Редакции жития апы Фиба как ключ к пониманию текста

Вестник ПСТГУ

III: Филология

2009. Вып. 3 (17). С. 99-112

Редакции Жития апы Фиба как ключ

К ПОНИМАНИЮ ТЕКСТА

Н. Г. Головнина

В статье предпринята попытка ответить на вопрос, являются ли изменения текста в дошедших до нас рукописях Жития апы Фиба случайными и механическими или они позволяют говорить о сознательной работе и появлении новых редакций, которые соответствуют целям и принципам разных периодов в истории коптской литературы, а потому допускают и даже требуют разных интерпретаций.

Интерес к Христианскому Востоку, поиск и публикация рукописей заставили осознать неполноту представлений о ходе истории, основанных только на греческих и латинских документах. То, что такие крупные фигуры монашеского движения, как апа Шенуте и Павел Таммский, стали известны ученым только после публикации коптских источников, является убедительным тому подтверждением. Первоначальный скептицизм к сообщаемым фактам и недоумение, вызванное своеобразной стилистикой текстов, сменились попытками найти ключ к верному их пониманию и полноценному анализу.

Новый взгляд на агиографию, как на выражение определенных идей, которые имеют свою собственную историю, и признание за такой историей не меньшей ценности и важности для эмпирической действительности, чем, скажем, официальный отчет или повествование хорошего историка, позволяет эти идеи подвергнуть соответствующему анализу. Даже в случае, если герои и события олицетворяют только идеи, это все же идеи, столкновение которых определялись вполне реальными историческими событиями во время создания текста, т. е. мир идей может и должен найти свое точное место во времени и пространстве. Кроме того, необходимо признать функциональность «агиографических клише», как их обычно называют. В задачу исследователя входит интерпретация и расшифровка привычных, легендарных топосов и выявление их смысловых полей1.

1 Peeters P. Les débuts du christianisme en Géorgie d’après les sources hagiographiques / AB. 50. 1932. P. 5—58; EsbroekM. Le saint comme symbole // The Byzantine Saint. University of Brimingham XIV Spring Symposium of Byzantine Studies. London, 1981. P 128-140; Лурье В. М. Из Иерусалима в Аксум через храм Соломона: архаические предания о Сионе и Ковчеге Завета в составе Кебра Негест и их трансляция через Константинополь // Христианский Восток. 2 (VIII). 2001. С. 135-207.

Предметом настоящего исследования является Житие апы Фиба2 и его духовного руководителя апы Аполло, аттрибутируемое Папохе-эконому, их сподвижнику. Оно дошло до нас только на коптском (саидский диалект), но вопрос языка оригинала, как это часто бывает, остается открытым, несмотря на веские основания предполагать составление этого жития коптским автором.

Единственный список этого текста хранится сейчас в библиотеке Пир-пойнт-Морган в Нью-Йорке под шифром M-633. Рукопись была приобретена этой библиотекой у Британского музея в числе других четырех. В свою очередь, эти четыре рукописи были частью библиотеки, открытой в 1907 г. в монастыре св. Меркурия в Эдфу, большая часть которой (18 манускриптов) была приобретена именно Британским музеем. Все рукописи Эдфу относятся к X—XII вв. Рукопись, содержащая Житие Фиба, — не исключение. Дата ее составления указана в колофоне на последней странице — 994 г. от Р. Х. И хотя колофон содержит в соответствие с нормой молитву за писца и заказчика, их имена, к сожалению, не названы. Есть еще более поздняя приписка криптограммы на греческом языке некоего Марка, уроженца Эсны.

Текст жития был издан в первый раз в 1922 г. фототипическим способом вместе с другими коптскими рукописями американской библиотеки3. Полвека спустя Т. Орланди и А. Кампаньяно снова выпустили в свет этот текст, снабдили его переводом на итальянский, предисловием и минимальными пояснениями4. Этот перевод позже вошел в состав сборника житий монахов-коптов, подготовленных теми же учеными5.

Кроме того, существует арабский перевод, входящий в состав Коптского Синаксаря. Арабская версия предложена для чтения в день памяти Фиба (25 па-опе6 — по-арабски 25 babah) и несколько разнится от коптской. Во-первых, начальные слова коптского текста изменены. Характер несовпадения и объяснение такой переработки будут даны в своем месте. В Синаксаре рассказывается также о рождении и юности апы Аполло и об отношениях между ним и Макарием Великим, что отсутствует в коптском тексте. В день же памяти Аполло (5 Amsir) отдельного чтения не предлагается, а делается отсылка. Еще однажды имя апы Аполло упоминается в день памяти Аммона (20 Basons). В этой части повторяется известный из коптской литературы эпизод об отношениях между Аполло и Аммоном.

Кроме того, сохранились отрывки еще одного коптского текста, представляющего собой, как считает Тито Орланди, первоначальную редакцию Жития, главным героем которого является не Фиб, а Аполло.

Историческую реальность лиц, о которых повествуется в нашем Житии, подтверждают другие источники, как египетские, так и греческие. К послед-

2 Имя героя в изданной рукописи Жития передано — vif, в Житии Павла Таммского дан регулярный саидский вариант — vib, по-гречески — í¡3t;, по-арабски — Abibi.

3 Bibliothecae Pierpont Morgan codices coptici photographice expressi. Roma, 1922.

4 Vite dei Monachi Phif e Longino // T. Orlandi, A. Campagnano, eds. Milan, 1975. (Testi e documenti per lo Studio delPantichto; 51).

5 Vite di monaci copti / T. Orlandi, A. Campagnano, eds. Roma, 1984.

6 22 октября.

ним относятся История египетских монахов (гл. 8)7 анонимного автора, Житие преп. Даниила Скитского8 и Луг духовный (гл. 184) Иоанна Мосха9. В них упоминается только апа Аполло. Среди коптских источников — Житие Павла Таммско-го10, написанное его учеником Иезекиилем. В нем повествуется о путешествиях Павла и Иезекииля в сторону Шмина, во время которого они встречали многих подвижников, среди которых названы и Аполло с Папохе (в Бавите, в тексте — к югу от Дальяха). Упоминается и Фиб, но он назван уроженцем Перкуша в номе Тухо, а Фиб нашего Жития родился в Псинемуне11 нома Шмун12, а потому их идентификация спорна, хотя некоторыми учеными она и признается.

Кроме того, такое содружество: Аполло, Фиб и эконом Папохе — засвидетельствовано археологическими и эпиграфическими данными. Речь идет об открытых в монастыре Бавит росписях13, но, в первую очередь, надписях, свидетельствующих о глубоком почитании этих святых в обители. Особенно выразительна следующая надпись в одной из часовен: «Наш возлюбленный отец апа Аполло, друг ангелов; и наш возлюбленный отец апа Ануп досточтимый; и наш возлюбленный отец апа Фиб, которому принадлежит таинство спасительного покаяния; и наши святые отцы апа Петр, апа Хамой, апа Паисий, апа Папо-хе-эконом»14. Замечательным является то, что каждому из отцов усвоен эпитет, который встречается или в арабском Синаксаре: «друг ангелов», или в коптской редакции: Папохе всегда именуется или сам себя называет «Папохе-эконом»; а упоминание о таинстве спасительного покаяния указывает на одну из главных тем разбираемого текста.

Вопрос о местонахождении первого монастыря Титкоох, который оказался под началом Аполло, а именно: можно ли отождествить его с Бавитом, и тем самым идентефицировать Аполло нашего Жития, с Аполло, почитаемым в Бавите, остается до сих пор открытым, хотя сторонников положительного решения этой проблемы больше, чем ее противников. Оставив в стороне исторические и археологические детали этой дискуссии, весьма спорные, отметим, что с такой

7 Historia monachorum in Aegypto / Texte grec et trad. de A-J. Festugière. Bruxelles, 1971. (Subsidia hagiographica; 53); История египетских монахов / Пер. с греч. Н. А. Кульковой. М., 2001.

8 Vie (et récits) de l’abbé Daniel le Scétiote. / Texte grec et trad. de L. Clugnet. Paris, 1901. Cf. P. 67 (Bibliothèque hagiographique grecque); ранее публиковалось в Revue de l’Orient Chrétien. 5. 1900; 6. 1901.

9 Johanes Moshus. Leimonarion. PG 87/3. Col. 2851—3116; Луг духовный. Творение блаженного Иоанна Мосха / пер. с греч. прот. М. Хитрова. Сергиев Посад, 1915. М., 1991 (репринт).

10 Amélineau E. Monuments pour servir à histoire de l’Egypte chrétienne. Paris, 1888. P. 759769, 835-836 // Mémoires publiées par les membres de la mission archéologique française au Caire; Orlandi T. Papiri copti di contenuto teologico. Vienna, 1974. P. 155-158.

11 Копт. Cinemoun. Это название больше нигде не встречается.

12 Копт. Smoun — Гермополис Магна.

13 Rassart-Debergh M. Arte e archeologia copte: prinzipali testimonianze // L’Egitto cristiano: aspetti e problemi in età tardo-antica. Roma, 1997. P. 300-301. (Studia Ephemeridis Augustini-anum; 56).

14 Clédat J. Baouit // Dictionnaire d’Archéologie Chrétienne et de Liturgie. Col. 207; idem. Le monastère et la nécropole de Baouit // Mémoires publiées par les membres de l’inststut français d’archéologie orientale au Caire. 12, 39. 1904-1916. P. 119

идентефикацией были согласны Крам15, которому была известна только арабская версия; позже ее признал Краузе16, которому был известен также и коптский вариант; кроме того, Орланди предпринял издание текста с надеждой, что он поможет положительному разрешению этого вопроса. Противником такого отождествления остается Торп17.

Все это позволяет признать, что время жизни и деятельности самого апы Аполло — вторая половина IV в., Средний Египет, а имя его оставалось известным и почитаемым еще в V и нач. VI в. Необходимо обратить внимание на то, что в Среднем Египте между Менфи и Шмуном сложилась особая монашеская традиция, которая развивалась параллельно с аналогичными традициями в Верхнем (Скит, Келльи и Нитрия) и Нижнем Египте (монастыри прп. Пахомия). Особая — с точки зрения круга действующих лиц и их роли в истории не только монашества, но и Коптской Церкви в целом. Первые представители этой традиции — сам Аполло, Павел Таммский, Фиб, Ануп, Памун и Афу. Следующее поколение — апа Иеремия со своим сподвижником и учеником Енохом (и возможно ама Сивилла), которые упрочили память своих предшественников основанием новой общины, противостоявшей Халкидону18.

Несмотря на то, что проведена была огромная исследовательская работа с привлечением текстологических, исторических и археологические доводов, в стороне остался анализ этого текста как агиографического памятника. А именно он, как кажется, способен высветить новые грани проблемы.

Необходимо принять во внимание утверждение Тито Орланди о существовании двух коптских редакций Жития и арабского перевода. Редакция какого бы то ни было текста предполагает не просто разночтения, но сознательно внесенные изменения. Различают как минимум три типа редакций: стилистическую, фактологическую и идеологическую. Первая предполагает переработку в соответствии с литературными вкусами и предпочтениями своей эпохи. Вторая — увеличение числа эпизодов, что может быть вызвано реально происшедшими событиями после появления оригинала. И третья — смещение и даже изменение смыслов в соответствии с установками нового соавтора19. Таким образом, задача состоит в том, чтобы постараться определить смысл и цель создания новых редакций, стараясь найти созвучие каждой принципам и магистральным направлениям соответсвующего им периода в истории коптской литературы.

Краткое содержание Жития следующее. Апа Аполло и апа Фиб, пройдя новоначальный период своей монашеской жизни под руководством апы Петра, после его смерти вдвоем предаются подвигам. Позже по особому Божьему промышлению к ним присоединиться Папохе-эконом. Каждый член этого небольшого братства имеет свой собственный, четко прорисованный автором облик.

15 Crum W E. Der hl. Apollo und das Kloster von Bawit // Zeitschrift für Ägyptische Sprache und Altertumskunde. 40. 1902-1903. S. 60-62.

16 Krause M. Bawit // Reallexikon zur byzantischen Kunst I. Stuttgart, 1966. Col. 569-583.

17 Torp Hj. La date de la fondation du monastère d’apa Apolló de Baouît et de son abandon // Mélanges d’ archéology et d’histoire. 77. 1965. P. 153-177.

18 Orlandi T. Letteratura copta // L’Egitto cristiano: aspetti e problemi in etа tardo-antica. Roma, 1997. P. 72. (Studia Ephemeridis Augustinianum; 56).

19 Лихачев Д. С. Текстология. СПб., 2001. С. 133—139.

Апа Фиб — «человек, который любит уединение и желает пребывать в пустыне в постоянном подвиге». Апу Аполлло отличает мирный дух и любвеобильное отношение к приходящей за наставлением братии; радостное лицо — его отличительная черта. А Папохе «служит и им, и приходящей братии в нуждах века сего», за что и прозвали его — экономом20. Образ жизни этих подвижников таков. Они переходят с места на место, но иногда оседают на некоторое время где-нибудь в уединении, куда к ним тотчас собирается братия, жаждушая наставлений и поучений апы Аполло. Посещают они и монастыри. В тексте, по крайней мере, упомянуты три: Тахруг, монастырь апы Памина21 и Титкоох. В последнем и умирает апа Фиб, вероятно, будучи еще не старым человеком. Позже в особом видении апа Аполло получает приказание Божие отправиться в этот монастырь, поселиться там и утвердить особый обычай в день смерти апы Фиба. Суть этого установления в следующем: Бог обещает каждому, кто повергнется в день памяти апы Фиба на его могилу, оставление грехов, подобное тому, какое было даровано людям верующим в день Рождества Христова по воле Бога Отца. И право такого оставления грехов или «таинство спасительного покаяния» делегируется Христом своему возлюбленному подвижнику апе Фибу. Апа Аполло не сразу откликается на такой призыв. Вначале он просит Христа подыскать человека, более способного к такому попечению о братии, но после вразумления соглашается. Апа Аполло вместе со своим верным Папохе-экономом отправляются в Титкоох, где их уже ждут, поскольку их приход предваряло видение сонма ангелов, ликующих над могилой апы Фиба. Апа Аполло, как всегда, начинает окормлять братию, и через него Бог совершает множество чудес. Приближается день памяти апы Фиба. В этот день Господь для подтверждения реальности даруемого оставления грехов совершает чудо: оживает на короткое время один из насельников монастыря, умерший в тот день, брат Захария. На этом житие заканчивается славословием в честь Пресвятой Троицы.

Даже краткое изложение позволяет почувствовать несоответствие между определением текста в качестве Жития апы Фиба и его содержанием, которое по большей части повествует об апе Аполло. На это обратил внимание уже Тито Орланди22. Он говорит о двух редакциях текста: первая написана во второй половине IV века и представляет собой Житие апы Аполло. Правомерность такого утверждения подтверждает и сам ход литературного развития, поскольку, начиная именно с этого времени, монашеские жития выделяются в особый агиографический жанр, а наиболее известные тексты: Житие преп. Антония свт. Афана-

20 Должность эконома (oikonomoc) была одной из первых, учрежденных Пахомием Великим при создании первого монастыря. В его круг обязанностей входили вещевой и продуктовый склады, трапезная и лазарет. Подробнее об этом см. : Хосроев А. Л. Пахомий Великий (Из ранней истории общежительного монашества в Египте). СПб., 2004. С. 116-117.

21 О монастырь апы Памина, расположенного в окрестностях Ашмунайна, известно из коптских и арабских источников. Сам апа Памин — исповедник во время гонений Диоклетиана. Кроме того, сохранились сведения о его противостоянии мелитианам. День памяти — 9 хиака

22 Взгляд на проблему итальянского коптолога излагается по : Vite di monaci copti. P. 14-17.

сия Великого, Житие Григория Чудотворца свт. Григория Нисского, из числа же коптских образцов наше Житие в его первой редакции и Житие апы Афу, епископа Оксиринха (Пемдже), — становятся важной и неотделимой частью патрис-тической литературы.

Кроме того, вторая половина IV века — это время постепенного перехода от отшельнического образа жизни к общежительному монашеству. И, без всякого сомнения, этот процесс волновал и занимал автора Жития ничуть не меньше, чем обстоятельства жизни его героев. Достаточно обратить внимание на подбор характеров и образов их служения, чтобы понять, что именно эти три компонента становятся необходимыми для основания и полноценной жизни любого монастыря. Фиб символизирует цель ухода в монастырь, которой даже в общежительном монастыре является постоянное пребывание с Богом и отрешенность от мирской суеты. Апа Аполло — это вершина, которую может и должен достичь монах, а именно: стяжав мирное внутреннее устроение, с радостью и любовью подавать помощь своим ближним, ищущим спасения. А для того, чтобы главные духовные задачи монастыря все-таки могли выполняться, необходим Папохе-эконом, который смиренно и безропотно будет служить братии.

Важным является также и то, что апа Аполло не вдруг соглашается на управление монастырем. Интересно, что Аполло из Истории египетских монахов тоже не сразу дает согласие возглавить братию, хотя в каждом из памятников и приведены разные доводы для первоначального отказа. Переход отшельника к общежительному житию, таким образом, происходит по особому смотрению Божьему.

Знаковым эпизодом для понимания еще одной цели существования монастыря является установление «таинства покаяния» на могиле апы Фиба. Ничего, кроме недоумения, этот эпизод у ученых не вызывает. Обряд этот больше нигде не упоминается, поскольку, без всякого сомнения, не получил дальнейшего развития и не стал традицией. С одной стороны, о том, что апа Фиб должен будет стать лампадой, которая светит всем, предсказано самому апе Фибу и его наставником апой Аполло, и даже еще раньше, в пору его детства, неизвестным старцем, но когда и как это произойдет и в чем будет смысл этого, до времени никто не знает. Поскольку таинство предназначено для всех, приходящих в день его памяти к его могиле, можно предположить, что этим монастырь определяется в качестве светильника, озаряющего путь спасения для всего мира, в качестве духовного путеводителя для всех без исключения христиан.

Позже житие апы Аполло, с точки зрения итальянского ученого, было совершенно формально переделано в энкомий апе Фибу с целью использования в качестве уставного чтения в день его памяти. Но вызывает недоумение вопрос, почему Житие святого, день памяти которого тоже есть в Синаксаре, переделано в энкомий другому святому, но при этом никаких принципиальных изменений в повествование не внесено.

Под энкомием в данном случае подразумевается не жанр, разработанный еще в античной литературе, а особый церковный жанр гомилии, посвященной определенному святому. Энкомии переводились с греческого, например эн-комии Севира Антиохийского в честь Романа, Леонтия и Клавдия, в энкомии

перестраивались мученичества и жития. Структура энкомия была следующей: вступление, в котором обсуждался или храм, построенный в честь святого, или, в общих словах, сам день его памяти; рассказ о мученичестве или житии; назидательная часть и эпилог. Наиболее важным периодом для расцвета этого жанра в коптской литературе стало время противостояния Халкидону. Именно тогда активно перестраивались в энкомии жития монахов, борцов с Халкидоном.

Можно ли вписать наш энкомий в этот литературный процесс, как раньше без всякого насилия и натяжки удалось поместить житие в подходящий для него по всем признакам период? Что происходит с расстановкой смыслов и акцентов при переходе из одного жанра в другой? Представляется, что самым важным будет найти убедительный ответ на вопрос, как могли помочь апа Аполло и апа Фиб противникам определений IV Вселенского Собора, ведь жизнь этих подвижников закончилась значительно раньше принятия Халкидонского ороса, а никаких богословских трудов от них не осталось.

Как кажется, есть возможность понять смысл перестройки текста, хотя его составители даже структуру энкомия соблюсти не сочли нужным, ограничившись добавлением начальных слов, утверждающих лишь то, что перед нами житие апы Фиба и двух параграфов, первый из которых состоит из двух цитат Священного Писания, а второй сообщает о месте рождения апы Фиба и начальных подвигах его вместе с Аполло под руководством апы Петра. Но уже в параграфе три «негодный эконом Папохе» призывает боголюбивую братию послушать о подвигах своего отца апы Аполло, а в четвертом — начинает говорить об апе Фибе как будто в первый раз. Именно эта, на первый взгляд, неуклюжая приписка и позволила Т. Орланди говорить о двух разных редакциях. Итак, набор событий не изменился, изменился заявленный главный герой. И хотя ничего нового об апе Фибе не сообщается, главным и единственно существенным в этом случае событием в тексте представляется исключительно установление «таинства спасительного покаяния». Но сейчас это таинство не выглядит символическим изображением, выражающим служение общежительного монастыря миру, а является знаком реального присутствия и действия Божьего в монастырях Среднего Египта, которые, как известно, были оплотом антихалкидонской оппозиции. И даже прославление маленького Захарии в последнем параграфе: «Един Бог Иисус Христос, Наш Господь!» — не выглядит просто формульным, а приобретает специфический монофизитский привкус.

Осталось проанализировать арабский перевод. Может, новые эпизоды, которых нет в коптском тексте, и могли сигнализировать о новой, фактологической редакции, но существенным для нашего исследования является только изменение начальных слов энкомия. Именно характер несовпадения и причина этой переработки требуют своего объяснения. Житие Синаксаря начинается так: «Сегодня почил апа Абиб, борец, всецело преданный Богу. А кроме того, мы празднуем память апы Аполло, превосходнейшего доблестью во всем Египте». Как видно из этого вступления, синаксарное повествование предлагает почтить память как Фиба, так и Аполло. Очевидно, что эта редакция готовилась после арабского завоевания, когда уже перестало быть задачей первостепенной важности противостояние Халкидону, а потому составители не разгадали смысл посвяще-

ния этого текста апе Фибу. Иначе они должны были бы убрать два первых параграфа и посвящение без всякой потери для содержания и перенести Житие апы Аполло на подобающий ему день, но они своим неумелым исправлением сделали недоступной возможность понять смысл некогда совершенного механического, на первый взгляд, изменения, и не вернули текст к его первозданному виду.

Ключевые слова: история коптской литературы, Житие апы Фиба, редакции текста, проблемы интерпретации.

Сокращения:

PG — Patrologiae cursus completes. Seres graeca. Paris, 1857-1866. T. 1-161

Versions of Apa Fib’s life as a Key to Understanding the Text

N. G. Golovnina

The article attempts to answer the question whether the changes in the text of surviving manuscripts of Apa Fib’s life are accidental and automatic or they could be made intentionally and thus allow us to speak about new versions that correspond to the purposes and principles of different periods in the history of Coptic literature and therefore tolerate and even require different interpretations.

Keywords: history of Coptic literature, Apa Fib’s life, versions of the text, problems of interpretation.

ЖИТИЕ23 ПРЕПОДОБНОГО ОТЦА НАШЕГО АПЫ ФИБА,

святого отшельника, которое написал Папохе, ученик апы Аполло, благословенного во всех делах своих.

Почил же блаженный апа Фиб в 25 день месяца паопе в мире Божьем.

Да пребудет его благословение с нами. Аминь.

1. Непреложная истина слова святого псалмопевца Давида возвещающего: «В вечной памяти будет праведник»24, — и еще: «Праведник цветет, как пальма, возвышается, подобно кедру на Ливане»25, — они исполнились на этом святом.

2. Жил один брат по имени Фиб, и был он уроженцем Синемуна из провинции Шмуна. Он пришел к моему святому отцу апе Аполло и стал монахом. Провели они вместе пять лет. После этого [апа Петр]26 взял их обоих и оставил на горе Титкоох27, а сам достиг дня своего упокоения. Они же остались вдвоем, и совершали множество подвигов, которые человек не может счесть, а мы не можем рассказать о них по достоинству.

3. Послушайте меня, возлюбленные мои о Господе братья, и я, негодный эконом Папохе, поведаю вам о чудесах и наставлениях жизни блаженного отца нашего апы Аполло, человека Божьего, который отдал свое тело в жертву святую Богу и стал местом обитания Отца, местом отдохновения Сына и местом встречи с Духом Святым.

Я провел детство в доме моих родителей. Бог послал Своего ангела, и он вывел меня из дома отца, и принял руководство надо мной на путях праведности. Он привел меня к пастырю доброму, целителю душ, и я остался в гавани спасения, где нет разбойников, но есть возлюбленный отец, блаженный апа Аполло, истинный израильтянин28, в котором нет лукавства29.

4. Он жил на горе, но Господь еще не явил на ней Свою славу30. Я постучал в дверь, и он тотчас вышел ко мне с лицом, сияющим радостью. Ведь мой отец

23 Перевод с коптского выполнен Н. Г. Головниной по изд. : Vite dei Monachi Phif e Longi-no / T. Orlandi and A. Compagnano, eds. Milan, 1975. P. 20-37 // Testi e documenti per lo studio dell’antichità. T. 51. Примечания — Н. Г. Головниной.

24 Пс 111. 6.

25 Пс 91. 13.

26 Восстановленный в рукописи текст [aa{pa}petra] Т. Орланди считает неудовлетворительным.

27 Издатель текста Тито Орланди считает, что первые два параграфа текста являются позднейшей вставкой, а потому они не согласуются с остальным повествованием. С точки зрения этого ученого, о первом посещении Фибом, Аполло и Папохе монастыря Титкоох будет рассказано только в § 10. Но поскольку в коптском языке одно и то же слово «toou» обозначает и гору (как пустынное место), и монастырь, нельзя полностью исключить гипотезу, что уединенная гора в окрестностях Титкоох стала местом первых подвигов Фиба и Аполло, где позже образовался монастырь из числа братий, приходящих за духовным руководством.

28 Ср.: обычай преп. Антония называть приходящих в соответствии с их духовным уровнем иерусалимлянами или египтянами (Palladius. Historia Lausaica 21).

29 Ин 1.7.

30 Объект, на котором должна быть явлена Божья слава, выражен в тексте рукописи местоименным суффиксом мужского рода третьего лица единственного числа. Поскольку слово «гора» в коптском языке мужского рода, то этим объектом может быть или сам Аполло, или гора. К Аполло уже приходят многие за духовным окормлением, поэтому невозможно гово-

гостеприимно встречал любого человека, поскольку старался во всяком деле быть угодным Богу и полезным людям. Он принял меня радушно и сделал монахом, и я удостоился остаться под сенью его святых молитв и отеческого попечения. Там же был наш возлюбленный брат, благочестивый апа Фиб. Они оба проводили жизнь в строгом воздержании и великих подвигах, которым нет числа. Апа Фиб любил уединение, предпочитая подвизаться в неослабном подвиге в пустыне. А мой отец стяжал мирное устроение духа благодаря тому, что почитал полноту образа Божьего в каждом человеке31, и братья собирались вокруг него, как окружающие свою матку пчелы, слушая слова жизни и святые заповеди, изумляясь чудесам Божьим, от него происходящим.

5. Я провел год с ними на этой горе, а после мы ушли и начали бродить повсюду, как звери. Где бы мы ни останавливались, слыша о моем отце, братия приходили к нему, чтобы научиться божественной мудрости. А он наставлял всех с пользой для их души, увещевая словами сладостными и славящими Бога. Я провел этот год по его решению вместе с ним. Апа Фиб все так же предпочитал уединение. Мой же отец оставался аскетом. А я ходил служить Фибу в нуждах века сего, и старался в служении святым. Поэтому мой отец звал меня — эконом Папохе.

6. Случилось же однажды, когда мы собрались втроем и воздавали славу Богу, обратился к апе Фибу мой отец с радостным лицом и сказал ему: «Вижу я, сын мой, что ты любишь уединение и ненавидишь суетную славу человеческую. Но в Евангелии написано, что не может укрыться город, стоящий наверху горы. И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме32. Так вот, ты — потаенная свеча, о сын мой, ты будешь вознесен на подсвечник, чтобы сиять всем в доме и чтобы, как благовоние, распространился по всему миру дар оставления грехов, которое будет совершаться в день твоей памяти раз в год». Апа Фиб тотчас пал на колени и начал умолять моего отца. Тогда ответил мой отец так: «Встань, мой сын. Не я говорю, но Дух Святой пророчествует о грядущем прежде его наступления. А сейчас храни это предсказание до времени его исполнения. Ведь написано во Второзаконии Моисея: Сокрытое принадлежит Господу Богу нашему, а открытое нам и сынам

нашим»33.

7. Просил же апа Фиб: «Прикажи мне, и я скажу тебе одно слово, а ты не гневайся на меня. Поистине я буду говорить не по тщеславию и высокомерию, но дивясь Духу Святому, Который действует в людях, прославляемых Богом. Он виновник согласия в их словах». Блаженный апа Аполло позволил ему: «Говори, мой сын!» И апа Фиб начал рассказывать: «Однажды в детстве, когда я

рить о его полной безвестности. А если признать, что речь идет о горе, то такое прочтение позволит согласовать упоминание горы Титкоох во втором параграфе с упоминанием монастыря Титкоох в десятом.

31 Копт. текст: Ейше уеік—п І/гіс триоде пуе поитте пои—:. Дословный перевод: «любя весь образ Божий как отдельного (неделимого, целостного?) человека» позволяет ученым видеть в этом пассаже отголосок оригенистских споров IV века в Египте, связанных с решением вопроса, согласуется ли телесность человека и если согласуется, то каким образом, с понятием образа Божьего.

32 Мф 5. 14-15.

33 Втор 29. 28

жил в доме своих родителей и пас овец, встретился мне святой старец Божий в поле — а день клонился к вечеру — я принял его в овчарне и предложил ему хлеба. Он же согласился и взял его. Я оказал по мере моих малых сил гостеприимство, и он остался у меня на ночлег. Когда же настало утро, он поднялся, собираясь уходить, а я поклонился с просьбой благословить меня, и он сказал мне то же слово, что и ты: “Настанет день оставления грехов твоим именем!” И сейчас я в изумлении, поскольку не знаю, что же должно произойти. Но Господь не оставил меня, а привел к тебе. Итак, если это угодно Господу, да свершится Его святая воля».

8. Ответил воин Христов, неодолимый ни справа ни слева, апа Аполло: «Послушайте меня, и я скажу вам слово. От Господа оно, и я передаю его вам не по тщеславию, но открываю, что должно случиться со всеми нами. Сказал мне Спаситель: “Вот что Павел написал коринфянам: О брате Аполлосе я очень просил Его, чтобы Он послал его к вам, но, вероятно, нет воли отпустить его ныне. Он придет в свое время. О нем же Дух Святой постоянно просил Моего Отца: Пусть он придет ныне. Но Мой Отец ответил: Он придет в свое время34”. А сейчас, дети мои, будем готовы вынести всякое дело, которое Господь предписывает нам. Да будет воля Его. Слава Ему во веки веков. Аминь».

9. После этого мы отправились на уединенную гору, расположенную напротив селения Тахрудж, нашли там каменные пещеры, поселились в них и предались большим подвигам. Когда же братия узнали, где наш отец, они пришли к нему и слушали слова жизни из его уст. Место же было пустынным и безводным. Мой отец сказал: «Сын мой, Папохе, начни копать землю, и мы увидим, что Бог даст нам воду ради братий, останавливающихся у нас». И когда мы вырыли на глубину четырех локтей, забил источник чистой и пресной воды. И два года мы и все приходившие пили из него. И тогда сказал мой отец: «Давайте устроим колодец и оставим его ради братий, стремящихся сюда». Господь уже открыл нам: «Всякое место, в котором ты будешь жить, я сохраню вовек».

34 Для того чтобы слова Господа, приводимые апой Аполло, обрели смысловую и логическую завершенность, необходима интерпретация коптского текста стиха из Послания к Коринфянам (1 Кор 16. 12). Основанием для нее служит явный параллелизм между двумя частями увещания. Первая — слова апостола Павла из Послания, в которых он излагает свою просьбу и ответ на нее, вторая состоит из этих же слов, но просьбу повторяет Святой Дух, а ответ получен от Первого Лица Пресвятой Троицы. Это позволяет изменить адресата просьбы и в тексте Послания. В греческом тексте — это сам Аполлос, а в коптском — Бог Отец. Такое прочтение допускает и синтаксис коптской фразы: во-первых, имя Аполлоса стоит на первом месте, сохраняя предлог, который излишен при инверсии в коптском языке, и как следствие адресатом просьбы, который выражен местоименным суффиксом, правила позволяют предположить другое лицо, во-вторых, эта возможность подкрепляется тем, что действие, которое должен совершить Аполлос вводится каузативным инфинитивом, т. е. субъект побуждается к нему кем-то другим. Если вспомнить слова Христа из беседы о последних временах: О дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец (Мк 13. 32; ср. Мф 24. 36;), — то весь пассаж приобретает простой и ясный смысл: людям в пророчествах открывается Духом Святым то, что должно произойти, но сроки и даже образ исполнения их открыты только Отцу. Ср. также цитату из Второзакония в шестом параграфе. Одинаковое звучание имен Аполло и Аполлос по-коптски сообщает дополнительную выразительность обращения именно с этим стихом Нового Завета к герою Жития.

10. После постройки колодца мы отправились на юг в место под названием апа Памин35. По дороге туда мы оказались недалеко от монастыря Титкоох. Этой обители Бог даровал Свое благословение навек. Мы посетили боголюбивую монастырскую братию, и они оказали нам теплое радушие. Блаженный же апа Фиб нашел там упокоение в 25 день месяца паопе в восьмой час дня. Мы очень скорбели и печалились в сердце своем. Там мы и похоронили его.

11. После мы ушли оттуда, достигли монастыря апы Памина и оставались там какое-то время. К нам собралась многочисленная братия. Тогда Спаситель явился моему отцу и заговорил с ним: «Мир тебе, Мой друг искренний, возлюбленный Моего Отца. Вот настало время явить тебе славу имени Моего и принять славу от Меня на земле. Итак, встань и отправляйся в монастырь Титкоох и оставайся там. Ведь он дарован тебе Моим Отцом в удел. Потому Я и оставил там кости твоего сотаинника Фиба, чтобы и ты сам оставался в том месте». А он ответил Спасителю: «Приищи человека, который может нести заботу о таком хозяйстве. Ведь я — человек, далекий от всякого попечения о себе. Я прошу Тебя, Господи, если я обрел милость перед Тобой, не посылай меня на это дело».

12. Спаситель ответил: «О мой избранник Аполло! Это дело, которое Мой Отец уготовал тебе от начала, чтобы утвердить имя твое в той земле. Когда мне предстояло явиться в мир по воле Отца, Он разговаривал со Мной, укрепляя: “Сын Мой, не печалься, что тебе предстоит идти в мир, полный тягот и невзгод. Ради Твоего мучительного страдания, о Мой Сын, день, в который Ты родишься от Пресвятой Девы Марии, я сделаю днем освобождения от грехов для мира. У всякого верующего в Твой Крест и воскресение Твоей Плоти, я разорву рукописание его грехов и дарую их Тебе, мой Возлюбленный Сын. А день Твоего преславного Воскресения Я сделаю днем спасительного освобождения и оставления грехов всему миру. Я в конце времен явлю место святое на земле и установлю в нем спасительное покаяние и праздник Моих святых во всем мире и оставление грехов всякому, верующему в Твое Имя”. Этот дар Моего Отца Я вручаю тебе и утвержу его в святом месте, чтобы прославилось имя твоего святого друга. Не бойся, повсюду Я пребуду с тобой, Я прославлю и возвеличу имя твое. Услышит весь народ и пойдет с дарами, и восхвалит это святое место. И пойдут многие народы, и скажут: придите и взойдем на гору Господню, в дом Бога Иаковлева, и научит Он нас Своим путям; и будем ходить по стезям Его36, как сказано у Исайи пророка. Написано также: Жертвенник Господу будет посреди земли Египетской, и памятник Господу — у пределов ее37. Жертвенником

35 О монастырь апы Памина, расположенного в окрестностях Ашмунайна, известно из коптских и арабских источников. Сам апа Памин — исповедник во время гонений Диоклетиана, также сохранились сведения о его противостоянии мелитианам. День памяти — 9 хиака (5 декабря). Кроме коптского жития, дошедшего в одной из рукописей Белого монастыря и частично изданного Амелино, и арабской синаксарной редакции, апа Памин упоминается в житии Павла Таммского. (Amélineau E. Monuments pour servir à histoire de l’Egypte chrétienne aux IV, V, VI, et VII siècles // Mémoires Publiées par les membres de la Mission Archéologique Française du Caire 4. Paris, 1888. P. 740 sgg.

36 Ис 2. 3.

37 Ис 19. 19.

и памятником станут дарованное тебе место и тело раба Моего Анупа38. Вот Я возвестил все, что произойдет с тобой по воле Моего Отца. Будь верен Моим повелениям и не будь двоедушен. Великие благословения сойдут на то место по Моей Воле, а твоих чад назовут светильниками Христовыми. Всех, кто сохранит твои заповеди, Я дарую тебе в чада в Моем Царстве. Все, кто сохранит постоянство в делании и служении, станут тебе чадами в Доме Отца Моего».

13. Тотчас мой отец позвал меня и возвестил все слова, которые Господь сказал ему. Когда я их услышал, я изумился и сказал: «Отец мой, если угодно Господу, исполним это. Последуем за Господом и соблюдем Его заповеди. Благи все деяния Господа, и досточтимы, и совершенны, и все вкупе ведут в дом Господень. А потому, как Он приказал нам, так и сделаем по Его Воле».

14. Мы встали, снарядились в путь, и отправились в монастырь Теткоох, который Бог указал нам, поскольку приготовил его для отца моего Аполло. Мы приблизились к монастырю напротив селения Тапарове39, и были приняты братией, служащей Богу. Они радушно дали нам кров, и мы провели там ночь. При наступлении утра мы отправились в Титкоох. С великой радостью братия его, услышав о нашем приближении, вышла нам навстречу и привела нас к себе. Мы первыми поведали о явленном нам чуде. Они в большом удивлении ответили: «А с нами случилось вот что. Когда мы спали ночью, мы услышали, что раздался трубный звук и возвестил громогласно трижды: “Вот грядет пастырь добрый, упасший овец на пастбище жизни”. А потом явился сонм ангелов и всю ночь пел и ликовал над телом блаженного апы Фиба: “Эта гора станет радостью и прославится. Это гора Господня, гора высокая, гора крепкая, гора тучная. Это гора, в которой Господь желает пребывать вовек. Это дом Божий, жилище Праведности”. Услышав это, мы испугались великим страхом и провели всю ночь, собравшись вместе, до утра благославляя Бога и Отца Господа Нашего Иисуса Христа и недоумевая из-за услышанного. И вот сейчас Бог и Спаситель привел вас к нам. Ты — пастырь, который упасет нас всех, и малого и великого, со всем тщанием. Вот наши тела и наши души — в твоих руках. Будь нам отцом, а мы станем тебе сыновьями».

15. Мой отец ответил: «Если такова воля Божия, сделаем по Его слову». И мы остались вместе, и нас было двадцать человек. Мой отец постоянно упражнялся в размышлении над Словом Божьим и поучении в правилах отцов наших, святых апостолов. Я, как всегда, нес попечение о нуждах братии. Великие силы и чудеса происходили от рук моего отца. Его имя прозвучало по всей округе: к нему несли больных, и он всех исцелял. Мало-помалу наше число увеличивалось, и мы возрастали в Боге. И великие благодеяния Господь продолжал совершать через моего отца.

16. Спустя некоторое время мы возвели маленькую церковь над телом нашего блаженного брата апы Фиба. Братия ежедневно собиралась в ней до вкушения хлеба. Вновь Спаситель явился моему отцу и беседовал с ним: «Мир тебе, друг мой возлюбленный. Я с тобой. Вот Я соберу вокруг тебя большое братство,

38 Вероятно, имя Анупа появилось здесь по ошибке вместо Фиба. Хотя Ануп действительно был связан с Аполло, что подтверждается списком имен на стеле в Бавите и Житием Павла Таммского .

39 Копт. Taparooue. Это название больше нигде не встречается.

и число его постоянно будет расти. Встань и построй великую церковь, какую Я укажу тебе, чтобы народ мог разместиться в ней». Апа Аполло пошел с Ним, и Он указал ему план церкви и определил ширину и длину ее. Сказал Спаситель: Вот Я назначаю тебе архангела Михаила. Ведь он — служитель этого места. Твой удел — слово, Михаила — собирание, а Папохе — служение». Сказав это, Спаситель взошел на небеса.

17. Мой отец позвал меня и пересказал все эти слова. Мы возвели церковь по назначенному плану. Когда мы разрослись и умножились, сказал мой отец мне: «Вот приближается день нашего блаженного апы Фиба. Давай пошлем за всей братией монастырской и устроим вечерю любви в радости и ликовании ради того, о ком сказал Господь Мне: “Я буду являть Свою Славу в день его памяти ежегодно, и Мое Имя прославится по всей земле”». Я же сделал так, как мой отец повелел. Я послал повсюду. Я собрал всю братию ради святого дня, который Господь уготовал нашему брату апе Фибу. Когда мы собрались вместе в 24 день месяца паопе, то всю ночь на 25 паопе провели в радости и веселии, совершая многочисленные моления и псалмопения с торжеством и исполняясь ликования духом.

18. А к вечеру упокоился наш маленький брат Захария. Он был ребенком и утешением для всех, и мой отец очень любил его за усердие в доброделании. Мы принесли его в церковь, и братия молилась о нем, готовя к погребению. А время было — час шестой. Когда он был готов к погребению, мы тотчас встали и помолились все вместе, а мой отец понудил нас пасть на лица свои. По прошествии долгого времени он поднялся и сказал братии: «Воистину всякому человеку, который повергнется на этом месте, Бог отпустит его грехи, как в тот день, когда Он был рожден. Некоторые из братии сомневались, а некоторые уверовали. Вдруг умерший маленький брат Захария поднялся и сел, и погребальные пелены спали с него. Он встал на ноги и начал ходить. Наконец, он воскликнул: «Един Бог Иисус Христос, Наш Господь!» И удивлялись все видящие, а он сказал: «Верь мне, народ боголюбивый, всякому, кто окажется на этом месте, Господь оставит его грехи, как в день Своего Рождества. И тому, кто воздаст поклонение здесь сегодня, будут оставлены грехи именем нашего брата апы Фиба. Велико это таинство, о мои братья и мои боголюбивые отцы!» После этих слов он вновь почил, и погребальные пелены сами обвили его. И множество свидетелей изумленно удивились в сердце своем и уразумели о покаянии, что оно от Бога, а дар оставления грехов Бог препоручил нашему брату апе Фибу во славу Пресвятой Троицы, Отца и Сына и Святого Духа во веки веков. Аминь.