Раннеэллинистическая керамика Маргианы

Мандельштамом (там же) позднее подверглась обоснованной критике со стороны И. Р. Пичикяна (Пичикян И. Р. Культура Бактрии. С. 141).

235. Денисов Е. Раскопки в Дангаринском и Кобадианском районах //Археологические работы в Таджикистане. Вып. 19. Душанбе, 1986. С. 161-162.

236. Ставиский Б. Я. Кушанская Бактрия. С. 62.

237. КерзумП. П., Керзум А. П. Ук. соч. С. 386.

238. Ставиский Б. Я. Судьбы буддизма в Средней Азии. М., 1998. С. 90.

239. Перевод Ф. Г. Мищенко.

240. Зеймаль Е. В. Амударьинский клад. С. 29-30, 36-37, 44.

I.N.KOROVCHINSKIJ

THE OXUS TREASURE: ON THE QUESTION OF PLACE AND CIRCUSTANCES FOR THE FINDING

This article is dedicated to the problem of the origin of the Oxus Treasure. The author shares B. Litvinsky and I. Pichikyan opinion, who consider the treasure to be extracted in antiquity from a temple depository and buried into earth in order to save it from possible pillage. But he does not accept the localisation of the temple at Takht-i Sangin, proposed by the mentioned authors. The detailed analysis of the archaeological and traditional written (XIXth century) sources, as well as the attraction of the new ones (geographical descriptions and maps of the upper Amu Darya region, made in the late XIXth — early XXth centuries) shows that the temple was situated either at Kala-i Mir (Tadjikistan) or at Khisht Tepe (Afghanistan), and the inhumation may be dated by the time of Euthydemus

I, when Bactria was threatened by nomads. In 1878 the river flood washed the treasure from the bank and brought it to the environs of Aivaj village, where it was found by parts and sold to the jewellers in Khulm (Afghanistan). The latter in their turn sold it to different people in India and Afghanistan, including the well-known British collectioners.

В.А.ГАИБОВ (Москва) РАННЕЭЛЛИНИСТИЧЕСКАЯ КЕРАМИКА МАРГИАНЫ

Видимо, самым малоизученным периодом в истории Маргианы является эллинистический. Не случайно этому периоду посвящено так мало специальных исследований1. Однако в последнее время ситуация начинает изменяться к лучшему. Связано это в первую очередь с появлением ряда публикаций находок монет эллинистического времени, которые создают твердую базу для всех исследований этого периода2. Благодаря этим работам твердо установлено, что Маргиана не только вошла в состав государства Селевкидов, но и на протяжении примерно столетия составляла часть Греко-Бактрийского царства. Тем самым мы можем с полным правом рассматривать историю и культуру Маргианы в рамках истории и культуры Греко-Бактрии в целом.

В первую очередь такой подход оправдан при исследовании материальной культуры. Соответственно, в данной статье предполагается рассмотреть проблему раннеэллинистической керамики Маргианы как определенный показатель характера культуры населения Мервского оазиса в это время. Данная проблема, насколько нам известно, специально не изучалась. В литературе имеются лишь отдельные,

Рис. 1. Керамика ГУ-ГГ вв. до н.э.

часто сделанные походя, замечания, касающиеся керамики этого времени. Среди населенных пунктов Маргианы к эллинистическому периоду бесспорно могут быть отнесены только два: Эрк-кала и Гяур-кала. И только на них были проведены достаточно серьезные археологические раскопки, которые могут дать материал для решения данной проблемы. К сожалению, слои этого времени ни на одном из раскопов не выявлены на сколько-нибудь значительной площади и их стратиграфия оставляет желать лучшего. Тем не менее, определенные материалы, которые могут быть подвергнуты анализу, в результате этих раскопок были получены3.

Началом исследования керамических материалов раннеэллинистической эпохи является обращение к керамике тех памятников, на которых слои эллинистического времени выявлены более или менее отчетливо. Представляется необходимым попытаться определить круг тех форм (и технологий), которые в соседних областях Востока бесспорно считаются раннеэллинистическими, и которые являются результатом влияния греков и их керамического производства4.

В настоящее время ясно, что греческое влияние играло очень важную роль в создании «керамического репертуара» во многих областях, которые вошли в Селев-кидское государство. Наиболее распространенными были следующие типично греческие формы: 1) «рыбные блюда»; 2) чаши с загнутым внутрь краем; 3) чаши с профилем в виде угла (angular) и краем, отогнутым наружу; 4) тарелки с утолщенным внутренним краем. К ним нужно добавить некоторые закрытые формы, такие как амфора и некоторые типы кувшинов, однако, в них греческое влияние отмечается только в более общем виде, поскольку эти формы не являются исключительно греческими. Кроме того, в целом эти формы встречаются при раскопках много реже, чем чаши и тарелки. Необходимо также отметить упрощение форм этой керамики по сравнению с керамикой собственно греческого мира (например, керамикой из мастерских Афин или Пергама).

В Бактрии и северной Месопотамии в раннеэллинистическое время делались попытки освоить производство керамики, имитирующей греческую чернолаковую керамику — создавались сосуды с черно-серым покрытием, часто с сильным лощением5. В Сузах были сделаны попытки также наладить производство имитаций черного лака на базе традиционной месопотамской техники глазурованной керамики6. В ряде мест также выпускали керамику с штампованными изображениями пальметты — на дне тарелок и чаш (главным образом — чаш с профилем в виде угла и отогнутым краем). Эти попытки, в общем, были достаточно редки.

Необходимо также указать, что практически во всех центрах начало производства греческой керамики отнюдь не означало прекращения производства традиционных местных форм, которые продолжали изготовляться и сосуществовали с новыми типами. Кроме того, появившись в раннеэллинистическое время, греческие формы в дальнейшем стали традиционными и, несколько видоизменяясь, продолжали существовать несколько веков7.

Совершенно несомненно, что степень влияния греческих традиций на местное керамическое производство определялась масштабами и характером греческой колонизации того или иного района8, поступление же собственно греческой керамики на Восток было минимальным, хотя полностью отрицать его нельзя9.

Рассмотрим теперь более конкретно керамическое производство раннеэллинистического времени в некоторых центрах, наиболее близких территориально к Мерву.

Естественно, что особое внимание должно быть уделено городищу Ай-Ханум. Наиболее характерной чертой развития керамики этого центра является то, что в период I, датируемый последней четвертью IV в. до н.э., нет никаких свидетельств о существовании производства керамики греческих форм; в слое этого времени зафиксирована только традиционная местная керамика10. Керамика греческих форм распространяется только со следующего периода, который охватывает первую по-

Рис. 2. Керамика УГ-ГГ вв. до н.э.

ловину ГГГ в. до н.э.11. В частности, тогда начинают делать черно-серую и красную керамику, которая в результате тщательного лощения достигала чрезвычайно близкого сходства с греческой черно- или краснолаковой керамикой. Эта керамика — греческих форм: рыбные блюда; чаши со скругленным или утолщенным внутрь краем и кольцевым донцем и с углублением дна; чаши с «угловым» профилем и выступающим наружу краем, с кольцевым донцем. На некоторых сосудах с внутренней стороны на дне появляется декор в виде штампованных пальметт вокруг процарапанного круга.

Периоды ГГГ и ГУ охватывают время с 250-50 гг. до н.э. и керамика этих двух периодов практически не отличается друг от друга, являясь прямым продолжением керамики периода ГГ12. В общем, столовая посуда распадается на две главные группы: группу серо-черной и красно-коричневой керамики. Первая группа составляет примерно 15% общего числа керамики, найденной при раскопках13. Ее формы и декор и в поздние периоды повторяют те, которые были типичны для более раннего времени (период ГГ), хотя в это время появляются и чаши с плоским дном. В период ГГГ (250-150 гг. до н.э.) появляются и сосуды с рельефным декором, представляющие собой подражание «мегарским чашам»14. В это же время появляется такая типичная греческая форма, как кратер15.

Керамика раннеэллинистических форм, которые бесспорно относятся к числу тех, чье появление связано с присутствием греков, зафиксирована при раскопках и в ряде других пунктов Бактрии. В Южной Бактрии к числу таких памятников относятся: Балх (Бактры)16, Жига-тепе17, Дильберджин18. Кроме того, в этом регионе керамика этого типа была обнаружена среди подъемного материала по меньшей мере 15 памятников (включая Кундуз, Арчи, Руд-и Шахраван, Талукан и т.д.)19. В Северной Бактрии при раскопках эта керамика зафиксирована на следующих памятниках: Дальверзин20, Халчаян21, Мирзакултепа22, Термез23, Шор-тепе24, Джандав-лят-тепе25, Шахринау26, Душанбинском городище27, Кампыртепе28 и некоторые другие памятники.

Аналогичная керамика встречена и в некоторых центрах другой среднеазиатской области — Согдианы. Особенно ярко она представлена в столице области Самарканде, где ее наличие также бесспорно связано с присутствием греков29. Возможно, что она присутствовала и на других памятниках Согда, в частности в нижних слоях городища Китаба30 и в Ер-Кургане31.

Территориально наиболее близким к Мерву памятником с керамикой этой группы является городище Мирзабек-кала в среднем течении реки Амударья32.

Широкое распространение подобной керамики (естественно, речь идет лишь о материалах только тех центров, которые достаточно близки Маргиане) заставляет нас попытаться выделить этот комплекс и среди мервской керамики.

Поскольку на территории Мервского оазиса слои эллинистического времени зафиксированы только на территории Эрк-калы и Гяур-калы, то мы, естественно, должны обратиться к результатам раскопок этих двух памятников.

На Гяур-кале, по мнению М.И. Филанович, обобщившей весь материал стратиграфических наблюдений ЮТАКЭ на этом городище, слои раннеэллинистического времени зафиксированы в нескольких местах.

Наиболее важные и показательные для интересующего нас периода времени материалы были получены в ряде шурфов, в самом нижнем слое которых наблюдается сочетание керамики «язовских» типов с керамикой, которая может быть определена как раннеэллинистическая33 (она представлена в двух сводных таблицах на рис. 1 и 2).

Впервые такое сочетание, кажется, было зафиксировано в шурфе №3, расположенном в проеме северных городских ворот. Слой перекрывается прослойкой болотной глины и наносного песка (толщиной 0,7 м.), говорящей о некотором запустении. Над прослойкой фиксируется слой культурных остатков мощностью 1 м. с керамикой, по мнению автора, полностью укладывающейся в рамки комплекса

Яз ГГГ. Данный слой без видимой разницы в структуре переходит в вышележащий слой34, имеющий несколько отличный керамический материал.

Наиболее показателен, однако, для рассматриваемого времени комплекс из раскопа 6 (шурф №1). Здесь с небольшим числом пережиточно существующих «язов-ских» керамических форм сосуществуют раннеэллинистические, которые М.И. Фи-ланович считает типичной для Маргианы ГГГ-Г вв. до н.э.: кубки с коническим туло-вом и изгибом стенки, на выступающем поддоне35, широкогорлые кувшины, чаши с краями, загнутыми внутрь или отогнутыми наружу36. Необходимо указать, что определенный процент среди этого комплекса керамики составляет лощеная черно-серая керамика. Над этим слоем находится четко отделяемый от него слой с остатками стен, выложенных из кирпича-сырца размером 41x41x11 см. в заполнении которого имелась парфянская монета ГГ в. до н.э.37

К. Кацурис и Ю. Буряков, а также следующая им М. И. Филанович, определяют хронологические рамки этого слоя и соответствующего ему комплекса керамики в пределах ГУ-ГГГ вв. до н.э. на том основании, что в нем сосуществуют формы, типичные для керамики Яз ГГГ, и формы, которые можно считать характерными для эллинистического времени (сами авторы осторожно называют его периодом «до вхождения Мерва в состав Парфянского царства»).

В какой мере этот вывод может быть принят сегодня, когда благодаря раскопкам Ай-Ханум много лучше изучен процесс становления раннеэллинистического комплекса керамики в центральноазиатском регионе? Отметим прежде всего, что этот комплекс ни в коем случае нельзя помещать в ГУ в. до н.э. Материалы Ай-Ханум, на которые мы указывали выше, бесспорно показывают, что в первый период существования населенного пункта в нем была в употреблении только традиционная местная керамика. Лишь после примерно 300 г. до н. э. здесь стали производить новую керамику, которая, как сейчас совершенно ясно, представляет собой воспроизведение греческой столовой посуды, типичной для конца ГУ — начала ГГГ вв. до н.э. Само производство этой керамики связано с массовым переселением греков в различные части центральноазиатского региона. Поскольку мы знаем, что в период от смерти Александра Македонского до периода наместничества Антиоха на Востоке столица Маргианы была разрушена «варварами» и восстановление города имело место, вероятнее всего, около 280 г. до н.э., то у нас есть основания считать, что данный комплекс керамики должен относиться к ГГГ в. до н.э. (точнее к периоду после примерно 280 г. до н.э.).

Для данного комплекса керамики прежде всего характерны и показательны, с точки зрения датировки и генезиса, следующие формы: 1) большое число чаш высокого качества изготовления и изящных форм. Стенки в профиль или имеют резкий изгиб или плавное сужение к дну. Край довольно часто загнут внутрь, но иногда и отогнут наружу. Дно — либо плоское, либо с невысоким кольцевым поддоном. Часть этих чаш имеет серо-черный цвет и залощена. Второй наиболее распространенный тип керамики — тарелочки с плавным изгибом стенок и отогнутым наружу краем38. Возможно, среди керамики присутствовали и кратеры39. Кроме того, в этом же комплексе присутствует и некоторое количество керамики типа Яз ГГГ.

Керамика подобного комплекса зафиксирована также в шурфе №2, расположенном в 300 м. к югу от Эрк-калы40, где на материке находился слой мощностью 2,5 м., распадавшийся на две части: в нижней присутствовала только керамика типа Яз ГГГ, в верхней — кроме этой «язовской» керамики также имелись раннеэллинистические формы. На основании тех же соображений, которые были приведены выше, верхняя часть слоя должна датироваться ГГГ в. до н.э., а не ГУ-ГГГ, как предполагала М.И. Филанович.

В шурфе №7 (расположенном в 250-300 м. к востоку от шурфа №3) самый ранний слой — это слой, который также характеризуется смешанным материалом (керамика типа Яз ГГГ и раннеэллинистическая)41. Видимо, аналогичная ситуация на-

блюдалась и в шурфе №8, расположенном еще далее к востоку42. И в отношении этих шурфов можно сделать тот же самый вывод, что и для более ранних — датируется этот материал только III в. до н.э. и не ранее.

Необходимо указать, что керамика той группы, которую мы определили как раннеэллинистическую, продолжала производиться и позднее, сосуществуя с рядом новых форм. Лучше всего она представлена в материалах из мастерской ремесленника43, на что уже неоднократно обращалось внимание44.

На Эрк-кале керамический материал подобного же характера обнаружен в стратиграфическом шурфе (ХХШ-ХХ яруса), где также наряду с керамикой типа Яз III имеется значительное число фрагментов раннеэллинистического характера45. 3 И. Усманова, однако, с нашей точки зрения, более правильно датировала этот комплекс — только III в. до н.э., исходя, правда, не из сравнения с материалами Ай-Ханум, которые тогда еще не были широко известны, а из чисто стратиграфических наблюдений. Данный слой был четко «зажат» между двумя хорошо определимыми другими слоями: внизу — платформа, вверху — зеленоватый слой, ясно отличающийся от нижележащего. В этом зеленоватом слое была найдена парфянская монета II в. до н.э.

Таким образом, подводя некоторые итоги, можно достаточно уверенно утверждать, что на протяжении всего IV в. до н.э. для Мервского оазиса оставалась характерной только керамика типа Яз III, для большей части III в. до н.э. (может быть, начиная примерно с 280 гг. до н.э.) — керамический комплекс, сочетавший в себе черты Яз III и раннеэллинистической керамики.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Одно из немногих исключений - работа М.Е. Массона. См.: Массон М.Е. К вопросу о Маргиане в составе Греко-Бактрийского царства //Известия АН ТССР. Сер. об-щест. наук. 1970. №5.

2. Smirnova N.M. On Finds of Hellenistic Coins in Turkmenistan //Ancient Civilizations from Scythia to Siberia. Vol. III. №2-3. 1996. Р. 260-285; Смирнова Н.М. Находки эллинистических монет на городище Гяур-кала (Туркменистан) //Нумизматика и эпиграфика. Т. XVI. 1999. C. 242-259.

3. Говоря о раскопках, мы имеем в виду в первую очередь результаты работ ЮТАКЭ. См.: РутковскаяЛ.М. Античная керамика древнего Мерва. Т. XI. Ашхабад, 1962. С. 41-51; Кацурис К., Буряков Ю. Изучение ремесленного квартала античного Мерва у северных ворот Гяур-калы //Труды ЮТАКЭ. Т.ХП. Ашхабад, 1963. С. 119-163. Филанович М.И. Гяур-кала //Труды ЮТАКЭ. Т. XV. Ашхабад, 1974. Исследования в рамках туркмено-британского Мервского проекта, к сожалению, почти не затронули ранние слои. Насколько нам известно, только при раскопках городской стены Гяур-калы была поставлена задача выявления ранних конструкций и слоев. К сожалению, результаты этих раскопок еще не опубликованы, имеется только несколько коротких заметок (см., например: Завьялов В.А. Эллинистические влияния на фортификацию Средней Азии //Военная археология. Оружие и военное дело в исторической и социальной перспективе. Материалы Международной конференции 2-5 сентября 1998 г. СПб., 1998. С. 93-94), в которых находки (в том числе и керамические) не получили отражения.

4. Подробнее о проблеме см.: Lyonnet B. Ceramique et peuplement du chalcolithique a la conquete arabe (Prospections archeologiques en Bactriane orientale (1974-1978). Sous la direction de J.-Cl. Gardin. Vol. 2. Paris, 1997. P. 121-156; Hannestad L. The Hellenistic Pottery from Failaka. With a Survey of Hellenistic Pottery in the Near East (Ikaros. The Hellenistic Settlements. Vol.2:l). Aarhus, 1983.

5. HannestadL. The Hellenistic Pottery... P. 93.

6. Ibid. P. 10.

7. HannestadL. The Hellenistic Pottery... P. 117.

8. Ibid. P. 8.

9. Ibid. P. 118.

10. Gardin J.-Cl. Les ceramiques //Fouilles d’Ai Khanoum. I (Campagnes 1965, 1966, 1967, 1968). Rapport preliminaire publie sous la direction de P. Bernard. (MDAFA, tome XXI). Paris, 1973. P. 102; Idem. La campagne de fouilles de 1970 a A'i Khanoum (Afghanistan). VI. Ceramique//CRAI. 1971. P. 450-451.

11. Подробный анализ см.: Gardin J.-Cl. Les ceramiques... P. 121-188. См. также: Hannestad L. The Hellenistic Pottery... P. 113-115. Интересно отметить, что аналогичную картину мы видим и в Кампыртепе. См.: Восковский А. Комплекс керамических сосудов из нижнего слоя городища Кампыртепе //Центральная Азия. Источники, история, культура: Тез. докладов конф., посвященной 80-летию Е.А. Давидович и Б.А. Литвинского. Москва, 3-5 апреля 2003 г. М., 2003. С. 51-53.

12. Gardin J.-C1. La campagne de fouilles... P.449-450.

13. Ibid. P. 127.

14. Ibid. P. 450.

15. Gardin J.-C1. Les ceramiques... P. 145.

16. Idem. Ceramiques de Bactres (MDAFA, tome XV). Paris, 1957. PI.VIII; Young R. The south wall of Balkh-Bactra //American Journal of Archaeology. Vol. 59. 1955. P1.75, 11; HannestadL. The Hellenistic Pottery... P. 114.

17. Пугаченкова Г.А. Жига-тепе (раскопки 1974 г.) //Древняя Бактрия. Материалы Советско-Афганской экспедиции. Вып. 2. М., 1979. С. 76. Рис. 13 (внизу, №1 с, №3); С. 17. См. также: Пидаев Ш.Р. Керамика Джига-тепе (из раскопок 1976 г.) //Древняя Бактрия. Материалы Советско-Афганской экспедиции. Вып. 3. М., 1984. С. 115-118. Рис. 2 (особенно №10-14, 22). Рис. 3 (особенно №1-6, 18).

18. Кругликова И.Т. Дильберджин. Часть 1 (раскопки 1970-1972 гг.). М., 1974. С.19-20. Рис.12-13; Кругликова И.Т., Пугаченкова Г.А. Дильберджин. Часть 2 (раскопки 1970-1973). М., 1977. С. 23. Рис. 19. №4. С. 23. Рис. 20, №2, 3, 15; Кругликова И.Т. Дильберджин. Храм Диоскуров. Материалы Советско-афганской археологической экспедиции. М., 1986. С. 31. Рис. 25, №8, 9, 11, 18.

19. Lyonnet B. Ceramique... Р. 123.

20. Пугаченкова Г.А. Новое в изучении Дальверзин-тепе //СА. 1971. №4. С.188-190; Пугаченкова Г.А., Ртвеладзе Э.В. и др. Дальверзинтепе — кушанский город на юге Узбекистана. Ташкент. С. 17. Рис. 6 (материал из XII-XIII ярусов, особенно — сосуды, изображенные справа, а также из X-XI).

21. Пугаченкова Г.А. Халчаян. Ташкент, 1966. С. 31-37.

22. Пидаев Ш.Р. Сероглиняная керамика Мирзакултепа //ИМКУ. Вып. 25. Ташкент, 1991. С.88-89. Рис. 1 (особенно №2-6).

23. Пидаев Ш.Р. Стратиграфия городища Старого Термеза в свете новых раскопок //Городская культура Бактрии-Тохаристана и Согда. Античность, раннее средневековье. Материалы советско-французского коллоквиума (Самарканд, 1986). Ташкент, 1987. С. 88-89. Рис.1.

24. Пугаченкова Г.А. Шор-тепе//ИМКУ. 1987. №21. С. 21-25.

25. Пидаев Ш.Р. Материалы к изучению древних памятников северной Бактрии //Древняя Бактрия. Л., 1974. С. 68-72.

26. Зеймаль Е.В. Раскопки на Шахринауском городище //АРТ, 16 (1976 г.) Душанбе, 1982. С. 66-70.

27. Lyonnet B. Ceramique. Р. 123.

28. Ртвеладзе Э.В., Болелов С.Б. Керамический комплекс эпохи эллинизма на Кам-пыр-тепе в Северной Бактрии //Средняя Азия. Археология, история, культура. Материалы международной конференции, посвященной 50-летию научной деятельности Г.В. Шишкиной. М., 2000. С. 99-104. Рис. 1, №15-17, 21-27.

29. Bernard P. Maracanda-Afrasiab colonie grecque //La Persia e 1’Asia Centrale da

Alessandro al X secolo. Roma, 1996. P. 360-364; Шишкина Г.В. Эллинистическая керамика Афрасиаба //СА. 1975. №2. Рис. 2, №1-5, 11; Рис. 3, №12-16, 18; Рис. 7, №2, 5; Лионне Б. Греческая оккупация Согдианы. Результаты сравнительного анализа керамики Афрасиаба и Ай-Ханум //Средняя Азия. Археология, история, культура: Матер. междунар. конф., посвященной 50-летию науч. деятельности Г.В. Шишкиной. М., 2000. С. 75-80. Рис. 1, 2.

30. Кабанов С.К. Керамический комплекс из наслоений древнего городища в Китабе //ИМКУ. Вып. 3. 1962. С. 42 сл.

31. Исамиддинов М.Х., Сулейманов Р.Х. Еркурган (стратиграфия и периодизация). Ташкент, 1984. С. 42-43.

32. Пилипко В.Н. Поселения северо-западной Бактрии. Ашхабад, 1985. С. 77-78. Табл. ХХШ, №9, 11, 12, 14, 16, 18.

33. Филанович М.И. Гяур-кала. С. 25.

34. Автор отмечает только тонкую прослойку песка, отмеченную на половине площади шурфа. См.: Филанович М.И. Гяур-кала... С. 26.

35. С нашей точки зрения, этот термин неудачен, поскольку данный вариант керамики обычно называют в литературе также чашами (№ чаши с угловым изгибом профиля»).

36. М.И. Филанович ссылается на: Кацурис К., Буряков Ю. Изучение. С. 123. Рис. 4.

37. Кацурис К., Буряков Ю. Изучение... С. 124; Филанович М.И. Гяур-кала... С. 26.

38. Кацурис К., Буряков Ю. Изучение... С. 123. Рис. 4, №12, 13, 14, 22, но авторы №12, 14

и 22 не поняли и изобразили их «вверх ногами», приняв за крышки сосудов.

39. Там же. С. 123. Рис. 4, №8, который вполне может быть ножкой кратера.

40. Филанович М.И. Гяур-кала... С. 27. Рис. 6.

41. Там же. С. 29. Рис. 3.

42. Там же. С. 30. Рис. 3.

43. Усманова З.И. Раскопки мастерской ремесленника парфянского времени на городище Гяур-кала //Труды ЮТАКЭ. Т.ХП. Ашхабад, 1963.

44. Шишкина Г.В. Эллинистическая керамика... С. 75 сл.

45. Усманова З.И. Новые данные к археологической стратиграфии Эрк-калы //Труды ЮТАКЭ. T.XIV. Ашхабад, 1969. С. 17-19. Рис. 4.

V.A. GAIBOV

THE EARLY HELLENISTIC MARGIAN CERAMICS

Actually the Early Hellenistic period in Margiana's history is hardly ever studied, but as for the ceramics it is certainly the indicator for the cultural level among the population during the specified period. So the final assertion is - for the Merve oasis: the ceramic type Yaz III was characteristic for the whole 4th century B.C., as for the 3rd century B.C. there was a combination of the ceramic type Yaz III and the Early Hellenistic period ceramics.