Журналистика провинции

© В.Б. Смирнов, 2007

ОБЗОРЫ, РЕЦЕНЗИИ

ЖУРНАЛИСТИКА ПРОВИНЦИИ

В.Б. Смирнов

В свое время, около полутора веков назад, редактор-издатель первой частной газеты на Дону («Донской вестник») А.А. Карасев сетовал: «Провинциальная журналистика на Руси есть дитя, отданное на произвол своего детского разума. Хорошо ли это дитя ведет себя, так ли понимает условия окружающей среды, то ли берет из природы своего существования - ни для кого нет дела». Насчет «нет дела» автор несколько преувеличивал, потому что детище крестьянской реформы - провинциальная пресса привлекала внимание общественности как средство гласности, как инструмент «надзора» за начавшимися после отмены крепостного права преобразованиями, встретившими неоднозначную оценку со стороны разных политических сил. В 1870-х годах начались даже дискуссии о месте и роли провинциальной печати в общественном процессе России. Но теоретическое осмысление этого нового для страны явления находилось в зачаточном состоянии.

За истекшие сто пятьдесят лет ситуация, разумеется, существенно изменилась. В особенности в последнее десятилетие, когда изучение региональной журналистки стало примечательным аспектом теоретико- и историко-журнальной науки. Он активно разрабатывается во многих вузах Сибири, в Ростовском, Кубанском, Саратовском, Ставропольском, Волгоградском и других университетах. Появились первые монографии и учебные пособия, в которых осмысляется этот феномен средств массовой информации.

Ставропольский государственный университет выпустил два тома изящно оформленного альманаха «I формат. Журналистика провинции» (2005, 2006), о котором и пойдет речь.

Уже рубрикация альманаха: «Исследовательские подходы и практики», «Информационная политика в регионах», «Право массовых коммуникаций», «Психология массовых коммуникаций», «Журналистика Российской провинции: исторический аспект», «Журналист в провинции: штрихи к портрету», -дает представление о широком круге проблем, разрабатываемых учеными Ставрополья и других регионов. Второй выпуск альманаха открывается своего рода «передовой» статьей ректора Ставропольского государственного университета В.А. Шаповалова, возглавляющего отдел социально-политических проблем Кавказа в Южном научном центре Российской академии наук, «СМИ и университеты в реализации конструктивного сценария развития Юга России», в которой образовательная и массово-информационная система рассматриваются как важнейшие факторы сохранения стабильности и единства Южного региона, влияющие на воспроизводство его интеллектуального и гражданского ресурсов. Правильно намеченный вектор развития этих двух общественных институтов - образования и СМИ - в полиэтническом регионе является залогом не только формирования гражданского мировоззрения в соответствии с интересами государственной политики, но и - в конечном итоге - нацио-

нальной безопасности страны. «От того, какие содержательные идеи и ценности заложены в университетские образовательные программы и информационные продукты региональных масс-медиа, - считает В.А. Шаповалов, - зависит степень интеграции и консолидации современного российского общества. Образование должно сохранять светский характер, а общественно-политические средства массовой информации не должны быть площадкой для реализации конфессиональных идей, так как в случае межнациональных конфликтов религиозный фактор зачастую выполняет этнодифференцирующую роль, усиливая и эскалируя противодействие».

Автор статьи размышляет о том, как добиться осуществления этих «должных» параметров. По мнению В.А. Шаповалова, их реализация возможна в том случае, если журналистика и высшая школа общими усилиями сформируют у населения, и прежде всего у подрастающего поколения, этнокультурную компетентность, которая «предполагает готовность к преодолению трудностей в коммуникативных и иных формах взаимодействия с представителями различных этнических общностей». В понятие этнокультурной компетентности автор включает «непредвзятость позиции при оценке других людей, их национально-психологических особенностей; преодоление этноцентристских тенденций и предубеждений, снижение своей и чужой напряженности при взаимодействии; способность эмоционально и тактично откликаться на запросы, интересы и поступки людей других культур».

Вопросу о том, отвечает ли этим требованиям региональная информационная политика, посвящены многие работы альманаха. Методологию изучения этого аспекта средств массовой информации рассматривают в статье «Информационная политика региональных СМИ: исследовательские подходы» О.И. Лепилкина (отв. редактор издания) и А.М. Ерохин (Вып. 1). Опираясь на определение Е.П. Прохорова: «Информационная политика - это совокупность постоянно ведущихся проблемно-тематических линий, характер разработки которых определяется социальной позицией данного СМИ и воплощается в совокупности принятых форм реализации идейно-творческого направления из-

дания или программы», - авторы считают, что наиболее продуктивным для исследования этого аспекта является контент-анализ, «позволяющий создать целостное представление на основе количественных показателей объема и типа имеющейся в прессе информации по заявленной проблеме». Для создания объективной картины изучаемой проблемы необходимо исследовать разные по типу газетные издания, обеспечивая их равномерное представительство в выборке для контент-анализа. Параметрами же ее должны быть: наличие общественно-политической информации, периодичность, высокая ти-ражность (для каждого типа издания), география распространения, состав учредителей.

Большой теоретический интерес представляет статья А.В. Шевченко «Информационная субъектность в глобальных коммуникациях» (Вып. 1). Автор исходит из того, что коммуникативная субъектность определяется информационным менталитетом, то есть «специфической информационной культурой, обусловленной уникальностью психических, интеллектуальных, религиозных, эстетических особенностей мышления народа, проявляющихся в мировидении, мировосприятии, мирочувствовании. В свою очередь, особенности информационного менталитета «объясняют характер отношений между субъектами информационных взаимодействий - государством, обществом и личностью, реализуемых массовыми коммуникациями и средствами массовой информации».

В соответствии с типами информационных менталитетов - евроамериканским, евразийским, к которому относится русский, и азийским, специфика которых в эпоху глобализации начинает стираться и утрачивать национальную идентификацию, - и должна вырабатываться государственная и региональная информационная политика. «Сегодня, - отмечает А.В. Шевченко, - масштабы псевдокультурного вторжения в информационное пространство России как со стороны “мировых референтных групп”, так и доморощенных информационных киллеров настолько велики, что процесс обретает характер угрозы денационализации населения». Поиск, философское, духовно-политическое оформление и разработка програм-

мы информационной поддержки так называемой национальной идеи, о которой многие годы идут пустопорожние разглагольствования, должны учитывать эту отнюдь не надуманную угрозу.

Анализ влияния глобализации на современные информационные технологии А.В. Шевченко продолжила в другой статье - «Информационные скрепы политической системы» (Вып. 2), сосредоточившись на политическом статусе журналистики как структуры и института, на ее взаимодействии с политической властью и ее функциях в обеспечении потребностей политических субъектов, включая государство, гражданское общество, бизнес и пр. Эту проблематику автор считает особенно актуальной на новом этапе существования СМИ: «Познание свойств информации и развитие высоких технологий дает новый импульс для изучения проблем правового и этического регулирования массовых информационных отношений в сфере политики, указывая такие направления, как политическая антропология, политическая психология и конфликтология, политическая культура, политический дискурс, публицистика и другие».

По мнению исследователя, новый уровень знаний о журналистике требует создания метатеории, которая позволила бы определить качественные характеристики журналистики, влияющие на устойчивость политической системы.

А.В. Шевченко предлагает назвать такую метатеорию социальной информациологией. Мерой же и результатом «проявления совокупности свойств журналистики, целенаправленно применяемых в соответствии с целью публичной деятельности с использованием средств массового информирования», она считает журнализм, являющийся сущностной основой деятельности журналиста. Введение этого теоретического понятия, по мнению А.В. Шевченко, «позволяет дифференцированно подойти к определению места и роли журналистики в политической жизни общества, найти необходимое теоретическое обоснование для регулирования устойчивости ее массово-информационных компонентов».

Плодотворность такого подхода заключается в том, что он позволяет разграничить понятия журналистики и публицистики, рас-

сматривая последнюю как один из уровней журнализма, задачей которого является «политологическая интерпретация происходящих событий». Автор статьи справедливо полемизирует с теми исследователями, которые практически отождествляли журналистику и публицистику. Но не каждый журналистский текст есть текст публицистический, и не каждый публицистический текст есть текст журналистский. Отличия между ними следует искать в дискурсной направленности их.

А.В. Шевченко солидаризируется с концепцией трех типов текстов: медийный, журналистский и публицистический и с теми системообразующими характеристиками вербального публицистического текста, которые сформулированы воронежским ученым

В.В. Хорольским. К ним относятся: «осознанное и часто явно выраженное авторское актуализирующее целеполагание; информационно ориентирующий и в то же время убеждающий (агитирующий) пафос высказывания; внутренняя диалогичность и полемичность, обязательно направленная на установление обозримой во времени “обратной связи”; повышенная пафос-ность. Непосредственно наблюдаемая бесспорная эмоционально-экспрессивная “планка” высказывания».

К методологическому блоку статей принадлежит и работа М.К. Раскладкиной «Комплексная интерпретация статистических данных как методика определения интересов аудитории сайта» (Вып. 1), автор которой оперирует материалами Интернета, в частности сетевой версией краевой общественно-политической газеты «Ставропольская правда». В основу аудиторных описаний ресурса автор статьи положила приоритетность «надтерри-ториальных» и «вневременных» свойств информации над геополитическим фактором. Такой подход, во-первых, объясняется тем, что «аудитория региональных сайтов не ограничивается территорией региона», поскольку они могут быть востребованы и общероссийскими структурами информационного влияния. Во-вторых, потому что «развитие любого общественного субъекта в современных условиях невозможно без его включения в общероссийские и мировые источники информации». Комплексный подход к характеристике аудитории базируется на количественно-ка-

чественных показателях (наличие ресурсов определенной тематики, индекс цитирования в Интернете, сетевой менеджмент, цитируе-мость в публикациях и сюжетах традиционных СМИ), на аудиторных (посещаемость, наличие постоянного ядра посетителей) и интерактивных (обратная связь, скорость обновления, нелинейность структуры, использование возможностей гипертекста) показателях. Подобная работа может оказаться весьма продуктивной с практической точки зрения, в частности, для оптимизации структуры газеты и принципов ее функционирования.

Н.П. Арапова в статье «Информационная война: бытовые представления и научные интерпретации» (Вып. 2) предпринимает попытку разобраться в еще одном информационно-политологическом феномене и дать его теоретико-методологическое обоснование. Обобщая концепции информационной войны, исследователь выделяет три направления интерпретации этого понятия: алармистское, технико-технологическое и когнитивное. Первое направление получило свое название от английского слова «alarm» -тревога «из-за ярко выраженной эмоциональной окрашенности материалов», посвященных изучаемой проблеме. Оно рассматривает информацию как разновидность оружия психологического и физиологического воздействия на систему массового сознания и психики.

Технико-технологическое направление считает информацию главным производительным ресурсом постиндустриального общества, который обретает свойство товара и определяет характер экономических отношений. В этом случае информационная война рассматривается как превосходство в экономической сфере, как война технологий и перехват контроля над технологическими каналами передачи информации. Победителем в такой войне становится тот, кто владеет средствами массовой информации.

В когнитивном направлении ключевым понятием для раскрытия сущности информационной войны остается «информация», но в отличие от предыдущего направления -субъективированная, то есть направленная на противоборство с убеждениями, традициями, религиозными нормами, национальными осо-

бенностями, моральными убеждениями, одним словом, со всем идеологическим комплексом страны, против которой ведется «война», или социальной группы. По мнению Н.П. Араповой, лучшие работы в области развития теории информационных войн основаны на интеграции разных научных дисциплин, на «синтезе социально-философских, технических, военно-политических и психологических подходов к разработке данной проблематики». А этот синтез дает социально-инфор-мациологический подход, за который ратует и А.В. Шевченко. Оба автора - птенцы из одного гнезда - Российской академии государственной службы (Москва), которая массированно декларирует рождение новой метатеории журналистики. Ну что ж, безумству храбрых поем мы песню...

Содержателен и другой раздел ставропольского альманаха - «Информационная политика в регионах», который представлен работами М.Д. Корнеевой «Власть и население: из опыта взаимодействия в Ставропольском крае» (Вып. 1), Е.Ю. Умновой «Этапы становления государственной информационной политики в сфере миграции» (Вып. 1), Е.Н. Крапивко «Ставропольская правда» о ценностных ориентирах современного студенчества» (Вып. 1), Н.Ю. Алтуховой «СМИ как инструмент политического маркетинга» (Вып. 1), О.И. Лепилкиной и А.М. Горбачева «Современная общественно-политическая пресса на Северном Кавказе как фактор формирования патриотизма» (Вып. 2), М.Д. Корнеевой «Муниципальная реформа на страницах Ставропольских районных газет» (Вып. 2), О.А. Макаровой «Отражение общественно-политических тем в современной официальной православной прессе Ставрополья» (Вып. 2) и др.

Немалый научный интерес представляет и исторический аспект изучения провинциальной журналистики. В поле зрения исследователей не только ставропольские средства массовой информации, но и газеты Дона, национальная пресса народов Кавказа. Обобщающий характер носит статья ростовского ученого Е.В. Ахмадулина «Становление и развитие системы донской прессы в XIX - начале XX веков» (Вып. 2). История донской прессы началась с выпуска «Донских войсковых ве-

домостей» в 1839 году. В 1866 году на Дону появилась первая частная газета «Донской вестник», поставившая перед собой цель государственного масштаба: «развивать гражданственность и оживить производительные силы Донского края». Крупным явлением провинциальной печати 70-х годов XIX века стала «Донская газета», из которой вышла целая плеяда журналистов, возглавивших впоследствии массмедийный процесс на Дону, в том числе издание первого ежемесячного историко-литературного иллюстрированного журнала «Дон». Так что истоки ростовского литературно-художественного журнала, сохранившего это название, уходят вглубь 80-х годов XIX века. Примечательно, что многочисленные донские издания, сменявшие друг друга и рождавшиеся заново, отличались воинствующей демократичностью и испытывали цензурные гонения. А газета «Приазовский край» первой в России продемонстрировала коммерческую эффективность акционерной формы собственности. Она имела более сорока отделений на Кубани, в Ставрополье, Терской области и для провинциальных газет того времени тираж свыше 40 тысяч. С «Приазовским краем» сотрудничали многие известные журналисты и писатели: А.А. Амфитеатров, К.С. Баранцевич, В.М. Дорошевич, Д.Л. Мордовцев, И.Н. Потапенко, Т.А. Щепкина-Купер-ник, М. Шагинян и другие. Материалы, публикуемые Е.В. Ахмадулиным, свидетельствуют о том, что донская журналистика имеет прочные, более чем полуторавековые традиции: духовные, организационные, коммерческие, многие из которых, по словам исследователя, «пока не осуществлены в современном издательском мире Дона».

Кстати, большинство историко-журналистских работ в альманахе нацелено как раз на освоение опыта предшественников, то есть имеет практическую значимость. Таковы статьи М.А. Азарной «“Гимназия” (1888-1900 гг.) как образец провинциальной педагогической периодики Российской империи» (Вып. 2), Ю.И. Юткиной «“Северокавказская газета” (1907-1910) как общественно-политическое издание» (Вып. 2), О.И. Лепилкиной «“Наш край” (1908-1911): опыт создания экономической газеты в провинции» (Вып. 2), М.Ю. Ко-ригова «Особенности рекламы в Ставрополь-

ской прессе первой четверти ХХ века» (Вып. 2), О.О. Лежниной «Развитие дизайна Лево-кумской районной газеты (1930-2000-е годы)» (Вып. 2), Ю.А. Клец «Жанровое своеобразие неофициальной части “Ставропольских губернских ведомостей” в период расцвета (18751882)» (Вып. 1), А.О. Пяри «Политическая направленность газеты “Нарзан” (19051907 гг.)» (Вып. 1).

Некоторые исследователи делают попытки на историко-журналистском материале выйти к решению актуальных теоретических вопросов, связанных с типологической классификацией средств массовой информации. Так, А.О. Пяри в статье «Определение партийности изданий периода первой русской революции (на материале ставропольской прессы)» (Вып. 2) стремится найти типологические различия между «общественно-политической газетой» и «партийной газетой», относящейся по родовому типу к общественно-политическим изданиям. По мнению автора статьи, эти различия определяются такими типоформирующими факторами, как целевое назначение издания и издатель. В «партийной» газете, если воспользоваться современной терминологией, значительное место в информационной политике выпадает на промоушн, то есть формирование положительного отношения к партии, органом которой она является, продвижение в массы ее идеологии. «Наиболее адекватные выводы о партийной направленности издания, - справедливо считает А.О. Пяри, - можно сделать на основе анализа содержания изданий, при использовании методов контент-анализа и лингво-сти-листического анализа. Частотность употребления названий партий, имен членов партий, объем публикаций на партийную тематику и объем публикаций, имеющих отношение к конкретной партии, в сочетании с оценкой использованных языковых средств дают достаточную основу для определения партийной направленности».

Проблематика историко-журналистских исследований в альманахе не ограничивается изучением отдельных российских провинциальных изданий или типологического ряда их. В нескольких публикациях авторы обращаются к обобщению опыта редакторской деятельности

региональных изданий. О Г.П. Михайловском, редакторе «Кавказских епархиальных ведомостей», пишет О.А. Макарова (Вып. 1), о редакторах газеты «Северный Кавказ» Д.И. Евсееве - Н.А. Дорошенко (Вып. 1) и Г.Н. Проз-рителеве - Ю.И. Юткина (Вып. 1).

Многообразная мозаика из очерков-зарисовок об известных журналистах Ставрополья предстает в разделе «Журналист в провинции: штрихи к портрету». В двух выпусках альманаха - около тридцати миниатюр, тепло

написанных студентами, - опыт не только приобщения к журналистскому труду, но и нравственного воспитания личности. Опыт, заслуживающий распространения.

Нетривиальность мышления, теоретикометодологический поиск, актуальность проблематики, системное изучение провинциальной журналистики - вот те качества, которые продемонстрировал молодой ставропольский альманах, объединивший российских исследователей масс-медиа.