Влияние природно-географических условий на погребальный обряд казахов Омского Прииртышья

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2019. № 3 (23). С. 232-244. УДК 394+718+502

DOI 10.25513/2312-1300.2019.3.232-244

Ш. К. Ахметова, И. В. Толпеко

ВЛИЯНИЕ ПРИРОДНО-ГЕОГРАФИЧЕСКИХ УСЛОВИЙ НА ПОГРЕБАЛЬНЫЙ ОБРЯД КАЗАХОВ ОМСКОГО ПРИИРТЫШЬЯ

Анализируется влияние природно-географических условий на погребальный обряд казахов Омского Прииртышья в XVIII-XXI вв. Источниками послужили материалы по Омской области архео-лого-этнографических экспедиций 2008-2019 гг. В задачи исследования входило рассмотрение специфики пространственной локализации кладбищ и их обустройства, различных конструкций и материалов погребальных и надмогильных сооружений. Было установлено, что место для некрополей выбиралось недалеко от аула, на возвышенном месте, по возможности, рядом с водой. Важную роль в лесостепных и степных условиях Омского Прииртышья играла защита кладбищ и могил. Некрополи ограждали рвом и валом. Наиболее древним способом защиты захоронений от неблагоприятных условий были ограды-торткулаки и обкладывание могильных насыпей дерновыми пластами в несколько слоев. С конца XIX в. для возведения оград начали использовать сырцовый кирпич. Это наиболее доступный и практичный материал в местах с отсутствием камня, дефицитом леса и довольно сухим климатом. С середины XX в. широкое распространение получили металлические ограды, а позднее - заводской кирпич. Делается вывод о том, что погребальный обряд казахского населения Омского Прииртышья приобрёл ряд специфических черт под влиянием природно-геогра-фических условий.

Ключевые слова: казахи; Омское Прииртышье; природные условия; погребальный обряд; торткулак; насыпь; дерновые пласты; саман.

Sh. K. Akhmetova, I. V. Tolpeko

EFFECT OF NATURAL AND GEOGRAPHICAL CONDITIONS ON THE BURIAL RITES OF THE KAZAKHS OF OMSK IRTYSH REGION

The influence of natural and geographical conditions on the burial rite of the Kazakhs of Omsk Irtysh in the 18th - 21st centuries is analyzed. Sources were materials on the Omsk region of Kazakh archaeological and ethnographic expeditions 2008-2019. The objectives of the study include consideration of the specifics of the spatial localization of cemeteries and their arrangement, various structures and materials of burial and gravestone structures. It was found that the place for necropolis is chosen near the village, on an elevated place, if possible, near the water. An important role in the forest-steppe and steppe conditions of the Omsk Irtysh region was played by the protection of cemeteries and graves. The necropolis was enclosed by a moat and a rampart. The most ancient way to protect burials from adverse conditions was fencing-tortkulaki and lining sepulchral mounds layers of sod. From the middle of the 19th century, raw brick was used to build fences. It is the most accessible and practical material in places with arid climate, forest deficiency and no stone. From the middle of the 20th century metal fences became widespread, and later - factory brick. It is concluded that there are a number of specific features under the influence of natural and geographical conditions.

Keywords: Kazakhs; Omsk Irtysh region; natural conditions; funeral rite; tortkulak; burial mound; sod; saman.

Южные территории Западной Сибири, к которым относится и Омское Прииртышье, исторически всегда являлась зоной традиционного кочевания тюркских племен, часть

© Ахметова Ш. К., Толпеко И. В., 2019

которых после распада Золотой Орды вошла в состав Среднего жуза казахского этноса. В данных природных условиях сложилось меридиональное кочевание, когда стада

перегонялись летом на север, а зимой - на юг. Особенности скотоводческого хозяйства требовали круглогодичной мобильности ар-гынов, кыпчаков, найманов, кереев и уаков, постепенно перегонявших скот с наступлением весны из регионов нынешнего центрального Казахстана на весенние (коктеу) и летние (джайляу) пастбища на север и в обратном направлении на юг с наступлением осени на осенние (кузеу) и зимние (кыстау) пастбища. В связи с проведением 10-вёрстной линии в XVIII в. начался переход к полукочевому скотоводству. В дальнейшем административно-территориальные реформы Сперанского в XIX в. и аграрная реформа Столыпина в начале XX в. привели к окончательному оседанию казахов в лесостепной и степной зонах Омского Прииртышья, была нарушена сложившаяся веками система природопользования. В Омской области казахи оказались расселены в основном в южных, юго-восточных и юго-западных районах. Во второй половине XX - начале XXI в. политика укрупнения центральных усадеб и постперестроечные социально-экономические проблемы положили конец компактности проживания казахского населения. Это привело к исчезновению многих аулов. Однако кладбища, находившиеся рядом с ними, в большинстве своём остаются действующими и на сегодняшний день. Казахские некрополи являются ценным источником информации, в том числе и для изучения природопользования.

Освоение казахами Омского Прииртышья проходило под влиянием местных природно-географических условий, которые наложили свой отпечаток на традиционную культуру. Их воздействие сказалось и на такой, казалось бы, сугубо традиционной области духовной жизни, как погребальный обряд. Целью данной статьи является изучение влияния природных условий на погребальный обряд казахов Омского Прииртышья в XVIII-XXI вв. В задачи исследования входит рассмотрение специфики пространственной локализации клацбищ, способов погребения и различных конструкций погребальных сооружений казахов в зависимости от местных природно-географических условий. Работа построена на материалах по Омской области, полученных в ходе Международных казах-

ских археолого-этнографических экспедиций Омского филиала (с 2018 г. - Омской лаборатории археологии, этнографии и музееведения) ИАЭТ СО РАН 2008-2019 гг.

В природно-географическом отношении казахское население Омского Прииртышья локализовано в пределах степной и южной лесостепной зон. Естественной границей их проживания на левом берегу р. Иртыш служила долина речки Камышловки, а на правом берегу - р. Омь. Отдельные казахские поселения можно встретить и в центральной лесостепи, но проникновения на эти, уже достаточно залесенные территории, были немногочисленными и нерегулярными.

Лесостепная зона по рельефу представляет собой пониженную равнину с многочисленными котловинами и разнообразными гривами - возвышенностями. Из-за менее развитой гидрографической сети в пределах зоны временные водотоки образовали разветвлённую овражно-балочную сеть. Многочисленные озера располагаются между гривами. В южной части лесостепной зоны распространены солонцы и солоди. Почвы состоят из различных вариантов чернозёмов, а также лугово-чернозёмных почв и солонцового комплекса, отличающихся высоким содержанием гумуса. Чернозёмные почвы занимают обширные пространства на хорошо дренированных водоразделах и склонах междуречий. На понижениях и слабо расчленённых междуречьях развиты лугово-солон-чаковые почвы, либо солонцы и солоди [1, с. 16-17].

Южные районы области относятся к степной зоне, в пределах которой находятся большая часть территории Полтавского, Одесского, Русско-Полянского, Нововаршавского районов, а также отдельные участки Черлакского, Шербакульского и Павлоград-ского районов. Рельеф равнинный с небольшим уклоном на северо-восток со сложным микрорельефом и с небольшими колебаниями высот. Почвы представлены в основном обычным чернозёмом с разбросанными отдельными участками солонцеватыми почвами. Степная зона отличается от лесостепной зоны более однородным растительным покровом, увеличением узколистных злаков [1, с. 17-18]. Территории южной лесостепи и степи Омского Прииртышья в весенне-лет-

ний период были удобны для скотоводства, однако зимой при сильных ветрах и довольно высоком снежном покрове они мало подходили для традиционного зимнего выпаса скота кочевым казахским населением - тебеневки (от казах. теб1н - зимнее пастьба [2, с. 796]).

С началом процессов оседания казахского населения в Омском Прииртышье появляются первые стационарные аулы, а рядом с ними и некрополи. Картографический анализ и натурные исследования нескольких десятков кладбищ позволили нам выяснить, что они всегда обустраивались неподалёку от аула (в местах с перепадом местности, как правило, выше аула), на относительно высоких, не затапливаемых местах, если была возможность - недалеко от воды. Охарактеризованные выше критерии выбора места для кладбища описал ещё Ч. Ч. Валиханов: «Могилы всегда устраиваются на возвышенных местах, караванных или кочевых дорогах, около речки или озера. Это делается с целью, чтобы проезжий мог прочесть особенную над прахом молитву (бату - благословение)» [3, с. 192-193]. На это же указывал и Красов-ский: место «выбирается на каком-нибудь видном пригорке, но по возможности близко от воды...» [4, с. 56].

В качестве примера освоения таких мест в степной зоне можно привести урочище Каратал в Русско-Полянском районе Омской области, представляющее собой небольшую балку в окружении березовых колков. В 2008 г. в ходе совместной археолого-этно-графической экспедиции с Центром археоло-го-этнографических исследований ПГПИ в этой местности были обнаружены следы более 10 казахских зимовок. Впоследствии здесь возник стационарный аул Каратал. Поселения нет уже несколько десятков лет, однако на поверхности хорошо прослеживаются остатки саманных и дерновых жилищ, загонов для скота и колодцев. Саман и дёрн аналогичны саману и чёрному дёрну на старых мазарах кладбища сагал-кипчаков, для которого было выбрано самое высокое место рядом с аулом [5, с. 49-50].

В ряде случаев кладбища служат маркёрами освоения той или иной локальной территории, обладающей определёнными специфическими природными характеристиками. Так, территория вокруг солёного оз. Эбейты, расположенного на юго-западе Омской области, на стыке Полтавского, Москаленского и Исилькульского районов, давно была освоена казахским населением (рис. 1).

Рис. 1. Карта переселенческих участков по Сибирской железной дороге 1904 г. Участок вокруг оз. Эбейты, на котором обозначены Майна и Кумды-куль etomesto. ги/тар-отзк_В1Ь-<1огода-1904/)

На момент их прихода местность была лесостепной, удобной для ведения скотоводческого хозяйства. Непосредственно у самого озера, на сильно засоленной влажной почве, ранее, как и на сегодняшний день, вероятно развитой была сочно-солянковая пустыня. В таких местах в основном распространены мясистые, или мокрые, солянки -типичные галофиты. Растительный покров солончаковой пустыни образован очень немногими видами [6]. Несмотря на то, что растения здесь постоянно обеспечены влагой и вегетируют с весны до поздней осени, скот их практически не ест. Казахи стали селиться на озере по берегам балок, по дну которых протекали ручьи. На балках они ставили дамбы, создавая запас пресной воды. Например, Амринская балка - уникальная по своим природным условиям территория, на которой также были запруда и несколько водохранилищ. Когда-то по обеим сторонам балки размещался аул Сага, в названии которого слились два значения: «сага» - устье реки и «сагала» - располагаться на удобной местно-

сти [2, с. 686]. Рядом с аулом, выше по террасе к югу от озера, находилось его кладбище, которым казахское население продолжает пользоваться до сих пор [5, с. 48]. На данный момент вокруг оз. Эбейты расположено шесть населённых пунктов, среди которых всего два аула - Тумба и Кзыл-Агаш. По нашим последним данным на момент активного освоения казахским населением этой территории вокруг озера насчитывалось 9 аулов (рис. 2): Тумба, Кызыл-Агаш, Кумдыколь (территория нынешнего с. Новоцарицыно), Кара-Агаш (Москаленского района), Сага, Майна (нынешнее с. Красногорка), Керебай, Кзыл-Агаш (позднее на этом месте возникло с. Приморка Полтавского района, на сегодняшний день - не жилое), Сырткы Кумдыколь (нынешнее с. Ксеньевка). По информации Е. Т. Бисенбаева (1939 г. р., уроженец с. Красногорка Полтавсого района), полученной в ходе полевых исследований 2011 г., во второй половине XIX в. два брата - Майна и Косым - основали аулы Майна и Кызыл-Агаш (Полтавский район)2.

Рис. 2. Карта-схема расположения аулов вокруг оз. Эбейты

Вероятнее всего, ранее у каждого аула был свой знрат или одним некрополем пользовались близлежащие аулы одного рода. На сегодняшний день нами выявлены: три казахских кладбища возле действующих поселений - два у аула Тумба (к северу от озера) и одно у аула Кзыл-Агаш Москаленского района (к северо-востоку от озера). В ходе обследования территории вокруг озера, работы с картографическими источниками и с информаторами удалось выявить ещё несколько кладбищ уже не существующих казахских аулов:

1) кладбище аула Сага на Амринской балке (с юга от озера);

2) кладбище у аула Керебай (к западу от озера);

3) кладбище аула Кара-Агаш (к востоку от озера).

Таким образом, были исследованы шесть казахских кладбищ, расположенных вокруг оз. Эбейты. На сегодняшний день все они являются действующими. Даже на полностью археологизированном кладбище вблизи бывшего аула Керебай, расположенном в 5 км к юго-западу от с. Красногорка на террасе оз. Эбейты, в последние годы появилось несколько новых могил. Такое «возвращение кладбища к жизни» также связано с природными условиями. Исполняющий обязанности муллы в с. Красногорка (бывший аул Майна) С. К. Шамсунов старался убедить односельчан-казахов в целесообразности осуществлять захоронения умерших именно на данном кладбище. Оно расположено от села несколько дальше зирата Сага, где, как правило, и производятся захоронения. Однако мимо некрополя у аула Керебай из с. Красногорка в с. Ксеньевка идёт наезженная полевая дорога, которая функционирует в любое время года. А до кладбища Сага через Ам-ринскую дамбу весной (дамбу иногда размывает) и зимой (переметает) бывает добраться весьма затруднительно. Но пожилые жители с. Красногорка не хотят быть похороненными на Саге, так как «никого там не знают» . Для нашего исследования особенно интересен тот факт, что на кладбище у аула Керебай теперь выделяются две группы захоронений - старая и новая, которые разделяют несколько десятилетий, и одной из причин тому стали природные условия.

Таким образом, к особенностям расположения казахских некрополей Омского Прииртышья, их локализации в пределах определённой экологической ниши, следует отнести выбор места неподалёку от аула, на относительно высоких, не затапливаемых участках местности, по возможности - недалеко от воды.

Значительную роль в мировоззрении казахов играет культ предков. Он распространяется не только на проведение похоронно-поминальных обрядов, но и на охрану кладбищ как мест обитания аруаков (духов предков) и могил как их жилищ. На это обращал внимание ещё Н. Зеланд: «Уважение к местам погребения у киргиз почти достигает степени религиозного культа. На могилах киргизы нередко творят молитву. Места, где лежат кости предков, считаются священными; за могилами и целостью ограды смотрят зорко» [7, с. 32]. Необходимость защиты кладбищ и погребений ещё сохраняется в культуре казахов Омского Прииртышья. В народе до настоящего времени бытует представление о могиле как жилище усопшего, отразившееся в названии надмогильных сооружений уй, там (дом). Проезжая мимо кладбищ или одиноких могил путник обязан остановиться и прочитать молитву.

В условиях Среднего Прииртышья защита кладбища от внешнего воздействия была достаточной актуальна. Пасущийся скот не должен был заходить на территорию некрополя и тревожить покой умерших. Угрозу представляли и пахотные работы, многократно увеличившиеся в объёмах с началом освоения целинных и залежных земель. В отсутствие доступных материалов для постройки ограждения в степи и лесостепи население выбрало простой, но эффективный способ защиты - обнесение кладбища рвом (с внешней стороны) и земляным валом (с внутренней стороны), образовывавшимся при выкапывании рва (рис. 3).

Достаточно часто некрополи страдали и от степных пожаров. На нескольких кладбищах нами были зафиксированы покорёженные от высокой температуры металлические ограды или остатки обгоревших деревянных оград. Причиной таких пожаров могла стать и сельскохозяйственная деятельность, в частности сжигание травы на полях

весной. Из-за такой халатности 15 мая 2004 г. сгорели деревянные ограды и домик на старом, но до сих пор действующем кладбище теперь уже исчезнувшего аула, основанного баем Ащен в 1915 г. и носившего его имя. В связи с революционными событиями Ащен в 1920 г. переименовал свой аул по имени сына Бисембая. Поэтому в документах он числится как аул Бисембай, но уроженцы аула продолжают называть его Ащен аул . С 2004 г., после пожара, потомки уроженцев

аула ежегодно в мае организуют субботник и очищают территорию вокруг кладбища от сухой травы, в том числе контролируемым выжиганием (рис. 3). Они также расширили территорию вокруг кладбища, оконтурив новое пространство рвом и валом. Такие степные пожары не были редкостью, и в результате у некоторых групп казахского населения Омского Прииртышья сформировалась новая традиция - проводить в весенний период мероприятия по уходу за зиратом .

Рис. 3. Некрополь аула Ащен (Бисембай) Омского района Омской области Перед рвом и непосредственно в нём - следы контролируемого выжигания травы вокруг зирата

Фотография И. В. Толпеко, 2019 г.

Защита могил на территории Среднего Прииртышья также осуществлялась с учётом природных факторов. Аксакалы следили за состоянием надмогильных насыпей, организовывая аульных мужчин на подсыпку грунтом в случае их проваливания. Считается, что при нарушении надмогильных насыпей недовольные аруаки выражают своё недовольство, вызывая пыльные бури. В степи и южной лесостепи Среднего Прииртышья сильные ветры не редкость, а появление больших площадей пахотных земель провоцировало частые пыльные бури. Это способствовало закреплению представлений о необходимости содержать могилы в порядке.

Потревожить покой умершего могли и дикие животные. Одним из наиболее активных вредителей информаторы называют

степного хорька. Самым старым способом защиты могил были строительство оград (торткулаки) из дерновых пластов или обкладывание ими насыпей в три-четыре слоя. Ч. Ч. Валиханов отмечал следующее: «Повсеместный материал для стройки [надмогильных сооружений] есть земля. Здесь она заслуживает название более употребительного материала» [3, с. 191]. На это же указывает Я. П. Гавердовский: «Прочие находящиеся здесь могилы также обнесены оградами различных фигур из песчаного камня, глины и дёрна» [8, с. 111]. Н. Зеланд также отмечал надмогильные сооружения из земли, камня или глины [7, с. 32]. На использование дёрна указывал и В. Шнэ [9, с. 14]. Как мы уже отмечали, практика строительства из дернового и сырцового кирпича на территории Средне-

го Прииртышья имела длительную историю [10, с. 72-73].

Одним из немногих сохранившихся торткулаков из дерновых пластов на территории Омской области является могила Бек-назара на зирате рода конай кошкарбай кулан-кипчаков в Нововаршавском районе Омской области [11, с. 22, рис. 3]. Некрополь находится в южной лесостепи. Это было первое захоронение, с которого и началось формирование кладбища, датируемого нами второй половиной или последней четвертью XIX в. Дата была установлена по данным обследования Омского уезда под руководством Ф. Щербины [12, табл. XI]. Надмогильное сооружение Бекназара представляет собой торткулак размерами 8^8 м, построенный из дерновых пластов. Сохранившаяся высота стен в некоторых местах доходит до 2 м. В основании толщина стен составляет около 1,2-1,5 м. Вокруг ограды хорошо фиксируется заплывший ровик шириной от 1 до 1,5 м и глубиной около 0,5-0,6 м. Осмотр объекта показал, что из дёрна (шш) нарезались пласты стандартных размеров, которые при строительстве для большего уплотнения укладывались дёрном вниз. Выложенный ряд кирпичей подрезали сверху для выравнива-

ния, прокладывали овечьей или верблюжьей шерстью и конским волосом, чтобы не проникали дождь и снег. Следующие ряды укладывались так же. Такая технология обеспечивала сооружению прочность и длительную сохранность в условиях климата степной и лесостепной зон [10, с. 74].

На многих казахских некрополях Среднего Прииртышья фиксируются надмогильные сооружения в виде насыпей овальной формы, средние размеры которых составляют в ширину от 1,5 до 2,5 м, в длину от 3,5 до 5 м. Высота их варьируется от 0,5 до 0,71 м. Многие из них окружены ровиками. Такие сооружения были выявлены нами в разных районах Омской области, например на старом казахском кладбище у дороги между с. Луговое и д. Солоновка Таврического района (рис. 4), на некрополях Баян (аул Сегиз-бай Азовского района), Каржас (Кировский округ г. Омска) и др.6

Аналогичные овальные насыпи во множестве зафиксированы авторами статьи на старой части зирата аула Кайдаул Павло-градского района, датируемой, согласно информации местных жителей о поставке коней Аблай-хану во время казахско-джунгар-ской войны, не позднее XVIII в.

Рис. 4. Неизвестное казахское кладбище у дороги из с. Таврическое в аул Байдалин (между с. Луговое и с. Солоновка Таврического района Омской области) Фотография И. В. Толпеко, 2018 г.

По сведениям местного муллы К. И. Дю-сенова (1935 г. р.), такие насыпи формировались следующим образом: свежий могильный холмик обкладывали дерновыми пластами в 3-4 слоя. Верхний слой при этом специально укладывался дерновиной вверх, чтобы сформированная таким образом насыпь быстрее заросла травой. Ограды не возводили. Такой холмик быстро зарастал травой, задерновывался и превращался в кур-ганчик овальной формы шириной 1,5-2,5 м и длиной 3,5-5 м (рис. 5). Подобное оформление могильных насыпей в Кайдауле называется туйе арцасы (верблюжья спина). Примечательно, что той же традиции местное население продолжало придерживаться и в XX в. Таким способом местное население защищало могилы от разрушения и проседания грунта. Обычная же насыпь при засыпке грунтовой могилы исчезает с проседанием земли через несколько лет7. Надо отметить, что выбор дёрна в качестве строительного материала в южной степи и лесостепи функционально обусловлен: 1) доступностью (присутствует повсеместно), 2) толщиной и прочностью (результат плотного переплетения корней густого травяного покрова).

Ещё одним способом защиты могилы от хищников, в первую очередь - от степных хорьков, стало покрытие свежих погребений старой одеждой умершего человека (рис. 5).

Эта традиция на сегодняшний день повсеместно распространена у казахского населения степной зоны Омского Прииртышья и в некоторых районах южной лесостепи. На наш взгляд, здесь также прослеживается связь с обкладыванием насыпей дерновыми пластами, одной из функций которых была защита от хищников.

Интересная и пока единственная в своём роде информация была получена в ауле Кай-даул о заделывании лахата. Первоначально это делали самым доступным материалом в данной местности - дерновыми пластами. Не исключена возможность использования (наряду с дёрном) берёзовых кольев, поскольку Павлоградский район частью расположен в южной лесостепи. И только с советского периода стали использовать для закладывания лахата доски. С 2009-2010 гг. начали применять для этих целей саманные кирпичи. Основной причиной явилось то, что доски, в отличие от самана и дерновых пластов, довольно быстро сгнивали и падали, способствуя тем самым быстрому разрушению могильной насыпи. Сырцовые кирпичи местные жители не изготавливают специально, а берут из брошенных старых домов, построенных во второй половине XX в. Саман стали активно использовать, по словам аксакалов аула Кайдаул, с началом освоения целинных и залежных земель, когда появилась

Рис. 5. Могила, покрытая одеждой умершего, на кладбище аула Кайдаул Павлоградского района Омской области Фотография И. В. Толпеко, 2019 г.

потребность в ускоренном строительстве жилых домов. Особенностью жителей Кай-даула был способ замешивания в глиняном растворе вместе с соломой конских волос. Однако торткулаки из самана на местном кладбище не возводили. Саманные кирпичи для закладывания лахата привозят с небольшим запасом и лишние оставляют рядом с могилой8 (рис. 6).

По нашим полевым материалам в Омском Прииртышье сырцовые кирпичи в погребальной практике использовали с конца XIX в. Свидетельство тому - полностью ар-хеологизированные или руинированные ма-

зары и торткулаки на кладбищах Байымбет и Каразюк Нововаршавского района, Бузан (Бозац) Русско-Полянского района, Байдалин Таврического района, Баян аула Сегизбай Азовского района, Тырналы Омского района, Каржас г. Омска, Сага Москаленского района [11, с. 20, рис. 2] и др. На одном из курганов зирата Байымбет в большой норе была видна хорошо сохранившаяся саманная кладка купольного мазара [11, с. 19, рис. 1]. На кладбище Ащен аула, действовавшего с 1915 г., саманные торткулаки (по словам информатора А. X. Касымова) начали возводить с 1929 г.9

Рис. 6. Остатки саманных кирпичей для закладки лахата на кладбище аула Кайдаул Павлоградского района Омской области Фотография И. В. Толпеко, 2019 г.

Сырцовые кирпичи были наиболее распространённым строительным материалом до первой трети XX в. Тесто замешивали на воде с глиной или чернозёмом, песком, травой или соломой, конским навозом. Для прочности самана в замес клали овечью шерсть или конский волос. При осмотре развалин старой мечети и старых надмогильных сооружений на территории зирата аула Бузан выяснилось, что кладка выполнена из сырцовых кирпичей, отличающихся по цвету и составу теста. При этом кладка, выполненная на кирпичах из глины и песка, подверглась большему разрушению по сравнению с кладкой из кирпичей с использованием чернозё-

ма, показавших более высокое качество при одинаковых условиях эксплуатации, времени изготовления, расположения в кладке и влиянии окружающей среды. Связующий раствор по составу и цвету был похож на замес из глины и песка [13, с. 42].

Для оформления оград использовались также деревянные доски, штакетник и бревна. Л. Берг, П. Игнатов при обследовании солёных озёр Омского уезда обратили внимание на то, что в степи превалируют надмогильные сооружения из дерновых кирпичей, а в лесостепи более распространены деревянные ограды и срубы [14, с. 86]. В. Шнэ достаточно подробно описал ограждение могилы просто-

го, но зажиточного казаха в виде сруба из молодого леса [8, с. 15]. Но в местах преимущественного проживания казахского населения -степной и южной лесостепной зонах - выбор его в качестве материала был затруднён из-за дефицита леса. Большим недостатком деревянных оград является и их недолговечность.

Они быстро разрушаются (рис. 7) и часто сгорают в степных пожарах.

Деревянные ограды часто заменяют на кирпичные торткулаки или металлические ограды, оставляя старые сооружения на месте (рис. 8) или складывая их в укромном уголке кладбища.

• о*

>

•г - % ,

' -

КМ : »П» Ш!.. .

Рис. 7. Разрушенная деревянная ограда на кладбище аула Каскат Исилькульского района Омской области Фотография И. В. Толпеко, 2011 г.

Рис. 8. Металлическая ограда со старой деревянной оградкой внутри на кладбище аула Жанааул Москаленского района Омской области Фотография И. В. Толпеко, 2011 г.

Приблизительно с 1940-х гг. в Омском Прииртышье начали ставить железные оградки. Самая ранняя дата была зафиксирована нами на ограде кладбища аула Каржас Одесского района (1946 г.). Однако следует учитывать то, что на многих старых металлических оградах дата уже не прочитывается. С конца XX в. стали более активно применять обожжённый кирпич и бетон.

В ходе исследования погребального обряда казахов Омского Прииртышья XVIII-XXI вв. было установлено, что под влиянием природных условий он приобрёл ряд специфических черт. Проведение 10-вёрстной линии в XVIII в. и административно-территориальные реформы Сперанского в XIX в. привели к окончательному оседанию казахов в лесостепной и степной зонах Омского Прииртышья. Это нарушило веками складывавшуюся систему природопользования. Укрупнение центральных усадеб во второй половине XX в. и постперестроечные социально-экономические проблемы привели к исчезновению многих аулов, но не кладбищ, большая часть которых продолжает функционировать и на сегодняшний день.

При проведении картографического анализа и натурных исследований нескольких десятков кладбищ были выяснены критерии выбора места для них:

1) рядом с аулом или неподалёку от него;

2) на относительно высоких, не затапливаемых местах;

3) по возможности рядом с источником воды.

В степи и южной лесостепи Омского Прииртышья важными элементами погребального обряда стали мероприятия по защите кладбищ и могил. Основным способом защиты зирата является окружение его рвом и валом. Казахское население также практикует организацию регулярных весенних мероприятий по очистке территорий возле кладбищ от сухой травы.

Для казахов Омского Прииртышья была и остаётся актуальной защита могил: 1) от проваливания грунта, 2) от раздувания насыпи ветрами и размывания дождями, 3) от повреждения хищниками. Выяснилось влияние природных условий степной и лесостепной зон на формирование мировоззрения казахов, связавших пыльные бури с культом предков.

Согласно этим представлениям пыльные бури являются результатом недовольства духов предков - аруаков. В рассматриваемых при-родно-географических условиях требовалась защита и от мелкого хищника - степного хорька, питающегося и трупами. Этот фактор привёл к распространённой практике покрывать свежие могилы одеждой умершего для отпугивания этих зверьков. В соответствии со всем этим осуществлялась и защита могил. За состоянием могильных насыпей после похорон бдительно следили аксакалы, периодически организовывая подсыпку грунта при его проваливании.

Было установлено, что наиболее старым способом защиты могил являлось обкладывание насыпей в три-четыре слоя дерновыми пластами или возведение из них оград-торткулаков. Для большего уплотнения их укладывали дёрном вниз и прокладывали овечьей или верблюжьей шерстью и конским волосом. В условиях климата степной и лесостепной зоны такая технология обеспечивала сооружению прочность и длительную сохранность. При обкладывании насыпи верхний слой размещался дёрном вверх. Это способствовало быстрому зарастанию поверхности травой, укрепляя её. Дерновые пласты использовали также для закладывания лахата.

Использование дёрна продолжалось до конца XIX - начала XX в. Возможно, с приходом переселенцев в употребление вошёл саман. По нашим данным саманные тортку-лаки фиксируются на кладбище Ащен-аула Омского района с 1929 г. Таким образом, по причине отсутствия на территории Омского Прииртышья камня и при дефиците леса дерновые пласты и саман являлись приоритетными материалами для строительства как в бытовой, так и в культовой сферах.

Ограды из дерева не получили широкого распространения у казахов Омского Прииртышья не только из-за недостатка леса. Они довольно быстро сгнивают, особенно самая распространённая в этих местах берёза, а также сгорают в степных пожарах.

Погребальный обряд казахского населения, традиционный по своей сути, эволюционирует на территории Омского Прииртышья уже не одно столетие. Большое влияние на его развитие оказали и продолжают

оказывать природно-географические условия: рельеф, ограниченность водных и лесных ресурсов, отсутствие камня, наличие плотного дёрна, глин и суглинков, довольно сухой климат, сильные ветры, степные пожары, пыльные бури и хищники, в первую очередь степной хорёк. Под воздействием всех этих факторов в погребальном обряде казахов Омского Прииртышья нашли отражение как общие черты (выбор места для кладбища, использование дёрна и самана и др.), так и сформировались свои региональные - закладывание лахата саманными кирпичами, взятыми со старых зданий, покрывание могилы одеждой умершего человека, подсыпка насыпи могилы из-за боязни разгневать аруа-ков, которые могут наслать пыльную бурю.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Материалы МКАЭЭ ОФ ИАЭТ СО РАН, 2010, 2011.

2 Там же.

3 Там же.

4 Материалы МКАЭЭ ОФ ИАЭТ СО РАН, 2017.

5 Материалы МКАЭЭ ОФ ИАЭТ СО РАН, 2019.

6 Материалы МКАЭЭ ОФ ИАЭТ СО РАН, 2017, 2018.

7 Материалы МКАЭЭ ОФ ИАЭТ СО РАН, 2019.

8 Там же.

9 Там же.

ЛИТЕРАТУРА

1. Инвестиционные механизмы возрождения традиционных отраслей сельскохозяйственного производства (на примере Омской области) : моногр. / В. В. Алещенко, О. А. Алещен-ко, В. В. Карпов, А. А. Кораблёва. - Омск : Омский научный вестник, 2013. - 162 с.

2. Казахско-русский словарь. - Алматы : Дайк-Пресс, 2002. - 1008 с.

3. Валиханов Ч. Ч. О киргиз-кайсацких могилах (молах) и древностях вообще // Валиханов Ч. Ч. Собр. соч. : в 5 т. - Алма-Ата : Гл. ред. Каз. сов. энцикл., 1984. - Т. 1. - С. 190197.

4. Материалы для географии и статистики России, собранные офицерами Генерального

штаба. Область сибирских киргизов. - Ч. III. -СПб. : Тип. Траншеля; Ретгера и Шнейдера, 1868. - 267 с.

5. Ахметова Ш. К., Толпеко И. В. Особенности расселения казахского населения в Среднем Прииртышье // Казахстан и Россия: научное и культурное взаимодействие и сотрудничество. - Астана ; Омск, 2013. - С. 39-54.

6. Гаркуша И. Ф. Почвоведение. - Л. : Изд-во с.-х. лит., журн. и плакатов, 1962. - 448 с.

7. Зеланд H. Киргизы. Этнологический очерк // Записки Западно-Сибирского отделения Императорского Русского географического общества. - Омск, 1885. - Кн. 7. - Вып. 2. -С. 1-78.

8. История Казахстана в русских источниках XVI-XX веков. - Алматы : Дайк-Пресс, 2007. -Т. V : Первые историко-этнографические описания казахских земель. Первая половина XIX века. - 620 с.

9. Шнэ В. Зимовки и другия постоянныя сооружения кочевников Акмолинской области // Записки Западно-Сибирского отделения Императорского Русского географического общества. -Омск, 1894. - Кн. 17. - Вып. 1. - С. 1-19.

10. Ахметова Ш. К., Толпеко И. В. Казахские надмогильные сооружения юга Омской области из дёрна и сырцового кирпича // Интеграция археологических и этнографических исследований : сб. науч. тр. - Омск : Изд-во ОмГПУ : Издат. дом «Наука», 2010. - С. 72-75.

11. Ахметова Ш. К., Толпеко И. В. К вопросу о периодизации казахских кладбищ Среднего Прииртышья // Социосфера. - 2017. - № 4. -С. 18-23.

12. Материалы по киргизскому землепользованию, собранные и разработанные экспедицией по исследованию степных областей. Акмолинская область. Омский уезд. - Т. 11. -Омск, 1902. - 355 с.

13. Ахметова Ш. К., Толпеко И. В. Казахские мемориальные комплексы юга Омской области // Казахи России: история и современность : материалы Междунар. науч.-практ. конф. : в 2 т. - Омск : Изд-во Ом. гос. ун-та, 2010. -Т. 2. - С. 36-44.

14. Берг Л., Игнатов П. Солёные озёра Селеты-Денгиз, Теке и Кызыл-Как Омского уезда // Записки Западно-Сибирского отделения Императорского Русского географического общества. - М. : Синод. тип., 1901. - Кн. 28. - С. 1162.

Информация о статье

Дата поступления 30 июня 2019 г.

Дата принятия в печать 29 июля 2019 г.

Article info

Received June 30, 2019

Accepted July 29, 2019

Сведения об авторах

Ахметова Шолпан Камалидиновна - канд. ист. наук, старший научный сотрудник Омского филиала Института археологии и этнографии СО РАН

Адрес для корреспонденции: 644024, Россия, Омск, пр. Карла Маркса, 15

E-mail: ack-sholpan@yandex.ru

Толпеко Ирина Васильевна - канд. ист. наук, доцент кафедры этнологии, антропологии, археологии и музеологии Омского государственного университета им. Ф. М. Достоевского

Адрес для корреспонденции: 644077, Россия, Омск, пр. Мира, 55а

E-mail: itolpeko@yandex.ru Для цитирования

Ахметова Ш. К., Толпеко И. В. Влияние при-родно-географических условий на погребальный обряд казахов Омского Прииртышья // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2019. № 3 (23). С. 232244. DOI: 10.25513/2312-1300.2019.3.232-244.

About the authors

Sholpan K. Akhmetova - PhD in Historical Sciences, Senior Researcher of the Omsk Branch of the Institute of Archaeology and Ethnography of SB RAS

Postal address: 15, Karla Marksa pr., Omsk, 644024, Russia

E-mail: ack-sholpan@yandex.ru

Irina V. Tolpeko - PhD in Historical Sciences, Associate Professor of the Department of Ethnology, Anthropology, Archeology and Museology of Dostoevsky Omsk State University

Postal address: 55a, Mira pr., Omsk, 644077, Russia

E-mail: itolpeko@yandex.ru For citations

Akhmetova Sh.K., Tolpeko I.V. Effect of Natural and Geographical Conditions on the Burial Rites of the Kazakhs of Omsk Irtysh Region. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2019, no. 3 (23), pp. 232-244. DOI: 10.25513/ 2312-1300.2019.3.232-244 (in Russian).