СООТНОШЕНИЕ СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ И УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ НОРМЫ

УГОЛОВНОЕ И УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПРАВО. УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС

УДК 343.211

Р.А. Комягин

СООТНОШЕНИЕ СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ И УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ НОРМЫ

Введение: существующее в науке уголовного права понятие «состав преступления» не возможно признать полностью отражающим уголовно-правовую природу данной категории. Согласно результатам многочисленных исследований, состав преступления выступает содержанием одного или нескольких элементов уголовно-правовой нормы, которые, в свою очередь, получают внешнее выражение в нормативных предписаниях действующего уголовного законодательства. Поскольку элементы и признаки состава преступления предусмотрены в уголовном законе применительно к преступлению каждого вида, определение соотношения элементов уголовно-правовой нормы и нормативных предписаний с категорией состава преступления следует признать одним из основных вопросов при выстраивании его понятия. Цель: формирование в науке уголовного права системного представления о значении уголовно-правовой нормы в общем учении о составе преступления, направленного на дальнейшее совершенствование охранительного законодательства и практику его применения. Методологическая основа: совокупность метафизического, диалектического, сравнительно-правового, формально-юридического, логического методов исследования, а также системно-структурный подход. Результаты: представлена обоснованная авторская позиция, отражающая соотношение состава преступления и уголовно-правовой нормы как базовых, сложно структурированных категорий доктрины и отрасли уголовного права. Выводы: диспозиция запретительной уголовно-правовой нормы как один из ее элементов, содержит нормативно закрепленное понятие о составе преступления определенного вида. При этом элементы и признаки состава преступления предусмотрены в статьях Общей и Особенной частей УК РФ.

Ключевые слова: состав преступления, элементы и признаки состава преступления, уголовно-правовая норма, структура уголовно-правовой нормы, нормативное предписание, статья уголовного закона, соотношение.

R.A. Komyagin

CORRELATION OF CORPUS DELICTI AND CRIMINAL LAW NORM

Background: the concept of a corpus delicti existing in the science of criminal law cannot be recognized as reflecting the criminal law nature of the category in question.

© Комягин Роман Александрович, 2019

Аспирант кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права (Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: roman.komyagin@mail.ru © Komyagin Roman Aleksandrovich, 2019

Postgraduate Student, Criminal and penal law department (Saratov State Law Academy) 213

According to the results of numerous studies, the crime constitutes the content of one or more elements of the criminal law norm, which, in turn, receive external expression in the regulatory requirements of the current criminal law. Since the elements and signs of a crime are provided for in the criminal law with respect to each type of crime, the determination of the relationship between the elements of the criminal law norm and regulatory requirements with the category of the crime should be recognized as one of the main issues in building its concept. Objective: the formation in the science of criminal law of a systemic idea of the importance of the criminal law norm in the general doctrine of the corpus delicti, aimed at further improving the protective legislation and the practice of its application. Methodology: a set of metaphysical, dialectical, comparative legal, formal legal, logical research methods, as well as a system-structural approach. Results: a substantiated author's position is presented, which reflects the correlation of the corpus delicti and the criminal law norm as the basic, complex structured categories of the doctrine and the branch of criminal law. Conclusions: disposition of the prohibitive criminal law as one of its elements contains a normatively fixed concept of the composition of a crime of a certain type. Moreover, the elements and signs of corpus delicti are provided for in the articles of the General and Special Parts of the Criminal Code of the Russian Federation.

Key-words: corpus delicti, elements and signs of corpus delicti, criminal law rule, structure of criminal law rule, normative order, article of criminal law, ratio.

Одной из основных причин, препятствующих достижению единства в понимании состава преступления, является по-разному определяемое его соотношение с уголовно-правовой нормой. Установление того внешнего выражения, которое теоретическая модель уголовно-правовой нормы получает в тексте уголовного закона, выступает первоочередным вопросом, представляющим интерес в рамках заявленной темы исследования [1, с. 153]. При его решении необходимо исходить 3 из следующих, предложенных в доктрине уголовного права, понятий. Норма-~ тивное предписание уголовного права — это закрепленный в рамках отдельного й тезиса статьи уголовного закона структурный элемент уголовно-правовой нор-§1 мы, содержащий описание наиболее общих и (или) специфических признаков I конкретных преступлений и наказаний, либо иных мер уголовно-правового | характера, предусмотренных за их совершение [2, с. 213]. Уголовно-правовая | норма — это установленное государством общеобязательное правило социального ° поведения, получившее выражение посредством системы нормативных пред-| писаний и регламентирующее поведение участников отношений, связанных с | совершением преступления и назначением за него наказания либо иной меры  уголовно-правового характера [3, с. 213].

§ При этом следует разграничивать статью уголовного закона и уголовно-

| правовую норму. Статья — это конструктивная составляющая закона, в то | время как норма представляет собой элемент уголовного права, содержащий в

0 себе обязательное правило поведения [4, с. 188-189]. И.Я. Козаченко говорит, ° что норма выражает сущность уголовного закона и именно поэтому не может | быть сведена к статье, то есть техническому оформлению нормы права [5, с. 63]. § В большей степени соответствующей целям данной работы следует признать

1 принятую в общей теории права концепцию трехэлементной структуры вирту-& альной (логической) уголовно-правовой нормы, согласно которой, регламентация

любой уголовно-правовой нормы происходит посредством предусмотрения в уголовном законе гипотезы, диспозиции и санкции, составляющих ее структуру. Ввиду ассиметричного законодательного закрепления нормативные предписания, закрепленные в разных частях УК РФ, а также бланкетные диспозиции, отсылающие к нормативно-правовым актам иных отраслей права, оказываются включенными в содержание структурных элементов уголовно-правовой нормы 214 [6, с. 44; 7, с. 31]. По этому поводу верное суждение высказывают Ю.Е. Пудовоч-

кин и С.С. Пирвагидов: «В одной статье может содержаться одна либо несколько норм, в то же время одна норма может содержаться в нескольких статьях закона» [8, с. 37].

Применительно к общему учению о составе преступления рассмотрению подлежат запрещающие, по способу регулирования отношений, уголовно-правовые нормы. Они возлагают на субъектов обязанность пассивного поведения — воздержание от совершения преступных деяний, реализуются в форме соблюдения уголовно-правового запрета и включают нормативные предписания, предусмотренные в Особенной части УК РФ. Цель законодательного закрепления уголовно-правовых норм данного вида состоит в охране общественных отношений, перечисленных в ст. 2 УК РФ [2, с. 215-217].

Элементы, составляющие структуру запретительной уголовно-правовой нормы, могут быть определены следующим образом. Гипотеза получает свое отражение исключительно в статьях Общей части УК РФ, устанавливает условия и сферу происхождения юридических фактов, порождающих регулируемые нормой общественные отношения [9, с. 37-38]. Диспозиция предусматривается в статьях как Общей, так и Особенной части УК РФ, содержит запрещенные варианты поведения участников уголовно-правовых отношений и признаки, характеризующие структуру такого поведения [10, с. 598]. Санкция — закрепленный в статьях Особенной части УК РФ элемент уголовно-правовой нормы, содержащий неблагоприятные последствия за нарушение определенного в диспозиции правила поведения [2, с. 222-224].

Говоря о месте нормативных предписаний Общей части УК РФ в структуре уголовно-правовой нормы, следует сказать, что они находят свое отражение в гипотезе и диспозиции уголовно-правовой нормы.

К гипотезе уголовно-правовой нормы могут быть отнесены такие нормативные предписания Общей части УК РФ, как: действие уголовного закона во времени, т в пространстве и по кругу лиц (ст. 9-13 УК РФ); отсутствие малозначительности к деяния (ч. 2 ст. 14 УК РФ) и добровольного отказа от преступления (ст. 31 УК РФ); совокупность и рецидив преступлений (ст. 17, ст. 18 УК РФ); совершение о неоконченного преступления: приготовление к преступлению и покушение на й преступление (ч. 1 и ч. 3 ст. 30 УК РФ); совершение преступления в соучастии з и виды соучастников преступления (ст. 32, ч. 3 - ч. 5 ст. 33 УК РФ); отсутствие 1 обстоятельств, исключающих преступность деяния (ст. 37-41 УК РФ); неисте- в чение сроков давности привлечения к уголовной ответственности и исполнения н обвинительного приговора суда (ст. 78, 83, 94 УК РФ); неистечение сроков дав- | ности погашения судимости или неснятие судимости (ст. 86, 95 УК РФ). д

К неотъемлемой части гипотезы уголовно-правовой нормы многие авторы е относят также ст. 8 «Основание уголовной ответственности» УК РФ [11, с. 45]. й Например, А.В. Наумов, пишет: «Гипотезой... уголовно-правовой нормы явля- а ется положение об основании уголовной ответственности, сформулированное в М ст. 8 УК РФ» [12, с. 63]. и

Рассматривая роль нормативных предписаний Общей части УК РФ примени- № тельно к диспозиции уголовно-правовой нормы, можно сказать, что статьи Осо- 3 бенной части УК РФ не содержат указание на некоторые элементы и признаки, • входящие в структуру состава преступления. К ним можно отнести: признаки о родового объекта преступления (ч. 1 ст. 2 УК РФ); признаки объективной стороны — действие или бездействие (ч. 1 ст. 5 УК РФ); признаки субъективной стороны — вина в форме умысла (ст. 25, 27 УК РФ) или неосторожности (ст. 26 УК РФ), умысел при неоконченном преступлении (ч. 1 и ч. 3 ст. 30 УК РФ) и при соучастии в преступлении (ст. 32 УК РФ); признаки субъекта преступления — физическое свойство (ч. 1 ст. 19 УК РФ), возраст (ст. 19, 20 УК РФ) и вменяемость (ст. 19 УК РФ, 21-23 УК РФ). 215

Некоторые из условий, относящиеся к гипотезе запретительной уголовно-правовой нормы, не являются обязательными для квалификации преступления, и оказываются задействованными при изменении той системы элементов и признаков состава преступления, которая предусмотрена в диспозиции запретительной уголовно-правовой нормы, вплоть до полного ее отсутствия (обстоятельства, исключающие преступность деяния). Ярким примером выступает неоконченное преступление, завершившееся на стадиях приготовления или покушения, а также совершение преступления в соучастии. В обоих случаях, помимо статьи Особенной части УК, требуется отсылка к ст. 30 или 33 УК РФ.

Нормативные предписания Общей части УК РФ, касающиеся соучастия в преступлении и неоконченного преступления, могут быть также закреплены в качестве квалифицирующих признаков состава преступления. В связи с этим, необходимо отметить, что если обозначенные обстоятельства содержатся непосредственно в статье или части статьи Особенной части УК РФ, т.е. являются признаками состава преступления, они относятся к диспозиции запретительной уголовно-правовой нормы. Если же, при квалификации совершенного преступления для установления одного из обозначенных обстоятельств необходимо обращение к нормам Общей части УК РФ, например, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ — покушение на убийство, оно входит в гипотезу уголовно-правовой нормы.

Таким образом, предусмотренное в УК РФ понятие состава преступления определенного вида (кражи, мошенничества, грабежа и т.д.) шире статьи Особенной части УК РФ, поскольку в ней не содержится указания на объект уголовно-правовой охраны, а также, в большинстве случаев, на субъект и субъективную сторону преступления. Восполнение обозначенных структурных элементов состава преступления осуществляется посредством анализа статей Общей части т УК РФ. Основная роль при описании в статьях Особенной части УК РФ отвоем дится признакам объективной стороны [13, с. 79-80; 14, с. 47-48]. Например, ¿г Г.А. Есаков в качестве одного из критериев выделения видов диспозиций статей ~ Особенной части УК РФ называл способ описания законодателем объективной 2 стороны состава преступления [15, с. 24].

1 Говоря о составе преступления и уголовно-правовой норме, В.Н. Кудрявцев

£ отмечал, что состав преступления и по объему, и по содержанию является более 1 узким понятием. Во-первых, такой элемент, как санкция всегда находится за пре-§ делами состава преступления, во-вторых, в науке уголовного права по-разному I решается вопрос о соотношении состава преступления с гипотезой и диспозици-§. ей уголовно-правовой нормы. Если предположить, что гипотеза и диспозиция представляют собой единое целое, то состав это более узкое понятие, поскольку £ он не включает условий наступления уголовной ответственности. Если же вы-£ делить гипотезу в самостоятельную часть уголовно-правовой нормы, то состав | преступления оказывается тождественен по содержанию диспозиции [13, с. 71]. ° Следует согласиться с мнением В.Н. Кудрявцева и сделать вывод о том, что

1 при соотношении состава преступления и структуры уголовно-правовой нормы,

0 состав преступления соответствует ее диспозиции. При этом диспозиция вклю-§ чает в себя нормативные предписания как Общей, так и Особенной частей УК

1 РФ. Значение запретительной уголовно-правовой нормы в рамках общего учения | о составе преступления заключается в том, что о каждом составе преступления

на нормативном уровне существует видовое понятие. Оно позволяет выделить структуру преступления определенного вида и разграничить преступления разных видов между собой (кража, грабеж, разбой и т.д.).

Библиографический список

1. Кленова Т.В. Основы теории кодификации уголовно-правовых норм. Самара, 216 2001. 386 с.

2. Уголовное право. Общая часть: преступление. Академический курс: в 10 т. / под ред. Н.А. Лопашенко. М.: Юрлитинформ, 2016. Т. 2. Система, источники и структура уголовного права. Принципы уголовного права (автор разд. 1. гл. 3 — М.С. Жук, в соавторстве с В.П. Коняхиным). 712 с.

3. Филимонов В.Д. Норма уголовного права. СПб., 2004. 370 с.

4. Уголовное право. Общая часть: преступление. Академический курс: в 10 т. / под ред. Н.А. Лопашенко. М.: Юрлитинформ, 2016. Т. 4. Уголовный закон. Законодательная техника (автор ч. 1. разд. 3. гл. 1 — Н.А. Лопашенко) 704 с.

5. Уголовное право. Общая часть / под ред. В.Н. Петрашева (автор главы — И.Я. Ко-заченко). М., 1999.

6. Жицинский Ю.С. Санкция нормы советского гражданского права. Воронеж, 1968. 123 с.

7. Алексеев С.С. Структура советского права. М.: Юридическая литература, 1975. 264 с.

8. Пудовочкин Ю.Е., Пирвагидов С.С. Понятие, принципы и источники уголовного права: сравнительно-правовой анализ законодательства России и стран Содружества Независимых Государств. СПб., 2003. 295 с.

9. Российское уголовное право. Общая и Особенная части: учебник: в 3 т. 2-е изд., испр. и доп. / под ред. Н.А. Лопашенко. М.: Юрлитинформ, 2014. Т. 1. Общая часть (автор главы 2 — Н.А. Лопашенко.) 720 с.

10. Уголовное право. Общая часть: преступление. Академический курс: в 10 т. / под ред. Н.А. Лопашенко. М.: Юрлитинформ, 2016. Т. 1. Понятие уголовного права. Механизм уголовно-правового регулирования (автор разд. 4 — В.Д. Филимонов). 712 с.

11. Куринов БА. Научные основы квалификации преступлений. М., 1984. 181 с.

12. Российское уголовное право: общая часть / под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М., 2000.

13. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М.: Юридическая литература, 1972. 352 с.

14. Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М.: Государственное изд-во юридической литературы. 1960. 244 с.

15. Уголовное право Российской Федерации: общая часть / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. М., 2004. 560 с.

References

1. Klenova T.V. Fundamentals of the Theory of Codification of Criminal Law. Samara, 2001. 386 р.

2. Criminal Law. General part: Crime. Academic course: in 10 vols. / ed. N.A. Lopash-enko. Moscow: Yurlitinform, 2016. Vol. System, Sources and Structure of Criminal Law. Principles of Criminal Law (author section. 1. Chapter 3-M. S. Zhuk, co-authored with V.P. Konyakhin). 712 р.

3. Filimonov V.D. The Norm of Criminal Law. SPb., 2004. 370 р.

4. Criminal law. General part: Crime. Academic course: in 10 vols. / ed. N.A. Lopa-shenko. Moscow: Yurlitinform, 2016. Vol. Criminal law. Legislative technique (author chapt. 1. sect. 3. chapter 1-N. A. Lopashenko) 704 p.

5. Criminal law. General part / edited by V.N. Petrashev (author of the Chapter- I.Ya. Ko-zachenko). Moscow, 1999.

6. Zhitsinsky Yu.S. Sanction of the norms of Soviet civil law. Voronezh, 1968. 123 р.

7. Alekseev S.S. Structure of Soviet law. M.: Legal literature, 1975. 264 р.

8. Pudovochkin Yu.E., Pirvagidov S.S. Concept, Principles and Sources of Criminal Law: Comparative Legal Analysis of the Legislation of Russia and the Commonwealth of Independent States. SPb., 2003. 295 р.

9. Russian Criminal Law. General and Special parts: textbook: in 3 vols. 2nd ed., ISPR. and DOP / under the editorship of N. A. Lopashenko. Moscow: Yurlitinform, 2014. Vol. The General part (the author of Chapter 2-N. A. lopashenko.) 720 p.

10. Criminal law. General part: Crime. Academic course: in 10 vols. / ed. N. A. lopashenko. Moscow: Yurlitinform, 2016. Vol. The concept of criminal law. The mechanism of criminal law regulation (author chapt. 4- V. D. Filimonov). 712 р.

11. Kurinov BA. Scientific Bases of Qualification of Crimes. Moscow, 1984. 181 p.

12. Russian Criminal law: General part / under the editorship of V.N. Kudryavtsev, A.V. Naumov. Moscow, 2000.

13. Kudryavtsev V.N. General Theory of Qualification of Crimes, M., Legal literature, 1972. 352 p.

14. Kudryavtsev V.N. The Objective Side of the Crime. Moscow: State publishing house of legal literature. 1960. 244 p.

15. Criminal Law of the Russian Federation: General part / under the editorship of L.V. Inogamova-Khegai, Rarog A.I., A.I. Chuchaev. Moscow, 2004. 560 p.

УДК 343.1

А.В. Тихий

СУДЕЙСКОЕ УСМОТРЕНИЕ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ ВНУТРЕННЕГО УБЕЖДЕНИЯ

Введение: для теории и практики уголовного судопроизводства важное значение имеет исследование судейского усмотрения как предоставленной законом возможности выбора судьей варианта решения по своему убеждению. Но, вместе с тем, усмотрение выступает как главный фактор, лежащий в основе формирования внутреннего убеждения судьи. Цель: исследовать сущность категории «судейское усмотрение» как структурно-психологического элемента механизма формирования внутреннего убеждения судьи и раскрыть значение его субъективной стороны при принятии судьей решений по уголовному делу. Методологическая основа: диалектико-материалистический подход; системный анализ, синтез, аналогия, структурно-функциональный и др. Результаты: раскрыто значение судейского усмотрения как фактора, лежащего в основе формирования внутреннего убеждения судьи. Вывод: механизм формирования внутреннего убеждения имеет две стороны: субъективную — чувственное восприятие судьей картины спора (усмотрение им обстоятельств рассматриваемого дела) и объективную — итог (результат) осознанной мыслительной деятельности судьи по исследованию доказательств — убеждение. Внутреннее убеждение судьи, в идеале представляющее собой правильное отображение в его сознании объективно существующих обстоятельств уголовного дела, служит субъективным выражением объективной истины. Восприятие (усмотрение) судьей обстоятельств рассматриваемого дела, т.е. субъективная сторона механизма формирования его внутреннего убеждения во многом определяется субъективно-личностными качествами судьи, которые становятся решающими факторами при принятии обоснованного и справедливого решения по делу.

Ключевые слова: судейское, усмотрение, восприятие судьей обстоятельств уголовного дела, внутреннее убеждение, механизм формирования внутреннего убеждения.

A.V. Tikhiy

JUDICIAL DISCRETION AS THE BASIS FOR THE FORMATION OF INTERNAL BELIEF

Background: for the theory and practice of criminal proceedings, the study of judicial discretion as an opportunity provided by law for a judge to choose an option of his own opin-

© Тихий Антон Вячеславович, 2019

Ассистент кафедры уголовного процесса ( Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: skisgap@list.ru

© Tikhiy Anton Vyacheslavovich, 2019 218 Assistant of the Department of criminal procedure