Диакония в деятельности Всемирного совета церквей

УДК 27 - 46

О. Т. Усачева

Диакония в деятельности Всемирного совета церквей

В статье рассматривается эволюция диаконической составляющей в структуре и деятельности Всемирного совета церквей (ВСЦ) в период с 1938 (года принятия решения об основании ВСЦ) по 2010 г. На основе организационных и программных материалов ВСЦ анализируются наиболее значимые события в истории диаконии.

The article deals with stages of the development of diakonia as a component of the World Council of Churches (WCC) in the period from 1938 (the year of adoption of the decision about the Foundation of the WCC) to 2010, presenting the analysis of the most significant events in the history of diakonia.

Ключевые слова: диакония, межцерковная помощь, экуменическая диакония, микродиакония, макродиакония, глобальная экуменическая сеть.

Key words: diakonia, Interchurch assistance, ecumenical diakonia, mikrodia-konia, makro diakonia, global ecumenical network, Ecumenical Church Loan Fund (ECLOFJ.

Термин «диакония» (от греч. diaxovia - служение) восходит к древнегреческой философии и общественной практике. Святитель Иоанн Златоуст, составивший чинопоследование Божественной литургии, подчеркивал значение для христианина филантропии и служения ближнему своему как продолжение евхаристии за пределами церковного богослужения, т. е. в общественной и личной жизни, как духовной жертвы на другом алтаре - алтаре сердца страждущего человека [1]. Святитель акцентировал внимание на фундаментальном единстве веры, богослужения, жизни и служения. Таким образом, приношение на «втором алтаре» дополняет богослужение, совершаемое на Святой трапезе. Отсюда следует понимание диаконии как непрекращающейся литургии, как источника и вершины всей социальной жизни.

В нынешний век, характеризующийся, с одной стороны, рационализмом и глобализацией, усилением власти транснациональных корпораций, а с другой - ростом экуменического движения, тема

© Усачева О. Т., 2014

диаконии как объединяющего филантропического начала становится особенно актуальной. С созданием Всемирного совета церквей (ВСЦ), в работе которого диаконическое направление является одним из ведущих, практическое воплощение диаконии получило новое развитие, обогатилось новыми формами.

Зарождение западного экуменизма, по свидетельству его историков, произошло под влиянием миссионерской деятельности протестантских проповедников, их призыва к социальному и политическому свидетельству и восстановлению христианского единства, что и стало целями экуменических организаций. Именно понимание необходимости объединения усилий во имя достижения этих целей и привело к образованию Всемирного совета церквей в результате слияния ведущих международных экуменических движений. Решение об этом было принято в мае 1938 г. на консультативной конференции в городе Утрехте (Нидерланды). При создании ВСЦ его идеологи исходили из того, что главное назначение этой организации - быть всемирным институтом милосердия, институтом для оказания всесторонней помощи людям - как материальной, так и духовной.

Уже на стадии формирования ВСЦ, в 40-е гг. ХХ в., начали функционировать его профильные структуры с диаконической программной направленностью, занимавшие одну из ведущих позиций в деятельности ВСЦ. Речь идет о Комиссии по делам беженцев и Комиссии по делам военнопленных, в ведение которых в течение восьми лет находились вопросы размещения и возвращения к нормальной жизни беженцев и бывших военнопленных, в том числе пожелавших остаться в стране заключения, в соответствии с Женевской конвенцией. Работа с беженцами признавалась приоритетным направлением в деятельности ВСЦ. Он обратился с призывом к религиозным объединениям в странах, имеющих возможность принять мигрантов, способствовать формированию общественного мнения в соответствии с либерализацией иммиграционной политики и оказывать всяческое содействие прибывающим в их страны переселенцам. Так, в рамках решения вопросов беженцев в 1948 г. была разработана кардинальная программа помощи палестинским беженцам. Ее первоочередной задачей было содействие в создании и жизнеобеспечении палестинской общины на оккупированных территориях западного берега реки Иордан и сектора Г аза, развитии профессионального образования и оказание другой необходимой помощи палестинским беженцам.

В решении диаконических задач ВСЦ взял на себе координирующую роль; с это целью решением I Г енеральной ассамблеи ВСЦ (Амстердам, Нидерланды, 1948) был организован Департамент по реконструкции и межцерковной помощи. Ему оказывали содействие и все другие непрофильные комитеты и структурные единицы ВСЦ. Информация о поступавших в адрес ВСЦ запросах передавалась локальным религиозным организациям, участвующим в его деятельности. Общины либо сами оказывали помощь нуждающимся, либо действовали под руководством этого департамента и агентств меж-церковной помощи. Последние были созданы в результате объединения отделов по благотворительности, имеющихся в религиозных общинах. Они осуществляли программы диаконии как в своих приходах, так и за их пределами, причем не только на территории своей страны, но и за рубежом, координируя свои действия с ВСЦ.

Увеличение числа агентств межцерковной помощи способствовало притоку новых средств и росту авторитета ВСЦ. Большая часть средств направлялась агентствам. В 1946 г. был создан Экуменический кредитный фонд с целью предоставления небольших кредитов под минимальный процент для восстановления европейских религиозных общин. Эта организация, по сути, являлась экуменическим фондом церковных займов, предоставляемых вместо пожертвований. А низкие проценты делали для клиентов доступными средства, которые они не могли получить иным способом.

Период с 1954 по 1961 г. ознаменовался значительным развитием экуменической диаконии, причем не только в плане решения бюджетных и кадровых вопросов ВСЦ, но и с точки зрения расширения географического приложения его деятельности за пределами Европейского континента (II ассамблея ВСЦ, Эванстон, США, 1954). В начале 60-х гг. были открыты региональные бюро ВСЦ в Африке и Азии (1961), а также в Латинской Америке (1962) (сотрудники бюро входили в профильный штат ВСЦ).

В 1961 г. членом ВСЦ стала Русская православная церковь (РПЦ). В отчетных материалах IV ассамблеи ВСЦ (Упсала, Швеция, 1968) показано, что РПЦ фокусировала внимание на толковании термина «межцерковная помощь» как экуменическая партнерская поддержка. В дальнейшем РПЦ активно отстаивала подход к этому понятию как диаконии любви, о которой писал святой Павел. В документах ВСЦ отмечено, что «православные церкви внесли вклад в экуменическое движение не меньше, чем протестантские и англиканские. Православные теологи обогатили понимание Веры для всех христиан» [6, с. 124-125].

Надо сказать, что характерное для 60-х гг. прошлого века особо острое отношение мирового сообщества к проблемам правосудия и социальных преобразований не могло не повлиять на осмысление целей диаконии. На Женевской консультации по развитию межцер-ковной помощи (1965) шла речь о необходимости перехода от внут-рицерковной модели диаконии к служению во всемирном масштабе, включающему социальные услуги. «Диакония как справедливость, а не благотворительность», - так ставился в то время вопрос о сути экуменической диаконии в ходе различных дискуссий, в том числе и на IV ассамблее ВСЦ 1968 г. в Упсале.

В 1972 г. ВСЦ становится инициатором организации и одним из лидеров руководящего комитета гуманитарного реагирования (8СЫЯ). В это время ВСЦ активно содействует Международному движению Красного Креста и Красного Полумесяца в создании сетей коллективного реагирования на экстренные ситуации, возникшие вследствие стихийных бедствий, и в проведении экологических программ.

Особое внимание ВСЦ уделял продвижению социальных проектов. Интересный пример - диаконическая программа по кредитованию развития предпринимательства в малообеспеченной среде. Для ее реализации в 1974 г. ЦК ВСЦ было учреждено Общество по сотрудничеству в экуменическом развитии. Организационная инновация заключалась в равнозначном праве одного голоса для всех акционеров независимо от величины пакета акций. При этом акционерам этого Общества являлись не частные лица, а религиозные группы и объединения.

В 1978 г. были введены понятия «микродиакония» и «макроди-акония», сформулированные на консультации по вопросам церковного служения, проведенной Комиссией межцерковной помощи, помощи беженцам и всемирного служения1 и Православной академией на Крите. Микродиаконией были названы «конкретные меры, предпринятые Церквями, как средство против критических ситуаций, в которых оказались отдельные люди или группы людей» [3, р. 24]. В макродиаконии были объединены деятельность миссий диаконической направленности и работа комитетов ВСЦ по социальной справедливости и свободе. Сюда же включалось и взаимодействие с правительственными органами разных стран и межгосударственными организациями. В этой сфере основными вопросами были (и продолжают быть сегодня) торговое партнерство,

1 Commission of the Inter-Church Aid, Refugee and World Service - CICARWS.

долговая политика, концентрация экономической власти, политика ООН, Международного банка реконструкции и развития, Международного денежного фонда, экологические лимиты роста, монополизация информации посредством новых технологий. Микродиакония также нуждалась в партнерстве и сотрудничестве на своем уровне, в объединении людей в их каждодневной жизни. Поэтому для оптимизации диаконического поприща необходимы взаимные усилия в его микро- и макросфере.

На встречах различного уровня, организованных ВСЦ, активно обсуждалась тема современного понимания диаконии. Речь шла о диаконии разных уровней: реабилитационной, превентивной и чрезвычайной. В планах на будущее было определено развитие таких ее направлений, как обновление филантропической деятельности; борьба за мир между народами, справедливость и соблюдение прав человека; установление единого межконфессионального понимания справедливости и мира. При этом ВСЦ призывал все конфессии развивать в своих местных общинах новый курс диаконии - на противостояние бедности. Таким образом, диаконический профиль снова был адресован локальным исполнителям. Решения VI ассамблеи ВСЦ (Ванкувер, Канада, 1983) закрепили позицию локального распределения ресурсов [7]. Именно в Ванкувере было дано определение диаконии как «литургии после литургии».

В 80-е гг. ВСЦ была предложена диаконическая программа «Справедливость мира и целостность творения», которая приобрела приоритетное значение и получила поддержку участников VI ассамблеи ВСЦ. С учетом результатов этого форума в ВСЦ были проведены две крупные международные консультации по ключевой теме «Справедливость и служение». Одна - по вопросам межцер-ковной помощи, помощи беженцам и служению миру (диаконии) -состоялась в Ларнаке (Кипр) в 1986 г. В официальном отчете об этой консультации, который назывался «Диакония 2000: призваны быть соседями», основной акцент был сделан на совместных действиях по совершенствованию диаконии посредством продвижения свидетельств локальных общин на глобальный уровень к 2000 г. Темой другой консультации (Испания, 1987) стала «Койнониа. Посвящение жизни Мировому содружеству». В резолюциях обеих встреч было подтверждено, что служение и распределение ресурсов взаимосвязаны, а служение следует рассматривать как проявление солидарности в материальном и правовом плане.

На VII ассамблее ВСЦ (Канберра, Австралия, 1991) главные диаконические задачи вошли в программы по межцерковной помощи, помощи беженцам и мировому служению в составе II структурной единицы «Участие и служение». К 1990 г. из 150 миллионов людей, лишенных крова, 100 миллионов составили мигранты, 15 -беженцы и 35 - перемещенные лица. Сложная ситуация складывалась вокруг вынужденных мигрантов: репатриация на Родину была опасна для их жизни, а принимающие страны не содействовали их адаптации. Усилиями ВСЦ была создана Глобальная экуменическая сеть помощи обездоленным людям GEN, которая предлагала им всестороннюю помощь, включая адвокатские услуги [4, р. 83].

В плане развития экуменического партнерства были сформированы две важные структуры - региональные группы и круглые столы. Региональные группы, организованные в 1972 г., занимались проектами, предназначенными для религиозных общин, расположенных в том же регионе. Исходя из анализа его первоочередных потребностей эти группы давали рекомендации по распределению ресурсов. Они привлекали к своей работе не только религиозных деятелей, но и специалистов по тематике проекта, представителей локальной экуменической организации и регионального агентства по развитию экуменических сетей и движений.

Круглые столы были созданы для содействия развитию экуменического партнерства. Первоначально эта форма служила временной мерой для продвижения различных программ религиозных организаций, оказания им экономической, политической помощи. Круглые столы выполняли функцию инструмента экуменического взаимодействия между религиозными организациями-партнерами в выполнении краткосрочных проектов, не связанных друг с другом и не имеющих гарантированного финансирования со стороны ВСЦ. Ежегодно проводились круглые столы с участием директоров агентств, представителей национальных советов религиозных объединений, финансирующих агентств, миссионерских органов и ВСЦ. При этом круглые столы не отвечали за непосредственную реализацию проектов. В 1994 г. был проведен независимый обзор круглых столов, который подтвердил важность большинства из них и позволил выработать новые рекомендации по совершенствованию их программ и механизмов проведения. После распада социалистической системы круглые столы служили весьма действенной мерой развития экуменического партнерства в Восточной Европе. В России, Армении, Белоруссии, Албании они стали эквивалентом экуменических консорциумов.

Еще одним острым вопросом 90-х стали внешние долги беднейших стран. ЦК ВСЦ рекомендовал религиозным объединениям и членам ВСЦ совместно с экуменическими партнерами принять участие в разработке плана действий в поддержку отмены этих долгов к 2000 г.

В начале XXI в. наблюдалась уже полностью сложившаяся новая тенденция - концентрирование диаконической деятельности на локальном уровне. В изменившихся реалиях региональные экуменические сети получили ведущее значение как инструмент локальной реализации программ, разработанных совместными усилиями местных религиозных объединений и диаконических структур ВСЦ. Так, диаконическое бюро ВСЦ по странам Латинской Америки и Карибского бассейна совместно с Латиноамериканским советом церквей и Национальным советом церквей США организовали локальную экуменическую сеть по поддержке детей, изолированных от общества.

Система реагирования на чрезвычайные ситуации, созданная ВСЦ, оказалась громоздкой и неустойчивой. В 1994 г. в Руанде в критической ситуации экуменические организации не смогли организовать оперативную гуманитарную помощь, погибло много людей. К началу XXI в. после обстоятельных консультаций ВСЦ совместно с Всемирной лютеранской федерацией была создана радикально новая международная структура - «Совместные действия

w 1 _ w

церквей» для координации помощи в чрезвычайных ситуациях [2, р. 2]. Другая структура ВСЦ, сформированная в 2007 г., называлась «Совместная деятельность церквей и оказание правовой защиты жертвам стихийных бедствий»2. Она обязывала своих членов обмениваться опытом и знаниями, разрабатывать стратегию служения, милосердия и справедливости как на национальном, так и на глобальном уровне [2, р. 3]. Вскоре стала очевидной необходимость слияния двух этих служб диаконической направленности. В октябре 2010 года прошла I ассамблея новой организации - Альянса по совместной деятельности религиозных объединений (ACT Alliance), способной, не прекращая работу по реализации плановых проектов, оперативно реагировать на кризисные ситуации.

В эти годы важной сферой деятельности комитетов ВСЦ диа-конического профиля по-прежнему оставалась помощь пострадавшим от стихийных бедствий - как природных, так и

1 Action By Churches Together - ACT International.

2 Action by Churches Together for Development - ACT Development.

спровоцированных человеческим фактором, расширение программ борьбы с такими социальными бедами, как голод, болезни, безработица и обездоленность.

Таким образом, диакония как важнейшая целевая составляющая церковной жизни за пределами богослужения и один из определяющих аспектов служения Богу путем филантропии и милосердия прошла длительный путь развития. Практическими проявлениями диаконии стала реализация различных программ поддержки людей, находящихся в бедственном положении, создание многочисленных экуменических сетевых организаций, преодолевающих национальные, этнические, расовые, классовые и религиозные границы. К XXI в. «более весомо стало личностное участие» в диаконической деятельности [7, р. 128]. Пройденный путь говорит, с одной стороны, о росте значения диаконии в развитии человеческого сообщества, а с другой - о необходимости включения в реализацию диаконических идей всего комплекса политических, экономических, физиологических и культурных факторов.

Список литературы

1. Бриа Ион. Литургия после литургии. [Электронный ресурс]. - URL: http://www.rondtb.msk.ru/info/ru/Bria_ru.htm (дата обращения: 15.01.2014).

2. Act Alliance: In Solidarity and Hope / Ed.: Sean Hawkey. - Switzerland, 2010. -144 p.

3. An Orthodox Approach to Diakonia: Consultation on Church and Service, Orthodox Academy of Crete, November 20-25, 1978. - Geneva: WCC, 1980. -Р. 24.

4. Assembly Workbook. Harare, World Council of Churches Publications, 1998. - 155 p.

5. Evanston to New Delhi, 1954-1961. Report of the Central Committee to the Third Assembly of the World Council of Churches. - Geneva: WCC, 1961.

6. New Delhi to Uppsala, 1961-1968. Report of the Central Committee to the Fourth Assembly of the World Council of Churches. - Geneva: WCC, 1968.

7. Vancouver to Canberra, 1983-1990. Report of the Central Committee to the Seventh Assembly of the World Council of Churches / Ed.: Thomas F. Best. -Geneva : WCC, 1990. - 275 p.