Проблема соотношения международного и внитригосударственного права: опыт Сербии

1.3. ПРОБЛЕМА СООТНОШЕНИЯ

МЕЖДУНАРОДНОГО И ВНИТРИГОСУДАРСТВЕННОГО ПРАВА: ОПЫТ СЕРБИИ

Половченко Константин Анатольевич, канд. юрид. наук, доцент. Должность: доцент. Место работы: МГИМО (У) МИД России. Подразделение: кафедра конституционного права. E-mail: kpolovchenko@gmail.com

Аннотация: Проблема соотношения международного и национального права имеет особое практическое значение. Особенности ее решения влияют как на внутреннюю, так и внешнюю политику государства, а также определяют гуманитарные аспекты его функционирования. Конституция Республики Сербия вопрос о соотношении международного и внутригосударственного права решила в пользу монистической доктрины, в соответствии с которой международное и внутреннее право являются двумя составляющими правовой системы Сербии. Конституция является высшим правовым актом в правовой системе, а ратифицированные международные акты не должны противоречить Конституции. При этом положения Конституции о правах человека толкуются согласно действующим международным стандартам в области прав человека, а также практике международных организаций, осуществляющих надзор за их реализацией. Роль и значение источников международного права в правовой системе Сербии является предметом настоящей статьи.

Ключевые слова: Конституция Республики Сербия 2006 года. Закон о заключении и исполнении международных договоров. Международное право. Иерархия правовых актов. Международные договоры. Общепризнанные принципы международного права. Предварительный конституционный контроль.

THE PROBLEM OF THE CORRELATION OF INTERNATIONAL

AND STA TE LAW: THE EXPERIENCE OF SERBIA Polovchenko Konstantin Anatolievich, PhD at Law, Associate Professor. Position: Associate Professor. Place of employment: MGIMO University, Moscow, Russian Federation. Department: Constitutional Law chair. E-mail: kpolovchenko@gmail.com

Annotation: The problem of correlation between international and national law is of special practical importance. The specifics of its solution affect both the domestic and foreign policies of the state, as well as determine the humanitarian aspects of its functioning. The Constitution of the Republic of Serbia has resolved the question of the correlation between international and domestic law in favor of the monistic doctrine, according to which international and domestic law are two components of the legal system of Serbia. The Constitution is the Supreme legal act in the legal system, ratified international treaties shall not contradict the Constitution. The constitutional provisions on human rights shall be interpreted according to valid international standards in human rights, as well as practice of international institutions which supervise their implementation. The role and importance of the sources of international law in the legal system of Serbia is the subject of this article.

Keywords: The Serbian Constitution of 2006. The law on the conclusion and execution of International Trea-

ties. The International law. The Hierarchy of legal acts. International Treaties. Generally accepted rules of international law. Preliminary constitutional control.

На современном этапе статус источников международного права в правовых системах государств Центральной и Юго-Восточной Европы является важнейшим вопросом как международной, так и внутригосударственной практики этих государств и напрямую зависит от соотношения между международным и внутренним правом страны. В свою очередь соотношение международного и внутреннего права является результатом сложных теоретических конструкций, которые непосредственно влияют на регулирование этого вопроса законодательством конкретного государства. При этом этот вопрос, наряду с вопросом об иерархии правовых источников в государствах, принадлежащих к Романо-германской правовой семье, традиционно является предметом конституционного регулирования. Более того, в большинстве государств, принадлежащих к вышеуказанной правовой семье, он является ключевым и, как правило, относится к основам конституционного строя государства. Конституция Республики Сербия 2006 года не является исключением из этого правила.

При этом для обеспечения содержательности анализа исследуемой темы представляется целесообразным исследовать ее в рамках исторической ретроспективы. Итак, начало новейшего этапа конституционной истории Сербии связано с принятием Конституции Сербии 1990 года и принятием Конституции Союзной Республики Югославия 1992 года1. Конституция СРЮ 1992 года прямо не регулировала соотношение между международным и внутренним правом, но в статье 16 указывалось, что ратифицированные международные договоры и общепринятые нормы международного права являются неотъемлемой частью внутреннего правопорядка и что СРЮ добросовестно выполняет вытекающие из них обязательства. Кроме того, в статье 10 вышеупомянутой Конституции было предусмотрено, что Союзная Республика Югославия признает и гарантирует свободы и права человека и гражданина, признанные международным правом. В то же время в части 2 статьи 124 Конституции СРЮ 1992 года, регулирующей компетенцию Союзного конституционного суда, в частности, указывалось на то, что Союзный конституционный суд принимает решение о соответствии законов, других нормативных актов и общих актов Конституции Союзной Республики Югославия, а также ратифицированным международным договорам. Эти положения позволяют сделать вывод о том, что международные договоры третьей Югославии имели приоритет в отношении законов, нормативных и других общих актов, что, как отмечает сербский исследователь Драшко Джурович, неоднократно подтверждалось Правовым советом Союзного правительства.

Об этом достаточно убедительно свидетельствовала и практика высших судов как Союзной Республики Югославия, так и самой Республики Сербия. Так, в своих решениях Верховный суд Сербии признавал верховенство международных договоров над законами и другими нормативными и общими актами Республи-

1 Так называемой третьей Югославии, в состав которой входили: Республика Сербия и Республика Черногория.

2 Burovic D. Odnos unutrasnjeg i medunarodnog prava u pravnom poretku republike Srbije. Anali Pravnog fakulteta u Beogradu. 57 (2). Str. 347.

ки Сербия.3 Наиболее значимым из них, с точки зрения утверждения примата международного права является постановление от 27 сентября 2000 года Верховный суд Сербии, четко и последовательно, утвердил примат международных договоров, заявив следующее: «Союзная Республика Югославия в соответствии со статьей 16 Конституции СРЮ добросовестно выполняет обязательства, вытекающие из международных договоров, в которых она является Договаривающейся стороной. Международные договоры, ратифицированные законом и официально опубликованных в соответствии с Конституцией и общепринятыми нормами международного права, являются составной частью внутреннего правопорядка и в отношении действующих законов обладают приоритетом в применении. Значимость этого решения Верховного суда Сербии заключается в том, что в нем он впервые сослался на положение статьи 124 Конституции СРЮ 1992 года, установившее среди прочих полномочие Союзного конституционного суда принимать решения о соответствии законов, не только Конституция СРЮ, но и ратифицированным международным договорам, дав окончательный ответ на вопрос о месте международных договоров в иерархии источников права Союзной Республики Югославия.

Что же касается Союзного конституционного суда СРЮ, то по ряду рассмотренных им дел, предметом его контроля была проверка на соответствие Конституции СРЮ и ратифицированным международным договорам законов, нормативных и других общих актов. Как отмечает профессор Джуркович, практика Союзного конституционного суда была последовательной и достаточно наглядно продемонстрировала способность обеспечивать примат международного права, что подтверждается теми решениями, в которых законы утратили юридическую силу ввиду противоречия

4

международно-правовым источникам.

Что же касается соотношения международных договоров Союзной Республики Югославия и Конституции СРЮ 1992 года, то четких положений об этом Основной закон Союзной Республики Югославия не содержал. Это привело к тому, что в этот период обозначились три подхода к решению этой проблемы. Так, согласно одному из них юридическая сила ратифицированных международных договоров приравнивалась к юридической силе Конституции. Этот подход основывался на том факте, что Конституция вполне закономерно не предусмотрела их соотношение, не установив иерархическую связь этих высших источников права. Кроме того, Союзный конституционный суд не уполномочен был осуществлять проверку на конституционность ратифицированного и вступившего в силу международного договора. Второй подход был связан толкованием в пользу примата международных договоров в случае их противоречия положениям Конституции 1992 года. По мнению отдельных сербских конституционалистов, такой подход основывался на интерпретации статьи 10 Конституции, согласно которой Союзная Республика Югославия признает и гарантирует права и свободы человека и гражданина, признанные международным правом, без каких-либо дополнительных условий, например, их со-

3 См.: Пресуда Врховног суда Србиуе, Прев. 98/98. од 16. сеп-тембра 1998. године. Пресуда Врховног суда Србиуе, Прев. 801/97. од 16. септембра 1998. године. Пресуда Врховног суда Срб^е, Прев. 743/98. од 30. децембра 1998. године.

4 Ъуркови^ Ъ. „Ме^ународни уговори и правни поредак СРJ".

Правни живот. №7-8. 1996. Стр. 72.

ответствия Конституции. При этом такое толкование конституционных положений, в том числе и статьи 10 Конституции, по справедливому мнению профессора Джорджевича, представляется абсолютно алогичным, поскольку они были установлены самой Конституцией как актом высшей юридической силы. В противном случае конституционные положения обладали бы ограниченным действием.5 Кроме того, этот подход поддерживал ряд югославских специалистов в области Международного публичного права, ссылаясь главным образом на статью 27 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года.

Третий подход стал особо актуальным в связи с проблемой деятельности Международного уголовного трибунала по бывшей Югославии, требующего выдачи югославских граждан. Дело в том, что статья 17 Конституции СРЮ 1992 года прямо запрещала выдачу югославских граждан иностранному государству. И хотя в этой статье Конституции речь шла о запрете выдачи граждан не международному трибуналу, а другим государствам, Союзный конституционный суд дважды признавал неконституционными правовые акты, регулирующие сотрудничество с Гаагским трибуналом, ссылаясь на Конституцию как акт высшей юридической силы. В своих решениях Союзный конституционный суд абсолютно справедливо указывал на то, что выдача гражданина Югославии кому бы но ни было, даже Гаагскому трибуналу, противоречит положениям статьи 17 Конституции СРЮ. На основе вышеуказанных выводов Союзного конституционного суда, а также лингвистической интерпретации положений, регулирующих полномочие Суда по нормоконтролю, в соответствии с которыми сначала указана Конституция, а только потом международные договоры, Союзным конституционным судом была сформирована правовая позиция о верховенстве Конституции над международными договорами.

Что же касается современного регулирования вопроса соотношения международного и внутреннего права Сербии, то он урегулирован в ныне действующей Конституции Республики Сербия 2006 года. Конституция 2006 года регулирует все важнейшие стороны этого вопроса: условия, при которых нормы международного права становятся частью внутреннего правопорядка; место международного права в иерархии источников права Республики Сербия, включая нормы самой Конституции; а также порядок применения норм международного права в правовой системе Сербии.

Следует принимать во внимание то, что базовые принципы международного права обязывают государства уважать международное право, однако в них не определены правовые условия, в рамках которых государства обязаны исполнять это обязательство, но они, как правило, установлены конституциями суверенных государств. Так, согласно статье 16 Конституции Сербии, Внешняя политика Республики Сербия основывается на общепризнанных принципах и нормах международного права. Общепринятые нормы международного права и ратифицированные международные договоры являются составной частью правовой системы Сербии и применяются непосредственно. Ратифицированные международные договоры должны соответствовать Конституции. Из вышеуказанных положений статьи 16 Конституции можно сде-

5 Ъор^еви^ С. "Однос унутраш^ег и ме^ународног права", Ана-ли Правног факултета у Београду (Анали ПФБ). № 4-6. 1997. Стр. 383-355.

лать ряд важных заключений. Во-первых, то, что «общепринятые нормы международного права» и ратифицированные международные договоры являются неотъемлемой частью правовой системы Республики Сербия, а это означает, что Конституция Сербии вопрос соотношения международного и внутригосударственного права решила в пользу монистической доктрины, в соответствии с которой международное и внутреннее право Сербии являются двумя частями единой правовой системы.

Во-вторых, источниками международного права с точки зрения ныне действующей сербской Конституции являются общепринятые нормы международного права и ратифицированные международные договоры. Однако понятие международный договор имеет абсолютно определенное значение, в том числе и в международном праве, чего нельзя сказать о понятии «общепринятые нормы международного права». Более того, следует обратить внимание на то, что между терминами, используемыми в первой и второй части статьи 16 есть терминологические расхождения: в первом случае используется термин «общепризнанные принципы и нормах международного права», а во втором - термин «общепринятые нормы международного права», когда речь идет о правовой системе Сербии. По мнению профессора Беширевич, эти термины не являются повсеместно используемыми. Так, немецкий Основной закон говорит об «общих правилах международного права».6 В тоже время профессор Бера-шевич справедливо обращает внимание на то, что использование терминов статьи 16 является следствием влияние российской конституционной традиции.7 При этом, по мнению Войина Димитриевича, использование термина общепринятые нормы международного права представляется весьма удачным поскольку, позволило сербской доктрине и судебной практике к ним относить как нормы международного обычного права, а также общие принципы международного права и другие источники международного права, предусмотренные в части 1 статьи 38 Статута Международного Суда, с учетом того, что все эти источники являются «общепринятыми».8

Кроме того, следует обратить внимание на то, что в части 3 статьи 18 Конституции Сербии, положения которой о правах человека и правах меньшинств толкуются в пользу становления ценностей демократического общества, согласно действующим международным стандартам прав человека и меньшинств, а также практике международных организаций, осуществляющих надзор за их реализацией. При этом в этой части статьи 18 не упоминаются общепринятые нормы международного права и ратифицированные международные договоры. Из вышеизложенного профессора Ми-ланович и Хаджи Виданович делают вывод о том, что практика Европейского суда по правам человека или Комитета ООН по правам человека, а также Комитета ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания является обязательной для Сербии при толковании конституционных положений о прав человека и меньшинств.9

6 Ст. 25 Основного закона ФРГ.

7 Ст. 15 Конституции РФ.

8 Dimitrijevic V. Osnovi medunarodnog javnog prava. Beograd. Beogradski centar za ljudska prava. 3.izd.. 2012. Str. 26.

9 Milanovic M., Hadzi Vidanovic V. Medunarodno pravo i ljudska

prava u Predlogu Ustava Srbije, Srpska pravna revija. 2006. (5). Str.

63.

Что же касается международных договоров, то, как следует из выше изложенного в статье, в отличие от общепринятых норм международного права автоматически они не становятся частью правовой системы Республики Сербия. Для этого Конституция Республики Сербия 2006 года предусмотрела необходимость соблюдения двух условий: во-первых, их ратификации, а во-вторых, обнародования закона о ратификации. Ратификация как согласие государства на обязательность для него положений ратифицируемого международного акта осуществляет сербский парламент - Народная скупщина Республики Сербия. Как справедливо подчеркивает профессор Беширевич, согласие парламента с уже подписанным международным договором - это то, что дает демократическую легитим-

10 г-.

ность международным договорам. В то же время в статье 17 Конституции Сербии 2006 года указывается, что иностранцы в соответствии с международными договорами Республики Сербия обладают всеми правами, гарантированными Конституцией и законом, за исключением прав, которыми согласно Конституции и закону обладают только граждане Республики Сербия. Профессор Пайванчич анализируя то, что в вышеуказанном конституционном положении говорится о не ратифицированных международных договорах, задается вопросом: не обязывают ли Республику Сербию в сфере правового положения иностранцев не ратифицированные международные договоры, при том, что Конституция прямо указывает на них, хотя в соответствии с частью 2 статьи 16 Конституции, они не являются частью внутреннего правового порядка. 1

Пункт 4 части 1 статьи 99 Конституции Республики Сербия предусматривает, что Народная скупщина «ратифицирует международные договора, если закон предусматривает обязанность их ратификации». Согласно статье 14 этого Народная скупщина утверждает международные договоры о военного, политического и экономического характера, договоры, с заключением которых создаются финансовые обязательства для Республики Сербия, договоры, требующие принятия новых или внесение изменений в действующие законы, а также договоры, положения которых представляют собой отступление от действующих законодательных решений. При этом международные договоры, не относящиеся к вышеизложенным видам международных договоров, не подлежат ратификации. В связи с вышеизложенным профессор Беширевич обращает внимание на то, что в соответствии с Конституцией 2006 года законодатель самостоятельно определяет, какие международные договоры подлежат ратификации, а какие не подлежат. Таким образом, конституционный законодатель не только обеспечил исполнительной власти возможность избежать парламентский контроль, но и еще более ослабил роль законодательной власти в процессе заключения международных договоров, учитывая то, что именно исполнительная власть отвечает за инициирование и проведение переговоров. В результате, решения, принимаемые в контексте международного права, остаются вне контроля граждан, являющихся носителями суверенной власти. Принимая во внимание то, что ратифицированный международный договор становится

10 Besirevic V. "Nova podela vlasti: (tajni) zivot demokratskog deficita u postupku zakljucivanja medunarodnih ugovora" в Parlamentarna praksa I. Marijana Pajvancic, Aleksandra Popovic (ur.). Beograd. Konrad Adenauer Stiftung. 2012. Str. 83.

11 Pajvancic M . Komentar Ustava Republike Srbije Beograd, Fondacija Konrad Adenauer. 2009 . Str. 26.

частью национального права, демократический принцип требует, чтобы именно конституционные положения четко было установлено, какие международные договоры подлежат ратификации, а какие нет, как это предусмотрено, например, в Конституции Франции.12

Итак, порядок ратификации международных договоров предусмотрен в специальном Законе о заключении и исполнении международных договоров.13 В соответствии с вышеуказанным Законом Народная скупщина ратифицирует международные соглашения путем принятия закона о ратификации, в содержание которого входят: текст международного соглашения на сербском языке, соответственно, на одном из языков оригинала, если это не сербский язык, с переводом на сербский язык. Кроме того, закон о ратификации может включать: 1) оговорки, декларации и интерпретационные заявления в отношении международного соглашения, которые включаются в соответствии с положениями самого договора и общепринятыми нормами международного права; 2) положения об обеспечении финансовых средств, необходимых для исполнения международного договора 3) указание на орган, ответственный за исполнение международного договора».

Что касается порядка принятия закона о ратификации, то никакой особой процедуры их принятия не предусмотрено. При этом законы о ратификации имеют ту же юридическую силу, что и любые другие вступившие в силу законы. Еще одним важным условием исполнения международного договора является обнародование закона о ратификации. Учитывая положения частей 1 и 2 статьи 196 Конституции Республики Сербия о том, что закон, в том числе и закон о ратификации международного договора, должен быть опубликован в «Официальном вестнике», в статье 16 Закона о заключении и исполнении международных договоров предусмотрено: Закон о ратификации международного договора с текстом этого международного договора и приложениями, составляющими неотъемлемую часть международного договора, публикуется в «Официальном вестнике Республики Сербия -Международные договоры» в течение 30 дней со дня его обнародования.

Согласно статье 17 Закона о заключении и исполнении международных договоров они вступают в силу в соответствии с положениями самого договора и общепринятыми нормами международного права. При этом Министерство иностранных дел в «Официальном вестнике Республики Сербия - Международные договоры» объявляет дату вступления в силу международного договора. Таким образом, учитывая то, что после официального опубликования закона о ратификации международного договора последний становится частью внутреннего права Сербии, при том, что ратифицированный Сербией международный договор может еще не вступить в силу в соответствии с условиями самого договора, в результате Республика Сербия может оказаться в ситуации, когда она будет обязана выполнять обязательства по международному договору до его вступления его в силу в отношении других государств-участников договора. В связи с этим ряд сербских исследователей отмечает, что часть 2 статьи 16 Конституции нуждается в поправке и должна содержать следующую формулировку: «общеприня-

12 Besirevic V. Odnos medunarodnog i unutrasnjeg prava: osvrt na ustavna resenja // www.centaronline.org/.../Prof-dr-Violeta-Besirevic-Odnos-m. Str. 2.

13 Sluzbeni glasnik RS". Br. 32/2013.

тые нормы международного права, а также ратифицированные и опубликованные международные договоры являются неотъемлемой частью правовой системы Республики Сербия».14

В рамках настоящего исследования отдельного внимания заслуживают статьи 142 и 145 Конституции Республики Сербия, регулирующие порядок использования, в том числе и международных источников в ходе судопроизводства, Так, статья 142 Конституции Сербии установила принципы правосудия и предусмотрела, что суды, являясь самостоятельными и независимыми, отправляют правосудие «на основе Конституции, законов и иных общих актов, если это предусмотрено законом, общепринятыми нормами международного права и ратифицированными международными договорами». При этом уже в статье 145 Конституции, предусматривающей акты, на основании которых выносятся решения суда, отсутствуют «общепринятые нормы международного права.15 Такое конституционное решение вызвало серьезную озабоченность в среде сербских исследователей относительно того, что положения статьи 145 будут толковаться в сочетании с другими положениями Конституции с тем, чтобы «общепринятые нормы международного права» могли быть основой судебных решений. В частности, Драшко Джурович, в 2008 году, учитывая текущую судебную практику, обращал внимание на то, что положения статьи 145 могут послужить конституционным основанием для избегания применения этого правового источника. 6

Конституция Республики Сербия 2006 года, в отличие от Конституции СРЮ 1992 года, не содержит положения о примате норм международного права над нормами внутреннего законодательства. При этом юридическая сила норм международного права вполне может быть установлена путем проведения анализа положений Конституции, регулирующих как иерархию внутригосударственных и международных правовых актов, так и компетенцию Конституционного суда Республики Сербия.

Итак, согласно статье 194 Конституции Сербии правовая система Республики Сербия является единой. Конституция является высшим правовым актом Республики Сербия. Таким образом, статья 194 Конституции прямо указывается на то, что Конституция занимает вершину иерархии правовых источников в Республике Сербия. С одной стороны, согласно части 5 статьи 194 Конституции «законы и другие общие акты, принятые в Республике Сербия, не должны противоречить ратифицированным международным договорам и общепринятым нормам международного права». С другой стороны, согласно части 2 статьи 16 Конституции ратифицированные международные договоры должны соответствовать Конституции. Правда, в части

14 Аналогичные формулировки содержатся в Конституции Хорватии (ст. 141) и Конституции Франции (ст. 55). Более подробно см.: Milojevic M. "Medunarodni ugovori u Ustavu Srbije od 2006". Godisnjak Udruzenja za medunarodno pravo 2007. Beograd. 2008.Str. 201-202; Besirevic V. Odnos medunarodnog i unutrasnjeg prava: osvrt na ustavna resenja // www.centaronline.org/.../Prof-dr-Violeta-Besirevic-Odnos-m. Str, 3

15 Согласно статье 145 Конституции Республики Сербия «судебные решения основываются на Конституции, законе, ратифицированном международном договоре и нормативном акте, принятом на основании закона».

16 Burovic, D. Odnos unutrasnjeg i medunarodnog prava u pravnom poretku republike Srbije. Anali Pravnog fakulteta u Beogradu. 57 (2). 2009. Str. 344; Mladenov M. Status medunarodnih izvora prava u ustavnom pravnom poretku. PRAVO - teorija i praksa. Broj 01-03. 2014. Str. 21.

4 статьи 194 Конституции содержится другая формулировка: ратифицированные международные договоры не должны противоречить Конституции, что явно не является тождественным и, как указывается в Заключении Венецианской комиссии о Конституции Сербии от 2007 года, создает возможность для различных толкований.17 В любом случае, в соответствии с Конституцией Сербии единственным общим правовым актом, располагающемся в иерархии внутренних правовых норм над ратифицированным международным договором, является Конституция Республики Сербия, в то время как все другие общие правовые акты, включая законы, обладают меньшей юридической силой, чем ратифицированные международные договоры.

В итоге, если международный договор не соответствует положениям Конституции Сербии, он не может применяться в рамках внутренней правовой системы Сербии, что не обязательно означает, что международный договор не связывает Республику Сербия с точки зрения международного права. Дело в том, то вступивший в силу международный договор обязывает Республику Сербия, поскольку она является участником Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года. В соответствии со статьей 27 этой Конвенции государство-участник не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения им обязательств вытекающих из международного договора. Таким образом, в связи с неисполнением международного договора, не соответствующего Конституции Сербии, последняя может быть привлечена к международно-правовой ответственности.

Тем не менее, современное конституционное законодательство Сербии предусмотрело возможность того, что Народная скупщина и Президент Республики Сербия как участники законодательного процесса и, соответственно, процесса ратификации международного договора, которая осуществляется в форме принятия закона о ратификации, могут отказаться от ратификации договора на основании несоответствия ратифицируемого международного договора Конституции. Так, Народная скупщина может не принять закон о ратификации, а Президент Республики может отказаться промульгировать закон или направить ратификационные документы депозитарию международных договоров.1 Кроме того, Конституционный суд Сербии вправе на основании статьи 169 Конституции в рамках предварительного контроля конституционности законов после принятия закона о ратификации, но до издания Президентом указа об обнародовании такого закона, осуществить проверку конституционности закона о ратификации по требованию не менее одной трети депутатов.1 В рамках процедуры предварительного контроля конституционности Конституционный суд может вынести решение о том, что международный договор соответствует Конституции и в этом случае производство проверки на конституционности не может быть возбуждено повторно в рамках последующего контроля. Если же Конституционный суд придет к заключению о том, что между-

17 См.: http://www.venice.coe.int/docs/2007/CDL-AD(2007)004-srb.pdf, 29.10.2009.

18 Половченко К.А. Особенности правового статуса Президента в системе органов государственной власти Республики Сербия. Право и управление. XXI век. 2015. № 2 (35). С. 51

19 Половченко К.А. Расширяющаяся компетенция Конституци-

онного суда: опыт Сербии. Пробелы в российском законодатель-

стве. 2017. № 4. С. 94.

народный договор не соответствует Конституции Сербии, то, как справедливо отмечает Марияна Младенов, единственная возможность для ратификации международного договора будет связана с внесением изменений в Конституцию.2

Конституция Сербия 2006 года помимо предварительного контроля конституционности международных договоров в рамках проверки на конституционность законов о ратификации, предусмотрела контроль последующий контроль ратифицированных международных договоров. Так, согласно части 2 статьи 167 Конституции Конституционный суд Сербии принимает решения о соответствии ратифицированных международных договоров Конституции Сербии. Полномочие Конституционного суда Сербии по контролю конституционности вступивших в силу международных договоров явилось предметом справедливой критики со стороны сербских и иностранных исследователей.21

В связи с вышеизложенным в работе представляются интересными выводы Европейской комиссии за демократию через право (Венецианской комиссии), представленные в Заключении о Конституции Сербии № 405/2006 от 19 марта 2007 года. Так, в выводах на статью 16 Конституции Сербии 2006 года, в частности, указала на то, что Республика Сербия как государство-участник обязана соблюдать Венскую конвенцию о праве международных договоров. Однако часть 3 статьи 16 в сочетании с частью 2 статьи 167 Конституции уполномочили Конституционный суд прекращать внутригосударственное действие ратифицированных международных договоров. В этом случае государство Сербия с тем, чтобы не нарушать свои международные обязательства, вытекающие из ратифицированных международных договоров, должно либо внести поправки в Конституцию - что не всегда возможно с учетом сложной процедуры, предусмотренной в статье 203 - либо расторгнуть договор, либо выйти из него, если такая возможность предусмотрена самим договором или соответствует статье 56 Венской конвенции о договоре. Поскольку, как отмечает Венецианская комиссия, это может привести к потенциальной международной ответственности Республики Сербия, постольку было бы лучше, если бы была обеспечена предварительная проверка на соответствие международного договора Конституции до его ратификации. В связи с этим Комиссия в Заключении упомянула институт предварительного конституционного контроля, предусмотренный статьей 169 Конституции, указав на то, что процедура «проверки конституционности закона до его вступления в силу», предусмотренная в статье 169 Конституции, может быть распространена на проверку конституционности договора до его ратификации.

Положительно оценив конституционные положения о верховенстве Конституции в системе источников права, и отметив то, что и другие европейские государства, в том числе и государства с длительной демократической традицией, также устанавливают верховенство национальных конституций в отношении международных договоров. Это, однако, не означает, что Конституция интерпретируется без учета международного права. Напротив, это означает, что органы

20 Mladenov M. Status medunarodnih izvora prava u ustavnom pravnom poretku. PRAVO - teorija i praksa. Broj 01-03. 2014. Str. 23.

21 Cm. Nenadic B. Ustavni sud Republike Srbije u svetlu Ustava iz 2006. godine. Revus. №11. 2009. Str. 135. Burovic D. Odnos unutrasnjeg i medunarodnog prava u pravnom poretku republike Srbije. Anali Pravnog fakulteta u Beogradu. 57 (2). Str. 344.

власти государства, в том числе и Конституционный суд, должны толковать Конституцию таким образом, чтобы избегать конфликта между внутригосударственными нормами и нормами действующих международных договоров.

Что же касается статуса общепринятых норм международного права в сравнении с ратифицированными международными договорами, то Конституция Республики Сербия по-разному урегулировала их статус в иерархической системе правовых источников Сербии. Более того, если положение ратифицированных международных договоров в правовой системе Сербии Конституцией четко установлено, то на вопрос о месте в ней общепринятых норм международного права Конституция однозначного ответа не дала. В результате, важнейшим теоретическим вопросом, имеющим весомое практическое значение, является вопрос о месте общепринятых норм международного права в системе источников права Сербии. Из вышеуказанного вопроса вытекает следующий вопрос: занимают ли общепринятые нормы международного права то же положение в иерархии источников права Сербии, что и ратифицированные международные договоры, в результате чего общепринятые нормы международного права располагаются на следующей ступени в иерархической пирамиде после Конституции? Или же общепринятые нормы международного права обладают такой же юридической силой, что и Конституция, принимая во внимание то, что в самой Конституции предусматривается, что именно ратифицированные международные договоры не должны противоречить Конституции, но не общепринятые нормы международного права? В сербской доктрине к настоящему времени по этому вопросу обозначились три позиции. Так, одни авторы, преимущественно специалисты в области международного публичного права и политологии, полагают, что общепринятые нормы международного права имеют большую юридическую силу, чем Конститу-ция.22 Другие авторы считают, что общепринятые нормы международного права имеют одинаковую юридическую силу с Конституцией.23 А третьи указывают на то, что общепринятые нормы международного права обладают меньшей юридической силой, чем Конституция, обладая такой же юридической силой, что и ратифицированные международные договоры.24 При этом профессор Беширевич справедливо обращает внимание на то, что, учитывая стремление современных конституционных демократий обеспечить примат конституции над международным правом, позиция, в соответствии с которой общепринятые нормы международного права обладают меньшей юридической силой, чем Конституция, могут быть поддержаны лишь при соблюдении условия о том, что толкование Конституции должны осуществляться в соответствии с международным правом.25

Относительно соотношения законов и других общих актов с источниками международного права следует обратить внимание на то,что то в этом случае Конституция четко установила, что законы и другие общие

22 Vasic R. , Jovanovic M., Dajovic G. Uvod u pravo. Beograd. Pravni fakultet Univerziteta u Beogradu. 2015. Str. 274.

23 Markovic R. Ustavni sud u Ustavu Republike Srbije od 2006. godine. C. 24. Dimitrijevic V. Osnovi medunarodnog javnog prava. Beograd. Beogradski centar za Ijudska prava. 3.izd.. 2012. Str. 67.

24 Nenadic B. "Ustavni sud Republike Srbije u svetlu Ustava iz 2006.godine". Revus. No. 11. 2009. Str. 135.

25 Besirevic V. Odnos medunarodnog i unutrasnjeg prava: osvrt na ustavna resenja // www.centaronIine.org/.../Prof-dr-VioIeta-Besirevic-Odnos-m. . Str. 4.

акты не должны противоречить ратифицированным международным договорам и общепринятым нормам международного права. Таким образом, законы и другие общие акты обладают меньшей юридической силой, чем общепринятые нормы международного права и ратифицированные международные договоры. В результате, законы или другие общие акты, противоречащие ратифицированным международным договорам и общепринятым нормам международного права, не применяются.

В то же время, сербские авторы отмечают, что проблему противоречия законов или других общих актов и вышеупомянутых международных источников в рамках правоприменения можно разрешить двумя способами. Так, если суд или другой государственный орган в ходе производства по делу придет к заключению о том, что закон или другой общий акт, который подлежит применению в конкретном деле, противоречит конкретному правилу международного права, предусмотренному ратифицированным международным договором или общепринятой нормой международного права и если это международное правило самоисполнимо, то суд или другой государственный орган может и непосредственно его применить к определенной фактической ситуации, отказав в применении закона, противоречащего общепринятым нормам международного права и международному договору. Однако это не означает, что закон как таковой перестает действовать, но только не будет применяться в конкретном деле. Именно к такому способу разрешения проблемы противоречия законов или других общих актов и вышеупомянутых международных источников в рамках правоприменения склоняется ряд сербских специалистов. Однако более целесообразным и единственно верным, учитывая положения Закона о Конституционном суде Сербии, является другой способ, предусматривающий, что суд или другой государственный орган в случае установления противоречия между закон или другим общим актом и вышеупомянутыми источниками международного права обязан приостановить производство по делу и возбуждать процедуру проверки конституционности и законности оспариваемого акта в Конституционном суде Сербии. Дело в том, что статья 63 Закона о Конституционном суде прямо предусматривает, что «если в деле, рассматриваемом в суде общей или специальной юрисдикции ставится вопрос о соответствии закона или другого общего акта Конституции, общепринятым нормам международного права, ратифицированным международным договорам или закону и суд оценивает такой вопроса как обоснованный, то в этом случае он приостанавливает производство по делу и возбуждает процедуру проверки конституционности или законность этого акта в Конституционном суде. Таким образом, суды общей и специальной юрисдикции не только не вправе самостоятельно решать вопрос о конституционности и незаконности общих актов, но и обязаны передать вопрос конституционности и законности общего акта на рассмотрение органа конституционного контроля Сербии, который на основании статей 167 и 168 Конституции осуществляет производство в порядке абстрактного нормоконтроля. При этом если Конституционным судом в процедуре нормоконтроля будет установлено несоответствие закона или другого общего акта источникам международного права, такой акт утрачивает юридическую силу. А суд общей или специальной юрисдикции возобновляет производство по делу, вынося окончательное решение на основании норм меж-

дународного права в соответствии с частью 2 статьи 16 Конституции 2006 года.

Сербские авторы отмечают тот факт, что Конституция 2006 года не содержит так называемую «интегра-тивную клаузулу», которая бы создавала правовые условия для потенциального вступления Сербии в Европейский Союз.26 В связи с этим Венецианская комиссия в своем Заключении 2009 года рекомендовала Сербии, по опыту других европейских стран, включить в Конституцию положения, предусматривающие прямую передачу определенных полномочий органов Республики Сербия международным или наднациональным организациям. В частности предложила дополнить часть 1 статьи 97 Конституции, регулирующую суверенитет, территориальную целостность Республики Сербия, а также ее международный статус и отношения с другими государствами и международными организациями, положениями, рекомендованными Комиссией.27 Следует обратить внимание на то, что многие сербских исследователей поддерживают вышеописанную инициативу Венецианской комиссии.28

Итак, подводя итог проведенного в статье исследования, следует обратить внимание на то, что современная Конституция Республики Сербия вопрос о соотношении международного и внутригосударственного права решила в пользу монистической доктрины, в соответствии с которой международное и внутреннее право являются двумя составляющими правовой системы Сербии. Конституция является высшим правовым актом ее правовой системы, а ратифицированные международные договоры, являясь частью правовой системы, не должны противоречить Конституции Сербии. Однако верховенство Конституции над ратифицированными международными договорами сочетается с тем, что часть 2 статьи 16 Конституции гарантирует непосредственное применение как ратифицированных международных договоров, так и общепринятых норм международного права. В пользу прямого применения международных норм свидетельствуют и положения части 3 статьи 18 Конституции Республики Сербия, в которых оговаривается толкование конституционных положений в соответствии с международным правом. В результате, в настоящее время сербские органы правосудия при вынесении судебных решений достаточно активно применяют нормы международного права, а при толковании конституционных положений, регулирующих права и свободы человека, учитывают практику международных институтов, осуществляющих надзор за осуществлением прав и свобод.

Статья прошла проверку системой «Антиплагиат»;

Оригинальность текста - 83,22%

Список литературы:

1. Besirevic V. Odnos medunarodnog i unutrasnjeg prava: osvrt na ustavna resenja. www.centaronline.org/.../ Prof-dr-Violeta-Besirevic-Odnos-m. 2014.

2. Dimitrijevic V. Osnovi medunarodnog javnog prava. Beograd. Beogradski centar za ljudska prava. 3.izd.. 2012.

S. Ъор^евип С. "Однос унутраш^ег и ме^ународног права", Анали Правног факултета у Београду (Анали ПФБ). № 4-6. 1997.

4. Ъурковип Ъ. „Ме^ународни уговори и правни по-редак СРJ". Правни живот. №7-8. 1996.

5. Burovic D. Odnos unutrasnjeg i medunarodnog prava u pravnom poretku republike Srbije. Anali Pravnog fakulteta u Beogradu. 57 (2).

6. Markovic, R. (). Ustav Republike Srbije iz 2006 -kriticki pogled, Anali Pravnog fakulteta u Beogradu, 54 (2). 2006.

7. Маркович Р. Уставни суд у Уставу Републике Срби]е од 2006 године. Анали Правног факултета у Бео]раду. Бро] 2. 2007.

8. Milanovic M., Hadzi Vidanovic V. Medunarodno pravo i ljudska prava u Predlogu Ustava Srbije, Srpska pravna revija. 2006. (5).

9. Milojevic M. "Medunarodni ugovori u Ustavu Srbije od 2006". Godisnjak Udruzenja za medunarodno pravo 2007. Beograd. 2008.

10. Mladenov M. Status medunarodnih izvora prava u ustavnom pravnom poretku. PRAVO - teorija i praksa. Broj 01-03. 2014.

11. Nenadic B. Ustavni sud Republike Srbije u svetlu Ustava iz 2006. godine. Revus. №11. 2009.

12. Половченко К.А. Особенности правового статуса Президента в системе органов государственной власти Республики Сербия. Право и управление. XXI век. 2015. № 2 (S5).

1S. Половченко К.А. Институт конституционной жалобы как составляющая механизма защиты прав и свобод: опыт России. Москва 2002.

14. Половченко К.А. Расширяющаяся компетенция Конституционного суда: опыт Сербии. Пробелы в российском законодательстве. 2017. № 4.

15. Половченко К.А. Конституционный контроль в Республике Хорватия. Конституционный контроль в зарубежных странах Половченко К.А., Лейбо Ю.И., Орлов А.Г., Гуреева Н.П., Ракитская И.А., Кремянская Е.А., Шашкова А.В., Кузнецова Т.О., Водяницкая Е.А., Карпенко К.В., Павлов Е.Я. Сер. "Конституционное право зарубежных стран" Москва, 2015.

16. Pajvancic M . Komentar Ustava Republike Srbije Beograd, Fondacija Konrad Adenauer. 2009.

17. Vasic R., Jovanovic M., Dajovic G. Uvod u pravo. Beograd. Pravni fakultet Univerziteta u Beogradu. 2015.

26 Mladenov M. Status medunarodnih izvora prava u ustavnom pravnom poretku. PRAVO - teorija i praksa. Broj 01-03. 2014.

27 Cm.: http://www.venice.coe.int/docs/2007/CDL-AD(2007)004-srb.pdf, 29.10.2009.

28 Cm.: Burovic D. Odnos unutrasnjeg i medunarodnog prava u pravnom poretku republike Srbije. Anali Pravnog fakulteta u Beogradu. 57 (2). 2009. Str. 346; Besirevic V. Odnos medunarodnog i unutrasnjeg prava: osvrt na ustavna resenja. www.centaronline. org/.../Prof-dr-Violeta-Besirevic-Odnos-m. 2014. Str. 5.