Воронежцам дали выговориться

Воронежцам дали выговориться

Фестиваль документального театра показал спектакли о прошлом и наболевшем

В Воронеже на минувших выходных завершился третий фестиваль документального театра «Вербатимфест». Организованный негосударственным Новым театром проект собрал более 1 тыс. зрителей на своих площадках, свыше 12 тыс. человек посмотрели онлайн-трансляции. С каждым годом на фестиваль приезжают все более разнообразные спектакли, убедился корреспондент «Ъ-Черноземье» Александр Прытков.

1 / 5

Третий фестиваль документального театра «Вербатимфест» прошел в Воронеже с 5 по 15 октября. Его организатором стал негосударственный Новый театр, сцена которого стала основной площадкой для спектаклей. Всего прошло 12 показов десяти постановок. Кроме того, состоялось несколько лекций и мастер-классов режиссеров, драматургов, актеров, фотографов и критиков, а также четыре творческие лаборатории для подростков, посвященные драматургии, хореографии, фотографии и театру.

По данным Нового театра, спектакли и лекции посетили более 1 тыс. зрителей, еще 40 человек участвовали в лабораториях. С учетом онлайн-трансляций некоторых мероприятий аудитория превысила 12 тыс. Бюджет фестиваля составил около 3 млн руб. Его основная часть пришлась на грант от Президентского фонда культурных инициатив.

Одной из главных целей фестиваля заявлялось вовлечение подростков в театральные процессы (Новый театр в основном работает как раз на эту аудиторию). Как следует из грантовой заявки проекта, благодаря документальному языку спектаклей, «когда подросток понимает, что нет выдуманных персонажей, а есть реальные люди, он погружается в честную атмосферу и проживает все происходящее на сцене вместе с героями»: «Театральное действие вызывает разные чувства у подростков и способно через чувственное восприятие расширять эмоциональную память».

В этом году организаторы представили разнообразные формы документального театра. Впервые программа отчетливо разделилась на несколько направлений. Первое — память. Сразу два проекта были посвящены недавней эпохе — девяностым годам. Так, организаторы довезли до Воронежа спектакль «Квадрат» Плохого театра из Санкт-Петербурга. Плохой — потому что не имеет собственной площадки и постоянной труппы, а спектакли принципиально показывает бесплатно, предлагая уже после просмотра вознаградить любой суммой, если такое желание появится.

«Квадрат» — пьеса режиссера Дмитрия Крестьянкина, в которой он собрал свои воспоминания и воспоминания друзей о детстве в девяностых. Как такового единого сюжета нет, но по мере взросления персонажей появляются все приметы того времени: дефицит продуктов, митинги, игры (в видеоприставки и, конечно, «квадрат»), школьные дискотеки, разборки с гопниками и прочее. Атмосферу создает саундтрек из хитов той эпохи — от «Иванушек International» до Scooter и «Сплина», под которые можно было даже танцевать. Автор рос в Туле, но, судя по рассказам персонажей его пьесы, там происходило все то же самое, что и с корреспондентом «Ъ-Черноземье» в Воронеже — местами даже жестче.

При этом «Квадрат» показывает и темную, и светлую стороны девяностых. Здесь есть место и юмору (например, совершенно нелепые разговоры с девушками на дискотеках), и острым социальным высказываниям («Шла война. Официально она называлась “операция по восстановлению конституционного порядка в Чечне”»), и своего рода ликбезу для не заставших то время («Раньше нам покупали одежду на вырост от безысходности, сейчас это называется оверсайз»). Спектакль дал возможность в небанальной форме вспомнить, как жилось почти 30 лет назад, и даже посмеяться над вещами, которые сейчас кажутся ужасными. Для подростков «Квадрат» тоже оказался полезным — одна из юных зрительниц во всеуслышание порадовалась, что родилась уже в XXI веке.

Другая постановка на эту же тему была рассчитана однозначно на юную аудиторию. Возможно, поэтому в сравнении спектакль «Чистые враки» московского «Арт-проекта» по рассказам Александр Блинова показался куда более бледным. Это были универсальные истории про отказ главного героя-ребенка от каких-то блюд, про праздники, ухаживание за собакой.

Второе направление — образовательное. В разных формах зрителям рассказали об Анне Франк (санкт-петербургский театр «Цехъ») и финансах Александра Пушкина (московский «Театр.doc»). И если для взрослого зрителя история Анны Франк в целом ничего нового не принесла, то «Пушкин и деньги» предоставил множество фактов: постановщики исследовали вопрос, сколько поэт зарабатывал и тратил.

Третье — создание спектакля прямо здесь и сейчас. В легкой и веселой форме это сделал Тверской театр юного зрителя в импровизационном проекте «ТЮЗ. Контакт». ТЮЗ обратился к жанру плейбек-театра, в котором зрители рассказывают свои реальные истории, а актеры и музыканты тут же их разыгрывают. Проект предполагает несколько форматов показа историй (например, «Пять фотографий», «Клип», «Синхрон»), но особенности каждого известны только артистам. Зрителям оставалось только догадываться, что значит тот или иной формат. К тому же успех зависел в том числе и от самих рассказов. Зрители ими остались довольны.

Куда более неоднозначным оказался Black box. Этот проект режиссера Виталия Федорова в принципе сложно назвать спектаклем, организаторы охарактеризовали его как «сеанс арт-терапии или исповедь». В полной темноте зрители сначала перемешиваются и рассаживаются на новые места, а потом могут зайти в специальную комнату и с помощью изменяющего голос микрофона рассказать о наболевшем. Действо идет до тех пор, пока не останется желающих выговориться, при этом покинуть зал можно в любое время.

На одном из воронежских показов пару раз люди высказывались по поводу спецоперации на Украине, но в основном зрители говорили о другом. Основной темой все равно стала смерть — многие рассказывали о потере близких. И, как показалось, без режиссуры здесь все же не обошлось — к теме постоянно возвращались, и не всегда естественно: кто-то рассказывая о гибели своего домашнего животного, ни разу не назвал его по имени, а только «моим питомцем». Другой спикер настойчиво и слишком уж гладко и литературно призывал аудиторию «проживать жизнь, а не писать ее как черновик».

Ограничений для зрителей не было. Как только воцарялась тишина и ведущий объявлял обратный отсчет до включения света, в комнату устремлялись люди (некоторые по второму разу). Но большинство — лишь за тем, чтобы сказать спасибо.