E упала, G пропала

Стратегии ESG российских предприятий претерпевают кардинальные изменения в текущих условиях. На первый план выходит социальная ответственность, тогда как забота об экологии и качество управления теряют актуальность.

ESG-повестка сегодня актуальна в первую очередь для компаний-экспортеров и публичных акционерных обществ

Фото: Игорь Евдокимов, Коммерсантъ

ESG-повестка российских компаний, которая до февраля 2022 года развивалась под влиянием западных инвесторов, в очередной раз показала свою гибкость. В условиях геополитической напряженности на первый план вынесены задачи, связанные с социальной проблематикой и эффективностью работы в условиях санкций, а на второй — различные практики управления, в том числе ESG, говорит генеральный директор инвесткомпании АБЦ Евгений Лашков.

Этап интенсивного внедрения принципов и новшеств в области устойчивого развития сменился этапом поддержания действующих практик, а на первое место в блоке ESG (environment — ответственное отношение к окружающей среде, social — социальная ответственность, governance — качество корпоративного управления), вышел социальный блок, как это уже происходило во время пандемии COVID-19, отмечает руководитель группы рейтингов устойчивого развития агентства «Эксперт РА» Юлия Катасонова. Согласно опросам «Эксперт РА», весной и летом этого года компании из реального сектора снова ставили во главу угла социальную ответственность, в отличие от банков, у которых лидировали практики корпоративного управления.

Целый ряд дорогостоящих проектов, особенно с использованием импортных технологий, «ушел вправо» или просто отменился, практики полного раскрытия корпоративной информации, в том числе о советах директоров, также претерпели кардинальные изменения, говорит заместитель директора — руководитель группы оценки рисков устойчивого развития АКРА Владимир Горчаков. По объективным причинам утратили актуальность и заложенные в ESG-стратегиях международные рейтинги, а также значительная часть международных ESG-инициатив. Одновременно все, что касается блока социальной ответственности, стало играть более важную роль в связи с ситуацией на рынке труда, добавляет господин Горчаков.

Возвращение к балансу

По словам Надежды Овсянниковой, старшего директора по корпоративным коммуникациям и устойчивому развитию пивоваренной компании «Балтика», из-за изменения глобальной повестки некоторые компании пересматривают не только ESG-стратегии, но и подходы к ведению бизнеса. Наблюдается перераспределение баланса в сторону социальной сферы: сохранение занятости, поддержка персонала. Однако госпожа Овсянникова считает, что экологическая повестка не теряет актуальности, особенно для компаний потребительского рынка, так как сознание и ожидание потребителей сильно изменились. Одно из фокусных ESG-направлений — циркулярная экономика и минимизация отходов. С 2015 года «Балтика» уже снизила углеродный след готовой продукции на 6,8% и на 6% сократила водопотребление на пивоварнях. Теперь компания также реализует проект по сбору и переработке отходов упаковки.

«Проблема адаптации к изменению климата и необходимость сократить углеродный след никуда не уходят, мы продолжаем работать над достижением цели обнуления выбросов парниковых газов к 2050 году. Точно так же важны инвестиции в промышленную безопасность, социальную сферу, в развитие сотрудников, так как это ключевые факторы развития бизнеса»,— говорит директор по устойчивому развитию золотодобывающей компании «Полиметалл» Дарья Гончарова. Компания не будет изменять принципам устойчивости, чтобы сохранить интерес инвесторов.

Как отмечает Валентина Лихачева, директор по корпоративным коммуникациям и устойчивому развитию компании «Свеза», ESG-повестка сегодня актуальна в первую очередь для компаний-экспортеров и публичных акционерных обществ. «События текущего года оказали серьезное влияние на доступность технологий и некоторых видов оборудования. В этой связи необходимо как можно скорее развивать отечественные технологические решения, особенно в части ресурсосбережения, так как на фоне кризиса растет себестоимость производства, что негативно отражается на экономике»,— подчеркивает госпожа Лихачева.

Банки в авангарде

За последний период заметно выросла роль компаний банковского сектора как локомотивов развития ESG-практик. Согласно исследованию «Эксперт РА», количество банков, имеющих соответствующую стратегию, за последний год увеличилось более чем в четыре раза, до 33%. Еще треть планируют ее реализовать до конца текущего года или в следующем.

По словам госпожи Катасоновой, приоритизация какого-либо элемента ESG обуславливается спецификой бизнеса и отраслью. Например, компании-экспортеры, которые переориентировали бизнес в Азиатско-Тихоокеанский регион или которые не попали под санкции ЕС, будут продолжать агрессивно развиваться с точки зрения устойчивого развития для сохранения действующих или поиска новых клиентов, контрагентов и инвесторов. Тогда как для малых и средних предприятий, по которым любой кризис ударяет в первую очередь, первоочередной задачей будет сохранение и поддержание бизнеса.

«Даже при условии переориентации на Азиатско-Тихоокеанский регион компаниям необходимо соответствовать принципам ESG для получения конкурентоспособности на этих рынках»,— говорит старший вице-президент, руководитель департамента регионального корпоративного бизнеса Росбанка Андрей Пастернак. Он добавляет, что, согласно последней аналитике Kept, более половины (59%) крупных российских компаний сохраняют для себя значимость ESG-повестки. Более того, 14% опрошенных компаний заявляют, что значимость растет.

Нужны регуляторные стимулы

В прошлом году, по оценкам Bloomberg, объем финансирования, полученный компаниями всего мира с помощью ESG-инструментов, превысил сумму в $1,6 трлн, увеличившись в два раза. Почти 40% этой суммы пришлось на так называемые «зеленые» облигации, а свыше четверти — на кредиты в привязке к целям устойчивого развития ООН, рассказывает Иван Макаров, пресс-секретарь банка «Открытие» по СЗФО.

В России рынок ответственного финансирования в 2022 году показал некоторое замедление в связи с общей неопределенностью на финансовом рынке и высокими процентными ставками в первом полугодии, говорит Юлия Катасонова. Тем не менее объемы продолжают расти и, по данным «Эксперт РА», с июля 2021 года по июль 2022 года объем «зеленых» и социальных кредитов по сектору вырос с 0,4 до 1,2 трлн рублей. Основной причиной роста остается масштабирование ESG-финансирования крупными игроками. «Спрос на такие ESG-инструменты есть, но он ограничен и пока недостаточен для того, чтобы сформировался системный greenium (снижение ставки по облигациям или кредитам за ESG-лейбл), что давало бы дополнительную финансовую мотивацию для эмитентов и способствовало бы реализации проектов»,— говорит госпожа Катасонова.

Недавно ЦБ сообщил, что разрабатывает инструмент облигаций с привязкой к показателям устойчивого развития (sustainability linked bonds) для производственных компаний. «Это новый инструмент для мировых рынков капитала, который действительно актуален для компаний из так называемых «грязных» секторов экономики. О необходимости появления такого инструмента на локальном рынке говорилось весь 2021 год. В мире первой такой облигацией стали облигации Enel с привязкой купона к снижению углеродоемкости произведенного киловатт-часа»,— говорит господин Горчаков. Запуск таких облигаций для производственных компаний говорит о продолжении работы государства в этой части, добавляет аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов.

На данный момент в России уже внедрены или пока разрабатываются различные инструменты и методологии для регулирования и применения принципов устойчивого развития и ответственного финансирования, делится господин Пастернак. Интерес к ним проявляется как со стороны компаний, так и со стороны обычного потребителя. Что касается облигаций с привязкой к целям устойчивого развития, то в Росбанке уже успешно применяется аналогичный кредитный инструмент.

По прогнозам АКРА, по итогам 2022 года объем новых размещений ESG-облигации на российском рынке снизится на 44,7% и составит около 70 млрд рублей. Рынок будет в основном сформирован за счет госкомпаний.

«Естественно, без СВО тренд был бы более выраженным и активности было бы больше, особенно в части выпуска "зеленых" облигаций. Сейчас же акценты немного сместились, но многие принципы могут быть вполне уместны, особенно в части управленческих решений и работы с персоналом. Многое будет зависеть от регуляторных стимулов»,— считает начальник управления аналитических исследований ИК «ИВА Партнерс» Дмитрий Александров. Новый инструмент ЦБ, по его мнению, может получить широкую практику и спрос со стороны эмитентов, если такие бумаги будут иметь определенные преимущества, особенно в части налогообложения или банковской учетной политики.

Юлия Катасонова добавляет, что регулятору важно проработать четкие целевые показатели в области устойчивого развития с учетом отрасли производственной компании, чтобы можно было проводить верификацию таких облигаций и исключить риски гринвошинга («зеленый маркетинг»).

Как отмечает координатор проектов по климату и энергопереходу российского «Гринписа» Екатерина Черничкина, сегодня при сокращении бюджетов многие компании намерены продолжать исключительно маркетинговые ESG-проекты. Хотя именно сейчас самое время, чтобы отказаться от гринвошинга, переориентировать средства на реальные инвестиции в устойчивость и развивать проекты по сокращению эмиссии парниковых газов, повышению энергоэффективности, ВИЭ.