Общественные организации в системе образования и просвещения Дона и Северного Кавказа второй половины xix - начала xx века

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИНУК И

ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ В СИСТЕМЕ

ОБРАЗОВАНИЯ И ПРОСВЕЩЕНИЯ ДОНА И СЕВЕРНОГО КАВКАЗА ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX - НАЧАЛА XX ВЕКА

В. А. Шаповалов, Е. Ю. Климашкина

PUBLIC ORGANIZATIONS IN THE SYSTEM OF EDUCATION AND ENLIGHTENMENT OF THE DON AND NORTH CAUCASUS IN THE 2ND HALF OF THE 19TH - THE BEGINNING OF THE 20th CENTURIES

Shapovalov V. А., Klimashkina (Liubushkina) Е. J.

The article presents the analysis of activity directions and forms of public organizations in the Don and North Caucasus regions in the educational process of the 2nd half of the 19th - the beginning of the 20th centuries. The effect of public organizations upon the formation and development of primary, secondary, vocational, higher and extracurricular education in the poly-ethnic and poly-cultural region is shown.

Key Words: education, enlightenment, philanthropic and agricultural-economic public organizations, the Don and the North Caucasus, the pre-soviet period.

В статье предпринят анализ направлений и форм работы общественных организаций Дона и Северного Кавказа в образовательном процессе второй половины XIX - начала XX в. Показано влияние общественных организаций на становление и развитие начального, среднего, средне-специального, высшего и внешкольного образования в полиэтничном и поликультурном регионе.

Ключевые слова: образование, просветительские, филантропические и агроэкономические общественные организации, Дон и Северный Кавказ, формы и направления работы, досоветский период.

УДК 371 (378.316.65(470.6)) «18-19»

Определяющим критерием развитого демократического государства является показатель качества уровня образования населения, наличие образовательных учреждений и компетентной образовательной политики государства. Образование является одним из главных факторов решения целого спектра глобальных, локальных и региональных проблем, без чего невозможно улучшение жизни отдельного человека и дальнейшее развитие всего человечества (43).

Обращаясь к системе образования России XIX века, отметим, что наряду с правительственными учреждениями, решавшими эти проблемы, вопросы просвещения волновали общественных деятелей, представителей интеллигенции, консолидировавших свои силы в направлении создания общественных организаций, ставивших своей целью повысить уровень образования населения. Так, уже в первой половине XIX в. возникают первые просветительские общественные организации.

По свидетельству профессора А. Д. Сте-панского, первой просветительской общественной организацией в России можно считать Вольное общество учреждения взаимного обучения (1819 г.), во главе которого стояли члены Союза Благоденствия Ф. П. Толстой и Ф. Н. Глинка, но участники Общества были обвинены в антиправительственной пропаганде и в 1823 г. организация была закрыта (37). Большую роль в общественной жизни империи сыграли Петербургский (1845 г.) и Московский комитеты гра-

мотности (1861 г.), которые развернули работу по изданию научно-популярных книг по разным отраслям знания для народа и для учителей; в 1893 г. Московский комитет выступил инициатором введения в России всеобщего обучения (42).

«Великие преобразования» 60-х гг. XIX в. выдвигали новые требования перед российским обществом, нацеленные на повышение количества грамотных людей для внедрения их, прежде всего, в производство. Однако система российского образования рассматриваемого периода не отвечала требованиям времени. Острым оставался университетский вопрос. Сменяющие друг друга министры народного просвещения то предоставляли автономию вузам, то отбирали её. В 1863 г. принят новый университетский устав, предоставивший автономию университетам, прежде всего, «профессорской корпорации, сориентированный на развитие самодеятельности ученого университетского сословия и его способности оказывать влияние на студентов» (44). В свою очередь, самостоятельность последних способствовала формированию гражданской позиции и вела к повышению их социальной активности, что выражалось, к примеру, в создании студенческих кружков и обществ при университетах. В то же время правом поступления в университеты «могли воспользоваться только лица, окончившие классические гимназии, а получившие образование в реальных училищах поступали только в высшие технические учебные заведения» (39).

В 1864 г. было опубликовано «Положение о начальных народных училищах», согласно которому в России расширялась сеть начальных учебных заведений, которые делились на три вида: земские, церковные, народные училища Министерства народного просвещения (26). Однако начальное образование, так и не стало всеобщим и бесплатным. В том же году произведено реформирование средних учебных заведений, вводившее классические (гуманитарные) гимназии и технические (реальные) училища. Однако серьезным препятствием в получении среднего образования являлась плата за

обучение, «но такова была официальная политика, придерживающаяся постулата нецелесообразности увеличения числа имеющих образование бедняков, отрывающихся тем самым от своей среды и предъявляющих претензии к власти» (18).

В более сложном положении находились российские провинции, особенно южная зона: «в большинстве районов Кавказа вплоть до начала 60-х гг. не появилось ни одной государственной школы и функционировали лишь мектебы и медресе» (19). Необходимость получения образования осознавали представители различных сословий, которые выступали с призывами к просвещению на страницах местной периодической печати. Существенные недостатки проведения последовательной политики реформирования образования правительством на южной окраине империи являлись одной из причин возникновения общественных организаций в сфере образования и просвещения на Дону и Северном Кавказе во второй половине XIX в. Поэтому здесь одним из главных направлений общественной инициативы прогрессивно-мыслящих людей стало просветительство.

К решению проблем образования обращались просветительские, филантропические и агроэкономические общества. Первостепенное место в сфере образования на Дону и Северном Кавказе второй половины XIX - нач. XX в. отводится просветительским обществам, поскольку их деятельность напрямую была связана с открытием учебных заведений, устройством общеобразовательных курсов, оказанием материальной помощи училищам, ученикам, учителям, содействием развитию внешкольного образования (открытие вечерних курсов), организацией лекций и народных чтений, открытием библиотек и читален, участием в региональных, всероссийских съездах деятелей народного образования и просвещения и т. д. В регионе выявлено 59 просветительских обществ, занятых в сфере образования, в том числе: в Кубанской области - 30, в Терской области - 12, в Области войска Донского - 9, в Ставропольской губернии - 8 (34).

На Ставрополье единственным просветительским обществом, развернувшим масштабную деятельность в сфере образования, было Общество для содействия распространению народного образования в г. Ставрополе. Заметим, что в 70-е гг. XIX в. в городе наметились тенденции к увеличению количества школ: на всё население Ставрополя, состоявшее в 1878 г. из 31 041 жителей, имелось 24 учебных заведения, в которых обучалось 2 532 учащихся (22). На страницах «Ставропольских губернских ведомостей» всё чаще публиковались воззвания к жителям г. Ставрополя с предложением о создании общества, «на средства которого можно было бы создать самостоятельную школу для детей бедняков, живущих на окраинах города, вдали от всех училищ». Изъявивших желание вступить в члены Общества оказалось 100 чел., в числе которых были видные общественные деятели, краеведы, учителя Ставрополя: А. В. Архангельский, Г. Д. Гремяченский, А. И. Васильев, Д. И. Евсеев (первый председатель Общества), К. А. Росляков, И. К. Исаков, П. В. Розанов, Н. Я. Динник, С. А. Бибиков, М. В. Краснов, А. Г. Пупарев, Ф. М. Салмин, П. С. Случевский и др.

10 октября 1878 г. был утверждён устав Общества, основной целью которого объявлялось «распространение в народе полезных знаний через учреждение начальных народных училищ» (11). Поэтому первостепенной задачей Общества стало создание школ на окраинах города для детей беднейших слоёв населения. Так, в сентябре 1879 г. были открыты две школы - Варваринская и Софийская. В среднем количество учащихся в этих школах составляло около 120 человек. Учебный персонал в начальных школах Общества на протяжении всего периода их функционирования практически состоял из учительниц: в Софийской школе преподавали: А. А. Рослякова (до 1882 г.), затем Н. Ф. Богданова, А. Н. Моренец; в Варва-ринском училище - М. К. Добрынина, В. А. Васильева. По характеристике, данной М. В. Красновым, «это были лучшие преподавательницы в губернии», чья педагогическая деятельность была отмечена попечите-

лем Кавказского учебного округа К. П. Яновским и ставропольским губернатором Н. Е. Никифораки. В 1900 г. была открыта третья начальная школа.

В 1903 г. Обществом открыты общеобразовательные курсы, на которых в том же году прочитано 114 лекций по разным дисциплинам для 4456 слушателей.

Другим направлением деятельности Общества было создание просветительских учреждений, прежде всего, воскресных школ, предназначенных для взрослых (рабочих, крестьян, ремесленников, служащих) и работающих подростков, которые давали возможность получить начальное образование лицам, занятым в будничные дни работой. С 1889 г. разворачивается кампания комитета Общества по открытию воскресных школ. В том же году были открыты две воскресные школы: женская (при Ольгинской женской гимназии) и мужская (при Михайловском ремесленном училище); в 1895 г. -мужская воскресная школа (при Софийском училище); в 1898 г. - вторая воскресная женская школа (при Варваринском училище), которая из-за финансовых проблем закрылась в 1900 г. (28). Среднее количество обучающихся в училищах колебалось от 100 до 250 чел. Всего же за 14 лет функционирования школ общее количество учащихся в них определено следующими показателями: в мужских - 3 166 чел., в женских - 3 824. Преподавание в школах вели: И. П. Кув-шинский, В. С. Истоманов, А. Т. Первушина, А. Н. Моренец и др.

Третье направление деятельности Общества - устройство вечерних народных чтений, разрешение на которые комитет получил в 1892 г., но под наблюдением «учебного начальства». Спустя 7 лет со дня открытия чтений, насчитывалось 18 чтецов-педагогов, которыми проводились чтения в 12 пунктах г. Ставрополя. Тематическая направленность чтений была разнообразной, но наиболее востребованными были декламации религиозного, исторического и естественно-исторического характера. Слушателями чтений были рабочие (каменщики, столяры, разные ремесленники, огородники, солдаты, др.), число которых с каждым го-

дом увеличивалось: за 12 лет их посетило 112 557 чел. (23). Отводя чтениям важную роль в просвещении и идеологическом воспитании населения, члены Общества организовывали выездные кампании в сёла губернии.

Одной из форм работы Общества было открытие библиотек и общедоступных библиотек-читален. Комитетом Общества учреждены учительские и ученические библиотеки при шести школах (начальных и воскресных), находящихся в его ведении и три народные библиотеки-читальни (Ташлян-ская, Новофортштадтская (1897 г.) и им. В. Г. Белинского (1899 г.)).

Таким образом, деятельность Общества была полифункциональной и во многом эффективной. Возможно, именно поэтому в Ставрополе больше не учреждались подобные общества. Однако на рубеже XIX - нач. XX в. открылись 7 просветительских обществ в сёлах Ставропольской губернии.

В Кубанской области первой просветительской организацией можно считать Общество распространения в народе грамотности и полезных знаний (1901 г.), деятельность которого была направлена на получение общего и профессионального образования. Среди форм работы Общества: открытие и финансирование училищ, учреждение стипендий, проведение народных чтений, лекций, открытие библиотек, читален, музеев, поощрение учителей за ревностные труды по обучению в школах, а также устройство временных и постоянных педагогических курсов (45). В 1906 г. открылось Екате-ринодарское просветительское общество, в 1908 г. - Псебайское иногороднее общество образования, которые открыли филиалы в станицах области. По справедливому утверждению современных кубанских исследователей Н. Г. Денисова и В. И. Лях, «это было новым в просветительном движении» (21).

С начала XX в. в российских провинциях получили распространение общества народных университетов. Так, Кубанское общество народных университетов (КОНУ) открылось в мае 1907 г. в г. Екатеринодаре, с целью «распространения научных знаний в широких слоях населения и устройства на-

учно-просветительных учреждений в г. Ека-теринодаре и Кубанской области» (41).

Основной формой работы Общества было открытие воскресных школ с вечерними курсами. С 1909 по 1913 гг. участниками Общества учреждены 3 воскресные школы. Занятия во всех школах посещались, в основном, рабочими, ремесленниками, прислугой. При каждой воскресной школе Общество открыло общедоступные трёхгодичные курсы с программой 5-х старших классов средних учебных заведений. Курс обучения составлял 4 года для посещающих занятия по будням и 6 лет для тех, кто располагал свободным временем только в воскресные дни. В школу принимались лица обоего пола. Плата за обучение составляла 1 руб. в год. Занятия проходили по 2 часа в день с 19.30 до 21.30 часов, причем первоначально два раза в неделю, а с 1912/13 гг. -шесть раз в неделю. Продолжительность воскресных занятий длилась 4 часа. Оплата труда преподавательского персонала составляла 50 коп. в час (2).

С 1913 г. Обществом организовывались систематические воскресные лекционные занятия в разных районах города. Тематика лекций была различной: о войне, о женском вопросе, по физике, истории, психологии, естествознанию, торговому праву, по обществоведению, а также по литературе, медицине. С 13 января по 26 мая 1913 г. было прочитано 23 лекции; в 1915 г. - дано 90 лекций (3). Кроме того, Общество организовало народные чтения, которые проходили в помещениях городских начальных школ.

Поскольку библиотеки, по мнению членов Общества, - «культурные оазисы среди пустыни невежества нашей окраины», то при каждой школе Общества открывались библиотеки, а в 1913 г. открылась Покровская общедоступная библиотека.

В 1913 г. городская Дума постановила отпускать ежегодно Обществу пособие в размере 5000 руб. Отметим, что до этого года основным источником пополнения средств общества выступало городское самоуправление. К 1916 г. доходы Общества складывались, как и прежде, из членских взносов, от имеющихся учреждений, от сбо-

ров с литературно-музыкально-вокальных вечеров, от прочитанных лекций и, конечно же, от пособий города. В 1916 г. Общество получило от городской управы 11 720 руб. (4). Финансовая поддержка со стороны городского самоуправления обеспечивала жизнеспособность Общества, чем располагали далеко не все общественные организации досоветского периода.

В с. Армавир 10 февраля 1908 г. по инициативе частных лиц открылось Армавирское просветительное общество под председательством Г. Русонова, которое открыло воскресные школы для взрослых, устраивало любительские спектакли, научно-популярные лекции по географии, воздухоплаванию и пр . (24).

С начала XX в. просветительские общества были открыты практически во всех отделах Кубанской области: к 1914 г. их количество достигло 17-ти (25).

В 1874 г. с целью «содействия правительственным и общественным учреждениям в их заботах о народном образовании» открылось Общество содействия народному образованию в Новочеркасске. Основной задачей общества являлась организация просветительских учреждений в разных местах области. При этом правление Общества считало, что «из просветительских учреждений самым необходимейшим для всех населённых мест области является библиотека». В 1903 г. было открыто 43 пришкольных библиотеки в 9-ти округах области и 12 общедоступных в разных округах; прочитано 66 лекции, которые посетили 21000 чел. (27). Общество пыталось организовать постоянные платные чтения, рассчитывая на поддержку интеллигенции, однако широкого развития это дело не получило. К бесплатным воскресным чтениям относились чтения по русской истории и духовно-нравственного содержания. Участниками общества организовывались начальные народные училища, в том числе воскресные школы, учреждались книжные склады.

Вопросы образования волновали представителей национальной интеллигенции. Фактов, подтверждающих этот тезис, более чем достаточно. В частности, в «Обращении

к чеченской интеллигенции» жителя слободы Воздвиженской Терской области Измаила Магометовича Мутушева, опубликованном в газете «Терские ведомости» в 1908 г., говорилось: «Вопрос о просвещении Чечни назрел и даже перезрел и пора уже его разрешить. В виду этого мы должны озаботиться об образовании «Общества распространения образования и технических сведений среди чеченцев Терской области». Я прошу вас, господа чеченские интеллигенты и купечество не отказать мне в вашем личном участии в святом деле просвещения наших меньших братьев...» (38).

Наибольшая заинтересованность в распространении образования и просвещения среди представителей горской интеллигенции проявлялась со стороны осетин. По инициативе известного деятеля Кавказа М. З. Кипиани в г. Владикавказе в 1882 г. оформилось Общество распространения образования и технических сведений среди горцев Терской области. В Общество входили известные представители горской интеллигенции М. Далгат, И. Шанаев, Д. Шанаев, А. Урусбиев, И. Тхостов, Г. Баев и др. Однако средств для основания школы или мастерской не хватало, поэтому правление ограничилось только выплатой стипендий ученикам, обучавшимся как в училищах и гимназиях Терской области, так и за её пределами. Деятельность общества выражалась в выдаче пособий учащимся в высших, средних и низших учебных заведениях. За 31 год своего существования Общество выдало пособий в размере 35 892 руб. (15). Общество по устройству народных чтений в г. Владикавказе и Терской области (1907 г.) только в 1910 г. организовало чтения в 45 городских и 58 иногородних аудиториях, с общим числом чтений 1 088, которые посетило 129 498 чел. (17).

Инициативной группой кабардинской и балкарской интеллигенции в 1907 г. организовано Общество распространения образования среди кабардинцев и горцев Нальчикского округа, объединившее около 70 человек. Среди членов Общества были известные деятели культуры кабардинского и балкарского народов - Н. Урусбиев, М. Абаев,

П. Тамбиев и др. Общество ставило целью «содействие денежными средствами малоимущим учащимся, а также проведение культурно-просветительских мероприятий» (14). Обществом выдавались пособия учившимся в высших учебных заведениях (например, в Петроградском политехническом институте им. Петра Великого) и слушателям педагогических курсов.

События Первой русской революции, а точнее сказать, её достижения (имеется в виду закон о «Временных правилах об обществах и союзах» от 4 марта 1906 г. и закон «О временных правилах о публичных собраниях» от 7 марта 1906 г.) привели к ещё большей активизации общественной деятельности учительства в регионе.

При Ставропольском учительском институте в 1913 г. было организовано Общество соревнователей с целью «изыскивать средства для содействия учебному начальству относительно лучшего удовлетворения учебно-воспитательных потребностей Ставропольского учительского института (устройство общежития для учеников, организация ремесленных и других технических занятий, организация научных прогулок и вообще изыскание способов для преуспевания заведения по учебно-воспитательной части)» (13). Учредителями Общества выступили директор института, статский советник Л. Я. Апостолов, преподаватель русского языка, коллежский асессор С. А. Колосов, преподаватель истории А. М. Хавжу, преподаватель естественной истории и физики И. К. Савельев, учитель пения, надворный советник В. Д. Беневский и др. Отметим, что Общество строго ориентировалось на указания Педагогического Совета Учительского института, представителями которого в Обществе являлись как непременные члены последнего директор и двое из учителей. Из этих нужд Учительского института не исключалась и помощь во всех видах его беднейшим воспитанникам. В отчётах Общества имеются различные сведения о проводимых преподавателями публичных лекциях, об организации ими различных развлекательных, культурно-эстетических мероприя-

тий для воспитанников, об оказании нуждающимся материальной помощи и пр.

В начале XX в., когда в регионе стали создаваться высшие учебные заведения, появились общественные организации в студенческой среде. К примеру, решением Совета Алексеевского Варшавского Ветеринарного института от 11 мая 1916 г. был утверждён устав Общества взаимопомощи студентов (АВВИ). Инициаторами создания Общества выступили студенты 3-го и 4-го курсов этого института Д. Шушейтанов, М. Архангельский, М. Дохман, А. Горяи-стов. В уставе Общества отмечалось, что его членами могли быть только студенты АВВИ. Создавалось оно с целью «обслуживать экономические нужды своих членов, для чего выдает ссуды, учреждает бюро труда, столовую, библиотеку, издает книги, содержит книжно-писчебумажный и потребительский магазин» (8).

Анализ деятельности просветительских обществ Ставропольской губернии, Кубанской, Терской областей и Области войска Донского позволяет сделать вывод о том, что в провинциальном регионе проблема образования была основной. Поддержка местных органов самоуправления обеспечивала функционирование этих обществ, открывала возможность для их активной деятельности, но серьёзным камнем преткновения, не позволявшим развернуть масштабной работы, оставались проблемы финансирования.

Обращаясь к деятельности филантропических обществ, отметим, что на Дону и Северном Кавказе проблемы образования занимали одно из важных направлений их работы. К 1897 г. из общего числа начальных народных училищ, находящихся в ведомстве Министерства народного просвещения на правительственные средства содержались 86 училищ, благотворительными обществами 25 училищ, на средства частных лиц 11, церковно-приходских - 56; остальные 1056 училищ на общественные средства (30). По свидетельству атамана Кавказского отдела Кубанской области, в данной местности были распространены преимущественно благотворительные общества, организующиеся с целью содержания учебных и других заве-

дений (1). Аналогичной была ситуация и в Терской области. К примеру, Кизлярское благотворительное общество в 1889 г. выдало ежемесячных пособий 8 стипендиатам общества в размере 277 руб., отчислило 25руб. на обучение в Тифлисском ремесленном училище одному малолетнему ученику (16).

Филантропические общества решали проблемы женского образования. Первым обществом на Дону и Северном Кавказе, поднявшим вопрос о женском образовании, было Ставропольское благотворительное общество св. Александры (1849 г.), возникшее по инициативе княгини Е. К. Воронцовой. Общество имело целью «дать основательное, в христианском духе образование и воспитание дочерям недостаточных родителей» (40) и с этой целью открыло в г. Ставрополе в 1849 г. женское училище св. Александры, которое в 1880 г. было преобразовано в гимназию с пансионом при ней. В 1868 г. был открыт педагогический класс с целью повышения квалификации воспитанниц. Несмотря на то, что это было закрытое учебное заведение, предназначенное для обучения девиц состоятельных родителей, именно оно подготовило почву для открытия 31 декабря 1860 г. первого на Дону и Северном Кавказе всесословного училища 2-го разряда - Ставропольской Ольгинской женской гимназии.

Определенным типом филантропических общественных организаций можно считать общества вспомоществования. К 1897 г. эти особые учреждения для пособия учащимся (Общества вспомоществования нуждающимся учащимся или Ученические фонды) имелись при 19 средних и 16 низших учебных заведениях Кавказского учебного округа, которыми израсходовано на помощь учащимся 47 037 руб. (31). Большинство этих учреждений имели цели приходить на помощь беднейшим из учащихся посредством взноса за них платы за обучение, снабжать их одеждой и учебными пособиями, оказывать материальную помощь при поступлении в высшие учебные заведения после окончания курса. К примеру, за период с 1860 г. по 1917 г., из 29 филантропических обществ Ставропольской губернии - 16 были открыты в сфере образования.

В том числе, 6 обществ курировали начальные народные школы, 8 обществ - средние учебные заведения и 2 - высшие (33). Так, Обществом вспомоществования недостаточным ученицам Ставропольских женских гимназий Ольгинской и Св. Александры за

16 лет в качестве пособия учащимся одной только Ольгинской гимназии выделено

17 180 руб. (12). Кроме уплаты гимназии денег за обучение детей упомянутой категории, правление Общества на основании устава производило расходы и на другие потребности.

В пределах Области войска Донского оригинальной по характеру работы была деятельность Общества вспомоществования нуждающихся учащимся в низших учебных заведениях г. Ростова-на-Дону (1912 г.). В год своего учреждения Общество открыло летнюю колонию для детей, в которую первоначально было принято 28 чел., организовывало горячие завтраки для учащихся, подготавливало детей для поступления в средние учебные заведения и т. д. (29).

Аналогичным образом вопросы образования решались обществами вспомоществования на Кубани и Тереке.

Принимая во внимание факт отсутствия в рассматриваемом регионе высших учебных заведений до 1907 г. (год учреждения Новочеркасского политехнического института - первого высшего учебного заведения на Юге России), общественные организации заботились о повышении профессионального уровня специалистов разного профиля, организовывая временные и постоянные курсы (педагогические, сельскохозяйственные). Наиболее динамично этот процесс протекал на Дону. К примеру, Донское общество содействия высшему женскому образованию ходатайствовало об открытии в Новочеркасске Высших женских курсов, целью которых было «готовить учительниц по математике и естествознанию» (9). По сведениям А. Г. Данилова, курсы были утверждены 22 апреля 1908 г. Министерством народного просвещения, а в 1916 г. преобразованы в Высшие женские сельскохозяйственные курсы Донского сельскохозяйственного общества (35). Профессорско-

преподавательским Советом были разработаны «Правила прохождения курса наук слушательницам Новочеркасских высших женских сельскохозяйственных курсов». Преподавание курсов велось по предметной системе. Курс мог быть пройден в 4 года с распределением учебных занятий на 8 семестров. Учебный год состоял из двух семестров: осеннего (сентябрь - декабрь) и весеннего (январь - май). Учебные занятия слушательниц заключались в слушании лекций по читаемым предметам и сдаче по ним испытаний; в практических занятиях в кабинетах и лабораториях, в летней практике и экскурсиях, с зачетом этих занятий. Представление на курсах было приурочено к трём специальностям: растениеводству, животноводству и общественно-экономическим наукам. Распределение слушательниц по специальностям производилось путём записи с 1-го семестра. Переход с одной специальности на другую был возможен только в начале каждого учебного года. Запись на практические занятия, избираемые слушательницей, производилась в установленные Советом сроки. Перед началом и после окончания зимнего и весеннего семестра Советом назначался экзаменационный период, в течение которого производились испытания слушательниц лицами, преподающими предмет в данном учебном году и по последней экзаменационной программе. Результаты испытания оценивались отметками «5», «4», «3», которые выписывались экзаменатором в предметную книжку и экзаменационный лист. В течение одного экзаменационного периода слушательницы могли держать экзамены по каждому предмету только 1 раз. Причем слушательницам, получившим «3» и «4», предоставлялось право пересдачи экзамена, но не более 1 раза (6).

Организация курсов требовала значительных финансовых затрат. Первоначальные расходы по курсам покрывались в равных долях из сумм трёх различных учреждений: одну треть расходов брало на себя Министерство земледелия, одну треть Областное правление и одну треть Земский комитет. Впоследствии, признавая за курсами общегосударственное значение, Министер-

ство значительно увеличило свою долю расходов: в 1917 г. курсам Министерством была назначена сумма в три раза превышающая первоначальные предположения (5).

В помощь обучающимся на курсах, коллективом женщин, в составе А. Хохловской, Н. Ивановой, Е. Будановой, Л. Кануковой, З. Смирновой и др. было организовано Общество взаимопомощи слушательниц Новочеркасских высших женских сельскохозяйственных курсов (1916 г.) с целью «обслуживать экономические и духовные потребности своих членов». Для исполнения своих целей общество имело кассу взаимопомощи, бюро труда, обязывалось организовать общежитие и столовую, переплётную мастерскую и аналогичные доходные предприятия, детский сад с подготовительной школой, научные и общеобразовательные кружки и кружки для разумных развлечений, библиотеку и читальню, проводить лекции и концерты, издавать книги и журналы (7).

17 августа 1918 г. Новочеркасские высшие женские сельскохозяйственные курсы преобразованы в Донской сельскохозяйственный институт в связи с открытием осенью 1918 г. 4-го курса (20). Данный пример является ярким свидетельством того, насколько сильны позиции сплоченного преподавательского коллектива в достижении поставленной цели.

Назревшие вопросы, связанные с повышением уровня образования среди населения, с формами помощи нуждающимся в получении образования, в том числе и для проходящих обучение в высших учебных заведениях студентов императорских университетов и слушательниц высших женских курсов, решались в Ставропольской губернии, на Кубани.

Определенную нишу в системе образования занимали агроэкономические общественные организации, одной из сфер деятельности которых, была пропаганда сельскохозяйственных знаний среди городского и сельского населения. В 1897 г. попечитель Кавказского учебного округа в отчете писал: «Необходимо большую часть расходов употреблять на устройство и содержание школ с дополнительным обучением учащих-

ся земледелию, садоводству, пчеловодству, шелководству и вообще тем профессиям, распространение которых среди населения способствовало бы улучшению его материального благосостояния, тогда, без сомнения, улучшилось бы и нравственное состояние разноплеменных обитателей Кавказа и даже та часть населения, которая относится к России враждебно, осознав вред своего отношения, стремилась к тесному сближению с русским государством» (32).

Преследуя просветительские цели, Ставропольское общество пчеловодства и садоводства открыло библиотеку; с 1911 г. в практику Общества вошло ежемесячное проведение общедоступных бесплатных курсов по пчеловодству, садоводству, виноградарству и огородничеству, сопровождавшихся практическими работами, что активизировало интерес населения к рациональному ведению этих отраслей хозяйства. Организацию ежегодных сельскохозяйственных курсов практиковали Соединенное общество сельского хозяйства и сельской промышленности Александровского уезда ставропольской губернии (с 1909 г.), Ставрополь-Кавказское сельскохозяйственное общество (с 1912 г.). В пределах Терской области организаторы Терского общества сельского хозяйства и сельскохозяйственной промышленности (1894 г.) выступали с публичными лекциями, устраивали выставки, опытные станции, склад земледельческих машин и орудий. В просветительских целях Ростовским отделом Императорского Доно-Кубано-Терского общества (1904 г.) были организованы Семибалковская сельскохозяйственная школа, Андреевская практическая школа птицеводства, организовывались выставки, осуществлялась издательская деятельность (36).

В задачи Общества содействия народному образованию и подъёму сельскохозяйственных и промышленных знаний в 1-м Донском округе входили:

а) содействие правительственным и общественным учреждениям в заботах о народном образовании, устройство народных чтений, учреждение воскресных школ, на-

родных библиотек и библиотек-читален, складов книг и учебных пособий;

б) учреждение сельскохозяйственных курсов, музеев;

в) организация союзов и товариществ сельских хозяев, справочное бюро;

г) учреждение обществ потребителей, мелкого кредита;

д) организация стрелковых, музыкальных, гимнастических обществ и т. д. В целях эффективной организации просветительской работы постановлениями общих собраний (от 25 августа и от 3 сентября 1910 г.) были учреждены 8 отделов общества и утверждены ответственные за них: отдел народных чтений, отдел воскресных школ, отдел стрелковый, отдел гимнастический, отдел по улучшению лошадей, отдел сельскохозяйственных курсов, отдел музыкально-вокальный, отдел драматический (10).

Таким образом, анализ общественных организаций в системе образования и просвещения Дона и Северного Кавказа второй половины XIX - начала XX века позволяет заключить следующее.

Во-первых, деятельность общественных организаций влияла на расширение сети школ, что способствовало решению проблем ликвидации безграмотности среди населения, обеспечению кадрового персонала, устройству библиотек и распространению просвещения в целом.

Во-вторых, необходимо отметить влияние интеллигенции на формирование сознания населения, особенно в начале XX столетия, когда стали подниматься вопросы общедемократического характера.

В-третьих, на Дону, Ставрополье и Кубани решение проблемы образования проходило более организованно; деятельность общественных организаций была широкопрофильной, чему способствовала поддержка местных органов самоуправления, позволявшая развернуть многоплановую работу. Однако, решение вопросов образования среди провинциальной интеллигенции Терской области отставало от требований времени, что объясняется финансовыми затруднениями, а также нежеланием местных властей идти на уступки общественности, а особен-

но, просветительским организациям, что, конечно, ограничивало их возможности в деле помощи образованию.

Объективный взгляд на работу общественных организаций в системе образования позволяет заключить, что в целом, в результате их деятельности возрос интерес к получению образования среди рабочих и крестьян региона, увеличилось количество школ, библиотек, повсеместно открывались воскресные школы, вечерние курсы, организо-

вывались лекционные кампании, народные чтения, выставки и пр. Учитывая современные тенденции развития системы образования в России, представляется возможным взять на вооружение накопленный опыт прогрессивной общественностью дореволюционного периода региона, поскольку разработанные ими формы и методы работы, а главное высокая степень активности и ответственности учительства актуальны и сегодня.

ЛИТЕРАТУРА

1. ГАКК, ф. 454, оп. 2, д. 4044, л. 17.

2. ГАКК, ф. 498, оп. 1, д. 33, л. 49-51.

3. ГАКК, ф. 498, оп. 1, д. 33, л. 174.

4. ГАКК, ф. 498, оп. 1, д. 33, л. 202.

5. ГАРО, ф. 348, оп. 1, д. 3, л. 1.

6. ГАРО, ф. 348, оп. 1, д. 3, л. 84-84, об.

7. ГАРО, ф. 384, оп. 1, д. 4, л. 1.

8. ГАРО, ф. 384, оп. 1, д. 4, л. 5- л. 7, об.

9. ГАРО, ф. 372, оп. 2, д. 3, л. 8.

10. ГАРО, ф. 685, оп. 1, д. 451, л. 8.

11. ГАРФ, ф. 102, № ДПОО 1905, д. 1255, ч. 18, л. 1-3.

12. ГАСК, ф. 101, оп. 4, д. 2415, л. 8.

13. ГАСК, ф. 126, оп. 1, д. 23, л. 11.

14. ЦГА КБР, ф. И-27, оп. 1, д. 1, л. 27.

15. ЦГА РСО-А, ф. 138, оп. 1, д. 5, л. 18, об.

16. ЦГА РСО-А, ф. 199, оп. 1, д. 4, л. 15, об.

17. ЦГА РСО-А, ф. 199, оп. 1, д. 180, л. 120, об.

18. Власть и реформы. От самодержавной к Советской России. - М.: ОЛМА-ПРЕСС Экслибрис, 2006. С. 300.

19. Гатагова Л. С. Правительственная политика и народное образование на Кавказе в XIXв. (Серия «Первая монография» под ред. Г. А. Бордюгова). - М.: РИЦ «Россия молодая», 1993. С. 17.

20. Данилов А. Г. Интеллигенция Юга России в конце XIX - начале XX века. - Ростов-на-Дону: Изд-во РГУ, 2000. С. 124.

21. Денисов Н. Г., Лях В. И. Художественная культура Кубани. - Краснодар: Экоинвест, 2000. С. 88.

22. Краснов М. Историческая справка к двадцатипятилетию Общества для содействия распространению народного образования в г. Ставрополе: Тип. губ. правления. - Ставрополь, 1913. С. 7.

23. Краснов М. Указ. соч. С. 62.

24. Ктиторов С. Н. История Армавира (досоветский период: 1839-1918). - Армавир: ЗАО «СКОРИНА», 2002. С. 216.

25. Кубанский календарь на 1914 г. - Екатери-нодар, 1915. С. 292-293.

26. Образование и наука во II половине XIX -началеXXвека. URL: http: //www.countries.ru

27. Общество содействия народному образованию в области войска Донского за 1898 г. -Новочеркасск, 1899. С. 48.

28. Отчет Комитета общества для содействия распространению народного образования в г. Ставрополе за 1895/96 гг. - Ставрополь-Кавказский, 1897. С. 8.

29. Отчёт Общества вспомоществования нуждающимся учащимся в низших учебных заведениях г. Ростова на Дону за 1912-1913 гг. -Ростов на Дону, 1913. С. 26.

30. Отчет попечителя Кавказского учебного округа за 1897 г. - Тифлис, 1988. С. 13-14.

31. Отчет попечителя Кавказского учебного округа за 1897 г. - Тифлис, 1988. С. 33-34.

32. Отчет попечителя Кавказского учебного округа за 1897 г. - Тифлис, 1988. С. 71.

33. Подсчет произведен авторами на основании архивных материалов: ГАСК. Ф. 101, ф. 62, ф. 311, ф. 296, ф. 612, ф. 1008 и др.

34. Подсчитано авторами на основе архивных данных: ГАРО. ф. 46, ф. 301, ф. 442, ф. 444, ф. 685, ф. 806; ЦГА РСО-А. ф. 199, ф. 12; ЦГА КБР. ф. 2, ф. 6, ф. и-6, ф. 50; ГАКК. Ф. 454, ф. 583; ГАСК. Ф. 101, ф. 62, ф. 311, ф. 296, ф. 612, ф. 1008 и др.

35. См.: Данилов А. Г. Интеллигенция Юга России в конце XIX - начале XX века. - Ростов-на-Дону: Изд-во РГУ, 2000. С. 119-121.

36. См. подробнее: Климашкина Е. Ю. Сельскохозяйственные общественные организации в поисках путей преодоления агроэкономиче-ской отсталости на Дону и Северном Кав-

казе во второй половине XIX - начале XX века // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. - Ростов-на-Дону, 2010. - № 6. - С. 50-55.

37. Степанский А. Д. История общественных организаций дореволюционной России. - М.: МГИАИ, 1979. С. 17 - 43.

38. Терские ведомости. Владикавказ. - 1908. -№ 10. - С. 2.

39. Трёхбратов Б. А. История Кубани. - Краснодар: Кубанское книжное изд-во, 2005. С. 382.

40. Устав женского благотворительного общества св. Александры. - Ставрополь, 1892. С. 2.

41. Устав Кубанского общества народных университетов. § 1. - Екатеринодар, 1907. С. 1.

42. Ушаков А. В. Общественные организации интеллигенции и государственная власть в России в конце XIX - начале XX вв. // Власть и общественные организации России в первой трети XX вв.: сб. ст. /Моск. пед. гос. унт им. В. И. Ленина [Редкол.: А. Ф. Киселев и др.]. - М.: Магистр, 1994. С. 31-32.

43. Шаповалов В. А. Высшее образование в социокультурном контексте. - М.: Высшая школа, 1996. С. 5.

44. Шаповалов В. А. Высшее образование в социокультурном контексте. - М.: Высшая школа, 1996. С. 100.

45. Энциклопедический словарь по истории Кубани с древнейших времен до октября 1917 г. / науч. ред. проф. В. А. Трёхбратов. -Краснодар: Эдви, 1997. С. 310.

Об авторах

Шаповалов Владимир Александрович, ГОУ

ВПО «Ставропольский государственный университет», доктор социологических наук, кандидат исторических наук, профессор, ректор университета. Сфера научных интересов - социологические, философские и исторические проблемы высшего образования. 1иуЬу8Ькша @ rambler.ru

Елена Юрьевна Климашкина (Любушкина), ГОУ ВПО «Ставропольский государственный университет», кандидат исторических наук, доцент, докторант кафедры политической истории. Сфера научных интересов - общественные организации Дона и Северного Кавказа: история становления и развития. ЬуЬуБШпа @ rambler.ru

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИНУК И

КРАЕВЕДЧЕСКИЕ И ТОПОГРАФИЧЕСКИЕ ОПИСАНИЯ КАК ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ

ИСТОЧНИК

М. Е. Колесникова

LOCAL-HISTORICAL AND TOPOGRAPHIC DESCRIPTIONS AS A HISTORIOGRAPHIC SOURCE

Kolesnikova M. E.

Local-historical and topographic descriptions of the North Caucasus as a genre of provincial historiography in the 2nd half of the 19th - the beginning of the 20th centuries are considered in the article. They were notable for the complexity of information, which allowed not only to reconstruct the past history of the region but also to observe the process of historical science "creation".

Key words: local history, geography and culture, local-historical and topographic descriptions, provincial historiography, a historiographic source, the North Caucasus.

В статье рассматриваются краеведческие и топографические описания Северного Кавказа как жанр провинциальной историографии второй половины XIX - начала XX в. Они отличались комплексностью сведений, позволяющих не только воссоздать историю прошлого региона, но и увидеть сам процесс «создания» исторической науки.

Ключевые слова: краеведение, краеведческие и топографические описания, провинциальная историография, историографический источник, Северный Кавказ.

УДК 930.25

Большинство сочинений провинциальных исследователей, историков-любителей второй половины XIX - начала XX были выполнены в форме краеведческих и топографических описаний, представляющих собой наиболее распространенный тип научной работы во второй половине XIX в. Им был присущ комплексный подход, одновременное наличие исторических, археологических, этнографических, статистических и географических сведений, иногда философ-ско-лирических отступлений авторов. Работы различались по форме, тематике, содержали разнообразный материал, который позволяет не только воссоздать историю прошлого того или иного региона, но и увидеть сам процесс «создания» исторической науки. Ведь, как отмечал С. Л. Пештич, «историческая наука создавалась не только ее корифеями, но и тысячами различных людей -историками и не историками, писателями и учеными, лицами гражданского, военного и духового звания, переводчиками и издателями, разрабатывалась в Москве и Петербурге, Оренбурге и Архангельске, Казани и Астрахани, в Сибири и на Украине и в других центрах России» (21, с. 77.). Современные исследователи, вслед за А. А. Севастьяновой, рассматривают факт существования провинциальной историографии, под которой понимается не только процесс историо-писания в российской провинции, но и его результат - комплекс работ историко-краеведческой направленности (4, 5, 24, 25). Провинциальная историография рассматри-