Повествование о Тайной вечере в анафоре испано-мосарабского обряда

Вестник ПСТГУ I: Богословие. Философия

2011. Вып. 2 (34). С. 20-33

Повествование о Тайной вечере в анафоре

ИСПАНО-МОСАРАБСКОГО ОБРЯДА А. А. Волков

В статье рассматривается повествование о Тайной вечере в анафоре испано-мосараб-ского обряда, единственного древнего не-римского латинского богослужения, практикующегося до настоящего времени. Литургическими источниками являются рукописи 1Х—Х1 вв., а также печатные книги ХУ1—ХХ вв. Проводится богословский и историколитургический разбор содержания анафоры, приводится латинский и русский текст евхаристической молитвы, повествование сопоставляется с новозаветными источниками. Особое внимание в статье уделено интерполяции, зафиксированной в первом печатном миссале испано-мосарабского обряда 1500 г.

Испано-мое^рабский обряд — это древняя латинская форма Богослужения, относящаяся к галло-испанской группе1, с некоторыми незначительными элементами, заимствованными из Византийской литургии. Этот обряд возник на территории Пиренейского полуострова и примыкающей к нему южной Галлии преимущественно во времена господствовавших здесь вестготов и к У1—У11 вв. был уже достаточно развит. Во время Конкисты (VIII в. и позже), когда полуостров был захвачен мусульманами, христиане-мос£рабы, т. е. находящиеся под властью арабов, продолжали использовать его для богослужения. Особое место в развитии и устроении этого древнего обряда занимает выдающийся испанский епископ и церковный писатель св. Исидор Севильский (^ 636), составление древнего сакраментария приписывают св. Юлиану Толедскому (^ 690), известны и др. церковные деятели, повлиявшие на развитие испанского богослужения. Важное значение в сохранении обряда во времена арабского халифата и особенно во время Реконкисты сыграла древняя вестготская столица Испании — г. Толедо. После окончательного освобождения Пиренейского полуострова испано-мосарабское богослужение едва не было забыто, но, несмотря ни на что, оно сохранилось до наших дней. В XX в. интерес к этому древнему обряду возрос,

1 Следует выделить две основные литургические традиции Западной Церкви. К первой из них, римской, относится собственно римский обряд, амвросианский, а также различные западные обряды, являющиеся разновидностями римского. Многие из них сформировались уже во II тысячелетии, т. е. после того, как римский обряд стал доминировать на христианском Западе. Ко второй группе, галло-испанской, следует отнести обряд галликанский, кельтский, ирландский и испано-мосарабский (см.: Желтое М. С. Анафора // Православная энциклопедия. М., 2001. Т. 2. С. 279-289).

и в настоящее время он практикуется в богослужении Католической Церкви на территории Испании наряду с римским обрядом, а также в Реформированной епископальной Церкви Испании, образовавшейся в 1880 г.2 Богослужебным языком является латынь.

Испано-мосарабскому евхаристическому богослужению присущи все основные черты, свойственные латинским литургическим традициям. Одним из важнейших отличий Западной Литургии от Восточной является наличие в ее составе молитв, изменяемых в зависимости от празднуемого события, литургической темы или времени года. Эта особенность касается и важнейшей части Литургии — анафоры. Такие молитвы присоединяются к неизменяемому последованию и их количество различно в той или иной литургической традиции. Своеобразие испано-мосарабской Литургии таково, что если византийская анафора является полностью неизменной, а в составе римской и амвросианской чаще всего изменяется только одна молитва — Praefatio, то в составе испано-мо-сарабских евхаристических молитв на каждой Литургии должны прочитываться три всегда изменяемых молитвословия: Inlatio, Post Sanctus и Post Pridie. А если учитывать Intercessio, которое, согласно древней испанской традиции, не входит в состав анафоры, но совершается в начале Литургии верных перед целованием мира, то таких молитвословий будет уже четыре (добавляется oratio Post Nomina [offerentium]). По продолжительности они занимают ббльшую часть евхаристической молитвы. При этом анафора представляет собой не целостное последование, принадлежащее одному автору или редактору, как это можно видеть в Византийском обряде, а набор различных текстов, соединенных между собой3.

В римской традиции неизменяемую часть анафоры, а именно последование от гимна Sanctus до молитвы Pater noster, принято называть «каноном мессы» (Canon Missae). Но по отношению к евхаристическим молитвам испано-моса-рабского обряда (равно как и обряда галликанского) данное наименование не может быть приемлемо, поскольку после пения Sanctus следуют два всегда изменяющихся молитвословия.

Состав анафоры испано-мосарабского обряда таков:

Dialogus orationis Eucharisticae не меняется Inlatio (или Illatio) меняется

Sanctus не меняется

Oratio post Sanctus меняется

[Adesto adesto Jesu... не меняется

вступительный диалог префация гимн «Санктус» молитва «Пост санктус» эпиклесис I или молитва о принятии жертвы]

2 Сахаров П. Мозарабский обряд // Католическая энциклопедия. М., 2007. Т. 3. С. 507.

3 Это касается не только галло-испанской, но и римской традиции. Несмотря на то что текст анафоры римского и амвросианского обрядов состоит в общем-то из единой тирады, являющейся цепью неизменяемых молитвословий, следующих за изменяемой молитвой РгаеГайо, видно, что они плохо соединены между собой. По мнению ряда ученых, это является свидетельством архаичности латинских евхаристических молитв (Желтов. Цит. соч. С. 285-286; см. также: Никитин С. И. Амвросианский обряд // Православная энциклопедия. Т. 2. С. 112-113).

Enarratio Institutionis et Acclama- не меняется повествование о Тайной ве-

tio (или Missa secreta) чере и анамнесис

Oratio post Pridie меняется анамнесис, эпиклесис II или

молитва о принятии жертвы Conclusio: Te praestante... не меняется заключительное славословие

Поскольку содержание молитв Inlatio, Post Sanctus и Post Pridie варьируется в зависимости от конкретного богослужения, то сопоставление их с частями анафоры, которым в литургической науке усвоено определенное наименование, достаточно условно.

Данная статья посвящена повествованию о Тайной вечере (Enarratio Institutionis) вместе с прилегающей к нему молитвой Adesto adesto Jesu — самому продолжительному фрагменту испано-мосарабской анафоры, неизменному в течение всего года. Другие неизменяемые части евхаристической молитвы: вступительный диалог, гимн Sanctus и заключительное славословие, даже взятые все вместе, по своей продолжительности не превосходят эту часть анафоры. Поскольку текст повествования о Тайной вечере является неизменным, а основное содержание испано-мосарабских литургических книг — это изменяемые молитвословия и гимны, повествование встречается в них крайне редко. Из всех сохранившихся рукописей IX—XI вв. только три содержат интересующий нас фрагмент евхаристических молитв. Кроме рукописей в качестве источников мы будем использовать печатный Миссал, изданный епископом г. Толедо кардиналом Хименесом де Сиснерос в 1500 г., и новый, реформированный в XX в., Missale Hispano-Mozarabicum, изданный Конференцией епископов Испании4.

Итак, содержание анафоры от прославления Бога и подробного повествования о празднуемом событии в Inlatio, через гимн Sanctus и развитие темы ангельского славословия в молитве Post Sanctus, посредством воспоминания в конце ее Христа Спасителя плавно переходит к повествованию о Тайной вечере

4 Использованные источники в статье обозначаются следующими условными сокращениями:

LOE 1 или S4 = Liber Ordinum Episcopal (de Santo Domingo de Silos), Silos cod. 4 (Le Liber Ordinum: en usage dans l’eglise wisigothique et mozarabe d’Espagne du cinquieme au onzieme sie-cle / M. Ferotin, ed. P., 1904. Col. 238 (Monumenta Ecclessiae Liturgica; 5); Le liber mozarabicus sacramentorum et les manuscrits mozarabes / M. Ferotin, ed. P., 1912. P. XXV (Monumenta Ecclesiae Liturgica; 6); Liber Ordinum Episcopal (cod. Silos, Arch. Monastico, 3) / J. Janini, ed. Silos, 1981. P. 200 (Studia Silensia; VII)).

LOE 2 или M56 = Liber Ordinum Episcopal (de San Millan de la Cogolla), Madrid cod. 56 (Liber Ordinum Episcopal... P. 387).

T 35.6 = Liber misticus, Toledo cod. 35.6 (Le liber mozarabicus. P. XXV. Col. 327).

MM или PL 85 = Missale Mixtum (Missale Mixtum secundum regulam beati Isidori dictum mozarabes : Praefatione, notis et appendice ab A. Lesleo S. J. sacerdote ornatum. P. 1 / A. Lesley, ed. R., 1755. P. 5, 229-230); Saeculum VII : Liturgia Mozarabica (Missale Mixtum secundum. P. 1-2 // PL 85. Col. 116-117, 550-553).

MHM = Missale Hispano-Mozarabicum (Missale Hispano-Mozarabicum I (Proprium de Tempore) // Conferencia Episcopal Espanola, Arzobispo de Toledo. Barcelona, 1991; Celebration Eucanstica segun el rito Hispano-Mozarabe. Silos, 2000. P. 48-50).

(Enarratio Institutionis) с произнесением Установительных слов и Воспоминанием (Anamnesis). Молитвы Adesto adesto Jesu, о которой сейчас пойдет речь и которая находится в Missale Mixtum перед Institutio, в древности не существовало, а заключительные слова Oratio post Sanetus — «Dominus ae redemptor aeternus» сразу переходили в «qui pridie» или в «in qua noete tradebatur» (см. об этом ниже), как и в галликанском обряде, и затем начинался рассказ о вечере.

Точно определить время интерполяции невозможно. Как полагают многие исследователи5, эта вставка возникла под влиянием римского обряда в период от XI до XV в. В рукописях, самые поздние из которых датируются XI в., текста этой молитвы нет. В Missale Mixtum 1500 г. она уже напечатана без всяких комментариев со стороны Хименеса и Альфонсо Ортиса и дана как обязательная и неотъемлемая часть анафоры6. Сказано только, что священник должен читать ее тайно, с соединенными руками наклонившись перед алтарем7. Маловероятно, чтобы издатели сами поместили эту молитву в текст обеих ординарных месс. Скорее всего, к XV в. она уже существовала и использовалась в евхаристическом Богослужении, а с изданием первого Миссала просто была закреплена печатно. Как бы там ни было, эта молитва не найдена ни в одной моcарабской книге до Миссала кардинала Хименеса. Версия о ее римском происхождении является только предположением. Текст ее, который приведен ниже, в точности не соответствует ни одной молитве из римского канона мессы, но несколько напоминает текст 2-го «восходящего» эпиклесиса Suppliees te rogamus, который читается в римской анафоре после Institutio и Anamnesis, за молитвой Supra quae: «Смиренно Тебя просим, всемогущий Боже, повели сие перенести руками святого Ангела Твоего на горний алтарь Твой...» и т. д.8 Вот текст испанской интерполяции согласно Missale Mixtum9:

5 Ле Брен, Пиний, Лесли, Феротен, Каген и др. (CabrolF. The Mass of the Western Rites. L., 1934).

6 Missa in Dominiea prima Adventus Domini (PL 85. Col. 116); Missa omnium offerentium (Ibid. Col. 550).

7 Ibid.: Deinde dieat Presb. In silentio junetis manibus inelinando se ante altare hane Orationem («Затем говорит пресвитер тихо, соединив руки, наклонившись перед алтарем, сию молитву». — А. В.).

8 Suppliees te rogamus, omnipotens Deus: iube haee perferri per manus saneti Angeli tui in sublime altare tuum, in eonspeetu divinae maiestatis tuae: ut quotquot ex hae altaris partieipatione sae-rosanetum Filii tui Corpus et Sanguinem sumpseris omni benedietione eaelesti et gratia repleamur. Per eundem Christum, Dominum nostrum. Amen. («Смиренно Тебя просим, всемогущий Боже, повели сие перенести руками святого Ангела Твоего на горний алтарь Твой, к взору Божественного величествия Твоего, чтобы сколько бы мы от сего Алтаря причастием святейшее Сына Твоего Тело и Кровь ни принимали, всяким благословением небесным и благодатью да наполнялись бы. Через Того же Христа, Господа нашего. Аминь». — А. В ).

9 PL 85. Col. 116, 550. Здесь и далее орфография источников сохраняется.

Adesto adesto Jesu bone pontifex Будь, будь, Иисусе, благой первосвя-in medio nostri: sieut fuisti in medio щенник, среди нас, как был Ты среди diseipulorum tuorum: sanetifiea hane учеников Твоих, освяти сие приноше-oblationem: ut sanetifieata sumamus per ние, чтобы освященное принять нам manus saneti angeli tui sanete Domine [его] от рук святого Ангела Твоего, свя-ae redemptor eterne. той Господи и Искупитель вечный.

Необходимо остановиться на некоторой схожести молитв Suppliees te rogamus и Adesto adesto Jesu. Согласно толкованию св. Николая Кавасилы, слова из римской молитвы «Suppliees te rogamus: iube haee perferri per manus saneti Angeli tui in sublime altare tuum, in eonspeetu divinae maiestatis tuae» («повели сие перенести руками святого Ангела Твоего на горний алтарь Твой, к взору Божественного величествия Твоего») следует интерпретировать как эпиклесис10. Он пишет: «Это то освящение, которым Сам Единый Иерей освятил Себя, принеся Себя Богу и пожершись, и так как Сам Он есть и Иерей, и алтарь, и жертва, то все одно значат выражения: быть освященным от того Иерея, или преложиться в то освящаемое, или быть возложенным на тот пренебесный алтарь. Посему, если ты станешь просить о чем-либо одном из сих трех, то будешь просить о всем; и ты имеешь просимое, ты совершил жертву»11. Итак, согласно св. Николаю Ка-василе, просьба об освящении Даров может быть выражена в разных словах и выражениях, и, тем не менее, священник приемлет просимое, и Евхаристия совершается. А римские священники, читая молитву Suppliees te rogamus и прося вознести Дары на горний Алтарь, на самом деле молятся о том же самом, о чем и византийские священнослужители во время эпиклесиса, призывающие ниспослать на Дары св. Духа, «только в других выражениях и словах»12.

Следует ли понимать анафоральную молитву Adesto adesto Jesu испано-мосарабского обряда тоже как эпиклесис? С одной стороны, текст молитвы не содержит прямой просьбы о ниспослании на Дары св. Духа, как в византийской анафоре, и просьбы о вознесении Даров к престолу Божию, как в римской. С другой стороны, в молитве содержится конкретная просьба об освящении евхаристического приношения: «sanetifiea hane oblationem» («освяти сие приношение»). Согласно св. Николаю Кавасиле: «Одно и то же — об освящении ли Даров молиться, или о возложении их на алтарь», а также: «Если ты станешь просить о чем-либо одном из сих трех (т. е. об освящении, о преложении в освящаемое или о вознесении к Алтарю), то будешь просить о всем; и ты имеешь просимое, ты совершил жертву»13. Освящение возможно не иначе, как Божией благодатью, благодаря искупительной жертве Христовой. Данная молитва ко Христу содержит прямое прошение об освящении приношения. А в таком случае она вполне может считаться молитвой, имеющей ту же силу и то же значение, что и эпиклесис.

10 Прп. Николай Кавасила. Изъяснение Божественной Литургии // Он же. Христос. Церковь. Богородиця. М., 2002. С. 160—161.

11 Тям же. С. 161.

12 Тям же.

13 Тям же.

Проблема усугубляется тем, что традиционный эпиклесис — изменяемая молитва Post Pridie, которая читается в конце анафоры и которую св. Исидор Севильский называет «eonfirmatio saeramenti» («навершением», «запечатлени-ем таинства»)14, на самом деле часто не содержит ни прошения об освящении Даров, ни просьбы о принятии приношения. Можно было бы предположить, что как раз по причине отсутствия в некоторых молитвах Post Pridie просьбы об освящении Даров и возникла интерполяция с целью восполнения анафоры. Но при этом следует вспомнить, что в средневековом западном литургическом богословии необходимость особой молитвы для пресуществления св. Даров была отнюдь не очевидной, а важнейшими словами, на которых, как считалось, совершается таинство Евхаристии, были признаны Установительные слова Господа «Сие есть Тело» и «сие есть Чаша... крови Моей»15. В таком случае Adesto adesto Jesu едва ли могла быть добавлена в текст анафоры по указанной причине. Вопрос о возникновении данной молитвы остается открытым.

Из первых же слов — Adesto adesto Jesu — ясно, что молитва обращена ко Христу. Из ее содержания видно, что она разрывает стройное повествование Vere Sanetus и переход к Institutio, что, как замечает Каброль, еще более доказывает факт ее позднейшей интерполяции16. Ее смысл — особое благоговение, апология, личное обращение священника к Богу. Если молитва Post Sanetus, так же как и слова Institutio, в древности, скорее всего, читались вслух, и даже пелись17, то молитва Adesto adesto Jesu, согласно указаниям Missale Mixtum, должна была исполняться тайно18. Необходимо заметить, что после пересмотра порядка и состава испaно-моcaрaбской Литургии и утверждения священноначалием Католической Церкви чина испанской мессы в XX в., молитва Adesto adesto Jesu была исключена из анафоры и ее нет в новом печатном Missale Hispano-Mozarabieum, где сразу после Oratio post Sanetus следуют слова: «Qui pridie» и т. д.

Непосредственно после Adesto adesto Jesu (согласно MM) или сразу за молитвой Post Sanetus (так в рукописях LOE и T 35.6, а также в MHM) следует Institutio. Форма повествования и, что немаловажно, форма Установительных

14 Porro sexta exhine sueeedit eonfirmatio (eonformatio) saeramenti, ut oblatio, quae Deo of-fertur, sanetifieata per Spiritum sanetum, Christi eorpori ae sanguini eonformetur (eonfirmetur) («В свою очередь, шестая следует как подтверждение (запечатление) таинства, чтобы приношение, которое Богу приносится, освященное Святым Духом, стало бы Христовым Телом и Кровью». — А. В.) (Saneti Isidori Episeopi Hispalensis De Eeelesiastieis Offieiis XV. 1-3; De missa et orationibus // PL 83. Col. 751-753).

15 Спор о времени преложения св. Дяров в Тело и Кровь Христовы и о необходимости специальной молитвы, где бы священник просил об освящении Дяров, отряжен в указанном сочинении св. Николая Кавасилы.

16 Cabrol. Op. eit. Также см.: Ramis G. La anafora euearistiea hispano-mozarabe. Su historia y evolution // Prex Eueharistiea / A. Gerhards, H. Brakmann, M. Kloekener, eds. Fribourg, 2005. Vol. 3. Pr. 1. P. 258.

17 Jenner H. Mozarabie Rite // Catholie Eneyelopedia. N. Y., 1911. Vol. 10. P. 261. Ср.: «Post Sanetus dieat Presb alta voee» и «Dieat Presb Post Pridie alta voee» (PL 85. Col. 1016) («dieat... alta voee» дословно означает «говорит громким (высоким) голосом». — А. В ). Кроме того, в ординарной мессе Omnium Offerentium (PL 85. Col. 549) текст молитвы Post Sanetus нотировян.

18 «In silentio» (т. е. «в безмолвии» или, дословно, «в молчании», «в тишине»), согласно PL 85. Col. 116, 550.

слов отличаются от римской. При изучении рассказа о Тайной вечере у всех трех евангелистов (Мф 26, 26—2819; Мк 14. 22—2420; Лк 22. 19—2021) становится ясно, что из евангельских повествований испано-мосарабское Institutio ближе всего к Лк 22. 19—20, хотя имеет и ряд существенных отличий. Но более всего текст Institutio соответствует словам из послания ап. Павла (1 Кор 11. 23—26)22, которые являются, без всякого сомнения, библейским основанием литургического по-вествования23. В отличие от римского и галликанского чина, испанское Institutio начинается словами: «Dominus noster Jesus Christus in qua noete tradebatur» («Господь наш Иисус Христос в ту ночь, в которую был предан». — А. В., так в MM и LOE) или: «Quoniam Dominus Ihesus, in qua noete tradebatur» («Ибо Господь Иисус, в ту ночь, в которую был предан». — А. В., так в T 35.6). Выражение «in qua noete tradebatur» заимствовано из 1 Кор 11. 23 и дословно повторяет латинский текст Вульгаты, эти же слова присутствуют в большинстве Восточных Литургий24. Римская месса, как и другие латинские Литургии, начинает Institutio словами: «Qui pridie quam pateretur» («Который прежде, чем пострадать». — А. В.). Очень вероятно, в древней испанской анафоре повествование о Тайной вечере

19 Русский текст, согласно Синодальному переводу Мф 26. 26—28: 26И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое. 27И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, 28ибо сие есть Кровь Моя Нового Зяветя, зя многих изливаемая во оставление грехов. В латинском тексте Вульгаты Mt 26. 26-28: 26eenantibus autem eis aeeepit Iesus panem et benedixit ae fregit deditque diseipulis suis et ait aeeipite et eomedite hoe est eorpus meum 27et aeeipiens ealieem gratias egit et dedit illis dieens bibite ex hoe omnes 28hie est enim sanguis meus novi testamenti qui pro multis effunditur in remissionem peeeatorum.

20 Мк 14. 22—24: 22И когда они ели, Иисус, взяв хлеб, благословил, преломил, дял им и сказал: приимите, ядите; сие есть Тело Мое. 23И, взяв чяшу, благодарив, подял им: и пили из нее все. 24И сказал им: сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая. Mk 14. 22—24: 22et mandueantibus illis aeeepit Iesus panem et benedieens fregit et dedit eis et ait sumite hoe est eorpus meum 23et aeeepto ealiee gratias agens dedit eis et biberunt ex illo omnes 24et ait illis hie est sanguis meus novi testamenti qui pro multis effunditur.

21 Лк 22. 19—20: 19И, взяв хлеб и благодарив, преломил и подял им, говоря: сие есть тело Мое, которое зя вяс предяется; сие творите в Мое воспоминание. 20Также и чяшу после вечери, говоря: сия чяшя (есть) Новый Зявет в Моей крови, которая зя вяс проливается. Lk 22. 19—20: 19et aeeepto pane gratias egit et fregit et dedit eis dieens hoe est eorpus meum quod pro vobis datur hoe faeite in meam eommemorationem 20similiter et ealieem postquam eenavit dieens hie est ealix novum testamentum in sanguine meo quod pro vobis funditur.

22 Русский текст, согласно Синядяльному переводу 1 Кор 11. 23—26: 23Ибо я от [Самого] Господа принял то, что и вям передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб 24и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. 25Также и чяшу после вечери, и сказал: сия чяшя есть новый зявет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание. 26Ибо всякий ряз, когда вы едите хлеб сей и пьете чяшу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет.

23 Ср.: Ramis G. Los misterios de passion eomo objeto de la anamnesis en los textos de la misa del Rito Hispanieo // Estudio biblieo-teologieo. R., 1978. P. 110-115.

24 См., например, текст Institutio из анафоры свт. Иояння Златоуста в славянском переводе: «Иже. в нощь, в нюже предаяшеся» и т. д. Подобно и в тексте анафоры свт. Василия Великого, и в др. Восточных Литургиях.

когда-то тоже начинялось с этих слов. Так считает Дженнер25, а Лесли26 предполагает, что «Qui pridie quam pateretur» использовалось, скорее всего, в комбинации со словами «in ipsa noete qua tradebatur». Каброль27 указывает на интересный обычай, который возник в Испании, вероятно, в Толедо, уже после времен св. Исидора Севильского и, скорее всего, до X в., а именно, толедский архиепископ считал за благо заимствовать некоторые элементы из Литургии Константинополя (как, например, пение Agios и др.). Исследователь считает, что именно таким образом слова Institutio из Восточной Литургии могли попасть в состав анафоры испано-мосарабского обряда.

Тем не менее, в сохранившихся рукописях нигде не встречается заголовок «Pridie», и начальный текст повествования не содержит этого слова. В Liber Ordinum Episeopal S4 и толедском манускрипте T 35.6, текст Institutio надписан словами: «Missa seereta» («seereta» = «Тайная [вечеря]»). Кроме того, в Liber Ordinum Episeopal M56 после «seereta» на полях добавлено «seeundum euangelista matheus et mareus lueas et paulus apostolus» («Тайная [вечеря] согласно евангелистам Матфею и Марку, Луке и Павлу апостолу». — А. В ). При этом во всех рукописях и печатных изданиях молитва, следующая за Institutio, за редким исключе-нием28, названа молитвой Post Pridie, т. е. «после Pridie».

Последовательность Institutio такова. После чтения Adesto adesto Jesu или непосредственно за молитвой Post Sanetus священник начинает повествование словами29: Dominus noster Jesus Christus in qua noete tradebatur aeeepit panem: et gratias agens benedixit ae fregit: deditque diseipulis suis dieens («Господь наш Иисус Христос в ту ночь, в которую был предан, взял хлеб, и, благодарив, благословил, и преломил, и дал ученикам своим, говоря». — А. В ). На слове «benedixit» он творит обряз креста над евхаристическим Хлебом, затем продолжает: Aeeipite et mandueate. Hoe: est: eorpus: meum: quod: pro: vobis: tradetur («Примите и ядите, сие есть тело Мое, которое за вас предается». — А. В.) и возносит Агнца. После этого священник говорит: Quotieseumque mandueaveritis: hoe faeite in meam eommemorationem («Всякий раз, когда будете есть, сие творите в Мое воспоминание». — А. В.) и, произнося «in meam eommemorationem», благословляет верных. Хор или народ отвечает: Amen. Священник продолжает: Similiter et ealieem postquam eenavit dieens. Hie est: ealix: novi: testamenti: in: meo: sanguine: qui: pro: vobis: et: pro: multis: effundetur: in: remissionem: peeeatorum («Подобным образом и чашу после вечери, говоря: сие есть чаша Новаго Завета в Моей Крови, которая за вас и за многих проливается во оставление грехов». — А. В.) и ня словах «hie est» благословляет Чашу. Затем Чаша, закрытая специальным пок-ровцом — филиолой (filiola), возносится над престолом. Священник возглашает, подобно тому, как он делал это во время вознесения Агнца: Quotieseumque

25 Jenner. Op. eit.

26 PL 85. Col. 550.

27 Cabrol. Op. eit.

28 Например, в мессе на вигилию Пасхи в Сакраментарии молитва, следующая за Post Sanetus, имеет надписание: Post Missam seeretam (Le Liber Mozarabieus Saeramentorum... P. 250).

29 Здесь и далее латинский текст приводится по: PL 85. Col. 116-117; 550-553. Орфогря-фия оригинала сохранена.

biberitis hoe faeite in meam eommemorationem («Всякий раз, когда будете пить, сие творите в Мое воспоминание». — А. В.), и во время произнесения слов «in meam eommemorationem», снова благословляет народ. Следует ответ: Amen. Священник завершает повествование словами: Quotieseumque («всякий раз, когда будете...» — А. В.) и т. д.

Обычай возношения Даров во время Institutio всеобщий, но он практиковался не везде одинаковым образом. Традиция двойного возношения, указанная выше, сходна с практикой, установившейся во Франции в XI в., которая затем распространилась в Риме и некоторых других Поместных Церквях30. Filiola (или palla), которой покрывается Чаша при возношении, иногда также называлась offertorium, потому что могла использоваться для сбора пожертвований верных во время приношения31. Рубрик, указывающих на благословение Агнца и Чаши, в рукописях нет. Missale Mixtum предписывает громко произносить слова «in meam eommemorationem», во время которых священник благословляет народ евхаристическим приношением. Из этого можно было бы сделать вывод, что остальной текст повествования читался тихо, однако Лесли32 и Каброль33 утверждают, что читать тихо — практика позднего происхождения, а в древности испанцы, равно как и французы, читали все повествование об Установлении во всеуслышание.

Вот полный текст Institutio, согласно Missale Mixtum, исключая молитву Adesto adesto Jesu, которая должна читаться в самом начале34:

Adesto adesto Jesu. Будь, будь, Иисусе.

Dominus noster Jesus Christus in qua Господь наш Иисус Христос в ту ночь, noete tradebatur aeeepit panem: et gratias в которую был предан, взял хлеб, и agens benedixit f ae fregit: deditque благодарив благословил f, и преломил, diseipulis suis dieens. и дал ученикам своим, говоря:

Aeeipite et mandueate. Hoe: est: eorpus: Примите и ядите, сие есть тело Мое, meum: quod: pro: vobis: tradetur. которое за вас предается.

Hic elevatur corpus. Здесь возносится Тело.

Quotieseumque mandueaveritis: hoe faeite Всякий раз, когда будете есть, сие тво-in meam f eommemorationem. рите в Мое f воспоминание.

Отвечают: Аминь35.

30 Cabrol. Op. eit.

31 Ibid.

32 PL 85. Col. 552.

33 Cabrol. Op. eit.

34 PL 85. Col. 116-117; 550-553.

35 На то, что здесь отвечают Amen, указывают слова, данные в качестве комментария в конце Institutio: Et qualibet viee respondeat Chorus. Amen («И везде подобно отвечает хор: Аминь». — А. В. ).

Similiter et ealieem postquam eenavit Подобным образом и чашу после ве-dieens. Hie f est: ealix: novi: testamenti: чери, говоря: сие f есть чаша Нового in: meo: sanguine: qui: pro: vobis: et: Завета в Моей Крови, которая за вас и pro: multis: effundetur: in: remissionem: за многих проливается во оставление peeeatorum. грехов.

Hic elevetur calix coopertus cum filiola. Здесь возносится чаша, покрытая филио-

лой.

Quotieseumque biberitis hoe faeite in Всякий раз, когда будете пить, сие тво-meam f eommemorationem. рите в Мое f воспоминание.

Et qualibet vice respondeat Ch.\ Amen. Отвечают: Аминь.

Quotieseumque mandueaveritis panem Всякий раз, когда будете есть хлеб сей hune et ealieem istum biberitis: mortem и пить чашу сию, будете возвещать Domini annuneiabitis donee veniet. In смерть Господню, доколе он придет во elaritatem f de eelis. славе f с небес.

R\ Chorus. Amen. Отвечают: Аминь.

Повествование о Тайной вечере в рукописях по смыслу идентично печатному Миссалу, хотя имеются некоторые грамматические расхождения и разница в формулировках. Укажем на основные из них. Так, в толедском манускрипте T 35.6 повествование начинается со слов: Quoniam Dominus Ihesus, in qua noete tradebatur («Ибо Господь Иисус, в ту ночь, в которую был предан»), а вместо «gratias agens benedixit ae fregit: deditque diseipulis suis dieens» написано «gratias agens, fregit et dixit» («возблагодарив, преломил и сказал», фраза, дословно заимствованная из 1 Кор 11. 24, согласно латинскому переводу Вульгаты). Во всех рукописях перед словами hoe faeite отсутствует фраза «Quotieseumque mandueaveritis». В T 35.6 перед возглашением «Hie (est) ealix», напротив, добавлены слова, близкие к Мф 26. 27: «aeeepit et gratias egit, et dedit illis, dieens» («взял и благодарил, и подал им, говоря». — А. В ). Есть и другие отличия.

Institutio в современном испанском Missale Hispano-Mozarabieum во всем соответствует тексту из Missale Mixtum, за исключением начальных слов, где вместо «Dominus noster Jesus Christus in qua noete tradebatur» напечатано «Qui pridie quam pateretur», как в римском обряде. Далее следует: aeeepit panem et gratias agens и т. д. в точности, как в Missale Mixtum.

Следует отдельно сказать про Установительные слова. Их текст, которому, как было указано выше, в средневековом католическом богословии придавалось огромное значение, отличается от римских. Согласно Мораледа и Эстебан36, первый раз Рим всерьез обратил на это внимание в 924 г., когда в связи с подозрениями в адопцианстве в Испанию был послан папский легат. Познакомившись с испанской мессой, он одобрительно отозвался о ней, отвергнув подозрения в ереси, но обратил внимание на форму Установительных слов. Папа определил изменить формулировку испанского обряда на римскую37. Судя по всему, это не

36 Moraleda y Estaban J. El Rito Mozarabe. Toledo, 1904; Jenner. Op. eit. P. 612.

37 На римской мессе эти слова звучат так — о хлебе: Hoe est enim Corpus meum («Сие ибо есть Тело Мое». — А. В.). О вине: Hie est enim Calix Sanguinis mei, novi et aeterni testamenti: mys-

было сделано, так как и в рукописях, и даже в первом печатном Missale Mixtum 1500 г. по-прежнему стояли слова, отличные от римского чина. Римский понтифик снова обратил внимание на это несоответствие и высказал свое неодобрение. В последующих изданиях Миссала появилось примечание, напечатанное на полях38, в котором предписывалось использовать не испанскую форму Уста-новительных слов, а римскую, которая была напечатана здесь же, внизу листа. Есть доказательство, что в первоначальном издании кардинала Хименеса такого замечания не было. В Британском музее хранится один чрезвычайно интересный экземпляр Missale Mixtum, где к пергаменту прикреплен дополнительный лист с текстом римских Установительных слов и соответствующим комментарием. В последующих изданиях это добавление печаталось на полях (лист 5 и лист 230, по изданию Лесли), а Минем (PL 85) оно было помещено в сноску.

Испано-мосарабская формула «Hoe est eorpus meum» («Сие есть Тело Мое». — А. В.) взята из 1 Кор 11. 24, в то время как вторая половина фразы — «quod pro vobis tradetur» («которое за вас предается». — А. В.) — заимствована из Лк 22. 19 («quod pro vobis datur» в Вульгате). Римская форма «Hoe est enim eorpus meum» («Сие есть ибо Тело Мое». — А. В.) соответствует Литургии ап. Марка, и такая же формула была, судя по письмам псевдо-Германа, в галликанской Литургии, где Institutio построено на Мф 26. 2639. Установительные слова о Чаше в испано-мосарабском обряде основаны на 1 Кор 11. 25 с вставками из Лк 22. 20 и Мф 26. 28. Слова «Hie est ealix novi testamenti in meo sanguine», отличающиеся от текста Вульгаты, соответствуют древней латинской версии перевода Лк и 1 Кор, которая цитируется Седулием Скотом и папой Григорием II40. Римская формула звучит несколько иначе: «Hie est enim ealix sanguinis mei» («Сие есть ибо Чаша Крови Моей». — А. В.), такие же точно слова использовались и в галликанском обряде41.

Итак, как уже было сказано, повествование о Тайной вечере древней испанской Литургии очень близко к тексту 1 Кор 11. 23—26. Отличие состоит в том, что в общий для апостольского послания и Institutio текст вставлены дополнительные слова и выражения, в большинстве случаев заимствованные из Евангелия. Ниже сопоставлен текст послания ап. Павла по латинскому переводу Вульгаты со словами Institutio испано-мосарабской анафоры согласно Missale Mixtum. Для

terium fidei: qui pro vobis et pro multis eflundetur in remissionem peccatorum («Сие есть ибо Чаша Крови Моей, нового и вечного Завета, таинство веры, которая за вас и за многих прольется во оставление грехов». — А. В).

38 Текст этого примечания гласит: Forma ista consecrationis ponitur ne antiquitas ignoretur. Sed hodie servetur Ecclesiae traditio. Vide infra. (Дословно: «Данная форма освящения помещается [дабы] не игнорировалась древность, но ныне служится [по] церковной традиции. Смотри внизу». — А. В.) (PL 85. Col. 116; 550. См. также: Le Liber Mozarabicus Sacramentorum... P. XXV; Jenner. Op. cit. P. 621; Cabrol. Op. cit.).

39 Cabrol. Op. cit.; cм. также: Ткаченко А. А. Галликанский обряд // Православная энциклопедия. М., 2005. Т. 10. С. 365.

40 Ibid.

41 Ibid.

зо

фраз, отсутствующих в апостольском послании, указаны параллельные места из синоптических Евангелий.

1 Cor 11. 23-26

23ego enim aeeepi a Domino

quod et tradidi vobis quoniam

Dominus Iesus

in qua noete tradebatur

aeeepit panem

24et gratias agens

fregit et dixit42

hoe est eorpus meum pro vobis

hoe faeite in meam eommemorationem 25similiter et ealieem postquam eenavit dieens hie ealix novum testamentum est in meo sanguine

hoe faeite

quotienseumque bibetis in meam eommemorationem 26quotienseumque enim mandueabitis panem hune et ealieem bibetis mortem Domini adnuntiatis donee veniat

PL 85. Col. 116-117; 551-553

Dominus noster Jesus Christus

in qua nocte tradebatur

accepit panem

et gratias agens

benedixit ac fregit,

deditque discipulis suis dicens. Lc 2219

Accipite et manducate Mt 26. 26; Mc14. 22

hoc est corpus meum

quod pro vobis tradetur. Lc 22. 19

Quotiescumque manducaveritis 1 Cor 11 26

hoc facite in meam commemorationem

similiter et calicem

postquam cenavit dicens.

Hic est calix novi testamenti

in meo sanguine

qui pro vobis 1 Cor 11 24; Lc 22. 20

et pro multis effundetur Mt 26. 28; Mc 14 24

in remissionem peccatorum Mt 26. 28

Quotiescumque biberitis 1 Cor 11 25

Hoc facite

in meam commemorationem quotiescumque manducaveritis panem hunc et calicem istum biberitis mortem Domini annunciabitis donec veniat In claritatem de celis.

Последние слова — quotieseumque mandueaveritis panem hune et ealieem istum biberitis и проч. — являются краткой формой испано-мосарабского анамнеси-са (Anamnesis), который иногда получает свое развитие в последующей молитве Post Pridie. Текст анамнесиса одинаков во всех печатных Миссалах (включая MM и MHM), а также совпадает с текстом рукописи S4. В толедском манускрипте T 35.6 «panem hune» заменено на «panem istum» и помещено перед словом «mandueaveritis». Кроме того, в T 35.6 и M56 после слова «ealieem» отсутствует «istum».

42 «Fregit et dixit» — точно так в T 35.6.

По всем источникам к рассказу о Тайной вечере из 1 Кор в конце добавлена небиблейская фраза: «In claritatem de celis» («в сиянии с небес». — А. В ). Эта вставка является особенностью испано-мосарабского обряда. Интересен тот факт, что под влиянием евхаристических молитв «In claritatem de celis» было включено и в текст Св. Писания. А именно, когда во св. Четверг Вечери Господней (т. е. на Страстной седмице — Feria quinta in Cena Domini) на Литургии читается апостольское послание 1 Кор 11. 20—34 с повествованием о Тайной вечере, то после слов «mortem Domini annunciabitis, donec veniat» следует «in claritatem de celis» («будете смерть Господню возвещать, доколе грядет в сиянии с небес». — А. В.)43. На самом деле этой фразы нет ни в одном списке ни греческого, ни латинского Нового Завета. Во всех рукописях, а также в реформированном Missale Hispano-Mozarabicum после священнического возглашения анамнесиса следует ответ хора или народа: Sic credimus, Domine Ihesu («Так веруем, Господи Иисусе». — А. В.)44.

Рассмотрев текст повествования о Тайной вечере в анафоре испано-моса-рабского обряда, мы видим, что он не содержит существенных разночтений и идентичен во всех источниках от IX в. и до наших дней. Исключение составляет лишь молитва Adesto adesto Jesu, которая помещена в начало повествования, согласно Миссалу кардинала Хименеса. Само последование основано на послании ап. Павла 1 Кор 11. 23—26 с незначительными вставками из синоптических Евангелий. Форма Установительных слов отличается от римской. Текст повествования о Тайной вечере, как и вся анафора испано-мосарабского обряда, представляет собой важный литургический источник для знакомства с евхаристическим богословием Древней Церкви и подлежит дальнейшему изучению.

Ключевые слова: испано-мосарабский обряд, латинские евхаристические молитвы, Тайная вечеря, анафора, анамнесис, эпиклесис, Institutio.

The Institution Narrative of the Hispano-Mozarabic Eucharistic Prayer

A. Volkov

The paper analyzes the Institution narrative ofthe Eucharistic Prayer ofthe Hispano-Mozarabic rite, which belongs to the group of ancient non-Roman Latin liturgies. The

43 Sequentia Epistole beati Pauli Apostoli ad Corinthios (I. XI) — Feria quinta in Cena Domini (PL 85. Col. 409).

44 Подобный ответ народа («Веруем и исповедуем») во время анамнесиса есть в греческом тексте Литургии ап. Иакова.

study draws upon a few 9th-11th-century liturgical manuscripts, and on a number of printed Missals from the 16th century onwards. The contents of the Intstitution narrative is examined from the perspective of both theology and liturgical history; a textological analysis and a comparison with the New Testament sources is also provided. The paper pays special attention to an interpolation in the Institution narrative, which emerged in the first printed edition of the Hispano-Mozarabic Missal of AD 1500.

Keywords: Hispano-Mozarabic rite, Latin Eucharistic prayers, the Lord’s Supper, anaphora, anamnesis, epiclesis, Institution Narrative.