Соотношение договоров об экономической интеграции и норм внутреннего права

1Н.А. Ефремова

СООТНОШЕНИЕ ДОГОВОРОВ ОБ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ И НОРМ ВНУТРЕННЕГО ПРАВА

В статье рассматриваются проблемы взаимодействия международного экономического права, принимаемого как в рамках соответствующих международных организаций, так и экономических интеграционных объединений. Новым явлением в международном экономическом праве является процесс придания юридической силы нормам, принимаемым в рамках таких организаций, в отличие от классических международных организаций.

Ключевые слова: интеграционные процессы, договор, международные организации, международное право, государства, ЕС, сообщество, национальное законодательство, МЕРКОСУР, экономическая безопасность.

Развитие интеграционных процессов в межгосударственных отношениях ведет к расширению сферы действия международного права. Его роль и влияние на внутреннее право государств заметно возрастают. Как отмечает А.А. Моисеев, государствам как первичным субъектам международного права приходится учитывать международные реалии все более интегрирующегося международного сообщества. «Государства, не способные приспосабливать свою национальную политику к многосторонним требованиям современного мира, не смогут эффективно справляться с требованиями всемирной интеграции и их увеличивающимся воздействием на внутригосударственную политику»1.

Проблему соотношения договоров об экономической интеграции и норм национального права следует рассматривать исходя из того, что международное и внутригосударственное право представляют собой самостоятельные, хотя и взаимосвязанные, правовые системы, которые, однако, не изолированы друг от друга, а находятся

© Ефремова Н.А., 2010

в постоянном взаимодействии, соприкосновении, осуществляя взаимное влияние друг на друга. Это влияние проявляется, прежде всего, в том, что положения международных договоров об экономической интеграции инкорпорируются во внутреннее право. Такая инкорпорация осуществляется в различных формах - международно-правовые нормы могут непосредственно включаться в правовую систему государства; ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации устанавливает это положение, как и ст. 7 ГК РФ. Аналогичные положения содержат конституции Болгарии, Греции, Испании, Украины, ФРГ2.

Специальное внимание вопросам инкорпорации договорных норм в национальное законодательство уделено в документах Общего рынка Южного Конуса (МЕРКОСУР). В июне 2000 г. была принята резолюция «Об инкорпорации норм МЕРКОСУР в правовые системы государств-участников»3. В декабре 2002 г. была введена система совмещения права МЕРКОСУР с национальным правом государств-членов4, предусматривающая согласование проекта норм, предназначенных для трансформации в национальное право, на предмет его соответствия национальному праву и определения процедуры и условий трансформации. Такая процедура придала решениям органов МЕРКОСУР международно-правовой характер.

В июле 2004 г.5 была введена упрощенная процедура для трансформации решений, резолюций и директив органов МЕРКОСУР6.

Договоры об экономической интеграции, как и другие международные договоры, будучи включенными в правовую систему государства, получают дальнейшее развитие и их детализацию. Например, положения ст. 9 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. конкретизируются в ГК РФ применительно к отдельным видам договоров: договору купли-продажи (ст. 459, 474, 478), договору подряда (ст. 722, 724), расчетам по аккредитиву (п. 3 ст. 867), расчетам по инкассо (п. 2 ст. 874), договору хранения (п. 2 ст. 891) и др.

Объективные процессы экономической интеграции, вхождение государства в тот или иной блок ведут к необходимости унификации материальных норм национального законодательства. Нередко в самом договоре по тем или иным аспектам интеграции государства предусматривают необходимость унификации внутреннего законодательства его участников. К примеру, Женевский акт Гаагского соглашения о международной регистрации промышленных образцов от 02.07.1999 г. предусматривает возможность осуществления двумя и более государствами унификации своего национального законодательства по промышленным образцам7.

В рамках СНГ был принят ряд модельных законов, которые послужили основой для разработки и принятия соответствующих национальных законов государствами-участниками СНГ. Например, гражданские кодексы государств-участников СНГ принимались в соответствии с положениями Модельного гражданского кодекса СНГ8.

Тенденция укрепления связи международного права и национального законодательства, усиление на этой основе процессов унификации национального законодательства проявляются особенно в области экономической интеграции: растет число международных договоров и национально-правовых актов, посвященных регулированию одних и тех же аспектов межгосударственных экономических отношений, происходит сближение национального законодательства в сфере международного хозяйственного оборота. Такие процессы свидетельствуют о повышении влияния норм международного экономического права на внутригосударственное право. В связи с этим следует возразить против высказанной в свое время Е.Т. Усенко точки зрения о том, что значение норм международного права во внутригосударственном праве является чисто символическим9. Эта позиция противоречит положениям п. 4 ст. 15 Конституции РФ. Кроме того, влияние норм международного права на национальную правовую систему проявляется в необходимости приведения в соответствие норм национального законодательства с положениями данного международного договора, принятии новых норм национального права путем разработки и принятия принципиально новых законодательных актов, ранее не известных правовой системе государства, принятия законов, существенно изменяющих их нормативное содержание, либо принятия актов, вносящих частичные изменения и дополнения в действующие законодательные акты. Например, Закон РФ от 20 августа 1993 г. «О космической деятельности», «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне РФ» от 31 июля 1998 г.; ФЗ от 20 марта 2001 г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод». В любом случае следует иметь в виду, что Конституция РФ обладает приоритетом применения перед международными договорами РФ (ст. 5 закона «О международных договорах Российской Федерации» 1995 г.).

Следует также отметить, что во многих российских внутренних нормативных правовых актах указывается на то, что регулирование соответствующих вопросов осуществляется согласно как российскому законодательству, так и международным договорам. Показательны в этом отношении положения в ст. 7 ГК РФ. Как

отмечает Л.П. Ануфриева10, возможность применения международного договора в национальном праве заслуживает особого внимания, поскольку в нем находит подтверждение взаимосвязь и взаимодействие международного права и национально-правовых систем. Средства международного и внутригосударственного права зачастую используются комплексно, о чем свидетельствуют как положения международных соглашений, так и нормы национально-правовых актов.

Все вышесказанное свидетельствует о том, что значение норм международного права для российской правовой системы нельзя рассматривать как чисто символическое.

Вместе с тем не следует полагать, что внутригосударственное право лишь пассивно воспринимает положения норм международного права. Нормы внутригосударственного права, со своей стороны, также оказывают воздействие на содержание норм международного права. При разработке и принятии международных договоров и соглашений суверенные государства согласовывают свои позиции, исходя из принципов и положений, содержащихся во внутригосударственном праве, формируя, таким образом, нормы международного права. Этот процесс назван Г.И. Тункиным «согласование воли государств». Тем самым в нормах международного права опосредованно отражаются и закрепляются положения национального права государств, участвующих в их разработке. При этом следует отметить, что другие государства при присоединении к договору лишены такой возможности. Присоединяясь, они могут сделать только оговорки, если договор это допускает.

Внутригосударственное право, по словам Р.А. Мюллерсона, оказывает на международное право как материальное, так и процессуальное воздействие11. Материальное воздействие выражается в том, что положения внутригосударственного права получают выражение в нормах международного права. Процессуальное происходит путем воздействия национального права на процесс реализации норм международного права, иногда и на их правоприменение. При этом система норм национального права опосредует как внутригосударственные отношения, так и проводящуюся государством политику внутри страны и за ее пределами. Тем самым национальное право оказывает воздействие на сущность и содержание норм заключаемых международных договоров, определяет порядок их принятия и порядок их реализации12.

В мировой экономике современного периода заметно интенсифицируются процессы глобализации, что не может не сказываться на международном праве, особенно в сфере экономической интеграции, а также на соотношении международных договоров в этой

сфере отношений и норм внутреннего права государства. Возникает такая же проблема соотношения норм, принимаемых в рамках международных интеграционных объединений и норм национального права государств-членов объединений. В юридической литературе выделяется то значение, которое оказывают на эти процессы межгосударственные организации, наделяемые признаками надгосударственности. Причем степень такого влияния зависит от характера и полномочий таких организаций. Целью подавляющего большинства международных организаций является содействие межгосударственному сотрудничеству в форме интеграции. Их решения распространяются непосредственно на граждан и юридических лиц государств-членов13. Многие авторы отмечают, что процессы глобализации актуализировали вопросы, связанные с поиском наиболее эффективных международно-правовых путей решения задач экономической интеграции с помощью многостороннего механизма и способствовали развитию такого явления, как надго-сударственность в деятельности международных организаций14.

Говоря о признаках надгосударственности международных организаций, называемых в литературе, следует отметить мнение А.А. Моисеева. К таким признакам он относит: признание общности интересов государств-членов, принятие решений большинством голосов государств-членов, независимость международных чиновников, право своими решениями обязывать и уполномочивать физических и юридических лиц государств-членов, непосредственное действие решений организации на территории государств-членов, невозможность одностороннего выхода из организации, принятие решений, обязательных для государств-членов, передача государствами-членами части своих суверенных полномочий такой международной организации15. Нельзя не отметить, что экономические интеграционные объединения, как и экономические организации, признаются производными (от суверенных государств) субъектами, поэтому говорить об их надгосударственности (верховенстве) будет неправильно.

Следует отметить, что в рамках интеграционного объединения государства-участники добровольно передают этому объединению ряд собственных функций, в том числе в области правового регулирования экономических отношений, наделяя интеграционное объединение производной правосубъектностью с определенным объемом полномочий, проявляя тем самым потенциал своего суверенитета.

Особыми полномочиями в интеграционных процессах обладает Европейский союз, который, по мнению С. Кашкина и А. Четверикова, «превратился в подлинно европейскую интеграционную

универсальную организацию, обладающую собственным аппаратом управления и осуществляющую деятельность в самых различных сферах общественной жизни»16. Возникло право ЕС, которое, по мнению председателя Конституционного суда РФ В.Д. Зорькина, «всегда развивалось на базе национальных законов. Поэтому для понимания европейского права необходимо глубоко вникать в суть правовых систем и первоначальный смысл норм, которые "выросли" до норм европейского уровня, а оттуда уже возвращались на национальный уровень. Кроме того, в ряде случаев интернационализация норм и их развитие на национальном уровне по схожему пути в различных государствах идут параллельно»17. Как представляется, нельзя переносить признаки надгосударственности интеграционных объединений ЕС на любое и каждое интеграционное объединение в других регионах, так как надгосударственность ЕС нацелена на федерацию или конфедерацию европейских государств.

Право ЕС и национальное право государств-членов Союза хотя и самостоятельны по отношению друг к другу, но тесно взаимосвязаны, взаимозависимы, дополняют друг друга. Их взаимозависимость обусловлена тем, что, во-первых, право ЕС формировалось путем восприятия положений национального права государств-участников Союза, во-вторых, реализация норм права ЕС осуществляется через национальные правовые системы государств-членов путем принятия соответствующих нормативных правовых актов, вынесения судебных решений национальными судами и т. д. Инкорпорированные нормы права ЕС определяют границы и условия применения норм национального права в случаях совпадения объекта правового регулирования национальными нормами и нормами сообщества. Достаточно показателен в рассматриваемом контексте пример Великобритании, которая признала прямую применимость и прямое действие на своей территории права Европейских сообществ, что в корне отличается от обычного подхода Великобритании к трансформации международных обязательств. Можно отметить и тот факт, что конституции Германии и Франции были приведены в соответствие с договором о Европейском союзе18.

Появились и специфические формы взаимопроникновения права ЕС и национального права, в частности через решения Суда ЕС. Так, в соответствии со ст. 177 Договора о ЕС «национальные суды государств-членов обращаются в Суд Европейских сообществ за разъясняющим заключением», которое, как правило, предопределяет решение национального суда по конкретному делу19.

Исследуя вопрос о природе права Европейского сообщества, Суд ЕС отметил, что «Европейское экономическое сообщество

представляет собой новый международный правопорядок, в пользу которого государства ограничили свои суверенные права»20. Суд ЕС обладает полномочиями выносить решения относительно существования факта нарушения одним из государств-членов обязательств, перечисленных в договоре об учреждении ЕС; наделен неограниченной юрисдикцией в отношении санкций, предусмотренных в регламентах; обладает необходимыми полномочиями контролировать законность актов Сообщества, порождающих правовые последствия для третьих лиц21.

По мнению Н.Р. Мухиной, именно «судебная практика Суда Европейских сообществ составляет весьма важную часть правового регулирования соотношения права Сообществ и национального права»22.

Передача государством части своих суверенных полномочий интеграционному объединению и активное проникновение норм интеграционного объединения в правовую систему государства-участника актуализирует проблему обеспечения экономической безопасности этого государства.

Отсутствие легального определения понятия экономической безопасности, в частности в законодательстве РФ, не позволяет, во-первых, четко определить возможные угрозы для экономической безопасности страны, в том числе связанные с негативными моментами экономической интеграции, такими, например, как дисбаланс во внешней торговле, зависимость национальной экономики от импорта важнейших продуктов питания, во-вторых, затрудняет выработку действенной системы мер, противодействующих этим угрозам.

Угрозы экономической безопасности России могут также возникнуть вследствие поспешной или недостаточно обоснованной инкорпорации норм международных интеграционных договоров в правовую систему страны. Для предотвращения такой угрозы целесообразно проведение правовой экспертизы проектов международных интеграционных договоров, в разработке которых Россия принимает участие и участницей которых она собирается стать, с точки зрения возможного воздействия положений этих договоров на состояние экономической безопасности и выработки предложений по нейтрализации возможных угроз правовыми средствами, например путем оговорки в отношении определенных положений заключаемого международного договора, если возможность такой оговорки не запрещена договором.

Примечания

1 Моисеев А.А. Соотношение суверенитета и надгосударственности в современном международном праве (в контексте глобализации): Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2007. С. 4.

2 Международное право / Отв. ред. Г.В. Игнатенко, О.И. Тиунов. М., 2004. С. 143-144.

3 MERCOSUR/CMC/DEC. No. 23 / 00.

4 Решение «Совершенствование системы инкорпорации норм МЕРКОСУР в правопорядки государств-членов» MERCOSUR/CMC/DEC. No. 20 / 02.

5 MERCOSUR/CMC/DEC. No. 22 / 04.

6 См.: Рыжов В.Б. Методы формирования права регионального интеграционного объединения // Внешнеторговое право. 2006. № 2.

7 Публикация ВОИС № 229 (R). Женева. Всемирная организация интеллектуальной собственности, 1999. С. 5-83.

8 Гражданский кодекс. Модель. Рекомендательный законодательный акт Содружества Независимых Государств. Ч. 1 (принят в г. Санкт-Петербурге 29.10.1994 г.) // Приложение к Информационному бюллетеню. Межпарламентская Ассамблея государств-участников СНГ. 1995. № 6. С. 3-192.

9 Усенко Е.Т. Соотношение и взаимодействие международного и национального права в Российской Конституции // Московский журнал международного права. 1995. № 2. С. 16

10 Международное публичное право / Под ред. К.А. Бекяшева. М., 1999. С. 76.

11 См.: Мюллерсон Р.А. Соотношение международного и национального права. М., 1982. С. 30.

12 См.: Марченко М.Н. Сравнительное правоведение. Общая часть. М., 2001. С. 223-224.

13 См.: Шлянцев Д.А. Международное право: курс лекций. М., 2006.

14 См.: Моисеев А.А. Указ. соч. С. 29 и др.

15 Там же. С. 43-44.

16 Кашкин С., Четвериков А. На пути к европейской конституции: Европейский конвент и перспективы разработки Конституционного договора (Конституции) Европейского союза // Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 2003. № 1 (42). С. 38.

17 Зорькин В.Д. Интеграция европейского конституционного пространства: вызовы и ответы // Журнал российского права. 2006. № 12.

18 Лаптева К.Н. Роль судов государств в применении и развитии современного международного права: проблемы и решения в судебной практике Российской Федерации и зарубежных стран // Право и политика. 2006. № 8.

19 См.: Мухина Н.Р. Право Европейского союза. М., 2006. С. 82-83.

20 Суд Европейских сообществ. Избранные решения / Отв. ред. Л.М. Энтин. М., 2001.

21 Тихоновецкий Д.С. Функции и полномочия Суда ЕС, его роль в институциональной структуре Европейских сообществ // Московский журнал международного права. 2003. № 2. С. 208-209.

22 Мухина Н.Р. Указ. соч. С. 83.