Конституционные акты федеративных государств: особенности сравнительного диахронного и синхронного анализа

УДК 342

А. Д. Гуляков

кандидат юридических наук, доцент ректор Пензенского государственного университета Пензенский государственный университет, г. Пенза, Российская Федерация

А. Ю. Саломатин доктор юридических наук, доктор исторических наук, профессор заведующий кафедрой теории государства и права и политологии Пензенский государственный университет, г. Пенза, Российская Федерация

КОНСТИТУЦИОННЫЕ АКТЫ ФЕДЕРАТИВНЫХ ГОСУДАРСТВ: ОСОБЕННОСТИ СРАВНИТЕЛЬНОГО ДИАХРОННОГО И СИНХРОННОГО АНАЛИЗА

Аннотация. Конституционные акты могут многое сказать о федерализме. Сравнивая их, авторы используют диахронный и синхронный анализ. Первый является более полным, поскольку он базируется на исторической динамике, второй более понятен и ясен с прагматической точки зрения. Авторы применяют оба метода к анализу Конституции нескольких стран, включая США, Канаду, Австралию, Щвейцарию, Германию и Австрию. Авторы делают выводо о наличие резких различий в структуре конституций и в определении взаимоотношений между федеративным центром и субъектами. Авторы делают вывод, что из трех соседних европейских государств наименее централизованным является Швейцария, а наиболее централизованным - Австрия. Германия находится между ними где-то посередине.

Ключевые слова: федерализм; Конституция федеративных государств; диахронный анализ, синхронный анализ; сравнительный федерализм; Конституции США, Канады, Австралии, Швейцарии, Германии, Австрии.

A. D. Guliakov

Candidate of law, associate professor Rector of Penza State University Penza State University, Penza, the Russian Federation A. Iu. Salomatin

Doctor of law, Doctor of History, professor Head of department of Theory of State and Law, Political Science Penza State University, Penza, the Russian Federation

CONSTITUTIONAL ACTS OF FEDERATIVE STATES: PECULIARITIES OF COMPARATIVE DIACHRONIC AND SINCHRONUS ANALYSIS

Abstract. Constitutional acts may say a lot about federalism. Comparing them we use diachronic and synchronus analysis. The former is more copmlete because it is based upon historical dynamics; the latter is more understandable and clear from the pragmatic point of view. The autors apply both methods to the analysis of Constitutions of several countries, including USA, Canada, Australia, Switzerland, Germany and Austria. We see sharp differences in the structure of Constitutions and in defining of the relations between federative center and subnational units. Authors draw a conclusion that from three neighboring European states Switzerland is the least centralized, and the most centralized - Austria. Germany is in between somewhere in the middle.

Key words: Federalism; Constitutions of Federative States; Diachronic Analysis, Sinchronus analisis; Comparative Federalism; Constitutions of USA, Canada, Australia, Switzerland, Germany, Austria.

Сравнительное исследование текстов конституций федеративных государств, хотя и не может заменить процедуру компаративизации моделей федерализма конкретных стран, тем не менее способно дать некую предварительную

информацию для этой процедуры. Что такое федерализм? Существует множество оценок - от более узких до более широких. Так, Замзингер считает, что «Федерализм - это комплекс взглядов и учреждений. Цель его - объединить самостоятельно действующие группы для решения общих задач. Одно из важнейших проявлений федерализма - это федеративное государство» [9, с. 3]. «...интеграционный подход представляет федерализм как понятие, охватывающее территориальное деление государства, его исходные принципы, признаки и статус составных частей. Однако федерализм может трактоваться и как более широкое явление, которое включает в себя не только способ организации некоторых государственных объединений, но и определенного рода отношения (например, бюджетный федерализм), процесс (федерализация, деферализация). Еще один важный аспект в применении данного термина связан с тем, что федерализм «указывает на философию политической организации общества» [7, с.5].

По нашему мнению, последняя дефиниция не вполне конкретна. Поэтому мы бы предпочли трактовать федерализм как явление, совмещающее в себе как государственно-правовую, так и политическую реальность, связанную с особенностями территориальной организации государства. Федерализм - это одновременно и государственно-правовая, управленческая конструкция, и в то же время социальная и идеологическая инфраструктура, обеспечивающая её существование (Рисунок 1).

Можно разработать тот или иной конституционно-правовой документ. Но будет ли он выполняться? Поддержат ли его элиты и рядовые граждане? Не скажется ли негативно на его судьбе неблагоприятное внешнее окружение? Вопросов здесь возникает немало.

Рисунок 1 - Структурные компоненты федерализма

«Каждое федеративное государство уникально, следовательно, используя метод сравнительного анализа, можно выделить ряд так называемых моделей федерализма, каждая из которых отражает историческую, национальную, политическую и иную специфику конкретной федерации, определяя общие и особенные черты организации государственной жизни» [2, с. 28].

Однако что должно входить в подобную модель? Нам представляется, что модель должна описывать явление в динамике, а не демонстрировать некую ста-

тичную картинку. А это значит, что при моделировании мы должны проанализировать весь набор факторов, повлиявших на становление федерализма, показать особенности его генезиса, наметить основные этапы его развития. Однако строить модель без знания конституционных текстов и сравнения их между собой было бы неправильно. И наоборот, построив модель, мы можем лучше объяснить особенности конституционных текстов и дополнительно проверить наши умозаключения.

А теперь о самом сравнении конституционных актов. Оно может быть синхронным, а может быть диахронным. Диахронное сравнение для исследования проблем федерализма является более перспективным, поскольку оно предусматривает анализ документов в реальной исторической динамике, т.е. по мере их появления и, возможно, коррекции. Скажем, Конституция США была разработана в 1787 г., а Акт о Британской Северной Америке (т.е. первая Конституция Канады) - в 1867 г. Между ними пролегла целая историческая эпоха в 80 лет. Эта разновременность принятия данных двух актов не могла не сказаться на их содержании. Выявить и объяснить различия в текстах - интересная и важная задача.

Обратим внимание, например, на то, что Конституция США 1787 г. является более компактной и прагматично построенной вокруг принципа разделения властей. В ней 7 статей разного объема, первые три из которых описывают органы законодательной, исполнительной и судебной власти. Последующие статьи имеют дополняющий характер: 4-я посвящена взаимоотношениям центра и штатов, 5-я - регулирует процедуру поправок к Конституции, 6-я - носит сложносо-ставной характер, поскольку в ней говорится о сохранении в силе долгов предшествующей Конфедерации, о высшей силе Конституции перед любыми актами отдельных штатов, о присяге должностных лиц и т.д. 7-я статья - это одно предложение, упоминающее о кворуме из 9 штатов для ратификации Конституции [6, с. 29-40].

Федеративному государству в США предшествовало насыщенное десятилетие конфедеративной истории. Насколько федерация отличалась от конфедерации на американском примере, мы можем видеть из Таблицы 1.

Таблица 1

Ограничения на деятельность отдельных штатов согласно Статьям Конфедерации и Конституции США 1787 г.

Ограничения согласно Статьям Конфедерации Ограничения согласно Конституции США 1787 г.

Статья VI: Без согласия конгресса Конфедерации ни один штат не должен отправлять и принимать послов, заключать договоры, раздавать дворянские титулы. Два или более штата не могут заключать между собой союзы без согласия конгресса Конфедерации. Всякий штат имеет право содержать армию и военные корабли с ведома конгресса и обязан содержать милицию. Ни один из штатов не имеет право предпринимать войну без согласия конгресса, за исключением неминуемой опасности. Раздел 10 ст. I: Ни один из штатов не может заключать какие-либо договоры, вступать в союзы или Конфедерации, выдавать свидетельства на каперство и разрешения на репрессалии; чеканить монету; выпускать кредитные билеты; предусматривать выплату долгов, кроме как золотой или серебряной монеты; принимать какие-либо билли об опале, законы, имеющие обратную силу, или законы, нарушающие обязательства по договорам, а также жаловать дворянские титулы. Ни один из штатов не может без согласия конгресса облагать какими-либо сборами или пошлинами на ввоз или вывоз товаров... Ни один из штатов не может без согласия конгресса устанавливать тоннажные сборы, содержать в мирное время войска или военные суда, заключать соглашения или иные договорные акты с другим штатом или с иностранной державой либо вступать в войну, если только фактически штат не подвергся вторжению либо ему не грозит такая неотвратимая опасность, когда промедление недопустимо.

Как мы видим, что основной закон молодого государства стал результатом тщательного компромисса. И что важно- это государство превратилось в федерацию. В разд. 10 ст. I Конституции 1787 г. содержался более широкий список ограничений на деятельность штатов в сфере обороны и международных отношений, чем это предусматривалось ст. VI Статей Конфедерации.

Следует обратить внимание на то, что Конституция содержала и перечень запретов в сфере экономической деятельности штатов. В то же время Статьи Конфедерации, не ограничивая штаты в экономической сфере (см. ст. IX), предусматривали лишь некоторые экономические функции для конфедеративного союза и ставили их в зависимость от одобрения девятью из 13 штатов [1, с. 22-23].

Более подробно излагает конституционный материал Акт о Британской Северной Америке 1867 г. В этом документе 147 статей, размещенных по 11 разделам. 1-й раздел - это самые краткие предварительные положения, 2-й раздел фиксировал структуру федерации в составе 4 провинций и устанавливал проведение переписи населения через 10 лет, начиная с 1871 г. 3-й раздел напоминал о том, что исполнительная власть принадлежит британскому монарху и его генерал-губернатору. Наконец, только 4-й раздел рассматривал законодательную власть и делал это чрезвычайно подробно, подменяя по сути дела парламентские регламентные акты.

Таблица 2

Распределение законодательной власти в Канаде [5, с. 219-222]

Полномочия Парламента Канады Исключительные полномочия законодательных собраний провинций

1 Государственный долг и государственная собственность. 2. Регулирование торговли и обмена. 2 А. Страхование от безработицы. 3. Взимание денежных средств каким-либо способом или какой-либо системой налогообложения. 4. Займы за счет государственного кредита. 5. Почтовая служба. 6. Переписи и статистика. 7. Милиция, военная и морская служба и оборона страны. 8. Установление и уплата жалованья и вознаграждения гражданским и иным должностным лицам Правительства Канады. 9. Бакены, буи, маяки и намывные острова. 10. Судоходство и морские перевозки. 11. Карантин, устройство и содержание морских госпиталей. 12. Рыболовство на морском побережье и во внутренних водах. 13. Водные переправы между какой-либо провинцией и какой-либо британской или какой-либо другой страной или между двумя провинциями. 14. Денежное обращение и чеканка монеты. 15. Банковское дело, учреждение банков и выпуск бумажных денег и др. 1. Прямое обложение в пределах провинции для целей получения доходов на ее нужды. 2. Денежные займы исключительно за счет кредита провинции. 3. Учреждение и время осуществления провинциальных должностей, назначение и оплата должностных лиц провинции. 4. Управление и продажа государственных земель, принадлежащих провинции, и строевого и иного леса на них. 5. Учреждение, содержание и управление государственными тюрьмами и исправительными домами в провинции и для провинции. 6. Учреждение, содержание и управление госпиталями, приютами, благотворительными и богоугодными учреждениями в провинции и для провинции, за исключением морских госпиталей. 7.Муниципальные учреждения в провинции. 8. Патенты на торговые заведения, бары, гостиницы, аукционы и иные патенты на провинциальные, местные или муниципальные нужды и др.

Наличие 5-го раздела, посвященного Конституциям провинцией их устройства свидетельствовавшего о том, что Канада задумывалась её отцами-основателями как более централизованное, чем США, государство. Это же подтверждал и 6-й раздел, который распределял полномочия центром и субъектами.

Статья 91 фиксировала исключительные законодательные полномочия Парламента Канады. Заметно меньшим объемом компетенции обладали провинции, о чем было сказано в статье 92 (Таблица 2).

Австралийское федеративное государство сформировалось на треть века позже канадского, и у его отцов-основателей была возможность учесть опыт своих предшественников. Дебаты показывают, что среди разработчиков Конституции 1900 г. были как восторженно мыслящие американофилы, так и критически настроенные канадофобы [1, с. 98-99]. При этом накал страстей не был высоким (как, например, в США в 1787-1788 гг.), а сама процедура федерализации, откровенно говоря,затянулась.

В итоге занявшего целое десятилетие законотворчества родился документ в 8 главах и 128 статьях, который более четко выстроен вокруг принципа разделения власти, чем это имеет место в Акте о Британской Северной Америке, несмотря на то, что и Канада, и Австралия - это парламентские монархи во главе с британской королевой. В Конституции допускается должная степень детализации, что не подменяет специализированные регламентарные акты и одновременно не создает ненужные пробелы.

Само разделение полномочий между центром и субъектами носит не двухчастный, а четырехчастный характер, некоторые полномочия предоставляются исключительно центральному правительству, длинный перечень полномочий является совместными, но у центральной власти есть приоритет в правоприменении. Оставшиеся полномочия, не упомянутые в Конституции, должны оставаться за правительствами штатов. Некоторые области законотворчества находятся под запретом для обоих уровней власти исходя из интерпретации высоким судом секции 92 Конституции.

В Европе формирование федерализма было затруднено высокой плотностью населения, интенсивной межгосударственной конкуренцией, когда каждая из стран ревниво наблюдала за своими соседями и пыталась достаточно часто оказать на них влияние, длительное время сохраняющимися социальными, культурными пережитками, религиозными противоречиями. Маленькая, изолированная Альпами Швейцария испытала многовековой опыт конфедеративного общежития, который позволил ей относительно безболезненно адаптироваться в середине XIX в. к системе федеративных отношений. Принятая в 1848 г. Союзная Конституция даровала коллективному центральному правительству - союзному совету и двухпалатному законодательному органу - союзному собранию, самые необходимые, самые первичные функции, оставив максимально широкие полномочия за кантонами. «Конституцией 1848 года союзу было предоставлено право распоряжаться войсками в видах, поддержания внутреннего порядка и национальной независимости. Большую пользу нация извлекла из объединения чеканки монеты, мер и весов, почт; все это перешло в ведение союза. Кантоны предоставили ему исключительное право взимать пошлины на границах страны и монополию выделки пороха; они отменили многочисленные внутренние сборы и пошлины, получив взамен того некоторое вознаграждение» [8, с. 28].

Можно сказать, что Швейцарское государство оказалось более децентрализованным, чем США в конце XVIIte. Но США осуществлять централизацию было сложнее по причине стремительной территориальной экспансии на запад. Консолидацию Швейцарии объективно облегчали два обстоятельства: 1) традиционно высокий уровень демократии и набиравшая силу дальнейшая демократизация и 2) процессы индустриализации и социальных коммуникаций в самом центре Европейского континента. Предложения о централизации были первоначально

в 1872 г. провалены на всенародном голосовании, но после их корректировки, учитывающей интересы кантональной автономии, одобрены на референдуме в 1874 г. Тем самым Швейцария предприняла беспрецедентный шаг: за четверть века обновила свою Конституцию.

Конституция 1874 г. обращает на себя внимание исключительной простотой (можно сказать примитивностью). В ней три главы: 1-я фиксирует общие постановления, включая права и обязанности граждан, полномочия центральной власти и кантонов, взаимоотношения между ними (70 статей), 2-я - описывает союзные органы (48 статей), 3-я - касается вопроса пересмотра союзной конституции (6 статей в редакции 1891 г.). Главным политическим новшеством было принятие статьи 89, которая предусматривала участие граждан в законодательном процессе, о чем до этого велись интенсивные споры [3, с. 161-196]. Статья 89 гласила: «Союзные законы должны передаваться народу для принятия ими отклонения, если этого потребуют 30000 имеющих право голоса граждан или восемь кантонов. То же относится и к союзным постановлениям, имеющим общее значение и не имеющим характера неотложности» [5, с. 314]. Подобной демократической нормы не было ни в одной из конституций мира! Что же касается взаимоотношений центра и субъектов в федерации, то в Швейцарии был использован американский подход передачи последним всех остаточных полномочий. Более того, им были даны некоторые послабления в плане международного сотрудничества и горизонтальной интеграции.

В статье 9 говорилось, что «в виде исключения кантоны сохраняют право заключать с иностранными государствами договоры по делам, касающимся государственного хозяйства, соседских отношений и отношений полицейских; эти договоры не должны, однако, содержать ничего противного союзу или правам других кантонов». В статье 7 конкретизировались взаимоотношения между кантонами, которые имеют право заключать между собой соглашения по «вопросам законодательства, администрации и суда; они обязаны, однако, доводить их до сведения союзной власти, которой предоставлено право препятствовать их исполнению в том случае, если это соглашение содержит в себе что-либо противное союзу или правам других кантонов. В противном же случае соглашающиеся кантоны имеют право требовать содействия союзных властей для приведения соглашения в исполнение» [5, с.318]. Ничего подобного себе нельзя представить ни в конституционной теории, ни в конституционной практике США!

Несомненно, что диахронный анализ может дополнить синхронное рассмотрение конституционных документов. Правда, следует иметь ввиду, что оно менее ценно и показательно. В самом деле, в одном государстве сменилось множество конституций, а в другом действует одна и та же, которая обросла либо подзаконными актами, либо конституционными обыкновениями. Скажем, как можно механически сопоставить анахроничную Конституцию США и сверхсовременную Конституцию Бразилии 1988 г.- одну из самых пространных. В этой ситуации следует сравнивать реальную конституционную практику, а не формальные документы. И тем не менее синхронный анализ бывает полезным, особенно когда речь идет о конституционных актах примерно одной эпохи.

В той же Швейцарии в 1999 г. была принята очередная конституция - одна из наиболее ориентированных. Действующая Конституция Швейцарии состоит из преамбулы и шести частей, объединяющих 196 статей.

В первой части Конституции Швейцарии сформулированы принципы и цели построения и действия правового федеративного государства, а также индивидуальной и общественной ответственности. Государство провозглашается Швейцарской Конфедерацией, состоящей из 26 кантонов (20 кантонов и 6 полукантонов). Кантоны суверенны, поскольку их суверенитет не ограничен Союзной конституцией; они осуществляют все права, которые не переданы Союзу (Ст. 3). Как полагает В.Линдер, упомянутая «статья 3 Конституции считается более

действенной, чем принцип субсидиарности, который в случае конфликтной ситуации не всегда можно трактовать однозначно» [10, с. 37].

То, что касается всей Швейцарии, является компетенцией федерации (внешняя политика и внешнеэкономическая деятельность, оборона страны, вопросы денежного обращения, транспорт, экономическая политика, энергетическая политика, социальное страхование, налоги на предметы потребления, правовое регулирование во всех важнейших областях, таможенное дело, почта, телефон и телеграф). То, что можно регулировать на уровне кантона, остается полностью или частично компетенцией кантона (например, образовательная и социальная политика, строительство и здравоохранение, судопроизводство).

Усложнение проблем современного государства приводит к тому, что такой способ разделения полномочий часто оказывается недостаточным, так как существуют задачи, которые должны решаться в общегосударственных масштабах. Таким образом, разделение полномочий все равно приводит к необходимости сотрудничества и взаимодействия (к «кооперативному федерализму»). Фактически осталось очень немного областей, относящихся к исключительной компетенции кантонов. Зато становится все больше сфер взаимодействия Конфедерации и кантонов. Так, Конфедерация принимает законы, конкретизацию и исполнение которых она оставляет за кантонами (к примеру, благоустройство местности, гражданская оборона, полиция, ведающая делами иностранцев). Техническое развитие ведет к тому, что кантоны все больше становятся исполнительными органами Конфедерации. Федеральная администрация слишком малочисленна, чтобы самостоятельно контролировать исполнение законов (Таблица 3).

Таблица 3

Распределение полномочий между Союзом и кантонами в Швейцарии

Исключительная компетенция Союза Конкурирующая компетенция (компетенция, в которой конфедерация имеет право законодательствовать, но если она этого права не осуществляет, то принимать законы могут кантоны) Параллельная компетенция (конфедерация устанавливает задачи Общего характера, издавая законы или постановления общего значения, а конкретная реализация возлагается на кантоны) Исключительная компетенция кантонов

-военная сфера, - защита граждан и имущества в случае войны, - определенные виды налогов, - таможенное дело и доходы от таможен, - строительство и эксплуатация железных дорог, - монетная монополия и право чеканить монету, - эмиссия банковских билетов, - законодательство о правах и свободах, предусмотренных федеральной конституцией, и некоторые другие области - гражданское право, - интеллектуальная собственность, - уголовное право, - трудовое право, - въезд, выезд, пребывание и высылка иностранцев и др. - финансирование образования, - сфера публичных работ национального и регионального значения, - использование национальной дорожной сети и др. - поддержание порядка, - больничное дело, - коммунальное хозяйство и др.

Теперь обратим внимание на Конституцию Германии 1949 г. Она принадлежит к той же исторической эпохе после второй мировой войны, что и Конституция Швейцарии 1949 г., когда подробно стали прописываться социально-экономические права граждан и тщательно фиксироваться разделение полномочий между уровнями власти.

Конституция Германии 1949 г. официально называется Основным законом, поскольку при принятии этот акт рассматривался как временный: считалось, что конституция будет принята для всей Германии после преодоления ее раскола. Конституция ФРГ, выработанная в 1948-1949 гг. только для Западной Германии, т. е. для государства на территории трех западных оккупационных зон, в 1990 г. стала Основным законом для всей Германии. В основу акта были положены конституционные традиции Германии (Конституция 1871 г., Веймарская конституция 1919 г.), учтены конституционные тенденции межвоенного и послевоенного времени (например, «рационализация» в устройстве центральных органов государственной власти, точнее - в их отношениях), указания западных оккупационных властей.

Основной закон ФРГ исходит из двухступенчатого построения Федеративной Республики - на федеральном и земельном уровнях, при этом общины являются внутренним подразделением земель. Разграничение полномочий между федерацией и землями имеет в своей основе следующие принципы:

1. принцип взаимопомощи, когда проблемы решаются на том уровне, на котором главенствующими являются интересы и компетентность;

2. принцип приоритетности права целого (федерации по сравнению с правами отдельных членов федерации);

3. принцип презумпции компетенции земель, когда земли осуществляют полномочия до тех пор, пока Основной закон не предусматривает иного правового регулирования.

Само разграничение полномочий выглядит следующим образом (Таблица 4).

Таблица 4

Распределение полномочий между федеральным центром и землями в ФРГ

Исключительная компетенция Федерации Совместная компетенция Федерации и земель Исключительная компетенция земель

• международная политика ФРГ; • оборона; • гражданская оборона; • гражданство; • валюта; • режим мер и весов, точного времени; • таможня; • воздушное сообщение; • почта и телекоммуникации; • авторские права и иная интеллектуальная собственность; • федеральная государственная службу; • статистика и др. • гражданское право, уголовное право, исполнение наказаний, судопроизводство; • акты гражданского состояния; • гражданство в землях; • трудовое право; • сельское хозяйство; • экология; • судоходство; • дорожное движение и др. определяется по принципу остаточной компетенции, т.е. земля имеет исключительную свободу во всех вопросах, не входящих в федеральную или совместную компетенцию.

Наконец, ещё одним федеративным государством в центре Европы является Австрия. В этом случае не существует единого конституционного документа. Учредительным актом государства считается федеральный конституционный закон от 10 ноября 1920 г. (действует в редакции 1929 г. с последующими поправками), но кроме того в качестве конституционных законов действует ряд актов Австро-Венгерской монархии и времени ее падения. Существует также Федеральный конституционный закон о финансах. «Отдельные положения конституционного характера содержатся и во многих других федеральных актах (что допускается самой Конституцией в абз. 1 и 2 Ст.44)» [4, с.25].

И тем не менее, несмотря на раздробленность конституционного материала можно составить представление о взаимоотношениях центра и субъектов в Австрийской Республике (Таблица 5).

Таблица 5

Распределение полномочий между федеральным центроми землями в Австрии

Исключительная компетенция Федерации

Совместная компетенция

Совместная компетенция (вопросы, по которым федерации принадлежит право принятия рамочных законов, а землям -право издания конкретизирующих законов и исполнительное производство)_

Исключительная компетенция земель

1

2

3

1) Федеральная Конституция, в частности, выборы в Национальный совет и проведение народных голосований в соответствии с Федеральной Конституцией; юрисдикция по конституционным вопросам;

2) внешние сношения, включая политическое и хозяйственное представительство за границей, в частности, заключение всех государственных договоров; установление границ; товарооборот и торговля скотом с зарубежными странами; таможенное дело;

3) регулирование и надзор в отношении въезда на территорию Федерации и выезда из нее; иммиграция и эмиграция; паспортное дело; высылка; лишение прав на въезд, выселение и выдача, а также передача;

1) гражданство;

2) профессиональные представительства, если они не подпадают под действие статьи 10, однако за исключением таких представительств в области сельского и лесного хозяйства, а также в области деятельности инструкторов по альпинизму и лыжному спорту и спортивного обучения, находящегося в сфере собственной компетенции земель;

3) народное жилищное обеспечение, за исключением содействия жилищному законодательству и санации жилых домов;

4) дорожная полиция;

5) санитарно-гигиенические мероприятия;

1) призрение бедных; демографическая политика, когда это не подпадает под действие статьи 10; народные попечительские учреждения; социальное обеспечение материнства, младенчества и юношества; лечебные заведения и учреждения социального обеспечения; установление требований, предъявляемых с точки зрения нужд здравоохранения к курортам, а также курортным заведениям и учреждениям; природные источники;

2) публичные учреждения по внесудебному посредничеству при конфликтах;

3) земельная реформа, в частности, аграрные преобразования и переселение;

4

Продолжение Таблицы 5

1

2

3

4

4) федеральные фин ансы, в частности, государственные налоги, исключительно или частично взимаемые в пользу Федерации; монополии;

5) денежное обращение, кредитное, биржевое и банковское дело; меры и веса, стандарты и пробы;

6) гражданское право, включая право хозяйственных объединений, за исключением регулирования, устанавливающего административные ограничения для иностранцев в отношении купли-продажи земельных участков; уголовно-правовое регулирование, за исключением правового регулирования административной ответственности и производства по делам об административной ответственности, относящимся к сфере собственной компетенции земель; юстиция; учреждения по защите общества от лиц, совершивших преступления, безнадзорных и иных опасных лиц, такие, как исправительно-трудовые и подобные им учреждения; административная юрисдикция; авторское право; печать; ликвидация и изъятие в целях санитарии и иные виды изъятий, если они не затрагивают вопросы, относящиеся к сфере собственной компетенции земель; вопросы деятельности нотариусов, адвокатов и лиц родственных профессий и др._

6) судоходство по внутренним водам в той части, в которой оно касается судоходных концессий, судоходных сооружений и принудительных прав в отношении таких сооружений, если они расположены не на Дунае, Боденском озере, Нойзидлерском озере и не на пограничных участках других пограничных водных путей; водная и судовая полиция на внутренних водных путях, за исключением Дуная, Боденского озера, Нойзидлерского озера и пограничных участков других пограничных водных путей;

7) проверка на совместимость с окружающей средой проектов, предполагающих значительное воздействие на окружающую среду; если существует необходимость в издании единых предписаний, то требуется одобрение таких проектов.

4) защита растений от заболеваний и вред ителей;

5) электроэнергетика, если это не подпадает под действие статьи 10;

6) трудовое право, а также защита прав рабочих и служащих, занятых в сельском и лесном хозяйстве.

Определяется по принципу остаточной компетенции, т.е. земля имеет исключительную свободу во всех вопросах, не входящих в федеральную или совместную компетенцию.

Федерация и земли - своеобразные историко-политические образования, созданные австрийским народом и народом земель на основе общенационального права и права каждого народа на самоопределение. Однако государственный суверенитет может осуществляться ими только сообща. Поэтому федеральное государство должно предусмотреть наряду с конституционным разделением полномочий и предметов ведения между общефедеральными органами и землями, а также самостоятельностью земель, также и общие органы, которые делают возможным взаимное выравнивание полномочий и ответственность государства и земель друг перед другом и за федерацию в целом. Такого рода органы не могут стать основой для централистского господства, но смогут реализовать принцип «многообразия в единстве».

Итак, даже из чисто поверхностного синхронного сравнения конституционных текстов можно сделать вывод, что из трех соседних европейских государств наименее централизованным является Швейцария, а наиболее централизованным - Австрия. Германия находится между ними где-то посередине. Однако более обширный анализ национально-государственных особенностей федерализма требует более обширной процедуры с использованием всего многообразия подходов, включая сравнительное правоведение, сравнительное государствоведение и сравнительную политологию.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Гуляков А.Д. Основные модели федерализма. Сравнительный историко-государственный анализ/ А.Д. Гуляков. — М. : А-проджект, 2016. — 254 с.

2. Ившина И.Н. Создание федеративного государства: сравнительно-правовое исследование / Ившина И.Н. — М. : Юрлитинформ, 2014. — 328 с.

3. Курти О. История народного законодательства и демократии в Швейцарии / О. Крути. — СПб. : Тип. Н. Н.Клобукова, 1900. — 240 с.

4. Лексин И.В. Государственное устройство федераций в составе Европейского Союза / И.В. Лексин. — М. : Форум, 2014. — 272 с.

5. Современные Конституции: сборник действующих конституционных актов. Том 2. Федерации и Республики / пер. под ред. и со вступит. очерками пр.-доц. В.М. Гессена и доп. бар. Б.Э. Нольде.— СПб. : Изд. Юр. кн. склада «Право», 1907. — 655 с.

6. Соединенные Штаты Америки. Конституция и законодательные акты/ пер. с англ., сост. В.И. Лафитский, под ред. и со вступ. ст. О.А. Жидкова. — М. : Прогресс-Универс, 1993. — 768 с.

7. Хабибуллина Г.Р. Федерализм и федеративное государство (историко-правовое пособие) / Г.Р. Хабибуллина, Б.Л. Железнов — Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2006. — 146 с.

8. Эдамс и Коннингэм. Швейцария и её учреждения: (The Swiss confederation, by sir Francis Ottiwel Adams and Cunningham) : пер. с англ. / Эдэмс и Коннингэм. — СПб. : тип. С.В. Волпянского, 1893. — 320 с.

9. Linder W. Swiss Democracy: Possible Solution to Conflict in Multicultural Societies. N.-Y.: St. Martin Press, 1994, 272 p.

10. Samsinger E. Federalismus. Eine zei tgemaflige antwort aur die Herausfordenrungen an Gesellsehaft und staat von Heu te. Verlag fur Geschichte und Politik. Wein, 1984.

REFERENSES

1. Guliakov A.D. Osnovnye modeli federalizma. Sravnitel'nyi istoriko-gosudarstvennyi analiz [Main Models of Federalism. Comparative Historical and State Analysis]. Moscow, A-prodzhekt Publ., 2016, 254 p.

2. Ivshina I.N. Sozdanie federativnogo gosudarstva: sravnitel'no-pravovoe issledovanie [Creation of the Federal State: Comparative and Legal Research]. Moscow, Iurlitinform Publ., 2014, 328 p.

3. Kurti O. Istoriia narodnogo zakonodatel'stva i demokratii v Shveitsarii [History of the National Legislation and Democracy in Switzerland]. Saint Petersburg, Tip. N. N.Klobukova Publ, 1900, 240 p.

4. Leksin I.V. Gosudarstvennoe ustroistvo federatsii v sostave Evropeiskogo Soiuza [State System of Federations as a Part of the European Union]. Moscow, Forum Publ., 2014. — 272 p.

5. Gessen V.M., Nol'de B.E. (ed.) Sovremennye Konstitutsii: sbornik deistvuiushchikh konstitutsionnykh aktov. Tom 2. Federatsii i Respubliki [Modern Constitutions: the Collection of the Existing Constitutional Acts. Volume 2. Federations and Republics]. Saint Petersburg Pravo Publ., 1907, 655 p.

6. Lafitskii V.I., Zhidkova O.A. Soedinennye Shtaty Ameriki. Konstitutsiia i za-konodatel'nye akty [United States of America. Constitution and Acts]. Moscow, Progress-Univers Publ, 1993, 768 p.

7. Khabibullina G.R., Zheleznov B.L. Federalizm i federativnoe gosudarstvo (istoriko-pravovoe posobie) [Federalism and Federal State (Historical and Legal Benefit)]. Kazan, Izd-vo Kazan. un-ta Pub., 2006, 146 p.

8. Edams, Konningem The Swiss confederation, by sir Francis Ottiwel Adams and Cunningham. Saint Petersburg, S.V. Volpianskogo Publ., 1893, 320 p.

9. Linder W. Swiss Democracy: Possible Solution to Conflict in Multicultural Societies. N.-Y.: St. Martin Press, 1994, 272 p.

10. Samsinger E. Federalismus. Eine zei tgemaflige antwort aur die Herausfordenrungen an Gesellsehaft und staat von Heu te. Verlag fur Geschichte und Politik. Wein, 1984.

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ

Гуляков ¿Александр Дмитриевич — кандидат юридических наук, доцент, ректор Пензенского государственного университета, 440026, г. Пенза, ул. Красная 40, Российская Федерация, e-mail: rector@pnzgu.ru.

Саломатин Алексей Юрьевич — доктор юридических наук, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой теории государства и права и политологии, Пензенский государственный университет, 440026, г. Пенза, ул. Красная 40, Российская Федерация, e-mail: valeriya_zinovev@mail.ru.

AUTHORS

Guliakov Aleksandr Dmitrievich — Candidate of law, associate professor, rector of Penza State University, 40 Krasnaya Street, Penza, 440026, the Russian Federation, e-mail: rec-tor@pnzgu .ru.

Salomatin Aleksey Yurievich — Doctor of Law, Doctor of History, professor, Head of the Department State and Law Theory and Political Sciences, Penza State University, 40 Krasnaya Street, Penza, 440026, the Russian Federation, e-mail: valeriya_zinovev@mail.ru.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ СТАТЬИ

Гуляков А.Д. Конституционные акты федеративных государств: особенности сравнительного диахронного и синхронного анализа / А.Д. Гуляков, А.Ю. Саломатин // Электронный научный журнал «Наука. Общество. Государство». — 2016. — Т. 4, № 3  [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://esj.pnzgu.ru.

BIBLIOGRAPHIC DESCRIPTION

Guliakov A. D., Salomatin A. Iu. Constitutional Acts of Federative States: Peculiarities of Comparative Diachronic and Sinchronus Analysis. Electronic scientific joural «Science. Society. State», 2016, vol. 4, no. 3, available at: http://esj.pnzgu.ru (In Russian).