Проект «Энциклопедия Ф. М. Достоевского» в контексте развития лексикографии

ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ И СЛОВАРНОЕ ДЕЛО

© 2009

А.П. Власкин

ПРОЕКТ «ЭНЦИКЛОПЕДИЯ Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО» В КОНТЕКСТЕ РАЗВИТИЯ ЛЕКСИКОГРАФИИ

Сравнительно недавно дифференциация лексикографических изданий представлялась достаточно ясной: «Различаются словари двух типов: энциклопедические и филологические (лингвистические). В первых объясняются реалии (предметы, явления), сообщаются сведения о различных событиях <...>. Во-вторых объясняются слова, толкуются их значения» [Розенталь: 161]. Между тем на нашем рубеже тысячелетий (то есть в последние 10—15 лет) наблюдается своеобразный словарно-энциклопедический бум, который не способствует ясной классификации. Появляется множество справочных изданий самого разного рода. Если придерживаться указанной выше типологии, то ко второму, филологическому, типу можно отнести словари — статистические, частотные, конкордансы, словари эпитетов и др. Но, быть может, еще большее разнообразие характерно для словарей энциклопедического типа. В частности, это касается изданий в области литературоведческих интересов.

Напр., появляется множество ранее невиданных энциклопедий литературных героев и произведений (Энциклопедия литературных героев. — М.: Аграф, 1997; Энциклопедия литературных произведений. — М.: Вагриус, 1998 и т.п.). Вполне очевидно, что целевая аудитория таких изданий — школьники и студенты, а еще более востребованы они в промежуточной категории читателей/покупателей — у абитуриентов. Как правило, авторы-составители подобных справочников позиционируют свою работу самым достойным образом: они стремятся соединять научность и доступность. Однако задача эта очень непростая. И разве может она быть решена при таком, напр., охвате материала: «Энциклопедия читателя: литературные, библейские, классические и исторические аллюзии, реминисценции, темы и сюжеты, мифологические и сказочные герои, литературные маски, персонажи и прототипы, реальные и вымышленные топонимы, краткие биографии и рекомендуемые библиографии / под ред. Ф.А. Еремеева: в 2 т. (Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та: ИД «Сократ», 1999, 2002.)? Однако нужно признать, что такие книги востребованы; а потенциальный читатель, как известно, «всегда прав».

Обратим теперь внимание на более узкий разряд литературоведческих изданий — на персональные энциклопедии. Удачным прецедентом здесь стала основательно подготовленная под руководством В.А. Мануйлова и вышедшая в 1981 г. «Лермонтовская энциклопедия» (второе издание — в 1999 г.). С тех пор подоб-

ных трудов вышло множество. Назову лишь некоторые: Краткая ахматовская энциклопедия, Шукшинская, Чеховская, Замятинская, Булгаковская, Шевченковская, Толстовская, несколько разновидностей энциклопедии Пушкинской и т.д. [Малофеева 2000]. Здесь стоит упомянуть об изданиях, которые как бы развивают тенденцию, демонстрируя разветвление самого жанра, — это энциклопедические справочники, посвященные отдельным произведениям. Подобной чести по праву удостоились «Слово о полку Игореве» и «Евгений Онегин» (Энциклопедия). Возвращаясь же к энциклопедиям персональным, обратимся к Достоевскому; он заслуживает особого разговора.

Дело в том, что значимость его наследия для отечественной и мировой культуры исключительна безо всяких преувеличений. Чтобы убедиться в этом, достаточно обратить внимание на показатели популярности Достоевского (а по сути дела — его творчества) как в широкой читательской среде, так и в научных кругах. Последние, впрочем, также достаточно широки. Одни только регулярные научные конференции международного статуса, посвященные изучению личности и творчества этого писателя, проходят в России дважды в год (в Санкт-Петербурге и Старой Руссе) вот уже не первый десяток лет. И на каждый такой форум съезжаются ученые со всех уголков нашей страны, а также из разных стран, с разных континентов (Европа, Азия, Австралия, Северная и Латинская Америки). Помимо этого, хотя и более редко, но столь же регулярно проходят подобные «профильные» симпозиумы в разных странах. У меня нет сравнительной статистики, но полагаю, что такое внимание к творчеству писателя XIX в. со стороны научной общественности является беспрецедентным. Было бы странно, если бы это не сказалось на лексикографической составляющей интереса к Достоевскому. И оно сказалось.

Начнем обзор с изданий «лингвистического» типа (согласно упомянутой выше классификации Д.Э. Розенталя). Среди изданий традиционного вида выделяются два словаря. Первым упомяну «Статистический словарь языка Достоевского», подготовленный сотрудниками Отдела машинного фонда Института русского языка РАН под руководством А.Я. Шайкевича [Статистический словарь 2003]. С ним можно работать и в интерактивном режиме (http://cfrl.ru/ dost_cd0/dostoevski.htm). Задуман был этот словарь в рамках масштабного проекта ИРЯ РАН под общим названием «Словарь языка Достоевского», а затем работа над ним выделилась в самостоятельное направление. Между тем в рамках упомянутого проекта уже подготовлено и увидело свет еще одно примечательное издание — «Словарь языка Достоевского. Лексический строй идиолекта», изданный при Институте русского языка РАН в трех томах и также доступный в интернет—версии (http://www.slovari.ru/default.aspx?p=227) [Словарь 2001-2003]. Из пояснений инициатора проекта, Ю.Н. Караулова, данных в аннотации к этому изданию, следует, что задумана целая лексикографическая серия, включающая несколько типов словарей (базовый, частотный, топонимов, грамматических слов, фразеологизмов и др.). Между тем, обращает на себя внимание примечательная тенденция. В первом результате проекта («Лексический строй идиолекта») открывается возможность совмещения принципов, ранее характерных для словарей двух типов — филологического и энциклопедического. В этой связи очень выразительно Ю.Н. Караулов высказался на презен-

тации словаря на семинаре «Теория и практика авторской лексикографии». По его словам, перед составителями стояла задача «раскрыть и показать творчество писателя, окунуться в его мир через анализ языка его произведений». И разработанный в результате «идиоглоссарий представляет собой новый тип словаря писателя (или авторского словаря), который «претендует на то, чтобы сформировать представление о мире реальности и виртуальном мире в произведениях Достоевского с акцентом на его языке, превратив последний в самостоятельный вход в изучение творчества и мировидения автора» [Семинар http://www.raslang.ra/?id=seminar_aut_lexicogr_1].

Не столько лексикографической тенденцией, сколько развитием технологий можно считать использование возможностей интерактивной работы со словарями в Интернете. Как уже сказано, оба вышеупомянутых словаря такую возможность допускают (причем бесплатно). Но действительно новым явлением в лексикографии можно считать словари, прямо рассчитанные лишь на интерактивность. По вполне понятным причинам это преимущественно «конкордансы» (очень большой объем охватываемого материала и удобства использования гиперссылок). В этой связи нельзя не отметить работу кафедры русской литературы Петрозаводского университета, где подготовлено множество интерактивных словарей (см.: http://www.philolog.ru/), в том числе, напр., «Частотный словарь-конкорданс публицистики Ф.М.Достоевского» (http://dostoevskii. karelia.ru). Но, пожалуй, самым грандиозным по масштабам является их проект под названием «Конкордансы всех произведений Ф.М. Достоевского» (http://petrsu.ru/~Dostoevsky/dostconc/alpha.htm).

Что касается собственно «энциклопедий», то здесь наблюдаются также неоднозначные явления. Одну из первых энциклопедий, посвященных Достоевскому, подготовил и издал тамбовский писатель Н.Н. Наседкин, активно занимающийся литературоведением [Наседкин 2008]. Автор попытался сконцентрировать главное о Достоевском в объеме 800 страниц, структурировав свой труд по трем разделам — «Произведения», «Персонажи» и «Вокруг Достоевского». Более масштабное издание (в 2-х томах) разработано известным петербургским критиком и ученым С.В. Беловым [Белов 2001]. Правда, в отличие от предыдущего автора, он счел более правильным обозначить жанр своего труда как «Энциклопедический словарь» и ограничил внимание только «окружением Достоевского» (это материал одного лишь третьего раздела энциклопедии Н.Н. Наседкина). К сожалению, эти издания объединяет, помимо прочего, одна общая черта — они заслужили множество критичных откликов со стороны специалистов. Быть может, дело в том, что одному автору — при всей его добросовестности и трудоспособности — просто не по силам осуществить действительно энциклопедический подход к личности и творчеству Достоевского.

В кругу достоевсковедов известно, что академик Г.М. Фридлендер, инициатор и главный редактор академического издания собрания сочинений Достоевского, в последние годы своей жизни вынашивал идею создания соответствующей масштабной энциклопедии (предположительно в трех томах). Но положить начало осуществлению подобной идеи суждено было другому специалисту — Г.К. Щенникову. Он задумал проект под общим названием «Достоевский и русская культура» и начал активную его разработку. Первым

результатом стало издание в 1997 г. словаря-справочника энциклопедического характера «Достоевский: Эстетика и поэтика» [Достоевский 1997].

Из личных бесед с Г.К. Щенниковым мне (как одному из авторов словарных статей) известно, что в рамках проекта предполагалась подготовка в общей сложности до шести выпусков «Словаря». Этому в общих чертах соответствует пояснение в «Предисловии» к первому выпуску: «Составители словаря-справочника рассматривают данное издание как первую пробу в задуманной ими серии словарей по теме «Достоевский и русская культура»: давно назрела необходимость дать сжатый и по возможности полный свод сведений о многообразных и разносторонних связях Достоевского с разными сферами российской духовной жизни — об отражении истории России и русской культуры в произведениях писателя, об отношении Достоевского к православию и другим религиозным конфессиям на территории России, о его влиянии на развитие русской философской мысли, о взаимоотношениях Достоевского с русскими литераторами и его связях с отечественным фольклором, о влиянии писателя на развитие русского искусства и т.д.» [Достоевский 1997: 7].

В последующем работа над проектом продолжалась, но планы пришлось корректировать. В результате спустя десять лет свет увидел второй выпуск задуманной серии — «Достоевский: Сочинения, письма, документы» [Достоевский 2008]. Как один из редакторов этого выпуска, автор настоящей статьи пользуется возможностью дать ему свою характеристику.

Во-первых, безусловно позитивным является тот факт, что в книге впервые собраны статьи обо всех без исключения произведениях Достоевского (художественных, литературно-критических, публицистических) и даже о принадлежащих его перу записках и «приписках» к чужим статьям. Учтены и тексты, оставшиеся лишь в замысле. Имеются обобщающие статьи об эпистолярном наследии Достоевского, о его записных тетрадях и книжках, о показаниях писателя на следствии по делу петрашевцев, об альбомных записях и стихах. Каждая статья сопровождается библиографией, и наряду с этим специально для данного справочника составлен итоговый список «Основной литературы о творчестве Достоевского», заметное место в котором занимают иноязычные источники [Достоевский 2008: 423-453].

Вторая отличительная черта рассматриваемого издания состоит в «географическом» факторе авторства статей. В первом его выпуске, опубликованном в Челябинске, из тридцати семи авторов лишь двое были представителями Москвы и Санкт-Петербурга. Так что «география» авторства оказалась поневоле обширна: Урал (Екатеринбург, Челябинск, Уфа) и Северо-Запад (Петрозаводск, Иваново), Центральная Россия (Воронеж, Орел, Коломна) и Сибирь (Омск, Томск, Иркутск). Причем в этом изначально не было никакой преднамеренности, принципиальной позиции. Главный редактор настойчиво приглашал к участию в подготовке издания всех заинтересованных специалистов. Но в столицах таких заинтересованных по разным причинам не оказалось... Так что в тот момент Г.К. Щенникову пришлось интерпретировать эту ситуацию уже принципиально: «Современная наука о Достоевском не монополизирована академическими и вузовскими учреждениями Москвы и Санкт-Петербурга — большая часть российских достоевсковедов сосредоточена сейчас в провинции

<...> Настоящая наука не разделяется на столичную и периферийную. Но до широкого потребителя литературы о Достоевском, до всех, кто интересуется его творчеством <...> исследования периферийных ученых, в отличие от их столичных коллег, почти не доходят. Авторы справочника надеются, что издание получит известность за пределами Челябинской области» [Достоевский 1997: 6-7].

Первый выпуск имел заслуженно хорошие отклики в научных кругах. Но во втором справочнике в отношении авторства мало что изменилось. Издан он уже «Пушкинским Домом», при активнейшем участии Б.Н. Тихомирова (председателя российского отделения Международного общества Достоевского). Однако из двадцати девяти авторов — лишь семеро представляют Москву и Санкт-Петербург (из которых трое, включая Г.К. Щенникова, просто перебрались за это время из провинции в столицы). Так что процитированное по первому выпуску заявление главного редактора и для второго не утратило своей актуальности.

Третья отличительная черта словаря-справочника касается как раз «лексикографических» принципов редакторской работы (в которой мне довелось участвовать). Мы намеренно отказались от стилевого нивелирования статей, то есть приняли на вооружение «принцип дополнительности». На деле это означает, что по многим произведениям или публицистическим материалам Достоевского в справочнике предлагаются различные как по форме, так и по содержанию описания и характеристики. Это было не соавторство, а своеобразная запланированная «полифония» точек зрения, поскольку одному и тому же произведению посвящались не одна, а две или даже три статьи. В результате академическая обстоятельность одних авторов (например, Г.Г. Ермиловой) соседствовала с почти импрессионистической манерой других (В.В. Дудкина). Такие статьи не только неизбежно дополняли, но и взаимно оттеняли друг друга. В некоторых случаях статьи были даже построены по принципу «коллажа»: фрагменты разного авторства перемежались друг с другом (как, например, в статье о романе «Идиот», где неоднократно сменяют друг друга «голоса» В.А. Свительского и Г.Г. Ермиловой). Этот принцип оказался особенно оправданным, когда необходимо было представлять произведения Достоевского, до сих пор вызывающие горячие споры («Бесы», «Подросток», «Сон смешного человека» и др.).

В этой связи, допуская некоторую вольность, могу провести аналогию с общим для большинства филологических словарей принципом, согласно которому принято давать весь спектр значений слова или термина. В рассматриваемом словаре-справочнике роль «лексических единиц» условно можно закрепить за произведениями Достоевского, а их различные «значения» раскрываются в словарных статьях. Последние, кроме того, могут вызывать ассоциации (опять-таки вольные) с синонимами идеографического и стилистического типа. Это наблюдение и позволило мне выше указать на «лексикографические принципы» редакторской работы, проводимой при составлении словарей-справочников, посвященных Достоевскому.

Таким образом, если вспомнить «Словарь языка Достоевского. Лексический строй идиолекта» и отмеченное в нем совмещение принципов, характерных для словарей филологического и энциклопедического типов, то можно сделать вы-

вод о своеобразном встречном движении: границы между этими двумя типами «размываются» усилиями специалистов из разных научных областей — как «лингвистами», так и «литературоведами». И это, конечно, только способствует успешному изучению и популяризации наследия Достоевского.

ЛИТЕРАТУРА

Белов С.В. Ф.М. Достоевский и его окружение. Энциклопедический словарь: в 2 т. - СПб.: Алетейя: РНБ, 2001.

Достоевский: Сочинения, письма, документы: Словарь-справочник / сост. Г.К. Щенников, Б.Н. Тихомиров. — СПб.: Изд. «Пушкинский Дом», 2008.

Достоевский: Эстетика и поэтика: словарь-справочник / под ред. Г.К. Щеннико-ва. — Челябинск: «Металл», 1997.

Малофеева Н.Н. Отечественные персональные литературные энциклопедии // Научная книга. — 2000. — № 3. — С. 37—44.

Наседкин Н.Н. Достоевский. Энциклопедия. — М.: Алгоритм, 2003 (2008).

Розенталь Д.Э., Голуб И.Б., Теленкова М.А. Современный русский язык. — М.: Международные отношения, 1995.

Семинар «Теория и практика авторской лексикографии». [Электронный ресурс]. / Режим доступа: http://www.ruslang.ru/?id=seminar_aut_lexicogr_1.

Словарь языка Достоевского. Лексический строй идиолекта / под ред. Ю.Н. Караулова. — М.: Азбуковник, 2001—2003. Вып. 1—3.

Статистический словарь языка Достоевского / А.Я. Шайкевич, В.М. Андрющенко, Э.А. Ребецкая — М.: Яз. слав. культуры, 2003.

Энциклопедия «Слова о полку Игореве»: в 5 т. — СПб.: Дмитрий Буланин, 1995.

Онегинская энциклопедия: в 2 т. — М.: Рус. путь, 1999 (2004).

"F.M. DOSTOEVSKY ENCYCLOPEDIA" PROJECT WITHIN THE CONTEXT OF LEXICOGRAPHY DEVELOPMENT

A.P. Vlaskin

Numerous publications dedicated to Dostoyevsky and manifesting his lasting legacy make it possible to reveal some lexicographic tendencies. The author gives an outline of linguistic dictionaries and concordances, with further consideration of two issues of an encyclopedic reference book made within the framework of a large scale project «Dostoevsky and Russian culture». Then he defines its peculiarities.