«Кризис в умах, а не на рынке»

Ситуация на сибирском рынке недвижимости, по оценкам экспертов и его участников, противоположна столичным трендам. В регионе не говорят о стагнации и падении цен. Александр Львовский, генеральный директор московского представительства ООО «Росса Ракенне СПб», эксклюзивного дистрибутора компании Honka в России, убежден: предпосылок для паники нет, если компания готова скорректировать собственные маржинальные аппетиты.

— Насколько уместно говорить о кризисе на рынке загородной недвижимости?

— Экономические предпосылки для кризиса, безусловно, были. Но влияние этих факторов сильно преувеличено. У нас есть возможность работать и зарабатывать. Да, на какой-то момент рынок замер, но в нашем сегменте падения нет. Мы не прогнозируем особенно сильных потрясений на рынке и в ближайшей перспективе. Наоборот, за последнее время рынок даже начал расти, примерно на 10-15%.

Я вообще убежден, что кризис может стать катализатором для рождения чего-то нового и интересного. Всеобщая паника точно не оправданна, причем упадническому настроению больше всего подвержена Москва. Компания работает и в Санкт-Петербурге, и на Урале, и в Сибири, и в Татарстане — и мы можем объективно судить о настроении людей. Так вот, с уверенностью могу заявить: чем дальше от Москвы, тем меньше говорят о кризисе. Я считаю, что сейчас кризис больше в умах, чем на рынке.

— Но девальвация рубля сегодня заставляет многие компании, работающие на российском рынке, существенно пересматривать стоимость своих продуктов, и, повышая ценник, бизнес ссылается именно на кризис. Особенно это касается компаний, работающих с импортом.

— Мы продаем на рынке импортный продукт, и у нас отпускные цены на комплект поставки Honka из Финляндии привязаны к евро. Но мы работаем в России и продаем дома за рубли. Поэтому решили не поднимать цены, а сократить свою маржу. В итоге компания стала меньше зарабатывать. Это серьезное последствие, но поводов для паники все равно нет. Я не вижу ситуации, что «все умерло». Наоборот, все не так плохо, в том числе и на рынке загородного домостроения. Есть прослойка людей, которая хочет построить свой дом и имеет такую возможность.

— Как российские покупатели воспринимают премиальный сегмент?

— Я противник любой сегментации, дом можно построить и дорого, и дешево, все зависит от заказчика и стоящих перед ним задач. В целом воспринимать дорогую недвижимость готовы ориентированные на нее потребители. Кроме того, наша недвижимость не самая дорогая на рынке. Сейчас самыми востребованными в нашей линейке предложений являются дома небольшой площади. Сегодня клиент умеет считать и метры, и рубли, он не приобретает что-то избыточное, его интересует дом площадью 150-300 кв. м. Обычно сделка, когда клиент получает загородный дом под ключ, стоит €200-400 тыс.

Лучше всего продаются не готовые дома, а земельный участок с подрядом. Как ни странно, готовые дома не привлекают клиентов, поэтому мы строим таких объектов не так много. В основном предлагаем проектирование с последующим строительством, когда дом делается под конкретного клиента — и это предложение пользуется спросом.

— Что, по вашему мнению, сдерживает развитие рынка?

— Сегодня, к сожалению, до сих пор штормит строительную отрасль. Даже если мы вернемся к какому-то регулятору, например в виде отдельного министерства строительства или к госстрою, лицензированию, то будем рады. Еще одна трудность, как обычно, вялое и запоздалое участие государства в инфраструктурных проектах. Инфраструктуру надо активнее развивать не только в Москве, но и в регионах. Хотя мы с радостью констатируем, что последнее время новые руководители областей движутся в этом направлении. Иногда компания сама обеспечивает развитие инфраструктуры, но это порой увеличивает стоимость конечного продукта.