Формы социальности человека и трактовка исторического процесса

создаваемыми условиями: и в той, и в другой в качестве таковых выступают специальные технические приемы, комплексы упражнений и методики тренировок, а во второй предполагается использование в качестве условий технических средств.

Содержание общепрофильных компетенций определяется через конкретизации содержания всех групп общекультурных компетенций с учетом особенностей профильной деятельности (деятельности по производству произведений искусств для художественно-эстетического направления; деятельность по производству оптимальных способов решения жизненных проблем для социально-педагогического направления и т.п.). Например, общепрофильные компетенции по художественно-эстетическому направлению будут представлены готовностью к проектированию деятельности по производству произведений искусств; готовностью к пониманию требований (инструкций) по производству произведений искусств, готовностью к познавательной деятельности, обеспечивающей получение знаний, необходимых для производства произведений искусств; готовностью к коммуникативной деятельности, осуществляемой через создание произведений искусств и т.п.

6 Характеристика профильных компетенций в дополнительном образовании

Профильные компетенции характеризуют готовность воспитанников к использованию средств, способов конкретных форм профильной деятельности. Так, профильные компетенции художественно-эстетического направления отражают содержание различных видов художественно-эстетической деятельности: пения, танца и т.п.

Содержание профильных компетенций отражают все виды действий и операций, которые входят в состав целостной профильной деятельности и ее основных форм. В компетентностной модели результатов дополнительного образования должна быть отражена последовательность освоения профильных компетенций. Этапы формирования профильных компетенций определяются базовыми общекультурными компетенциями: первый этап - этап исполнительской деятельности - обучение исполнительской деятельности заключается в освоении средств и способов деятельности соответствующего профиля (например, пения, танца и т.п.); второй этап - этап творческой деятельности - обучение способам проектирования деятельности соответствующего профиля (например, проектирование пения, танца и т.п.). На втором этапе можно выделить следующие подэтапы: 1) обучение планированию в соответствии с целью, поставленной педагогом (подбор средств, способов деятельности, последовательности действий); 2) обучение анализу ситуации и постановке цели; 3) обучение способам оценки результатов деятельности и процесса ее осуществления.

На первом и втором этапах планируется освоение сопутствующих профильным компетенциям основных и организационных видов деятельности (коммуникативной, познавательной, оценочной, художественно-эстетической, преобразовательной, деятельности по самообразованию, установлению социального взаимодействия и сохранению здоровья).

После определения содержания профильных деятельностных компетенций определяется содержание профильных ценностно-ориентационных и знани-евых компетенций, а также психологических и физиологических компетенций этого уровня.

Заключение

Предлагаемая структура компетентностной модели результатов дополнительного образования помогает составить целостное описание того, из чего складывается готовность обучающихся к самостоятельному осуществлению какой-либо деятельности - их компетентность. Эта структура позволяет упорядочить требования федеральных государственных образовательных стандартов (ФГОС) с учетом структуры и содержания деятельности человека, этапов и закономерностей его развития. Сам ФГОС содержит только содержание государственного образовательного заказа, отражающего наиболее значимые характеристики результатов образования. Для адекватной реализации этого заказа необходимо полное и целостное описание результатов освоения образовательных программ, что позволяет сделать структура компетентностной модели результатов дополнительного образования.

Список литературы

1 Ильенков Э. В. Философия и культура. - М. : Политиздат, 1991. - 464 с.

2 Каган М. С. Человеческая деятельность (Опыт системного анализа). - М.: Политиздат, 1974. - 328 с.

УДК 316.3

Р.Ю. Царёв

Курганский государственный университет

ФОРМЫ СОЦИАЛЬНОСТИ ЧЕЛОВЕКА И ТРАКТОВКА ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА

Аннотация. В статье указывается, что социальность человека может быть раскрыта с внешней и внутренней стороны, в соответствии с чем обнаруживаются два подхода к исследованию исторического процесса - структурный и антропологический. Расхождения между ними заключаются, прежде всего, в трактовке природы культуры и выполняемых ею в исторических системах функций, и в раскрытии динамики исторических систем.

Ключевые слова: социальность человека, структурная история, антропологическая история, тотальная история, исторические системы, культура, менталитет.

R.Y. Tsaryov Kurgan State University

FORMS OF HUMAN SOCIALITY AND THE INTERPRETATION OF THE HISTORICAL PROCESS

Abstract. The work shows internal and external sides of human sociality, which brings two approaches to the study of the historical process - structural and anthropological. Differences between the two are primarily in the interpretation of the nature of culture and its function in historical systems, and in regarding the dynamics of historical systems.

Keywords: human sociality, structural history, anthropological history, total history, historical systems, culture, mentality.

Социальная мысль пыталась объяснить развитие социальных систем на основе познания факторов, воздействующих на поведение и деятельность людей - выполняемых ими социальных функций, экономических, политических и иных структур, социальных форм их бытия, обусловленных традициями культуры и т.д. В этой связи можно выделить две формы бытия социальности человека - внешнюю и внутреннюю (понимая отсутствие непреодолимой границы между ними) - и соответственно, два подхода к ее раскрытию.

Первый подход заключается в приоритете раскрытия внешней социальности бытия людей путем исследования социальных структур, если не законов, то тенденций развития социальных систем, установлению связей между образующими их институтами. Этот подход был в значительной степени реализован социальной философией К. Маркса (учение об объективных законах развития общества, социальной детерминированности бытия людей), в XX веке - концепцией структурно-функционального анализа общества (Т. Парсонс). Для этого подхода характерно сведение бытия людей к социальным структурам, объяснение их деятельности как обусловленной воздействием структур.

Второй подход состоит в понимании бытия людей на основе их внутренней социальности - тех представлений, с помощью которых люди сами осознают и изменяют свою деятельность в обществе, вырабатывают ее цели, понимают ее смысл. Этот подход реализуется, прежде всего, в исследованиях менталитета и духовных ценностей школой «Анналов». Понятие «менталитет» предполагает проникновение через культуру в сознание людей, чтобы понять, как они сами понимают свое социальное бытие и поведение.

В соответствии с этим можно выделить два подхода к истории: первый можно обозначить как структурный, второй - как антропологический.

«Структурная история» не абстрагируется от деятельности людей, но рассматривает ее либо в единстве со структурами, либо как обусловленную ими и вытекающую из их динамики. Очень последовательно этот подход сформулировал Ф. Бродель, разграничивший «историю событий» и «историю структур». «Структуры» в его понимании представляют собой объективные исторические реальности, которые существуют во «времени длительной протяженности» и позволяют вырваться из «плена событий»; исследование истории представляет собой не что иное, как обнаружение структурного фундамента единичных событий (изменений) [3, 118-127].

Этот подход разделяет и И. Валлерстайн: струк-

туры, по его мнению, - это «коралловые рифы человеческих отношений, которые отличаются стабильным существованием в течение длительных периодов времени. Но структуры тоже рождаются, развиваются и умирают» [20, 3]. Отсюда - стремление обнаружить в массиве единичных событий тенденции, которым они подчиняются (этой цели служит синтез идиографиче-ской и номотетической методологий, реализуемый в концепции миросистемного анализа).

«Антропологическая история» на первый план выдвигает человека. По словам Л. Февра, «история - наука о человеке» [14, 19], М. Блок объектом исторической науки считал «людей во времени» [1, 18], поэтому предметом исторического исследования выступает их сознание: исследуя экономические, социальные, политические феномены, необходимо обнаружить, «где эти течения сходятся мощным узлом в сознании людей» [1, 89].

М. Блок и Л. Февр выдвинули концепцию «тотальной истории» как всестороннего воссоздания жизни и деятельности людей в обществе в единстве материальных и духовных факторов [1, 86-87; 14, 25-27]. «Тотальная история» призвана представить человека в истории как целостное существо, столь же целостно воссоздав его социальную деятельность.

Антропологический подход к истории не следует рассматривать как исключающий структурный подход, он не абстрагируется от исследования социальных структур, но их содержание и смысл раскрываются (в варианте школы «Анналов») через ментальные установки, которые обуславливают хозяйственную жизнь, социальное поведение людей, мир повседневности, восприятие ими политических институтов. В частности, Ж. Ле Гофф подчеркивает: «Я неизменно предпочитал человеческие существа абстракциям, но историк не в состоянии их понять иначе, чем в недрах исторических систем, в которых они жили. Вся история заключается в этом взаимодействии структур с людьми во времени» [цит. по: 7, 358]. Смысл этого подхода состоит в объяснении, почему социальные структуры в данном обществе должны быть именно такими, почему должны функционировать так, а не иначе.

Что касается Ф. Броделя, его не интересовал фактор ментальности, но и у него возникает представление о социальном пространстве как мире культуры. Он не был сторонником механистического географического детерминизма и подчеркивал, что природно-географи-ческие условия детерминируют деятельность людей не напрямую, а через выработку коллективных традиций приспособления к их воздействию. Процесс приспособления и его результаты образуют «материальную жизнь» («повседневность») [2, 13-14].

«Структурная история» в варианте Ф. Броделя соприкасается с «антропологической историей» вниманием к культуре как пространству творчества людей, для него характерно стремление рассматривать деятельность людей в единстве с воздействием структур. В концепции миросистемного анализа, пусть и не в абсолютном смысле, прослеживается все же иная тенденция - рассматривать деятельность людей как обусловленную структурами и вытекающую из их динамики. Эта позиция обусловливает трактовку многих аспектов исторического процесса.

Во-первых, понимание природы культуры и ее функций.

В исследованиях школы «Анналов» культура предстает как неразрывно связанная с обществом реальность. Она вносит в сознание людей определенную картину мира, «оснащает» сознание людей своего рода

инструментарием восприятия общества, мира, своего места в нем. Речь идет о менталитете, понимаемом как привычки чувствовать, мыслить и действовать. «Анналисты» были убеждены, что в разные эпохи люди мыслят и чувствуют по-разному: по М. Блоку, «менталь-ность» охватывает «манеры думать и чувствовать» [цит. по: 6, 77], Л. Февр наряду с понятием «психическая оснастка» («умственная вооруженность») обосновывает необходимость социального анализа коллективных и индивидуальных эмоций и чувств [14, 109-126].

По словам Ж. Дюби, менталитет - «... это система образов, представлений, которые в разных группах или стратах, составляющих общественную формацию, сочетаются по-разному, но всегда лежат в основе человеческих представлений о мире и о своем месте в этом мире и, следовательно, определяют поступки и поведение людей». Эта система не имеет четких контуров, изменяется с течением времени, но «все взаимоотношения внутри общества столь же непосредственно и закономерно зависят от подобной системы представлений ... как и от экономических факторов» [10, 52].

Ж. Ле Гофф не склонен сводить менталитет только к сфере социально-психологических установок: необходимо дополнить и усилить историю ментальностей историей системы ценностей [цит. по: 8, 298]. Менталитету он дает, прежде всего, ценностную характеристику: «Как известно, общество не может существовать ни без це-леполагания, ни без грез и мечтаний. История этих мечтаний и грез - это история мира воображения. История же целей, которыми задается общество, - это история признаваемых им ценностей, образов деятельности и индивидуумов, и социума в целом» [11, 26].

В частности, он показал, что существовавшее в Средние века «трехчастное» деление общества на «работающих», «воюющих» и «молящихся» отражало христианские представления о его идеальном устройстве [12, 239-244]. Следовательно, ценности религиозного сознания оказывали существенное воздействие на функционирование общества.

К. Маркс, как известно, полагал, что деятельность людей обусловлена комплексом социально-экономических отношений, предзадана в значительной степени деятельностью предшествующих поколений. В трактовке «анналистов» предзаданность действий людей определяется, прежде всего, культурой. Однако предзаданность, по М. Блоку, всегда является относительной: «Человек - это не часовой механизм, его поступки не запрограммированы», это всегда «великая переменная величина», его интеллектуальные и эмоциональные реакции не являются чем-то само собой разумеющимся [1, 111]. По словам Ж. Ле Гоффа, «...несмотря на огромное давление исторических структур и тирании событий, человек как личность и член общества способен влиять на общий ход истории и определять свою судьбу. И в этом огромную роль играют его ценностные ориентации, которые он определяет в процессе самосознания» [11, 44].

В концепции миросистемного анализа И. Валлерстайна обнаруживается иной взгляд на культуру. Она обеспечивает относительную стабильность в современной миросистеме и в силу ее связи с различием социальных групп отвлекает внимание от неравенства, неравноправия, угнетения. Идеологические доктрины, лежащие в основе капиталистической ми-роэкономики - универсализм и партикуляризм - это оружие на «поле битвы» современной миросистемы. Универсализм подразумевает «обман» с целью замаскировать иерархию государств внутри межгосу-

дарственной системы и иерархию граждан внутри государства [17, 39, 43]. Универсализм предполагает, что поведение людей определяется общими законами для любой эпохи и части пространства, и «вера в универсализм образует краеугольный камень идеологического здания исторического капитализма» [18, 79]. Партикуляризм оправдывает неравенство, акцентируя внимание на различиях между социальными группами на международном и государственном уровнях [17, 43].

Если в трактовке школы «Анналов» культура по отношению к обществу выполняет интегративную, аксиологическую, коммуникативную, регулятивную функции, функцию социальной памяти, то концепции миросистемного анализа, с одной стороны, акцентируются на интегративной и регулятивной функциях культуры в социальной системе, с другой стороны, эти функции раскрываются иначе, чем школой «Анналов», за пределами традиций и менталитета.

Перед «анналистами» и И. Валлерстайном стоит общая проблема - целостности определенной исторической системы - цивилизации Средних веков в Западной Европе и современной миросистемы, соответственно. Проблема имеет два взаимосвязанных аспекта: во-первых, что скрепляет целостность системы (онтологический аспект) и, во-вторых, как воссоздать адекватно эту целостность (гносеологический аспект).

Цивилизацию эпохи Средних веков в понимании «анналистов» скрепляет культура, современную ми-росистему в трактовке И. Валлерстайна - социально-экономические и политические процессы; «Анналы» социальную жизнь воссоздают через исследование сознания людей, И. Валлерстайн - через исследование мирового капитализма, динамики межгосударственной системы капиталис-тической мироэкономики. В концепции миросистемного анализа имеет место существенный редукционизм в трактовке культуры.

Во-вторых, трактовка культуры в концепции И. Валлерстайна сказывается на понимании возникновения и динамики современной миросистемы.

И. Валлерстайн указывает на «неожиданное ослабление» социальной оппозиции капитализму, что позволило ему захватить господствующие позиции в экономике Западной Европы в XVI веке [5, 17], что, в конечном счете, повлекло за собой становление современной миросистемы. Однако важно определить, почему оппозиция ослабла, а не только зафиксировать появление этого шанса. Вопрос об ослаблении оппозиции капитализму - это вопрос об изменениях в культуре, системе ценностей общества. Правда, следует отметить, И. Валлерстайн указывает, что ХV столетие ознаменовалось таким событием как «протестантская революция» [5, 15], однако, тем не менее, создается впечатление, что проблема взаимосвязи экономических и культурных изменений не составляет предмета его интереса.

Это впечатление усиливается пониманием им полупериферии как структурного уровня современной ми-росистемы. Это наиболее подвижная ее часть: наличие этой зоны неизменно на всем протяжении ее истории, но положение государств в ней изменяется вследствие конкурентной борьбы между ними. Поскольку центры экономической активности в системе постоянно изменяются, одни регионы прогрессируют, другие вступают в полосу упадка. Происходит процесс перемещения государств из полупериферии в ядро, с периферии на полупериферию, и наоборот [19, 49-50, 60-61].

Критика отмечает, что концепция миросистемного анализа не дает объяснения расширения полуперифе-

рии в современном мире, под которым имеется в виду успех стран, именуемых «азиатскими драконами» [по: 16, 29]. Причина та же: недооценка роли культуры в динамике системы.

Взаимодействие традиций и новаций, национального и интернационального (его, по логике миросистем-ного анализа, олицетворяет мировой капитализм) во многом обусловлено степенью восприимчивости культуры к воздействию новаций. Кроме того, если страны и регионы интегрированы в современную миросистему, это не означает элиминации их культурного своеобразия. Необходимо учитывать важную особенность сознания людей - его инерционность. Сознание изменяется очень медленно, резкие преобразования в социальном бытии вроде вхождения в капиталистическую миросистему необязательно должны автоматически повлечь за собой изменения в сознании. Динамика сознания и динамика социального бытия часто не совпадают, образуется разрыв между ними.

Ф. Бродель отметил, что ментальность людей представляет собой «темницу, в которой заточено время большой длительности» [цит. по: 9, 538]. Ж. Ле Гоффу эта идея дала основание сделать вывод, что «ментальности изменяются медленнее всего. История ментальностей - это история замедлений в истории» [цит. по: 8, 194]. В рамках школы «Анналов» возникла концепция «долгого Средневековья» (согласно ей, оно длилось вплоть до начала Х1Х века [12, 5]). В основе этой концепции лежит идея инерционности сознания, устойчивости ментальных установок, их медленного изменения во времени.

И. Валлерстайн недооценивает роль сознания вообще и его инерционность, в частности, не учитывает возможность (и реальность) его несовпадения с социальным бытием. Проявляется это в том, что слабораз-витость периферии он склонен объяснять действием механизмов функционирования мирового капитализма [18, 32-33]. Это предполагает изучение стран периферии в той мере, в какой позволяет раскрыть их зависимость в современной миросистеме без учета их собственной логики развития. Имеет место недооценка причин сла-боразвитости на уровне самой периферии, несводимых к функционированию мирового капитализма.

В этой связи небезынтересно сопоставить воззрения И. Валлерстайна по данному вопросу с исследованиями Г. Мюрдаля. По мнению последнего, неблагоприятные для стран периферии внешние факторы усиливают действие благодаря сочетанию с внутренними факторами. Инерционность экономик слаборазвитых стран связана с многоукладностью, порождающей противоречивые тенденции: уклады имеют разные векторы эволюции, их динамика осуществляется неравномерно, что делает экономический рост непродолжительным, спорадическим, не охватывающим все уклады и секторы экономики. Иногда противоположные тенденции устраняют друг друга, делают рост экономики вообще невозможным. Идеалы модернизации наталкиваются на силу традиций, привычные модели экономической деятельности. Поэтому экономика «движется по кругу» в устоявшихся структурах: они воспроизводят себя, выступая тормозом развития [13, 128-166, 407-438, 541-575].

Следует признать правоту Ф. Фукуямы, согласно которому современный мир показал «нищету» материалистических теорий экономического развития, поскольку очевидно, что сознание и культура представляют собой «материнское лоно экономики». Непонимание того, что экономическое поведение обусловлено сознанием и культурой, приводит к ошибке объяснять идеаль-

ные по природе явления материальными причинами. Однако речь не идет об отрицании роли материальных факторов как таковых [15, 138-139].

В-третьих, И. Валлерстайн отрицает эвристическую значимость понятия «менталитет», по всей видимости, по следующим причинам.

Первая причина в том, что в концепции мироси-стемного анализа имеет место недооценка роли культуры в историческом развитии, следствием чего является стратегия внешнего описания социального бытия людей через его структурную детерминированность, на первом плане находится структурная динамика современной миросистемы. Человеческое измерение истории сведено в значительной степени к проблеме коллективного выбора новой исторической системы, которая с определенной долей вероятности может прийти на смену современной миросистеме. Истоки ее кризиса И. Валлерстайн усматривает в действии экономико-политических факторов [5, 18-20], недооценивая роль культуры в процессах социальной самоорганизации.

Вторая причина состоит в реализации концепцией миросистемного анализа наддисциплинарного (едино-дисциплинарного) синтеза социальных наук, что сопровождается отрицанием междисциплинарного подхода.

Школой «Анналов» была обоснована концепция междисциплинарного синтеза социальных наук, состоящая в идее важности «постоянно устанавливать новые формы связей между близкими и дальними дисциплинами; сосредотачивать на одном и том же объекте исследования взаимные усилия различных наук - вот наиглавнейшая задача...» [14, 20].

И. Валлерстайн тоже утверждает, что необходимо разрушить искусственные барьеры между социальными науками, однако он отрицает междисциплинар-ность, которая, по его мнению, способствует сохранению дисциплинарных границ [4, 327]. Не существует принципиальных границ между социальными науками, важными для исследования исторических систем - антропологией, экономикой, политологией и социологией. Следовательно, «данные дисциплины на самом деле -всего лишь одна» [21, 312-313].

Если междисциплинарный синтез характеризует объект через совокупность категорий, выработанных в отдельных дисциплинах, то наддисциплинарный (еди-нодисциплинарный) синтез предполагает выработку трансдисциплинарных категорий, изначально пронизывающих весь комплекс социального знания, создавая тем самым условия для его единства.

Понятие современной миросистемы, являясь проявлением наддисциплинарного синтеза, в полной мере не реализуется как наддисциплинарное, ибо «работает» главным образом в сфере экономики и политики, единство которых раскрыто концепцией миросистемного анализа. Создается впечатление, что И. Валлерстайн, объявив междисциплинарный синтез изжившим себя, отбросил и понятие «менталитет» как его проявление.

Однако это понятие, по форме междисциплинарное, по содержанию является наддисциплинарным: с его помощью трактуются экономические, политические, социальные реальности, мир повседневности; это понятие воплощает единство номотетической и идиогра-фической методологий: факты интерпретируются если и не с точки зрения обнаружения законов развития исторических систем, но в плане выявления универсальных для Средневековой цивилизации ментальных структур и духовных ценностей.

Наконец, в концепции миросистемного анализа акцент сделан на макроуровень исторической реаль-

ности: одной из ключевых ее особенностей является «глобальность» как следствие пересмотра исходного объекта анализа, которым является миросистема, а не общество или государство [4, 261].

Если макроуровень исторической реальности выступает как определяющий, который, в свою очередь, обусловлен экономикой (мировой капитализм), то локальные и региональные особенности, которые не всегда являются экономическими, оказываются эпифеноменами экономических процессов и не исследуются в их самостоятельном значении.

И в этой связи неоправданно игнорирование И. Валлерстайном понятия «менталитет», которое в значительной степени позволяет раскрыть специфику локальных и региональных общностей. Необходимо разграничивать уровни, на которых могут «работать» различные понятия: если понятие «современная миро-система» применима к глобальному уровню истории, то понятие «менталитет» - к локальному и региональному уровням, поскольку оно и не предназначено для исследования глобальных процессов.

Таким образом, «структурная история» предполагает модель внешней социальности человека, внешнее наблюдение исторического процесса, «антропологическая история» - модель внутренней социальности человека, внутреннее наблюдение, наполняя историю человеческим содержанием. Учитывая плюрализм современного социально-исторического познания, нельзя сказать, что одному из этих подходов следует отдать однозначное предпочтение, поскольку оба подхода имеют право на существование, даже если исходят из разных методологических принципов, создают не совпадающие представления об объекте и предмете социально-исторического познания.

Что касается концепции миросистемного анализа, то, с одной стороны, вряд ли стоит «окультуривать» все реальности, исследуемые этой концепцией, с другой -значительная недооценка роли культуры в развитии современной миросистемы обедняет реальную историческую картину.

Список литературы

1 Блок М. Апология истории, или Ремесло историка. -М., 1986.

2 Бродель Ф. Динамика капитализма. - Смоленск, 1993.

3 Бродель Ф. История и общественные науки. Историческая длительность // Философия и методология истории : сб. ст. - М., 1977.

4 Валлерстайн И. Конец знакомого мира: Социология XXI века. - М., 2003.

5 Валлерстайн И. Социальное изменение вечно? Ничто никогда не изменяется? // Социологические исследования. -1997. - № 1.

6 Гуревич А. Я. «Добротное ремесло» (первая биография Марка Блока) // Одиссей. Человек в истории. 1991. - М., 1991.

7 Гуревич А. Я. ЖакЛе Гофф и «новая историческая наука» во Франции //Ле Гофф Ж. Цивилизация Средневекового Запада. - М., 1992.

8 Гуревич А. Я. Исторический синтез и «Школа «Анналов»». - М., 1993.

9 Гуревич А. Я. Уроки Люсьена Февра // Февр Л. Бои за историю. - М., 1991.

10 Дюби Ж. Развитие исторических исследований во Франции после 1950 года // Одиссей. Человек в истории. 1991. - М., 1991.

11 Ле Гофф Ж. С небес на землю (перемены в системе ценностных ориентаций на христианском Западе Х11-Х111 вв.) // Одиссей. Человек в истории. 1991. - М., 1991.

12 Ле Гофф Ж. Цивилизация Средневекового Запада. -М., 1992.

13 Мюрдаль Г. Современные проблемы «третьего мира». - М., 1972.

14 Февр Л. Бои за историю. - М., 1991.

15 Фукуяма Ф. Конец истории? //Вопросы философии. -1990. - №3.

16 Чешков М. А. Критика миросистемного подхода и концепции капитализма И.Валлерстайна : Научно-аналитический обзор. - М., 1992.

17 Wallerstein I. Culture as the Ideological Battleground of the Modern World-System // Theory, Culture and Society. - L, 1990. - Vol.7. - № 2/3.

18 Wallerstein I. Le capitalisme historique. - Paris, 1985.

19 Wallerstein I. The Capitalist World-Economy: Essays. -Cambridge, 1979.

20 Wallerstein I. The Modern World-System: In 3 Vol. Vol.1: Capitalist agriculture and the origins the European world-economy in the sixteenth century. - N.Y., 1974.

21 Wallerstein I. World-Systems Analysis // Social Theory Today. - Stanford, 1987.

УДК 30.304

яц^

К.В. Чемодуров Курганский государственный университет

ФИЛОСОФСКАЯ ИСПОВЕДЬ В ИСТОРИЧЕСКИХ ЭПОХАХ

Аннотация. В статье рассматриваются философские исповеди различных исторических эпох. Даётся анализ текстов, относящихся к жанру исповеди, и предлагается их исследование в хронологическом порядке.

Ключевые слова: жанр исповеди, философская исповедь, историческая эпоха.

K.V. Chemodurov Kurgan State University

PHILOSOPHICAL CONFESSION IN THE HISTORICAL EPOCHS

Abstract. The article considers the philosophical confessions of different historical epochs. The paper presents the analysis of the texts, which are related to the genre of confession. The study of the texts is given in the chronological order.

Index terms: genre of confession, philosophical confession, historical epoch.

Несмотря на то, что тексты жанра исповеди существуют на протяжении уже более 1800 лет, их систематического анализа и исследования не проводилось ни в