"Надо продавать на одну машину меньше, чем требует рынок"

В прошлом году Россия заняла пятое место в мире по продажам Bentley — одной из самых дорогих автомобильных марок — после США, Великобритании, Германии и Швейцарии. Президент Bentley Франц Йозеф Пефген полон оптимизма: он уверен, что в этом году россияне купят более 200 машин этой марки и наша страна выйдет на четвертое место.

— Как выглядит Россия для компании Bentley на фоне других рынков?

— Bentley — одна из самых быстроразвивающихся автомобильных компаний в мире. С появлением модели Continental мы пришли в новые сегменты. В прошлом году мы продали на 30% автомобилей больше, чем год назад,— 8,5 тыс. Бизнес в России мы начали три года назад, 67 машин продали в 2004 году, 169 — в прошлом году, а в этом планируем продать более 200. Россия — один из самых перспективных рынков. В сегменте машин класса "люкс" мы сейчас здесь занимаем 11% и надеемся в ближайшее время увеличить долю до 15-20%.

— Тот объем машин, который выделяется на Россию, достаточен или вы могли бы продавать больше?

— Для России нет квот, мы стараемся выполнять все поступающие заказы в течение 5-12 месяцев.

— Не пропадет ли эксклюзивность брэнда при наращивании объема продаж?

— В этом плане у нас очень простой подход: мы стараемся поставлять на рынок на одну машину меньше, чем он требует.

— Чем отличаются российские владельцы Bentley от ваших клиентов в других странах?

— Средний возраст наших клиентов по всему миру — 40 лет. Ваши покупатели моложе. В остальном они похожи на клиентов из других стран: они имеют три-пять машин, яхту или катер. Среди наших заказчиков традиционно немного женщин. По предпочтениям российские покупатели ближе к американским. В отличие от Европы, где покупатели очень тщательно подходят к выбору опций, в России, как и в США, человек чаще совершает эмоциональную покупку — приходит в салон, смотрит на машину и заказывает ее. Еще одна особенность России: здесь предпочитают полноприводные версии, но это вполне объяснимо.

— Будет ли у Bentley внедорожник?

— Нет. Если мы начнем выпускать внедорожник, мы, конечно, увеличим продажи, но тогда марка утратит эксклюзивность.

— Внедорожник не может быть эксклюзивным?

— Дело не в этом. Сейчас у нас уже три модели — Arnage, Continental GT, Continental Flying Spur. Летом появится кабриолет на базе Continental. Этого достаточно.

— Не страдает ли имидж марки от технической унификации с другими моделями концерна Volkswagen?

— Небольшой брэнд, каким является Bentley, в будущем не сможет существовать без поддержки крупной автомобильной компании. Он просто не сможет делать самостоятельно все необходимые разработки. Но несмотря на наличие общих элементов, мы всегда стараемся поддерживать собственный стиль. Двигатель, шасси, трансмиссия, интерьер — все это остается оригинальным и производится на заводе в Крю.

— Как, по вашим прогнозам, будет развиваться рынок машин класса "люкс"?

— Объем продаж таких машин в континентальной Европе — 30 тыс. в год, включая Россию, на которую сейчас приходится 5% рынка. В целом объем сбыта в перспективе будет стабильным, но Bentley будет увеличивать свою долю в первую очередь за счет моделей Continental.

— Вас не смущает, что ваш российский партнер компания Mercury одновременно является импортером других люксовых брэндов — Ferrari, Lamborghini, Maserati?

— У нас нет конкуренции с этими марками. Кроме того, Bentley был первым автомобильным брэндом компании Mercury и мы видим, что с появлением других марок ее стремление развивать бизнес и продвигать продажи Bentley не уменьшилось. К тому же наши клиенты, как правило, имеют не только Bentley, но и Ferrari, а иногда и Lamborghini. Обслуживаться в одной компании им удобнее.

Интервью взяла ЕЛЕНА ПЕТРОВА