О возможностях финансирования сельскохозяйственных проектов

2 (146) - 2007

ФИНАНСИРОВАНИЕ ИННОВАЦИОННЫХ ПРОЕКТОВ

О ВОЗМОЖНОСТЯХ ФИНАНСИРОВАНИЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ ПРОЕКТОВ

Е.В. БАСАЛАЕВА, кандидат экономических наук

Всероссийский заочный финансово-экономический институт

В последнее время сельскохозяйственным проектам вновь был придан определенный импульс. Сельское хозяйство наряду с развитием жилья, образования и здравоохранения было названо в числе приоритетных национальных проектов. Понятно, что без должного финансирования многие даже самые перспективные проекты так и останутся нереализованными. Финансовые средства являются такими же ресурсами, как и все остальные, т. е. в условиях рынка в зависимости от складывающихся условий могут быть как в избытке, так и в недостатке. При этом по законам рынка денежные средства направляются не в те отрасли, которые испытывают дефицит финансирования, а туда, где их вложение приносит наибольшие выгоды.

Сельское хозяйство в России, как впрочем и в большинстве стран мира, относится к числу отраслей, нуждающихся в постоянном внешнем финансировании. Так, например, доля финансового участия государства в получении конечной сельскохозяйственной продукции составляет в Японии 72 %, в США — около 40 %, в европейских странах — немногим более 30 %. При этом в тех же США сельское хозяйство, получая 32 млрд долл. прямого государственного финансирования и около 40 млрд косвенного, производит продукции на сумму около 240 млрд долл. Другими словами, чтобы успешно конкурировать на рынке за получение средств с другими отраслями, сельское хозяйство должно демонстрировать приемлемый уровень отдачи на эти вложения.

Чтобы достичь этого, сельхозпроизводители названных стран активно осваивают зарубежные рынки. Импортируемые в Россию продукты питания и продовольствие в значительной мере субсидируются правительствами страны происхождения. Так, каждый килограмм мяса или масла, ввозимый

из стран ЕС, субсидируется на 30—50 %, из-за чего суммарные потери российских производителей мяса составили 7,2 млрд руб. Самым убыточным является производство говядины и свинины. Например, при себестоимости 1 ц говядины 3,4 тыс. руб. средняя цена реализации на внутреннем рынке составила 2,4 тыс. руб1. Рынки Москвы и Санкт-Петербурга на 98 % заполнены именно импортным мороженым мясом, продаваемым в розницу по приемлемым для российского потребителя ценам, но с хорошей нормой прибыли для торговли. Мороженое мясо выпускается специально для России и не поставляется на прилавки стран-производителей.

Понятно, что судьба отечественных сельхозтоваропроизводителей, как и результат национального проекта, особенно в свете намерений вступления в ВТО, во многом зависит от того, насколько быстро доля финансирования конечной сельхозпродукции со стороны российского государства примет сопоставимые масштабы. Государственное финансирование села может осуществляться в форме прямых субсидий, субвенций, дотаций производителям сельхозпродукции, компенсации (субсидирования) процентной ставки и/или основного долга по коммерческим кредитам, бюджетного кредитования, предоставления гарантий погашения задолженности, в том числе по кредитам, либо гарантий закупок по приемлемым для производителей ценам, предоставления налоговых льгот, в том числе налоговых и инвестиционных кредитов и др.

В 2006 г. сельскому хозяйству было выделено 150 тыс. так называемых льготных кредитов. При этом на кредиты сельским товаропроизводителям первоначально предполагалось направить 6,6 млрд руб., затем эта цифра была увеличена до 40 млрд,

1 Кошкаров А. Глиняный колос // Экономика и жизнь. — 2005. — № 43. - С. 4.

сегодня речь идет уже о 100 млрд руб. Ожидаемый срок возврата составляет 5-8 лет. Но не успели первые деньги в рамках финансирования национальных проектов (а на их реализацию в 2006 г. выделяется дополнительно 180 млрд руб.) поступить по назначению, как остро встал вопрос

0 принятии срочных мер по сдерживанию роста инфляции. Проследим механизм этого явления. Выделение значительных средств приводит к росту кредиторской задолженности, направление средств на субсидирование процентной ставки вызывает еще больший рост кредиторской задолженности: необходимо вернуть основной долг по кредиту и сумму процентов по нему. Идея субсидирования процентной ставки предполагает достижение сразу двух целей. Во-первых, сохранение рыночных отношений , так как средства поступают через банк на условиях возвратности и платности, и, во-вторых, удешевление «стоимости» кредита для сельского товаропроизводителя, поскольку часть процента оплачивается государством.

Однако на деле процентные ставки не только не снижаются, но даже растут. Реальное снижение процентных ставок происходит только в условиях, когда банки реально конкурируют между собой за своих заемщиков. Однако сельские заемщики испытывают дефицит финансирования и потому банки имеют возможность диктовать свои условия, а государство будет вынуждено субсидировать растущие процентные ставки. Если учесть инфляционные ожидания и то обстоятельство, что цены на горючее, запчасти и т. п. имеют тенденцию к росту в сезонные периоды, реализация продукции не приведет к улучшению финансового положения села. Следующей весной ситуация вновь повторится, поскольку фактически обесценение денег, предназначенных для села, «закладывается» уже на стадии финансирования.

Принято считать, что инфляция выгодна заемщикам, поскольку они берут кредиты полновесным рублем, а расплачиваются значительно подешевевшим. Однако для сельского хозяйства это правило не работает. Во-первых, потому, что инфляционные ожидания в первую очередь определяют величину процентных ставок по кредиту. Во-вторых, потому, что для России характерен постоянно растущий диспаритет цен на промышленные и сельскохозяйственные товары. Сегодня «сжигать» пшеницу оказывается выгоднее, чем дизельное топливо, поскольку для приобретения

1 т дизельного топлива хозяйство должно продать более 3 т пшеницы (в 1991 г. — только 0,4 т, т. е. диспаритет цен по запасам вырос более, чем в 7,5 раз). По внеоборотным активам диспаритет также существенно вырос. Так, в «пшеничном эквива-

ленте» покупка трактора общего пользования «подорожала» более чем в 6,5 раз: 240 т против 36,8 т в 1991 г. Покупка одного отечественного трактора «тянет» на 160-200 га пашни при урожайности 3 т/га и товарности 50 %2. Таким образом, сельскохозяйственное сырье и продукция по отношению к промышленным подешевели более чем в 3 раза. Пока указанная тенденция будет сохраняться, сельские заемщики будут не в состоянии выплатить даже и «субсидированные» кредиты.

Это подтверждает практика последних лет. Субсидирование процентной ставки по кредитам, реструктуризация задолженности хозяйств, списание штрафов и пени привели в 2004 г. к тому, что удельный вес убыточных организаций по сравнению с 2003 г. снизился с 53 до 37 %. При этом в целом по сельскому хозяйству в 2004 г. просроченная кредиторская задолженность в 3,2 раза превышала прибыль сельскохозяйственных организаций. Таким образом, полученная «субсидированная» прибыль не выполняла своей главной экономической функции — предоставления предприятию возможности самостоятельного роста и развития. С учетом того, что в сельском хозяйстве просроченная кредиторская задолженность в 4,2 раза превысила просроченную дебиторскую (для сравнения: в целом по экономике — в 1,2 раза) 3, «жизнь в кредит» сделала отрасль еще менее конкурентоспособной. Следовательно, политика фактического «прощения долгов» в сельском хозяйстве не способствовала поднятию уровня самофинансирования хозяйств, а лишь перевела убыточность и зависимость от внешнего финансирования в менее явную форму. В итоге коммерческие банки будут вынуждены самостоятельно «разбираться» с суммами невозврата. Варианты, собственно, известны: либо перепродать право на истребование задолженности, сохранив тем самым собственную ликвидность за счет снижения прибыльности; либо обанкротить заемщика, распродав его имущество и сохранив некое подобие прибыльности, хотя это, несомненно, и приведет к сокращению сельхозпроизводства; либо само-

2 Борхунов А. Ценовые отношения в 2004 г. //Экономика сельского хозяйства России. — 2005. — № 1. — С. 28.

3 Необходимо отметить, что в целом по экономике размер дебиторской задолженности должен быть примерно равен размеру кредиторской задолженности. Превышение кредиторской задолженности над дебиторской свидетельствует о наличии внешнего финансирования. Превышение дебиторской задолженности над кредиторской возникает в случае предоставления заемных средств, в том числе товарных кредитов зарубежным потребителям продукции. В данном случае разрыв можно объяснить сразу несколькими факторами: диспаритетом цен на промышленную и сельскохозяйственную продукцию, значительной долей импортируемого сырья, готовой продукции и средств производства, низкими показателями оборачиваемости в сельском хозяйстве и неудовлетворительным финансовым состоянием сельхозтоваропроизводителей.

стоятельно заниматься «подъемом» экономики хозяйства-заемщика.

Кроме того, субсидирование процентной ставки по коммерческому кредиту приведет к удорожанию стоимости кредита для непосредственного сельхозтоваропроизводителя, а в конечном счете — для конечного потребителя. Важность этого вопроса становится понятной, если учесть, что от цен на продукты питания, от их качества и доступности в первую очередь зависит уровень жизни. Поэтому если уровень цен на сельхозпродукцию в России благодаря сходным схемам финансирования приблизится к таковому, характерному для развитых стран, а уровень жизни останется прежним, то отечественная продукция станет еще более недоступной отечественному потребителю, что может привести к серьезным социальным потрясениям. Поэтому очень важно найти такие возможности финансирования села, которые позволят избежать указанных негативных последствий и при этом приведут к повышению конкурентоспособности отечественных сельхозпредприятий на внутреннем и внешнем рынках.

Анализ, проведенный автором, показал, что в действительности российскому сельскому хозяйству не хватает не столько прибыли, сколько реальных, «живых» денег. В этом и заключается основной парадокс: производя продукты ежедневного спроса, селяне не имеют возможности ежедневно получать выручку, которая остается в распоряжении торговой сети, а также переработчиков. Чтобы вывести отечественное сельское хозяйство из кризиса, необходимо расширить наше представление о целях ведения бизнеса. Традиционно считается, что именно стремление к получению прибыли является мотивацией ведения бизнеса. Однако анализ позволяет выделить и такие виды мотивации, как генерирование потоков денежных средств, сохранение стоимости, поддержание качества жизни4. Финансирование должно быть направлено на то, чтобы дать возможность сельскому хозяйству самостоятельно генерировать потоки денежные средств, достаточные для проведения необходимых закупок, выплаты заработных плат и вообще поддержания достойного уровня жизни на протяжении всего производственного цикла. Для этого необходимо снизить зависимость отечественного сельского хозяйства от внешнего финансирования, создать условия, при которых банки и иные финансово-кредитные структуры будут конкурировать за заемщика.

4 Басалаева Е.В. О проблемах исследования экономического потенциала и некоторых способах их решения. Научная сессия МИФИ—2006. Сборник научных трудов. В 16 томах. Т. 13. Экономика и управление. М.: МИФИ, 2006. — С. 104—105.

Практика показывает, что в российских условиях эта задача вполне может быть решена. Основной целью выделения финансовых средств должно стать не финансирование отдельных мероприятий (посевной, уборочной, борьбы с птичьим гриппом, пересевов после заморозков и т. п.), а повышение показателей оборачиваемости у непосредственного товаропроизводителя. Финансировать необходимо более прогрессивные технологии при соблюдении двух условий: сохранения качества и экологической чистоты продукта; улучшения показателей прошлого года в результате увеличения выпуска продукции. Например, в России откорм ведется намного дольше оптимальных сроков, и бычки на убой поставляются в возрасте 2 лет и более, тогда как в Европе не старше 1 года, что существенно улучшает показатели оборачиваемости в сельском хозяйстве.

Кроме того, необходимо финансировать создание инфраструктуры доступа непосредственного сельхозтоваропроизводителя к конечному потребителю — населению, максимально сокращая как число посредников, так и время доставки продукта. Существенные резервы содержатся в улучшении транспортировки и разделки, способствующие повышению качества мяса и продажной цены. Экспериментально доказано, что только за счет указанных факторов выручка и доходы непосредственных производителей при том же объеме производства возрастают на 30 %. В ходе того же эксперимента показано, что применение современных технологий, повышающих производительность сельского труда и приводящих к снижению затрат, обеспечивает рентабельность мясного скотоводства в России на уровне 38,8 — 88,5 %. Российский потребитель готов достойно платить за достойное качество, необходимо лишь наладить прямые связи производителя с потребителем. Финансирование конечного результата, а не процесса, доказало свою эффективность в ряде регионов страны.

При кредитовании коммерческие банки ориентируются на кредитоспособных заемщиков, каковыми являются высокорентабельные предприятия, имеющие возможность привлекать кредитные ресурсы без специальных программ. Поэтому финансирование стабильно устойчивых предприятий необходимо оставить именно коммерческим банкам. Поскольку доля крепких хозяйств в общей массе сельхозтоваропроизводителей сравнительно невелика, это вынудит банки конкурировать за своих заемщиков, обеспечивая последним наилучшие условия. Выгода получится обоюдная, поскольку клиенты, регулярно возвращающие кредиты в полном объеме и вовремя, являются наиболее желательными для банков. Кроме того, и размеры

кредитов, предоставляемых таким заемщикам, являются достаточно крупными, что добавляет им привлекательности.

На селе имеется значительная часть хозяйств, которые малоинтересны коммерческим банкам. Например, фермерские хозяйства, не имея эффективного доступа к кредитным ресурсам, дают 57 % валового производства сельскохозяйственной продукции. Механизм субсидирования части процентной ставки по коммерческим кредитам и выдача бюджетных кредитов эту категорию заемщиков практически не затронет. Несмотря на казалось бы малый процент (компенсация не более 75 %, а в рамках национального проекта предполагается и до 95 % ставки рефинансирования ЦБ на дату заявки), такое финансирование не решает для них большинства проблем. Аналогичная ситуация складывается и при приобретении техники на условиях лизинга. Например, Московская лизинговая компания предоставляет основные средства на условиях первоначального взноса 20 — 40 % стоимости основных средств, кредита под 12 — 15 % годовых и расходов на страхование в размере 10 — 20 % стоимости основных средств. Таким образом, для покупки сельскохозяйственной техники стоимостью 1 млн руб. сельхозтоваропроизводителю необходимо однократно изыскать (отвлечь из оборота) 300 — 600 тыс. руб., да еще ежегодно выплачивать проценты в размере 36 — 90 тыс. руб., или 3 — 7,5 тыс. руб. в месяц. Понятно, что большинству сельских товаропроизводителей такие выплаты не под силу. Особенно чувствительны такие платежи для экономического положения фермеров, предприятий малого и среднего бизнеса, производящих сельхозпродукцию.

Банки привлекает 99 % возвратности кредитов у таких заемщиков, но отсутствие залогового имущества или его невысокая стоимость не позволяет считать такие кредиты достаточно обеспеченными, а высокая степень риска вынуждает предлагать их под высокий процент, который не выгоден заемщику. Да и суммы запрашиваемого кредита являются небольшими, так что не каждому банку выгодно иметь с ними дело. Финансирование таких хозяйств необходимо оставить на долю так называемых микрофинансовых организаций (МФО), прежде всего сельской кредитной и потребительской кооперации.

На начало 2006 г. в Российской Федерации насчитывалось не менее 1,5 тыс. таких организаций, причем с 1998 по 2005 г. их численность увеличилась более чем в 25 раз. Из них более 600 сельских потребительских кооперативов, объединяющих около 32 тыс. членов. Причем их география точно отражает степень развития аграрного сектора:

36,4 % приходится на долю Южного федерального округа, Сибирского — 21,2, Приволжского — 16,5, Дальневосточного — 10,7, Уральского — 8,3, Центрального — 7,3, Северо-Западного — 5,8, всего в 55 регионах. У сельскохозяйственных кредитных потребительских кооперативов представлены различные категории заемщиков, хотя 79 % работают именно с крестьянскими (фермерскими) хозяйствами. Именно эти организации очень важны для села, поскольку помимо прямого назначения

— кредитования сельхозпроизводителей, способствуют поднятию на селе и уровня жизни в целом.

Необходимо помнить, что средняя заработная плата на селе составляет 3 580 руб., т. е. только 43 % от среднегородской, а производство носит сезонный характер, поэтому нужна разветвленная сеть микрокредитования села и малых городов России. Малые города — это треть населения и более 40 % основных фондов, которые могут быть дополнительно задействованы в решении задач удвоения ВВП. За годы реформ многие действовавшие здесь предприятия местной промышленности, бытовые комбинаты, другие предприятия сельской инфраструктуры разрушены. Создание собственного, пусть небольшого, бизнеса будет способствовать росту благосостояния, закреплению людей на селе. В стартовом капитале нуждаются 16 млн домашних хозяйств, 260 тыс. фермерских хозяйств. Чтобы за два года донести возможность финансирования до каждого, включая отдаленные, населенного пункта, необходимо создать еще не менее 1,8 тыс. сельских или других микрокредитных организаций.

Государство должно стать одним из участников-совладельцев подобных структур. Крупный бизнес, в том числе банковский, сюда не идет, дожидаясь пока эти структуры сами не дорастут до уровня розничных банков, когда их можно будет выкупить у владельцев. Между тем для государства подобное финансовое участие является очень выгодным делом. Во-первых, это позволяет «держать руку на пульсе», чувствовать, как и чем живет село, каковы его потребности и что оно может дать. С индивидуальными предпринимателями работают 80 % российских МФО, с малыми предприятиями — более чем 50 %, оказывают финансовую поддержку крестьянским (фермерским) хозяйствам — 40 %. Физические лица

— вторая по численности клиентская группа МФО. Более 90 % кредитных потребительских кооперативов граждан предоставляют услуги физическим лицам, а 2/3 из них работают с индивидуальными предпринимателями. Поддержка самостоятельного бизнеса граждан непосредственно на местах более эффективна, чем осуществление социальной поддержки депрессивных регионов, где нет работы. Да и в крупных промышленных центрах приходится

поддерживать часть населения, чей прожиточный минимум недостаточен.

Для решения этой проблемы ранее использовались два механизма. Первый заключается в том, чтобы дотировать (субсидировать) сельскохозяйственного товаропроизводителя, обеспечивая низкие розничные цены для населения и одновременно достаточный уровень рентабельности производства. Второй заключается в том, чтобы повышать уровень зарплат, пенсий, пособий, стипендий и иных выплат, увеличивая тем самым платежеспособный спрос. Несмотря на кажущиеся различия, оба механизма приводят к росту инфляции и не решают вопросы улучшения рациона питания населения страны, поскольку не приводят к повышению реального товарного наполнения рубля. Главное же заключается в том, что ни один из них не стимулирует производителя повышать производительность труда и увеличивать выход товарной продукции на каждый рубль вложенных затрат. Предлагаемый «третий путь» свободен от указанных недостатков, так как с одной стороны, способствует повышению уровня жизни населения за счет доступного и недорогого потребительского или предпринимательского кредита, т. е. увеличивает платежеспособный спрос, а с другой — дисциплинирует заемщика, стимулируя его зарабатывать больше, чем придется отдавать по кредиту.

Эта поддержка «с мест» будет еще более эффективной, если российские критерии отнесения предприятий к малым приблизить к нормам Евросоюза: численность 250 человек и оборот 40 млн евро (в России максимально — 100 человек, а по обороту для упрощенной системы налогообложения — 11 млн руб. для перехода и 15 млн руб. для прекращения ее применения). Смогут ли отечественные хозяйства обеспечить требуемый уровень импортозамещения, во многом зависит от уровня налогообложения. Налоговая нагрузка не должна переходить в налоговое бремя5. Такой переход происходит, когда прибыль на единицу продукции с учетом расходов на налогообложение оказывается равной нулю, или в более сложном случае становится отрицательной величиной (убытком). В этом случае предприятие прекращает рост и развитие, поскольку не имеет собственных ресурсов и разоряется или попадет в постоянную зависимость от кредиторов, что снова приводит к высокой вероятности банкротства, т. е. фактически тому же разорению, но отсроченному по времени. Такое положение дел характерно для многих сельхозтоваропризводителей, которые из-за высоких налогов не имеют прибыли и денежных средств, которые могли бы быть реинвестированы

5 Басалаева Е. В. Налоговое планирование: проблемы и перспективы. — М.: Финансы, 2003. — 163 с.

или иным образом распределены и направлены на развитие производства. Ситуация усугубляется еще и тем, что начисление и уплата налогов производятся регулярно на протяжении всего года без учета сезонного характера производства в сельском хозяйстве. Рациональное налогообложение позволит отечественным товаропроизводителям существенно снизить цены и успешно конкурировать с импортерами продовольствия.

Во-вторых, уровень просрочек микрокредитов в российских условиях не превышает 3 %, риски портфелей отвечают международным нормам не более 4 %, средняя операционная рентабельность 127 %, деловая активность при портфеле микрозаймов 10 — 30 млн руб. составляется от 100 до 300 микрозаймов ежемесячно. Сегодня в России рынок микрокредитов до 1 тыс. долл. на короткий срок под большие проценты составляет порядка 350 млн долл., всего 5 — 7 % емкости кредитного рынка. При этом спрос в предпринимательском секторе оценивается примерно в 6 — 8 млрд долл., а охват рынка всеми существующими МФО не превышает 10 %, или 600 млн. долл. В мире на 1 января 2006 г. 135 ведущих МФО имели совокупный портфель займов около 3 млрд долл. и обслуживали более 9,5 млн клиентов. Для сравнения, портфель российских банков по кредитам в сумме до 10 тыс. долл. также составляет около 600 млн долл. Но банки крайне неохотно предоставляют микрокредиты. А вот для государства это достаточно выгодное дело.

Задача выделения средств в рамках национального проекта в том и состоит, чтобы доступ к кредитам получили именно те товаропроизводители, которые не могут это сделать самостоятельно, вне рамок проекта. Механизм государственного финансирования или точнее, финансовой помощи сельскому хозяйству, должен быть направлен на извлечение выгод именно сельскими товаропроизводителями, а не финансово-кредитными структурами. Эффективность финансирования сельскохозяйственных проектов зависит не столько от выделяемых сумм и величины процента, сколько от обеспечения условий доступа к ним непосредственного сельхозтоваропроизводителя. Так, выдавать кредиты следует с условием отсрочки первых платежей до момента окупаемости проекта. Кроме того, сельскохозяйственное производство должно быть застраховано или осуществляться под государственные гарантии закупок в количестве и по ценам, обеспечивающим рентабельность выше уровня окупаемости проекта.

Финансирование будет эффективным и не приведет к неоправданному росту инфляции при соблюдении следующих условий: — установление и широкое официальное объявление минимального объема финансирования,

который может получить любой желающий (как юридическое, так и физическое лицо, причем не обязательно занимающееся предпринимательской деятельностью) на цели производства сельхозпродукции (в том числе и для личного пользования, например, в личных подсобных хозяйствах);

отсутствие ограничений на количество предоставляемых таким образом кредитов или иных форм финансирования в течение первых двух-трех лет, но воспользоваться этими условиями можно только однократно, а дальнейшее выделение средств и их размер будут зависеть от того, насколько эффективно была использована первая возможность; разработка научно обоснованных условий финансирования применительно к каждому конкретному экономическому региону; обеспечение полученного финансирования в первые год-два реальным товарным наполнением;

— осуществление дальнейшего финансирования только хозяйств, доказавших эффективность использования средств;

— осуществление компенсации части процентной ставки по кредитам, полученным в коммерческих банках, непосредственно сельхозтоваропроизводителю, а не банку;

— предоставление бюджетных кредитов на конкурсной основе непосредственно сельхозтоваропроизводителям под процент не менее, чем в 3 — 6 раз ниже, чем в коммерческих банках на те же цели;

— установление стоимости бюджетных кредитов для сельхозтоваропроизводителей не более чем на 1 — 3 % выше стоимости их обслуживания. Однако все предлагаемые меры будут малоэффективны, если одновременно не создать механизм публичности, прозрачности и возможности осуществления контроля за распределением бюджетных средств всеми желающими.