Новые технологические уклады: институциональные экстерналии и их регулирование

зз

Таким образом, специфика влияния информационных угроз на экономическую безопасность имеет разные проявления на трех различных уровнях: государственном, корпоративном и личностном. На государственном уровне наибольшую угрозу экономической безопасности в информационной сфере представляет кибершпионаж и манипулирование уникальной разведывательной информацией, ведение информационных войн, информационное доминирование развитых стран, информационное неравенство внутри страны. На корпоративном уровне главными угрозами являются преднамеренные и непреднамеренные повреждения информационных систем и инфраструктуры, внешний и внутренний кибершпионаж, бесконтрольный доступ сотрудников к сети Интернет, неграмотность и халатность персонала. На личностном уровне угрожают экономической безопасности кража персональных данных, кибершпионаж с использованием банковских карт, кибермошенничество

в сети Интернет, ЭМБ-мошенничество, атаки на системы, массово используемые в повседневной жизни, интернет-зависимость, информационные болезни.

1. Безмалый В. Мошенничество в Интернете // Компьютер пресс. 2008. Октябрь.

2. Брандман Э. Глобализация и информационная безопасность // Философия и общество. 2006. № 1.

3. Гафнер В.В. Информационная безопасность: учеб. пособие. Ростов н/Д: Феникс, 2010.

4. Гришин С.Е., Седышев С.Г. Кибербезопасность и проблема повышения качества управления информацией // Вестник СГСЭУ. 2012. № 1 (40).

5. Еляков А. Электронный шпионаж // МЭМО. 2009. № 8.

6. Манохина Н.В. «Институциональные ловушки» и институциональный вакуум в российской инновационной среде // Вестник СГСЭУ. 2011. № 5 (39).

7. Поздняков В. «Цифровая пропасть» // Компьютерное обозрение. 2001. 5 сент. (№ 34).

8. иР1_: http://www.itartass.ur.ru.

удк 330.341.1 Денис Сергеевич Шевашкевич,

аспирант кафедры общей экономической теории, shevash@mail.ru СГСЭУ

НОВЫЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ УКЛАДЫ: ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ЭКСТЕРНАЛИИ И ИХ РЕГУЛИРОВАНИЕ

Предметом научного анализа являются экономические отношения, связанные со становлением и развитием новых технологических укладов, основанных на информационных, когнитивных, нано- и биотехнологиях, которые объективно обусловливают различного рода (и прежде всего институциональные) экстерналии. Цель работы - раскрыть содержание и диалектичную природу институциональных экстерналий, связанных со становлением и развитием новых технологических укладов, которые являются базовыми в развитых странах и начинают формироваться в России. Методология проведения данного исследования включала общенаучные методы и принципы, подходы, характерные для институциональной теории. Результаты исследования показали, что институциональные экстерналии - это экзогенные эффекты, как положительные, так и отрицательные, связанные с возникновением новых институтов, трансформацией и модификацией существующих институтов и сменой, упразднением устаревших институтов в условиях новых технологических укладов. Регулирование институциональных экстерналий обеспечивается на основе институционального управления. Данное исследование может служить ориентиром для дальнейших научных поисков в этой области знаний, разработки стратегии перехода страны к новым технологическим укладам.

Ключевые слова: институциональные экстерналии, техноценоз, институциональные инновации, институциональное бессилие.

D.S. Shevashkevich

NEW TECHNOLOGICAL WAYS: INSTITUTIONAL EXTERNALITIES AND THEIR REGULATION

The paper studies the economic relations that are associated with the formation and development of new technological paradigms based on the information, cognitive nano-and biotechnology and that determine various (primarily institutional) externalities. The paper aims to reveal the content and dialectical nature of the institutional externalities associated with the formation and development of new technological paradigms that are fundamental in developed countries and that begin to form in Russia. The methodology of the study includes scientific methods, principles and approaches typical of the institutional theory. The results of the research shows that institutional externalities are exogenous effects, both positive and negative, associated with the emergence of new institutions, with transformation and modification of the existing institutions, and with the change and abandonment of outdated institutions in the face of new technological paradigms. The author states that regulation of institutional externalities is provided on the basis of institutional management. The study can serve as a reference for further research in this area and development of strategy for transition to the new technological order.

Keywords: institutional externalities, technocenosis, institutional innovation, institutional impotence.

В современной жизни стали обыденными несколько «чудес света», появившиеся в последние 10 - 30 лет,

- это гаджеты: сотовый телефон, компьютер в его различных модификациях, принтер, сканер, иЭВ-флеш-накопитель («флешка»); пластическая хирургия, ЭКО («дети из пробирки»), роботооперации. Это далеко не полный перечень технологических чудес, но и он наглядно показывает, насколько мир в целом и наша страна в частности продвинулись в этом направлении. Современный мир стремительно развивается и изменяется, и уже многие исследователи начинают предрекать следующий, седьмой технологический уклад, связывая его с новыми технологиями жизнеобеспечения.

Следует отметить, что «окна возможностей» перехода к новому технологическому укладу открываются весьма редко и происходит это, как правило, не на «технологической волне», а при смене технологических укладов. До настоящего времени таких «окон возможностей» было всего шесть, что соответствует известным шести технологическим укладам. Россия должна как можно быстрее и полнее использовать сегодняшнее «окно возможностей», ибо в противном случае нашей долговременной участью станет периферия мирового хозяйства. «Стоимость входа» в новый технологический уклад постоянно увеличивается. Так, если в 1997 г. создание одной нанофабрики требовало затрат в 100 млн долл., то в 2010 г. эти затраты возросли до 400 млн долл., а формирующееся ядро шестого технологического уклада растет быстрыми темпами в среднем до 30% в год. Отрасли, составляющие ядро нового технологического уклада, обладают высоким потенциалом и способны вытянуть российскую экономику на новый уровень развития и интегрировать в новую волну роста. К таким отраслям относятся наноматериалы, наноэлектроника, нанобиотехнологии, молекулярная и нанофотоника и др.

В реальной действительности продолжает нарастать технико-технологическое отставание нашей страны, для преодоления которого требуется увеличение финансирования приоритетных и ключевых отраслей, составляющих ядро новых технологических укладов. Если быть более конкретным, расходы на институты, генерирующие знания (науку), должны увеличиться втрое, норма накопления - возрасти в 1,5 раза и составить до 40% ВВП. При этом очень важно время, длительность освоения производств, соответствующих новым технологическим укладам. Те страны, которые осознают важность этих мер и делают практические шаги в этом направлении, вкладывая в новые производства соответствующие средства, закономерно получают сверхприбыль. Именно они формируют новую волну технологического роста. Страны-аутсайдеры, опаздывающие к новой волне, неизбежно наталкиваются на различного рода барьеры, преодоление которых требует огромных затрат, но уже не гарантирует достижения технологических преимуществ. Поэтому так важны для будущего нашей страны правильно выбранные приоритеты, которые при условии создания эффективных механизмов их реализации позволяют догнать новую волну экономического роста, войти в нее с определенным заделом и обеспечить Российской Федерации статус передовой технологической державы.

Цель данного исследования - раскрыть природу особого вида экстерналий, связанных с возникновением

новых технологических укладов. Различные трансакции и обмены, совершаемые в экономике и обществе в целом, неизбежно затрагивают интересы «третьих» лиц, притом что последние согласия на осуществление этих процедур не давали. Решения одних экономических субъектов относительно способа использования тех или иных благ (в данном контексте - создания и использования новых технологий, являющихся ядром новых технологических укладов) непосредственно влияют на экономическое положение других субъектов, тех, кто не участвовал в принятии такого решения и не давал на него своего согласия (громкая музыка, которая мешает вам, табачный дым в кафе, куда вы зашли выпить чашечку кофе и т.д.). Последствия решений одних индивидов, которые оказываются «частью проблемы для других», т.е. влияют на условия принятия решений другими индивидами и оценку ими этих решений, но не контролируются последними, называют экстерналиями. Экстерналии возникают каждый раз, когда (добровольная) сделка между двумя или несколькими индивидами тем или иным способом затрагивает лица, не участвующие в этой сделке: одни субъекты хозяйства (фирмы или потребители), преследуя свои цели, могут одновременно наносить ущерб или приносить выгоду другим субъектам.

Существует несколько альтернативных определений экстерналий и подходов к их классификации. Их условно можно разделить на два типа: 1) толкование экстерналий через их воздействия на ситуации; 2) определение экстерналий через причины их существования.

Напомним, что в экономической науке проблему экстерналий впервые сформулировали еще неоклассики. Так, А. Пигу рассматривал отрицательные экстерналии как «провалы рынка» и предлагал их устранять на основе государственного вмешательства [11]. Он определял экстерналии через их воздействие на ситуации. Например, владелец фабрики, допустивший загрязнение окружающей среды, обязательно должен платить штраф: при этом если он платит штраф, то он в проигрыше, но если он не платит штраф, то тогда проигрывают обитатели близлежащих домов. Таким образом, здесь ущерб имеет односторонний характер.

Институционалист Р. Коуз считал, что проблема экстерналий объяснима через причины их существования и объективно носит обоюдный, двусторонний характер. Государство должно ответить на вопрос: следует ли разрешить одному субъекту наносить ущерб другому субъекту или можно позволить последнему субъекту в ответ нанести ущерб первому субъекту? Например, или позволить владельцу фабрики загрязнять среду, или жителям близлежащих домов заставить владельца фабрики понизить уровень загрязнения среды, или совсем закрыть предприятие? Но в любом случае выигравшая сторона должна оплатить размер ущерба проигравшей стороне. По мнению Р. Коуза, проблема экстерналий заключается в отсутствии спецификации права собственности на конкретное благо (воздух), т.е. нет четкого представления о том, распространяются ли соответствующие права собственности на воздух на владельца фабрики или такие же права собственности на воздух имеют жители близлежащих домов? При этом наличие у фабриканта права загрязнять окружающую среду предполагает, что он должен его выкупить у жителей. Если

выгода фабриканта от вредного производства больше, чем потери жителей близлежащих домов, то он должен выплатить им компенсацию, равную величине ущерба. Если же ущерб, наносимый жителям близлежащих домов выше прибыли фабриканта, то жители могут выкупить у него право на запрещение загрязнения окружающей среды или даже право на закрытие фабрики.

Известна теорема Коуза, имеющая отношение к экстерналиям: перераспределение прав собственности происходит на основе рыночного механизма и ведет к увеличению стоимости произведенной продукции, а окончательный результат перераспределения прав собственности не зависит от легального решения (относительно первоначальной спецификации прав собственности). Коуз предлагает решать проблему экстерналий без вмешательства третьей стороны (государства), что возможно только при условии четкой спецификации прав собственности и отсутствия издержек взаимодействия. Данная теорема получила различные интерпретации.

Теорема Коуза (по Олейнику). Если права собственности четко специфицированы и трансакционные издержки равны нулю, то структура производства будет оставаться неизменной независимо от изменений в распределении прав собственности, если отвлечься от эффекта дохода.

Теорема Коуза (по Стиглеру). В условиях совершенной конкуренции частные и социальные издержки равны.

Теорема Коуза (по Эггертсону). Если трансакционные издержки невелики, то экономика всегда будет развиваться по оптимальной траектории, независимо от имеющегося в ней набора политических и других инструментов. Процесс превращения издержек внешних эффектов в частные издержки называется интериоризаци-ей (интернализацией) внешних эффектов. Свободная интериоризация внешних эффектов на основе теоремы Коуза возможна только при нулевых или очень низких трансакционных издержках. В случае увеличения трансакционных издержек возрастает роль государства как органа, специфицирующего права собственности и снижающего трансакционные издержки. Другими словами, только при положительных трансакционных издержках «институты имеют значение».

Наиболее распространена классификация экстерналий на положительные и отрицательные с точки зрения характера вызываемых последствий для третьих лиц. Экстерналии являются отрицательными, если функция полезности (производственная функция) убывает по соответствующим переменным, представляющим эти внешние воздействия. Для дифференцируемых функций экстерналии отрицательные, если производные по переменным, представляющим эти экстерналии, отрицательны. Соответственно, экстерналии являются положительными, если функция полезности (производственная функция) возрастает по соответствующим переменным, представляющим эти внешние воздействия, и очевидна положительность производных по этим переменным. В ситуации экстерналий возникают расхождения между совокупными издержками и выгодами и теми, с которыми эти экономические агенты сталкиваются.

Последние называются частными, а первые, состоящие из частных и внешних, - общественными. Таким образом, внешние издержки - разность между общественными и частными издержками, а внешняя выгода

- разность между общественными и частными выгодами. Отрицательные экстерналии характеризуется превышением социальных издержек над частными (или частных выгод над социальными), а положительные - превышением социальных выгод над частными (или частных издержек над социальными).

Выделяют четыре типа экстерналий, различающихся как по источникам (возникновения), так и направлениям (внешнего) воздействия:

1) «производство - производство»;

2) «производство - потребление»;

3) «потребление - производство»;

4)«потребление - потребление».

Несмотря на только начавшееся освоение и развитие в ряде стран шестого технологического уклада, присущие ему экстерналии уже очевидны:

1. Высвобождение значительного числа занятых людей, вполне востребованных в рамках предыдущих технологических укладов. Новые агротехнологии, основанные на био- и нанотехнологиях, требуют во много раз меньшее количество рабочих единиц (например, автоматизированные агрокомлексы обеспечивают не сотни, а десятки специалистов). Созданные образцы одностадийных нефтеперегонных заводов сокращают надобность в персонале в десятки раз. Современные обрабатывающие центры заменяют собой по 15 - 20 рабочих на отдельных станках, гибким роботизированным линиям производства необходимы лишь единицы персонала. Новые неантибиотические лекарства, поскольку антибиотики становятся бесполезными в борьбе с массой болезней, фактически означают конец прежней фарминдустрии.

2. Техника стала детерминирующим и самодовлеющим фактором в жизни человека и общества в целом. В данный период времени уровень сложности общепланетарной технической среды, созданной трудами многих поколений людей, превысил тот предельный порог, за которым система выходит из под контроля специалистов по ее обслуживанию и контролю. Техническая система приобретает свойства и качества живого существа и начинает развиваться по своим законам, недоступным человеческой логике. Начинают происходить самые невероятные события с, казалось бы, самыми надежными механизмами и конструкциями. Аварии происходят там, где они принципиально (по закладываемым при проектировании принципам технического решения) не могут произойти. Человеку сложно осознавать разумный характер техногеники, заставляющей своих создателей действовать по ее воле.

3. Меняются стереотипы (общие нормы и установки) поведения индивидов. Массовое потребление и погоня за роскошью вытесняются разумными расходами на предметы краткосрочного и длительного пользования и модой на здоровый образ жизни, экономичные и долговечные блага.

4. Сокращение спекулятивного финансового сектора освобождает новые массы ненужных специалистов и всех, кто их обслуживал. Обеднение населения и крах государства всеобщего соцобеспечения в развитых странах сократит туристическую индустрию.

В.И. Гнатюк в своей работе «Закон оптимального построения техноценозов» отмечает весьма любопытные экстерналии технологических укладов. Техническая реальность есть то, что значительно оторвало человека

от природы (если понимать природу в узком смысле как неживую и биологическую реальности). Ныне человек не ранжируется в ряду биологических видов. Но он также и не существует отдельно от техники. Его предназначение видится в создании предпосылок для саморазвития технической реальности. Пока мы ее не мыслим без человека (он носитель, производитель и оценщик информации, документа). Но так будет не всегда. В системе «человек - техника» собственно человек играет все меньшую роль. И это несмотря на то, что, отрываясь от биологической природы, человек всегда воплощал свой интеллект в технической реальности. А учитывая опыт человечества, можно заключить, что развитие цивилизации, скорее всего, немыслимо вне развития технической реальности - это в некотором смысле единственный данный нам способ бытия.

Техническая реальность в рамках технократической парадигмы рассматривается как стоящая в ряду «неживая - биологическая - техническая - гипертехниче-ская», объективно существующая всеобщая, самоэво-люционирующая форма материи, субстанциальными элементами которой являются технические и биологические особи, обладающие существенной особенностью приспособленности к творческому преобразованию реальностей, сопровождающемуся возникновением новых признаков, а системной формой организации выступают техноценозы, онтологическая сущность которых заключается в наличии между техническими изделиями взаимосвязи, реализующей информационный отбор и тем самым создающей побудительные предпосылки к преобразованию реальностей [4]. Гипертехническая реальность - реальность, следующая за технической, продолжающая онтологический ряд реальностей «неживая

- биологическая - техническая» и характеризующаяся появлением высших материальных форм (гиперценозов), состоящих из совокупности ценозов.

Создается впечатление, что человек возник, стал мыслить, выделился из биологической природы, творил, познавал и продолжает познавать объективно лишь для того, чтобы стать источником технической реальности. Техническая реальность, в свою очередь, объективируясь благодаря мысли и рукам человека, приобретает все больше и больше способностей к саморазвитию. Эволюционируя, она становится трансцендентной для познавательной деятельности человека. В ней самой все ускоряющимися темпами формируется новый бесконечный горизонт познания для человека (своего рода промежуточный мезомир наряду с микро- и макромирами). В этом процессе техническая реальность не отрицает человека совсем, а оставляет ему важное место, однако очевидно, что человек все больше превращается из демиурга в раба. В подобном осмыслении технической реальности наиболее трудным является восприятие отрицания антропоцентричности (человек не венец природы, а лишь промежуточное звено). Человек, по сути, сам порождает свое отрицание (М. Хайдеггер: «Сама действительность поощряет человека к подобного рода действиям»). В настоящее время становится очевидным, что подобное развитие нашей цивилизации соответствует направленности и глобальных энтропийных процессов во Вселенной.

Новые производительные силы порождают распад старого общества и требуют новой экономики и нового общественного устройства. Это противоречие может

проявляться во многих формах: государственная промышленная политика, конкурентная борьба, развитие техноценозов. Термины «техноценоз» и «ценологический подход» были предложены в 1974 г. замечательным российским ученым Б.И. Кудриным, который техноценоз определял как сообщество всех изделий, включающее все популяции, ограниченное в пространстве и времени, имеющее слабые связи и слабые взаимодействия элементов (изделий), образующих систему искусственного происхождения, которая характеризуется несопоставимостью времени жизни ценоза и особи, невозможностью выделения однозначной системы показателей [5; 6]. Устойчивость технической системы обусловлена действием законов энергетического и информационного отборов по аналогии с живыми системами, где действует закон естественного отбора. По количеству видов и элементов техноценозы характеризуются как дискретными, так и непрерывными величинами. Для дискретных величин обычно применяется видовое распределение, а для непрерывных - ранговое.

Б.И. Кудрин методологически обосновал техногенетику. Он показал, что, во-первых, в природе существует глобальное историческое развитие (эволюция) способов взаимодействия между реальными физическими объектами и процессами и информацией (знаниями), которая отображает эти реальные объекты и процессы; во-вторых, в живой природе и технике существует принципиальное различие в способах передачи наследственной информации, обеспечивающей размножение (воспроизведение) «одинаковых» особей. Кроме того, он достаточно четко излагает эволюцию способов взаимодействия между реальными физическими объектами и отображающей их информацией (знаниями) для трех классов объектов: физические системы - биологические системы - технологические системы. Крайние формы генезиса противоречия между новыми технологиями и существующим общественным устройством можно проиллюстрировать на следующих примерах:

1) техноструктура консервирует себя, запрещая какую-либо технологию (фактический запрет на огнестрельное оружие в Японии, отказ Китая от океанских путешествий, неиспользования паровых машин на уральских заводах в XVIII в., запрет в Голландии в XVII в. на станки для изготовления лент). Как заметил Ф. Бродель, будущее открыто перед всеми странами, но идет соревнование неиспользованных возможностей, когда технологический потенциал остается лишь потенциалом. Там, где затраты по внедрению новой техники оказываются искусственно преувеличены и превышают возможности заинтересованных в новой технике структур, развитие затормаживается;

2) развитие и распространение новой технологии уничтожает (как более мягкий вариант - структурно изменяет) «объект прогнозирования». Угроза атомной войны радикально изменила форму военного противостояния между ведущими военными державами. Регулярные потрясения рынков от возникновения новых технологий приводят к упадку одних фирм и расцвету других. Происходит расселение народов, получивших новую технологию по производству пищи, причем их широкое распространение приводит к утрате целостности, появлению новых диалектов и т.п.

На наш взгляд, формирование и развитие, распространение новых технологических укладов объективно

сопровождается институциональными экстерналиями (данный термин не используется в экономической науке, не встречается в известных автору научных источниках).

Институциональные экстерналии - это экзогенные (внешние) эффекты, связанные с возникновением новых правил игры (формальными и неформальными институтами и их взаимодействиями), появлением новых институтов-организаций, трансформацией и модификацией существующих институтов и сменой, упразднением устаревших институтов в условиях новых технологических укладов. Рассмотрим основные институциональные экстерналии, связанные с новыми технологическими укладами (таблица).

Представим краткую характеристику институциональных экстерналий, связанных с новыми технологическими укладами. Среди положительных экстерналий очевидно появление новых институтов, адекватных новым технологическим укладам. Таковыми, в частности, являются биокиберкорпорации (БКК). Это сложные образования и, будучи институтом, адекватным новым технологическим укладам, представляют интеграцию бизнес-, кибер-и биоплатформ на базе системной методологии реструктуризации предприятия - СМРП (рисунок).

Биокиберкорпорация

Среди российских исследователей биокиберкорпораций следует отметить А. Беседина, который фактически является единственным автором публикаций по данной тематике [1]. Он рассматривает биокиберкорпорации как гиперконкурентоспособные обучающиеся организации новой формации, обладающие свойством непрерывного опережающего инновационного развития в турбулентной социально-экономической среде. На данном этапе в качестве примера биокиберкорпорации можно рассматривать робота, созданного британскими учеными и способного как создавать трехмерные пластиковые объекты, так и копировать свои собственные детали. Это уникальное создание получило название

RepRap, его сконструировал доктор А. Бойер (Adrian Bowyer) из университета города Бат (Bath).

Когнитивные центры, основанные на синтезе вычислительных методов точных наук и высоких гуманитарных технологиях, являются институтом, который в условиях новых технологических укладов играет особую роль. Как институт, он специализируется на моделировании развития социально-экономических систем и включает несколько уровней: уровень экспертизы; уровень междисциплинарного совета (по итогам собранной информации проводятся мозговые штурмы, консилиумы, собирается дополнительная информация из открытых источников); уровень математического моделирования и вычислительного эксперимента (происходит поиск адекватной модели для текущей задачи, ее расчет с использованием данных полученных в других блоках); уровень разработки визуализации и представление результатов работ.

Когнитивный вариант правительства - Wiki Government (Вики-правительство, Wiki-правительство). Появление Интернета и технологий совместной работы с информацией позволяет изменить работу существующих государственных институтов и создать новые механизмы решения задач как на местном, региональном, так и на общегосударственном уровнях. Бет Новек выдвигает идею создания Wiki-правительства - новой культуры управления государством, заключающейся в привлечении к удаленной работе граждан, владеющих уникальными компетенциями и готовых предложить стране свои

Институциональные экстерналии новых технологических укладов*

Положительные Отрицательные

1. Появление новых институтов, адекватных новым технологическим укладам, что обеспечивает научно-технический прогресс, институциональное развитие социально-экономической системы и общества в целом (биокиберкорпорации, когнитивные центры, Wiki-правительство и т.д.). 2. Усиление инновационной направленности и динамизма развития институциональной системы в целом. 3. Возрастание роли институционального проектирования, прогнозирования как форм институционального управления. 4. Сокращение ТСИ на различных уровнях хозяйствования. 5. Появление и распространение новых стандартов (норм) жизнеобеспечения индивидов. 6. Формирование новой институциональной матрицы 1. Возникновение институциональных разрывов - между институтами, поддерживающими новые технологические уклады, и институтами, олицетворяющими сложившиеся, старые технологические уклады, что кумулятивно ведет к институциональным пустотам, институциональному вакууму и пролонгированной институциональной неравновесности. 2. Появление новых институциональных ловушек, соответствующих новым технологическим укладам. 3. Институциональное бессилие национального государства - неспособность регулировать институциональные риски, связанные с новыми технологическими укладами, и своевременно обеспечить законодательную базу функционирования новых институтов и институциональных структур. 4. Институциональное расслоение на макроуровне: образование институциональных анклавов - стран с доминирующими в них предшествующими технологическими укладами и институциональных лидеров - стран с доминирующими в них новыми технологическими укладами

Смена социально-экономической системы, формирование нового общественного устройства

*Сост. автором.

опыт и знания [10]. Прообразом такой совместной работы выступает Peer-to-Patent - интерактивный проект, позволивший радикально изменить процесс патентования. В его основе - работа команд волонтеров, опирающаяся на технологии социальных сетей. Такой подход дает возможность за счет новой формы коллективных действий повысить эффективность государственных структур, укрепить и усовершенствовать демократию, создав, как утверждает автор, «правительство людей, для людей и с участием людей».

Одной из отрицательных экстерналий, связанных с переходом к новым технологическим укладам, является институциональный вакуум как отсутствие необходимых правил игры и игроков, их реализующих [8].

В качестве нового процесса и как институциональную экстерналию отметим институциональное бессилие национального государства. Исследователи связывают данный феномен с процессами перехода к рыночной экономике в начале 1990-х гг. [2; 3] и сформировавшейся моделью управления акционерным капиталом в мировом масштабе [7]. Так, С. Глазьев считает, что на пути построения мифологической экономики рыночного равновесия российское государство лишило себя большей части собственности, капитала и компетенций управления развитием. Однако попытки перехода к научно обоснованной политике развития, подтвержденной успешной практикой многих стран, блокируются доминирующими в российской экономике интересами, в том числе интересами олигархического бизнеса. Отвергает переход к политике развития и коррумпированная часть госаппарата, которая не желает брать на себя ответственность за реализацию проектов модернизации экономики. Еще одной влиятельной силой, не заинтересованной в изменениях, является международный капитал и поддерживающие его интересы вашингтонские финансовые организации. Проводившаяся денежными властями монетарная политика эмиссии рублей под прирост валютных резервов с отказом от валютного контроля и стерилизацией бюджетных доходов фактически означала дотирование американской финансовой системы за счет российских экспортных поступлений.

Американский инвестор и миллиардер Джордж Сорос, выступая на экономическом форуме в Давосе в январе 2013 г., назвал Россию страной с «тонущей экономикой», ведомой Путиным в неправильном направлении, и посоветовал не инвестировать в нее [12]. Ранее на форуме иностранные и российские эксперты представили доклад «Сценарии развития России». В нем представлены три сценария развития России: «ребалансировка регионов», «шаткая стабильность» и «по ту сторону достатка».

«Ребалансировка регионов» предполагает, что при постепенном снижении цен на энергоносители инициатива экономических и политических изменений исходит от неожиданных источников, институциональные реформы проводятся на уровне субъектов Федерации на фоне застойных процессов в центральных институтах власти.

«Шаткая стабильность»: внезапное резкое и затяжное падение нефтяных цен в отсутствие институциональных реформ заставляет правительство укреплять механизмы контроля над экономикой. В России сохраняется иллюзия экономической стабильности, а проведение болезненных реформ переносится на будущее.

«По ту сторону достатка»: высокие цены на нефть и газ сохраняются, что приводит к «удовлетворенному бездействию в отношении институциональных реформ». Согласно этому сценарию значительная часть российского общества получает более высокие доходы, тем не менее социальное недовольство растет в связи с неэффективными действиями госслужб и постоянно растущим бюрократическим аппаратом.

Однако премьер-министр Дмитрий Медведев не считает реалистичными подобные сценарии развития России.

Автор полагает, что интегрирующей институциональной экстерналии в условиях новых технологических укладов является объективная необходимость создания нового общественного устройства и экономической системы. Согласно объективному экономическому закону соответствия производственных отношений характеру и уровню развития производительных сил, новые технологии, как элемент производительных сил, требуют соответствующих общественных отношений. Варианты здесь могут самые разнообразные, поскольку с помощью одних и тех же новых прорывных технологий как базового ядра можно создать общество всеобщего благоденствия и технократический нацизм. Новые технологии будущего диалектичны: с одной стороны, это живительный дар, с другой - в зависимости от того, как он используется, этот дар может стать опасным. Так, применение технологий, лежащих в основе новых технологических укладов, может сделать существующие виды вооружений суперэффективными.

Автор считает возможным регулировать институциональные экстерналии по принципу «подобное регулируется подобным» и в качестве такого механизма предлагает институциональное управление во всех его проявлениях. Институциональное управление предполагает систему параллельно или последовательно применяемых инструментов воздействия на институциональную систему инновационной экономики на макро-, мезо-, микро- и наноэкономическом уровнях [9]. Например, таким институтом, задействованным на всех уровнях, может быть неформальное образование. Под неформальным образованием понимается институт, представленный различными государственными и негосударственными структурами, занимающимися просвещенческими программами, позволяющими расширить горизонты познания и направленными на развитие человеческих способностей к самореализации, адаптации к новым техническим укладам. Эта система активно функционирует в развитых странах, но в России только зарождается при отсутствии поддержки со стороны госструктур. Неформальное образование как компонент институционального управления позволяет радикально изменить процессы передачи, обмена, а главное, усвоения информации и генерации на ее основе новых знаний, так как включает множество новых, более совершенных приемов, которые или не используются совсем, или ограниченно применяются в формальной образовательной среде.

1. Беседин А.Л. Биокиберкорпорации как основа формирования территорий инновационного развития и фактор национальной конкурентоспособности // Тр. ин-та государства и права Росс. акад. наук. 2011. № 6. С. 147 - 156.

2. Глазьев С. Как построить новую экономику? // Финансовая газета. 2012. 1 авг.

3. Глазьев С.: «Россия еще может успеть войти в новый технологический уклад». и^: http://www.business-gazeta.ru/ агйс!е/66460/.

4. ГнатюкВ.И. Закон оптимального построения техноценозов // Ценологические исследования. 2005. Вып. 29.

5. Кудрин Б.И. Гипотеза третьей научной картины мира // Ценологические исследования. 2012. Вып. 47.

6. Кудрин Б.И. Два открытия: явление инвариантности структуры техноценозов и закон информационного отбора // Ценологические исследования. 2009. Вып. 44.

7. Лазуткин А.П. Постгосударственная парадигма управления акционерным капиталом. Красноярск: СибГТУ, 2011.

8. Манохина Н.В. Институциональный вакуум как атрибут институциональной среды // Вестник СГСЭУ. 2008. № 5 (24). С. 16 - 18.

9. Мирошниченко Н.В. Теоретические аспекты институционального управления в условиях новой экономики // Вестник СГСЭУ. 2011. № 4 (38). С. 32 - 36.

10. Новек Б. Wiki-правительство: Как технологии могут сделать власть лучше, демократию - сильнее, а граждан - влиятельнее. М.: Альпина Паблишер, 2012.

11. Pigou A.C. The Economics of Welfare. London, 1920.

12. URL: http://www.kp.ru/daily/26020/2941940/.

удк 330.101.541 Евгения Андреевна Юнева,

аспирантка кафедры общей экономической теории, zhenyauneva@yandex.ru преподаватель кафедры экономических дисциплин,

СГСЭУ, Марксовский филиал

МАКРОЭКОНОМИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ И УСЛОВИЯ ТРАНСФОРМАЦИИ ТЕНЕВЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ В ХОЗЯЙСТВЕННОЙ СИСТЕМЕ НОВОГО ТИПА

Статья посвящена такой актуальной теме, как трансформация неформальных экономических отношений в условиях нового типа хозяйствования. Новый тип экономических отношений в России складывается под влиянием усилившейся глобализации экономики и перехода к рыночным отношениям, информатизации. Данные факторы не только трансформируют сферу нормальных и официальных экономических отношений, но и воздействуют на неформальные экономические отношения, которые приобретают все более сложный характер и все больше перемещаются в виртуальное пространство или реализуются посредством его. Основные факторы развития теневых экономических отношений связаны с низкими темпами экономического роста и неэффективностью использования ресурсов, непродуктивными перераспределительными процессами, неспособностью адекватного противостояния новым вызовам, структурными диспропорциями экономики и глубокими социальными деформациями, проявляющимися в усилившейся дифференциации доходов населения и ухудшении состояния социальной сферы. Действие данных факторов происходит одновременно, синергетически усиливая результат, проявляющийся в масштабном распространении теневых экономических отношений.

Ключевые слова: теневые экономические отношения, теневой сектор экономики, информационная экономика, экономические преступления, деформация экономических отношений, экономическая безопасность.

Ye.A. Yuneva

MACROECONOMIC FACTORS AND CONDITIONS FOR TRANSFORMATION OF SHADOW ECONOMIC RELATIONS IN MODERN ECONOMY

The paper deals with the important issue of transforming shadow economic relations in a new type of economy. A new type of economic relations in Russia is being shaped by increasing globalization of the economy and transition to a market economy. These factors do not only transform normal and formal economic relations but also affect the informal economic relations that are becoming more complex and that are moving into the virtual space. The main factors of the development of shadow economic relations are linked to low growth rates and inefficient use of resources, inefficient redistribution process, failure to adequately address the new challenges, structural imbalances of the economy and profound social dysfunctions that lead to income gap and deterioration of the welfare system. These factors occur simultaneously and synergisti-cally enhance each other resulting in the large-scale spread of shadow economic relations.

Keywords: shadow economic relations, shadow sector of the economy, information economy, economic crime, deformation of economic relations, economic security.