Революционные события февраля 1917 года в Орле и тактика действий губернатора

Правовые и политические аспекты управления

Букалова С.В.

Революционные события февраля 1917 года в Орле и тактика действий губернатора

Букалова Светлана Владимировна — кандидат исторических наук, доцент, Орловский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Орел, РФ. E-mail: STL1612@yandex.ru SPIN-код РИНЦ: 2115-8647

Аннотация

Статья посвящена характеристике личности графа П.В. Гендрикова и его деятельности на посту орловского губернатора во время падения монархии в России. На этом примере раскрывается роль губернатора в провинциальной истории, тема взаимодействия центра и периферии, включая проблему лояльности провинции по отношению к царской власти и тактику действий губернаторов в дни Февральской революции. Автор приходит к выводу, что роль провинции и губернских властей в революционных событиях февраля 1917 года была пассивной, в чем отразилась жесткая централизация государственного управления в Российской империи.

Ключевые слова

Российская провинция, Орловская губерния, элита, губернатор, Февральская революция, личность в истории.

Под влиянием Первой мировой войны цели и механизмы государственного управления Российской империи претерпели определенные изменения: в круг его первоочередных задач вошла мобилизация всех сфер общественной жизни на нужды тотальной войны, что потребовало расширения государственного регулирования, создания чрезвычайных органов управления (Особых Совещаний), инкорпорации системы местного самоуправления в систему государственного управления. Исходя из трансформации функций государственного управления во время мировой войны, этот период следует выделять в качестве самостоятельного этапа его исторической эволюции1.

Положение чрезвычайной охраны, повсеместно введенное после объявления мобилизации, повысило значение фигуры губернатора в жизни подчиненной ему местности. Права Главноначальствующего позволяли ему издавать от своего лица обязательные постановления, регулировавшие как экономическую, так и общественную сферы жизни губернии и имевшие на ее территории силу закона. Как справедливо отмечают исследователи местного управления, военные условия

1 Букалова С.В. К вопросу о месте Первой мировой войны в периодизации истории государственного управления // Среднерусский вестник общественных наук. 2014. № 3. С. 284.

поставили региональную администрацию перед лицом внезапно возникших внештатных ситуаций и нестандартных задач. Самодержавие, уверенное в эффективности традиционных методов управления, продолжало полагаться на устранение проблем паллиативными решениями. Губернаторы действовали бессистемно, руководствуясь зачастую лишь требованиями момента2. Полномочия Главноначальствующего еще более усиливали значение личности губернатора для организации жизни провинции в экстремальных условиях. В настоящей статье предлагается на примере Орловской губернии проследить влияние на управление губернией субъективного личностного фактора и объективных исторических обстоятельств, рассматривая историческую личность через совокупность неповторимых индивидуальных качеств и устойчивых собирательных характеристик3.

Обращаясь к падению монархии в России, мы сталкиваемся с горячим общественным интересом к событиям столетней давности и отсутствием в научном сообществе консенсуса относительно алгоритма происходивших событий, соотношении закономерного и случайного, организованного и стихийного, о взаимодействии столицы и провинции, о существовавших возможностях и альтернативах. Наряду с многочисленными трактовками событий в Петрограде всего несколько работ освещают падение самодержавного строя в провинции4. В этой связи мы вправе задаться вопросом, насколько лояльна старой власти была провинция в целом и «хозяева губерний» в частности; какую стратегию действий выбирали губернаторы в сложной обстановке февральско-мартовских дней, и мог ли Николай II рассматривать губернаторский корпус как опору для сохранения собственной власти?

По своему должностному положению губернаторы входили в число высшей административно-бюрократической элиты Российской империи, являясь

2 Минаков А.С. Губернаторская власть в годы Первой мировой войны // Российская история. 2014. № 5. С. 71-72.

3 Белгородская Л.В. Образы российской имперской элиты на страницах англо-американских энциклопедий и справочников XX-XXI веков // Вестник архивиста. 2012. № 3 (119). С. 153.

4 Например: Алексеев И.Е. Революционные события февраля — марта 1917 года в Казани: реакция «верхов» // Революция 1917 года в России: новые подходы и взгляды. Сборник научных статей / Редакционная коллегия: А.Б. Николаев (отв. ред. и сост.), Д.А. Бажанов, А.А. Иванов. СПб.: Каф. русской истории РГПУ им. А.И. Герцена, 2012. С. 16-37; Бурджалов Э.Н. Вторая русская революция. Москва. Фронт. Периферия. М.: Наука, 1971; Кабытова Н.Н. Власть и общество российской провинции в революции 1917 года. Учебное пособие. Самара: Изд-во Самарского университета, 2002; Тропов И.А. Революция и провинция: Местная власть в России (февраль — октябрь 1917 года). СПб.: Европейский Дом, 2011; Шестопалова Т.М. Февральская революция: провинциальное измерение: дис... канд. ист. наук. Пенза, 2011. Отметим, что эти работы либо имеют частичный географический охват, либо лишь частично посвящены февральским событиям в провинции.

«начальниками губерний» и представляя на их территории особу императора5. Доминирование бюрократии над остальными факторами исторического процесса и жесткая иерархичность государственной власти, характерная для дореволюционной России, приводили к тому, что административно-бюрократическая элита являлась поистине квинтэссенцией «старого порядка»6. Авторитетный исследователь прошлого и настоящего российской элиты О.В. Гаман-Голутвина указывает, что политическое развитие России традиционно характеризуется особой значимостью субъективного фактора, определяющей особую роль политической элиты как субъекта политического управления, что позволяет ей дать оценку Февральской революции как «революции сверху» и заключить, что «судьба монархии была решена в узком элитарном кругу»7.

В то же время к моменту февральских событий российская политическая элита была социально неоднородна. Верхушка бюрократии, составлявшая политическую элиту империи, в сословном отношении принадлежала к дворянству, однако при этом имела довольно разнообразное происхождение. Исследователи констатируют существование в Российской империи одновременно двух взаимопересекающихся элит: положение одной определялось служебным статусом, положение другой было связано с происхождением, наделявшим ее закрепленными в законе привилегиями8. К 1917 году недворяне, лица, выслужившие потомственное дворянство и их ближайшие потомки, а также не имеющие поместий «старые» дворяне составляли подавляющее большинство среди всех категорий бюрократической элиты. Характерными чертами этого слоя бюрократии С.В. Куликов называет демократичность и образованность, видя причину Февральской революции не в закрытости бюрократической элиты, а в ее чрезмерной открытости, что привело к усилению социальной гетерогенности правящей верхушки и ослаблению силы сопротивления бюрократической элиты натиску общественной контрэлиты9. В составе административно-бюрократической элиты поздней Российской империи Г.С. Чувардин предлагает выделять страту военно-

5 Минаков А.С. Губернаторский корпус и центральная власть: проблема взаимоотношений (по материалам губерний Черноземного Центра второй половины XIX — начала XX вв.). Орел: Издательский Дом «Орлик», Издатель Александр Воробьев, 2011. С. 80.

6 Куликов С.В. Социальная эволюция бюрократической элиты Российской империи в начале ХХ века // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Сер. Гуманитарные науки. 2012. № 1. С. 29.

7 Гаман-Голутвина О.В. Политические элиты России: Вехи исторической эволюции. М.: РОССПЭН, 2006. С. 3.

8 Каменский А.Б. Элиты Российской империи и механизмы административного управления // Российская империя в сравнительной перспективе. Сборник статей / Под ред. А.И. Миллера. М.: Новое издательство, 2004. С. 119-120.

9 Куликов С.В. Указ. соч. С. 33.

политической элиты, называя такие ее черты, как родовитость, связь с военной службой и консервативно-охранительные настроения10. Таким образом, события Февральской революции можно рассматривать через призму взаимоотношений различных групп бюрократической элиты и верховной власти, представленной императором; элиты и контрэлиты; наконец, элиты и массы.

Анализ тактики действий орловского губернатора в дни Февральской революции помогает реконструировать стратегию поведения наиболее лояльной самодержавию части элиты в момент перехода власти от Николая II ко Временному правительству.

Начало Первой мировой войны встретил на посту орловского губернатора действительный статский советник С.С. Андреевский, к тому времени занимавший свою должность в течение восьми лет. В декабре 1915 года Андреевский был назначен сенатором и отбыл в Петербург11. Губернию возглавил А.В. Арапов, до того служивший симбирским губернатором. Уже в конце 1916 года он был переведен на должность вологодского губернатора12. Губернское дворянское собрание подало просьбу об оставлении его в губернии13, однако если мы ближе познакомимся с личностью преемника Арапова, нам станет ясна вся тщетность этих усилий.

Последний губернатор Орловской губернии разительно отличался от всех своих предшественников. Им стал 33-летний Петр Васильевич Гендриков. Его отличал не только парадоксально «юный» для занятия высших должностей возраст (в 26 лет П.В. Гендриков стал курским вице-губернатором), но и принадлежность к высшей аристократии империи. Род Гендриковых происходил от Христины Скавронской, родной сестры Екатерины I (Марты Скавронской), и ее мужа — С.Л. Гейнриха. Закономерно, что и в начале ХХ века Гендриковы принадлежали к высшим придворным кругам. Гендриков-младший начинал типичную для своего круга военную карьеру. Окончив Морской кадетский корпус, он закрепился на суше, переведясь в кавалергарды, а в 1909 году был зачислен в запас в чине поручика гвардии14.

10 Чувардин Г.С. Военно-политическая элита и проблема социокультурной стратификации государственно-политического пространства Российской империи пореформенного периода // Ученые записки Орловского государственного университета. Серия: Гуманитарные и социальные науки. 2010. № 3-2. С. 58.

11 Орловские губернаторы / Под общ. ред. И.Я. Мосякина; составит. О.М. Трохина, Л.Л. Корчева, А.А. Воробьев. Орел: Вешние воды,1998. С. 212.

12 Там же. С. 214-217.

13 Орловский вестник. 1917. 3 января.

14 Орловские губернаторы. С. 219.

П.В. Гендриков начал гражданскую карьеру, будучи сразу же назначенным исполняющим должность курского вице-губернатора при губернаторе М.Э. Гильхене.

В пореформенный период руководство губерниями все чаще доверялось людям незнатного происхождения, прошедшим долгую школу гражданской службы. Как правило, начальной ступенькой для нее становилась должность земского начальника или участие в сословном дворянском самоуправлении. П.В. Гендриков не имел подобного опыта, хотя одновременно со своим назначением на вице-губернаторский пост он был избран уездным предводителем дворянства как харьковский помещик. При своем назначении на должность вице-губернатора Гендриков получил чин коллежского асессора (VIII класса), а в 1913 году был произведен в надворные советники (VII класса). В XIX — начале XX веков должность вице-губернатора соответствовала V классу чинов Табели о рангах, губернатора и градоначальника — IV классу15. Однако формальное несоответствие чина классу должности не помешало началу гражданской карьеры Петра Гендрикова. Он был утвержден в вице-губернаторской должности лишь после получения чина надворного советника, при преемнике Гильхена, губернаторе НИ. Муратове.

Шесть с половиной лет прослужил П.В. Гендриков курским вице-губернатором и был готов подняться на следующую ступеньку карьерной лестницы — занять губернаторскую должность.

Идущая полным ходом Первая мировая война превратила провинцию в тыл и поставила перед местным управлением принципиально новые задачи. В этой обстановке возросла частота ротации губернаторского корпуса, средний срок пребывания в должности губернатора значительно сократился. За 1915 год в Курске сменилось четыре губернатора: на смену прослужившему без малого три года Н.И. Муратову последовательно пришли: А.А. Катенин (23 февраля — 30 апреля), С.Д. Набоков (26 мая — 17 августа) и Н.Л. Оболенский (15 сентября — 7 декабря), которого сменил А.К. фон Багговут16. Примечательно, что сестра фон Багговута Елизавета Карловна была фрейлиной императрицы Александры Федоровны, так же как и сестра Гендрикова Анастасия.

15 Шепелев Л.Е. Титулы, мундиры, ордена в Российской Империи. Л.: Наука, 1991. С. 156.

16 Степанов В.Б. Наместники и губернаторы Курского края (1779-1917). Исторические очерки. Курск: Издательство МУП «Курская городская типография», 2005. С. 235.

За все это время на П.В. Гендрикова в общей сложности в течение восьми месяцев непосредственно возлагалось заведывание делами по управлению губернией17. Вероятнее всего, в период смены первых лиц в губернии их обязанности также исполнялись вице-губернатором, но губернаторскую должность вслед за этим «испытательным сроком» он не занимал.

В мае 1916 года Гендрикову удалось получить чин коллежского советника (VI класса) и должность курляндского губернатора, но она явно не соответствовала его целям: к тому времени Курляндская губерния уже почти год была оккупирована немцами, и никаких стратегических планов относительно ее скорейшего освобождения не строилось. Поэтому после двухмесячного пребывания в г. Юрьеве, вместо утверждения в должности, Гендриков был переведен на аналогичную позицию в Орловскую губернию. Как он сам сообщает в своих воспоминаниях, этому предшествовало его двухмесячное пребывание в Петрограде18, занятое, очевидно, хлопотами о своем более перспективном назначении. Любопытно, что последним «действующим» губернатором Курляндии был С.Д. Набоков, переведенный после отступления русской армии на пост курского губернатора, при котором П.В. Гендриков служил вице-губернатором.

Орловским губернатором Гендриков был назначен 6 декабря. С одной стороны, имея многолетний опыт службы вице-губернатором, П.В. Гендриков должен был хорошо представлять особенности и проблемы аграрного центра России. С другой стороны, поспешное перемещение предыдущего губернатора Арапова, явное «освобождение» должности под нового соискателя неоспоримо свидетельствует о том, что к концу 1916 года Орловская губерния воспринималась в столице как спокойная, не требующая от губернатора экстраординарных усилий и талантов. Возможно, что пост губернатора, занятый уже в 33 года, рассматривался им как промежуточная ступенька на пути в высшие властные круги. Однако долгожданный губернаторский пост оказался для П.В. Гендрикова не подарком судьбы, а ответственной должностью. Ему предстояло пробыть орловским губернатором всего около двух месяцев, так и не

17 Подсчитано по: Государственный архив Орловской области (далее — ГАОО). Ф. 4. Оп. 2. Д. 87. Л. 4 об.—10.

18 Гендриков П.В. Первые дни революции в Орле // Якобий И.П. Император Николай и революция. М.: Общество святителя Василия Великого, 2005. С. 667.

будучи официально утвержденным (вероятно, препятствовало несоответствие чина классу должности19), и встретить на своем посту Февральскую революцию.

В середине февраля П.В. Гендриков провел неделю в Петрограде и наверняка был весьма хорошо осведомлен о настроениях в высших кругах столицы. Но в противоположность творившемуся в газетах и на трибуне Думы, ситуация в провинции оставалась довольно стабильной. В начале 1917 года большинство населения Орловской губернии оставалось вполне лояльным как высшей власти, так и местной государственной администрации; губернатор имел достаточно полномочий для контроля ситуации.

В конце февраля до жителей губернии дошли слухи о волнениях в Петрограде. 25 февраля прекратился выпуск столичных газет, а затем на два дня была потеряна связь со столицей. Губернская власть также оказалась в ситуации информационного вакуума. Примечательным является то обстоятельство, что ни монарх, ни его оппоненты в момент противостояния не пытались обращаться к большей части страны. Царь ограничивался телеграфными сношениями с весьма узким кругом лиц; также и силы, старавшиеся возглавить народное движение в Петрограде, не брали в расчет остальную Россию. Лишь 28 февраля в первом номере «Известий Петроградского Совета рабочих депутатов» были опубликованы Манифест ЦК РСДРП «Ко всем гражданам России» и воззвание Петроградского Совета «К населению Петрограда и России». Однако обнародование этих обращений было формальным жестом, так как каналов их распространения за пределами столицы и пригородов не существовало.

Назначенный комиссаром Министерства путей сообщения депутат-прогрессист, екатеринбургский инженер-путеец А.А. Бубликов к концу дня 28 февраля наконец-то распорядился разослать по всей железнодорожной сети телеграммы, из которых страна узнала о произошедшем20. Той же ночью во все города были направлены телеграммы об образовании Думского комитета за подписью Родзянко21. В Орле к часу дня 1 марта такие телеграммы были получены городским головой и председателем губернской земской управы. Традиционная губернская вертикаль власти по существу игнорировалась. Орловский губернатор получал судьбоносные известия

19 Лысенко Л.М. Губернаторы и генерал-губернаторы Российской империи (XVIII — начало XX века). Издание 2-е, исправленное и дополненное. М.: Изд-во МГПУ, 2001. С. 183.

20 Бубликов А.А. Русская революция (ея начало, арест царя и перспективы). Впечатления и мысли очевидца и участника. Нью-Йорк, 1918. С. 21.

21 Октябрьское вооруженное восстание (Семнадцатый год в Петрограде). В двух книгах / Под ред. С.Н. Валка, Р.Ш. Ганелина, Е.Я. Зазерского и др. Л.: Издательство «Наука», ленинградское отделение, 1967. Кн. 1. На путях к социалистической революции. Двоевластие. С. 83.

«из вторых рук» — от начальника железнодорожного жандармского управления и от лидеров самоуправления22.

В обстановке исторической неопределенности губернатор Гендриков принял решение сохранять статус-кво, опираясь на силы орловского гарнизона. На совещании начальников различных ведомств, собранном губернатором, было решено дожидаться непосредственных распоряжений легитимной верховной власти. Около всех значительных учреждений были расставлены армейские караулы. Была отслужена традиционная панихида по императору Александру II23.

1 марта Петр Васильевич опубликовал обращение «К населению Орловской губернии», в котором призывал сохранять спокойствие и не нарушать порядка24. К обнародованию воззвания губернатора подтолкнуло желание сохранить стратегическую инициативу за официальной вертикалью власти. По мысли губернатора, главным мотивом воззвания был призыв «спокойно и трезво выжидать разрешения происходящих в Петрограде событий, пока сам государь император не укажет нам, кому мы должны подчиниться».

На следующий день было повторно собрано совещание при губернаторе, однако теперь уже это было сделано по инициативе начальника гарнизона генерал-лейтенанта Никонова, который предложил подчиниться Временному правительству, доказывая, что «упорство грозит тяжелыми осложнениями»25. Никонов сообщил, что командующий войсками Московского военного округа арестован — это свидетельствует, что у начальника орловского гарнизона были собственные источники информации. Однако губернатор и остальные участники совещания не поддержали идею Никонова. Тем не менее к трем часам дня 2 марта начальник орловского гарнизона заявил о поддержке переворота и направил телеграмму о признании власти Временного правительства.

Состоялось экстренное заседание Орловской городской думы, на котором был образован коалиционный Комитет общественной безопасности под председательством члена городской управы С.Д. Богословского26. В него вошли также губернский предводитель дворянства князь А.Б. Куракин и председатель губернской земской

22 Гендриков П.В. Указ. соч. С. 668.

23 Там же.

24 Орловские губернаторы. С. 220.

25 Гендриков П.В. Указ. соч. С. 681.

26 ГАОО. Ф. 81. Оп. 1. Ед. хр. 16. Л. 23-24.

управы С.Н. Маслов. Комитет принял на себя управление губернским центром, заявив о своем подчинении Временному правительству.

3 марта в Орле начались массовые манифестации. Центром притяжения для демонстрантов стала городская дума. Генерал Никонов заявил о подчинении войск городского гарнизона Комитету общественной безопасности и возглавил шествие частей «на извозчике и с огромным красным флагом»21. Были освобождены заключенные из городской тюрьмы, губернатор же, со своей стороны, распустил полицию. В своих воспоминаниях он объясняет этот шаг желанием избежать жертв среди полицейских — следовательно, он был детально осведомлен о происходившем в охваченной революцией столице.

В ночь на 4 марта Гендриков получил телеграфное сообщение об отречении Николая II и отказе великого князя Михаила Александровича вступить на престол до решения Учредительного Собрания. Утром для оглашения последнего манифеста губернатор собрал начальников правительственных учреждений и учебных заведений, а также пригласил епископа Макария. Собрание направило председателю Государственной думы и председателю Совета министров телеграмму о поддержке Временного правительства, о чем уведомил председателя Комитета общественной безопасности, полицмейстеров и начальников полиции губернии. После этого все полицейские чиновники Орла во главе с помощником пристава пришли в думу с заявлением, что передают себя в распоряжение Комитета общественной безопасности.

Так как в состав комитета вошли лица, принадлежавшие к губернской элите и не разделявшие радикальных настроений, то, получив свидетельство о лояльности губернатора, комитет с готовностью выразили ему свое доверие и готовность к совместной работе. На заседании Орловского Совета рабочих депутатов также была поддержана инициатива Гендрикова «организовать порядок в губернии при участии Комитета». До получения ответа на запрос, посланный председателю Временного правительства о том, кому надлежит осуществлять власть в губернии, было решено передать руководство ею бывшему губернатору и четырем представителям Комитета общественной безопасности28.

Таким образом, итогом всех происходивших в Орле революционных событий стало появление некой новой схемы управления, распространявшейся только на

27 Гендриков П.В. Указ. соч. С. 682.

28 Орловские губернаторы. С. 221.

губернский центр, но возглавляемой по-прежнему губернатором. Однако ей было суждено просуществовать всего несколько дней. 6 марта телеграммой председателя Временного правительства кн. Львова губернатор был «временно отстранен» от должности. Губернским комиссаром Временного правительства был назначен С.Н. Маслов.

Вместе с падением династии были потеряны и перспективы карьерного роста, на которые рассчитывал П.В. Гендриков. Спустя несколько дней он, как сообщили орловские газеты, отбыл для лечения на Кавказские минеральные воды29.

Для своих современников граф Гендриков был заметной фигурой, и его поступки в определенной степени выступали в качестве образца. Не случайно телеграмма орловского губернатора в адрес Временного правительства была отмечена «Русским словом»: «капитулировал, наконец, и Орловский губернатор гр. Гендриков»30.

Изучив последовательность событий, приходится признать, что Орловская губерния оказалась накрыта революционной волной, поднявшейся в Петрограде. Действия местной администрации в переломные дни февраля — марта 1917 года были пассивной реакцией, попыткой приспособиться к происходящим переменам, найти свое место в новой расстановке сил. С одной стороны, может показаться, что последний орловский губернатор избрал самую простую линию поведения, подчинившись событиям и даже не попытавшись отстоять то общественно-политическое устройство, в котором занимал привилегированное положение.

С другой стороны, события Февральской революции в Орловской губернии можно рассматривать как типичные, по крайней мере, для европейской части провинциальной России31. Разница могла заключаться в уровне стихийного насилия со стороны народных масс, направленного на представителей власти. Мы не встретим примеров каких-либо самостоятельных действий со стороны губернаторов по защите существующего строя. Следует согласиться с В.А. Никоновым, который в своем исследовании Великой российской революции отмечает критическую важность решимости власти продемонстрировать политическую волю и наличие на ключевых постах людей, готовых эту волю проявить32. Накануне Февраля, как показывают достаточно многочисленные диссертационные исследования этого периода, отношения

29 Орловский Вестник. 9 марта 1917 года.

30 Гендриков П.В. Указ. соч. С. 684.

31 См.: Бурджалов Э.Н. Вторая русская революция. Москва. Фронт. Периферия. М.: Наука, 1971.

32 Никонов В.А. Крушение России. 1917. М.: АСТ: Астрель, 2011. С. 13.

коронной администрации и органов самоуправления в провинции не были конфликтными, губернаторы имели возможность организовать диалог с местной элитой. В их распоряжении находились силы полиции. Имелся опыт сотрудничества с командованием гарнизонов по использованию войск для поддержания общественного порядка. Но для того, чтобы привести всю эту систему в действие, была необходима санкция центральных властей, поскольку сами губернаторы всегда четко осознавали свою встроенность во властную вертикаль централизованного государства.

Пример последнего орловского губернатора Гендрикова ярко иллюстрирует это. Вся стратегия его действий в февральско-мартовские дни была выжидательной и максимально лояльной верховной власти, кем бы она ни была представлена. Остается признать, что судьбоносные решения принимались в центре, а не на периферии. Значимым фактором стал информационный вакуум, отсутствие каких-либо прямых указаний. Верховная самодержавная власть, обеспеченная Основными Законами и в рамках «думской монархии», сделала обычной практику единоличного принятия решений33, вследствие чего определяющее влияние на позицию губернатора оказали внешне легитимные формы перехода власти от самодержца к Временному правительству, состав которого был утвержден последним царским указом. Формально не возникло резкого противостояния нового режима и монархического строя. Более того, новые власти унаследовали от своих предшественников кризисное состояние информационно-управленческих структур, которое Г.Л. Купряшин определяет как «кризис координации» — изъяны в политической координации деятельности органов государственного управления, не согласованной с существующим административным потенциалом, приводящие к воспроизведению противоречий между политическими задачами и административными возможностями системы государственного управления34. В результате после Февраля вся Россия оказалась «во власти иллюзорного, а не реального»35: монархическая контрреволюция была фантомной угрозой, опасность подстерегала новый режим совсем с другой стороны.

33 Цветков В.Ж. Белое дело России. 1919-1922 годы (формирование и эволюция политических структур Белого движения в России). М.: Наука, 2013. С. 182.

34 Купряшин Г.Л.Кризисы государственного управления: неоинституциональный подход // Государственное управление. Электронный вестник. 2015. № 51. С. 56-84. URL: http://e-journal.spa.msu.ru/vestnik/item/51 2015kupryashin.htm (дата обращения: 07.09.2015).

35 Булдаков В.П. Империя и Смута: к переосмыслению истории русской революции // Россия и современный мир. 2007. № 3 (56). С. 19.

Список источников и литературы:

1. Государственный архив Орловской области (ГАОО). Ф. 81. Оп. 1. Ед. хр. 16.

2. Алексеев И.Е. Революционные события февраля — марта 1917 года в Казани: реакция «верхов» // Революция 1917 года в России: новые подходы и взгляды. Сборник научных статей / Редакционная коллегия: А.Б. Николаев (отв. ред. и сост.), Д.А. Бажанов, А.А. Иванов. СПб.: Каф. русской истории РГПУ им. А.И. Герцена, 2012. С. 16-37.

3. Белгородская Л.В. Образы российской имперской элиты на страницах англоамериканских энциклопедий и справочников ХХ-ХХ1 веков // Вестник архивиста. 2012. № 3 (119). С. 152-166.

4. Бубликов А.А. Русская революция (ея начало, арест царя и перспективы). Впечатления и мысли очевидца и участника. Нью-Йорк, 1918.

5. Букалова С.В. К вопросу о месте Первой мировой войны в периодизации истории государственного управления // Среднерусский вестник общественных наук. 2014. № 3. С. 277-284.

6. Булдаков В.П. Империя и Смута: к переосмыслению истории русской революции // Россия и современный мир. 2007. № 3 (56). С. 5-27.

7. Бурджалов Э.Н. Вторая русская революция. Москва. Фронт. Периферия. М.: Наука, 1971.

8. Гаман-Голутвина О.В. Политические элиты России: Вехи исторической эволюции. М.: РОССПЭН, 2006.

9. Гендриков П.В. Первые дни революции в Орле // Якобий И.П. Император Николай и революция. М.: Общество святителя Василия Великого, 2005. С. 677-684.

10. Кабытова Н.Н. Власть и общество российской провинции в революции 1917 года. Учебное пособие. Самара: Изд-во Самарского университета, 2002.

11. Каменский А.Б. Элиты Российской империи и механизмы административного управления // Российская империя в сравнительной перспективе. Сборник статей / Под ред. А.И. Миллера. М.: Новое издательство, 2004. С. 115-139.

12. Куликов С.В. Социальная эволюция бюрократической элиты Российской империи в начале ХХ века // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Сер. Гуманитарные науки. 2012. № 1. С. 29-34.

13. Купряшин Г.Л. Кризисы государственного управления: неоинституциональный подход // Государственное управление. Электронный вестник. 2015. № 51. С. 56-84.

иКЬ: http://e-iournal.spa.msu.ru/vestnik/item/51 2015kupryashin.htm (дата обращения: 07.09.2015).

14. Лысенко Л.М. Губернаторы и генерал-губернаторы Российской империи (XVIII — начало XX века). Издание 2-е, исправленное и дополненное. М.: Изд-во МГПУ, 2001.

15. Минаков А.С. Губернаторский корпус и центральная власть: проблема взаимоотношений (по материалам губерний Черноземного Центра второй половины XIX — начала XX вв.). Орел: Издательский Дом «Орлик», Издатель Александр Воробьев, 2011.

16. Минаков А.С. Губернаторская власть в годы Первой мировой войны // Российская история. 2014. № 5. С. 62-72.

17. Никонов В.А. Крушение России. 1917. М.: АСТ: Астрель, 2011.

18. Октябрьское вооруженное восстание (Семнадцатый год в Петрограде). В двух книгах / Под ред. С.Н. Валка, Р.Ш. Ганелина, Е.Я. Зазерского и др. Л.: Издательство «Наука», ленинградское отделение, 1967. Кн. 1. На путях к социалистической революции. Двоевластие.

19. Орловские губернаторы / Под общ. ред. И.Я. Мосякина; составит. О.М. Трохина, Л.Л. Корчева, А.А. Воробьев. Орел: Вешние воды,1998.

20. Степанов В.Б. Наместники и губернаторы Курского края (1779-1917). Исторические очерки. Курск: Издательство МУП «Курская городская типография», 2005.

21. Тропов И.А. Революция и провинция: Местная власть в России (февраль — октябрь 1917 года). СПб.: Европейский Дом, 2011.

22. Цветков В.Ж. Белое дело России. 1919-1922 годы (формирование и эволюция политических структур Белого движения в России). М.: Наука, 2013.

23. Чувардин Г.С. Военно-политическая элита и проблема социокультурной стратификации государственно-политического пространства Российской империи пореформенного периода // Ученые записки Орловского государственного университета. Серия: Гуманитарные и социальные науки. 2010. № 3-2. С. 57-62.

24. ШепелевЛ.Е. Титулы, мундиры, ордена в Российской Империи. Л.: Наука, 1991.

25. Шестопалова Т.М. Февральская революция: провинциальное измерение: дис... канд. ист. наук. Пенза, 2011.

Bukalova S.V.

Revolutionary Events of February, 1917 in Oryol and the Governors' Tactic

Svetlana V. Bukalova — Ph.D., Associate Professor, Oryol branch, Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, Oryol, Russian Federation. E-mail: STL1612@yandex.ru

Annotation

The article examines the personality of the count P.V. Gendrikov and his activities as a governor of the Oryol province during the February revolution in Russia. On this example the author explores the role of a governor in the provincial history, the interactions between the center and the periphery of the country, including the problem of loyalty of the province to the tsar's government and the question of the governors' tactic during the revolutionary period. The author characterizes the governor's power, which was extended in the years of the World War I, traces the history of the governors rotation in the Oryol and Kursk provinces during the war, and highlights the main steps in the carrier of P.V. Gendrikov which led him to the governor's post on the eve of the revolution.

Reconstruction of the February revolution events in the Oryol province was based on Gendrikov's memories, which were compared with the data from other sources. The author comes to the conclusion that province and its authorities played a passive role in the revolutionary events of February, 1917. There are no examples of the governor taking any actions to protect the existing regime without the sanction of the supreme power. This situation demonstrates the drawbacks of the strong centralization of government in the Russian Empire.

Keywords

Russian province, Oryol region, elite, governor, February revolution, personality in the history.

References:

1. Gosudarstvennyi arkhiv Orlovskoi oblasti (GAOO). F. 81. Op. 1. Ed. khr. 16.

2. Alekseev I.E. Revoliutsionnye sobytiia fevralia — marta 1917 goda v Kazani: reaktsiia "verkhov". Revoliutsiia 1917 goda v Rossii: novye podkhody i vzgliady. Sbornik nauchnykh statei / Redaktsionnaia kollegiia: A.B. Nikolaev (otv. red. i sost.), D.A. Bazhanov, A.A. Ivanov. Saint Petersburg: Kaf. russkoi istorii RGPU im. A.I. Gertsena, 2012. Pp. 16-37.

3. Belgorodskaia L.V. Obrazy rossiiskoi imperskoi elity na stranitsakh anglo-amerikanskikh entsiklopedii i spravochnikov XX-XXI vekov. Vestnik arkhivista, 2012, 3 (119), pp. 152-166.

4. Bublikov A.A. Russkaia revoliutsiia (eia nachalo, arest tsaria i perspektivy). Vpechatleniia i mysli ochevidtsa i uchastnika. N'iu-Iork, 1918.

5. Bukalova S.V. K voprosu o meste Pervoi mirovoi voiny v periodizatsii istorii gosudarstvennogo upravleniia. Srednerusskii vestnik obshchestvennykh nauk, 2014, 3, pp. 277-284.

6. Buldakov V.P. Imperiia i Smuta: k pereosmysleniiu istorii russkoi revoliutsii. Rossiia i sovremennyi mir, 2007, 3 (56), pp. 5-27.

7. Burdzhalov E.N. Vtoraia russkaia revoliutsiia. Moskva. Front. Periferiia. Moscow: Nauka, 1971.

8. Gaman-Golutvina O.V. Politicheskie elity Rossii: Vekhi istoricheskoi evoliutsii. Moscow: ROSSPEN, 2006.

9. Gendrikov P.V. Pervye dni revoliutsii v Orle. Iakobii I.P. Imperator Nikolai i revoliutsiia. Moscow: Obshchestvo sviatitelia Vasiliia Velikogo, 2005. Pp. 677-684.

10. Kabytova N.N. Vlast' i obshchestvo rossiiskoi provintsii v revoliutsii 1917 goda. Uchebnoe posobie. Samara: Izd-vo Samarskogo universiteta, 2002.

11. Kamenskii A.B. Elity Rossiiskoi imperii i mekhanizmy administrativnogo upravleniia. Rossiiskaia imperiia v sravnitel'noi perspektive. Sbomik statei / Pod red. A.I. Millera. Moscow: Novoe izdatel'stvo, 2004. Pp. 115-139.

12. Kulikov S.V. Sotsial'naia evoliutsiia biurokraticheskoi elity Rossiiskoi imperii v nachale KhKh veka.

Sovremennaia nauka: aktual'nyeproblemy teorii ipraktiki. Ser. Gumanitarnye nauki, 2012, 1, pp. 29-34.

13. Kupriashin G.L. Krizisy gosudarstvennogo upravleniia: neoinstitutsional'nyi podkhod. Gosudarstvennoe upravlenie. Elektronnyi vestnik, 2015, 51, pp. 56-84.

URL: http://e-journal.spa.msu.ru/vestnik/item/51 2015kupryashin.htm (data obrashcheniia: 07.09.2015).

14. Lysenko L.M. Gubernatory i general-gubernatory Rossiiskoi imperii (XVIII — nachalo XX veka). Izdanie 2-e, ispravlennoe i dopolnennoe. Moscow: Izd-vo MGPU, 2001.

15. Minakov A.S. Gubernatorskii korpus i tsentral'naia vlast': problema vzaimootnoshenii (po materialam gubernii Chernozemnogo Tsentra vtoroi poloviny XIX — nachala XX vv.). Orel: Izdatel'skii Dom "Orlik", Izdatel' Aleksandr Vorob'ev, 2011.

16. Minakov A.S. Gubernatorskaia vlast' v gody Pervoi mirovoi voiny. Rossiiskaia istoriia, 2014, 5, pp. 62-72.

17. Nikonov V.A. Krushenie Rossii. 1917. Moscow: AST: Astrel', 2011.

18. Oktiabr'skoe vooruzhennoe vosstanie (Semnadtsatyi god v Petrograde). V dvukh knigakh / Pod red. S.N. Valka, R.Sh. Ganelina, E.Ia. Zazerskogo i dr. L.: Izdatel'stvo "Nauka", leningradskoe otdelenie, 1967. Kn. 1. Na putiakh k sotsialisticheskoi revoliutsii. Dvoevlastie.

19. Orlovskie gubernatory / Pod obshch. red. I.Ia. Mosiakina; sostavit. O.M. Trokhina, L.L. Korcheva, A.A. Vorob'ev. Orel: Veshnie vody,1998.

20. Stepanov V.B. Namestniki i gubernatory Kurskogo kraia (1779-1917). Istoricheskie ocherki. Kursk: Izdatel'stvo MUP "Kurskaia gorodskaia tipografiia", 2005.

21. Tropov I.A. Revoliutsiia i provintsiia: Mestnaia vlast' v Rossii (fevral' — oktiabr' 1917 goda). Saint Petersburg: Evropeiskii Dom, 2011.

22. Tsvetkov V.Zh. Beloe delo Rossii. 1919-1922 gody (formirovanie i evoliutsiia politicheskikh struktur Belogo dvizheniia vRossii). Moscow: Nauka, 2013.

23. Chuvardin G.S. Voenno-politicheskaia elita i problema sotsiokul'turnoi stratifikatsii gosudarstvenno-politicheskogo prostranstva Rossiiskoi imperii poreformennogo perioda. Uchenye zapiski Orlovskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriia: Gumanitarnye i sotsial'nye nauki, 2010, 3-2, pp. 57-62.

24. Shepelev L.E. Tituly, mundiry, ordena v Rossiiskoi Imperii. Leningrad: Nauka, 1991.

25. Shestopalova T.M. Fevral'skaia revoliutsiia: provintsial'noe izmerenie: dis... kand. ist. nauk. Penza, 2011.