Функционально-семантическая характеристика эвфемизмов в аспекте лексикографического описания (на материале Duden das grosse Wörterbuch der deutschen Gegenwartssprache)

рической отсылки.

Библиографический список:

1. Гаспаров, Б.М. Язык, память, образ. Лингвистика языкового существования [Текст] / Б.М. Гаспаров. -М.: Новое литературное обозрение, 1996. - 352 с.

2. Говорухо, Р.А. Правила переименования одного и того же референта в русском и итальянском языках [Текст] / Р. А. Говорухо // Проблемы итальянистики. -Вып. 1. Языкознание. - М.: РГГУ, 2005. - С. 7-22.

3. Пешковский, А.М. Русский синтаксис в научном освещении [Текст] / А.М. Пешковский. - М.: Просвещение, 1956. - 510 с.

4. Плунгян, В.А. Введение в грамматическую семантику: грамматические значения и грамматические системы языков мира [Текст] / В.А. Плунгян. - М.: РГГУ, 2011. - 372 с.

5. Тестелец, Я.Г. Введение в общий синтаксис [Текст] / Я.Г. Тестелец. - М.: РГГУ, 2001. - 800 с.

6. Фужерон, И. Когда я нужно? [Текст] / И. Фуже-рон, Ж. Брейар // Известия АН. Серия литературы и языка. - 2001. - № 4. - С. 117-128.

7. Шмелев, А.Д. Русский язык и внеязыковая действительность [Текст] / А.Д. Шмелев. - М.: Языки славянской культуры, 2002. - 492 c.

8. Andorno, C. Lingüistica testuale [Text] / C. Andomo. - Roma: Carocci, 2003. - 194 p.

9. Calabrese, A. Sui pronomi atoni e tonici dell'italiano [Text] / A. Calabrese // Rivista di grammatica generativa. -Bologna, 1980. - 5. - P. 65-116.

10. Fox, B. Discourse Structure and Anaphora. Written and Conversational English [Text] / B. Fox. - Cambridge: Cambridge University Press, 1987. - 184 p.

11. Govorucho, R. La ripresa anaforica in russo e in italiano: sintassi e pragmatica [Text] / R. Govorucho // L'analisi linguistica e letteraria. - Milano, 2003. - 2 (XI).

- P. 614-644.

12. Grande grammatica italiana di consultazione [Text] / A cura di L. Renzi. - Vol. I. - Bologna: Il Mulino, 1988.

- 763 p.

13. Grande grammatica italiana di consultazione [Text] / a cura di L. Renzi, G. Salvi, A. Cardinaletti. - Vol. III. -Bologna: il Mulino, 1995. - 640 p.

14. Karcevski, S. Système du verbe russe [Text] / S. Karcevski // Essai de linguistique synchronique. -Prague, 1927. - P. 132-133.

15. Nilsson, B. Personal pronouns in Russian and Polish: A study of their communicative function and placement in the sentence [Text] / B. Nilsson // Acta Universitatis Stockholmiensis. Stockholm Slavic studies. - Stockholm, 1982. - 370 p.

16. Salvi, G. Nuova grammatica italiana Bologna [Text] / G. Salvi, L. Vanelli. - Bologna: il Mulino, 2004. - 365 p.

УДК 81'373.49 ББК 81.2

Н.Е. Реброва

ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЭВФЕМИЗМОВ В АСПЕКТЕ ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ

В статье рассматривается проблема отбора эвфемистических единиц при их лексикографической фиксации в современных толковых словарях. Проводится количественный и качественный анализ функционально-семантических групп эвфемизмов, представленных в анализируемом словаре, на основе чего делается вывод о лексикографической концепции словаря в отношении эвфемизмов.

Ключевые слова: эвфемизм; функционально-семантические группы эвфемизмов; субсти-туционный подход; манипулятивные эвфемизмы; этикетные эвфемизмы; лексикографическая концепция

N.E. Rebrova

THE FUNCTIONAL AND SEMANTIC CHARACTERISTICS OF EUPHEMISMS IN LEXICOGRAPHY (BASED ON THE DUDEN DICTIONARY OF GERMAN

LANGUAGE)

The paper deals with the problem of euphemism selection in modern lexicography. The author carries out the qualitative and quantitative analysis of functional and semantic groups of euphemisms represented in the dictionary under consideration. The conclusion made is about the dictionary approach regarding the euphemisms.

Key words: euphemism; functional and semantic groups of euphemisms; substitutional approach; manipulative euphemisms; courtesy euphemisms; dictionary approach

© Реброва Н.Е., 2014

Настоящая работа представляет собой анализ лексикографической концепции «Большого словаря современного немецкого языка» издательства Дуден (четвертое издание) относительно функционально-семантической характеристики эвфемистических единиц. Актуальность данного исследования обусловлена, с одной стороны, высокой значимостью эвфемизмов в условиях современной речевой коммуникации, что подтверждается возрастающим количеством научных работ по этой тематике; с другой стороны, отсутствием четких критериев идентификации данного явления, что, в свою очередь, приводит к тому, что «в научной литературе термином «эвфемизм» обозначают явления, не имеющие к эвфемии никакого отношения» [Торопцева, 2003, с. 16].

Традиционно под эвфемизмом понимается «эмоционально нейтральное слово или выражение, употребляемое вместо синонимичного ему слова или выражения, представляющегося неприличным, грубым или нетактичным» [ЛЭС, 1998, с. 590]. Такое определение эвфемизма соответствует широко распространенному в лингвистике субституционному подходу, согласно которому эвфемизм замещает единицу, употребление которой невозможно в силу тех или иных табу. В результате, традиционно выделяются следующие тематические сферы, подвергающиеся эвфемизации: 1) сфера человеческой физиологии - описание интимных отношений, определенных частей тела, физиологических выделений; 2) темы, непосредственно связанные с жизнью и смертью человека, наименования опасных заболеваний; 3) сфера общественной жизни - наименования преступлений и их последствий, вредных привычек, бедности.

В то же время спорным является вопрос причисления к эвфемизмам наименований «непрестижных» профессий (Hairstylist вместо Friseur, Serviererin вместо Kellnerin), использование эвфемизмов в политических и рекламных целях (Preisanspannung вместо Preiserhöhung, Modeschmuck вместо Bijout), а также выделение так называемых «древних» эвфемизмов - обозначений существ, предметов и явлений, прямые наименования которых вызывали суеверный страх у первобытных народов (Hölzing вместо Wolf, der Ewige вместо Gott, der Böse вместо Teufel).

Особый интерес в таком случае представ-

ляет анализ лексикографических работ, фиксирующих эвфемистические единицы; прежде всего, это касается толковых словарей как наиболее репрезентативных источников кодификации того или иного национального языка. Исследование корпуса эвфемистических единиц, снабженных соответствующей пометой, позволяет сделать вывод о лексикографической концепции словаря относительно понятия «эвфемизм», а также выявить дополнительные функционально-семантические характеристики данного явления и сделать вывод о том, какие сферы человеческой жизни преимущественно подвергаются эвфемизации в том или ином языке.

В качестве объекта исследования был выбран «Большой словарь современного немецкого языка» издательства Дуден. В результате анализа корпуса эвфемистических наименований, полученного путем сплошной выборки и составившего 361 единицу, маркированную пометой verhüll (эвфемистически), были выделены следующие 11 функционально-семантических групп: 1) наименования смерти; 2) обозначения интимных отношений и их последствий; 3) наименования физиологических особенностей человека; 4) обозначения заболеваний и дефектов внешностей; 5) слова и словосочетания, замещающие грубые ругательные выражения; 6) обозначения преступлений и сопутствующих им действий органов правопорядка; 7) наименования вредных привычек; 8) обозначения действий политических сил; 9) наименования действий в социальной сфере; 10) наименования сверхъестественных сил; 11) обозначения бытовых проблем.

Следует отметить, что предложенная классификация базируется не только на семантических характеристиках эвфемизмов, но и на мотивах их использования в коммуникации - в частности, это касается слов и словосочетаний, замещающих обсценную лексику, а также так называемых «древних» эвфемизмов, появление которых обусловлено суевериями древних народов. Это обусловило выбор термина «функционально-семантическая» для обозначения данной классификации.

Считаем целесообразным рассмотреть примеры эвфемистических наименований по выделенным функционально-семантическим группам и проанализировать их численное соотношение.

I. Сфера смерти. Эвфемистические наименования данной группы преобладают в количественном отношении среди выделенного корпуса единиц, - их численность составляет 106 наименований (29% от общего количества). Обращает на себя внимание то обстоятельство, что в рамках лексико-семантическо-го поля «умирать» можно наблюдать единицы, имеющие дополнительные оттенки значения: возраст умершего (früh fortgemusst haben -schon jung gestorben sein), обстоятельства смерти (ausgekämpft haben - nach schwerem Leiden gestorben sein; einschlafen - sanft, ohne Qualen sterben; auf See bleiben - als Seemann auf See umkommen). Эвфемизации также подвергаются наименования со значением «смерть», «умерший, «хоронить»: Freund Hein

- der Tod; der Heimgegangene - Verstorbene(r); jmdn. auf seinen letzten Weg begleiten - an jmds. Beerdigung teilnehmen.

Обилие соответствующего вокабуляра, а также многообразие семантических оттенков можно объяснить идущим из древности страхом человека перед неизбежной смертью и, следовательно, табуированием прямых наименований данного явления.

II. Сфера личной жизни человека. Сфера интимных отношений является одной из наиболее табуированных в современном обществе, следовательно, в ней активно используются эвфемистические наименования. О наличии в немецком языке строгого табу на единицы лексико-семантического поля «интимная жизнь» свидетельствует количество эвфемизмов, замещающих соответствующие конвенциональные наименования - 87 единиц, что составляет 24% от общего количества.

Ядро данной группы образуют лексические и фразеологические единицы со значением «иметь с кем-либо половые отношения»: es mit jmdm. treiben - mit jmdm. geschlechtlich verkehren; eheliche Pflichten - Verpflichtung zum Geschlechtsverkehr mit der Ehepartnerin, dem Ehepartner.

Эвфемизации подвергаются и обозначения лиц, имеющих интимные отношения. Большую часть эвфемизмов такого плана составляют наименования людей, не состоящих между собой в браке, а также людей, чьи отношения являются супружеской изменой: der Bekannte

- Freund einer Frau; der Hausfreund - Liebhaber der Ehefrau.

Также к эвфемистическим наименованиям данной группы можно отнести обозначения беременности как результата интимных отношений: ein freudiges Ereignis - die Geburt eines Kindes; ein Kind der Liebe - uneheliches Kind.

Такие понятия, как избавление от нежелательной беременности, лица, делающие аборты (преимущественно нелегальные) также являются в немецком обществе табуирован-ными и нуждаются в обозначении с помощью эвфемистических единиц: die Engelmacherin - Frau, oft Hebamme, die illegale Abtreibungen vornimmt; den Eingriff vornehmen - die Abtreibung vornehmen.

Значительная часть вокабуляра данной сферы, маркированная пометой verhüll, служит для обозначения проституции и связанных с нею понятий: die Hostess - Prostituierte; der Dressman - junger Mann, der sich prostituiert; der Beschützer - Zuhälter; das Etablissement -Bordell.

Анализ исследуемого словаря немецкого языка свидетельствует об увеличении доли эвфемизмов данной функционально-семантической группы за счет наименований интимных отношений нетрадиционных форм. Так, в словаре 2012 г. зафиксирован ряд единиц, отсутствующих в более ранних изданиях: die Herrensauna - Sauna, als Teil von Einrichtungen, die vorwiegend zur Aufnahme homosexueller Kontakte dienen; die Herrin - Domina.

Появление данных единиц в составе общенационального словаря демонстрирует взаимодействие ряда экстралингвистических факторов: с одной стороны, повышение степени общественной толерантности по отношению к явлениям, которые ранее рассматривались как «грех или извращение» [Rada, 2001. S. 48]; с другой стороны, прямые наименования данных явлений могут привести к коммуникативному дискомфорту и, следовательно, нуждаются в эвфемизации.

В то же время эвфемистические наименования с семантикой «интимные отношения» являются ядром данной функционально-семантической группы и фиксируются в словарях издательства Дуден уже на протяжении многих лет. Вслед за Р. Радой полагаем, что функциональная значимость табуирования лексики с этим значением заключается в «отделении личного от общественного» [Rada, 2001. S. 49], а прямому наименованию поня-

тий и процессов, связанных с интимной жизнью человека, препятствуют чувства смущения и стыда.

III. Сфера человеческой физиологии. Следующую относительно крупную функционально-семантическую группу составляют эвфемистические единицы, объединенные значением «Физиологические особенности человека». В эту группу входят 52 эвфемизма, что составляет 14 % от общего количества.

Мотивационная основа происхождения и функционирования данной группы эвфемизмов совпадает с причинами использования эвфемистических единиц со значением «Интимные отношения». В обоих случаях речь идет о функции разграничения личного и общественного, о замещении конвенциональных наименований, использование которых вызывает чувство стыда, смущения или отвращения.

Эвфемизмы данной группы можно разделить по нескольким тематическим направлениям. Традиционно табуированию подвергаются наименования функций человеческого организма, связанных с естественными физиологическими потребностями человека - это наименования со значением «туалет», «идти в туалет», «естественные испражнения»: die Lokalität - die Toilette; der stille Ort - die Toilette; ein Bedürfnis haben - seine Notdurft verrichten müssen; das Wasser - Urin.

К физиологическим особенностям человеческого организма, конвенциональные наименования которых вызывают чувства стыда и смущения, относятся наименования менструальных выделений у женщин: die Tage - Tage der Menstruation.

Часть эвфемизмов данной группы составляют наименования табуированных частей человеческого тела: die Natur - weibliches oder männliches Geschlechtsteil; der verlängerte Rücken - das Gesäß; der Schoß - weibliche Geschlechtsteile.

IV. Заболевания. Недостатки человеческой внешности. Эвфемизмы данной группы представлены в исследуемом словаре в незначительной степени - всего лишь 18 единиц, что составляет 5 % от общего количества. Мо-тивационной основой табуирования конвенциональных наименований данной семантики чаще всего является чувство сострадания и такта по отношению к больному человеку,

нежелание напоминать о его болезни или физическом недостатке, а также чувство стыда или смущения, если речь идет о заболеваниях мочеполовой системы.

Эвфемизации подвергаются наименования со значением «старый», «стареть»: die reiferen Jahrgänge - die älteren Menschen; in die Jahre kommen - älter, alt werden.

Продуктивен процесс эвфемизации единиц, обозначающих определенные недостатки во внешности: beleibt - dick; das Esszimmer -künstliches Gebiss; eine hohe Stirn - eine Glatze.

Обращает на себя внимание тот факт, что в словаре зафиксировано незначительное количество единиц, обозначающих серьезные заболевания. В частности, обнаружено лишь два эвфемизма со значением «глухой» и «умственно отсталый»: geistesarm - geistig behindert; der Hörfehler - Schwerhörigkeit. В исследуемом словаре отсутствует указание на эвфемистическую функцию слов и выражений, обозначающих неизлечимые заболевания, в то время как Р. Рада отмечает высокую частотность использования соответствующих эвфемизмов в современной коммуникации [Rada, 2001. S. 46].

V. Обозначения преступлений и сопутствующих им действий органов правопорядка. Незначительную часть эвфемистического словаря (22 единицы, что составляет 6 % от общего количества) формируют наименования различных преступлений и сопутствующих им наказаний.

Преступления, как правило, порицаются обществом, что и обуславливает табуирова-ние обозначающих их единиц: billig einkaufen - Ladendiebstahl begehen; besorgen - heimlich mitnehmen, stehlen; beseitigen - ermorden, umbringen; jmdm. Gewalt antun - jmdn. vergewaltigen.

При этом табу распространяется и на конвенциональные наименования понятий, имеющих причинно-следственную связь с преступными действиями, т.е. эвфемизации подвергаются обозначения ареста преступников и сопутствующие этому понятия: abholen -verhaften; die Spange - Handschelle.

Можно предположить, что данная функционально-семантическая группа обладает определенной спецификой в силу того, что табу, обусловившее их появление, нельзя считать обязательным для всех членов общества.

Если коммуникантов лично не касаются проблемы правонарушений, то у них нет необходимости прибегать к использованию эвфемизмов данной группы. Субъективный характер запрета на употребление конвенциональных наименований с подобной семантикой может рассматриваться как одна из причин невысокой степени фиксации эвфемизмов рассматриваемой группы.

VI. Обозначения вредных привычек. Сравнительно небольшую группу эвфемизмов (11 единиц, что составляет 3 % от общего количества) образуют наименования со значением «Вредные привычки». При этом эвфеми-зации, прежде всего, подвергаются понятия, связанные с алкоголизмом и наркоманией: dem Bacchus huldigen - Wein trinken; das Heu - Marihuana; high - in euphorieähnlichem Zustand nach dem Genuss von Rauschgift .

Полагаем, что невысокая степень фиксации эвфемизмов данной функционально-семантической группы в исследуемом словаре обусловлена экстралингвистическими факторами, а именно: невысокой степенью та-буирования. В частности, табакокурение, как отмечает составитель словаря эвфемизмов английского языка Р. Холдер, «принято обществом и не нуждается в эвфемизации» [Holder, 2008, p. 1]. Эта гипотеза может быть доказана и на материале немецкого языка: среди эвфемизмов данной группы, зафиксированных в рассматриваемом словаре, отсутствуют обозначения курения и коррелирующих с ним понятий. Алкоголизм и наркомания, с одной стороны, являются стигматичными и осуждаемыми обществом явлениями (в силу проблем со здоровьем, финансовым неблагополучием, ухудшающимися межличностными отношениями, которые влечет за собой злоупотребление алкоголем и наркотиками), с другой стороны, их стигматичность обусловлена в современном социуме не столько общественными табу, сколько индивидуальными запретами.

VII. Сфера социальных проблем. Наименьшее количество эвфемизмов, зафиксированных в исследуемом словаре (12 единиц, что составляет около 3% от общего количества) относится к функционально-семантической группе «Социальные проблемы». Единицы данной группы описывают процессы увольнения (по инициативе работодателя), а

также состояние бедности: ablösen - jmdn. aus seinem Amt entfernen; freisetzen - Arbeitskräfte entlassen; die Geldverlegenheit - Geldmangel.

Невысокая степень фиксации эвфемизмов данной семантики может быть объяснена, по меньшей мере, двумя причинами. Во-первых, как отмечает Р. Рада, табу «на бедность» возможно лишь в «обществе всеобщего благосостояния, в котором нищета «ставится в укор состоятельным гражданам» [Rada, 2001. S. 51]. В обществе, где существуют определенные социальные проблемы (высокий уровень безработицы, низкая заработная плата), понятия «бедность», «увольнение» перестают быть стигматичными и не нуждаются в эвфе-мизации.

Во-вторых, незначительная степень репрезентации эвфемизмов данной семантики может быть обусловлена непосредственно лексикографической концепцией словаря по отношению к тому, что следует рассматривать как эвфемизм и маркировать соответствующей пометой.

VIII. Сфера политических проблем. Следующая функционально-семантическая группа эвфемизмов (14 зафиксированных единиц, что составляет около 4 % от общего количества) связана со сферой политики, в частности, со сферой военных действий и обозначениями вызванных ими жертв. Кроме того, к данной группе традиционно относятся эвфемистические наименования непопулярных в обществе правительственных действий в сфере внешней и внутренней политики.

Основой для появления зафиксированных эвфемизмов явилось табу на смерть, поскольку эвфемизации, прежде всего, подвергаются наименования оружия, военных операций и гибели людей в результате этих действий: der Feuerzauber - heftiger Beschuss, Trommelfeuer; ein warmes Abbruch - die Zerstörung durch Brandstiftung.

Данное табу можно рассматривать как языковую универсалию, поскольку схожие мотивы табуирования присутствуют практически во всех культурах.

В то же время в исследуемом словаре помета verhüll. сопровождает слова и выражения, обозначающие явления, которые можно рассматривать исключительно как реалии немецкой истории. Это эвфемизмы, использовавшиеся в Германии во время пребывания у власти

национал-социалистов, о чем свидетельствует сопутствующая помета nationalsoz. Данные эвфемистические наименования обозначают преступные действия фашистов: die Endlösung - von den Nationalsozialisten geplante vollständige Vernichtung der europäischen Juden; die Sonderbehandlung - Ermordung, Tötung von Gegnern des nationalsozialistischen Regimes sowie von Angehörigen der als minderwertig erachteten Völker und anderer nicht erwünschter Personengruppen.

Появление и использование подобных единиц было мотивировано политическими интересами власти. Таким образом, целью использования данных эвфемизмов является не смягчение нежелательных аспектов денотата для предотвращения коммуникативного дискомфорта, а манипуляция мнением реципиента, обусловленная исключительно интенциями продуцента.

Кроме того, данные слова и выражения не являются сегодня полноценными эвфемизмами и сами требуют замещения, следовательно, об их эвфемистической функции можно говорить лишь с исторической точки зрения.

IX. Слова и словосочетания, замещающие ругательные выражения. В эту функционально-семантическую группу входят 13 единиц немецкого языка, зафиксированных в исследуемом словаре (3 % от общего количества эвфемизмов). Данная группа эвфемистических наименований выделена в большей степени по функциональному, а не семантическому признаку, поскольку большинство замещаемых единиц характеризуется сниженной функционально-семантической окраской и преимущественно используется для выражения негативных эмоций по отношению к собеседнику или другим лицам, т.е. функционируют как инвективы. Замещающие их единицы считаются эвфемистическими, поскольку являются нейтральными по своей окраске словами: das Armloch - Arschloch; bescheiden - beschissen.

X. Наименования сверхъестественных сил. Данную группу эвфемизмов (14 наименований, что составляет 3 % от общего количества) образуют единицы со значением «Бог» и «черт».

Изначально появление табу на прямые обозначения высших сил было обусловлено религиозными мотивами и суеверным страхом

перед тем, что прямое наименование может «нарушить святость бога или вызвать появление дьявола» [Rada, 2001. S. 37].

Сегодня мотивационная основа появления и использования подобных эвфемизмов полностью забыта, однако в современном словоупотреблении наблюдаются единичные случаи их использования. К эвфемистическим наименованиям этой функционально-семантической группы относятся такие единицы, как der Erbfeind - Teufel; meine Güte! - mein Gott!

XI. Обозначения бытовых проблем. Незначительную по численности группу (9 единиц, что составляет около 2 % от общего количества) образуют эвфемизмы, появление которых сложно объяснить действием какого-либо языкового табу. В настоящей работе подобные эвфемизмы обозначены как эвфемизмы бытовой семантики, поскольку они обозначают негативные характеристики объектов окружающей действительности, нежелательные черты характера, бестактные поступки, неблаговидные ситуации: dunkelweiß - durch Schmutz nicht mehr richtig weiß; mittelmäßig - schlecht; weitherzig - lax; die Meinungsverschiedenheit -Streit, Auseinandersetzung.

В научной литературе анализ функциональной характеристики эвфемизмов данной тематики представлен крайне скудно. Вероятно, данный факт обусловлен преобладанием субституционного подхода, в рамках которого эвфемизм рассматривается как замена неприемлемого табуированного знака. Однако использование в коммуникации подобных эвфемизмов носит факультативный, индивидуальный характер и обусловлено не общественными запретами, а условиями конкретной коммуникативной ситуации. Основная функция подобных единиц заключается в соблюдении норм речевого этикета, однако ее реализация во многом обусловлена экстралингвистическими факторами общения. Одним из немногих лингвистов, отмечающих функционирование в коммуникации единиц такого рода, является В.П. Москвин, который выделяет этикетные эвфемизмы. В отличие от «традиционных» эвфемизмов, обозначающих табуированные по тем или иным причинам понятия, этикетные эвфемизмы замещают «слова вполне приличные, однако, с точки зрения говорящего, обидные, для того, о ком идет речь» [Москвин, 2007, с. 118].

Исходя из анализа зафиксированного корпуса единиц, можно сделать вывод, что эвфемизм - полифункциональное средство, использование которого способствует соблюдению этического и нормативного аспектов культуры речи, предотвращает возникновение коммуникативного дискомфорта, вызванного нарушением общественных и индивидуальных запретов, способствует формированию общественного мнения относительно тех или иных политических и социальных процессов.

Кроме того, согласно лексикографической концепции исследуемого словаря эвфемизмы, помимо реализации функции предотвращения коммуникативного дискомфорта, могут продуктивно выполнять эксплетивную функцию, указание на которую отсутствует в работах современных исследователей эвфемизмов (см. работы Р. Рады, З. Лухтенберг, Е.П. Се-ничкиной, В.П. Москвина, Л.П. Крысина, М.Л. Ковшовой).

На основе проведенного анализа невозможно сделать однозначный вывод о том, фиксируются ли в рамках исследуемого лексикографического источника эвфемизмы, выполняющие манипулятивную функцию. Снабженные соответствующей пометой немногочисленные единицы, обозначающие нежелательные политические действия и социально-экономические проблемы общества, являются эвфемистическими либо лишь в историческом контексте (эвфемизмы, использовавшиеся во времена нацистской власти), либо уже закрепились в языке и не оказывают на реципиента значительного манипулятив-ного эффекта (эвфемизмы сферы социальных отношений). Таким образом, в словаре практически не фиксируются манипулятивные эвфемизмы, их использование обусловлено интересами продуцента.

Расстановка пометы verhüll. у единиц, не соотносящихся ни с каким конкретным табу и служащих для обозначения нестигматичных понятий бытового характера, позволяет выделить этикетные эвфемизмы.

Библиографический список:

1. Ковшова, М.Л. Семантика и прагматика эвфемизмов. Краткий тематический словарь современных русских эвфемизмов [Текст] / М.Л. Ковшова. - М.: Гнозис, 2007. - 320 с.

2. Крысин, Л.П. Эвфемизмы в современной русской речи [Текст] / Л.П. Крысин // Русистика. - Берлин, 1994. - № 1/2. - С. 28-49.

3. ЛЭС - Лингвистический энциклопедический словарь [Текст] / под ред. В.Н. Ярцевой. - М.: Советская энциклопедия, 1998. - 685 с.

4. Москвин, В.П. Эвфемизмы в лексической системе современного русского языка [Текст] / В.П. Москвин. -2-е изд. - М.: ЛЕНАНД, 2007. - 264 с.

5. Сеничкина, Е.П. Эвфемизмы русского языка: спецкурс [Текст]: учеб. пособие / Е.П. Сеничкина. - М.: Высшая школа, 2006. - 151 с.

6. Торопцева, Е.Н. Эвфемистические наименования в аспектах языка, истории и культуры [Текст]: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.19 / Е.Н. Торопцева. - М., 2003. - 193 с.

7. Duden. Das große Wörterbuch der deutschen Gegenwartssprache [Цифровая книга на CD-диске] /

4.Auflage, Dudenverlag, Mannheim etc., 2012.

8. Holder, R.W. How not to say what you mean. A dictionary of euphemisms [Text] / R.W. Holder. - Oxford University Press, 2008. - 412 p.

9. Luchtenberg, S. Euphemismen im heutigen Deutsch: mit einem Beitrag zu Deutsch als Fremdsprache [Text] /

5. Luchtenberg; Europäische Hochschulschriften: Reihe 1. Deutsche Sprache und Literatur. Bd. 834. - Frankfurt a.M.: Peter Lang, 1985. - 299 S.

10. Rada, R. Tabus und Euphemismen in der deutschen Gegenwartssprache. Mit besonderer Berücksichtigung der Eigenschaften von Euphemismen [Текст] / R. Rada. -Akad. Kiado. Budapest, 2001. - 212 S.

УДК 8ПЛ1Г01 ББК 81.2 Англ

Е.С. Сагалова

КАУЗАТИВНЫЕ КОНСТРУКЦИИ С ИНФИНИТИВОМ В ДРЕВНЕАНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Статья содержит изложение результатов исследования каузативных конструкций с инфинитивом в древнеанглийском языке на материале гомилетических произведений. Древнеанглийские проповеди базируются на определенных стратегиях убеждения, что предопределяет выбор языковых средств выражения волитивной модальности. Изучаемые каузативные конструкции демонстрируют комплиментарность синтетических языковых средств порядком слов и контекстным окружением.

© Сагалова Е.С., 2014