Звуки «Му»

Во Владимирской области многодетным семьям выделили бесплатных коров. Облагодетельствовали не всех. Кого и за что наградили? В этом попытались разобраться корреспонденты «Огонька»

РЫБА И УДОЧКИ

Детский фонд во Владимире акцию придумал: дойные коровы и телочки — многодетным сельским семьям бесплатно. Откликнулись спонсоры. Заинтересовались семьи: «А что, всем многодетным будете давать по буренке?» Оказалось, что не всем -  только тем, у кого в семье есть отец.

Действующий папаша, впрочем, тоже не единственное условие. Должен быть еще хлев подходящий, добротный, теплый. И семья должна быть не асоциальная — чтобы не пил никто, не буянил, а чтобы работали или учились и слыли ответственными гражданами. Не говоря уже про умение косить сено.

В течение двух месяцев тщательно отбирали претендентов. Но как-то так получилось, что большинство многодетных — как раз асоциальные. Не то что отца — ведра в доме не найдешь. Куда таким корову? Они ж ее пропьют или съедят сразу. Семьи такие, конечно, возмущались: «Что за несправедливость? Значит, коров получат только куркули? И так у них все есть, а тут еще и молоко бесплатное! Протестуем». Но во Владимирском отделении Детского фонда настроены были решительно: нужны в хозяйстве мужские руки, и точка. В крайнем случае пусть старший сын будет какой-нибудь непьющий. В общем, матери-одиночки с маленькими детьми и дощатыми сарайчиками остались за бортом. Они было пытались на жалость надавить: «Ну дайте хоть деньгами, я пакетированное молоко малышам покупать буду». Но в фонде объяснили: «Мы не рыбу, мы удочки хотим давать людям!» Мамаши совсем запутались: коровы-удочки-рыба. А итог один: молока не будет.

Акция проходила шумно. Все в области о ней говорили. Ведь разжиться коровой сейчас — задача для многих селян непосильная. Породистая буренка стоит не меньше 25 тысяч рублей. Даже семья с одним ребенком и работающими родителями себе это позволить не может, а тут вдруг многодетным такое счастье обломилось. Завидовали, как не завидовать. Шептались между собой: «У них дети как трава растут, и все им государство на блюдечке приносит. А мы воспитываем достойных граждан, и нам за это — шиш».

Зато спонсоры были настроены благодушно: «Святое дело делаем!» Кто-то помогал деньгами, кто-то продавал своих коров в полцены, а шесть хозяйств предоставили буренок бесплатно. В итоге набралось 17 голов, и в начале июня фонд устроил во владимирском театре «Разгуляй» праздник. Спонсоры организовали чай, конфеты и фрукты. Пригласили «правильные» семьи. Под шум оркестра вручили родителям сертификаты на коров. В графе «кличка животного» фигурировали: Ромашка, Ночка, Тихая, Жданка. Если имени не имелось, обходились порядковым номером. «Не волнуйтесь, мы уж как-нибудь сами их назовем», — обещали семьи. Еще они подписывали договор, согласно которому ни резать, ни продавать мычащий подарок в течение двух лет не имеют права, а первую рожденную телочку обязуются передать Детскому фонду, для того чтобы ее получила следующая многодетная семья. А через месяц в область приехали корреспонденты «Огонька» посмотреть, как соблюдается договор и не пустили ли новые хозяева буренок на мясо.

ВСЕ КРУТО

В поездке корреспондентов сопровождала Татьяна Казакова, директор социальных проектов Владимирского отделения Российского детского фонда. Она всю дорогу говорила о том, что главная проблема многодетных семей в области — отсутствие отца. Либо его нет, либо он пьет, либо ему вообще на детей плевать. «Не каждый мужчина еще выдержит гвалт в доме, — вставила свое веское слово наш добровольный водитель Людмила Веркина, — особенно если рядом живет какая-нибудь одинокая вдовушка». Людмила знает, о чем говорит: у нее гвалта достаточно при шести кровных детях, одной удочеренной и 16 приемных. Итого: 23 ребенка. И один муж. Хороший муж, держится. Не то что у других. «Эх, — вздохнули женщины. — Вот нам бы мужиков для семей закупить, как племенных коров». Ведь при нормальном отце дети нормальные получаются. А как нет его — так сразу проблемы, вплоть до инспекции по делам несовершеннолетних.

Мы ехали в семью с мужчиной, образцово-показательную. «И заметьте, — сказали нам, — он ее младше на целых два года! Представляете?» Он — Олег Вилков, бывший столяр, ныне — внимание! — находящийся в отпуске по уходу за ребенком. Она — Альбина Вилкова, телятница и по совместительству мама десятерых детей. Живут в селе Гавриловское Суздальского района. Домик небольшой — три комнаты. В одной комнате — мама и папа, в другой — две девочки, мальчишки — вповалку в комнате третьей. Ну не совсем вповалку, у них там кровать трехэтажная. «Мы тут погорели маленько, — объясняет Альбина, — мальчишки решили проверить, горят ли обои». Оказалось, что горят, и довольно неплохо — одна стена теперь прокопченная. На ней написано фломастером: «Все круто!»

За детей Альбине платят, «как всем — 100 рублей за штуку». Особо не пожируешь. Вместе с мужем (он помогает) они сейчас работают в телятнике, взяли «две группы» и получают поэтому больше всех — 10 тысяч почти выходит. Но все равно не хватает. «В магазин пойдешь один раз — потом мешками все домой тащишь, ртов-то много». Но Альбине все равно радостно: «А для чего жить, если детей нет? Что бы мы без них делали?» Олег в разговоре не участвует — он на кухне готовит обед, стесняется.

«Еще будете рожать?» — интересуемся мы у Альбины. «Кто знает?» — философски отвечает она. «Как — кто? Вы! Вы должны знать. Планирование семьи и все такое». Женщина только рукой машет: «Это у вас там в Москве планирование семьи, а у нас в Гавриловском — как бог даст».

МАЛИНКА

Корова Вилковым досталась симпатичная, с романтичным именем № 2294. Как завели ее во двор — вся ребятня сбежалась: «Какие рога большие! Какие тити большие! А хвостик какой большой!» Полдня не могли отогнать их от загона. Маленькая Алиса долго молчала, а потом вынесла свой вердикт: «Глазки ласковые. Как малинка». С тех пор корову № 2294 зовут Малинка.

Жизнь у Малинки, прямо скажем, нерадостная — ютится она в маленьком загоне с купленным ранее бычком. Одного бычка уже продали: «Хоть детей одели». В стадо ее не выгоняют. Вокруг поля, луга, лето, а Малинка мрачно жует пожухшую скошенную траву в кормушке. Минор. «Всех коров у нас извели, — объясняет Олег, — невыгодно это. Поэтому и пастуха нет». Сами Вилковы тоже долго думали, брать или не брать презент от Детского фонда. Презент этот ведь доить надо каждый день два раза — «устанет рука»; кормить, чистить — одна морока. Очень сомневались, тоже хотели, чтобы просто денег им дали. Но ответ получили строгий: «Рыбу мы не даем…»

Теперь Вилковы уже и сами рады: «Раньше купишь молока и думай: кашу варить или по стаканам его разлить? А сейчас, как отелится наша Малинка, и каша у нас будет, и сметана, и просто молоко — хоть с утра до вечера пей. А излишки продавать будем».

Помимо коровы в хозяйстве есть еще два мотоцикла и несколько велосипедов. А еще огромное поле картошки и шесть соток огорода. Возле дома — вишневый сад. В общем, жить можно. Правда, соседи смотрят искоса: «Почему не нам дали корову?» Живет в селе еще одна многодетная семья, но отца у них нет, так что сидят без молока. Этим никто не завидует, даже симпатизируют.

Но Вилковы не унывают. Они уже давно с соседями вроде как в оппозиции: сразу после третьего ребенка им земляки чуть ли не диагноз поставили: «Сдурели». А дети в семье хорошие получаются. Один, старший, уже женат, живет отдельно. Другой, Тимур, за отличную учебу премирован «путевкой на тур-слет». Так что собрать нам для семейной фотографии удалось не всех.

На прощание Вилковы интересовались насчет какой другой гуманитарной помощи. В этом месяце помимо коровы им уже выделили стиральную машину-автомат, а к Дню защиты детей привезли мешок сахара (соседи, понятно, чуть не лопнули). Помогают этой семье охотно: и администрация, и Детский фонд. Потому что такую семью не грех и журналистам показать: отец непьющий, «руки к тому месту прикручены». И жену любит, «несмотря на то что на два года ее моложе». Кому ж коров давать, как не им?