О языке и истории лемков: библиографический очерк

П.А. Бушуев

О языке и истории лемков: библиографический очерк

Abstract:

Bushuev P. A. About the Language and the History of Lemkos (A Literature Survey).

The article offers a survey of principal scholarly and popular works describing the language, the history, the traditional culture of Lemkos, an ethnographic group of Rusyns. Ключевые слова: лемки, русины, лемковский диалект, Лемковщина, Подкарпатская Русь.

Лемки - самая западная группа русинского народа, исконной территорией проживания которой являются северные склоны Карпат. Регион обитания лемков (Лемковщина) в настоящее время разделен между Польшей (юго-восток страны) и Словакией (Пряшевский регион).

Литература, описывающая лемков, их язык, быт, традиции, историю, на первый взгляд, довольно обширна: сборник Записок научного товарищества им. Шевченко «Лемковщина» (т. 206) дает библиографический список из 1025 источников. Диапазон работ очень широк - от солидных монографий до статей в 1 -2 страницы, опубликованных в районных газетах.

Однако при всем обилии источников, предоставляемом сборником «Записок...» и другими библиографическими сводками1, возникает серьезная проблема, связанная с выделением собственно лемковской тематики. Суть вопроса в том, кого называть лемками. Например, уже упомянутый выше сборник «Лемковщина» причисляет к лемковской литературе все источники, так или иначе затрагивающие тему русинов. Вопрос разрешается по-разному в зависимости от времени создания работы, языка, на котором работа написана, и часто от конкретной историко-политической ситуации в стране проживания автора. Итак, если автор ставит знак равенства между понятиями «лемко» и «русин» (что исторически и лингвистически необоснованно), то в фокусе внимания оказывается огромный пласт источников - от древнерусских летописей (например, Повести временных лет), исторических хроник Румынии, Молдавии, Австрии, Венгрии, Польши до резолюций и решений 3-го ЕНКПР2 2009 г., от путевых записок Ф.Н. Глинки, исследований И.С. Орлая, Ю.И. Венелина, Е.Ю. Перфецкого, А.В. Духновича до работ П.Р. Магочия, А.Д. Дуличенко.

При адекватной постановке вопроса, лемки - этнографическая группа русинов, носителей лемковского диалекта русинского языка3, либо этнографическая группа украинцев, носителей одного из западноукраинских

О языке и истории лемков: библиографический очерк

241

говоров4. Если опираться на такую точку зрения, то в сферу наших интересов попадает относительно небольшое число источников, описывающих традиции и язык данной этнографической группы. Необходимо отметить, что термин «лемко» стал входить в употребление примерно с середины XIX в. - до этого население северных склонов Карпат называло себя русинами, руснаками, руськими.

Литература, которую предполагается осветить в данной статье, включает три основные группы источников:

1) лингвистические работы;

2) исторические работы;

3) меморатно-этнографические работы.

Первую группу составляют научные (чаще всего) труды диалектологов, фольклористов, этнолингвистов, грамматические описания диалекта. Вторая группа представлена как трудами профессиональных ученых, так и сочинениями любителей, интересующихся данным вопросом. Третья группа состоит из работ, представляющих собой сборники воспоминаний самих лемков о жизни в Лемковщине, народном укладе, традициях. Авторы рассказывают о себе, своих односельчанах, родственниках.

В данной статье мы не претендуем на полное описание каждой из вышеперечисленных групп. Нашей целью будет освещение наиболее ярких работ, внесших значительный вклад в изучение лемковской народной культуры.

Лингвистические работы

Наиболее ранней серьезной работой, основательно описывающей диалект лемков, является монография И. Верхратского «О говоре галицких лемков»5.

В своей работе автор описывает фонетику, морфологию и частично синтаксис говора. Кроме того, им собран обширный диалектный материал лемковского говора в Польше (более 3 тыс. слов) и в Словакии (1650 слов).

Период между двумя мировыми войнами был наиболее плодотворным в плане развития и изучения культуры лемков. Так, в 30-е годы XX века вышли масштабные работы М. Малецкого, З. Штибера, И. Зилинского и др.

Языковой атлас польского Подкарпатья М. Малецкого и К. Нича6 состоит из 500 карт, описывает 40 населенных пунктов. Несмотря на то, что авторы не употребляют термин «лемки», территория, на которой Малецкий проводил свои исследования, включает территорию Лемковщины. Термин «польское Подкарпатье» предполагает изучение говоров на территории от южных границ Польши до линии Рыбник - Освенцим - Краков - Бохня -

242

П.А. Бушуев

Тарнув - Ропчице - Ланьцут на севере. Северные границы лемковского диалекта идут по линии Новы-Сонч - Сянок.

Вопросник Малецкого довольно широк, он охватывает различные сферы лексики (село, староста, различные аспекты жизни населенного пункта; смерть, гроб; семья, термины родства; хозяин, сосед; орудия труда; церковная лексика; обращение к пожилым людям; название праздников, праздничных шествий; незаконнорожденные дети; дом и его части; части плуга, воза; пастушеская терминология; названия злаков, земледелие; дерево; рельеф, водоемы; дорога; ветер; атмосферные осадки; время суток; выпечка; ткань, одежда; различные глагольные формы и идиомы; цвета). Анализ карт Языкового атласа польского Подкарпатья указывает на сходство западного и восточного районов. В центральной части (к югу от Кракова) чаще встречаются полонизмы. Скорее всего, это объясняется влиянием крупного города на село, более тесным контактом диалекта в этом регионе с литературным польским языком.

Значительный интерес представляют работы И. Зилинского, предметом исследования которого стали фонетика, морфология отдельных лемковских говоров. Именно, в статьях Зилинского рассматриваются проблемы границ говоров - лемковского и бойковского7. Автор исследовал проблему влияния польского языка, а также существование локальных лемковских говоров в польском языковом окружении (в Новотаргском и Кросненском поветах).

Статьи Зилинского собраны в недавно изданном сборнике «Работы о говорах Лемковщины»8.

На этот же период времени приходятся работы И. Панкевича, уделявшего внимание описанию говора лемков, проблемам лемковско-бойковского пограничья, сопоставлению говора с наречиями Подкарпатской Руси.

Языковой атлас старой Лемковщины З. Штибера9 состоит из 413 карт, описывает 80 населенных пунктов. Заявленный вопросник содержит 390 вопросов. Географически территория исследований атласа несколько «сдвинута» на юг, так как по данным Штибера большая часть территории лемковского говора находится в Словакии. Примечательно, что к моменту начала публикации атласа лемки были переселены на Украину и в западные регионы Польши, следовательно, основной материал был собран Штибером до войны, видимо, поэтому автор не акцентирует внимания на проблеме информантов.

Тематика вопросника несколько непоследовательна, вопросы часто повторяются, скорее всего, это связано с тем, что восемь томов атласа выходили с промежутком в год-два и какие-то факты уточнялись и

О языке и истории лемков: библиографический очерк

243

дополнялись в ходе работы над материалом. Атлас отражает лексику следующих семантических групп: дом, хозяйство, орудия труда, одежда, продукты, домашние животные, пастушеская лексика, птицы, насекомые, деревья, ягоды, овощи, зерновые, праславянские рефлексы, дорога, географические названия, окружающий мир, термины родства, части тела, явления природы, числительные, устойчивые выражения, грамматические формы.

Еще одна работа З. Штибера «Диалект лемков. Фонетика и фонология»10, написанная в 1939 г., содержит детальные сведения о фонетике и фонологии лемковского диалекта и является по сути комментарием к материалам Языкового атласа старой Лемковщины.

Ученик З. Штибера Я. Ригер анализировал лемковские говоры в аспекте общекарпатского фона, исследовал связи диалекта с словацким и польским языками. Его работа «Лемковская лексика и ономастика»11 содержит объемные словари лемковской топонимики, антропонимики, словарь фамилий.

Атлас бойковских говоров Ригера12 также представляет интерес, причем не только в сопоставительном аспекте. Основной материал атласа собран С. Грабецом под руководством Штибера в 1937-1939 гг. Обработано 163 населенных пункта по четырем программам. Материал охватывает западную и центральную Бойковщину (за исключением лемковско-бойковского пограничья), к северу он показывает частично и надсанское, и надднестрянское пограничье. Поэтому в атласе Ригера использованы показания восточной части лемковского атласа Штибера (включено 25 пунктов Языкового атласа старой Лемковщины), причем использовались записи З. Штибера, не вошедшие в его атлас. В предисловии автор особо оговаривает проблему информантов: «информаторы - остатки лемковского и бойковского населения, которые в подавляющей части вне дома не пользуются уже своим диалектом. Иногда единственными информаторами были поляки, до войны двуязычные». Записи Ригера частично дополняют данные Штибера, например, пополнено 7 пунктов Атласа Штибера и добавлено 22 новых пункта.

В вопроснике атласа Ригера представлены следующие семантические группы лексики: жилой дом, двор, сельскохозяйственный инструмент, сельское хозяйство, животноводство, пастушеская терминология, растения, животные, еда, семья, степени родства, профессии, географическая терминология, время и атмосферные явления, разное (фонетика, грамматика).

Лингвистический атлас украинских народных говоров Закарпатской области И.А. Дзендзелевского13 - один из источников сопоставительного

244

П.А. Бушуев

анализа при исследовании лемковской лексики. Сбор материала автор начал в 1952 г., уже после выселения лемков, поэтому большее внимание уделяется собственно закарпатским диалектам, а также бойковскому и гуцульскому говорам Карпатского региона.

Работа по созданию атласа осуществлялась в трех направлениях:

1) описание лингвогеографическим методом отдельных лексических групп;

2) изучение лексики местных письменных памятников; 3) составление лингвистического (главным образом лексикологического) атласа. Автор концентрирует внимание на том, что, по его мнению, изучение диалектной лексики нужно вести не дифференциально (описание так наз. особенностей), а системно, то есть, анализируя все составные компоненты той или другой лексической группы.

Описательная часть работы состоит из введения, в котором кратко излагается история изучения лексики закарпатских говоров, и трех глав: 1) принципы составления региональных атласов; 2) украинско-западнославянские лексические ареалы; 3) классификация говоров Закарпатской области и их связи с другими диалектами украинского языка. Вторая глава, особенно интересная с точки зрения лемковской тематики, состоит из нескольких частей: украинско-западнославянские лексические ареалы (рассматривается 208 слов, которые засвидетельствованы в диалектах и говорах украинских, польских, словацких); украинско-польские лексические ареалы (рассмотрено 68 слов); украинско-словацкие лексические ареалы (рассмотрено 70 слов).

Выделяя пять основных типов закарпатских говоров (гуцульские, верховинские, мараморошские, боржовские, ужанские), автор приводит лексические доказательства влияния родственных говоров северных склонов Карпат. Лексический анализ, осуществляемый Дзендзелевским, дает очень интересные результаты, проливающие свет на проблему происхождения русинских говоров. Так, бойковский, гуцульский «и иные» говоры (по-видимому, лемковский) автор относит к говорам новой формации, а говоры Закарпатской области - к более древней группе, долго находившейся в изоляции.

Общеславянский лингвистический атлас (ОЛА)14 охватывает исконно славянские языковые территории и территории давней славянской колонизации, на которых сложились современные славянские языки в их диалектах.

Вопросник ОЛА ориентирован на историко-сравнительное изучение славянских языков, на генетическую и диахроническую проблематику. Вопросник содержит два раздела: 1) список языковых явлений; 2) список вопросов. В первый раздел входят следующие предметно-понятийные

О языке и истории лемков: библиографический очерк

245

группы: животный мир, животноводство, растительный мир, сельское хозяйство, транспорт и пути сообщения, народная техника, строительство, домашнее хозяйство и приготовление пищи, одежда и обувь, человек, гигиена, медицина, степени родства, личные черты, профессии и общественная жизнь, обычаи, метеорология и обозначение времени, рельеф местности, числительные, ономастическое дополнение. Второй раздел состоит из трех подразделов: тематического, грамматического, семантического. Общий объем вопросника - 3454 вопроса, обработано 853 населенных пункта.

В списке пунктов атласа мы можем выделить несколько, имеющих (фактически или территориально) отношение к Лемковщине: 309 ¿аЬтса (РЯЪ); 310 JaЫonka (PRL) - в комментарии к пункту указывается, что население состоит из поляков и словаков; 317 Sromowce Wyzne (PRL); 319 Jodl6wka (PRL); 326 Paclaw (PRL), комментарий: «в соседней деревне много украинцев»; 325 Niebieszczany (PRL); 218 Liptovsky Jan (CSSR) «вероисповедание - евангелисты, католики»; 227 Р^тса (CSSR) «большинство - католики, меньше - евангелисты»; 229 Sedlice (CSSR), «большинство - католики, меньшинство - евангелисты»; 233 СаЬа1оутсе (CSSR). Географическое расположение населенного пункта и комментарии собирателя могут указывать на наличие носителей лемковского диалекта. Например, лемков часто называют словаками или украинцами. Принадлежность к евангелистам (особенно в Польше) также с большой долей вероятности указывает на лемков. Необходимо отметить, что чаще всего данные с польской части исторической Лемковщины не могут иметь отношения к лемковскому диалекту, так как первые шаги по подготовке атласа были осуществлены в 1956 г., а комплексно материалы к ОЛА начали собирать с 1965 г. Напомним, что лемки были переселены со своих исконных земель в 1945-1947 гг.

Однако материалы ОЛА очень ценны при сопоставлении собранного лемковского материала с данными Закарпатья (русины), Прикарпатья (бойки, гуцулы), Восточной Словакии (лемки), Воеводины (бачванские русины).

Например, записанное у лемков-переселенцев во Львовской области наименование ячменя - ]'арец' при сопоставлении с материалами ОЛА15 имеет соответствия на территории Закарпатья и северо-востока Словакии. На территории Польши бытует термин «§сьтепь». Сходные результаты дает анализ карты 20 - «зерновые культуры»16. Лемковские названия картофеля очень разнообразны. Нами записано пять вариантов: зим'акы, крумплi, барабол'а, бандуркы, трулi. Зим'акы - zemiak (южная Польша, северная Словакия), трулi - grul'a / grul' (восточная Словакия), бандуркы -

246

П.А. Бушуев

ЬаМшгка (восточная Словакия), барабол'а - barabola / baraboli (Прикарпатье), крумплi - krumpl'i (Закарпатье, центральная Словакия).

Анализ тематических групп животного мира17 указывает на карпато-балканские параллели, например, карта 8, Хорек: dъvorjь у сербов, лужичан, лемков. Некоторые лексемы не находят соответствий, например, летучая мышь - перхач (лем.) не отражена ни в одном из 31 представленного варианта ОЛА.

Общекарпатский диалектологический атлас (ОКДА) отражает ряд лингвистических результатов длительных этноязыковых контактов между славянским и неславянским населением в карпато-балканской макрозоне. Атлас имеет лексико-семантическую направленность и в первую очередь включает лексику традиционного народного быта.

Выпуск «Лексика в ОКДА»18 дает возможность сравнительного анализа лексики лемковских говоров с языками карпатского региона. Однако кроме сопоставительного потенциала ОКДА имеет в своей сетке пункты, географически соотносимые с лемковской территорией. К ним можно отнести: 18 Посада Ясьлиска (ПНР), 20 Команча (ПНР), 46 Зборов (ЧССР), Бехеров (ЧССР), 48 Местиско (ЧССР), 49 Велька Полчна (ЧССР), 50 Збойне (ЧССР), 51 Бела над Цирохой (ЧССР).

Сборник «Рождение нового славянского языка»19 по редакцией П.-Р. Магочия , вышедший в 1996 г., включает в себя статьи А.Д. Дуличенко, П.-Р. Магочия, В. Ябура, Н. Льяша, А. Зозуляка, А. Плишковой, М. Сысака, предваряемые вступительной статьей Н.И. Толстого. Фиксируя братиславскую декларацию о кодификации русинского языка в Словении 27 января 1995 г., авторы анализируют лингвистические перспективы, открывающиеся перед языком лемков восточной Словакии. Рассматриваются проблемы русинского языка в контексте славянских микроязыков, вопросы выбора аспектов, определяющих языковую норму, обсуждаются перспективы дальнейшего развития.

Весьма интересна работа А. Бигуняка и А. Гойсака «Лемшвський словничок»20. Большая часть материала собрана А. Гойсаком, А. Бигуняк дополнял, редактировал и издавал работу. Словарь Бигуняка-Гойсака, изданный в 1997 г. на Украине, содержит более 2200 лексем. Говоря о достоинствах материала, представленного в словаре Бигуняка-Гойсака, нужно отметить, что собиратели работали в украиноязычной среде и при этом отбирали слова, присущие исключительно лемкам, имеющие лемковские фонетические или словообразовательные особенности: «У даному словничку з1брано, звичайно, тшьки частину тих розмовних лемшвських сл1в, яш рвдко, або зовс1м не зустр1чаються в украшськш лггературнш мовЬ>21.

О языке и истории лемков: библиографический очерк

247

Материалы А. Гойсака представляли собой, по-видимому, словарь говора одного лемковского села - Высова. А. Бигуняк, используя материал А. Гойсака, многое переработал и добавил. Основным достоинством редакторской и соавторской работы А. Бигуняка является то, что работа перестала быть словарем одного локального говора. «Лемшвський словничок», изданный в 1997 г., можно рассматривать как одну из первых попыток лексической, фонетической (во вступительной части) и грамматической (приложение) кодификации малого славянского литературного языка, осуществленную его носителями.

Для этнолингвистического описания представляют большую ценность приложения словаря, в которых собраны присказки и частотные выражения, фразы, выражающие удивление, приветствия, названия месяцев, частей плуга, деталей телеги, ткацкого стана, конской упряжи.

Наиболее масштабной работой в современной русинской лексикографии является словарь И. Керчи22. В словаре представлена общерусинская лексика, частью которой является лексика лемковского диалекта. Словарь И. Керчи включает в себя более 58 тыс. слов. Основные источники «Русско-русинского словаря» И.Керчи - венгерско-русинский словарь Бокшая, Ревая, Бращенко 1928 г.23, сербско-русинский словарь Рамача, Фейсы, Мадеши 1997 г.24, русинско-венгерский словарь Чопея 1883 г.25, лемковско-польский словарь Горощака 2004 г.26 и другие. На сегодняшний день «Русско-русинский словарь» И. Керчи - наиболее удачная и полная работа, кодифицирующая лексику русинского языка.

Словарь Горощака, упоминавшийся выше в качестве одного из источников словаря Керчи, нельзя обойти вниманием, говоря о лингвистической лемковской литературе. Словарь Я. Горощака состоит из более 13 тыс. лексических единиц, кроме того, в приложении автор дает лемковскую фразеологию, фонетические и грамматические основы лемковского диалекта.

Грамматика лемковского языка М. Хомяк, Х. Фонтански (Miroslava Chomiak, Henryk Fontanski, Gramatyka j^zyka lemkowskiego / Граматыка лемковского языка. Warszawa, 2004) представляет собой учебник для школ Лемковщины, в которых детей обучают родному языку. Интересно, что за исключением вступления, учебное пособие написано на лемковском языке (за образец которого взяты опыты периодики и художественной литературы довоенного времени).

Учебник состоит из восьми разделов: фонетика, графика, орфография, словообразование, морфология, синтаксис, пунктуация, лемковско-польский словарь лингвистических терминов.

248

П.А. Бушуев

Несмотря на то, что издание предназначено для гимназии, начальной и средней школ, подача материала осуществляется на высоком лингвистическом уровне. Подробно и систематически изложенный материал иллюстрируется примерами из произведений лемковской литературы.

Кандидатская диссертация Г.Ф. Ступинской27 является первым в украинском языкознании системным исследованием фразеологии лемковского говора. В работе выявлены и описаны акцентуационные, фонетические и лексико-грамматические диалектные особенности лемковских фразеологизмов, выявлены особенности организации фразеологических единиц.

В кандидатской диссертации М.М. Алексеевой28 проведен сопоставительный анализ лемковских говоров Польши и Украины. В результате выявлены расхождения в фонетике, морфологии, синтаксисе и лексике, вызванные функционированием в различных условиях и являющиеся результатами интерференции со стороны контактирующих с говорами языков - польского и украинского. Автор прослеживает зависимость активности интерференционных процессов от экстралингвистических факторов. Согласно результатам исследования М.Алексеевой, переселенческие говоры в Польше и на Украине демонстрируют тенденцию к угасанию.

Исторические работы

Период второй половины XIX - начала XX вв. был богат историческими и этнографическими исследованиями Карпат русскими учеными. Русинский вопрос хорошо освещался в публицистике, происходил непрерывный культурный обмен, начавшийся еще при Петре I и достигший апогея в первой половине XIX в. Русинская интеллигенция (часто получавшая образование в Российской Империи) со своей стороны осознавала себя частью русского мира. Именно контакты с Россией породили в среде русинской интеллигенции «будителей», положивших начало славянскому возрождению в Карпатской Руси.

Александр Духнович - ярчайшая фигура русинского возрождения. Поэт, педагог, драматург и историк, Духнович столкнулся с практической задачей: необходимы были пособия, по которым могло бы получать образование русинское население. Когда Духнович начал работать над «Истинной историей карпато-россов»29 (впервые опубликована в 1853 г.), у него было всего три предшественника - И. Базилович, И.С. Орлай, М. Лучкай. Автор описывает историю региона и населяющего его народа с

О языке и истории лемков: библиографический очерк

249

древних времен и заканчивает положением русинского народа в Австро-Венгерской империи.

Работы Г. Купчанко30 носили ярко выраженный просветительский характер и были рассчитаны на широкую аудиторию.

Одной из первых работ, выделяющих лемков как особую этническую группу русинов, была работа И. Вагилевича «Лемки, жители западных

Карпат»31.

Большой интерес в историко-этнографическом плане представляют работы Я.Ф. Головацкого32, помимо прочего уделявшего внимание лемкам. Ректор Львовского университета, разделявший идею русского национально-культурного единства, в своих работах подчеркивал общность русинов и славян Российской империи.

Работы по русинской, в том числе, лемковской тематике были подытожены подробным обзором Перфецкого. Е.Ю. Перфецкий33 анализирует угрорусскую историографию с 1641 г.34 по начало XX в., находя много тенденциозности, априорности, выделяя, однако, несколько удачных работ.

Одной из самых интересных работ, написанных на «лемковском языку», на наш взгляд, является работа Лемкина «История Лемковщины»35. Книга состоит из пяти частей, подробно и очень поэтично описывающих географию, культуру, традиции, ремесла, верования и обычаи, а также историю русинов-лемков от принятия христианства до выселения лемков из Польши. Кроме того, автор приводит краткие биографии ученых, писателей, поэтов Лемковщины. Завершает работу список работ, описывающих лемковскую культуру, на десяти языках. Подробный исторический материал сопровожден большим количеством фотографий - от лемковских церквей и культурных деятелей до фольклорных коллективов.

Работы второй половины XX в., изданные за рубежом, а также издававшиеся после 1990 г. имеют особую специфику. Учитывая характер истории как науки, ее зависимость от идеологических установок, а также безграничный агитационный потенциал, легко предположить, что такие произведения весьма разнообразны и противоречивы. Наиболее объективными исторически являются работы, основанные на архивных данных и требующие минимального количества выводов и обобщений. К сожалению, подобные труды - большая редкость в новейшей исторической литературе о лемках.

Ярким представителем этой редкой разновидности является труд И. Красовского «Фамилии галицких лемков в XVIII столетии» (I. Красовський, Прiзвища галицьких лемшв у XVIII ст. Львiв, 1993). Профессор Львовского университета Иван Красовский, уроженец лемковского села Дошно,

250

П.А. Бушуев

обработав около трехсот томов Иосифинского земельного кадастра 17871788 гг. вычленил 4258 лемковских фамилий и организовал их в таблицу с указаниями места проживания и количества семей с такой фамилией.

Если в предыдущей работе И. Красовскому почти удалось избежать националистического пафоса, то в его следующей работе «Кто мы, лемки...»36 уже настойчиво указывается, что «лемш - споконв1чна частина укранського народу». Во главу угла ставятся исторические сведения, тщательно и интересно описанные. Большое внимание уделяется повстанческому движению XV в., австрийскому периоду истории.

Одной из последних работ непрофессиональных историков, рассматривающих историю лемков в контексте истории русинов, является работа А. Фатулы «Подкарпатская Русь. Краткий исторический очерк»37. Особенно подробно автор останавливается на культурных связях Подкарпатской Руси и России, а также на исторических перипетиях русинской истории XX в.

Меморатно-этнографические работы

Видное место в этнографическом описании осколков лемковской культуры в Польше принадлежит профессору Р. Рейнфусу. Целый ряд его статей описывает материальную культуру лемков, их уклад, этнографические границы38. Вышедшая в 1990 г. монография Рейнфуса «По

39

следам лемков»39 суммирует многолетние исследования автора, а также других польских этнографов, например, А. Квилецкого40, уделявших внимание теме лемков.

В последние годы растет число работ, написанных лемками Украины, Польши, Словакии, России, США и представляющих собой сборники воспоминаний, фотографий, отчетов о культурных событиях современной жизни лемков.

Брошюра «Скучаю по тебе, моя Лемковщина»41, изданная лемковским обществом г. Дрогобыч (Львовская обл.), состоит из трех разделов: «Из истории Лемковщины», «К шестидесятилетию депортации», «Биографические сведения». Лаконичная вступительная статья иллюстрируется воспоминаниями людей о своем селе, односельчанах, ярких событиях начала XX в., переселении на Украину.

Книга М. Желема «Мацина Великая - лемковское село»42, изданная объединением лемков г. Борислава (Львовская обл.), рассказывает о культуре Лемковщины на примере одного из старейших сел (осн. в 1337 г.). Основной предмет описания - быт и традиции лемковских сел, кроме того, затрагиваются ключевые исторические события. Последние главы книги рассказывают о «феномене Борислава» - города, куда стекались жители с.

О языке и истории лемков: библиографический очерк

251

Мацина Великая, переселенные изначально в разные области УССР. Сейчас это своеобразная «лемковская столица», где организуются фестивали народной лемковской песни, съезжаются переселенцы из разных стран.

Ярким явлением мемуарной лемковской литературы стала книга «Воспоминания» П.Ф. Шевчика43, уроженца лемковского села Криница, переселившегося в СССР в 1939 г. В книге повествуется, как накануне Второй мировой войны у русинской молодежи были необычайно сильны москвофильские настроения, и более сорока тысяч молодых людей перешло границу СССР, желая строить новый справедливый мир в братском государстве. Большинство из них оказалось в лагерях по подозрению в шпионаже. Позднее именно эти русины составят костяк добровольческого чехословацкого корпуса Л. Свободы. Автору мемуаров повезло: окончивший польскую гимназию молодой человек был направлен учителем в западные области Украины. Примкнув к отступающей Красной армии, Шевчик прошел всю войну. Сейчас он - преподаватель иностранных языков в университете Астрахани.

Яркая жизнь, светлая память, литературное дарование позволили автору «Воспоминаний» подробно осветить обряды, быт, язык лемков. Характеризуя диалект, Шевчик подробно описывает фонетику и особенности морфологических форм и синтаксиса диалекта, рассматривает проблемы правописания и грамматики в лемковском диалекте. В приложении даются таблицы склонения местоимений, спряжения глаголов.

В заключение обзора следует добавить, что существуют работы так наз. «смешанного» типа, т.е. освещающие так или иначе и язык, и народную культуру, и историю лемков. Так, сборник «Лемковщина»44 представляет собой попытку комплексного описания лемковской культуры. Каждый из двух томов сборника состоит из нескольких частей: география (Б. Струминский, И. Стебельский); история (север - И. Гвать, С. Голяш, юг - О. Баран); литература (север - М. Дзвинка, юг - И. Сирка); язык - Б. Струминский. Завершает первый том раздел таблиц и документов. Второй том включает раздел «этнография», включающий историю вопроса и собственно этнографический очерк. Север (то есть территория Польши) -раздел «материальная культура» написан И. Красовским, «духовная культура» - М. Сивицким. Этнографический очерк южной части Лемковщины (восточная Словакия) написал М. Мушинка. Кроме того, второй том включает раздел «эмиграция», автор - Я. Падох.

История создания сборника непроста. Начал собирать материал Б. Загайкевич. После его смерти во главе проекта встал В. Кубийович. После отказа от работы последнего, Организация обороны Лемковщины (ООЛ) обратилась в Украинский научный институт Гарвардского университета с

252

П.А. Бушуев

предложением о сотрудничестве. В 1976 г. научные сотрудники УНИГУ Б. Струминский и П. Магочий составили новый план сборника.

Материал, представленный в сборнике, подробный и объемный, очень часто не лишен ангажированности, - авторы описывают русинскую проблематику в основном с украинофильских позиций. Наиболее полно представлен раздел этнографии и истории. Сборник содержит редкие карты, на которых нанесены все лемковские села, в документальных разделах представлены архивные данные, например, об операции «Висла».

Таким образом, материал, описывающий лемковскую культуру по трем основным направлениям - лингвистическому, историческому, меморатному - довольно обширен. Наибольшее внимание мы постарались уделить направлению, описывающему языковые проблемы. Описание исторических источников представлено нами гораздо более конспективно. Несмотря на то, что историческая литература по лемкам очень многочисленна, она имеет общий недостаток, на который указал еще Е.Ю. Перфецкий в 1914 г., описывая русинскую историографию: работы повторяют выводы предшественников, перевоспроизводят факты без должного анализа. Описание третьего выделенного нами направления -меморатно-этнографической литературы - также является далеко не полным. Однако предполагается, что перечисленные работы в достаточной мере передают общий пафос подобного рода литературы, отражая, к тому же, его потенциал с точки зрения изучения народной культуры лингвистами, этнографами и историками.

Примечания

1 Magocsi P. -R. A Bibliography, 1964 - 2000. Toronto, 2000.

2 Европейский Национальный Конгресс Подкарпатских Русинов.

3 Такого взгляда на проблему придерживается П.Р. Магочий и др.

4 Взгляд на проблему, разделяемый украинскими учеными.

5 Верхратський I. Про говор галицьких лемгав. Львiв, 1902.

6 Maiecki M., Nitsch K. Atlas j^zykowy polskiego Podkarpacia. Kraków, 1934.

7 Зтинський I. Питання про лемгавсько-бойювську границю// Lud Slowianski. Т. IV. 1А. 1936.

8 Зтинський 1. Пращ про говiрки Лемювщини (вщ Попраду до Ослави). Горлищ, 2008.

9 Stieber Z. Atlas j^zykowy dawnej Lemkowszczyzny. Т. I-VIII. Lódz, 1956-1964.

10 Stieber Z. Dialekt Lemków. Fonetika I fonología. Wroclaw, 1982.

11 Rieger J. Slownictwo i nazewnictwo lemkowskie. Warsawa, 1995.

12 Rieger J. Atlas gwar bojkowskich, 7 t.// Lódzkie towarzystwo naukowe. Lódz, 1981-1991.

13 Дзендзелевский И.А. Лингвистический атлас украинских народных говоров Закарпатской области УРСР. Т. I. Ужгород, 1958; Т.П, 1960.

14 Общеславянский лингвистический атлас. Материалы и исследования. М., 1974.

15 Общеславянский лингвистический атлас. Материалы и исследования. М., 1974, карта 19.

16 Общеславянский лингвистический атлас. Материалы и исследования. М., 1974, карта 20.

О языке и истории лемков: библиографический очерк

253

17 Общеславянский лингвистический атлас: Серия лексико-словообразовательная. Вып. I. Животный мир. М., 1988.

18 Лексика в ОКДА. I, М., 1989.

19 Magocsi P. -R. A new Slavic language is born. The Rusyn literary language in Slovakia. New York, 1996.

20 http://lemko.org/lemko/slovnyk.html

21 http://lemko.org/lemko/slovnyk.html

22 Керча И. Русинско-русский словарь. В 2Т. Ужгород, 2007.

23 Magyar-rusin szötar. Мадярсько-руський словарь. Ужгород, 1928.

24 Спрско-русински речник. Словш'к сербско-руски. В 2Т. Београд, 1997.

25 Русько-мадярский словарь. Будапешт, 1883.

26 Horoszczak J. Slownik lemkowsko-polski, polsko-lemkowski. Warszawa,2004.

27 Стутнська Г.Ф. Фразеолопя лемкiвського говору украшсько! мови. Ивано-Франковск, 2000.

28 Алексеева М.М. Функционирование современных переселенческих лемковских говоров в Польше и на Украине: языковая ситуация и языковые изменения. М., 2009.

29ДухновичА.В. Истинная история карпато-россов. // Русскш Архивъ. 1914. №5.

30 Купчанко Г. Буковина и еи русски жителй. Вздень, 1895. Купчанко Г. Галичина и еи русскй

жителй. Вздень, 1896. Купчанко Г. Угорска Русь и еи русскй жителй. Вздень, 1897.

31 Вагилевич I. Лемки, мешканщ захщних Карпат. 1841. // Народна творчють та етнографiя, Кшв, 1965, №4.

Ъ2Головацкий Я. Историко-этнографический очерк Галичины и Угорской Руси. // Журнал Министерства народного просвещения. С.-Пб., 1877. Головацкий Я. О костюмах или народном убранстве русинов или русских в Галичине и северо-восточной Венгрии. С.-Пб., 1877. Головацкий Я. О народной одежде и убранстве русинов или русских в Галичине и северовосточной Венгрии. // Записки Императорского русского географического общества по отделению этнографии. Т.VII. С.-Пб., 1877. Головацкий Я. Этнографическая карта Галичины, северо-восточной Угрии и Буковины. Издание Императорского общества истории и древностей российских при Московском университете, 1878.

33 Перфецкш ЕЮ. Обзор Угрорусской исторюграфш. // ИзвЪс™ отдЪлешя русскаго язика и словесности императорской академш наукъ. СПб., 1914. С.291-341.

34 Фрелих Д. Viatorium. // Ульмское издание. 1641.

35 Лемкин И. Ф. История Лемковины. Издание Лемко-Союза в США и Канад1, 1969.

36 Красовський I., Солинко Д. Хто ми, лемки... Популяний нарис. Льв1в, 1991.

37 ФатулаА. Подкарпатская Русь. Краткий исторический очерк. М., 2009.

38 Reinfuss R. «Budownictwo ludowe na zachodniej Lemkowszczyznie», Lud, т. XXXII, Львов, 1935. Reinfuss R. «Hodowla I pasterstwo na Lemkowszczyznie. Zaj§cia pozarolnicze», Nad rzek^ Rop% Краков, 1965. Reinfuss R. «Lemkowie jako grupa etnograficzna» Prace i Materialy z Etnografii. Т.7. Люблин, 1948. Reinfuss R. «Lemkowie. Opis etnograficzny», Wierchy, p. 14, Краков, 1936. Reinfuss R. «Obröbka lnu I wyröb plötna na Lemkowszczyznie», Dodatek Literacki Kuriera Lwowskiego. Львов, 1934. № 41. Reinfuss R. «Pasterstwo na Lemkowszczyznie dawniej a dzis», Kurier Literacko-Naukowy. Краков, 1931. Reinfuss R. «Problem Karpat w badaniach kultury ludowej». Polska Sztuka Ludowa. II. Варшава, 1959. № 1-2. Reinfuss R. «Ströj Lemköw», Nad rzek^ Rop^. Kraköw, 1965. Reinfuss R. «Sztuka ludowa Lemkowszczyzny», Polska Sztuka Ludowa, №1. Reinfuss R. «Uklady rolne I kszalty wsi», Nad rzek^ Rop% Краков, 1965. Reinfuss R. «Ze studio nad kultury Lemkowszczyzny po obu stronach Karpat». Polska Sztuka Ludowa. 1968. №1.

39 Reinfuss R. S ladami Lemköw. Warszawa, 1990.

40 Kwilecki A. Lemkowie. Warszawa, 1950. Kwilecki A.Aktualne zagadnienia etniczne Lemköw w Polsce. // Etnografia Polska. Т. XII, 1968. Kwilecki A. Lemkowie, zagadnienie migracji I asymilacji. Warszawa, 1974.

41 Цне мi ся за тобом, моя Лемгавщино. Дрогобич, 2006.

254

П.А. Бушуев

42ЖелемМ. Мацина Велика - село лемювське. Дрогобич, 2008.

43 ШевчикП.Ф. Воспоминания. Астрахань, 2009.

44 Лемковщина. Земля-люди-история-культура. // Записки наукового товариства ¡м. Шевченка. Т. 206, 1сторично-Фшософ1чна секщя. Нью-Йорк - Париж - Сидней - Торонто, 1988.