Зосим Новая история (книга iii)

ПРИЛОЖЕНИЕ

ZOSIMOS NEA HISTORIA (pars III) ЗОСИМ НОВАЯ ИСТОРИЯ (книга III)*

Перевод с латинского и комментарии H.H. Болгова.

Вступительная статья H.H. Болгова и Е.В. Литовченко

Зосим - последний языческий историк, комит и экс-адвокат фиска Восточной Римской империи (Византии). Новая история в VI кн. носит ярко языческую направленность. Закончена в 498 г. Единственная языческая история на греческом языке, сохранившаяся полностью от V в. Главную причину ослабления империи и натиска варваров Зосим видит в принятии христианства.

Основные темы книг:

I. Краткое вступление от Троянской войны до римских императоров. История кризиса III в.;

II. От Диоклетиана до Констанция II;

III. Юлиан и его эпоха;

IV. Валентиниан и Валент;

V. Феодосий и начало V в.;

VI. События 409-410 г.

Публикуемая здесь книга III особенно интересна с точки зрения сравнения ее с аналогичными сюжетами Аммиана Марцеллина. В целом Зосим проигрывает Аммиану, но в ряде случаев дополняет его, опираясь на независимые источники.

Работа над переводом «Новой истории» Зосима велась с 1991 г. Отдельные книги уже публиковались нами в различных сборниках БелГУ: кн. VI // Вопросы всеобщей истории и политологии. Белгород, 1997. С. 49-56; кн. I // Античный мир. Белгород, 1999. С. 154-191; кн. V //Проблемы историографии всеобщей истории. Белгород, 2000. С. 86-115; кн. II.1-7 //Иресиона. Античный мир и его наследие. Вып. 3. Белгород, 2006. С. 136-141.

Полный перевод готовится к изданию издательством «Гуманитарная академия» (Санкт-Петербург).

*

Публикация подготовлена при поддержке Гранта БелГУ ВКГ 126-06 2006 г.

ЗОСИМ — «ПОСЛЕДНИЙ ЭЛЛИН»*

Об авторе последнего античного исторического сочинения Зосиме мы знаем, помимо того, что он сам сообщает о себе в своем произведении, лишь в выписках, сделанных в IX в. патриархом Фотием для свода «Мириобиблион» (Bibl. Cod. 98): «Прочитано историческое сочинение в шести книгах Зосима, комита и бывшего адвоката фиска. Что касается религии, то это безбожник, и зачастую - по многим проявлениям. Он выступает против истинной веры. Зосим краток по своему стилю, четок и ясен, не лишен привлекательности. Его рассказ начинается, можно сказать, от Августа, но вплоть до Диоклетиана дается лишь беглый обзор всех правителей, обстоятельств их восшествия на престол и последующих деяний. Начиная со времени Диоклетиана, рассуждения Зосима становятся более пространными, занимая пять книг. Действительно, первая книга лишь перечисляет императоров, предшествовавших Диоклетиану со времени Августа. Автор завершает свою шестую книгу рассказом о времени, когда Аларих второй раз осадил Рим, римляне претерпевали голод, а императорский трон был передан Атталу. Позже Аларих возвысился посредством Аттала, потому что хорошо воспользовался предоставленной ему возможностью; он отослал последнего вести переговоры с императором Гонорием, который проживал тогда в Равенне. Но Сар, враг Алариха, имевший три сотни человек под своим распоряжением, присоединился к Гонорию, обещая союз против Алариха и выступив против него. Шестая книга Зосима заканчивается вслед за этим. Можно было бы сказать, что Зосим не написал историю, но что он переписал ее у Евнапия, от которого он отличается только своей лаконичностью и тем обстоятельством, что не бичует Стилихона со всей злостью, как Евнапий. Однако по манере изложения Зосим не похож на других авторов; особенно четко это проявляется в эпизодах нападок на христианских императоров. Кажется, имеется два издания его произведения; однако до сих пор я не видел первого, но тот факт, что он назвал ту рукопись, которую мы прочитали, «Новым изданием», дает нам повод предполагать, что он написал, как и Евнапий, два текста. Зо-сим более ясен и, как я уже сказал, краток, чем Евнапий, и он редко использует образные выражения».

Из текста Фотия, однако, не ясно, в какое время жил Зосим. Патриарх упоминает лишь об одном факте из биографии нашего историка. Примерно то же самое мы видим и в начале текста рукописи, в котором сохранилось произведение Зосима. Известно, что историк был комитом (одним из высших должностных лиц в административной системе империи) и бывшим адвокатом государственной казны (фиска) При выходе в отставку адвокаты государственной казны получали различные почести, соответственно значению должности, которую они занимали; но так как мы не знаем, комитом каких дел был Зосим, мы не можем строить никаких догадок о его карьере и о месте, где она разворачивалась. Из самого произведения можно вполне определенно заключить, что Зосим был явным язычником, враждебно относившимся к христианству и обладавшим некоторой литературной культурой; что он провел по меньшей мере какую-то часть своей жизни в Константинополе, о чем свидетельствует достаточно тонкое знание топографии этого города1.

Вопрос о времени жизни Зосима также не вполне ясен. Зосим в кн. V опровергает утверждения Олимпиодора из Фив2, историка, изложение которого заканчивается вступлением на престол императора Валентиниана III, 23 октября 425 г.3 Произведение Олим-пиодора, следовательно, было написано после указанной даты, которая представляет собой terminus post quem (наиболее ранний хронологический рубеж) для нашей редакции «Новой истории» Зосима. Упоминание имени философа Сириана4 не слишком проясняет общую картину, так как ничего неизвестно о дате, когда было написано произведение последнего; оно могло быть известно еще до 425 г.

Первый писатель, который цитирует Зосима и произведение которого сохранилось -

*

Работа подготовлена при поддержке Внутривузовского гранта БелГУ 2006 г. ВКГ № 126-06.

Евагрий Схоластик, чья «Церковная история»5, была написана между 592 и 594 гг. В цитируемом отрывке Евагрий говорит об историке Евстафии Епифанийском, источники которого он упоминает, между ними и появляется имя Зосима. Точность этих сведений была проверена и признана, можно ей довериться; но когда писал этот Евстафий, неизвестно. В другом отрывке «Церковной истории» Евагрия мы узнаем, что Евстафий после того, как рассказал об экспедиции римлян в Месопотамию, умер, оставив свое произведение незаконченным на описании двенадцатого года царствования Анастасия

- до 518 г. и, таким образом, заставляет поместить жизнь Зосима между 425 и 518 гг.

По косвенным указаниям (отмена ряда налогов при Анастасии) датировку «Истории» можно сузить до 498-518 гг. «Новая история» помещена в контекст времени, когда Римская империя была почти полностью занята варварами или даже практически уничтожена8. Без сомнения, здесь надо сделать скидку на риторическое преувеличение автора, который хочет показать, что забвение традиционной религии в пользу христианства спровоцировало распад империи, но подобные фразы не могли быть написаны до конца V века, который привел к исчезновению Западной империи. А позднее, в VI веке, империя лишь укреплялась и расширялась в рамках реставрационной политики Юстиниана.

В рукописях произведение Зосима названо «Новая история», тогда как во фрагменте, приведенном выше, Фотий называет его «новым изданием» (екбость?) и делает предположение, что Зосим, как и Евнапий, два раза издавал свое произведение. Следовательно, мы располагаем «вторым изданием», которое имелось в руках Фотия. Описание сочинения Зосима, которое дает патриарх, совпадает с текстом, которым мы располагаем сегодня. Некоторые новейшие историки последовали за Фотием в его гипотезе о двух редакциях, допуская, что новое издание было отредактировано и очищено от самых антихристианских отрывков, но подобное предположение ничем нельзя доказать. Гипотеза о том, что Зосим сам подготовил второе издание, выглядит невероятной, так как логический конец произведения отсутствует. Последние страницы текста представляют собой очевидные свидетельства поспешной и неоконченной правки. Видимо, Зосим не смог окончательно отделать текст своей книги. В этих условиях можно допустить, что название, данное в рукописи, подлинное, а Фотий стал жертвой путаницы. Заглавие же «Новая история» нужно понимать как «История современной (новой) эпохи».

Зосим четко указал причину, по которой он предпринял свой труд: в начале первой главы «Новой истории» упоминается Полибий, который является примером для нашего автора по форме и принципам изложения материала. Зосим претендует на то, чтобы стать, так сказать, «Полибием времен упадка». Последний посвятил свою историю описанию необычного и очень быстрого роста римского могущества. Зосим же хочет показать, как империя столь же быстро пришла в упадок. Он заимствует у Полибия важные наблюдения: римляне были долгое время незначительным народом, после своих первых успехов они были почти уничтожены карфагенянами, но немного позднее они завоева-

ли, менее чем за 53 года, огромную часть обитаемого мира. Далее Зосим еще более ясно выражает свою связь с Полибием9: «В то время как Полибий изложил, каким образом римляне создали свою империю так быстро, я расскажу, как они так же быстро разрушили ее своим высокомерием». Очевидно, что Зосим здесь явно опирается на Полибия и заимствует у него хронологическую и идеологическую схему своего произведения. Последнее, видимо, осталось незаконченным, поэтому нельзя сказать, в какой мере Зосим остался бы верным своему основному замыслу. Наш автор старается подражать строгому стилю своего образца, и ему это в основном удается; но нужно признать, что в целом как историк Зосим все же уступает Полибию.

Согласно Фотию, «Новая история» содержит шесть книг, и это действительно книги, имевшиеся в его распоряжении. Кроме того, писец, который переписывал последнюю часть рукописи Зосима, также указал на шесть книг. Однако более поздний рубрикатор в одной из копий выделил только 5 книг. В самом деле, в тексте имеется лакуна: четвертая тетрадь (квартерион) рукописи, содержащая конец первой книги и начало второй, исчезла, и не знавший этого рубрикатор, не заметив указания писца, сместил нумерацию книг с III по VI из-за того, что не мог видеть начало книги II. Эта трансформация имела последствием то, что среди копий, восходящих к основной рукописи, сохранилось деление на 6 книг, а среди рукописей, восходящих к рубрикатору - на 5 книг. Очевидно, что правильным является деление на 6 книг.

«Новая история» состоит из около 300 страниц в издании Тёйбнера и излагает преимущественно императорский период истории Рима. Повествование начинается с короткой преамбулы, подводящей читателя к царствованию Августа. Рассказ становится постепенно всё более подробным и завершается на событиях лета 410 г., которые предшествуют взятию Аларихом Рима. В конце текст обрывается внезапно и не сочетается никак с некоторыми эпизодами, смысл которых был бы понятен, если бы падение Рима было включено в текст. Также явно бросается в глаза, что VI книга намного короче предыдущих. Очевидно, что текст, которым мы располагаем - неполный. Может быть, по каким-то причинам он никогда и не был закончен; а может, конец не сохранился, случайно или по чьему-то умыслу. Эти разные версии были рассмотрены специалистами, но неясно, какая из них самая правдоподобная. Описание произведения, которое нам дает Фотий, показывает, что текст, которым он располагал, не был более полным, чем наш. Можно сделать этот же вывод в отношении и Евагрия, который заявляет, что история Зосима следует до эпохи Аркадия и Гонория10, что не совсем точно, но, тем не менее, соответствует «Новой истории» в том виде, в каком мы ее читаем сегодня. Также есть и другие доказательства того, что в конце VI века произведение Зосима не было более полным, чем сегодня. Прошло не более 90 лет между временем, когда писал Зосим, и временем, когда Евагрий цитировал его, давая указание на то, чем заканчивается произведение Зосима. Мало правдоподобно, что за это относительно короткое время окончание «Новой истории» исчезло, не оставив ни малейшего следа. Если исходить из того факта, что всё произведение, и особенно его шестая книга, являют собой по стилю и по обработке текста очевидные знаки поспешной редакции, мы, вслед за Ф. Пашу, склонны допустить, что произведение осталось незаконченным по неизвестной нам причине, может быть потому, что Зосим умер.

Бесспорно, что, по замыслу автора «Новая история» должна была продолжаться хотя бы до конца 410 г.: в ряде мест историк намекает на более поздний период, когда Римская империя осталась почти только воспоминанием - конечно, к 410 г. ситуация была еще довольно далека от этого. Зосим также добавляет, что он будет говорить о позднейшей катастрофе в подробностях в нужном месте. Из этих фраз Зосима нельзя твердо заключать, что он продолжил свое произведение после 410 г., но лишь то, что он имел к этому вполне определенное намерение. Впрочем, если вспомнить о традиции византийских историков, которые останавливали свои сочинения на смерти императора, предшествовавшего тому, при котором они живут, правдоподобно допустить, что если бы Зосим мог закончить «Новую историю», он бы довел ее до 491 г., т.е. до смерти Зенона.

Трудно судить о гипотетической эволюции степени сохранности произведения и о его объеме, если бы период с 410 до 491 гг. сохранился, так как, чем дальше рассказ Зосима продвигается вперед, тем более подробным он становится.

Отправной точкой любого исследования источников Зосима является утверждение Фотия о том, что этот историк, так сказать, «переписывает Евнапия». У нас нет никакого повода сомневаться в принципиальной правоте патриарха, учитывая, что Фотий прочел полный текст исторического произведения Евнапия, которого нет у нас. Тем не менее, очевидно, что указание Фотия все же не совсем справедливое, так как Евнапий описал период с 270 по 404 гг., а «Новая история» хронологически начинается раньше и заканчивается позже. Это означает, что Зосим, живший на одно столетие позднее последних описанных им событий, должен был располагать и другими письменными источниками, кроме Евнапия. По поводу того, что говорит Фотий, надо еще отметить, что та сдержанность, которую патриарх приписывает Зосиму относительно Стилихона, видна лишь в описании событий 408 г., т.е. во время, для которого Зосим не мог использовать Евнапия. Когда же он следует за Евнапием, то Зосим весьма строг в отношении Стилихона. Однако этот эпизод не должен сбить нас с толку. У специалистов никогда не было сомнений, что Евнапий являлся источником важнейшей части «Новой истории», что подтверждается сравнением Зосима с уцелевшими фрагментами исторического произведения Евнапия.

Сам Зосим упоминает следующих авторов: Юлиан (III. 2; IV. 8, 2), Олимпиодор и Квадрат (V. 27, 1-2), Пизандр (V. 29, 3), Полибий (I. 1; I. 57, 1; V. 20, 4), Сириан (IV. 18, 4), Геродот (IV. 20, 3), Гомер (IV. 57, 4; 5, 6, 1) и Сивилины оракулы (I. 5; V. 36, 2). Цитаты из них у Зосима приведены не из первых рук. Без сомнений можно сделать вывод, что Олимпиодор стал основным источником Зосима, начиная с V. 26. Для периода до 270 года проблема гораздо более сложна, так как хорошо известно, что вопрос об источниках истории III века вообще очень запутан.

Существует относительное согласие специалистов по семи первым главам, включающим предисловие и обозрение истории императоров с Августа до воцарения Септи-мия Севера. Здесь особенно бросается в глаза критика монархического режима, которая кажется совершенно чуждым эпизодом в истории ранней Империи. Ф. Пашу склонен считать, что любой, хотя бы немного образованный человек, смог бы составить эти страницы почти без источников. Следовательно, их оригинальный автор - сам Зосим. Философские и политические рассуждения 1 и 5 глав могут также принадлежать самому Зосиму и выражать его убеждения антихристианского консерватора, выступающего против императорского режима в специфической манере, немного отдающей неоплатонизмом.

Начиная со 2-й книги, принято считать, что Зосим здесь следует за Евнапием, но некоторые отрывки приписаны большинством современных исследователей другим источникам. Это относится прежде всего к длинному отступлению о Столетних играх. Это -отрывок из римской религиозной истории, хорошо раскрывающий суть дела и достаточно точный в деталях, но, впрочем, игнорирующий хронологию11. Мендельсон предполагает, что невозможно считать самого Зосима подлинным автором этого отрывка и называет в качестве такового Флегона Тралльского. Согласно византийскому словарю Суда, этот писатель является автором трактата «О долгожителях», в котором приводит тот же оракул Сивиллы, что и у Зосима. Текст также мог бы происходить от Валерия Анциата через Веррия Флакка и Варрона. Конечно, эта гипотеза привлекательна, но ее достоверность не доказана.

Против 3-й книги особенно ополчились все те, кто изучал источники Зосима, так как рассказ «Новой истории» о кампании Юлиана против персов очень близок к рассказу Аммиана Марцеллина и Либания. Проблема источников о времени правления Юлиана вызвала многочисленные дебаты; сюда же можно добавить деликатные вопросы о хронологии появления исторических работ Аммиана Марцеллина и Евнапия, от чего, очевидно, зависит природа отношений между ними. Сразу становится очевидным, что све-

дения Аммиана, Либания и Зосима о персидской кампании, несмотря на определенные сходства, имеют примечательные различия, и каждый из них дает точные сведения (например, имена), которые отсутствуют в двух других рассказах.

Подойдя к концу текста Евнапия, Зосим был вынужден прибегнуть в качестве источника к Олимпиодору. Это самое простое объяснение в то же время является и самым правдоподобным. Определив таким образом метод работы Зосима с источниками как простой и механический, нельзя счесть Зосима способным соединить два или множество источников. Наш историк следует в принципе всегда одному источнику и ищет другой только тогда, когда прежний исчезает. Так как Евнапий описал поход Юлиана в Персию, мы не имеем оснований сомневаться, что Зосим и здесь следовал ему, заимствуя даже подход, где сам Евнапий принимался рассуждать об источниках, которыми располагал для правления Юлиана.

4-я книга не представляет проблемы в том, что касается источников. Общепризнанно, что она полностью зависима от Евнапия. Только два отрывка были отмечены Л. Мендельсоном как добавки самого Зосима. Во-первых, это сцена чудесного спасения Афин, когда землетрясение колебало Грецию, где упомянут гимн философа Сириана (хронология не позволяет принять, что Евнапий мог ссылаться на Сириана в первой части своего исторического произведения). Во-вторых, это экскурс о коллегии понтификов. Параллели имеются у Иоанна Лида12. Можно не сомневаться, что эти доводы достаточны для приписывания этих строк самому Зосиму, нежели Евнапию.

По проблеме источников пятой книги есть только одна точка зрения: историческое произведение Евнапия не продолжается за смерть императрицы Евдоксии в 404 году, поэтому Зосим обратился к Олимпиодору с главы 26. Этот переход от одного источника к другому лежит в основе уже упомянутого хронологического пробела в этой части «Новой истории». В самом деле, исторический рассказ Олимпиодора начинается с событий 406/7 гг. К этому добавляется факт, что Евнапий игнорирует практически все, что произошло на Западе после 395 г., тогда как Олимпиодор внимателен прежде всего к событиям на Западе, что удивительно для уроженца Востока и носителя греческого языка. Эти противоположные характеристики двух связанных между собой авторов четко отражаются у Зосима, повествование которого становится таким фрагментарным, что историк кажется в этом сознательным. Для нас это является точным признаком, доказывающим, что Зосим был так сильно зависим от своих источников, что не позаботился ни заметить их недостатки, ни заполнить пробел в том месте, где его допустил Олимпиодор.

Наше впечатление подтверждается, когда мы устанавливаем в «Новой истории» некоторые изменения, начиная с момента, где Зосим следует Олимпиодору. Известно, что произведение этого последнего имело характер, очень отличный от других историков, так, что Фотий определил его как «живая история». В противоположность обычной практике и особенно Евнапию, Олимпиодор ограничивается типичными латинскими терминами. Он лишь дает их в греческой огласовке, вместо того, чтобы перевести или заменить эквивалентами. Кроме того, Олимпиодор указывает даты и расстояния по римскому способу, отдает предпочтение римскому названию, когда он дает географическое указание; не колеблется упоминать точные цифры, интересуется социальными проблемами. Соответственно, и у Зосима находят множество примеров, начиная с главы 26 пятой книги, но не ранее. Вот латинские термины: V, 32, 4; 36, 3 - доместик (употреблены также в III, 30, 1); V, 32, 6; 35, 1 - магистр (употреблен также в III, 29, 3); также V, 34, 7

- нотарии и трибуны. Четыре латинских цитаты появляются в той части «Новой истории», которая произошла от Олимпиодора, тогда как прежде термины, оригинал которых был, конечно, на латинском, были представлены в греческом переводе. Уже отмечалось, что Евнапий полагал недостойным историка давать точную хронологию, и в самом деле, этого не находят у Зосима, когда он следует за этим автором (отступление о Столетних играх - сомнительного происхождения); но с того места, когда Зосим начинает следовать Олимпиодору, он указывает ежегодные изменения, приводя в пример имена

новых консулов. Более того, Зосим приводит точную дату смерти Стилихона. Если Зосим прибегает обычно к стадиям для указаний расстояний, то здесь он объясняется вдруг милями. В двух эпизодах он указал точное количество золота, серебра и других ценных вещей, которые Аларих потребовал от римлян. Интерес Олимпиодора к социальным проблемам четко прослеживается и у Зосима, когда он нам показывает знатный и богатый род Анициев, извлекавших выгоды из народных несчастий, или купцов, которые во время эпидемии в Риме во время второй осады Алариха не колебались поднимать цены на продовольственные товары. Это находится в соответствии с аналогичными местами, где Олимпиодор благосклонно оценивает Стилихона и защищает его от клеветы Сената, так как он понял, что его политика была единственно возможной. Ала-рих был самым сильным, ему нужно было удовлетворить свою жадность, для чего он покидает Италию, и этому мог способствовать только Сенат. Такова точка зрения сенаторской аристократии, которая объясняется заимствованиями у Евнапия, но эти нюансы полностью ускользают из поля зрения Зосима, который не колеблется сопоставлять противоположные суждения двух частей. Все эти наблюдения представляют доказательства того, что Зосим обращается к Олимпиодору, когда он не может больше прибегнуть к Ев-напию, но особенно они показывают, что Зосим слишком пассивен по отношению к своему источнику, в угоду которому он даже сохраняет мелкие детали, изменяет в зависимости от него не только свою технику изложения, но даже свои идеологические позиции. Это довод, благодаря которому ученые в основном отказывают Зосиму в самостоятельности выбора и использования источников или дополнениях источника сведениями, взятыми в другом месте. Надо также отметить, что кроме Олимпиодора Зо-симом был использован для периода, который нас интересует, и Созомен.

Вся 6-я книга полна ошибок, противоречий и непонятных данных. Обнаруживается крайняя небрежность, с которой было составлено ядро текста.

Итак, общепризнанно, что Зосим следовал в основном двум источникам - Евнапию с

I. 47 по V. 25 и Олимпиодору с V. 26 почти до конца. Нужно ли полагать, что нет абсолютно никакого личного вклада Зосима в «Новую историю»? «Новая история» все же дает нам вполне оригинальные сведения. Это - самые интересные части произведения Зосима. В их основе лежат размышления религиозного и политического порядка, которые дополняют общий рассказ. Впрочем, уже отмечалось, что это единственные отрывки, которые подтверждают какую-то оригинальность нашего автора. Эти отступления Зосима позволяют назвать его Полибием эпохи упадка. Они выражают идеологию автора, его теологию, его языческую апологию истории. Эта забота объясняет упадок Рима заброшенностью традиционной религии. В контексте рассказа исторического идеологическая направленность заложена уже на стадии замысла и реализуется по крайней мере намерением. «Новая история» в этом отношении похожа на труд «О Граде Божием» Августина или «Историю против язычников» Орозия, которые представляют собой также в определенном роде вид идеологического сочинения. Здесь речь идет бесспорно о самом поразительном элементе произведения Зосима. Со времени Фотия Зосим всегда рассматривался как апологет язычества в сочинениях, которые ему посвящены. Этот аспект также сделался объектом нескольких специальных исследований. Излишне их пересказывать и комментировать здесь; простое перечисление будет достаточным.

Книга I. 1.2: роль судьбы и провидения в истории. 5. 3-4: критика монархического режима. 57: предзнаменование, возвещающее поражение пальмирян. 58: другое предзнаменование, будущее вероломство римлян по отношению к богам, причина двух несчастий. 67, 1-2: чудесный дождь из зерна спасает армию Проба от голода.

Книга II. 1-7: отступление о Столетних играх, их происхождении, история Валезия, который достигает исцеления своих детей и учреждает праздник; жертвы на Марсовом поле, принесенные Попликолой; успешные празднования Столетних игр; описания церемоний; пророчество Сивиллы, посвященное Играм; их непразднование провоцирует упадок империи. 13: пожар в храме Фортуны в Риме и бунт, спровоцированный богохульством солдата. 16, 1-2: пророчество и знак, данный Максенцию перед сражением у

Мильвийского моста. 29: языческая версия обращения Константина к христианству. 30: строительство новой столицы в Константинополе. 31: Константин украшает этот город; он показывает себя безбожником и терпит отныне военные поражения. 32-33: административные нововведения Константина и губительные реформы префектуры. 34: нововведения оказываются катастрофическими в военной области, они провоцируют упадок городов и всей Империи. 35: непомерные размеры Константинополя. 36: поиски пророчества, объявляющего величину Константинополя. 37: текст и интерпретация найденного пророчества. 38: чтобы удовлетворить свое мотовство, Константин вводит притеснительные налоги, которые стали причиной упадка городов.

Книга III. 9.4-6: Юлиан публично признает свое язычество; он ободрен пророческим сном. 11.1-2: Юлиан действует в соответствии с указаниями прорицателей и небесных светил. 12.1: неблагоприятные знаки для Юлиана, проигнорированные Зосимом. 32: история римских провинций Месопотамии, находившихся под властью римлян до смерти Юлиана и никогда больше не отвоеванных обратно; общий упадок империи.

Книга IV: 3. 2-3: Валентиниан I запрещает сначала ночные обряды, потом возвращается к этому решению по просьбе Претекстата. 13, 3-4: нотарий Феодор, указанный как будущий император магическими знаками, предан смерти. 14-15: за этим следует серия процессов и экзекуций, которые разоряют города, особенно преступления против философов. 18: молния и землетрясения; хитрость жреца Нестория для выполнения ритуальной церемонии в честь Ахилла, которая спасает Афины и Аттику. 21: чудесное появление человека, ни живого, ни мертвого, который объявляет будущее исчезновение Империи. 29. 2: обремененные налогами жители городов имеют возможность воззвать к богам. 33. 4: главное отрешение язычников от власти в эпоху Феодосия; почитать богов становится опасным. 36: отступление о верховных понтификах, предсказание верховного жреца о смерти Грациана, первого императора, отказавшегося от верховного понтификата. 37.3: языческие церемонии запрещены в Египте. 50: двойственная и противоречивая точка зрения о личности Феодосия. 59: Феодосий просит сенаторов переменить веру; после их отказа он отменяет официальные субсидии на богослужения, что и приводит к упадку Империи и разрушению городов.

Книга V. 5.6-8: Афина Промахос и Ахилл спасают чудесным образом Афины, которым угрожает Аларих. 10.3: похвала Адрастее. 21.5: Фравитта приписывает свои успехи богам и не скрывает свое язычество. 23.4-6: гибельная деятельность монахов. 24. 5-8: пожар, опустошивший святую Софию; исчезновение статуй Моисея, но две статуи -Афины и Зевса - чудесным образом сохраняются; это - доказательство божественного провидения. 35.5: зловредный демон провоцирует накопление несчастий. 38: предана смерти Серена, вдова Стилихона; ее безбожие по отношению к богам - причина ее несчастья; безбожие, роковое для Стилихона. 40.4 - 41.3: этруски предлагают спасти Рим, которому угрожает Аларих, с помощью языческой официальной церемонии, на которую никто не имел смелости решиться, тем более, когда ситуация стала такой, что римляне мечтали просить поддержки богов, которые им когда-то покровительствовали. 41.5: новое упоминание о злобном демоне. 41.6-7: чтобы заплатить выкуп, увеличенный Алари-хом, римляне лишают богов их украшений и даже расплавляют их статуи, поставленные за спасение Рима. 46.2-4: доблестный Генерид добивается того, что язычники могут снова занимать высокие должности в государстве

Книга VI. 7.3: неблагоприятное предзнаменование в начале царствования Аттала; божество наказывает его за хвастовство.

Итак, «Новая история» - единственное историческое произведение Поздней Империи, тенденциозно языческое, которое до нас дошло полностью: языческий труд Аммиа-на Марцеллина был сохранен, но сокращен переписчиками именно в местах, касающихся религиозных проблем. Что касается SHA, то их интерпретация остается более деликатной, и их враждебность к христианству не является их основной характеристикой. Таким образом, книга Зосима обладает большим значением для истории идеологических воззрений, из которой мы узнаем, как последние язычники интерпретировали судьбы

христианской империи, и можем сравнить их с толкованиями сторонников Евсевия, Августина, Орозия, Феодорита и множества других христианских авторов.

Надо, впрочем, отметить, что язычники на Востоке (по Зосиму) находились в лучшем положении, чем на Западе. Известно, что язычество, которое исповедовалось в кружке Симмаха, представляло собой значительные отличия от того, что почитали Ли-баний и его друзья. Лучшее доказательство - в том, что император Юлиан испытывал трудности в понимании нужд римских сенаторов. Однако Зосим доказывает нам, что эти тенденции, несколько отличающиеся в отдельных моментах, не стоит преувеличивать. Евнапий и Олимпиодор, как восточные люди, хорошо знают особенности древнегреческого язычества и, в то же время, они дают многочисленные факты, явно происходящие с Запада (мы уже видели зависимость Евнапия от летописей Никомаха Флавиана).

Читая «Новую историю», надо всегда отбирать с большим усердием зерна от плевел. У Зосима есть много правды, смешанной с большим количеством басен, и отчасти поэтому современные исследователи не очень внимательны к нему и по сей день. По источникам, которые использует «Новая история», периодам, которые она освещает, и идеологии, которой она вдохновляется, эта книга, несмотря на дату, когда она была составлена, принадлежит еще к античности. В византийской историографии ей невозможно определить место, хорошо устанавливаемое в развитии античной историографии, плодом которой она в итоге и является. История распорядилась так, что это - последнее историческое произведение, дошедшее до нас из античности. Это текст, зачастую причудливый и несистематизированный, содержащий одновременно резюме и детальный пересказ, которые чередуют апологию язычества и антихристианские памфлеты.

Фотий, говоря о языке Зосима, расхваливает лаконичность, умеренность, чистоту и привлекательность, которые противопоставляются приукрашенному стилю Евнапия. Современный ученый охотно согласится с Фотием в том, что язык Зосима скорее прост, нежели изящен. Конечно, «Новая история» лишена риторики и украшений: ни капли отваги, ни речей, ни драматических сцен, ни ярких портретов. Тон всегда ровен, и если поначалу это радует, то достаточно быстро в дальнейшем ощущается сухость, монотонность и даже (по мнению Ф. Пашу) скука. Большинство фраз следуют одной и той же схеме. Основной глагол сопровождается некоторым количеством причастий. Самое важное то, что это - стереотипная структура. Несмотря на простоту, в ней зачастую отсутствует ясность и логика; выбор действия, которое выражается в главном глаголе, расположение причастных оборотов часто кажется необдуманным, случайным, что рождает впечатление затруднения и неловкости. Фотий противопоставляет эту манеру манере Евнапия. Об этом можно поспорить еще и сегодня.

Неточность словаря Зосима затруднительна каждый раз, когда речь идет об официальных должностях, или гражданских служащих, или римских военных, или также группах войск. В источниках Зосима типичное для античных историков отсутствие повсеместной и необходимой точности отягощено тем фактом, что латинские термины заменены греческими эквивалентами, выбранными произвольно. Однако другие греческие историки римского периода и особенно надписи показывают, что в большинстве случаев тексты стремятся к постоянным переводам и общепринятым названиям одних и тех же учреждений и официальных должностей римского периода. Иногда перевод терминов легко понимается и узнается без труда. Но это относится лишь к отрывкам, происходящим от Олимпиодора.

В итоге мы имеем весьма скромный результат. Нужно ли говорить, что достаточно безыскусный язык Зосима почти не привлек внимания специалистов? Действительно, по сравнению с другими поздними греческими историками, манера Зосима писать не представляет особого интереса: он использует койнэ вместе с оборотами, взятыми у классиков, а также использует некоторые нововведения (в морфологии, использование предлогов) характерные для языка того времени.

Видно, что с самого начала произведение Зосима, которое Боссюэ назвал «открытым врагом христианства и христиан» («Защита истории от перемен», глава 7) было обрече-

но на тяжкую участь, чему способствовала его антихристианская ориентация. Действительно, реакция проявилась достаточно быстро. Из-за враждебного отношения со стороны церкви книга Зосима мало изучалась как в средние века, так и на протяжении нового времени. Счастливый случай или даже чудо способствовали ее сохранению.

Единственный основной манускрипт, который сохранил нам «Новую историю», это Ватиканский греческий кодекс 156. В данном манускрипте различают четыре различных почерка: первый от начала до I. 23, 2, второй до II. 34, 2, третий до III. 45, 4, четвертый до конца. Две первые руки принадлежат современникам и могут быть датированы второй половиной X века; речь идет о двух писцах, работавших в сотрудничестве. Второй заменил первого в середине страницы на полуслове. Схолии 28, 32, 38 должны принадлежать руке первого, который контролировал работу своего напарника. Третья рука

- это XI век, четвертая - XII век.

Рукопись имеет два недостатка: четвертая тетрадь (квартерион) полностью отличается от прочих: в ней уничтожен конец первой и начало второй книги; вдобавок отсутствует лист, до которого старательно отрезан край. Речь должна идти о добровольном искажении, сделанном для того, чтобы убрать несколько небольших отрывков, враждебных христианству. Остальная часть рукописи находится в хорошем состоянии. Эти недостатки главной рукописи были зафиксированы уже в XIII веке в схолиях на конце двух других манускриптов.

Происхождение рукописи неизвестно: косвенные признаки позволяют строить лишь предположения. На лицевой стороне первого листа первого квартериона выделяют на верхнем краю, а в тексте на нижних краях, два креста. Эти кресты в основном характерны для рукописей, происходящих от известного константинопольского скриптория -Студийского монастыря.

Нужно также заметить, что почерк двух самых важных частей Ватиканского кодекса 156 не характерен для Студийского скриптория, и что эти части датируются более поздним временем, чем рукописи, типичные и подлинные, характерные для этой мастерской. Вместе с тем, этот характерный почерк исчезает в начале X века. Не исключено, что два первых писца относились к Студийскому скрипторию. В любом случае, Ватиканский кодекс 156 должен происходить из важного центра, который располагал богатой и разнообразной библиотекой, а так как это был богатый и антихристианский кодекс, он находился именно там. Эта библиотека была хорошо известна и заботилась о том, чтобы пополнить кодекс, после того, как он был искажен. Она продолжала располагать первоначальными рукописями, которые делали эту работу возможной. Вдобавок, нужно сказать, что Ватиканский кодекс 156 - не роскошный, но, тем не менее, хорошо сохраненный, и текст, который до нас дошел - удовлетворительный.

В 1590 г. о Франкфурте появляется первое полное греческое издание текста «Новой истории».

Оставляя в стороне поздние списки, основанные лишь на Ватиканском кодексе 156, Кардинал Анджело Маи сделал кропотливое сличение этого манускрипта с другими и передал его Л. Мендельсону, который выпустил в 1887 г. новое издание у Тёйбнера с критическими комментариями. Издание строго следовало рамкам тёйбнеровского издания: дано лишь некоторое количество объяснительных пометок об источниках, параллельный латинский текст, отмечены различные трудности, которые здесь встречаются. Издание Л. Мендельсона богатством и качеством своего введения и комментария ценно до настоящего времени, а также является точкой отчета, необходимой всем исследованиям Зосима и поныне.

Самое полное и образцовое на сегодняшний день издание Зосима было опубликовано в 1971-1989 гг. Ф. Пашу в трех томах с французским переводом. Это издание отличает солидный комментарий, учет всех рукописей и изданий. Нужно сказать, что текст Ватиканского кодекса 156 Ф. Пашу дает в значительной степени исправленным и учитывает все текстологические достижения, которые были сделаны в течение последних десятилетий. Некоторые разночтения в орфографии имен, сохраненные Мендельсоном

из-за его приверженности Ватиканскому кодексу 156, были устранены. Исправления и дополнения, предложенные после Мендельсона, были приняты Пашу, который использовал все последние достижения «зосимоведения».

В России до 90-х гг. XX в. публиковались лишь избранные отрывки в хрестоматиях (самые обширные - в своде В.В. Латышева «Скифика и Кавказика»)13. В 2001 г. в

С.-Петербурге в приложении ко 2 тому нового перевода Евагрия вышел перевод отрывков: П.29-32.1; 38-39.1; 43.1-4; 44.3-4 (И.В. Кривушин)14.

Единственная специальная работа монографического характера, скромно названная «Пять очерков о Зосиме»15, выросла из комментария Ф. Пашу к его изданию данного текста.

«Новая история» Зосима заслуживает самого пристального внимания историков по ряду причин. Прежде всего, это единственное связное, почти целиком сохранившееся историческое сочинение в классической традиции, созданное в конце V века на востоке империи. Кроме того, труд Зосима является последним чисто античным произведением, в котором возрождается даже не позднеантичное (неоплатоническое), а скорее традиционное эллинское мировоззрение.

Тем не менее, данное сочинение почти не пользовалось вниманием ученых новейшего времени. В историографии XX в. найдется едва ли более нескольких десятков публикаций о нем, причем в основном в виде статей. Монографического исследования о Зосиме нет до настоящего времени ни на Западе, ни в России. В нашей стране не существует даже общепринятого написания имени историка. Встречаются два варианта: эллинизированный - Зосима (7остіца), и латинизированный - Зосим (2озітш). С чем связано подобное невнимание? Если в нашей стране косвенной причиной может послужить отсутствие полного научного перевода, то для мировой науки подобный промах вряд ли оправдан. Единственное рациональное объяснение может заключаться в том, что Зосим, будучи историком античного типа, но уже византийской эпохи, стоит как бы на пороге античности и Византии и выпадает из поля зрения обеих категорий историков. Кроме того, невысокая оценка со стороны филологов-классиков связана с зависимостью текста Зосима от его предшественников - Евнапия и Олимпиодора, которые не сохранились полностью. Косвенная причина также может заключаться еще и в том, что Прокопий Кесарийский полвека спустя затмил Зосима своей действительно превосходной «Историей войн», к тому же продолженной Агафием. Наконец, критика христианства стала, пожалуй, главной идеологической причиной забвения труда «последнего эллина».

Между тем, «Новая история» Зосима в полной мере претендует на лавры последней собственно античной «Истории», так как Прокопий был уже христианином и собственно византийским историком, лишь пишущим в классической традиции.

Зосим оплакивает почти ушедшее великое прошлое. Его духовное одиночество на общем фоне эпохи звучит вполне громко и выразительно. Рядом с ним по эмоциональному накалу можно поставить едва ли только александрийского поэта Паллада. Во время написания труда Зосима на Западе «последние римляне» жили уже под властью варваров и пытались сохранить свет античной культуры на отдельных «островках» - своих виллах. На Востоке «последним эллинам» пришлось не легче. Внешне империя оставалась той же, внутренне она уже глубоко переродилась. Приспособиться к новой жизни можно было, лишь изменив своим принципам, вековым ценностям. Зосим не смог или не захотел изменить античности, и тем самым, быть может, больше других достоин называться не просто последним античным историком, но и «последним эллином».

Византия впоследствии не раз будет обращаться к классической традиции как к культурному наследию, но живые носители этой традиции во времена Зосима были ей уже не нужны.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. II.30-31 - важный пассаж из истории города Константинополя.

2. V.27.1.

3. Fr.46.

4. IV.18.4.

5. V.24.

6. Evagr. Historia Ecclesiastica (далее НЕ). III.37; Malala 399.4.

7. Eutr. X.18.3; Amm. Marc. XXXI.19.9; Scriptores Historiae Augustae (SHA). Heliog. 35.5 (Русский перевод: Властелины Рима. М., 1992).

8. I.57.1.

9. I.57.1.

10. Evagr. HE III.41.

11. Eun. 1.

12. Известный византийский писатель VI-VII вв. Иоанн Лаврентий Лид, автор сохранившихся сочинений «О должностях римского народа» (De magistratibus populi Romani) в III кн., «О месяцах», «О костях».

13. Ряд глав был издан полностью, а ряд с сокращениями: I. 20, 23, 26, 27, 28, 31, 32, 33, 34,

35, 36, 37, 38, 39, 40, 42, 43, 45, 48, 49, 63, 64, 71; II. 21, 31, 33; III. 1, 2, 10; IV. 5, 7, 10,

20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 34, 35, 38, 39; V. 21, 22, 29. См.: Латышев В.В. Известия древних писателей, греческих и латинских, о Скифии и Кавказе. Т. 1. Вып. 1-3. СПб., 1893, 1896, 1900; т. 2, вып. 1-2. СПб., 1904, 1906.

14. Евагрий Схоластик. Церковная история. Книги III-IV. СПб., 2001. С. 253-260.

15. Paschoud Fr. Cinq études surZosimus. P., 1975.

ИЗБРАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯ

Adler A. Time immemorial. Archaic History and its Sources in Christian Chronography from Julius Africanus to George Syncellus. Washington, 1989.

Allen P. Evagrius Scholasticus the Church Historian. Leuven, 1981.

Arce /.Estudios sobre el emperador Fl. Cl. Juliano // Fuentes literarias, Epigrafia, Numismatica. Madrid, 1984.

Bagnall R., Cameron A.D.E., Schwartz S., Worp K. Consuls of Late Roman Empire. Atlanta, 1987.

Baldini A. Richerche sulla Storia di Eunapio di Sardi. Bologna, 1984.

Baldini A. Le due edizioni della Storia di Eunapio e le fonti della Storia nuova di Zosimo //AFLM. 19. 1986. P. 45-109.

Baldwin B. Zosimus and Asinius Quadratus // CPh. 74. 1979. P. 57-58.

Baldwin B. Latin in Byzantium // Symposium «From Late Antiquity to Early Byzantium». Praha, 1985. P. 237-241.

Banchich T.M. The Date of Eunapius’ Vitae sophistarum // GRBS. 25. 1984. P. 183-192. Banchich T.M. The Historical Fragments of Eunapius of Sardis // These dactylographee. Buffalo, 1985.

Banchich T.M. Eunapius on Libanius’ Refusal of a Prefecture //Phoenix. 39. 1985. P. 384-386.

Banchich T.M. Eunapius and Jerome// GRBS. 27. 1986. P. 319-324.

Barnes T.D. The Sources of the Historia Augusta. Bruxelles, 1978.

Berardo L. Struttura, lacune e struttura delle lacune nell’ Storia Nova di Zosimo // Athenaeum. 54. 1976. P. 472-481.

Blockley R.C. Dexippus of Athens and Eunapius of Sardis //Latomus. 30. 1971. P. 710-715.

Blockley R.C. Was the First Book of Zosimus’ New History Based on more than two Sources? // Byzantion. 50. 1980. P. 393-402.

Blockley R.C. The Ending of Eunapius’ History// Antichithon. 14. 1980. P. 170-176.

Blockley R.C. The Fragmentary Classicising Historians of the Later Roman Empire. Vol. 1. Liverpool, 1981.

Id. Vol. 2. Liverpool, 1983.

Breebaart A.B. Eunapius of Sardes and the Writting of History // Mnemosyne. 32. 1979. P. 360-375.

Brunt P.A. On Historical Fragments and Epitomes // CQ. 74. 1980. P. 477-494.

Buchanan J.J., Davis H.T.Traduction anglaise de Zosime. San Antonio, Texas, 1967. BuckD.F. Eunapius of Sardis. Oxford, 1977.

Burgess R. The Chronicle of Hydatius and the Consularia Constantinopolitana. Oxford, 1993.

Cameron A. The date of Zosimus’ New History // Philologus. 113. 1969. P. 106-110. Chalmers W.R. Zosimus and Orosius on the Decline of the Empire // Redige peu apres 1970 pour «Aufstieg und Niedergang...».

Chastagnol A. Zosime 2, 38 et l’ Histoire Auguste // Bonner Historia-Augusta Colloquium 1964-1965. Bonn, 1966. P. 46-61.

Cichocka H. Begriff und Grundform der historischen Periode // Eos. 68. 1980. P. 217-227. Cichocka H. La prose rythmique de Zosime // JOEByz. 32/3. XVI Internationaler Byzantinistenkongress. Akten II/3. Wien, 1982. P. 345-354.

Cichocka H. La posizione nella clausola degli storici protobizantini // Koinonia. 6. 1982. P. 129-145.

Cichocka H. La prose rythmique de Zosime dans le contexte de l’historiographie protobyzantine. Varsovie, 1985 (на польском яз.).

Cichocka H. Die Periodenkonstruktionen bei Zosimos // JOEByz. 35. 1985. P. 93-112. Cichocka H. La prose historique de Zosime // Symposium «From Late Antiquity to Early Byzantium». Praha, 1985. P. 253-256.

Cichocka H. The Construction and Function of the Monocolic Period in Zosimus’ «New History»//LF. 110. 1987. P. 16-24.

Cichocka H. Zosimus Account of Christianity // Paganism in the Later Roman Empire and in Byzantium / Ed. M. Salamon. Cracow, 1991. P. 89-104.

Clower F.MOlympiodorus of Thebes and the Historia Augusta // Bonner Historia-Augusta-Colloquium 1979/1981. Bonn, 1983. P. 127-156.

Conca F. Traduction italienne de Zosime. Milano, 1977.

Condurachi E. Les idées politiques de Zosime // Revista classica. 13/14. 1941/42. P. 115-127.

Cracco Ruggini L. Simboli di battaglia ideologica nel tardo ellenismo. Pisa, 1972.

Cracco Ruggini L. Pubblicistica e storiografia bizantine di fronte alla crisi dell’Imperio Romano// Athenaeum. 51. 1973. P. 146-183.

Cracco Ruggini L. Zosimo ossia il rovesciamento delle «Storie Ecclesiastiche» // Augustinianum. 16. 1976. P. 23-36.

Cracco Ruggini L. The Ecclesiastical Histories and the Pagan Historiography: Providence and Miracles // Athenaeum. 55. 1977. P. 107-126.

Damsholt T.Das Zeitalter des Zosimos, Evagrios, Eustathios und die Aufhebung des chrysargyron // Analecta Romana Instituti Danici. 8. 1977. P. 89-102.

Elliott T.G. Ammianus Marcellinus and Fourth Century History. Toronto, 1982.

Feugere M.Zosime // Correspondant. Sept.25, 1855. P. 921-943.

Forcina A.M.Lettori bizantini di Zosimo (Le note marginali del cod. Vat. Gr. 156). Milano, 1987.

Goffart W.Zosimus, the First Historian of Romes’ Fall // AHR. 76. 1971. P. 412-441. Goffart W.Rome, Constantinople and the Barbarians // AHR. 86. 1981. P. 275-306.

Goulet R. Sur la chronologie de la vie et des oevries d’Eunape de Sardes // JHS. 100. 1980. P. 60-72.

Grabner F. Ein Zosimusquelle//Byz. Zeit. 14. 1905. P. 87-159.

Green T.M. Zosimus, Orosius and their Traditions: Comparatives Studies in Pagan and

Christian Historiography // These dactylographiée. New York, 1974.

Grefe V. Compte rendu de l’édition de Mendelssohn // ЖМНП. 258. 1888. C. 151-165. Hartmann A. Traduction tchèque de Zosime. Praha, 1983.

Höfler G. Kritische Bemerkunden uber Zosimus u. Den Grad seiner Glaubwürdikeit // SB Wiener Akad., phil.-hist. Kl. 95. 1879. S.521-565.

Kaegi ÎF.Byzantium and the Decline of Rome. Princeton, 1968 (особенно гл.3 - «Зосим и упадок языческой исторической апологетики»).

Leidig /.Quaestiones Zosimae. München, 1900.

Leven K.-H.Zur Polemik des Zosimos //Festschrift Ilona Opelt. Frankfurt-am-Main-Bern-New York, 1988. P. 177-197.

Lippold A. Orosius und seine Gegner // Studi Tardoantichi I (Miscellanea Calderone). Messina, 1986. P. 163-182.

Martin R.C. De Fontibus Zosimi (Diss.). Berlin, 1866.

Matthews J.F. Olympiodorus of Thebes and the history of tne West (AD 407-425) // JRS.

60. 1970. P. 79-97.

Momigliano A. L’eta del trapasso fra storiografia antica e storiografia medievale (320-550

D.C.) // Settimane di Studi del Centro Italiano di Studi sull’Alto Medioevo XVII. La storiografia medioevale I. Spoleto, 1970. P. 89-118.

Olivetti A. Osservazioni sui capitoli 42-53 del libro II di Zosimo e sulla loro probabile fonte // Riv. fil. 43. 1915. P. 221-233.

Pashoud F. Zosime 2, 29 et la version païenne de la conversion de Constantin // Historia.

V.20. 1971.

Pashoud F. Influences et échos des conceptions historiographiques de Polybe dans l’Antiquité tardive // Entretiens de la Fondation Hardt XX: Polybe. Vandoeuvres-Geneve, 1974. P. 305-344.

Pashoud F. Cinq etudes sur Zosime. Paris, 1975.

Pashoud F. Quand parut la première édition de l’Histoire d’Eunape? // Bonner Historia-Augusta-Colloquium. 1977/1978. Bonn, 1980. P. 149-162.

Pashoud F. Romains et Barbares au debut du Ve siècle après J.-C.: le temoignage d’Eunape, d’Olympiodore et de Zosime // La nozione di «Romano» tra cittadinanza e universalita. Roma, 1984. P. 357-367.

Pashoud F. Die Ursachenanalyse in der Historia nea des Zosimos //Klio. 66. 1984. P. 641-645.

Pashoud F. Zosime et la fin de l’ouvrage historique d’Eunape // Orpheus. 6. 1985. P. 44-61.

Pashoud F. Le debut de l’ouvrage historique d’Olympiodore // Arctos Supplementum II (Studia in honorem Iiro Kajanto). Helsinki, 1985. P. 185-196.

Pashoud F. Eunapiana // Bonner Historia-Augusta-Colloquium. 1982/1983. Bonn, 1985. P. 239-303.

Pashoud F. Ebria sobrietas: de quelques généraux amateurs de femmes et de vin // Bonner Historia-Augusta-Colloquium. 1984/1985. Bonn, 1987. P. 185-196.

Pashoud F. Zosime, Eunape et Olympiodore temoins des invasions barbares // Das Reich und die Barbaren. Wien, 1989. P.181-201.

Pashoud F. La préface de l’ouvrage historique d’Eunape // A paraitre dans Historia. 38. 1989.

Pashoud F. Zosimus//RE. 10A. S.795-841.

Petre Z. La pensée historique de Zosime // Stud. Clas. 7. 1965. P. 263-272.

Ranke L. Zosimus // Weltgeschichte. Vol. 4.2. 1883. S. 264-284.

Rappaport B. Hat Zosimus I.1.46 die Chronik des Dexippus benutzt? //Klio. 1. 1901. S. 427-442.

Ridley R.UEunapius and Zosimus // Helikon. 9-10. 1969-1970. P. 574-592.

Ridley R. The IV and V century civil and military hierarhy in Zosimus // Byz. 40. 1970. P. 91-104.

Ridley R.T.Zosimus the Historian // ByzZ. 65. 1972. P. 277-302.

Ridley R.T.Traduction anglaise de Zosime. Canberra, 1982.

Rosenstein /.Kritische Untersuchungen uber das Verhältnis zwischen Olympiodor, Zosimus und Sozomenus Forschungen zur deutschen Geschichte. 1. 1862. S. 166-204.

Sacks K.S. The Meaning of Eunapius’ History // H&T. 25. 1986. P. 52-67.

Salamon M. Le problème de la chute de l’Empire romain dans l’historiographie grecque universelle au debut du VIe s. (Zosime et Eustathe d’Epiphanie) // Historia i Wspolczesnosc. T.3. Katowice, 1978. P. 115-129.

Scavone D.C. Zosimus, Greek historian of the fall of the Roman empire. 1969 (Diss., Loyola Univ. of Chicago).

Scavone D.C. Zosimus and his Historical Models // GRBS. 11. 1970. P. 57-67.

Schlumberger /.Die Epitome de Caesaribus. Untersuchungen zur heidnischen Geschichtsschreibung des 4 Jahrhunderts n. Chr. München, 1974.

Schlumberger /.Die verlorenen Annalen des Nicomachus Flavianus: ein Werk über Geschichte der römischen Republik oder Kaiserzeit? // Bonner Historia-Augusta-Colloquium. 1982/1983. Bonn, 1985. P. 305-329.

Schmidt P. De auctoritate et fide historica Zosimi utiam Constantini magni narrantis. -Diss. Halle, 1865.

Schultz P. Di Stilichone eisque de eo agunt fontibus, Claudiano inprimis et Zosimo. - Diss. Regimonti, 1864.

Selem A. La diversione dell’esercito di Procopio e Sebastiano secondo Ammiano

XXIII.3.4-5: l’uso delle fonti in Ammiano a proposito della spedizione di Guiliano in Mesopotamia // Vichiana. 8. 1979. P. 25-69.

Sirago V.A. Olimpiodoro di Tebe e la sua opera storica // Miscellanea Barbagallo. II. Napoli, 1970. P. 1-25.

de Ste-Croix G. Observations sur Zosime //Mem. Acad. Inscript. et B.-Lettres. 49. 1808. P. 466-500.

Sucher F. Disputationes de Zosimi et Eusebii, historiarum scriptorum, in Constantini Magni imp. rebus exponendis fide et auctoritate. - Prog. Hersfeld, 1856.

Sudhaus H. De ratione quae intercedat inter Zosimi et Ammiani de Bello a Imperatore Iuliano cum Persis gesto relationis. Diss. Bonnae, 1870.

Veh O. Traduction allemande de Zosime. Stuttgart, sine anno.

Warmington B.H. Ammianus Marcellinus and the Lies of Metrodorus // CQ. 31. 1981. P. 464-468.

Болгов H.H. Зосим - историк поздней античности // Сборник научных трудов преподавателей и аспирантов. Вып. 2. Белгород, 1995. С. 106-112.

Болгов H.H. Зосим - последний античный историк // ВИ. 2006 (в печати).

Жуков К.В. Зосим: проблемы кризиса и упадка Западной Римской империи. Новгород, 1999. - Деп. в ИНИОН РАН № 54316 от 16.02.1999 (2 п.л.).

Жуков К.В. Падение Римской империи (Зосим и его североамериканские интерпретаторы). Великий Новгород, 2000. Автореф. канд. дисс.

Каждан А.П. Рецензия на французское издание Зосима Ф. Пашу // ВДИ. 1975. № 4.

Козлов А.С. Некоторые аспекты «проблемы варваров» в «Новой истории» Зосима // АДСВ. № 14. Свердловск, 1977. С. 52-59.

Козлов А.С. Социальные симпатии и антипатии Зосима // АДСВ. № 15. Свердловск, 1978. С. 23-42.

Культура Византии IV-I пол. VII в. М., 1984. С. 145-148 (автор раздела - З.В. Удальцова).

Розенталь H.H. Религиозно-политическая идеология Зосима // Древний мир. М., 1962. С. 611-617.

Удальцова З.В. Идейно-политическая борьба в ранней Византии (по данным историков IV-VII вв.).-М., 1974.

Удальцова З.В. Из истории византийской культуры раннего средневековья (мировоззрение византийских историков IV-VII вв.) // Европа в средние века: экономика, политика, культура. М., 1972. С. 260-293.

Чекалова A.A. Эволюция представлений о знатности в Византии 2-й пол. V-VI вв. // ВВ. 52. 1991 (о Зосиме С. 61-63).

ЗОСИМ. НОВАЯ ИСТОРИЯ. Кн. III

1. После переговоров с цезарем Галлом Констанций отправился из Паннонии в Италию. В то время было очевидно, что Римская империя расчленена варварскими вторжениями: франки, аламанны и саксы уже взяли 40 городов на Рейне1 и оставили их в руинах, уведя в плен бессчетное количество их жителей и несметную добычу; квады и сарматы нагло напали на Паннонию и Верхнюю Мёзию. Персы постоянно истощали силы Востока, несмотря на то, что ранее они не проявляли активности из страха быть атакованными цезарем Галлом2. Но император мог потерять всё, что имел, потому что не использовал возможность разбить врагов поодиночке. Кроме того, Констанций не был уверен в правильности выбора коллеги из-за своей чрезмерной любви к власти и подозрительности, что постоянно наводило его на мысли о невозможности иметь друзей, как все обычные люди.

(2) Пока Констанций был охвачен такой вялостью и безволием, государство пребывало в страшной опасности. Евсевия, его жена3, чрезвычайно образованная, знакомая со всеми слухами, каковыми обыкновенно бывают женщины, посоветовала императору назначить Юлиана цезарем в заальпийских провинциях. Как было известно Евсевии, император Констанций подозревал всех своих родственников [в измене]. Поэтому, овладев всем его вниманием, женщина заявила: (3) «Юлиан - юноша простого характера. Полное отсутствие жизненного опыта и словесного изящества из-за того, что он всю жизнь учился4, сделает его самой приемлемой кандидатурой. Среди прочих он будет наиболее счастлив, а его успехи станут приписывать императору. Если же он начнет делать ошибки и будет убит, то Констанций лишится последнего из своих [прямых] наследников»5.

2. После того, как Констанций терпеливо выслушал жену, он послал за Юлианом в Афины, где тот учился у философов и превзошел своих учителей по всем предметам обучения6. Когда Юлиан прибыл по вызову императора из Греции в Италию, Констанций провозгласил его цезарем7, женил на своей сестре Елене8 и отправил в заальпийские провинции.

(2) Констанций продолжал подозревать Юлиана, несмотря даже на болезненность и слабость здоровья нового цезаря, в силу своей природной недоверчивости. Кроме того, император сомневался и в верности Юлиана. Поэтому Констанций послал Марцелла9 и Салюстия10 вместе с Юлианом и поручил им управление в указанных провинциях вместо последнего11. После устроения дел с Юлианом Констанций отправился в Паннонию и Мёзию. Разгромив там квадов и сарматов12, император возвратился на восток, где ему пришлось отражать нападение персов. (3) Юлиан тем временем пересек Альпы и достиг галльских провинций, отданных под его управление, а Евсевия, используя какие-то аргументы, всё же убедила Констанция поручить управление [Галлией] одному цезарю [без «помощников»].

(4) Деяния Юлиана с этого времени13 вплоть до конца его жизни достойны описания историками и поэтами в тяжелых томах, однако, никто из летописцев еще не отдал ему должное. Тот, кто пожелает разобраться в этих событиях, пусть прочтет собственные речи и письма Юлиана, по которым можно сделать самостоятельные выводы об истинной роли дел императора в обитаемом людьми мире. Дабы не прерывать последовательности моего рассказа, деяния эти будут освещены вкратце, каждое в свое время, и осо-

бенно те, что другие (недобросовестные и никчемные) летописцы сочли нужным опустить14.

3. Итак, возложив на своего цезаря всю власть в контролируемых им провинциях, Констанций отправился на восток, чтобы остановить нашествие персов15 [весна 360 г.]. Обнаружив, что большая часть галльских армий была разбита, и варвары беспрепятственно пересекали Рейн, доходя почти до приморских городов, Юлиан16 произвел смотр оставшихся сил. (2) Видя ужас солдат в этой провинции при одном упоминании варваров, тогда как вверенный ему Констанцием отряд численностью в 360 человек был способен скорее молиться, нежели сражаться, как я уже говорил17, цезарь пополнил ряды легионов новобранцами и принял много добровольцев18. Юлиан подумал и о вооружении. Найдя старое оружие в одном из городов, цезарь привел его в порядок и роздал солдатам. (3) Когда лазутчики доложили ему, что огромное число варваров пересекло Рейн близ Аргентората19, цезарь тотчас же отправился туда со своей импровизированной армией и, вступив в бой20, одержал победу, значение которой трудно преувеличить, ибо в битве этой 60 тысяч неприятельских воинов было убито и еще больше утонуло, пытаясь переплыть Рейн21. Если кто желает сравнить этот подвиг с победой Александра над Дарием, то победа Юлиана, пожалуй, ей не уступит22.

(4) Следует отметить и то, что сделал цезарь после победы. У него имелся хорошо проверенный в походах отряд в шестьсот всадников, на чью силу и опыт он настолько полагался, что зачастую сильно рисковал. Когда началась битва, вся армия с жаром бросилась на врага, и римляне овладели инициативой, но тут конница нарушила ряды и начала отступать. И хотя сам цезарь и другие воины устремились за всадниками и призывали разделить победу, конница не пожелала принять участия в сражении [358 г.]. (5) Цезарь был особенно сердит на нее, так как всадники оставили своих соотечественников варварам, но он не наказал их, как того предписывал закон. Вместо этого Юлиан одел их в женскую одежду и перед тем как изгнать, провел через весь лагерь, полагая, что для мужественных солдат такое наказание будет хуже смерти. Результат оказался благоприятным как для цезаря, так и для воинов: во время второй войны с германцами они, вспоминая о своем позоре, были одними из тех немногих, кто отважно сражался23.

4. После этих успехов цезарь постепенно собрал большую армию, готовясь к войне со всеми германскими народами. Когда варвары намеревались выступить против него, Юлиан не стал ждать их нападения и перешел через Рейн24, предпочитая вести войну не на римской, а на варварской территории, дабы римские города не подверглись новому опустошению25. (2) Последовала жестокая битва, в которой полегло бесчисленное количество варваров, в то время как цезарь, преследуя отступавших к Герцинскому лесу, устроил резню и взял в плен сына командующего варварами, Вадомария26. После этого Юлиан отвел войска назад в лагерь, сопровождаемый хвалами и победными песнями.

(3) Цезарь отослал Вадомария к Констанцию, посвятив победу императору. Теперь жены и дети варваров находились в опасности; они боялись, как бы цезарь не дошел до их земель и не уничтожил с корнем их племена. Поэтому варвары отправили послов просить дружбы, чтобы навсегда окончить войну с римлянами27.

(4) Цезарь заявил, что вопрос о мире не будет обсуждаться ни при каких условиях, пока варвары не вернут всех пленных из ранее захваченных городов. Когда враги согласились выдать всех пленных, оставшихся в живых, цезарь разработал план, чтобы удостовериться, что никто из пленных не продолжает тайно удерживаться. (5) Юлиан попросил беженцев из всех городов и поселений прибыть к нему и назвать имена всех римлян, взятых в плен. Когда они перечислили всех, кого знали - родных, соседей, друзей и прочих - цезарь, не давая послам ничего узнать, повелел секретарям составить список. Затем Юлиан пересек Рейн и приказал доставить пленных. (6) Варвары поспешили повиноваться и заявили, что доставили всех имеющихся пленников. Цезарь, сидя на возвышении, за которым находились секретари, приказал варварам предъявить пленных согласно договору. Освобождаемые подходили по одному и называли свои имена, а секретари отмечали их в своих списках. Но, сравнивая их имена с имеющимися в запи-

сях, обнаружилось, что соотечественниками было заявлено гораздо большее количество. Секретари сообщили это цезарю, (7) который пригрозил послам варваров войной за то, что они не выдали всех пленных, и при подсказке секретарей он назвал по нескольку имен из каждого города и поселения. Таким образом, варвары подумали, что правда открылась цезарю божественным провидением, и они поклялись своими предками доставить всех живых пленных28.

5. Когда пленные из сорока разграбленных городов были возвращены, цезарь не знал, что ему делать с ними, так как города были разрушены, и земля не пахалась так долго, что вернувшиеся из плена сильно голодали от нехватки пищи, которую соседние города не могли им поставить, потому что сами подверглись варварскому набегу и лишились запасов. Дабы разрешить эту проблему, цезарь задумал следующее. (2) От места, где Рейн впадает в Океан, в самой глубинной части Германии, до острова Британии расстояние составляло 900 стадий. По берегам реки Юлиан срубил лес и построил 800 судов, превосходящих по размерам быстроходные галеры, которые перевозили из Британии на континент зерно. Благодаря небольшому расстоянию, непрерывно подвозя хлеб вверх по Рейну на речных судах, цезарь хорошо обеспечивал тех, кто возвратился в родные города, зерном для посева и пищей до получения своего урожая29. (3) Юлиан совершил всё это, когда ему едва исполнилось двадцать четыре года 0.

Видя любовь солдат к цезарю из-за его простоты в личной жизни, храбрости в сражениях и заботы о здоровье, а также прочие его достоинства, в которых Юлиан превзошел всех современников, Констанций был охвачен завистью к успехам цезаря. Полагая, что причиной успеха Юлиана в военных и хозяйственных делах была проницательность Салюстия, одного из вверенных цезарю помощников, Констанций послал за ним под предлогом того, что собирается назначить его префектом восточных территорий. (4) И хотя Юлиан с готовностью отпустил Салюстия, приняв решение повиноваться любому приказу Констанция, всё продолжало процветать под его руководством: сила и дисциплина армии увеличивались чуть ли не ежедневно, а города пожинали плоды мира31.

6. Поистине все варвары в Германии отныне были в отчаянии и ждали неизбежного полного уничтожения всех, кто еще остался в живых. Поэтому саксы, которые славились среди всех населяющих эту территорию варваров волей, силой и упорством в сражениях, отправили одно из своих племен - квадов3 — на римскую территорию. (2) Так как соседствующие с ними франки, боясь дать цезарю повод для нового нападения на них33, мешали квадам переправиться через реку, те построили лодки, переправились через часть Рейна, принадлежащую франкам, и вступили на римскую территорию. Когда квады дошли до Батавии, они вытеснили оттуда салиев. (3) Узнав об этом, цезарь двинулся на квадов и приказал войскам вступить в бой. Однако Юлиан дал указание не убивать никого из салиев и не мешать их переходу на римскую территорию, потому что те не были врагами, а выступили на стороне квадов против собственной воли. И когда са-лии услышали об этой милости цезаря, некоторые из них переправились со своим царем с острова на римскую территорию, а другие ушли в горы. Все пришедшие с прошением к цезарю с охотой доверились ему. (4) Цезарь увидел, что варвары более не помышляют о войне, а прибегают к тайным набегам и грабежу, которые наносили стране определенный урон. Несколько сомневаясь в успехе своих дальнейших действий, цезарь решил провести коварных варваров хитрой уловкой.

7. В то время жил некий человек гигантского роста, и храбрость его была соизмерима с его ростом. Он был варваром-разбойником и решил покинуть свою страну и отправиться в римскую Галлию. (2) Проведя некоторое время в Треверах до назначения Юлиана цезарем, и, видя, как варвары, живущие по ту сторону Рейна, беспрепятственно опустошают и грабят города, он решил их защитить. Однако, так как у него не было на это разрешения, и это задание не было ему официально поручено, вначале он просто спрятался один в глухой части леса, ожидая нападения варваров. По наступлении ночи гигант напал на них, пока они спали или были пьяны, отрезал множество голов, принес их в город и показал жителям. (3) Проделывая это неоднократно, гигант навел страх на

варваров, которые, хоть и не понимали, что происходит, тем не менее, прекрасно видели свои потери, случавшиеся почти ежедневно. Когда к гиганту присоединились другие разбойники, и их стало много, Хариеттон34 отправился к цезарю и рассказал ему об этом. Раньше лишь немногим людям была известна эта тайна. (4) Цезарь с трудом мог противостоять своей армией ночным набегам варваров, потому что они нападали маленькими, разрозненными отрядами, а по наступлении дня никого из врагов нельзя было найти, так как они прятались в лесах около полей и жили на доход от грабежа. Ввиду невозможности победить врага, цезарь был вынужден противостоять разбойникам также при помощи разбойников. (5) Поэтому Юлиан принял Хариеттона и его помощников, добавил к ним многих из салиев и посылал их ночью против грабителей-квадов, в то время как днем он выставлял солдат, чтобы убивать тех разбойников, кто сумел спастись. (6) Цезарь продолжал это до тех пор, пока квадов не стало совсем мало, и они не оказались в таком бедственном положении, что пришли к цезарю со своим командиром. Юлиан к тому времени уже успел взять многих в плен, а Хариеттон захватил сына вождя. (7) Когда варвары предстали перед цезарем, униженно прося о милости, Юлиан потребовал в заложники знать племени и сына вождя. Но вождь распростерся перед троном и поклялся со слезами на глазах, что сын его погиб. Цезарь сжалился над слезами отца, и тот показал ему сына, с которым позднее хорошо обращались, удерживая некоторое время в заложниках. Позднее Юлиан отпустил их с миром при условии, что они больше не будут воевать с римлянами.

8. После этого соглашения цезарь принял салиев, часть квадов и некоторых из бата-вов к себе в легионы, которые мы до сих пор содержим35.

Тем временем на востоке император Констанций был занят исключительно персидскими делами и продолжал там войну. Провинции за Альпами под властью цезаря Юлиана были лояльны, Италия и Иллирик пребывали в безопасности. Варвары за Дану-бием удерживались страхом атаки цезаря на Галлию и за Данубий [359 г.]. (2) Констанций был чрезвычайно озабочен тем, что персы во время правления Сапора заполонили Месопотамию, опустошив весь район около Нисибиса и взяв этот город в осаду. Однако римский полководец Лукиллиан выдержал эту осаду, положившись отчасти на судьбу, а отчасти на свои силы, и город избежал окруживших его опасностей, хотя положение было критическим36.

(3) Теперь, когда на востоке воцарилось спокойствие, и все говорили об успехах цезаря, на Констанция напала страшная зависть. Так как императору не давало покоя процветание Галлии и Испании, он придумал средство, чтобы постепенно и незаметно ослабить силы Юлиана и лишить его звания цезаря37. Император прислал цезарю приказ отправить два легиона солдат в Галлию, якобы ему на помощь. (4) Юлиан, не подозревая о планах Констанция и не желая ссориться, тотчас же повиновался. Однако цезарь принял меры чрезвычайной безопасности в Галлии; его армия постоянно росла, а варвары даже на границе были так напуганы, что и не помышляли о войне38. Тогда Констанций потребовал выслать еще несколько легионов, и когда его приказ был выполнен, некоторое время спустя вызвал еще четыре отряда конницы, которым цезарь приказал приготовиться к немедленной отправке39.

9. Юлиан в это время находился в Паризии, небольшом городке в Германии40. Солдаты, готовящиеся к походу, ужинали поздно вечером рядом с императорским жилищем. Они абсолютно ничего не знали о заговоре против цезаря до тех пор, пока некоторые военные трибуны не раскрыли правду и тайно не распространили листовки среди отрядов. В них было написано, что цезарь, чье командование по сути позволило римлянам победить варваров и который сражался, как простой солдат безо всяких привилегий, находится в большой опасности от императора, который постепенно оттянет от него все войска, если только они не объединятся, чтобы предотвратить их отправку. (2) Когда некоторые солдаты прочли листовки и рассказали обо всем, что происходит, остальным, все вспыхнули от ярости. Они бросили пить и, с шумом выломав двери, без церемоний ворвались в императорское жилище прямо с кружками в руках и вывели це-

заря наружу [февраль 360 г.]. Подняв его на щит, солдаты провозгласили Юлиана августом и надели ему на голову корону41.

(3) Цезарь очень мучился всем происшедшим, но понимал, что отказ от короны для него небезопасен, потому что Констанций не выполнял клятвы, соглашения и любые обещания. Тем не менее, Юлиан решил испытать императора и отправил послов, заявляя, что провозглашение произошло вопреки его собственному желанию, и что если Констанций простит его, он довольствуется званием цезаря и снимет корону августа.

(4) Констанций впал в ярость и высокомерно объявил послам, что если Юлиан хочет остаться в живых, то он должен отречься как от короны августа, так и от звания цезаря42. Превращенный таким образом в рядового гражданина, он должен будет покориться воле императора: только таким образом он может избежать страшного наказания за свою дерзость43. Когда Юлиан услышал это от посланников, он [впервые] открыто выразил свои религиозные убеждения и заявил во всеуслышание, что скорее вверит свою жизнь богам, чем заверениям Констанция44. (5) Отныне неприязнь Констанция к Юлиану стала очевидна для всех, и началась подготовка к гражданской войне. Однако Юлиан был недоволен ходом событий, понимая, что, воюя с человеком, давшим ему пост цезаря, он у многих людей приобретет славу неблагодарного. Таким образом, пока Юлиан был поглощен поиском любой возможности избежать гражданской войны, во сне боги открыли ему будущее; (6) ибо, во время пребывания в Виенне45, ему приснилось, что Солнце показывало ему звезды и произнесло следующие слова:

«Когда Юпитер достигнет края славного созвездия Водолея, а Сатурн войдет в 25° Девы, тогда наступит отвратительный и мучительный конец приятной жизни императора Констанция, царя Азии».

(7) Ободренный этим сновидением46, цезарь посвятил себя обычным гражданским делам, и так как тогда была зима [360/361 г.], он предпринял необходимые меры предосторожности от варваров, так что если бы ему пришлось заняться чем-либо другим, Галлия осталась бы в безопасности47. В то же время, пока Констанций всё ещё находился на востоке, Юлиан приготовился предупредить его нападение.

10. К разгару лета цезарь навел порядок с варварами за Рейном [361 г.] . Некоторых он заставил повиноваться, других убедил предпочесть мир войне по опыту прошлого. Потом Юлиан подготовил свою армию к долгому походу, и, назначив гражданских и военных правителей в городах и на границе48, повел свои войска к Альпам [июнь]. (2) Прибыв в Рецию, он построил речные суда, отправив 3000 человек вниз по Данубию, и приказал двадцати тысячам солдат добираться до Сирмия по суше49. (3) Плывя вниз по течению при помощи северо-западных ветров, на одиннадцатый день цезарь достиг Сирмия50. Когда люди услышали, что прибыл император, почти все подумали, что приехал Констанций, но, поняв, что это Юлиан, они были изумлены и сравнили это событие с явлением божества.

Спустя некоторое время прибыла армия, следовавшая за цезарем из Галлии, и Юлиан написал сенату и войскам в Италии, что теперь, когда он стал императором, города будут находиться в безопасности. (4) Так как сторонники Констанция, консулы того года Тавр5 и Флоренций52, бежали из Рима, едва узнав, что Юлиан перешел Альпы и вступил в Паннонию53, император приказал считать их в документах изгнанниками. Однако в дальнейшем на своем пути Юлиан проявлял милосердие во всех городах, куда он приходил, дабы все ждали от него блага. Он также написал послания афинянам, лакедемонянам и коринфянам54, объясняя причину своего прибытия55.

11. Пока Юлиан пребывал в Сирмии56, со всей Греции к нему были отправлены послы, которым он дал приличествующие ответы, и чьи разумные запросы он удовлетворил. После этого император отправился далее со своей галльской армией и войском, которое он собрал в самом Сирмии и из легионов, расквартированных в Паннонии и Мё-зии. Прибыв в Наисс, он посоветовался с прорицателями, что ему следует делать дальше, и знамения показали, что ему некоторое время нужно оставаться на месте. Юлиан последовал совету, внимательно ожидая наступления времени, которое привиде-

лось ему ранее во сне. (2) И когда движение звезд, казалось, совпало с тем, что ему привиделось, отряд всадников из Константинополя прибыл к нему в Наисс, извещая о том, что Констанций умер57 [3 ноября], и что армии потребовали, чтобы Юлиан был единственным императором58.

Приняв то, чем боги вознаградили его, Юлиан продолжил путешествие. Когда он прибыл в Византий59 [11 декабря], его приветствовали радостными возгласами, называя дорогим согражданином, так как он родился и воспитывался в этом городе, и выказывали всеобщее уважение как человеку, который принесет большую пользу человечеству в будущем. (3) [В Византии] Юлиан занялся гражданскими и военными делами60: разрешил городу учредить сенат, как это было в Риме61, построил большой порт62 для защиты кораблей от южного ветра, и извилистый портик, ведущий в порт, а также учредил библиотеку в императорском портике, в которую отдал на хранение все свои книги6 .

После пребывания в течение десяти месяцев в Византии64, Юлиан начал готовиться к персидской войне и назначил Хормизду и Виктора65 магистрами и военными трибунами, придав им соответствующие войска, а сам отбыл в Антиохию66 [июнь 362 г.]. (4) Нет необходимости рассказывать, с каким самообладанием и благоразумием предприняли солдаты этот поход, так как едва ли им предстояло что-либо неподобающее с императором Юлианом во главе67. Когда август прибыл в Антиохию, жители тепло приветствовали его, но так как они от рождения любили зрелища и были более склонны к удовольствиям, чем к серьезным делам, то их отталкивали его здравый смысл и умеренность во всем. Юлиан не посещал театр и редко проводил целый день68, наблюдая за скачками, что побудило антиохийцев высказать (5) о нем резкие, неприятные вещи. Позднее Юлиан взял реванш, но не наказал их по-настоящему, а составил очень вежливую речь о них и их городе69, в которой содержалось так много горечи и иронии, что речь стала всеобщим упреком жителям Антиохии. Жители раскаялись в своей ошибке, и император сделал для их города так много, как только мог, назначив сенаторами тех, кто унаследовал эту должность от отца, и столько же тех, кто был рожден сенаторскими дочерьми. Этой привилегией обладали немногие города70. После осуществления многих других полезных и оправданных дел71 Юлиан начал приготовления к персидской войне72.

12. В конце зимы Юлиан набрал войско и, отправив его вперед в организованном порядке, покинул Антиохию73 [5 марта 363 г.], несмотря на неблагоприятные предзнаменования74. Я знаю, почему это произошло, но обойду молчанием. На пятый день император достиг Гиераполя75, где все корабли, как военные, так и транспортные, из Самосаты и других мест, расположенных вниз по Евфрату, должны были собраться вместе. Поставив Гиерия76 командующим легионом пехоты, Юлиан послал его вперед в авангарде. (2) Сам же император лишь три дня пробыл в Гиераполе, а затем отбыл в Батны 7, маленький город в Осроэне, где собрались жители78, чтобы встретить его, преподнести ему венок и радушно принять в своем городе. Юлиан с радостью внял их гостеприимству и уделил внимание необходимым делам до отбытия в Карры. (3) Оттуда на его пути лежали две дороги. Одна, пересекавшая Тигр, проходила через Нисибин и вела в сатрапию Адиабену, другая - через Евфрат - киркесийская дорога. Пока император размышлял, какой из двух путей ему выбрать для похода79, разведка донесла о нападении персов на римскую территорию. (4) При этом известии в лагере началась паника, но император понял, что это были скорее грабители, которые захватывали всё, чем могли завладеть, а затем стремились скрыться. Итак, Юлиан решил оставить необходимую охрану в областях у Тигра, чтобы, когда всё войско выступит с ним в поход на Персидскую державу, персы не разрушили Нисибин и всю местность вокруг него, обнаружив город незащищенным. (5) Таким образом, император решил оставить там 18-тысячную пехоту80 под командованием Себастиана81 и Прокопия82, тогда как сам вместе с основными силами собирался перейти Евфрат. Но позднее Юлиан разделил на две части свое войско, чтобы при появлении неприятеля оно могло оказать ему сопротивление со всех сторон, и чтобы враг не смог бы безбоязненно разорять всё на своем пути.

13. Завершив приготовления в Каррах, которые являлись границей Римской империи и Ассирии83, Юлиан пожелал осмотреть армию с удобного пункта наблюдения. Он любовно приветствовал легионы пехоты и всадников, насчитывавших в общей сложности 65 тысяч человек84. Итак, покинув Карры, император быстро миновал встреченные им города вплоть до Каллиника, а оттуда прибыл в Киркесий, о котором я ранее упоминал, и там пересек реку Абора85. Далее римляне двинулись речным путем вниз по Евфрату.

(2) Солдаты, которые везли запасы провианта, последовали за императором и погрузились на флотилию, прибывшую в срок. Это были 600 деревянных судов и 500 с обшивкой из кожи, а также 50 военных кораблей и множество понтонов, чтобы обеспечить, при необходимости, мосты для прохода пехоты. (3) Многие другие суда плыли следом, перевозя продукты для армии, дерево, необходимое для осадных сооружений, и несколько уже собранных осадных машин86. Навархами были назначены Лукиан87 и Констанций88. Приняв такой план похода, император провел смотр войска и, сидя на возвышении, обратился к нему подобающим образом и наградил каждого солдата ста тридцатью серебрениками89. После этого Юлиан приступил к завоеванию Персии. Командующим пехотой был назначен Виктор, а конницей - Хормизда и Аринфей90.

(4) Я уже упоминал о Хормизде ранее. Это был персидский царевич, который, будучи преданным своим братом, бежал к императору Константину и был удостоен высочайших почестей и должностей за доказанную им преданность [римлянам].

14. Теперь, когда император вступил на территорию Персии, конница была размещена на левом фланге, а часть пехоты сопровождала ее справа вдоль берега реки, в то время как остальное войско следовало позади на расстоянии около семидесяти стадий . Вьючные животные, несущие тяжелые доспехи и другое военное снаряжение, были поставлены в середине обоза вместе со своими погонщиками. В целях безопасности со

92 93

всех сторон их окружало войско . Организовав таким образом наступление , Юлиан

решил послать вперед полторы тысячи человек Лукиллиана, чтобы посмотреть, приближаются ли враги открыто, или сидят в засаде. (2) Затем, продвинувшись на 60 стадий вперед, император подошел к местечку под названием Заута9 , после чего направился в Дуру. Там находились руины города, который к тому времени был покинут [жителями]. Здесь же находилась могила императора Гордиана95. Там оказалось много оленей, которых солдаты перестреляли и устроили пиршество. Потом, продолжая поход в течение четырех дней, император подошел к местечку Фатуза, напротив которого на реке находился укрепленный остров9 , занимаемый большим гарнизоном.

(3) Лукиллиан с тысячей разведчиков отправился, чтобы окружить врага, и пока была ночь, они пробрались незамеченными. Но когда рассвело, римляне были замечены одним из защитников, который вышел за водой. Это повлекло за собой беспорядки внутри города, и все персы поднялись на стену, [а часть из них сдалась]. Император после этого направился на остров со своими осадными орудиями и частью своих сил, пообещав тем, кто остался [в городе], что если они сдадутся сами и сдадут крепость, то они избегут верной смерти.

(4) Когда этот призыв нашел отклик, Лукиллиан перевел [фатузских] мужчин, женщин и детей на римскую территорию97 под конвоем солдат. Их глава Пузей98 получил должность трибуна, и с этого времени, после проверки его верности, Юлиан стал считать его близким другом.

15. Продолжая свой путь из этих мест, император прибыл на другой остров реки, где находилась очень сильная крепость99. Юлиан атаковал ее и нашел ее вполне неприступной, после чего потребовал сдачи защитников, указав им на возможность тем самым избегнуть разграбления. И когда они пообещали, что последуют примеру других, император двинулся далее. (2) Юлиан проходил мимо линии других крепостей, удовлетворяясь аналогичными обещаниями, так как он не хотел тратить время по пустякам, а желал посвятить себя главной цели похода100. Несколько дней спустя император прибыл в Дакиру101, которую солдаты обнаружили покинутой. Они захватили большие запасы зерна и огромное количество соли. После убийства нескольких женщин, остававшихся

там, римляне разрушили это место до такой степени, что если бросить взгляд, то никогда не подумаешь, что тут был город. (3) А на другом берегу, вдоль которого шла армия, изливались потоки жидкого асфальта. Затем Юлиан достиг Сифы102, Мегии103 и города Зарагардия104, где находилась высокая каменная платформа, известная местным жителям как «Троянский трибунал».

(4) Солдаты легко разграбили и сожгли город, после чего весь этот день и следующий отдыхали.

Император, пораженный тем, что армия прошла так далеко, не встречая какого-либо сопротивления со стороны персов, ни с помощью засады, ни в открытую, послал группу разведчиков с Хормиздой, так как тот имел очень точные и детальные знания местности. (5) Царевич и его люди едва не погибли, однако, им удалось неожиданно спастись, по редкой случайности, так как Сурена105 расположил засаду в определенном месте и ждал Хормизду с его воинами с намерением застать их врасплох, когда они пройдут мимо. (6) Надежды персов осуществились бы, если бы Евфрат не вышел за пределы своего обычного течения и не помешал бы тем самым захватить отряд Хормизды. Таким образом, намерение персов оказалось сорванным. На следующий день Сурена и его товарищи по засаде обнаружили себя и вовлекли в бой людей Хормизды, проходивших поблизости. Некоторые римляне были убиты, а другие спаслись бегством. После этого уцелевшие римляне вернулись к основным своим силам106.

16. Продвигаясь дальше, основное войско прибыло к каналу Евфрата, который простирался вплоть до Ассирии и пересекал всю страну до Тигра107. Здесь солдаты натолкнулись на липкую грязь и болота. В этой местности лошади испытывали большие затруднения в движении. Что касается людей, то их доспехи очень мешали форсированию канала, а вброд пройти было невозможно из-за большой глубины и грязи. Поэтому римлян охватила ужасная паника, они не знали, что им делать. (2) Это увеличивало степень опасности. Но еще больше паника возросла при виде врагов, вооруженных стрелами и бросающих камни. Они стояли на противоположном берегу и закрывали путь. Никакого выхода не было. Опасность надвигалась. Император, однако, был во всех отношениях очень умен и имел определенный военный опыт. Он решил приказать пятнадцати тысячам воинов под командованием Лукиллиана, состоявших в разведке, атаковать врага сзади и сделать отвлекающий маневр. Это позволило бы остальным перейти через канал. (3) Для этого Юлиан также послал магистра Виктора с соответствующими силами, которые ждали наступления ночи, чтобы их подход не был замечен персидской армией. После этого отряд ушел так далеко, что враг не мог его увидеть даже днем. Персы частью своих сил пересекли реку в поисках сил Лукиллиана.

17. Лукиллиан же, выдвинувшись вперед, нигде не обнаружил врага. Он стал громко кричать, призывая своих соотечественников и созывая их звуками трубы. Когда все римляне собрались вместе, как планировал Лукиллиан, они соединились с силами Виктора. Римляне внезапно напали на врага с тыла108. (2) Персы, захваченные врасплох, не проявили бдительности. Многие из них были убиты, другие спаслись бегством. Император тем самым пересек реку вполне беспрепятственно. После переправы всадников через реку109 на небольших суденышках, а пехоты - на судах, римляне расположились вдоль берега. Император продолжил поход без отдыха, ожидая незамедлительного нападения, (3) пока не прибыл в город под названием Берсабора110. Юлиан сравнил его размеры и мощь со своими возможностями. Город был окружен двумя кольцами стен, в центре находился акрополь, имевший собственные укрепления в виде своеобразного полукруга. К акрополю вела крутая дорога от внутренней стены города. (4) На западной и южной сторонах города из стен выходили извилистые, крутые тропы, тогда как на севере жители отвели широкий канал от реки, служивший одновременно для защиты и для снабжения жителей города водой. (5) На востоке город был закрыт глубоким рвом и частоколом из строевого леса, с большими башнями вдоль рва, построенными из обожженного кирпича, залитого асфальтом на всю нижнюю половину, а в верхней части - из таких же кирпичей, облитых гипсом.

18. Император решил взять этот город с помощью осады и ободрил своих солдат, которые следовали за ним с большим энтузиазмом. Жители города в общем согласии решили вступить в переговоры с императором, прося, чтобы Хормизда стал послом для обсуждения условий мира с ними. Но затем они стали оскорблять его как дезертира, беглеца и предателя своей страны. Император был по понятным причинам рассержен из-за всего этого, и приказал всем своим воинам форсировать осаду так, чтобы осажденные видели это. (2) Каждый солдат, получивший задание, стал работать, занимая все новые участки земли. Вскоре жители обнаружили, что они неспособны защитить стены и укрылись в акрополе. Когда император увидел это, он направил солдат в теперь уже опустевший город. После сокрушения стен и каменных домов римляне установили осадные орудия на руинах города и метали зажженные стрелы и камни на тех, кто укрылся на акрополе. Однако граждане длительное время отражали атаки осаждавших тем же способом; шло большое кровопролитие. Император должен был проявить всё своё искусство, чтобы справиться с ситуацией в городе, используя весь опыт, и собрать осадные машины111. (3) Он приказал скрепить четыре громадных бревна вместе с железом в острие квадратной башни, расположил ее у стены акрополя и постепенно увеличивал в размерах, пока, наконец, она не стала такой высокой, как стена. Затем император послал в бой лучников и пращников. Персы теперь атаковали со всех сторон, стремясь с одной стороны снять осаду, с другой стороны стараясь удержать позиции. Они сопротивлялись какое-то время, а потом отступили, обещая сохранить за собой лишь акрополь, если император даст им приемлемые условия. (4) Было согласовано, что все персы получат безопасность со стороны римлян; каждый получит некоторую сумму денег и плащ, если все они оставят акрополь. Когда соглашение было достигнуто, около пяти тысяч человек, включая полководца Момозейра112, получили свободу. В это количество не вошли те, кто смог бежать через реку в маленьких лодках. (5) Когда солдаты поднялись на акрополь, они нашли там огромное количество различного оружия, боеприпасов и много другого снаряжения. Большое количество зерна было погружено на корабль для отправки армии, а оставшееся было поделено между собой. (6) То оружие, которое было пригодно для приемов ведения войны римлянами, было роздано солдатам, а то, что использовалось только персами, было или сожжено, или брошено в реку. В результате никогда больше римляне не добивались такой славы, после того как великий город, самый большой в Ассирии после Ктесифона, представлявший собой такую неприступную крепость, был взят за два дня. Император, чтобы подчеркнуть свою благосклонность к армии, похвалил воинов в своей речи и дал каждому по сотне серебряных слитков113.

19. После этого Сурена отбыл из лагеря в Ассирии с большой армией и атаковал разведчиков, которые опрометчиво вырвались вперед от римской армии. Он убил одного из их троих командиров и нескольких солдат; остальные были разгромлены. Был захвачен военный штандарт с изображением фигуры дракона - такой, который римляне всегда брали в сражения. (2) Узнав об этом, император пришел в бешенство и обрушился на армию Сурены. Он разгромил столько врагов, сколько смог, и вернул военный штандарт. Затем Юлиан без промедления отправился в город, в котором Сурена спрятал своих солдат для захвата разведчиков, взял и сжег его. Что касается предводителя разведчиков, то, так как он отдал штандарт врагу, предпочтя сохранение жизни чести римской армии, Юлиан снял его с должности командира и с того времени держал его и его приближенных в немилости114.

(3) Продвигаясь дальше, император пересек реку и прибыл к местечку115 близ города Фисения. Возле его стены находился очень глубокий ров. Персы заполнили его водой из ближайшего канала, называвшегося Царская река116. Римляне прошли мимо города, так как не ожидали там гостеприимства, и направились дальше, туда, где начинались болота. Персы, вырыв канал и наполнив его водой, могли помешать армии идти дальше.

(4) Тем не менее, армия во главе с императором вошла в воду по колено, считая позором не последовать примеру императора. На закате основное войско остановилось в этом месте, а император приказал нескольким солдатам и оруженосцам следовать за ним.

Срубая деревья в лесу, они перекрыли канал и насыпали землю в болото. Так были заполнены глубокие места и расширены узкие. После этого император вернулся и двинул армию вперед117, пока не достиг Бифры118, где имелся дворец и достаточно большие здания, чтобы вся армия и император нашли пристанище.

20. Продвигаясь дальше, император опять столкнулся с трудностями пути. Солдаты шли вперед, пока не достигли места, где не было жилищ, лишь роща финиковых пальм. Деревья обвивали виноградные лозы, представляя собой следующее зрелище: плоды пальмы перемешались с гроздьями винограда119 . Здесь Юлиан провел ночь перед дальней дорогой. (2) Подойдя слишком близко к некоей крепости [Майозамалха]120, император мог получить серьезное ранение. Один из персов из крепости подбежал к нему и взмахнул саблей, но император предвидел удар и прикрыл голову щитом. (3) Солдаты кинулись на перса и тут же убили его вместе со всеми, кто был рядом с ним. Спаслись лишь те, кто успел укрыться в крепости. Взбешенный такой отчаянной смелостью, император осмотрел крепость и наметил, где можно начать штурм121. (4) Пока Юлиан был таким образом занят, Сурена неожиданно столкнулся с солдатами, которые были размещены позади, в роще, надеясь захватить обоз и, в то же время, отвлечь внимание императора. Как только Сурена услышал, что происходит осада крепости, он был обескуражен. Император придавал взятию крепости большее значение, чем данной стычке. (5) Рядом находился известный город Бесухис и много других крепостей, чьи жители покинули свои дома, так как им не была гарантирована безопасность. Те, кто спасся бегством из Ктесифона, были найдены в самых густых частях рощи и собраны в одной из крепостей, захваченных императором. Юлиан со всей решимостью продолжал бой. Тем временем, часть войска, отправленная на разведку, была вынуждена отражать внезапное нападение. Римляне не только отразили угрозу, но и убили некоторых врагов. Это дало возможность императору беспрепятственно продолжить осаду крепости. Разведчикам не удалось скрыться. Даже те, кто убежал в болото, были частью убиты, частью взяты в плен.

21. Осажденные в крепости персы отражали атаки с помощью всевозможных метательных снарядов, а когда поблизости уже не было камней, они лепили шары из полужидкого асфальта, который горел под ногами. (2) И хотя римские солдаты находились в невыгодном положении по сравнению с врагом, они не забывали о воинской доблести и правилах боя. Враг непрерывно подвергался обстрелам камнями и различными метательными снарядами размером с кулак. Огонь велся также с носовых частей кораблей орудиями, поражавшими сразу по двое-трое и более человек. (3) Так как крепость стояла на холме и была укреплена двумя стенами и шестнадцатью большими башнями, со всех сторон окруженная рвом, который давал питьевую воду защитникам, император Юлиан заставил своих солдат засыпать ров и тем самым нарастить уровень насыпи до башен. (4) В другом месте он решил сделать подкоп под стеной в середине внутренней линии укреплений, с тем, чтобы напасть на врага из подкопа. Но, так как враг помешал римлянам достичь уровня башен градом метательных снарядов, император решил дать главное сражение, изобретая различную защиту от стрел и горящих шаров и поручив вырыть подкоп Невитте 22 и Дагалайфу123. (5) Затем Юлиан передал пехоту и конницу под командование Виктора и приказал ему прочесать всю территорию вплоть до Ктеси-фона. Это должно было нейтрализовать попытки организовать убийство императора, что и было поручено людям Виктора, который также должен был подготовить дороги к Ктесифону для Юлиана и его армии, строя мосты и укрепления.

22. После того как Юлиан распределил обязанности между своими людьми, он поставил таран у ворот и принялся разбивать их. Увидев, что строители туннеля отнеслись к своей работе халатно, император выразил недовольство и поставил других на их место. Второй таран был поставлен у следующих ворот. Это открывало новые возможности для штурма. И когда гонец сообщил, что люди, рывшие подкоп ото рва к городу, закончили его, войско изготовилось к штурму. Оно состояло из трех легионов: маттиариев, ланциа-риев и викторинов124. (3) Император, однако, сдерживал их ярость и приказал установить орудие напротив вторых ворот. Там же была размещена и вся армия. Это должно было

убедить врага, что крепость падет на следующий день, и отвлечь персов от подкопа. (4) Итак, когда все защитники крепости приготовились защищаться от нападения осадных орудий, люди в туннеле выбрались на поверхность прямо в середине жилого дома. Хотя была ночь, рабыня молола пшеницу. Она и стала первой жертвой, так как солдатам пришлось ее убить, чтобы она не закричала125. Первого, кто ворвался в город, звали Супер-анций. Это был известный воин из легиона викторинов. Вторым шел Магн126, третьим -Иовиан127, примикерий нотариев, а за ними множество прочих. (5) Все они пробирались к центру города, прижимаясь к стенам, и совершенно изумлялись персам, которые в это время распевали песни, хваля доблесть царя и насмехаясь над тщетными усилиями римлян. При этом персы утверждали, что римлянам легче было бы взять царский дворец, чем их крепость. (6) Римляне бросились на врагов и убивали всех, кого было возможно. Остальных они преследовали и тоже убивали, не щадя ни женщин, ни детей, кроме тех, кто был нужен для взятия в плен. Анаболат, командир гарнизона, был взят в плен со всей его охраной, насчитывавшей около восьмидесяти человек. Его провели через всю крепость и доставили к императору со связанными перед собой руками. (7) Теперь, когда крепость была взята, а все ее защитники убиты, независимо от возраста, кроме некоторых пленных, армия занялась грабежом. Каждый брал то, что хотел. Стены были разрушены с помощью множества орудий. Дома подвергались разрушению и сожжению. В результате со временем стало казаться, что города [на этом месте] никогда не было.

23. Продолжая свой поход, Юлиан прошел мимо других важных крепостей, пока не прибыл к заповедному месту царской охоты. Это было большое пространство, огороженное стеной и засаженное различными деревьями. Там водилось множество диких зверей. Это обеспечивало парфян едой, и они имели разрешение царя на охоту. (2) Когда Юлиан увидел это, он приказал проломить стену в нескольких местах. Парфянские забавы были закончены, как только римляне ворвались туда. По соседству с этим местом император обнаружил небольшую крепость, величественно украшенную в римском стиле. Как говорили, этот замок был построен римлянами. Здесь соединились три легиона: матиарии, ланциарии и викторины. Император покинул войска и посетил крепость один, не разрешив трибунам грабить имущество из уважения к строениям, считавшимся римскими1 8.

(3) Оттуда, минуя несколько крепостей, армия подошла к городу под названием Мейнас Сабата129. Он был расположен в 30 стадиях от города, ранее называвшегося Зо-хаса, а теперь - Селевкия1. Император и большая часть его армии расположились неподалеку, в то время как разведчики пошли впереди и приступили к штурму города. На следующий день, когда император взглянул на стены, он увидел несколько тел, висевших на столбах перед воротами. (4) Жители, [сдавшиеся римлянам], поведали Юлиану о том, что это были потомки тех, кто предал город, когда его захватил император Кар131. Анабдат, командир гарнизона, был предан суду по обвинению в том, что он ввел в заблуждение римскую армию под предлогом содействия ей в персидской войне. Кроме того, он был также обвинен многими людьми еще и в том, что оклеветал Хормизду. Анабдата назвали изменником и виновником всего похода против персов. Он был признан виновным в указанных преступлениях и казнен132.

24. В то время как армия продвигалась вперед, Аринфей обыскал болота, где он нашел много [вражеских] воинов, которых взял в плен 33. Здесь впервые персы сплотили свои силы и атаковали римский авангард, шедший впереди армии. После быстрого поражения римляне бросились к ближайшему городу в поисках спасения. На противоположном берегу реки персы, однако, напали на слуг, которым было приказано присматривать за животными, и на многих других солдат. Некоторые были убиты, другие были оставлены в живых. Из-за всего случившегося армия пришла в подавленное состояние. Так римляне потерпели свое первое поражение134 [в этой кампании].

(2) Двигаясь дальше, римляне достигли огромного канала, который, по словам окрестных жителей, был вырыт троянцами во время персидской войны. Река Нармалака135 впадает в этот канал, а затем в Тигр. Император решил расчистить136 и осмотреть его,

чтобы обеспечить проход своих судов в Тигр и, если возможно, построить мосты для перехода армии137.

25. В это время множество персов, и конница, и пехота, собрались на противоположном берегу, чтобы предотвратить переправу римлян. Заметив вражеские приготовления, император решил выступить против персов и строго приказал своим войскам грузиться на корабли, (2) но, видя, что противоположный берег выше и имеет стену, солдаты сказали, что боятся стрел и огненных шаров, которые упадут вниз на них. Когда император настоял на своем, две лодки с солдатами всё же отправились поперек реки. Персы мгновенно обрушили ливень горящих стрел и посеяли огонь посреди воды. Так как армия была очень напугана, император ловко скрыл свою ошибку, сказав: «Они перебрались безопасно и достигли другого берега. Это доказывает огонь в лодках, который я специально приказал солдатам зажечь в качестве знака победы». (4) В тот же момент все солдаты, как они были, погрузились на суда и поплыли. И когда они добрались до места, где могли перейти вброд, то спрыгнули в воду и, схватившись с персами в рукопашном бою, овладели не только берегом, но и также захватили две лодки, которые добрались раньше и теперь были наполовину сгоревшими, и освободили оставшихся в живых солдат. (5) После этого войска двинулись друг на друга. Битва длилась с полуночи до половины следующего дня, пока, наконец, персы не уступили и не помчались опрометью со своими полководцами, возглавившими бегство. Это были Пигракс, второй после царя по происхождению и славе, Анаревс и сам Сурена. (6) Римляне и готы преследовали их по ходу бегства, убив многих, и взяли огромное количество золота и серебра, всевозможные виды украшений для людей и лошадей, серебряные ложа и столики - всё, что они нашли брошенным в военном лагере. (7) В этом сражении138 пали 25 сотен персов и только 75 римлян. Всё же в некоторой степени празднование победы было омрачено тем, что главный победитель был ранен катапультой.

26. На следующий день император очень уверенно послал свою армию через реку Тигр. На третий день после битвы он сам со своей гвардией пересек ее139. Добравшись до места, которое персы называли Авгузата, Юлиан остановился здесь на пять дней140. (2) Осмотрев войско с фронта, император решил, что вместо продолжения похода армии вдоль реки надо идти вглубь страны, поскольку теперь нет причины полагаться на суда. С этими соображениями в голове Юлиан информировал армию о своем плане и приказал поджечь весь флот, (3) кроме 18-ти римских лодок и четырех персидских, которые перевозились на подводах, чтобы использовать их, когда возникнет необходимость. Остаток войска должен был продвинуться немного вверх по реке141. Достигнув Ноорды, римляне остановились в этом месте, захватив и убив много персов. (4) Потом, добравшись до реки Дурус142, они пересекли ее по мосту и поняли, что персы сожгли весь корм для скота во всей стране, чтобы римские животные погибли от голода. Также было принято во внимание то обстоятельство, что персы, прежде рассеянные на многие отряды, намеревавшиеся по отдельности изгнать римлян, которых, по их мнению, было немного, теперь соединились в одно войско. Поэтому римляне отступили к берегу реки.

(5) А когда разведчики, которые предшествовали армии, вступили в бой с персидским отрядом, воин Макамэвс, хотя и невооруженный, с рвением набросился на врагов и убил четверых, прежде чем несколько из них набросились на него все вместе и повалили. Его брат Мавр, увидев его распростертое тело, окруженное персами, вытащил его и убил воина, ударившего его первым. И Мавр не сдался, хотя был сам ранен, пока не донес брата, всё ещё живого, до римского войска143.

27. Когда римляне подошли к городу Барсафта, они опять обнаружили, что корм для скота сожжен варварами. Показалась группа персов и сарацин144, но сразу же исчезла, не подождав даже миг, чтобы взглянуть на римскую армию. Постепенно скапливаясь, персы собрали большое войско, так что римляне поверили, что они намереваются напасть на них, (2) но когда император, первым надев свои доспехи, помчался впереди во главе своей армии, персы не стали отстаивать свою землю, а решили бежать в места, которые лучше знали14 . Продолжая свой путь, император подошел к поселению под на-

званием Симбра, расположенному между городами Нисбара и Нисканадалба146. (3) Тигр находится между этими двумя местами, но там имелся мост, который обеспечивал легкие и прочные связи между жителями. И всё же персы сожгли его, предотвратив его использование римлянами, желая исключить его из планов обеих сторон. Недалеко оттуда персидские войска потерпели поражение в стычке с римскими разведчиками, продвигавшимися впереди армии, в то время как всё войско, обнаружив богатые запасы

продовольствия в поселении, брало всё, что было нужно, и уничтожало оставшееся.

147

(4) Между Данабой и Синкой персы напали на охрану тыла армии и убили многих, но в конце концов бежали, так как их собственные потери были значительнее, и разбрелись по различным дорогам. В этой битве был убит благородный сатрап по имени Дасес148. Ранее он был послом к императору Констанцию для обсуждения заключения мира и прекращения войны.

28. Когда враг увидел приближение римлян к городу Акцета149, он начал поджигать урожай в округе, но римляне поспешили потушить огонь и взяли оставшиеся продукты150. (2) Следуя дальше, они приблизились к селению Маронса151, где персы снова атаковали римскую стражу и убили среди прочих трибуна ,..152 Ветраниона, который отважно сражался. Были захвачены несколько лодок, которые попали в руки врага, потому что сильно отстали от остальной армии153. (3) Минуя несколько поселков, римляне добрались до Туммара154, и здесь обнаружили все свои лодки сгоревшими, после чего впали в уныние. Многие животные римлян, изможденные таким долгим походом через всю враждебную страну, были не в состоянии везти продовольствие. Персы, в свою очередь, собрали все продукты и сложили их в наиболее укрепленные места во избежание их захвата римлянами. При таком положении дел персидская армия начала битву, но римляне превосходили врага по силе и убили многих персов.

(4) Немного раньше половины следующего дня [26 июня], после того, как персы собрались в большую армию, они внезапно напали сзади на римскую армию. Римляне, хотя были не организованы и ошеломлены внезапным нападением, сражались отважно за императора, как обычно, ободрявшего воинов.

29. Во время рукопашного боя Юлиан лично поддержал трибунов и центурионов, смешавшихся в этот момент с простыми воинами. И в высшей точке накала битвы император был ранен мечом155. Его положили на щит и перенесли в шатер, где он и оставался до полуночи. Ко времени своей смерти156 он почти полностью разгромил Персидскую державу.

(2) Все время, пока смерть императора скрывалась, римская армия была так близка к победе, что были убиты 50 выдающихся сатрапов, не говоря уже о количестве простых персов. Даже когда о смерти императора стало известно, и многие приходили в шатер, где лежало его тело, другие римляне всё ещё сражались и побеждали врагов. Некоторые войска из персидских частей напали на людей Хормизды, (3) и произошла жестокая битва, в которой Анатолий157 - командующий войск двора, чей титул по-римски назывался магистр оффиций, был убит. Салюстий, префект претория, упал с лошади и почти погиб от рук врагов, которые набросились на него, если бы один из сопровождавших его не спешился и не помог ему бежать. С ним бежали два легиона императорской свиты, которые назывались скутариями. (4) Из тех, кто обратился в бегство, только 60 человек, позаботившихся о своей собственной и римской чести, рискнули жизнью и не напали на крепость, из которой персы с очевидным успехом нападали на римлян. После того, как враг залег в ожидании римлян в течение трех дней, защитники крепости, казалось, были спасены, но тут большая часть римской армии напала на осажденных.

30. После битвы на сходке командиров и солдат был созван совет, чтобы назначить подходящего преемника для императора. Без верховного главнокомандующего римляне не могли избежать опасности, которая окружала их в сердцевине вражеской территории. Общим голосованием императором был провозглашен Иовиан15 , сын Варрониана159, комит доместиков160. (2) Таковы были события, происходившие после смерти Юлиана. После этого Иовиан надел пурпур и диадему и отправил войска в обратный путь. Когда

он прибыл к крепости Сума161, персидские всадники напали на римлян, используя множество слонов весьма успешно так, что пострадало правое крыло, где находились ио-вианы и геркуланы. Названия этих легионов были даны им Диоклетианом и Максимиа-ном от имен Юпитера и Геркулеса. (3) Сначала римляне были разгромлены мощью слонов. Многие падали на бегу, а когда подоспели персы, их слоны и лошади вздыбили землю. После этого опасность обрушилась на участок, где находились римские тылы и обозы. Теперь и они разделили опасность, разъярив персов тем, что ранили некоторых слонов, которые заревели от боли, разбежались и дезорганизовали конницу. В результате слоны были перебиты римскими солдатами, когда они спасались бегством. Много воинов погибло в ходе этого сражения. (4) Римские трибуны, включая Юлиана, Макси-миана и Макробия, пали, благородно сражаясь. И когда их разыскали среди тел, а также и Анатолия, им были сделаны подобающие чину похороны, когда позволили обстоятельства в сердце вражеской территории162.

Римляне продолжали поход в течение четырех дней, и враг беспокоил их со всех четырех сторон. Персы видели их идущими вперед, и казалось, что римляне наступали163. Когда появилась возможность, римляне решили переправиться через Тигр и (5) сложили надутые воздухом винные мехи для понтонного моста и для того, чтобы переплывать реку поодиночке. Когда римские солдаты достигли противоположного берега, то и их полководцы и остальные также благополучно переправились164. Персам не хотелось отпускать противника, и они преследовали римлян вплотную всю дорогу с большими силами. Поэтому римляне всё время находились в серьезной опасности. Их угнетали неблагоприятные обстоятельства и нехватка снабжения.

31. Хотя римская армия находилась в крайне затруднительном положении, персы звали их вождей на мирные переговоры, которые предлагал им Сурена и другие знатные люди, действовавшие как посланцы165. Иовиан благосклонно отнесся к идее мирных переговоров и отправил на них Салюстия, префекта претория, и Аринфея. После некоторого обсуждения было согласовано, что римляне должны будут вернуть персам провинции Забдицена, Кордуэна, Ретена и Залена, и крепости вокруг них числом 15, со всеми жителями и землями, и животными. Нисибин, однако, был отдан без жителей, которые были переселены туда, куда хотели римляне. (2) Итак, персам отходила большая часть Армении, а римляне сохраняли лишь малую ее часть. Когда перемирие166 было заключено по этим пунктам и подтверждено договорами с обеих сторон, римлянам разрешили идти домой с миром, и они ничего не разрушили на персидской территории и не оказались жертвами персидского разгрома167.

32. Приступая к этой части моей Истории, мне пришло на ум вернуться к более раннему времени и посмотреть, обещали ли римляне когда-нибудь отказаться от каких-либо ими завоеванных территорий или, короче говоря, потеряли ли они когда-либо то, чем они до этого овладели и поставили под свою власть .

(2) Люций Лукулл разгромил Тиграна и Митридата и первым построил вплоть до Центральной Армении и Нисибина крепости, включив эти земли в состав римской державы [74-66 гг. до н.э.]. Помпей Магн увенчал все свои победы утверждением римской власти в тех землях, которые он завоевал [66-62 гг. до н.э.]. (3) И когда персы чрезмерно активно беспокоили Рим, сенат выбрал Красса полководцем с полновластными полномочиями, но Красс оставил пятно на римской репутации до сегодняшнего дня, потому что его взяли в плен и убили персы [53 г. до н.э.]. Антоний впоследствии взял на себя командование, но будучи влюбленным в Клеопатру, уделял мало внимания войне и умер после того, как повел себя недостойно для римского имени [36-31 гг. до н.э.]. Даже после страданий, причиненных этими неудачами, римляне не потеряли ничего из завоеванных ими территорий. (4) Когда их государство стало монархическим, и Август обозначил Тигр и Евфрат как пределы Римской империи, эти территории были сохранены. Впоследствии, когда Гордиан проводил кампанию против персов [243-244 гг.] и умер в сердце вражеской земли, даже после этой победы персы не могли вырвать у римлян что-либо из того, что те некогда завоевали. То же повторилось при императорстве Фи-

липпа, заключившего самый постыдный мир с Персией. (5) Немного времени после того, как персидским оружием был притеснен Восток, а великая столица Антиохия была взята, и персидская армия дошла до Киликийских ворот, император Валериан пошел против них [260 г.] и, несмотря на его пленение персами, это всё еще не дало им уверенной власти над этой территорией.

(6) Только смерти императора Юлиана оказалось достаточно для того, чтобы мы потеряли эти земли так бесповоротно, что уже оказались не в состоянии возвратить что-либо из рук персов. Кроме того, римляне постепенно потеряли еще больше провинций. Некоторые из них получили независимость, другие сдались варварам, третьи постепенно обезлюдели. Это будет показано в описании дальнейших событий моей Истории169.

33. Когда был заключен мир с Персией, как я уже сказал, Иовиан вернулся домой со своей армией, не потерпев ущерба от персов, но потерял много людей в дороге по вражеской территории, потому что на него обрушились трудности местности и недостаток воды. Итак, он послал трибуна Маврикия 0, чтобы доставить продукты для армии из Нисибина и вернуться, чем быстрее, тем лучше, а затем соединиться с основными силами. Других послали в Италию, чтобы объявить о смерти Юлиана и о провозглашении Иовиана.

171

(2) Когда император с трудом после многих бедствий достиг Нисибина , так как этот город был отдан врагу, ему не хотелось входить туда. Поэтому он расположился в открытых воротах. На следующий день император встретил плач и мольбы. Все жители умоляли его не покидать их или освободить их от варварского ига, под которым они живут уже много лет, управляясь римскими законами. (3) Они сказали, что унижены тем, что Констанций, затеявший три войны с персами, во всех потерпел поражение. Выслушав их172, император решил удерживать Нисибин и прилагал все силы для его спасения, словно город был осажден и находился в огромной опасности. Однако вскоре, под огромным давлением обстоятельств, Иовиан передал город врагу в один день173. Такого никогда ранее не бывало, чтобы мирные жители были отданы без боя. (4) Император публично принес извинения жителям в качестве слабого утешения за то, что он сделал. Затем Сабин, вождь городского сената, дополнил народное прошение, объясняя то, что горожанам не заплатили деньги за войну против персов как добровольным помощникам. А то, что они защищали себя собственными телами и запасами, вынуждает их решить, что если бы римляне стали победителями в войне, горожане были бы против того, чтобы стать римскими подданными и повиноваться их власти, как раньше. (5) И когда Иовиан всё еще утверждал, что он не может нарушить соглашение, жители просили и умоляли его не лишать Римскую империю такого оплота, [как их город].

34. Римляне уже не хотели ничего, кроме того, чтобы сохранить императора при отступлении в безопасности. Персы были озабочены тем, как подчинить себе крепости в провинциях и город Нисибин в соответствии с договором. Жители тех провинций и крепостей, которые не могли бежать, позволили персам делать с ними то, что им хотелось, но жители Нисибина тянули время для эвакуации и почти все бежали в Амиду, а в небольшом количестве - и в другие города174.

(2) По всей области царили печаль и сожаление, так как каждый ее житель был отдан врагу и стал жертвой персидских атак, как ныне Нисибин и его округа. Жители Карр были так убиты горем, что из-за новости о смерти Юлиана убили вестника и завалили огромной грудой камней его тело175. Таким было потрясение, вызванное смертью одного человека. (3) Иовиан быстро проходил через города, которые были так охвачены горем и унынием, что не могли принести ему возгласов радости вопреки обычаю. Сопровождение императора в Антиохию176 осуществлялось императорской стражей, так как вся армия еще была погружена в траур по Юлиану, тело которого было отправлено в Киликию и похоронено в царской могиле в окрестностях Тарса177. И на погребении была начертана надпись:

Тигр покинув быстротекущий, здесь лежит Юлиан,

170

Царь знаменитейший наш, лучший из смертных людей .

35. Претендуя теперь на власть над всей империей, Иовиан среди прочих дел послал своего тестя Лукиллиана, Прокопия и Валентиниана, ставшего впоследствии императором, к войскам в Паннонию, чтобы оповестить их о смерти Юлиана, и о том, что он стал его преемником.

(2) Как только батавы, стоявшие у Сирмия, покинули это место, чтобы взять город под охрану, и узнали о происшедшем, они убили Лукиллиана за то, что он стал вестником столь горькой новости, невзирая на его родство с императором. Прокопия они отпустили невредимым из уважения к тому, что он был родственником Юлиана, а Вален-тиниану удалось ускользнуть от смерти в их руках только бегством179. (3) Иовиан покинул Антиохию и уже находился на пути в Константинополь, когда внезапно заболел в Дадастане в Вифинии, где и умер100 [17 февраля 364 г.] после правления лишь в течение восьми месяцев, не успев сделать ничего полезного для государства.

36. Был созван совет для того, чтобы выбрать необходимого преемника императора. И хотя там были различные споры о многих кандидатурах и среди солдат, и среди командиров, единогласно был избран Салюстий181, префект претория. Однако он счел себя слишком старым и заявил, что не может справиться с существующим кризисом. После этого совет спросил Салюстия, не будет ли его сын императором, (2) но отец сказал им, что тот слишком молод, среди прочих причин, для выполнения обязанностей такого рода. Таким образом, солдаты не выбрали императором лучшего человека своего времени. Проголосовали же они за Валентиниана, уроженца Кибалиса в Паннонии. Он был опытным солдатом, но совершенно необразованным человеком. (3) Несмотря на его отсутствие на сходке, за ним были отправлены послы, а государство находилось без правителя несколько дней. Соединив армии в Никее в Вифинии, Валентиниан принял дела императора и двинулся вперед102 [25-26 февраля].

КОММЕНТАРИИ

1. Amm. Marc. ХУ.8.1,6,18сл.; XVI.2.12; Jul. Ep. Ath. 279сл.; Liban. 12.44,48.

2. Аммиан Марцеллин не упоминает о каких-либо победах Галла над персами.

3. Евсевия, возможно, дочь Флавия Евсевия, консула 347 г. (Jul. Or. 3.107D). Вторая жена Констанция, за которого вышла замуж зимой 352/353 г., известна своей красотой (Amm. Marc. XVIII.3.2; XXI.6.4) и влиянием на мужа (Epit.42.20; Philost. 4.8.). Была арианкой по вероисповеданию (Socr. II.2; Soz. III.8). При благосклонности к ней Юлиана (Jul. Or. 3.123B; Amm. Marc. XV.2.8; XV.8.3; XXI.6.4; Liban. 18.27), однако, была повинна в бесплодии Елены (Amm. Marc. XVI.10.18: Inter haec Helenae sorori Constanti, Iuliani coniugi Caesaris, Romam adfectionis specie ductae regina tunc insidiabatur Eusebia, ipsa quoad vixerat sterilis, quaesitumque venenum bibere per fraudem inlexit, ut quotienscumque concepisset, immaturum abiceret partum. /Будучи сама бесплодной всю свою жизнь, Евсевия коварством заставила Елену выпить особое снадобье, чтобы каждый раз, как она забеременеет, у нее случался выкидыш/). Евсевия обеспечила должности консулов для обоих своих братьев (359 г.) и освободила от налогов собственность своей семьи (Cod. Theod. 11.1.1). Страдала хроническим бесплодием и не имела детей (Amm. Marc. XVI.10.18).

4. Юлиан обучался в Константинополе, Никомедии, Пергаме, Эфесе и Афинах, начиная с 347 года. Предыдущие шесть лет он провел в изгнании в Мацеллуме (центральная Малая Азия).

5. Таков же отзыв Фукидида о Клеоне (IV.28). Этот предательский совет находится в противоречии с отношением Евсевии к Юлиану (ср. гл.4); скорее, это было личное мнение Констанция. О Юлиане подробнее см.: Стручевский И.А. Юлиан Отступник // ВИ. 1968. № 1; Brouning R. The Emperor Julian. - L.,1975; Бенуа-Мешен Ж. Юлиан Отступник / Предисл. М.В. Бибикова. - М., 2001 и др.

6. Ср. Amm. Marc. XV.8.1; Jul. Ep. Ant. 277сл.; Liban. 18.36сл.

7. Ср. Amm. Marc. XV.8.11.

8. Елена - дочь Константина I; вышла замуж за Юлиана, когда он был назначен цезарем (Amm. Marc. XV.8.18; Philost. 4.2; Socr. III.1; Soz. V.2; Chron. Pasc. [CM 1.238]; Eutrop. X.14; Jul. Or. 3.183D). Она потеряла своего первого ребенка в Галлии в 356 году (Amm. Marc. XVI.10.19), приехала в Рим в 357 г., где, как считается, Евсевия способствовала развитию ее бесплодия (см. прим. 4) (Amm. Marc. XVI.10.18). Она находилась с Юлианом в Лютеции (Париже), когда он был провозглашен августом в 360 г. (Jul. Ep. Ath. 284C, 258B ), но умерла в конце 360 или начале 361 г. (Amm. Marc. XXI.1.5; Jul. Ep. Ath. 284C; Liban. 18.179; Zon. 13.11). Похоронена в Риме (Amm. Marc. XXI.1.5). Позднее Юлиана обвиняли в отравлении жены (Liban. 37.3-11).

9. Марцелл - магистр конницы Галлии; осуществлял надзор за Юлианом (Amm. Marc. XVI.2.8; Eunap. 8; Jul. Ep. Ath. 277D); отказался помочь ему в борьбе против франков в 356/357 г. (Amm. Marc. XVI.4.3, 7.3) и был заменен Севером (Amm. Marc. XVI.10.23; Jul. 278B; Liban. 18.48). После попытки оклеветать Юлиана в суде возвратился домой в Сердику (Amm. Marc. XVI.7.1, 8.2).

10. Сатурниний Секунд Салюстий. Его карьера началась рано; был отправлен в Галлию для надзора за Юлианом (Jul. Ep. Ath. 281D), но подружился с ним. Констанций заподозрил, что Салюстий перешел на сторону Юлиана и отозвал его (Jul. 281D сл.; Zos. III.5.3-4; Liban. 12. 58; 18.85). Впоследствии Юлиан назначил Салюстия префектом претория Востока (Amm. Marc. XXII.3.1; Zos. III.29.3; Cod. Theod. 1.16.5), главным судьей над сторонниками Констанция (Eunap. 17; Liban. 18.182). Салюстий сдержанно протестовал против языческой политики Юлиана в Антиохии (Socr. III.19; Soz. V.10,20). Принял участие в персидском походе, особенно в его подготовке (Liban. 18.214; Amm. Marc. XXIII.5.6), несмотря на серьезную болезнь (Amm. Marc. XXV.3.21; XXV.5.3). Рисковал жизнью в сражениях (Amm. Marc. XXV.3.14; Zos. III.29.3). Претендент на трон в 363 г., отказавшийся от него (Amm. Marc. XXV.5.3). Свидетель смерти Иовиана (Zos. III.36; Zon. 13.14). Сохранил должность префекта при Иовиане (Liban. Ep. 1429; Soz. VI.3), позднее стал главой посольства к персам (Amm. Marc. XXV.7.7; Liban. 24.20; Zos. III.31.1). Сохранил свои посты при Валентиниане (Zos.IV.1; IV.2.3; Eunap. 30) и Валенте (Amm. Marc. XXVI.5.5). Его преемником стал Небридий в августе 365 г. (Cod. Theod. 12.6.8; Amm. Marc. XXVI.7.4; Zos. IV.6.2), а позднее - Авксоний в начале 367 г. (Cod. Theod. 4.12.6; 10.16.1). Имел хорошее образование (Jul. 8.25.2), исповедовал язычество (четвертая речь Юлиана посвящена ему).

11. Попытки ограничить полномочия Юлиана (Jul. Ep. Ath. 277-278; Amm. Marc. XVI.1.5; XVI.5; XVII.9.6; XX.5.4; XXII.3.7; Liban. 18.42). Третьей решающей фигурой был префект претория Флоренций.

12. Amm. Marc. XXVII.12-13; XVIII.11.

13. О первых событиях царствования Юлиана также см.: Amm. Marc. XX.5.8; Liban. Orat. Parent.49-50.

14. Здесь видны явные следы текста Евнапия (fr.9). Трудно сказать, кто были эти историки и поэты. Также непонятно, что мог добавить Зосим к исчерпывающему тексту Аммиа-на, действительно ли интересы Зосима были столь фискальными и милитаристскими. Насколько Зосим здесь зависит от своих источников, неясно.

15. Констанций не ездил на восток от Константинополя до весны 360 г.

16. Кампании 356 г. (Amm. Marc. XXVI.2-3) полностью опущены Зосимом. Кампании 357 г. см.: Amm. Marc. XXVI.11-17.1.

17. Эта фраза не найдена в сохранившихся работах Юлиана. Однако Юлиан упоминает 360 солдат (Jul. Ep. Ath. 277D), ср. 300 у Либания (Liban. Or. 18.37).

18. Весьма вероятно, что многие из рекрутов Юлиана были повстанцами-багаудами. У них был прямой расчет поддерживать такого государя, который пообещал бы облегчить налоговое бремя.

19. Совр. Страсбург.

20. Ср. Amm. Marc. XVI.12.

21. О битве: Jul. Ep. Ath. 279B; Amm. Marc. XVI.12; Liban. Or. 18.52-67. Сильным аргументом в пользу конъектуры «шестьдесят тысяч» вместо шести тысяч служит признание Зосима, что намного больше людей утонуло. Аммиан дает цифру шесть тысяч жертв среди врагов (Amm. Marc. XVI.12.63), Либаний - восемь тысяч (Liban. Or. 18.60), современные ученые утверждают, что римские силы насчитывали 13-15 тысяч, а германские

- в 2-3 раза больше.

22. Предположительно, имеется в виду победа Александра под Гавгамелами (331 г. до н.э.). Возможно, поводом для сравнения послужили не понесенные потери, а огромное неравенство двух сторон. Этот пассаж служит примером нарастания негативных оценок в исторической перспективе у Зосима.

23. Amm. Marc. XVI.12.37ct.; Liban. 18.57-59,66.

24. Юлиан пересекал Рейн в 357 г. (Amm. Marc. XVII.1.2on.; Liban. 18.68), 358 г. (Zos.

III.4.5; Amm. Marc. XVII.10.1; Liban. 18.76) и 359 г. (Amm. Marc. XVIII.2.8on.), т.е. всего три раза (Jul. Ep. Ath. 280C).

25. Ср. Amm. Marc. XVII.1-2.

26. Вадомарий был вождем племени аламаннов. Приглашенный римлянами на пир, он был арестован и выслан в Испанию, впоследствии вступил на римскую службу и получил должность военного дукса Финикии. Он оставался таким же вероломным, как и прежде (Amm. Marc. XXI.4), но в правление Валента отличился своей храбростью в Армянской войне (Amm. Marc. XXIX.1). См. также: Гиббон Э. История упадка и разрушения Римской империи. Т. II. Гл. XXII, прим. 20. Зосим путает Хнодомара, взятого в плен после битвы при Аргенторате и отправленного к Констанцию (Jul. Ep. Ath. 279C; Amm. Marc.

XVI.12.65-66), с Вадомарием, плененным в самом конце галльских войн (Amm. Marc. XXI.3.1).

27. Десятимесячное перемирие было заключено в конце 357 года (Amm. Marc. XVII.1.12).

28. О кампаниях против аламаннов в 358 г. (Amm. Marc. XVII.10) Зосим сообщает лишь только необычную историю о пленниках, произошедшую у Рейна на земле Гортария: тысяча пленных была возвращена назад (Jul. Ep. Ath. 280C). Ср. акцию Аттилы (Prisc. 8).

29. Перевоз и хранение британской пшеницы не были в то время ничем необычным (Amm. Marc. XVIII.2.3-4). Юлиан лишь построил 400 кораблей, которые он прибавил к 200 уже имевшимся (Jul. Ep. Ath. 280). Ср. Liban. 18.83.

30. Юлиану в ноябре-декабре 362 г. было 32 года (Ep. 434D); столько же - и в момент его гибели в июне 363 г. (Amm. Marc. XXV.3.23), поэтому датой его рождения следует считать 331 год.

31. О времени правления Юлиана в Галлии: Amm. Marc. XVI.5.14oœ.; XVII.3; XVIII.1.

32. О войнах против хамавов в 358 г.: Amm. Marc. XVII.8; Jul. Ep. Ath. 280B; Eunap. 10,12; Liban. 18.75. Зосим путает хамавов с квадами во всех случаях, но это - не его ошибка, так как он не знал, что в то время квады жили на Дунае, а не на Рейне (III.3.2).

33. Зосим имеет в виду более ранний поход Юлиана против франков. Возможно, он считает, что они были подчинены в 357 году (Amm. Marc. XVII.2). Салические франки пришли из Токсандрии в район Батавии в 358 г., где они были поселены как dediticii («сдавшиеся») (Amm. Marc. XVII.8.3-4), защищая свою территорию и поставляя войска для римской армии.

34. Хариеттон - руководитель сопротивления против хамавов (Eunap. 11; Liban. 18. 104), позднее командующий в войне против аламаннов в 358 г. (Amm. Marc. XVII.10.5); ко-мит Германии 365 г.; погиб, сражаясь с германцами в Галлии (Amm. Marc. XXVII.1).

35. Позднее салии отмечены во вспомогательной дворцовой гвардии (ND Occ. 5.177, 210), где имелось 11 когорт из хамавов (ND Or. 31.61), вспомогательные силы palatina из ба-тавов (ND Occ. 5.163, 186), когорты из Реции (35.24) и Британии (40.39), а также лэты (42.34, 40, 41).

36. Зосим склонен обойти стороной персидский вопрос со времени воцарения Юлиана в 359 г. Ср. переговоры 366 г. (Amm . Marc. XVI.9) и 358 г. (Amm. Marc. XVII.5), вторже-

ние в Месопотамию в 359 г. (Amm. Marc. XVIII.4-8, 10) и захват Амиды (Amm. Marc. XIX.1-9). Хотя у нас нет причины сомневаться, что осада Нисибина была в этом году (Amm. Marc. XVIII.6.8), упоминание Лукиллиана делает этот пассаж повторением II.45 (Jul. Or. 1.27сл.).

37. Действительно, Констанций имел законные основания требовать войска для востока по праву августа (Liban. 18. 90-93).

38. Зосим ничего не говорит о кампаниях Юлиана в 359 г.: пересечении Рейна по ходу преследования аламаннов (Amm. Marc. XVIII.2) и др.

39. О Юлиане того времени в Галлии см. Jul. Ep. Ath. 280.

40. Ошибка Зосима или проявление незнания им географии: город в то время назывался Лютецией в земле племени паризиев, в Галлии, а не в Германии (ныне - Париж). Юлиан зимовал в Париже каждый год (357/358, 358/359, 359/360).

41. Amm. Marc. XX.4; Jul. Ep. Ath. 283-285; Liban. 18. 94-99. Юлиан в действительности не был коронован до утра после мятежа, и листовка была только одна.

42. Ср. Amm. Marc. XX.9.

43. На переговорах с Констанцием Юлиан (Jul . Ep. Ath. 285сл.) заявил, что он всегда почитал его как цезаря и гарантировал личную безопасность. Аммиан (Amm. Marc. XX.8-9) говорит, что Юлиан послал два письма Констанцию. В одном из них он в умеренных выражениях отказывался послать солдат на восток и выдвинул претензию назначать всех чиновников в Галлии помимо префектов претория. Другое письмо было более резким. Констанций ответил Юлиану, чтобы он был доволен званием цезаря и не претендовал набольшее (Liban. 18.106; Zon. 13.10; Epit. 42.16).

44. Ср. Amm. Marc. XX.I.2.4-5. Надо отметить, что религиозная политика Юлиана в целом отвергается Зосимом, но еще более - Аммианом Марцеллином (Amm. Marc. XXII.10.7;

XXV.4.2). Было высказано мнение, что это молчание связано с плохими предзнаменованиями при выходе из Антиохии, с конфликтом между гаруспиками и философами. Религиозная политика Юлиана замалчивается, чтобы не возникло противоречия между набожностью императора и его трагическим концом. В тексте Зосима нет явных признаков христианской цензуры.

45. Город в Галлии (ныне Вьенн). Позднее, в 360 г., Юлиан разбил франков на Рейне, объехал весь передний рубеж обороны и прибыл в Виенну на зиму, чтобы защитить переходы в Альпах против Констанция (Amm. Marc. XX.10).

46. О других предзнаменованиях, виденных Юлианом во сне, см.: Amm. Marc. XX.5. Сам Юлиан в письме к Орибасию (Epist.17) говорит о другом аналогичном сновидении, которое поразило цезаря: он видел огромное дерево, поваленным на землю, и небольшое растение, пустившее в землю глубокие корни. Зосим рассказывает о сновидении, виденном уже после его провозглашения.

47. О кампаниях Юлиана против аламаннов в начале 361 г. см.: Amm. Marc. XXI.3-4; Jul. Ep. 8W.

48. Amm. Marc. XXVIII.8.1-2.

49. Поскольку легионы Констанция находились в Азии, путь по Дунаю охранялся слабо. В действительности армия Юлиана была разделена на три части. Одна - под командованием Невитты - шла через Рецию и Норик, другая, во главе с Иовином - через Северную Италию, третья - вместе с самим Юлианом - вниз по Дунаю (Amm. Marc. XXI.8 сл.).

50. Эти подробности семисотмильного пути сообщает только Зосим.

51. Фл. Тавр, квестор 354 г. (Amm. Marc. XIV.11.14) префект претория Италии 355-361 гг. (его упоминают несколько конституций), консул 361 г. Действовал против Юлиана (Jul. Ep. Ath. 286B), но бежал к Констанцию (Amm. Marc. XXI.9.4). Отправлен в ссылку в Верцелл судом в Халкидоне (состав судей - Салюстий, Мамертин, Арбицион, Агилон, Невитта, Иовин; стража - командиры и трибуны иовиан и геркулиан), на котором были осуждены многие сторонники Констанция (Amm. Marc. XXII.3.4). Дожил до 390-х гг.

52. Фл. Флоренций - префект претория Галлии 357-360 гг. Его давлению противостоял

Юлиан (Jul. Ep. Ath. 280F, 282C, 283; Ep.4W ; Amm. Marc. XVI.12.14; XVII.3.2-6; XVIII.2.4, 7; XX.4.2.6-9; XX.9.5; Liban. 18.84-85). В 361 г. бежал к Констанцию (Amm. Marc. XX.8.20-23) и был назначен префектом претория Иллирика и консулом (Amm. Marc. XXI.6.5; XXI.9.4). Хотя и был приговорен к смерти судом в Халкидоне, бежал (Amm. Marc. XXII.3.6; XXII.7.5).

53. Ср. Amm. Marc. XXI.9.

54. Содержание этих писем, вероятно, было одинаковым, хотя внешняя форма и могла быть различной.

55. Политические памфлеты Юлиана были написаны в Наиссе, а не в Сирмии. О его письмах в сенат см. Amm. Marc. XXI.10.7. Из греческих писем сохранилось только письмо к афинянам. Оно содержит много ценных сведений. Это - один из лучших политических манифестов в истории Европы (по мнению Р. Ридли). Часть писем цитируется у Liban. 12.64; 18.115 и в Paneg. 11.9.4. См.: Thompson E.A. Three notes on Julian //Hermath. 62. 1943. Р.93сл.

56. Ср. Amm. Marc. XXI.10.

57. Ср. Amm. Marc. XXI.15. Констанций вынашивал планы возвращения в Европу и разгрома Юлиана, говоря при этом, что это будет «охотничья прогулка» (Amm. Marc. XXI.7). Были предприняты значительные усилия по нейтрализации Юлиана: нотарий Гауден-ций перекрыл подвоз продовольствия из Африки в Рим, восстал гарнизон сильной крепости Аквилея. Констанций умер в городке Мопсукрены в 12 милях к востоку от Тарса в Киликии на 45-м году жизни и 24-м году правления. План Юлиана по завоеванию Фракии тем самым отпал сам собой.

58. Cons. Const. 361; Amm. Marc. XXI.15.

59. Ср. Amm. Marc. XXII.2. Почти одновременно в столицу доставили останки покойного Констанция. Юлиан пешком, без диадемы и одетый в траур, сопровождал погребальное шествие до церкви Св. Апостолов, где было положено тело усопшего.

60. Дворцовые преобразования Юлиана описаны: Amm. Marc. XXII.4; Liban. Orat. Parent. 62; Socr. Schol. III.1; Mamert. Paneg. Vet. XI.II.

61. Ссылка на константинопольский сенат ошибочна или искажена; его установил Константин (Anon. Val. 30). Скорее, Юлиан увеличил его число или состав (Paneg. XI.24.5).

62. Janin. Constantinople byzantine. Р.231.

63. Ibid. P. 161.

64. Юлиан вошел в Константинополь 11 декабря 361 г. (Amm. Marc. XXII.2.4), а зиму 362/363 г. провел в Антиохии (Amm. Marc. XXII.10.1). Десять месяцев представляются слишком долгим сроком, и он часто сокращается специалистами до восьми. О пребывании Юлиана в Константинополе: Amm. Marc. XXII.2-9.

65. Виктор - сармат (Amm. Marc. XXXI.12.6) и католик (Theod. 4.33). Трибун в период правления Констанция (Amm. Marc. XXM.5.2). Сыграл главную роль в персидском походе Юлиана (Amm. Marc. XXIV.1.2; 4.13; 4.31; 6.4; 6.13; Zos. III.13.3; 16.3; 17.1; 21.5; 25.7). Есть сведения, что он был магистром пехоты (Zos. III.13.1). Продвинут по службе Иовианом (Amm. Marc. XXVI.5.2). Вовлечен в борьбу за власть после смерти Юлиана (Amm. Marc. XXV.5.2). При Иовиане и Валенте - магистр (Zos. IV.2.4; CTh 7.4.12). Посол к Сапору (Liban. 24.20; Amm. Marc. XXV.7.9) и к готам в 366 г. (Amm. Marc. XXVII.5.1), 369 г. (Amm. Marc. XXVII.5.9), к персам в 377/378 г. (Amm. Marc. XXX.2.4-7; XXXI.7.1). Консул 369 г. Препятствовал намерению Валента дать сражение под Адрианополем (Amm. Marc. XXXI.12.6; XXXI.13.9). Передал известие о поражении Грациану (Zos. IV.24.3).

66. Ср. Amm. Marc. XXII.9.

67. Amm. Marc. XXI.5.8.

68. Jul. Misop. 339C, 340A.

69. Эта речь носит название «Мисопогон, или Враг бороды». Русский перевод: Римская сатира. -М.,1959. Ср. Amm. Marc. XXII.14.

70. Jul. Misop. 367D, CTh 12.1.51=CJ 10.32.22; Liban. 48.15; Amm. Marc. XXV.4.21. Юлиан

увеличил количество сенаторов до 1200, назначив тех, кто старался этого избежать, и введя наказания за распущенность, что было особенно актуально для Антиохии. Заметим, что Антиохия была преимущественно христианским городом. О куриалах см.: Jones A.H.M. LRE. P. 737-763.О пребывании там Юлиана см.: Downey G. History of Antioch. 1961. P. 380f.; Festugiere A. Antioche paienne et chretienne. 1959. Chap.2.

71. Пребывание в Антиохии было важным этапом развития религиозной системы Юлиана. См. целиком главу XXIII Гиббона, завершающую второй том.

72. Вопрос о соотношении источников по персидскому походу Юлиана, возможно, самый сложный во всей «Истории» Зосима. Основные теории: 1) происходит от Магна Карр-ского (общий источник и для Аммиана Марцеллина) [Мендельсон, Зеек, Кляйн]; 2) от утраченных «Записок» Юлиана (общий источник с Аммианом Марцеллином) [Геккер];

3) от Орибасия через Евнапия независимо от Аммиана Марцеллина [Судхаус, Чалмерс];

4) от Аммиана Марцеллина либо непосредственно [Вайтерсхайм], либо через Евнапия [Опиц, Томпсон]. Об общей биографии и обсуждении различных деталей см.: Ridley R. Notes on Julian’s Persian Expedition //Historia. 22. 1973. P.317-330. О географии похода: Dillemann L. Ammien Marcellin et les pays de l’Euphrate et du Tigre // Syria. 38. 1961. P.87ct.

73. Персидская кампания Юлиана целиком подробно рассмотрена в XXIV главе знаменитого сочинения Э. Гиббона «Упадок и разрушение Римской империи».

74. Параллели см. у Геродота (II.123, 171f). Дурные предзнаменования (Soz. V.18; Amm. Marc. XXIII.1.5-7 /перед отправлением/, Amm. Marc. XXIII.3.3 /в Каррах/). Это единственное указание Зосима, хотя и косвенное, на одну из главных черт кампании - постоянный конфликт между этрусскими прорицателями и восточными неоплатониками, которые сопровождали Юлиана (Amm . Marc. XXIII.5.10).

75. Гиераполь не расположен на Евфрате. Пехота Юлиана соединилась в Гиераполе (Amm. Marc. XXIII.3.6-7), а флот - в Каллинике (Amm. Marc. XXIII.3.9) или Киркесии (Zos.

III.13.2). Ср. с последним письмом Юлиана.

76. Имя дано также в надписи из Гиераполя.

77. Amm. Marc. XXIII.2.7 упоминает только об истощении запасов зерна. Батны не расположены близ Гиераполя (Jul. Ep. 58W).

78. В одной из рукописей читается «эдесцы», но Юлиан отказался посетить этот город, так как он был христианским (Ep. 40W; Soz. VI.1; Theod . 3.25). Судхаус исправил это место на «население». Мендельсон предположил здесь лакуну и восполнил ее так: «...не пожелал войти, но батниане собрались в толпы для встречи с ним».

79. Amm. Marc. XXIII.3.1 У Юлиана не было выбора, какую из двух дорог предпочесть. Его флот пошел по второй.

80. Amm. Marc. XXIII.3.4-5; Liban. 18.214-215; Magn. Эту часть войска надо было послать наперерез, через Карры к Тигру. Аммиан Марцеллин говорит, что она состояла из 30 тысяч, Либаний дает 20 тысяч, Магн - 16 тысяч. Зосим полностью игнорирует ее стратегическую важность для встречи Аршака и присоединения к Юлиану в Ассирии после отвлечения персов от действительного маршрута наступления (IV.4.21). Эта армия не достигла цели (Amm. Marc. XXIV.7.8; Liban. 18.260) из-за препирательств и трусости.

81. Себастиан - вифинец (Athan. Ad mon. 55). Дукс Египта 356 г. (Amm. Marc. XXIII.3.5). Изгнал Афанасия из Александрии в 358 г. (Athan. Hist. Ar. 59-70; Soz. IV.10-11). Командующий связью войск Юлиана на Тигре (Amm. Marc. XXIII.3.5; XXIV.7.8; XXV.8.7, 16;

XXVI.6.2; Liban. 18.214). Комит Галлии 368 г. (Amm. Marc. XXVII.10.6, 10, 15), комит Паннонии 375 г. (Amm. Marc. XXX.5.13). Был любим своими войсками; после смерти Валентиниана едва не коронован (Amm. Marc. XXX.10.3). Магистр пехоты, командующий в готской войне 377 г. (Amm. Marc. XXXI.11.1; Zos. IV.22.4; Eunap. 47M). Пал под Адрианополем (Amm. Marc. XXXI.13.18; Liban. 24.3).

82. Прокопий - родственник Юлиана (Amm. Marc. XXIII.3.2; XXVI.6.1, 18; XXVI.7.10; Zos.

III.35.2; IV.4.2; IV.7.1), предположительно, не только по линии матери, так как его не упоминают как родственника среди других Флавиев. Из Корика в Киликии (Liban.

35.113; Eunap.31M; Philost. 9.5; Them. Or. 7.86C). Трибун и нотарий, посол к Сапору II от Констанция (Amm. Marc. XVIII.6.17f), comes primi ordines 360 г. (Amm. Marc. XXVI.6.1). В персидской войне вместе с Себастианом командовал армией на Тигре (Amm. Marc. XXIII.3.5; XXV.8.7, 16; Zos. III.12.5; IV.4.2; Liban. 18.214; Ep. 1439; Magn. FGH 4, p.5; Malala 13). Вероятно, Юлиан прочил его в свои наследники (Amm. Marc.

XXIII.3.2; XXVI.6.2f; Zos. IV.4.2oœ.). Иовиан спешил заключить мир с Персией из страха перед ним (Amm. Marc. XXV.7.10), но вызывает удивление, что в такой ситуации именно Прокопию было поручено везти тело Юлиана в Тарс (Amm. Marc. XXV.9.12). Тем не менее, Прокопий, очевидно, боялся за свою жизнь и скрылся (Amm. Marc.

XXVI.9.13; XXVI.6.3). События, связанные с его узурпацией, см. в ГУ.4сл. Первоначально действия этой армии были оставлены на усмотрение ее полководцев.

83. Карры в IV веке не были границей. Эту роль выполнял, скорее, Киркесий (III.12.3; Amm. Marc. XXIV.1.1; XXIII.5.2).

84. Никакой другой источник не дает такой огромной цифры. Проблема, однако, состоит в том, относится ли эта цифра к двум армиям, основным силам и войскам на Тигре, или, как говорит Зосим, только к основным силам. Заметим, что Зосим не говорит о каком-то смотре в Каррах, как показалось бы при поспешном чтении. Это было, скорее, в Киркесии (Amm. Marc. XXIII.5).

85. Ср. Amm. Marc. XXIII.5. Юлиан обманул персов ловким маневром. Направляясь первоначально к Нисибину и Тигру, войска внезапно повернули вправо, прошли ничем не защищенную равнину до Карр и на третий день достигли Евфрата в районе города Нике-фория (Каллиника). Оттуда император совершил поход более чем в 90 миль вдоль Евфрата, достигнув Киркесия через месяц после выхода из Антиохии. Киркесий был крайним пределом римских владений на востоке. Абора впадает в Евфрат как раз в районе Киркесия.

86. Аммиан Mарцеллин (XXIII.3.9) говорит, что флот состоял из тысячи транспортных судов, пятидесяти военных кораблей и пятидесяти понтонов. Mагн дает 1250 в общей сложности. Зосим просто дважды упомянул транспортные корабли: 1100 кораблей из дерева и кожи перевозили провиант и оборудование для осады.

87. Лукиан - флотоводец Юлиана (Amm. Marc. XXIII.3.9; XXIV.1.6), впоследствии руководил разведчиками (Zos. III.14.1-3; III.16.2-17.1).

88. Константиан - брат императрицы Юстины (Amm. Marc. XXVIII.2.10), наварх Юлиана (Amm. Marc. XXIII.3.9), трибун stabuli с 370 г., убит галлами (Amm. Marc. XXVIII.2.10).

89. Речь Юлиана (Amm. Marc. XXIII.5.16ct.), в которой он не называет жертвователя.

90. Аринфей - христианин-ортодокс (Theod. IV.30), известный своим ростом и силой (Amm. Marc. XXVI.8.5). Действовал как военачальник (rector armaturarum) в аламанн-ской войне 355 г. (Amm. Marc. XV.4.10), магистр конницы в персидской кампании (Amm. Marc. XXIV.1.2), затем руководил рейдами (Zos. III.24.1; Amm. Marc. XXIV.7.2). Поддерживал восточные устремления Юлиана (Amm. Marc. XXV.5.2). Посол Иовиана к Сапору (Zos.31.1; Amm. Marc. XXV.7.7) и в Галлию в 363 г. (Amm. Marc. XXV.10.9). Поддерживал Валентиниана (Philost. 8.8). Mагиcтр пехоты при Валенте (Zos. IV.2.4; Amm. Marc. XXVI. 5.2). Действовал против Прокопия в 366 г. (Amm. Marc. XXVI. 8. 4 сл.), против готов в 367-369 гг. (Amm. Marc. XXVII.5.4, 9), персов в 370 г. (Amm. Marc.

XXVII.12.13-15). Консул 372 г. Имел связи с Евтропием (Claud. Eutr. 1.63сл.).

91. Mocт через Абору был уничтожен. В Киркесии был оставлен гарнизон в 10 тысяч воинов.

92. О растянувшейся на марше колонне Юлиана см. Amm. Marc. XXIV.1.2-4. Аммиан Mар-целлин говорит, что между авангардом и арьергардом было расстояние в десять миль.

93. Войска римлян продвигались вперед тремя колоннами: пехота под командованием Виктора - в центре, справа - колонна Невитты из нескольких легионов вдоль Евфрата в виду флота, слева - конница Xoрмизды и Аринфея. Фронт и фланги прикрывал Лукил-лиан с мобильными силами.

94. О Зауте: Amm. Marc. XXIII.5.7.

95. Moгила Гордиана имела важное идеологическое значение: Гордиан был ближайшим

предшественником Юлиана в войнах с персами. Это яснее видно у Аммиана Марцеллина. Могилу впервые увидели издалека между Заутой и Дурой (Amm. Marc. XXIII.5.7). Она также упоминается в речи Юлиана в Киркесии (Amm. Marc. XXIII.5.17). Очевидно, она находилась неподалеку от этого города, как указывают другие источники (SHA Gord. 34.2; Eutrop. IX.2).

96. Анафа (Amm. Marc. XXIV.1.6f; Liban. 18.218).

97. В Халкиде в Сирии (Amm. Marc. XXIV.1.9).

98. Пузей, впоследствии - дукс Египта (Amm . Marc. XXIV.1.9).

99. Филита (Amm. Marc. XXIV.2.1; Liban. 18.219).

100. Эти города желали дождаться исхода кампании, прежде чем заявить о своей преданности. Мудрость политики Юлиана сильно оспаривалась, но ему было важно быстро достичь Ктесифона. Он имел дело с каждой крепостью отдельно, брал те, которые можно было одолеть без труда, оставлял те, которые потребовали бы много времени и сил при осаде. Доказательство эффективности этой политики было вполне ясным: различные города, такие, как Дакира и Озогадана, были покинуты жителями до прихода Юлиана.

101. Дакира (Amm. Marc. XXIV.3.2).

102. Дублет Дакиры.

103. Дублет Асфальтовых рек.

104. Озогадана (Amm. Marc. XXIV.2.3).

105. Plut. Crassus. 21; Amm. Marc. XXIV.2.4, 4.7. Это не имя собственное, а титул персидского полководца.

106. Засада Хормизды очень отличается у Аммиана Марцеллина (Amm. Marc. XXIV.2.4). Она была неудачной, так как персы не пересекли реку. На следующее утро они были разбиты основными силами.

107. Этот рукав Евфрата едва ли был Наармалхой, которая соединяла Евфрат с Тигром от Пирисаборы до Селевкии ^р. Zos. III.19.3, от окрестностей Фиссении), и был пересечен позднее (III.24.2; Amm. Marc. XXIV.6.1). Между двумя великими реками находилось много таких каналов.

108. Маневр Лукиллиана и Виктора является простым переходом фланга, но был грубо искажен нашим историком или его источниками. Вероятно, Лукиллиан сдвинулся слишком рано, и это затруднило его соединение с Виктором. Удивительно, что же делали персы в то время, пока войска римлян не могли соединиться. Этот эпизод отсутствует у Аммиана Марцеллина.

109. Есть серьезные расхождения относительно переправы у Аммиана Марцеллина (Amm. Marc. XXIV.2.7-8), который говорит, что пехота перешла реку по мосту, а конница и вьючные животные - вплавь, в то время как вспомогательные силы атаковали персов. То же у Либания (18.224), который не упоминает о враге.

110. Аммиан дает название Пирисабора (Amm. Marc. XXIV.2.9-22; Liban. 18.227-228). В обоих вариантах можно усмотреть первооснову «Перс Сапор» или «Пероз-Сапор». Город находился в 50 милях от царской резиденции - Ктесифона. Он был обнесен двойной стеной, которую почти со всех сторон обтекал один из рукавов Евфрата. Отметим гораздо более детальное описание города у Зосима.

111. Это была гелепола, изобретенная не Юлианом, как говорит Зосим, а древним Деметрием Полиоркетом (IV в. до н.э.; Amm. Marc. XXIV.2.18).

112. По Аммиану - Мамерсида (Amm. Marc. XXIV.2.22). Аммиан Марцеллин также указывает количество людей, окружавших город - 2500.

113. Эту сумму солдаты считали ничтожной, пока не получили выговор от Юлиана (Amm. Marc. XXIV.3.3-8).

114. Amm. Marc. XXIV.3.1-2; Liban. 18.229-230. Изображениям дракона есть аналогии на колонне Траяна и на арке Константина. Аммиан Марцеллин говорит, что два оставшихся трибуна были уволены, и, что, возможно, была сокращена численность солдат на одну десятую от общего количества.

115. = Мацепракта? (Amm. Marc. XXIV.2.6).

116. Наармалха.

117. Аммиан Марцеллин здесь (Amm. Marc. XXIV.3.11) серьезно ошибается; армия форсировала болота на надутых мехах и пузырях.

118. Перепутано с «бирфой», «крепостью» в Сирии.

119. Об этой орошаемой области см.: Amm. Marc. XXIV.3.12-13.

120. Майозамалха (Amm. Marc. XXIV.4; Liban. 18.235сл.). Здесь, кажется, тоже есть путаница (Amm. Marc. XXIV.5.6-7). У Зосима - значительные расхождения с Аммианом Мар-целлином: нападение на Юлиана совершили два человека; оба они были убиты, но восемь их товарищей, из которых некоторые были ранены, спаслись. Аммиан не говорит и о количестве башен и крепостном рве, наполненном водой, и не упоминает о подкопах. Очень важна топография города. Исходя из его размеров и положения среди больших «скал» (по Аммиану), и учитывая расчистку Виктором пути на Ктесифон, а также тот факт, что Юлиан продолжал марш вниз по Евфрату после Пирисаборы (Amm. Marc.

XXIV.3.14), Лейн отождествляет его с Хан-Насирией. В стратегии Юлиана здесь, очевидно, произошел поворот: предполагался прорыв на юг в направлении этого большого города всего в десяти милях к северу от Вавилона, а уже после этого предстояло двигаться к главной цели - Ктесифону. Очевидность такого отождествления кажется правильной. Оно лишь игнорирует другие сведения, которые у нас имеются. Зосим говорит, что это происходило близ Ктесифона (III.20.5) - в 90 стадиях далее (III.21.5), тогда как Хан-Насирия расположена в 30 милях. Кроме того, было бы величайшей глупостью со стороны Юлиана оставить незащищенным свой флот в начале Наармалхи и так далеко идти на юг. Нет ничего, что противоречило бы помещению Майозамалхи на этом канале. Крепость имела 16 больших башен, глубокий ров, двойную крепкую стену из кирпича с горной смолой. Расположена в 11 милях от столицы Персии.

121. Зосим утверждает, что Юлиан осадил Майозамалху только из-за собственного гнева, а не из-за военной необходимости. Интересно, что Аммиан Марцеллин (Amm. Marc.

XXIV.5.6-7) упоминает крепость, о которой молчит Зосим, после Селевкии, которая была атакована по этой же причине.

122. Фл. Невитта - командующий конницей в аламаннской войне 357 г. (Amm. Marc.

XVII.6.1). Был назначен Юлианом магистром конницы в Галлии в 361 г. (Amm. Marc. XXI.8.1,3) и сыграл важную роль в провозглашении Юлиана императором (Amm. Marc. XXI.10.2). Консул 362 г. вопреки своему варварскому происхождению (Amm. Marc. XXI.10.8; XXI.12.25; XXII.7.1). Принял участие в халкидонском процессе над сторонниками Констанция в качестве судьи (Amm. Marc. XXII.3.1). Магистр конницы и пре-зид в 362 г. Участвовал в персидском походе (Amm. Marc. XXIV.1.2; XXIV.4.13). Стремился, чтобы после Юлиана императором стал бы уроженец Запада (Amm. Marc.

XXV.5.2). Был заменен Валентом на Виктора.

123. Дагалайф - комит доместиков в 361-363 гг. (Amm. Marc. XXI.8.1). Взял Сирмий для Юлиана (Amm. Marc. XXI .9.6). Сыграл важную роль в персидской кампании (Amm. Marc. XXIV.1; XXIV.4.13). Поддержал Иовиана (Amm. Marc. XXVI.5.2). Назначен магистром конницы (Amm. Marc. XXVI.1.6). Поддерживал Валентиниана, но выступил против выборов императором Валента (Amm. Marc. XXVI.4.1; Philost. 8.8). Неудачно воевал против аламаннов в 365 г. (Amm. Marc. XXVI.5.9; XXVII.2.1). Магистр пехоты в Галлии в 364-366 гг. (CTh . 7.20.9). Консул 366 г. (Amm. Marc. XXVI.9.1).

124. Маттиарии упоминаются в связи с ланциариями (Amm. Marc. XXI.13.16; XXXI.13.8). Назывались так из-за галльских копий, которые они носили (Caes. BG I.26.3; Liv.

VII.24.3; Sisenna, fr.29,71 Peter). В ND они фигурируют как «дворцовые легионы» (Or. 5.7, 6.2), комитаты в Иллирике (Or. 9.9) и Италии (Occ. 5.83), и как вспомогательные силы дворца (auxilii palatinum) в Иллирике (Occ. 7.52). Ланциарии часто соединялись с маттиариями (см. выше). Они были вооружены, очевидно, пиками (Iohan. Lyd. Mag. I.46) и выросли из вспомогательных отрядов. Кроме пехоты они составляли схолу доместиков (CIL 6.32965). При Диоклетиане солдаты служили в ланциариях перед вступлением в преторианские когорты (CIL 6.2759? 2787, 32943). Легион комитатов (CIL

3.6194), возможно, был включен в число дворцовой гвардии Константином. В ND они появляются среди palatini (Or. 5.2, 6.7), comitatenses (Or. 4.16, 8.12, 9.14; Occ. 5.90, 7.82),pseudocom. (Occ. 5.110).

125. Видимо, Зосим лучше информирован о деталях вылазки из тоннеля. Далее идут Либа-ний (не упоминающий о старухе и ребенке, найденных в башне) и Аммиан Марцеллин, который туманно говорит, что найденные там были преданы смерти.

126. Этот эпизод важен с точки зрения определения источников Зосима: Магн считается одним из гипотетических первоисточников, из которого Зосим заимствовал часть текста. О Магне: Amm. Marc. XXIV.4.23 (трибун). Ридли и Томпсон считают, что нет оснований для отождествления его с историком из Карр ^м.: Thompson E.A. Historical Work of Ammianus Marcellinus. 1947. P. 28f.).

127. Иовиан [Iovianus] - примикерий нотариев (Amm. Marc. XXV.8.18). Находился с Юлианом в Персии (Amm. Marc. XXIV.4.23; Liban. 18.238). Претендент на трон после гибели последнего. Убит новым императором Иовианом [Iovian] (Amm. Marc. XXV.8.18;

XXVI.6.3).

128. О царской охоте и римском дворце см. Amm. Marc. XXIV.5.1-2; Liban. 18.243 (персидский дворец).

129. У Аммиана Марцеллина нет.

130. Зохаса, видимо, должна быть Кохе (Amm. Marc. XXIV.6.2). Селевкия, к тому времени оставленная, была разрушена Траяном в 116 г. (Dio 68.30) и Авидием Кассием в 164 г. (71.2).

131. Amm. Marc. XXIV.5.3. Юлиан разбил лагерь в Селевкии без сопротивления, а затем отправился с несколькими прокураторами в покинутый город, разрушенный Каром. Там еще были видны тела родственников человека, который сдал Пирисабору Юлиану -Мамерсида (Amm. Marc. XXIV.2.21). Евтропий утверждал (IX.18), что Кар захватил Се-левкию и Ктесифон, но этот император скорее ограбил окружающие города. Одну из ошибок Зосима можно было бы исправить, изменив всю фразу о захвате города Каром на фразу о Селевкии. Тем не менее, мы остаёмся с телами в Селевкии у Зосима, в неназванном городе у Аммиана Марцеллина и с непониманием, какой же город был предан.

132. Он был сожжен заживо (Amm. Marc. XXIV.5.4: «Здесь был сожжен живым и Набдат, который был вытащен из тайного убежища во взятом городе с 80 людьми. В начале осады он дал на тайных переговорах обещание сдать город, но вел оборону самым ожесточенным образом; а, получив сверх ожидания прощение, дошел в своей дерзости до того, что позволял себе всячески поносить Xoрмизду»).

133. Аммиан Марцеллин помещает его после пересечения Тигра (Amm. Marc. XXIV.7.2).

134. Amm. Marc. XXIV.5.5. Обоз двигался вдоль северного берега канала, чтобы воспрепятствовать нападению.

135. Аммиан называет эту реку Нагармалха и дает второе название - Царский канал. Во времена Юлиана река, скорее всего, впадала в Евфрат выше Ктесифона. В настоящее время этот проток почти исчезает в болотах.

136. Был прорыт целый канал, достаточно широкий и глубокий для прохода судов из Евфрата в Тигр.

137. Канал Траяна был, очевидно, вырыт в устье Наармалхи (Amm. Marc. XXIV.6.1-2; cр. Dio 68.28). Флот находился в сложном положении, из которого он был выведен с помощью этого канала, который соединялся с Тигром выше Ктесифона, и поэтому не был вынужден атаковать от этого сильного города и лишен возможности быть пронесенным течением мимо него, чтобы затем возвращаться против течения (Liban. 18.244-247).

138. О битве, состоявшейся после переправы через Тигр, см. также: Amm. Marc. XXIV.5.5; Liban. Orat. Parent. 124-128; Greg. Naz. Orat. 4; Sext. Ruf. De provinc. 28.

139. Аммиан апологетически утверждает, что Юлиан лично сам руководил переправой авангарда через Тигр. Гиббон замечает по этому поводу, что объективно расположенный к императору Зосим здесь, видимо, более точен (История упадка... - ^.XXIV, прим. 71). Вместе с тем, рассказ Зосима здесь достаточно хаотичен. Он совмещает форсирование

Тигра (III.25.1-4 и 26.1) (перепутанного с Наармалхой) с битвой под Ктесифоном (III.25.5-7). По Аммиану Марцеллину (Amm. Marc. XXIV.6.1cë.), Наармалха была очищена, и флот вошел в Тигр, в то время как армия перешла канал по мостам (о сопротивлении упоминаний нет) и двинулась к Кохе. Тигр был форсирован ночью, после чего произошла битва на берегу, продолжавшаяся весь следующий день. Она закончилась на персидской дороге в Ктесифон. Также есть расхождения в деталях: пять кораблей были посланы вперед, неповрежденными остались все, было убито 70 римлян. Ошибка Зоси-ма о трехдневной переправе может происходить от недопонимания того, что флот был разделен натри части (Amm. Marc. XXIV.6.4). Либаний (18.249-255) говорит достаточно общо, но приводит детали, никем более не сообщаемые: о том, что Юлиан перед переправой провел учения, чтобы укрепить дух войска, а также, что 6000 (!) персов были убиты. Конечно, число убитых римлян у Зосима кажется неправдоподобным, учитывая жестокость и продолжительность сражения.

140. После битвы на том берегу Тигра перед Юлианом открылся путь на Ктесифон. После подхода иовиан и геркулиан сил для штурма было достаточно. Однако царь Армении приказал отойти своим вспомогательным частям. Начались раздоры между полководцами Себастианом и Прокопием. Вследствие этого император не решился штурмовать столицу. 60-тысячная армия римлян не смогла повторить то, что до этого римляне проделали три раза. Вместе с тем, Юлиан отверг и мирные предложения, отправившись вглубь Персии. Об отступлении Юлиана от стен Ктесифона см. также: Amm. Marc.

XXIV.7.8; Liban. Orat. Parent. 134. Зосим и Либаний нигде не упоминают о том, что этот поход был отступлением. Аммиан более объективен. Либаний, кроме того, еще и неточен: по нему получается, что Юлиан продолжал путь по Тигру. Евфрат никогда не был судоходен выше Вавилона, а Тигр - выше Описа, расположенного недалеко от римского лагеря, так что план императора двигаться против течения с флотом провалился.

141. Amm. Marc. XXIV.7.3-6. Аммиан Марцеллин помещает сожжение флота в Ктесифон и утверждает, что только 12 кораблей было спасено. Либаний (18.261-263) неопределенно говорит о сожжении флота и утверждает, что 15 кораблей из него были спасены. По Зосиму никак нельзя понять, что это был поворотный пункт всей кампании. Персидская тактика выжженной земли и срыв прибытия подкреплений Прокопия и Себастиана (Amm. Marc. XXIV.7.7-8) вынудили Юлиана начать отступление. Также Зосим не говорит о важнейшем значении персидских дезертиров, о чем упоминает Аммиан Марцеллин (Amm. Marc. XXIV.7.2, к сожалению, с лакуной, но ср. XXIV .7.3) и чему большое значение придавали церковные историки (Soz. VI.1; Greg. Naz. 5.11).

142. РекаДияла.

143. Amm. Marc. XXV.1.1-3.

144. Это - единственное упоминание Зосимом участия сарацинов в персидской кампании. Они считались союзниками Юлиана (Ep. 58W; Amm. Marc. XXIII.8.8) и воевали на его стороне (Amm. Marc. XXIV.1.10), но другие их племена поддерживали персов (Amm. Marc. XXV.1.3; XXV.6.9; XXV.8.1) и были одними из важнейших их союзников. Возможно, один из них смертельно ранил Юлиана.

145. Amm. Marc. XXV.1.3.

146. Симбра - это Укумбра (Amm. Marc. XXV.1.4). Нисбара - возможно, дублет Барсафты (bara - крепость). Нисканадалба (или Нисханаба) - возможно, Месхана.

147. Данаба перепутана с Нисканабой.

148. Amm. Marc. XXV.1.5-6.

149. Название города представляет собой искажение имени сатрапа.

150. Amm. Marc. XXV.1.10.

151. Маранга (Amm. Marc. XXV.1.11). Персы потеряли в этой битве много сатрапов и слонов.

152. Мендельсон устанавливает здесь небольшую лакуну, в которой, возможно, было утрачено название легиона трибуна Ветраниона.

153. Сведения Аммиана Марцеллина (Amm. Marc. XXV.1.11-19) гораздо полнее, но он не

упоминает о кораблях. У него здесь - кровавая битва, а у Зосима - лишь нападение на римские тылы.

154. Это не Сумера (Amm. Marc. XXV.6.4), а Сума (III.30.2), как говорит Зосим. Возможно, дублет реки Тормара (Дияла). Где погиб Юлиан? Аммиан Марцеллин говорит: «во Фригии» (Amm. Marc. XXV.3.9). Это, очевидно, приблизительное произношение местного названия. Предыдущая крупная битва происходила в Маронсе (Маранге), в двух днях пути. Сумера на Тигре была расположена в одном дне пути.

155. Юлиан был ранен копьем. Зосим допустил ошибку или дал традиционную версию (Theod. 3.25; Iohan. Lyd. De mens. IV.75). Кем был нападавший? Аммиан Марцеллин этого не знает, но римлянина исключает (Amm. Marc. XXV.6.6). Большинство других современных источников тоже не знают этого (Magn.; Eutrop. X.16; Fest. Brev. 28), но Либаний обвиняет христиан (18.274-275, 24 pass.). Xoтя позднее церковные историки приняли эту версию (Soz. VI.1-2), молчание Григория по этому поводу сыграло решающую роль (V.13 - или перс, или сарацин, или варваризованный римлянин). Впоследствии этот акт был приписан различным христианским святым. Дата дается по: Cons. Const. (CM 1.240).

156. Ср. Amm. Marc. XXV.3; Liban. Orat. Parent. 136-140. О смерти Юлиана существует большая литература. Xриcтианcкие апологеты считают, что Юлиан понес заслуженное наказание за отступничество от христианства. Существует легенда о том, что императора поразил свой же воин-христианин в спину. Единоличное правление Юлиана продолжалось один год и 8 месяцев.

157. Анатолий - магистр записей (libellorum) у Юлиана, позднее - магистр оффиций (Amm. Marc. XX.9.8; CTh 11.39.5). О его смерти: Zos. III.29.3; III.30.4; Amm. Marc.

XXV.3.14,21; XXV.6.4 («Близ укрепления Сумеры обнаружили мы труп Анатолия, распростертый на земле, и спешно похоронили его»). Юлиан упоминает его в Or. 7.22B. Ему писал Либаний (Ep. 651,925,1209).

158. Политическая борьба, стоявшая за избранием Иовиана, описана Аммианом Марцелли-ном (Amm. Marc. XXV.5.1-4), но опущена Зосимом. Также (Epit. 44.1; Eutrop. X.17.1; Zon. 13.14; Hieron. Chron. 2379; Soc. III.22; Soz. VI.3).

159. Варрониан - комит (Amm. Marc. XXV.5.4), полководец Иовиана (Amm. Marc.

XXV.5.8), в конце службы становится комитом доместиков (Zos.). Вышел в отставку до 363 г., но играл важную роль в избрании своего сына (Amm. Marc. XXV.5.4; Them. 5.65A; Eutrop. X.17; Epit. 44; Iohan. Ant. 181; Zon. 13.14). Умер в конце 363 г.

160. Ср. Amm. Marc. XXV.5. Аммиан называет Иовиана примикерием протекторов-доместиков. Первым претендентом на престол был Салюстий, но он отказался от власти. Сразу же сложились две группировки - одна - из тех, кто служил еще при Констанции (Виктор и Аринфей), другая - из ближайших друзей Юлиана (Дагалайф и Невитта). Кандидатура Иоанна была компромиссной. Он был христианином (Socr. Schol. III.22; Soz.

VI.3; Theodor. IV.1).

161. =Сумера (Amm. Marc. XXV.6.4).

162. Эту же битву описывает и Аммиан Марцеллин (Amm. Marc. XXV.6.2-3), который помещает ее перед тем, как римляне достигли крепости. Он не упоминает об обозе и называет трибуна Максимом. Зосим указывает, что тело Анатолия было найдено на поле битвы, а не на дороге.

163. Amm. Marc. XXV.6.11. Зосим пропустил около трех дней после битвы при Суме.

164. Amm. Marc. XXV.6.11-15, 8.1-3. Переправа через Тигр происходила после договора. Она велась на плотах, «пузырях» и нескольких оставшихся лодках; многие при этом утонули. Возможная причина хронологических расхождений - более ранняя переправа галлов и германцев.

165. Сурена лично явился в лагерь римлян с мирными предложениями (Sext. Ruf. De Provinc. 29).

166. Ср. Amm. Marc. XXV.7.

167. Amm. Marc. XXV.7: пять провинций были отданы персам (Зосим пропускает Моксену).

Нисибин был завоеван для Рима Септимием Севером в 195 г. (Dio 75.3.2). Относительно Армении Зосим, возможно, имеет в виду, что Рим должен был прекратить союзнические отношения с Аршаком.

168. Отметим похожий обзор у Евтропия (X.17.1-2), Феста (Brev. 2.29), Аммиана Марцеллина (Amm. Marc. XXV.9.7ct.) и Августина (CD IV.29). Положение населения при Иовиа-не было более бедственным, чем при Адриане. Эти параллели опровергают попытки увидеть здесь ссылку на персидскую экспедицию Анастасия. Ряд исследователей полагает, что у Зосима кроме данного пассажа нет особого интереса к восточной границе. Он не мог избежать упоминания даже в беглом обзоре книги I о кампании Валериана, отделении пальмирян и присоединениях территорий Аврелианом. За потерю территорий в то время многие, конечно, обвиняли Юлиана (Them. 5.66; Greg. Naz. 5.15), но Зо-сим расценивал данное поражение скорее как психологический эффект от гибели Юлиана. Это объяснение, тем не менее, неудачно по двум причинам. Зосим говорит о потере территорий, в то время как они являлись уступками, которые были следствием легитимных договоров. Также Зосим говорит о потерях римских территорий вообще, хотя в действительности все его примеры относятся лишь к восточным границам.

169. Важный образец пессимизма Зосима в отношении Восточной империи (ср. Феодосий в кн. IV).

170. Послан в Ур (по Amm. Marc. XXV.8.7).

171. Amm. Marc. XXV.8.13-14, 17; XXV.9.1-12.

172. Ср. с гл. 31.

173. Ср. Amm. Marc. XXV.9.

174. Ср. Amm. Marc. XXV.9.

175. У Ридли есть искушение считать этот текст восходящим к Магну Каррскому (Liban. 18.304), тогда как Аммиан Марцеллин (XXV.10.1) упоминает о затмении в Антиохии, его родном городе.

176. Путь из Нисибина в Тарс занял две недели.

177. Гробница на берегу Кидна. Зонара (13.13) соглашается с Аммианом Марцеллином (XXV.9.12), что погребение Юлиана было поручено Прокопию.

178. Другая версия - у Зонары (13.13), совпадающая только во второй строке (Il. 3.179). За погребение заплатили Валент и Валентиниан (Liban. 24.10).

179. Сжато до ошибки: Прокопий и Меморид были посланы в Иллирик и Галлию, чтобы объявить о провозглашении императором Иовиана и назначить Лукиллиана магистром пехоты и конницы в Сирмии, где он жил в отставке. Последний взял с собой в Реми (Реймс) Валентиниана, где и был убит (Amm. Marc. XXV.8.8-12; XXV.10.6-7).

180. Дадастана - скорее в Галатии, чем в Вифинии. О смерти Иовиана см.: Amm. Marc.

XXV.10.12-13; Eutrop. X.17-18; Soc. III.26; Soz. VI.6; Philost. 8.8; CM 1.240.

181. Избран вскоре после смерти Юлиана. Так у Аммиана Марцеллина (XXV.5.3).

182. Валентиниан - трибун второй схолы скутариев - был оставлен позади, в Анкире. Он потратил 10 дней, чтобы добраться до Никеи (Amm. Marc. XXVI.1.5; Eunap. 29M; Zon. 13.15 ).

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

Абу-л-Гази Абуль-Гази-Бахадур-хан. Родословное древо тюрков. Иоакинф. История первых четырех ханов дома Чингисова. Лэн-Пуль Стэнли. Мусульманские династии. М.; Ташкент; Баку, 1996.

ал-Карши — Джамал ал-Карши. ал-Мулхакат би-с-сурах. История Казахстана в персидских источниках. Т.1. Алматы, 2005.

АМА — Античный мир и археология. Саратов.

АТ — Лубсан Данзан. Алтан Тобчи. М., 1973.

БИ — Боспорские исследования. Симферополь-Керчь.

БФ — Боспорский феномен. Материалы международной конференции. СПб.

ВВ — Византийский временник.

ВДИ — Вестник древней истории.

ВИ — Вопросы истории.

ВЭ — см. стр. 38

ГИМ — Государственный исторический музей.

ДБ — Древности Боспора.

Джувейни — Ата-Мелик Джувейни. Чингисхан. История завоевателя мира. М., 2004.

ЖМНП — Журнал министерства народного просвещения.

ИРАИМК — Известия Российской академии истории материальной культуры.

Карпини — Джиованни дель Плано Карпини. История монгалов // Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Гильома де Рубрука. Алматы, 1993.

КБН — Корпус боспорских надписей.

Киракос — Киракос Гандзакеци. История Армении. М., 1976.

КСИА — Краткие сообщения Института археологии АН СССР.

Магакия — История монголов инока Магакии.

МАИЭТ — Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Симферополь.

Марко Поло — Книга Марко Поло. М., 1955.

МИА — Материалы и исследования по археологии СССР. М.,-Л.

МИКХ — Материалы по истории казахских ханств ХУ-ХУШ веков. (Извлечения из персидских и тюркских сочинений). Алма-Ата, 1969.

Му’изз — Му’изз ал-ансаб. История Казахстана в персидских источниках. Т.Ш. Алматы, 2006.

ОГПУ — Оренбургский государственный педагогический университет.

ПИФК — Проблемы истории, филологии, культуры. М.; Магнитогорск; Новосибирск.

РА — Российская археология. М.

РД-Іа — Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Т. I, книга первая. М.-Л., 1952.

РД-Іб — Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Т. I, книга вторая. М.-Л., 1952.

РД-ІІ — Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Т. II. М.-Л., 1960.

РД-ІІІ — Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Т. III. М.-Л., 1946

Рубрук — Рубрук Г. Путешествие в восточные страны // Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Гильома де Рубрука. Алматы, 1993.

Рузбихан — Фазлаллах ибн Рузбихан Исфахани. Михман-наме-йи Бухара (Записки бухарского гостя). М., 1976.

СА — Советская археология.

СВ — Средние века. М.

СМИЗО-І — Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Извлечения из сочинений арабских. Т. I. СПб, 1884.

СМИЗО-Іа Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды (извлечения из арабских сочинений, собранные В. Г. Тизенгаузеном). История Казахстана в арабских источниках. Т.1. Алматы, 2005.

СМИЗО-ІІ — Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Извлечения из персидских сочинений. Т. II. М.-Л., 1941.

СО РАН — Сибирское отделение Российской Академии наук.

СС — Козин С.А. Сокровенное сказание. Монгольский обыденный сборник. T.I. М.-Л., 1941.

УрГУ — Уральский государственный университет

Утемиш-хаджи — Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. Факсимиле, перевод, транскрипция, текстологические примечания, исследование В.П.Юдина. Алма-Ата, 1992.

ХСб — Херсонесский сборник. Севастополь.

AJA — American Journal of Archaeology.

AJPh — American Journal of Philology

САН — Cambridge Ancient History.

CIL — Corpus Inscriptionum Latinarum.

DOP — Dumbarton Oaks Papers

HSCPh — Harvard Studies in Classical Philology.

IG — Inscriptions Graecae, 1 (1873—).

IOSPE — V. Latyshev. Inscriptiones orae septentrionalis Ponti Euxini, I2.

JHS — Journal of Hellenic Studies.

JRS — Journal of Roman Studies.

ND — Notitia Dignitatum.

PG — Patrologiae Cursus Completus. Series graeca / Ed. J.P. Migne