Копить — не строить

Исходя из обсуждения на заседании правительства государственных инвестиций, Белый дом готов де-факто отказаться от принципов февральского антикризисного плана. Жизнь при $60 за баррель выглядит не такой бедной, как казалось два месяца назад, и фактически план заменен на идею Минфина: не создавать "банк плохих долгов" и вообще забыть обо всех антикризисных программах до весенней правки бюджета на 2015 год, а пока максимально наполнить антикризисный фонд Белого дома.

Формально основная тема вчерашнего заседания правительства была технической: министр экономики Алексей Улюкаев представлял доклад о выполнении федеральных целевых программ (ФЦП) и федеральной адресной инвестиционной программы (ФАИП) в 2014 году. Но, по существу, отчетность по уже израсходованным средствам на ФАИП и ФЦП имеет прямое отношение к бюджетной политике 2015 года: с весны 2014 года глава Минфина Антон Силуанов настаивал на том, что часть даже текущих госинвестрасходов нужно пересматривать, в том числе в связи с коррекцией госпрограмм. А после первой волны девальвации рубля в сентябре 2015 года, перехода к спецрежиму исполнения бюджета на 2014 и начало 2015 года (см. "Ъ" от 14 октября 2014 года) и старта кампании по сокращению госрасходов на 10% стало очевидно, что ранее запланированный ведомствами-получателями средств в рамках ФАИП и ФЦП (всего это около 1,5 трлн руб. в 2014 году) перенос расходов на 2015 год может означать, что проекты не будут реализовываться вообще — во всяком случае, в бюджетно обозримой перспективе. Январская позиция и Минфина, и Минэкономики, и премьер-министра Дмитрия Медведева, и президента Владимира Путина по госинвестрасходам была крайне жесткой: в 2015 году новых строек в рамках ФАИП и ФЦП не начинать вообще, деньги выделять лишь на то, что можно закончить в этом году, и эти изменения нужно учесть при коррекции бюджета на 2015 год (напомним, его обсуждали на прошлом заседании правительства).

Дмитрий Медведев, открывая заседание, уточнил, что федеральные расходы по ФЦП и ФАИП (программная часть инвестпрограммы включена в ФЦП, непрограммная — идет отдельно) "должны быть приведены в соответствие с обновленным федеральным бюджетом". Отметим, сделать это, как предполагали Минфин и Минэкономики в конце января при разработке антикризисного плана, к концу февраля технически было невозможно — напомним, ведомство Антона Силуанова и сейчас не имеет окончательной версии нового бюджета-2015, он продолжает согласовываться. Впрочем, Алексей Улюкаев в своем выступлении подтвердил: на самом деле из 46 ФЦП лишь по трем программам все корректировки де-факто закончены и по трем будут закончены в ближайшие дни, 14 проектов скорректированных программ "на ранней стадии отправлены на доработку" (то есть Минэкономики не готово работать с этими документами вообще), а по 13 ФЦП ведомства и не посылали никаких документов коллегам.

Впрочем, ни паники, ни жесткостей, ни оргвыводов это сообщение главы Минэкономики, из которого следует, что более половины сейчас реализуемых ФЦП и значительная часть ФАИП уже в апреле 2015 года, когда исправленный Минфином бюджет будет обсуждаться Госдумой, будут содержать заведомо ненужные госрасходы, не вызвало. Мало того, Алексей Улюкаев предложил, по сути, отказаться от избыточной жесткости в отношении ФАИП и ФЦП в 2015 году — корректировать госинвестрасходы предложено в "пообъектовом", то есть ручном режиме, и эту инициативу поддержал Минфин.

Таким образом, всего за месяц после утверждения антикризисного плана Белого дома тональность обсуждения его правительством сменилась. По данным "Ъ", к заседанию правительства были подготовлены и общие материалы о том, как исполняется антикризисный план от 27 января. Из 60 пунктов плана однозначно "выполнены" 12 пунктов, 22 пункта плана находятся "в стадии выполнения" или "частично выполнены" с сорванными сроками (преимущественно этот срок — 27 февраля), а по пяти срок, указанный в плане, просто не наступил. Прочие пункты фигурируют, по словам собеседников "Ъ", с пометками "не выполнено" — при этом никаких особенных конфликтов в Белом доме это, отметим, не вызывает.

Причина происходящего в том, что в течение февраля правительство сменило "антикризисную" идеологию: идею массированной госпомощи всем возможным секторам экономики, которая предлагалась в январе 2015 года в качестве превентивной меры, заменила идеология Минфина.

Антон Силуанов вчера де-факто повторил ее в правительстве. "Объемы бюджетных ассигнований, которые выделяются на эти инвестиции (в рамках неначатых и незавершаемых в 2015 году в рамках ФАИП.— "Ъ"), нужно перераспределить в антикризисный фонд для решения тех задач, которые мы сейчас и обозначили. Это в первую очередь реализация мер поддержки ключевым предприятиям, мер поддержки социальным секторам и так далее".

Первый шаг к мягкому отказу от январского плана де-факто произошел во второй половине февраля. Тогда правительство оперативно утвердило финансирование докапитализации банковской сферы и объявило нецелесообразным создание "банка плохих долгов". В конце февраля соответствующий доклад был направлен президенту РФ Владимиру Путину, сообщил источник, знакомый с позицией правительства. Как писал "Ъ" 29 января, уже на первом этапе обсуждения этой идеи наиболее сложными стали вопросы о том, по какому принципу должен осуществляться отбор активов для выкупа с балансов банков, а также ответственность за расходование госсредств на эти цели. Тогда же источники "Ъ" сообщали: идея в принципе не поддерживается экономическим блоком правительства. После отказа от идеи "банка" Минфин начал готовить поправки в бюджет-2015, которые были построены на том, что правительству нужен максимальный антикризисный резерв на 2015 год. Из него в случае необходимости можно поддерживать компании и соцсферу. Наконец, сейчас очевиден и следующий шаг: если "резерв" не потребуется (со второго полугодия 2015 года), на сумму его экономии можно не тратить Резервный фонд. "Банк плохих долгов" был самым дорогим из возможных проектов в рамках плана — реализация идеи потребовала бы сотен миллиардов рублей в год.

Вероятно, убедить правительство не давать денег никому прямо сейчас и не отбирать их окончательно Минфину помогло отсутствие в январе--феврале 2015 года каких-либо видимых социальных последствий только начавшейся рецессии (так, по данным "Ъ", отказ от предоставления регионам в 2015 году еще 30 млрд руб. на борьбу с безработицей объясняется очень просто: у правительства просто нет оснований считать, что безработица так вырастет), умеренно плохая конъюнктура (план писался, когда предположения о цене нефти в $40 за баррель были вполне распространенными) и "отложенный" характер экономического кризиса. Отметим, хотя в большинстве случаев протесты против такой тактики правительства слабы потому, что по состоянию на февраль ситуация оказалась лучше прогнозируемой, по крайней мере в нескольких отраслях (например, в автопроме; см. справку), по мнению игроков, никакие антикризисные меры не помогут. Впрочем, пока идея Минфина о том, что до мая 2015 года, когда Госдума примет новый бюджет, антикризисные меры лучше де-факто отложить, правительству нравится: она дает надежду на то, что уже летом 2015 года можно будет вернуться к обычной жизни.

Или не вернуться — тогда и выяснится, хватит ли антикризисного резерва Антона Силуанова на всех.