Вы к кризису готовы?

Александр Шохин, президент РСПП:

— Мы надеемся на лучшее, но готовимся к худшему. Новый кризис может разразиться, так как решение проблемы дефолта в США не привело к оживлению рынка, скорее наоборот. Это замедлит восстановительный рост Америки, что повлияет на всю мировую экономику. Случится не обвал, как в 2008 году, а рецессия, но не в ближайшее время, а через два-три года. России важно быть готовой к этому. Минфин должен сбалансировать бюджет и честно признаться гражданам и себе, что необходимо сокращать госрасходы, иначе стране не выжить в кризис. Такой баланс должен быть в форме общественного договора, и политикам стоит забыть о популизме в своих заявлениях.

Сергей Сторчак, замминистра финансов РФ:

— Думаю, да. Исходя из опыта, приобретенного во время прошлого кризиса, можно сказать, что мы найдем выход. Теперь мы знаем, что нужно действовать синхронно, энергично и в рамках апробированных механизмов. Убежден — американские события никаких последствий для мира иметь не будут, рынки подергает немножко, и все встанет на круги своя, системной проблемы я здесь не вижу. А люди на то и люди, чтобы волноваться и бурно реагировать. Пройдет время, успокоятся и они.

Валерий Назаров, гендиректор "Росагролизинга":

— Конечно, но не думаю, что он будет. Когда зарождается серьезный финансовый кризис, обычно все сглаживается и замалчивается, а в случае с США все публично и открыто. И потом, велико влияние паники. У нас, например, падение рынка прогнозировали до 7-8%, а он снизился на 2-3%. Конечно, наша компания имеет господдержку, но мы и сами минимизируем затраты: урегулировали отношения со страховыми компаниями, убрали всех посредников, работаем напрямую с поставщиками.

Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков:

— Я всегда готов, потому что мы как родились, так и живем в перманентном кризисе. Но сейчас внутреннего кризиса США я не вижу. Понижение рейтинга — результат всего, что накопилось за многие годы: дефицит бюджета рос, лимиты увеличивались, доллар несколько оттеснялся. Это естественный процесс, означающий, что не надо никого идеализировать. Американское понижение рейтинга будет влиять на мировую экономику, но до кризиса не дойдет. Проблемы ощутит Китай как один из главных партнеров США, а Европа, может быть, даже что-то и выиграет.

Вениамин Голубицкий, президент компании "Ренова-Стройгруп":

— Чтобы ответить, надо понимать масштабы явления. Нужно подождать — возможно, никакого кризиса не будет. 2008 год мы пережили, потому что были готовы к нему, в стратегии компании прописаны антикризисные меры, мы постоянно отслеживаем ситуацию. В случае усугубления положения люди начнут экстренно переводить деньги в недвижимость, потому что не так много осталось иного инвестиционного инструментария, куда можно без опаски вкладывать средства.

Оганес Оганян, председатель комитета Совета федерации по экономической политике:

— Готовы. Россия — часть мировой финансовой системы, и если что-то случится, то до нас точно дойдет. Не думаю, что масштабы нынешних событий в США будут как в 2008 году. Однако опасность есть: больше половины наших резервов хранятся в американской валюте, так что коррекция курсовой разницы и снижение рейтинга США означает изменение всех макроэкономических параметров. Отсюда — инфляция, снижение курса рубля, бегство инвесторов... Возможно, придется распечатывать свои резервы или занимать на внешних рынках. Сейчас нужно задуматься об изменении всей мировой финансовой архитектуры и предпринять усилия, чтобы доллар перестал быть главной резервной валютой мира.

Николай Петраков, директор Института проблем рынка РАН:

— Нет, ведь никакого кризиса не будет. Фондовый рынок никак не связан с экономикой России. Так что падает он или растет — не так важно. И все, что сейчас происходит в США, имеет значение только для наших чиновников и олигархов, которые держат деньги в Америке.

Александр Галушка, президент "Деловой России":

— Никто к нему не готовился, но бизнес всегда мыслит прагматично — будем адаптироваться к новым реалиям. Снижение рейтинга США — это разрушение основы. И сейчас ясно, что другой основы нет. Мы вступили в фазу переформатирования мировых экономических отношений. И основания для беспокойства, конечно, есть: американская экономика была якорем для всего мира. А искать новый будем долго. Но мы переживали и не такое.