Гражданские правонарушения со стороны поклажедателя, возникающие при исполнении договора хранения (общие положения)

Вестник Самарской гуманитарной акалемии. Серия «Право». 2014. № 2

ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ ЦИВИЛИСТИКИ

ГРАЖДАНСКИЕ ПРАВОНАРУШЕНИЯ СО СТОРОНЫ ПОКЛАЖЕДАТЕЛЯ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ ДОГОВОРА ХРАНЕНИЯ

© И. В. Маштаков

Рассматривая обшие положения главы 47 Граж-ланского колекса РФ, автор анализирует отлельные ситуации неналлежашего исполнения поклажелате-лем своих обязанностей, которые квалифицирует как гражланские правонарушения.

Ключевые слова: логовор хранения, хранитель (профессиональный хранитель), поклажелатель, филуци-арный логовор, консенсуальный логовор, реальный логовор, гражланское правонарушение.

В ряде последних публикаций мы рассматриваем особенности гражданских правонарушений, вытекающих из договоров, представленных во второй части Гражданского кодекса РФ1. В этот раз мы рассмотрим правонарушения по договору хранения (общие положения).

1 См., напр.: Маштаков И. В. Гражданские правонарушения, вытекающие из договора перевозки груза // Проблемы российского законодательства: история и современность: матер. X Междунар. науч.-практ. конф., Тольятти, 21-22 февраля 2013 г. Самара : Са-мар. гуманит. акад., 2013. С. 103—107; Маштаков И. В. Гражданские правонарушения, возникающие при перевозке пассажиров железнодорожным транспортом // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия «Право». 2013. № 2 (14). С. 181—185; Маштаков И. В. Гражданские правонарушения, вытекающие из договора займа // Проблемы российского законодательства: история и современность : Матер. XI Междунар. науч.-практ. конф. Тольятти, 20-21 февраля 2014 г. / редкол.: Р. В. Закомолдин и др.; филиал НОУ ВПО СаГА в г. Тольятти. Самара : Самар. гуманит. акад., 2014. С. 107—111 и др.

Маштаков

Игорь Владимирович

кандидат юридических наук, доцент

заведующий кафедрой гражданского права и процесса филиал Самарской гуманитарной академии в г. Тольятти

По договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности (п. 1 ст. 886 ГК РФ). В таком виде договор хранения представлен как реальный.

В договоре хранения, в котором хранителем является коммерческая организация либо некоммерческая организация, осуществляющая хранение в качестве одной из целей своей профессиональной деятельности (профессиональный хранитель), может быть предусмотрена обязанность хранителя принять на хранение вещь от поклажедателя в предусмотренный договором срок.

Речь идет о консенсуальном договоре хранения, исполнение которого отложено на определенный срок. При этом реализация этой обязанности хранителя в полной мере зависит от желания и права поклажедателя. Хранитель, взявший на себя по договору хранения обязанность принять вещь на хранение, не вправе требовать передачи ему этой вещи на хранение (п. 1 ст. 888 ГК РФ).

Данное положение связано с фидуциарным (доверительным) характером обязательства хранения. Услугодатель (хранитель) не вправе заставить (понудить) услугополучателя (поклажедателя) во что бы то ни стало отдать вещь на хранение, коли уж договорились. Тем не менее, договор есть договор и неисполнение этой обязанности поклажедателем не проходит для него безнаказанно.

Поклажедатель, не передавший вещь на хранение в предусмотренный договором срок, несет ответственность перед хранителем за убытки, причиненные в связи с несостоявшимся хранением, если иное не предусмотрено законом или договором хранения.

Получается, что законодатель в консенсуальном договоре, не возлагая напрямую на поклажедателя обязанности передать вещь на хранение, тем не менее, привлекает его к ответственности за нарушение срока передачи.

Складывается не совсем логичная ситуация. Нет обязанности передать вообще, но есть обязанность соблюдения срока такой передачи. Если соблюдение срока не рассматривать вообще как обязанность, то как мы можем говорить об ответственности за несостоявшееся хранение. Нет обязанности — нет ответственности.

На наш взгляд, обязанность соблюдения срока передачи вещи на хранение не может существовать без обязанности самой передачи. В противном случае, следует тогда говорить не об ответственности, а о некоем риске несения убытков (расходов), связанных с предполагаемым, но несостоявшимся хранением. В связи с этим, термин «ответственность», используемый в абз. 2 п. 1. ст. 888 ГК РФ, требует законодательного уточнения и соответствующего толкования правоприменительными органами.

Всё-таки ответственность — это следствие правонарушения. Есть ли в бездействии поклажедателя, не передавшим по консенсуальному договору вещь на хранение, признаки правонарушения? — большой вопрос.

Видимо логику законодателя следует понимать так. Если поклажедатель надумал воспользоваться своим правом сдать вещь на хранение и сдает её хранителю, то у него тут же возникает обязанность задуматься о сроке: не поздно ли он это делает? Если выясняется, что обусловленный в договоре срок уже истёк, то наступает ответственность за гражданское правонарушение - просрочку сдачи на хранение. Здесь логика понятна.

А если поклажедатель так и не воспользовался своим правом на передачу вещи на хранение по консенсуальному договору, но по закону должен возместить убытки вследствие несостоявшегося хранения, то почему ГК РФ называет это ответственностью? Ведь обязанности сдать вещь на хранение в общем виде не предусмотрено. По крайней мере, хранитель не вправе требовать передачи ему вещи на хранение, а любому праву корреспондирует соответствующая обязанность. Если не вправе хранитель, то и не обязан поклажедатель.

П. В. Крашенинников эту ситуацию соотносит с положением п. 2 ст. 396 ГК РФ, согласно которому возмещение убытков (уплата неустойки) при неисполнении обязательства, в отличие от его ненадлежащего исполнения, влечет за собой освобождение должника от реального исполнения. Таким образом, хранитель не вправе требовать от поклажедателя исполнения обязанности по передаче вещи на хранение. Суд отказывает в удовлетворении таких требований2. То есть, уважаемый учёный считает, что на поклажедателе всё-таки лежит прямая обязанность по передаче вещи на хранение, за полное неисполнение которой он освобождается от реального исполнения, но наступает ответственность по аналогии со ст. 396 ГК РФ.

Мы всё-таки склоняемся к тому, что речь идёт не об обязанности, а о реализации или не реализации субъективного права — права на передачу вещи на хранение, и, если поклажедатель этим правом не воспользовался в принципе, то нет оснований констатировать гражданское правонарушение с его стороны, а значит и не должно быть ответственности. Если же он решил воспользоваться этим правом, но не уложился в срок (обязанность соблюдения срока), то на лицо гражданское правонарушение — просрочка в исполнении, за что и логично наступает гражданско-правовая ответственность.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ убытки включают в себя реальный ущерб (например, уже произведенные хранителем расходы на подготовку к хранению вещи, в том числе на аренду специальных помещений, оборудования), а также упущенную выгоду (вознаграждение, которое предусмотрено договором хранения). При этом размер убытков должен быть подтвержден хранителем, в частности, путем представления доказательств того, что хранителем были предприняты какие-либо приготовления к получению соответствующих доходов. В противном случае суд отказывает в удовлетворении требования о взыскании убытков3.

Хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока. Если срок хранения договором не предусмотрен и не может быть определен исходя из его условий, хранитель обязан хранить вещь до востребования ее поклажедателем.

Если срок хранения определен моментом востребования вещи поклаже-дателем, хранитель вправе по истечении обычного при данных обстоятельствах

2 Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй : в 3 т. / Н. В. Бандурина, А. И. Бибиков, Е. В. Вавилин и др.; под ред. П. В. Крашенинникова. М. : Статут, 2011. Т. 3. 574 с. / СПС «Консультант-Плюс».

3 См., например, Постановление ФАС Уральского округа от 21 октября 2004 г. № Ф09-3500/04-ГК.

срока хранения вещи потребовать от поклажедателя взять обратно вещь, предоставив ему для этого разумный срок. Неисполнение поклажедателем этой обязанности влечет следующие последствия.

Хранитель вправе, если иное не предусмотрено договором хранения, после письменного предупреждения поклажедателя самостоятельно продать вещь по цене, сложившейся в месте хранения, а если стоимость вещи по оценке превышает сто установленных законом минимальных размеров оплаты труда, продать ее с аукциона в порядке, установленном ГК РФ. Сумма, вырученная от продажи вещи, передается поклажедателю за вычетом сумм, причитающихся хранителю, в том числе его расходов на продажу вещи (п. 2. ст. 899 ГК РФ).

О каком гражданском правонарушении здесь идет речь? Сдать вещь на хранение или не сдать — целиком зависит от усмотрения поклажедателя. А вот забрать вещь обратно — это уже его обязанность, причем с соблюдением соответствующего срока (ст. 889 ГК РФ).

При трактовке продолжительности таких сроков может быть использовано положение абз. 2 п. 2 ст. 314 ГК РФ, согласно которому обязательство, не исполненное в разумный срок, а равно обязательство, срок исполнения которого определен моментом востребования, должник обязан исполнить в семидневный срок со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не вытекает из закона, иных правовых актов, условий обязательства, обычаев делового оборота или существа обязательства.

Заметим, что в перспективе понятие «разумный срок исполнения» будет исключено из содержания ст. 314 ГК РФ для должника, но сохранится для предъявления требования кредитором.

Таким образом, правонарушение со стороны поклажедателя — не забрать своевременно ранее сданную вещь на хранение обратно у хранителя или уклонение от её принятия. Своеобразная мера ответственности для поклажедателя — утрата вещи и получение взамен неё денежного эквивалента её стоимости, причём не обязательно равноценного. Учитывая, что из вырученной суммы хранитель ещё вычтет свои расходы на продажу вещи, поклажедатель, действительно, претерпевает имущественные потери, отражающие смысл гражданско-правовой санкции.

Другой важной обязанностью поклажедателя является не предупреждение хранителя об опасных свойствах, сдаваемых на хранение вещей (ст. 894 ГК РФ). Вещи, легковоспламеняющиеся, взрывоопасные или вообще опасные по своей природе, если поклажедатель при их сдаче на хранение не предупредил хранителя об этих свойствах, могут быть в любое время обезврежены или уничтожены хранителем без возмещения поклажедателю убытков. Поклажеда-тель отвечает за убытки, причиненные в связи с хранением таких вещей хранителю и третьим лицам.

При передаче вещей с опасными свойствами на хранение профессиональному хранителю данные правила применяются, когда такие вещи были сданы на хранение под неправильным наименованием и хранитель при их принятии не мог путем наружного осмотра удостовериться в их опасных свойствах.

Как видим, мерами ответственности за такое правонарушение со стороны поклажедателя выступают:

— претерпевание вреда своему имуществу, вызванное его обезвреживанием или уничтожением со стороны хранителя;

— отсутствие юридического права на возмещение убытков от хранителя;

— возмещение убытков, причиненных в связи с хранением таких вещей хранителю и третьим лицам.

Аналогичные последствия предусмотрены и для другого правонарушения со стороны поклажедателя — сдача вещей с опасными свойствами на хранение профессиональному хранителю под неправильным наименованием. В такой ситуации профессиональный хранитель должен сам для себя оценивать свои возможности хранения вещей с опасными свойствами и предпринимать необходимые меры для предотвращения вреда окружающим. Но сделать он это может только, если поклажедатель не ввёл его в заблуждение относительно наименования объекта хранения.

Если принятые на хранение с ведома и согласия хранителя вещи, стали, несмотря на соблюдение условий их хранения, опасными для окружающих либо для имущества хранителя или третьих лиц и обстоятельства не позволяют хранителю потребовать от поклажедателя немедленно их забрать либо он не выполняет это требование, эти вещи могут быть обезврежены или уничтожены хранителем без возмещения поклажедателю убытков. Поклажедатель не несет в таком случае ответственности перед хранителем и третьими лицами за убытки, причиненные в связи с хранением этих вещей.

В такой ситуации очевидного гражданского правонарушения со стороны поклажедателя не наблюдается. Здесь имеют место:

— непредусмотрительность и нерасчётливость хранителя, который переоценил свои возможности по хранению вещей с опасными свойствами;

— обстоятельства непреодолимой силы.

Именно поэтому поклажедатель освобождается от возмещения убытков хранителю и третьим лицам. Но претерпевание вреда своему имуществу, вызванное его обезвреживанием или уничтожением со стороны хранителя; отсутствие юридического права на возмещение убытков от хранителя, тем не менее, сохраняют силу. По всей видимости, эти последствия уже нельзя квалифицировать как меры ответственности за гражданское правонарушение и следует рассматривать их как риск имущественных потерь, за которые ни одна из сторон не отвечает.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Маштаков И. В. Гражданские правонарушения, вытекающие из договора перевозки груза // Проблемы российского законодательства: история и современность : матер. Х-й Междунар. науч.-практ. конф., Тольятти, 21-22 февраля 2013 г. — Самара : Самар. гуманит. акад., 2013. — С. 103—107.

2. Маштаков И. В. Гражданские правонарушения, возникающие при перевозке пассажиров железнодорожным транспортом // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия «Право». — 2013. — № 2(14). — С. 181 — 185.

3. Маштаков И. В. Гражданские правонарушения, вытекающие из договора займа // Проблемы российского законодательства: история и современность. Материалы XI

Междунар. науч.-практ. конф. Тольятти, 20-21 февраля 2014 г. / редкол.: Р. В. Закомол-дин и др. ; филиал НОУ ВПО СаГА в г. Тольятти. — Самара : Самар. гуманит. акад., 2014. — С. 107—111.

4. Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй : в 3 т. / Н. В. Бандурина, А. И. Бибиков, Е. В. Вавилин и др. ; под ред. П. В. Крашенинникова. — Москва : Статут, 2011. — Т. 3. — 574 с.