Церковь и государство в Западной Европе:проблемы взаимодействия

Бондаренко Ю.В.

цЕРКОВь И ГОСУДАРСТВО В ЗАПАДНОй ЕВРОПЕ: ПРОБЛЕМы ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

цель: Проследить основные тенденции и характер изменений в сфере правового регулирования государственно-церковных отношений в отдельных странах Западной Европы.

Методология: Методологическую основу исследования составляет комплекс общенаучных методов, таких как анализ, синтез, сравнение, абстрагирование, и специальных методов - исторический, системно-структурный, сравнительно-правовой.

Результаты: Современное состояние правового регулирования в сфере отношений государства и Церкви свидетельствует о трансформации устоявшейся модели государственно-церковных отношений в ряде стран Европы, отражая дуализм традиций и неизбежных новаций.

Новизна/оригинальность/ценность: Особый интерес представляет опыт тех государств, которые, следуя демократическим принципам признания свободы совести и свободы вероисповедания, сохраняют исторически сложившиеся традиции государственной конфессиональной политики во взаимоотношениях с институтами церкви.

Ключевые слова: Церковь, конфессиональная политика, государство, свобода совести и вероисповедания.

Bondarenko Y.V.

church and state in western europe: problems OF INTERACTION

purpose: To trace the main trends and nature of changes in the sphere of legal regulation of state-church relations in individual countries of Western Europe.

Methodology: The methodological basis of research is the complex of General scientific methods like analysis, synthesis, comparison, abstraction; and special methods - historical, systematic-structural, comparative legal.

Results:The current state of legal regulation in the sphere of relations between the state and the Church testifies to the transformation of the established model of state-church relations in a number of European countries, reflecting the dualism of traditions and inevitable innovations.

Novelty/originality/value: Special interest is in the experience of those states that, following democratic principles of recognition of freedom of conscience and freedom of religion, preserve the historically established traditions of state confessional politics in relations with the institutions of the church.

Keywords: Church, confessional politics, state, freedom of conscience and religion.

На протяжении многовековой истории отношения европейских государств и Церкви строились на началах взаимопроникновения. Современная Европа представлена различными моделями взаимоотношений Церкви и государства. В большинстве своем конституции стран Европы закрепили светскую модель политической организации общества, отделяющую Церковь и любые другие религиозные организации от государства. Но в целом ряде стран национальная Церковь сохраняет особый статус, что дает ей возможности пользоваться поддержкой и покровительством государства, включая и государственное финансирование ее деятельности посредством церковного налога, как например в Исландии и Дании. В этом случает Церкви принадлежат значительные преференции в сфере образования и других областях культуры. Прежде всего это характерно для тех стран Европы, где еще в эпоху реформаторского движения религиозные структуры были полностью инкорпорированы в государственный механизм. В то время как в преимущественно ка-

толических странах местные Церкви, находясь под властью Святого Престола в Риме, избежали прямого подчинения государству. В качестве иллюстрации достаточно взглянуть по обе стороны Ла-Манша.

Так, во Франции в эпоху буржуазной революции Декларация прав человека и гражданина 1789 г., являющая и поныне конституционную константу, провозгласила свободу совести и вероисповедания, положив начало светской модели государства: «Никто не должен испытывать стеснений в выражении своих мнений, даже религиозных, поскольку это выражение не нарушает общественного порядка, установленного законом». Правовая основа взаимоотношений церкви и французского государства была заложена законом о разделении церквей и государства от 9 декабря 1905 года на принципе полного отделения церкви от государства. Одновременно государство признало равноправие всех религиозных структур.

Для современной Франции в условиях активной интеграции мусульманской культуры с

eurasian

> 5 (30) 2017 <

advocacy

притоком населения из тех регионов, что традиционно исповедуют ислам, вопрос о состоянии правового регулирования сферы конфессиональных отношений приобретает особую остроту. Усилия современного французского законодателя направлены на разработку и определение параметров наиболее оптимальной модели взаимоотношений основных элементов системы, в рамках которой интересы индивидуума, общества, государства и различных конфессиональных объединений могут быть максимально согласованы. Однако не все правовые новеллы во французском законодательстве бесспорны с точки зрения соблюдения прав и свобод. Так, недопущение использования религиозной символики в образовательных учреждениях привело в 2004 году к запрету на ношение мусульманскими девушками хиджаба, что вызвало массовые акции протеста не только мусульманской части французского сообщества, численность которого насчитывает более 2 миллионов человек. В толерантности французского законодателя усомнились многие активные представители европейского сообщества, усматривая в этом пример ограничительной политики в отношении представителей отдельных исповеданий, так как ношение женщиной хиджаба для традиционного ислама есть неизменная составляющая ее самоидентификации в мусульманском мире.

Если во Франции светские традиции прочно укоренились как важнейшая составляющая государственной политики, то Британия являет собой яркий пример совсем иной модели государственно-церковных отношений. Провозгласив свободу совести и свободу вероисповедания и следуя данным демократическим принципам, британский престол сохраняет исторически сложившиеся традиции государственной конфессиональной политики во взаимоотношениях с Англиканской церковью.

Еще в ходе церковной реформы в правление Генриха VIII, разорвавшего отношения с Ватиканом, английский монарх обрел главенство над Церковью Англии, что юридически было оформлено с принятием парламентом в 1534 году Акта о супрематии, согласно которому Королевское Величество определялся как Верховный Глава Церкви «Supreme Head of the Church of England», сохраняющего силу и поныне [2]. В свою очередь закон содержит категорическое указание в Акте о престолонаследии 1701 года на то, что британский монарх может принадлежать только Англиканской церкви и не вправе вступать в брак с лицом, исповедующим католицизм.

Сегодня вопрос о необходимости дальнейшей модернизации конфессиональной политики все чаще поднимается и в Великобритании, где традиции устоявшийся модели государственно-церковных отношений составляют одну из констант политической действительности и конституционного порядка. Так, 30 декабря 2016 г. британский журнал «Экономист» опубликовал статью под заголовком «Продвигаясь к светскому государству» [1], автор которой отметил, что основой для подобной публикации стали данные Национального Светского Общества Британии, общественной организации, провозгласившей своей целью ликвидацию религиозных привилегий. В докладе приводится достаточно длинный список предложений для того, чтобы урезать незаконные привилегии, которыми сегодня пользуются близкие к религии официальные лица и организации.

Острая потребность в том, чтобы утвердить ценности светского общества, возрастает на фоне роста влияния и увеличивающих сегодня число своих сторонников других религий, включая ислам. Все это происходит на фоне существующих привилегий, принадлежащих когда-то завоевавшей себе особое место в истории страны, но неуклонно сейчас численно «угасающей» Англиканской церкви. Сегодня эта организация охватывает образовательные учреждения, где обучается свыше 1 миллиона английских детей. Естественно, что подобное положение вещей побуждает руководителей других религий также выступить с требованием разрешить им открыть школы под своей эгидой.

В области образования предполагается, что правительство должно сделать «решительные шаги» по направлению к всесторонней системе светской школы. Религиозные школы необходимо лишить той прерогативы, которой они обладают в области найма и допуска. Также от них потребуется преподавать религию в нейтральной форме. Такие общественные церемонии, как дни поминовения по погибшим в войнах, коронация нового главы государства, носившие всегда религиозный характер, по твердому убеждению авторов доклада, должны быть заменены светскими процедурами. В частности, вместо коронационной службы в Вестминстерском аббатстве вокруг нового монарха, где суверен обязуется «поддерживать законы Всевышнего», предлагается проводить светский ритуал в соседнем Вестминстер Холле. Если же монарх пожелает, то можно провести дополнительное богослужение в аббатстве.

В чем причина подобного проникновения составителей доклада в столь чувствительную сферу

евразийская

> 5 (30) 2017 <

адвокатура

британской действительности? Ответ заключается в том, что Англиканская церковь играет весьма заметную роль в общественных и официальных церемониях. Тот факт, что 26 епископов англиканской церкви, или «духовных лордов», занимают места в Верхней палате британского парламента, можно рассматривать как своеобразный пережиток, который, тем не менее, несмотря на свое символическое значение, играет значительную роль в британской политической жизни. С другой стороны, составители указанного доклада начисто отклонили саму возможность предложения, инициированного год назад Комиссией по вопросам религии и убеждений в Британской общественной жизни, созданной в 2013 году Институтом Вульфа, согласно которому в Верхней палате британского парламента должны быть представлены и другие религии. В докладе прозвучала мысль о том, что подобное предложение является неконструктивным и внесет дезорганизацию среди неверующих.

Но такова природа англиканского религиозного истеблишмента, который, несмотря на все большую очевидность произошедших изменений в отношении к традиционной религии значительной части британского сообщества, сумел продемонстрировать исключительную силу своей устойчивости. Как монархия, так и Англиканская церковь сумела удержать некоторые из своих привилегий, при этом отдав большинство из них.

Конец прошедшего - начало XXI века повлекли за собой новый и достаточно серьезный виток секуляризации в ряде скандинавских монархических стран. Так, в 2012 году Парламентом Норвегии были внесены изменения в конституцию, согласно которой Церковь Норвегии утратила статус государственной, сохранив поддержку государства как «народная церковь», а в 2017 году окончательно отделилась от государства.

В 2000 году была отделена от государства Шведская евангелическо-лютеранская церковь согласно закону, принятому в 1995 г. С утратой ею статуса государственной все религиозные общины стали равноправными. Отныне все законы и решения, касающиеся Церкви, принимаются ее Церковным собором, а не риксдагом и правительством; назначения на все церковные должности осуществляются без участия государства; вместо

церковного налога вводится членский взнос в размере 1,25 % с налогооблагаемой базы; вступление в лоно церкви совершается только путем крещения [3]. Вместе с тем отделение церкви от государства не отделило ее от сферы высокой политики. Как и прежде в общественной жизни церковь занимает активную и деятельную позицию по решению социальных задач, прибегая подчас к открыто политическим средствам борьбы. Церковь Швеции сегодня активно демонстрирует не только свою включенность в политическую жизнь страны, но и полное проникновение таковой в свою внутреннюю среду. Так, выборы Церковного собора и Церковного правления происходят по партийным спискам, состав которых отражает соотношение сил политических партий в стране, равно как и при замещении вакантных церковных должностей важную роль играет партийная принадлежность. Столь явная политизация деятельности церкви неоднозначно воспринимается самим шведским сообществом. И если одни в этом видят проявление активной позиции Церкви в жизни гражданского общества, то другие - угрозу «внутренней секуляризации» церкви.

Пристатейный библиографический список

1. Erasmus. Slouching towards secularism // The Economist. 2016. December, 20 th.

2. The original text of Henry VIII's 1534 Act of Supremacy [Электронный ресурс]. URL: http://www. britainexpress.com/History/tudor/supremacy-henry-text. htm.

3. Чернышева О. Первые итоги отделения Шведской церкви от государства. 2000-2011 гг. // Грани сотрудничества: Россия и Северная Европа: сб. науч. ст. / сост. и науч. ред. И.Р. Такала, И.М. Соломец. Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 2012.

References

1. Erasmus. Slouching towards secularism // The Economist. 2016. December, 20 th.

2. The original text of Henry VIII's 1534 Act of Supremacy [Jelektronnyj resurs]. URL: http://www.britain-express.com/History/tudor/supremacy-henry-text.htm.

3. Chernysheva O. Pervye itogi otdelenija Shvedskoj cerkvi ot gosudarstva. 2000-2011 gg. // Grani sotrudnich-estva: Rossija i Severnaja Evropa: sb. nauch. st. / sost. i nauch. red. I.R. Takala, I.M. Solomec. Petrozavodsk: Izd-vo PetrGU, 2012.