Интернет собирает вещи

Интернет собирает вещи

Экономика данных становится зеркалом госполитики

Евростат опубликовал свежие данные об использовании устройств, подключенных к интернету — так, в 2022 году доля жителей ЕС, использующих умные телевизоры (52%) и носимые устройства (26%), выросла на 9 процентных пунктов (п. п.) к 2020 году. Увеличивается и объем сгенерированных ими данных, что подталкивает власти к уточнению режимов их использования. Для вовлечения их в экономику Еврокомиссия уже разработала проект закона о данных (Data Act), регулирующий использование обезличенных данных от подключенных устройств — он призван регламентировать и упростить их оборот для граждан и бизнеса. Перед РФ тоже стоит задача по формированию экономики данных, но подход к ней сильно отличается от европейской модели.

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ

Европейцы все активнее используют подключенные к интернету устройства, фиксируют данные Евростата. Так, в 2022 году наибольший рост — на 9 п. п. — зафиксирован в применении телевизоров с подключением к сети: им пользовались уже более половины (52%) граждан, тогда как в 2020 году лишь 43%. Аналогичную динамику продемонстрировали смарт-часы, фитнес-браслеты и подключаемые очки или наушники: если в 2020 году их применяли 17% жителей, то в 2022-м — уже 26%. Вдвое медленнее (на 4 п. п., до 9%) растет использование бытовой техники (роботы-пылесосы, холодильники и другие), на 3 п. п. увеличилась доля граждан, имеющих подключенные к сети игровые приставки и решения для безопасности дома (до 20% и 9% соответственно). Применение виртуальных ассистентов (умные колонки или приложения), решений для управления энергопотреблением и устройств для мониторинга здоровья выросло на 2 п. п., до 13%, 10% и 6% соответственно. Вместе с тем в Евростате отмечают, что при росте использования устройств значительная часть граждан не применяла их и в 2022 году. Главная причина — отсутствие необходимости, на нее указал 41% жителей, что, впрочем, все же на 2 п. п. меньше, чем в 2020 году. На втором месте среди барьеров — высокая стоимость этих устройств (снижение на 1 п. п., до 10%), и только на третьем — опасения в отношении конфиденциальности и защиты личных данных (снижение на 3 п. п., до 8%).

Как отмечали ранее эксперты Института статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ, к 2030 году глобальный спрос на решения в области интернета вещей составит более $620 млрд, увеличившись почти в 3,5 раза за десять лет (см. “Ъ” от 23 января). Этот рост приводит и к увеличению объема информации в сетях интернета вещей. Как сообщали в Еврокомиссии, в 2025 году он достигнет 175 зеттабайт (33 зеттабайт в 2018 году) — и 80% этого объема никак не используется.

Для стимулирования развития экономики данных Еврокомиссия разработала в 2022 году законопроект о данных (Data Act), регулирующий использование обезличенной информации от подключенных к сети гаджетов.

В июне 2023 года руководство Совета ЕС и представители Европарламента предварительно согласовали правила его реализации. Документ призван в том числе сделать данные более доступными для всех участников рынка и обеспечить «справедливое распределение» их ценности. Так, к примеру, он требует доступа к данным, которые зачастую доступны только производителям устройств, для самих граждан — они смогут в том числе делиться ими с третьими лицами для получения постпродажного сервиса и иных услуг.

Перед РФ тоже стоит проблема данных — без ее решения невозможно развитие искусственного интеллекта (ИИ) и интернета вещей — для этого нужно в том числе снять регуляторные барьеры в работе с ними, подчеркивали в Ассоциации больших данных (см. “Ъ” от 17 июля). Однако в РФ владельцем данных предполагается сделать не пользователей, а государство — об этом, в частности, в июне заявлял глава Минцифры Максут Шадаев: по его словам, подходы РФ к регулированию близки к позиции Китая, где считают, что все данные принадлежат государству. Зачастую это объясняется заботой о безопасности данных граждан, утечки которых в последние годы происходят все чаще — но в экономическом смысле скорее отражает процесс огосударствления экономики, который не обойдет стороной и экономику данных.