Нормативная и осложненная сегментация при чтении непунктуированного текста (на материале французской прозы)

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

УДК 811.133.1 Б.Е. Локтев

НОРМАТИВНАЯ И ОСЛОЖНЕННАЯ СЕГМЕНТАЦИЯ ПРИ ЧТЕНИИ НЕПУНКТУИРОВАННОГО ТЕКСТА

Непунктуированный текст может быть адекватно воспринят читателем за счет содержащихся в нем языковых средств. На успешность выделения отдельных единиц влияет степень сложности синтаксических конструкций. Большинство отклонений от типовой структуры усложняют восприятие текста, но не приводят к коммуникативным сбоям.

Ключевые слова: линейность, сегментация, типовая структура, неполные предложения, эллипсис.

В начале второй половины XX столетия во французской прозе получил популярность прием, эксплуатирующий визуальную составляющую чтения - экспериментирование со знаками препинания. В разное время этим приемом пользовались Клод Симон, Сэмюэл Беккетт, Робер Пенже, Филипп Соллерс. Как показывает практика, несмотря на сложность для восприятия, тексты, в которых нарушается пунктуационная норма или отсутствуют пунктуационные знаки, остаются понятны читателю, который, хотя и прилагает больше усилий, практически без потерь смысла их прочитывает. В этой связи возникает вопрос о роли знаков препинания в текстовосприятии, а именно, в какой степени пунктуационное оформление, а точнее его отсутствие, влияет на чтение и интерпретацию текста.

При декодировании смысла читатель вынужден опираться только на те языковые средства, которые предоставляет ему текст. Для читателя не существует третьего «действующего лица» - автора, который мог бы объяснить ему смысл непонятого. Опираясь на языковые средства, читатель может успешно воспринять текст, и напротив, не найдя в тексте опор, может счесть текст бессвязным. Мы предполагаем, что текст, не содержащий знаков препинания, воспринимается без смысловых сбоев за счет содержащихся в нем языковых средств, однако существуют некоторые семантикосинтаксические ограничения, усложняющие восприятие текста читателем.

Письменная речевая цепь, так же как и устная, представляет собой организованную линейную последовательность значимых языковых единиц. Линейность - фундаментальное свойство любой речи [8. С. 103]. Тогда как устный текст разворачивается во времени, письменный текст последовательно разворачивается в пространстве. По образному сравнению Люсьена Теньера письменный текст похож на телеграфную ленту, которая для удобства восприятия дробится производителем (в случае художественного текста - автором) на привычные для нас абзацы и страницы [9. С. 29]. Содержание, которое должно быть выражено в тексте, не может быть выражено в нем в том же виде, в котором оно существует в мышлении. Только в сознании можно представить объект сразу во всех его проявлениях и отношениях с другими объектами, тогда как текст всегда будет оставаться линейно упорядоченным. Мыслительное содержание, подлежащее выражению языковыми средствами, должно быть определенным образом сжато и организовано в соответствии с закономерностями линейной структуры текста: в виде последовательных единиц, репрезентирующих дискретные фрагменты содержания текста [6]. Л. Теньер пишет: «Речевая цепочка - это непосредственная данность речи. Именно речевые цепочки, в акустической форме или зафиксированные на бумаге, составляют корпус фактов, первичное наблюдение над которым лежит в основе любых теоретических построений в лингвистике» [9. С. 28].

В линейно организованном письменном тексте реципиенту необходимо идентифицировать части и установить связи между этими частями. Чтобы выполнить эту задачу, реципиенту необходимо разрешить антиномию между линейным порядком, который является одномерным, и многомерным структурным синтаксическим порядком [9. С. 31]. Суть данной антиномии такова: один элемент речевой цепи не может соседствовать более чем с двумя словами, но в то же время как элемент структурного порядка, синтаксиса, может иметь, помимо одного управляющего слова, два или несколько подчиненных, не обязательно с ним граничащих. Эти структурные связи сохраняются даже при изменении порядка слов в речевой цепи. Как отмечает В.А. Лукин, установление грамматической связности текста требует определения в нем «тех грамматических знаков, которые функционально-

2013. Вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

семантически близки друг к другу, то есть предполагают сближение, наложение таких знаков (значений) друг на друга независимо от их порядка в линейной знаковой последовательности» [5. С. 52-53].

Слова и синтагмы организуются в необходимой синтаксической последовательности вследствие взаимодействия принципов связности, цельности и линейности. Единицы языка следуют друг за другом либо заменяют друг друга, но не могут стоять одновременно в одном месте речевой цепи. Грамматические формы и синтаксические структуры раскрывают семантические отношения между словами в предложениях и между предложениями в тексте.

Линейность письма, входящая в противоречие с нелинейностью выражаемых смыслов, оказывается свойством, ограничивающим процессы как создания, так и понимания текста. Линейность текста и прогрессивная последовательность единиц в сочетании с отсутствием во французском языке флексий приводит к некоторым «патологическим явлениям» [1. С. 290]. Как пишет Ш. Балли, необходимость следования единиц в речевой цепи в известной последовательности «носит настолько тиранический характер», что возникновение непонимания возможно уже с того момента, когда эта последовательность нарушается [1. С. 290]. Текст, не содержащий пунктуационных знаков, наиболее наглядно показывает, что представляет собой текстовая линейность.

В исследовательских целях такие тексты возможно получить путем эксперимента, удалив знаки препинания из обычного текста и проанализировав полученный непунктуированный текст. Однако такой текст являлся бы вторичным по отношению к оригиналу [4. С. 6] и приобретал бы совершенно иные свойства, в результате чего любые выводы в отношении оригинала были бы необоснованны. Мировая и, в немалой степени, французская литература дают нам множество примеров художественных текстов, авторы которых частично или полностью отказались от использования пунктуации. Такие произведения представляют собой образцы частично нерасчлененной либо беспрерывной речевой цепи, являясь при этом первичными текстами.

В случае беспрерывной речевой цепи читатель лишается привычных пунктуационных опор. Происходит ломка зрительных стереотипов, основанных на традиционно принятом типографском оформлении. Не случайно в русской традиции пунктуационные знаки также называют знаками препинания. Слово «препинание» очень точно отражает роль пунктуации в членении текста, заключающуюся в создании разрывов в речевой цепи, способствующих ее интерпретации. Б.М. Гаспаров отмечает, что «если для лингвистики XX столетия характерна установка на “правильные” языковые построения, в которых соблюдены общеобязательные требования языкового кода, то эстетические теории этой эпохи, напротив, склонны придавать исключительно большое значение “отрицательным” приемам, действие которых состоит в нарушении сложившегося в читательском сознании “кода” эстетического поведения» [3. С. 313]. В случае непунктуированных художественных текстов речь идет не об одном пропущенном, в сравнении с языковой нормой, пунктуационном знаке, но о примененном к целым фрагментам текста «отрицательном приеме». Однако если в одних случаях (внутри простых предложений, при перечислениях и пр.) неупотребление объективной пунктуации не влечет трудностей восприятия, позволяя выделить языковые единицы и адекватно их интерпретировать, в других (длинные распространенные предложения, прямая речь, вставные конструкции) - приводит к коммуникативной помехе либо коммуникативной неудаче. Последняя наиболее вероятна в случае нерасчлененных последовательностей таких языковых единиц, которые отделяются друг от друга в любых обстоятельствах (в устном тексте - при помощи пауз, в письменном - при помощи знаков препинания). Мы рассмотрим случаи нормативной сегментации и осложненной сегментации непунк-туированного текста.

Рассматривая нормативную и осложненную сегментации, следует начать с определения «неос-ложенного» предложения. Систематизация данных о французском языке позволила лингвистам выделить так называемую базовую, типовую структуру простого предложения (phrase de base) [14. С. 109; 15. С. 552-564]. Базовым предложением во французском языке считается утвердительное, простое (одна грамматическая основа) и нейтральное (ни отрицательное, ни вопросительное, ни пассивное, ни восклицательное) предложение, порядок слов в котором соответствует следующей схеме [14. С. 109]: (О) - Подлежащее - (О) - Сказуемое - Дополнение(я)/Именная часть сказуемого - (О), где (О) - факультативное и позиционно свободное обстоятельство. Такое расположение частей простого предложения Ш. Балли называл правилом «прогрессивной последовательности» [1. С. 230]. В сложном предложении, как и в простом, существуют принципы расположения составных элементов

(например, придаточное причины с союзом car не ставится перед главным предложением), но в основном порядок частей сложного предложения свободен.

Рассмотрим понятие типовой структуры на следующем фрагменте, который сегментируется по нормативной модели:

Elles avaient trop peur de perdre leur place elles etaient bien payees elles ne se fiaient pas a nous les anciens [I ; 27]1

[Elles avaient trop peur de perdre leur place] [elles etaient bien payees] [elles ne se fiaient pas a nous les anciens]

Отметим, что все примеры непунктуированных текстов цитируются с сохранением оригинального оформления. Заглавная или строчная буква в начале цитаты означает, что в произведении фрагмент начинается с заглавной или строчной буквы соответственно. Окончание фрагмента точкой означает, что точка имелась и в оригинальном тексте.

Приведенная под примером линейная схематизация выделяет сегменты на линейном пространстве фрагмента, демонстрируя наличие трех предложений. Граница между ними осознается по причине невозможности, в первую очередь, синтаксического объединения слов, между которыми проходит граница. Так, leur place ни синтаксически, ни семантически, ни прагматически не мыслится объединенным с elles в единый сегмент. Также bien payees никаким образом не может соотноситься с местоимением elles в таком порядке, в котором фрагмент разворачивается при чтении.

При взгляде на дерево зависимостей (см. рис.) видно, что анализируемый фрагмент состоит из трех простых предложений: elles avaient trop peur de perdre leur place; elles etaient bien payees; elles ne se fiaient pas a nous les anciens.

Рис. Структурные схемы односегментных предложений

Структурная схематизация, располагающая на разных уровнях грамматические основы и распространения, имеет целью представить предложение в виде узлов и стемм. Подлежащее, выраженное личным местоимением множественного числа женского рода elles повторяется в трех последовательных предложениях с бессоюзной связью. Так как детерминативы (1еиг) могут быть заменены эквивалентным определенным артиклем [2. С. 573], в отдельную синтагму они не выделяются. При вычленении сказуемого учитывается валентность глагола, а в случае составных и фразеологических конструкций - их неразложимость.

Логично предположить, что степень сложности синтаксических структур (и соответственно, разветвленность дерева зависимостей) и количество управляемых глагольным (либо другим) узлом элементов напрямую влияют на сложность их идентификации читателем.

Исходя из этого, чем синтаксическая структура ближе к типовой, тем проще предложение вычленяется при чтении и тем проще оно интерпретируется. В приведенном фрагменте была рассмотрена наиболее простая для сегментации последовательность простых предложений с полными грамматическими основами. Однако в тексте, в особенности художественном, данный тип предложений скорее редкость, чем правило. Существует множество отклонений от типовой структуры, таких как неполные предложения (без подлежащего либо сказуемого), слова-предложения и прочие нарушения типовой структуры, которые не всегда удается описать классическими структурно-синтаксическими методами.

1 Расшифровка сокращений и библиографические данные использованной художественной литературы приведены в конце статьи.

2013. Вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

В этой связи далее структура предложений будет описана в текстовом варианте, а схематизация в большинстве случаев будет сводиться к линейной записи с разбиением сегментов, соответствующей линейному характеру письменного текста и последовательному подходу к чтению.

Неполные предложения и эллипсис

Примером нарушения типовой синтаксической структуры являются эллиптические конструкции, в которых отсутствует лексическое заполнение имеющейся синтаксической ниши. Степень осознания неполноты неполного предложения обратно пропорциональна степени его типизации [7. С. 398].

А.М. Пешковский трактует понятие неполного предложения шире, включая в него не только предложения, лишенные главных членов, но также предложения, лишенные второстепенных членов, поскольку такое лишение определяется за счет формального состава предложения [7. С. 396]. Например, переходный глагол, употребленный в своем переходном значении, но не имеющий при себе управляемого им падежа, будет сказуемым неполного предложения несмотря на наличие подлежащего. Из факторов, создающих неполноту, А.М. Пешковский выделяет заимствование слов из окружающего контекста (предыдущего или последующего).

К. Бюро отмечает, что опущение единиц в речевой цепи является следствием закона экономии. Пишущий может посчитать лишним повторение некоего элемента или его части, содержащегося в начале своего высказывания [11. С. 188]. При этом важнейшим принципом сохранения успешности коммуникативного акта является возможность для читателя восстановить опущенный элемент [10. С. 208].

Употребление эллипсиса, пишет В.Г. Гак, свидетельствует об обусловленном характере конструкции, о ее зависимости от контекста, но в то же время демонстрирует ее связность с данным контекстом. Любая ненасыщенная валентность опирается на контекст, таким образом являясь связующим языковым средством [2. С. 781]. Так, нижеприведенные примеры демонстрируют интегративную роль эллипсиса:

chez ces messieurs jamais on n'aurait parle de ga ni Marthe ni moi elle est toujours contre du reste mais comme je dis quand il fautfaire soi-meme on est tente [I ; 223]

Восстановление полной структуры показывает, что оба случая эллипсиса относятся к одному сегменту parler de ga, который, будь он повторен трижды, перегружал бы фразу стилистически. Читатель легко восстанавливает данный опущенный сегмент при чтении. Парадоксальным образом эллипсис связывает отрывок воедино за счет обратного процесса: элемент повторяется не эксплицитно, но его повтор подразумевается:

* chez ces messieurs jamais on n'aurait parle de ga ni Marthe ni moi elle est toujours contre

Схожим образом сегмент «обрывается» при чтении на предлоге contre в следующем примере: les hommes avaient manifeste contre je me souviens avoir demande a ma pauvre mёre ce qui se passait elle m'avait repondu rien de la politique [I ; 219]

Объектом действия manifester contre является вся описанная в предыдущем контексте ситуация, которая для заполнения валентности предлога contre, не усложняя конструкции, могла бы резюмироваться в анафорическом местоимении, например ga. Французский язык позволяет оставить предлог contre без эксплицитного продолжения, однако в условиях пунктуационно не разделенных предложений читатель ждет заполнения ниши. «Наталкиваясь» на местоимение je, которое синтаксически не сочетаемо с contre, читатель понимает, что началось новое предложение. Таким образом, синтаксическая несочетаемость сигнализирует о наличии границы между сегментами: [les hommes avaient manifeste contre] [je me souviens avoir demande a ma pauvre mёre].

В следующем примере антецедент располагается на значительном расстоянии от эллиптической конструкции, что определенным образом усложняет сегментацию фрагмента:

elle en avait des souvenirs ne quittait pas sa cuisine demeure annexe de la maison ancestrale leur blason dans l’armorial de notre province t^s corpulente oui est-ce qu’il n’y avait pas une odeur de remarquez la finesse du decor de cette petite coupe brun-rouge introuvable des giroflees peut-etre il y en aura plein le jardin dans un mois [CV; 105-106]

Эллиптическая конструкция une odeur de завершает сегмент est-ce qu’il n’y avait pas une odeur de и примыкает к следующему сегменту remarquez la finesse du decor de cette petite coupe. Граница между сегментами устанавливается очевидным образом, так как существительное с предлогом de синтаксически не может сочетаться с глаголом в повелительном наклонении, однако таким образом

предложение прерывается на полуслове. При прочтении une odeur de реципиент ожидает продолжения в виде существительного, однако следующим словом идет глагол повелительного наклонения, сигнализируя о начале следующего предложения: [est-ce qu ’il n ’y avaitpas une odeur de] [remarquez la finesse du decor de cette petite coupe]. Чтобы отыскать антецедент эллиптической конструкции, читателю приходится возвращаться на несколько строк назад, где семантически наиболее подходящим антецедентом для une odeur de оказывается существительное sa cuisine.

Эллипсис может затрагивать не только существительные, опускаться могут также бытийные глаголы:

Les aleas d’une existence falote qui soudain a son heure derniёre. [CV ; 169]

Придаточное определительное, вводимое местоимением qui, неожиданно для читателя не содержит смыслового глагола. Прерываемое обстоятельством, придаточное предложение состоит из единственной предложной синтагмы a son heure derniёre. На самом деле, эта синтагма и составляет сказуемое предложения, тогда как подразумеваемый бытийный глагол-связка опускается *qui (est) soudain a son heure derniёre. Подобное явление, характерное для русского языка, не характерно для французского. Выпадение обязательных по грамматическим правилам языка членов предложения, таких как глагол-связка, вызывает сложности при определении границ сегментов.

Тем не менее, отыскать в тексте или понять подразумеваемый антецедент эллиптической конструкции не всегда удается, как видно из следующего примера:

[...] leur ascension entrelacee traversant le carrefour la couronne le crnur etplus haut encore jusqu’a cette pastille cette lune grise tondue au milieu de son crane me demandant tous les combien faut-il qu’ils aillent chez puis je ne la vis plus il avait brusquement baisse la tete comme decapite absorbe a present dans une mysterieuse occupation que je nepouvaispas voir [...] [H ; 17]

Антецедент эллиптической конструкции qu ’ils aillent chez не получается восстановить ни из ближайшего, ни из расширенного контекста. Тем не менее, как и в предыдущих рассмотренных фрагментах, синтаксическая несочетаемость следующего за эллиптической конструкцией слова -коннектора puis - сигнализирует об окончании предложения qu ’ils aillent chez.

Дистанцированность зависимого элемента от управляющего

Как отмечалось выше, одно из последствий текстовой линейности заключается в том, что главное и зависимое слово не обязательно граничат друг с другом. При этом, следуя теории оперативной памяти чтения [12. С. 21], чем больше расстояние между главным и зависимым словом, тем сложнее реципиенту идентифицировать связь между ними [1. С. 295]. Рассмотрим такую ситуацию дистанци-рованности на следующем примере:

donc les hultres quatre plats de deux douzaines chaque j'avais prevu une demi-douzaine par personne des belons [I ; 239]

[done] [les huitres] [quatre plats de deux douzaines chaque] [j'avais prevu une demi-douzaine par personne] [des belons]

Вставной сегмент des belons располагается в самом конце отрывка, тогда как слово, которое уточняет вставная конструкция, находится в начале. Такое большое расстояние между главным словом и зависимым сегментом не может не вызвать затруднений у читателя. Синтаксически сегмент des belons не связан с предшествующим предложением j'avais prevu une demi-douzaine par personne. Чтобы их связать, потребовалось бы изменить порядок слов, прикрепив des belons к une demi-douzaine, и изменить артикль - грамматически правильная полная синтагма в таком случае выглядела бы как

*une demi-douzaine de belons. В данном случае des belons может являться только вставной конструкцией, дополнительно характеризующей главное слово-гипероним - les hultres. Словарь «Le Petit Robert» дает следующее определение слову belons: «hultre plate et arrondie, a chair brune, t^s savoureuse» [13]. Так как главное слово и определяющая его вставная конструкция расположены на расстоянии 13 слов друг от друга, определение синтаксической функции des belons оказывается затруднено.

Схожим образом затруднено определение семантической связи сегментов в нижеприведенном фрагменте:

il ne fait pas bon alors n’avoir personne a rejoindre chez soi et s ’y retrouver seul a se demander ce qu’on y fait question qui en amёne une autre puis une autre comme au bistro tout a l ’heure les tournees on

2013. Вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

perd de vue l ’assassin ou le voleur dans une autre version comme le guetteur du cafe lui aussi se demande puis un autre puis un autre puis un autre et ainsi de suite jusqu’a quand [CV ; 89]

[il ne fait pas bon] [alors] [n’avoir personne a rejoindre chez soi] et [s’y retrouver seul a se demander] [ce qu’on y fait] [question] [qui en amene une autre] [puis une autre] [comme au bistro] [tout a l’heure] [les tournees] [on perd de vue l’assassin] ou [le voleur] [dans une autre version] [comme le guetteur du cafe] [lui aussi se demande] puis [un autre] puis [un autre] puis [un autre] et [ainsi de suite] [jusqu’a quand]

Сегмент un autre, повторяемый трижды, отчетливо выделяется читателем в речевой цепи за счет коннектора puis и параллельности конструкции puis un autre, однако определение антецедента для анафоры, которой является un autre, представляет сложность. Синтаксически un autre может заменять одушевленное либо неодушевленное нарицательное имя существительное мужского рода единственного числа. Под эти характеристики антецедента в приведенном фрагменте подходит три одушевленных существительных: l’assassin, le voleur, le guetteur du cafe. Так как семантически un autre также сочетается со всеми тремя, читателю предстоит самостоятельно выбрать, к какому из трех антецедентов отсылает сегмент.

Комплекс осложняющих факторов

Следующий пример демонстрирует взаимодействие сразу нескольких факторов, усложняющих его интерпретацию:

Omnipresence d’une faible clarte jaune qu’affole un va-et-vient vertigineux entre des extremes se touchant. [D ; 15]

[Omnipresence d’une faible clarte jaune] qu’[affole un va-et-vient vertigineux] [entre des extremes se touchant]

Вышеприведенный фрагмент также состоит из трех сегментов, однако ни один из них не входит в рамки типовой структуры. Первый номинативный сегмент Omnipresence d’une faible clarte jaune представляет собой главное предложение сложноподчиненного предложения и лишен сказуемого. Следующий сегмент affole un va-et-vient vertigineux имеет полную грамматическую основу, однако порядок следования подлежащего и сказуемого инвертирован по причине присоединения сегмента к предыдущему в качестве зависимого предложения, вводимого коннектором qu ’ (que). Коннекторы, как отмечалось, являются внесегментными элементами, указывающими на отношение между сегментами. И наконец, третий сегмент - причастный. В нем также наблюдается инверсия причастия, которое обычно выносится в начало оборота. Структурно причастный сегмент подчиняется сегменту affole un va-et-vient vertigineux, который, в свою очередь, распространяет номинативный сегмент omnipresence d’une faible clarte jaune.

Таким образом, читателю необходимо определить, во-первых, границы сегментов, а во-вторых, отношения включения между ними.

На успешность сегментации большое влияние оказывают законы следования сегментов, действующие в языке исследуемого текста. Важная особенность французского языка по сравнению с русским заключается в том, что синтаксическая функция существительного, не изменяемого по падежам, в предложении обозначается предлогами и положением относительно сказуемого. По этой причине в анализируемом фрагменте чрезвычайно важна роль коннектора qu ’ (que). Представим ситуацию, когда коннектор que отсутствует: * Omnipresence d’une faible clarte jaune affole un va-et-vient vertigineux. Вследствие инверсивного порядка слов во втором сегменте номинативный и полный сегмент «сливаются» в единое предложение, в котором агенты действия меняются местами.

Единицы текста выстроены линейно, однако линейность текста не предопределяет линейности его восприятия. Для обработки прочитанного читателю требуются границы, так как оперативная память человека может обработать ограниченное количество информации. Наиболее эксплицитным маркером таких границ являются знаки препинания, которые были созданы именно с целью облегчить решение задачи читателя по чтению и интерпретации написанного. Знаки препинания предназначены, в частности, для ускорения декодирования текста, так как позволяют читателю сделать остановку и обработать информацию. Данная функция пунктуационных знаков особенно важна в местах текста, характеризующихся минимизацией грамматических зависимостей. Нарушение объективной пунктуационной нормы в большинстве случаев приводит к сбоям в чтении и интерпретации прочитанного. Тем не менее практика показывает, что даже в полностью непунктуированных текстах эти сбои являются скорее исключением, чем правилом.

Непунктуированный текст сегментируется читателем по нормативной модели за счет совокупности языковых маркеров, позволяющих декодировать его структуру и семантику единиц. Сигналом к разрыву между сегментами в их линейной последовательности является синтаксическая и семантическая несочетаемость смежных элементов. На успешность вычленения отдельных сегментов влияет степень сложности синтаксических структур (прогрессивный порядок, полнота грамматической основы, распространенность). С приближением синтаксической структуры сегмента к типовой структуре французского простого предложения упрощается задача читателя по чтению и интерпретации текста. Большинство отклонений от типовой структуры (дистанцированность управляющего и зависимого элемента, инверсия, эллипсис) не вызывают сбоев в восприятии.

1. Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. 2-е изд., стереотип. М.: Эдиториал УРСС,

2. Гак В.Г. Теоретическая грамматика французского языка. М.: Добросвет, 2004. 864 с.

3. Гаспаров Б.М. Язык. Память. Образ. Лингвистика языкового существования. М.: Новое литературное обозрение, 1996. 352 с.

4. Ионова С.В. Вторичная репрезентация текста: виды преобразований поверхностной структуры // Вопросы филологии. 2007. №1. С. 6-14.

5. Лукин В.А. Художественный текст: Основы лингвистической теории. Аналитический минимум. М.: Ось-89, 2005. 560 с.

6. Новиков А.И. Семантика текста и ее формализация. М.: Наука, 1983. 215 с.

7. Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении. М.: Языки славянской культуры, 2001. 510 с.

8. Соссюр Ф. де. Курс общей лингвистики. М.: Едиториал УРСС, 2004. 278 с.

9. Теньер Л. Основы структурного синтаксиса. М.: Прогресс, 1988. 653 с.

10. Aslanides S. Grammaire frangaise: du mot au texte. P., Honore Champion, 2001.

11. Bureau C. Syntaxe fonctionnelle du frangais. Quebec: Les presses de l'Universite Laval, 1978.

12. Le Petit Robert, dictionnaire de la langue frangaise, Rey, Alain (dir.). en 2 vol., P.: Dictionnaires Le Robert, 1991.

13. Richaudeau F. La lisibilite. P.: Denoёl, 1969. 301 p.

14. Riegel M., Pellat J.-Ch., Rioul R. Grammaire methodique du frangais. P.: PUF, 1994.

15. Wagner R.L., Pinchon J. Grammaire du frangais classique et moderne. P.: Hachette, 1991.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

2001. 416 с.

Тексты

[D] Beckett S. Le Depeupleur. P. : Minuit, 1970. 55 p.

[CV] Pinget P. Cette voix. P. : Les Editions de Minuit, 1975. 229 p.

[I] Pinget P. L’inquisitoire. P. : Les Editions de Minuit, 1986. 512 p.

[H] Simon Cl. L’Herbe. P. : Editions de Minuit, 1983. 261 p.

Поступила в редакцию 11.02.13

B.E. Loktev

Regular and complicated segmentation by reading of non-punctuated text

A non-punctuated text can be adequately perceived by the reader due to linguistic means that the text contains. The successful singling out of elements depends on the complexity of syntactic structures. Most of deviations from the basic structure complicate the text perception, not leading yet to communicative failures.

Keywords: linearity, segmentation, basic structure, incomplete sentence, ellipsis.

Локтев Борис Евгеньевич, аспирант

Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

Loktev B.E., postgraduate student Moscow State University

119192, Russia, Moscow, Lomonosovsky av., 31/1

119192, Россия, Москва, Ломоносовский просп., 31 (корп. 1) E-mail: borisffl@mail.ru

E-mail: borisffl@mail.ru