К вопросу о связи новогреческих говоров острова Карпатос с дорийским диалектом

К ВОПРОСУ О СВЯЗИ НОВОГРЕЧЕСКИХ ГОВОРОВ ОСТРОВА КАРПАТОС С ДОРИЙСКИМ ДИАЛЕКТОМ1

Резюме. В статье рассматривается вопрос о связи новогреческих говоров о. Карпатос с дорийским диалектом. Перечисляются примеры употребления дорийских черт в говоре на материале словаря говоров острова Карпатос, народных песен и записанных во время полевого исследования отрывков спонтанной речи. В заключении делается вывод, что связь с дорийским диалектом действительно есть, но на данный момент примеров черт дорийского диалекта немного, поэтому данный вопрос требует дальнего исследования.

Ключевые слова: новогреческая диалектология, говоры Карпатоса, дорийский диалект, койне, новогреческий язык, история греческого языка, дорийский [а].

Греческий остров Карпатос расположен в юго-восточной части Эгейского моря, между островами Родос и Крит. В силу

своего географического положения, удаленности от культурных

^ 2

центров, патриотичного менталитета жителей , свято чтущих свои традиции, он представляет огромный интерес для фольклористов и диалектологов. Карпатос изучался как лингвистами-выходцами с этого острова, так и греческими и зарубежными исследователями, занимавшимися сбором, обобщением и публикацией фольклорного материала острова. Самыми серьезными исследователями Карпатоса являются: Эм. Манолакакис (Маую-^акакп^ 1896), Д. Хавиарас (ХаРгарш; 1891), М. Михаилидис-Нуарос (МгхапШп^^оиаро^ 1928), Эм. Протопсалтис (Прюто-

1 Автор, следуя греческой традиции (КоутооолоиХос; 2001), разделяет понятия «говор» и диалект». Под понятием «говор» подразумевается форма языка более близкая к литературному языку, чем диалект.

Жителей Карпатоса отличает местный патриотизм и самосознание, четкое разделение на «мы» и «вы», понимая под «мы» свою деревню, а под «вы» всех остальных, постоянно сравнивая себя как общество, а не индивида, с другими обществами. Например, фразам аад ётааце ‘мы вам дали’, аад жцраце ‘мы у вас взяли’, цад жирате убфед, ебгца ‘вы у нас взяли невест, традиции’, жад етра’а^е, жад еуХеутоЬоаце тотед ‘как мы тогда ели, как мы праздновали’ придается оттенок собственного превосходства как социума (Кр^ттютл, Рафх^^ 2003: 32).

уа^тп<; 1933), К. Минас (M^va^ 1970; 2004; 2006), Минас. Ал. Алексиадис (A^s^ia§n? 1983; 1997). Из зарубежных ученых лингвофольклорные исследования проводили: Людвиг Росс (Ross 1840-1845), Ричард Доукинс (Dawkins 1971) и Самуэль Бод-Бови (Baud-Bovy 1984).

Для понимания современной языковой ситуации на острове следует сказать несколько слов о периодизации истории и языка. Основными периодами истории и, соответственно, языка являются: древнегреческий период, когда остров находился в ареале распространения дорийского диалекта; эллинистическо-римский период (III в. до н. э. - IV в. н. э.), период распространения эллинистического койне, поглотившего древнегреческие диалекты; византийский период (IV-XV вв. н. э.), когда начали образовываться основные новогреческие диалекты и говоры, в т. ч. и говоры остров Эгейского моря; период османского ига (1437-1912); период итальянского владычества (1912-1945). С 1945 по 1947 остров принадлежал Англии, а в 1947 г. перешел к Греции. С точки зрения языка, данная периодизация достаточно схематична, т. к. требует гораздо более тщательного рассмотрения. Вопросы о распространении койне, о практически полном исчезновении древнегреческих диалектов, о времени образования новогреческих говоров и об их связи с древнегреческими диалектами, являются наиболее спорными среди исследователей греческого языка.

Что касается датировки новогреческих говоров, несмотря на то, что можно достаточно точно определить момент, когда те или иные изменения в языке начинают отображаться в письменной речи, трудно определить время возникновения новогреческих говоров, так как разговорный язык не сразу стал фиксироваться на письме. В связи с этим вопросом среди многих языковедов и диалектологов возникли разногласия. Немецкий исследователь греческого языка А. Хайзенберг полагает, что новогреческие диалекты начали формироваться не ранее четвертого Крестового похода (начало XIII в.) (Heisenberg 1918: 20). Известный греческий языковед Г. Хатзидакис началом образования новогреческих диалектов считает рубеж XIV-XV веков (XaxZiSaKi^ 1915: 7), а А. Мейе в связи с данным вопросом упоминает еще более раннюю дату - VIII-IX вв. н. э. (Meillet 1921: 125). Вышеперечисленные исследователи и многие другие, кто придерживается такой датировки времени появления диалектов, основываются на свидетельстве появившихся

примерно в этот период письменных источников, в которых начинают отражаться диалектные неологизмы (на Кипре, Доде-канезах, Крите). Но диалект или говор не характеризуется только наличием неологизмов или заимствований из других языков, но и наличием архаизмов.

Поэтому другая группа ученых, принимая во внимание и архаизирующую лексику, придерживается точки зрения, что началом новогреческих диалектов и, соответственно, в целом новогреческого языка, является более ранний период: по мнению П. Кречмера, - примерно III в. до н. э. (Kretschmer 1921: 232), по мнению А. Тумба, - первые века Христианства (Thumb 1901: 166), по мнению Г. Анагностопулоса, корни новогреческих диалектов ведут к VII в. н.э. (Avayvrooxonou^o^ 1924: 103).

Но, несмотря на столь разные мнения о датировке новогреческих диалектов, нельзя не согласиться с фактом, что именно в период с 1204 по 1453 гг. формирование диалектов и говоров проходило очень интенсивно, что связано не только с внутренним развитием языка, но и с внешними факторами, такими как духовный и политический упадок Византии. Архаизмы и неологизмы в диалекте - это две разные стадии многовекового его становления и развития. Архаизмы - это своеобразная точка отсчета, а неологизмы - это конечная стадия формирования диалекта (M^va^ 2004: 33). Не совсем корректно приходить к заключению, что новогреческие диалекты не существовали, по-мнению Г. Хадзидакиса, до того времени, когда они были зафиксированы в письменных источниках, поскольку до XI века вся письменная традиция создавалась на книжном языке, но наряду с ней бытовал и разговорный язык необразованного, по большей части, не городкого населения. Но по некоторым косвенным источникам и упоминаниям, например, у византийских авторов X-XII веков (Михаила Пселла, Анны Комнин) можно предположить, что в это время диалектная речь была распространена.

Поскольку византийский греческий язык, или «позднегреческий койне» (Широков 2003: 386), считается, как пишет

О. С. Широков, предшествующей диалекту языковой формой, диалектологи чаще всего обращаются к ней в поисках корней тех или иных диалектных форм и не уделяют должного внимания эллинистическому койне. Но для изучения эволюции новогреческих диалектов и говоров, в особенности Крита, Кипра, Цаконии, Додеканез, Понта, Южной Италии, необхо-

димо исследовать как эллинистическии койне, так и древнегреческие диалекты соответствующих регионов. В подтверждение вышесказанного, можно отметить, что в говорах остова Карпатос сохранилось множество архаизмов, восходящих корнями к древенегреческому языку: карп. диал. ауо/лЬр!а

/апошЬгЧа/, п ‘бездождие’ < др.-гр. ауо^врга, п ‘бездождие’, карп. диал. аууеюу, то ‘улей’ < др.-гр. аууеТоу, то ‘сосуд’, карп. диал. ак!а, п ‘рыбья кость’ < др.-гр. акгд, п ‘острие’. карп. диал. кюХЬю, олимп. кюХюутСю4 /коПё/о/ ‘препятствовать’ < др.-гр. кюХюю ‘препятствовать’, карп. диал. ^аореЬ^ю /ksaor'evgo/ ‘исповедовать, открывать тайну’ < др.-гр. е^ауореЬю ‘высказывать, открывать тайну’, карп. диал. окЬХХ<х> ‘перемешивать’ < др.-гр. акбХХю, ‘разрывать, растрепывать’ и многие другие5.

С проблемой возникновения и преемственности новогреческих говоров, связан вопрос о распространении койне и судьбе древнегреческих диалектов. Самым привычным и распространенным ответом является то, что койне вытеснил все древние диалекты, которые теряются после I или III вв. н. э. Но многое указывает на то, что все развивалось не так стремительно. Существует множество доказательств, подкрепляющих противоположное мнение, что «господство койне на древнегреческих территориях не было абсолютным, и темпы его распространения были медленнее, чем мы обычно считаем, опираясь на свидетельство надписей и отсутствие других данных» (Тоолауак^ 1983: 265). По мнению А. Цопанакиса, нельзя не принимать во внимание тот факт, что влияние любого «общего языка» на область распространения единого диалекта не может означать полное поглощение диалекта, на котором говорили жители этой области, как считает Г. Хадзидакис и некоторые другие ученые (Ауаууюохопои^о^ 1924). Напротив, древние

3 Поскольку говор близок к литературному новогреческому языку, и различия небольшие, примеры для удобства чтения даются в греческой графике, а диалектные слова с особым произношением приводятся с транскрипцией.

4 Между говорами Карпатоса существуют некоторые разичия, на основе которых говоры принято делить на 4 группы: южная, центральная, северная и самая северная. Больше всего от остальных говоров отличается говор самой северной группы, к которой относится самая отдаленная из всех деревня Олимпос (MixanMSnc-Nouapoc; 1928: 9).

5 Примеры взяты из словара говоров Карпатоса под ред. К. Минаса (M^vac; 2006).

формы приспосабливаются к требованиям времени под влиянием внешних и внутренних факторов, а заимствуются общие формы с наиболее частым употреблением. В основном это касается морфологии, синтаксиса и общеупотребительной лексики и, в гораздо меньшей степени, фонетики и специальной лексики, например связанной с земледелием и скотоводством.

Как полагает А. Цопанакис, Г. Хадзидакис оказал огромное влияние на исследование новогреческого языка, внес ценнейший вклад в изучение языковых вопросов, поэтому его точка зрения, что древнегреческие диалекты полностью отступили под сильнейшим давлением койне, возникшем из аттического диалекта, затмила любое другое мнение. Но, по мнению А. Цопана-киса, не было проведено детальных исследований ни тех характерных черт древних диалектов, которые имели место в формировании койне и через него перешли в новогречекий язык, ни тех черт, которые перешли напрямую из древних диалектов в новогреческие говоры, миновав койне, продолжая существовть на своей исторической и географической территории в тех областях (таких как Карпатос), которые не претерпели сильного изменения населения и избежали в силу своего географичекого положения ощутимого влияния других культур. Детальный и внимательный анализ языка помог бы нам ответить на многие спорные вопросы. Через глубокий анализ особенностей современных греческих говоров можно узнать много нового как о древних диалектах, так и о койне.

Авторитетное мнение А. Цопанакиса и других диалектологов конца XIX века, более плотно занимавшихся фольклором острова (Thumb 1901: 42, ХаРгара^ 1891: 272, Прютоуа^тп<; 1933: 153), послужило основанием для анализа собранного диалектного материала на предмет наличия в нем черт дорийского диалекта. Также интересной при изучении данного вопроса была самоидентификация жителей деревни Олимпос, наблюдаемая во время полевого исследования на Карпатосе (21.08.2012-31.08.2012). Например, информант из деревни Олимпос, Махалис Зографидис сказал: «Мы дорийцы», а в деревне Отос другой информант, Илиас Василаракис, описал жителей деревни Олимпос следующим образом: «Те люди были дорийцами, они были людьми небольшими, низкими».

В данной статье мы попытаемся продемонстрировать те дорийские черты, которые сохранились в говорах Карпатоса. А также через фонетические, морфологические и лексические диа-

лектные особенности имеющегося материала мы попробуем проследить связь говоров острова с дорийским диалектом. Возможно, древний диалект представлен в говорах в большей степени, чем обычно считается.

Материалом нашего исследования являются народные песни и сказки острова, опубликованные с учетом всех диалектных особенностей, записанные с 1876 по 1913 год, и песни, зафиксированные во время полевого исследования (9 песен из деревни Олимпос, 3 песни из деревни Отос), а также записи разговоров с информантами в деревнях Менетес, Отос и Олимпос. Некототые примеры берутся из словаря говоров о. Карпатос (Мпу&<; 2006). На его материале можно выделить несколько особенностей дорийского диалекта. Их мы приводим далее.

I. Самой бесспорной чертой дорийского диалекта является сохранение дорийкого [а] на месте п в аттическом диалекте.

1) В топонимах, которые, как известно, являются самыми устойчивыми к языковым изменениям: Ахоюоа (атт. цхоша ‘звучащая’), Кат (атт. Кцтоу ‘сад’), Ха^ё^ (атт. хпХЧ зд. ‘ряд утесов’), Еаккаотарёа (атт. оща^ю загонять скот в стойло ).

2) В лексемах, связанных с названиями растений, земледелием и скотоводством, которые, как и топонимы, более устойчивы к изменениям: ажоирауод /apurnos/ - атт. ашрцуод ‘растение-колючка’, фако^а /шЬакип’1а/ (также встречается на Родосе - |лaккюy^а /шаккоп’1а/ и в Мани - Juagovv^Sа /шagun’iбa/ - Ваугакако^ 1994: 57) - дор. lлакюy^д, атт. /лщюу ’мак’; хаХод /%’а^/ ‘большая ветвь’ -атт. ХП^Ч ’стержень’; оаккат^ю ^акк’аё/о/, аоаккаотоу ^’ак^^оп/ - дор. оакаСю, атт. ощаСю ‘загонять скот в стойло’; киуо/лаХеа /ктоша1’еа/ (Олимпос), кюуо^аХа /ктоша1’а/ (ост. Карпатос), кюуо^аХоу /кт’оша1оп/ - дор. киуо/лаХёа, атт. уаокощХт ‘шалфей’, ноха^ощХгу. Пример употребления слова кюуо/иаХеа можно наблюдать в следующей мандинаде (двустишии):

Ереорш тот тоР Роакот аап ягааег о^еа Каг фоут^гаата т^ ерегкак каг т^к киуоцаХга.

(М^ас; 2006: 967) Я желаю, чтобы пастух взял свой посох И украсил бы его вереском и шалфеем

3) В общеупотребительной лексике: аХакатеа

/alakat’ea/ (также встречается на о. Сими - аХакатц /alak’ati/ и в Мани - аХаката /alak’ata/ (Ваугакако^ 1994: 57)) - дор. аХаката, атт. цХакатц ‘прялка’, /лароикшо/лёуод /marukjaz-m’enos/ ‘изнуренный болезнью, бессонницей’ - дор. ^ари-кю^аг, атт. ^прикао^аг ‘пережевывать’; аюущ&Хжод /sinom’alikos/ - дор. ovvo^aXi^, атт. ото^цХжод.

Также интересно заметить, что в отрывке, записанном нами в деревне Менетес (2011 г.), представляющем собой спонтанную речь информантки Софии Хадзипахули 88 лет, замечено употребление глагола цтау как ато(у):

«Ара axov6 о патера^ к’ n pava npoKoppsvoi к’аг ouXs'ogaasi

SKavav Kai аораашс;

ama ’aton o pat’eraj ф m’ana prokomm’eni ^e ul’evgasi

’ekanan ^e aorajj’es

‘Если были отец и мать хозяйственными и работали, делали и покупки

eпa^рvave [прожа] к’ oi бейтере^ корес;... ep’ernane [pr’ika] ф i 6’efteres k’ores брали [приданное] и вторые дочери...

Моо та проката ev ^ере поаа ато vа gрayel к’al ^^crav

m’oo ta pr’uata en ’iksere p’osa ’ato na gr’apsi ^e ’imastan

yio корес; акора еХейтерес;. jo k’ores ak’oma el’efteres.

Только овец, он не знал, сколько было, чтобы записать, а нас было две дочери еще незамужние.

Ev ^ере поаа ато к’е еше vа та рофааореу еую к’е, аерф'л рои та проката

en ’iksere p’osa ’ato ^e ’ipe na ta mir’asomen ey’o ^e aerfi mu ta pr’uata

Он не знал, сколько было, и сказал поделить мне и моей сестре

овец,

к’е к’™ос; ой^п xnv перю^а ап’ ^v а^п -..»

^e ^’inos ’uli tin perius’ia ap tin ’alli а тот [взял] все состояние из остального.’

Данный отрывок примечателен тем, что информантка никогда не жила за пределами не только острова, но и деревни, никогда не посещала школу, что является большой редкостью в

6 Следует отметить, что здесь и ниже отчетливо слышны конец предыдущего слова, оканчивающегося на а, и начало следующего, начинающегося с а, то есть не идет речь о слиянии гласных, или аферезе.

наше время. Но следует ометить, что этот случай единичен, на его основе нельзя делать выводы. Аналогичный вариант глакола цтау на данный момент не был встречен нами ни в записанных отрывках спонтанной речи информантов из той же местности (хотя речь информантов не была столь диалектна), ни в записях речи информантов из деревни Олимпос, ни в народных песнях.

II. Более спорными чертами дорийского диалекта, присутствующими в говорах Карпатоса, но о которых говорит А. Цопа-накис в своей статье «Еіпе БогібсЬє Шакк^опе іт Ми-griechischen» (ТБорапакеБ 1955), являются:

1. Произношение и как [и]: еоою [єб’и] (єаю ‘ты’), кроющую /кг’иууо/ (крЬ^ю ‘прятать’), хроиодд /хгиб’об/ (хриадд ‘золотой’), /лпроЬ/лоитта /Ъг’итиИа/ (икрою/лита ‘ничком’), кроифдд /кгаГоБ/ (крифдд ‘тайный’) и др. Пример такого произношения можно наблюдать в следующем отрывке из песни «О апохагргтю^о^», записанной в деревне Олимпос около 1891 года (Мі%ап^і§'Л?^о'иаро<; 1928):

’Мр аХ^Оєга аалп рои рат^р рои єла^pю

юс; пои уа врю тох хроиаохо /хгшох’о/ уа рои єхроиаюаєі

/єхгиб’обі/

^ хроиаохє /хгибох’є/ к’аі хро'баюає /хг’ибобє/ єууєа рпуюу аалп • •

‘Но правда, любовь свою я возьму с собой, пока не найду ювелира, чтобы он мне ее позолотил.

О ювелир, позолоти девятимесячную любовь...’

Хотя в таком же отрывке, записанном нами в 2011 году в деревне Отос, данная особенность уже не фиксируется:

М’ аХ^0єіа хпу ауалп сои ра^ рои єла^pю...

’Но правда, любовь твою я возьму с собой,

0а лаю уа врю то хриаохоо /хгібох’оо/ уа рои х^у єхриаюаєі /єхгіб’обі/ пойду найду ювелира, чтобы он мне ее позолотил.

^ хриоофєукє /хгібоГє^є/ хр'баюає /хг’ібобє/ єууіа рпуюу ауалп - • •

О озарящий золотом, позолоти девятимесячную любовь...’

2. Переход г в і перед а, о, ю: Хію /1’іо/ (Хею ‘говорить’), апокріатод /арокт’іаїш/ (апокре^атод ‘место под кроватью’) и т. д.

3. Ассимиляция сонорного с последующими глухими взрывными [к], [р], [1] (Мпу&<; 1987): еркоиттаї /’єг^Иє/ (єрхоутаї ‘приходят’), аиппеверод /бірр’є0єгоб/ (аю^пєвєрдд

‘сват’), ток коо/ло Локк’о/шо/ (тоу кооло ‘мир’), топ патера ЛорраГега/ (тоу патера ‘отца’), тот тогхо ЛоИ’Шо/ (тоу тогхо ‘стену’) и т. д.

4. Некоторые лексемы, восходящие корнями к дорийским: (в)ютирод (дор. вютиро; ’масло’); л1тоод (дор. л1ккод маленький); местоимение апатод, восходящее к дор. аитаитод ’тот самый’ (Тоолауак^ 1983: 333-346).

Из древнегреческого языка, но через койне в говоры Карпатоса перешли следующие особенности:

1) Отсутствие синизесы, т.е. произношение дифтонга Ца], как два разных звука [еа], ^а]: акеирёа /а1еуг’еа/ (акеирга ’каша из муки и воды’), лакрёа /шакг’еа/ (лакрга ’далеко’), лпкёа /шЛ’еа/ (лцХга ‘яблоня’), алvydаkёа /аш1уда1’еа/ (алиудакга ‘миндальное дерево’), фютга ЛЫЧа/ (фютга ‘пожар’), хро^ёа /хгоп’еа/ (хроуга ‘год’) и др. Данное явление широко распространено как в деревне Олимпос на Карпатосе, так и в Мани на Пелопоннесе.

2) Произношение двойных согласных и удвоение согласных (геминаты): коккако /к’окка1о/ (коккако ‘кость’), аццод /’ammos/ (аллод ‘песок’), аХХод /’а1^/ (аккод ‘другой’), АпрШцд /арг’П^/ (Апр^kцд ‘апрель’), рратга /шш’а^а/ (цатга ‘глаза’), поХХю /ро11’:1/ (покЬ ‘много’) и т.д.

3) Сохранение конечного -у: «уа пгаоолеу еуау апоаюкгу уа

Г Г Г Г У Г ГС

феууолеу уа пале ото опт, угатг еу ехег феууарг» давай возьмем головешку, чтобы освещать дорогу домой, потому что нет луны’ (М^а; 2006: 121).

4) Произношение сочетаний Ру, Р§, у§, ру, р§ как ^], [уё], [уё], ВД, [гё]/ рарМ /гауё’:1/ (ра^ ‘палка’), ерйола /еуёош’а/ (ердолада ‘неделя’), уйерю /уё’его/ (удерую ‘драть)’, аpgа /а^’а/ (аруа ‘поздно’), окорйод ^к’ог^/ (окордо ‘чеснок’), рещю /f’evgo/ (феюую ‘уходить’) и т.д.

5) Сохранение глагольных окончаний наст. или буд. вр. сов.

в. 3 л. мн. ч. -(о)оюогу и аориста или простого прошедшего вр. 3 л. мн. ч. -(о)аогу (Тоолауакп; 1983 «Ви^аутгака 8га^гктгка отог^ега от^У Кюуотаутгуо'бло^п» 265-267): Хьууоюту, ’а

ХЬооюту, еХЬоаагу (Хюуоюу, 0а Хбооюу, екюоау ‘развязывать’), ,оvkеvgаol (добкеюау ‘работать’) и т.д.

Итак, из представленных в работе примеров можно сделать вывод, что черты дорийского диалекта в говорах Карпатоса, несомненно, присутствуют, и их немало. Действительно, говоры острова достаточно устойчивы к языковым изменениям, так как сохаранили большое число архаичной лексики, некоторые

дорийские слова и особенности дорийского диалекта. Некоторые из них, например, дорийский [а], являются бесспорной чертой древнего диалекта и явно представлены в говорах, но скорее всего уже как лексическая, а не фонетическая особенность. Однако, следует заметить, что, помимо представленных примеров в работе, нами были проанализированы на наличие дорийского [а] ряд песен и двадцатиминутный разговор информантов 75-85 лет из деревни Олимпос. В них мы не нашли больше примеров, то есть данное явление встречается не часто. Отсюда можно сделать вывод, что в случае говоров Карпатоса трудно судить о прямой преемственности от дорийского диалекта, как, например, в цаконском диалекте (Кисилиер, Фед-ченко 2010: 47), но некоторая, даже весьма ощутимая, связь, как на уровне лексики, так и на фонетическом и морфологическом (местоимение апатод) уровнях, несомненно, есть, и не только, в говоре, как считается, самой консервативной деревни Олимпос, но и в говорах остальной части острова.

В заключение, необходимо отметить, что материал исследования на данный момент небольшой, и это в основном песни, которые имеют наддиалектный характер, поэтому выводы неокончательны и требуют дальнейшего исследования.

Литература

Елоева 2004 - Елоева Ф. А. Понтийский диалект в синхронии и диахронии. СПб., 2004 Кисилиер, Федченко 2010 - Кисилиер М. Л., Федченко В. В. «Евангелие Любви» (Иоанн 20: 19-25): цаконский вариант // Индоевропейское языкознание и классическая филология - XIV Ч. 2, 2010. С. 47-57.

Широков 1983- Широков О. С. История греческого языка. М., 1983. Широков 2003 - Широков. О. С. Языковедение. Введение в науку о языках. М., 2003.

АХє^іабпс 1983 - М^ас; АХ. АХє^іабпс;. Н єухилп Хаїк^ яоілоп ст^ КарпаОо: роpф'п-ХєlTO'opy^а-GnраG^а. Іюа-туа, 1983.

АХє^іабпС 1997 - М^ас; АХ. АХє^іабпс;. Н Хаоурафік^ єрєиуа тпс КарпаОои (1948-1997). АО^а, 1997.

АуаууюатолоиХос 1924 -АуаууюатбяоиХос; Г. Еюауюул єц №оєХХ^ік^ ДlаХєктоХоy^аv. А’ Пєp^ тпс архлс тюу уєюу єХХ^уікюу біаХєктюу // Е.Е.В.2. 1, 1924. 2. 93-108.

АпёпойБ 1976 - АпёпойБ N. Ьєхі^п der Archaismen іп пє^гієсЬібсЬєп Біак^п. Wein, 1976.

Ва^-Воуу 1984 - ВаМ-Воуу Б. Догаріо уіа то єХХ^іко б^ротіко трауойбі. КаилХіо, 1984.

Вауіакакос; 1994 - Вауіакакос; Д. В. Ко™а біаХєктіка Дю5єкаv^aоu каі М^пс // №оєХХ^ік^ ДlаХєктоХоy^а Т. 1, 1994. 2. 43-63.

Dawkins 1971 - Dawkins R. Notes from Karpathos // The annual of the British School at Athens No 9, 1971. P. 176-210.

Beck 1988 - Beck H.-G. Iaxop^a xnc BuZavxiv'nc §npra5ouc; Xoyoxe^a^. AO'nva, 1988.

riaKoupaKn 1994 - riaKoupaKn EXeuOep^a. Bu^avxiv^ EXXnviKn Kai veoeXXnviKec; SiaXeKxoi // NeoeXXnviK^ AlaXeкxoXoy^a. Topoc nproxoc;. AO^va, 1994.

Heisenberg 1918 - Heisenberg A. Dialekte und Umgangssprache im Neugrieschen. Munchen, 1918.

KovxooonouXoc 2001 - AiaXeKxoi Kai iSiropaxa xnc Neac; EXXnviK^c;. AO^va, 2001.

Kretschmer 1900 - Kretschmer P. Die Entstehung der Koine. Wein, 1900. Kretschmer 1921 - Kretschmer P. Glotta 11. 1921.

Kpnxoiroxn, Pa^xnc 2003 - Kpnxoiroxn M., Pa^xnc A. O xopoc oxov noXixopo xnc KapnaOou. AO^va, 2003.

MavroXaKaKnc 1896 - MavroXaKaKnc Ep. KapnaOiaKa. AO^vai, 1896. Meillet 1921 - Meillet A. Linguistique historique et linguistique generale. Paris, 1921.

Mnvac; 1970 - Mnvac K. Ta iSiropaxa xnc KapnaOou. AO^va, 1970.

Mnvac; 1987 - Mnvac K. A^opofoan xou eppwou pe xouc anxouc;

KXeiaxouc ^Ooyyouc axnv eXXnviK^ yXroaaa // npaKxiKa B' KunpioXoyiKo'o LuveSpfou, xop. F. Aeuк©a^a, 1987.

Mnvac; 2004 - Krovaxavxwoc; Mnvac;. MeXexec NeoeXXnviK^c;

AlaXeкxoXoy^a^. AO^va, 2004.

Mnvac; 2006 - Mnvac; K. Ae^iKo xrov iSiropaxrov xnc KapnaOou. AO^va, 2006.

MlxanX^5n^-Nouapo^ 1928 - MlxanX^5nc;-Nouapoc; Mix. r. AnpoxiKa xpayotiSia KapnaOou. AO^vai, 1928.

Newton 1972 - Newton B. The Generative Interpretation of Dialect. A study of modern Greek Phonology. Cambridge, 1972. nproxoyaXxnc; 1933 - nproxoyaXxnc; E. r. TpayotiSia Kai poipoXoyia xnc KapnaOou. 0eaaaXovten, 1933.

Schwyzer 1939 - Schwyzer E. Griechische Grammatik, 1. Munchen, 1939. Ross 1840-1845 - Ross L. Reisen auf den griechischen Inseln des Agaischen Meeres. 3 v. Stuttgart, 1840-1845.

Thumb 1901 - Thumb A. Die griechische Sprache im Zeitalter des Hellenismus. Strassburg, 1901.

Trudgill 2003 - Trudgill P. Modern Greek dialects. A preliminary Classificatiom // Journal of Greek linguistics 4, 2003. P. 45-64. Tsopanakes 1955 - Tsopanakes A. G. Eine dorische Dialektzone im Neugriechischen. Byzantinische Zeitschrift 48, 1955. P. 49-72. ToonavaKnc 1983 - Ayannxo^ r. TaonavaKnc;. SupPoXec; axnv laxop^a xnc eXXnviK^c; yXroaaac. 0eaaaXovten, 1983.

TaonavaKnc 1992 - Ayannxoc r. TaonavaKnc. PoSiaKa yXroaaoiaxopiKa peXex^paxa. AO^va, 1992.

XaPiapac 1891 - XaPiapac A. Zroypa^ioc ayrovac;. AO^va, 1891. XaxZiSaKic 1915 - XaxZiSaKic; r. Sovxopoc; laxop^a xnc eXXnviK^c;

yXroaanc. AO^va, 1915.

XaxZiSaKic; MNE - XaxZiSaKic; r. MeaairoviKa Kai Nea EXXnviKa, 1-2. AO^va, 1905-1907.

P. A. Rylik. On a connection between modern Greek idioms used on the Island of Karpathos and the Dorian dialect

The paper addresses certain aspects of a connection between idioms used on the Greek Island of Karpathos and the ancient Dorian dialect. The paper discusses the various modern views on the periodization of the history of Greek, on the influence of Koine on Ancient Greek dialects, and on links between Modern Greek and Ancient Greek dialects. Examples of Dorian features in the Karpathos dialect are provided to conclude that, though the Karpathos-Dorian connections appear to be evident, the number of the examples at hand is insufficient to postulate a direct succession.