К истории одного булгаризма в удмуртском языке и языкознании

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

17

ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2012. Вып. 2

УДК 811.511.131’373

В.К. Кельмаков

К ИСТОРИИ ОДНОГО БУЛГАРИЗМА В УДМУРТСКОМ ЯЗЫКЕ И ЯЗЫКОЗНАНИИ

Автор, вопреки мнению отдельных специалистов в области пермского языкознания, полагает, что удмуртские слова ымыр и гумыр ’продолжительность человеческой жизни’ (< араб. ‘итг): 1) заимствованы из двух языков: булгарского (ымыр) и татарского (гумыр) (см. также: Б. Мункачи (1884), Ю. Вихманн и др.) и 2) являются вполне самостоятельными лексемами. Узкодиалектное ымыр, подобно слову гумыр, способно обогатить в удмуртском литературном языке синонимический ряд, возглавляемый доминантой даур ’век, продолжительность человеческой жизни’.

Ключевые слова: булгарский язык, диалект, заимствование, удмуртский литературный язык, печатный текст, синоним, татарский язык.

1. В удмуртском литературном языке и современных диалектах понятие ’век, продолжительность человеческой жизни (от рождения до смерти), жизнь’ (= «срокъ жизни человнка или годности предмета; продолжеше земнаго бьтя» [8. С. 330], «жизнь, период существования кого-, чего-л.» [20. С. 146] или «жизнь, существование» [15. С. 66] и т. д.) выражается, судя по печатным текстам середины XIX - начала XXI в., целым рядом синонимичных лексем и словосочетаний, различных не только по своему происхождению и структуре, но и по сфере употребления: даур, гумыр, век, ымыр, даур-гумыр, гумыр-даур, ымыр-даур, улон даур, улон гумыр, улон дыр.

1.1. При этом непроизводные слова-синонимы по мере убывания их употребляемости располагаются в следующем порядке:

1) даур - функционирует как в литертурном языке, так и почти во всех диалектах и имеет два «временнОх» значения: а) ’век, столетие’ и б) ’продолжительность человеческой жизни (от рождения до смерти)’; причем в литературном языке и большинстве диалектов реализуются оба значения, в отдельных же южных и периферийно-южных говорах (при наличии в них его синонимов гумыр или ымыр) употребляется преимущественно с семантикой ’век, столетие’, ср. в удмуртском литературном: (1) Та ёросысь удмуртъёс выжыысь выжые даурзэс нюлэсын ортчытъяло [10. С. 83]. ’Удмурты этой округи из рода в род проводят свой век (то есть жизнь. - В. К.) в лесу’. Миквор - ужась адями. Даурзэ калык вылын ортчытиз. Озьы но вань вылэ оз ву [16. С. 56]. ’Миквор - трудяга. Весь свой жизненный век провел на людях. И тем не менее добра не нажил’. Бай юртын улыса вылысь, номыр шумпотонэз адюытэк ортчиз дауре [17. С. 127]. ’Хотя я и жила в зажиточном доме, но век свой провела, не видя радости’. (2) XVII в. даурлэн пумаз удмурт гуртын «вордиськиз» выль адями - вуз-карись крестьянин [7. С. 181]. ’В конце XVII в. в удмуртской деревне «зародился» новый человек -торговый крестьянин’; - Вось кулэ овол шуиськод, стало быть? Дауръёс чоже возем сямез быдтыны одъяськод? [17. С. 141]. ’Моление считаешь, стало быть, не нужным? Хочешь отменить обычаи, сохраненные веками?’;

2) гумыр - в различных фонетических вариантах употребляется преимущественно в южных и отдельных периферийно-южных диалектах (а также в произведениях удмуртских писателей - носителей южных говоров) лишь в значении ’период человеческой жизни’, напр.: Тинь со милям песяймы-лэн нылыз ас гумырезлы куинь пол вордскем гуртаз адюиськыны бертылэм [5. С. 152]. ’Вот дочь той нашей бабушки за всю свою жизнь три раза приезжала в свой родительский дом повидаться’. Нош паймонэз отын овол быдтыр - Ужын ортчиз солэн бадюым гумыр [18. С. 116]. ’Но удивительного там нет совсем - В трудах прошел весь его долгий (букв. ’большой’) век’. Мынам Ёрги чужодиге бы-дэс гумырзэ муш вордиз [29. С. 8]. ’Мой двоюродный брат Ёрги всю свою жизнь разводил пчел’;

3) век - в письменном тексте встречается довольно редко (мною обнаружено лишь в романе П. А. Блинова): Эх-эх-эх, так но адямилэн век куноын улэм мында сяна овол но, сое но солы пумозяз улыны уг сёто [3. С. 8]. ’Эх-эх-эх, и так человеческий век не дольше, чем в гостях побудешь, да и тот не дают дожить до конца’. Мон тодисько, малы тыныд мынам пие кулэ луиз. Тон вань вектэ куанер

2012. Вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

калыкез мыскылляса ортчытйд [3. С. 19]. ’Я знаю, для чего понадобился тебе мой сын. Ты весь свой век провел, издеваясь над бедным людом’;

4) ымыр - по моим, возможно, не совсем полным сведениям зафиксировано лишь в отдельных окраинных диалектах, в моей картотеке современный литературный пример отсутствует. Хотя Т.К. Борисов переводит диалектное ымыр именем прилагательным/наречием: ’вечный, вечно; бесконечный, бесконечно; непрерывный, непрерывно’, однако участие этого слова в основосложении с синонимичным ему именем существительным гумыр указывает скорее на его субстантивный характер, нежели адъективно-адвербиальный: Ымырез-даурез озьы ик ортчиз ини сев. ’Его век так и прошел уже’ [4. С. 357].

1.2. Что касается других 6 членов синонимического ряда, то они представляют собой относительно поздние производные, образованные: 1) сложением вышеназванных синонимичных основ (даур-гумыр, гумыр-даур, ымыр-даур); 2) сочетанием их со словоформой улон ’жизнь, жизненный’ (улон даур, улон гумыр ’век, жизненный век’; 3) сочетанием слова улон с иной лексемой - дыр ’время’ (улон дыр ’век, время жизни’). См. примеры из текстов:

5) даур-гумыр: Быдэс даур-гумырез Улом-а тазьы, губырес, Ведра карнан нуллыса, Секыт ныпъет ныпъяса? [34. С. 13]. ’Весь ли свой век, Проживу я, горбатая, Нося коромыслом воду в ведрах, Тяжелую ношу таская?’;

6) гумыр-даур: гумыр-даур век || вековой [30. С. 172] (предложение с данным словом в моей картотеке пока отсуствует);

7) ымыр-даур - см. выше (1.1, пункт 4);

8) улон даур: Солэн но угось вань улон даурез тазьы ик мумытэк-айытэк кылеменыз чиданы лу-онтэм курадюон пыр ортчиз [3. С. 8]. ’И его ведь жизненный век по причине сиротства прошел в невыносимых лишениях’. Кулэсмизулон даур. Воргоронъёслэн со ог 58 ар, кышноослэн 13-лы кузьгес (таиз вис весь будэ) [28. С. 1]. ’Сократился жизненный век. У мужчин он составляет приблизительно 58 лет, у женщин на 13 лет дольше (эта разница все увеличивается)’;

9) улон гумыр: - Быдюым Инмаре, мукет нылпиосылэн улон гумырзы таче вакчи медаз лу, -синвуаськыса сюсьтыл эуатэ арлыдо кышномурт [28. С. 8]. ’- Великий мой Инмар, жизненный век других моих детей пусть не окажется таким коротким, - в слезах зажигает свечку пожилая женщина’;

10) улон дыр: Вордйськеммы бере ик мертамын Котькудмылэн улон дырмы [12. С. 109]. ’С рождения нам отмерено. У каждого свое время жизни’. И т. д.

2. Все вышеприведенные непроизводные слова со значением ’период человеческого существования’ по своему происхождению являются в удмуртском языке заимствованными: 1) даур восходит через тюркское посредство к арабскому источнику [35. С. 128; 36. С. 387; 26. С. 53], ср.: тур. devir ’время, эпоха’ (< араб. daur) [37. С. 137]; башк. джХер ’эпоха, период’ [2. С. 175] и др.; 2) удм. слово век является русским заимствованием (< век); 3) что касается лексем гумыр и ымыр, являющихся тюркизмами в удмуртском языке и восходящих в тюркских языках к единому источнику (< араб. ‘umr) [37. С. 372], то они имеют весьма сложную перипетию этимологической и функциональной идентификации в удмуртской лингвистике.

2.1. Впервые, кажется, зафиксировал их Ф. Й. Видеманн, посвятивший им отдельные статьи в своем словаре: 1) emr-: emraz-dunja (-dunje) ’возраст, время жизни человека, вечность’ [40. С. 470, 474]; 2) gumyr ’возраст, время жизни человека, вечность’, gumyrly ’вечный’ [40. С. 476]. В качестве самостоятельных лексем их рассмотрел и Б. Мункачи, возведя ымыр (emr-) к арабско-турецкому (ar.-oszm. ömr, ömür ’возраст, период жизни, вечность’) и чувашскому (csuv. ümür ’вечность’) источникам [35. С. 128], а форму гумыр (gumxr) - арабско-турецкому (ar.-oszm. ömr) и татарскому (t. yumer ’жизнь’) || gumxrlx (t. yumerle: y bulsxn ’да здравствует!’) [35. С. 129].

Однако в более поздней работе тот же самый венгерский ученый отказался от подобной дифференциации, выводя оба слова из одного и того же источника:

1) гумыр (каз. gumzr ~ малм. gumur, gümer) - арабское через татарское посредство [tat. ar.]) заимствование в удмуртском языке [36. С. 254]. См. примеры из текстов конца XIX в. (в словаре Б. Мун-качи они даны в транскрипции на латинице, здесь для сравнения представлены и оригинальные записи их на кириллице): gumzram kargaskäm luo ’egesz eletemre meg leszek atkozva’ (= гумырам каргад-кэм луо [19. С. 30]) ’на весь свой век буду проклят’; gumzrisän gumzrä ’на внки внковъ’ (= гумкридэн

гумкрэ [13. С. 15]); cacaez gumzraz uz bztmz (= чачаез гумыраз уз бытмы ’оспа ... во всю жизнь не сходить’ [6. С. 51, 116]) [36. С. 254];

2) аналогичным образом из арабского источника через татарское же посредство [tat. ar.] выводит Б. Мункачи и слово ымыр (сар. xmxr), указывая при этом на наличие его в словаре Ф. Й. Видеманна (emr- - [40. С. 474]) и в азбуке на «сарапульском наречии» [1; 36. С. 45] (примеры см. ниже - 4).

2.2. Ю. Вихманн еще в начале ХХ в. слово ымыр (птпг) на основе фонетических критериев четко отделил от гумыр, возведя первое к булгарскому («чувашскому») источнику, а второе к татарскому [38. С. 61]. В дальнейшем идея о булгарском происхождении ымыр была поддержана М.Р. Федотовым: «Чув. кмкр > мар. умыр век, продолжительность человеческой жизни(...) / удм. ымыр» [33. С. 150; 31. С. 102]. Кстати, булгарский вариант данного слова с вокалическим анлаутом (ср. чув. ёмёр) имеет широкое распространение среди территориально далеких по отношению к удмуртской языковой области тюркских языков: азерб., тур., туркм., кирг. 0мур, узб. умр, казах., ног. 0мир, карач. умур [9. С. 63; 31. С. 102]; тур., балк., карач., казах. ömür, язык тюменских тюрков ümir ’жизнь’ [37. С. 372], но: тат. гомер (~ уитжг), башк. гХмер (~ гумер) < араб. ‘umr [9. С. 63; 31. С. 102; 32.

С. 78; 37. С. 372].

3. Однако неопределенность, нечеткость и противоречивость в этимологизации слова ымыр, присущие для Б. Мункачи в его «Словаре удмуртского языка» [36], но снятые Ю. Вихманном еще в самом начале ХХ столетия [38], вновь - по новому кругу - вернулись, спустя почти столетие, в трудах И.В. Тараканова, ведущего специалиста современности в области удмуртско-тюркских языковых контактов:

1) в одной из ранних статей на тему о тюркизмах в удмуртском языке он выражает явное сомнение в существовании в удмуртском языке самостоятельной лексемы ымыр (наряду с гумыр): «(...)в работе В.Г. Егорова в отдельных случаях лексические параллели, данные как удмуртский вариант, не совсем точны, ср. ымыр вместо удм. гумыр, гумыр ’век’(...)» [21. С. 137]; не случайно она отсутствует и в его публикациях 1980-1981 гг. [22; 23]; не включена она и в генеральный список тюркизмов удмуртского языка не только как самостоятельная лексическая единица, но даже и в качестве фонетического варианта гумыр [26. С. 51];

2) хотя слово ымыр и появляется, кажется, впервые в его монографии «Заимствованная лексика в удмуртском языке: удмуртско-тюркские языковые контакты» [24] то как самостоятельная лексическая единица, то как фонетический вариант тюркизма гумыр, однако даже в ближайших ее страницах автор выражает противоречивое суждение в отношении конкретного источника его заимствования: «Слова аби ’бабушка, теща’, аракы ’вино, водка’, бычкы ’пила’, ымыр (гумыр) ’век’, кунчи ’голени-ще’(...), включенные Ю. Вихманом в число чувашизмов, представляют (х: представляют собой. -

В.К.), на наш взгляд, татарские заимствования^..)» [24. С. 31; 25. С. 63; 27. С. 195]. Но «Ниже приводим список булгаризмов без указания их фонетических вариантов и диалектной принадлежности», в их числе «Булгаризмы из работы Ю. Вихмана» [24. С. 36]: «(...) удыс ’полоса земли’, укс'о ’деньги’, ымыр ’период жизни, век‘» [24. С. 38] (выделения в данном абзаце мои. - В. К.);

3) совмещение двух слов гумыр и ымыр в едином и возведение его к одному и тому же - татарскому - источнику имплицитно высказаны и в последней обобщающей работе И.В. Тараканова «Удмуртско-тюркские языковые контакты: Теория и словарь»: «гумыр, гумър к., бавл. гымыр бт. ’век, жизнь (период человеческой жизни, время от рождения до смерти)’ < тат. гомер, башк. гХмер (< араб. - Munkâcsi 1896: 254 [36. - В. К.]; 1884: 480 (х. 129) [35. - В. К.]. Иначе: Wichmann 1903: 61 [38. - В. К.]) (выделение полужирным мое. - В. К.)» [26. С. 51]. Удмуртский ученый своим отмежеванием от Ю. Вихманна - “Иначе: Wichmann 1903: 61” выразил, как можно заметить, явное невосприятие обоих по существу правильных положений Ю. Вихманна, считавшего (1) ымыр и гумыр двумя самостоятельными словами в удмуртском языке, (2) восходящими к двум различным источникам: ымыр - к булгарскому («чувашскому»), а гумыр - к татарскому: «Wegen des vokalischen anlauts und des vokalismus (...) ist wotj. nmnr jedoch sicher aus dem tschuwassischen entlehnt. Dagegen stammt Munk. wotj. K. +gu-mzr (...) aus dem kasantatarischen» [38. С. 61] (’Судя по вокалическому анлауту и вокализму, (...) удм. птпг заимствовано все-таки из чувашского. Напротив, Munk. удм. К. +gumzr (...) происходит из казанско-татарского ’ ).

2012. Вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

4. Между тем как самостоятельная единица лексической системы удмуртского диалектного языка слово ымыр представлено в ряде источников:

1) с середины XIX в. в письменной литературе (со смутным указанием на его южноудмуртский -«сарапульский» - диалектный характер), ср.: (...) солGнъ нылпи, выжiисьт0зъ вордскозъ весь Дуньё утqсь, куд - излGнъ кунъ чинGзъ бОт-ымыръ луозъ. ’(...) отъ его племени ридится (х: родится) Спаситель мира, который будетъ царствовать внчно’ [1. С. 62]; азьла пала ымырлОсь ’будущаго внка’ [1. С. 68]; (...)Инмаръ сётозъ вqль законъ быт-ымырзGикъ(...) ’Богъ даруетъ человнкамъ внчный завнтъ(...)’ [1. С. 69]; (...)уй вэтсд солGсь тодазъ вайтыса-бонъ валат-цзъ-но соё ози: адземедъ-пе ноль ЭксэйулосъёсОзъ, огGсъ берОсь огGсъ луозД, ози-бонъ луонъ чожъ куспОнъ Инмаръ тупатозъ-пе ЭксОй улосGзъ бОт-ымыр улысьсд ’(...) и онъ привелъ царю на память, и истолковалъ страшный сонъ его, который предвнщалъ четыре царства, одно за другимъ слндующiя, въ продолжеше кото-рыхъ Богъ устроить царство внчное’ [1. С. 71]; и др.; emr-: еmraz-dunje ’Zeitalter, Lebenszeit, Ewigkeit’ (’возраст, период жизни, вечность’) [40. С. 470, 474];

2) в публикациях по удмуртской диалектологии: малм., м.-урж. пmпr ’Lebenszeit, Menschenalter, Ewigkeit’ (’период жизни, возраст человека, вечность’), м.-урж. пmпrlп ’auf ewig’ (’навеки, навечно’) (< чув.) [39. С. 70 (материал записан в 90-е гг. XIX в.)]; кр.-юж. ымыр (< тат.) ’вечный, вечно, бесконечный, бесконечно, непрерывный, непрерывно’ [4. С. 357]; круф. умър, бт. ымыр, бес. ъмър ’век, продолжительность человеческой жизни’ [14. С. 63] и др.

5. Более ранний тюркизм ымыр, заимствованный из булгарского языка скорее всего еще в период господства на Средней Волге и удмуртском Прикамье Булгарского каганата (Vin-Xin вв.), впоследствии, после падения Волжской Булгарии и формирования на ее территории Казанского ханства, постепенно оттеснился на периферию удмуртской языковой области, заместившись более поздними татарскими заимствованиями даур и гумыр. Аналогичную судьбу пережили, к примеру, булгарские члены и таких пар, функционирующих в современном удмуртском литературном языке в качестве синонимов, как: диал. куй-кы (< булг.) - общеудм. кайгу (< тат.) ’горе, печаль’ ([11. С. 163-164]), сев. каль (< булг.) - общеудм. али (< тат.) ’сейчас, в настоящее время’, и др. Весьма позднее русское заимствование век, имеющее узколокальный характер, не смогло, разумеется, внести какие-то заметные коррективы в системные отношения между вышеназванными синонимами тюркского происхождения.

Тем не менее ымыр как стилистически ярко окрашенное слово вследствие своего архаичного и узкодиалектного характера вполне могло бы обогатить в современном литературном языке синонимический ряд, возглавляемый доминантой ДАУР: гумыр, век, ымыр, даур-гумыр, гумыр-даур, ымыр-даур, улон даур, улон гумыр, улон дыр ’продолжительность человеческой жизни (от рождения до смерти)’.

Условные сокращения

азерб. - азербайджанский язык; араб. - арабский язык; балк. - балкарский язык; башк. - башкирский язык; бес. - бесермянское наречие удмуртского языка; бт. - буйско-таныпский говор удмуртского языка; булг. - булгарский язык; диал. - диалект, диалектная форма; каз. - казанский диалект удмуртского языка (по Б. Мункачи); казах. - казахский язык; карач. - карачайский язык; кирг. -киргизский язык; круф. - красноуфимский говор удмуртского языка; кр.-юж. - крайне-южное наречие удмуртского языка (по Т. К. Борисову); малм. - малмыжский диалект удмуртского языка (поБ. Мункачи и Ю. Вихманну); Munk. - «Словарь удмуртского языка» Б. Мункачи [35]; м.-урж. - мал-мыжско-уржумский диалект удмуртского языка (по Ю. Вихманну); мар. - марийский язык; ног. - ногайский язык; общеудм. - общеудмуртский язык; сар. - сарапульский диалект удмуртского языка (по Б. Мункачи); сев. - северное наречие удмуртского языка; тат. - татарский язык; тур. - турецкий язык; турк. - туркменский язык; удм. - удмуртский язык; удм. К. - казанский диалект удмуртского языка; узб. - узбекский язык; чув. - чувашский язык; ar. - арабский язык (по Б. Мункачи); csuv. -чувашский язык (по Б. Мункачи); oszm. - турецкий язык (по Б. Мункачи); t. - татарский язык (по Б. Мункачи 1884 г. [34]); tat. - татарский язык (по Б. Мункачи 1896 г. [35]); wotj. - удмуртский язык (по Ю. Вихманну); wotj. K. - казанский диалект удмуртского языка (по Ю. Вихманну).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Азбука составленная изъ Россшскихъ, церковной и гражданской печати, буквъ, для обучешя Вотскихъ днтей чтешю на ихъ нарнчш (По Сарапульскому). Казань, 1847. 192 с.

2. Башкирско-русский словарь / РАН. УфимНЦ. АН Респ. Башкортостан. М.: Дигора; Рус. яз., 1996. 884 с.

3. Блинов П. Улэм потэ: Роман. Ижевск: Удмуртия, 1967. 167 б.

4. Борисов Т.К. Удмурт кыллюкам. Толковый удмуртско-русский словарь: около 15 тыс. слов / 2-е, стер. изд.

// АН СССР. УрО. Удмурт. ин-т ИЯЛ; Удм. отд-ние Всесоюзного фонда культуры. Ижевск, 1991. 384 с.

5. Ватка но Калмез: Удмурт калык легендаос но преданиос. Ижевск: Удмуртия, 1971. 164 б.

6. Гавриловъ Б. Произведешя народной словесности, обряды и повнрья вотяковъ Казанской и Вятской гу-бернш. Казань, 1880. 189 с.

7. Гришкина М.В., Корепанов К.И. Дауръёс пыр: Вашкала-вашкала удмуртъёс сярысь очеркъёс / Юуч кылысь берыктцзы П.Н. Кубашев, П.К. Поздеев; Азькылыз М.Г. Атамановлэн. Ижевск: Удмуртия, 1997. 192 б.

8. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: Т. 1-4. М. : Рус. яз., 1978. Т. 1: А-З. 699 с.

9. Егоров В.Г. Этимологический словарь чувашского языка / НИИ при Сов. мин. Чув. АССР. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1964. 356 с.

10. Кедра Митрей. Секыт зцбет: Роман / 3-тц изд. Ижевск: Удм. кн. изд-во, 1957. 128 б.

11. Кельмаков В.К. Функционирование некоторых этимологически идентичных булгарских и татарских заимствований в удмуртском языке // Чувашский язык и этнос в истории евразийской цивилизации: материалы Междунар. тюрколог. конф. Чебоксары, 2011. С. 162-164.

12. Леонтьев А.К. Улом али: Кылбуръёс. Ижевск: Удмуртия, 2004. 256 б.

13. Милям Господь 1исус Христослэн чшн Евангел1еез. Маттей гожтэм Евангел1е / Господа нашего 1исуса Христа святое Евангел1е. Отъ Маттея / Идае Православнаго Миссюнерскаго Общества. Казань, 1877. 82 б.

14. Насибуллин Р.Ш. Рефлексы некоторых булгарских губных гласных в диалектах пермских языков // Труды / Чуваш. НИИ. Чебоксары, 1980. Вып. 97: Проблемы исторической лексикологии чувашского языка.

С. 61-65.

15. Ожегов С. И. Словарь русского языка: Ок. 57000 слов / под ред. д Н.Ю. Шведовой. 14-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 1983. 816 с.

16. Петров М.П. Веросъёс но очеркъёс. = Люкам сочинениос. 3-тц т. Ижевск: Удм. кн. изд-во, 1959. 280 б.

17. Петров М.П. Вуж Мултан = Люкам сочинениос. 5-тц т. Ижевск: Удм. кн. изд-во, 1959. 368 б.

18. Сабитов Г.С. Улон - кырюан: Кылбуръёс. Устинов: Удмуртия, 1985. 120 б.

19. Священная Исторiя Ветхаго и Новаго Завнта. На Вотяцкомъ языкн / Изд^е Православнаго Миссюнерскаго Общества. Казань, 1877. 190 с.

20. Словарь русского языка: в 4 т. / АН СССР, Ин-т рус. яз. / под ред. А.П. Евгеньевой. 2-е изд., испр. и доп. М.: Рус. яз., 1981. Т. 1: А-Й. 698 с.

21. Тараканов И.В. История изучения удмуртско-тюркских языковых контактов // СФУ. 1975. № 2 (XI). С. 135-141.

22. Тараканов И.В. О булгарских заимствованиях в удмуртском языке // Труды / Чуваш. НИИ. Чебоксары,

1980. Вып. 97: Проблемы исторической лексикологии чувашского языка. С. 127-136.

23. Тараканов И.В. Иноязычная лексика в современном удмуртском языке: Учеб. пособие по лексикологии удмуртского языка для студентов высших учеб. заведений / Удм. гос. ун-т. Каф. удм. яз. и лит. Ижевск,

1981. 105 с.

24. Тараканов И. В. Заимствованная лексика в удмуртском языке: удмуртско-тюркские языковые контакты / науч. ред. Г.А. Ушаков. Ижевск: Удмуртия, 1982. 188 с.

25. Тараканов И.В. Вихманн как исследователь исторической лексикологии удмуртского языка // Пермистика 2: Вихманн и пермская филология: сб. ст. / АН СССР. УрО. Удм. ин-т ИЯЛ. Ижевск, 1991. С. 60-66.

26. Тараканов И.В. Удмуртско-тюркские языковые контакты: Теория и словарь. Ижевск: Изд-во Удм. унта, 1993. 170 с.

27. Тараканов И.В. Удмуртский язык: становление и развитие: сб. ст. Ижевск: Удмуртия, 2007. 288 с.

28. Удмурт дунне. 2004. 22 сент.

29. Удмурт дунне. 2006. 21 нояб.

30. Удмуртско-русский словарь: ок. 50 000 слов / РАН. УрО. Удм. ин-т ИЯЛ; сост. Т.Р. Душенкова, А.В. Егоров, Л.М. Ившин и др.; отв. ред. Л.Е. Кириллова. Ижевск, 2008. 925 с.

31. Федотов М.Р. Исторические связи чувашского языка с языками угро-финнов Поволжья и Перми. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1965. 160 с.

32. Федотов М.Р. Исторические связи чувашского языка с волжскими и пермскими финно-угорскими языками.

Ч. 2. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1968. 214 с.

2012. Вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

33. Федотов М.Р. Этимологический словарь чувашского языка: в 2 т. Чебоксары: Чуваш. гос. ин-т гуманитар. наук, 1996. Т. 1: А-Р. 470 с.

34. Чернова Т.Н. Тц 0й тодысалды...: Кылбуръёс. Ижевск: Удмуртия, 1991. 112 б.

35. Munkacsi В. Votjak nyelvtanulmanyok // NyK. (Budapest) 1884. XVIII. szam. 35-155, 428-447 old.

36. Munkacsi B. A votjak nyelv szotara. Budapest, 1896. XVI + 758 l.

37. Räsänen M. Versuch eines etymologischen Wörterbuchs der Türksprachen. Helsinki, 1969. 533 S.

38. Wichmann Y. Die tschuwassischen Lehnwörter in den permischen Sprachen. Helsingfors, 1903. XXVIII + 171 s.

39. [Wichmann Y.] Wotjakischer Wortschatz. Aufgezeichnet von Yrjö Wichmann. Bearbeitet von T.E. Uotila und

Mikko Korhonen. Herausgegeben von Mikko Korhonen. Helsinki, 1987 (LSFU). XXIII + 421 S.

40. Wiеdemann F.J. Syrjänisch-deutsches Wörterbuch nebst einem wotjakisch-deutsches im Anhange und einem deutschen Register. St.-Petersburg, 1880. XIV + 692 S.

Поступила в редакцию 26.04.12

V.K. Kel'makov

On the History of One Bulgarism in Udmurt Language and Linguistics

The author, contrary to the opinion of some specialists in Permic languages, considers that Udmurt words ymyr (ымыр) and gumyr (гумыр) ’age of human life’ (< arab. ‘umr): 1) are borrowed from two languages which are Volga-Bulgaric (ymyr) and Tatar (gumyr) (See also: B. Munkachi (1884), Y. Wichmann and others and 2) they appear to be quite independent lexemes. Narrow dialectal ymyr, similarly to gumyr, is able to enrich the synonymic row beginning with the dominating word daur (даур) ’age of human life’ in the Udmurt literary language.

Keywords: Volga-bulgaric language, dialect, borrowing, Udmyrt literary language, printed text, synonym, Tatar language.

Кельмаков Валентин (Валей) Кельмакович Kel'makov V.K.

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» Udmurt State University

426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 2) 426034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/2

E-mail: finnugor@mail.ru E-mail: finnugor@mail.ru