Феномен маргинального правосознания и его позитивное осмысление

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2018. № 1 (54). С. 48-51.

УДК 101.1: 141: 316.334.4

DOI 10.25513/1990-5173.2018.1.48-51

ФЕНОМЕН МАРГИНАЛЬНОГО ПРАВОСОЗНАНИЯ И ЕГО ПОЗИТИВНОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ

PHENOMENON OF MARGINAL LEGAL CONSCIOUSNESS AND ITS POSITIVE JUDGMENT

З. Л. САКАЕВА

Продолжается социально-философский анализ феномена правосознания. Исследуется одна из форм правосознания - маргинальное правосознание. Вне классических представлений юриспруденции и философии проведена рефлексия категорий: маргинал, маргинальность, правосознание.

Ключевые слова: правосознание; маргинальность; маргинальное правосознание; правовой маргинал.

The socio-philosophical analysis of legal consciousness is undertaken. One of types of legal consciousness -marginal legal consciousness is investigated. Out of classical representations of law and philosophy the reflection of categories is carried out: marginal person, marginality, legal consciousness.

Key words: legal consciousness; marginality; marginal legal consciousness; legal marginal.

Философствование без системы не может.

Категория «маргинальное правосознание» является относительно новой для теории государства и права. Её введение в категориальный аппарат данной дисциплины стало возможным благодаря философскому осмыслению категории «маргинальное».

Цель данной статьи - обосновать тезис о том, что маргинальное правосознание является одним из видов правосознания, имеющего положительное значение для правовой реальности какого-либо государства и общества. Задачи: дать определение понятия маргинальное правосознание; сформулировать некоторые специфические свойства маргинального правосознания.

В обыденном понимании и наиболее распространённом смысле маргинал [1] - это человек, оказавшийся вне своей социальной среды; опустившийся, изгой. Но понятие маргинальности не столь однозначно, оно намного содержательнее, в особенности если эксплицировать его на правосознание и правовую реальность.

Категория «маргинальное правосознание» является центральной в общеправовой теории маргинально сти Р. Ф. Степаненко. Не отрицая возможных положительных сторон феномена маргинальности правосознания, автор теории исследует строго негативные формы феномена. В данной же статье рассматриваются лишь положительные аспекты феномена маргинального правосознания.

В рамках упомянутой общеправовой теории маргинальности правовая маргиналь-ность определяется как отчуждённость, по-граничность и неадаптивность к ценностно-нормативному пространству. Согласно данной теории под маргинальной личностью [2] понимают:

• во-первых, систему обусловленных и взаимно обусловливающих юридически-рецессивных качеств и свойств, входящих в содержание отчуждённых, пограничных и неадаптированных правовых отношений, детерминирующих, как правило, предрасположенность к совершению правонарушений, в том числе преступлений;

© Сакаева З. Л., 2018 48

• во-вторых, тип личности, формирующийся в условиях внутренних (биопсихологических, духовно-нравственных, витальных, ментальных и т. п.) и внешних (политических, социально-экономических, демографических, внеправовых и иных) изменений образа жизни, связанных с потерей самоидентификации, существенной социально-экономической дифференциацией либо утратой социально-правового статуса, вызванных нахождением маргинальных индивидов в отчуждённом, «пограничном» состоянии по отношению к доминирующим группам, системе действующего законодательства и к объективно сложившимся в обществе социально-правовым ценностям.

Понятие правовой маргинальности в общеправовой теории маргинальности имеет строго негативное значение, поскольку пограничное положение правового маргинала сопряжено в основном с предрасположенностью к совершению правонарушений. Из приведённого определения следует, что правовой маргинал, как правило, стоит на грани совершения преступления. Вводя в определение выражение «как правило», автор допускает возможность отсутствия предрасположенности к совершению правонарушений у конкретного представителя маргинального типа личности либо оставляет место случайности.

Проанализировав первую часть приведённого определения, можно прийти к заключению о том, что всё-таки «позитивные» правовые маргиналы включены в тот тип маргинальной личности, который описан автором. Но если обратиться ко второй части определения, то обнаружим следующее. Безусловно, личность формируется под влиянием культуры, внешних и внутренних факторов. Данные факторы, согласно приведённому определению, должны быть связаны с одним из следующих обстоятельств: с утратой социально-правового статуса, с потерей самоидентификации либо с социально-экономической дисфункцией. И самое главное, они вызваны нахождением субъекта в отчуждённом состоянии по отношению к доминирующим социальным группам, системе действующего законодательства и к объективно сложившимся социально-правовым ценностям. Проанализировав вторую часть, обнаруживаем, что в интерпретируемом опреде-

лении всё же нет места для позитивного, созидательного типа правового маргинала.

В рамках общеправовой теории марги-нальности правовые маргиналы дифференцированы на две категории: социально незащищённые и социально неблагополучные группы (в том числе социально опасные) [3]. Данная классификация привносит ясность в понимание контингента, образующего тип маргинальной личности, и допускает возможно сть правовой маргинальности в позитивном значении.

Необходимо согласиться с выявленными и описанными Р. Ф. Степаненко отрицательными характеристиками правовой марги-нальности, но следует отметить, что феномен правовой маргинальности не наполнен лишь опасными, вредоносными факторами и личностями. Действительно, феномен отчуждения сопровождает маргинальное правосознание, но он имеет как положительную, так и отрицательную стороны. Отрицательная сторона правовой маргинальности раскрыта в общеправовой теории маргинальности, предметом нашего внимания является позитивная инаковость, потенциал правовых маргиналов, т. е. возможное и желательное, что может продуцировать маргинальное правосознание для правовой реальности.

Что является основанием для того, чтобы говорить о возможности позитивной марги-нальности, о её положительном значении для правовой реальности? Основанием для данного утверждения является то, что маргинальное правосознание, как и правосознание в целом, имеет в себе в качестве основы духовность, а духовность немыслима вне свободы воли. Следовательно, неверно сводить маргинальное правосознание к нигилистическому, дефектному, ведь свобода маргинального правосознания состоит не в произволе, а в разумности и свободном мышлении. Гегель пишет: «Если я хочу разумного, то поступаю не как обособленный индивид, а согласно понятиям нравственности вообще. ...Совершая нечто превратное, человек больше всего проявляет свою обособленность. Разумное - это дорога, по которой ходит каждый, на которой никто не выделяется» [4]. Из данного суждения следует, что разумным, а значит, и правым является поведение и мышление субъектов, основанное на нравственному субстрате. А нера-

З. Л. Сакаева

зумность означает обособленность через безнравственность.

Воля выражается через влечения, наклонности и рефлексию, кроме того человеку свойственно влечение к праву [5]. Правосознанием обладает каждый человек, хотя бы постольку, поскольку ему не безразлична его жизнь, безопасное сосуществование с другими. Но если влечения и наклонности свойственны каждому носителю правосознания и их источником является коллективное бессознательное, то рефлексия, на наш взгляд, более всего присуща развитым формам правосознания, в том числе маргинальному правосознанию. Она позволяет систематизировать и анализировать правовые принципы, взгляды, понятия, установки.

Раб является таковым постольку, поскольку причина в его собственной воле, народ может быть угнетён и причина угнетения кроется в самой воле народа [6]. На наш взгляд, общественному правосознанию менее свойственна рефлексия, менее развита в нём свобода воли, ему жизненно необходимы единичные маргинальные правосознания, которые являются для него «энергетическими сгустками жизни». Конечно же, Гегель не оперирует категорией «маргинальное правосознание», но тем не менее делает умозаключения, позволяющие сегодня понять положительную сторону данного феномена. Например, он указывает на то, что каждому человеку принадлежит «право требовать, чтобы человека не принесли полностью в жертву права» [7]. Значит, неправовой, но моральный поступок может и должен быть оправдан нуждой, необходимостью подобно тому, как голодный ребёнок может украсть кусок хлеба или хотя бы собрать крошки, он даже обязан это сделать, чтобы выжить. А человек, жизни которого угрожает опасность, должен защитить её всеми возможными способами и в первую очередь думать именно об этом и только во вторую очередь -о соблюдении границ необходимой обороны.

«Жизнь как совокупность целей имеет право пойти наперекор абстрактному праву», - пишет Гегель [8]. Но речь идёт не о тотальном отрицании абстрактного (позитивного) права, а о ситуативном преломлении его, неосуществление которого само по себе является «неправом».

Критерием, разграничивающим маргинальное правосознание и нигилистическое, а также любое другое дефектное правосознание, является разумность. «Право не признавать ничего, разумности чего я не усматриваю, есть высшее право субъекта», - пишет Гегель [9]. Разумность позволяет различать истинное от заблуждения, аргументированное и обоснованное знание от мнения, правое от неправого, значимое от незначимого и т. д.

Итак, введём основные категории правовой маргинальности.

Маргинальное правосознание - это осознание неприемлемости социальным субъектом одних явлений правовой действительности и интенциональность к качественно иным явлениям правовой реальности.

Правовой маргинал - это социальный субъект, находящийся в состоянии неприятия конкретных явлений правовой реальности и формирующий принципиально иную по отношению к доминирующей (ортодоксальной, официальной) позиции точку зрения и соответствующую ей линию поведения. К правовым маргиналам можно отнести: революционеров, декабристов, нарушителей гендерной идентичности и др.

Данные определения основываются на следующих тезисах.

Во-первых, маргинальное правосознание является формой правосознания, и эта форма не статична, подобно железным тискам, она подвижна, процессуальна, характеризуется протяжённостью, длительностью. Маргинальность есть свойство правосознания, благодаря которому оно способно пребывать в определённых состояниях. Речь идёт о состоянии осознанности, понимания, означивания, коннотации и др. Все эти состояния формируют конкретное отношение к правовой реальности в целом и её отдельным модусам. Любое состояние обладает способностью переходить в другое качество; следовательно, маргинальность - это также текучесть качества, детерминированная внутренними и внешними факторами носителя правосознания. Оно способно к реорганизации, не является изначально заданным, неизменным. Всё течёт, всё изменяется - эта вечная формула бытия Парменида заключает в себе и закон развития правосознания.

Во-вторых, маргинальное правосознание не отличается утилитаризмом. Последнее присуще нигилистическому правосознанию. Маргинальное правосознание репрезентирует себя через отношение неприятия, но, что принципиально важно, ему всегда есть что предложить взамен, оно программно.

В-третьих, маргинальное правосознание находится в состоянии сопротивления по отношению к доминирующей позиции, под которой, понимается позиция официальной власти, выраженной в конкретных нормативно-правовых актах, решениях органов государственной власти и местного самоуправления. Важно понимать, что речь идёт не об оппозиции естественному праву, и уж тем более не об оппозиции позитивному праву, выражающему естественно-правовые нормы, речь о неправовом законе, действии и решении органа государственной власти. Возможности подобного реагирования допустимы, санкционированы действующим законодательством РФ посредством введения судебного порядка обжалования нормативно-правовых актов, действий, решений органов государственной власти и их должностных лиц, оспаривания конституционности положений нормативно-правовых актов Конституционного Суда РФ. В качестве характеристики маргинального правосознания в общеправовой теории маргинальности указывается на «агрессивное отношение к праву» [10]. Безусловно, если речь идёт о прямом нарушении закона, то подобное поведение можно назвать агрессивным. Но агрессивное отношение к праву с точки зрения отстаивания прав человека и гражданина в связи с действием неконституционных, антиправовых законов является скорее добром, чем-то положительным для правосознания, нежели отрицательным, если оно выражается через цивилизованное оспаривание соответствующего нормативно-правового акта (т. е. через те способы защиты прав, которые указаны в законе).

В. М. Розин пишет: «. кто, как не маргиналы... остро чувствуют социальную несправедливость, и кто, как не они, склонны к решительным действиям, направленным на изменение социальной системы?» [11]. Действительно, маргинальное правосознание способно на агрессию, но лишь как выражение сопротивления несправедливости. Мар-

гинальное правосознание постулирует себя на собственном мироощущении и в своей положительной форме есть правосознание интеллигентское. Оно работает не по правилам, что опасно и для него, и для системы. Сопротивление правовых маргиналов не всегда имеет агрессивную форму выражения (революция), и, кроме того, природа, цель агрессии и формы её выражения иные, нежели у преступников.

Таким образом, маргинальное правосознание в его положительной форме следует отличать от негативной формы маргинального правосознания. Они несопоставимы, как несопоставимы интеллигенты - идейные предтечи революции - и преступники.

Развитое правосознание может и должно приобретать форму маргинального правосознания, поскольку маргинальное правосознание является индикатором развития мышления, правовой культуры личности и общества. Сегодня российский гражданин имеет право быть правовым маргиналом, имеет право на позитивное инакомыслие во благо общества и себя в рамках глубокой рефлексии соотношения частного убеждения и всеобщего, правового и антиправового.

1. Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка: около 100 000 слов, терминов и фразеологических выражений / под ред. Л. И. Скворцова. - М., 2016. - С. 283.

2. Степаненко Р. Ф. Особенности российской правовой культуры в исследованиях общеправовой теории маргинальности // Ленинградский юридический журнал. - 2015. -№ 2 (40). - С. 32.

3. Степаненко Р. Ф. Особенности правосознания и правовой культуры маргинальной личности // Юридическая наука и практика. Вестник Нижегородской академии МВД России. - 2013. - № 24. - С. 25.

4. Гегель Г. В. Философия права. - М., 1990. -С. 4.

5. Там же. - С. 82-83.

6. Там же. - С. 114.

7. Там же. - С. 171.

8. Там же.

9. Там же. - С. 173.

10. Степаненко Р. Ф. Особенности правосознания ... - С. 27.

11. Розин В. М. А. Зиновьев - интеллектуальный маргинал и эзотерик и его вклад в науку // Философские науки. - 2003. - № 9. - С. 3744.