Монархизм как направление политико-правовой мысли

СОВРЕМЕННАЯ ФИЛОСОФИЯ ПРАВА: ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИЕ И РУССКИЕ

ТРАДИЦИИ ИССЛЕДОВАНИЯ

И.В. Тушканов

МОНАРХИЗМ КАК НАПРАВЛЕНИЕ ПОЛИТИКО-ПРАВОВОЙ МЫСЛИ

Статья посвящена сравнению и разграничению понятий «консерватизм» и «монархизм». При этом делается аргументированный вывод, что монархизм может быть признан самостоятельным направлением политико-правовой мысли.

Ключевые слова: консерватизм, монархизм, политико-правовое учение, монархия, форма правления.

Мировая история политико-правовой мысли насчитывает не одно тысячелетие. В течение этого периода рождались, развивались и переставали существовать разнообразные представления о государстве и праве. Все многообразие политико-правовых теорий традиционно, однако достаточно условно можно классифицировать на три основных направления: консервативное, либеральное и социалистическое.

Возникновение консерватизма связывают с революционными событиями во Франции в конце XVIII в. и необходимостью противостоять распространяющейся реформаторской идеологии. Сам термин «консерватизм» (от лат. сопсегуаге - сохраняю) впервые был употреблен французским писателем Р. Шатобрианом, в 1818 г. издавшим журнал «Консерватор». Основные доктринальные положения консерватизма были изложены в трудах таких мыслителей рубежа XVШ-XIX вв., как Эдмунд Берк, Жозеф де Местр и Луи де Бональд. Основателем данного направления политико-правовой мысли считают Э. Берка, автора работы «Размышления о революции во Франции» (1790). В России, по мнению многих исследователей, политический консерватизм также зародился в начале XIX в., а именно в 1811 г., когда появилась «Записка о Древней и Новой России» Н.М. Карамзина [10, с. 169]. Однако ряд ученых полагают, что это произошло значительно раньше. Так, американец Р. Пайпс относит возникновение данной идеологии к XV в. [9, с. 1], а профессор В.А. Гусев - к XI в., времени, когда митрополит Илларион создал трактат «Слово о законе и благодати» [6, с. 44].

Дальнейшее развитие консерватизма как политико-правовой теории позволило выделить его основные положения: приоритет духовных целей государственной деятельности; культ нравственности; признание авторитета церковных и семейных ценностей; культ традиций, национальной культуры; приоритет интересов государства над интересами отдельного человека; сильное иерархичное государство; конкретно-историческая обусловленность личных прав и свобод; постепенность и осторожность проводимых преобразований. Однако, несмотря на это, слова «консервативный» и «консерватизм» не получили четких определений в теории государства и права и употреблялись в зависимости от политической или научной конъюнктуры.

В XIX-ХХ вв. в российской публицистике, где фактически преобладали либеральные и социалистические издания, и в советской науке консерватизм характеризовался как безусловно отрицательное идейно-политическое течение, противостоящее «прогрессивным тенденциям социального развития» [12, с. 273], синоним мракобесия и реакции. В то же время предпринимались попытки осмысления сущности понятия «консерватизм». Например, в 1969 г. А.Л. Янов вычленил два типа «реакционных идеологий»: «охранительный» и

«консервативный», в то же время надо признать, что фактически это один и тот же политический тип, а различия, приведенные ученым, несостоятельны [14, с. 100].

В 90-е гг. ХХ в. проблема определения консерватизма в течение длительного периода времени являлась дискуссионной. Так, например, профессор А.Г. Дугин выдвинул идею «консервативной революции», объединившую мировоззрения многих мыслителей [3, с. 1516]. Профессор В.А. Гусев под консерватизмом понимал идеологию, основанную на признании ценности исторической традиции, «при этом принцип следования традиции выступает наиболее общим принципом консервативного мышления. Следовательно, консерватизм, сохраняя общую верность принципу следования традиции вообще, может иметь существенные различия в зависимости от того, какой именно исторической традиции они собираются следовать» [2, с. 34]. Таким образом, признается существование нескольких видов консерватизма. Своеобразной попыткой уйти от разночтения термина является использование С.М. Сергеевым понятия «традиционализм», при этом он выделяет «консервативный традиционализм» и «творческий традиционализм» [11, с. 6]. К.А. Лотарев в свою очередь разграничивает консервативное, охранительное и реакционное направления в русском традиционализме [7, с. 14]. Однако в целом консерватизм признается единым мировоззрением. Например, И.Л. Беленький указывает, что консерватизм - это «система воззрений на мир, ориентированная на сохранение и поддержание исторически сформировавшихся “органических” форм государственной и общественной жизни, ее морально-нравственных оснований» [1, с. 15].

В результате необходимо признать, что для политико-правовой мысли понятие «консерватизм» слишком широкое, однако собственно государственно-правовых составляющих в нем не так уж и много. Следовательно, данный термин не может быть признан достаточно точным для юриспруденции. Между тем давно стало аксиомой утверждение, что теория государства и права - наука прежде всего понятийная. Естественно, что и история политико-правовых учений вынуждена в первую очередь опираться на строго определенные термины. Особое значение приобретает вопрос о тождественности понятия и сущности явления, когда речь идет о том или ином направлении политико-правовой мысли. Совершенно ясно, что, для того чтобы постичь сущность того или иного явления, необходимо дать ему правильное наименование. Как справедливо отмечает П. Флоренский, «суть науки - в построении или, точнее, в устроении терминологии(разрядка авт. - И.Т.). Слово, ходячее и неопределенное, выковать в удачный термин - это и значит решить поставленную проблему» [13, с. 210].

В связи с этим необходимо более четко разграничить такие термины, как «консерватизм» и «монархизм». Довольно длительное время эти два понятия ученые считали синонимами. Такая ситуация объясняется тем, что вплоть до окончания Первой мировой войны большинство государств были монархиями и, следовательно, всякий, кто исповедовал монархические взгляды, автоматически провозглашался консерватором. Однако следует отметить, что и для того времени полное отождествление монархизма и консерватизма было неверным: история государства и права знает немало примеров монархистов-реформаторов. В России, например, такими были М.М. Сперанский, император Александр II, М.Т. Лорис-Меликов, П.А. Столыпин и мн. др. В ХХ в., наоборот, стали появляться республиканцы, придерживающиеся крайне консервативных взглядов. Привычными для политической публицистики 80-90-х гг. ХХ в. были такие выражения, как «консервативные круги ЦК КПСС», «консервативное большинство съезда» и т.п. Считаем, совершенно прав профессор И.А. Иванников, утверждавший (хотя по другому поводу), что «причисление к консерваторам И.Л. Солоневича и И.А. Ильина лишь за то, что они являлись монархистами и приверженцами православия, является ошибочным» [5, с. 13]. Таким образом, можно

констатировать существование как реформаторского монархизма, так и республиканского консерватизма.

Еще одним доказательством невозможности полного отождествления консерватизма и монархизма является история политических партий Великобритании. Уже более двухсот лет существует Консервативная партия Англии, главным соперником которой сначала была Либеральная партия, а с 30-х гг. ХХ в. - Лейбористская (рабочая) партия. Консерваторы, естественно, являются монархистами, однако и их противники - либералы, лейбористы -никогда не выступали против монархической формы правления.

Главным же аргументом в пользу разделения понятий «консерватизм» и «монархизм» в политико-правовой мысли, на наш взгляд, выступает их основополагающее различие. Термин «консерватизм» в первую очередь идейно-политический, поскольку связан не с той или иной характерной чертой государства и права, а с решением вопроса о желательности или нежелательности перемен, причем не только в государственно-правовой, но и в других сферах жизни общества. Понятие «монархизм» является прежде всего государственноправовым, т.к. выражает отношение в такой важнейшей составляющей государства, как форма правления.

Между тем именно форма правления и государственно-правовой режим, по общему убеждению теоретиков государства и права, оказывают основное воздействие на решение большинства проблем в любом государстве. Как известно, наиболее существенными чертами государственно-правового режима являются: «способы и порядок формирования органов государственной власти, управления и правосудия; порядок распределения между различными государственными органами компетенции и характер их взаимоотношений; степень реальности прав и свобод граждан; роль права в жизни общества и в решении государственных дел; место и роль в государственном механизме армии, полиции... и других аналогичных им структур; степень реального участия граждан и их объединений в государственной и общественно-политической жизни в управлении государством; основные способы разрешения возникающих в обществе социальных и политических конфликтов и др.» [8, с. 182-183].

Вопрос о форме правления как характеристике порядка образования высших органов государственной власти, организации взаимодействия между собой и населением является одним из основных в политико-правовой мысли. В государственном устройстве форма правления играет огромную роль, т.к. именно она отвечает за принятие ключевых решений в области управления страной, соблюдает или уничтожает, ускоряет или замедляет те или иные процессы общественно-государственной жизни, которые соответствуют или противоречат ее сущности. Монархия, как известно, - это форма правления, при которой главой государства является один человек - монарх, его должность и титул передаются по наследству. Монарх обладает властью пожизненно и бессрочно; он олицетворяет собой государство и выступает от имени всего народа; не несет никакой юридической ответственности за результаты своей деятельности. Его власть может быть как абсолютна, так и ограничена конституцией или парламентом. Но и в том, и в другом случаях монарх признается сакральным руководителем, духовным вождем, возведенным на престол Божьей милостью. Он возвышается над всеми классами, сословиями, партиями, олицетворяя весь народ. При этом власть монарха имеет, помимо всего прочего, нравственное ограничение - это ответственность монарха перед Богом и собственной совестью.

Соответственно, монархизм представляет собой направление политико-правовой мысли, главной характеристикой которого является принцип принадлежности верховной власти одному лицу, монарху, получившему ее по наследству. Монархизму свойственны иррационалистические и антииндивидуалистические подходы, поскольку наследование престола не связано с какими-либо рациональными условиями (как, например, выборы

президента или победа диктатора над своими противниками). При этом индивидуальные качества и способности официального главы государства также никакой роли не играют. Монархия, с точки зрения всякого монархиста, - власть естественная, которая имеет Божественное происхождение и строится, прежде всего, на религиозных ценностях: самопожертвование, патриотизм, нравственность, самобытная национальная культура.

Другим постулатом этого учения является законопослушание, поскольку оно неразрывно связано с верой и верноподданностью, что подтверждал патриарх Алексий: «Первый закон, первые заповеди были даны по воле самого народа и должны были способствовать единению людей с Творцом. Так и во все века человечество не могло и не может жить без закона. Неуважение к закону и утрата нравственных ценностей весьма печально сказались в этом веке на духовном состоянии народа и, как следствие - уровне преступности, которая выливается во все новые формы» [4, с. 13].

Монархизм естественным образом возвышает такие понятия, как «честь» и «достоинство», а также верность отечеству и готовность к его защите, даже если это сопряжено с риском для жизни. Данные принципы чрезвычайно важны и в современном мире, например, в процессе воспитания военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов.

Итак, поскольку понятие «консерватизм» является скорее идеологическим, чем юридическим, его можно использовать в широком смысле в качестве обозначения направления политико-правовой мысли. Причем в зависимости от конкретно-исторических условий категория «консервативный» может быть отнесена к совершенно разным государственно-правовым идеологиям и явлениям. В связи с этим представляется целесообразным выделить монархизм как отдельное направление политико-правовой мысли. Это обусловливается тем, что данное понятие является сущностной характеристикой государственной идеологии, т.е. формы правления. При этом монархизм выступает за монархию (неважно, абсолютную или ограниченную), главной особенностью которой является наследственная и единоличная верховная власть главы государства.

Признание монархизма в качестве самостоятельного направления политико-правовой мысли позволит более четко классифицировать учения о государстве и праве, поскольку главным критерием в данном случае будет выступать отношение того или иного мыслителя к форме правления. Это особенно важно при рассмотрении истории развития политикоправовой мысли России.

Литература

1. Беленький И.Л. Консерватизм // Отечественная история. История России с древнейших времен до 1917 года: Энциклопедия. М., 2000. Т. 3.

2. Гусев В.А. Консервативная русская политическая мысль. Тверь, 1997.

3. Дугин А.Г. Консервативная революция. Краткая история идеологий третьего пути // Элементы: Евразийское обозрение. 1992. № 1.

4. Духовность. Правопорядок. Преступность: Матер. науч.-практ. конф. (28 марта 1996 г.). М., 1996.

5. Иванников И.А. Проблема эволюции формы Российского государства в истории русской политико-правовой мысли второй половины XIX - середины ХХ веков: Дис. ... д-ра юрид. наук. Ростов н/Д, 2000.

6. Консерватизм в России (“круглый стол”) // Социологические исследования. 1993. № 1.

7. Лотарев К.А. Политический консерватизм в процессе реформирования российского общества. История и современные проблемы: Автореф. дис. ... канд. полит. наук. М., 1995.

8. Общая теория государства и права. Академический курс. Т. 1: Теория государства. М., 2000.

9. Пайпс Р. Русский консерватизм во второй половине XIX века. М., 1970.

10. Пивоваров Ю.С. Политическая культура пореформенной России. М., 1994.

11. Сергеев С.М. Вступительная статья // Тихомиров Л.А. Монархическая государственность. М., 1998.

12. Философский энциклопедический словарь / Редкол.: С.С. Аверинцев, Э.А. Араб-Оглы, Л.Ф. Ильичев и др. 2-е изд. М., 1989.

13. Флоренский П. Сочинения: В 4 т. М., 1999. Т. 3.

14. Янов А.Л. Славянофилы и Константин Леонтьев // Вопросы философии. 1969. № 8.