Интервью с П. В. Векленко

«Физика — это то, чем физики занимаются за чашкой чая», — говорил автор планетарной модели атома лорд Резерфорд. Юристы — другое дело, поэтому мы остановились на кофе...

Наука за чашкой кофе

Интервью с П.В. Векленко

14 октября 2009 г. редакторы «Предвестника-2» при поддержке главного редактора провели очередную «коференцию». Поскольку формат «Предвестника» — молодежный, в гости к нему мы приглашаем молодых ученых. Первый опыт (Научный вестник Омской академии МВД России. 2008. № 4. С. 78-79) оказался удачным: наш собеседник М. В. Бавсун назначен начальником кафедры уголовного права академии. На этот раз мы попросили о встрече преподавателя кафедры философии и политологии кандидата философских наук П. В. Векленко.

Ред.: Павел Васильевич! Вы окончили Омскую академию МВД России по специальности «Юриспруденция», однако получили ученую степень по философии и преподаете на философской кафедре . Чем вызван такой выбор?

П. В.: Все началось с курсантских времен . Были хорошие преподаватели, да и содержание курса философии всегда привлекало, давало пищу для ума .

Ред.: Вы уже тогда, во время учебы, начали писать научные работы по философии?

П. В.: Когда я учился, еще не было научного студенческого общества в его современном виде, но определенные формы приобщения курсантов к науке существовали . И я написал работу по категории функции под руководством Любови Владиленовны Денисовой (доктор философских наук, профессор начальник кафедры философии и политологии . — Прим. ред.) .

Ред.: Кстати, как Вы относитесь к научному студенческому обществу, как оцениваете его достижения?

П. В.: На мой взгляд, в нашем вузе это направление сейчас прогрессирует, по крайней мере, в организационном отношении Организация мероприятий, безусловно, становится лучше, регулярно проводятся

конференции, разработана эмблематика, выпускается газета . Это здорово! Что же касается интеллектуального уровня, здесь есть, над чем потрудиться . Я каждый год принимаю участие в научно-исследовательской работе курсантов и вижу, что не все, кто проявляет инициативу по предметам нашей кафедры, могут довести дело до конца, до логического завершения, сделать целостные, многоаспектные, интересные тексты . Нужны серьезная подготовка, эрудиция, возможно, дополнительные усилия со стороны научного руководителя

Ред.: Вы написали много научных трудов, и хотелось бы узнать, какой могли бы выделить

П. В.: Много? Нет, много я еще не успел . В общей сложности у меня сейчас 25 научных работ. Из них высокого слова «труд» достойна (и то в этом можно усомниться) только одна — диссертация *, о которой весьма одобрительно отзывались коллеги На ее основе подготовлено и скоро должно выйти учебное пособие «Человек в опасной ситуации» . Сотруднику милиции необходимо знать, что такое опасность, как выходить из опасных ситуаций, как предотвращать их негативное развитие . Поэтому в пособии теоретическая база дополнена положениями, обеспечивающими профессиональную ориентацию, учитывающими специфику нашего вуза

Ред.: Каковы Ваши ближайшие научные планы?

П. В.: Первоочередной проект — это подготовка монографии, посвященной ситуационной проблематике Надеюсь, у меня получится Материал, что называется, наработан, в прошлом году участвовал в конкурсе молодых ученых академии, и моя серия публикаций получила достаточно высокую оценку: занял третье место

Ред.: Павел Васильевич! Вы, так сказать, одной ногой стоите в юридической культуре, а другой — в философ-

Наука за чашкой кофе

77

Интервью с П. В. Векленко

ской. Не откажетесь свободно порассуждать на тему их соотношения, заняться компаративным анализом?

П. В.: Начать можно такими словами: больше свободы у тех, кто занимается философией . Прежде философия была тесно связана с идеологией, и соответствующие кафедры находились под особым присмотром Но в результате общественных изменений философы получили намного больше свободы, чем юристы . И начали ею пользоваться . Степень плюрализма в философии, мне кажется, выше, чем в юриспруденции. Юристы консервативнее, сильнее держатся традиции нормативного правопонимания, в русле которой многие продолжают работать . Даже стиль изложения в юридической литературе более унифицированный, строгий и суховатый

Ред.: У медали две стороны! Может, то, о чем Вы сказали, дает свои преимущества?

П. В.: Естественно! Здесь больше проторенных дорог, а в философии их практически не существует Ред.: В то же время Ваши тексты очень узнаваемы, причем по их четкой логике Противопоставление — так противопоставление, пункт — так пункт, аспект — так аспект... Это индивидуальная манера или наследственный юридический признак?

П. В.: Я бы связал данную черту не со своим «происхождением», а с профессиональной деятельностью Чтобы объяснить курсантам то или иное противоречие, его надо предельно заострить, продемонстрировать в чистом виде, порой даже довести до абсурда Так я становлюсь понятнее курсантам, студентам .

Ред.: То есть, когда Вы пишете как ученый, в Вас говорит педагог?

П. В.: Пожалуй, это просто мой способ понимания . Я так лучше вижу проблему, таким же способом я показываю ее на лекциях и семинарах, и, думаю, так мои мысли лучше доходят до читателя

Ред.: Рискнем задать провокационный вопрос. Философско-правовая проблематика не в центре Вашего внимания . Хотя, казалось бы, философу с юридическим образованием она сама плывет в руки.

П. В.: Дело в том, что чем выше степень абстрагирования, тем мне интереснее В бытность курсантом всем юридическим предметам предпочитал фундаментальную для юриспруденции теорию государства и права Личность преподавателя также сыграла свою роль: сумел заинтересовать. А ознакомление на втором-третьем курсах с философскими науками показало, что есть еще более «теоретичные» дисциплины, есть еще более высокая степень абстрагирования, есть максимально чистые универсалии! Имею в виду классические разделы философии: онтологию, теорию познания Это мое, мне нравится моя специальность, онтология .

Ред.: Если рождается текст, и сквозь него рождается хорошее, сочное название, то это, конечно, еще не доказательство, но уже симптом того, что текст получил-

ся, согласны? Отсюда непростой вопрос: «Текст с каким упругим заглавием Вам хотелось бы написать?»

П. В.: В этом ключе, признаюсь, не думал. Я делаю ставку на соответствие названия содержанию работы. Чтобы название было ему впору, не больше, не меньше и не «кривенько сидело». Словом, ориентируюсь на классические формулировки. Эталон для меня — некоторые философы советского периода Эти люди уникальны: в условиях, когда нельзя было писать за рамками марксистско-ленинской парадигмы, они умудрялись заниматься тем, что им было интересно, делать свою философию. И получались оригинальные подходы — при всех обязательных ссылках на Маркса и прочей маскировке. Причем публиковались, приобретали известность! Сейчас они не популярны, их имена не на слуху, потому что сейчас мы смотрим на Запад, забывая о своих научных школах. Однако для меня, повторяю, именно эти люди — образец. Работая над диссертацией, попал под впечатление от книги Блауберга и Юдина «Становление и сущность системного подхода», еще раньше — от «Системного познания мира» Аверьянова 2 . До сих пор я к ним обращаюсь, храню старые конспекты, уважаю то, чем занимались авторы, считаю их творчество настоящей философией В ней нет постмодернистских «лирических отступлений», но есть высокий интеллектуальный потенциал, умение глубоко рассуждать на удаленные, казалось бы, от жизни темы Мало кого сейчас привлекут категории диалектики или виды систем. Кстати, курсантам элементы системной методологии также даются тяжело В общем, это не философский «мэйнстрим» Тем не менее как раз из уважения к упомянутым авторам я бы хотел написать что-то подобное И монографию «Становление и сущность ситуационных представлений», над которой сейчас работаю, вижу в этом свете .

Ред.: Чтобы Вы могли посоветовать курсантам, которые интересуются наукой и пробуют себя в ней?

П. В.: Читать книги! К сожалению, кругозор сужается, начитанных людей — будем называть вещи своими именами — все меньше и меньше, наблюдается упадок, если не смерть, книжной культуры Поэтому еще раз: читать и читать, причем не только научную литературу, но и научно-популярную, и художественную Чтение развивает воображение, другие творческие способности так, как не разовьют никакие «картинки», никакие интерактивные программы и т п Чтение — классический, незыблемый элемент учебного процесса И еще хотелось бы посоветовать не бояться делать что-то новое, браться за свежие темы, идти в самостоятельный научный поиск

1 Векленко П. В. Опасность: сущность, структура, онтологические смыслы: дис канд . филос . наук. Омск, 2006. 153 с .

2 Аверьянов А. Н. Системное познание мира . М. , 1985. 263 с . ; Блауберг И. В., Юдин Э. Г. Становление и сущность системного подхода . М. , 1973. 270 с .

78

Научный вестник Омской академии МВД России № 4(35), 2009