Вербализация когнитивных связей концепта сила праиндоевропейской картины мира в динамике развития родственных языков

УДК 83'373.6; 811.1/.2

М.Н. Лату

ВЕРБАЛИЗАЦИЯ КОГНИТИВНЫХ СВЯЗЕЙ КОНЦЕПТА СИЛА ПРАИНДОЕВРОПЕЙСКОЙ КАРТИНЫ МИРА В ДИНАМИКЕ РАЗВИТИЯ

РОДСТВЕННЫХ ЯЗЫКОВ1

В статье поднимаются вопросы реконструкции когнитивных связей, формируемых концептом СИЛА, в рамках праиндоевропейской картины мира. Исследуется их динамика в дочерних концептосферах и особенности вербализации в родственных языках, в частности, русском, английском, латинском и испанском. Вводится и описывается понятие концептуального узла. Анализируется роль когнитивных связей в процессах деривации и развитии значений.

Ключевые слова: картина мира, концепт СИЛА, значение, мотивация, динамика, когнитивная связь,

концептуальный узел, индоевропейские языки.

Изучение современных концептосфер и их составляющих неизбежно заставляет обращаться к вопросам их динамики. Как полагает Т.Н. Ильинская, концепт СИЛА «является одним из основных концептов картины мира, связан с характеристикой человека, имеет сложную структуру и отражает важный фрагмент мировидения человека» [Ильинская 2006: 7]. Исходя из представлений о силе, отраженных в толкованиях этого понятия, исследователь выводит общее значение: «внутренние возможности, благодаря которым объект в состоянии выполнять какие-либо действия или противостоять внешнему воздействию» и указывает на важность анализа семантики синонимичных лексем, поскольку они отражают различные грани рассматриваемого концепта. Н.А. Голубева, анализируя особенности вербализации концепта СИЛА на примере модальных глаголов немецкого языка, приходит к выводу, что «выявленные коммуникативно-обусловленные ментальные репрезентации говорят о взаимозаменяемости модальных глаголов и их концептуальной синонимии» [Голубева 2009: 35]. Таким образом, сила есть одновременно и некоторый внутренний по-

1 Публикация выполнена в рамках проектов: «Комплексное изучение и реконструкция праиндоевропейской картины мира, моделирование структуры и исследование ее динамики в русском, английском и испанском языках», выполняемого по ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы (соглашение № 14.B37.21.0529); «Российская и западноевропейская научная ментальность в зеркале языка (1945-2011 гг.): когниолингвистическое и лексикографическое моделирование языковой картины мира научно-инновационной и научно-производственной сфер (эволюционная динамика, внутриязыковые и межъязыковые корреляции)» по государственному заданию Министерства образования и науки РФ на 2012-2014 гг.».

тенциал, и физическая мощь, характеризующие как субъект, так и объект воздействия.

Показательно, что анализируя результаты сопоставительного анализа концептов СИЛА и FORTE в русском и французском языках, Т.Н. Ильинская приходит к выводу, что полученные данные во многом перекликаются, свидетельствуя об определенной универсальности восприятия. Различия же преимущественно проявляются в количестве вербализаторов для ядерной части микрополей концепта и в несовпадении по кругу денотатов.

Полагаем, что выявленные различия и сходства (наличие единых показателей сочетаемости, семантической реализации, когнитивных компонентов) имеют прочную когнитивную основу, особенности которой могут быть изучены посредством реконструкции и исследования динамики исходного смыслового пространства, покрываемого концептом СИЛА, в его взаимосвязи с другими составляющими праиндоевропейской картины мира, которая лежит в основе современных концептосфер. Таким образом, непосредственной целью настоящего исследования является реконструкция первичных когнитивных связей, формируемых концептом СИЛА в праиндоевропейской концептосфере и рассмотрение их вербализации в родственных языках, преимущественно русском, английском, латинском и испанском, представляющие три крупные ветви индоевропейских языков.

Опираясь на результаты предшествующих работ [Лату, Алимурадов 2012 и др.], заметим, что доступный для анализа языковой материал позволяет частично реконструировать содержательную часть и структуру концепта, выявить когнитивные связи с другими составляющими концептосферы. Тем не менее, именно они, отра-

жая особенности восприятия действительности, закладывают основу, служат направляющими векторами развития смыслов и их языковой репрезентации, в частности, посредством производных лексем.

В результате проведенного анализа реконструированного языкового материала было установлено, что в праиндоевропейском языке концепт СИЛА вербализуется посредством ряда корней, наиболее репрезентативными из которых являются *magh- - «мощь, сила, способность, помогать», *pótis- - «сила», *wal- - «быть сильным» [Этимологический словарь современного русского языка 2010 и др.]. Так, например, корень *magh-в русскоязычной и англоязычной картинах мира представлен такими производными как мочь, мощь, may - «мочь» и др., а также присутствует во внутренней форме лексем, заимствованных из других языков, например, магия, magic, восходящих к персидскому слову magus - «волшебник, маг» [Chambers dictionary of etymology 2008]. Корень *póti- получил активное развитие в романских языках, некоторые производные которого были заимствованы в англоязычную и русскоязычную картины мира в разные исторические периоды, например, глагол poder - «мочь», potencia -«сила» и др. в испанском языке, лексема power -«сила, мощь» в английском языке, восходящая через французское посредничество к латинской лексеме *potere - «быть сильным, мочь» [Chambers dictionary of etymology 2008], лексемы патент, потенциал и др. в русском языке. Наконец, корень *wal- имеет множественные производные как в славянских и романских, так и германских языках, среди которых: власть в русском языке, valere - «быть ценным, быть сильным» в латинском языке, waldan - «управлять» в готском языке и др. [Этимологический словарь современного русского языка 2010].

Несомненно, ввиду особой значимости широкой сферы понимания и толкования силы и мощи данный концепт имеет весьма сложную и разветвленную структуру на современном срезе развития общества. При этом данные лингвоког-нитивного анализа свидетельствуют о том, что уже в праиндоевропейской картине мира данный концепт отличался особой важностью, занимая одно из центральных позиций, и обнаруживает разветвленные когнитивные связи с другими составляющими концептосферы. Необходимо заметить, что данные когнитивные связи также характеризуются различной степенью выраженности на языковом уровне. Другим значимым фактом яв-

ляется различная степень динамичности развития данных связей как в целом, так и для отдельных концептосфер. Наконец, нельзя обойти вниманием тот факт, что данные связи формируют как односторонний, так и двусторонний вектор взаимодействия со смежными составляющими концеп-тосферы, что, безусловно, свидетельствует об их устойчивости во времени, что, отчасти, может быть продиктовано менее выраженной зависимостью от изменяющихся условий окружающей действительности. Таким образом, концепт СИЛА в праиндоевропейской картине мира формирует следующие когнитивные связи.

Одна из наиболее ярких и устойчивых когнитивных связей, образуемых концептом СИЛА в праиндоевропейской концептосфере, отражает сопряженность с содержательным пространством концепта ВЛАСТЬ. Закономерность и даже предсказуемость формирования такой когнитивной связи представляются весьма очевидными, поскольку власть обусловлена наличием силы физической или любой другой. Лидер группы или сообщества потенциально должен обладать незаурядными способностями, которые делают его сильнее среди других его представителей. В этой связи утверждение, что ситуация сама определяет лидера, представляется вполне логичным, поскольку в зависимости от изменяющихся условий, наличие необходимых навыков у отдельного члена группы может выдвинуть его на передний план, предоставив инициативу в принятии решений. Таким образом, власть не только предполагает наличие силы, но и является следствием ее наличия. Нередко борьба (за выживание, собственные права, власть и др.) требует приложения усилий для достижения необходимого результата. Силу также можно рассматривать и как атрибут власти, поскольку она необходима для ее удержания. С потерей силы зачастую может быть потеряна и власть. Поскольку вопросы, связанные с распространением власти и расширением влияния, оставались актуальными на протяжении всей истории развития человечества, то не вызывает сомнений наличие данной связи и в современных концептосферах. Ежедневно в новостных текстах СМИ фигурирует информация о применении или угрозе применения силы. В русскоязычной языковой картине мира люди, обладающие властью, именуются сильными мира сего. Все вышеперечисленное не могло не найти отражение в языке.

Наибольшей репрезентативностью в отношении рассматриваемой связи СИЛА - ВЛАСТЬ обладает праиндоевропейский корень *роН— «силь-

ный, сила». Примечательно то, что некоторые исследователи реконструируют у данного корня и значение «повелитель, владыка (lord)» [A Universal Etymology Dictionary URL: www.myetymology.com], что является прямым свидетельством, что данная связь была представлена еще в праиндоевропей-ской концептосфере. С другой стороны, не менее знаковым аргументом, подтверждающим данную позицию, является лексема *pot— «хозяин, владыка», которая реконструируется еще в рамках праиндоевропейского языка. Интересно то, что она входит в состав таких слов как господь, господин в русском языке и hospes, hospitis - «хозяин, господин гостей» в латинском языке. Как полагают некоторые исследователи, данные лексемы являются результатом ареального индоевропейского сложения двух именных основ: *ghost-pot-. Таким образом, становится очевидным полное родство между латинской формой hospitis и праславянской *gospodb [Этимологический словарь современного русского языка 2010]. Несмотря на то, что в дальнейшем значения этих близкородственных слов разошлись: в латинском языке «гостеприимный хозяин», а в русском языке «владыка, господин», в обоих случаях сохраняется представление о субъекте, обладающем некоторой властью и распространяющем ее на людей или предметы. Родственными лексемами в русском языке являются также государь - «князь, единовластный правитель», а также широко употребимая сегодня лексема государство - «основная политическая организация общества, осуществляющая его управление; страна, находящаяся под управлением политической организации», семантика которых напрямую указывает на соотнесенность силы и власти. В этой связи обращает на себя внимание и лексема potentate - «владыка, властелин, правитель, монарх», продолжающая развитие первоначального значения праиндоев-ропейского корня и восходящая к латинской лексеме potentatus - «правитель, политическая сила». В современном английском языке лексема power -«сила, мощь, могущество», восходящая к латинской лексеме potis - «сильный, могучий», также имеет значения «полномочия, власть, политическая власть», например, to transfer power - «передавать власть», separation of powers - «разделение властей», executive power - «исполнительная власть» и др. Реализацию данной когнитивной связи можно обнаружить и в санскрите: päti-s -«хозяин, владелец», в греческом: pösis - «муж», в готском: brüth-faths - «жених» [Indo-European Lexicon URL: www.utexas.edu]. Последние два

примера представляют интерес и для тендерных исследований, поскольку во многих культурах муж признается хозяином дома, главой семьи и др., а мужчина ассоциируется с наличием силы, что является естественным биологически обусловленным фактом, например, сильный пол, в английском языке: the stronger sex, the sterner sex (буквально, «крепкий»), lords of creation и др. Если родственные лексемы vis - «сила» и vir -«мужчина, герой», virilis - «мужественный» в латинском языке наряду с древнеанглийской лексемой wer - «человек, мужчина» восходят к праин-доевропейской лексеме *wiros [Chambers dictionary of etymology 2008] с тем же значением, как полагают некоторые исследователи, то можно говорить о существовании отдельной когнитивной связи между концептами СИЛА и МУЖЧИНА. Примечательно, что значение «сильный, влиятельный» у лексемы virile в английском языке отмечено только с 1572 г. как производное. С латинской лексемой virtus - «мужественность, сила» соотносятся лексемы virtud - «сила, крепость, мужской половой орган» в испанском языке и virtue - «добродетель, мужественность, сила» в английском языке и др. [Chambers dictionary of etymology 2008].

Производные лексемы праиндоевропейско-го корня *wal- со значением «быть сильным» также репрезентируют рассматриваемую когнитивную связь. Так, в русском языке он представлен во внутренней форме лексем власть, владыка, властелин, вербализующих понятия об обладателях силы и власти. Производные с тем же значением представлены в тохарском, например, walo -«король, владыка». Лексемы veldéti в литовском и waldan в готском передают значение «управлять» в понимании «использовать силы для реализации полномочий, власти». К лексеме valere - «быть сильным, значимым» в латинском языке через французское посредничество восходят лексемы valid - «имеющий силу, веский, надежный, правомерный» и ее производное validate - «утверждать, подтверждать, придавать законную силу» в английском языке. В несколько меньшей степени понимание силы как власти представлено в лексемах flaith - «вотчина, владение, господство» в древнеирландском и gwlad - «страна» в валлийском, вербализующих понятия о территориальном пространстве, на которое распространяется власть [Chambers dictionary of etymology 2008].

Корень *magh- - «мощь, сила, способность, помогать» в наименьшей степени репрезентативен

в отношении рассматриваемой когнитивной связи. Тем не менее, обращает на себя внимание существование таких лексем как полномочия, под которой понимается наличие определенных функций власти (также как и власть полномочия можно передавать, злоупотреблять и др.), а также ее производного уполномоченный - «человек, представляющий интересы власти». Весьма интересен тот факт, что в английском и испанском языках эквивалентные значения преимущественно реализуются посредством производных корня *pot- [Этимологический словарь современного русского языка 2010], продолжающих латинские формы: plenipotentiary, pleno poder, apoderado. Лексема main в английском языке имеет значение «главный», а также «физическая сила», которое реализуется в выражении to fight with might and main. Одним из значений слова могущество является «власть», вследствие чего данные лексемы употребляются в качестве синонимов и нередко встречаются в контексте одного сообщения. Вышесказанное справедливо и для эквивалентной по значению лексемы might в английском языке, которая также употребляется в словосочетаниях mighty king, mighty lord, где всемогущий понимается как обладающий неограниченной силой, властью.

О представленности данной связи в современных концептосферах можно судить по ее репрезентации во фразеологических единицах, например, в русском языке: чем сильнее, тем правее; чья сила, того и воля; сильная рука - владыка; где сила, там и закон и др.

Следующей когнитивной связью, которую формирует концепт СИЛА в праиндоевропейской картине мира, и продолжающейся в дочерних концептосферах является СИЛА - ИМУЩЕСТВО. Также как и для получения власти, накопление имущества, богатства требует приложения немалых физических и умственных усилий. Во все периоды развития человечества достаточное количество сил, умений, способностей обеспечивает хороший результат, выражаемый в материальном благополучии. Одновременно с этим как физическая, так и умственная сила приобретается, расходуется, тратится, измеряется и др. (например, «ему не хватило сил»), как нечто, находящееся в наличии, то, чем человек обладает. С другой стороны, наличие имущества означает наличие больших возможностей, способности к решению вопросов, требующих приложения усилий, а также власти. Государство, обладающее экономической мощью, представляется более сильным и могущественным на международной

арене, способным распространять свое влияние и власть. От объема вложения средств в конкретную отрасль зависит военная мощь, обеспечиваются преимущества (то, что дает превосходство в силе) в научной и др. сферах.

Рассматриваемая связь реализуется посредством производных праиндоевропейских корней, вербализующих значение «сила». Так, производной лексемой корня *magh- в санскрите является maghá-m со значением «сила, богатство». В английском и испанском языках значения «иметь» и «имущество» помимо прочих передаются лексемами possess, poseer и possession, posesión, соответственно, которые восходят к латинской форме posidëre - «быть владельцем», в своей внутренней форме содержащей корень *pot-. Тем самым они указывают на то, на что распространяется сила, власть. Производными праиндоевропейского корня *wal- [Chambers dictionary of etymology 2008], вербализующими данную связь, являются лексемы valorem - «экономическая ценность» и valëre -«быть ценным, быть сильным» в латинском языке, в русском языке владеть, владения, обладать (знанием, навыком). Эквивалентной по значению лексемой в английском языке является to wield -«обладать, владеть», например, to wield little power - «не иметь реальной власти», to wield a sword -«владеть мечом», где наличие умений и навыков делает человека сильным. Рассматриваемый корень содержится и во внутренней форме лексем волость, Valencia (автономный регион Испании), этимологически указывающие на то, что территория является собственностью, на которую распространяется сила и власть ее владельца. Лексема capacity наряду со значением «способность, возможность» имеет «объем, вместимость, емкость для чего-либо». Данная связь вербализуется и во фразеологизмах, например, в русском языке: сила и слава богатству послушны.

Весьма интересным, на наш взгляд, является то, что концепты, устанавливающие связи с концептом СИЛА, также формируют связи между собой. Таким образом, явление, репрезентируемое одним концептом, может трактоваться через явление, репрезентируемое другим, например, владение - то, на что распространяется моя сила, власть или что делает меня сильным, дает власть, -то, что есть в наличии. Так, помимо вышеуказанных примеров наличие связи между концептами ВЛАСТЬ и ИМУЩЕСТВО можно проиллюстрировать лексемой lord - «владыка, господин, повелитель», которая представляет собой результат сложения древнеанглийских лексем hlaf - «хлеб»

и weaerd - «хранитель, держатель», т.е. буквально «хозяин хлеба» [Algeo, Pyles 2010].

Концепт СИЛА также образует когнитивную связь с концептом ЗНАНИЕ. Ее наличие в современных концептосферах не вызывает сомнений. Сегодня человек живет в информационном обществе, где знания, навыки, умения играют весьма значительную роль. Происходит постоянный обмен данными, знания необходимы для карьерного роста, способствуют улучшению материального состояния. Как физическая, так и умственная деятельность требуют приложения немалых усилий. Данная когнитивная связь прочно закреплена в выражении, вошедшем во многие языковые картины мира: sciencia potencia est, знание - сила, knowledge is power. С другой стороны, интересны и фразеологические единицы, где сила и ум ставятся в бинарную оппозицию, например, сила есть - ума не надо, сила - уму могила. Возможно, предпосылки для формирования связи присутствовали в праиндоевропейской концепто-сфере, однако в праиндоевропейской языковой картине мира она никак не вербализуется. Первым производным, семантика которого свидетельствует о понимании силы как наличия знаний, является древнеперсидская лексема magus -«волшебник, маг», т.е. человек, обладающий особым знанием, делающим его сильным. В русском языке она представлена во внутренней форме лексем маг, магия. В качестве другого примера можно привести лексемы value - «значение, смысл», другими словами, информация, знание, передаваемое знаком, и valid - «общезначимый, имеющий силу» в английском языке, valido -«общепризнанный» в испанском языке восходят к латинской лексеме valere - «быть ценным, быть сильным», которая восходит к праиндоевропей-скому корню *wal- [Этимологический словарь современного русского языка 2010]. В этой связи можно говорить о динамике степени репрезенти-рованности данной когнитивной связи во времени. Несомненно, в более ранние периоды деятельность человека была больше связана с физическим трудом, нежели умственным, что нашло отражение в языке. Необходимо заметить, что данная связь имеет двойной вектор. Так, в русском языке лексема уметь - «мочь что-либо делать, знать как» является производной от верба-лизатора концепта ЗНАНИЕ - ум - «способность человека мыслить». Лексема can - «мочь, уметь» восходит к праиндоевропейскому корню *gn -«знать» и является родственной лексеме know -«знать» [Chambers dictionary of etymology 2008].

Лексема сохраняла первоначальное значение «знать» вплоть до начала XVII в. Концепт ЗНАНИЕ сегодня также обнаруживает связи с другими концептами смежных концепту СИЛА. Например, багаж знаний и др. (ЗНАНИЕ - ИМУЩЕСТВО), знать, знатный и др. (ЗНАНИЕ -ВЛАСТЬ).

Связь СИЛА - ПОМОЩЬ преимущественно вербализуется посредством праиндоевропей-ского корня *magh-. Таким образом, наличие силы можно трактовать как потенциальную способность оказывать помощь тем, кто не обладает силой или обладает ей в меньшей степени. Например, лексемы помогать, помощник и др. в русском языке, лексема mechos - «средство, способ помочь» в греческом языке, которая представлена во внутренней форме лексем в других индоевропейских языках (механизм, mechanism, mechanismo и др.) marthankh - «средство» в армянском

и др. [Этимологический словарь современного русского языка 2010]. Примечательно то, что глагол to strengthen - «усиливать, укреплять» в среднеанглийский период использовался в значении «помогать, поддерживать».

Весьма интересной представляется связь БОЛЬШОЙ - СИЛА. В ее основе лежит понимание увеличения, преобладания в количестве или качестве как результат или средство использования силы. Примечательно то, что среди производных праиндоевропейских корней со значением «сила» вербализаторы данного смысла практически не встречаются. Примером может служить лексема mighty со значением «объемный, большой» С другой стороны, на основе корней со значениями «большой», «высокий» формируются лексемы со значением «сила» в разных языках, что свидетельствует о том, что данная связь имеет преимущественно односторонний характер. Мощь можно рассматривать как источник преобладания, господства. Ярким примером являются лексемы force, fuerza - «сила», effort, esfuerza - «усилие» в английском и испанском языках, соответственно, восходящие через латинское посредничество к праиндоевропейскому корню *bhergh— «высокий», который также представлен во внутренней форме лексем brhánt - «высокий, величественный» в санскрите, barrow - «насыпь, гора» в английском и др. [A Universal Etymology Dictionary URL: www.myetymology.com]. Использование лексемы forte в названии медицинских препаратов указывает, что они обладают большей силой лечебного воздействия на организм. Данный кон-

цепт также взаимосвязан с концептами ВЛАСТЬ, например, величество, великий в русском языке, производные корня *megh- - «большой» majesty -«величество», mayor - «мэр», major - «майор» и др.; с концептом ИМУЩЕСТВО, например, magnate - «магнат»; с концептом ЗНАНИЕ, например, master - «учитель, знаток своего дела» (а также «хозяин» - ИМУЩЕСТВО, «господин, владыка» - ВЛАСТЬ, ср.: mister), magister - «магистр» и др. [Chambers dictionary of etymology 2008]. Формирование данных связей представляется достаточно логичным, поскольку и сила, и власть, и знание, и имущество предполагают увеличение в количестве или качестве.

Важной для рассмотрения представляется и связь СИЛА - ЗДОРОВЬЕ. Физическая мощь, сила всегда свидетельствовали о хорошем здоровье. Напротив, отсутствие жизненных сил может свидетельствовать о различных заболеваниях, например, impotence. О большом, сильном человеке говорят, что он здоровый, здоровяк. Жизненные силы и активность - залог и показатель здорового организма. Лексема vigor в английском и испанском имеет значения «сила, крепость, мощь» через латинское посредничество восходит к праин-доевропейскому корню *weg- - «активный, живой» [Chambers dictionary of etymology 2008].

Связь СИЛА - ПРОЧНОСТЬ наиболее ярко репрезентирована в русскоязычной картине мира. Так, лексема сила восходит к праиндоевропей-скому корню *si- со значением «соединять, связывать». Сильного, выносливого человека, которого не просто сломить, называют крепким. Лексема крепкий имела значение «сильный» и в более ранние периоды. Она этимологически соотносится с лексемами craff - «сильный», creff - «сильный, крепкий» в кельтских языках [Ильинская 2006] и восходит к праиндоевропейскому корню *kerp-/*krep— «плести, плетенное» [Этимологический словарь современного русского языка 2010]. Лексема strong помимо значения «сильный» имеет значение «крепкий, прочный», например, strong building - «прочное здание», strong design - «прочная конструкция». Лексемы stronghold, fort близки по значению лексеме крепость в русском языке. Лексема vigor в испанском языке также имеет значение «крепкий». Лексема robust в английском языке также вербализует семантически сопряженные значения «крепкий», «здоровый», «сильный».

Примечательно то, что новые понятия, вводимые в употребление с развитием научного знания, вербализуются лексемами, продолжающими

развитие исходного смысла. В качестве примера можно привести термины valency, valence - «валентность», во внутренней форме которых содержится указание на наличие силы как потенциала, способности антитела связывать себя с другим антителом в заданном количестве мест.

Некоторые когнитивные связи концепта СИЛА не были представлены в праиндоевропейской концептосфере и сформировались с развитием научного знания, научной картины мира и образованием новых ментальных конструктов. Например, связь СИЛА - ЭНЕРГИЯ вербализуется посредством лексем, которые помимо первичного «сила» репрезентируют значение «мощность, энергия, производительность». Например, мощность, сила (тока) и др. в русском языке, power в английском языке (to be off power - «быть выключенным», nuclear power - «атомная энергия»), strength - «интенсивность, мощность» (current strength - «сила тока»), force - «степень проявления, интенсивность» (explosive force - «сила, производительность взрыва») и др., fuerza - «эффективность», vigor - «мощь, энергия» в испанском языке и др.

Таким образом, когнитивные связи концепта СИЛА, сформировавшиеся еще в праиндоевропей-ской картине мира, находят отражение в семантическом пространстве родственных индоевропейских языков и сохраняются в динамике их развития. Обращает на себя внимание большая или меньшая степень вербализации той или иной связи в рамках конкретной языковой картины мира, а также ее реализация посредством различных корней. Так, например, в русскоязычной картине мира продуктивным корнем для вербализации когнитивной связи СИЛА - ВЛАСТЬ является *wal-, в то время как для испаноязычной и англоязычной - *poti-.

Особого внимания заслуживает явление, когда некоторые концепты, смежные концепту СИЛА, также формируют между собой связи, при этом обусловливая, дополняя и раскрывая содержание друг друга. Как уже было проиллюстрировано выше, к ним относятся концепты ВЛАСТЬ, ИМУЩЕСТВО, БОЛЬШОЙ, а впоследствии -ЗНАНИЕ. Таким образом, например, наличие необходимого знания способствуют обретению силы, власти, увеличению благосостояния, карьерному росту и наоборот. При этом значимым является и то, что вербализаторы данных концептов зачастую встречаются в совместном употреблении как в словосочетаниях (например, wield power -«обладать властью», накопить знания, приумножить капитал, усиление власти, монополии и др.), так и в рамках одних контекстов. Данное

явление, когда когнитивные связи между концептами образуют столь крепкое переплетение, мы предлагаем обозначить термином - концептуальный узел. В рамках отдельных языковых картин мира можно проследить формирование ранее не представленных или менее очевидных и неявных связей и концептуальных узлов. Например, в русскоязычной картине мира представлены выражения прочные знания, крепок задним умом, крепкое здоровье, вербализующие связи ПРОЧНОСТЬ - ЗНАНИЕ и ПРОЧНОСТЬ - ЗДОРОВЬЕ, а также лексема знахарь, соотносящая ЗНАНИЕ и ЗДОРОВЬЕ.

Весьма интересным представляется и то, что когнитивные связи, представленные в праин-доевропейской концептосфере и репрезентированные во множественных производных в дочерних языках, вербализующих одни и те же или близкие смыслы, в дальнейшем нашли отражение не только в словосочетаниях, устойчивых выражениях и текстовых фрагментах, но также в многозначности лексических единиц. Так, и в русском, и английском, и испанском лексемы со значением «сила» репрезентируют значение «власть». Лексема power репрезентирует также значение «умственная деятельность», «множество, большое количество», «энергия». Несовпадение по кругу денотатов в родственных языках объясняется тем, что в ходе их исторического развития синонимичные вербализаторы сопряженных концептов, реализуя смысловую связь, перекрещиваются в сочетаемости и употреблении. Таким образом, когнитивные связи, образовавшиеся в праиндоевропейской концептосфере и

ее производных, формируют своеобразную матричную структуру, на основе которой в дальнейшем происходит образование вербализаторов и развитие их значений.

Список литературы

Голубева Н.А. Вербализация концепта СИЛА (на материале немецких модальных глаголов) // Вопросы когнитивной лингвистики. 2009. № 2. С. 24-35.

Ильинская Т.Н. История формирования и эволюция концепта СИЛА во французском и русском языках: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Томск, 2006.

Лату М.Н., Алимурадов О.А. Реконструкция концептов праиндоевропейской картины мира: некоторые теоретико-методологические аспекты // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2012. № 4.

Попова З.Д., Стернин И.А. Когнитивная лингвистика. М.: АСТ: Восток-Запад, 2007.

Этимологический словарь современного русского языка: в 2 т. / сост. А. К. Шапошников. М.: Флинта: Наука, 2010.

Algeo J., Pyles T. The origins and development of the English language. Wadsworth Publishing, 2010.

Chambers dictionary of etymology / ed. by Robert K. Barnhart. Edinburgh: The H.W. Wilson Company, 2008.

Indo-European Lexicon. URL: www.utexas.edu

A Universal Etymology Dictionary. URL: www.myetymology.com

M.N. Latu

COGNITIVE BONDS OF THE CONCEPT FORCE ESTABLISHED IN PROTO-INDO-EUROPEAN WORLD VIEW: VERBAL REPRESENTATION IN COGNATE LANGUAGES DEVELOPMENT

The article reviews the issues of concepts organization and interaction within world maps. We argue that each concept has a certain number of adjacent concepts with which it has established stable cognitive bonds in the course of historical evolution. We focus attention on the reconstruction of the cognitive bonds based on the study of the semantics of Proto-Indo-European roots *magh- - "force, ability, help", *potis- -"force", *wal- - "be strong" and their derivatives that the concept FORCE establishes within the Proto-Indo-European world map. As the adjacent concepts are defined, the specific features of the relations between them are described. Then we discuss the peculiarities of the dynamics of the defined cognitive bonds between the adjacent concepts in daughter conceptual spheres and characteristics of verbal representation in cognate languages, particularly, Russian, English, Latin and Spanish. We then describe how the establishment of one cognitive bond may trigger generation of other cognitive bonds and lead to the formation of a more complex structure based on them which we define as a conceptual knot. The role of cognitive bonds in derivational processes and meaning development is analyzed.

Key words: world view, concept FORCE, meaning, dynamics, motivation, cognitive bonds, conceptual knot,

Indo-European languages.