«Азбуки» Л. Н. Толстого

Вестник ПСТГУ

IV: Педагогика. Психология

2007. Вып. 1. С. 149-160

«Азбуки» Л.Н. Толстого

Мумрикова Л.И.

Преподаватель кафедры общей педагогики педагогического факультета ПСТГУ

Учебники Л.Н. Толстого по обучению грамоте оказали в свое время заметное влияние на создание ряда русских дореволюционных азбук. Автор статьи отмечает, что «Азбуки» Толстого, помимо практической учебнометодической направленности, несли в себе и большой потенциал нравственного воспитания.

В течение многих веков российской истории православие, образование и воспитание были неразрывны: Церковь являлась главным местом обучения русского народа грамоте, а церковные книги — главным чтением. Вплоть до Петровской эпохи Церковь и школа составляли один институт. Школа для детей была своего рода храмом Божиим, каким для взрослых была настоящая Церковь. Именно Церкви главным образом обязано русское общество допетровской эпохи тем, что оно получало знания, причем нередко выходящие за узкие рамки утилитарных потребностей. Более того, Церковь, как пишет игумен Иоанн (Экономцев), «открыла перспективу беспредельного углубления этих знаний и беспредельного нравственного совершенствования»1.

Одновременно в России развивалось и светское мировоззрение, утвердившееся особенно в образованных, ориентированных на ценности западной цивилизации слоях общества. Однако серьезные предпосылки отделения русской школы от Церкви появились лишь в период Петровских реформ, когда великим реформатором были смещены акценты в подходе к содержанию образования: ранее воспитание и обучение были направлены на формирование православно-религиозного сознания; теперь же произошло некоторое раздвоение процессов воспитания и обучения с частичным изменением их сути. Воспитание сохраняло цель формирования человека-христиа-нина, и государство, как христианско-православное, не противилось

1 Экономцев Иоанн. Православие. Византия. Россия: Сб. статей. М., 1992. С. 61.

этому. Однако, забирая в свои руки обучение, оно сделало его разнообразным, отвечающим потребностям государственной службы, придало ему светский характер, одновременно окрасив и воспитание новыми, «просветительскими» тонами. Основной «помехой» для достижения окончательной секуляризации образования оставалось семейное, все еще церковное воспитание. Это «препятствие» было почти преодолено во времена царствования Екатерины II. По ее мнению, новая школа должна была воспитывать, тогда как прежняя — только учила. В связи с этим задачи воспитания, которые прежде решались семьей, стали брать на себя бессословные общеобразовательные учреждения.

Петровские преобразования, а затем школьные реформы Екатерины II и Александра I снижали влияние Церкви на образование, меняли изначальный облик русской школы. Хотя изучение Закона Бо-жия сохранялось, но атмосфера православного воспитания покидала ее. Постепенно система обучения становилась все более светской, из нее вытеснялись священнослужители.

В 1830 г. при Николае I в школах усилилось преподавание Закона Божия. Новым министром просвещения С.С. Уваровым была выдвинута триединая формула просвещения — православие, самодержавие, народность. Он требовал «возложить надежды на истинно русские охранительные начала православия, самодержавия и народности, составляющие последний якорь нашего спасения...». По его мнению, цель образования заключалась в воспитании у детей религиозности и христианской нравственности. Решению такой задачи и был посвящен один из учебников по обучению грамоте — «Азбука» Л.Н. Толстого 1872 г. «Цель книги, — разъяснял автор в одном из своих писем, — служить руководством при обучении чтению, письму, грамматике, славянскому языку и арифметике для русских учеников... И представить ряд хороших статей, написанных хорошим языком...»2.

Эти учебники Л.Н. Толстой писал в период своих душевных исканий, но в «Азбуках» это никак не отражено. Первые шаги к анти-церковному мировоззрению появляются у него в 1881 г. в критике догматического богословия, где он выразил свое понимание религии и Христа.

«Азбука» 1872 г. состоит из четырех книг. В первую книгу вошли:

1) собственно «Азбука»;

2) тексты для первоначального чтения;

3) славянские тексты;

2 Толстой Л.Н.Полн.собр.соч. М.,1953. Т. 61. С. 338—339.

150

4) материалы для обучения счету.

Вторая книга представляет собой материалы для чтения. Сюда помещены художественные, научно-популярные рассказы по истории, географии, физике и естествознанию. В ней же приводятся и тексты для изучения церковнославянского языка и арифметики.

Подобную композицию сохраняют и последующие две книги «Азбуки» — третья и четвертая. Материалы для каждой части усложняются в соответствии с возрастом учащихся. Но для первоначального обучения чтению и письму предназначена только первая книга. Рассмотрим ее подробнее.

Первая часть «Азбуки» имеет несколько разделов. Страницы первоначального раздела пособия занимают крупномасштабные буквы, расположенные в алфавитном порядке, каждая из которых сопровождается картинками. Цель этого материала — усвоение детьми начертания и названия букв.

Далее следуют двух-, трех-, четырех-, пятибуквенные слоги и буквенные сочетания для обучения слитному чтению слогов.

Следующий раздел наполнен словами, пословицами и поговорками, поделенными на слоги для выработки слогового чтения и тренировки в письме.

Затем автор включает в учебник пословицы, поговорки, загадки, небольшие связные тексты, которые уже могут служить для упражнений в произношении. Над теми словами, в которых написание расходится с произношением, надстрочно помещены набранные петитом буквы, которые указывают на орфоэпические нормы. Таким образом, «Л.Н. Толстой вводил два способа чтения при первоначальном обучении: исходное — орфографическое и следующее за ним — орфоэпическое»3.

Вторая часть книги включает в себя художественные рассказы, переложение басен Эзопа, а также народных сказок. Здесь же помещены и научно-популярные тексты.

В третьей части книги собраны церковнославянские тексты для обучения славянскому языку. Л.Н. Толстой приводит отрывки из Несторовой летописи, Библии, тексты молитв и т.д.

Завершают учебник материал для счета и методические указания «Для учителя». В них раскрываются особенности слухового метода обучения грамоте для более эффективного обучения чтению.

Нужно подчеркнуть, что «Азбуки» Л.Н. Толстого были основаны на «слуховом» методе, разработанном самим автором. В букваристи-

3 Толстой Л.Н. «Азбука»; Новая «Азбука» / Сост. В.Г. Горецкий, Г.В. Карпюк. М., 1978. С. 16.

ке метод Толстого обычно называют «слогослуховым» и относят к слоговым методам, в системе которых за единицу анализа и синтеза берется слог 4. В нем большое внимание уделялось слуховой работе: разложению слогов на звуки, соединению звуков в слоги, чтению слогов, их произношению. Тексты составлялись таким образом, чтобы трудность читаемых слогов и слов нарастала постепенно. Так, вся первая часть «Азбуки» составлена из слов, не превышающих двух слогов и шести букв.

В указаниях учителю автор пишет: «Заставьте ученика на слух без книги складывать слоги, оканчивающиеся гласною; говорите бе-ре-а— бра; де-ре-у — дру и т.д.». Затем он рекомендует переходить к чтению и письму под диктовку. Причем требует не стеснять ученика требованием правильности: «пускай пишет малако, фсатъ вместо молоко, в сад» и т.п.

Выход в свет в 1872 г. «Азбуки» Л.Н. Толстого стал крупным событием в культурной жизни России, приковавшим к себе внимание педагогической общественности. Первый учебник писателя-просве-тителя, основанный на слуховом методе, вызвал к себе неодинаковое отношение. Однако отличие этой книги от других ей подобных мы находим еще и во внутренних ее качествах. Рассмотрим их подробнее.

В свою «Азбуку» Л.Н. Толстой для духовно-нравственного воспитания вложил тексты на церковнославянском языке. Хотя в школах того времени дети много времени уделяли чтению церковнославянских текстов, тем не менее, как замечено в отзыве на «Азбуку графа Л.Н. Толстого, в 4 книгах»5, хорошего сборника церковнославянских статей для чтения, который удовлетворял бы всем требованиям обучения, не было. Поэтому «Азбука» заслуживала в этом смысле особого внимания. Обучение церковнославянскому языку предполагалось постепенным, поэтапным, как бы неторопливым. В «Азбуке» помещен отрывок из Несторовой летописи, который дан в двух параллельных текстах: славянском и русском. Таким образом, ученик начинал свое знакомство со славянским языком с того, что учился читать на нем. Современники отмечали этот прием как положительный6. Незнакомые буквы встречаются не с самого начала отрывка и не одновременно, «вследствие чего ученик может легко их усвоить»7.

4 Методика обучения грамоте: Учебно-методическое пособие для преподавателей и студентов педагогических учебных заведений / Сост. Т.П. Сальникова. М., 2001. С. 131.

5 «Азбука» графа Л.Н. Толстого, в 4 книгах // Русская критическая литература о произведениях Л.Н. Толстого. Ч. 7 / Сост. В. Зелинский. М., 1901. С. 51.

6 Там же. С. 59.

7 Там же.

Так же положительно оценивалось использование автором отрывков из Несторовой летописи на славянском языке, что являлось «элементом народности, который граф Толстой считает необходимым прививать детям»8. Однако высказывались и критические замечания: «Но едва ли дети из чтения этих сказаний вынесут что-нибудь, кроме скуки; для детей же народа, кроме того, при том коротком сроке, который отмерен им жизнью для образования, нужно сообщать сведения, приносящие более прямой пользы, нежели уменье ценить красоты Несторовой летописи»9.

За фрагментом Несторовой летописи в «Азбуке» следовал отрывок из Четьи-Миней, в котором «нет никаких новых трудностей, кроме новых славянских слов и оборотов»10. Они, с одной стороны, пояснялись параллельным русским переводом, а с другой — подстрочными знаками. Титла встречались в первый раз при чтении первой главы Книги Бытия, помещенной после отрывка из Минеи. Это был рассказ о сотворении мира. Далее помещен отрывок из Евангелия от Матфея о любви к Богу и к ближнему.

Материал для церковнославянского чтения содержался во всех четырех книгах «Азбуки». Автор брал его из Несторовой летописи, Четьи-Миней, Библии (Ветхого и Нового Заветов) или житийной и другой литературы, например, «Жития Сергия Радонежского», «Слова о гневе».

В первой книге, кроме того, помещены: молитва Господня, Символ веры, десять заповедей. Текст везде параллельный, а в первых двух книгах — с подстрочными примечаниями. Выбор статей «довольно разнообразный и удачный... применим к детскому возрасту... — продолжает критик «Азбуки». — Чудеса и притчи Христовы, чудесная деятельность апостолов очень интересуют детей»11. Но отмечались в «Азбуке» и другие недостатки:

1) большое количество географических имен, стран, городов, племен, встречающихся в начальном отрывке из Несторовой летописи, по которому изучается славянская «Азбука»;

2) отрывкам из Нового Завета дано мало места;

3) в сборнике церковнославянских статей желательно бы видеть более употребительные домашние молитвы и церковные песнопения с русским переводом.

8 «Азбука» графа Л.Н. Толстого в четырех книгах, цена каждой книги 50 к. // Неделя. Б.м., 1872. №39—40. С. 1161.

9 Там же.

10 «Азбука» графа Л.Н. Толстого, в 4 книгах // Русская критическая литература о произведениях Л.Н. Толстого. Ч. 7. С. 59.

11 Там же. С. 60.

Ф. Резенер, касаясь текстов на церковнославянском языке, отмечал, что «хороший учитель, читая с детьми этот отдел и обращая внимание на отличие форм славянского языка с русским, без труда достигнет необходимого знакомства с этим языком». В то же время он считал не вполне удачным подбор отрывков из Библии и Минеи12.

Итак, отдел славянского чтения в книге был широко представлен. «Видно, что изучению славянского языка автор придает особенно важное значение в начальном обучении; из примечаний для учителя видно, что он находит необходимым, чтобы дети изучали его параллельно с русским и притом изучали бы не один церковнославянский язык, язык Евангелия, но и древнерусский», — писал А. Николич13.

Третий и четвертый разделы первой части книги наполнены многочисленными пословицами и поговорками. Эти разделы явились хорошим материалом для изучения живого великорусского языка, вместе с тем подбор пословиц и поговорок давал возможность для воспитания у детей духовно-нравственных приоритетов. Например: «Без Бога ни до порога, а с ним хошь за море»; «Никто не может, так Бог поможет»; «На Бога надейся, сам не плошай»; «Голенький ох, а за голеньким Бог»; «Рад бы в рай, да грехи не пускают»; «Другу сколько можно помогай»; «Дитя падает — ангел перинку стелет»; «Материнская молитва со дна моря поднимает»; «Не рой другому яму, сам упадешь»; «Люби взять, люби и дать»; «Семейная каша гуще будет»; «Глупой птице свой дом не мил»; «Наши пряли, а ваши спали» и др.

Есть в «Азбуке» и загадки: «Что безызвестно? (Божья воля)»; «Рассыпался горох на четырнадцать дорог. (Народ из церкви)»14.

Но, как отмечал Ф. Резенер, в «Азбуке» «далеко не все пословицы могут быть ясны и интересны для детей. Например: «Не море топит — лужа»; «Бедность учит — счастье портит»; «Мокрому дождь не страшен»15. Некоторые из них очень темны: «В друге стрела — как в пне»16. На основании этого рецензент делал вывод, что «значительная часть пословиц составляет ненужный балласт книги»17.

Вторая часть книги богато насыщена рассказами. Здесь представлены как художественные, фольклорные, так и исторические, научно-популярные тексты.

12 Резенер Ф. «Азбука» графа Л.Н. Толстого // Русская критическая литература о произведениях Л.Н. Толстого. Ч. 7. С. 49—50.

13 Николич А. «Азбука» графа Л.Н. Толстого. Четыре тома // Русская критическая литература о произведениях Л.Н. Толстого. Ч. 7. С. 23.

14 Толстой Л.Н. Азбука: Кн. 1. СПб., 1872. С. 32—59.

15 Резенер Ф. Указ. соч. С. 44.

16 Там же.

17 Там же.

«Считая необходимым развивать нравственный элемент перед умственным»18, автор учебника представил читателю и ряд нравоучительных рассказов. Например, «Муравей и голубка», «Лгун», «Курица и золотые яйца», «Подкидыш», «Пожар», «Камень» и т.д.

Наименьшее развитие получил исторический раздел, куда вошло лишь несколько коротких отрывков из сочинений Геродота и Плутарха и пяти былин. Остальной материал по истории был сосредоточен в славянском тексте Несторовой летописи.

Как отмечали современники, «рассказы Л.Н. Толстого написаны очень живо и просто»19, в чем сказалась «могучая сила его литературного таланта»20. Мы же отметим, что достоинства «Азбуки» Л.Н. Толстого были видны не только многим русским учителям, методистам. Первый учебник писателя, взявшего на себя и миссию педагога, еще при его жизни привлек внимание ряда зарубежных специалистов к русскому языку и его преподаванию. Как отмечает Э.Е. Зайденшнур, «Азбука» с «Книгами для чтения» «была признана отличным пособием для обучения русскому языку... учащихся парижских лицеев и высшей школы...»21. В 1905 г. Поль Буайе, профессор Парижской школы восточных языков, составил «Руководство для изучения русского языка» на материале двадцати восьми рассказов из «Азбуки».

Итак, «Азбука» Л.Н. Толстого стала этапным явлением в развитии отечественной учебной и детской художественной литературы. В то же вре мя она отражала и духовные истоки русского народа — православную культуру.

Учитывая все критические замечания в адрес первой «Азбуки», Л.Н. Толстой начал работу над созданием «Новой азбуки». Учебник вышел в свет в Москве в 1874—1875 годах. «Новая азбука» преемственно связана с первой «Азбукой» 1871—1872 гг., однако это фактически новый и по структуре, и по содержанию учебник. Он отличается более строгим отбором учебных материалов, последовательным их усложнением по принципу «правильной постепенности», обусловленной особенностями усвоения детьми первоначального навыка чтения. Характер этой постепенности раскрывается в предисловии к учебнику, где говорится о «подразделении Азбуки». Такое построение учебного процесса, как отмечалось в рецензии на учебник, под-

18 «Азбука» графа Л.Н. Толстого. Книги I, II, III, IV, по 50 к. каждая // Русская критическая литература о произведениях Л.Н. Толстого. Ч. 7. С. 27.

19 «Азбука» графа Л.Н. Толстого в четырех книгах, цена каждой книги 50 к. // Неделя. Б.м., 1872. № 39—40. С. 1160.

20 Там же.

21 Зайденшнур Э.Е. «Азбука» Толстого и многонациональная детская литература в СССР // Яснополянский сборник. 1974. Тула, 1974. С. 36.

писанной псевдонимом «Русский», «еще более привлечет к себе внимание ребенка, разовьет в нем желание преодолеть трудности, чтобы поскорее выучиться читать. При таком занятии нет ничего отрывочного, скучного, утомляющего детское внимание»22.

Примечательной чертой «Новой азбуки» являлась ее сориентиро-ванность на разные способы обучения: слуховой, звуковой (в котором звук берется в качестве исходного элемента обучения; школьники усваивают звуки и затем соотносят с ними буквы23), буквослага-тельный и даже так называемый метод целых слов (по которому чтение начинается с прочтения целых слов, без расчленения их на буквы24). Это не только утверждалось в предисловии к учебнику, но и поддерживалось всей системой вошедших в него материалов.

«Новая азбука», как и прежний учебник, открывался страницей с крупномасштабным изображением букв, расположенных в алфавитном порядке. На второй странице алфавит имел иное начертание, печатные буквы приводились парами (прописная и строчная). Одновременно даются названия букв, во-первых, в соответствии с требованиями слухового метода: а, бе, ве, ге, де, ье, же и т.п., во-вторых, так, как это принято в звуковых системах: а, бъ, въ, гъ, дъ, е, жъ и т.п., и, наконец, в-третьих, так, как того предписывал старинный букво-слагательный способ: аз, буки, веди, глаголь, добро, есть, живете и т.п. Таким образом, по словам автора, «учитель мог остановиться в зависимости от выбранного им метода обучения на нужной разновидности называния букв. Материалы первых двух страниц должны были помочь ребенку выучить печатные буквы, запомнить их начертание, а также название каждой из них».

Последующая страница нового букваря Л.Н. Толстого предназначалась для знакомства детей с рукописными вариантами букв, «но более всего для того, чтобы обучающиеся смогли прочно запомнить начертание и наименование каждой из букв русского алфавита»25.

Четвертая страница «Новой азбуки» отводилась слогам и столбикам двусложных слов, «на основе которых ученики должны овладеть навыком звукослогового разложения и сложения слов и слоговым чтением»26.

Как известно, при звуковом способе обучения чтению детям да-

22 Русский. Новая «Азбука» графа Л.Н. Толстого // Русская критическая литература о произведениях Л.Н. Толстого. Ч. 7. С. 218.

23 Там же.

24 Методика обучения грамоте: Учебно-методическое пособие для преподавателей и студентов педагогических учебных заведений. С. 131.

25 Толстой Л.Н. «Азбука»; «Новая азбука». С. 17.

26 Там же.

ются сначала звуки — элементы слова устного, затем буквы, как знаки звуков и элементы письменного слова. Учащие по звуковому способу могут использовать специально подобранные для прикладывания согласных к гласным односложные слова. Для вспоминания забытых звуков подобраны слова, начинающиеся со всех звуков и четырнадцать слов, включающих в себя все буквы азбуки.

Для учащих по слуховому способу подобраны слова, начинающиеся с букв, «как они произносятся».

В буквослагательном способе начинают обучение с букв, а к звукам дети подходят сами. Чтение начинается после заучивания складов, а письмо идет отдельно от чтения в виде списывания с прописей. Учащиеся по старинному методу найдут в учебнике односложные двухбуквенные, трехбуквенные и четырехбуквенные слова, которые вместе с первыми слогами слов могли быть употребляемы как склады. Учащие по слуховому методу могли использовать эти односложные слова для упражнения в складывании и раскладывании на слух.

Для тех, кто учится по так называемому в Англии и Америке способу слов (word method, который состоит в том, чтобы по виду узнать целые слова и потом разлагать их на составные части-буквы), найдут для этой цели, по мнению Л.Н. Толстого, ряд легких и коротких слов. Это есть способ Жакото, принятый и у нас. В нем сначала запоминается вид слова и его произношение, затем вид слогов и их произношение и, наконец, вид букв, составляющих слог, и их звук.

С пятой страницы в «Новой азбуке» начинались связные тексты. Через определенные интервалы они чередовались с подборками слов для усиленной тренировки в технике чтения. Все букварные материалы распределены по трем частям, внешним отличительным признаком которых является величина шрифта. Первая часть учебника включает слова и тексты, составленные «из слов, не выходящих из двух слогов и шести букв». Слова, «не выходящие из трех слогов», и тексты второй части набраны более мелким шрифтом. Третья часть набрана еще более мелким шрифтом. В нее вошли слова и тексты, причем слова четырех- и пятисложные.

По содержанию части выделяются на основе принципа усложнения материалов, включаемых в каждую из них, — от простейших общеупотребительных двусложных слов, написание которых не расходится с их произнесением, к более сложным словам и «более сложным соединениям из них, переходящим в басни, сказки и рассказы». В начале книги автор избегает длинных многосложных слов. «Но даже тут, — как считала Н. Островская, — нельзя заметить в языке ни ма-

лейшей натяжки; он так сжат, прост и изящен, как будто для автора не существовало никаких стеснений»27. Даже в отдельных предложениях уже есть содержательность и связь. Почти все рассказы «хороши по содержанию и по языку»28.

«Новая азбука» отличалась от других, как замечено в статье «Новая “Азбука” гр. Л.Н. Толстого», «своим литературным достоинством. в ней примеры просты, легки для детского понимания, занятны, многие отличаются юмором и игривостью ума. Многие рассказы суть не что иное, как переделка басен и народных сказок; но особенною художественностью отличаются рассказы, например: «Птичка», «Корова», «Филиппок», как считал анонимный критик29.

В своем учебнике Л.Н. Толстой «последовательно приводит идею и нравственного совершенствования человека, стремления к тому нравственному идеалу народа, который всегда связывается с торжеством добра, справедливости, дружбы, взаимной помощи»30. Утверждение этих идей осуществлялось писателем как через показ различного рода положительных примеров («Подкидыш»), так и с помощью текстов, в которых вскрывались отрицательные качества и проявления людей («Дележ наследства», «Ученый сын»). Для Л.Н. Толстого нравственное — «это движение непосредственного чувства, влечение к добру»31. Характерны в этом отношении такие, например, рассказы: «Деду скучно было дома. Пришла внучка, спела песню»; «У бабки была внучка, прежде внучка была мала и все спала, а бабка сама пекла хлебы, мела избу, пряла и ткала на внучку; а после бабка стала стара и легла на печку и все спала. И внучка пекла, мыла, шила, ткала и пряла на бабку». Отвращение ко злу у Л.Н. Толстого в «Новой азбуке» иллюстрируется таким рассказом: «Был у Миши кнут. Он им всех бил. Раз он бил кошку няни. Пришла няня, взяла у Миши кнут и била Мишу за то, что он был зол и бил ее кошку».

Один из недостатков книги — отсутствие стихотворений, поэтических народных поговорок и пословиц — богатого воспитательного элемента. «Это у певучего-то славянского народа! А между прочим стихи надобны и в педагогическом отношении, дети любят их учить наизусть, следовательно, работа разнообразится; кроме того, учением стихов наизусть с чувством, с толком, с расстановкой, под руководст-

27 Островская Н. // Учебно-воспитательная библиотека. Б.м., 1875. Т. 1. Ч. 1. С. 205.

28 Там же.

29 Русский. Указ. соч. С. 218.

30 Толстой Л.Н. «Азбука»; Новая «Азбука». С. 485.

31 Там же.

вом учителя, вырабатываются ясность и отчетливость произношения и выговора»32.

Автор учебника стремился не только научать детей читать и писать, но и «расширять жизненный кругозор, нравственно воспитывая их»33. В тесной связи с представлениями о нравственности находились и религиозные воззрения Л.Н. Толстого.

В «Новой азбуке» мы находим также отрывки из Несторовой летописи, из Четьи-Миней и Книги Бытия. Здесь помещена славянская «Азбука» и православные молитвы: «Царю небесный», «Трисвятое», «Отче наш», «Богородице Дево», «Достойно есть», Символ веры, десять заповедей, молитвы перед принятием пищи и после и др.

«Новая азбука» получила «широкое применение всех тех, кто так или иначе имел отношение к воспитанию и обучению детей»34.

Надо отметить, что новаторство азбук Л.Н. Толстого состояло прежде всего в их «народности, тесной связи с жизнью трудового крестьянства, его культурой, языком...», а также «в обилии материалов для чтения, в их особо тщательной художественной и методической отработке»35. Букварные тексты пронизаны реализмом. Но в то же время «писатель-педагог подчеркивает, что человеку всегда присуща вера в силу добра, человечность»36, что и является нравственным воспитанием.

Своей «Новой азбукой», как отмечают современные исследователи В.Г. Горецкий и Г.В. Карпюк, автор стремился разрешить несколько задач, связанных с воспитанием учащихся:

1) учебник знакомил детей с разными сторонами жизни человека, общества и природы и тем самым обеспечивал получение ребенком практического образования;

2) приобщал детей к народному языку, развивал языковые чувства у школьника, воспитывал любовь к народному творчеству и литературе;

3) оказывал большое эстетическое воздействие на учащихся и развивал художественные вкусы;

4) оказывал сильное нравственное влияние на учеников и тем самым способствовал формированию у них высоких нравственных качеств личности.

В.Г. Горецкий и Г.В. Карпюк приходят к следующему выводу: «Глубокое нравственное чувство, которым проникнуты тексты „Но-

32 Русский. Указ. соч. С. 220.

33 Толстой Л.Н. «Азбука»; Новая «Азбука». С. 269.

34 Там же. С. 441.

35 Там же. С. 482.

36 Там же.

вой азбуки”, авторское стремление укрепить в маленьком читателе-ученике добрые человеческие начала и гуманные побуждения, душевно закалить его и сделать стойким перед житейскими невзгодами, сохранить в нем веру в победу добра над злом, морально подготовить к нелегкой трудовой деятельности является примечательной особенностью учебника Л.Н. Толстого»37.

Сочувственным отношением к новому учебнику Л.Н. Толстого проникнута рецензия, появившаяся в «Московских Епархиальных Ведомостях»38. Наибольшим достоинством учебника рецензент считал дидактическую последовательность в подаче букварных материалов — от простейших ко все более усложняющимся, и то, что все тексты «составлены так, чтобы ученик мог без наводящих вопросов рассказать прочитанное». Отмечая положительные моменты учебника, рецензент выражал надежду, что «Новая азбука» получит «самое широкое распространение».

"Alphabets" by L.N.Tolstoy

L.I.Mumrikova

L.N.Tolstoy's textbooks for training reading and writing had the influence on the creation of some Russian pre-revolutionary alphabets. The author states, that Tolstoy's "Alphabets" bore in themselves a great potential of moral education, besides the practical teaching orientation.

37 Там же. С. 504.

38 Библиография. Новая «Азбука» Л.Н. Толстого // Московские Епархиальные Ведомости. М., 1875. № 34.