Мем, мерч и Макбет

«Лунный свет» Барри Дженкинса, «Оно приходит ночью» Трея Эдварда Шульца, «Леди Бёрд» Греты Гервиг, «Горе-творец» Джеймса Франко, «Лобстер» Йоргоса Лантимоса, «Солнцестояние» Ари Астера и еще несколько десятков лучших фильмов последних лет сделаны в сотрудничестве или под эгидой кинокомпании А24, которая сегодня стала настоящим феноменом. Впервые со времен Miramax, сформировавшей первое поколение независимого кино в Америке во главе с Тарантино и Содербергом, зрители идут в кинотеатр не на режиссера или историю, а на студию. Изучили историю создания А24 и ее лучших проектов и попытались выяснить, как она стала самой модной современной киностудией и почему зрители каждый год как подорванные ходят в кино на рекламируемых ею дебютантов

Ферби из фильма «Неограненные алмазы», проданный на аукционе A24

Фото: A24

А24 приходит за бизнесом

Что смотреть: «Отвязные каникулы» Хармони Корина

«Отвязные каникулы». Режиссер Хармони Корин, 2013

Фото: Division Films

Летом 2011 года по скоростной трассе А24, соединяющей Терамо и Рим, ехал к друзьям американский турист — его звали Дэниел Кац. В отпуск в Европу он прилетел из Нью-Йорка, где работал в киноподразделении инвестиционной компании Guggenheim Partners. Двухчасовая поездка по итальянской дороге, как сейчас понятно, стала частью новейшей истории кино: именно в эти два часа Кац решил, что уволится из Guggenheim Partners и откроет собственную компанию (позже он назовет ее в честь трассы), остальное — десятки лучших фильмов современности и их исключительно остроумные рекламные кампании.

В А24 Кац позвал работать своих коллег по нью-йоркской кинотусовке — продюсеров Дэвида Фенкеля и Джона Ходжеса. Вместе они заключили пакт, что будут искать, выпускать в прокат и в будущем продюсировать такое кино, какое сами обожали в юности: грязное, без обязательных звезд, снятое по любви, а не за деньги. Сами они при этом сознательно ушли на второй план. Анекдот про трассу (объяснять название в какой-то момент все-таки пришлось), их имена и предыдущие места работы — это, пожалуй, и все, что знают про основателей А24. Неизвестен даже их возраст — всем в районе сорока. Такой подход — часть стратегии компании, в центре которой фильмы, а не знаменитости,— и в этом их радикальное отличие от Miramax Харви Вайнштейна*, с которой позднее их станут регулярно сравнивать.

Кац, Фенкель и Ходжес наняли еще пятерых сотрудников (без должностей и обещаний) и сняли крошечный офис. Денег не было, зато амбиций хватало: сформулировать бизнес-цель этого культурного стартапа довольно просто — заставить ходить в кино на сложные фильмы буквально всех. И они справились. Шутка ли, А24 — единственная студия, которая удостоилась собственных мемов.

Начали, как и положено, с кумиров юности: первой большой дистрибьюторской сделкой А24 стали «Отвязные каникулы» Хармони Корина* — история четырех школьниц, которые тусуются с невменяемым рэпером (Джеймс Франко), а в свободное от учебы время надевают цветные балаклавы и идут всячески нарушать закон. Предложить Корину им было особо нечего, поэтому они просто прислали режиссеру и продюсерам бонги в виде пистолетов (в честь героя Франко) — и тут же получили контракт на прокат фильма. В первый уикенд «Отвязные каникулы» заработали денег больше, чем все фильмы Корина, вместе взятые, смогли собрать за свои первые уикенды. Фильм рекламировался исключительно в интернете и исключительно в соцсетях — и именно на этой кампании А24 нашла свою удивительно результативную стратегию, позднее позволившую протаскивать на большой экран фильмы про человека-моржа («Бивень») и живой пердящий труп («Человек — швейцарский нож»). По мотивам «Каникул» было создано несколько вирусных роликов, из которых складывалось впечатление, что Джеймс Франко по-настоящему тусуется с американскими школьниками,— сервер MTV в день премьеры полег, вышла пародия на «Тайную вечерю» Леонардо да Винчи с Франко же во главе стола, а из трейлеров предусмотрительно вырезали все намеки на то, что фильм может быть чем-то иным, кроме как веселой летней комедией. A24 будет проворачивать это еще не раз — отныне обманутые зрительские ожидания станут ее визитной карточкой.

*Харви Вайнштейн и Miramax

За вычетом кошмарной рабочей этики Харви Вайнштейна, ставшей теперь достоянием гласности, А24, конечно, его прямые наследники. Кац и компания, как и Вайнштейн в 1990-х, делают ставку на дебютантов или начинающих режиссеров с авторским видением и придумывают, как сделать так, чтобы о них узнала публика. Впрочем, Miramax хотела, чтобы режиссеры из ее пула — Смит, Тарантино, Родригес — стали суперзвездами, в А24 понимают, что гораздо важнее найти пусть и меньшую, но максимально лояльную аудиторию.

*Хармони Корин

Один из самых важных авторов американского независимого кино 1990-х. К своим сорока, когда его заполучили Кац и компания, успел написать сценарий для «Деток» Ларри Кларка, ставших гимном неустроенной молодежи 1990-х, побыть надеждой американского и европейского кино после дебютного «Гуммо», заторчать на героине и с героина слезть, выпустить культовых «Трахальщиков мусорных бачков», снять Лео Каракса и Вернера Херцога («Мистер Одиночество») — и при этом не заработать на своем кино примерно ничего. Про А24 сказал, что эта единственная кинокомпания, решения в которой принимают не бухгалтеры.

А24 приходит за подростками

Что смотреть: «Элитное общество» Софии Копполы

«Захватывающее время». Режиссер Джеймс Понсольдт, 2013

Фото: 21 Laps Entertainment; ALP

После «Отвязных каникул» Кац, Фенкель и Ходжес купили для дистрибуции еще два фильма о подростках — эта аудитория привлекала их больше всего, она же, согласно статистике, реже всего ходила в кино на малобюджетные фильмы. Первой картиной стало «Элитное общество» Софии Копполы*, попавшее в A24 практически по блату: брат Софии Роман работал с Кацем над своим фильмом «Умопомрачительные фантазии Чарли Свона III» и посоветовал А24 сестре. Тогда она лично предложила Кацу прокатывать картину о подростковой банде, грабившей дома знаменитостей в Лос-Анджелесе. Реакция крупных киностудий не заставила себя долго ждать: на кону был не «культовый» Корин, а оскаровская лауреатка и дочка автора «Крестного отца». Кацу и Фенкелю (последний тогда был в свадебном путешествии на Гавайях) тут же позвонил имевший планы на «Общество» Харви Вайнштейн, потребовал отказаться от фильма и обещал лично прийти в офис А24 (там все еще трудилось всего восемь человек), чтобы набить всем морды. До драки, впрочем, не дошло.

Тональность фильмов Копполы, как и ее темы, всегда сложно поддавались маркетингу, поэтому команда Каца сосредоточилась на актерах. Главную героиню — как бы отвязную старшеклассницу, одержимую дорогущими сумками,— играла Эмма Уотсон, появившаяся в большой роли впервые со времен Гермионы из «Гарри Поттера». На рекламу в интернете были брошены все пять наемных сотрудников A24: мемы «Снейп смотрит на Эмму Уотсон», «Профессор Макгонагалл забирает очки у Гриффиндора» разлетались, что называется, в секунды. Такой подход в случае с Копполой сработал не в пользу фильма — при бюджете в $8 млн он все равно собрал в прокате $20 млн, но критики его просто не заметили. Тем не менее от выбранной стратегии — опережать и, если нужно, вовсе игнорировать критику, уходить от традиционной рекламы и самим создавать контекст для своих фильмов — в А24 не отказались.

Мем-постер, выпущенный к премьере фильма «Захватывающее время»

Фото: images.gawker.com

Все, что не получилось с «Элитным обществом», сработало в случае «Захватывающего времени» Джеймса Понсольдта — обманчиво простого подросткового ромкома, сандэнсовского хита о первом серьезном школьном романе. С расхваленным фильмом, на «Сандэнсе» совершенно заслуженно понравившимся всем (в том числе и великому Роджеру Эберту — в одной из своих последних рецензий в жизни он писал: «Вот прекрасный фильм о двух старшеклассниках, которые выглядят, говорят и ведут себя как настоящие 18-летние американцы. Вы хоть представляете, какая это редкость?»), целевую аудиторию, которая про Эберта знать не знала, знакомили несколько парадоксальным образом. К премьере были изготовлены самоироничные мемы с котиками, в которых высмеивались благостная атмосфера фильма и тот факт, что он понравился всем. Готовность первыми посмеяться над собственными проектами еще не раз будет спасать А24, и именно это качество ее команды принесет компании полную и безоговорочную любовь молодой аудитории — критики критиками, но котики важнее.

Накрепко свой успех у молодежи А24 зацементировала в 2019-м, когда заключила контракт с HBO на продюсирование и рекламное сопровождение сериала «Эйфория» с Зендаей* в главной роли — ядреной описи всех современных подростковых проблем, начиная с наркотиков, нежелательных беременностей и заканчивая буллингом в школе и родителями-абьюзерами.

*София Коппола

Коппола объединилась с А24 и на своем последнем на данный момент фильме «Последняя капля», где она снова сняла Билла Мюррея в его коронной роли эксцентричного и максимально обаятельного бонвивана. Фильм, как и «Элитное общество», получил в целом не слишком теплый прием — сказались, возможно, завышенные ожидания, соответствовать которым Коппола не хочет, и в который раз просто сняла тихое, интересное ей кино. Что с такой режиссерской позицией делать, А24, очевидно, пока не знает, но тем интереснее: Коппола — одна из «старших» коллег Каца и компании и при этом очень известная; придумать, как синхронизировать сверхскоростной онлайн-мир с ее кино — задача как раз для А24.

*Зендая

В «Эйфории» Зендая играет персонажа, которого создатель шоу Сэм Левинсон списал с себя и играть которого по определению должен был белый юноша. То, что в итоге роль досталась чернокожей девушке,— не столько победа современной повестки, сколько демонстрация воли и ума молодой актрисы, бывшей звезды Disney, которая поручила своему агенту присылать ей все (буквально — все) сценарии с ролями ее возраста. Получившаяся в итоге Ру (сценарий под Зендаю переписали, но не сильно), которая выбивается из всех стереотипных современных подростков и при этом носит в себе все их классические беды, сейчас, уже совершенно очевидно,— героиня поколения из ряда Антуана Дуанеля Трюффо, Донни Дарко Ричарда Келли и всех «Деток» Ларри Кларка.

А24 приходит за гиками

Что смотреть: «Бивень» Кевина Смита

«Из машины». Режиссер Алекс Гарленд, 2014

Фото: DNA Films; Film4

Не собираясь соревноваться с фильмами Marvel, Кац и компания сразу исключили супергероику из своих потенциальных проектов. Однако отказываться от огромной аудитории любителей комиксов, разумеется, не собирались. Поэтому, когда святой покровитель гиков всей земли Кевин Смит — создатель «Клерков», «Догмы» и «Джея и Молчаливого Боба», превративший обсуждение «Звездных войн» и травы в кино в отдельный вид искусства,— объявил, что ищет дистрибьютора для своего нового фильма, А24 была тут как тут. Этот проект оказался одним из крупнейших коммерческих провалов молодой компании, благодаря которому, впрочем, не слишком многочисленная группа зрителей увидела восхитительно странное кино.

«Бивень», первая часть «канадской трилогии» Смита,— история маньяка, который отрезает своим жертвам руки и ноги и сшивает из еще живого человека моржа, по определению был, что называется, штучным проектом (что уж говорить о второй части — «Йоганутых», где в дело вступают ожившие сосиски-нацисты, и третьей, еще не снятой, о зомби-лосях). Сценарий Смит написал за 20 дней, а придумал и вовсе за час, пока вел очередной выпуск своего подкаста, где обшучивал реальное объявление с сайта аренды жилья, в котором домовладелец предлагал бесплатное проживание, если квартирант согласится одеться в костюм моржа. Сам Смит от идеи был в восторге и говорил, что вернулся в кинопроизводство времен своей молодости, когда деньги на кино искали по друзьям, а снимали в складских подсобках после работы. Оставалось проверить, готов ли кто-нибудь разделить его энтузиазм. Премьеру «Бивня» устроили на Международном фестивале в Торонто в рамках «Ночи безумия», и там фильм получил сплошь восторженные отзывы. Сложности начались в международном прокате. Продавать фильм как «классического Смита» A24 не могла. Делать вид, что это обычный ужастик,— тоже. Тогда было решено усилить эффект безумия. А24 заключила контракт с компанией, производящей медицинскую марихуану, к премьере было выпущено два именных сорта травы, а слоган «Бивня» звучал так: «Фильм рождался в дыму и в нем же будет выпущен»*. Публика угара создателей не поддержала: «Бивень» не отбил свой весьма скромный бюджет в $3 млн.

Медицинская марихуана, выпущенная к премьере фильма «Бивень»

Фото: Mr.Tusk & White Walrus

Осознавая всю опасность аферы с «Бивнем», A24 в том же году купила права на прокат режиссерского дебюта Алекса Гарленда — автора «Пляжа», любимого сценариста Дэнни Бойла и в мире любителей графических романов тоже не последнего человека (Гарленд — автор нескольких комиксов про Бэтмена). Нравоучительная научная фантастика с Алисией Викандер* в роли искусственного интеллекта рекламировалась тоже вполне партизанскими способами. Никаких билбордов, только профайл в тиндере с фотографией актрисы. В чате приложения женщина по имени Ава спрашивала пользователя: «Что делает тебя человеком?» — а потом предлагала собеседнику посмотреть ее инстаграм, где был опубликован один-единственный пост — трейлер «Из машины». Результат: $36 млн в прокате при бюджете в $3 млн, большая часть аудитории — люди от 18 до 30.

Тем не менее фантастика — похоже, единственный жанр, который А24 до сих пор, в общем, не дается (за исключением, и то с некоторыми оговорками, «Побудь в моей шкуре» Джонатана Глейзера* со Скарлетт Йоханссон в роли инопланетянки-убийцы). Подводит то качество фильмов, то их результат в прокате. Связано это, возможно, с тем, что Кац и компания всегда стараются выбирать фильмы, которые представляют точку зрения определенной социальной группы (за такой подход их фильмы называют бутиковым кино). Сузить гиков пока не получается.

*Грэм Ретзик

Боссы А24 интервью предпочитают не давать. Однако глава до такой степени наглого рекламного отдела долго скрываться не мог. Ретзик, регулярно попадающий в списки главных бизнесменов и маркетологов современности,— мозг всех рекламных кампаний А24 и автор великого определения: на вопрос о том, почему его до сих пор никто не переманил большей зарплатой, он сказал, что работу в А24 мог бы променять только на работу в индустрии травы.

*Джонатан Глейзер

Снятый в 2013-м «Побудь в моей шкуре» — первый после девятилетнего перерыва фильм Глейзера, которого в нулевые прочили в новые классики. А24 рассчитывала провернуть с ним то же, что и с Корином,— вернуть с полки списанных гениев. Но не вышло. Очень красивый и очень странный фильм (визуальные цитаты из Фрэнсиса Бэкона, много непрофессиональных актеров, снятых скрытой камерой, и шотландские пейзажи) отлично приняли критики, но в прокате он провалился. А24, впрочем, не сдается: в 2019-м было объявлено, что они с Глейзером работают над новым фильмом — экранизацией романа Мартина Эмиса «Зона интересов» об Освенциме.

А24 приходит за женщинами

Что смотреть: «Ведьма» Роберта Эггерса

1 / 2

«Фильм служит сигналом к началу сатанинского восстания против патриархата и открывает новую эру освобождения женщин. "Ведьма" — это сильнейшее заявление о женской независимости»,— провозгласила в феврале 2016 года на специальном нью-йоркском показе фильма Роберта Эггерса* «Ведьма» Джекс Блэкмор, режиссер, писательница и одна из активисток «Храма Сатаны». Контркультурная группа, основанная в середине 1960-х одним из главных идеологов оккультизма Антоном Лавеем, к началу XXI века стала общественной организацией (только в США в ней состояло тогда около 100 тысяч членов), которая последовательно выступала за отделение церкви от государства, боролась за права женщин и сообщества ЛГБТ+, пугала консерваторов и противников абортов сатанинской символикой. А еще показывала кино — точнее, всего один фильм, «Ведьму» Эггерса. А24 обратилась к «Храму Сатаны» в 2015-м, как только купила права на «Ведьму» после премьеры на «Сандэнсе», и предложила устроить в нескольких городах США цикл специальных показов фильма c предварительными лекциями.

Лучшую рекламную кампанию было трудно придумать. На руках у Каца был дебютный фильм никому не известного бывшего художника-постановщика с дебютанткой же в главной роли (дебютанткой, которую открыл Эггерс, была Аня Тейлор-Джой), но после того, как стало известно, что в деле «Храм Сатаны», о фильме написали все. Это был идеальный союз и очередная победа маркетингового отдела А24. «Ведьма» — история про взросление девушки из пуританской семьи середины XVII века, которая оказывается главным объектом религиозной паранойи собственной семьи,— одновременно и вполне феминистский хит, и великолепное упражнение в жанре хоррора (Эггерс написал сценарий на староанглийском, заставил актеров ходить в настоящих рубищах и снимал фильм при естественном свете — то же спустя четыре года он провернет и в «Маяке» с Робертом Паттинсоном и Уиллемом Дэфо*). О фанатах жанра А24 тоже не забыла: фильм сорвал кассу в твиттере, когда для одного из главных героев, черного козла Филиппа, которого в реалиях пуританской общины не ждало ничего хорошего, завели аккаунт, где рассказывали обо всех его злоключениях. При бюджете в $3,5 млн «Ведьма» собрала в прокате $40 млн и стала первым серьезным высказыванием А24 по женскому вопросу.

1 / 2

В 2017 году компания Каца выпустила в прокат «Леди Бёрд» — режиссерский дебют любимицы американской инди-сцены и соратницы Ноа Баумбака Греты Гервиг. Фильм, который внутри жанра классической подростковой драмы взросления незаметно смещал акценты с традиционной романтической составляющей на отношения между дочерью и матерью, был адресован гораздо более широкой аудитории, и А24 рекламировала его вполне конвенциональными способами. «Леди Бёрд» получила пять номинаций на «Оскар» и выиграла два «Золотых глобуса».

Спустя два года А24 купила «Сувенир» Джоанны Хогг (продюсером фильма выступал Мартин Скорсезе) — еще один перевертыш классического «женского» кино о первой любви, которое на деле оказывается историей о том, как молодая женщина находит профессиональное призвание. Все три фильма собрались в новый канон: каждый из этих жанров, в которых женщина традиционно либо демонизировалась, либо романтизировалась, был тихо, но уверенно перекроен.

*Роберт Эггерс

После «Ведьмы» вместе с А24 снял ее мужскую версию, «Маяк» с Дэфо и Паттинсоном — оба актера сегодня уже прочно ассоциируются с А24. Страшная фрейдистская черная комедия, снятая в стилистике немого кино, окончательно утвердила Эггерса в статусе одного из главных режиссеров в жанре. Когда в 2017 году стало известно, что именно он снимает новую версию «Носферату», не удивился никто. На одну из главных ролей Эггерс снова выбрал Аню Тейлор-Джой.

*Уиллем Дэфо

Актер, который снимался у Оливера Стоуна, Алана Паркера, Мартина Скорсезе, Уэса Андерсона, Вернера Херцога, Спайка Ли и Абеля Ферарры, но все равно не стал звездой в традиционном смысле и сохранил контркультурный и несколько подпольный образ,— Дэфо начинал в нью-йоркском андерграундном театре, так что интерес А24 к нему вполне закономерен. Среди других совместных фильмов Дэфо и А24 — «Проект "Флорида"» Шона Бейкера, где он был чуть ли не единственным профессиональным актером.

А24 приходит за активистами

Что смотреть: «Лунный свет» Барри Дженкинса

«Лунный свет». Режиссер Барри Дженкинс, 2016

Фото: A24 / Plan B Entertainment

В 2016-м А24 выпускает в прокат свой первый продюсерский проект — «Лунный свет» Барри Дженкинса*, историю чернокожего мальчика, живущего в криминальном районе Майами с матерью, сидящей на крэке, который начинает понимать, что он гомосексуал. Полностью чернокожий каст, материал — автобиографическая пьеса стипендиата Фонда Макартуров открытого гея Тарелла Элвина Маккрейни, за рулем — любимый критиками начинающий и политически надежный режиссер. Уже по заявке «Лунный свет» казался идеальным проектом для молодой кинокомпании, на деле же вышло еще лучше. «Лунный свет», сенсационно выигравший «Оскар» за лучший фильм, стал ни много ни мало стилистической революцией в одном из самых важных жанров американского кино.

Сам по себе довольно расистский жанр «черного кино», то героический, то трагический, был здесь полностью пересмотрен. В центре теперь была не борьба за права дискриминируемой группы, а поиск собственной идентичности. В очень красивом (критики заслуженно поминали Терренса Малика) и принципиально антиконъюнктурном фильме Дженкинса совершенно особенный опыт приобретал необходимые широту и глубину. Так же подходить к жанру будут и «Волны» Трея Эдварда Шульца*, в центре которых далеко не бедная чернокожая семья, и «Последний черный в Сан-Франциско» Джо Талбота, где поводом для разговора о том, что такое расовая и социальная идентичность, становится джентрификация. В то время как последние события в США подталкивают «черное кино» превратиться в жанр чуть ли не пропагандистский, А24 последовательно избавляет его от циничного героизма «кино угнетенных», а заодно снимает с повестки еще несколько горячих вопросов: фильмы о чернокожих совершенно спокойно снимают для нее белые режиссеры, которых в апроприации чужого опыта обвинит разве что идиот.

Успех «Лунного света» был, разумеется, обусловлен и очень точной и грамотной рекламной кампанией, к которой А24 впервые активно привлекла локальную прессу. Фильм прокатили по фестивалям, где он был отлично встречен критикой, замечавшей, впрочем, что ему не стоит рассчитывать на широкий прокат. Не тут-то было. А24 выпустила «Лунный свет» на всю страну, предварительно устроив спецпоказы для руководства ведущих сетей кинотеатров и маленьких локальных залов, последние, в свою очередь, связались с местной прессой, и сарафанное радио сработало на ура. Рекламную кампанию сделали под стать: из трейлера и постеров было совершенно невозможно понять сюжет картины, оставалось только спрашивать у друзей или сразу идти в кино.

*Барри Дженкинс

После «Лунного света» экранизировал одного из главных чернокожих авторов США Джеймса Болдуина «Если Бил-стрит могла бы заговорить», а в 2021 году на Amazon выйдет его сериал «Подземная железная дорога» о том, как чернокожие рабы сбегали с плантаций накануне Гражданской войны. Уже прозван Спайком Ли эпохи миллениалов.

*Трей Эдвард Шульц

Ученик Джеффа Николса и Терренса Малика, у которого он работал интерном на «Древе жизни», «Путешествии времени» и «Песне за песней», Шульц делает все, чтобы революционизировать многими похороненный жанр мюзикла. Если успех «Ла-Ла Ленда» Дэмиена Шазелла скорее все-таки исключение, то нечто среднее между «Лихорадкой субботнего вечера» и Маликом, по мнению Шульца, должно сработать наверняка.

А24 приходит за фанатами ужасов

Что смотреть: «Оно приходит ночью» Трея Эдварда Шульца

«Солнцестояние». Режиссер Ари Астер, 2019

Фото: B-Reel Films; Square Peg

«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему»,— написал в середине 1870-х Лев Толстой и так начал «Анну Каренину». Спустя почти 150 лет A24 с этого начала освоение почтенного жанра фильмов ужасов, к началу XXI века несколько растерявшего былое величие и увязшего во франшизах и слэшерах.

Сказать, что у A24 получилось,— не сказать ничего. Для описания хорроров, вышедших под эгидой студии, уже придумали как минимум три — в равной степени глупых — термина: постхоррор (по-простому — нестрашный ужастик), возвышенный хоррор (для умных) и слоубёрнер (нагнетающий). А24 в очередной раз придумала, как найти подход к довольно большой и, что важно, прочно сформировавшейся аудитории. В данном случае — к преданным любителям историй про маньяков, соседей-садистов и несовершеннолетних антихристов, которые, казалось, забыли, что на протяжении всей истории кино эти сюжеты стабильно оказывались лучшей метафорой общественно-социальной проблематики момента. В начале 2010-х на повестке была семья, отношения в широком смысле и, разумеется, кризис традиционной маскулинности.

Значок, выпущенный к премьере фильма «Солнцестояние»

Фото: A24

Кацу, Фенкелю и Ходжесу нужно было напомнить зрителям, что лучшие высказывания по теме — «Сияние» Стэнли Кубрика, «Выводок» Дэвида Кроненберга, «Ребенок Розмари» Романа Полански, «Люди под лестницей» Уэса Крейвена и так далее — это прежде всего фильмы ужасов. Другими словами, задача была не реформировать сам жанр (потому новые определения и звучат так дико), а реформировать то, как на него смотрят. Но для этого зрителей надо было как минимум заманить в кинотеатры. И здесь в дело снова вступили хитроумные маркетинговые стратегии.

«Оно приходит ночью» Трея Эдварда Шульца с Кристофером Эбботом и Райли Кио* в главных ролях — историю одной семьи в постапокалиптическом мире с цитатами из Кубрика, Пола Томаса Андерсона и Джона Кассаветиса — рекламировали как прямолинейный ужастик про что-то, что приходит ночью. Ночью приходил в основном экзистенциальный ужас, но зритель узнавал об этом, только купив билет. Отзывы поначалу тоже были ужасными — создателей справедливо обвиняли в обмане, но интрига была создана, и фильм с бюджетом в $2 млн собрал в прокате $20 млн. На следующий год в А24 с дебютным полным метром пришел Ари Астер*, и тут уж студия сорвала джекпот. «Реинкарнация», а потом и «Солнцестояние», личные и злые фильмы о дисфункциональной семье и абьюзивных отношениях, в которых активно использовались все классические тропы фильмов ужасов, рекламировались в первом случае как история про детей с паранормальными способностями, а во втором — как фолк-хоррор про секту. Авантюра удалась: «Реинкарнация» собрала в прокате $80 млн, «Солнцестояние» — $47 млн. Выяснилось, что мам и бойфрендов зрители, в общем, боятся не меньше, чем маньяков с бензопилой,— надо было им просто об этом напомнить.

*Райли Кио

Одна из лучших актрис пантеона A24 и всего поколения — играла в созданных под эгидой компании «Оно приходит ночью» Трея Эдварда Шульца, «Под Сильвер-Лейк» Дэвида Роберта Митчелла и «Американской милашке» Андреа Арнольд. Сольный выход Кио у А24 запланирован на этот год в фильме «Зола» Яницы Браво: история криминальных приключений стриптизерши и секс-работницы основана на 148 твитах, в формате статьи опубликованных в Rolling Stone.

*Ари Астер

Настоящий фанат хорроров, за которым другие настоящие фанаты хорроров с надеждой следили с 2011 года. До дебютной «Реинкарнации» Астер снял семь короткометражных фильмов ужасов разной степени дикости и качества (два из них посвящены удивительным проблемам с членом). Лучший, по всеобщему признанию,— «Что-то странное с Джонсонами» — абьюз, инцест и резня в финале. Сейчас приступил к работе над сюрреалистическим хоррором про похороны матери, главную роль в котором будет играть Хоакин Феникс, год назад за слегка похожего персонажа получивший «Оскар».

А24 приходит за ностальгирующими

Что смотреть: «Неограненные алмазы» Джоша и Бенни Сафди

«Неограненные алмазы». Режиссеры Джош и Бенни Сафди, 2019

Фото: IAC Films; Scott Rudin Productions

«Сафди — психи. Я с ними познакомился на каком-то ужине, и мне все время казалось, что они хотят меня ограбить. Они похожи на двух бандитов. Они сказали мне тогда: "У нас есть Сэндлер". Я подумал: "О’кей, это интересно". А потом они пришли на съемочную площадку "Ирландца" и просто без конца ошивались там. Манеры у них — это нечто» — так Мартин Скорсезе* в интервью The Guardian рассказывал, как стал продюсером фильма «Неограненные алмазы».

Криминальная драма, в которой главный семейный комик США Адам Сэндлер играет лудомана и проворовавшегося владельца ювелирного бутика, стала вторым фильмом, над которым молодые звезды независимого кино Джош и Бенни Сафди работали с А24 («Хорошее время» с Робертом Паттинсоном вышло в 2017-м, но команда Каца занималась только его прокатом), и первым, который продюсировал их любимый режиссер. Новый Голливуд 1970-х для режиссеров А24 — это потерянный рай авторского американского кино, так же как для поколения Скорсезе и Спилберга им был Голливуд золотого века. Отсюда и общее практически неуловимое стилистическое единство очень разных режиссеров из пула А24.

С этим визуальным кодом в теории могла бы соперничать разве что эстетика 1990-х — большинство режиссеров А24 тогда выросло, и появление классической «картинки как из MTV» было вопросом времени. В 2019 году А24 продюсировала режиссерский дебют комика Джоны Хилла с говорящим названием «Середина 90-х» о школьниках-скейтерах. Тихий и изящный фильм рекламировали так же аккуратно. А24 сделала все, чтобы зритель мог почувствовать себя если не героем фильма, то его другом. К традиционному скейтерскому мерчу — толстовкам, кедам и скейтам,— над которым работал сам Хилл, А24 добавила первый в своем роде контракт с аудиоплатформой Spotify. К премьере Хилл и его друзья составили идеальный, по мнению героев и создателя фильма, плейлист, который мог скачать любой желающий.

Скейт, выпущенный к премьере фильма «Середина 90-х»

Фото: A24

«Неограненные алмазы» вышли в том же 2019-м и по всем показателям были спорным проектом. Несмотря на то, что Сэндлер стабильно раз в пять лет великолепно играет драматические роли у лучших американских режиссеров (Ноа Баумбак, Пол Томас Андерсон, Джадд Апатоу), широкая публика все равно видела его исключительно как автора «Не шутите с Зоханом» про парикмахера из «Моссада». Рекламную кампанию «Алмазов», как и в случае с «Серединой 90-х», тоже переместили из информационного поля в мир вещей: Сэндлер, разумеется, сходил на все вечерние ток-шоу, где рассказывал, какой замечательный фильм всех ждет, но гораздо больше шуму наделала линия безумных драгоценностей как у его героя.

Сейчас, когда будущее традиционного кинопроката весьма туманно, тем более интересно, как со своими проектами будет работать А24. Едва ли студия обойдется простыми продажами стриминговым сервисам, тем более что на 2021 год у нее запланировано несколько огромных по ее меркам фильмов. Главный из них — разумеется, «Макбет» Джоэла Коэна с Фрэнсис Макдорманд и Дензелом Вашингтоном, снятый в стилистике немецкого экспрессионизма. Остается только предвкушать, как А24 в современном политическом климате будет завлекать широкую публику на экранизацию самой мрачной пьесы Шекспира, написанной под впечатлением от неудавшегося взрыва английского парламента.

*Мартин Скорсезе

Скорсезе, главный чирлидер нового (и старого) кино, для А24 — что-то вроде крестного отца. Он продюсировал для компании «Сувенир» Хогг, читал лекции про «Реинкарнацию» Астера, написал статью про его же «Солнцестояние» для подарочного DVD-издания, участвовал в нескольких подкастах студии, а сейчас продюсирует «фильм про призраков» с Тильдой Суинтон в главной роли, выход которого запланирован на следующий год.

*Скотт Рудин

Ветеран американского независимого кино, продюсер того же Скорсезе, Уэса Андерсона, Дэвида Финчера, М. Найта Шьямалана, братьев Коэн и Пола Томаса Андерсона. Про А24 сказал, что это лучшая компания, с которой он когда-либо работал. Помимо «Середины 90-х» и «Макбета» делал с А24 «Восьмой класс» Бо Бернема, «Первую корову» Келли Райхардт, «Из машины» Алекса Гарленда и «Леди Бёрд» Греты Гервиг.