Драма с собачкой

Драма с собачкой

Обеление диснеевской злодейки в «Круэлле» Крейга Гиллеспи

В прокат выходит «Круэлла» Крейга Гиллеспи — очередная попытка студии Disney переосмыслить свое классическое наследие. Главную героиню в фильме называют «блестящей, плохой и слегка безумной», и если блеска в самой картине даже с избытком, то подход авторов к теме безумия на удивление старомоден, считает Юлия Шагельман.

Фото: Walt Disney Pictures

Переделка собственных анимационных хитов в игровые фильмы (которой, кажется, только и занимается «Дисней» последние лет десять) — на самом деле не такой уж новый способ сравнительно честного отъема денег у кинозрителей в арсенале студии. Еще в 1996 году вышел фильм «101 далматинец» — ремейк мультфильма 1961 года, основанного, в свою очередь, на книжке английской детской писательницы Доди Смит. В мультике на экранах впервые появилась злодейка Круэлла Де Виль, модница и любительница натурального меха, которую в фильме и его продолжении «102 далматинца» сыграла Гленн Клоуз. Художником по костюмам обеих картин был легендарный Энтони Пауэлл, и вместе с актрисой они превратили Круэллу в икону моды и одну из самых стильных киногероинь ХХ века.

Предыстория Круэллы, находившаяся в производстве с 2013 года, создана по модели, тоже уже удачно опробованной «Диснеем» в «Малефисенте», успевшей выйти раньше, еще в 2014 году. Как и в том фильме, в «Круэлле» зрители с изумлением узнают, что злодейка вовсе не такая уж плохая, ее просто неправильно поняли.

Конечно, здесь задача посложнее: если колдунья Малефисента всего лишь погрузила в кому юную принцессу (кому есть дело до юных принцесс?), то Круэлла, как все помнят, собиралась пустить на шубу миленьких маленьких щеночков, а это преступление пусть и не осуществленное, но непростительное. Возможно, поэтому работа над фильмом заняла столько лет, а в титрах значатся целых пять сценаристов, переписывавших историю друг за другом и старавшихся уложить героиню в прокрустово ложе диснеевских стандартов так, чтобы зрителям не пришлось переживать за судьбу домашних и прочих животных.

Круэлле (Эмма Стоун) даже выдали собственную очаровательную собачку, а также заставили отказаться от одного из знаковых аксессуаров — элегантного длинного мундштука. Настоящее имя героини тоже сначала никак не намекало на жестокость. Ее звали Эстелла, но потом жизнь ее потрепала совершенно в духе диккенсовских романов: в 12 лет девочка осталась сиротой, ей пришлось вести бродячую жизнь на лондонских улицах, а мир моды, о котором она мечтала с детства, отказывался ее принять. Все это ожесточило Эстеллу и заставило ее выпустить наружу свою темную сторону. Тем не менее никаких далматинцев она все равно свежевать не собиралась, хотя у нее были основания не любить эту породу: именно такие три псины сбросили со скалы в бушующее море ее любимую маму (Эмили Бичем). В этой абсолютно дикой в своей нелепости сцене чувствуется рука Тони Макнамары, сценариста «Фаворитки» и создателя сериала «Великая».

Однако пока лента неспешно движется дальше, создается впечатление, что всякий раз, когда Макнамара и режиссер Гиллеспи, снявший, например, «Тоню против всех» — историю еще одной женщины с дурной репутацией,— собирались дать волю своему чувству черного юмора, за их спинами вырастал студийный цензор и напоминал, что здесь у нас семейное кино с рейтингом 12+.

Основная сюжетная линия посвящена противостоянию Круэллы/Эстеллы, которая хочет стать модным дизайнером, и царицы лондонских подиумов баронессы фон Хеллман (Эмма Томпсон). Линия эта до боли напоминает коллизии фильма «Дьявол носит Prada», сценарий которого писала Алин Брош Маккена, еще одна сценаристка «Круэллы». Здесь становится окончательно понятно, что настоящие герои картины — художники по костюмам. Для Круэллы обладательница двух «Оскаров» Дженни Беван создала 47 ослепительных нарядов, для баронессы — 33. Стиль первой отсылает к Вивьен Вествуд, Александру Маккуину, панку и глэм-року, второй — к традиционной элегантности new look. Главный ассистент баронессы (Эндрю Люн) загримирован и одет под молодого Ива Сен-Лорана, приятель Круэллы, владелец винтажного бутика Арти (Джон Маккри) — под Дэвида Боуи, и даже персонажи второго и третьего плана меняют костюмы чуть не в каждой сцене.

Собственно, и весь конфликт между двумя героинями можно рассматривать как отражение слома эпох на рубеже 1960–1970-х годов в британской, а затем и мировой моде, когда молодые, наглые и сексуальные смели сначала с улиц, а потом и подиумов старшее поколение с его понятиями о красоте и хорошем вкусе. Этот лейтмотив поддерживает и саундтрек, состоящий из мгновенно узнаваемых композиций всех главных исполнителей эпохи, от The Beatles, The Rolling Stones и Queen до The Clash, Blondie и того же Боуи, с вкраплениями сладких поп-хитов и джазовых стандартов предыдущего десятилетия.

Все вместе похоже на яркий, громкий, броский показ мод, который вполне успешно, но все же не окончательно отвлекает от сомнительного идейного наполнения фильма.

Например, слово «психованная» здесь бросается поминутно и с такой легкостью, как будто на дворе не XXI век, а XIX, когда любое неудобное для общества поведение женщин объяснялось «истерией». В конце концов, авторы просто заменяют одну злодейку другой. И если Круэлла получает пусть кривоватое, но все-таки объяснение своих поступков, то баронесса недалеко ушла от классических героинь вроде сумасшедшей жены мистера Рочестера, место которым на чердаке, а еще лучше — на кладбище, чтобы они не путались под ногами у протагонистки. Что ж, возможно, еще через 25 лет придет и ее очередь реабилитироваться.