Политическое поведение россиян (часть 1)

А.В. Андреенкова

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОВЕДЕНИЕ РОССИЯН

АНДРЕЕНКОВА Анна Владимировна — кандидат политических наук, Институт сравнительных социальных исследований (ЦЕССИ). Руководитель проекта «ESS-Россия». E-mail: anna.andreenkova@cessi.ru

Статья посвящена изучению политических взглядов и политического поведения людей в разных европейских странах, в том числе в России. Выявлен ряд сходств и различий в политических ценностях и политическом поведении россиян и населения страны Европы. Данные Европейского социального исследования.

Ключевые слова: политическое поведение, политические взгляды, демократические институты, переходный период, политическая компетентность.

В начале 90-х годов прошлого века Россия вступила на путь построения рыночных отношений в экономической сфере и демократических преобразований в сфере политической. За время реформ были проведены пять парламентских выборов и четыре президентских, заложены основы многопартийности и выработаны основные юридические правила борьбы за политическую власть.

Можно выдвинуть две гипотезы о характере и специфике политической культуры России в настоящее время — назовем одну из них гипотезой «политической уникальности», а вторую — гипотезой «закономерного развития». Гипотеза «политической уникальности» состоит в том, что политическая культура России по многим параметрам отличается сегодня от политической культуры других стран Европы. Причины связаны с историей страны, ее политическими традициями, уровнем экономического развития и особенностями экономики, географии а также своеобразием политических институтов — наследников советской системы.

Однако можно предположить, что сложившийся тип политической культуры России является необходимым этапом развития демократической системы, через

который проходят в той или иной форме все страны, вступившие на путь построения демократии в конце 80-х — начале 90-х годов прошлого века, в отличие от стран, которые прошли этот путь гораздо раньше — во второй половине XIX и до середины XX века. Назовем этот подход гипотезой «закономерного развития». Можно предположить, что для всех стран, вступивших на демократический путь развития в поздний период, будут характерны общие черты политической культуры. При этом страны, которые находятся на пути перехода к демократии дольше или по другим причинам продвинулись дальше, будут ближе по своим характеристикам к «развитым» демократиям, указывая вектор развития для остальных. Далее мы постараемся проверить, какая из этих гипотез подтверждается данными ESS.

Перед нами также стоит вопрос, происходит ли сближение различий между Россией и Западом в плане фундаментальных политических ценностей и политического поведения или Европа по-прежнему разделена на Восток и Запад, приобретает ли Россия черты, сходные с политико-культурными характеристиками западных обществ, или идет, как это уже бывало в российской истории, «своим» путем.

Отличительной чертой старых демократий Западной Европы на этапе модернизации принято считать относительно высокий уровень политического участия17. Однако эмпирические данные говорят о том, что мотивация и формы, в которых выражается участие, в последние десятилетия сильно изменились, наблюдается переход от традиционных электоральных форм участия к новым формам «прямого» участия и протеста. Другим важным изменением в политических культурах Западной Европы является тенденция к ослаблению традиционных групповых связей (религиозных, классовых и т.п.), которые до недавнего времени служили основой политического выбора, на смену им приходит индивидуализация выбора. В странах Западной Европы идет процесс ослабления партийных привязанностей, рост значимости индивидуальных свобод (в частности, свободы слова) и самоопределения18, помимо традиционной экономической эффективности выдвигаются новые критерии оценки работы политической системы. Все это привело к более критическому отношению населения к работе политических институтов, уменьшению доверия и большей неудовлетворенности работой политической системы в некоторых

17

Huntington S.P. Postindustrial Politics: how benign will it be? // Comparative Politics. -

1974. - No 6. - P. 163-191.

18

18 Inglehart R. The silent revolution: changing values and political styles among Western Publics. Princeton. - NJ: Princeton University Press. 1977. - 482 p.

западноевропейских странах. Таким образом, на этапе политической трансформации находятся не только страны, вступившие на путь демократического развития в последние десятилетия, но и страны развитых демократий. Весь европейский мир сегодня переживает значительные по масштабам и значимости изменения в структуре населения, их взглядов и ценностей, находится на этапе формирования новых взаимосвязей и взаимоотношений людей и политической системы.

В большинстве стран с давно сформировавшейся демократической системой доля людей, хотя бы отчасти интересующихся политикой, составляет около половины взрослого населения. Из них сильно интересуются политикой — не менее 10%. Сравнительные межстрановые исследования последних двух десятилетий показали, что уровень интереса населения к политике в европейских странах неодинаков. В странах Южной Европы (за исключением Греции) население интересуется политикой гораздо меньше, чем в североевропейских странах. Об этом говорят данные, которые были собраны по крайней мере в последние 20 лет. Выдвигались два основных объяснения таких различий - уровень экономического развития и длительность функционирования, «зрелость», демократии.

Данные ESS подтверждают, что интерес граждан к политике в странах Средиземноморья ниже, чем в Северной и Центральной Европе. К странам с высоким интересом населения к политике относятся все скандинавские страны, север и центральная часть континентальной Европы. В скандинавских странах в среднем 56% населения очень или хотя бы в некоторой степени интересуются политикой, в центральной континентальной Европе - 53%. Исключение из старых традиционных демократий составляет Франция, где интерес граждан к политике ниже, чем в других странах этой группы (45%). В средиземноморских странах политикой интересуется лишь треть населения (36%).

В целом в Европе сложились разные модели взаимодействия граждан и политической системы, выраженные через интерес людей к политике. В некоторых странах такой интерес очень высок, как, например, в Дании (68%), а в некоторых -очень низок (26-28% в Испании и Португалии). Из этого следует, что существование демократических правил и институтов даже на протяжении довольно долгого времени не гарантирует тесную связь населения и политической системы даже на столь базовом уровне, как интерес граждан к политике.

Еще более сложным и интригующим вопрос об интересе людей к политике становится, когда мы говорим о странах, находящихся на этапе трансформации политической системы, являются «новыми демократиями». В Европе к ним относятся страны Восточной и Юго-Восточной Европы, страны Балтии, Россия и отчасти Португалия. Можно было бы предположить, что в этих странах интерес к политике должен находиться на довольно высоком уровне. Этому способствует несколько факторов — большое влияние политических событий на каждодневную жизнь людей, большое количество происходящих в сфере политики событий, высокая зависимость курса страны от личности политиков и сил, находящихся у власти в условиях неустоявшихся политических институтов, большие усилия лидеров мобилизовать население для своей поддержки. С другой стороны, можно выдвинуть аргументы и в пользу того, что интерес граждан к политике в условиях политических трансформаций должен быть невысок. В частности, традиционные связи людей с политической системой разрушены, а новые пока не сформировались; значимость экономической составляющей в жизни людей гораздо выше, чем политической, люди тратят время и усилия на адаптацию к новым экономическим условиям, а не на общественную жизнь; значимость и доверие коллективным действиям в целом и политическим действиям, в частности, довольно низки.

Таблица 1.

Интерес к политике в европейских странах

Очень интересу ЮТСЯ ПОЛИТИКО Й В НЕКОТОРОЙ СТЕПЕНИ ИНТЕРЕСУ ЮТСЯ ПОЛИТИКОЙ Мало ИНТЕРЕСУ ЮТСЯ Совсем не интересуются Затрудняют СЯ ОТВЕТИТЬ ИЛИ ОТКАЗАЛИСЬ ОТ ОТВЕТА Отличие % ИНТЕРЕСУЮЩИХСЯ ПОЛИТИКОЙ ОТ СРЕДНЕЕВРОПЕЙСКОГО УРОВНЯ**

Дания 19 49 26 6 0 +21

Нидерланды 11 52 26 11 0 +16

Швеция 15 47 30 8 0 +15

Швейцария 14 42 33 11 0 +10

Германия 16 38 36 10 0 +7

Великобритания 11 41 28 20 0 +5

Австрия 14 36 39 10 1 +4

Норвегия 9 39 44 8 0 +1

Финляндия 7 40 41 12 0 +1

Украина 11 36 39 14 0 0

Болгария 7 39 27 26 1 0

Ирландия 10 35 29 25 0 -1

Франция 13 33 36 19 0 -1

Бельгия 8 37 34 22 0 -2

Словения 7 36 35 21 0 -3

Россия 8 35 34 23 0 -4

Венгрия 10 32 35 23 0 -5

Эстония 7 34 44 14 0 -5

Польша 6 32 44 18 0 -8

Кипр 11 28 40 22 0 -8

Словакия 6 31 48 14 0 -9

Румыния 4 24 43 28 0 -18

Португалия 5 23 33 38 0 -18

Испания 6 20 38 36 0 -21

Латвия 4 22 50 24 0 -21

По данным Европейского социального исследования, в странах, которые находятся на этапе трансформации политической системы, интерес граждан к политике несколько ниже, чем в старых развитых демократиях (табл. 1). Здесь доля граждан, которые интересуются политикой, колеблется от 37 до 46%. Самый низкий интерес к политике проявляют граждане Латвии и Румынии, самый высокий — Украины и Болгарии. В среднем по всем этим странам хотя бы отчасти интересуются политикой 39% граждан, что существенно ниже западноевропейского уровня, однако немного выше, чем в Средиземноморье.

Россия находится в середине списка европейских стран по уровню интереса населения к политике — 43% россиян хотя бы отчасти интересуются политикой и политическими делами. Очень похожи на Россию в этом отношении Словения (43%), Венгрия (42%), Эстония (41%), Польша (39%) и Словакия (37%). Лишь в двух странах Восточной Европы интерес к политике выше, чем в России и в среднем в регионе, -это Украина и Болгария (47% и 46% соответственно).

В странах с давними демократическими традициями интерес граждан к политике довольно стабилен и мало изменяется во времени. Хотя выдвигаются гипотезы, что интерес граждан к политике в период постмодернизационного этапа развития должен снижаться. Это может произойти за счет разрушения традиционных групповых связей, ослабления роли политических партий, роста индивидуализма. Однако, возможно, интерес к политике в этих странах будет даже расти, так как увеличиваются информационные и интеллектуальные ресурсы общества (большая доля людей с высшим образованием, больший доступ населения к информации). Пока

существенных изменений в отношении интереса граждан к политике за последние два десятилетия не наблюдается. Данные ESS говорят о том, что уровень интереса к политике остается на относительно стабильном высоком уровне. По данным Евробарометра, в 12 странах Европы интерес граждан к политике в 1988 г. составлял в среднем 43%, в 1990 - 44%, в 1994 - 43%.

В «новых демократиях» Европы ситуация гораздо менее стабильна. В первые годы после реформ после непродолжительного всплеска интереса граждан к политике и политическим событиям и новостям, интерес к политике резко упал. Некоторые исследователи объясняли это разочарованием, нереализованными надеждами на быстрое улучшение качества жизни, которые испытывали жители Восточной Европы, эффектом «конца медового месяца». Такое падение интереса к политике мы наблюдали и в России. По данным совместного американо-российско-эстонского проекта «Участие граждан в политике и управлении» 1991 г., интерес к политике проявляли 62% населения. В 1993 г. интерес к политике упал до 40% и продолжал снижаться вплоть до середины 90-х годов, а затем на некоторое время стабилизировался. По данным ESS 2006 г., 43% населения России 15 лет и старше проявляли очень или довольно большой интерес к политике, т.е. немного больше, чем в 90-х, но гораздо меньше, чем в дореформенные годы. Доля тех, кто совсем не интересуется политикой, постоянно росла и в 2006 г. составила 23%.

Интерес к политике в России у разных социально-экономических и демографических групп неодинаков — он связан с такими социальными характеристиками, как уровень образования, возраст, пол и социальное положение.

Интерес к политике в России во многом связан с уровнем образования (связь между этими показателями довольно велика, коэффициент корреляции Пирсона составляет -.25, p<0.000). Если среди людей с высшим образованием очень интересуются политикой 14% и еще 43% интересуются ею хотя бы в некоторой степени, то среди людей без высшего образования высокий интерес к политике проявляют лишь 5% и 32% испытывают хотя бы некоторый интерес. Доля тех, кто совсем не интересуется политикой, наиболее высока среди людей с незаконченным средним образованием (28%). Среди тех, кто имеет высшее образование, таких наполовину меньше (11%).

Во всех европейских странах интерес к политике связан с уровнем образования населения. Среди высокообразованных групп доля тех, кто интересуется политикой, существенно выше, чем среди малообразованных групп. Коэффициент корреляции между этими переменными статистически значим во всех странах и варьируется от

0.17 в Украине до 0.35 в Португалии.

Не только образование, но и социальное положение оказывается тесно связанным в России с интересом к политике. Наиболее велика доля интересующихся политикой среди руководителей, военных и пенсионеров. Относительно высокий уровень интереса к политике проявляют еще две социальные группы -предприниматели и интеллигенция. Меньше всего интересующихся политикой среди рабочих и крестьян, а также среди служащих и студентов.

Гендерный фактор играет немаловажную роль в определении интереса граждан к политике. Мужчины проявляют к политике гораздо больший интерес, чем женщины -11% среди мужчин очень сильно интересуются политикой и 39% хотя бы в некоторой степени интересуются, среди женщин таких 4% и 30% соответственно. Среди женщин более четверти (27%) вообще не интересуются политикой, среди мужчин таких лишь 17%.

В России интерес к политике тесно связан с возрастом. Политикой в большей степени интересуются люди старшего возраста и меньше всего молодежь. Условно россиян можно разделить на четыре возрастные группы, каждая из которых показывает разный уровень интереса к политике: молодежь 15-19 лет (интерес к политике проявляют лишь около 20%); молодежь от 20 до 30 лет (интерес к политике проявляют чуть меньше 40%); лица от 30 до 50 лет (интерес к политике проявляют около 45%); и лица старше 50 лет (интерес к политике проявляют более 50%).

Причиной различий в уровне интереса к политике на разных этапах жизни может быть наличие свободного времени, осознание важности политики для жизни человека и его семьи, опыт взаимодействия с людьми и с властями и т.п. Однако взаимосвязь возраста и интереса к политике может быть вызвана и эффектом «смены поколений», когда у людей одного поколения, прошедших раннюю политическую социализацию в сходных условиях и усвоивших одинаковые идеи, принципы и навыки, формируется сходный уровень интереса к политике, который они проносят через всю жизнь. При этом у другого поколения уровень интереса к политике может быть другим. Более

вероятным могло бы стать объяснение эффектом «жизненного цикла». Косвенное подтверждение этой гипотезе мы находим в поступательном росте интереса к политике в каждой возрастной группе, хотя поколенческие различия между этими группами довольно велики и разнонаправлены. Так, поколение людей старше 50 лет прошло период политической социализации в Советском Союзе в 70-х годах прошлого века и ранее, среднее поколение социализировалось в период бурных политических трансформаций конца 80-х — начале 90-х, молодежь до 30 лет усваивала свои политические навыки и ценности уже в 90-х, в условиях новых политических правил.

Если связь интереса к политике и образования проявляется во всех европейских странах, то связь интереса к политике и возраста является особенностью лишь некоторых стран. В Дании, Франции и Бельгии интерес к политике и возраст связаны очень мало, в Нидерландах, Финляндии и Польше эта связь есть, но очень слабая. В нескольких странах молодежь показывает более высокий интерес к политике, чем люди старших возрастов. Таких стран лишь несколько, лидируют среди них по силе связи этих двух показателей Португалия и Испания (коэффициент корреляции 0.13 и 0.10 соответственно). Наиболее сильная линейная связь возраста и интереса к политике на Кипре (-0.25), в Норвегии (-0.24), Болгарии (-0.23), Ирландии (-0.22), Украине (-0.21) и Словакии (-0.20).

Россия практически не отличается от других стран Восточной Европы в том, как проявляется связь интереса к политике и возраст. Почти во всех этих странах коэффициент корреляции возраста и интереса к политике составляет от -0.14 (в Эстонии) до -0.23 (в Болгарии). Россия располагается посередине — коэффициент корреляции между этими двумя переменными -0.16.

Рассмотрим комплексную взаимосвязь базовых социально-демографических и социально-профессиональных переменных с помощью регрессионного анализа. Интерес к политике мы попытаемся объяснить через такие переменные, как пол, возраст, образование и социальное положение.

Таблица 2.

Интерес к политике в России и социально-демографические параметры

Нестандартизованные регрессионные коэффициенты Стандартизованные регрессионные коэффициенты

B Std. Error Beta

Константа 3,08 0,09

Пол 0,36 0,04 0,20**

Возраст -0,01 0,01 -0,20**

Образование -0,08 0,02 -0,26**

Социальный класс -0,02 0,01 -0,05**

Примечание: ** коэффициент значим при p<0.000

Как видно из таблицы 2, пол, возраст и образование во многом объясняют интерес граждан к политике даже при учете их взаимовлияния. При этом больше всего на интерес к политике влияет образование, за ним следуют возраст, а затем гендерные различия. Влияние социального положение очень невелико. Стоит подчеркнуть, что в целом объяснительные возможности всех этих факторов в совокупности довольно малы, интерес к политике не зависит исключительно от социально-демографических и социально-экономических параметров, а во многом определяется и какими-то другими факторами.

Важной характеристикой взаимоотношений населения и политической системы является представление людей о том, могут ли они разобраться в политических вопросах. С одной стороны, у человека может недоставать ресурсов - временных, интеллектуальных, образовательных, информационных, чтобы понять все нюансы политических проблем. С другой стороны, сама политика (внешние условия) могут быть настолько сложными, что простому гражданину без знания всех деталей и внутренних механизмов трудно в ней ориентироваться. И в том, и в другом случае у человека складывается представление о своих возможностях ориентироваться в политике и, как следствие, в ней участвовать, возникает представление о своей политической компетентности. Если человек не верит в то, что у него есть возможности разобраться в политических вопросах, если он считает свою политическую компетентность низкой, у него может сложиться апатичное отношение к политике в целом, нежелание

участвовать в политических делах, стремление переложить политической выбор на других.

Внутренняя сторона политической компетентности измеряется в ESS с помощью вопроса «Насколько сложно или легко для Вас составить свое мнение по политическим вопросам?», внешняя — «Как часто политика кажется Вам настолько сложной, что Вы не в состоянии разобраться, что происходит?». В России уровень субъективной политической компетентности граждан (и внутренней, и внешней ее стороны) довольно низок. Лишь 14% россиян утверждают, что им «очень» или «довольно легко» составить свое мнение о политике, для 39% сделать это довольно сложно (40% считают, что где-то посередине и еще 7% затруднились ответить). В отношении внешних условий политической компетентности 25% людей считают, что политика для них никогда или редко бывает столь сложной, чтобы они не в состоянии были разобраться. Тех, кто очень или довольно часто не может разобраться в политических вопросах или событиях, гораздо больше — 36%. С 31% опрошенных это случается время от времени, и 7% россиян затруднились дать ответ.

Такой взгляд на свои способности разобраться в политике характерен не только для россиян, но и для граждан многих других стран, особенно «новых демократий». Например, в Украине 46% опрошенных отметили, что часто политика оказывается для них слишком сложной, что на 7% больше, чем в России. Часто не могут составить свое мнение по политическим вопросам на Украине 39% населения, что на 3% больше, чем в России. В среднем же по Европе проблемы с внешней или внутренней стороной политической компетентности ощущали 34% опрошенных.

Когда речь идет о восприятии гражданами своей политической компетентности, страны довольно трудно разделить на группы по развитости и времени существования демократической системы. Тем не менее, к странам, где наибольшая доля граждан довольно высоко оценила свои способности выносить суждения о политике, относятся страны с давними демократическими традициями — скандинавские страны (Норвегия, Дания, Швеция), а также Кипр, Германия и Великобритания; примерно такой же уровень субъективной политической компетентности у населения таких «новых» демократий, как Болгария, Словения, Польша, Венгрия и Словакия. По этому показателю Россия лишь немного отстает от Франции (20%), Португалии и Бельгии (21%).

Можно предположить, что различия в том, насколько политически компетентными считают себя жители разных стран, связаны с уровнем информированности людей о политике, доступом к политической информации и интересом к такой информации, уровнем доверия получаемой информации, политическими знаниями о принципах строения и функционирования своей политической системы, «законов политики» или, по крайней мере, уверенностью, что они этими знаниями обладают, прозрачности, открытости и предсказуемости действий разных политических субъектов. Очевидно, что каких-то из этих составляющих (если не всех) в России, как и в некоторых других странах, пока недостаточно.

Внутренняя и внешняя стороны политической компетентности довольно тесно связаны, хотя и не являются идентичными. В России связь двух этих показателей составляет -0.56 (р<0.000), в среднем по Европе — немного ниже (-0.46). Однако ведут себя эти показатели в разных странах по-разному. В большинстве стран примерно одинаковая доля людей считает, что может составить свое мнение о политике, и тех, для кого политика кажется простой и понятной. В нескольких странах доля тех, кто считает, что для них нет внутренних проблем составить мнение о политике, существенно больше, чем доля людей, которые считают саму политику простой (это Финляндия, Великобритания, Дания и Венгрия). В трех странах (Франция, Россия и Бельгия), наоборот, доля тех, кто считает политику несложной, существенно превышает долю тех, кому легко составить о ней свое мнение, т. е. восприятие внешней политической компетентности выше, чем внутренней.

Субъективная политическая компетентность в России, как и во многих других европейских странах, довольно тесно связана с образованием. Более образованным людям легче составить свое мнение по политическим вопросам, чем менее образованным. Но даже среди людей с высшим образованием тех, кому легко составить свое мнение о политике, лишь 29% (табл. 3).

Таблица 3.

Политическая компетентность и уровень образования в России

Внешняя сторона политической компетентности Внутренняя сторона политической компетентности

Образование Средняя по 5-балльной шкале Станд. откло- нение % Очень или довольно сложно* % Очень или довольно легко Средняя по 5-балльной шкале Станд. откло- нение % Редко политика кажется сложной % Часто политика кажется сложной

Незаконченная средняя школа и меньше 2,26 i,G3 61% 10% 3,71 i,2i 18% 59%

Законченная средняя школа 2,54 G,89 47% 11% 3,27 i,iG 25% 42%

Среднее специальное образование 2,63 G,79 41% 11% 3,16 i,G2 25% 36%

Незаконченное высшее 2,83 G,92 31% 22% 3,07 i,G5 26% 30%

Высшее 3,11 G,89 20% 29% 2,78 i,G7 41% 23%

Всего по выборке 2,64 G,93 42% 15% 3,21 i,i3 27% 39%

Примечание: для измерения субъективной политической компетентности в ESS используются две разные шкалы, и они разнонаправлены. Внутренняя сторона политической компетентности измеряется по шкале интенсивности (1 — очень сложно, 5 - очень легко составить свое мнение по политическим вопросам. Внешняя сторона компетентности измеряется шкалой частоты (1— никогда, 5 - очень часто политика кажется настолько сложной, что человек не в состоянии разобраться, что происходит). Разные типы шкал разной направленности использованы для того, чтобы уменьшить влияние метода измерения на ответы респондента.

* % от всех, кто дал определенный ответ на этот вопрос (исключая затруднившихся и отказавшихся отвечать).

Для того чтобы демократическая система эффективно функционировала и чтобы граждане чувствовали к ней свою причастность, а не отчужденность, в стране должна быть достаточно велика доля граждан, которые одновременно проявляют интерес к политике и считают себя компетентными. Согласно теориям модернизации, с ростом политических знаний и навыков, который начался в Европе еще с послевоенных лет, субъективная политическая компетентность граждан также будет постепенно расти. А значит, граждане, которые чувствуют себя более политически компетентными, будут обладать возможностями выносить свои суждения и действовать самостоятельно, не полагаясь на традиционные групповые связи. Сторонники этой теории говорят о том, что со временем во многом именно рост политической компетентности приведет к более широкому использованию населением неконвенциональных форм

политического участия и уменьшению значимости традиционных, электоральных форм политического участия, ожидается также ослабление связи с политическими партиями старого типа. Последствия увеличения политической компетентности в странах Восточной Европы, где никакие формы политического участия не являются традиционными, а стабильная связь с политическими партиями отсутствует, пока не ясны.

В России и внутренняя, и внешняя стороны политической компетентности связаны с интересом людей к политике — чем выше их интерес, тем выше и внутренняя, и внешняя компетентность. Сила связи их с интересом к политике почти одинакова (коэффициент корреляции с внутренней компетентностью — 0.42, с внешней — 0.45). В России связь интереса к политике и политической компетентностью сильнее, чем в среднем по Европе.

В России доля тех, кто проявляет большой интерес к политике («очень интересуется») и обладает внутренней политической компетентностью (очень или довольно легко разбирается в политических вопросах), составляет лишь 4%. Тех, у кого интерес к политике высок, но субъективная оценка своей политической компетентности средняя или низкая, — 11%. А тех, у кого и тот и другой показатель средние, - 24%. Людей, которые высоко оценивают свои возможности, но интереса к политике не испытывают, немного — 5%. Наибольшую группу в России составляет мало заинтересованная в политике и средне или слабо-компетентная группа граждан - 50%. Среди них большая часть (31%) тех, кто не испытывает интереса к политике и не чувствует в себе способностей в ней разобраться, а 19% тех, кто мало или совсем не интересуются политикой, а свои возможности разобраться в ней оценивает как средние.

Литература:

1. Левчик Д.А. Типы политического поведения населения // Социологические исследования. - 1997. - № 12. - С. 24-34.

2. Петухов В.В. Политические ценности и поведение среднего класса // Социологические исследования. - 2000. - № 3. - С. 23-32.

3. Супрун А.П., Янова Н.Г. Политический маркетинг: новый взгляд на рейтинг // Социологические исследования. - 2000. - № 2. - С. 51-62.

4. Evans G. , Whitefield S. Социально-классовый фактор политического поведения россиян // Социологические исследования. - 2000. - № 2. - С. 39-50.

5. Huntington S.P. Postindustrial Politics: how benign will it be? // Comparative

Politics. - 1974. - No 6. - P. 163-191.

6. Inglehart R. The silent revolution: changing values and political styles among

Western Publics. Princeton. - NJ: Princeton University Press. 1977. - 482 p.