НАЗНАЧЕНИЕ И ПРОИЗВОДСТВО КОМПЬЮТЕРНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ 
ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, 
СОВ
ЕРШЕННЫХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СЕТИ 
ИНТЕРНЕТ: 
ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ

Криминалистика: вчера, сегодня, завтра. 2021. № 1 (17) УДК 343.985

DOI: 10.24412/2587-9820-2021-1-118-129 Соколов Андрей Борисович,

доцент кафедры криминалистики Омской академии МВД России, кандидат юридических наук, доцент; Сысенко Альфия Радиковна,

доцент кафедры криминалистики Омской академии МВД России, кандидат юридических наук, доцент

НАЗНАЧЕНИЕ И ПРОИЗВОДСТВО КОМПЬЮТЕРНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШЕННЫХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СЕТИ ИНТЕРНЕТ: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ

Аннотация. Специфика следовой картины преступлений, совершаемых с использованием сети Интернет, обусловливает необходимость обращения к экспертам в области информационно-вычислительных технологий. При этом наиболее распространенным видом процессуальной формы использования специальных знаний является назначение и производство компьютерной экспертизы. В статье рассматриваются в виде последовательно сменяющих друг друга стадий действия следователя по назначению и эксперта по производству компьютерной экспертизы. Раскрыто содержание каждой из выделенных стадий. Представлено соотношение компьютерной и компьютерно-технической экспертиз. Изучив нормативные правовые акты, регулирующие отношения в исследуемой области, и основные мнения ученых, авторами статьи представлены отличия и сделан вывод о самостоятельности каждой из указанных экспертиз. Представлен перечень типичных вопросов диагностического и идентификационного характера, разрешаемых при производстве компьютерной экспертизы. Определены проблемы назначения и производства компьютерной экспертизы при расследовании преступлений, совершённых с использованием сети Интернет.

Ключевые слова: судебная экспертиза, компьютерная экспертиза, преступления в сфере компьютерной информации, эксперт, специальные знания, информационно-телекоммуникационная сеть Интернет.

Sokolov Andrey Borisovich,

Associate Professor of the Department of Criminalistics of the Omsk Academy of the MIA of Russia, Candidate of Law, Associate Professor; Sysenko Alfiya Radikovna,

Associate Professor of the Department of Criminalistics of the Omsk Academy of the MIA of Russia, Candidate of Law, Associate Professor

FORENSIC COMPUTER EXAMINATION IN INVESTIGATING CRIMES COMMITTED WITH THE HELP OF THE INTERNET: PROBLEMS OF THEORY AND PRACTICE

Abstract. The specific nature of the investigative picture of crimes committed with the help of the Internet makes it necessary to turn to experts in information technologies. At the same time, the most common type of procedural form of using special knowledge is the computer forensic examination. The article considers the sequence of actions of the investigator over the forensic examination and the sequence of actions of the expert over the computer examination. The content of every of the selected stages is revealed. The ratio of computer and computer-technical expertise is presented. After studying the normative legal acts regulating relations in the field under study, and the main opinions of scientists, the authors of the article present the differences and conclude that each of these examinations is independent. The article presents a list of typical diagnostic and identification issues that are resolved during the computer examination. The problems of the computer expertise in the investigation of crimes committed with the help of the Internet are identified.

Keywords: forensic examination, computer forensics, crimes in the field of computer information, expert, special knowledge, the global Internet.

Компьютерные сетевые технологии активно применяются во всех сферах общественной жизни, что позволяет управлять различными процессами. Но чем активнее применяются компьютерные сети для разрешения тех или иных вопросов, тем выше вероятность их использования в целях совершения противоправных действий. Учитывая многообразие способов совершения преступлений посредством сети Интернет, а также постоянное увеличение количества таких преступлений, разработанные криминалистической наукой частные методики расследования преступлений нередко запаздывают для полного и своевременного установления фактических данных, изобличения лиц, их совершивших, и доказывания вины.

Результаты анализа состояния уровня преступности в России показывают, что количество зарегистрированных преступлений, совершённых с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, с каждым годом увеличивается. Так, за 2017 год зарегистрировано 90 тыс. 587 преступлений совершённых с использованием компьютерных и телекоммуникационных технологий; за 2018 год — 174 тыс. 674 (+92,8 %); за 2019 год зарегистрировано 294 тыс. 409 (+68,5 %) преступлений, совершённых с использованием информационно-телекоммуникационных технологий. За период с января по ноябрь 2020 года зарегистрировано 461 тыс. 222 (+76,6 %) пре-

ступления, совершённых с использованием информационно-телекоммуникационных технологий или в сфере компьютерной информации1.

Совершение преступления с использованием сети Интернет предопределяет в одних случаях целесообразность, в других — необходимость обращения к сведущим лицам. Данная ситуация обусловлена, прежде всего, тем, что электронная (цифровая) информация, являющаяся объектом и (или) средством совершения преступления в глобальной информационной телекоммуникационной сети, хотя и может быть предназначена для граждан, но квалифицированно её осмотреть и исследовать могут только лица, имеющие специальные знания (специалисты, эксперты). Практически любое обращение с компьютерной информацией требует использования специальных знаний в соответствующей области. В этой связи разделяем позицию Е. А. Егорыше-вой и А. С. Егорышева в том, что «именно экспертные исследования придают изъятым аппаратным средствам, программному обеспечению и компьютерной информации доказательственное значение» [1, с. 14].

Отсутствие у следователя специальных знаний в области компьютерной информации не всегда позволяет правильно квалифицировать преступное деяние и точно определить вектор в расследовании. Назначая компьютерную экспертизу (далее — КЭ), целесообразно понимать её сущность, а также знать наиболее распространенные ошибки, допускаемые при этом. Кроме того, это позволит правильно оценить результаты представленного экспертного заключения.

Анализ материалов уголовных дел показывает, что КЭ активно используется в расследовании преступлений, совершённых с использованием сети Интернет. Однако назначается она, как правило, лишь в тех случаях, когда применение компьютерной техники и (или) информационно-телекоммуникационных сетей прямо указано законодателем в качестве квалифицирующего признака состава преступления либо обстоятельства, отягчающего ответст-венность2.

Эффективность заключения КЭ как средства доказывания подтверждает её распространенное назначение при расследовании преступлений, совершённых с использованием сети Интернет: нарушение авторских и смежных прав в области системного программного обеспечения и аудио- видеоигровых носителей информации (ст. 146 УК РФ); кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ); мошенничество (ст. 159 УК РФ); мошенничество с использованием

1 Статистика. Состояние преступности в России за январь-декабрь 2017, 2018, 2019, январь — ноябрь 2020 гг. [Электронный ресурс]. — URL: https://мвд.рф/reports/1/ (дата обращения: 15.01.2021).

2 Определение Верховного суда РФ от 22.03.2018 № 303-ЭС17-16652 по делу № А73-8184/2016 // Справ.-правовая система «Консультант плюс» [Электронный ресурс]. — URL: base.consultant.ru (дата обращения: 12.01.2021).

электронных средств платежа (ст. 159.3 УК РФ); мошенничество в сфере компьютерной информации (ст. 159.6 УК РФ) (например, в сфере компьютерной телефонии, мобильных платформ и платежей); публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма (ст. 205.2 УК РФ); незаконные производство, сбыт или пересылка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконные сбыт или пересылка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества (ст. 228.1 УК РФ); незаконные изготовление и оборот порнографических материалов или предметов, в том числе с изображением несовершеннолетних (ст.ст. 242, 242.1 УК РФ) посредством сети Интернет; неправомерный доступ к компьютерной информации (ст. 272 УК РФ); создание, использование и распространение вредоносных компьютерных программ (ст. 273 УК РФ); публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, совершённые с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет (ч. 2 ст. 280 УК РФ) и др.

Процесс назначения и производства КЭ возможно представить следующими стадиями:

1. Определение наличия основания для назначения.

2. Выбор экспертного учреждения и вида (рода) назначаемой судебной экспертизы.

3. Подготовка объектов, подлежащих направлению на экспертное исследование.

4. Формулирование вопросов для разрешения их экспертом.

5. Вынесение постановления о назначении судебной экспертизы.

6. Ознакомление подозреваемого, обвиняемого, его защитника, потерпевшего, его представителя с постановлением о назначении судебной экспертизы.

7. Направление постановления о назначении судебной экспертизы в экспертное или иное учреждение.

8. Производство КЭ.

9. Оформление заключения КЭ и передача её следователю.

10. Ознакомление с заключением КЭ заинтересованных лиц.

Основанием для назначения КЭ является потребность обращения к специальным знаниям в целях необходимости определения наличия сведений (данных) на электронных носителях информации.

КЭ производится в Экспертно-криминалистическом центре МВД России (ЭКЦ МВД России), ЭКЦ МВД субъектов Российской Федерации, где созданы специальные условия для проведения таких исследований. Кроме того, рассматриваемый вид судебных экспертиз может назначаться и производиться в негосударственных экспертных организациях. Примером тому

может служить общество с ограниченной ответственностью «Доктор Веб», являющийся российским разработчиком антивирусных программ и сервисов для предоставления услуг информационной защиты.

Выбирая экспертное учреждение или конкретного эксперта, следователь должен установить, нет ли оснований, исключающих их участие в производстве КЭ (ст. 61 УПК РФ). Такими основаниями, по мнению В. А. Мещерякова, могут являться: «совмещение в одном лице функций участников уголовного судопроизводства; участие в производстве по уголовному делу до рассмотрения его в суде, в качестве одного из субъектов уголовно-процессуальных отношений; родственные отношения с одним из участников производства по уголовному делу; иные обстоятельства, свидетельствующие о личной заинтересованности (прямой или косвенной) в исходе уголовного дела» [2, с. 40].

Критерии выбора судебно-экспертного учреждения в уголовно-процессуальном законе (за исключением выбора экспертов для повторной экспертизы, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам) не указаны. Анализ норм уголовно-процессуального права позволяет сделать вывод о том, что выбор государственного судебно-экспертного учреждения либо негосударственной экспертной организации (эксперта) может осуществляться следователем с учетом мнения заинтересованных участников уголовного процесса.

Одной из проблем, как представляется, является отсутствие соответствующих квалификационных требований, определяющих компетентность эксперта негосударственной экспертной организации, что в последующем может привести к повреждению либо утрате аппаратных устройств, информационных данных и др. Даже наличие технического образования и значительного опыта работы само по себе не дает оснований предполагать, что имеющиеся у такого эксперта специальные знания позволят квалифицированно, достоверно и четко ответить на вопросы, отраженные в постановлении о назначении и производстве КЭ. Например, эксперт может быть опытным аппаратным специалистом (т. е. хорошо разбираться в технических характеристиках электронно-вычислительных устройств), но не обладать знаниями в сфере информационных технологий и, соответственно, не сможет установить наличие значимых для расследования преступления данных.

Сказанное обусловливает целесообразность проверки следователем соответствия знаний и опыта конкретного эксперта негосударственной экспертной организации в области компьютерной информации, позволяющих квалифицированно ответить на поставленные для разрешения вопросы.

При определении вида (рода) судебной экспертизы, подлежащей назначению, отметим, что, к сожалению, в научной литературе и правоприменительной деятельности КЭ нередко отождествляют с компьютерно-техничес-

кой экспертизой [1, 2, 3, 4 и др.]. Такой подход нам представляется неправильным.

Основное отличие между указанными экспертизами заключается в предмете исследования. Так, при производстве компьютерно-технической экспертизы исследуются факты и обстоятельства, устанавливаемые на основе исследования закономерностей разработки и эксплуатации компьютерных средств, обеспечивающих реализацию информационных процессов, которые зафиксированы в материалах уголовного дела. Объективная составляющая этих фактов зачастую связана с уяснением компонентов компьютерных средств, т. е. функциональными возможностями их применения в различных сферах жизнедеятельности человека [5, с. 4].

При производстве КЭ осуществляется поиск компьютерной информации, содержащейся на машинных носителях, например, на накопителях — жестких, гибких магнитных дисках (далее — НЖМД); CD- и DVD-дисках; flash-накопителях; картах памяти и прочих машинных носителях, информация на которых представлена в виде файловых систем.

Определяя компьютерную информацию, укажем, что разделяем позиции ученых, которые понимают её как информацию на машинном носителе в ЭВМ, системе ЭВМ или их сети [1, с. 14; 6, с. 21]. Носителем компьютерной информации является электромагнитное поле, имеющее материальную природу.

Кроме того, сравниваемые экспертизы производятся в различных экспертных учреждениях. Так, КЭ производится в экспертно-криминалистичес-ких подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации1, а компьютерно-техническая экспертиза — в судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации .

Отличительные особенности данных экспертиз в научных исследованиях анализируются через описание специфических объектов. Разделяя позицию Е. Р. Россинской, укажем, что, в случае необходимости разрешения более широкого круга задач, целесообразно назначать компьютерно-техническую экспертизу, поскольку в ходе её производства возможно исследование как самого устройства, т. е. аппаратные объекты (персональные компьютеры, периферийные устройства, сетевые аппаратные средства и др.), так и его составляющие, системное программное обеспечение, информационные

1 Вопросы организации производства судебных экспертиз в экспертно-кримина-листических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации: приказ МВД России от 25 июня 2005 г. № 511. [Электронный ресурс] // Доступ из справ.-правовой системы «Консультант плюс».

2 Об утверждении инструкции по организации производства судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации: приказ Минюста России от 20 дек. 2002 г. № 347 [Электронный ресурс] // Доступ из справ.-правовой системы «Консультант плюс».

данные, включающие в себя различные виды текстовых и графических документов [7, с. 233]. Тогда как при производстве КЭ возможно лишь исследование компьютерной информации.

Изучая виды и возможности КЭ для расследования преступлений, А. И. Усов, Л. Г. Эджубов, Е. С. Карпухина, Н. А. Хатунцев делают вывод о том, что «сложность и многообразие юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению при расследовании преступлений в сети Интернет, предопределяют и сложность самой компьютерной экспертизы, которая может носить комплексный характер» [8, с. 31]. Появление в качестве объектов исследования цифровых следов в различных видах судебных экспертиз, дальнейшее их исследование становится невозможным без одновременного совместного участия экспертов различных областей знаний в написании заключения и формулировании общего вывода.

Именно в этом проявляется специфичная особенность объектов КЭ, которая выражается в необходимости привлечения специальных знаний из других научных областей для разрешения поставленных вопросов. В силу чего решение «пограничных» вопросов должно осуществляться либо в рамках комплексной экспертизы, либо в виде комплекса экспертиз. Так, по мнению указанной группы авторов, в подавляющем большинстве случаев для расследования преступлений в сети Интернет одной лишь КЭ недостаточно, необходимо чтобы она проводилась комплексно вместе с другими видами экспертиз, либо комиссионно — с участием лиц, обладающих специальными знаниями в различных отраслях науки и техники.

Основываясь на предмете КЭ, можно выделить диагностические и идентификационные экспертные задачи. Последние направлены на определение тождества исполнителя по определенным его характеристикам месторасположения; при необходимости возможно установление общего источника происхождения или производства какого-либо программного продукта. Разрешение диагностических задач, как правило, состоит в определении свойств и состояний изучаемых объектов, включая те, что реализуются в пространстве и времени [9, с. 200]. Сказанное является важным для определения фактических данных в процессе производства КЭ.

Качество, полнота и правильность экспертного исследования зависят от квалификации конкретных экспертов, которым поручено проведение экспертизы и правильной постановки вопросов, выносимых на разрешение эксперта. Сложность корректного формулирования вопросов, выносимых на КЭ, обусловлена тем, что расследование преступлений в сети Интернет требует знания большого объема технической терминологии, в связи с чем даже для корректного формулирования вопросов может потребоваться помощь специалиста. Так, в правоприменительной деятельности довольно часто допускается ошибка, связанная с постановкой эксперту вопросов правового характера (например, «является ли установленное на данном устройстве программное

обеспечение контрафактным»), что недопустимо в силу процессуальных требований. Это приводит к смешению компетенции суда как субъекта процесса, отвечающего в выносимом им решении на вопросы правового характера, и эксперта как носителя специальных знаний (но не правовых). Как представляется, корректным вариантом подобного вопроса может быть такой, как: «Является ли установленное программное обеспечение лицензионным? Имеются ли признаки нарушения условий лицензии изготовителя при инсталляции и (или) ином использовании такого программного обеспечения?».

Исчерпывающий перечень вопросов применительно к конкретной ситуации и точная их формулировка предопределяют понимание содержания заключения эксперта следователем и иными участниками уголовного судопроизводства, не обладающими специальными знаниями в области информационно-вычислительных технологий и электронно-вычислительной техники. Помимо сказанных, существуют и иные требования, предъявляемые к вопросам, выносимым на разрешение экспертов при производстве КЭ [10, с. 81— 82; 11, с. 161—162].

Перечень типичных вопросов, разрешаемых в рамках КЭ, зависит от обстоятельств исследуемого преступного события и направляемых на экспертизу материалов.

Так, например, к диагностическим вопросам о факте наличия или отсутствия тех или иных следов (в том числе электронных) совершения конкретных действий с информацией, хранящейся на электронно-вычислительном устройстве, могут быть отнесены следующие:

— имеются ли на предоставленном объекте файлы с текстовой информацией, содержащие ключевые слова (например, TheBottle, Yello, Quatra, Serj ivonov, http://vk.com/id224173411, Иванов Сергей Сергеевич, bhf.io, ifud.ws, yougame.biz, lolzteam.net, stealer, стиллер, граббер, steamstealer, Mining-Station, Project odysseus, Ovidiy Stealer, Reborn Stealer, Evrial Stealer, Eredel Stealer Lite, Eredel Stealer Full (extended), 9131313131, 9141414141, Qiwi-кошельки (?);

— имеется ли на предоставленном объекте установленная программа для общения Telegram (Skype, iMessage, Viber, Line, WhatsApp, Threema, Confide, Wickr, Signal и др.)? Если да, то какие пользователи зарегистрированы? Имеются ли сообщения переписки (?);

— имеются ли на объекте исследования компьютерные программы либо иная компьютерная информация, заведомо предназначенные для (скрытного от пользователя) уничтожения, блокирования, модификации, копирования компьютерной информации или нейтрализации средств защиты компьютерной информации (?);

— имеются ли на объекте исследования признаки, указывающие на способ и время появления (распространения) компьютерных программ либо иной компьютерной информации, предназначенных для (скрытного

от пользователя) уничтожения, блокирования, модификации, копирования компьютерной информации или нейтрализации средств защиты компьютерной информации? Каков функционал обнаруженной компьютерной программы? Для каких целей предназначена обнаруженная компьютерная информация (?);

— имеются ли следы и (или) признаки взаимодействия обнаруженных на объекте исследования компьютерных программ либо иной компьютерной информации, предназначенных для (скрытного от пользователя) уничтожения, блокирования, модификации, копирования компьютерной информации или нейтрализации средств защиты компьютерной информации, с какими-либо и иными электронно-вычислительными машинами, сетевыми адресами, доменными именами (?);

— имеются ли на НЖМД, входящем в состав ноутбука DELL модель Precision 5550, сведения о зарегистрированных файлах, содержащих данные

о посещении сайтов сети интернет-ресурсов за период с «_»__21

года по «_»__21 года (?);

— имеются ли на представленных объектах компьютерные программы, детектируемые антивирусным программным обеспечением как вредоносные?

Постановка вопросов идентификационного характера, как правило, направлена на установление принадлежности сетевого адреса, адреса электронной почты, id-адреса страницы в социальной сети конкретному лицу. Но можно встретить и такие вопросы, как: соответствует ли стиль программирования исследуемого программного продукта стилю программирования подозреваемого Ф. И. О.?

Указанный перечень вопросов не является исчерпывающим и может быть дополнен, скорректирован в зависимости от обстоятельств совершённого преступления и требуемой для органов предварительного расследования информации.

Анализ изученных постановлений о назначении КЭ позволяет сделать вывод о том, что следователи, как правило, указывают на возможность редактирования экспертом, производящим исследование, поставленных для разрешения вопросов без изменения их смыслового содержания, либо добавлять свои. Делается это по причине того, что эксперт, в отличие от следователя, обладает большей информацией относительно объекта, представленного на экспертизу в силу специфичности своей деятельности.

Кроме того, эксперту могут быть направлены данные, полученные из ответов на направленные запросы в банк, оператору сотовой связи, провайдеру для сопоставления с результатом КЭ.

После составления соответствующего постановления следователь знакомит с данным документом подозреваемого, обвиняемого, его защитника, потерпевшего, его представителя и разъясняет им права, предусмотренные

ст. 198 УПК РФ. Кроме того, результаты исследования материалов практики показали, что правоприменитель идет по пути более широкого толкования круга участников уголовного судопроизводства, которым при назначении и производстве судебной экспертизы следует разъяснять права [12, с. 8]. Встречаются случаи, когда заключение судебной экспертизы признаётся недопустимым доказательством вследствие неразъяснения заинтересованным лицам их прав.

Ознакомив с постановлением о назначении и производстве КЭ, следователь направляет его в ЭКЦ ГУВД (УМВД) субъекта Российской Федерации.

Производство КЭ осуществляется на общих методических положениях и подходах. В процессе экспертного исследования производится сначала тщательное раздельное изучение объектов экспертизы, анализируются их общие и частные признаки и свойства объектов КЭ, необходимые для решения диагностических и идентификационных задач, выполняются экспертные опыты. Эксперт выясняет обстоятельства произошедшего, учитывая характер отображения исследуемых цифровых следов, изучает информацию, имеющуюся на электронном носителе. Затем, в случае решения идентификационной задачи, например, такой как поиск файлов, по образцу, проводится сравнение хеш-сумм файлов1, при совпадении которых можно утверждать об их идентичности по содержанию.

На стадии оценки результатов исследования подводятся итоги и формулируются выводы КЭ, логически вытекающие из проведенных исследований. В заключении исследования экспертом дается общая суммарная оценка результатов проведенного исследования компьютерных средств и обоснование выводов. Выводы представляют собой ответы на поставленные перед экспертом вопросы и являются умозаключением, которое эксперт делает по результатам проведенных исследований на основе выявленных или представленных ему данных об исследуемом объекте КЭ и общего научного положения соответствующей отрасли знания — электроники, радиотехники, программирования и т. п.

Завершив исследование, эксперт составляет заключение, которое по своей структуре и содержанию состоит из вводной, исследовательской и заключительной (выводы) частей. В исследовательской части указываются содержание и результаты всех стадий исследования с указанием использованных методик, технических средств. Выводы должны содержать опти-

1 Хеш файла (хеш-сумма файла) — это уникальный идентификатор файла, который при помощи специального программного обеспечения высчитывается компьютером путем определенных математических преобразований информации, содержащейся в нем [Электронный ресурс]. — URL: https://www.chaynikam.info/chto-takoe-hash-fayla-i-kak-ego-uznat.html (дата обращения: 25.10.2020).

мально краткие, точные, недвусмысленные и обоснованные ответы на разрешенные в ходе экспертного исследования вопросы.

Получив заключение КЭ, следователь, в соответствии со ст. 206 УПК РФ, предъявляет потерпевшему, его представителю, подозреваемому, обвиняемому, его защитнику, которым разъясняется при этом право ходатайствовать о назначении дополнительной либо повторной судебной экспертизы.

Основными проблемами при назначении КЭ и использовании её результатов в доказывании при расследовании преступлений, совершённых с использованием сети Интернет, является:

— низкий уровень общих технических знаний следователя о функционировании современной техники, информационно-телекоммуникационных сетей и информационных технологий;

— некорректное определение видов назначаемых судебных экспертиз;

— неправильное формулирование вопросов для разрешения экспертом;

— установление компетентности конкретного эксперта, которому поручается производство КЭ;

— ненадлежащая оценка полученного заключения КЭ на предмет его относимости и допустимости в качестве доказательства по уголовному делу.

Проблемы производства КЭ имеют как объективный, так и субъективный (зависящий от эксперта) характер. Некоторые из объективных проблем возникают еще до непосредственного производства экспертизы. Так, нарушение криминалистических рекомендаций по изъятию, упаковке и транспортировке объектов — носителей электронной информации может вызвать их повреждение и, следовательно, невозможность получения имеющей значение для расследования преступления информации.

Обратим внимание и на специфические трудности производства компьютерных экспертиз, обусловленные работой с цифровыми следами преступлений, существенно отличающимися от обычных материальных следов. Эти следы имеют меньшее количество криминалистически значимых характеристик, что значительно осложняет процесс их отождествления или диагностики. Особенности механизма следообразования в цифровой среде значительно усложняют выявление следов и способов совершения преступлений с использованием сети Интернет.

Подводя итог, отметим, что КЭ представляет собой проводимое в установленном порядке процессуальное действие, осуществляемое компетентным специалистом в целях установления закономерностей возникновения, регистрации, сбора, накопления, ввода, вывода, приема, передачи, хранения, уничтожения, модификации, блокирования, копирования, преобразования, отображения и сокрытия цифровых следов совершения преступных действий в сети Интернет.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Егорышева Е. А., Егорышев А. С. Некоторые вопросы использования специальных знаний при расследовании неправомерного доступа к компьютерной информации / Е. А. Егорышева, А. С. Егорышев // Эксперт-криминалист. — 2011. — № 3. — С. 14—16.

2. Мещеряков В. А. Преступления в сфере компьютерной информации: основы теории и практики расследования / В. А. Мещеряков. — Воронеж: Изд-во Воронежского гос. ун-та, 2002. — 407 с.

4. Коломинов В. В. Расследование мошенничества в сфере компьютерной информации: научно-теоретическая основа и прикладные аспекты первоначального этапа: автореф. дис... канд. юрид. наук / В. В. Коломинов. — Краснодар, 2017. — 25 с.

5. Россинская Е. Р. Проблемы использования специальных знаний в судебном исследовании компьютерных преступлений в условиях цифровизации / Е. Р. Россинская // Вестник Университета имени О. Е. Кутафина. — 2019. — № 5. — С. 31—44.

6. Зубаха В. С. и др. Общие положения по назначению и производству компьютерно-технической экспертизы: методические рекомендации / В. С. Зубаха. — М.: ГУ ЭКЦ МВД России, 2001. — 71 с.

7. Милашев В. А. Проблемы тактики поиска, фиксации и изъятия следов при неправомерном доступе к компьютерной информации в сетях ЭВМ: автореф. дис.канд. юрид. наук / В. А. Милашев. — М., 2004. — 21 с.

8. Россинская Е. Р. Судебная экспертиза в гражданском, арбитражном, административном и уголовном процессе: моногр. / Е. Р. Россинская. — М.: Норма: ИНФРА-М, 2018. — 576 с.

9. Усов А. И., Эджубов Л. Г., Карпухина Е. С., Хатунцев Н. А. Роль компьютерно-технической экспертизы при решении комплексных задач / А. И. Усов, Л. Г. Эджубов, Л. Г. Карпухина, Н. А. Хатунцев // Эксперт-криминалист. — 2011. — № 4. — С. 31—34.

10. Демин К. Е. О современном состоянии и перспективах развития судебной компьютерно-технической экспертизы / К. Е. Демин // Вестник Московского университета МВД России. — 2012. — № 3. — С. 195—200.

11. Тактика следственных действий, направленных на отыскание, обнаружение, изъятие и исследование электронных носителей и информации на них: учеб. пособ. / А. А. Кузнецов, Д. В. Муленков, С. В. Пропастин, А. Б. Соколов. — Омск: Омская академия МВД России, 2015. — 116 с.

12. Шаевич А. А. Особенности использования специальных знаний в сфере компьютерных технологий при расследовании преступлений: дис. . канд. юрид. наук / А. А. Шаевич. — Иркутск, 2007. — 195 с.

13. Соколов А. Б., Едомский Е. А. Организация назначения и производства судебно-медицинской экспертизы живого лица по определению тяжести причиненного вреда здоровью / А. Б. Соколов, Е. А. Едомский // Законодательство и практика. — 2018. — № 2. — С. 6—10.