Формирование колониальной стратегии Лейбористской партии в 1920-е гг. : идеи «Социалистического империализма» в политическом творчестве Л. Вульфа

УДК 942.080.1

ФОРМИРОВАНИЕ КОЛОНИАЛЬНОЙ СТРАТЕГИИ ЛЕЙБОРИСТСКОЙ ПАРТИИ В 1920-Е ГГ.: ИДЕИ «СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ИМПЕРИАЛИЗМА» В ПОЛИТИЧЕСКОМ ТВОРЧЕСТВЕ Л. ВУЛЬФА

А.В. Сагимбаев

В статье рассматривается один из аспектов эволюции британской колониальной идеологии в 1920-е гг., связанный с творчеством видного деятеля Лейбористской партии Леонарда Вульфа. Важное внимание при этом уделяется анализу ключевых составляющих его концепции, которые легли в основу стратегии партии в колониальной сфере - идеям морального долга и социальной ответственности британского общества за развитие колоний и их подготовку к политическому самоуправлению.

Ключевые слова: колониальная идеология, Лейбористская партия, Британская империя, социальный реформизм, Л. Вульф.

Межвоенные десятилетия стали периодом важных изменений в жизни британского общества, затронувших, в числе прочего, стереотипы восприятия колониальной политики и механизмы формирования имперской идеологии. Морально-психологический шок, вызванный огромными потерями, понесёнными на фронтах Великой войны, а также серьёзные социально-экономические и политические трудности, с которыми Великобритания столкнулась после её завершения, побудили британскую политическую элиту к активному поиску новых путей и способов сохранения контроля над обширными колониальными владениями. Данный процесс был сопряжён с заметной трансформацией идеологических установок основных политических партий в сфере колониальной стратегии.

После завершения Первой мировой войны Лейбористская партия фактически впервые выдвигается на роль одной из ведущих политических сил Великобритании. Программные установки лейбористов в своих основных моментах оформились ещё в довоенный период, хотя в последующем они подвергались корректировке с учётом происходивших внутри Великобритании изменений. В феврале 1918 г. была принята так называемая Конституция Лейбористской партии, в которой нашли своё отражение базовые принципы партийной идеологии. Её стержнем являлся социальный реформизм с акцентом на активное участие государства в решении многочисленных социально-экономических проблем, с которыми столкнулось британское общество в послевоенный период [4, р. 188].

Колониальная политика, как и внешнеполитическая проблематика, длительное время находились на периферии идеологических интересов лейбористов. Однако, по мере роста политического веса партии, возникла необходимость в формировании её чёткой позиции по широкому кругу проблем, с которыми в данный период столкнулась Британская империя. В связи с этим лейбористы выступили с активной критикой прежнего курса консервативной партии, основанного на идее империалистической экспансии [5, р. 167]. Данная позиция основывалась на сочетании идей пацифизма и социального реформизма, предполагавшего переориентацию большей части государственных расходов на решение внутренних проблем Великобритании. В партийных документах и работах членов Лейбористской партии в межвоенный период формулируются концепции активного реформирования имперской системы, а также делается акцент на критерии морального долга как главного императива колониальной политики. Ключевым, в данной связи, становится тезис об абсолютной необходимости британского правления для «развития колониального пространства и успешного использования современных методов общественного регулирования» [7, р.88-89]. Осуществление данной задачи предполагало распространение передового британского опыта в сфере экономики и образования, призванного способствовать модернизации социокультурных условий жизни местного населения.

Идеи распространения доктрины социал-реформизма на колониальную периферию нашли своё отражение в политических работах Леонарда Вульфа, сыгравшего важную роль в формировании имперской стратегии Лейбористской партии в 1920-х - 1930-х гг. В восприятии колониальных проблем он во многом основывался на опыте своей работы в Британской имперской гражданской службе на Цейлоне, где он находился с 1904 по 1911 г. Наряду с исполнением профессиональных функций, Л. Вульф в данный период занимался активными научными изысканиями, стремясь, по его словам, «помочь надлежащему управлению Британской империей» [10, р. 102]. После увольнения с государственной службы в 1912 г. он увлёкся журналистикой, а затем занялся политической деятельностью. Незадолго до окончания Первой мировой войны Л. Вульф вступил в Лейбористскую партию, заняв должность секретаря по международным вопросам (LPACIntQ), а с 1922 г. - должность секретаря Консультативного комитета партии по имперским вопросам (LPACIQ) [10, р. 132]. Находясь на этих важных партийных постах в течение 23-х лет, Л. Вульф оказывал определяющее влияние на формирование позиции лейбористов по ключевым вопросам международной и колониальной политики. В многочисленных работах, опубликованных им в течение этого длительного периода, нашла отражение сложная эволюция стратегии партийного руководства, пытавшегося примирить имперские интересы и традиционное стремление позиционировать партию как «антиимпериалистическую» [1, р. 208-210].

В своих теоретических построениях, связанных с колониальной политикой, Л. Вульф широко использовал идеи Дж. С. Милля, Т. Макколея и других британских либеральных мыслителей первой половины XIX в. В основу управления колониальными владениями, по его мнению, должен был быть положен фундаментальный принцип моральной ответственности и особой социальной обязанности, возложенной как на британское государство, так и на британское общество в целом[3, р. 20]. Исходя из этой базовой установки, Л. Вульф формулировал в качестве одной из базовых задач Лейбористской партии формирование в Великобритании «имперского чувства самовосприятия колониальной политики как оказания содействия народам, находящимся вне общепринятых цивилизационных и культурных рамок» [3, р. 29].

Начало деятельности Л. Вульфа в Лейбористской партии совпало с её значительными успехами, достигнутыми на парламентских выборах на рубеже 1910-х - 1920-х гг. В данной связи, особенно актуальной стала выработка самостоятельной политической платформы партии по всем ключевым проблемам, стоявшим на тот момент перед Великобританией и её огромной колониальной империей. Лидеры лейбористов стремились преодолеть длительную зависимость, в которой находилась их партия по вопросам колониальной и имперской политики от либеральной идеологической парадигмы[2, р. 675].

Важным шагом в данном направлении явилась публикация Л. Вульфом в 1920 г. монографии «Империя и торговля в Африке», отражавшая дискуссии по поводу экономической политики европейских государств в отношении своих африкан-

186

Вестник Брянского госуниверситета. 2015

ских владений. Анализируя деятельность Великобритании в африканских колониях, автор подчёркивал высокий моральный характер британского правления, основанного на принципе ответственности за социально-экономическое развитие своих колоний. По мнению Л. Вульфа, сама специфика архаичных африканских обществ предопределила их неготовность к самостоятельному политическому существованию[11, p. 21]. В этих условиях европейские государства были «обречены» принять на себя ответственность за их развитие и подготовку к созданию собственных политических институтов. На фоне изменений, происходивших в мире после завершения Первой мировой войны, британским властям, как полагал Вульф, необходимо искать новые методы осуществления колониальной политики, «основанные на превращении прежней экономической эксплуатации» в «инструмент эффективного управления и прогресса не только для нескольких сотен белых колонистов, но и для миллионов африканцев» [11, p. 22]. В длительной перспективе результатом данной политики должна была стать подготовка населения колоний к самостоятельному государственному существованию.

Анализу возможных методов подготовки колоний к самостоятельному политическому самоуправлению был посвя-щён и опубликованный в том же году памфлет Л. Вульфа «Мандаты и империя». Передачу под управление Великобритании бывших владений Германии и Османской империи он характеризовал как «священное доверие цивилизации» [12, p. 42]. Среди основных направлений их развития он уделил особое внимание образовательной политике, предложив, в частности, создание системы подготовительных колледжей, технических школ и университетов, которые позволят населению данных территорий воспринять западные ценности и нормы морали[12, p. 103]. В новых условиях, сложившихся после окончания мировой войны, особую роль, по мнению Вульфа, играет Лига Наций, которая, выполняя функции «международного правительства», способна преодолеть недостатки прежней системы международных альянсов, а также сопутствовавших ей колониальных противоречий и милитаризации[12, p. 125].

В декабре 1923 г. по итогам очередных парламентских выборов Лейбористской партии впервые удалось получить голосов больше, чем другие крупные партии. При молчаливом согласии либералов, лейбористы сформировали правительство меньшинства, которое, однако, продержалось у власти всего девять месяцев[6, p. 168]. Анализируя первый неудачный опыт формирования собственного кабинета, лидеры партии пришли к выводу о необходимости модернизации партийной программы. Задача защиты интересов рабочих в новых условиях должна была сочетаться с необходимостью обеспечения гарантий благополучия среднего класса. С этой целью предполагалось осуществление сбалансированной бюджетной политики, снижение налогов и регулирование деятельности тред-юнионов[6, p. 169].

Поиск нового баланса интересов в партийной идеологии оказался весьма болезненным. Именно в этот период, в 1925 г. Л. Вульф опубликовал свой меморандум, в котором делался акцент на необходимости осуществления политики «широко опирающейся на экономические, политические и социальные принципы и идеалы лейбористов» [8, p. 189]. Наряду с защитой интересов рабочих, Вульф придавал большое значение позиционированию Лейбористской партии как защитника интересов колониальных поданных Великобритании. В этой связи, он полагал принципиально важным внесение в партийную программу тезисов о необходимости стимулирования различных видов экономической деятельности в колониях и более справедливом распределении прибыли между колониальными территориями и метрополией[8, p. 196]. Одним из основных направлений развития колониальной экономики, по мнению Вульфа, должно было стать поощрение различных форм кооперации внутри сельских общин с целью «повышения эффективности использования земли для их собственной выгоды и пользы» [10, p. 201]. При этом он высказывался за ограничение прав европейских колонистов по экспроприации земельных участков и подчёркивал необходимость обеспечения гарантий собственности на них местным крестьянским общинам. Ответственность за реализацию соответствующих направлений политики должны были нести колониальные администрации[10, p. 202].

Экономическое развитие колониальных территорий, как отмечалось в меморандуме, должно сочетаться с комплексом мер по «образованию местных племён с целью подготовить их к тому, чтобы они, в качестве свободных людей, заняли достойное место в экономической и политической системе, которую установили европейцы...»[10, p.225]. Задача Лейбористской партии, в этих условиях, по мнению автора документа, состояла в том, чтобы обеспечить жителям британских владений возможность получения знаний, «которые позволят им приспособиться к новым социальным, политическим и экономическим условиям, созданным британским правлением» [10, p. 230].

В 1926 г. Л. Вульф участвовал в составлении совместного памфлета Лейбористской партии Великобритании и Социалистической партии Франции «Труд и империя», в котором делался особый акцент на идее морального долга и социальной составляющей «имперской миссии» европейцев[9, p. 100].

На фоне начавшегося экономического кризиса, в 1929 г. Лейбористская партия одержала новую победу на парламентских выборах, получив по их итогам более 8 миллионов голосов и 287 мест в Палате общин. Новый правительственный кабинет возглавил лидер лейбористов Рамсей Макдональд [9, p. 103]. В условиях тяжёлой социально-экономической ситуации руководство партии было вынуждено пойти на серьёзное изменение своих программных установок, отказавшись, в частности, от традиционного принципа фри-треда [8, p. 208]. Корректировка политической линии коснулась и колониальной стратегии. В 1929 г. лейбористы инициировали принятие так называемого «Акта о колониальном развитии» (Colonial Development Act) [3, p. 46]. Он предполагал определённые меры по экономической поддержке колоний, а также шаги по расширению их самостоятельности. В документе предусматривалась, в частности, возможность предоставления Индии статуса доминиона [2, p. 664]. Однако в последующий период руководство Лейбористской партии внесло существенные коррективы в свои программные установки, касавшиеся, в том числе, и вопросов колониальной стратегии. Новый этап в развитии партийной идеологии был обусловлен комплексом сложных внутренних проблем и внешнеполитических трудностей, с которыми Великобритания столкнулась в 1930-х гг.

Эволюция теоретических взглядов Л. Вульфа, как и программных установок Лейбористской партии в 1920-е гг., свидетельствовала о постепенном сближении позиций лейбористов и консерваторов в сфере колониальной стратегии. Изменения в сфере управления колониальными владениями рассматривались партийным руководством и, в частности, Л. Вульфом, как важная составная часть общей реформистской платформы, на которой основывалась лейбористская идеология. В тоже время, идеи лейбористов отражали сложную эволюцию восприятия британским обществом имперских ценностей и были напрямую связаны с постепенным процессом превращения централизованной Британской империи в Британское Содружество наций.

The article examines one aspect of the evolution of British colonial ideology in the 1920s, associated with the work of a prominent figure in the Labour party Leonard Woolf. Important attention is paid to the analysis of the most important components of the concept, which formed the basis of the party's strategy in the colonial sphere - the ideas of moral obligation and social responsibility of the British society for the development of colonies and their preparation for political self-government.

Keywords: colonial ideology, the Labour party, the British Empire, social reformism, L. Woolf.

Список литературы

1. Ashworth L. M. International Relations and the Labour Party: Intellectuals and Policy Making from 1918-1945. N.Y., 2007.

2. Darwin J. The Empire Project: The Rise and Fall of the British World System. N.Y., 2009.

3. Etherington N. Theories of Imperialism: War, Conquest, and Capital. Totowa, 1984.

4. Gupta P. S. Imperialism and the British Labour Movement, 1914-1964. L., 1975.

5. Howe S. Anti-Colonialism in British Politics: The Left and the End of Empire. Oxford, 1993.

6. Hyam R. Britain's Declining Empire: The Road to Decolonization, 1918-1968. N.Y., 2006.

7. Labour Party. The Colonial Empire. London: Trade Union Congress and the Labour Party, 1926.

8. Porter B. Critics of Empire: British Radical Attitudes to Colonialism. N.Y., 1968.

9. Williamson Ph. National Crisis and the National Government: British Politics, the Economy, and the Empire, 1926-1932. N.Y, 1992.

10. Wilson P. The International Theory of Leonard Woolf: A Study in Twentieth Century Idealism. N.Y, 2003.

11. Woolf L. Empire and Commerce in Africa: A Study in Economic Imperialism. N.Y., 1968.

12. Woolf L. Mandates and Empire. L., 1920.

Об авторе

Сагимбаев А.В. - кандидат исторических наук, доцент кафедры всеобщей истории, международных отношений и международного Брянского государственного университета имени академика И.Г. Петровского, sagimbaev@yandex.ru

УДК 37.01

ЭМИГРАНТЫ "ПЕРВОЙ ВОЛНЫ" О НАЦИОНАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМАХ

М.В. Стаканова

Статья раскрывает взгляды представителей российской эмиграции начала ХХ века об особенностях национальных черт русского народа, его менталитета. Автор на примере архивных материалов, переписки, публикаций анализирует отношение представителей эмиграции «первой волны» к национальной проблеме не только русского народа, но и евреев. На основе изученных материалов автор не только освящает отношение эмигрантов к русскому человеку, но и анализирует выводы интеллигенции о причинах происхождения многих качеств характера. Ключевые слова российская эмиграция, Отечество, народ, менталитет, интеллигенция, национальные проблемы, «гнезда расселения», антисемитизм.

В последнее время проблемы эмиграции и российского зарубежья обрели научный характер. Наибольший интерес для ученых, без сомнения, представляет наследие первой волны российской эмиграции, которое является самым значительным по своему объему и вкладу в мировую культуру. Обычно отношения России и эмиграции причисляли к сфере политики, поскольку в рамках историографии во главу угла ставился вопрос о взглядах различных социальных слоев общества к политическому строю СССР. Взаимная враждебность двух сторон - Советского государства и эмиграции - была определяющей в исследованиях ученых. Эмиграция рисовалась несвободной от политических пристрастий, а в свою очередь, события в Советском Союзе оценивались русским зарубежьем с позиций отрицания их реальных достижений. Это и стало причиной довольно позднего изучения учеными послеоктябрьского зарубежья.

Сама же эмиграция в истории человечества - явление обыденное. Ее мотивации бывают разными - от ожидаемых выгод на новом месте проживания до политической целесообразности. В истории России миграционные потоки как внутри государства, так и за ее пределами никогда не прекращались. В большинстве случаев им не придавалось четкой политической огласки, и не велась точная статистика.

Послереволюционное существование российской эмиграции обычно делят на "три волны": первая-1917-начало1940 гг.; вторая - со второй мировой войны - в основном перемещенные лица и родившееся за рубежом новое поколение эмигрантов; третья- с начала 1970 гг. - выезд на Запад людей, часто высылаемых за пределы СССР, а также исход россиян по этническому признаку, прежде всего немцев и евреев.

За рубежами России образовались так называемые "гнезда русского расселения": в Константинополе, Праге, Белграде, Софии, Риги, Варшаве, Харбине, Шанхае и др. На некоторое время, 1921-1923 гг., центром русского зарубежья становится Берлин, затем вплоть до начала второй мировой войны - Париж, с 1940 г. - Нью-Йорк. Именно в обозначенных городах и создавались культурные ценности, объединенные понятием "наследие русской эмиграции", а вопросы, поднимаемые эмигрантами весьма разнообразны. В 1928 году писательница и литературный критик Зинаида Николаевна Гиппиус писала в газете "Возрождение", что все органы печати русского зарубежья - политические. Да и как могло быть иначе: не прямое ли детище политики - эмиграция? Не обусловлено ли политикой само ее существование? [5,с.2] Тоска по родине, идеализация утраченной жизни для многих становилась стимулятором отношений к большевистскому режиму.

Особенно ценным для науки представляет то обстоятельство, что в течение десятилетий русское зарубежье смогло не только сохранить, но и приумножить русские культурные ценности. Многие из них лишь в последние годы вернулись к