Роль науки уголовного права в становлении и развитии отечественного уголовного законодательства до XVIII века

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 27 (318). Право. Вып. 38. С. 84-87.

Т. А. Родионова

РОЛЬ НАУКИ УГОЛОВНОГО ПРАВА В СТАНОВЛЕНИИ И РАЗВИТИИ ОТЕЧЕСТВЕННОГО УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

ДО XVIII ВЕКА

Рассматриваются узловые моменты влияния науки уголовного права на становление и развитие отечественного уголовного законодательства до XVIII в. Анализируются правовые источники и научные труды. Выявляется взаимодействие и взаимообусловленность норм уголовного законодательства, положений и идей науки уголовного права.

Ключевые слова: наука уголовного права, уголовное законодательство, роль науки уголовного права, история науки уголовного права.

Изучение истории становления и развития уголовно-правовых идей в России является важным условием формирования не только современной науки уголовного права, но и основой уголовной политики государства.

В XVIII в. впервые зарождается интерес к изучению истории отечественного права, в том числе уголовного. Обусловлено это, в частности, внушительным объемом и глубиной теоретических разработок, накопившихся к этому времени. В связи с этим возникла объективная необходимость их систематизации и последовательного изложения. Первым в данном направлении является труд В. Н. Татищева «История российская с самых древнейших времен неусыпными трудами чрез тридцать лет собранная и описанная»1. В нем автор «объясняет русские юридические термины, при этом не все они носят юридический характер, но все содействуют уяснению смысла и уголовно-правового характера»2. Одним из первых научных исследований развития уголовного права в России является фундаментальный труд Г. С. Фельдштейна «Главные течения в истории науки уголовного права в России», который был опубликован в Ярославле в 1909 г. При этом, по замечанию самого автора, главной задачей своего труда он видел выяснение «главнейших моментов в истории научной обработки материала уголовного права в России», критическую проверку и установление «точных фактов из истории науки уголовного права в России», выявление «главных особенностей процесса развития этой ветви юриспруденции в нашем отечестве»3.

По справедливому замечанию Г. С. Фельдштейна, «из истории права Запада мы знаем, что зачастую ученая деятельность юристов не только вела за собой законодательство, но вклады-

вала в него определенное содержание»4. Вместе с тем он отмечал, что «в русском праве ученая разработка права играла роль вторичную. Деятельность официальных органов, направленная на выработку проекта закона, на кодификацию, выступала суррогатом деятельности научной»4.

Уголовно-правовые идеи в исторической ретроспективе находят свое отражение не только в научных трудах, но также и в неспециальной юридической литературе, материалах политического характера. «Эволюция в области науки уголовного права обусловливалась нередко общими идеями, выработанными политиками, отвлеченными мыслителями и вообще людьми, стоящими далеко от уголовно-правовой науки и практики»4.

Следует различать историю науки уголовного права и историю уголовного законодательства. Последнее представляет собой хронологическую систематизацию всех правовых актов, содержащих уголовно-правовое институты.

Роль науки в развитии уголовного права исторически обусловлена правовыми, политическими, экономическими, социальными процессами в России. Первые проявления науки уголовного права не выходили за пределы простого описания уголовно-правовой практики. Это объясняется, прежде всего, отсутствием дифференциации права на частное и публичное, а также системы норм уголовно-правового характера.

Вместе с тем увеличение объема отдельных институтов и норм уголовного права, осмысление значимости их роли в регулировании общественных отношений, а также исследование природы, сущности указанных норм обусловили появление различных уголовно-правовых школ, течений уголовно-правовой мысли.

В период до конца XVIII в. в России появляются первые научные труды, посвященные уголовному праву. Особое значение среди них занимают идеи Д. А. Дриля.

Научные достижения в области уголовного права носили нередко строго практический характер, отсутствовало доктринальное осмысление основных идей уголовного права. Появление Свода законов Российской империи останавливают различные исследования по систематизации законов и их обработки.

Один из первых источников уголовного права — Русская Правда — появился «не путем научного заимствования, а, главным образом, путем решения судов на основании норм византийского права»5.

Далее Н. Шалфеев анализирует научную основу появления Уставной книги Разбойного приказа и отмечает, что в ней отражена переработка судебного и законодательного материала в общие нормы права и «все статьи книги образовывались также путем, каким шло все законодательство того времени, то есть путем частным, от конкретных случаев, вызывавших то или другое постановление»6.

По справедливому замечанию Г. С. Фельдштейна, ни в одном из законодательных сборников, предшествующих уложению, нельзя найти такой подготовительной работы, которая носила бы научный характер.

Изданное в 1833 г. историко-юридическое исследование Уложения 1649 г. отражает мысль автора В. Строева о том, что оно «не носит в себе никаких начал умозрительных, статьи его не были покорены никакой теории... расположение не представляет собой теоретического единства»7.

Вместе с тем стоит отметить, что такая деятельность государства по систематизации всех норм уголовного пава не лишена теоретической основы. Это подтверждает М. Ф. Владимирский-Буданов, который отмечает рецепцию права «в форме как бы научной»8. Анализ уголовноправовых институтов уложения раскрывает его происхождение из необходимости идти навстречу практической жизни и ее потребностям. Именно поэтому многими исследователями отмечается отсутствие его научной, теоретической основы.

Авторы отмечают, что развитие уголовного законодательства было обусловлено, прежде всего, развитием общественных отношений и отвергают существование научной доктрины и на-

учного творчества. При этом не отрицается собственно деятельность официальных лиц по совершенствованию уголовного законодательства, которая представляет собой не столько научную, сколько правовую практику.

Вместе с тем нельзя отрицать факт совершенствования законодательной техники при составлении правовых актов. Так, профессор Н. Н. Полянский писал: «Уложение 1903 года было вполне благопристойным по форме, европейским по проявленной в нем законодательной технике.»9

Составители правовых актов уголовно-правового характера нередко выявляли пробелы в законодательстве; указанные ими несовершенства устранялись. Вместе с тем развитие уголовного законодательства России было обусловлено нормативным влиянием зарубежного права. При этом механизм такого влияния со временем был связан уже с более сложными процессами рецепции. Заимствование норм уголовного права не было линейным, рецепция норм уголовноправового содержания, например в Уложении 1649 г., носила характер рационально-осмысленный.

Вместе с тем П. Бобровский отмечает, что при составлении воинских законов при Петре Великом «не чувствуется содействия научной доктрины. Заимствованные почти дословно из различных западных законов и подвергнутые целому ряду переделок, вызываемых практическими соображениями, законы эти были делом самой жизни, а не теоретических построений. Вводилось то, что было годно, и отбрасывалось то, что было негодно»10.

Отсутствие в уголовном законодательстве общей части с очевидностью свидетельствует

о слабом теоретическом отражении основных уголовно-правовых институтов. Такие вопросы, как вина, соучастие и другие, не выделяются в самостоятельный раздел.

Г. С. Фельдштейн отмечает, что законодательный опыт XVП-XVШ вв. свидетельствует о том, что ни приемы работы, ни сами результаты деятельности юристов не обнаруживают на себе влияния научной юриспруденции.

Таким образом, с одной стороны, требования необходимости правовых обобщений уголовно-правовых норм поднимали на более высокий уровень развития уголовное законодательство, с другой стороны, указанные обобщения не носили творческого характера, отсутствовало

доктринальное, теоретическое осмысление основных институтов уголовного права.

Впоследствии указанные пробелы пытались заполнить различными способами. Так, морально-нравственная основа природы преступления и наказания отражена в Домострое благовещенского попа Сильвестра, изданном в Москве в 1849 г. Также одной из первых попыток объяснить особенности уголовно-правовой системы России, ее основные проблемы является труд Г. К. Котошихина «О России» (1666-1667).

Исследование развития уголовного законодательства России периода XVIII в. отражает значительное влияние европейской теории уголовного права.

Влияние научной правовой доктрины, основных идей уголовно-правового характера XVIII в. наиболее ярко отражено в разработке «Наказа» Екатерины II. В основу «Наказа» были положены научные знания в области уголовного права; он представляет собой средоточие гуманистических идей. При этом наблюдается последующее влияние уголовно-правовых идей, содержащихся в «Наказе», на дальнейшее развитие теории и доктрины уголовного права России. Идеи борьбы с преступностью и ее предупреждения, требования построения рациональной системы уголовного права, бесспорно, стали ориентиром для законодателя.

Основными источниками для «Наказа» явились прогрессивные идеи уголовно-правового характера европейских ученых. Так, значительная часть текста (около 350 статей) заимствована из трактатов Ш. Монтескье «О духе законов» и Ч. Беккариа «О преступлениях и наказаниях». Остальные статьи являются компиляцией публикаций Д. Дидро и Ж. Д’Аламбера из знаменитой «Энциклопедии».

В «Наказе» отражена идея законности в уголовном праве. Статья 467 отражает мысль, что «вольность гражданина зависит во первых от изящества законов криминальных». Данное положение в полном объеме соответствует римским максимам nullum crimen sine lege и nullum poena sine lege (нет преступления без указания на то в законе и нет наказания без указания на то в законе). Таким образом, сформулировано правило: уголовный закон является твердой основой судебных решений по уголовным делам.

Статья 201 «Наказа» гласит: «...законы... не могут наказывать намерения». По смыслу до-

кумента, преступление предполагает действие, являющееся результатом воли лица.

В «Наказе» также определены основные свойства уголовного наказания. Так, ст. 205 закрепляет: «.оно должно оставлять след и запечатлеваться в сердцах людских»; ст. 220: «Наказанию надлежит быть готовому (prompte), сходственному с преступлением и народу известному (pub-lique)».

Далее указываются такие свойства уголовного наказания, как скорость и неприложность (certain) и неизбежность. Принцип неотвратимости наказания отражен и в ст. 222: «.когда люди подлинно знают, что преступающий законы непременно будет наказан».

Идеи Ч. Беккариа и Монтескье почти дословно воспроизведены в тексте «Наказа», в частности в ст. 240, в которой отражена идея предупреждения преступности, так как «гораздо лучше предупредить преступления, нежели наказывать». По справедливому замечанию Г. С. Фельдштейна, все уголовно-правовое содержание «Наказа» не сводится к простому механическому сопоставлению различных положений и трудов европейских ученых. В нем явствует строго логическое, последовательное, системное отражение уголовно-правового теоретического материала.

Таким образом, история развития науки уголовного права и уголовного законодательства до конца XVIII в. с очевидностью свидетельствует о том, что роль науки уголовного права постепенно увеличивалась, что она влияла на формирование уголовного законодательства. Историкоправовой анализ развития науки уголовного права в России отражает и отсутствие собственной научной литературы, теоретических обобщений, доктринальной оценки действующего законодательства, и успешное преподавание уголовного права в учебных заведениях, и разработку уголовно-правовых школ, и появление переводной литературы. Следовательно, роль науки уголовного права в развитии уголовного законодательства представляет собой исторически обусловленный процесс взаимодействия теоретических и законодательных конструкций и юридической практики.

Примечания

1 См. подробнее: Татищев, В. Н. Собрание сочинений : в 8 т. М. ; Л. : Наука, 1962-1979 (переизд.: М. : Ладомир, 1994).

2 Фельдштейн, Г С. Главные течения в истории науки уголовного права в России. М. : Зерцало, 2003. С. 198.

3 Там же. С. 1-2.

4 Там же. С. 4.

5 Там же. С. 15.

6 Шалфеев, Н. Об Уставной книге Разбойного приказа. СПб. : Тип. Мор. м-ва, 1868. С. 10.

7 Цит. по: Фельдштейн, Г. С. Указ. соч. С. 20.

8 Там же. С. 21-22.

9 Полянский, Н. Н. Царские суды в борьбе с революцией 1905-1907 гг. М., 1958. С. 9.

10 Бобровский, П. Военные законы Петра Великого в рукописях и первопечатных изданиях (историкоюридическое исследование) // Журн. гражд. и уголов. права. 1887. № 1. С. 68-103.