«Считают, что мы — это целая армия»

В течение десяти дней в фонде «Справедливая помощь» пройдет общее собрание, на котором его сотрудники определят состав попечительского совета и выберут новое руководство. Создатель и глава фонда Елизавета Глинка погибла в авиакатастрофе Ту-154 в Сочи 25 декабря. Тогда Доктор Лиза сопровождала гуманитарный груз — около тонны медикаментов, собранных фондом для университетского госпиталя в Латакии. Сотрудники фонда «Справедливая помощь» помогают паллиативным больным и их семьям, вывозят на лечение в Москву детей с юго-востока Украины, оказывают помощь бездомным. Попечитель фонда КСЕНИЯ СОКОЛОВА и член правления фонда АНДРЕЙ МАКЕЕВ рассказали корреспонденту “Ъ” ВАЛЕРИИ МИШИНОЙ, что происходит с фондом сейчас и каким они видят его будущее.

— По словам сотрудников фонда, на Елизавете Петровне держалось 80% его работы. Как теперь она строится?

АНДРЕЙ МАКЕЕВ (А. М.): Действительно, большую часть работы брала на себя Лиза. Так что сейчас у всех сотрудников работы сильно прибавилось…

КСЕНИЯ СОКОЛОВА (К. С.): Тем не менее фонд работает в штатном режиме, все направления деятельности сохранены.

— Сколько человек в фонде сейчас работает?

К. С.: Меньше десяти. Хотя объем работы очень значителен. Знаете, я на днях говорила с одной женщиной из Донецка — она участвовала в процессе эвакуации из Донбасса больных детей. Я подтвердила (численность сотрудников.— “Ъ”). Она очень удивилась и сказала, что, работая с Лизой на протяжении года, считала, что фонд «Справедливая помощь» — это целая армия. Настолько масштабной и хорошо организованной была работа. Со стороны России было задействовано несколько министерств.

А. М.: Елизавета Петровна лично подключала государственные структуры, договаривалась с высокопоставленными чиновниками и т. д. Государство в их лице и сейчас нам очень помогает. С нами работают сотрудники Минздрава и МЧС, таможенники и т. д. Когда дело касается эвакуации больных и раненых детей, действовать надо очень быстро и без проволочек. К счастью, это все понимают.

— Как вы считаете, что придется изменить в работе фонда?

А. М.: Организацию, которая управлялась вручную одним человеком, придется превратить в более техничную структуру. Пользуясь своими возможностями, Елизавета Петровна могла, например, просить содействия и помощи у первых лиц. И они, как правило, лично зная ее, оперативно реагировали, решая конкретную задачу. Нам сейчас придется выстраивать механизмы взаимодействия с министерствами и ведомствами и их сотрудниками. Отстраивать систему. При этом фонд занимается такими вопросами, которые часто требуют неформального подхода. Например, нужно срочно устроить в школу слабовидящего ребенка, который физически не может ее посещать и которому, чтобы попасть в московскую школу, нужна прописка, вид на жительство. Нам нужно добиться, чтобы все это системно решалось. И вместо одного чуда, которое брала и делала Елизавета Петровна, нужно совершать множество бюрократических усилий. Помимо основных направлений деятельности фонда — помощь бездомным, бедным, паллиатив и т. д.— Доктор Лиза реагировала на трагические события, которые происходили: стихийные бедствия, войну. Она делала все, что могла, для спасения людей — прежде всего детей. Так возникло донецкое направление — она, по сути, пробила эту стену. Теперь мы продолжаем идти этим путем.

К. С.: Мы прекрасно понимаем, что заменить такого человека, как Лиза, невозможно. Она действительно была уникальной — с невероятной энергией, выносливостью, харизмой. Но мы хотим, чтобы ее дело не только продолжалось, но и развивалось. Для этого необходим системный подход.

— В СМИ сообщают, что одной из кандидатур на должность главы фонда являетесь вы, Ксения. Это так?

К. С.: На данный момент я являюсь попечителем фонда. Кто возглавит фонд, должны решить его сотрудники на общем собрании. Если мне такое предложение поступит, я буду серьезно думать. Фонд — это большая, системная работа в новой для меня области. Мне уже много раз этот вопрос задавали. Писали даже, что есть некое завещание Лизы обо мне и т. д. Хочу сказать, что мне об этом ничего не известно. С Лизой мы дружили, действительно очень близко и много лет. Я ей помогала в ее начинаниях: будучи журналистом и обладая некоторыми связями, могла помочь быстро решить вопросы, с которыми она обращалась. И просто приходила в подвал на Пятницкой, где размещается фонд, приносила цветы, старалась чем-то порадовать Лизу и ее ребят, которые всегда зашивались. Но сотрудником фонда я никогда не была.

Когда Лиза погибла, ее муж и сотрудники фонда попросили меня временно взять на себя обязанности попечителя, но неформальные, конкретно помочь с текущими делами, которые решать приходится по несколько раз в день. Я видела, как всем тяжело, и сразу согласилась. Видите ли, наша дружба с Лизой была такой, которая, как бы сказать, налагает некоторые обязательства… В общем, отказаться я не могла. Сейчас я помогаю справляться с самой разной текучкой — контактировать с чиновниками, получать нужные бумаги, да просто мясорубку в Дом милосердия купить. Как дальше будут развиваться события, кто возглавит фонд и т. д., должно решить общее собрание — таков устав.

— Когда ожидается собрание?

К. С.: Я думаю, на следующей неделе или в ближайшие десять дней. Кроме того, будет создан попечительский совет фонда, в который войдут представители благотворительного сообщества, общественные деятели и т. д. Мы думаем, что такой совет может помимо прочего стать площадкой для диалога частных благотворителей и власти, который поможет реализации крупных проектов в этой области. Лиза, например, мечтала сделать больницу для бедных. Очевидно, что для ее открытия понадобятся совместные усилия частных жертвователей и государства.

— Получается, что сообщество людей будет определять и решать то, что могла сделать Елизавета Глинка в одиночку?

А. М.: Поймите, мы не пытаемся заменить Елизавету Петровну. Но вместо одной Лизы, делающей чудо, будет, например, сто человек, сообщество, которое может это чудо восполнить ежедневной работой.

— Какая ситуация сейчас с финансированием фонда?

А. М.: Фонд существует на частные пожертвования, грантов у нас никаких никогда не было. Сейчас все средства фонда находятся на счетах, мы их не трогаем и не будем трогать, пока не будет объявлено новое руководство фонда. На текущие нужды, покупки и прочее мы расходуем собственные средства.

К. С.: Нам кажется очень важным, чтобы репутация Доктора Лизы и ее фонда оставалась на самом высоком уровне. Поэтому мы хотели бы, чтобы все юридические и прочие преобразования были сделаны в полном соответствии с законодательством, а все движения средств и т. д. были совершенно прозрачны. При этом мы считаем, что главное на данный момент — это обеспечить работу фонда, продолжать помогать всем нуждающимся в помощи, прежде всего больным и раненым детям. Не сомневаюсь, что Лиза одобрила бы такой подход.