Проблема преемственности в изображении двоемирия в современной волшебной сказке (на примере романа А. Старобинец «Убежище 3/9»)

имени Е.Р. Дашковой, существует Дашковское общество, изучающее наследие выдающегося государственного деятеля XVIII столетия. Сослана в свое имение Коротово под Череповцом в 1796 году сразу после восшествия на престол Павла I. Сохранилось письмо с просьбой о смягчении участи и разрешении проживать в другом своем имении, написанное Дашковой в Коротово и отправленное отсюда. Ходатайство Дашковой император удовлетворил.

Литература

1. Исаченко, Г.А. «Окно в Европу»: история и ландшафты / Г.А. Исаченко. - СПб., 1998.

2. Каганский, В. Культурный ландшафт: основные концепции в российской географии / В. Каганский // Обсерватория культуры: журнал-обозрение. - 2009. - № 1. -С. 62 - 70.

3. Культурный ландшафт как объект наследия / под. ред. Ю.А. Веденина, М.Е. Кулешовой. - М.; СПб., 2004.

4. Культурный ландшафт: вопросы теории и методологии исследований. - М.; Смоленск, 1998.

5. Культурный ландшафт: Теоретические и региональные исследования. - М., 2003.

6. Управление культурными ландшафтами и иными объектами историко-культурного наследия в национальных парках. - М., 1999.

7. Convention concerning the Protection of the World Cultural and Natural Heritage. - UNESCO, 1972.

УДК 82.0

И.В. Шарапова

Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор М.А. Черняк

ПРОБЛЕМА ПРЕЕМСТВЕННОСТИ В ИЗОБРАЖЕНИИ ДВОЕМИРИЯ В СОВРЕМЕННОЙ ВОЛШЕБНОЙ СКАЗКЕ

В данной статье описываются пути трансформации сказочного двоемирия в современной литературной сказке на примере романа А. Старобинец «Убежище 3/9». Сказочное двоемирие рассматривается как жанрообразующий признак литературной сказки, выявляются такие его особенности, как: проницаемость границы двух миров, способы проникновения в другой мир, характеризуются обитатели потустороннего мира.

Литературная сказка, фольклорная сказка, сказочное двоемирие, пути трансформации.

The article describes the ways of transformation of fairy «two-worlds» in modern literary fairy tale on the example «Refuge 3/9» written by A. Starobinets. Fairy «two-worlds» is regarded as the main genre-forming element in fairy-tales. Such features as the permeability of the border of two worlds and the ways of getting into another world are revealed; the inhabitants of the other world are characterized in the paper.

Literary fairy tale, folk tale, fairy «two-worlds», ways of transformation.

Жанр сказки в начале XXI в. становится все более актуальным. Это связано с особенностями современной социокультурной ситуации. Обновленные образы и сюжеты фольклорной сказки создают новые мифы, отражающие тягу современного человека к иллюзиям, жажду утешения и ощущения надежности: «Сказочная» мода сегодня - выражение тоски по коллективному мифу и простой истине для всех» [1, с. 202].

Несмотря на то, что часто современные авторы именуют свое произведение романом, мистическим триллером, черты сказочного жанра явно проступают и в выборе сюжета и персонажей, и в строении самого текста. Одновременно с этим писатели трансформируют и сами жанровые признаки сказки.

О.С. Левченкова, рассматривая влияние постмодернизма на современную сказку, пишет: «Трансформируются и пародируются известные сюжеты, преображаются знакомые герои. Аллюзии, ассоциации прочно входят в ткань сказочных произведений» [2, с. 79]. Роман Анны Старобинец

«Убежище 3/9» (2006) - яркое тому подтверждение.

Интересной представляется попытка рассмотреть пути трансформации жанровых признаков сказки на примере изменений одной из самых важных примет фольклорной сказки - двоемирия, неразрывно связанного с обрядом инициации, который является центральным компонентом, наследуемым литературной сказкой от фольклорной. Интерпретация инициального обряда в иносказательной форме определяет структуру сказки. Мальчика, находящегося на границе двух миров, своего и чужого, символически убивают, он получает новое имя, старшие учат его законам жизни, тайным премудростям. Тот же путь проходит и Мальчик из романа Анны Старобинец «Убежище 3/9», которого сначала сбрасывает с детского кресла вниз мертвец в пещере ужасов (своеобразная потеря ребенка родителями), а после символической смерти он получает взамен своего имени новое, почти сказочное имя - Иван. Мальчик получает сакральные знания: как проникать в мир людей и влиять на их жизнь.

Изменяется внутреннее пространство иного мира. Путь в мир мертвых состоит, по мнению В.Я. Проппа [3, с. 151 - 168], из двух этапов: сначала герой,

который отправляется в лес за невестой или волшебным даром, попадает в избу Бабы Яги, символизирующую границу миров, а затем уже он движется в иное царство, руководствуясь ее подсказками. При этом огромное пространство от границы до самой цели герой сказки преодолевает мгновенно. Второго этапа пути в сказке Старобинец - от избушки Бабы Яги до мира мертвых - просто нет. Мальчик сразу попадает в центр Нави, где живет Баба Яга, которая берет на себя обязанность охранять и оберегать мальчика до совершеннолетия.

Все сосредоточено в центре Нави, а движение по лесу - это движение по кругу. Оно бесцельно и бесполезно. Выбраться из леса невозможно: «Выбора у тебя все равно нет: куда бы ты ни пошел, в любом случае рано или поздно вернешься обратно. Из этого леса нет выхода... Тут можно двигаться только по кругу» [4, с. 161]. Мальчик проходит этот круг довольно быстро, в отличие от своих родителей, совершающих длительное путешествие по миру Яви к временному убежищу. Тот свет в фольклорной сказке описывается как отражение земного мира: это может быть целое царство, широкие луга, леса, сады, роскошные и светлые, как в земном мире. В отличие от того света фольклорной сказки, в произведении

А. Старобинец иной мир строго локализован в пределах мрачного леса, и даже смены дня и ночи в мире Нави не происходит: «Ночи над Смородиной не сменялись днями. Это была одна длинная, неподвижная, безнадежная ночь» [4, с. 277]. Время ее -вечность. Однако иной мир наполнен в романе Ста-робинец всеми атрибутами из фольклорной сказки: дремучий лес, молочная река с кисельными берегами, дворец Бессмертного, роскошный стол, который ломится от всевозможных яств, которые пробует Мальчик, приобщаясь, тем самым, к миру мертвых. А его мать пьет «воду, не имевшую вкуса, воду, которая совсем не пахла водой. Мертвую воду» [4, с. 284].

Расширяется и круг персонажей, населяющих второй мир сказки. С одной стороны, сказочный лес по традиции населяет нечисть: Баба Яга, которая ухаживает за Мальчиком, готовит его любимую еду и просит называть ее мамой; Тот, кто рассказывает, он же Бессмертный; Лесной (Леший), который сначала хочет съесть мальчика, но потом становится весьма дружелюбным с ним. С другой стороны, с ними сосуществуют гномики и тролли, характерные для скандинавских сказок. В то же время в этом мире живут и персонажи европейских литературных сказок, например, Спящая - красивая девочка в коме, которую в конце концов будит поцелуй Мальчика (сказка «Спящая красавица» Ш. Перро). А злая колдунья живет в пряничном домике (сказка «Пряничный домик» братьев Гримм) и делит власть над миром Нави с Бессмертным, который, мстя за отвергнутую любовь, разбил мир на Явь и Новь. И весь иной мир живет в ожидании конца времени, желанного конца, поскольку он освободит их от многовекового заключения в Нави. Мальчик - их надежда.

Кроме того, персонажи из мира Мертвых могут

влиять и на ход событий в реальном мире. Так, имеет власть злая колдунья Люсифа над нашим миром. Она, владея гипнозом, управляет с помощью президента России, похожего больше на труп, людьми, развязывает третью мировую войну, а затем и вовсе успыпляет всех, начиная творить свой новый мир, в котором она будет иметь безграничную власть. И остановить ее некому, ведь добрая сила насильно удерживается в мире потустороннем. Таким образом, приметы XXI века прочно входят в ткань сказочного повествования.

Отношения между сверхъестественными существами и человеком в фольклорной сказке развиваются в неизменных формах: человек борется со сверхъестественным существом и побеждает его, кроме того, некоторые существа из иного мира выполняют функции чудесных помощников, спасающих героя от гибели и помогающих ему достичь своей цели, благополучно вернуться домой. В сказке А. Старо-бинец волшебные существа играют особую роль, не свойственную героям фольклорной сказки: они оберегают героя, поскольку он необходим им для выхода в Явь, манипулируют им.

Возвращение героя в свой мир в волшебной сказке неизбежно, ведь естественный ход жизни не может быть прерван. Именно поэтому герой обязан пройти испытание, выполнить все задачи, ради решения которых он попадает в другой мир. Возвращение происходит тем же способом, с помощью которого герой попадает туда, либо с помощью волшебных помощников. Пересечь границу миров Мальчик может, лишь овладев тайными знаниями, однако вернуться в мир живых и обрести там свое прежнее место он не в силах. Он обречен остаться в другом мире, кроме того, уводит за собой своих родителей.

Таким образом, путь в иное царство в сказке «Убежище 3/9» трансформируется. Герой фольклорной сказки попадает в другой мир, имея определенную цель - добыть невесту или вернуть что-то утраченное, получить какой-то дар. В указанной же литературной сказке цель пребывания Мальчика в Нави знают лишь те, кто его туда утащил. Сам же герой долгое время не понимает, почему он там оказался, плачет, пытается вернуться обратно в свой привычный мир. Мальчик попадает в лес потому, что такова его судьба от рождения, таково его предназначение. Даже имя его определили не родители, а судьба еще до его рождения: он будет Иваном, как бы его ни назвали родители. Впав в кому, Мальчик начинает жить параллельно в двух мирах. Тело его в интернате для неизлечимо больных детей. Он может двигаться, но ничего не воспринимает из окружающей действительности. Одновременно он оказывается в ином мире, от травмы остается только шрам на его черепе. Однако в мире мертвых Иван сохраняет едва ощутимый запах живого. Мальчик помнит о матери и отце, стремится к ним, однако выйти из леса не может. Вследствие этого естественный ход событий оказывается нарушенным, границы миров становятся проницаемы, а события в реальном мире

определяются теми целями, которые преследуют обитатели потустороннего.

С переосмыслением пути в иное царство связано и изменение структуры самого леса, который становится символическим знаком западни, из которой невозможно выбраться, не только для чужих, но и для тех, кто этот лес населяет, ибо Бессмертный сам наложил заклятие, не дающее нечисти проникнуть за пределы своего мира. В долгий путь до границы двух миров отправляется не сам главный герой, а его родители, которых он хочет взять с собой. При этом Мальчик вынужден жить по законам нечистых и обязан проучить тех, кто его бросил. Чтобы протащить мать и отца сквозь невидимую границу миров, Мальчик должен трансформировать их. «С мамой, как и предупреждал Тот, у Мальчика поначалу действительно получалось довольно плохо. Трансформация заняла не одно мгновение, как полагается, а несколько лет - мать теряла себя мучительно, по частям: сначала память, потом душу, потом голос, потом тело.» Пересекая границу с Россией, новое тело матери Мальчика, превращенной во французского клошара, умирает от болезни. Смерть необходима для того, чтобы переместиться в иной мир. Однако прежде, чем попасть туда, Маша должна долгое время стоять на границе миров - на Калиновом мосту через реку Смородину: «Это река с мертвой водой. Она разделяет два берега - Явь и Навь». Уйти с моста она может, только лишь согревшись в холодной Нави, в которой, в отличие от фольклорной сказки, где иной мир очень похож на явный, никогда день не сменяет ночь. Согрев и приласкав обиженных существ, обитающих в мире нечисти, Маша получила возможность встретить своего мужа, превращенного в паука, который из Италии добирается на поезде к месту встречи, и вместе с ним попасть в убежище. И это не вознаграждение за доброту, как в сказке фольклорной, а лишь воля их сына, которую все обитатели Нави выполняют.

Примечательно то, что нет четких границ между миром живых и мертвых, они размыты. Мир нечистых постоянно взаимодействует с миром явным, влияет на ход событий в нем, существа потусторонние проникают в мир живых и управляют их судьбами.

Сказочное двоемирие предполагает сосуществование двух сфер бытия: мира своего, сферы бытия живых, и мира чужого, сферы бытия мертвых и нечистых. Граница между мирами, которую предстоит пересечь проходящему посвящение герою, отмечена дремучим лесом, избушкой Бабы-Яги, огненной рекой и т.п. Функция границы - не только разграничить царства, но и обозначить вектор пути. Движение сказочного героя в этом случае оказывается линейным: этот тип пути отмечен предсказанностью и неизбежностью развязки и лишает героя возможности действовать вразрез с моделью поведения, традиционной для волшебной сказки.

Мир «Убежища 3/9» Анны Старобинец описывается как зеркальное отражение реального и сказочного типов бытия. Своеобразной скрепой между

этими мирами является Мальчик, взрослеющий в центре мира Нави, и Люсифа, существующая параллельно в двух мирах как колдунья и циркачка. Структура мистического пространства сказки усложняется многочисленными аллюзиями и ассоциациями. Так, имена родителей Мальчика - Мария и Иосиф - отсылают читателя к библейской истории из Нового Завета. Эта ассоциация укрепляется с помощью выбор места для убежища - пещеры, в которой он скрывается вместе с отцом и матерью. А домик колдуньи Люсифы А. Старобинец заимствует из сказки братьев Гримм «Пряничный домик».

В сказке «Убежище 3/9» выявляется несколько способов взаимодействия мира Нави и Яви. Пересекать границу Яви и Нави может лишь Мальчик и колдунья. Они существуют одновременно в двух мирах. Нечисть же может выходить в наш мир, в Явь, но только в трансформированном виде - они превращаются в людей, всегда странных. В отличие от традиционного разгарничения двух миров на «живое

- мертвое» противопоставление двух миров у Старо-бинец происходит по принципу разделения на жизнь явную и скрытую. Потеря сознания или тяжелые физические недуги, лишающие человека возможности вести разумную жизнь, становятся той формой, обретя которую герой получает возможность проникнуть в чужой мир. Отсутствие разумной жизни, потеря своего сознания дают возможность жизни в Нави, как это происходит со всеми больными детьми из интерната, - и это тоже одна из характерных черт современной волшебной сказки. Так, больные дети из интерната в параллельном мире становятся трол-ликами и гномиками, которых Лесной может зажарить на костре и съесть, после чего в реальном мире умирают дети-инвалиды; а сиамские близнецы Аня и Яна - Змеем Горынычем, при разделении которых врач будто отрезал им необходимую для жизни третью голову. Настоящая жизнь кипит для них в том мире.

Таким образом, болезнь, сопровождающаяся потерей возможности вести разумную жизнь, становится одним из путей пересечения границы между мирами. А волшебные существа воспринимают выход за пределы своего мира как игру. Лесной в разговоре с Машей признается:

«- Алекс и дядя Леша - мои сценические псевдонимы. Там.

- Там?

- Ну да, там. В Яви. Я ведь туда иногда вылезаю. Мы все иногда вылезаем. Никогда не знаешь, что из тебя может вылезти!» [4, с. 292].

Мотив узнавания сущности сверхъестественных существ за маской обычных людей сопровождает героиню на протяжении ее пути в сказку. Баба Яга становится Галиной Сергеевной, женщиной с молодым лицом и старыми руками, у которой беременная Маша живет на даче. Бессмертный становится директором с очень добрыми глазами дома для больных детей, в котором Маша оставляет своего ребенка.

Еще один способ общения с живыми для нечисти

- сны (еще одна важная особенность современной

литературной сказки). Зловещий беззвучный лес, из которого невозможно найти выход, во сне Маши перекликается с лесом потусторонним, в котором оказывается ее сын. При этом Мать испытывает те же чувства, что и ее ребенок.

Стержень сюжета - в воспоминаниях Маши о своей жизни. Болезнь как форма соприкосновения с миром иным наиболее интересно воплощается именно в линии Маши, а нравственное выздоровление -залог того, что она соединится со своей семьей. Прежде чем добраться до убежища героиня должна вернуть свою память: «Теперь мне ничего больше не нужно делать. У меня впереди вечер, ночь и еще, наверное, день.. Я скоро, очень скоро умру. Но пока что... Я разгребу этот мусор. Покопаюсь в своей помойке. Распутаю свой клубок. Вспомню. Все, наконец, вспомню [4, с. 90]. И сжигание на костре - это не только смерть прежней Маши, но и возрождение ее. После этого героиня получает право попасть в убежище.

Смерть, таким образом, - не единственный способ выйти за пределы этого мира. Это отправная точка для проникновения в мир потусторонний, потому что именно она разделяет два мира. Однако Старобинец добавляет важное уточнение: это скорее смерть разума, нежели тела. При этом люди в здравом уме, живущие обычной жизнью, всегда живут в ожидании смерти, которая для россиян, по версии Старобинец, оказывается сродни сну. Больные дети, напротив, о смерти не думают.

Помимо изменения самого мира мертвых происходит трансформация и итога странствий героя. Кульминационным моментом волшебной сказки является битва между добрыми и злыми силами. За день до восемнадцатилетия Мальчик из «Убежища 3/9» тоже должен сразиться со злой колдуньей, забрать у нее иглу и, разломав ее, положить конец времени. Однако битва не состоялась. Мальчик был умерщвлен с помощью яда без сопротивления, потому что с самого начала существовало соглашение между Бессмертным и колдуньей, согласно которому она получала взамен череп Мальчика и с ним -безграничную власть над явным миром. Договоренность между самыми сильными и авторитетными противниками среди нечистых об обмене иглы на череп Мальчика, который должен был стать спасителем мира, окрашена горькой иронией: ведь Тот, кто рассказывает, просто хотел есть и не мог этого сделать из-за своего же заклятия, поэтому выбрал наиболее быстрый и надежный способ исполнить пророчество и сломал иглу ценой предательства. Таким образом, герой, прошедший весь путь инициации, обладающий уже силой и знаниями, был убит без борьбы. Успешно пройденное испытание не привело к победе добра. Путешествие по миру мертвых и миру живых оканчивается для героев в убежище три девятых, которое строит Мальчик. Такое название этого загадочного места дает прямую отсылку к сказке: «три девятых» - это практически сказочное Тридевятое царство, поскольку в нем найдут себе

убежище все фольклорные персонажи и семья Мальчика, и таким образом сказка получает возможность существовать после наступления хаоса на Земле. Однако не пройденный до конца путь делает героя лишь одним из тех, кто укрылся в убежище и должен ждать решения своей судьбы пассивно, в то время как в фольклорной сказке герой после успешно выполненного задания всегда возвращается в мир живых, где его ждет награда.

Итак, в сказке А. Старобинец «Убежище 3/9» происходит значительная трансформация фольклорного двоемирия и особенностей прохождения через мир потусторонний героев произведения. Мир загробный не столько противопоставлен миру живых, сколько существует как бы внутри него, постоянно взаимодействуя с ним и влияя на него. Автор показывает несколько способов такого взаимопроникновения. Трансформация героев, душевные и физические недуги, сопровождающиеся потерей разума, сны, смерть - вот те состояния, которые позволяют перейти границу Яви и Нави.

Кроме того, меняется и круг обитателей потустороннего мира: помимо традиционных для русского фольклора героев здесь встречаются и персонажи европейских сказок и жители современной России и Западной Европы. При этом персонажи не маркированы, не закреплены за одним из миров, а существуют в них параллельно.

А. Старобинец изменяет и функции героев в этом двоемирии. Главный герой оказывается заложником нечистых, которые используют его дар в своих целях. Борьба происходит внутри мира потустороннего, а не между миром явным и скрытым, между добром и злом. Герои перемещаются в мир Нави и продолжают там жить, ожидая изменения мира. Убежище становится лишь временным для них, а конечного пункта странствий и, соответственно, цели у героев нет.

Таким образом, автор сказки сохраняет традиционное двоемирие фольклорной сказки как жанрообразующий признак, но значительно трансформирует не только его структуру, но и формы взаимодействия иного мира с реальным, и систему персонажей этих миров, и сами функции этого структурного элемента фольклорной сказки. Двоемирие усложняется аллюзиями, переходами в пограничное состояние между жизнью и смертью, возможностью выхода за границы миров.

Литература

1. Лебедушкина, О. Шехерезада жива, пока. О новых сказочниках и сказках / О. Лебедушкина // Дружба Народов. - 2007. - № 3. - С. 199 - 211.

2. Левченкова, О.С. Феномен чуда в русской литературной сказке 30 - 90-х годов ХХ века / О.С. Левченкова // Филологические науки. - 2000. - № 5. - С. 72 - 80.

3. Пропп, В.Я. Исторические корни волшебной сказки /

В.Я. Пропп. - М., 1998.

4. Старобинец, А. Убежище 3/9 / А. Старобинец. - М., 2011.