К истории Свердловского горного института (продолжение)

ИСТОРИЯ УНИВЕРСИТЕТА

К ИСТОРИИ СВЕРДЛОВСКОГО ГОРНОГО ИНСТИТУТА

Большое внимание уделялось общетеоретической подготовке инженеров. Курс высшей математики студенты-горняки изучали два года. Он включал шесть разделов, и по каждому из них был экзамен. Коллектив математиков возглавлял крупный ученый проф. Н. П. Горин. Это был опытный педагог, хорошо знавший постановку учебной работы в вузе. Горнякам и геологам лекции по математике читал доцент В. Я. Шнейдер. Лектор он был превосходный, излагал материал живо, четко, умел заинтересовать аудиторию, увязывая сухие, отвлеченные на первый взгляд математические формулы с жизнью. Все свои силы он отдавал учебной работе со студентами.

Экзамены сдавали на так называемых «заседаниях» кафедры. Это был публичный акт, весьма своеобразный и поучительный. В определенные дни, обычно 2 раза в месяц, кафедра назначала экзаменационный день. В одной из аудиторий собирались все члены кафедры, и студент мог сдавать экзамен любому из преподавателей. В эти дни кафедра работала с раннего утра и до позднего вечера. Обстановка была торжественной, каждый экзаменующийся ощущал какое-то возвышенное состояние и большую значимость происходящего. Большое моральное удовлетворение испытывал каждый, в матрикуле которого значилась отметка об успешной сдаче экзамена. Но не всем приходилось уходить с таких «заседаний» удовлетворенными. Преподаватели требовали глубоких и твердых знаний.

Кафедрой физики руководил после отъезда Н. Я. Галли профессор А. М. Титов. На кафедре была хорошо оборудованная лаборатория. Курс физики горнякам читал доцент К. Р. Кожевников. Он не был ученым физиком, но был чудесным педагогом, прекрасно знавшим свой предмет. Физическая лаборатория была его детищем. В ней студенты могли сами проводить любой опыт под руководством хороНачало в номере 4 (32), 2013 г., с. 101.

ших, умных, сердечных педагогов.

«В учебных планах горного факультета,

- писал Д. Н. Оглоблин, - значительное место отводилось химии. Изучались неорганическая и основы органической химии, качественный и количественный анализ. Геологи проходили курс физической химии. С первых дней существования института в нем сложилась большая группа ученых-химиков, положивших начало формированию уральской химической школы. Неорганическую химию читал проф. Н. Н. Рогаткин, крупный ученый в области химии твердого топлива. Он же читал горнякам основы неорганической химии, лабораторные занятия с увлечением вела М. Р. Стромберг.

«Много ярких воспоминаний оставила работа в лаборатории качественного анализа,

- пишет Д. Н. Оглоблин. - Никаких вводных лекций по этому курсу не было. Мы имели курс «Качественный анализ» доцента Петра-шеня, руководившего нашей лабораторией. Кстати, этот курс студенты размножили на стенографе. До начала работы в лаборатории каждый студент сдавал коллоквиум по первой части курса, включающий три лабораторные работы. Всего по курсу качественного анализа было 15 лабораторных работ. Сдав коллоквиум, студент получал постоянное рабочее место в лаборатории.

Как правило, работа в лаборатории велась вне всякого расписания. В первой половине дня шли положенные лекции по всем курсам. В лабораторию студенты могли являться лишь после лекций и работали в ней до позднего вечера.

Прекрасной, глубоко продуманной постановке работы лаборатории качественного анализа институт обязан ее создателю - одному из крупнейших советских химиков-ана-литиков Петрашеню. Его сводные таблицы хода химического анализа намного облегчали

76

Известия Уральского государственного горного университета

работу студентов. В 1924 г. Петрашень ушел из института, но заложенные им традиции бережно хранились его учеником и преемником Александром Борисовичем Левиным. Под руководством этого замечательного педагога студенты-горняки приучались к самостоятельным научным исследованиям.

Лабораторией количественного анализа, в которой горняки и геологи работали целый семестр, руководил проф. В. С. Сырокомский. Химик по образованию, но геолог по призванию, В. С. Сырокомский много сделал для изучения ископаемых богатств Урала.

Химический цикл студенты-горняки заканчивали в лаборатории пробирного искусства. Геологи изучали курс физической химии, которую читал В. К. Першке, выдающийся советский ученый. Его ближайшими учениками и помощниками были С. Г. Мокрушин, О. А. Есин, И. Г. Чуфаров, начинавшие в те годы свой научный путь. Небольшой по объему, но очень содержательный курс пробирного искусства вели проф. Н. Н. Барабош-кин, который работу в институте совмещал с инженерной работой на аффинажном заводе. В области металлургии и химии благородных металлов Н. Н. Барабошкин был крупным ученым. Долгие годы аффинаж платины проводился только по предложенному им способу. Н. Н. Барабошкин был одним из инициаторов создания Уральского филиала Академии наук СССР. Он возглавлял группу уральских ученых, присутствовавших в Ленинграде на сессии АН СССР, обсуждавшей научные проблемы Урала.

Техническое и топографическое черчение вел В. М. Иванов. Долгие годы он был главным маркшейдером Уральского совнархоза. В свое время В. М. Иванов выполнил большие картографические работы по составлению карты Урала. Свои знания он с любовью передавал студентам.

Читались и многие общеинженерные дисциплины. Лекции по теоретической и прикладной механике, деталям машин читал воспитанник Московского высшего технического училища Б. М. Шлыгин. Он же руководил курсовым проектированием по деталям машин. В зачетке каждого горняка тех лет есть семь записей об экзаменах, принятых В. М. Шлыгиным. В. М. Шлыгин был изумитель-

ным педагогом, до самозабвения любящим свое дело. Лекции читал с непревзойденным мастерством. Какой бы раздел механики он ни читал, излагал материал в такой яркой, доходчивой и убедительной форме, что с лекции не хотелось уходить. Причем преподавание шло на высоком теоретическом и научном уровне. На его лекции ходили все студенты, а их успехам Василий Михайлович радовался как отец. К нерадивым он относился строго, и тяжело переживал неудачи и грубые ошибки студентов. Он требовал от студентов умения вести инженерные расчеты. «Когда через 9 лет после окончания института мне потребовалось рассчитывать ферму под автодорожный мост, я легко вспомнил аналитический способ расчета, который дал нам В. М. Шлыгин», - пишет в своих воспоминаниях И. П. Зорин.

Важное значение в инженерной подготовке имеет курс сопротивления материалов. Его преподавал доцент Б. П. Горюнов.

Большой и содержательный цикл теплотехнических дисциплин вел проф. В. А. Корякин. Талантливый инженер-теплотехник, он много и успешно работал над разработкой теории и конструкции парового котла В. Е. Грум-Гржимайло. Теплотехнический цикл включал три дисциплины: паровые котлы, паровые машины, двигатели внутреннего сгорания. Много полезного студенты получали и в теплотехнической лаборатории.

В учебных планах горняков был цикл дисциплин по строительному делу. Сюда входили курсы строительных материалов и работ, гражданской архитектуры. Весь цикл дисциплин вел доц. И. Д. Греков. Он был военным инженером, одним из строителей, реконструировавших перед первой мировой войной Брестскую крепость и другие оборонительные сооружения западной границы России. Лекции он сопровождал интересными примерами из своей инженерной практики, стремясь воспитать у студентов глубокое уважение к труду рабочего-строителя. Много рассказывал об архитектуре, ее истории, творчестве уральца Воронихина.

Горфак шел к своему первому крупному выпуску. Декан факультета проф. П. К. Соболевский писал об острой нужде в кадрах горных инженеров. «В какой мере факультет отвечает этим потребностям. В нем два отделе-

№ 1(37), 2015

77

ния: горнорудничное и горноразведочное. На первом две специальности: эксплуатационное и обогащение, на втором - геологическая разведка и маркшейдерская разведка. Эксплуатационная специальность готовит инженеров по углю, руде, золоту. Промышленность ставит задачу готовить кадры по механическим специальностям; механизация работ в горном деле становится требованием дня.

Учебная работа проводится путем лекций, практических занятий, идет полевая практика, дипломное и курсовое проектирование. Опыта в проведении этих работ нет. «Мы идем не по проторенной дорожке старого опыта. Новые условия выдвигали и новые задачи... Это касается не только УПИ, но и всех вузов страны» [1].

Студенты с большим энтузиазмом овладевали знаниями. Любые трудности считались пустяком. 1919-1922 годы были годами голода, эпидемий, порожденных гражданской войной. Из-за куска хлеба студентам приходилось работать. Не было ни учебников, ни учебных пособий, ни учебных планов, ни даже бумаги для конспектов. «Не было устойчивого расписания, так как профессора вынуждены были прирабатывать на стороне. После окончания лекций студенты задерживались в аудитории и выясняли до точности непонятое», - вспоминал Д. С. Неустроев. -Этот интерес студентов к предмету, желание узнать побольше и досконально вызывали у преподавателей желание помочь в овладении знаниями. Все, что слушали и изучали студенты тех лет, даже то, что казалось излишним, ненужным, имело свой смысл. В жизни все пригодилось - не случайно горняков Урала всюду принимали с большим удовольствием и назначали на самые трудные участки работы».

Дмитрий Сергеевич Неустроев пришел на рабфак с фронта гражданской войны. Несмотря на слабую подготовку, он успешно закончил рабфак. Все студенческие годы выполнял большую общественную работу. Дважды избирался членом районного комитета РКП(б). В 1929 г. был избран членом президиума Уральского областного бюро пролетарского студенчества. Постоянно занимался в кружке горного научного общества. Общественная работа учила ценить время и приобщала к

организационным делам, прививала навыки важной организационной работы. После окончания горфака УПИ Д. С. Неустроев был командирован на учебу в Америку. Он послал заявление в Колумбийский университет и был зачислен студентом горного факультета. Учился у проф. А. Е. Таггарт. Лекции там читались в первой половине дня, после обеда шли практические занятия и продолжались до тех пор, пока студент не выполнит данное ему задание с обязательным письменным отчетом. В среде американских студентов взаимопомощь не была принята. Индивидуализм был классическим. На вопрос о том, почему нет желания помочь коллеге, отвечали: «Я заинтересован, чтобы Вы учились хуже меня» [1].

Первый год учебы в Америке Д. С. Неустроеву дался нелегко. Слабое знание английского языка, особенно на письме, отнимало все время. На второй год учеба пошла полегче, появилась возможность ходить в театр, кино. Летнюю практику Д. С. Неустроев проходил на металлургическом заводе. После 8-часовой напряженной работы на машине по спеканию концентратов клонило ко сну, было не до развлечений. В последние годы учебы больше стали общаться с преподавателями. Декан факультета приглашал в субботу «на чашку чая». Разговоры велись обо всем, но не о политике. Вообще студенты и преподаватели университета были удивительно аполитичны.

В 1933 г. Д. С. Неустроев защитил диплом магистра и вернулся на родину. Много работал на обогатительных фабриках Урала, был директором Уралмеханобра [1].

«Писчей бумаги и тетрадей в магазинах не было», - пишет в своих воспоминаниях И. П. Зорин. Илья Петрович Зорин, рабфаковец, окончил горный факультет УПИ. В годы учебы - активный член горного кружка. После окончания института работал на производстве. Когда началась война, пошел на фронт. Участвовал во многих сражениях. Награжден двумя орденами «Слава» и другими боевыми орденами и медалями. После войны много лет является главным инженером НИИ «Урал-гипроруда». К боевым орденам прибавились ордена трех степеней «Шахтерская слава». И. П. Зорин вспоминает: «Лекции мы записыва-

78

Известия Уральского государственного горного университета

ли карандашом на обрезках газетной бумаги... Лекции преподавателями читались очень хорошо, квалифицированно, доходчиво. Основные положения нам формулировались и диктовались, поскольку по слушаемым предметам учебников не было. При подготовке к экзаменам и зачетам вся надежда была на свои лекционные записи, которые каждый из нас тщательно корректировал после лекции, так как записывались они сокращенно. Рекомендуемые преподавателями учебники и учебные пособия только частично соответствовали читаемому курсу, и в технической библиотеке горного факультета они были в очень ограниченном количестве; чтобы получить книгу для работы в читальном зале (на дом ничего не выдавалось), надо было сразу после окончания лекции в 3-4 часа дня (без обеда) бежать в библиотеку, чтобы получить книгу для вечерних занятий в читальне».

Первыми закончили геологоразведочный факультет в 1925 г. два геолога: В. П. Трифонов и А. Н. Ушаков. Первый крупный выпуск относится к 1927/1928 учебному году. Учеба некоторых, а лучше сказать, большинства студентов тех лет продолжалась многие годы. Это объяснялось тем, что почти все студенты совмещали учебу и работу. Разрушенное войной хозяйство края требовало рабочих рук и квалифицированных руководителей. Поступивший в институт в 1920 г. К. Е. Кожевников (выпускник первого крупного выпуска, один из старейших геологов Урала, лауреат Государственной премии) вспоминал, что он учился почти 9 лет. И не потому, что был не способен или ленив. «Помню, в 1921 г. приехал к нам в институт Ф. Ф. Сыромолотов, руководил он тогда горным советом ВСНХ, и спросил: кто кончил среднее техническое учебное заведение. Подняли руки. Он призвал поехать на производство помочь наладить маркшейдерскую службу. Поехали и задержались надолго. В институте нас отчислили, но мы приезжали с хорошими характеристиками, сдавали зачеты и экзамены, учились немного и снова уезжали на производство». Так было не с одним К. Е. Кожевниковым. Много работал П. Н. Козин, Н. И. Кудрина и многие другие.

К моменту окончания института большинство студентов имело хороший произ-

водственный опыт и уже достаточно солидный трудовой стаж. Поэтому их дипломные проекты были очень серьезными и принимались промышленностью к реализации. Газета «Уральский рабочий», освещая ход сессии по защите, писала: «Не было резонерских речей, проникнутых ложно-классическим пафосом. Не было чопорных, туго затянутых во фраки студентов и профессоров. Даже строгий экзаменационный стол не был покрыт сукном... Защита проектов началась в простой, будничной обстановке, но это не затушевало всей значимости выпуска, самого большого за годы существования факультета. Успехи дипломантов объяснялись прочной связью студентов с производством.

«Интересно проследить, - пишет газета, - как выпускники связывались с производством и куда вели эти связи. Восемь лет пребывания на горном факультете студента Козлова очень схожи с годами пребывания на факультете других студентов, многих многому научат» [2].

В 1919 г. Козлов поступил на факультет. Два года подряд он проходил практику на производстве в качестве забойщика, каталя. В 1925 г. Козлов имеет чин повыше, он работает десятником в Кочкаре. В следующем году летом Козлов заведует заводом в этом же Кочкаре. Последние два года он отдается работе в лаборатории механического обогащения под руководством проф. М. Ортина. Проводит опыты по обогащению откальных руд Пышминско-Ключевского месторождения. Работа увенчалась успехом. Ему поручается составление проекта Пышминско-Ключев-ской опытной обогатительной фабрики. Этот проект он и защищал на дипломной сессии. Успешное сочетание учебной работы с выполнением практических задач, выдвигаемых производством, явилось отличительной особенностью молодой советской высшей школы.

Такие же значительные проекты были представлены Д. К. Сусловым о запасах бо-гомоловской меди, И. И. Боком (Иван Иванович Бок стал академиком Казахской АН, крупным ученым в области геологии), рассматривавшим проблему уральского никеля, С. П. Колодкиным об уральском вольфраме и т. д. Выпускников назвали «золотым фондом»

№ 1(37), 2015

79

уральской горной промышленности. [3].

В работе государственной квалификационной комиссии по защите принимали участие представители государственных и хозяйственных органов Урала. Возглавлял комиссию проф. П. К. Соболевский. В речи по оглашению результатов испытаний (так ранее называли защиту проектов) он говорил: «Наша гордость - молодые инженеры - в дипломных работах разрабатывают самые актуальные проблемы уральской промышленности. Они организуют блок высшей технической школы с промышленностью» [3].

Выпускники тех лет не посрамили вуз и своих наставников. Многие из них стали крупными руководителями предприятий, учеными, государственными деятелями. Среди них следует назвать Сергея Васильевича Горюнова. Еще будучи студентом, он поступил на работу в Уральское отделение Геол-кома СССР, преобразованного после ряда реорганизаций в Уральское территориальное геологическое управление. Был начальником Сухоложской геологической практики. В 1928 г. им разведана минерально-сырьевая база для строительства крупного цементного завода, ныне это крупнейший в стране Сухо-ложский завод. В 30-е годы С. В. Горюновым было установлено, что Челябинское месторождение бурого угля - лишь часть крупного угольного бассейна, в пределах которого было открыто несколько месторождений, в том числе Коркинское, сыгравшее важную роль в годы Великой Отечественной войны как главный источник топливного обеспечения уральской военной промышленности. В эти же годы С. В. Горюновым впервые на Урале открыты оолитовые железные руды. В 1938 г. он назначается главным инженером Уральского геологического управления, а в 1940 г. правительство страны назначает С. В. Горюнова заместителем председателя Комитета по делам геологии при Совете Народных комиссаров СССР. В 1946 г. при преобразовании комитета в Министерство геологии С. В. Горюнов стал заместителем министра.

В годы войны С. В. Горюновым впервые в стране организовано изучение и широкие поиски радиоактивных элементов. Работа увенчалась успехом, было открыто несколько месторождений радиоактивных руд. Последняя

должность С. В. Горюнова - Министр геологии РСФСР. Он лауреат Ленинской премии, кавалер двух орденов Ленина и двух орденов Трудового Красного Знамени.

Лауреатом Государственной премии стал Н. А. Каржавин. В 1920 г. Николай Акимович пришел на рабфак института и за 4 месяца одолел программу. Помогали ему любовь к книге и умение работать с ней. Поступил в Уральский горный институт. Еще студентом он много работал по глинам с проф. М.

О. Клером и старейшим геологом Урала Ф. И. Кандыкиным. При разведке огнеупорных глин он впервые сталкивается с бокситами. После окончания института Н. А. Каржавин стал начальником Североуральской геологоразведочной партии. В 1931 г. он назначается техническим руководителем Туринской геологоразведочной базы. Здесь он вплотную занялся бокситами. Стал первооткрывателем: открыл месторождение «Красная шапочка». Было это так. На Турьинских рудниках находится знаменитый Федоровский геологический музей, организованный крупнейшим геологом-ученым, академиком Евграфом Степановичем Федоровым. Н. А. Каржавин тщательно изучает каменный материал музея, из 50 тысяч образцов отбирает 14 предполагаемых бокситовых образований. Лабораторные исследования показали, что 7 из них представляют бокситы наилучших мировых марок. Начались их поиски. Потребовались месяцы упорного труда, чтобы поиски увенчались успехом. Было найдено месторождение «Красная шапочка». Местный поэт откликнулся на это событие шуточным стихом:

А ты, Каржавин, молодец, Удачливый поди ты.

Проверил старый образец И отыскал бокситы.

В 1934 г. началась добыча руды. Более 45 лет существует СУБР. Из рабочего поселка Петропавловского вырос современный Се-вероуральск. В день празднования 25-летия города Николаю Акимовичу Каржавину было присвоено звание «Почетного гражданина города». Он был награжден орденом Ленина, двумя орденами Трудового Красного Знамени. В 1975 г. издательством «Советская Рос-

80

Известия Уральского государственного горного университета

сия» выпущена книга «Красная шапочка».

Имя доктора геолого-минералогических наук, профессора С. А. Вахромеева широко известно в нашей стране и далеко за ее пределами. Много лет своей жизни он отдал работе на Урале и в нашем институте. Пытливость ученого-исследователя проявилась у Сергея Андреевича еще в студенческие годы. В 1932 г. появилась в печати его статья, посвященная хромитовым рудам Урала, несколько позднее вышла монография «Хромиты Урала и их классификация». Почти 20 лет он исследовал медноколчеданные месторождения Урала, опубликовал более 10 работ, в 1945 г. защитил докторскую диссертацию. С. А. Вахромеев был прекрасным педагогом, отзывчивым и доброжелательным человеком. Много лет он работал в Иркутском политехническом институте. Его книга «Месторождения полезных ископаемых» вышла вторым изданием. Она является ценным трудом не только для научных работников, но и практиков-геоло-гов и студентов геологических специальностей вузов [4].

Прекрасную память оставил о себе Федор Иванович Рукавишников, студент и «правая рука» профессора К. К. Матвеева. Много сделал для многих изучавших минералогию, предмет сложный. Днями и ночами помогал он студентам при подготовке к экзаменам.

Много лет он работал в институте, был проректором по учебной работе. Перед войной был отозван в Москву, работал в одном из комитетов Совета Министров СССР. Началась война. Федор Иванович пошел в московское ополчение и погиб, защищая столицу.

Среди первых выпускников нельзя не назвать академика Казахской академии наук Евгения Дмитриевича Шлыгина, заслуженного деятеля науки, профессора Дмитрия Николаевича Оглоблина, который много лет заведовал кафедрой маркшейдерии института, в годы войны был его директором.

Выдающимися производственниками стали: Николай Алексеевич Ермолаев, член коллегии НКПС, руководящий специалист по проходке метро и тоннелей; Павел Ефимович Пучков - первый в Союзе крупный специалист по проходке шахт методом замораживания; Константин Ерофеевич Кожевников, лауреат Государственной премии, крупный геолог Урала, «патриарх уральских геологов», как называют его однокурсники; Петр Васильевич Ваганов, всю жизнь работающий в нашем институте; профессор Анисим Ефремович Малахов, и многие другие. Они начали учиться и работали в удивительное, боевое время стремительного и победоносного становления и развития социалистической промышленности нашей огромной Родины.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Уральский рабочий. 22.02.1927.

2. Уральский рабочий. 3.07.1928.

3. Уральский рабочий. 14.02.1928 г.

4. Воспоминания ветерана-геолога Е. М. Зиновьевой / Архив музея истории УГГУ.

№ 1(37), 2015

81