Столетие Победы

Столетие окончания Первой мировой войны будет отмечаться в Париже 11 ноября в присутствии десятков мировых лидеров, включая президентов США и РФ Дональда Трампа и Владимира Путина. Президент Франции Эмманюэль Макрон хочет, чтобы воспоминания о войне помогли больше ценить мир и заботиться о его сохранении. О том, как Франция встречает юбилей, рассказывает корреспондент “Ъ” в Париже Алексей Тарханов.

Хотя в Первой мировой Франция была в числе победителей, военного парада не будет. Так решил президент Эмманюэль Макрон, посчитавший, что в мировых войнах нет победителей и побежденных, а есть только герои и жертвы, причем вторых несравненно больше. К тому же сейчас Европа едина, и не стоит лишний раз подчеркивать парадом, что для одних ее стран окончание войны было победой, для других — катастрофой, для третьих — началом национального самоопределения.

Для французов Великая война — это Первая, а не Вторая мировая. Ее годовщины празднуют с большим размахом, а памятники погибшим есть едва ли не в каждом городе. Столетие ее окончания для Франции — повод подвести итоги. Прежде всего итоги архивные. Хотя история глобального конфликта, уничтожившего целых четыре империи (Российскую, Германскую, Австро-Венгерскую и Османскую), хорошо известна, каждая французская семья пережила это время по-своему и сохранила о нем свои, частные свидетельства.

Ветеранов Великой войны уже нет в живых. Девять лет назад скончался британец Гарри Пaтч — последний солдат, побывавший в окопах Западного фронта. Он едва не погиб во Франции в 1917 году, но все же вернулся домой. Прозванный Last Fighting Tommy, он долго держался в этом своем качестве «последнего бойца», прожил рекордные 111 лет 1 месяц 1 неделю и 1 один день, но в конце концов присоединился к своим товарищам по оружию, оставшимся во французской земле. Никого больше не осталось — ни тех, кто нападал, ни тех, кто защищался, ни тех, кто прятался в тылу или наблюдал за боями по газетам нейтральных Швейцарии, Испании, Голландии. Но архивы Франции объявили о том, что готовы принять дневники, письма, фотографии, вещи, относящиеся к 1914–1918 годам, и обязуются хранить их вечно. Исследователей это обеспечит обширной базой источников, а обычным французам позволит вспомнить момент исторического единства, отыскать общее в совместно пережитой разными семьями истории.

Фотогалерея

1 / 17

Кроме того, продолжается подсчет потерь. С 1914 года списки убитых, раненых и выбывших постоянно уточнялись. Теперь задача — найти и вспомнить всех. А на мемориальных досках, которые к столетию устанавливают в городах Франции, указать имена не только погибших воинов, но и пропавших без вести, умерших от ран уже после войны и даже тех, кто попал под военно-полевой суд: штрафников, дезертиров, бунтарей.

Все были жертвами. На этом настаивает президент. Выступая на одной из мемориальных церемоний в Арденнах, он возбудил оживленную полемику, назвав великим солдатом маршала Анри Филиппа Петена. «Верденский победитель» и герой Первой мировой, маршал Петен запятнал себя сотрудничеством с фашистами во Вторую мировую, возглавив правительство Виши, ответственное, в частности, за депортации евреев в нацистские лагеря. Его судили — казнить не стали, но последние свои годы он провел в тюрьме. До сих пор воспоминания о нем в положительном контексте были табу. Так что президентской администрации пришлось специально оправдываться и объяснять, что история не пишется исключительно белым и черным. Левые негодуют, правые одобряют. Впрочем, Эмманюэль Макрон не революционер: он идет по следам своих предшественников, начиная с генерала де Голля, который помиловал маршала Петена.

Практический аспект нынешней президентской работы — объединить вокруг общей памяти самых разных людей, от потомственных консерваторов до представителей «новых французов», которые часто не так близки с современной Францией. Как говорят исследователи, участники и герои Великой войны обнаруживаются среди предков многих нынешних иммигрантов, живущих во Франции. Это и понятно: империя мобилизовала жителей своих колоний, и «цветные» части — арабы, африканцы, вьетнамцы — внесли свой вклад в победу. Неслучайно среди глав правительств, с которыми встречается накануне столетних торжеств президент Макрон, будет, например, Ибрагим Бубакар Кейта, президент Мали, где живут потомки многих солдат, воевавших за Францию в Европе.

Всего участвовать в столетнем юбилее пригласили лидеров 84 стран, граждане которых были связаны с войной на поле боя, на военных заводах или поставляли продовольствие и гуманитарную помощь, как это делали нейтральные страны. Во Франции воевали европейцы, африканцы, американцы, австралийцы, канадцы, русские. Память русского экспедиционного корпуса, отправленного во Францию, сохранена на многих военных кладбищах, и накануне столетия отдельные церемонии прошли в Вузье (Арденны). Памятник солдатам корпуса уже семь лет стоит в Париже на набережной Сены: в 2011 году его открывали совместно премьер-министры Франции и РФ Франсуа Фийон и Владимир Путин.

Надо отметить, что образцовое содержание военных кладбищ к столетию войны было вознаграждено, и не только в моральном смысле. К своим достойно похороненным предкам, родственникам, соотечественникам приезжают паломники и туристы — города вблизи мест сражений говорят о наплыве посетителей. На кладбищах, как теперь и в отелях, не делают различий между немцами, венграми, австрийцами и британцами, французами, русскими. Западная Европа давно уже перестала воевать с мертвецами.

Руководитель Центра военной истории России ИРИ РАН Денис Козлов — о том, почему Первая мировая не стала для России по-настоящему народной.