Какие рекорды побьет инфляция

В ближайшее время инфляция может разогнаться до рекордных за последние годы 8%, но к концу года упасть до 6% или даже ниже, обещает правительство.

Родители-пенсионеры жалуются на дороговизну? Не спешите рассказывать им, что, по данным Росстата, с начала 2014 года инфляция составила всего 4,4%, лишь немногим больше чем 3,3% в 2013-м (данные на 9 июня). Не поверят, обидятся и будут по-своему правы. Ценники в магазинах стали куда внимательнее разглядывать и более обеспеченные граждане.

Отчасти виной падение курса рубля: многие ставшие привычными импортные товары подорожали сначала на курсовую разницу, потом на них упал спрос (или поставщики испугались, что он может упасть), это перевело их в менее массовую нишу с большей торговой наценкой. Отчасти — рецессия: доходы среднего россиянина почти перестали расти, а в реальном выражении — так и просто снижаются (минус 1,2%, январь-апрель 2014-го к соответствующему периоду 2013-го). Отчасти — страх усиления кризиса: сознательные граждане не ждут роста доходов, сокращают потребление, наращивают сбережения, ускоренно гасят кредиты.

Это, впрочем, нюансы. Главное — инфляция сейчас около пика за несколько лет, 7,6% в годовом выражении. А в ближайшие недели может даже дойти до 7,8% (Минфин) или 8% (Минэкономики). При том, что целевой показатель ЦБ на 2014 год был 5%.

Родителям-пенсионерам, скорее всего, эти цифры пересказывать тоже не надо. Не надо забывать, что индекс потребительских цен — продукт синтетический, его расчет основан на определенной потребительской корзине. В 2014 году продовольственные товары занимают в ней 36,5% (42,7% — в 2006 году), непродовольственные — 37,7%, остальное — услуги. В реальной жизни у разных людей корзины разные, у пенсионеров, например, больше доля расходов на еду и услуги (от ЖКХ никуда не спрячешься). Да и непродовольственная корзина у них устроена иначе, чем у большинства людей молодого возраста: выше доля лекарств. Цены именно на эти товары росли быстрее инфляции, причем на некоторые — значительно быстрее. Проще говоря, личная инфляция пенсионера запросто может оказаться и двузначной — выше 10%.

Но сейчас все должно измениться. На прошлой неделе Минфин опубликовал развернутый комментарий директора департамента долгосрочного стратегического планирования Максима Орешкина (на странице ведомства в Facebook — трудно сказать, можно ли это считать официальным каналом или все-таки нет), из которого следует, что в третьем квартале ценовая гонка внезапно прекратится: "Прирост цен за весь третий квартал не должен превысить 0,3 п. п., в отдельные месяцы возможна дефляция. Это позволит годовому приросту опуститься ниже отметки в 7,0%. По итогам 2014 года мы можем увидеть исторический минимум по темпам прироста общего индекса потребительских цен, к концу года мы ожидаем его ниже 6,1% — результата, зафиксированного в 2011 году".

Чудо? А вот не факт, может, и не стоит скрывать этот сюжет от родителей-пенсионеров. Максим Орешкин ссылается на несколько факторов. Один из них — исчерпание "влияния торговых ограничений": из-за протекционизма в 2014 году "цены мяса и рыбы уже добавили порядка 0,4 п. п. к общему индексу потребительских цен". Кроме того, "эффект переноса от ослабления валютного курса конца прошлого — начала этого года уже пошел на спад, укрепление рубля последних месяцев только усиливает данную тенденцию". Проще говоря, импорт уже подорожал, а рубль больше падать не будет.

Что-то похожее, кстати, обещал и начальник Орешкина — глава Минфина Антон Силуанов. 4 июня он рассказывал "Вестям", что рубль будет оставаться стабильным. Те, кто ему поверил, за следующую неделю могли прилично выиграть на валютном рынке: бивалютная корзина подешевела на рубль или 2,5% и пробила психологический уровень в 40 руб.

Но, возможно, главный фактор снижения инфляции, на который не могут не рассчитывать Минфин и Центробанк,— сезонное снижение цен на продовольствие. Если с погодой повезет, овощи и фрукты действительно доведут нас до летней дефляции.

И тогда у властей не будет стимулов держать рубль искусственно крепким. Прекрасная, кстати, задачка для валютных спекулянтов и вкладчиков банков: рассчитывать на очень высокую реальную доходность рублевых инструментов (номинал минус инфляция) в случае хорошего урожая или опасаться того, что рубль опять ослабнет? Впрочем, тоже лучше не стоит рассказывать о ней родителям: не ровен час — озаботятся вашим психическим здоровьем.