Потребительская картина

В Мультимедиа Арт Музее (МАММ) в рамках фестиваля «Мода и стиль в фотографии» при поддержке MasterCard показывают масштабный проект американского фотографа и режиссера Лорен Гринфилд «Одержимые успехом» — фильм и фотосерии, исследующие тягу к роскоши, которой одержимы и богатые, и бедные по всему миру. С ним соотносится кураторский проект британца Мартина Парра, который посвящен рекламным открыткам 1970-х годов, восхваляющим радости отдыха по системе «все включено». Ни тем, ни другим соблазнам не поддался Игорь Гребельников.

Герои Лорен Гринфилд стараются выглядеть зазывными, даже если погоня за богатством особенного счастья им не принесла

Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ / купить фото

В оригинале мультимедийный проект Лорен Гринфилд (он включает документальный фильм, выставку и фотоальбом) называется Generation Wealth, что можно перевести как «Поколение изобилия», но и маммовский перевод «Одержимые успехом» вполне отражает его содержание. В 2018 году этот фильм объехал чуть ли не все значимые фестивали документального кино, был неоднократно номинирован на разные премии, обсуждался на академических площадках, собрал массу рецензий. Впрочем, успеха предыдущей работы режиссера — фильма «Королева Версаля» (2012) об одиозной парочке флоридских богачей, строивших самый роскошный в Америке дом размером с дворец французских королей, но обанкротившихся после финансового кризиса,— не повторил. Возможно, из-за того, что он на ту же тему (хоть и на значительно более обширном материале) и с теми же вопросами без ответов: к чему все эти излишества? почему ради них люди тратят жизни? Однако музейный и зрительский интерес к проекту не иссяк, а может, даже и возрос на волне пандемии, давшей нам время на пересмотр жизненных ценностей: прошлый год выставка Гринфилд колесила по крупным европейским музеям.

«Одержимые успехом» — это без малого 30-летнее исследование того, с каким энтузиазмом в разных слоях общества росло стремление к демонстративному богатству, которое, как замечает сама режиссер и фотограф, «для многих становится все менее достижимой целью». Положим, то еще открытие, но одно дело — цифры и собственные ощущения, другое — галерея образов, отснятых Гринфилд: каждый снимок сопровождается рассказом, в который надо вчитываться на этикетке, а герои фильма честно излагают истории своих успехов. Где еще в одном месте услышишь причитания беглого финансового афериста, исповедь успешной дамы, непрестанно улучшавшей свою внешность с помощью косметической хирургии, «правила жизни» московской socialite Илоны Столье или откровения порноактрисы, побившей рекорд в сценах группового секса — 58 мужчин за одну съемку!

И таких порой вгоняющих в ступор историй пруд пруди. Они перемежаются размышлениями самой Гринфилд, в том числе и о том, почему ее захватила эта тема: тут она признается, например, как ей пришлось ради заведомо успешной и хорошо оплачиваемой съемки в Китае оставить на несколько недель грудного младенца. Камера мечется от крупных планов к общим, от спокойных портретов богачей до сцен со стриптизершами, осыпаемыми мешками баксов; тут и детские конкурсы красоты со всеми их приготовлениями, и папаша, замечающий, что вырядил малолетнюю дочь как проститутку, и рэперы с горящими глазами, что-то несущие о богатстве. Зрелище порой весьма удручает, но тем не менее от него сложно оторваться — может быть, так в свое время трудно было оторваться читателям от романов Флобера, Бальзака, Золя, Достоевского или Драйзера.

Несмотря на обилие в кадрах люксовых вещей, роскошных интерьеров, постоянное мельтешение денег, обладатели всего этого ожидаемо не выглядят счастливыми. Кажется, они, жертвы собственной одержимости, осознают, что неудовлетворенность, опустошенность включены в цену того успеха, к которому нас призывают со всех сторон.

Осознают, но все равно хотят выглядеть позитивными. Как на портрете Илоны Столье, одетой в дизайнерский свитер с надписью «I`m luxury» (этот кадр Гринфилд украшал афиши фильма и европейских выставок), или как в статьях российского Tatler, годами культивирующего чванство и пошлость «новой русской аристократии». Многие фотографии Гринфилд одного порядка с теми, что иллюстрируют это издание, а в фильм вошли сцены татлеровского «Бала дебютанток» — режиссер в нем видит попытку люксовых брендов-спонсоров повысить продажи в перспективном регионе и наивность подростков-участников и их родителей, позирующих светским хроникерам.

Изобличая издержки современного капитализма, все, включая душу и тело, превратившего в товар, который нужно продать ради еще большего успеха, Гринфилд избегает жесткой критики. Да и к чему? Те же Дэвид и Джеки Сиджел, прервавшие строительство своего Версаля, вполне оправились после кризисов и пандемию, судя по инстаграму, переживают вполне благополучно, дом строится. Режиссер не доходит до того, чтобы назвать богатство, капитал мощнейшей энергией, происхождение которой так подробно расписал Маркс; ее увлекает то, что лежит на поверхности,— механизмы соблазна.

И в этом плане любопытна другая выставка в МАММ с длинным названием «Здесь цель одна — доставить развлечение». Это напечатанные в очень большом формате рекламные открытки 1960–1970-х годов, созданные в ирландской фотостудии Джона Хайнда: их собрал в книгу, изданную в 2009 году, британский фотограф Мартин Парр, значащийся куратором этой выставки. Фотоувеличение в каком-то смысле пошло на пользу этим ярким постановочным кадрам со сценами отдыха в британских лагерях отдыха Butlin`s с их по тем временам новаторской системой «все включено». Гости танцуют, купаются, едят в ресторанах, играют в бильярд, любуются аквариумом с пловцами и в своей нарочитой беспечности не замечают той искусственности их рая, которая кричит о себе, будучи напечатанной на полстены. В постковидную эпоху оба проекта смотрятся вполне актуально: ведь об успехе, богатстве и возможностях, которые они открывают, теперь благодаря всеобщей цифровизации мы волей или неволей узнаем куда больше, чем те, к кому были обращены яркие открытки из отеля.