Обставить освободившуюся нишу

Обставить освободившуюся нишу

Мебель

Мебельный рынок и местные производители в Петербурге так же, как и представители других сегментов, вынуждены были справляться с нестабильными экономическими условиями. Одним из самых резонансных событий для региона стал уход шведского бренда IKEA. Корреспондент Business Guide Антонина Егорова поинтересовалась мнением участников рынка о сложившейся в результате ситуации на рынке и перспективами ее дальнейшего развития.

Сейчас в мебельной отрасли идет активный передел рынка

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

По словам экспертов, в целом ситуация в сфере мебельного производства в Петербурге не отличается от других регионов. В 2022 году петербургские компании так же, как и все, столкнулись с перебоями поставок импортных комплектующих, снижением спроса, проблемами с логистикой. Все это поначалу естественным образом привело к снижению производства.

Большинство производителей провели последние два года в ситуации маневрирования и адаптации к новым правилам игры: искали новых поставщиков, меняли какие-то производственные процессы, переориентировали предложение на внутренний рынок. «Это оказалось непросто. Но в целом было бы лукавством говорить, что мы не выиграли в долгосрочной перспективе. С уходом западных брендов на российском рынке освободились целые ниши. Дополнительное пространство "подарили" и отечественные конкуренты, которые не справились с новыми реалиями»,— поясняет Георгий Савченко, генеральный директор «Мельтцер Групп», эксперт петербургского отделения «Деловой России».

«Сейчас можно сказать, что наш рынок на подъеме. Цены на мебель растут медленнее, чем на другие товары, ее производители предлагают клиентам широчайший набор рассрочек, скидок акций. При этом качество мебели у ведущих производителей остается на прежнем высоком уровне»,— указывает Александр Шестаков, генеральный директор Первой мебельной фабрики.

По его мнению, несмотря на общую сложную экономическую ситуацию, наша отрасль уверенно справляется с новыми вызовами. Так, по итогам восьми месяцев 2023 года, прирост производства мебели в стоимостном выражении составил 17,7% (267,6 млрд рублей), а в натуральном +24,5% (40,4 млн штук). Первая мебельная фабрика увеличила за третий квартал 2023 года выручку до 1,95 млрд рублей. Этот показатель больше аналогичного периода 2022 года на 35%. Также вырос уровень загрузки производства: с 70 до 80%.

По данным Петростата, в первом полугодии 2023 года объемы продаж мебели в Санкт-Петербурге выросли на 30% относительно аналогичного периода прошлого года. При этом показатели Ленобласти, наоборот, снизились более чем на 25%. По словам Дениса Егорова, генерального директора мебельной компании Lazurit, это связано с тем, что в регионе существенную долю занимали активы покинувшего Россию шведского бренда IKEA. Сейчас общая картина по товарообороту мебели в Петербурге и области имеет положительную динамику: стремительно растет количество новостроек, и у людей есть потребность обставить новое жилье.

Как и в других городах-миллионниках, в Северной столице сейчас функционируют салоны практически всех крупных мебельных компаний федерального масштаба. Соответственно, конкуренция постоянно держится на высоком уровне, что дает мебельщикам мощный стимул не останавливаться в развитии.

Ситуация на локальном рынке

Как отмечает господин Егоров, в Санкт-Петербурге активно строятся огромные торгово-развлекательные комплексы, потому что жители Северной столицы считают время наиболее ценным ресурсом и предпочитают в одном месте покупать все, от продуктов до мебели. При этом специализированные мебельные центры тоже не сдают позиций и продолжают осваивать новые торговые площади. Мебельный рынок Санкт-Петербурга и Ленинградской области не выходит за рамки общероссийских отраслевых тенденций. Среди изменений, которые коснулись ландшафта городского мебельного рынка Светлана Филимонова, руководитель категории «Ремонт и строительство» на «Авито.Услугах», отмечает частичную переориентацию покупателей на локальных мастеров и производства. «В прошлом месяце петербуржцы стали обращаться к мастерам, занимающимся изготовлением мебели под индивидуальный заказ, в два раза (+98%) чаще, чем в аналогичном периоде в 2022 году. При этом зачастую стоимость работ у частника или компании малого и среднего бизнеса может быть ниже, чем в мебельных салонах. Гибкость ценового предложения в небольших мастерских и у частных предпринимателей обеспечивается за счет возможности изготавливать мебель под индивидуальный запрос»,— поясняет она.

По словам господина Савченко, сейчас в отрасли идет активный передел освободившегося пространства. Например, в мебельное производство стремятся производители строительных материалов: у них уже есть налаженные поставки, складские помещения, отработанная логистика. Дело за малым — наладить производство. Немногим отстают крупные онлайн-ритейлеры, например, собственные торговые марки запускает «Яндекс.Маркет», Bork наконец решилась выпустить свою коллекцию домашней мебели. «Сейчас на российском мебельном рынке насчитывается около тридцати крупных игроков, из них петербургских, по нашим оценкам, около десяти. Не думаю, что велика вероятность изменения этого соотношения в ближайшем будущем»,— отмечает он.

Среди основных проблем производителей мебели господин Шестаков называет отсутствие возможности включить ее в ипотечный кредит. «Это, казалось бы, очевидное решение, которое нужно новоселам, по непонятной нам причине законодательно не оформляется. Изначально планировалось принять изменения в 214-ФЗ на осенней сессии в Госдуме, но это было отложено»,— говорит он.

Другая проблема, по мнению эксперта,— низкие пошлины на импортную мебель. «Летом 2023 года члены Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России (АМДПР) инициировали обращение в Минэкономразвития с просьбой о введении дополнительных пошлин на импортную мебель из дружественных стран и заградительных из недружественных стран. Мы сейчас работаем в неравных конкурентных условиях. Например, отечественные производители при поставках мебели на турецкий рынок должны платить пошлину от 30 до 60%, а наша пошлина для турецких компаний составляет 9–12%. Европейские производители свободно продают в России мебель, а нам ее продавать в Европу запрещено. Мы рассчитываем, что власти прислушаются и сделают равные условия для всех на мебельном рынке. Доля импортной мебели на российском рынке превышает 100 млрд рублей, и это очень много»,— делится господин Шестаков.

Перспективы петербургской отрасли

Сегодня, по словам господина Савченко, никто из участников мебельного рынка не хочет упустить шанс нарастить свою долю, поэтому круг задач немного сместился с производственной сферы в сторону коммерческой и маркетинговой составляющих. Компании ищут инвесторов, мониторят государственные субсидии и кредитные предложения, занимаются продвижением своих брендов. «Пока официальные прогнозы неутешительны: объем рынка продолжает снижаться. Но лично я настроен оптимистично. Выстраиваются новые коллаборации, например, мебельщиков и застройщиков, которые точно так же столкнулись со снижением спроса и теперь пытаются его поднять за счет предложения не только отделанных, но и меблированных квартир. Рано или поздно ситуация должна выровняться»,— уверен эксперт.

В 2022 году с петербургского мебельного рынка ушел один из наиболее значимых игроков — производственно-торговая группа IKEA, которая в 2022 году занимала около 20% российского мебельного рынка. «Для жителей Санкт-Петербурга уход IKEA оказался гораздо более болезненным, чем, например, для жителей условного Воронежа или Челябинска, где магазинов шведской корпорации не было. Компания отличалась удобным сервисом, но всю мебель, что там продавалась, сейчас можно легко найти на рынке. Местные поставщики, изготавливающие мебель для шведской корпорации, оперативно переориентировались и теперь продают мебель напрямую»,— говорит Александр Шестаков. При этом эксперт считает, что влияние IKEA на российский рынок преувеличено: объем мебели, которую продавала компания в России, занимал 2–3% в общем объеме производства мебели. У IKEA было всего три завода в стране притом, что в России более 20 тыс. мебельных производств.

Георгий Савченко, комментируя уход IKEA с российского рынка, полагает, что он неизбежно приведет к росту производства максимально универсальной и практичной мебели. «По некоторым оценкам, нынешние лидеры рынка (Hoff, "Аскона", Mr. Doors) уже перераспределили между собой часть освободившейся ниши. Другой вопрос, что IKEA — это не только продукт, но и дизайн. Мало сделать из МДФ что-то функционально похожее — нужно еще и придумать нечто столь же визуально конкурентоспособное. А это уже вопрос, завязанный не только на производство, но и на образование, взращивание нового поколения дизайнеров»,— заключает он.