Региональный политический процесс в условиях трансграничья

УДК 321

А. А. Зыков

РЕГИОНАЛЬНЫЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС В УСЛОВИЯХ ТРАНСГРАНИЧЬЯ

Рассматривается влияние трансграничного положения региона на становление элиты локального сообщества, а также на баланс интересов между центральными и локальными политическими акторами, изменения в структуре государственных институтов в условиях активизации трансграничного взаимодействия.

Ключевые слова: региональный политический процесс, приграничный регион, трансграничное сотрудничество, баланс интересов.

Regional political process in the transboundary context. ALEXANDER A. ZYKOV (Vladivostok State University of Economy and Service, Vladivostok).

The article deals with the impact, which the transboundary position of a region has upon the elite of the local community and the balance of interests between the central and local political actors, as well as with the changes in the structure of the State institutions in circumstances, when transboundary interaction becomes active.

Key words: regional political process, frontier region, transboundary cooperation, balance of interests.

Сегодня в новых политико-экономических условиях, сложившихся в мире, жизненные интересы приграничного сообщества выходят за рамки границ национального государства, что предполагает развитие трансграничного сотрудничества1 как качественного уровня интеграции внешней и внутренней политики. Подключение к трансграничному сотрудничеству российских регионов стало возможным благодаря активизации процессов федерализации, децентрализации власти и расцвету предпринимательства в постсоветской России. Международные контакты российских регионов сыграли свою роль в ликвидации старой одиозной модели федерализма (советского типа), которая на практике была основана на едва скрытых принципах унитаризма и централизма. Международное сотрудничество внесло также свою лепту в разработку новых концепций федерализма и регионализма, которые отчасти воплотились в жизнь, были зафиксированы в конституции и других правовых документах [15, с. 775].

Изменилась сама структура федеральных органов власти: в большинстве крупных городов и регионов

открылись представительства МИД, Министерства внешнеэкономических связей, Таможенного комитета, пограничной службы и пр. Так распоряжением Правительства РФ от 11 сентября 2008 г. № 1308-р создано Федеральное государственное учреждение «Дирекция по строительству и эксплуатации объектов Росгра-ницы» (ФГУ «Росгранстрой»). Целью его создания является обеспечение условий, необходимых для организации пограничного, таможенного и иных видов контроля в пунктах пропуска и местах пересечения государственной границы Российской Федерации, а также для осуществления федеральными органами исполнительной власти полномочий в сфере защиты и охраны государственной границы Российской Федерации [9]. Росгранстрой организовал филиальную сеть, разместив 24 филиала по всему периметру государственной границы Российской Федерации, в столицах ее субъектов и в городах приграничных регионов - от Калининграда до Камчатки.

Развитие приграничных институтов нацелено на упрочение стабильной социально-экономической ситуации и безопасности пограничных регионов, чтобы

ЗЫКОВ Александр Александрович, аспирант, младший научный сотрудник лаборатории актуальных геополитических исследований (Владивостокский государственный университет экономики и сервиса, Владивосток). E-mail: sunych_84@mail.ru ©Зыков А.А., 2010

Статья подготовлена при поддержке Аналитической ведомственной целевой программы Рособразования «Развитие научного потенциала высшей школы (2009-2010 гг.)», проект №2.1.3/4472.

1 Трансграничное сотрудничество - процесс интеграции приграничных территорий, по своей сути являющихся периферийными образованиями соседствующих государств, который может помочь их модернизировать.

приграничное сообщество соседствующих народов проявило политическую волю к созданию интегрированной социально-экономической территории, сохраняющей уважение к различиям и основывающейся на настоящем партнерстве и чувстве солидарности в повседневной жизни [1, с. 132].

На федеральном уровне стали появляться новые координационные центры, советы по приграничному сотрудничеству. Так, при Министерстве иностранных дел России создан Совет руководителей субъектов Российской Федерации. Предполагается, что он будет заниматься оценкой вероятных последствий для регионов и определением оптимальных мер по обеспечению национальной экономической безопасности в связи с вступлением России в ВТО. Кроме того, важнейшими задачами Совета (согласно его Положению) станут: разработка законодательства по развитию приграничного сотрудничества, формирование единой информационной системы по проблемам внешнеэкономических, инвестиционных и других международных связей. В первоначальный состав Совета вошли президенты Северной Осетии и Чувашской Республики, губернаторы Ленинградской, Свердловской, Смоленской, Читинской и Еврейской автономной областей [11].

При Совете безопасности Российской Федерации действуют межведомственные комиссии по пограничной политике, международной безопасности; Правительственная комиссия по вопросам СНГ. Координацию деятельности федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, реализующих полномочия в сфере защиты и охраны государственной границы, осуществляет Федеральная служба безопасности [14].

К сожалению, не реализована такая форма выработки политических решений в области трансграничных взаимодействий и пограничной политики, как Межведомственная комиссия по развитию приграничного сотрудничества в Российской Федерации, к работе в которой наряду с федеральными органами исполнительной власти предполагается привлекать представителей администраций, органов местного самоуправления и объединений предпринимателей субъектов Российской Федерации, граничащих с зарубежными странами. Кроме этого в рамках указанной комиссии предполагалось создание Подкомиссии по приграничной торговле, целью и задачей которой являлась бы выработка подходов к решению вопросов развития приграничной торговли как в конкретных регионах, так и в целом в Российской Федерации. Тем не менее продолжает расширяться формат и состав участников трансграничного сотрудничества. Если относительно недавно основными субъектами приграничного сотрудничества выступали органы местного самоуправления и исполнительные органы государственной власти субъектов Российской Федерации, то сейчас

заметное место в этом процессе занимают региональные парламенты1.

Общественные организации также активно начинают включаться в трансграничные коммуникации. Официальное представительство «Опоры России» открылось в свободной экономической зоне г. Хунчунь провинции Цзилинь (КНР) в конце декабря. Приморское региональное отделение «Опоры России», получив от китайских властей официальное разрешение на осуществление общественной деятельности на территории Китая, стало первой общественной организацией Дальнего Востока России, открывшей свое представительство в провинции Цзилинь. Цель открытия представительства - оказание помощи российским организациям и предпринимателям и защите интересов, связанных с осуществлением внешнеэкономической деятельности [12].

Привлекая политических, экономических и культурных лидеров на любом уровне, приграничные институты и их участники содействуют развитию нормального процесса консультирования: с установлением приоритетов региона они могут сконцентрироваться на координации избранных проектов [1, с. 132]. Но далеко не всегда процесс согласования интересов достигает своей цели, выработка общего решения часто приводит к различиям и конфликтам между политическими интересами разных уровней властных отношений. Яркий тому пример - противоречивые взаимоотношения между федеральным центром и Дальним Востоком России. Конфликтные моменты этих отношений традиционно оцениваются в экономических параметрах. Однако гораздо более значимыми здесь выступают противоречия «политические».

Один из источников конфликта - территориальные споры. Типичный пример подобного рода разногласий - реализация советско-китайского договора 1991 г., предусматривающего передачу КНР части приграничных территорий Приморского края и островов на р. Амур (входивших до недавнего времени в состав Амурской области), вызвала противоречия между руководством этих территорий и Москвой. Особенно острый конфликт разгорелся между бывшим губернатором Приморского края Е. Наздратенко, выступившим против передачи российских земель Китаю, и президентом Б. Ельциным, настаивавшим на выполнении международного соглашения. Демаркация границы была завершена в 1999 г., но это стоило федеральной власти немалых нервов и усилий [15, с. 769].

1 Так, в середине апреля 2003 г. в Барнауле был образован Международный координационный совет (МКС) «Наш общий дом - Алтай», который фактически представляет собой международную субрегиональную межпарламентскую ассоциацию. В МКС вошли представители региональных парламентов России (Республика Алтай, Алтайский край), Казахстана (Восточно-Казахстанская область), Монголии (Ховдинский, Увсинурский и Баян-Ульгийский аймаки), Китая (Синьцзянь-Уйгурский автономный район).

Подобные конфликты лишний раз убеждали регионы в нежелании Москвы считаться с их интересами и провоцировали в них автономнические тенденции. Подобные территориальные споры с соседними государствами служили зачастую источником конфликтов между регионами и федеральным центром, а регионализация России явно приобретала дезинтеграционный оттенок.

Другим источником потенциального конфликта является внешняя ориентация этнических групп. Независимо от усилий полиэтнического государства форсировать становление культурного единства, различные цивилизационные сегменты, по крайней мере латентно, тяготеют не к интегрирующему центру, а к собственным цивилизационным «ядрам». Интересной в этом смысле представляется ситуация в Приморском крае, где проживают примерно 20 000 граждан корейской национальности, полностью ориентирующихся в своих культурных и ценностных ориентациях на Республику Корея, эмиссары которой ведут среди них активную работу. Более того, количество приморских корейцев растет за счет не массовой, но постоянной репатриации граждан корейской национальности из стран Средней Азии и Казахстана, куда последние были депортированы из Приморского края в 1937 г. Прослеживается очевидное стремление пока еще только академических кругов Республики Корея доказать с помощью археологической науки корейские корни средневекового государства Бохай, располагавшегося на территории современного Приморского края, северо-востоке Китая и северо-западе нынешней КНДР. Подобная ситуация чревата далеко идущими политическими последствиями [17, с. 190].

Здесь следует подчеркнуть повышение значения взаимозависимости политической ситуации в субнаци-ональных регионах и их трансграничного положения. Несмотря на процессы централизации и усиление федерального центра при В.В. Путине, внешние факторы по-прежнему ощутимо влияют на формирование региональной структуры страны. Эта политическая структура зависит от соотношения региональных элит и местного населения, широты полномочий региональных властей, а от также способности руководства региона мобилизовать все возможные ресурсы (влияния, финансовые, трудовые и т.д.).

Ярким доказательством приведенного тезиса является политическая жизнь Приморского края в течение 2007 г. В этот год ожидалось многократное увеличение федеральных финансовых вложений в региональную экономику после выбора Владивостока местом проведения форума АТЭС. Дальний Восток обладает обширной площадью трансграничных и приграничных территорий, расположенных в его южной части и отличающихся неоднородным уровнем социально-экономического развития и хозяйственной специализации. Среди дальневосточных субъектов РФ особый интерес представляет процесс установления и развития регио-

нальных связей Приморского края, который занимает наиболее выгодное географическое положение, что позволяет ему быть естественным партнером провинций Республики Корея, префектур Японии, северо-восточных провинций КНР и штатов Западного побережья США. Создавая захватывающие дух политической элиты экономические возможности, эта перспектива в руках федерального центра стала эффективным рычагом в процессе выстраивания взаимоотношений с региональной властью. Вертикаль в новых условиях стала безальтернативной и жесткой, региональная власть более дисциплинированной и управляемой, но, как показывает исторический опыт, это не гарантия повышения качества власти и эффективности результатов ее деятельности [16].

Таким образом, действия федерального центра и его представителей направлены на обеспечение политического контроля региональных акторов и социально-экономического развития Дальнего Востока, именно с этой целью были предоставлены более широкие финансовые возможности региональному руководству [7]. Однако не все так однозначно, специфика региона, вольно или невольно, корректирует федеральную стратегию руководства регионом. Так, бывший высокопоставленный сотрудник МВД О. А. Сафонов, сменивший К.Ш. Исхакова, был назначен полпредом с единственной целью - остановить коррупцию, «декриминализировать» вверенный ему округ. Успешность «борьбы с коррупцией» в регионе была «оценена» отставкой последнего и назначением на его пост «местного» губернатора В.И. Ишаева. По мнению профессора Л.Е. Бляхера, «фигура В.И. Ишаева символизирует «мирный договор» между социальными сетями «желтороссии» и «федерального центра». Не то чтобы «коррупционная война» утихла совсем, но назначение Ишаева изменило в ней расстановку сил и саму задачу федеральной власти. По сути, на Дальнем Востоке сегодня реализуется уникальный проект по интеграции «несистемных» сетей» [3, с. 32]. Безусловно, наличие такой политической фигуры на Дальнем Востоке играет конструктивную роль в налаживании баланса интересов центр - регион.

Перспектива осуществления трансграничных проектов стала удобным рычагом корректирующим политическую жизнь приграничного региона. Так, 4 августа 2007 г. состоялась отчетно-выборная конференция Приморского отделения партии «Единая Россия» [10], на которой пристальное внимание уделили составу политсовета (были исключены 37 человек, произошла смена партийного лидера). На посту секретаря регионального отделения «Единой России» В. Курилова1, ректора Дальневосточного государственного университета, рекомендованного на роль регионального

1 После смены политического руководства В. Курилов был рекомендован (но так и не стал) ректором создаваемого Дальневосточного федерального университета.

лидера Москвой в мае 2006 г., сменил депутат местного законодательного собрания, бизнесмен, близкий к губернатору П. Савчук. Декларировалось это следующим образом: «Единая Россия» как партия власти и один из каналов вертикали власти, ответственна за подготовку и реализацию проектов, приуроченных к саммиту АТЭС 2012 г. во Владивостоке. По сути это был разгон оппозиции губернатору, возглавляемой с момента формирования 4-го созыва Законодательного собрания Приморского края В. Куриловым. Эта оппозиция не имела принципиального характера и базировалась на личных амбициях и претензиях на власть, которые различные представители региональной элиты пытались решать, опираясь на поддержку соответствующих групп федеральной элиты.

Политико-территориальные и социально-экономические связи, более или менее устойчивые взаимозависимости между политическим выбором жителей региона и уровнем их жизни составляют важный аспект общей современной политической картины Дальнего Востока. Такая социальная обусловленность политических установок дальневосточников непосредственно сказывается на электоральных предпочтениях, как следствие, Дальний Восток традиционно хорошо голосует за Жириновского, непримиримого «хранителя российских границ» Также весьма показательны региональные выборы в октябре 2004 г., когда в Сахалинской области победил блок «Наша Родина - Сахалин и Курилы», заняв первое место при результате 19,94% голосов1. Этот блок явно выиграл на столь больной для Сахалинской области теме спорных островов и насущных проблем социально-экономического развития региона. В предвыборной риторике 2004 г. оказался востребованным патриотизм со спецификой конкретного региона (сегодня ситуация мало изменилась).

Такой патриотизм имеет свою региональную специфику, которая выражается в особом понимании региональным сообществом значения своей территории в российской системе государственных координат: форпост России в Азиатско-Тихоокеанском регионе, что отражается на взаимоотношениях (и ожиданиях) с Москвой и пограничными странами. Активизация процессов глобализации постепенно трансформирует национальное самосознание дальневосточников, не-

1 В октябре 2004 г. в Сахалинской области 19,94% получил блок «Наша Родина - Сахалин и Курилы», еще 6,48% получил список «За достойную жизнь и социальную справедливость» (учрежден ОРП Русь и партией «Союз», во многом создан вышедшими из «Единой России» в знак протеста против монетизации политиками), еще 7,34% получила в регионе партия пенсионеров и 15,92% - КПРФ; итого за левых на Сахалине отдано 49,68% голосов. Сегодня Сахалинская областная Дума пятого созыва, избранная 12 октября 2008 г., состоит из 28 депутатов, 20 из которых работают на постоянной основе. В областной Думе действуют депутатская фракция «Единая Россия», в составе которой 21 депутат, депутатские фракции КПРФ (4 депутата) и «Справедливая Россия» (2 депутата), ЛДПР (1 депутат).

избежная ориентация периферийного региона на азиатские «ворота в глобальный мир» преобразует образ окружающей («враждебной») внешнеполитической среды в идею «демографического давления» на границы, - в среду, которая способна «поглотить» регион. Падение «железного занавеса» поставило Дальний Восток России лицом к лицу с наиболее интенсивно развивающимися экономиками мира. Период «челночной» торговли, всколыхнувший население региона, приватизация дальневосточной части «советского трофея» создали необходимые для включения в международную торговлю накопления [3, с. 34].

Между приграничными территориями Дальнего Востока и соседними районами формируются тесные экономические и социальные отношения. Нелегальные и полулегальные синдикаты, складывающиеся в регионах Дальнего Востока и прилегающих к ним китайских провинциях, устанавливают связи между собой с целью объединения усилий в сфере налаживания контрабандных каналов, организации нелегальных миграционных потоков и установления контроля над челночным бизнесом [17, с. 289]. Специфика современного политического поведения в регионе обусловлена социальноэкономическими потребностями активного населения, что во многом определяет основные тенденции развития территории.

Криминальные скандалы в региональных структурах власти и конкуренция между различными структурами власти. Например, так называемое дело таможенников, в конце 2006-го - начале 2007 г. получившее широкий общественный резонанс и определившее специфику политической жизни на ближайшие годы. Знаменательно это дело тем, что в нем приняли участие целый ряд известных в крае чиновников, бизнесменов, политиков2, в их числе: Г. Лысак, В. Харьковский, Б. Хмель (до этого активно работавших в администрации и законодательном собрании), В. Кондратов, бывший начальник УФСБ по Приморскому краю и нынешний сенатор, представляющий губернатора в Совете Федерации, а также Руслан Кондратов, действующий тогда депутат Законодательного собрания, генерал С. Мурашко -один из крупнейших приморских олигархов, начальник ДВОТ, генерал В. Голоскоков - и.о. начальника ДВТУ, и еще более десятка имен известных военных и гражданских чиновников, депутатов нынешнего законодательного собрания. Апогеем этого дела стал арест генерала Э. Бахшецяна и нескольких более мелких чиновников, досрочная отправка в отставку начальника УФСБ

2 В списке «золотых дальневосточников», опубликованном журналом «Дальневосточный капитал» за октябрь 2007 г., имена представителей политической элиты региона: Геннадий Лысак (35 млн долл.), Игорь Пушкарев (27 млн), Олег Кожемяко (25 млн), Василий Усольцев (20 млн), Джамбулат Текиев (20 млн.), Галуст Ахоян (14 млн), Виктор Пинский, председатель федерации профсоюзов Приморского края (13 млн), Юрий Степанченко ( 12 млн), Руслан Кондратов (11 млн), Сергей Передрий (10 млн долл.).

генерала И. Алешина. Что касается практически всех вышеперечисленных лиц, они не только продолжают свою деятельность, но и поднимаются по служебной лестнице. Двоим региональным политическим авторитетам и, вероятно, главным инициаторам и участникам этого дела - Г. Лысаку1 и В. Харьковскому, а также депутату Законодательного собрания прошлого созыва Б. Хмелю удалось скрыться за границей. Публикация в СМИ материалов, доказывающих их причастность к этому и другим делам, не испортила репутацию отцу и сыну Кондратовым и даже не помешала Руслану Кон-дратову занять место в Государственной Думе последнего созыва.

Организованная группа (представляемая именами чиновников высокого ранга и среднего уровня) занималась контрабандой китайского ширпотреба, товаров народного потребления, мяса через находкинскую, гро-дековскую, хабаровскую и сахалинскую таможни. Перестановки, связанные с отстранением от должностей и возбуждением дел, коснулись чиновников различных сфер и уровней.

Интерес к участию в решениях вопросов местного значения и руководства процессами общественной жизни со стороны политических акторов обусловлен в первую очередь экономическими интересами. Приморье демонстрирует типичную для сегодняшней России картину: бизнес в стране невозможен без власти, а власть - лучшая гарантия бизнеса. В данном случае в борьбе политических сил за экономические интересы в Приморье разменной монетой стал генерал таможенной службы Эрнест Бахшецян. В июне 2009 г. Фрунзенский районный суд Владивостока вынес приговор по уголовному делу бывшего начальника Дальневосточного таможенного управления (ДВТУ) Э. Бахшецяна и еще пятерых его коллег. Суд приговорил Бахшецяна к пяти годам лишения свободы в колонии общего режима. Остальные подсудимые по делу получили условные сроки, от двух до семи лет. Генерала и еще пятерых фигурантов обвиняли в контрабанде, превышении должностных полномочий и злоупотреблении ими, а также воспрепятствовании законной предпринимательской деятельности [2].

По сути данный процесс представляет собой борьбу представителей федерального центра с региональными элитами: Бахшецян был ставленником министра экономики и развития РФ Г. Грефа, который с опаской относится к трансграничным проектам на Дальнем Востоке (по его инициативе сдерживается проект строительства моста через р. Амур Хэйхэ-Благовещенск).

1 В ходе сентябрьской сессии Законодательного собрания Приморского края депутат Геннадий Лысак по его заявлению освобожден по собственному желанию от должности председателя комитета по продовольственной политике и природопользованию, хотя имя депутата постоянно всплывает в ставшем скандальным деле о контрабанде товаров из Китая в Россию. Однако Лысак остается депутатом и сохраняет иммунитет.

Тем более что центр никогда не скрывал свои намерения поставить под свой контроль региональные элиты, бизнес которых завязан на приграничной торговле, в первую очередь ресурсами (лес, рыба и прочее). Учитывая позицию федерального правительства по поводу ужесточения пограничного режима, неудивительно, что многие представители бизнеса предпочли выходящие за рамки закона «серые схемы» (т.е. контрабанду). Подобная практика сговора с таможней была задолго до прибытия Э. Бахшецяна на Дальний Восток. Существовала неформально и повсеместно. Инновация нового начальника ДВТУ заключалась в перекрытии нелегальных приграничных каналов и резком повышении наполнения бюджета через официальные таможенные выплаты, что, естественно, противоречило бизнес-интересам региональной элиты.

Главная специфика этого противостояния в том, что борьба здесь осуществляется в рамках одних и тех же государственных структур. Причем она шла с полным ощущением собственной правоты и с одной, и с другой стороны. Как правило, высшее начальство боролось, будучи федеральными назначенцами, зависимыми «от Москвы», с «самоуправством на местах». В свою очередь, представители среднего и нижнего звена тех же ведомств, будучи жителями Дальнего Востока, ориентировались на «отстаивание справедливости», т.е. на защиту местных интересов и на борьбу с «превышением должностных полномочий» новыми силовиками и т.д. Причем инструментом для обеих сторон служит борьба с коррупцией. Э. Бахшецян был направлен на Дальний Восток, чтобы подавить «срастание власти и бизнеса». После ряда традиционных попыток «договориться по-хорошему» началась борьба, которая в конечном итоге закончилась для него скамьей подсудимых [5].

Данные обстоятельства подтверждают правомерность аналитических конструкций постструктуралист-ского характера, описывающих влияние процессов глобализации и интеграции на национальное государство и его границы, в том числе «смена действующих лиц» (т.е. когда внимание постепенно переносится от тех, кто охраняет границы, к тем, кто ее нарушает). Граница перестала быть самоцелью: важно то, что происходит по ту или другую ее сторону. Эта тенденция получила название «революция регионов» - старые административные границы «перестают улавливать миграционные, финансовые потоки, права на собственность» [20, с. 148].

Таким образом, через усиление роли региональных сообществ проявляют себя адаптационные механизмы приспособления тех или иных обществ к меняющимся условиям жизни, динамике мирового развития [17, с. 313]. Описанные выше процессы происходили в сфере взаимодействия властей федерального и регионального уровней. При этом действия власти (банкротства, смена собственников, насильственное переселение из зон строительства новых предприятий на условиях,

не устраивающих владельцев жилья, реализация глобальных проектов «модернизации» региона, уничтожающая местный бизнес и ухудшающая положение населения) далеко не всегда отвечают интересам более широких региональных групп. В подавляющем большинстве случаев протестные настроения и акции властью игнорируются.

Специфика приморского социума - высокий уровень политизированности сознания среднего горожанина. Высок уровень критических оценок по отношению к федеральной власти, установка на то, что Москве нужны ресурсы, геополитическое положение региона, но не люди Приморья, интересы которых федеральное правительство игнорирует. В свете последних событий негативное отношение к федеральной власти резко усилилось. К строительству объектов саммита АТЭС народ относится равнодушно, а к самому саммиту - скептически, считая, что польза от него будет ощутима только для олигархов1. Планы правительства по обеспечению их продукцией российского автопрома жители Приморья связывают с нежеланием руководства страны вникнуть в местные интересы и их полным непониманием. А повышение пошлин и запрет конструкторов рассматривают как пренебрежение их интересами и благополучием [18]. Нередко со стороны общественности раздается критика в адрес губернатора, не защищающего интересы жителей.

Общественно-политические организации на сегодняшний день преимущественно обозначают позициии различных групп общества. Одной из самых больных проблем, волнующих представителей малого и среднего бизнеса (и общества в целом), является повышение автопошлин. Вступившее в действие с 12 января 2009 г. постановление Правительства РФ о повышении таможенных пошлин на легковые и грузовые иномарки, призванное защитить отечественных производителей и сборщиков автомобилей зарубежных марок, принесло результаты. По данным начальника ДВТУ Игоря Власенко, после введения новых пошлин количество иномарок, ежедневно оформляемых Владивостокской таможней, снизилось в 18 раз. Количество ввозимых через дальневосточную морскую границу иномарок составляет сегодня порядка 5% прошлогоднего объема [4]. Постоянной работы лишились около 2 000 жителей Приморья, что вызвало массовые акции протеста: митинги, демонстрации, шествия и автопробеги.

После этих акций, прошедших в конце 2008-го - начале 2009 г., администрация Приморского края предприняла ряд мер, чтобы начать диалог с оппозицией.

1 Владимир Беспалов, депутат ЗС ПК: «Я пессимистично отношусь к действиям краевой администрации по вопросу развития экономики Приморья. Потому что средства и все остальное вкладываются в основном в приграничные районы, где есть погранпереходы, и районы, которых касается проведение саммита АТЭС. Остальные территории брошены на произвол судьбы. Вектор указан: создавая владивостокскую агломерацию, закрывать десятки сел» [8].

Высокопоставленные чиновники провели встречу с представителями КПРФ и движения автомобилистов ТИГР (Товарищество инициативных граждан России). В ходе переговоров представители власти пытались понять суть претензий оппозиции и даже предложили ей включиться в разработку антикризисной программы действий. Депутат Законодательного собрания от КПРФ В. Беспалов рассказал, что чиновников особенно интересовало, почему в резолюции митинга наряду с экономическими (отмена повышения пошлин на ввоз автомобилей, снижение тарифов ЖКХ, снижение цен на топливо) имеется и политическое требование отставки правительства, властей края и города Владивостока [6]. Представители администрации края попытались убедить собеседников, что повышение пошлин на ввоз автомобилей является «рациональной мерой» поддержки отечественного автопрома в условиях кризиса. По итогам консультаций представителям оппозиции было предложено делегировать своих представителей в структуры краевой администрации, которые занимаются разработкой «антикризисных мероприятий». Коммунисты расценили встречу как «попытку властей региона «наладить контакт с оппозицией, прощупать ее дальнейшие намерения» [19]. Это была разовая акция, которая не привела к серьезной коррекции дисбаланса представительства интересов регионального сообщества.

Структурирование политического пространства государства приводит к разногласиям и конфликтам между политическими интересами разных уровней властных отношений, которые связанны с обеспечением политической и экономической автономии субъектов федерации и их политических акторов. Решение этой задачи потребует как принятия специальных и весьма обременительных мер экономического характера, так и более зрелой концепции федерализма, предполагающей чёткое и действенное распределение полномочий между центром и регионами страны. Несмотря на идеологические спекуляции со стороны централизаторски настроенных политиков и публицистов, достижение местного суверенитета не является целью федерализма: федерализм предоставляет гражданам возможность выражать свои интересы и получать адекватные реакции на них со стороны подконтрольного и близкого к ним правительства [17, с. 315]. Именно в условиях федерального государственного устройства России необходимо достичь, с одной стороны, соблюдения стратегических интересов национальной безопасности и единого экономического пространства страны как целостного федерального государства, с другой - согласованного сотрудничества всех субъектов Российской Федерации.

Трансграничные процесс оказывают существенное влияние на структуру политических отношений в приграничных регионах, что порождает дополнительное напряжение в осуществлении государством и его институтами функции поддержания национальной

безопасности за счет обеспечения целостности общества - как внутренней, так и внешней. С 1990-х годов остаются актуальными политические и экономические риски на российском Дальнем Востоке, которые выступают в качестве факторов, сдерживающих развитие трансграничного сотрудничества и региона в целом. Это обусловлено политической и социальной нестабильностью, а также повышением значения неформальных практик (контрабанда и т.п.) и, как следствие, - ростом организованной преступности в регионе. И в то же время обеспечение различных внутренних потребностей государства и его граждан стало зависеть от включенности в глобализационные процессы. Взаимодействие одновременно на различных уровнях межгосударственных отношений отвечает национальным интересам Российской Федерации на долгосрочную перспективу, согласно которым все действия, направленные на обеспечение национальной безопасности страны, должны ориентироваться на поддержание стратегической стабильности и взаимовыгодных партнерских отношений в условиях многополярного мира.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Афанасьева С.С., Шойдонова Г.Г. Условия для развития приграничных районов республики Бурятия // Трансграничные территории азиатской части России и сопредельных государств: геоэкологические и геополитические проблемы и предпосылки устойчивого развития: материалы междунар. науч. конф., Улан-Удэ, 18-20 июня 2009. Улан-Удэ: БГУ, 2009. С. 132-137.

2. Бахшецяна осудили. На пять лет // Конкурент. URL: Ьйр://'^№«г.копкш:'еп1:.т/ргт1.рЬр?1ё=27 (дата обращения: 23.06.2009).

3. Бляхер Л.Е. Трансграничное сотрудничество: экономические выгоды и политические проблемы, или интеграция несистемных сетей Желтороссии // Политическая наука. 2010. № 3. С. 28-62.

4. Воробьев А. ДВТУ: число оформляемых иномарок во Владивостоке снизилось в 18 раз // РИА Новости. URL: http://www.rian.ru/economy/20090123/159896170.html (дата обращения: 23.01.2009).

5. Дятликович В. «Закрыть» генерала // Русский репортер. Электрон. журн. 7.02.2008. URL: http://www. rusrep.ru/2008/04/granica_na_zamke/ (дата обращения

23.06.2009).

6. Жунусов О. ТИГР вступился за рабочих “АвтоВАЗа” // Золотой Рог. 2009. № 61. URL: http://www.zrpress.ru/ zr/2009/61/9. (дата обращения 23.06.2009).

7. Интервью с И.Ф. Ярулиным. URL: http://club-rf.ru/r27 ех-регі/12545/ (дата обращения 27.05.2010).

8. Костин О. Команда Пушкарева отчиталась перед депутатами // Золотой Рог. 2010. № 31. URL: http://www.zrpress. щ^г/2010/31/7 (дата обращения 27.05.2010).

9. Магаданский филиал ФГУ РОСГРАНСТРОЙ // Вечерний Магадан. URL:http://www.vmagadan.ru/engine/print. php?newsid=2704 (дата обращения 27.05.2010).

10. Маркина С. «Единая Россия» очищает свои ряды // «День за днем» (городская общественно-политическая газета). № 26. 10.08.2007. С. 2.

11. О мерах по обеспечению национальной безопасности Российской Федерации в пограничной сфере // Актуальные проблемы национальной безопасности России на современном этапе. Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ. 2004. № 1 (221). URL: http://www. budgetrf.ru/Publications/Magazines/VestnikSF/2004/vest-niksf221-01/vestniksf221-01030.htm (дата обращения

14.09.2009).

12. Опора России появилась в Китае // Золотой Рог. 2010. № 3. URL: http://www.zrpress.ru/zr/2010/3/61 (дата обращения 27.05.2010).

13. Пресс-служба полномочного представителя Президента РФ по ДФО. URL: http://club-rf.ru/r41/person/8711/ (дата обращения 27.05.2010).

14. Рыбалкин Н. Новая система охраны границы адекватна угрозам безопасности России // Пограничник: электрон. журн. 2005. № 9. URL: http://www.geraldika.org/04_2006_ 22.htm (дата обращения 14.09.2009).

15. Сергунин А.А. Международные факторы регионализации России // Российская полит наука. Т. 5 / под ред. А.И. Соловьева. М.: РОССПЭН, 2008. С. 756-779.

16. Шинковский М.Ю., Шинковская Н.В. Мониторинг Приморья за 2007 г. URL: http://monitoring.camegie. ru/2008/02/primorie/shinkovskij-mixail-shinkovskaya-na-talya-primorskij-kraj-v-2007-m-godu (дата обращения: 27.02.2008).

17. Шинковский М.Ю. Российский регион: становление политического режима в условиях глобализации: монография. Владивосток: ДВГУ, 2000. 336 с.

18. Шинковский М.Ю., Шинковская Н.В. Приморский край: мониторинг за 2008 г. URL: http://monitoring.carnegie. ru/2009/01/primorie/shinkovskie-year-2008/ (дата обращения: 26.01.2009).

19. Шинковский М.Ю., Шинковская Н.В. Приморский край: мониторинг за 2009 г. URL: http://monitoring.carnegie. ru/2010/02/primorie/shinkovskie-2009/ (дата обращения:

16.02.2010).

20. Ярулин И.Ф. Россия XXI века: эра новых регионов? // Пространственная экономика. 2005. № 3. С. 148-157.