Темпорализм в политике социального государства

УДК 316.754

В.Н. Ярская ТЕМПОРАЛИЗМ В ПОЛИТИКЕ СОЦИАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА

Анализируется современное понимание научного темпорализма как комплекса идей и теорий времени, содержание которых зависит от социального режима, государства благоденствия. Автор раскрывает семантическое содержание категории социального времени, ее обусловленность ускорением социальных процессов. По мнению автора, биографический метод помогает раскрыть время биографии субъекта.

Социальное время, темпорализм, темпоральность, нелинейность, социальное государство, режим благосостояния, поколенческий контракт

V.N. Yarskaya TEMPORALIZM IN THE POLICY OF WELFARE STATE

The article examines the current understanding of scientific temporalizm as a set of time theories and ideas. Their content depends on the social regime, and the welfare state. The author reveals the semantic content of the category of social time, and its de-

pendence on the intensity of social processes. According to the author, the biographical method helps to reveal the time factor in a person’s biography.

Social time, temporalizm, temporality, nonlinearity, welfare state, welfare regime, generational contract

Современный социальный и биографический темпорализм [1-3] характеризуется обилием парадигм, дефиниций - под влиянием постмодернизма и понимания темпоральностей как состояний нелинейного мир, а сама способность человека к моделированию времени попадает в живую ткань культуры, сущность которой, в конечном счете, находит обоснование в эволюции практик. Темпоралистов можно представить как одну команду, делающую одно общее дело. Разделенные веками и даже тысячелетиями, исследователи времени испытывали одно общее чувство и одно настроение. Проблема времени составляет содержание термина темпорализм в самом широком аспекте, хотя может употребляться в более узком, специальном и конкретно-научном значении: физический темпорализм, геологический, социальный. Противники новых терминов и поклонники русского языка должны иметь в виду, что каждый такой термин имеет сложившийся в определенных обстоятельствах семантический шлейф. Международное общество изучения времени ISST возглавлял с 1966 г. Дж. Т. Фрэзер [17], автор фундаментальных трудов и статей по научному темпорализму, мировой авторитет изучения времени в аспектах конфликта и нравственных ценностей.

Эффект ускорения времени открыт еще Пифагором, а теперь скорость течения времени увязывают с количеством реально новой информации: чем больше, тем быстрее. Последние годы говорят об ускорении социального, исторического времени, процессов жизни в турбулентном времени, это [14] было включено в тему недавно прошедшей в Женеве конференции Европейской социологической ассоциации, время социального неравенства обостряется, теории темпорализма должны адаптироваться к социальным реалиям, мобилизуя концептуальные ресурсы. Несмотря на то, что процесс социальной эволюции идет медленно, новые рабочие рамки времени позволяют оценить изменения [19]. Мы еще живем по законам линейного времени, но должны констатировать, что время постоянно увеличивает свой бег. С течением времени неспособность жить в более интенсивном темпе выносит поколения живых и здравствующих людей на задворки современности. Ускорение и замедление выступают составной частью социального развития в последние десятилетия [3], ни модернизация, ни глобализация не могут быть поняты без ускорения, не говоря о последствиях для индивидуальной и коллективной жизни.

Концепция ускорения социального времени оказывается сегодня незаменимым инструментом социального и политического анализа, ведь наша темпоральность неоднородна, постоянно прерывается потоком входящих объявлений, сообщений, телефонных звонков, телевидения, радио или внезапными разрывами в нашем сознании [3; 14]. Классические теории модернизации сталкиваются с серьезными параметрами для критики, представляя модернизацию как однонаправленный процесс с линейным временем тоталитаризма, пренебрегая прерывностью, разворотами и разрывами времени современной России. В основном европоцентристские, такие теории не могут стать всеобщей парадигмой для форм современности в глобальном мире. Основные социально-экономические процессы и временные ритмы получают все более драматическое ускорение, тогда как общие темпы социальных изменений, особенно у нас, активизируются гораздо медленнее и меньше. При этом гражданское общество и власть от поколения к поколению становятся все более отдаленными друг от друга.

Между тем в индустриальную эпоху существом организации нового типа культуры была ее линейная темпорализация, включенность во временное господство централизации. Понятие об абсолютном времени было выражено утверждением основных представлений классической механики [4]. Благодаря концепту времени классическая научная картина мира конструировала детерминизм, прозрачность, монокультуру и моноязык описания. В итоге эта научная парадигма семантизировала время как сухую рациональную бесстрастную категорию, означавшую по сравнению с античностью, средними веками и возрождением ее полную дегуманизацию: классический темпорализм сформировался как субстанция, объективированная и бессубъектная (в каком-то смысле - бесчеловечная). Такой набор категорий был не в состоянии выразить шок, трагический опыт, страдание, а лишь административное рвение, авторитарное государство, отсутствие гражданского общества. Этими принципами руководствовалось большинство институций, деструктивные пространства и потоки времени от семьи до армии, образовательных учреждений, где наказание применялось в грубой форме. До сих пор логические конструкты, ячейки техногенных сетей, как сирены Одиссея, стремятся своими чарами завлечь наше время в гордыню социального контроля, царство демона Лапласа. Именно в высоком модернизме, государстве для государства формируются враждебные человеку формы времени.

Мутации мировоззрения означали, что образ мира вытесняется на суд научной методологии, которая либо адаптируется к новой картине, либо резко ее пересматривает. Способ проблематизации обнаруживается в результате объективно появляющихся проблем, картина мира шагнула от классического облика к

неклассическому, в дыры ее старой мантии полезли вероятность, субъект-объектные взаимодействия, статистика, индетерминизм, дополнительность языков, относительность, субъективация. Ускорение становится диагнозом социального развития, модернизация определялась постоянным опытом ускорения, увеличения скорости социальных и культурных процессов. В этом состоит развитие нелинейного мира, нынешние поколения не воспринимают событий полувековой давности, довоенные и дореволюционные события в сознании молодежи отошли в давно прошедшее время, нормы жизни и ценности не успевают сформироваться с требованиями времени. Анализ изменения временных структур лежит в основе дебатов о глобализации и ускорении.

Западные лидеры, почувствовав неладное, начиная с Рузвельта, стали позиционировать себя как государства благоденствия, в то время как мы по-прежнему их называли загнивающим империализмом. Картины такого государства у нас и на Западе не совпадали из-за разницы темпоральностей, там пытались находить смягчение неравенства в социальных программах, а наше этатистское государство по-прежнему конструировало социальное время на энтузиазме граждан как время двух картин - по ту и по эту сторону колючей проволоки. Со временем получились несколько моделей социального государства, государства всеобщего благосостояния постепенно стали понемногу учиться друг у друга. Режимы Welfare states показывали время принятия ответственности за политику социального регулирования, оно было сконструировано развитием рыночных экономик, пришедших к необходимости становления социальной политики, возведения в конституционный принцип и позиционирования себя как социального государства. Самая известная и простая классификация режимов Gшsta Esping-Andersen [15; 19; 24] основана на понимании социальной политики как стратегии по улучшению жизни людей, благополучия как декоммодификации и включает три мира благосостояния: социально-демократический (Скандинавия, Нидерланды, Дания, Бельгия), консервативный (Франция, Германия, Австрия, Италия), либеральный (США, Великобритания, Австралия). Разумеется, это разделение государств носит относительный характер. Критерии сравнения режимов - это наличие ключевого актора: государство или рынок, семья, положение женщины, связь темпоральностей социальных и возрастных групп, поколений. Задолго до современной Европы, которая задумалась над поколенческими проблемами, поколение как форма времени было представлено Гераклитом из Эфеса, развалины которого показывают теперь туристам. Теперь, столетия спустя, мы возвращаемся к понятию поколения в формате поколенческого контракта - специально для характеристики моделей благосостояния.

Так, консервативная модель акцентирует статусную сегментацию социальных групп, зависимость социальных прав от гендерной принадлежности, традиционную роль женщин (фамилиализм), рынок и страхование под наблюдением государства. Масштабы социальных гарантий заужены: получателем социальных пособий выступает мужчина - кормилец семьи. Социальное страхование организуется и финансируется социальными партнерами - наниматели и нанимаемые, часть времени своей жизни человек затрачивает на создание ресурса для времени более позднего возраста. То есть труд определяет последующее социальное обеспечение, а незанятые или малозанятые слои могут рассчитывать на местные благотворительные организации и социальную помощь (двойное общество). Естественно, что центральная единица в структуре социальной политики - это местный рынок труда. Уровень занятости высок, включает неполную занятость, обязательное социальное страхование по месту занятости, размеры социальных пособий зависят от заработка, социальная защита осуществляется через отчисления занятых в кассы социального страхования. Для слоев без нормальной занятости применяются остаточные схемы. Понятно, что для этих групп остается замедленное время данного отрезка жизненного пути, а не интенсивно наполненное время трудовой деятельности, в традиционной терминологии - рабочее время. В целом уровень затрат на социальное обеспечение достаточно высок, источник финансирования - рынок, страховые выплаты, поощряются негосударственные услуги, акцент на обязательном и на добровольном страховании, волонтерской помощи. Регулятором социальных прав выступает корпоративный работодатель, социальные услуги, можно сказать, оказываются женщинами в семье, иногда частными службами.

Отдельным случаем здесь выступает католическая модель, параметры нам мало знакомы, при ведущей роли семьи и общины они немного размыты из-за участия рынка, но индивид обращается за помощью в определенной временной последовательности: вначале к семье и родственникам, и следующие инстанции - местная община, церковь, гражданские организации, соседи. Семья выступает центральной единицей в структуре социальной политики, и лишь в последнюю очередь - социальное страхование, государство разделяет социальную заботу с католической церковью и католическими партиями. Поощряются негосударственные услуги, источник финансирования - рынок, инфраструктура, самопомощь, акценты на обязательном и на добровольном страховании, волонтерской помощи. Уровень затрат на социальное обеспечение и занятость низкие, время замедлено, многие женщины не работают - вспомним знаменитые итальянские фильмы с Софи Лорен, с помощью которых советская общественность узнавала о жизни итальянцев. В каком-то смысле принцип иерархии и формы времени этого режима подхватила, видимо, мафия.

Переопределение ситуации [6], следствие социального модерна независимо от режима заключается в тотальном использовании времени, извлечении из каждого часа и каждого момента максимума полезности. Эта тенденция увеличивает власть администрации и поддерживает механизмы контроля, обеспечение 314

наблюдения за людьми требует детального изучения не только их поведения, но и персональных и социальных характеристик. Становится возможной инверсия времени, когда более ранние по хронологии тексты могут представляться в качестве реминисценций хронологически более поздних, и мы пытаемся вырваться за рамки линейного текста в многомерное пространство, многое хочется увидеть и попробовать. Однако ускорение как ключевое измерение времени современные социальные и политические теоретики пока игнорируют, хотя становится необходимой отмена карцерного стиля, пенитенциарной организации времени, идеологии надзирать и наказывать.

Социально-демократическая модель базируется на более высокой организации государства общества, приверженности принципам институциального welfare society, предполагает сильное децентрализованное управление, универсализм социальных прав, нерушимость индивидуальной автономии, равенство на основе высоких стандартов - социальное обеспечение бюджетом как право граждан на достойный уровень жизни. Время жизненного пути защищено, протекает без резких потрясений и конфликтов в стабильно высоком уровне экономики, успешно привлекаются корпоративизм, контролируемые классовые отношения в формате трехсторонних переговоров, партнерство сильных профсоюзов работодателей и работополучате-лей, договорные отношения под контролем государства. Власть финансирует социальную политику через систему налогообложения (прогрессивный налог на доходы и розничная продажа товаров и услуг населению), отвечает за реальное функционирование различных социальных служб. Часть налогов остается в коммуне, часть перечисляется на содержание университетов, полиции, армии. Вводится обязательное страхование: уже перед Первой мировой войной Швеция ввела две системы обязательного страхования - пенсионное для поколения пожилых (обеспеченное время старости) и инвалидов, по безработице.

После Второй мировой войны для скандинавских стран характерно время роста экономики, покупательного спроса и платежеспособности населения, социальная пенсия по достижении 65 лет, трудовая - от стажа и пропорционально страховым выплатам. Плюс дотации на каждого ребенка и группы клиентов с конкретными проблемами, высокий уровень затрат на социальное обеспечение и занятость, хорошее качество услуг, большинство служащих в системе - женщины. Центральная единица управления временем граждан - местные органы власти, социальные услуги - государственные. Источник финансирования - государство, коммуны, муниципалитеты, налоги. По масштабам времени социальных гарантий выделяется равенство граждан в защите от рисков, стремление к темпоральности полной занятости, отсутствует зависимость от рынка труда (декоммодификация как освобождение времени от давления). Регулятором социальных прав выступает государство как социальный гарант, модель общего времени проживания, гендерного соглашения: мужчина-кормилец и женщина-кормилец, вместе наполняют время домашних обязанностей, государство обеспечивает уход за нетрудоспособными членами семьи.

Появление нового языка науки меняет социум. Новые темпоральные понятия - непрозрачность, бифуркации, нелинейность, конструктивизм, уникальность, синергия, инверсия - дают возможность выйти за пределы контекстуальной ограниченности, отрефлексировав темпорализацию собственного или чужого текста, представлены социализация, многоформатность, субъектность, индивидуализация, языковой плюрализм. Претензия же на универсальную истину научной репрезентации лишь маскирует тотальную волю к власти, стремление сформировать, подчинить научный поиск тирании господствующего дискурса. Расшифровка символа и понятия времени, жизненного хронотопа [8; 9] оказалась связанной с социальным конструированием темпорализма в ходе эволюции государства благоденствия. Хотя, по сути своей, социальное содержание этих режимов по-прежнему зависимо от развитости гражданского общества.

Либеральный режим как рыночно ответственное социальное страхование возник в целях тесной связи социальной политики с государственной экономической политикой, нацеленной на обеспечение полной занятости. Эта модель подразумевает требования социальной справедливости и общественной солидарности, любой человек имеет право на минимальную защиту времени болезни, старости (социальные пенсии vs. профессиональные) и любой другой причине, формирующей время с сокращенными ресурсами. Социальная защита финансируется налогами из госбюджета, государство идет на помощь бедным, чтобы немного наполнить их пустое время, продолжить его, как в фильме «Время».

Для налогоплательщиков есть страховка, затраты на социальное обеспечение и занятость высокие, социальные услуги - негосударственные, поставлен акцент на обязательном и добровольном страховании, волонтерской помощи. Идеологическая основа либерального режима - резидуальность - остаточный принцип финансирования социальной защиты [24; 25]. В этой системе темпоральности несостоятельных индивидов, групп и населения реализуются благодаря участию семьи, родственников и соседей. В отличие от решения в соответствии с установленными законами нормами и правилами помощь оказывается после проверки обстоятельств и степени неспособности решить проблему самостоятельно, является минимальной и временной, а не адекватной проблеме и потребностям, потере социального статуса. Эта защита времени уязвимых групп не универсальна, связана с узким определением социальных рисков и нуждающихся граждан, уменьшает масштабы социальных гарантий и не уберегает от разрастания времени конфликта. Государственное здравоохранение и размеры социальных пособий ограничены, риски полностью компенсируются

для занятых в производстве групп, остальные граждане зависимы от пособий. Регулятором социальных прав выступает развитый рынок, темпоральность отношений, зависимость времени одного и другого поколений.

В такой ситуации глобальной нелинейности, дискретности и инверсии время приобретает соответствующие характеристики. В многомерном тексте и время становится многомерным - гипервременем. Никакой элемент не функционирует, не приобретает и не придает смысл иначе, как отсылая к какому-то другому прошлому или будущему [10]. Одной из ключевых категорий является различение, оно и оказывается важным в темпоральном отношении. Стабильность, проистекающая из равномерности времени, уходит в прошлое [11]. Это соответствие даже в техногенной цивилизации открывает путь к пониманию времени в социальном формате, с привлечением аксиологической, ценностной окраски. Ни один другой аспект реальности не имеет более прямого отношения к основным человеческим нуждам и чаяниям, как время.

Конвергенция социальных государств осуществляется как сочетание государства и рынка, рост значения времени рынка и времени гражданского общества, минимизация нуждающихся в поддержке, борьба с бедностью (а не с бедными) [6; 16; 19; 24]. Примеры изменений социального времени: поиск способов сокращения налогов средствами рынка и гражданского общества; тенденции приватизации, децентрализации, дебюрократизации, передача ответственности муниципалитетам, дифференциация соцслужб с упором на добровольческий или коммерческий сектор времени вместо государственного. О системе социального обеспечения Швеции известно, что концепт государства всеобщего благоденствия сочетается там с новыми интерпретациями в развитии таких сервисов, как детские сады, школы, здравоохранение. Ключ к пониманию в том, что время индивида выступает как гражданская темпоральность, время налогоплательщика, потребителя. На смену социал-демократам приходят неолибералы, которые сохранили социальные обязательства, но многие льготы сняли. Женщины имеют после рождения ребенка оплачиваемый отпуск по уходу в течение 1,5 лет, работодатель не имеет права их уволить после декретного отпуска, но право на отпуск по уходу за детьми имеют отцы в равной мере с матерями. Государство собирает налоги в единую копилку, побуждает большее время работать, и на пенсию тоже налагаются налоги.

Как отмечает И. Пригожин, рост науки не имеет ничего общего с равномерным развертыванием научных дисциплин, каждая из которых, в свою очередь, подразделяется на все большее число водонепроницаемых отсеков. В образовании мы отмечаем аналогичные процессы как предметоцентризм. Наоборот, конвергенция различных проблем и точек зрения способствует разгерметизации образовавшихся отсеков и эффективному взаимодействию научных культур, поворотные пункты выходят за рамки чистой науки и оказывают влияние на всю интеллектуальную среду [21; 22]. Чтобы осуществить многоуровневое аналитическое обоснование, давления интерпретировались в контексте дебатов о социальной Европе, особенностях темпоральностей социальной модели: насколько одинаково давления ощущаются в разных странах, внутри и вне ЕС, как эти давления могут вызвать демонтаж времен сложившихся социальных и экономических отношений [13; 25]. Идея собственного, внутреннего времени эволюции системы возникла в исследовании самоорганизации сложных диссипативных структур. В открытых и эволюционирующих системах асимметрия прошлого и будущего сохраняется и означает, что существует стрела времени [22], знаменитая Arrow of Time. Представление о направлении времени возникает вследствие сложности открытых систем, которые далеки от равновесия, изменения необратимы. Нестабильность, непредсказуемость и время как сущностная переменная стали играть немаловажную роль в преодолении разобщенности, которая существовала между социальными исследованиями и науками о природе.

Вырисовываются контуры новой рациональности, к которой ведет идея нестабильности, она кладет конец претензиям на абсолютный контроль над какой-либо сферой реальности, мечтаниям об абсолютно контролируемом обществе. Реальность не контролируема в смысле, провозглашенном прежней наукой, в новой картине все меньше времени всеобщности, все больше социальности и биографичности, важнейшей формой темпоральности оказывается поколение. Поколенческий контракт как модель внедрена государствами всеобщего благоденствия для поддержки и защиты зависимых периодов жизненного цикла, детства, юности, пожилого возраста, посредством труда и вклада активного населения оказывается сегодня под сильным давлением. И теперь поколение вызывает интерес исследователей не только с позиций исторической перспективы от прошлого к будущему [12], различий в потребительских ориентациях и практиках, но и с позиций усиления времени социальности и гражданственности общества, некоторого сокращения времени тотальной власти.

Эффект субъективного ускорения времени с годами был открыт еще Пифагором, сегодня многие увязывают скорость течения времени с количеством реально-новой (не рутинной) информации. Чем интереснее событие, тем быстрее время течет онлайн, но воспоминания о нем, наоборот, растянуты - вспомните дни путешествия, вырванные из рутины: время пролетает быстро, а потом кажется, что прошло несколько месяцев. Если новой информации нет, эффект обратный - онлайн время тянется бесконечно, но жизнь проходит быстрее: если нечего делать, минуты тянутся как часы, однако постфактум кажется, что время пролетело мгновенно и ушло в никуда [23]. Неожиданно я нашла ссылку на высказывание: «Все дело в отношении числителя к знаменателю». Если первый год жизни это 1/1 (один из одного), то второй уже 1/2, а 33 как 1/33. Несложно подсчитать, что в 50 лет 1 год уже равняется 0,02 обычного года, т.е. 7,3 суток, а в 100 лет -316

3,65 дня, т.е ровно 1% [23]. Исследования показывают, что и в ранней вселенной сверхновые гасли и время протекало намного медленнее, нежели в наши дни. И не только каждое поколение, но и отдельно взятый индивид знает по себе об этом феномене времени жизни.

У многих людей сейчас свой ритм жизни, независимый от ритма культуры, они живут прошлым, с ностальгией, агрессия по отношению к новому объясняется иным ритмом, скоростью обработки информации. Каждое поколение попадает в такую ситуацию выброшенности из времени [12]. Время еще измеряется часами, которые основаны на принципе цикличности, мгновения не вписываются в систему измерения времени, но определяют жизнь современного человека. Это время, за которое произошло событие, информационный поток пополнился новым файлом, ускорение передачи информации делают каждый момент времени интенсивнее, насыщеннее. Происходит «уплотнение времени новшествами (кумулятивными и необратимыми) и в этом смысле его убыстрение» [23]. В итоге современный человек проживает жизнь, более наполненную событиями, информацией, знанием, чем человек предыдущего поколения, циклы по своей структуре соответствуют инновационным социально-экономическим циклам, охватывают мировое развитие в соответствии со структурой исторического времени. Любой проанализированный биографический случай становится моделью, с помощью которой можно приблизиться к проблематике поколения, увидеть то, что не раскрывается в ходе объективистского анализа, опирающегося на статистические показатели. Усиливающийся интерес к индивидуальным смыслам и паттернам использования времени привлекает использование методов линии жизни, устной истории.

Гипертекст принципиально открыт для добавления новых элементов, которые не могут разрушить структуру прошлого и настоящего [25]. Быть только в настоящем или только в будущем нельзя, поскольку след существующего падает одновременно на все темпоральные модусы. Постмодернистская темпоральность дает в итоге новые возможности социокультурного конструирования. Конструируются индивидуальные формы времени, отвергаются модальности навязанного объективного распорядка времени. Соотнесенность смысла бытия и темпоральных структур экзистенции обозначает заботу, возможность поворота к экзистенциальной модификации посредством временных ориентаций.

Социокультурная темпоральность эпохи многообразна и выражается конкретной формой временности каждого субъекта. Хрущевская оттепель, к примеру, сменилась эпохой стагнации, атмосфера была затхлая, в регионах не было продуктов. В столичные командировки ездили со списком от коллег, кому что привезти, москвичи шутили: Пока продукты не будут перевозить в товарных вагонах, их будут везти в пассажирских. Но одновременно исчез страх репрессий, можно было легко улететь на самолете или уехать на поезде в любую точку Союза, был дешевый бензин, люди проводили досуг на Волге, катались на водных лыжах, совершали путешествия. Сейчас это было бы невозможно осуществить - из-за дороговизны, криминальной обстановки на волжских берегах и островах. Лишь позже мы узнали, что все это дотировалось -наши дешевые поездки, билеты, конференции. Ни в развитие дорог, ни транспорта, ни в самолеты, автобусы и поезда не было никаких вливаний, все постепенно ветшало, увеличивало риск аварий и катастроф. Накапливался долг и перед заграницей, и перед собственными гражданами, темпоральности становились все более обедненными. Исследование человеческой истории, личностных биографий, социальных проблем человека оказывается возможным в методологии концептов времени, и главное - сказать нет нетерпимости, тогда и возникают исключение и фундаментализм.

Чаще представлены не только диахронные, но и синхронные различия культур, отвергаются процессы универсализации, однополярному миру противопоставляется многополярный, линейной стреле времени - дивергенция, инверсии темпоральностей. Вместе с тем для человека его время - это поиск социальной и культурной идентификации, биографическая рефлексия, стремление разобраться в собственной темпоральности, своей социальной истории, событиях. Культурная идентификация - важнейший компонент конструирования образа социального субъекта посредством установления темпоральной взаимосвязи между собой и социальной группой, своим народом, переживание чувства принадлежности к национальной культуре, интериоризации, то есть принятия ее ценностей в свой жизненный путь и жизненное пространство. Признание неадекватности упрощенного представления о социальном мире - это реакция на нестабильность и нелинейность социальных процессов. Культурные изменения оказывают прямое влияние на конструирование непривычных временных конфигураций, индивидуальной и коллективной идентичности. Возникают вопросы соотношения внутренней и внешней иерархии их семантической значимости, темпоральных форматов их формирования. часто становится болезненной, в высокой степени значимой темпоральности, сигнализирует о непорядке в обществе - неладно что-то в Датском королевстве - в отношениях социальных групп, между элитами, массами, властью.

Проблема справедливости касается распределения выгод и затрат среди поколений, а проблема устойчивости касается государственного финансирования, объема социальных ресурсов, которые могут и должны предоставляться на поддержку «непроизводительных» членов общества. Посредством сочетания вклада демографических переходов, экономической транснационализации, меняющихся паттернов рабочей и семейной карьер поколенческий контракт слабеет. Это влияет на жизненные шансы возрастных групп и

поколений, неясно, как этот контракт будет осуществляться в государстве благоденствия, эволюционирующем в направлении государства активации (активации трудовых ресурсов кого только можно, продления трудового возраста) или государства конкуренции [25]. Можно охарактеризовать трансформацию капиталистического общества как двойное движение темпоральностей распада рыночных сил и коммодификации социальных и экономических отношений.

Чтобы желаемые конструкции времени социально состоялись, они должны выстроить жизненный мир обыденных реципиентов, обусловленный многообразными факторами: возрастными, поколенческими, этнокультурными, классовыми, географическими, поселенческими, профессиональными. К жестким линейным спускаемым сверху правилам наше поколение привыкло, хотя и не притерпелось. Совмещение практически любого момента времени и связанного с ним события с другими моментами обусловливает смыкание, сжатие времени в точку, тем самым лишая его всех количественных свойств, даже уничтожая его, оставляя лишь след. Постмодернистская темпоральность позволяет личности ощутить себя включенной в гипертекст культуры, свою причастность к единству человеческой культуры, то есть культурную идентичность.

Обращение социальной науки к времени биографии, биографическому методу стало ярким событием в отечественной и мировой социальной жизни, позволило использовать политику памяти в эпистолярном жанре, более свободном по отношению к чистому академизму. Традиция использования биографического метода в социологии Томаса и Знанецкого включает межпоколенное понимание социальных связей и анализ возраста, в лучших традициях темпорализма Чикагской школы. Самое же поразительное в текстах биографий - это рассказанные как бы ненароком эпизоды, из которых видно, что в годы становления этого поколения еще действуют сохранившиеся старые ценности прежнего времени [20]. Биография субъективна, она оценивает прошедшие события, сознательно, в авторской интерпретации биографического времени выделяя ценное и затемняя ненужное, болезненное. Если в биографии интерпретированы значимые социальные связи, получают убедительное объяснение важные с точки зрения автора события, то биография превращается в метод, позволяя выявить культурную, историческую, географическую детерминированность. Биографическое время получает внимание лишь в подлинно социальном государстве.

К какой модели социального государства (по крайней мере, по конституции) отнести Россию - единого мнения нет, в отечественной социальной политике есть и либеральные, и социал-демократические черты. И далеко не все в российских реалиях соответствует принципам социального государства - гарантиям экономических и социальных прав и свобод человека и гражданина, служению обществу, стремлению исключить или свести к минимуму неоправданные социальные различия. Чтобы повысить качество жизни, сделать граждан страны социально активными, нужна полномасштабная реформа российской системы социальной политики. Пока еще в российских реалиях налицо социальная поляризация молодежи, уязвимая часть молодежи, в том числе группа молодых инвалидов, испытывает социальную депривацию, к ней назначаются некоторые меры, не уничтожающие ее причины. Рынок испытывает нехватку специалистов, так как выпускники вузов, в том числе инженеры, часто не соглашаются работать за мизерную зарплату. Время их карьеры подменяется временем поиска работы.

В технократических традициях внутренней политики система получения образования уязвимыми группами, инвалидами, мигрантами развивается преимущественно за счет частных инициатив, энтузиазма руководителей учебных, профессиональных, социальных учреждений и организаций. Осуществляемая государственная социальная политика, за исключением некоторых шагов региональных социальных ведомств и служб, де-факто ориентирована на сегрегацию и изоляцию этих групп людей в специальных (коррекционных) учреждениях, трудоустройство на специальных производствах. В результате - оторванность от широких социальных контактов, низкий уровень образования и конкурентоспособности, выбора профессий, заработной платы, отсутствие возможности достойного образа жизни.

Использование ресурсов инклюзии в социальной политике, миграционной и молодежной политике, образовании могло бы реализовать комплексный подход к процессам социализации, профессионализации, улучшения качества жизни, расширить круг межличностного взаимодействия, дать возможность раскрыть природные способности, не нашедшие реализации в повседневности. Социальная инклюзия может считаться не только приоритетом, но и ведущим принципом государственной социальной политики России, в определенном смысле ее можно полагать не только инструментом смягчения, даже ликвидации острого социального неравенства в российском обществе, но и встречной активизации гражданского общества. От того, насколько и молодые, и взрослые включены в практики взаимопомощи, преодоления стереотипов и защиты человеческого достоинства, зависит степень социальной сплоченности, доверия, мера гражданственности в обществе. Ареной социального конструирования темпоральности выступает сочетание интерсубъективных и индивидуально-личностных семиотических предпосылок повседневной сферы, а понимание между людьми в рамках конвенциальности, становясь общедоступным, становится социальным, гражданственным.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ярская В.Н. Методология диссертационного исследования: как защитить диссертацию. Полезно молодому ученому, соискателю ученой степени: науч.-метод. Пособие / В.Н. Ярская. М.: ООО Вариант, ЦСПГИ, 2011. 172 с.

2. Фрумкина Р. Роль истории в жизни личности, или Зачем писать биографии / Ревекка Фрумкина // 20030311; Социологический журнал. 2002. №1-3. www.russ.ru

3. Хартмут Р. Ускорение. Изменение структуры Времени в современности / Роза Хартмут. Suhr-kamp Verlag, 2005. 537 с.

4. Ньютон И. Математические начала натуральной философии // Крылов А.Н. Собр. трудов. Т. 7.

Л. 1934.

5. Ионин Л.Г. Социология культуры / Л.Г. Ионин. М.: Логос, 1996.

6. Ярская В. Социальная политика, социальное государство и социальный менеджмент: проблемы анализа / В. Ярская // Журнал исследований социальной политики. Т. 1. № 1. Январь 2003. С. 11-28.

7. Ярская В.Н. Научное предвидение / В.Н. Ярская. Саратов: СГУ, 1980.

8. Бахтин М. Эстетика словесного творчества / М. Бахтин. М.: Искусство, 1979. С. 232, 235, 339, 372.

9. Ярская В.Н. Время в эволюции культуры / В.Н. Ярская. Саратов: СГУ, 1989. 196 с.

10. Деррида Ж. Позиции / Ж. Деррида; пер. с фр. В.В. Бибихина. М.: Академический проект, 2007. С. 50.

11. Троицкий С. А. Философия старости: геронтософия / С. А. Троицкий // Сб. материалов конф. Серия «Symposium». Вып. 24. СПб.: С.-Петер. Филос. общество, 2002. С. 66-69. http://anthropology.ru/ru/ texts/troitsky_sa/gerontos_24.html

12. Семенова В. Социальная динамика поколений: проблема и реальность / В.В. Семенова. М: РОССПЭН, 2009. 271 с.

13. O’Reilly Jacqueline. What kind of Pressure? What kind of Europe? Interdependency, conflict and control / J. O’Reilly // European Sociological Association (ESA) University of Geneva&Swiss Sociological Association Abstract Book / Geneva 2011 / ESA 10th Conference / Social Relations in Turbulent Times.

14. Социальное ускорение, власть и современность / ред. Хартмут Роза и Уильям Э. Шнойерман. Pennsylvania State University Press University Park, /2008 2:31 ISBN 978-0-271-03416-4 © 2009.

15. Esping-Andersen G. The Three worlds of welfare capitalism / G. Esping-Andersen. Cambridge: Cambridge university press, 1990е.

16. Bauman Z. Work, consumerism and the new poor / Z. Bauman. The rise and fall of the welfare state, 2001. Chapter 3. P. 45-62.

17. Fraser J.T. Time. Conflict, and Human Values (1999) / J.T. Fraser / http://www.studyoftime.org/ Con-tentPage.aspx.

18. The order of Time // Times of our lives / Part 1 http://theorderoftime.com/science/ sciences/articles/timesofourlives 1

19. Certeau M. de. The Practice of Everyday Life / M. de Certeau. Minneapolis: University of Minnesota Press, 1998.

20. Козловский В.В. Интервью с профессором Валентиной Н. Ярской / В.В. Козловский // Журнал социологии и социальной антропологии. 2005. №1. С. 10-23.

21. Пригожин И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. Ч. 3: От бытия к становлению./ И. Пригожин, И. Стенгерс; пер. с англ. Ю.А. Данилова. М., 1984. С. 272.

22. Пригожин И. Философия нестабильности / И. Пригожин // Вопросы философии. 1991. №6. С. 46- 52.

23. Карпов М. Наблюдения за сверхновыми подтверждают гипотезу об ускорении времени / Михаил Карпов // Компьютерра: Бизнес-журнал. Наука и техника / Космос / Планеты и звёзды / 29 апреля 2008.

24. Cochrane A. Comparative approaches and social policy (issues of convergence) / A. Cochrane // Comparing welfare states: Britain in international context / Ed.by Allan Cochrane and John Clarke. London: Sage and Open University Press, 1994. P. 1-17.

25. Kohli M. The generational contract: a social model under pressure / Martin Kohli // European Sociological Association (ESA) University of Geneva&Swiss Sociological Association Abstract Book / Geneva 2011 / ESA 10th Conference / Social Relations in Turbulent Times.

Ярская Валентина Николаевна - V alentina N. Y arskaya -

доктор философских наук, профессор кафедры Dr. Sc., Professor

«Социология, социальная антропология Department of Sociology, Social Anthropology

и социальная работа» Саратовского государственного and Social Work

технического университета имени Гагарина Ю.А. Gagarin Saratov State Technical University

Статья поступила в редакцию 24.11.11, принята к опубликованию 01.12.11