«Окупаемость этих строек мы поймем, когда будет загрузка»

Масштабная программа электрификации Восточного полигона, приведшая к дефициту инвестпрограммы «Россетей» в размере 260 млрд руб., после нескольких лет обсуждений получила источники финансирования. Однако принятые правительством решения поставили компанию перед выбором между выплатой дивидендов и выполнением госзадач. О новой стратегии компании, консолидации электросетей и работе в новых регионах “Ъ” рассказал генеральный директор «Россетей» Андрей Рюмин.

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ

— «Россети» планируют провести допэмиссию на 120 млрд руб. в пользу РФ, получив вместо акций электросетевые активы. Какие доли получат «Россети» в этих активах?

— В «Россети» планируется внести доли в трех обществах — АО «Региональные электрические сети» (РЭС), АО «Электромагистраль» и АО «Энергетик». Все эти компании работают в Новосибирской области. Если говорить по процентам, то в капитал «Россетей» войдет около 96% акций РЭС, 94,5% акций «Электромагистрали», 100% «Энергетика», принадлежащих сейчас государству.

Помимо этого, в рамках допэмиссии будут вноситься еще и непосредственно электросетевые объекты. В основном это объекты Единой национальной электрической сети (ЕНЭС), то есть магистрального комплекса. Это схема выдачи мощности Богучанской ГЭС, крымские объекты и еще ряд других в разных областях России. Дальше эти активы мы будем передавать в региональные подразделения «Россетей», которые уже будут заниматься их эксплуатацией, ремонтом и модернизацией. Что касается «Электромагистрали», то это магистральные сети, значит, будет взаимодействие с МЭС Сибири. РЭС и «Энергетик» будем совмещать с нашей дочерней распределительной компанией («Россети Сибирь».— “Ъ”). Здесь, наверное, будет сложнее, потому что есть миноритарные акционеры, но так или иначе через какой-то период времени эти активы будут интегрированы.

— В какие сроки планируется провести допэмиссию?

— Собрание акционеров, которое должно принять решение о допэмиссии, состоится 30 июня. Корпоративные процедуры, в рамках которых будет внесено имущество в компанию, мы планируем завершить до конца 2023 года.

— Как проводилась оценка? Она выглядит завышенной, учитывая слабое финансовое состояние части этих активов.

— По поводу этого утверждения можно, пожалуй, поспорить. Это же зависит от многих факторов. А вообще, мы смотрим на это имущество не с позиции денег, а с точки зрения того, как оно будет имплементировано и как будет работать в плане технологического процесса. Новосибирские активы — это усиление нашего присутствия в регионе. Магистральные сети, конечно, взаимосвязаны с теми энергетическими объектами, которые у нас уже есть.

Что касается прибыльности или доходности, то эксплуатация части этих активов уже заложена в тарифах. Когда имущество перейдет к нам, возникнут дополнительная амортизация, налог. Эти вопросы будем решать с тарифными органами.

— Каково техническое состояние этих активов? Требуются ли капвложения?

— Активов много, у них у всех разное техническое состояние. Условно, крымские объекты новые, им немного лет. Какие-то активы в Новосибирской области очень старые. Объем капвложений еще не оценивали. Когда объекты находятся в казне, то как раз нет источника на их реконструкцию, а когда попадают к нам, возникает амортизация и появляются источники средств на реконструкцию или реновацию, где это необходимо.

— Как изменится доля государства в уставном капитале «Россетей»?

— Сейчас доля государства в «Россетях» — 75%. Объем мы посчитали, но я могу сказать только приблизительно, потому что мы не знаем, сколько миноритарных акционеров будет участвовать в допэмиссии. Но мы максимально рассчитали, что если миноритарные акционеры не будут участвовать, то доля государства вырастет приблизительно на 2%.

— Вы решили, что будете делать с казначейским пакетом?

— Пока ничего делать не будем. С продажей, наверное, нужно подождать. Это вопрос инвестиционного планирования.

— Вы какие-то еще крупные активы сейчас рассматриваете к покупке? Иркутские электросети (ИЭСК), БЭСК?

— Речь не только о крупных активах, у нас есть поручение по консолидации, и мы смотрим региональные активы в целом. В каждом из наших дочерних обществ есть соответствующая программа, где-то сделки уже идут. Что касается ИЭСК и БЭСК, то переговоры не ведутся.

— А «Оборонэнерго»? Какое-то время назад по этим активам собирали сделку.

— На текущий момент переговорный процесс не идет. Я думаю, вопрос еще в том, что это активы, имеющие отраслевую привязку, поэтому там есть своя специфика.

— В связи с обсуждаемым сейчас в правительстве планом перевода ДФО на рыночное ценообразование на электроэнергию ФАС предложила выделить из «РусГидро» электросети. Реалистичны ли, на ваш взгляд, такие планы?

— Ни в каких переговорных процессах по данному вопросу «Россети» не участвовали в последние два года точно. С ФАС ни разу мы эту тему также не поднимали. Недавно публично звучала позиция Минэнерго о том, что разделение «РусГидро» министерство считает преждевременным.

— И все-таки интересна ли вам ДРСК?

— Если такое решение будет, то это будет решение государства.

— Как «Россети» планируют проводить консолидацию после принятия закона о системообразующих ТСО (СТСО) — через аренду или покупку сетей?

— Мы горячо поддерживаем законопроект о СТСО, который разрабатывает Минэнерго. В первую очередь из-за того, что сейчас в регионах размыта ответственность за надежность. Есть регионы, в которых по 40–50 ТСО, есть регионы, в которых по две-три. Это же не только про нас история. Каждый регион выберет себе ТСО, которая получит статус системообразующей организации. Где-то, наверное, это будут «Россети», где-то это будут другие компании, но это будет единый центр ответственности за надежность электросетевого хозяйства.

Не думаю, что вопросы СТСО и консолидации сильно взаимосвязаны. Главное — это источник консолидации, покупки этих сетей, но в законе об СТСО этого нет. Во многих регионах ведутся переговоры, и где-то происходят сделки с имуществом, но это не такие крупные компании.

Помимо самой консолидации есть вопрос бесхозяйных сетей, который тоже стоял очень долгое время. Мы сдвинули его с мертвой точки во многих регионах благодаря новой нормативке, позволяющей электросетевой компании в короткие сроки через суд принять это имущество. Я считаю, что это одна из наиболее серьезных подвижек в электросетевом комплексе, потому что огромный объем бесхозяйного имущества, который никто не эксплуатировал, сейчас принят нами на баланс.

На конец прошлого года было выявлено около 23 тыс. бесхозяйных объектов, из которых около 19 тыс. имеют технологическую связь с нашими сетями. По всем им направлены обращения в суд о признании права собственности, примерно по 17,5 тыс. объектов решения уже приняты. Так что можно говорить о том, что устойчивая судебная практика сформирована. Сейчас мы уже практически заканчиваем эту большую работу. В этом году выявлено еще около 2,6 тыс. бесхозяйных объектов, из которых почти по 700 вопрос уже урегулирован.

— Среди последних поручений президента РФ как раз есть пункт о том, что СТСО могут получить тарифные источники для консолидации ТСО. Вы проводили оценку? Сколько вам может потребоваться средств?

— Этот пункт как раз говорит о том, что нужно определить эти тарифные источники, и они до сих пор не определены. Мы двумя руками за, поддерживаем это всецело, потому что без источника в тарифе невозможно проводить глобальную консолидацию ТСО.

— Идут ли переговоры с Москвой о приобретении ОЭК? Вы будете претендовать на статус СТСО в столице или для Москвы сделают исключение и в городе будут две СТСО?

— На данный момент ОЭК — это, наверное, одна из самых крупных ТСО в стране. Вопрос о ее приобретении сейчас не рассматривается.

— В каком объеме вы сейчас участвуете в строительстве электросетей на новых территориях? Сколько уже проинвестировано?

— С марта 2022 года мы ведем работы на территории новых субъектов Российской Федерации. За год с небольшим восстановлено около 3,7 тыс. энергообъектов. Это магистральные и распределительные линии и подстанции, которые позволили подключить к электроэнергии десятки тысяч жилых домов, больницы, школы, детские сады, государственные учреждения, возобновляющие свою работу. Суммарно более 3,5 тыс. сотрудников «Россетей» принимали участие в этом процессе.

Сейчас основная задача — это, конечно, подготовка всего электросетевого комплекса к осенне-зимнему периоду. Помимо сетей мы занимаемся восстановлением объектов ветрогенерации. Инвестиции в эти регионы мы не раскрываем.

В ближайшее время «Россети» начнут полностью эксплуатировать весь магистральный комплекс новых субъектов.

Две недели назад был создан донбасский филиал, который будет как раз обслуживать часть магистральных сетей. Второй филиал базируется в Крыму, мы его расширяем.

— Какие у вас планы по этим территориям?

— Безусловно, там большой объем восстановления. Я могу сказать, что по магистральным сетям мы планируем восстановить 20 линий электропередачи и еще около 25 подстанций.

— Какой источник финансирования? Закладывались ли эти расходы в индексацию тарифа «Россетей» на 6,3%?

— Частично.

— «Россети» могут получить в этих регионах статус гарантирующего поставщика электроэнергии?

— «Россети» — электросетевая компания, как я уже сказал, мы занимаемся восстановлением сетевой инфраструктуры и в ближайшее время приступим к эксплуатации магистрального электросетевого комплекса.

— Какой там тариф на передачу? Он сейчас ниже, чем средний по России?

— В отношении новых субъектов отдельно тарифы на передачу не утверждались. Утверждались конечные цены на электроэнергию (генерация, сети и сбыт — все вместе) для различных категорий потребителей. Действительно, некоторые категории платят меньше, чем в остальной части России. По дальнейшим планам вопрос лучше адресовать регуляторам.

— Правительство приняло решение о закрытии дефицита инвестпрограммы «Россетей» на Восточный полигон в 260 млрд руб. за счет повышения тарифа на передачу, сокращения выплаты дивидендов и переноса инвестпрограммы в объеме до 100 млрд руб. на 2023–2026 годы. О каких объектах инвестпрограммы идет речь?

— Все эти решения должны обеспечить устойчивое состояние компании. Сдвиг проектов на 100 млрд руб.— это объекты нашей собственной инвестпрограммы. Важно, что по тем титулам и срокам, которые включены в состав нацпроекта по расширению магистральной инфраструктуры (распоряжение правительства №2101-р), ничего не изменилось. Все будет выполнено в утвержденные сроки.

— Какой CAPEX у «Россетей» по второму этапу Восточного полигона в целом и на 2023 год?

— Суммарный CAPEX по второй части — 267 млрд руб., на 2023 год — 70 млрд руб. По первому этапу мы в этом году достраиваем последний объект — это новая подстанция «Нижнеангарская» и транзит 500 кВ до Усть-Кута.

— Какой коэффициент рентабельности капитала (ROE) у стройки Восточного полигона?

— Вы, наверное, хотите задать вопрос, насколько это экономически оправдано для компании? Очевидно, что решение строить или не строить принималось правительством в рамках общего проекта расширения Восточного полигона. Окупаемость этих строек мы поймем, когда будет загрузка, когда будет ясно, какой там отпуск электроэнергии.

— Шли ли все-таки переговоры с «Интер РАО» о продаже доли «Россетей» в компании для финансирования Восточного полигона?

— Менеджмент компании переговоры по продаже пакета акций «Интер РАО» не вел и сейчас не ведет.

— Зачем вы его держите?

— Это тоже вопрос инвестиционного планирования. Нам этот пакет приносит дивиденды, мы комфортно себя чувствуем. Мне кажется, сейчас не лучший момент, чтобы его продавать. И это достаточно большой пакет одной из крупнейших российских энергетических компаний, в рынок его продать, наверное, тяжело.

— В связи с решением об отказе от дивидендов до 2026 года правильно ли я понимаю, что изменений в дивидендной политике объединенной компании ждать не стоит?

— Мы ждем собрание акционеров, которое пройдет 30 июня, там будет принято окончательное решение относительно выплаты дивидендов. Не секрет, что совет директоров предложил не выплачивать дивиденды по результатам 2022 года.

Но однозначно говорить о том, что до 2026 года мы выплачивать дивиденды не будем, неправильно.

Потому что это часть комплекса мер для обеспечения устойчивого состояния компании, который позволит осуществить финансирование уже сокращенной на 100 млрд руб. части инвестиционной программы.

Правительство в зависимости от того, что будет происходить в следующем году, через год, какие будут тарифные решения и так далее, будет возвращаться к этому вопросу и решать в зависимости от ситуации. Может быть, дополнительные какие-то меры появятся, может быть, нет, все равно решения будут приниматься на собраниях акционеров.

— Но дивидендная политика меняться не будет?

— Дивидендная политика в ближайшее время у нас вряд ли изменится.

— Дочерние компании не станут отказываться от дивидендов в пользу «Россетей»?

— Дочерние компании продолжат платить дивиденды, как и платили раньше. Я думаю, что они будут больше, чем в предыдущий период.

— Сколько вы планируете получить в 2023 году? Сколько было выплачено в 2022 году?

— За 2021 год наши сетевые компании выплатили всем акционерам более 19 млрд руб. дивидендов, прогноз по 2022 году — около 25 млрд руб. Если говорить непосредственно о доле «Россетей», то это около 10 млрд и 15 млрд руб. соответственно.

— Решения о проведении допэмиссии, размывании долей, невыплате дивидендов трактуются миноритариями как недружественные. Они считают, что это разрушает акционерную стоимость.

— Я с этим не согласен. Я считаю, что допэмиссия, наоборот, увеличивает акционерную стоимость. В соответствии с законодательством, допэмиссия идет по номинальной стоимости акций, то есть по 50 коп., а текущие котировки — около 10 коп. Если купить акцию за 10 коп., а имущество вносится по 50 коп., то математически любому миноритарному акционеру это выгодно.

С тем, что невыплата дивидендов не нравится миноритарным акционерам, мне сложно поспорить. Но это временная и вынужденная мера, для того чтобы выполнить строительство объектов для электроснабжения Восточного полигона.

— Внеплановая индексация тарифа на услуги по передаче с 1 мая 2023 года на 6,3% приведет к росту затрат распределительных сетей, так как для них индексация тарифа не предусмотрена. Есть оценки, что объем не обеспеченных тарифной выручкой расходов ТСО составит примерно 12 млрд руб. в год. Эти расходы были предусмотрены ранее, при индексации тарифов ТСО в декабре 2022 года? Если нет, они будут как-то компенсированы? Потребуется ли в связи с этим внеплановая индексация тарифов ТСО (РСК)?

— Безусловно, дополнительная индексация тарифов на услуги по передаче электрической энергии по ЕНЭС привела к росту затрат распределительных компаний. Но, по нашим расчетам, эта сумма значительно меньше — 7 млрд руб. Дополнительная индексация для распределительных сетей не планируется в этом году, поэтому компании группы «Россети» будут компенсировать рост тарифов магистрального комплекса за счет внутренних резервов. Мы сознательно идем на это, понимая, что другого решения в сложившихся условиях нет.

— Вы будете делать новую стратегию для объединенной компании?

— Мы точно будем переделывать стратегию и уже активно занимаемся этим вопросом. Но я бы не сказал, что переход ФСК и «Россетей» на единую акцию является единственной причиной. Почему? Нынешняя стратегия была утверждена в 2020 году, еще до пандемии. Последующие события сильно изменили экономический ландшафт, в том числе с точки зрения импортозамещения, плюс произошло объединение компаний. Очевидно, что стратегия 2020 года не совсем актуальна на текущий момент.

— Какие сроки вы ставите?

— Я думаю, через несколько месяцев мы будем выходить со стратегией во внешний контур. А вот сколько времени уйдет на согласование с ФОИВ, мне сложно оценить.

— Какие ключевые параметры стратегии хотите пересмотреть? Ставите ли вы целью рост капитализации компании? До какого уровня?

— Мы как раз в обсуждении, что оставить из прошлой стратегии. По ряду позиций у нас разные мнения внутри компании.

— В старой стратегии записана опционная программа, она сохранится?

— На данный момент вопрос опционной программы не рассматривается.

— Складывается впечатление, что «Россети» все больше отходят от пути развития как акционерного общества, отказываясь от экономической логики инвестиций в пользу государственных целей. Каким вы видите будущее компании?

— Компания пытается найти баланс между государственными задачами, которые необходимо выполнять, и, как вы сказали, экономической логикой инвестиций.

Здесь нет «или одно, или другое». Одно важно и второе важно. Я считаю, что поручения, которые даны президентом РФ, как раз позволяют балансировать между двумя посылами, которые вы обозначили.

— Вы можете раскрыть основные показатели по МСФО за 2022 год? Прогноз на 2023 год?

— По понятным причинам мы не публикуем никакие данные по МСФО. Как и ряд наших коллег, мы эту информацию закрыли.

— Каковы результаты отмены льготного техприсоединения (ТП) к электросетям с точки зрения роста выручки?

— Основной результат отмены льготного ТП не в росте выручки. Льготное ТП было в определенном смысле некой социальной мерой поддержки. По факту, особенно в последние годы, многие потребители стали, скорее, злоупотреблять этой мерой. Есть миллион примеров, в том числе деление девелоперами большого куска земли на множество участков и подача заявок на каждый из них по льготному присоединению. В результате нам платили в соответствии с законодательством десятки или сотни тысяч рублей, а стоимость сетевого строительства достигала нескольких сотен миллионов. Ну а дальше, например, проект не пошел, и оставались поля с опорами. У нас есть много примеров, где такие поля — и там опоры, опоры, опоры.

Еще даже года не прошло с отмены льготного ТП, через полгода-год у нас будет полная статистика. Но мы уже видим существенное снижение числа заявок. Когда это стоило 550 руб., все подавали заявки — нужно им это или не нужно. Мы были обязаны строить инфраструктуру, мы ее строили, а она потом не была востребована. За десять лет существования льготного ТП около 200 млрд руб. было потрачено на создание инфраструктуры. Из этих 200 млрд руб. треть расходов нам компенсировали регионы, еще треть — растянута на десятилетия, то есть со сдвижкой: отдадим, но когда-нибудь. А еще треть — не вернется вообще.

Но помимо того есть и еще один немаловажный момент. За эти десять лет для льготного ТП было создано до 40 ГВт мощности, из которой востребовано около 12%. Получается, что 88% того, что было построено, не используется.

И кстати, стоимость ТП, которая сейчас есть, 5–8 тыс. руб. за 1 кВт, тоже нерыночная. На самом деле стоимость — больше 10 тыс. руб. за 1 кВт. Поэтому эта деятельность все равно не окупается теми тарифами, которые есть. Но сейчас по крайней мере у нас нет такого огромного объема заявок. Люди подают заявку и заключают договор на тот объем, который им действительно нужен. И главное, что сейчас еще сильно уменьшилось число случаев, когда дробят большой участок земли и подают много заявок, проходящих по критериям льготы.

— Какова дальнейшая стратегия «Россетей» в отношении МРСК — будет ли укрупнение на управленческом или юридическом уровне?

— Вопрос очень сложный. В некотором смысле укрупнение уже идет, объединение с точки зрения управления «Россети Центр» и «Россети Центр и Приволжье» — первый такой пример. Частично сейчас объединяется управление в «Россети Юг» и «Россети Кубань», «Россети Северо-Запад» и «Россети Янтарь», «Россети Сибирь» и «Россети Томск», то есть некоторые интеграционные процессы идут.

Вопрос, нужно ли их укрупнять или вообще переходить на одну акцию, до сих пор открыт. В этом есть и плюсы, и минусы. Очевидно, если какие-то компании начинают объединять или переводить на единую акцию, то сразу возникает вопрос миноритарных акционеров. Во многих компаниях есть блокпакеты от 25% до 40–45%, принадлежащие миноритариям. Как решать этот вопрос? Выкупом? На это нужны деньги, которых на эти цели нет.

Поэтому мы какие-то компании объединили с точки зрения управления и продолжаем этим заниматься. Кроме того, мы начинаем больше интегрировать процессы между распределительными компаниями и нашими филиалами, отвечающими за магистральный комплекс. Это именно интеграционные процессы, скорее технологические, а не слияния. Нужно, чтобы была единая политика, потому что в области присоединения очень много синергии. Этот процесс уже идет.

— Сохраняется ли плата за управление МРСК после присоединения «Россетей» к ФСК?

— Эта тема обсуждалась достаточно давно. Было много противников платы за управление, в том числе среди миноритарных акционеров, да и регионов. Мы внимательно изучили все подходы и в этом году отказались от платы. Все МРСК больше не платят за управление, новые договоры не заключаются.

— Каков статус проекта постановления правительства о введении оплаты за резерв электросетевой мощности? Он снят с повестки?

— Документ в правительстве, по нему сейчас нет активного диалога. Не секрет, что текущую редакцию проекта постановления правительства о резервируемой мощности «Россети» не поддерживают. Основное разногласие в том, что сейчас там прописано в некотором смысле авансирование механизма оплаты резерва мощности за счет электросетевого комплекса, который сначала предусматривает исключение прогнозной величины оплаты мощности из выручки сетевой компании. Но у нас есть сомнение, скажу аккуратно, что это в дальнейшем будет компенсировано нам потребителем. Я считаю, что резерв мощности нужен, но здесь дело в деталях. Вопрос, как его прописать.

Рюмин Андрей Валерьевич

Личное дело

Родился в 1980 году в Москве. В 2002 году с отличием окончил механико-математический факультет МГУ имени Ломоносова, в 2004 году получил степень кандидата экономических наук в Институте проблем рынка РАН.

С 2002 по 2011 год занимал руководящие должности в российских инвестиционных и промышленных компаниях. В 2011 году начал работать в принадлежащей правительству Москвы Объединенной энергетической компании на позиции первого заместителя гендиректора, затем в 2013 году возглавил компанию.

В 2014–2016 годах занимался бизнесом, в 2016–2017 годах стал независимым директором, членом совета директоров «Мосэнерго», принадлежащей «Газпрому». В 2018–2021 годах возглавлял «Россети Ленэнерго», откуда в январе 2021 года перешел в «Россети» — сначала на позицию исполняющего обязанности главы компании, затем председателя правления «Россетей».

Награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.

ПАО «Федеральная сетевая компания — Россети»

Company profile

Крупнейший электросетевой холдинг России, присутствует в большинстве регионов, является естественной монополией. Создан 4 апреля 2013 года по указу президента РФ. Указ предполагал переименование ОАО «Холдинг МРСК» (объединяло межрегиональные распределительные сетевые компании, выделенные при реформе РАО ЕЭС) в ОАО «Россети» и внесение в холдинг госдоли (79,55%) в ОАО «Федеральная сетевая компания» (ФСК, владеет магистральными сетями). До этого, наоборот, ФСК управляла холдингом МРСК.

В начале 2023 года произошла реорганизация электросетевого холдинга: к бывшей ФСК присоединили ПАО «Россети», ранее являвшееся для нее головной компанией, а также АО ДВЭУК-ЕНЭС, ОАО «Томские магистральные сети» и АО «Кубанские магистральные сети». Новая объединенная компания получила название «Федеральная сетевая компания — Россети», сокращенно «Россети». После реорганизации участие РФ в капитале компании составляет не менее 75% плюс 1 акция.

«Россети» управляют 2,45 млн км электросетей и 826 ГВА трансформаторной мощности. Компания перестала публиковать отчетность по МСФО, а отчетность объединенной компании еще не формировалась. ФСК за 2022 год получила 54,2 млрд руб. чистой прибыли по РСБУ, что почти в два раза больше, чем в 2021 году. Скорректированная EBITDA ФСК выросла на 6% год к году, достигнув 130,3 млрд руб. Выручка увеличилась на 2,9%, до 253,5 млрд руб.

У государства 75% плюс 1 акция объединенной компании, остальное — у миноритариев, free float — 18%. Акции обращаются на Московской бирже, текущая капитализация — 201,6 млрд руб. Председатель совета директоров — вице-премьер РФ Александр Новак. Гендиректор, председатель правления — Андрей Рюмин.