Первый Собор автономной Финляндской Православной Церкви и политическая атмосфера на Карельском перешейке в 1920-е гг

Вестник ПСТГУ

II: История. История Русской Православной Церкви.

2010. Вып. 11:2 (35). С. 93-114

Первый Собор автономной Финляндской Православной Церкви и политическая атмосфера на Карельском перешейке в 1920-е гг.

В центр интересов современных церковных историков все чаще стала попадать Финляндская Православная Церковь. Споры вызывает начало самостоятельной жизни этой Церкви, перешедшей в 1920-е гг., вопреки воле Русской Православной Церкви, в юрисдикцию Константинопольского Патриархата, а также печально известная календарная реформа, приведшая к тому, что эта Церковь, единственная из православных, празднует Пасху по новому стилю. Одной из причин таких споров является недостаток опубликованных источников, относящихся ко времени становления Финляндской Церкви. Данная публикация — попытка восполнить этот пробел.

Вниманию читателя предлагается протокол Чрезвычайного Собора Финляндской Православной Церкви, состоявшегося в марте 1921 г. в г. Сердоболе. Этот Собор замечателен тем, что он был первым после дарования автономии этой Церкви Святейшим Патриархом Тихоном, а также тем, что был созван по инициативе финляндского правительства с предписанием решить злободневный «календарный вопрос», вызвавший нестроения в церковно-общественной жизни. Председательствовавший единственный на этом собрании архиерей — только что ставший архиепископом Преосвященный Серафим (Лукьянов)1 — полностью согласился с мнением делегатов, что для новой автономной Церкви необходим единый церковный календарь, вопрос о котором являлся, по его мнению, исключительно дисциплинарным.

По данным, указанным специальной комиссией, назначенной Собором Финляндской Православной Церкви 1922 г., и отраженным в Докладной записке Вселенскому Патриарху о Финляндской Православной Церкви (членами этой комиссии были протоиерей Сергий Солнцев2, священник Симеон Окулов, магистр философии Константин Кононов, инспектор народных школ Александр Садовников3), на конец 1921 г. в Финляндской Церкви числилось 58 626 финляндских гражданина, из них финнов — около 51 ООО и русских — более 7 ООО, не считая 15 ООО беженцев, не приписанных к конкретным приходам. Всего в Церкви насчитывалось 29 приходов, из них — 14 «финских» (48 372 человека) и 15 «почти русских» (17 248), четыре монастыря — Валаамский 440 человек, Ко-невский 7О, Печенгский 43 и Линтульский-женский 36 насельниц. Финляндский клир составляли 40 священников и 12 диаконов. Финляндский архиепископ Серафим (Лукьянов) в своей записке Вселенскому Патриарху уточнял, что

из 14 «финских» приходов половина, с численностью почти 30 ООО человек, были «карельскими»4.

С 1919 г. православные приходы Финляндии, по указанию правительства, были разделены на 6 округов. В первый округ вошли приходы крупных городов: Хельсинки, Турку, Котка, Хамина, Хямеенлинна и Вааса, во второй — приходы Юго-Восточной Финляндии и Карельского перешейка, в том числе Выборга, Лаппеенранта, Куоккала, Келломяки, Терийоки, Райвола, Мустамяки, Ууси-киркко и Кююрёля, остальные 4 округа объединяли приходы Западной Карелии: третий округ — Салма, Кителя, Питкяранта и Мантсисаари, четвертый — Су-оярви, Суйстамо, Соанлахти, Корписелькя и Аннантехдас, пятый составили приходы Иоэнсуу, Тайпале, Полвиярви и Иломантси и шестой — Сортавала, Кексгольм, Куопио, Савонлинна и Тиурала5.

Согласно перекличке, на Собор 1921 г. прибыли 59 делегатов от духовенства и мирян со всей Финляндии, кроме того, на Соборе присутствовали архиепископ Серафим и игумен Валаамского монастыря Павлин (Мешалкин). В числе 59 делегатов были 17 священников, три диакона, два иеромонаха, один монах, шесть псаломщиков и четыре мирянки.

На Соборе предполагалось обсудить следующие положения: 1) во всей Финляндской Православной Церкви должен быть единый календарь; 2) это григорианский календарь, ему должны следовать все приходы и монастыри (имелось в виду, что не должно быть исключений, чего мог потребовать для себя Валаамский монастырь); 3) переход на новый стиль должен осуществиться в этом же году, 5 октября (то есть как можно скорее); 4) решение Собора представляется на утверждение правительства и испрашивается благословение Московского Патриарха; 5) решение Собора приобретает силу обязательного закона сразу после утверждения правительством.

Как сообщала «Утренняя заря», официальный орган Финляндской Православной Церкви, первые два пункта повестки были приняты большинством голосов: 46 против 11, а оставшиеся три — единогласно6. Церковное управление не скрывало, что патриаршему благословению придавалось, скорее, символическое значение7, поскольку, согласно постановлению Собора, решение о календарном стиле принимало статус государственного закона сразу после утверждения его правительством. Указ финляндского правительства последовал 9 июня 1921 г. и предписывал перейти на новый календарь 18 октября 1921 г.

Все приходы и монастыри Финляндии на следующий день «без всякого колебания и смущения» последовали указу властей8. Однако в начале ноября среди русских беженцев Карельского перешейка появились слухи об отказе Патриарха благословить реформу. Сам документ с отказом архиепископ Серафим получил из Москвы только в конце месяца. «Документ от 18/31 октября 1921 г. за № 15О5» сообщал, что «по благословению Святейшего Патриарха, Священный Синод и Высший Церковный Совет, в соединенном присутствии, имели суждение по ходатайству... о введении в церковную жизнь Финляндии григорианского стиля, согласно постановлению о сем Финляндского Епархиального Собрания», и постановили, что «благословение Святейшего Патриарха .не может быть дано». Документ был подписан членом Синода епископом Тверским Серафимом

(Александровым) и делопроизводителем Нумеровым9. Поскольку письмо пришло из Гельсингфорса, а не служебным путем, через посольство, и было снабжено финской маркой, Финляндское Церковное управление оспорило в прессе его подлинность10.

Архиепископ Серафим уверял, что документ был составлен по форме, подписан тем же делопроизводителем, что и ранее поступившие пять-шесть указов Святейшего, подписанные не им самим, а одним из членов Синода, и что в других указах Финляндский церковный Собор так же назывался Епархиальным собранием11, но в некоторых русских приходах и монастырях Финляндии вспыхнули очаги недоверия к местной церковной власти. Так, например, в декабре 1921 г. на имя архиепископа Серафима было отправлено заявление прихожан Выборгского прихода, в котором они требовали предоставить им возможность придерживаться старого календаря. В заявлении авторы отказывались признать Собор Финляндской Церкви 1921 г., называя его лишь епархиальным съездом по причине присутствия на собрании только одного архиерея, а также мирян12.

Чтобы лучше представить обстановку, в которой проходил Собор, следует учесть, что после 1917 г. расположенный близ границы с Советской Россией Выборг стал одним из самых неспокойных городов Финляндии, «настоящим осиным гнездом, полным русских беженцев, контрреволюционных интриганов, германских агентов и большевистских шпионов»13. Атмосфера политиканства и страстей присутствовала как в самом Выборгском приходе, так и среди беженцев и монахов Валаамского монастыря. Примечательно, что к концу 192О-х гг. старо-стильники, составившие одну треть Валаамского братства, оказались вовлеченными в политическую деятельность Высшего монархического совета (ВМС) в Финляндии14, контролировавшуюся, как потом выяснилось, органами оГПУ15. одной из целей проводимой советскими органами операции «Трест» было убедить русскую эмиграцию и западные державы в том, что на территории бывшей Российской империи сохранилась сильно законспирированная монархическая организация, готовившая переворот, чему многие поверили. Действия ВМС в Финляндии курировал полковник А. Ф. Григорьев, связной генерала А. П. Ку-тепова16. Генерал Кутепов, в отличие от П. Н. Врангеля, искренне поверил в созданный советской разведкой миф. Как отмечалось впоследствии в личном деле митрополита Серафима (Лукьянова), заведенном на него в Совете по делам Русской Православной Церкви, «по политическим взглядам Серафим монархист. Был лично связан с ВМС и родственниками царской семьи»17.

В 1927 г. ВМС имел в Финляндии довольно «успешные» Сальминский, Суоярвский, Питкарантский, Сердобольский отделы, а так же Валаамский и Выборгский, включавшие, по сообщениям полковника А. Григорьева, «значительное количество (уже не десять, а сотни) олончан-карелов в особенности, да и петроградцев-ингерманландцев». Начало формирования этих отделов из русских беженцев относится к 1919 г.18 Возможно, уверенностью архиепископа Серафима в быстром успехе «белого дела» можно объяснить его согласие возглавить Финляндскую Православную Церковь, предоставить автономию которой он убедил Патриарха Тихона19, и достаточно уступчивое поведение на Соборе 1921 г., утвердившем «календарную реформу». Архиепископ знал о тяжелом по-

ложении церковного руководства в Советской России и надеялся, что большая независимость поможет ему руководить местной церковной жизнью в русле возрождения былой России. однако финляндские политические лидеры, хотя и осуждали большевизм и сочувствовали «белому делу», не поддержали планы по свержению большевиков в России.

Перевод протокола чрезвычайного Церковного Собора Финляндской Автономной Церкви, как и было предусмотрено, был отправлен в Москву и ныне хранится в ГА РФ в фонде Народного комиссариата юстиции РСФСР № А-353 в деле «Заявления, прошения и переписка с религиозными общинами об открытии Троице-Сергиевой Лавры и других церквей. Постановления Высшего Церковного Управления о связи с Зарубежной Церковью, Постановление и перевод протокола чрезвычайного Церковного Собора Финляндской Автономной Церкви, проекты положения об управлении Церковью в Польском государстве. 10 октября 1919 — 16 декабря 1921 г.» (дело № 766). Дела №№ 73О—8ОО этой описи относятся к «Ликвидационному отделу по проведению в жизнь декрета об отделении церкви от государства». В этих делах хранятся протоколы и акты комиссии по вскрытию и освидетельствованию мощей в разных монастырях, переписка с губернскими отделами юстиции по этому вопросу, дела некоторых архиереев (епископа Палладия из Ново-Иерусалимского монастыря, епископа Тихвинского Алексея и др.), дела с вопросами по католическому духовенству, жалобы из монастырей, переписка с советом христианско-социалистической партии, с губернскими отделениями юстиции о деятельности и упразднении епархиальных управлений и др. Описи наркомата юстиции построены по структурнохронологическому (1—8) и хронологическо-номинальному принципу (9—13). Внутри же описи дела систематизированы с учетом значимости, хронологии и иногда по алфавиту (название городов). Однако, как отмечено в описании перечня описей, систематизация эта не всегда выдержана, и в ней часто встречаются отступления. Случайный ли характер носили отступления или имели какой-то неявный смысл, теперь выяснить сложно. Как видно из заголовка дела № 766, в него вошли самые разнородные, и на первый взгляд, не имеющие ничего общего документы.

Однако, зная об общем характере деятельности VIII Ликвидационного отдела Наркомюста или Отдела культа, можно сделать предположение о том, почему в одном деле оказались документы, касающиеся связи Высшего Церковного Управления в России с Зарубежной Церковью, с церковными организациями на бывших территориях России — Финляндии и Польше, а также переписка с религиозными общинами о возможности передачи им церквей и монастыря. Вопрос об осуждении русских архиереев за границей был «одним из краеугольных камней, на котором строилось обвинение против Патриарха Тихона. Власти пытались соединить сопротивление Церкви против конфискации драгоценных предметов и действия Патриарха в схему контрреволюционного заговора с участием белогвардейского эмигрантского зарубежного духовенства и изобразить все как единую антисоветскую организацию во главе с Патриархом»20. Для большей убедительности в жизнеспособности этой «контрреволюционной» организации

власти старались доказать ее финансируемость за счет ценностей и имущества заграничных приходов. По всей видимости, документы в этом направлении целенаправленно собирались задолго до открытия Московского процесса в 1922 г. Кроме того, в дальнейшем большевики пытались использовать подконтрольную им обновленческую организацию для перевода под свой контроль церковного имущества за границей21. В Финляндии существовала угроза «красного» переворота вплоть до 193О-х гг. Вполне возможно, что протокол Чрезвычайного Собора Финляндской Церкви заинтересовал наркомат юстиции именно с точки зрения общей нестабильности церковной жизни в Финляндии, возникшей из-за календарного вопроса.

Публикация, вступительная статья и примечания Т. И. Шевченко

Протокол чрезвычайного Церковного Собора Финляндской Автономной Церкви

9—10 марта 1921 г.

9-го марта 1921 года в г. Сердоболе собралось чрезвычайное заседание Церковного Собора Финляндской Православной Церкви для обсуждения и решения вопроса о принятии единого стиля в праздновании церковных праздников во всех приходах и монастырях поместной церкви.

Архиепископ Серафим при сослужении протоиереев С. Окулова и Михаила Ильтонова, настоятеля Валаамского монастыря игумена Павлина, наместника Иоасафа и настоятелей приходов Михаила Михайлова и Иоанна Федорова в 9 часов утра в городской православной церкви отслужили молебен, после чего Церковный Собор в 10 часов утра начал заседание в доме Сердобольского Евангелического Общества.

После того как собравшиеся пропели молитву: «Царю Небесный», была произведена выкличка и проверка доверенностей новых членов, при чем оказалось, что на Собор явились следующие представители от духовенства и мирян: Василий Абрамов, священник Владимир Богоявленский, диакон Валериан Гречанинов, священник Иоанн Феодоров, Мария Хаккарайнен, Ииво Хонка-ла, Вера Иокиние, псаломщик Иван Ильтонов, псаломщик Николай Ильтонов, протоиерей Михаил Ильтонов, Николай Иммонен, иеромонах Иоасаф, диакон Николай Иванов, Эмиль Иолкконен, Андрей Иормалайнен, псаломщик Николай Каменский, священник Александр Карпин, Михаил Койвунен, Константин Кононов, Феодор Коскинен, Николай Ланкине, псаломщик Гавриил Лебедев, протоиерей Митрофан Лисовский, Иван Лукианов, Архип Маюри, иеромонах Митрофан, Мария Макарова, Петр Маркелов, священник Михаил Михайлов, Порфирий Михайлов, священник Исаак Музовский, монах Наум, священник Николай Окулов, протоиерей Сергей Окулов, псаломщик Сергей Окулов, священник Симеон Окулов, Арсений Панчу, священник Григорий Панчу, протодиакон Михаил Парвицкий, Михаил Патрикка, Василий Пенттонен, Иван Пер-

фильев, священник Александр Певцов, Иван Полосухин, псаломщик Александр Почтарев, Андрей Риоппанен, Феодор Риоппанен, Александр Жаворонков, Петр Сетиянен, протоиерей Сергей Солнцев, священник Димитрий Зотиков, священник Иоанн Зотиков, Василий Шулку, Иван Трофимов, Паул Тулехмо, протоиерей Николай Васильев, Симеон Волотинен, священник Михаил Вуйсич и заместитель секретаря Церковного Управления К. Репо.

После этого архиепископ Серафим объявил заседание Собора открытым и высказался, что он с великой радостью доводит до сведения Собора, что Тихон, Патриарх Московский и всея России, даровал Финляндской Православной Церкви права автономной Церкви в пределах постановлений о Православной Церкви в Финляндии от 26 ноября 1918 г.22, а также, что Священный Синод утвердил выборы кафедрального протоиерея М. Казанского23 на кафедру викарного епископа сей Церкви и предложил протоиерею Окулову прочесть присутствующим соответствующие документы, а именно:

Отношение Патриарха Тихона от 29 января/11 февраля 1921 г. за № 139, следующего содержания: «Ваше Высокопреосвященство. Священный Синод и Высший Церковный Совет Православной Российской Церкви в соединенном присутствии, обсудив представленное через уполномоченного Православного Церковного Управления в Финляндии, протоиерея С. Солнцева, от 7 декабря

1920 г., ходатайство названного Управления о даровании Финляндской Православной епархии, согласно постановлению бывшего в 1919 г. чрезвычайного Собора, прав автономной Церкви на основаниях, изложенных в постановлении о Православной Церкви в Финляндии от 26 ноября 1918 г., постановили: принимая во внимание, что Финляндская Православная Церковь, как находящаяся в пределах самостоятельного государства, фактически уже пользуется самостоятельностью во всех делах церковно-административных, школьно-просветительских и церковно-гражданских, признать названную Церковь автономную, на основаниях, изложенных в постановлениях о Православной Церкви в Финляндии от 26 ноября 1918 года. Об изложенном постановлении сообщаю Вашему Высокопреосвященству и вместе призываю Божие споспешествующее благословение на предстоящий новый путь деятельности Православной Финляндской Церкви. Подпись: Тихон, Патриарх Московский и всея России»24.

Отношение Священного Синода от 29 января/11 февраля 1921 г. за № 140, такого содержания: «По благословению Св. Патриарха Св. Синод слушали: представление Вашего Преосвященства, от 3 августа 1920 г. за № 1653 об утверждении избранного чрезвычайным Церковным Собором на кафедру викарного епископа Финляндской епархии кафедрального протоиерея Выборгского собора М. Казанского. Постановили: Избранному чрезвычайным ЦС ФПЦ на кафедру викарного епископа Финляндской епархии кафедральному протоиерею Выборгского собора Михаилу Казанскому быть епископом Сердобольским, викарием архипастыря Финляндской Церкви; избрание места и времени для хиротонии протоиерея Михаила Казанского в сан епископа, предоставить усмотрению Вашего Преосвященства, но с тем, чтобы перед совершением хиротонии названный протоиерей был облечен в рясофор, согласно ст. 17 определения Священного Собора Православной Российской Церкви об епархиальном управле-

нии, и чтобы исповедание и обещание архиерейское было произнесено им пред хиротониею по общему чину, о чем и уведомить Ваше Преосвященство».

По прочтении вышеизложенных документов архиепископ объявил о кончине одного из членов Собора, представителя из мирян Сердобольского прихода, купца Владимира Филиппова и предложил почтить память его пением: «Вечная память.»

Когда это было пропето, архиепископ Серафим от имени Собора приветствовал представителя правительства, директора Сердобольской учительской семинарии25 доктора философии О. Реландера.

Затем архиепископ предложил, чтобы в товарищи Председателя и переводчики были избраны те лица, которые несли и на прежних заседаниях Собора эти обязанности.

Предложение было одобрено и товарищами Председателя Собора были избраны единогласно протоиерей Сергей Окулов26 и Сергей Солнцев; переводчиками — настоятели И. Феодоров, М. Михайлов и Н. Окулов, а также священник С. Окулов.

Протоиерей С. Окулов принял председательство и объявил, что он предъявляет Собору письменный доклад подготовительной комиссии о переходе на новый стиль во всех приходах и монастырях Церкви.

Сообщение было принято к сведению.

Затем он объявил, что Церковное Управление по предложению подготовительной комиссии назначило секретарем собрания нотариуса Церковного Управления К. Репо27.

После этого, согласно предложению подготовительной комиссии, постановили выбрать три соборных комиссии, а именно: подготовительную — или комиссию о стиле, канцелярскую и проверочную комиссии.

В комиссию о стиле членами от духовенства выбрали: настоятелей В. Богоявленского, А. Карпина, М. Михайлова, иеромонаха Иоасафа28, и членами от мирян: девицу Марию Макарову, купца П. Маркелова, учителя П. Михайлова, арендатора П. Тулехмо и протоиерея С. Солнцева, в запасные члены — настоятеля М. Вуйсича и магистра П. Сеткянена;

В Канцелярскую комиссию: настоятелей И. Феодорова и Н. Окулова, а также госпожу Марию Хаккарайнен и учителя А. Панчу и в запасные члены: настоятеля Д. Зотикова и учителя М. Патрикка; в Проверочную комиссию: свящ. С. Окулова, протодиакона М. Парвицкого, купцов П. Маркелова и Ф. Риоппянена и в запасные члены: настоятеля Д. Зотикова и купца Н. Иммонена. Кроме того, просили в работах комиссии о стиле принять участие протоиерея Н. Васильева, как специалиста.

После выборов архиепископ выступил со следующею речью:

«Предлагаю Собору приступить к обсуждению вопроса, касающегося принятия единого стиля во всех приходах и монастырях церкви.

Вопрос этот — один из важных в церковной жизни. Как известно, приходы и монастыри напряженно следят за решением этого вопроса. Считаю это добрым признаком, т. к. оно показывает, что вопрос о праздниках является для верую-

щих не безразличным, и вся наша Церковь с нетерпением ожидает его. Посему Собору нужно отнестись к нему с большою осторожностью. Надо вынести постановление, которое смогло бы угодить всем и было бы на пользу нашей Церкви и каковое принесло бы за собою мир и единомыслие во Христе, дабы мы могли прославлять Триипостасного Бога едиными устами и единым сердцем. Да будет Бог в помощь всем членам Собора в этом великом и святом деле».

После этого секретарь Собора начал читать мнение подготовительной комиссии (прилагается особым приложением).

Чтение мнения прервали в 12 часов перерывом для обеда.

Новое заседание началось в 2 часа дня.

Протоиерей Окулов приветствовал архиепископа от Собора с возведением в сан архиепископа. Архиепископ ответил на поздравление.

После сего продолжили чтение мнения.

По прочтении мнения до конца, секретарь прочел представленное Собору письменное заявление следующего содержания:

«Чрезвычайному Собору Финляндской Православной Церкви.

Финляндская Православная Церковь теперь признана автономною. По каноническому устройству она сделалась автономною епископалиею, так как по закону от 26 ноября 1918 г., как в п. 3 онаго говорится, правит Церковью епископ. Данное Патриархом Тихоном епископу Серафиму архиепископское звание дано им только лично епископу Серафиму, а отнюдь не из-за степени звания пасомой им Церкви. Насколько известно, история Православной Церкви не знает автономных епископалий. Даже самые незначительные Церкви звались по меньшей мере архиепископалиями, обыкновенно же встречались названия митрополия, патриархат или синодалия.

По полученным нами сведениям, Патриарх Юго-Славии Димитрий29 желает собрать Вселенский Собор восточно-кафолический Церкви для обсуждения многих особенно важных вопросов и дело уже подвинулось настолько, что патриархи Константинопольский и Антиохийский, а также Греческий Синод дали свое согласие. Если таковой Собор состоится, то, по нашему мнению, надо бы на Собор послать и представителя Финляндской Православной Церкви. Но так как она пока еще епископалия, то является неизвестным, примут ли ее таковою в число родственных Церквей. А посему, ей надлежало бы назвать себя архи-епископалиею.

По поводу этого имеем честь почтеннейше предложить высокому церковному Собору, дабы он воспользовался теперешним Сбором и объявил Финляндскую Православную Церковь архиепископалиею.

В г. Сердоболе 9 марта 1921 г.

Магистр философии Константин Кононов;

Инспектор народных школ А. Садовников;

Настоятель М. Михайлов;

Член Церковного собора Пауль Тулехмо;

Священник Симо Окулов».

После этого был сделан перерыв на 25 мин.

После перерыва, по предложению Председателя, постановили отправить кафедральному протоиерею М. Казанскому следующую приветственную телеграмму:

«Кафедральному протоиерею М. Казанскому, в Выборг.

Церковный собор с радостию приветствует Вас по случаю утверждения Вашего на архиерейскую кафедру и сугубо надеется, что наша Церковь скоро получит от Вас архипастырское благословение и может прибегнуть к вашим архипастырским молитвам».

После этого Председатель предложил Собору высказаться по поводу доклада подготовительной комиссии раньше, чем он будет передан в комиссию о стиле.

Первым оратором выступил протоиерей М. Лисовский.

Признавая работу комиссии заслуживающей одобрения, ко времени празднования Пасхи он предложил отнестись с осторожностью, т. к. решение этого вопроса может вызвать неудовольствия. Оратор прочитал 7 Апостольское Правило, постановление Никейского Церковного Собора и грамоту Константина Великого к епископам, каковыя содержат постановления о праздновании Пасхи. И, так как Апостольские правила Шестого Вселенского Собора приняты как каноны, то, по его мнению, на этом Соборе изменить их нельзя. Если этот Собор внесет постановление о праздновании Пасхи по новому стилю, то таковое не могут утвердить даже патриархи, это дело Вселенского Православного Собора.

М. Вуйсич считал вопрос весьма важным. За решением этого вопроса во всех церквах следят с напряженным вниманием. Оратор прочитал отзыв Сербского профессора Максима Черезбовского относительно празднования Пасхи. По этому отзыву, оба календаря неправильны. Профессор предлагает некоторые изменения в григорианском календаре. Далее оратор объявил, что, по мнению Сербского Патриарха, вопрос о стиле может быть решен только Вселенским Собором. Вследствие этого, по мнению оратора, решение о стиле надобно отложить до Вселенского Православного Собора, о созыве какового хлопочет ЮгоСлавская Церковь. До этого времени надо бы придерживаться старого стиля.

П. Михайлов выразился, что подготовительная комиссия разработала дело весьма основательно. Но все же, по его мнению, не надо бы сразу прин[имать] нового стиля. Образованные понимают, что новый стиль не затрагивает вероисповедания, и с практической точки зрения новый стиль имеет большие преимущества, поэтому его следовало бы принять в употребление немедленно. Но, приняв во внимание состояние образования народа, быть может, было бы правильнее не переходить круто на новый стиль и, в особенности, не прибегать для этого к мерам насильственным. Народ считает вопрос вероисповедным. Это и является следствие того, что Церковь не исполнила слов: «научите народы». Народ нужно было бы просветить. При содействии Церковного Управления, протоиереи Казанский, Окулов, и священники Н. Окулов, М. Михайлов, а также миряне могли бы провести ряд духовных бесед на Манецком острове, в Салме и в Шуезере, на которых был бы выяснен народу этот вопрос. Одновременно с этим Архиепископ мог бы провести в тех же приходах ревизии и, со своей стороны, тоже осветить вопрос. Таковая мера просветила бы вероисповедные убеждения,

и, кроме того, способствовала бы церковному возрождению. Только после этого можно было бы принять григорианский календарь. После этого всякие возражения исходили бы уже не от религиозного чувства. Для этой миссии из мирян оратор предложил инспектора А. Садовникова и учителей Якова Хяркенена и

А. Панчу. Прихожане местных приходов тоже обязаны принять деятельное участие в деле освещения народу этого вопроса.

П. Сеткянен говорил «за» мнение комиссии и полагал, что от предложения учителя Михайлова о просвещении не будет соответствующей пользы, так как проповедники не в силе говорить с каждым лично. Да, кроме того, один провокатор может стереть всю работу просветителей. Сторонники того и другого стиля в Салме ожидают решения вопроса извне, иначе там споры никогда не окончатся, так как всегда найдутся провокаторы. А посему, вопрос должен быть решен окончательно теперь же. Возвращение к старому стилю — невозможно. Сторонники такового в Салме изъявили желание добровольно отказаться от своих домогательств, если только будет издан общий закон о переходе на новый стиль. Сальминских священников упрашивали объяснить народу суть дела, но достоверно они действовали напротив.

После этого оратор прочитал отношение, подписанное шестью членами Сальминскиго церковного совета30.

«Православному Церковному Собору в Сердоболе.

Мы, нижеподписавшиеся, члены церковного совета Сальминского православного прихода озабочены сохранением в приходе общего мира и согласия, относительно последних событий в нашем приходе, не можем оставаться посторонними зрителями, но считаем своею священною обязанностью донести до сведения Церковного Собора следующее:

Вообще, депутаты Собора наверно знают, что в нашем приходе уже с 19О5 г. идут споры и нелады сперва из-за языка, на котором богослужения должны совершаться, а позднее, — т. е. с 1917 г. — из-за стиля. А также члены Собора наверное знают и то, что в нашем приходе, как и в других приходах, большинство населения темное и неосведомленное. Отсюда следует, что приходские священники были бы обязаны выяснить этому простому большинству настоящее положение дела, а особенно то, что основания нашей святой веры нисколько не будут затронуты тем, если богослужения будут совершаться на родном языке народа, или, если в приходских делах, а равно и в праздновании праздников, будет принят новый стиль, т. е. григорианский календарь. При суждении о том, как приходские священники исполнили эту свою обязанность, мягко выражаясь, можно сказать, что они действовали с большим рвением, но в противоположную сторону.

Вопрос о языке богослужения, таким образом, поднятый и повлекший за собою известные печальные последствия, кончился в других приходах сразу после вступления в силу Закона 1918 г., а в нашем приходе, невзирая на названный Закон, родной язык вступил в исключительное употребление на богослужениях только на пасхальной неделе в 192О году, и то, только после того, как настоятелю нашего прихода И. Федорову заметили. При этом он признался, что действовал противозаконно и сказал, что это произошло из-за того, что никто его раньше не просил об исполнении этого постановления.

Не вдаваясь в точные объяснения о всех последствиях по делу о стиле, желаем обратить внимание присутствующих на ход последнего, бывшего 6 марта 1921 г., приходского собрания нашего прихода, на каковом полагалось обсудить предложения от прихода Церковному Собору. Об этом собрании настоятель И. Феодоров оповестил только в церкви, несмотря на то, что церковным советом было сделано постановление, чтобы о собраниях оповещалось бы и посредством газет.

А также был созван и церковный совет, как то требуется законом, для подготовительного обсуждения отзыва по делу. Невзирая на эти обстоятельства, настоятель объявил собрание в церкви открытым, и на него, с определенною целью, но нам не известно с чьей стороны, было сагитировано и собрано большое количество бессознательного и непонимающего дела народа, включая сюда и лиц, состоящих на призрении у общины.

На вопрос председателя собрания Феодорова, можно ли собрание считать законным порядком созванным, мы объяснили, что, так как собрание созвано не в порядке, указанном в п. 211 действующего Закона, а также, что не соблюдено постановление приходского совета об опубликовании [объявления] собраний через газеты и далее, приходскому совету не было предоставлено возможности, согласно пп. 212 и 246 Закона, обсудить предварительно вопрос и дать свой отзыв, то собрание надо считать незаконным, и поэтому просили председателя закрыть собрание, как незаконное, и предоставить депутатам от прихода руководиться на Соборе постановлениями предыдущего приходского собрания — согласно своему убеждению.

Но, несмотря на это, председатель Феодоров постановил вопрос относительно законности или незаконности на голосовку. И, так как, как уже и упомянуто, большинство присутствующих на собрании, будучи специально для того согнанным, состояло из бессознательного и большею частию неграмотного народа, то нетрудно оценить их авторитет в решении вопроса о законности или незаконности собрания. Вот последствием этого и было, что при голосовке, произведенной даже без голосового списка, собрание было признано законным; после этого понимающие дело граждане ушли, а оставшиеся закричали в один голос “за старый стиль стоим”; на чем собрание и закончилось.

Т. к. мы предполагаем, что часть представителей нашего прихода на настоящем Церковном Соборе будет считать это заявление за мнение всего прихода, данное им в руководство, то мы почли за нужное довести вышесказанное до сведения Собора, и выразить по поводу подобного образа действия наше неудовольствие.

Если, как это доказано, эта простая и не разбирающаяся в этом вопросе толпа народа и не знакома с имеющими силу постановлениями, то этому не следует очень и удивляться, но не можем не удивляться тому, что настоятель нашего прихода тоже, как видно, не знаком с постановлениями, которые в стране имеют силу закона, данного всем к исполнению. Впрочем, и этому удивляться не следует, если припомним, что настоятель сам открыто заявил, что ему известно постановление о языке богослужения в церкви, между тем, несмотря на то, он до последних времен по воскресениям на Всенощной употреблял, иногда частию, а иногда и полностью, русский язык.

Такие обстоятельства вызывают уже не удивление, а прискорбное чувство о том, что настоятель И. Феодоров находит возможным для себя допустить таковой образ действий. А дальше уже становится понятным, почему в нашем приходе все еще продолжаются распри из-за принятия в употребление правильного календаря.

Для создания прочного спокойствия и достижения мира между прихожанами вместо до сих пор продолжающихся распрей, по нашему мнению, не может быть иного способа, как переход в праздновании всех праздников на новый, т. е. григорианский, стиль. Все миролюбивые прихожане, как сторонники старого, а также нового стиля, ждут, чтобы по этому вопросу был дан для всех приходов Финляндской Православной Церкви правительственным порядком закон о едином стиле и, таким образом, положили бы конец весьма вредным для церковной жизни распрям. Но, так как больше нельзя ожидать такого шага назад, чтобы приходы, перешедшие на новый стиль, заставить возвратиться обратно на старый стиль, то, по нашему мнению, единственно правильным решением будет такое, по которому во всех приходах перейдут на новый стиль. Только это может спасти нашу Церковь от продолжительных междоусобных споров.

Ссылаясь на все вышесказанное, берем на себя смелость почтительнейшее выразить нашу сугубую надежду на то, что Церковный Собор войдет к Правительству с предложением о принятии в праздновании праздников во всей Церкви нового, т. е. григорианского стиля.

В селе Сальми 7 марта 1921 г.

В. Аарнио, И. Савалайнен, С. Нахканен, Г. Буруев, И.А. Сепсе, П. Сеткя-нен».

По прочтении вышеизложенного оратор добавил, что, хотя для созыва народа на означенное собрание и были предприняты усиленные меры, однако, явилась только сто с небольшим человек. И это уже показывает, что народ ожидает решения вопроса от высшей власти.

После этого объявили обеденный перерыв.

Заседание началось снова в 8.15 вечера.

Секретарь прочитал адресованное на имя Председателя отношение настоятеля Феодорова следующего содержания:

«Почтенному председателю Церковного Собора Финляндской Православной Церкви.

Через председателя Собора благодарю члена Собора П. Сяткянена за принесенную и другими Церковному Собору на меня жалобу. Оставляю на решение самих просвещенных членов Собора вопрос о том, что была ли жалоба предъявлена в надлежащее место, и, поэтому, отказываюсь от всяких объяснений, хотя и мог бы их дать. И в то же время, считая себя без основания оскорбленным и оплеванным пред честным Церковным Собором, не нахожу для себя возможным оставаться далее в среде почтенных членов Собора, а посему прошу почтительнейшее уважаемый Церковный Собор освободить меня от членства на нем.

В г. Сердоболе 9 марта 1921 года.

И. Федоров31».

С. Солнцев высказался, что [это] он дал магистру Сеткянену разрешение прочитать отношение. Если бы он знал, что отношение содержит личные оскорбления, он этого бы не сделал и затем предложил, чтобы Собор выразил порицание Сеткянену по поводу нанесенного настоятелю Федорову оскорбления и, с своей стороны, просил бы его продолжить участвовать на заседаниях Собора.

По мнению секретаря, член Собора имеет право критиковать деятельность настоятеля прихода в деле, состоящем на обсуждении Собора. Это не дает основания настоятелю Федорову просить об освобождении его от членства на Соборе, а равно как и Церковному Собору удовлетворить его просьбу. В докладе подготовительной комиссии довольно строго критикуется точка зрения и деятельность архиепископа и Церковного Управления по вопросу о стиле. Но, несмотря на это, архиепископ не счел это за оскорбление его чести и самолюбия, так как видим его и теперь сидящим на месте Председателя таким же довольным, как и до чтения доклада комиссии. Да и члены Церковного Управления, как видно, не обиделись из-за этого в той мере, чтобы оставить заседания. Приличная критика разрешается, но неподходящее, оскорбляющее личность, нападение воспрещается; в общем, оратор не одобрил того, что на Соборе читаются протоколы избирательных собраний и другие отношения.

Ф. Рёппянен присоединился к мнению предыдущего оратора и был против того, чтобы выразить порицание Сеткянену.

Собор одобрил предложение Председателя о том, чтобы прения по этому делу прекратить и этим дело покончить.

После этого продолжались высказываться, чтобы выраженные мнения послужили бы материалом комиссии по вопросу.

B. Богоявленский в своей длинной речи доказывал, что принцип большинства в делах религии не может считаться правильным: меньшинство может оказаться гораздо ближе к правде, чем большинство. По его мнению, к решению вопроса приступили не с того конца. Сперва надо бы разъяснить себе, имеет ли настоящий Собор право взять на обсуждение столь важный вопрос.

C. Солнцев: Мы, живущие в Финляндии, не должны считаться с тем, что в Американской и других Православных Церквах за границею придерживаются в праздновании праздников старого стиля, как и в России. Вопрос о стиле считают чисто церковным. Но в действительности это не так. Когда, при Константине Великом, Церковь и государство вступили в союз, считалось делом немаловажным, чтобы во всех частях империи праздники праздновались одновременно. В своем послании к епископам Константин Великий выражает свое глубокое удовольствие относительно решения Никейского Собора о праздновании Пасхи. Он, признав христианство, начал издавать распоряжения как в государственных, так и в церковных делах. А поэтому празднование праздников в одно и то же время во всем государстве имело огромное значение. Совершенно так же и Финляндскому правительству не безразлично, когда празднуются праздники. Например, для судебных присутствий и для школ важно, чтобы праздники праздновались по одному и тому же календарю. Если бы мы были баптистами, то у правительства не было повода вмешиваться в дело. Но мы теперь составляем национальную Церковь, хотя и являемся меньшинством. Государство относится

к нам таким же образом, как и к лютеранам, а посему в этом отношении оно не может давать нам и лютеранам противоположных распоряжений.

Ссылаются на то, что переход на новый стиль есть неподчинение канонам. Но надо помнить, что каноны вызваны условиями и нуждами своего времени — с изменением каковых и каноны можно изменить. Из четырехсот канонов Православной Церкви почти около половины в настоящее время совершенно не исполняются. В то время, когда запретили празднование Пасхи с иудеями, существовали к иудейству склонные секты, из каковых надо было отделиться. Так, например, Шестой Вселенский Церковный Собор постановил: если епископ или другое духовное лицо находится в дружеских отношениях с евреями, обращается за помощью к еврею-доктору или пойдет вместе с евреем в баню, да будет проклят, а если он мирянин — да отлучат его от Церкви. Такие постановления были тогда на месте, так как тлетворное влияние евреев на христиан было сильное. Этого канона никто не отменял, но он сам по себе потерял значение. Что же касается, в частности, перехода на новый стиль, то на это Российский Патриарх и Синод дали свое разрешение Финляндии и Эстляндии32.

Далее, ставят на вид то, что весь православный мир, кроме Финляндии и Эстляндии, придерживаются старого стиля. Относительно этого надо опять принять во внимание, что в самостоятельных Церквах всегда найдется разница и даже в важных делах, однако это не дает основания к разделению. Например, наше исповедание признает только одно крещение и в Символе Веры говорится: “Исповедую едино крещение.” И, при принятии в Православие из других вероисповеданий, перешедших не крестят, если крещение совершено правильно. Но в Константинополе крестят всех. Итак, там нарушают этот догмат. Между тем, мы не отделяемся от Константинопольской Церкви.

Кратко говоря, при решении вопроса о стиле надо принять к сведению, что:

1) вопрос этот является национальным церковно-гражданским;

2) от канонов можно отступать и

3) у каждой Церкви есть свои особенности и все же за это их не считают за еретиков.

Секретарь добавил к слову предшествующего оратора то, что если Собор сделает список таких празднуемых Православной Церковью праздников, каковых в Лютеранской Церкви нет, и предложит его на утверждение Правительства, то, безусловно, оно это одобрит.

Председательство принял протоиерей Солнцев.

М. Михайлов считает празднование праздников в [одной] церкви в разные времена весьма печальным явлением. Особенно в незначительной Церкви33 требуется единомыслие для возрождения церковной жизни. Разногласие может повлечь за собой печальные последствия. Итак, надо придти к согласию. Но каким образом? Могут ли приходы Северной Карелии прейти обратно на старый стиль? — Это была бы слишком большая жертва для церкви. А потому надо сделать переход со старого на новый. Это не проступок в отношении канонов, так как Московский Патриархат не стал бы нарушать канонов Церкви тем, что он

дал для Финляндской и Эстонской Церкви разрешение взять в употребление новый стиль.

Можно ли сторонников старого стиля заставить прейти на новый стиль. Нет. Салмяк34 не может отделить правильного от неправильного; он считает переход на новый стиль отречением от веры. Архипастырь должен бы на месте разрешить им этот вопрос. Его слову поверят. Если уже после этого они будут сопротивляться, то, значит, они не хотят слушаться голоса Церкви.

П. Маркелов прочел отношения и постановления им представительствуе-мых приходов: Выборгского, Келломякского, Каукъярвского, Териокского и Райвольского35, а так же Линтульского женского монастыря. Во всех этих бумагах в более или менее резкой форме заключается требование оставления старого стиля.

Председатель объявил, что уже имеется 5 записей на речи и предложил, чтобы больше разрешений не давать. Предложение одобрили.

Председательство принял протоиерей С. Окулов.

Н. Окулов удивлялся, почему сторонники старого стиля не разобрали Юлианского календаря, т. к. он в этом году преступает постановление Никейского Собора, а именно: Пасха будет праздноваться вопреки решению онаго36. Но, несмотря на это, сторонники нового стиля не утверждают, что придерживающиеся старого стиля не христиане. Сторонники старого стиля упорно держатся на своем только из-за привычки. От этой привычки они не желают отстать. Надо принять во внимание пользу Церкви, выгоду общей религиозной жизни и отклонить возражения. Оратор не соглашался с предложением П. Михайлова, чтобы владыка устроил поездки в пограничные приходы, надеясь на то, что миссионерская деятельность просветит народ в той мере, что он не станет возражать против нового стиля. По вопросу о стиле надо бы издать брошюрку. Единственным правильным решением вопроса оратор считал единогласное постановление о переходе на новый стиль. Если вынесут решение о принятии старого стиля, то таковое невозможно будет привести в действие. Поэтому оратор предложил, чтобы в этом случае русским приходам, за исключением Выборгского, разрешили праздновать Пасху по старому стилю.

В. Богоявленский выразился, что он не стоит ни за тот, ни за другой стиль, и предложил, чтобы постановление Собора, если оно будет о переходе на новый стиль, было отправлено через Правительство на утверждение православных Патриархов.

А. Карпин37 согласился с М. Михайловым в том, чтобы в общее употребление приняли новый стиль и чтобы владыка дал нужное объяснение по этому вопросу, по крайней мере, членам Аннантехдаского прихода. После этого оратор перешел к изъяснению хода вопроса о стиле в приходе Аннантехдас. Переход на новый стиль был сделан 1918 г. Недовольства тогда не высказывалось. Казалось, что пришли к единогласию. Но чрез некоторое время пример других приходов, как то: Гельсингфорсского, Выборгского, а также монастырей, сделал свое действие. После перехода на старый стиль Салминского прихода недовольство еще больше возросло. В конце прошлого года, когда держали приходское собрание по вопросу об отделении Аннантехдаскаго прихода в самостоятельный, было

уже заметно громадное увлечение в пользу старого стиля. Собрали деревенскую сходку, собирали подписи на лист, отправили к архиерею посланника.

Посланник вернулся с большою надеждою. Ожидали, что будет созвано приходское собрание для решения вопроса. Когда же дошла весть о том, что для обсуждения вопроса о стиле будет созван Церковный Собор, то появилось общее волнение. На подготовительном собрании постановили, что если Собор не определит принятие старого стиля, то произойдут печальные последствия. Если Церковный Собор одобрит новый стиль, то скажут в Аннантехдасе: «5 человек (из Суоярви на Соборе было 5 депутатов. — Примеч. авт. публ.) нам веру назначили». Верным лекарством против этого движения было бы пояснение архипастыря. Тогда положение изменилось бы, так как народ верит руководителям Церкви. Тогда прекратилось бы поднятое движение о стиле.

М. Михайлов: Мы знаем, что архиепископ стоит за новый стиль, но если бы Архиепископ еще раз на этом Соборе высказал ясно свое мнение, то это принесло бы за собою благотворные и мирные последствия.

Н. Васильев объявил, что и в Гельсингфорсе имеются, как между мирянами, так и между духовенством, приверженцы того и другого стиля. Но, все же, там отношение к вопросу не так резко, как в Выборге, где сторонники нового стиля преданы анафеме. Эти люди забыли заповедь о любви. Вместо этого они ссылаются на каноны, в существовании которых можно сомневаться. Русский Патриарх, являющийся представителем 1/5 части всего православного мира, дал сперва финским приходам право перехода на новый стиль, а впоследствии и Эстонской Церкви. Этот факт здешние русские забыли. Патриарх постановил решение, конечно, предварительно обсудив вопрос.

Если здесь будет постановлено перейти на новый стиль, то умы успеют успокоиться, т. к. в продолжение 2-х предстоящих лет в праздновании Пасхи никакой перемены не произойдет, и к этому времени, быть может, соберется уже Вселенский Собор. Если же постановят принять в общее употребление старый стиль, то, безусловно, появятся группы отступников. Русские не понимают своего положения здесь, в Финляндии. Они думают, что здесь русская церковь38. В этом они жестоко ошибаются. Надо бы проявлять больше любви. Даже евреи оказывают ее больше, чем русские. Мне рассказывали, что один выборгский еврей сказал, что если их Пасха является препятствием переходу на новый стиль, то они могут перевести ее хоть на полгода назад. Вопрос о Церкви в Финляндии надо считать миссионерским, чтобы не было отпадений от Церкви. Мы должны помнить Моисея, умолявшего Бога о прощении греха народа, а если Бог не простит, то вычеркнуть его из своей книги. Неужели русские не могут отказаться от обыкновенной привычки, если это не является преступлением, из-за любви отказаться от эгоизма.

Председатель объявил, что общие прения прекращаются. Вопрос передается комиссии.

Заседание закончилось в 11 часов вечера. Следующее заседание начнется утром в 10 часов.

Полное заседание 10 марта.

Заседание началось в 10 часов утра. Председательствовал протоиерей

С. Окулов.

Секретарь прочитал нижеследующий протокол канцелярской комиссии.

«Протокол заседания канцелярской комиссии в доме Евангелического кружка в г. Сердоболе 10 марта 1921 г.

В председатели был выбран настоятель Н. Окулов, а секретарем Мария Хак-карайнен.

1. Обсуждался вопрос об уплате членам Собора путевых и суточных денег. [.следует текст обсуждения]

<...> Состоялось решение, [.на покрытие части расходов Церковного Собора приходы облагались налогом в пользу общего церковного фонда в размере 6ООО марок. Налог намеревались собирать в течение 1922 г.]

После этого состоялся перерыв до тех пор, пока будет готово мнение комиссии по вопросу о стиле. Заседание началось снова в 12 часов дня.

Секретарь прочитал мнение комиссии Церковного Собора по вопросу, поставленному для решения Собора о праздновании праздников в приходах и монастырях Финляндской автономной Православной Церкви.

«П. 1. История Церкви никогда не знала и не знает разногласия в одной и той же частной Церкви разных счетов времени празднования праздников, ибо разномыслие в этом было бы противно природе Церкви, что доставляет много неудобств в духовной жизни, принуждая людей нарушать иногда канонические правила, например, в деле совершения таинства брака, а также в общественном и административном и экономическом отношении в Финляндии, создавая практические неудобства. Посему решено всеми голосами против одного ввести во общее употребление в приходах и монастырях единый стиль для празднования церковных праздников.

П. 2. Благословение Св. Патриарха Тихона, предоставляющее церковной власти в Финляндской и Эстонской Церкви разрешать приходам переход в деле празднования праздников на новый стиль, достаточно свидетельствует, что введение нового стиля в практику находится в согласии с каноническими установлениями. И так как введение нового стиля в практику Финляндской Церкви есть необходимое условие к сохранению и развитию ея (в Финляндии) и принимая во внимание, что именно старый стиль нарушает постановления Никейского Собора о праздновании Пасхи, а также учитывая и то обстоятельство, что государственная власть требует единой практики в праздновании праздников во всем государстве, то решено шестью голосами против двух воздержавшихся — принять для исчисления времени празднования праздников новый, или григорианский, стиль во всех приходах и монастырях Церкви.

П. 3. Как замечено из речей депутатов тех приходов, где праздники проводятся по старому стилю, большинство прихожан защищает старый стиль главным образом вследствие неосведомленности в вероисповедных делах, почитая даже переход на новый стиль отступлением от веры, — для искоренения этого ошибочного мнения было бы необходимым приведение в действие вышеупомянутого нового стиля; хорошо понимая, какое воздействие имело бы в этом отношении слово архипастыря, считается желательным, чтобы архипастырь сделал бы пастырские путешествия в приходы, сопротивляющиеся введению нового

стиля, так же и те, кому дорог мир в Церкви, приступили бы ко всем возможным мероприятиям для осуществления на практике этого великого и важного дела.

Переход на новый стиль предполагается произвести или 5 октября, или 1 ноября 1921 г.

Т. к. переход на новый стиль является для многих трудным вопросом совести, то сверх утверждения постановления со стороны правительства испрашивается благословение Московского Патриарха для перехода на новый стиль.

Т. к. в Православной Церкви имеются праздничные дни, которые не празднуются Лютеранскою Церковью, то, по мнению комиссии, следует обратиться к правительству страны о том, чтобы были утверждены в качестве праздничных дней следующие дни:

2 февраля, 25 марта, 29 июня, 6, 15 и 29 августа, 8 и 14 сентября, 1 октября и 21 ноября. В эти дни правительственные учреждения тех мест, где есть постоянное православное население, не функционировали бы.

На основании всего изложено комиссия по вопросу предлагает Церковному Собору для утверждения следующее:

для всей Православной Церкви должен быть один стиль;

общим стилем для празднования праздников должен быть принят новый, или григорианский стиль во всех приходах и монастырях Поместной Церкви39;

переход на новый стиль должен осуществляться или 5 октября, или 1 ноября

1921 г.;

постановление представляется на утверждение правительства страны и вместе с тем испрашивается благословение Патриарха для перехода на новый стиль;

постановление получает силу закона немедленно по утверждении его правительством;

после того, как постановление будет введено в практику, нарушение его преследуется общими законами страны.

[Следуют подписи] С. Солнцев.

А. Карпин. М. Михайлов. Паул Тулехмо. П. Маркелов. П. Михайлов. Мария Макарова».

Примечания

1 Серафим (Лукьянов Александр Иванович, 1879-1959), архиепископ. В сентябре 1914 г. хиротонисан во епископа Сердобольского, викария Финляндской епархии. После выборов архиепископа Финляндского Сергия (Страгородского) на Владимирскую кафедру, с 12 августа 1917 г. был назначен временным управляющим Финляндской епархией. В качестве епархиального архиерея был делегатом от Финляндской епархии на Священном Соборе Православной Российской Церкви 1917—1918 гг. 23 декабря 192О г. определением Святейшего Патриарха Тихона и Священного Синода был возведен в сан архиепископа Финляндского и Выборгского. После отстранения от управления финляндским правительством с 1924 по 1926 г. жил в Коне-вецком монастыре в Финляндии. В 1926 г. переехал в Англию по приглашению митрополита Евлогия (Георгиевского) и был назначен его викарием. В 1927 г. переехал в Париж. С 1927 по 1945 г. возглавлял Западно-Европейскую епархию РПЦЗ; митрополит (1938). После смер-

ти митрополита Евлогия с 1946 г. — Экзарх Московского Патриархата в Западной Европе. В 1949 г., в связи с многочисленными жалобами, уволен на покой. Обратился с ходатайством о возвращении в РПЦЗ, принес покаяние в сотрудничестве с Московской Патриархией и был принят (постановление от 1.12.1949 г.). Затем снова перешел под омофор Московской Патриархии и в 1954 г. переехал в СССР. С 1956 г. пребывал на покое в Гербовецком монастыре Кишиневской епархии, где и скончался 18 февраля 1959 г.

2 Солнцев Сергий Федорович (1867-1933), протоиерей — активный член Братства преподобных Сергия и Германа Валаамских; в 1920-х гг. член, затем Председатель Финляндского Церковного Управления; на всех соборах Финляндской Православной Церкви протоиерей С. Солнцев неизменно избирался помощником Председателя; один из ведущих сторонников автокефалии Финляндской Церкви; известен как главный «финнизатор православной конфессии» в Финляндии. Он и его секретарь К. Репо считали, что автокефалию возможно подготовить без канонических санкций от Русской Православной Церкви (Loima Jyrki. Nationalism and the Orthodox Church in Finland // Nationalism and Orthodoxy. Helsinki, 2004. P. 178). В 1920-х гг. Правительство Финляндии отметило его труды и заслуги орденом «Белой Розы».

3 Садовников-Сомерсаари Александр, бывший священник — до Первой мировой войны прославился как ревностный «финнизатор» православной епархии в Финляндии, за отказ увеличить число часов преподавания русского языка в финляндских школах был отстранен Святейшим Синодом от должности и запрещен в служении. Весной 1917 г. был назначен правительством Финляндии инспектором духовных школ и секретарем спецкомиссии по выработке нового Положения о Православной Церкви в Финляндии. В состав комиссии входили также кафедральный протоиерей М. Казанский, протоиереи С. Окулов и С. Солнцев, учитель Я. Хярвинен.

4 Харитон (Дунаев), иером. Введение нового стиля в Финляндской Православной Церкви и причины нестроений в монастырях. Аренсбург, 1927. С. 110—112.

5 См. : Мусаев В. И. Православная Церковь в независимой Финляндии: 1918—1930 гг. // Вестник церковной истории. 2007. № 2. С. 209.

6 См. : Утренняя заря. 1938. № 12. С. 100. Иеромонах Харитон, будущий настоятель Валаамского монастыря, называет другие цифры: 48 голосов против 12

7 См. : Харитон (Дунаев), иером. Указ. соч. С. 31.

8 См. : Там же. С. 16.

9 См. : Там же. С. 16—17.

10 См. : Там же. С. 35. Aamun Koitto. 1922. № 1.

11 См. : Харитон (Дунаев), иером. Указ. соч. С. 42—43.

12 См. : Проблемы истории русского зарубежья: материалы и исследования. М. : Наука, 2008. С. 103-104.

13 См. : Невалайнен П. Изгои: российские беженцы в Финляндии (1917-1939). СПб. : Журнал «Нева», 2003. С. 230.

14 ГА РФ. Ф. P-5826. Оп. 1. Д. 174. Л. 6-7.

15 См. : Неваляйнен П. Указ. соч. С. 233.

16 Возглавлял разведку Великого князя Николая Николаевича в Париже. После устранения советской разведкой генерала П. Н. Врангеля в 1928 г. возглавил Российский Общевоинский Союз (РОВС). Устранен ОГПУ в 1930 г.

17 ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 7. Д. 104. Л. 92-93.

18 См.: ГА РФ. Ф. Р-5826. Оп. 1. Д. 174. Л. 7.

19 См. : Харитон (Дунаев), иером. Указ соч. С. 113; ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 7. Д. 104. Л. 1-3, 37-38, 104.

20 Кривова Н. А. Власть и Церковь в 1922-1925 гг.: Политбюро и ГПУ в борьбе за церковные ценности и политическое подчинение духовенства. М., 1997. С. 133.

21 См. : Соловьев И., иер. Раскольническая деятельность «обновленцев» в русском зарубежье: Материалы XVIII Ежегодной Богословской конференции ПСТГУ. М. : ПСТГУ, 2008. Т. 1. С. 273.

22 Постановление о Православной Церкви в Финляндии от 26 ноября 1918 г. было разработано по поручению финляндского правительства после Февральской революции в России силами государственных чиновников и национально ориентированных клириков. Согласно постановлению, государство могло контролировать административно-законодательную сферу церковной жизни и усваивало Православной Церкви в Финляндии статус второй национальной Церкви, после Евангелическо-Лютеранской.

23 Казанский Михаил, протоиерей (1853—1921) — на финляндском епархиальном съезде в 1919 г. был избран на должность викарного епископа и указом Св. Патриарха Тихона утвержден в этом избрании, но вследствие тяжелой болезни скончался, не успев воспринять хиротонии, именно его желали видеть Финляндским архиереем вместо епископа Серафима (Лукьянова) клирики, ратовавшие за отделение епархии от Московского Патриархата.

24 Постановления № 139 (от 29.О1/11.О2.1921 г. Указ Святейшего Патриарха Тихона и Священного Синода о даровании прав широкой автономии ФПЦ (бывшей Финляндской епархии Православной Русской Церкви). См. : Харитон (Дунаев), иером. Указ. соч. С. 9; Акты Святейшего Патриарха Тихона / Сост. М. Е. Губонин. М. : ПСТБИ; Братство во Имя Всемилостивого Спаса, 1994. С. 173; ЖМП. 1945. № 11.

25 Учреждена в 1918 г. для подготовки священников, регентов и преподавателей теологии.

26 Окулов Сергий Николаевич, протоиерей (1853-1940) — родился в с. Шуйстамо, в семье псаломщика; окончил Санкт-Петербургские духовную семинарию и академию; активный деятель Братства преподобных Сергия и Германа Валаамских (1885 г., г. Сортавала); был главным редактором ведущего епархиального журнала «Аатип КоШю» («Утренняя заря»), старшим переводчиком комиссии по переводу на финский язык богослужебных книг и духовной литературы, ректором Сортавальской духовной семинарии. Более 50 лет занимал должность настоятеля церкви в г. Сортавала. Один из активных членов Финляндского Церковного Управления. В 1928 г. журнал «Утренняя заря» (№ 11) назвал протоиерея С. Окулова «главным пробудителем идеи самостоятельности Финляндской Церкви, мозгом, душой, силой и добрым гением Карельской епархии». В честь 5О-летия своего священнического служения был награжден митрою и, от правительства, командорским крестом 2-й степени «Белой Розы»

27 Репо Козьма Иванович (1875—1927) — до 1917 г. чиновник Выборгской Православной духовной консистории, затем секретарь Финляндского Церковного Управления.

28 Иоасаф (Александров, 1872-1947), иеромонах — в 1897 г. поступил в Валаамский монастырь; в 19О6 г. принял монашеский постриг; в 19О8 г. рукоположен во иеродиакона и иеромонаха; в 191О г. по особой рекомендации настоятеля и старцев назначен на должность казначея монастыря; имел награды от Святейшего Синода в т. ч. в 1913 г. золотой наперсный крест; в 1918 г. большинством голосов избран наместником, утвержден Церковным Управлением в должности после принятия финляндского гражданства в 192О г.; в 1921 г. награжден палицей; в 1926 г. церковным судом против старостильников «за самовольное толкование канонов с целью внести разлад между монастырской братией, за демонстративное выступление против начальства и духовной власти, за нарушение порядка и монастырского устава» был запрещен в служении до публичного раскаяния, отстранен от должности наместника, сослан в Тихвинский скит; проживал в монастыре как рядовой член братства.

29 Патриарх Димитрий (в миру Димитрий Павлович, 1846—193О) — с 19О5 г. архиепископ Белградский и митрополит Сербии, на Архиерейском Соборе в Сремских Карловцах 12 сентября 192О г. был избран Патриархом Сербии, в 1921 г. пригласил в Сербию Высшее Русское Церковное Управление За границей и предоставил русским архиереям свою резиденцию в Сремских Карловцах.

30 К Салминскому уезду относилась территория трех православных приходов, в начале XX в. к ним принадлежали 25 тыс. православных. В самом большом из приходов — Салминс-ком — в 1939 г. имелось 8 5ОО прихожан, что было немалым процентом от общей доли православных в Финляндии. http://ricolor.org/europe/shvezia/sr/; Ы1р:/Дегг| oki.spb.ru/kirkko/salmi. php

31 Священник Иоанн Федоров (Йоханнес Райллас) — служил в Салминской церкви с 1917 по 1950 г. (http://teryoki.spb.ru/kirkko/salmi.php).

32 Указ Святейшего Синода Православной Российской Церкви от 4.12.1917 г. за № 10024, разрешающий совершать богослужения по новому стилю в тех приходах Финляндской епархии, где 2/3 прихожан того желают; последовал в ответ на рапорт епископа Финляндского и Выборгского Серафима (Лукьянова) на имя Патриарха Тихона от 22.10.1917 г. за № 200 о введении им нового стиля в нескольких приходах (5—6).

33 Православные в Финляндии составляли 2—3 % от всего населения республики.

34 Житель с. Салма.

35 Приходы Карельского перешейка, бывшей русской «дачной популяции» в Финляндии, выделялись своей приверженностью к русским обычаям и пользовались ранее покровительством императора в земельном вопросе. По данным на 1924 г., в приходе Райвола числилось 2032 человека, в приходе Терийоки — 881 (из них 738 без финляндского гражданства) и в Кел-ломяки — 364 человека (из них 280 бывших российских граждан). См. : Мусаев В. И. Православная Церковь в независимой Финляндии: 1918—1930 гг. // Вестник церковной истории. 2007. № 2. С. 211.

36 В 1920-е гг. на страницах «Утренней зари» часто появлялись статьи, в которых авторы доказывали неканоничность именно старого, юлианского календаря, а не нового, григорианского, надеясь таким образом привлечь на свою сторону часть старостильников.

37 Карпин Александр (24.09.1883 — 13.10.1969) — родился в Суоярви, Выборгской губ., в карельской семье, отец — священник Петр Карпин; Александр окончил Санкт-Петербургскую духовную семинарию, учился в Санкт-Петербургской духовной академии, в 1911 г. рукоположен в диакона и иерея, в 1935 г., будучи настоятелем Аннантехдаского прихода, благочинным 4-го округа и вице-председателем финляндского Церковного Управления, после выборов, хиротонисан во епископа Выборгского, с 1940 г. епископ Гельсингфорский. После Второй мировой войны был дружен с А. Вырубовой и руководил кружком русских эмигрантов, собиравшихся в ее доме. Долгое время он и архиепископ Герман (Аав) были единственными архиереями в Финляндской Православной Церкви (см. : ЖМП. 1945. № 11. С. 5; 1951. № 11. С. 40; 1952. № 3. С. 19; 1957. № 6. С. 17; 1959. № 1. С. 60; 1960. № 6. С. 16. Некролог // ЖМП. 1969. № 12; ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 2. Д. 147. Л. 108-109).

38 В 1920-е гг. на Архиерейских Соборах русских «зарубежников» обсуждали проблемы Русской Православной Церкви в Финляндии и именно ее главой продолжали считать архиепископа Серафима (Лукьянова) после увольнения финляндским правительством (см. : ГА РФ. Ф. Р-6343. Оп. 1. Д. 2. Л. 54 (Протокол № 7 заседания Архиерейского Собора от 23.10.1924); Л. 99 об. (Протокол № 9 заседания Архиерейского Собора от 26.08/8.09. 1927).

39 Национальные лидеры надеялись на скорое получение автокефального статуса для местной Православной Церкви.

Ключевые слова: Финляндская Православная Церковь, автономия, новый календарный стиль, национальная церковь.

The first Council of the Autonomous Finland Orthodox Church and Political Atmosphere on Karelian Isthmus in the 1920-s

The publication of T. I. Shevchenko

The interest of modem church historians in the Finnish Orthodox Church is increasing. The Church was the part ofthe Moscow Patriarchate in the past. The beginning of the independent life of this Church causes disputes. It accepted a Constantinopolitan patriarchate’s jurisdiction contrary to the will of the Russian Patriarch. Also the notorious calendar reform in this Church caused the controversy. One of the reasons of such disputes is the deficiency in the published sources in the time of Finnish Church’s establishment. This publication is the attempt to meet this loss.

Keywords: the Finnish Orthodox Church, autonomy, a new church calendar, a national Church.