Все о связи щитовидной железы с психикой

Все о связи щитовидной железы с психикой

Психиатрия

Анастасия Удилова

Врач ультразвуковой диагностики, специалист по пункционной биопсии щитовидной железы. К.м.н.

Виктория Читлова:

Передача «Пси-Лекторий» и я, ее ведущая – Виктория Читлова, врач-психиатр, психотерапевт. Очень рада видеть в своей студии замечательного врача, кандидата медицинских наук, врача ультразвуковой диагностики, специалиста по пункционной биопсии щитовидной железы Анастасию Удилову. Сегодня наша тема коснётся связи работы щитовидной железы с психикой. Анастасия имеет богатый опыт в медицине. Расскажите нам, пожалуйста, как вы пришли в специальность?

Анастасия Удилова:

История моя началась с окончания Московской медицинской академии в 2008 году. Далее у меня было долгое обучение в хирургии, за плечами интернатура, ординатура, аспирантура. Далее я работала в более узкой специальности в отделении эндокринологической хирургии на базе города Москвы. Работала несколько лет. Там был большой поток пациентов, потому что узкоспециализированное отделение и пациенты были только с проблемами щитовидной железы, которые требовали именно оперативного лечения.

Виктория Читлова:

То есть, вы знакомы с темой не понаслышке. Сейчас вы занимаетесь ультразвуковой диагностикой и выполняете пункцию?

Анастасия Удилова:

Да, на данный момент я ушла в ультразвук диагностику и выполняю пункции щитовидной железы.

Виктория Читлова:

Так что, как выглядят пациенты, что они делают, как они думают – вам хорошо известно.

Друзья, если бы 20 лет назад вы пришли к врачу, допустим, терапевту участковому, и сказали бы, что у вас вялость, тревожность, плохое настроение, вы хуже справляетесь с работой, ваш доктор бы в первую очередь про депрессию не подумал. Он скорее всего отправил бы сдавать анализы с прицелом на поиск изменений в уровнях гормонов щитовидной железы. Сейчас дело обстоит совершенно наоборот. В первую очередь, мы, начитавшись интернета и наслушавшись моей программы, будем подразумевать у себя депрессивное состояние. Наша сегодняшняя задача с Анастасией отделить зерна от плевел и выяснить, что к чему, как это выглядит и почему всё происходит. Я надеюсь, Анастасия мне в этом поможет, тем более, у нас есть хороший тренд «дружбы семьями» между дисциплинами. Это очень хороший тренд будущего внутри медицинской науки и практики.

Итак, Анастасия, расскажите пожалуйста, что такое щитовидная железа. Мы же о ней вообще не думаем каждый день. Многие могут не знать, где она находится.

Анастасия Удилова:

Да, вы абсолютно правы. Очень многие пациенты, приходя на прием, ложатся на спину, оголяют живот и говорят: «Доктор, я готов!» очень сильно удивляются, что я ставлю датчик в область шеи, потому что щитовидная железа локализуется на передней поверхности шеи. Щитовидная железа достаточно небольшой орган, поэтому, действительно, многие даже не догадываются, что она вообще существует. Но это очень важный орган, и я бы сказала, это жизненно важный орган, без которого человек и любое живое существо млекопитающее существо, просто не могут жить. Чем же она так важна для нашего организма? Щитовидная железа — это орган эндокринологической системы, который вырабатывает гормоны щитовидной железы. Их 2 вида, это гормоны триотиронин и тетратиронин, чаще всего мы слышим Т3 и Т4. Это сокращённые формы и то, что мы видим в анализах. С вашего позволения сегодня я буду называть обобщенно тиреоидные гормоны. Также гормон кальцитонин, который отличается по точкам приложения в организме. По функциям это гормон, который регулирует фосфорно-кальциевый обмен в организме. Сегодня мы не будем его затрагивать, потому что он в меньшей степени влияет на работу нашей психики и нервной системы. Основные изменения в психике происходят на фоне нарушения функции гормонов Т3, Т4, либо избытка, либо недостатка.

Виктория Читлова:

Какие функции этих гормонов в целом в организме?

Анастасия Удилова:

Тиреоидные гормоны Т3, Т4 отвечают в первую очередь за обменные процессы в организме. Они регулируют функцию ферментной системы, обменных процессов белков, терморегуции, работу нервной системы, работу мышечной системы.

Виктория Читлова:

А иммунной системы?

Анастасия Удилова:

В принципе, тоже, но я скорее, исходя из литературы, считаю, что больше опосредованное влияние. Если обобщенно сказать, то гормоны влияют на функции всех органов и систем, в том числе половых. Когда у девушек, у женщин происходят какие-либо проблемы с менструальным циклом, например, и, как вы сказали, в первую очередь думают, как при депрессивных расстройствах, о проблемах со щитовидной железой и бегут к гинекологу сдавать гормоны щитовидной железы. Поэтому можно сказать, что щитовидная железа регулирует работу всего нашего организма и всех наших органов и систем.

Виктория Читлова:

Кто чаще к вам обращается, и с какими жалобами? Что вы чаще находите?

Анастасия Удилова:

В 98 % случаев обращений пациенты жалуются на дискомфорт в области шеи. Пациент, который к нам направляется эндокринологом, имеет жалобы на дискомфорт в шее. Дискомфорт пациент описывает как ощущение комка в горле, затруднение глотания, как будто что-то мешает. В первую очередь, опять-таки, начитавшись интернета, поговорив с соседкой, пациент идет к эндокринологу, потому что стандартная фраза: «Это все щитовидка».

Виктория Читлова:

Что вы находите среди этих 98 %?

Анастасия Удилова:

Из 98 % в большинстве случаев мы не находим какой-либо глобальной проблемы со стороны щитовидной железы. Тут надо понимать, что у большого количества людей на планете, практически, у каждого 3-го человека, имеется какая-либо проблема. Но не каждая проблема со щитовидной железой – это та проблема, которую нужно решать именно таблетированными препаратами, операционными методами, также регулярной сдачей анализов. Например, узловой зоб. Нужно четко дифференцировать, в каких ситуациях узловой зоб действительно приводит к ощущениям, с которыми пришел пациент.

Виктория Читлова:

То есть, ощущения в щитовидной железе могут быть?

Анастасия Удилова:

Они не в щитовидной. Это следствие увеличения размеров щитовидной железы за счет наличия в ней узлов, что приводит к синдрому сдавления органов шеи. Сдавливаются такие органы, как трахея, пищевод. У пациента, естественно, возникают субъективные ощущения: затруднение дыхания, затруднение глотания. Всё в рамках этого компрессионного синдрома.

Виктория Читлова:

Ощущения при истинном зобе, или при узловых изменениях похожи на то, что человек чувствует, когда он жалуется на ком в горле при отсутствии патологии щитовидной железы?

Анастасия Удилова:

Честно говоря, здесь мне сложно сказать, насколько действительно эти ощущения схожи. Я думаю, что субъективные ощущения всё-таки похожи. Пациент и в той, и в другой ситуации – и при отсутствии синдрома сдавливания, и при его наличии – озвучивает субъективно одну и ту же ситуацию: ком в горле, затруднение глотания. Понятно, что мы не можем окончательно дифференцировать, насколько сдавливает.

Виктория Читлова:

Вы обозначили следующий вопрос. Давайте, сразу поговорим о коме в горле, что это такое бывает чаще всего? Это уже имеет отношение к психиатрии и к психосоматике.

Анастасия Удилова:

Таких пациентов нужно очень хорошо дифференцировать. Проблема достаточно распространённая и связана с тем, что, действительно, при первых возникновениях таких жалоб, при первых симптомах пациент сразу бежит к эндокринологу, и врач УЗИ ставит диагноз узлы. Но не каждый узел, не любого размера действительно приведёт к синдрому сдавления. Узлы до 3-х см вообще не нужно рассматривать как то, с чем нужно бороться. Их не нужно ни трогать, ни оперировать, периодически только делать ультразвуковое исследование. Как часто – можно определить с эндокринологом. Также следует обратиться к врачу оториноларингологу, или ЛОР-врачу, чтобы он также исключил со своей стороны патологию глотки, гортани, трахеи. Если исключили проблемы с щитовидной железой, с ЛОР-органами, которые могут привести к таким ощущениям, то, конечно, нужно обращаться к вам, коллега.

Ощущение кома в горле совершенно не означает патологии щитовидной железы. Узлы щитовидной железы не всегда вызывают давление на глотку.

Виктория Читлова:

Здесь, дорогие друзья, стоит отметить, что в психиатрии есть очень известный термин «ком в горле», как одно из невротических проявлений, маскирующих тревогу, элементы депрессивных состояний, чувство тоски. Вспомните, как в момент печали или обиды вам подкатывает ком в горло, происходит сдавление, трудно дышать, и человек может испытывать что-то вроде душевной боли. На языке психиатрии это называется конверсионный симптом, то есть эмоции конвертируются на язык ощущений. Это совершенно не значит, что у вас в горле что-то есть. Есть грубо говоря, это некий психоэмоциональный комплекс, который продуцирует сам мозг. Если мои коллеги, специалисты по щитовидной железе, либо ЛОР-врачи ничего своего не находят, то, скорее всего, оно так и есть. Так что имейте ввиду, пожалуйста. Такие комки в горле раньше назывались истерический ком, globus hystericus. Как показывает реальная клиническая практика, это встречается не только у впечатлительных и очень эмоциональных людей, это встречается и при тревоге, и при подавленности, когда человек испытывает массу эмоциональных явлений.

Анастасия Удилова:

Я со своей стороны хотела бы добавить, чтобы нас услышали не только люди, не имеющие отношения к медицине, а также специалисты, к которым обращаются такие пациенты. Ведь, что нужно в первую очередь пациенту? Если пациент приходит за помощью, значит, он ожидает что-то у себя найти – то, с чем нужно бороться. Зачастую, первичное звено диагностики, это врач ультразвуковой диагностики, увидев узлы, сразу озвучивает: у вас узлы, скорее всего, с ним связано. Пациент на этом, к сожалению, акцентируется, и, приходя к специалисту следующего звена, это врач-эндокринолог или врач-хирург, начинают, практически, настойчиво требовать, чтобы его прооперировали, ссылаясь на то, что врач ультразвуковой диагностики, эндокринолог сказал ему, что, скорее всего, причина в узлах и с этим нужно что-то делать. Я с такими пациентами сталкивалась. Проблема в том, что операция на щитовидной железе достаточно сложна, всегда есть определённый процент осложнений. Кроме осложнений, возможно повреждение возвратно-гортанного нерва, который приводит, практически, к инвалидизации пациента, то есть, у пациента может пропасть голос на всю жизнь. Это снижение качества жизни пациента, выпадение пациента из социума, у некоторых, извините, работа связана с общением. Также происходит повреждение околощитовидных желез в 60 % случаев даже у профессионалов.

Виктория Читлова:

То есть, к операции вы прибегаете в крайних случаях.

Анастасия Удилова:

Да, конечно. Сейчас только наличие компрессионного синдрома является показанием к операции. Даже не ориентируются на размеры узлов, только на доказанную связь жалоб пациента с узлами в щитовидной железе. Ещё момент, что щитовидная железа – жизненно важный орган. Если её нет в организме, гормоны нужно откуда-то получать. Пациент после операции всю жизнь должен принимать гормоны, то есть он подвязан пожизненно, постоянно, ежедневно принимать эти препараты. Поэтому, прежде чем убрать щитовидной железу, нужно 100 раз взвесить и обратиться к специалисту, который непосредственно этим занимается, то есть к эндокринному хирургу.

Виктория Читлова:

Друзья, обратите внимание, что не всегда специалисты в области УЗИ всесторонне квалифицированны, чтобы однозначно судить. Со своей стороны добавлю, что есть понятие ятрогения – то, о чём сказала Анастасия. В чистом виде она и есть, когда неаккуратно сказанное слово в адрес пациента по поводу его состояния ложится в его сознание. У него возникает тревога, ипохондрия, состояние, требующее скорейшего вмешательства. Снижение настроения, тревога – оттуда все сопутствующие явления.

Мы выяснили, что ком в горле – это не всегда заболевания щитовидной железы. Перейдем непосредственно к патологии щитовидной железы и как она может отражаться на работе психики, что чаще всего встречается. Но сначала выясним, кто чаще болеет заболеваниями щитовидной железы: мужчины, женщины? Есть ли соотношения?

Анастасия Удилова:

Чаще, всё-таки, болеют женщины проблемами щитовидной железы. Но здесь, скажем так, четкой взаимосвязи, статистически достоверной, нет. Но есть взаимосвязь, основанная на наблюдениях составных психосоматики. Есть мнение, что щитовидная железа отвечает за наши эмоции, за нереализованность эмоций. Как раз, когда отсутствует реализация эмоций, когда человек блокирует выражение, свои страхи, тревожность, то, собственно, это может приводить к развитию заболеваний щитовидной железы. Поскольку женщины более эмоциональные создания, более восприимчивые к различным жизненным ситуациям, то чаще всего, конечно, они являются нашими пациентками.

Виктория Читлова:

Мы задали тренд для понимания, дорогие друзья, что как психика влияет на щитовидной железу, так и гормоны щитовидной железы могут отражаться на деятельности психики и вашем самочувствии.

Что же чаще вы видите?

Анастасия Удилова:

Чаще возникает 2 состояния. Это либо гипотиреоз, либо гипертиреоз. Это состояния, которые действительно приводят к нарушениям психики или деятельности нервной системы. Есть также изменения в формате узлового зоба, но узловой зоб сам по себе не влияет, разве что опосредованно, через ипохондрию. Ипохондрики – это люди, которые акцентируют на этом свое внимание. Но прямой взаимосвязи нет, потому что узловой зоб, истинный узловой зоб, чаще всего не приводит к изменениям гормонального фона. К изменению гормонального фона, синдрому гипотиреоза и синдрому гипертиреоза, чаще всего приводит диффузный токсический зоб. В нашей стране употребляется такой термин, за границей чаще всего можно услышать болезнь Грейвса, или Базедова болезнь. Также узловой токсический зоб, но это следствие длительно существующих узлов, когда у человека длительное время есть узловые образования, при этом гормональный фон в норме. В какой-то момент происходит, как мы говорим, сбой в системе функционирования данных узлов. Данные узлы начинают автономно, бесконтрольно выделять большое количество гормонов щитовидной железы. Бесконтрольно со стороны гипоталамо-гипофизарной системы.

Виктория Читлова:

То есть над щитовидной железой существует контроль, осуществляемый мозгом.

Анастасия Удилова:

Очень сложная система регуляции по принципу отрицательной обратной связи, называется гипоталамо-гипофизарная система. К состоянию гипотиреоза чаще приводит хронический аутоиммунный тиреоидит. Здесь нужно акцентировать внимание, что 2 состояния, диффузный токсический зоб и аутоиммунный тиреоидит, приводят к разнонаправленным состояниям, но субстрат один – это антитела против своего собственного органа, против щитовидной железы. Только в одном случае антитела блокируют работу щитовидной железы, что мы видим при хроническом аутоиммунном тиреоидите, приводящем к гипотиреозу, а в случае диффузного токсического зоба с гипертиреозом, то есть повышением функции щитовидной железы, роль играют активирующие антитела, которые стимулируют работу щитовидной железы, так называемые, антитела к рецепторам ТТГ.

Виктория Читлова:

Все знают и помнят рекламу про йодомарин, про умненьких детишек, которые хорошо учатся в школе, про успешность на работе и так далее, если вы едите соль с йодом. Что вы скажете на этот счёт?

Анастасия Удилова:

По данному поводу очень много дебатов и нет единого мнения в медицинском сообществе как среди эндокринологов, так и среди всех докторов. Но могу сказать, что взгляды медицины меняются. Ранее основной причиной появления у пациента узлового зоба считалась нехватка йода в пищевом рационе.

Виктория Читлова:

Если была установлена причина – нехватка йода

Анастасия Удилова:

Да. Скажем так, нет никаких других причин. Узнать, что есть дефицит йода? Только абстрактно. Мы живём в йододефицитном регионе. Но проблема в том, что даже у людей, которые живут в регионах, где достаточное содержание йода в пищевых продуктах, например, Япония и страны, где люди потребляют достаточное количество морепродуктов, также зафиксированы случаи узлового зоба. То есть теория немного рушится. В 60 % случаев, действительно, причиной возникновения узловых образований является дефицит йода, однако, сказать с уверенностью нельзя. Пациенты спрашивают про тесты на уровень йода. Нет такого. Также были проведены достаточно долгие наблюдения, и у меня были пациенты, которые всю жизнь, на протяжении длительного времени, пока у них были узловые образования, что только ни принимали! И йодомарин, и морскую капусту, и йодированную соль, что рекомендуют сейчас больше всего, потому что йод — это микроэлемент, его нужно в небольших количествах. Любая передозировка может наоборот, заблокировать, и очень сложно подобрать необходимое количество йода. Такие пациенты что только ни перепробовали, у них все равно продолжался рост узлов щитовидной железы. На основании длительных наблюдений сейчас мировое сообщество эндокринологов сходится на том, что забудьте про какие-либо терапии при узловых образованиях. Если у вас образовался коллоидный зоб, он все равно будет расти, что с ним ни делай, тенденция сохранится. Поэтому сейчас просто наблюдают.

Длительные наблюдения показывают, что йодотерапия при узловых образованиях, скорее всего, не эффективна, так как причиной заболевания не обязательно является дефицит йода.

Виктория Читлова:

Перейдём к разбору, что представляет из себя состояние синдром гипотиреоза. Как он проявляется?

Анастасия Удилова:

Гипотиреоз проявляется, если мы сейчас не берем во внимание нервную систему, проявляется замедлением обменных процессов. То есть у пациента замедляется обменный процесс на уровне белков. В медицинской практике это называется активизация анаболизма. Пациент может набирать вес, при этом сопровождается вялостью, апатией, снижением настроения, возможна сонливость, может снижаться мышечная сила. При гипотиреозе есть определённые маски. Одна из масок — это депрессия. Помимо депрессии, у пациентов могут быть изменения со стороны вегетососудистой симптоматики, понижение температуры тела, гипотермия, замедление частоты сердечных сокращений, снижение легочной вентиляции. То есть всё, что является проявлением снижения обменных процессов.

Виктория Читлова:

Как происходит набор веса? Есть отёки и так далее?

Анастасия Удилова:

Да, да. Отёчность является следствием повышенного отложения гиалуроновой кислоты в мягких тканях. Это называется микседема. Есть претибиальная микседема. В большинстве случаев концентрация гиалуроновой кислоты увеличивается в подкожно-жировой клетчатке именно мягких тканей верхней поверхности голени, поэтому называется претибиальная микседема. В принципе, локализация может быть в разных участках.

Виктория Читлова:

Понятно. Мы видим некое торможение всех процессов, грубо говоря. Что мы наблюдаем со стороны нервно-психической сферы?

Анастасия Удилова:

Как я уже сказала, у пациента идёт торможение деятельности нервной системы. Здесь теорий несколько. Есть теория, что гормоны щитовидной железы, тиреоидные гормоны, при повышении своей концентрации в крови стимулируют выработку гормона серотонина, а серотонин отвечает за ощущения радости и спокойствия. Соответственно, теория такова, что при уменьшении уровня гормона в крови уменьшается, собственно, концентрация серотонина, что в свою очередь также может приводить к апатии, а в дальнейшем возможно, к депрессии и тревожным состояниям в том числе. Также гормоны щитовидной железы стимулируют выработку катехоламинов, если быть более корректным – меняется чувствительность рецепторов тканей организма к катехоламинам. Катехоламины – это адреналин, норадреналин, это гормоны стресса, гормоны тревожности. Если у нас уменьшается количество тиреоидных гормонов в крови, то и замедляется выработка данных нейромедиаторов в нервной системе. Тем самым уменьшается возбудимость нервной системы, соответственно пациент, если выражаться жаргоном, «притормаживает».

Виктория Читлова:

Вялый, апатичный. Также мы замечаем, что у человека снижается мотивация, ему ничего не интересно. Более того, у таких пациентов снижаются умственные способности. Кстати говоря, если у детишек есть аутоиммунные состояния с гипотиреоидным статусом, есть известное состояние под названием кретинизм. То есть такие нарушения в щитовидной железе, связанные со сниженным гормональным фоном, могут отразиться на интеллектуальном развитии человека с детства. Если говорить о состоянии уже у взрослого человека, то это снижение работоспособности, когнитивных функций – всем известное, модное название. То есть человек испытывает затруднения с памятью, с концентрацией внимания.

Анастасия Удилова:

Да-да, способность к обучению, восприятию новой информации. Эти пациенты вялые и всегда присутствует сонливость. Это, как раз, связано с тем, что происходит торможение процессов в центральной нервной системе.

Виктория Читлова:

Скажите пожалуйста, на каком этапе развития болезни щитовидной железы с пониженной функцией гормональной выявляется отклонения в психической деятельности? Это сразу происходит, или мы можем увидеть на поздних этапах, и тогда уже, может быть, поздно что-то делать?

Анастасия Удилова:

Это, конечно, происходит в запущенных ситуациях, когда уже длительно существующий, клинически выраженный, потому что есть изменения субклинического характера, или манифестирующий гипотиреоз, когда есть изменения гормонального фона, но нет клиники. В принципе, такие состояния можно никак не лечить, не корректировать. Когда пациент находится в запущенном состоянии, то длительно существующий, выраженный гипотиреоз, то есть выраженная недостаточность гормонов щитовидной железы, низкие значения, тогда, конечно, если не корректировать, если своевременно пациенту не назначить заместительную терапию…

Виктория Читлова:

…то будут развиваться все соматические проявления.

Анастасия Удилова:

Естественно. Проявляется это достаточно медленно. Например, возьмем существенные изменения, пациенту удалили щитовидную железу. По всем рекомендациям пациенту необходимо на следующий день, то есть максимально сразу после удаления щитовидной железы восполнить отсутствие гормонов, причём, по полной программе. Если пациенту не назначить после операции вовремя гормоны, то через 4 недели, плюс-минус, начнется проявление синдрома гипотиреоза. Пациенты, которые регулярно сдают гормоны, уже знают, что если они меняют дозировку, то сдавать гормоны в следующий раз необходимо не раньше, чем через 4 недели. То есть ответ организма на изменение гормонального фона не быстрый. Организм имеет достаточно хороший резерв.

Виктория Читлова:

Давайте, поговорим о смежной тематике с психиатрией. Хотелось бы обсудить депрессивно-астенический синдром при гипотиреозе. Насколько мне известно, из своей клинической практики в том числе, у таких пациентов не всегда можно определить именно депрессивный синдром. Что-то может соответствовать, что-то по длительности не очень соответствует. Не всегда мы можем сказать, что именно депрессия. Иногда состояние пациентов укладывается в невротическое состояние в целом. Раньше было очень модно астено-невротический синдром, даже туда слово «депрессия» не очень вписывалось. Какое ваше мнение на этот счет?

Анастасия Удилова:

Мне сложнее прокомментировать, потому что я не эндокринолог, у меня практика только с пациентами, у которых были состояния, требующие оперативного вмешательства. Такие пациенты были компенсированы. На фоне компенсации, конечно, любые проявления со стороны центральной нервной системы, обменных процессов сглажены. Поэтому истинных пациентов с запущенным гипотиреозом мы, хирурги не видели. Это вопрос к первичному звену, к эндокринологам.

Виктория Читлова:

Хотелось бы добавить, что в симптоматику входят тревожность, ранимость пациентов, они немного раздражительны к яркому свету, звукам, они трудны на подъем. Если говорить о непосредственном присоединении депрессивной симптоматики, грубо говоря, симптомы сниженного метаболизма накладываются на депрессивное состояние и в полном свете одно другое дополняет. В медицине называется коморбидность. Ещё хотелось отметить, что подобные состояния крайне неприятны и с трудом диагностируются у пожилых людей, у пожилых женщин. Сложно диагностировать. Да, обнаружили, что у пациентки гипотиреоз, связанный с патологией щитовидной железы, а депрессию не заметили и не пролечили.

Кстати, про лечение депрессивных состояний при гипотиреозе. На первых порах успокоительные антидепрессанты могут вообще не действовать, насколько я знаю. Скорее, поможет эндокринологическая коррекция, плюс, если действительно остается в сухом остатке депрессивный синдром, то можно будет грамотно подобрать антидепрессант.

Анастасия Удилова:

Да, вспоминаем: гормоны щитовидной железы повышают уровень серотонина. Давая пациенту заместительную терапию, повышая уровень гормонов в крови, мы оказываем пациенту лечебное действие со стороны восприятия нашего мира.

Виктория Читлова:

Верно. И уже подсказка из слов Анастасии, что препаратами выбора здесь будут, скорее всего, антидепрессанты из круга селективных ингибиторов обратного захвата серотонина. Мы можем перейти к состоянию под названием гипертиреоз.

Анастасия Удилова:

Гипертиреоз – это обратная ситуация. Здесь всё происходит с точностью до наоборот. Гипертиреоз сопровождается повышением уровня гормонов щитовидной железы в крови и сопровождается, наоборот, усилением обменных процессов, активизацией, ускорением. Проявляется на каждом уровне в обратную сторону в отличие от гипотиреоза. То есть, что происходит в центральной нервной системе? Это повышенная возбудимости нервной системы, всех процессов, которые ответственны за передачу нервных импульсов. Опять-таки, посредством того, что я озвучила ранее: гормоны щитовидной железы повышают чувствительность адренергических рецепторов к катехоламинам.

Виктория Читлова:

Грубо говоря, организм находится всё время в стрессе. Он в тонусе, напряжённый.

Анастасия Удилова:

Готов, постоянно готов бороться с окружающим миром. Хотя, здесь тоже есть нюанс, некая палка о двух концах. Возможно, это вопрос дискуссии, может быть, нейрофизиологов, когда на фоне повышения чувствительности клеток головного мозга к катехоламинам еще повышается уровень серотонина. По всей видимости, пациент в хорошем настроении, готов к труду и обороне. Что касается сердечно-сосудистой системы, то учащается сердцебиение, частота сердечных сокращений, сила сердечных сокращений. Артериальное давление реагирует, но в меньшей степени. Это, кстати, не основной синдром. Очень многие пациенты ошибочно считают, что повышение артериального давления даёт щитовидной железа. Это далеко не основной симптом. Ускорение обменных процессов приводит к тому, что пациенты, несмотря на то, что они всегда хотят есть и едят много, они худеют. В этом когнитивный диссонанс пациента: «Доктор, я много ем, но почему-то худею. Что со мной происходит?»

Виктория Читлова:

Он в тонусе, худеющий. Меняется его внешность?

Анастасия Удилова:

Да, безусловно. Есть такая ситуация, как эндокринная офтальмопатия. Эндокринная офтальмопатия возникает на фоне аутоиммунного тиреоидита. Но она считается самостоятельным заболеванием, потому что антитела к щитовидной железе, которые циркулируют в крови, они, как выяснилось, ещё и тропные к антителам в глазных мышцах, которые двигают глаз. В какой-то момент состояние становится самостоятельным и проблема таких пациентов в том, что даже после удаления щитовидной железы эндокринная офтальмопатия остается и требует постоянного контроля, динамического наблюдения и лечения.

Виктория Читлова:

Если бы пациент с гипертиреозом пришел к психиатру, который, допустим, не очень обратил бы внимание на соматический статус и не посмотрел бы в анализы, которые принес пациент. Он бы такому пациенту поставил, например, гипоманиакальное состояние или смешанное состояние. Что это такое? Это один из вариантов проявления биполярного аффективного расстройства, когда у человека состояние эмоционального подъема, активности, бодрости сменяются состояниями депрессии. Есть переходные формы, они называются смешанное состояние. Человек бодрый, тревожный, он постоянно бежит что-то делать, но он не чувствует себя комфортно, не веселится. Он раздражителен, он берется то за одно, то за другое, у него ускоряется мыслительный процесс, он не может его закончить, довести до конца. Соответственно, работоспособность здесь тоже снижается, как и в первом случае, при гипотиреозе, но в обратном виде. Здесь очень важно не перепутать как коллегам вашего фронта, так и моего, who is who, чья вотчина. Причем, здесь важно иметь обязательно ввиду, что такие синдромы и то, что в них входит, не всегда с точки зрения психиатрии можно облечь в синдром. У пациента с гипертиреозом всё может калейдоскопически меняться, или ему поставят быстрые циклы – есть такое состояние, когда по внутренним биохимическим и гомеотическим механизмам у пациентов чисто настроенческие патологии, бывает очень быстра смена настроения вне связи с щитовидной железой. Так что есть такие взаимные тематики, соприкосновения.

Расскажите, как подходить грамотно к диагностике и что из себя представляет ваша деятельность?

Анастасия Удилова:

Диагностика щитовидной железы начинается с 2-х первых этапов. Обязательно нужно сдать кровь на гормоны щитовидной железы. Поскольку сегодня во всем мире люди любят считать деньги, достаточно сдать только гормон ТТГ. Если ТТГ в норме, значит, даже если есть отклонения, они минимальные в рамках субклинического гипертиреоза или гипотиреоза и не требуют никакой коррекции. ТТГ – тиреотропный гормон. Это гормон, который вырабатывает гипофиз в головном мозге. Он регулирует работу нашей щитовидной железы.

Виктория Читлова:

По его уровню мы можем косвенно определять, использовать как индикатор, что будет больше или меньше гормонов щитовидной железы.

Анастасия Удилова:

Многие пациенты считают, что ТТГ это гормон щитовидной железы. Мы, к сожалению, тоже уже употребляем как жаргон: гормон щитовидной железы. ТТГ – это гормон гипофиза, а не щитовидной железы.

Виктория Читлова:

Он относится к системе регуляции деятельности щитовидной железы.

Анастасия Удилова:

Если будут отклонения в ТТГ, значит, дальше развернутый спектр анализов: Т3, Т4 и антитела, если требуют те или иные клинические изменения в состоянии пациента. Ультразвуковая диагностика, которая даст нам информацию о наличии органических изменений в щитовидной железе, потому что, опять-таки, при каждой нозологической патологии, о которой мы сегодня сказали, есть свои изменения в щитовидной железе. Что касается синдрома компрессии, о котором мы сказали, необходимо обследование пищевода и трахеи, есть ли сдавление данных органов извне, а именно, сдавление щитовидной железой.

Виктория Читлова:

Дорогие друзья! Мы сегодня не ставили целью рассмотреть лечение. Пожалуйста, обратитесь к эндокринологу, если есть такая проблема. Это, конечно, тематика не одной передачи и не в рамках «Пси-лектория».

Я в конце всегда задаю коротенький вопрос: что вы пожелаете нашим зрителям?

Анастасия Удилова:

Я от себя хочу пожелать, естественно, здоровья. Здоровья со стороны как психической системы, так и вашего физического состояния, и конечно, здоровья щитовидной железы. Если она у вас болеет, то, поверьте, приятного мало. Поэтому давайте сохранять своё физическое и психическое здоровье, тогда мы будем находиться в гармонии с собой и окружающим миром.

Виктория Читлова:

Благодарю вас, Анастасия! Дорогие друзья! Заботьтесь о себе и глубже понимайте!