатором качества жизни российских регионов. С одной стороны, он объективно связан со степенью урбанизации (особенно в части наличия коммуникаций). С другой стороны, принимая во внимание сугубо российскую специфику, можно с полным правом утверждать, что урбанизация в России по факту связана с качеством жизни, а жилищные условия граждан и степень удовлетворения потребности в жилье (при всей остроте этой проблемы) на сегодняшний день являются адекватными индикаторами качества жизни россиян в целом;

— величина и распределение доходов (I). Это также компонентный подындекс, образуемый усреднением нескольких величин:

1) размера индивидуальных доходов (^), взятого как отношение среднедушевых денежных доходов к прожиточному минимуму, установленному в регионе. Учет прожиточного минимума в рейтинге представляется еще одним принципиальным моментом предлагаемого нами подхода к определению качества жизни по крайней мере российских регионов. Анализ статистики показывает, что величина прожиточного минимума в регионах России разнится весьма существенно, что кроме всего прочего свидетельствует о важности этого показателя как инди-

катора качества жизни. Для иллюстрации приведем следующие данные: величина прожиточного минимума Камчатского края и Тюменской области в 4-м квартале 2008 г. различалась более чем в 2 раза, Москвы и Тамбовской области (за тот же период) — в 1,9 раза;

2) равенства в распределении доходов (б) — величины, обратной индексу концентрации доходов Джини. Данный индекс оценивает близость наблюдаемого распределения доходов среди населения к равномерному. Чем ближе значение индекса к 1 (или 100%), тем менее равномерно распределены доходы и соответственно выше уровень социальной дифференциации;

3) отсутствия бедности (Р). Операциональным индикатором данной величины является доля населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума ("за чертой бедности"), взятая в обратной пропорции.

Говоря о показателях доходов, важно подчеркнуть, что рассматривается не только уровень доходов, но и степень их распределения в обществе, что, с одной стороны, показывает качество развития общества в целом, с другой — эффективность работы политической системы по распределению ресурсов (см. выше);

— миграционная привлекательность региона (М). В основе данного показателя — стандартные коэффициенты миграционного прироста, представляющие собой разность между числом прибывших и убывших на 10 000 человек населения территории. Общая установка состоит в том, что более высокие показатели прироста свидетельствуют о большей привлекательности территории и соответственно о более высоком качестве жизни ее населения. В то же время авторы отдают себе отчет в том, что картина внутренней миграции в России является довольно сложной и обусловлена более широким комплексом факторов, в частности трудоизбыточностью северокавказских регионов с высокой рождаемостью и неблагоприятными климатическими условиями ряда северных "сырьевых" территорий, откуда велик отток пенсионеров. Тем не менее общий тезис "люди едут туда, где жизнь лучше" представляется нам в целом вполне обоснованным;

— уровень выживаемости детей в возрасте до одного года (обратный смертности в возрасте до одного года) (С). Это один из важнейших и общепризнанных в мире показателей качества жизни, учитывающий сразу две составляющие — качество медицинских услуг и здоровье родителей. Очевидна обратная связь между младенческой смертностью и качеством жизни региона;

— безопасность личности (В). Данный показатель обратно пропорционален такому традиционному индикатору, как уровень преступности — число зарегистрированных преступлений на 100 000 человек населения. Несмотря на некоторые проблемы применимости данного показателя в России (где "регистрируемость"

преступлений может варьироваться от региона к региону), явной альтернативы ему не просматривается, тогда как учет фактора личной безопасности в оценке качества жизни территорий представляется авторам необходимым;

— развитость рынков услуг (Я), измеренная посредством переменной "объем платных услуг на душу населения". Показатель развитости рынков относится к числу комплексных показателей, задачей которых является отражение сразу целого набора условий повышения качества жизни. Как уже говорилось, качество жизни определяется не только общим уровнем благосостояния населения, но и наличием возможности "реализовать" этот уровень благосостояния (если угодно, реализованное/реальное качество жизни). Соответственно качество жизни связано с возможностью свободно приобрести необходимые услуги. В этой связи показатель развитости рынков является одной из важнейших составляющих рейтинга.

Кроме того, он существенно коррелирует (коэффициент корреляции составляет 0,8—0,9 в разные годы) с размером валового регионального продукта (ВРП) на душу населения. Последний показатель нередко учитывается в оценках качества жизни (см. хотя бы индекс человеческого развития, рассчитываемый ПРООН). Однако использование ВРП на душу населения представляется нам проблематичным, так как в соответствии со стандартами статистической отчетности его расчет осуществляется фактически на протяжении двух лет10. Таким образом, развитость рынков — это своего рода "субститут" ВРП на душу населения. Наконец, показатель развитости рынков услуг кроме прочего является еще и индикатором величины денежной массы, обращающейся в регионе (в связи с чем и наблюдается столь сильная корреляция с ВРП на душу населения).

Тем не менее следует отметить и некоторые "изъяны". В силу достаточной интегрированности некоторых региональных рынков между собой в случае очень слабой изолированности их друг от друга (либо фактического единства рынков нескольких регионов) значительная развитость рынка услуг может быть достигнута во многом за счет потребителей из других регионов. Очевидно, что наиболее показательным примером здесь является Москва (как, впрочем, и некоторые другие крупные центры, привлекающие потребителей из других регионов);

— продолжительность жизни (Ь, средняя ожидаемая продолжительность жизни при рождении). Это общепринятый в мировой статистике показатель, вычисляемый на основе таблиц смертности. Наряду с младенческой смертностью его можно считать

10 Согласно Федеральному плану статистических работ, данные по ВРП в разрезе субъектов Федерации публикуются в конце февраля за год, предшествующий предыдущему (т.е. в феврале 2010 г. будут опубликованы данные за 2008 г.) (http://www.gks.ru/bgd/free/ fed_pЮ9/Mam.htm).

одним из интегральных показателей качества жизни: он присутствует практически во всех методах его измерения и не требует специального обоснования. Вместе с тем применительно к российским реалиям важно понимать, что он по большому счету является функцией двух переменных: 1) качества медицинских услуг и 2) социокультурных особенностей территории. В первом случае можно говорить о прямой связи с уровнем качества жизни регионов (в России статистически подтвержден тот факт, что продолжительность жизни выше в крупных мегаполисах и развитых регионах с разветвленной и качественной системой здравоохранения). Социокультурная специфика отдельных территорий, напротив, является фактором появления неизбежных частных искажений рейтинга при включении в него показателя продолжительности жизни (преимущественно республики Северного Кавказа, известные своим долголетием);

— доступность рабочих мест (Г). Данный показатель является обратным по отношению к уровню безработицы, рассчитываемому как отношение численности безработных к численности экономически активного населения (в процентах). В настоящее время в Федеральной службе государственной статистики (ФСГС) РФ при отнесении индивида к категории безработных приняты стандарты Международной организации труда (МОТ). Соответственно данный показатель рассчитывается на основании опросных исследований, а не на основании данных государственной службы занятости. Понятно, что, во-первых, этот показатель не в полной мере отражает степень реальной занятости в принципе; во-вторых, в ряде случаев он не отражает реального положения дел в связи со значительным удельным весом в экономике некоторых регионов теневой составляющей (и соответственно теневой занятости). Несмотря на сделанные оговорки, необходимость учета доступности рабочих мест в рамках поставленных задач представляется необходимой.

Ежегодный индекс качества жизни (QL) является линейной функцией восьми переменных:

QL= Н +1 + М+ С + В+ 8 + L+ Г

где Н= Л+ ^ (подындекс жилищных условий),

1= ^ + б + Р (подындекс распределения доходов).

Все компоненты индекса имеют равные веса, так как в противном случае необходимо было бы использовать экспертные оценки, что про-

тиворечит методологии данного проекта. Все компоненты прямо связаны с показателем качества жизни региона, в то время как некоторые операциональные показатели (реально измеряемые величины) компонентов индекса имеют отрицательную связь с качеством жизни.

Все данные, используемые в расчете индекса, являются официальными данными ФСГС РФ. Более конкретно: используются следующие материалы и базы данных Росстата (доступны на официальном сайте www.gks.ru или в публикациях ИИЦ "Статистика России"):

— центральная база статистических данных;

— мониторинг социально-экономического положения субъектов

РФ;

— доклад "Социально-экономическое положение России";

— социально-экономическое положение федеральных округов;

— регионы России. Социально-экономические показатели.

Данные проанализированы за последние шесть лет — с 2003 по

2008 г. включительно. Выбор таких хронологических рамок обусловлен двумя обстоятельствами. Во-первых, необходимостью иметь достаточные временные ряды для динамических сравнений; шестилетний период позволяет делать выводы об общих тенденциях развития качества жизни в современной России и ее субъектах. Во-вторых, по нашим оценкам, именно с 2003 г. ряд компонентов индекса стабилизируется, например прекращается массовый отток беженцев из Чеченской Республики в соседние регионы.

Очевидно, что компоненты индекса качества жизни имеют неодинаковую размерность, т.е. измерены в разных единицах. Для формирования общего индекса (1) необходимо привести их к некоторому сопоставимому виду. С этой целью в данном проекте использован метод линейного масштабирования11. Его суть состоит в том, чтобы отобразить значения каждого показателя в интервале от 0 до 1, сохраняя все пропорции между отдельными значениями. Таким образом, сохраняются все структурные характеристики исходного показателя.

В применяемой формуле масштабированное значение получается в результате деления разности наблюдаемого и минимального значения переменной на ее размах:

X — X

X

' X - Xi

max min

При этом, как и в проекте Независимого института социальной политики, максимумы и минимумы каждой переменной фиксируются для всего изучаемого временного периода. В ином случае полученные

11 Данный метод был также использован в проекте оценки качества жизни регионов России Независимым институтом социальной политики (http://atlas.socpol.ru/inde-xes/index_life.shtml).

12 http://www.worldpolities.org/

значения будут динамически несопоставимы: невозможно будет сравнивать масштабированные значения для разных лет. В этом смысле полученные результаты выгодно отличаются от результатов измерения качества жизни в проекте МГИМО "Политический атлас мира"12, где в основе стандартизации лежит центрирование и нормирование (нормализация) величин13. Последний подход создает проблемы с динамическими сравнениями, чего удается избежать при использовании линейного масштабирования.

В том случае, когда непосредственно измеряемый показатель отрицательно связан с качеством жизни (например, уровень безработицы), применяется обратное линейное масштабирование: полученный в линейном масштабе показатель вычитается из единицы:

X — X

Х(1-Ь) = 1 i min .

' X — X

max min

Тогда распределение масштабированного показателя становится "зеркальным отображением" операционального исходного показателя.

Немасштабируемый показатель — индекс концентрации доходов Джини. В этом случае в масштабировании нет необходимости, так как данная величина является стандартизованной и колеблется в интервале [0, 1]. Не понадобилось масштабирование и в случае с показателем "доля населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума".

Максимумы и минимумы для каждого показателя установлены эмпирически таким образом, чтобы 1) обеспечить возможность динамических сравнений, 2) наилучшим образом отразить различия между российскими регионами. Задача обеспечения возможности международных сравнений на данном этапе развития проекта не ставилась.

Кроме того, полученные показатели качества жизни умножены на 100 и округлены до второго знака после запятой; это сделано исключительно для облегчения восприятия материала. С этой же целью наряду с абсолютными оценками качества жизни приводятся рейтинговые оценки — порядковые номера регионов в ранжированных рядах, причем значение 1 присваивается региону с наиболее высоким показателем качества жизни. Например, как выглядели первая и последняя десятки субъектов Федерации14 в 2008 г., представлено в табл. 1.

Мы уже говорили, что рассматриваем качество жизни как многомерное понятие, а представленный метод его измерения — как много-

12 http://www.worldpolities.org/

13 Нормализованные (центрированно-нормированные) величины характеризуются единой средней, равной 0, и единым среднеквадратическим отклонением, равным 1.

14 Оценка качества жизни в Чеченской Республике не производилась в силу отсутствия данных по некоторым показателям.

Таблица 1

Показатели качества жизни в регионах России в 2008 г.

Регион с лучшими показателями Индекс качества жизни Место в рейтинге Регион с худшими показателями Индекс качества жизни Место в рейтинге

Москва 79,35 1 Республика Ингушетия 57,55 73

Санкт-Петербург 75,33 2 Иркутская область 57,47 74

Московская область 71,07 3 Еврейская автономная область 57,4 75

Белгородская область 70,14 4 Курганская область 57,34 76

Республика Татарстан 69,3 5 Амурская область 56,69 77

Краснодарский край 69,01 6 Забайкальский край 55,46 78

Ханты-Мансийский авт. округ — Югра 68,09 7 Республика Калмыкия 54,99 79

Ямало-Ненецкий авт. округ 67,27 8 Республика Бурятия 54,88 80

Тюменская область 67,25 9 Республика Алтай 54,56 81

Республика Северная Осетия-Алания 67,03 10 Республика Тыва 48,04 82

мерный метод. Данное утверждение является не просто "фигурой речи", а может быть протестировано математическими средствами. Необходимо, чтобы между различными компонентами индекса качества жизни отсутствовали сильные корреляционные связи. Другими словами, составляющие индекса должны быть независимыми переменными по отношению друг к другу. Наличие сильных корреляций между индикаторами фактически означает, что они являются оценками одной и той же величины. Ниже приводится матрица ранговых корреляций Спирмана для всех пар компонентов индекса в 2008 г. (табл. 2). Использование ранговой корреляции вместо стандартного метода Пирсона обусловлено тем, что распределение многих компонентов не подчиняется нормальному закону.

Как видно, коэффициенты корреляции в подавляющем большинстве очень низкие. Таким образом, можно уверенно говорить о том, что все компоненты индекса отображают различные аспекты понятия "ка-

Таблица 2

Корреляции Спирмана между компонентами индекса качества жизни

в 2008 г.

Показатель Миграция Младенческая смертность Преступность Платные услуги Продолжительность жизни Безработица Подындекс жилищных условий Подындекс распределения доходов

Миграция 1,00 0,38 0,11 0,09 0,22 0,50 0,39 0,28

Младенческая смертность 0,38 1,00 0,16 0,15 0,20 0,36 0,37 0,28

Преступность 0,11 0,16 1,00 -0,30 0,50 0,12 0,26 0,05

Платные услуги 0,09 0,15 -0,30 1,00 -0,01 0,35 0,37 0,53

Продолжительность жизни 0,22 0,20 0,50 -0,01 1,00 0,00 0,12 0,25

Безработица 0,50 0,36 0,12 0,35 0,00 1,00 0,53 0,43

Подындекс жилищных условий 0,39 0,37 0,26 0,37 0,12 0,53 1,00 0,37

Подындекс распределения доходов 0,28 0,28 0,05 0,53 0,25 0,43 0,37 1,00

чество жизни". Аналогичная картина наблюдается для всего рассматриваемого временного периода.

Наряду с оценками качества жизни в регионах России за отдельные годы был осуществлен динамический анализ данного показателя. Он преследует несколько целей. Во-первых, он служит для проверки адекватности разработанного инструментария измерения измеряемому показателю. Одним из свидетельств в пользу такой адекватности является медленное изменение оценок качества жизни от года к году. Очевидно, что качество жизни — это не такая переменная, которая может скачкообразно меняться во времени. Мы ожидаем, что корреляции между значениями индекса качества жизни должны быть очень сильными между "соседними" годами и несколько ослабевать с течением времени. Именно такую картину мы наблюдаем в матрице парных корреляций Спирмана, приведенной в табл. 3.

Далее, требуются инструменты оценки для изменений качества жизни по отдельным регионам и России в целом 1) от года к году и 2) за весь рассматриваемый временной период. Для решения первой задачи

Таблица 3

Корреляции Спирмана между показателями качества жизни 2003-2008 гг.

Годы 2003 2004 2005 2006 2007 2008

2003 1,00 0,96 0,92 0,92 0,90 0,89

2004 0,96 1,00 0,95 0,94 0,93 0,91

2005 0,92 0,95 1,00 0,97 0,94 0,92

2006 0,92 0,94 0,97 1,00 0,96 0,94

2007 0,90 0,93 0,94 0,96 1,00 0,96

2008 0,89 0,91 0,92 0,94 0,96 1,00

используется очень простой индекс (-01), показывающий изменение показателя качества жизни в процентах к предыдущему году:

QLl•t> = ^1°°% ,

где QL•t — значение индекса качества жизни в г-м регионе в данном году, QL(^) — значение индекса качества жизни в г-м регионе в году, предшествующему данному.

Для решения второй задачи используется так называемая линейная аппроксимация: к наблюдаемому динамическому ряду "подгоняется" (методом наименьших квадратов) линейная функция вида у = кх + Ь.

Ясно, что линейная функция не во всех случаях абсолютно адекватно описывает реальную "траекторию" региона во времени. Однако некоторое приближение общей тенденции мы в любом случае получаем. Кроме того, альтернатива линейной аппроксимации здесь попросту не просматривается. В отличие от некоторых других показателей, таких, как рост ВВП, в случае с качеством жизни нет оснований предполагать, что он должен меняться в соответствии с каким-то нелинейным законом (например, экспоненциальным).

Мерой изменения качества жизни региона за весь рассматриваемый временной период является первая производная (О 2) подогнанной линейной функции. Как известно, она равна угловому коэффициенту к:

02 = = к.

' дt

Она показывает темп (скорость) изменения качества жизни региона во времени и позволяет сравнивать регионы с точки зрения динамики данного показателя.

Проблема с показателями D1 и D2 состоит в том, что они не учитывают общестрановую динамику качества жизни. Очевидно, что за рассматриваемый период качество жизни в России в целом росло. Это обусловливает положительный знак производных всех регионов. Однако следует поставить вопрос так: как регионы России развивались "сами по себе", без влияния благоприятной российской тенденции? Для ответа на этот вопрос рассчитаны показатели D3 и D4 с вычитанием федерального компонента (федерального тренда). D3 является аналогом D1 (показывает процентную динамику качества жизни по сравнению с предыдущим годом), но при этом без страновой оставляющей. D3 показывает, хуже или лучше (и насколько) стала ситуация с качеством жизни в регионе по сравнению с общероссийским показателем:

Л3. = 100%,

' оь? - о^

где ОИ^ — значение индекса качества жизни в РФ в данном году, ОЦ1 — значение индекса качества жизни в РФ в году, предшествующем данному. Так, в табл. 4 приводятся десять лучших и десять худших регионов по росту качества жизни по сравнению с 2007 г. (с вычитанием федерального компонента).

Таблица 4

Распределение регионов РФ по росту качества жизни в 2007-2008 гг.

Лучшие регионы D3 Худшие регионы D3

Еврейская автономная область 7,28 Костромская область -1,98

Кабардино-Балкарская Республика 2,74 Волгоградская область -2,05

Курганская область 2,46 Кемеровская область -2,10

Приморский край 2,40 Липецкая область -2,17

Новосибирская область 2,30 Новгородская область -2,28

Республика Бурятия 1,98 Республика Северная Осетия-Алания -2,31

Ивановская область 1,93 Ставропольский край -2,35

Республика Тыва 1,55 Республика Калмыкия -2,39

Республика Ингушетия 1,51 Астраханская область -2,91

Республика Дагестан 1,47 Республика Карелия -2,92

Сходным образом D4 показывает темп роста качества жизни в регионе за период с 2003 по 2008 г. с вычетом федерального тренда:

6ВМУ, политические науки, № 1

81

=-04' дt дt к' к

В табл. 5 приводятся десять лучших и десять худших регионов по темпам роста качества жизни за период 2003-2008 гг. (с вычетом федерального тренда).

Таблица 5

Распределение регионов по темпам роста качества жизни в 2003-2008 гг.

Лучшие регионы Темп роста с вычетом федерального тренда Рейтинг темпов роста качества жизни Худшие регионы Темп роста с вычетом федерального тренда Рейтинг темпов роста качества жизни

Сахалинская область 1,41 1 Нижегородская область -0,33 73

Чукотский авт. округ 1,06 2 Пермский край -0,34 74

Калининградская область 0,86 3 Амурская область -0,40 75

Республика Ингушетия 0,75 4 Республика Северная Осетия-Алания -0,41 76

Москва 0,72 5 Республика Марий Эл -0,50 77

Республика Дагестан 0,64 6 Самарская область -0,51 78

Санкт-Петербург 0,53 7 Республика Саха (Якутия) -0,55 79

Ивановская область 0,50 8 Удмуртская Республика -0,56 80

Республика Тыва 0,49 9 Ямало-Ненецкий авт. округ -0,66 81

Камчатский край 0,47 10 Республика Калмыкия -0,70 82

Нам представляется, что именно динамический анализ является наиболее плодотворным с точки зрения перспективной задачи оценки влияния деятельности властных структур на качество жизни в российских регионах.

В заключение следует подчеркнуть, что выше был представлен

пилотный вариант оценки качества жизни российских регионов. Он открыт для критики как в части содержательного понимания данного понятия, так и в части расчетных процедур.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Индекс оценки качества жизни российских регионов Независимого института социальной политики // http://atlas.socpol.ru/indexes/index_life.shtml

2. МаликовН.С. К вопросу о содержании понятия "качество жизни" и его измерению // Уровень жизни населения регионов России. 2002. № 2.

3. Проект "Политический атлас современности" МГИМО(У) МИД РФ // http: //www.worldpolities.org

4. ТкачевА.Н., Луценко Е.В. Качество жизни населения как интегральный критерий оценки эффективности деятельности региональной администрации // Научный журнал КубГАУ. 2004. № 2 (4).

5. Cobb C. Measurement Tools and the Quality of Life // Redefining Progress. San Francisco, 2000. http: //www.rprogress.org/publications/2000/measure_qol.pdf

6. Henderson H., Lickerman J., Flynn P. Calvert-Henderson Quality of Life Indicators: A New Tool for Assessing National Trends. Bethesda, MD.: Calvert Group Ltd., 2000.

7. United Nations Development Programme. Human Development Indices // http://hdr.undp.org/en/humandev/hdi/

8. World Health Organization. Quality of Life Group. What is it Quality of Life? // Wld. Hth. Forum. 1996. Vol. 1.