«Мы ищем технологии, которые позволят предотвратить экологическую катастрофу»

В 2014 году региональным кабмином была создана «Стратегия по обращению с отходами производства на территории Свердловской области до 2030 года». Почему сложно решить вопрос в комплексе и когда появятся «истории успеха», рассказал министр промышленности Свердловской области Сергей Пересторонин.

Фото: Владислав Лоншаков, Коммерсантъ

Guide: Какие решения сейчас принимаются по переработке накопленных отходов?

Сергей Пересторонин: Губернатор недавно распорядился, и появилась отдельная строка в бюджете, определена сумма в 100 млн руб. на так называемый «техноген». По сути своей это означает, что мы начинаем проводить научные изыскания в части подбора технологий по переработке промышленных отходов. Сейчас обсуждается такая возможность для пяти предприятий региона. Привлекаем порядка десяти лабораторий, отраслевых институтов, которые должны дать конкретные решения. Мы сможем их профинансировать через региональный Фонд развития промышленности.

Один из таких примеров — это «Русский Хром 1915» с их проблемой шестивалентного хрома, который по сути своей является ядом. Технология его утилизации и переработки — это технология предотвращения экологической катастрофы, которая может произойти, если не дай бог случится прорыв дамбы или что-то похожее, что разнесет по территории то, что есть в шламах.

G: Найдено решение для них?

С.П.: Уже есть лабораторные результаты, которые позволяют говорить, что мы сможем воспроизвести это решение в промышленном формате на стадии производства и эти отходы минимально сократить. Плюс еще есть пара предприятий, которые я пока намеренно не называю, которые также могут получить искомое решение.

Но еще раз говорю, губернатором дано поручение, и мы этим занимаемся. Мы внесли изменения в нормативно-правовую базу, регулирующую деятельность регионального фонда, внесли дополнительные изменения в положения о его работе и теперь имеем возможность финансировать это направление, хотя раньше мы вообще не могли вкладываться в R&D (Research and Development или НИОКР) для получения технологии переработки техногенных, опасных видов отходов.

G: Пять предприятий, которые вы упомянули, будут рассмотрены фондом в течение 2020 года?

С.П.: 100 млн руб. — это бюджет этого года, который дает возможность максимально быстро включиться в процесс. Предприятия свои заявки начали формировать. Но сначала нужно пройти с ними через ученый совет, через экспертов. После этого мы будем финансировать конкретные работы по созданию технологий и оборудования для переработки.

G: Предполагается, что производство нужного оборудования также должно быть локализовано в Свердловской области?

С.П.: К этому все и идет. Любая технология подразумевает наличие конкретных инструментов, комплектующих, машин, мельниц — в общем, самая широкая номенклатура. И да, мы бы хотели, чтобы это делалось у нас по возможности. Именно поэтому готовы финансировать это направление.

G: Кто будет поставщиком «умных» решений и партнером изысканий?

С.П.: У нас работает Уральский федеральный университет, у которого по некоторым направлениям есть какие-то наработки, по некоторым нет ничего. Но нам нет разницы по большому счету, кто это будет — курганский вуз или челябинский. Самое главное, чтобы они предложили конкретную технологию, которую можно воплотить и максимально эффективно решить вопрос, предотвратить потенциальный экологический ущерб.

Техногенные «запасы»

Свердловская область входит в пятерку регионов с наибольшим объемом образования промышленных отходов и находится на четвертом месте после Кемеровской области, Красноярского края и Мурманской области. Объем накопленных промышленных отходов на территории Среднего Урала достигает 9 млрд т и ежегодно образуется более 180 млн т.

Всего в регионе образуется около 840 видов отходов производства и потребления. Самыми крупнотоннажными являются вскрышные и вмещающие породы, а также отходы обогащения полезных ископаемых. По данным Федерального классификационного каталога отходов, в списке крупнейших эмитентов промотходов «Ерваз КГОК», «Ураласбест», «Святогор», «Золото Северного Урала».

Чтобы снизить нагрузку на экологию, промпредприятия должны увеличить объем переработки шламов. К 2030 году заводы должны рекультивировать 65% выпускаемых отходов. По некоторым оценкам, это потребует от бизнеса вложений не менее 14,7 млрд руб.

На практике выяснилось, что есть две основные проблемы, которые существенно осложняют начало рециклинга накопленных отходов.

Первая проблема — отсутствие технологий, которые позволят вовлечь шламы в повторный оборот. Так, АО «Русский хром 1915» (входит в группу компаний MidUral Group) в судебном порядке обжалует предписания уральского управления Росприроднадзора о рекультивации шламонакопителя №6 в Первоуральске. Ведомство зафиксировало факт загрязнения шестивалентным хромом рек Чусовая, Пахотка и Талица, а прокуратура сообщила о разливе хромсодержащих вод на почву вблизи шламохранилища.

«Русский хром» уверяет, что проведет рекультивации земель на месте шламонакопителя после окончания его эксплуатации и исключения из Государственного реестра объектов размещения отходов. При этом в компании говорят, что пока не нашли действенную технологию работы с отходами, содержащими шестивалентный хром.

Вторая проблема комплексной переработки техногенных отходов в регионе — отсутствие собственников у ряда площадок. Несколько компаний прекратили существование, поэтому решать вопрос по переработке шламов и финансировать этот процесс предстоит государству. Из 307 объектов размещения промышленных отходов 37 объектов являются бесхозными. На них размещено около 12,4 тыс. т промотходов (1,4% от общего показателя промышленных отходов).

Министр природных ресурсов Свердловской области Алексей Кузнецов заявил “Ъ-Урал”, что переработка отходов постепенно переходит из вспомогательного направления промышленности в самостоятельный бизнес. Правительство будет искать компании, которые смогут работать с «бесхозом» и заниматься переработкой накопленных отвалов. По его словам, компаниям, разрабатывающим технологии переработки, нужно активнее использовать институты развития — венчурные фонды (государственные и частные) для проведения укрупненных испытаний технологий, после которых будет снято большинство рисков, и клиенты будут готовы в них вкладываться.

Регион впервые начнет финансировать поиск технологии для переработки промотходов

Фото: Роман Яровицын, Коммерсантъ

G: Но есть еще бесхозные отходы, для которых непонятно, как организовать этот процесс?

С.П.: С такими объектами первой проблемой становится даже не организационная модель. Там сначала в принципе надо понять, что есть в этих отходах. И уже потом искать для них технологию извлечения.

G: На каких проблемных площадках есть успешные кейсы по переработке отходов?

С.П.: «Режникель» просуществовал полвека, сейчас в банкротстве. Но там накоплены большие отвалы, и сейчас на них зашла одна компания, которая делает небольшое обогащение и получает в итоге дисперсный порошок, который потом направляет на производство абразивного материала, необходимого при пескоструйной обработке. Это же тоже переработка.

Важно, что и действующие предприятия из тех, кто раньше копил большие объемы шламов, очень изменились за последние годы. У ТМК нет отходов, «Евраз» научился хорошо работать со своими отходами — сейчас все идет на вторичную переработку, а не в отвалы. Существуют технологии, которые позволяют перерабатывать отходы лесной промышленности в ноль. Если раньше вся эта обрезь просто выкидывалась, засоряла леса, то сейчас перерабатывается все. За последние три года создан неплохой объем мощностей, и по лесу мы, в общем-то, разобрались.