Результаты проведения первых выборов мировых судей в губерниях среднего Поволжья (конец 1860-х - начало 1870-х гг. )

130

Вестник Российского УНИВЕРСИТЕТА КООПЕРАЦИИ. 2016. № 2

УДК 347.962:94

РЕЗУЛЬТАТЫ ПРОВЕДЕНИЯ ПЕРВЫХ ВЫБОРОВ МИРОВЫХ СУДЕЙ В ГУБЕРНИЯХ СРЕДНЕГО ПОВОЛЖЬЯ

Н.Г. Тараканова

В статье рассматриваются особенности проведения первых выборов мировых судей в российской провинции на примере ряда губерний Среднего Поволжья. Освещаются организационные аспекты избирательной кампании, обращается внимание на проявившиеся в ходе подготовки и проведения выборов социальные противоречия и конфликты.

Ключевые слова: мировой судья; уездное земское собрание; выборы; кандидат; губернское земское присутствие; губернатор.

N.G. Tarakanova. RESULTS OF CARRYING OUT THE FIRST ELECTIONS OF JUSTICES OF THE PEACE IN THE GOVERNORATES OF THE MIDDLE VOLGA (the end of the 1860th - the beginning of the 1870).

In the article features of carrying out the first elections of justices of the peace in the Russian province on the example of a number of governorates of the Middle Volga are considered. Organizational aspects of election campaign are covered, the attention to the social contradictions and the conflicts shown during preparation and elections is paid.

Keywords: justice of the peace; district territorial meeting; elections; candidate; provincial territorial presence; governor.

Одним из важных шагов в истории демократизации отечественного правосудия явилось учреждение во второй половине XIX в. института мировых судей, формирование которого впервые носило всесословный выборный характер. Изучение отечественного опыта проведения выборов мировых судей сегодня весьма актуально в свете активных дискуссий, развернувшихся по поводу альтернативного порядка избрания участковых мировых судей в регионах современной России.

Как известно, введение в действие мировых судебных учреждений, предусмотренных судебной реформой 1864 г., проходило в стране поэтапно, сначала в столичных, а затем в провинциальных губерниях. На территории Поволжья отправной точкой для проведения мероприятий по выборам мировых судей стало издание Высочайшего указа от 30 июня 1868 г.

Министерство юстиции поспешило приступить к организации предварительных мероприятий по проведению выборов мировых судей, направив в июле 1868 г. губернаторам соответствующие распоряжения, в которых содержалась просьба ускорить подготовку и опубликование списков кандидатов, имеющих право занять должность мирового судьи.

Данные списки составлялись особыми уездными земскими присутствиями, передавались губернатору и подлежали опубликованию за два месяца до проведения выборов. Однов-

ременно со списками уездные земства должны были представить в губернское присутствие и предложения о разделе уезда на мировые участки.

Так, на первом заседании Пензенского Особого губернского присутствия, которое состоялось 21 октября 1868 г., было объявлено, что списки лиц, имеющих право баллотироваться в мировые судьи, поступили к губернатору от всех уездных присутствий и подлежат опубликованию не позднее 16 декабря [5].

Следует напомнить, что на основании Судебных уставов 1864 г. каждый уезд с входящим в него городом, а иногда и отдельно крупные города и даже их части составляли мировой округ, подразделявшийся на несколько мировых участков. В каждом участке должен был находиться один участковый мировой судья. Кроме участковых, предусматривалась должность почетного мирового судьи, которые разбирали дела в случае отсутствия участковых судей или по непосредственному обращению к ним обеих сторон правового конфликта. В отличие от участкового они не получали денежного содержания за исполнение своих обязанностей и могли занимать одновременно другую должность по государственной или общественной службе, за исключением должностей прокуроров, их товарищей и местных чиновников казенных управлений и полиции.

Мировые судьи, как участковые, так и по-

четные, избирались на 3 года органами земского самоуправления путем тайного голосования. Для кандидатов на должность мировых судей устанавливались возрастной, образовательный, имущественный цензы. Согласно п. 19 гл. II Учреждения судебных установлений, в мировые судьи могли быть избраны местные жители в возрасте не моложе 25 лет, получившие образование в высших или средних учебных заведениях или же прослужившие не менее трех лет в должности, которая была связана с производством судебных дел. Имущественный ценз предполагал наличие во владении самого кандидата, его родителей или жены земельного надела, в среднем не ниже 400 десятин, или другой недвижимой собственности, оценивающейся от 15 тыс. руб. серебром. При этом указанный ценз предусматривался только для уездов. В городах он определялся недвижимой собственностью, оцененной для взимания налога: в столицах - не менее 6 тыс., а в прочих - не менее 3-х тыс. руб. [8]. Снижением имущественного ценза для городов предполагалось привлечь более образованные городские сословия к участию в выборах.

Следует отметить, что на первых выборах в качестве исключения Положением от 19 октября 1865 г. допускалось внесение в списки кандидатов на должности мировых судей лиц, прослуживших не менее 6 месяцев в качестве мировых посредников, даже если они и не соответствовали условиям имущественного ценза. Данным правом воспользовались многие кандидаты. Кроме того, в соответствии со ст. 34 Учреждения судебных установлений, земскому собранию разрешалось по единогласному мнению полного состава гласных предоставлять звание мирового судьи также лицам, которые не обладали необходимым имущественным и образовательным цензом, но приобрели общественное доверие своими заслугами и полезной деятельностью. Так, в Пензенской губернии таким порядком в участковые судьи Инсарского и Мокшанского уездов были избраны бывшие уездные судьи Г. А. Ершов и Н.А. Зачинский, а в Нижнеломовском - титулярный советник Н.Т. Попов.

Но даже подобные исключения из общих правил не смогли восполнить кадровый дефицит. Недостаток лиц, имеющих право занять должность мирового судьи, приводил к вынужденному сокращению мировых участков, как это произошло в целом ряде уездов Самарской губернии.

Тем не менее первые выборы мировых судей вызвали в провинциальном обществе достаточно большой резонанс. Немалую роль в

поддержании общественного интереса к новым судебным учреждениям сыграла и местная пресса. Так, в Пензенских губернских ведомостях от 20 ноября 1868 г., в преддверии подготовки выборов, была опубликована статья юриста А.А. Головинского «О мировых судьях», в которой раскрывалась сущность и значение нового суда. В губернских ведомостях нашли также отражение и мероприятия по подготовке и проведению реформы на местах, решения уездных земских собраний по вопросам организации и функционирования мировых учреждений. С особой торжественностью комментировалось открытие в губерниях мировых судебных установлений. Так, «Симбирская хроника» 29 апреля 1869 г. сообщала: «В настоящее время все граждане наши крайне заинтересованы ожиданием открытия мировых судебных учреждений в г. Симбирске и во всей губернии. Не говоря уже о высших классах здешнего общества, самый простой народ с доверием и многими светлыми надеждами встречает этот новый суд, суд быстрый, правый и равный для всех... Нет сомнения, что 30 апреля 1869 г. как день открытия в Симбирской губернии мировых судебных установлений составит одну из важнейших и достопамятней-ших эпох, переживаемых народонаселением нашего приволжского края.» [7].

Однако процесс подготовки и проведения реформы не обошелся и без определенных конфликтов в рядах местного общества. Уже при обсуждении списков кандидатов выявились серьезные разногласия между местным дворянством и купечеством. Так, в Саранском особом присутствии представители дворянства высказали возражения по поводу заявления некоторыми купцами своих прав на избрание в мировые судьи на основании трехлетней службы в магистрате. В частности, Н. Кузьмин указывал в своем письме губернатору, что данная служба не дает возможности, «минуя воспитание, приобрести требуемую законом судебную практику» [2, л. 119]. И только после подтверждения законности их прав губернским прокурором купцы были допущены к участию в выборах и даже получили необходимое для избрания число голосов. Пензенский губернатор в письме министру юстиции от 8 января 1869 г. высказал свое неодобрительное отношение к данному решению земского собрания, указав, что избранные в почетные мировые судьи купцы Кубанцев, Усов и Коровин имеют далеко не безупречную репутацию и «довольно значительное состояние ими приобретено разными более или менее темными торговыми оборотами» [2, л. 119].

Но несмотря на это, сенат утвердил указанные кандидатуры.

В свою очередь, представители купечества выражали сомнения по поводу законности включения в списки кандидатов отдельных чиновников. Так, при обсуждении в Наровчат-ском земском собрании кандидатуры бывшего уездного судьи А.М. Железнякова, купец С.П. Ерофеев высказал мнение, что данный претендент не должен включаться в баллотировочный список, так как согласно данным, полученным в Наровчатском управлении, дом г-жи Железняковой оценен в 500 руб. серебром и именно с этой суммы уплачивался земский сбор. Удостоверение же, выданное раскладочной комиссией г-же Железняковой 18 августа 1868 г., где ее дом оценен в 3100 руб., по мнению Ерофеева не может являться доказательством ценза ее мужа, так как составлено «неправильным порядком». Но гласные, присутствующие в собрании, «не нашли возможным» опровергнуть удостоверение раскладочной комиссии и решили не исключать А.М. Железнякова из списка. Более того, он был избран земским собранием на должность участкового мирового судьи. Между тем губернатор в конфиденциальной переписке с министром юстиции давал не лестную нравственную оценку данному кандидату, отмечая, что Железняков «известен за человека, усвоившего себе обычаи мелких канцелярских чиновников» [2, л. 12].

Осуществляя общее руководство подготовкой выборов, губернатор следил за соблюдением законного порядка их проведения. Он мог высказывать свои замечания уездному земству по поводу включения в списки тех или иных кандидатов. Например, Пензенский губернатор Н.Д. Селиверстов сообщал Крас-нослободскому уездному земскому собранию, что находит: «а) Коллежского асессора Андрея Соловьева не соответствующим условию, требуемому п. 3 ст. 19 Судебных Установлений, ибо принадлежащий ему в г. Пензе дом, как уведомила Городская Дума, оценен только в 26 руб.; б) Подпоручика Дмитрия Чуфарова неподходящей кандидатурой из-за отсутствия документов о том, что он при поступлении на службу выдержал экзамен, соответствующий среднему учебному заведению» [2, л. 7]. Кроме того, губернатор сообщал министру юстиции об итогах проведения выборов и давал свою оценку избранным лицам.

Большая часть избранных на первое трехлетие судей была представителями дворянства и чиновничества. При этом социальное и имущественное положение участковых мировых судей было ниже, чем почетных. Должность

последних зачастую рассматривалась местными обывателями как ни к чему не обязывающее очередное общественное звание, что впоследствии определенным образом отразилось на низкой эффективности данного института. Так, по результатам первых выборов в Пензенской губернии, 44 % почетных мировых судей являлись крупными землевладельцами. Из них 27 % составляли лица, чьи поместья включали свыше 3 тыс. десятин земли, и около 17 % были владельцами более 10 тыс. десятин. Среди участковых мировых судей губернии представители крупного землевладения встречались значительно реже и составляли в 1869 г. около 23 %. Количество кандидатов на должность почетного мирового судьи также более чем вдвое превышало число желающих занять место участкового судьи. Например, в Сызранском уезде Симбирской губернии было избрано 8 участковых и 14 почетных мировых судей, среди которых был и городской голова Н.И. Мясников [7]. Карсунское земское собрание той же губернии избрало 6 участковых и 18 почетных мировых судей, Самарское -8 участковых и 18 почетных. В числе последних - самарский губернатор Г. С. Аксаков [1]. Как правило, почетные мировые судьи состояли из высокопоставленных общественных и государственных деятелей. Зачастую по долгу своей основной службы они находились далеко за пределами судебного округа. Таким образом, данный институт смог лишь подчеркнуть то значение, которое придавало правительство новым судебным учреждениям, нежели осуществлять конкретные задачи осуществления правосудия.

Согласно закону, мировым судьей мог стать только местный житель. Это условие вводилось в целях создания авторитетной судебной власти, хорошо знакомой с местными нравами, обычаями и людьми. Но трактовался местный ценз весьма широко, так как большинство представителей дворянства, имеющих поместья в провинциях, в них постоянно не проживали. Поэтому от претендента не требовалось проживания к моменту проведения выборов не только в том уезде, но даже в той губернии, где он баллотировался в качестве кандидата. Обязанность становиться местным жителем возникала, когда кандидат был избран на должность участкового мирового судьи. Например, для Пензенской губернии ситуация, когда в число мировых судей попадали лица, не проживавшие здесь постоянно, была достаточно типичной. В одном из сообщений, направленном губернатором в адрес министра юстиции по поводу итогов выборов в Нижнеломовском уезде, отмечается: «...Что же касается до не-

которых лиц, избранных в почетные мировые судьи, то о ... полковнике Николае Лубянове, генерал-майоре Меньковиче-Петровском, подполковнике Фон-Моллере, поручике Фролове и купце Волкове ... ничего положительного Вашему Сиятельству сообщить не признаю возможным, так как лица в пределах губернии постоянно не проживают» [2, л. 117]. Подобная ситуация в дальнейшем пагубно сказывалась на работе съездов мировых судей, с большим трудом набиравших необходимое для проведения заседаний число представителей.

Вполне предсказуемым результатом выборов явился и тот факт, что подавляющее число кандидатов и избранных судей оказались членами уездных земских собраний. Почти все предводители дворянства (они же - председатели уездных земских собраний) получили должности почетных мировых судей.

Однако, случались и весьма курьезные случаи. Так, на первых выборах мировых судей в Наровчатском уезде Пензенской губернии кандидатура председателя земского собрания А.Н. Ахлебина не получила поддержки большинства. Не желая признавать результаты голосования, он спровоцировал скандал, заявив о неисправности баллотировочного ящика. Часть оскорбленных его поведением гласных покинула заседание. Для восстановления порядка потребовалось вмешательство Пензенского губернатора. Разбирательство продолжалось около года и обнажило видимо давно назревший конфликт в рядах местного земства. Только 3 декабря 1869 г. губернатор сообщил министру юстиции: «устранение Ахлебина и его сообщников привело к тому результату, что, наконец, выборы судей в На-ровчатском уезде совершились законным порядком» [2, л. 126].

Обращаясь к анализу образовательного уровня мировых судей провинции, можно отметить, что среди первых мировых судей Казанской, Симбирской и Самарской губерний, чьи личные дела сохранились, более 50 % составляли лица, окончившие военные учебные заведения. По всем уездам Пензенской губернии военные чины составляли в 1869-1870 гг. 40 % участковых и около 52 % почетных мировых судей. Для сравнения: в провинциальных губерниях Центральной России (Калужской, Нижегородской, Рязанской) доля отставных военных среди первых мировых судей составляла 30 %, а в Московской губернии - 17 % [6]. Таким образом, для первого состава мировых судей Поволжских губерний был характерен типичный для дореформенной России военный тип карьеры.

Число лиц с высшим образованием было в

целом незначительным. Например, в Нижнеломовском уезде Пензенской губернии лишь 3-е из 15-ти мировых судей, утвержденных на первое трехлетие, имели высшее образование, 6 - обучались в военных заведениях. Вполне очевидно, что в определенной степени доступ в число мировых судей лицам с высшим образованием преграждал имущественный ценз. Нередко складывалась ситуация, когда человек имел соответствующее образование и желание служить судьей, но отсутствие имущественного ценза делало невозможным его участие в выборах [3].

Однако нельзя не отметить и тот факт, что общественный резонанс, вызванный демократическим характером нового института, привлек в его ряды достаточно широкий круг передовой общественности. Так, в Пензенской губернии в число первых почетных мировых судей входили: публицист, переводчик, издатель А.Н. Аксаков, И.Н. Горсткин - декабрист, член «Союза благоденствия», московской управы Северного общества и тайной декабристской организации «Практический союз», его сподвижник А.А. Тучков, открывший в своем поместье школу для крестьянских детей, пензенский промышленник и владелец торговых заведений мещанин А.И. Работкин, чей вклад в экономическое развитие края отмечен золотой и серебряной медалями «За усердие». Участковым судьей Саранского уезда был избран в 1869 г. П.А. Олферьев -участник Кавказской войны, действительный член Общества ревнителей русской истории и просвещения.

Передовая, прогрессивно мыслящая интеллигенция видела в новом судебном институте широкие возможности для просветительской и созидательной работы.

Подводя общий итог результатов первых выборов мировых судей в Поволжских губерниях, следует отметить, что проводились они на фоне общественного подъема и показали заметную заинтересованность населения провинции в создании всесословного, гласного и авторитетного суда. Вместе с тем узость круга кандидатов вынуждала земства порой закрывать глаза на некоторые махинации с цензом. Но, несмотря на кадровый дефицит, основные требования судебных уставов на местах были соблюдены. Первые судьи, по воспоминаниям современников, проявляли особое рвение в осуществлении своих обязанностей. Как писал мировой судья Симбирского округа и публицист В.Н. Назарьев, характеризуя своих коллег на заре существования мировых судебных учреждений, «как частные люди, они мо-

гли отличаться друг от друга своими индивидуальными особенностями, но как судьи, сами того не замечая, представляли нечто целое, нераздельное и близкое как по своей слабости в качестве юристов, так и по своему единственному, но общему достоинству, заключающемуся в бескорыстном и честном отношении к делу» [4, с. 132]. Кроме того, сталкиваясь по долгу службы с невежеством и элементарной безграмотностью населения, они принимали заметное участие в распространении образования, возлагая на себя дополнительные обязанности членов училищных советов, занимались распространением и улучшением школьного дела.

Не случайно в начале XX столетия, после двадцатилетнего перерыва, вновь была сделана попытка возродить институт мировых судей, правовое положение которого новый проект стремился определить, по возможности сохраняя нормы Судебных уставов 20 ноября 1864 г. Но, к сожалению, война и революционные события помешали реализации данных планов. Вновь возродить мировую юстицию удалось в ходе судебной реформы начала 1990-х гг., и она прочно вошла в современную судебную систему России.

Список литературы

1. Алабин П.В. Двадцатипятилетие Самары как губернского города. Самара, 1877. 87 с.

2. Государственный архив Пензенской области (ГАПО). Ф. 5. Оп. 1 (Канцелярия Пензенского губернатора). Д. 4703, 4706, 4709, 4710.

3. Котляров С.Б. Судебная реформа 1864 г.: взаимодействие суда с местными органами государственной власти и самоуправления // Судебная реформа 1864 г.: история и современность: материалы Всерос. науч.-практ. конф. Саранск, 2014. С. 24-26.

4. Назарьев В.Н. Современная глушь. Из воспоминаний мирового судьи // Вестник Европы. 1872. Кн. 3. С. 131-181.

5. Пензенские губернские ведомости. 1868. 13 нояб.

6. Попова А.Д. Правда и милость да царствует в судах (Из истории реализации судебной реформы 1864 г.). Рязань, 2002. 312 с.

7. Симбирские губернские ведомости. 1869. 4 янв., 29 апр.

8. Учреждение судебных установлений // Российское законодательство X-XX вв. Т. 8. Судебная реформа. М., 1991. 496 с.

ТАРАКАНОВА Наталья Геннадьевна - кандидат исторических наук, доцент, зав. кафедрой теории и истории государства и права. Саранский кооперативный институт (филиал) Российского университета кооперации. Россия. Саранск. E-mail: ngtarakanova@mail.ru.

TARAKANOVA, Natalya Gennadyevna - Candidate of Historical Sciences, Associate Professor, Head of the Department of Theory and History of the State and Law. Saransk Cooperative Institute (branch) of the Russian University of Cooperation. Russia. Saransk. E-mail: ngtarakanova@mail.ru.

УДК 346

ГОСУДАРСТВЕННОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Т.Ф. Тимофеева, Л.Г. Зиновьева

Статья посвящена исследованию понятий «государственное регулирование», «государственное регулирование экономики», «государственное регулирование предпринимательской деятельности». Выделены основные направления развития предпринимательской деятельности, рассмотрены цели, правовые средства и функции государственного регулирования предпринимательской деятельности, обозначены распространенные виды государственного регулирования предпринимательской деятельности и выявлены существенные недостатки в государственном регулировании предпринимательской деятельности.

Ключевые слова: деятельность; государственное регулирование; государственное регулирование экономики; государственное регулирование предпринимательской деятельности; предприниматели; публичные интересы.

T.F. Timofeeva, L.G. Zinovyeva. STATE REGULATION OF BUSINESS ACTIVITIES

The article is devoted to research of the concepts «state regulation», «state regulation of economy»,