Коллективный дивиденд

На совещаниях в Белом доме продолжают обсуждать будущую дивидендную политику госкомпаний. По данным "Ъ", сейчас основным рассматриваемым вариантом на 2017-2018 годы является установление общей суммы, которую правительство должно получить от группы 10-15 государственных АО. При этом любое снижение дивидендов для одной госкомпании автоматически увеличит требования к остальным.

На вчерашнем совещании по дивидендной политике госкомпаний у первого вице-премьера Игоря Шувалова не было принято окончательного решения о механизме и объеме вклада государственного бизнеса в доходы бюджета. Как сообщили в секретариате господина Шувалова, "представители Минфина и Минэкономики доложили свои предложения по подходам к размеру дивидендов" и получили "поручения просчитать их для доклада руководству". По данным "Ъ", Белый дом по-прежнему не поддерживает жесткий подход Минфина по перечислению в бюджет 50% прибыли госкомпаний и намерен настаивать на динамическом распределении нагрузки между компаниями.

Вопрос о вкладе госкомпаний в бюджет ежегодно вызывает напряжение в Белом доме — до 1 мая представители государства их в советах директоров должны получить от Росимущества согласованные с профильными ведомствами директивы для голосования. В 2016 году Минфин настоял на введении жесткой нормы о перечислении в бюджет 50% прибыли госкомпаний — однако ряд крупнейших госАО добился исключений из этого правила, что не устраивает правительство, поэтому продление нормы на 2017-2018 годы в Белом доме не поддерживают.

Курирующий экономический блок Игорь Шувалов ранее уже заявлял, что поддерживает альтернативное предложение главы Минэкономики Максима Орешкина обсуждать размер дивидендной нагрузки для каждой компании.

Однако дивиденды госкомпаний учтены в доходах бюджета и зафиксированы законом, поэтому де-факто эта модель предполагает, что правительство объявит государственному бизнесу только запрос казны, а с самими компаниями и курирующими их ведомствами будет обсуждать лишь варианты распределения этой фиксированной суммы между ними. При этом для противодействия лоббистским усилиям самих госкомпаний в правительстве рассчитывают предложить президенту уже согласованную схему изъятия прибыли у госкомпаний — в этом случае любые изменения в ней будут вызывать согласованное противодействие всех участников.

Главная проблема нынешнего подхода — наличие у госкомпаний реальных аргументов, позволяющих создавать исключения из нормы прибылей, на отчислении которой настаивает Минфин,— под угрозой сокращения инвестпрограммы на следующий год. С формальной точки зрения правительству, контролирующему, как правило, через советы директоров все решения, в том числе дивидендные, вообще не нужны никакие нормативы их уплаты: оно может утверждать их директивами отдельно для каждого госАО, контролируя выполнение рамками внутриправительственной дисциплины. Схема "50% прибыли в дивиденды для всех" вводилась, скорее, как дополнительное ограничение "торговли" госкомпаний с Белым домом и президентом.

Мало того, у компаний постепенно появляется и собственная дивидендная политика, ограничивающая выплаты. Так, в прошлом году "Роснефть" утвердила дивиденды в размере 35% чистой прибыли по МСФО (около 125 млрд руб.), фактически обойдя распоряжение правительства. Однако выплаты оказались на 10% выше, чем предписывала дивидендная политика компании. При этом уже после продажи 19,5% акций "Роснефти" швейцарскому трейдеру Glencore и катарскому суверенному фонду (QIA) нефтекомпания обязалась отдавать под дивиденды минимум 35% прибыли — по словам источников "Ъ", такие требования предъявили новые инвесторы. Впрочем, в случае с госмонополиями главным аргументом с их стороны, как и в торге за регулируемые тарифы, всегда остается фактический "шантаж" Белого дома сокращением инвестпрограммы. Наиболее далеко по этому пути ушло ОАО РЖД, финансирующее часть инвестпрограммы целевыми вливаниями государства в ее уставный капитал. Отметим, применение этой модели является и дополнительной защитой ОАО от попыток приватизации.

Переход к модели "коллективной торговли", если он состоится, потенциально гораздо более эффективная модель, на базе которой можно решать не только фискальные задачи. По данным "Ъ", предложение Минэкономики предполагает определение суммы дивидендов крупнейших госкомпаний на основе их валовой прибыли и требование направления в дивиденды тех же 50% от общей суммы. По этой логике дискуссия о том, кто в следующем году заплатит меньше, чем указанные 50%, а кто больше, так же как и ранее, будет вестись вокруг инвестпрограмм госАО, но у Минэкономики появится реальная возможность управления отраслевыми приоритетами инвестирования в масштабах значительной части экономики.

Собственно, такое управление инвестиционной активностью отраслей и является по определению активной промышленной политикой. Впрочем, у описанного подхода помимо чисто политической (госАО, несомненно, будут против "коллективной торговли", это сокращает их возможность персонально переговариваться с президентом и правительством по всему спектру вопросов, а не только о дивидендах) есть и внутренние проблемы. Изъятие из госкомпании, не на 100% контролируемой государством, дивидендов по норме "выше средней" делает ее более привлекательной для внешних инвесторов, тогда как любая уступка менеджменту госАО по дивидендам ради увеличения инвестиций снижает капитализацию компании. В итоге Белому дому, видимо, придется убедиться в том, что долгосрочно реализация промполитики через отраслевые налоговые режимы рациональнее, чем через регулирование дивидендов.