Финансовый рынок не вяжется с жизнью

Вчера на площадке Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) эксперты и чиновники обсудили связь «Стратегии развития финансового рынка до 2030 года», которую готовят ЦБ и Минфин, с планами социально-экономического развития РФ. Эксперты такой связи не обнаружили, отметив, что в нынешней версии стратегии в принципе трудно обнаружить систему приоритетов, иерархию целей и эффекты от их достижения.

Фото: Дмитрий Донской, Коммерсантъ

В ЦМАКП вчера прошел научно-практический семинар, на котором представители аналитических центров, институтов, Госдумы, Минфина, ЦБ и ВЭБ.РФ обсудили сентябрьскую версию «Стратегии развития финансового рынка до 2030 года» (разработка Минфина и Банка России) в контексте социально-экономического развития РФ. Аналитики констатировали: в нынешнем виде документ не содержит информации о том, как финансовый сектор будет влиять на достижение национальных целей (как главного стратегического ориентира правительства). Более того, как отметили в своих презентациях руководитель направления анализа денежно-кредитной политики и банковского сектора ЦМАКП Олег Солнцев и ведущий научный сотрудник РАНХиГС Юрий Данилов, в стратегии не обнаруживается системы и не выделены решаемые ей проблемы.

Так, господин Солнцев замечает, что набор проблем, на который указывает проект документа, кажется случайным — отсутствуют оценка их значимости и описание взаимосвязей между ними. Юрий Данилов сетует: цели развития финрынка в стратегии «придуманы на коленке», а набор стимулов крайне узок и сосредоточен в основном на налогах, тогда как защита законных прав инвесторов (снижение нерыночных рисков) в стратегии вообще отсутствует.

Экономисты указывают на необходимость описания в документе подходов к решению комплексной проблемы воспроизводства финансового сектора и выполнения им своих основных макроэкономических функций.

Так, чтобы обеспечить темпы роста ВВП выше среднемировых, инвестиции должны расти в 1,6 раза быстрее экономики. При этом динамика прибыли предприятий — основного источника финансирования капвложений — скорее всего, будет отставать и от динамики ВВП, и от динамики инвестиций. Многолетняя тенденция сближения уровня валовых сбережений и инвестиций и вероятное завершение периода «избытка» сбережений в финансовой системе требуют создания эффективных механизмов трансформации сбережений в инвестиции. Еще сильнее переориентировать компании на финансирование капвложений за счет собственных средств уже невозможно — ситуация усугубляется ежегодным оттоком капитала 5–6% ВВП. Перегрев же рынка потребкредитования угрожает финансовой стабильности, а регуляторное давление на него может уменьшить доходы банков. С учетом одновременного сокращения частных инвестиций в банковскую систему это приведет к сжатию доли частных банков в ней — и их вынужденному замещению госбанками.

В ЦМАКП предлагают записать в стратегии обобщенные количественные требования к развитию внутренних финансовых рынков исходя из национальных целей: это увеличение глубины финансового сектора и стимулирование структурных сдвигов (от долговых к долевым инструментам, от необращаемых к обращаемым, от банковских к небанковским финансовым институтам и от коротких инструментов к длинным). Кроме того, предлагается записать в стратегии специфические количественные требования к развитию внутренних финансовых рынков исходя из нужд нацпроектов.

Эксперты РАНХиГС, в свою очередь, предлагают включить в стратегию показатели, описывающие емкость финансового сектора в экономике России, привлечение предприятиями инвестиций на финрынках и роль последних в повышении благосостояния населения, участие финансового сектора в развитии МСП и совершенствовании структуры экономики и экспорта, а также оценки качества финансового регулирования.