Проявления негативно-правового радикализма в адвокатской среде

4.2. ПРОЯВЛЕНИЯ НЕГАТИВНО-ПРАВОВОГО РАДИКАЛИЗМА В АДВОКАТСКОЙ СРЕДЕ

Грамматиков Валентин Владимирович, соискатель. Место учебы: Волгоградский государственный университет. Подразделение: кафедра теории и истории права и государства. E-mail: talis-man55@rambler.ru

Аннотация

Задача: Настоящая статья направлена на исследование специфики негативно-правового радикализма, проявляющегося в адвокатской среде, его особенностей, своеобразия, источников происхождения, причин, степени общественной опасности.

Модель: При написании статьи использовались диалектико-материалистический подход к изучению проблематики, аналитический метод, структурно-функциональное, сравнительно-правовое, формально-логический подходы.

Выводы: Одной из основных причин негативно-правового радикализма адвоката является его нравственная и духовная атрофия, которая в данном случае приобретает самые тяжелые и уродливые формы.

Рамки исследования/возможность последующего использования результатов научной работы: Результаты приведенного исследования применимы (могут быть учтены) при подготовке и повышении квалификации адвокатов, а также при профилактике правонарушений в адвокатской среде.

Практическое значение: Результаты указанного исследования могут изменить содержание методик по подготовке и повышению квалификации адвокатов.

Социальные последствия: Исследование призвано оказать влияние на государственную правовую политику, связанную с предупреждением и устранением деформации правосознания в обществе, в том числе и в адвокатуре.

Оригинальность/ценность: Исследованию негативно-правового радикализма адвоката, его особенностей и причин в научной литературе уделено мало внимания. Результаты изучения данного негативного явления правовой действительности могут применяться преподавателями юридических факультетов высших учебных заведений при подготовке студентов-юристов, членами адвокатского сообщества и органами его самоуправления.

Ключевые слова: адвокат, правосознание, радикализм, правовая психология, правовая идеология.

MANIFESTATIONS OF A NEGATIVE LEGAL RADICALISM IN THE LA W ENVIRONMENT

Grammatikov Valentin Vladimirovich, competitor. Place of study: Volgograd State University. Department: Theory and History of Law and State chair. E-mail: talis-man55@rambler.ru

Annotation

Objective: This article aims to study the specifics of a negative legal radicalism manifested in the law environment, its features, the identity, origin sources, causes a degree of public danger.

Model: When writing the article used the dialectical-materialist approach to the study of perspective, analytical

method, structure and function, comparative law, formal-logical approach.

Conclusion: One of the main causes of adverse legal counsel radicalism is its moral and spiritual atrophy, which in this case takes on the most difficult and ugly.

Scope of the study / possibility of further use of the results of scientific work: Results of the above studies are applicable (may be taken into account) in the preparation and professional development of lawyers, as well as the prevention of crime in the law environment.

Practical value: The results of this study may change the content of methodologies for training and further training of lawyers.

Social consequences: The study aims to influence the state legal policy related to the prevention and elimination of distortion of justice in society, including in the legal profession.

Originality / value: A study of a negative legal counsel radicalism, its characteristics and causes of the scientific literature is given little attention. Results of the study of the adverse effects of legal reality can be used by teachers of law faculties of higher education institutions in the preparation of law students, members of the legal community and the bodies of his government.

Keywords: lawyer, legal, radicalism, legal psychology, legal ideology.

Негативно-правовой радикализм является разновидностью деформации правового сознания, традиционно выделяемой в научной литературе, помимо правового нигилизма, правового инфантилизма, нравственно-правового конформизма и спекулятивно-правового популизма [5, с. 100], [6, с. 82-83].

Под радикализмом (от лат. radix — корень) понимается крайняя, бескомпромиссная приверженность каким-либо взглядам, концепциям [8]. Чаще всего употребляется в отношении идей и действий в социально-политической сфере, особенно направленных на решительное, коренное изменение существующих общественных институтов, хотя в той же мере возможен и "радикальный консерватизм" [8]. Радикализм может быть политическим, религиозным, правовым и так далее.

По мнению В.Н. Коробки, правовой радикализм характеризует собой практическую ориентацию сознания личности по отношению к праву, законам, правам граждан, иным правовым ценностям, направленную на принципиальные изменения указанных правовых объектов путем кардинальных действий [6, с. 84]. Негативно-правовой радикализм юриста (адвоката), по определению Н.Н. Вопленко, охватывает особое состояние профессионального правосознания, характеризующееся своеобразным "перерождением" идейно-психологической структуры личности и ее настроем, готовностью к решительным противоправным действиям [5, с. 104]. Данная разновидность деформации правового сознания является самой опасной. Ей свойственна повышенная степень социальной вредности, проявляющейся в формировании и реализации криминальных замыслов конкретных работников, в нашем случае адвокатов [6, с. 84]. "Правовые знания и навыки деятельности здесь приносятся в жертву преступным целям. Искажение познавательной, мотивационной и поведенческой сфер личности достигает такого уровня, который сообщает правосознанию аномальный характер, ориентирует его на достижение преступных намерений" [5, с. 104].

Негативно-правовой радикализм (перерождение) юриста, в том числе и адвоката, имеет ряд схожих

ПРОЯВЛЕНИЕ НЕГАТИВНО-ПРАВОВОГО РАДИКАЛИЗМА

Грамматиков В.В.

черт с близким по содержанию понятием — правовым нигилизмом. Но имеются и фундаментальные расхождения. "И в том, и в другом случае правовое начало сознательно отрицается, игнорируется. Однако, как показывает практика, отрицание отрицанию рознь. От правового нигилизма в чистом виде перерожденческое сознание отличается не только степенью общественной опасности, но и мотивацией. Перерожденческое правосознание основано на сознательном отрицании закона по мотивам корысти, жестокости, алчности и т.п." [2, с. 483]. При этом следует иметь в виду, что исходя из приведенной классификации деформаций правосознания, "адвокат-нигилист", в отличии от "радикала", не преступает уголовно-правовых запретов.

Таким образом, негативно-правовой радикализм адвоката представляет собой, процесс и результат трансформации профессионального правосознания в противоправно ориентированное сознание, сопровождающееся возникновением преступного умысла, направленного на использование статуса, навыков и знаний в личных антисоциальных целях. "Он выражается в состоянии маргинального повседневного поведения и всего образа жизни" [5, с. 104].

При этом наиболее тяжелейшие, по сравнению с другими разновидностями деформаций, формы искажения и деградации приобретают все подсистемы и элементы идейно-психологической структуры личности представителя изучаемой специальности: профессионально-правовая психология (правовые эмоции, чувства, настроения и т.д.) и связанные с ней поведенческие компоненты, в том числе правовые ориентации, правовые установки, правовые мотивы; профессионально-правовая идеология (правовые знания). У "адвоката-радикала" формируется резкое и агрессивно-негативное, отношение к праву, происходит почти полное обесценивание идей законности и справедливости, юридических идеалов. Возникает решимость и готовность достигать целей преступными методами. В иерархии ценностных ориентаций на первый план выходят личная выгода и антиобщественные устремления. Превалирует в мотивации поведения корысть, алчность, жестокость. Вместе с тем, крайне отрицательное эмоциональное отношение к праву приводит к почти полному снижению стимулов для повышения профессионального и нравственного уровня адвоката, что ведет к дальнейшей деградация и рациональной, и психологической сфер его правосознания. Усилия, напротив, направляются на оттачивание криминальных навыков и накопление преступного опыта.

Представитель адвокатуры, подверженный негативно-правовому радикализму, не следует своему долгу и предназначению, поэтому однозначно не соответствует профессиограмме изучаемой специальности. Такой "правовед" перестает быть "союзником" законности, правопорядка, общества, государства и доверителя, поэтому не способен реализовывать социальную сторону адвокатской деятельности. Поисковая, реконструктивная, организационная, удостоверительная и коммуникативная работа направляются для достижения преступных замыслов.

Исследуемая аномалия правосознания может проявляться в совершении адвокатом так называемых общеуголовных противоправных деяний, то есть не связанных (или связанных опосредовано) с осуществлением трудовых обязанностей. Подобный "одиозный" случай описан на официальном сайте прокуратуры Куйбышевского района г. Иркутска. Следствием было установлено, что Д., имея статус адвоката, явля-

ясь независимым профессиональным советником по правовым вопросам, используя свое право беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях конфиденциальности, в том числе и в период нахождения того под стражей, нарушил требования закона и совершил преступление. 11 февраля 2008 года в помещении учреждения ИЗ-38/1 г. Иркутска он пытался сбыть следственно-арестованному героин. Приговором Куйбышевского районного суда г. Иркутска адвокат Д. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст. 228-1 Уголовного кодекса РФ (совершение умышленных действий, направленных на сбыт наркотических средств) [7]. Однако значительную часть поведенческих отклонений, свидетельствующих о "перерождении" его идейно-психологической структуры личности, составляют как раз нарушения уголовно-правовых запретов в сфере профессиональной деятельности, при исполнении долга и реализации правового статуса. Это выражается, например, в совершении мошеннических действий (статья 159 УК РФ (Мошенничество)); даче взятки или подстрекательстве, посредничестве в даче взятки (статья 291 УК РФ и статья 291.1. УК РФ); фальсификации доказательств (статья 303 УК РФ) и так далее. Одно их таких дел находилось в производстве Тверского районного суда города Москвы. Г., являясь адвокатом, потребовал от С. передать ему денежные средства в сумме 2.100.000 руб. для передачи неназванным им сотрудникам суда за изменение приговора *** городского суда в сторону улучшения положения осужденного С., при этом реальной возможности повлиять на решение суда Г. не имел, денежные средства передавать кому-либо не планировал. После получения в рамках оперативно-розыскного мероприятия денежных средств от С., Г. был задержан сотрудниками полиции. Он по приговору суда признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 30 ч. 3, 159 ч. 4 УК РФ [1]. Похожее противоправное деяние стало предметом обобщения и анализа Верховным Судом РФ. Адвокат К. с умыслом на завладение денежными средствами Б. предложил, что он передаст судье и прокурору из своих личных средств 8 млн. рублей, а она напишет расписку о взятых у него взаймы 11 млн. рублей, при этом он не намеревался отдавать деньги указанным лицам. В период с 23 апреля 1997 г. по октябрь 1998 г. Б., полагавшая, что действительно должна оплатить труд адвоката, а также вернуть деньги, которые он, как считала Б., вместо нее отдал судье и прокурору, каждый месяц передавала К. по 500 тыс. рублей, выплатив ему всего по расписке 6 млн. рублей. Адвокат К. был осужден по пп. "в", "г" ч. 2 ст. 159 УК РФ [3]. К примеру, в 2013 году 42 представителям исследуемой профессии советами палат статус адвоката прекращен в связи с их осуждением за совершение умышленного преступления [4, с. 13]. Из криминальной хроники известны также случаи участия некоторых недобросовестных членов адвокатского сообщества в "рейдерских захватах" чужого имущества, содержащих в себе признаки совокупности нескольких преступлений, в том числе и перечисленных выше. Таких лиц, подобно риэлторам и археологам с противоправными наклонностями, в средствах массовой информации и обиходе называют "черными адвокатами".

Возникает закономерный вопрос об истоках негативно-правовой радикализма в адвокатской среде. "Дума-

ется, можно выделить два фактора, управляющих его формированием. Это, во-первых, изначально сложившаяся "доюридическая" антисоциальная жизненная позиция как результат жизненного опыта. И во-вторых, влияние на личность неблагополучной социальной микросреды, из которой она черпала негативный заряд знаний и практики" [5, с. 105]. С точки зрения В.Н. Коробки, изучаемое негативное явление правовой действительности "остро проявляется в обществе с нестабильным социально — экономическим положением, активизируется в условиях социально — экономических, социально — политических кризисов" [6, с. 84]. Названные отрицательные факторы могут оказывать воздействие в той или иной степени на любого адвоката, однако подавляющее большинство из них добросовестно исполняют обязанности и соблюдают действующее законодательство. Отсюда следует, что одной из основных причин негативно-правовой радикализма, также, как и любой другой деформации профессионального правосознания, является деградация нравственной структуры личности, которая в данном случае приобретает самые тяжелые и уродливые формы.

На основании изложенного можно сделать следующие выводы.

1. Негативно-правовой радикализм адвоката представляет собой процесс и результат глубочайшей трансформации рационально-психологических подструктур его профессионального правосознания и связанных с ними сфер в противоправно ориентированное сознание, основанный на резком и агрессивном отрицании ценности права, законности, справедливости и других юридических идеалов, сопровождающийся возникновением преступного умысла, направленного на использование статуса, навыков и знаний в личных антисоциальных целях.

2. При данной аномалии наиболее тяжелейшие, по сравнению с другими разновидностями деформаций, формы искажения и деградации приобретают все подсистемы и элементы идейно-психологической структуры личности представителя изучаемой специальности.

3. Следствием негативно-правового радикализма адвоката является возникновение решимости и готовности достигать целей преступными методами. В иерархии ценностных ориентаций на первый план выходят личная выгода и антиобщественные устремления. Превалирует в мотивации поведения корысть, алчность, жестокость.

4. Представитель адвокатуры, подверженный указанной разновидности повреждения правового сознания, не следует своему долгу и предназначению, поэтому однозначно не соответствует профессиограмме изучаемой специальности. Усилия, напротив, направляются на оттачивание криминальных навыков и накопление преступного опыта.

5. Негативно-правового радикализм адвоката может проявляться в совершении им так называемых общеуголовных противоправных деяний и нарушении уголовно-правовых запретов в сфере профессиональной деятельности, при исполнении долга и реализации правового статуса. Это выражается, например, в совершении мошеннических действий (статья 159 УК РФ (Мошенничество)); даче взятки или подстрекательстве, посредничестве в даче взятки (статья 291 УК РФ и статья 291.1. УК РФ); фальсификации доказательств (статья 303 УК РФ) и так далее.

6. Одной из основных причин данного вида искажения профессионального правосознания члена адво-

катского сообщества является его нравственная и духовная атрофия, которая в данном случае приобретает самые тяжелые и уродливые формы.

Список литературы:

1. Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 13 мая 2015 года по уголовному делу № 10-3744/2015 (1-16/2015). // Официальный сайт Московского городского суда. URL: http://www.mos-gorsud.ru/inf/infa/ua/?id= c4d64bac-4c29-429f-a638-fc7c78bfd9e1 (дата обращения: 07.12.2015).

2. Баранов П.П. Правосознание и правовое воспитание // Общая теория права. Курс лекций / Под общ. ред.: Бабаев В.К. Н.Новгород: Изд-во Нижегородской ВШ МВД Российской Федерации. 1993. 544 с.

3. Бюллетень 2001. № 8. // Официальный сайт Верховного Суда Российской Федерации. URL: http://www.vsrf. ru/vscourt_detale.php?id=2320 (дата обращения: 07.12.2015).

4. Вестник Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации. 2014. № 3 (46).

5. Вопленко Н.Н. Очерки общей теории права. Волгоград: Изд-во ВолГУ. 2009. 898 с.

6. Коробка В.Н. Деформация профессионального правосознания следователей органов внутренних дел. Дис. ... канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону. 1999.

7. Официальный сайт прокуратуры Куйбышевского района г. Иркутска. URL: https://www.irkproc.ru/news/ 235.html (дата обращения: 07.12.2015).

8. Радикализм // Википедия — свободная энциклопедия. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Радикализм (дата обращения: 04.10.2015).

Рецензия

научного руководителя на статью соискателя ученой степени кандидата наук кафедры теории и истории права и государства Волгоградского государственного университета В.В. Грамматикова «Проявления негативно-правового радикализма в адвокатской среде»

Статья демонстрирует знание автора проблематики деформации профессионального правосознания и специфики ее проявления в среде социально-профессиональной группы адвокатов. В ней достаточно широко и плодотворно используется научная литература, действующее законодательство, а также правоприменительная практика по данному вопросу. Между тем, правосознание адвоката и формы (виды) его негативных изменений в общей теории права изучены недостаточно хорошо. Учитывая это, актуальность избранной автором темы исследования, ее новизна и практическая значимость не вызывает сомнений. Им на основе анализа дисциплинарной практики, своеобразия адвокатской деятельности и правового сознания, изучаемой профессии, выделены характерные особенности негативно-правового радикализма адвоката и его истоки. Его замечания и выводы выглядят довольно своеобразными и теоретически обоснованными. Стиль изложения текста не вызывает нареканий. Все это свидетельствует о возможности и полезности опубликования данной работы в открытой печати. Указанная статья ранее не публиковалась.

Доктор юридических наук, профессор, профессор Волгоградского института бизнеса Н.Н. Вопленко