Детальный разбор

Кирилл Титаев, ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения

Информация, которую приоткрыли для общества различные правоохранительные органы, пока что недостаточна. Речь прежде всего о низком уровне детализации — только арбитражные суды и недавно созданный портал Генпрокуратуры дают информацию по регионам, остальные не делают даже этого, оперируя цифрами в масштабах всей страны. При этом во всем мире в криминальной статистике ценится именно низовой уровень полицейского участка, как в США, или прихода, как в Великобритании. Без подобной детализации невозможно проводить осмысленную политику на самом приближенном к людям уровне. Более того, на Западе вся эта статистика находится в свободном доступе, не в электронном, так в бумажном виде. Чтобы получить такой отчет, простому человеку придется заплатить (в Чехии, к примеру, многостраничный труд стоит около 1000 крон, или примерно 1500 рублей), однако в библиотеке его можно найти совершенно бесплатно. Для нас подобные отчеты пока что фантастика.

Другая проблема связана с качеством даже тех данных, которые есть. Дело в том, что информация, представленная на сайте Генпрокуратуры,— это прошлый век статистики. Анализируя статистику, сегодня учитывают множество различных показателей. Например, согласно опубликованным данным, тревожная ситуация с преступностью в Республике Коми, Красноярском крае, Иркутской области. Казалось бы, надо принимать меры в отношении местной полиции! Однако добавьте в анализ количество заключенных в этих регионах и довольно высокую преступность в тюрьмах, и вы увидите, что на самом деле общая ситуация там не так уж плоха.

Наконец, важно понимать, что опубликованная статистика изначально не показывает реальную ситуацию — она отражает деятельность правоохранительных органов. Это значит, что речь не о реальных преступлениях, а о зарегистрированных. Уровень реальных преступлений нам дают так называемые виктимизационные опросы, то есть выявление латентной преступности (в ходе социологического исследования респондентам задается вопрос, были ли они жертвами преступления, заявляли ли о нем в полицию и так далее). Так вот в среднем по стране мы фиксируем восьмикратную разницу между количеством реальных преступлений и зарегистрированных: на одно зарегистрированное — восемь реально совершенных. Понятно, что эти цифры различаются от региона к региону. К примеру, по Кавказу эксперты дают другое соотношение — 1:100. Многое зависит и от конкретного преступления: в той же Чечне разница между числом реальных и зарегистрированных убийств составляет, по разным оценкам, 1:20, 1:40, в то время как по уличным грабежам этот показатель — 1:15.