Расписанному — верить

Бюджет на 2023–2025 годы внесен в Госдуму без изменений, связанных с частичной мобилизацией. С большой вероятностью Белый дом не будет уже корректировать ни его статьи, ни бюджетный прогноз, утвержденный до 21 сентября. Запас прочности в бюджете на 2022–2023 годы по-прежнему очень велик, а характер изменений, которых может потребовать развитие событий до конца этого года, все равно предсказать невозможно — свобода действий Белого дома в корректировке текущего бюджета по крайней мере на следующий год сохраняется практически такой же, как и в этом году, и большей, чем в 2020–2021 годах.

Фото: Эмин Джафаров, Коммерсантъ

Бюджет на 2023–2025 годы со всеми документами бюджетного пакета внесен в Госдуму 28 сентября — за несколько дней до дедлайна 1 октября. Напомним, что базовые параметры бюджетной конструкции были утверждены правительством после нескольких совещаний в Кремле и Белом доме, прошедших до 21 сентября, хотя, очевидно, возможность для правительства в связи с объявленной частичной мобилизацией получить дополнительную отсрочку в принятии бюджета существовала. Из опубликованных законопроектов неочевидно, что в них уже внесены расходы по финансированию этих мероприятий, которые, впрочем, могут быть расписаны (как, по не подтвержденным “Ъ” официально сведениям, это сделано с тратами на предположительно присоединяемые к РФ четыре территории Украины) в закрытых статьях. При этом, по данным “Ъ”, правительство по крайней мере сейчас не планирует выходить с инициативами изменения бюджета в октябре-ноябре в ходе его обсуждения в Госдуме.

В любом случае бюджетный прогноз на 2023–2025 годы в бюджетный пакет попал в неизменном виде, притом что события последней недели и их последствия неизбежно внесут изменения, возможно, даже в его базовые предпосылки.

Дело не только в расходах на саму мобилизацию — Минэкономики и Минфину так или иначе приходится учитывать ее влияние на деловую и инвестиционную активность, уровни безработицы (мобилизация как минимум 0,3% рабочей силы неизбежно изменит их), доходы и сберегательные настроения домохозяйств, уровни потребления и, вероятно, инфляционные ожидания.

При этом изменить прогноз «на ходу», видимо, просто невозможно — технология составления федерального бюджета в РФ предполагает первичность прогноза для определения доходов, расходов и других основных параметров бюджета, а до ноября 2022 года, видимо, масштабы (а иногда и знаки) новых внешних шоков сколько-нибудь точно оценить невозможно, не говоря уже о ценах сырьевого экспорта, новых санкциях, возможностях работы платежной системы и не в последнюю очередь — о реакции экономики РФ на работу государства в режиме, сходном с военным, и об объемах запросов Минобороны и ведомств для перехода на эти рельсы.

Де-факто принято чисто политическое решение — бюджет принимается в том виде, в котором он планировался на начало сентября 2022 года, и теперь он имеет второстепенное значение в сравнении с оперативными решениями власти. Тем более что именно в 2022 году полномочия Белого дома стали даже шире, чем полученные в пандемию COVID-19 возможности изменять бюджетные расходы без изменения закона о бюджете (по согласованию с бюджетной комиссией Госдумы этот порядок сохранится и в 2023 году, на который, видимо, придется пик изменений). В 2022 году, отметим, бюджет предельно устойчив: как пояснил 28 сентября на брифинге глава Минфина Антон Силуанов, ведомство будет испытывать потребность в заимствованиях из Фонда национального благосостояния (ФНБ) для покрытия дефицита лишь в декабре 2022 года (несмотря на то, что бюджет дефицитен уже с сентября, а план расходования ФНБ в 2023 году — 3,2 трлн руб.).

В довольно напряженных обстоятельствах бюджетная свобода Белого дома пока надежно обеспечена финансовыми резервами.

Так, в бюджетный «пакет» без изменений интегрирован принцип, по которому правительство предпочитает увеличение внутренних займов расходованию ФНБ, при этом объемы его использования (2 трлн руб. в 2023 году, 0,6 трлн руб. в 2024 году, в 2025 году по итогам бюджетной консолидации в наихудшем варианте в фонде останется 1,64 трлн руб.— при буквальном, без изменений исполнении федерального бюджета и при постоянных ценах нефтеэкспорта ниже $62 за баррель) будут снижаться при возможности Минфина занимать на внутреннем рынке больше плана. Так, в 2023 году объем внутренних займов может быть дополнительно увеличен на 1 трлн руб. с соответствующей экономией ФНБ. Фонд, по словам Антона Силуанова, может при некотором сочетании обстоятельств и расходоваться (в том числе директивно на госинвестпроекты), и пополняться одновременно. Дополнительно к этой свободе Белый дом будет оперировать своим резервным фондом и поступающими в него остатками прошлых лет. Ужесточение бюджетной дисциплины в 2022 году, подтвердил министр, может увеличить этот резерв ориентировочно на 0,5 трлн руб.— например, за счет незаконтрактованных госрасходов.

Наконец, жесткая конструкция бюджета — с 2025 года она должна в результате применения бюджетных правил (они в бюджетном пакете определены предельно просто — это ежегодные базовые нефтегазовые доходы в номинальном размере 8 трлн руб., увеличиваемые на целевую инфляцию, 4%, ежегодно) сделаться еще жестче — дает Белому дому очень большую оперативную свободу: сейчас цифры доходов в федеральном бюджете даже с учетом изъятия «сверхдоходов» экспортеров не выглядят завышенными, хотя уже и не так низки: так, заложенная в бюджет средняя цена экспорта газа составляет порядка $700 за 1 тыс. куб. м. Тем не менее после сентября 2022 года ответить на вопрос о том, много это или мало, невозможно.

Так, базовой скрытой гипотезой для бюджета явно является предположение о том, что новый масштаб сокращения частного спроса в экономике РФ поглотит большую часть проинфляционных эффектов от роста госрасходов, а относительное падение цен на энергоносители в мире из-за проблем экономики ЕС (спада промпроизводства из-за высоких цен на газ), Китая (самая плохая динамика ВВП в 2022 году за много лет) и всего мира (сверхвысокая инфляция) обеспечит бюджет РФ стабильным курсом рубля. Пока это предположения, основывающиеся на опыте прошлых месяцев и лет. Как показывает практика 2022 года, теперь в том числе в бюджете стоит учитывать возможность событий, которые ранее казались абсолютно фантастичными.