Теоретические основания и проблемные области экономических исследований в сфере интеллектуальной собственности

ПРАВОВЫЕ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ УПРАВЛЕНИЯ СОБСТВЕННОСТЬЮ

УДК: 330.88 Б01: 10.24411/2071-6435-2020-10030

Теоретические основания и проблемные области экономических исследований в сфере интеллектуальной собственности

Повышение эффективности использования объектов интеллектуальной собственности в деятельности хозяйствующих субъектов требует проведения содержательного анализа процессов их создания и использования для принятия обоснованных управленческих решений. Определение теоретических оснований и проблемных областей таких исследований являлось целью данной работы. Для достижения цели с помощью методов сравнительного, исторического и логического анализа проведено изучение положений правовых теорий интеллектуальной собственности во взаимосвязи с положениями экономической теории, что составляет новизну авторского подхода. Выделены и конкретизированы в отношении нематериальных благ положения теории прав собственности, в частности, содержание правомочий собственности, образующих Перечень Оноре, а также агентской теории и теории контрактов. Выявлены свойства интеллектуальной собственности как общественного блага, а также охарактеризовано влияние личного, монопольного и конкурентного стимулов на создание и использование интеллектуальной собственности. Анализ положений правовых и экономических теорий в зонах их логического пересечения, проведенный посредством построения матрицы теоретических оснований, позволил конкретизировать соотношение правовых и экономических характеристик интеллектуальной собственности, а также выявить наиболее проблемные области исследований в сфере интеллектуальной собственности, которые охватывают вопросы идентификации объектов интеллектуальной собственности в составе имущества организации, их последующей коммерциализации, а также урегулирования взаимоотношений с авторами результатов интеллектуальной деятельности. Показано, что постановка и решение конкретных управленческих задач в рамках выделенных проблемных областей осуществляются как на макроуровне, при создании государственных политик и программ в сфере интеллектуальной собственности, так и на микроуровне, при разработке патентной, учетной, конкурентной, договорной политик и других внутренних регламентов хозяйствующих субъектов.

Ключевые слова: интеллектуальная собственность, результаты интеллектуальной деятельности, теория естественного права, проприетарная теория, теория исключительных прав, экономическая теория прав собственности, агентская теория, теория контрактов.

Введение

В последние годы значение интеллектуальной собственности как фактора экономического развития и одного

© Е. В. Хоменко, 2020

Е. В. Хоменко

из параметров инновационных преобразований, происходящих в обществе, неуклонно возрастает. По данным Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), количество заявок на патенты, поданных во всем мире в 2018 году, увеличилось примерно на 5,2% и достигло рекордного значения — 3,3 млн заявок. При этом в долгосрочном периоде наблюдения число патентных заявок ежегодно увеличивалось с 2003 года (за исключением 2009 года, в котором наблюдалось снижение на 3,8% по причине финансового кризиса) [11]. В рейтинге ВОИС по интенсивности подачи заявок Российская Федерация в 2018 году находилась на 11 месте, при этом позиции несколько разнятся в отношении различных видов объектов интеллектуальной собственности (таблица 1).

Таблица 1

Положение России в рейтинге стран по числу поданных заявок на регистрацию объектов интеллектуальной собственности в 2013-2018 годах

Виды объектов 2013 2014 2015 2016 2017 2018

Изобретения, полезные модели 9 11 10 10 12 11

Товарные знаки 6 6 10 9 7 7

Промышленные образцы 21 21 23 23 18 19

Источник: составлено автором по данным отчетов ВОИС [11].

Как видно из данных таблицы 1, за последние шесть лет России удалось улучшить позиции в рейтинге по заявкам на промышленные образцы, однако позиции по изобретениям и полезным моделям, представляющим наибольшее значение в оценках изобретательской активности и с точки зрения укрепления положения на рынках высокотехнологичных товаров и услуг, не удалось улучшить существенным образом. Что касается товарных знаков, то можно сказать, что в 2017 году России практически удалось вернуться на позиции 2013 года и сохранить положение в 2018 году на фоне нестабильной динамики в течение шестилетнего периода.

В 2018 году удельный вес российских заявок на изобретения в общем числе поданных во всем мире заявок составил 1,14% (для сравнения, доля заявок стран-лидеров значительно выше: Китай — 46,4%, США — 17,9%, Япония — 9,4%). По сведениям Роспатента, динамика подачи заявок на изобретения в России за последние пять лет демонстрировала рост только в 2018 году, но уже в 2019 году снижение числа заявок составило 6,4%. Говоря о субъектах общественного сектора, включая вузы и научные учреждения, которые должны быть локомотивами исследований и разработок в стране, следует отметить негативную динамику. Если в целом число зарегистрированных распоряжений исключительными правами всеми хозяйствующими субъектами демонстрировало стабильный рост с 2015 года, который в 2019 году был наиболее существенным (на 6,4% по всем видам договоров по сравнению с предыдущим годом), то в сегменте государственных предприятий, НИИ, КБ и вузов в последние годы наблюдается снижение активности участников и в качестве передающей стороны (доля от общего числа соглашений в 2019 году составила 11,2%, что на 2,3 процентных пункта ниже, чем

в 2017 году), и в качестве принимающей стороны (снижение доли от общего числа соглашений составило 3,7 процентных пункта по сравнению с 2016 годом) [9].

На фоне негативных тенденций в патентно-лицензионной деятельности необходимо проводить также качественные оценки, поскольку именно от качества патента, определяемого содержанием охраняемого результата интеллектуальной деятельности (РИД), зависит его потенциал коммерциализации. 22 марта 2019 года на ежегодном заседании Коллегии Роспатента были представлены данные, характеризующие проведенные в 2018 году проверки, по итогам которых результативность НИОКРТ, выполненных за счет бюджетных средств, оказалась крайне низкой (таблица 2).

Таблица 2

Результативность НИОКТР, выполненных за счет бюджетных средств

Наименование показателя Значение показателя

Анализируемые государственные контракты 521

Объем бюджетного финансирования, млрд рублей 425,5

Государственные контракты, в рамках которых созданы охраноспособные РИД 282

Количество созданных охраноспособных РИД 1116

РИД, исключительное право на которые принадлежит исполнителю (в том числе совместно с Российской Федерацией), - из них поставлено на бухгалтерский учет в качестве нематериальных активов - на сумму,% от финансирования завершенных НИОКТР, в ходе которых они созданы 285 121 0,3

Количество РИД, права на которые принадлежат Российской Федерации и в отношении которых государственным заказчиком заключены лицензионные договоры на право их использования 22

Количество РИД, в отношении которых заключены договоры (соглашения) о передаче исключительного права на них от Российской Федерации — исполнителю 4

Источник: [6].

Из таблицы 2 видно, что охраноспособные РИД создаются при выполнении каждого второго государственного контракта. Однако только 42% РИД, исключительное право на которые принадлежит исполнителю (в том числе совместно с Российской Федерацией), приняты к бухгалтерскому учету на сумму, составляющую менее одного процента от финансирования завершенных НИОКТР, в ходе которых они созданы. Исходя из незначительной доли затрат, приходящейся на РИД в общем объеме финансирования завершенных НИОКТР, можно судить о низкой значимости РИД для выполнения таких работ, а также их низком коммерческом потенциале, что подтверждается приведенными данными, поскольку лицензионные договоры на право использования РИД, принадлежащих Россий-

ской Федерации, заключены в отношении только 22 объектов, что составляет около 18% от принятых к учету РИД.

Повышение эффективности использования РИД и изменение сложившихся негативных тенденций, связанных с ослаблением патентной активности, требует проведения содержательного анализа процессов создания и использования интеллектуальной собственности с целью выработки мер стимулирующего характера. Выделение теоретических оснований и проблемных областей таких исследований, по нашему мнению, необходимо осуществлять на основе положений правовых теорий интеллектуальной собственности, господствовавших в разные исторические периоды (теории естественного права, проприетарной теории и теории исключительных прав) во взаимосвязи с положениями экономической теории, сложившимися в рамках трех наиболее значимых для целей исследования направлений (теории прав собственности, агентской теории и теории контрактов), что являлось целью данной работы. Такое взаимосвязанное и взаимообусловленное исследование правового и экономического начал интеллектуальной собственности, проведенное с применением методов сравнительного, исторического и логического анализа, составляет новизну исследовательского подхода, позволившего в определенной степени конкретизировать соотношение правовых и экономических характеристик в природе объектов интеллектуальной собственности, обусловливающих эффективность процессов создания и использования интеллектуальной собственности.

«Пучок интеллектуальных прав»: взгляд с позиций экономической теории прав собственности

Экономическая теория прав собственности, основоположниками которой явились Р. Коуз и А. Алчиан, а в числе наиболее выдающихся последователей следует отметить Д. Норта, явилась наиболее значимым для становления и развития экономической теории интеллектуальной собственности направлением неоинституционализма. Согласно данной теории, собственностью является не экономический ресурс (средства производства, предметы труда, рабочая сила), а «пучок прав» на использование ресурса, что согласуется с природой интеллектуальной собственности, в основе которой лежит совокупность исключительных (имущественных) прав правообладателей, личных неимущественных (моральных) прав авторов и иных прав (права доступа и права следования), определяющих содержание объекта интеллектуальных собственности вне зависимости от материальной формы (носителя), в которой это содержание может быть выражено [5].

Трактовка права собственности как «пучка правомочий» на принятие решений по поводу ресурсов характеризует права собственности с точки зрения индивидуальных экономических агентов. Вместе с тем с точки зрения общества в целом, права собственности выступают как «правила игры», которые упорядочивают отношения между агентами [7, с. 365]. При этом права собственности распространяются как на физические, так и на нематериальные объекты и могут рассматриваться с точки зрения различных правовых теорий.

В контексте теории естественного права, результаты интеллектуального

и творческого труда принадлежат человеку, исходя из постулатов естественных прав, и охраняются, прежде всего, в рамках законодательства о личных правах, а в контексте проприетарной теории, которая рассматривает интеллектуальную собственность как особую «бестелесную вещь» и собственность «своего рода», интеллектуальные права отождествляются с правами собственности на вещи. По нашему мнению и с точки зрения возобладавшей с начала XX века «теории исключительных (интеллектуальных) прав», наиболее значимый вклад в развитие которой в разное время внесли Э. Пикар, Г. Ф. Шершеневич, А. А. Пиленко, В. А. Дозорцев, А. П. Сергеев, нематериальным объектам интеллектуальных прав, в отличие от материальных объектов права собственности, присущи особые свойства [3, с. 13].

Экономическая теория прав собственности и проприетарная теория интеллектуальной собственности имеют единую концептуальную основу, в качестве которой выступает перечень Оноре, включающий все правомочия собственности, которые приобретают особые характеристики с учетом специфики объектов интеллектуальной собственности.

1. Право владения как право абсолютного физического контроля над определенными благами неприменимо в отношении объектов интеллектуальной собственности, имеющих нематериальную природу. Однако правом владения в данном случае будет обладать субъект, которому принадлежат исключительные права на результат интеллектуальной деятельности, реализуемые в том числе через «правомочие запрета» использования интеллектуальной собственности теми экономическими агентами, которым соответствующие права не переданы на основании какого-либо контракта.

2. Право использования, то есть право извлечения имеющихся полезных свойств благ, в случае интеллектуальной собственности может принадлежать одновременно нескольким лицам, включая правообладателя и, например, лицензиатов, которых при условии простой (неисключительной) лицензии может быть бесконечно много. С другой стороны, право использования объекта интеллектуальных прав, в отличие от вещи, всегда ограничено территориально (для правообладателя — территорией одного или нескольких государств, на территории которых объект имеет правовую охрану, для лицензиата — конкретным регионом, областью и иной территорией в зависимости от условий договора).

3. Право управления, то есть право всегда решать, кто и как будет обеспечивать использование благ, безусловно, предусмотрено содержанием интеллектуального права, однако имеют место некоторые исключения. Так, в соответствии со статьей 1239 Гражданского кодекса Российской Федерации [2] в установленных законом случаях суд может обязать правообладателя заключить лицензионный договор на определенных условиях. Такой механизм распоряжения исключительным правом получил название «принудительной лицензии». Этот пример наглядно демонстрирует реализацию социальной функции права собственности как неких установленных в обществе «правил игры», препятствующих реализации монопольных прав правообладателя в ущерб общественным интересам. Как правило,

принудительное лицензирование применяется в целях защиты жизни и здоровья граждан [10, с. 5]. Таким образом, принудительное лицензирование выступает в качестве механизма регулирования предложения редких благ (в сторону его увеличения) и монопольной цены (в сторону ее снижения до приемлемого для определенных групп потребителей уровня).

4. Право на доход, то есть право обладать полученными результатами от использования благ, трактуется применительно к объектам интеллектуальных прав аналогично вещам. Однако следует также отметить, что это право позволяет рассматривать интеллектуальную собственность не только в контексте экономической теории, но и с точки зрения прикладных экономических наук, в частности, бухгалтерского учета, поскольку способность приносить экономические выгоды, под которыми понимаются, прежде всего, доходы, является важнейшим свойством активов. Таким образом, право на доход становится необходимым условием идентификации интеллектуальной собственности в бухгалтерском учете.

5. Право суверена, то есть право на потребление, изменение, отчуждение или уничтожение блага, раскрывается на основе входящих в структуру интеллектуального права личных неимущественных прав (права авторства, права автора на имя, права на неприкосновенность произведения, права на обнародование произведения, права на отзыв), а также иных прав (права следования и права доступа). При этом необходимо обратить внимание на то, что отчуждение таких прав является ничтожным, в то время как отчуждаться могут только исключительные права правообладателя, которые тем не менее могут принадлежать автору наряду с личными неимущественными и иными правами.

6. Право на безопасность, то есть право на защиту от экспроприации благ, а также от вреда со стороны внешней среды, является, пожалуй, наиболее сложно реализуемым в отношении интеллектуальной собственности, которая в момент обнародования становится доступна широкому кругу лиц и может тиражироваться, распространяться и использоваться без ведома правообладателя и автора, что приводит к некоторому «размыванию» прав. При этом целесообразно рассмотреть право на безопасность дифференцированно в отношении объектов интеллектуальной собственности различных видов. Так, в отношении объектов патентного права (изобретений, полезных моделей, промышленных образцов), а также средств индивидуализации юридических лиц (товарных знаков и знаков обслуживания) и программ для ЭВМ право на безопасность возникает после получения охранного документа (патентной грамоты или свидетельства) и обеспечивается государством, которое выступает в качестве гаранта закрепления, обеспечения охраны и защиты признанных прав на объект интеллектуальной собственности. В отношении объектов авторских прав (литературных, художественных произведений) возможна защита прав в судебном порядке, однако поскольку авторские права возникают с момента создания произведения, и формальные процедуры регистрации таких прав отсутствуют, бремя доказывания авторства лежит на самом авторе. Наконец, если речь идет о ноу-хау (секрете производства), то право на безопасность в данном случае должно быть обеспечено самим экономическим

агентом путем введения режима коммерческой тайны.

7. Право на передачу благ в наследство предусмотрено для всех видов объектов интеллектуальных прав (статьи 1241, 1283 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако только в части наследования исключительного права.

8. Право на бессрочность обладания благом присуще в большей степени объектам авторских прав, права на которые действуют в течение всей жизни автора, еще в течение 70 лет после смерти автора и только потом объект права переходит в общественное достояние. Что касается других видов интеллектуальной собственности, то сроки обладания такими благами будут ограничены сроками правовой охраны объектов, установленными гражданским законодательством. Некоторые авторы полагают, что в этой связи право на бессрочность нехарактерно для интеллектуальной собственности. В частности, по мнению А. Г. Ворожей-киной, «в отношении прав интеллектуальной собственности определение права собственности, предложенное А. Оноре, относится только к 10-ти элементам, а не к 11-ти» [1, с. 228]. Однако, по нашему мнению, с этим утверждением нельзя в полной мене согласиться в силу относительной бессрочности обладания объектами авторских прав. В то же время другие авторы, в том числе А. М. Орехов, полагают, что право на бессрочность является безусловным, подразумевающимся и не требует дополнительных разъяснений) [8, с. 18].

9. Запрет вредного использования, то есть запрет использования блага таким способом, который наносит вред имуществу других экономических агентов, реализуется в интеллектуальном праве несколько шире, чем в вещном праве собственности, поскольку законодательством предусмотрены также превентивные меры, препятствующие получению правовой охраны на объекты, способные нанести вред или ущерб. Так, например, в соответствии со статьей 1349 Гражданского кодекса Российской Федерации, не могут являться объектами патентных прав: «способы клонирования человека и его клон; способы модификации генетической целостности клеток зародышевой линии человека; использование человеческих эмбрионов в промышленных и коммерческих целях; результаты интеллектуальной деятельности, если они противоречат общественным интересам, принципам гуманности и морали» [2].

10. Право на ответственность в виде взыскания, то есть существование возможности на взыскание нематериального блага в счет уплаты долга, может быть реализовано в судебном порядке, как и в случае вещи. Кроме того, в последнее время получают все более широкое распространение сделки, в которых интеллектуальная собственность выступает в качестве залогового обеспечения.

11. Право на остаточный характер, то есть право на наличие институтов и процедур, которые обеспечивают восстановление нарушенных полномочий, в праве интеллектуальной собственности закреплено в нескольких формах. Прежде всего, оно реализуется в рамках деятельности Роспатента, административные регламенты работы которого предусматривают возможность восстановления прав, приостановленных, например, в случае неуплаты патентных пошлин. Восстановление нарушенных прав может осуществляться на основании решений

Суда по интеллектуальным правам, кроме того, экспертные решения по спорным вопросам также выносит Палата по патентным спорам.

Таким образом, сравнительно-исторический анализ положений правовых теорий и экономической теории прав собственности позволил охарактеризовать процесс создания и последующего использования объектов интеллектуальной собственности с позиций первоначального обладания и передачи отдельных правомочий авторами и хозяйствующими субъектами. При этом правомочия собственника позволяют идентифицировать интеллектуальную собственность в качестве активов организаций, использование которых при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности направлено на извлечение экономических выгод.

Взаимодействие заинтересованных сторон при создании и использовании

интеллектуальной собственности в контексте агентской теории и теории

контрактов

Агентская теория объясняет формирование личных, монопольных и конкурентных стимулов у различных субъектов в рамках деятельности, связанной с созданием и использованием интеллектуальной собственности. Так, права авторов на результаты интеллектуальной деятельности, определяемые как «неотъемлемые» в рамках теории естественного права, формируют у авторов необходимые для изобретательской активности личные стимулы. С другой стороны, право на объекты интеллектуальной собственности является монопольным, обеспечивает правообладателю возможность единоличного распоряжения объектами и возмещения транзакционных издержек, понесенных экономическим агентом в связи с получением этих монопольных прав, что становится возможным в условиях асимметричности информации. Между тем следует учитывать, что интеллектуальная собственность не создает монополию мгновенно, если речь идет о давно существующих рынках с большими объемам инвестиций в старые технологии, которые продолжают пользоваться спросом у потребителя. Возникновение монополии более вероятно в условиях предложения уникального продукта, способного создать новый рынок или его сегмент. В этой связи действие монопольного стимула следует рассматривать во взаимосвязи с конкурентным стимулом, который обусловливает необходимость осуществления инновационной деятельности экономическими агентами для создания новых продуктов и рынков или совершенствования технологий, пользующихся спросом на существующих рынках, с целью максимизации прибыли и обеспечения справедливой (рыночной) оценки исключительных прав.

Кроме того, следует отметить, что монопольное владение интеллектуальной собственностью не всегда согласуется с заинтересованностью общества в свободном использовании объектов для удовлетворения потребностей всех его членов в благах, что порождает проблему баланса частных и общественных интересов. Решение этой проблемы осуществляется на основе положений теории контрактов, заключаемых с авторами, правообладателями и другими заинтересованными

сторонами по поводу интеллектуальных прав и учитывающих характеристики интеллектуальной собственности как частного и общественного блага, имеющие некоторые особенности.

Законодательство по интеллектуальной собственности является средством, обеспечивающим возможности для исключения индивидуумов из потребления общественного блага, которым является обнародованный результат интеллектуальной деятельности и в более широком отношении — любое новое знание. Однако следует принимать во внимание, что такое ограничение свойства неи-сключаемости в случае интеллектуальной собственности является временным. Для объектов авторского права, как уже было отмечено ранее, сроки обеспечения правовой охраны в целом довольно длительные, однако по их истечении произведение переходит в общественное достояние и может использоваться неограниченным кругом лиц. Среди объектов патентного права наиболее продолжительный срок правовой охраны имеют изобретения (20 лет), однако по прошествии установленного срока, техническое решение, получившее охрану в качестве изобретения, перейдет в известный уровень техники и станет доступно всем заинтересованным лицам.

Неконкурентное использование характерно для всех объектов интеллектуальной собственности, между тем определенные возможности ограничения данного свойства также имеются. Например, в случае заключения лицензионного договора на условиях исключительной лицензии, лицензиат может быть только один, и если речь идет об исключительной лицензии на разработку, представляющую высокий интерес в сфере высокотехнологичного инновационного бизнеса, решение правообладателя о передаче единственной (исключительной) лицензии создает конкурентную борьбу между товаропроизводителями за интеллектуальную собственность как особый ресурс производства, и выиграет эту борьбу тот экономический агент, который такую лицензию получит. Аналогичная ситуация возникает в отношении договора об отчуждении исключительного права, предполагающего смену правообладателя.

Таким образом, результаты интеллектуальной деятельности «могут относиться как к чистым общественным благам (обладающим свойствами полной неконкурентности, совместным использованием при полной неубываемости потребления, неделимости и полной неисключаемости в предоставлении блага), так и смешанным общественным благам (обладающим свойствами совместного характера потребления с высоким уровнем исключаемости и убываемости объема и качества потребления, значительного объема и долгосрочного внешнего эффекта)» [4, с. 23].

Анализ выделенных теоретических оснований позволил установить проблемные области экономических исследований в сфере интеллектуальной собственности (таблица 3).

Таблица 3

Матрица теоретических оснований и проблемных областей экономических исследований в сфере интеллектуальной собственности

Теория естественного права

Проприетарная Теория

Теория интеллектуальных прав

Теория прав собственности

Полным «пучком правомочий» в отношении результатов интеллектуальной деятельности первоначально обладают авторы

Правомочия собственника обеспечивают возможности владения, пользования и распоряжения объектами интеллектуальной собственности как объектами имущества

«Пучок правомочий» собственности имеет тенденцию к расщеплению при передаче отдельных правомочий на основе соглашений в процессе осуществления финансово-хозяйственной деятельности

Агентская теория

Личные стимулы авторов в создании и использовании результатов интеллектуальной деятельности формируют основу изобретательской активности

Монопольные стимулы в отношениях экономических агентов по поводу интеллектуальной собственности связаны с возможностями получения монопольной прибыли, уровень которой выше рыночной, в условиях асимметричности информации

Конкурентные стимулы в отношениях экономических агентов по поводу интеллектуальной собственности связаны с формированием условий для успешной коммерциализации, включая создание новых рынков и справедливую (рыночную) оценку исключительных прав

Теория контрактов

Право авторства — это особый контракт с государством, а связанные с ним экономические выгоды для автора — это «плата за благо», которое дал обществу создатель объекта интеллектуальной собственности

Заключение неполных контрактов в сфере интеллектуальной собственности по поводу прав собственности приводит к снижению трансакцион-ных издержек, но может приводить к конфликту интересов сторон

Взаимодействие с заинтересованными сторонами в процессе заключения и исполнения контрактов направлено на обеспечение баланса частных и общественных интересов на основе взаимосвязи характеристик интеллектуальной собственности как частного и общественного блага

Проблемные области, исследование которых базируется на соответствующих теоретических основаниях

Урегулирование правовых и экономических взаимоотношений с авторами, что имеет особое значение для служебных объектов интеллектуальных прав

Идентификация объектов интеллектуальной собственности в составе имущества хозяйствующего субъекта, их учет и анализ

Коммерциализация объектов интеллектуальной собственности и урегулирование взаимоотношений с широким кругом заинтересованных сторон

Как видно и таблицы 3, выделенные проблемные области охватывают вопросы идентификации объектов интеллектуальной собственности в составе имущества организации, а также их последующей коммерциализации, однако немаловажное значение имеет также урегулирование взаимоотношений с авторами, в том числе по вопросам выплаты авторских вознаграждений за использование объектов, что приобретает особую актуальность и специфику в общественном секторе экономики в силу того, что большинство объектов интеллектуальной собственности являются служебными и создаются сотрудниками организаций.

Результаты исследования и выводы

Доминирование правовой или экономической трактовок в исследованиях интеллектуальной собственности, по нашему мнению, является одной из ключевых причин, объясняющих неэффективность сложившихся подходов к управлению, не позволяющих обеспечить эффективность процессов создания и использования интеллектуальной собственности как на уровне отдельных хозяйствующих субъектов, так и на макроэкономическом уровне в свете проблем обеспечения устойчивого развития общества в целом. Как отмечал В. А. Дозорцев, общим в правовом режиме всех нематериальных объектов (результатов интеллектуальной деятельности) является «возникновение рыночных отношений в новой сфере и новой правовой системы для обслуживания этой сферы» [3, с. 14], обращая тем самым внимание на возникшую первоначально потребность во введении интеллектуальной собственности как специфического блага в экономический оборот, повлекшую необходимость разработки соответствующих правовых норм.

Взаимосвязанность и взаимообусловленность правовых характеристик интеллектуальной собственности, определяющих само существование таких объектов и их принадлежность тем или иным субъектам, а также экономических характеристик, обусловливающих возможности отражения интеллектуальной собственности в составе активов организаций и перспективы дальнейшего коммерческого использования объектов, создают объективную необходимость проведения теоретических исследований на стыке права и экономики, результаты которых формируют базу для обоснования наиболее эффективных управленческих воздействий.

Проведенное исследование показало, что даже в контексте сложившихся теоретических подходов интерпретация свойств и характеристик интеллектуальной собственности имеет особенности, обусловленные нематериальный природой и специфическим характером использования таких объектов. В частности, показано, что результаты интеллектуальной деятельности могут относиться как к чистым, так и к смешанным общественным благам. При этом неконкурентное использование в равной мере характерно для объектов патентного и авторского права, а неисключаемость и «проблема безбилетника» — в большей степени для объектов авторского права. Интерпретация сделок, осуществляемых с объектами интеллектуальной собственности, основанная на положениях теорий прав собственности, агентской теории и теории контрактов, позволяет формулировать

условия внутренних регламентов хозяйствующих субъектов, включая патентную политику по широкому спектру вопросов взаимодействия с заинтересованными сторонами, в том числе авторами результатов интеллектуальной деятельности, при создании и использовании интеллектуальной собственности, учетную политику в отношении вопросов идентификации интеллектуальной собственности в составе активов, доходов и других объектов, а также конкурентную, договорную и другие политики с учетом стратегических приоритетов развития организаций.

С другой стороны, в рамках выделенных проблемных областей необходима разработка государственных политик и программ, регламентирующих вопросы управления интеллектуальной собственностью на макроуровне, обоснование которых также может осуществляться на базе выделенных теоретических оснований. Одним из наиболее значимых факторов эффективности таких политик и программ является баланс монопольных и конкурентных стимулов, влияющих как на изобретательскую активность, так и на экономическую активность хозяйствующих субъектов, связанную с введением интеллектуальной собственности в коммерческий оборот. Учитывая, что право авторства представляет собой особый контракт с государством, государственная политика должна также предусматривать систему гарантий, обеспечивающих выплату вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности.

Конкретизация задач, решаемых на макро- и микроуровнях в рамках каждой из выделенных проблемных областей, может также осуществляться дифференцированно в отношении субъектов коммерческого и общественного секторов экономики, субъектов отдельных видов экономической деятельности, а также с учетом региональных и других факторов.

Литература

1. Ворожейкина А. Г. Развитие теории интеллектуальной собственности в Российской Федерации // Экономический вестник Ростовского государственного университета. 2008. Том 6. № 1, часть 3. С. 225—229.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) от 18 декабря 2006 года № 230-Ф3.

3. ДозорцевВ. А. Интеллектуальные права: Понятие. Система. Задачи кодификации: Сб. статей / Исследовательский центр частного права. М.: Статут, 2003. 416 с.

4. Елисеев А. Н, Шульга Е. И. Институциональный анализ интеллектуальной собственности: учеб. пособие. М.: ИНФРА-М, 2005. 192 с.

5. Иванова С. В. Интерпретация инноваций в мировом образовательном пространстве в эпоху медиа // Ценности и смыслы. 2016. № 3(43). С. 61-68.

6. Итоги деятельности Роспатента в 2018 году и задачи на 2019 год. URL: https://rupto.ru/content/uploadfiles/otchet_rp_2018.pdf (дата обращения: 25 апреля 2020 года).

7. Капелюшников Р. И. Экономические очерки: методология, институты,

человеческий капитал. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2016. 574 с.

8. Орехов А. М. Интеллектуальная собственность: эскизы общей теории: монография. М.: ИНФРА-М, 2019. 160 с.

9. Отчет о деятельности Роспатента за 2019 год / Федеральная служба по интеллектуальной собственности. URL: https://rupto.ru/content/ uploadfiles/otchet-2019-ru.pdf (дата обращения: 25 апреля 2020 года).

10. Принудительное лицензирование: зарубежный опыт // Бюллетень о развитии конкуренции. 2017. 24 с. URL: http://ac.gov.ru/files/ publication/a/15694.pdf (дата обращения: 24 апреля 2020 года).

11. World Intellectual Property Indicators. URL: https://www.wipo.int/ publications/en/series/index.jsp?id=37 (дата обращения: 25 апреля 2020 года).

References

1. Vorozheykina A. G. The development of intellectual property theory in the Russian Federation. Ekonomicheskiy vestnik Rostovskogo gosudarstvennogo universiteta [Economic Bulletin of the Rostov state University], 2008, vol. 6, no. 1, part 3, pp. 225-229 (in Russian).

2. Civil Code of the Russian Federation (part four) of 18 December, 2006. No. 230-FZ (in Russian).

3. Dozortsev V. A. Intellektual'nye prava: Ponyatie. Sistema. Zadachi kodifikacii [Intellectual Rights: Concept. System. The tasks of codification], collected articles. Issledovatel'skijcentrchastnogoprava [Private Law Research Center], Moscow: Statute, 2003, p. 416 (in Russian).

4. Eliseev A. N., Shulga E. I. Institucional'nyi analiz intellektual'noy sobstvennosti [Institutional analysis of intellectual property]: textbook. Moscow: INFRA-M, 2005, p. 192 (in Russian).

5. Ivanova S. V. Interpretation of innovations in the world educational space in the era of media. Tsennosti i Smysly [Values and Meanings], 2016, no. 3(43), p. 61-68 (in Russian).

6. Itogi deyatel'nosti Rospatenta v 2018 godu i zadachi na 2019 god [Results of the activities of Rospatent in 2018 and tasks for 2019]. Available at: https://rupto.ru/content/uploadfiles/otchet_rp_2018.pdf (accessed: 25 April, 2020) (in Russian).

7. Kapelyushnikov R. I. Ekonomicheskie ocherki: metodologiya, instituty, chelovecheskiy kapital [Economic essays: methodology, institutions, human capital], Moscow: Izd. dom Vyssheyshkoly ekonomiki [Ed. House of the Higher School of Economics], 2016, p. 574 (in Russian).

8. Orekhov A. M. Intellektual'naya sobstvennost': eskizy obshchey teorii [Intellectual Property: Sketches of a General Theory]: Monograph. Moscow: INFRA-M, 2019, p. 160 (in Russian).

9. Otchet o deyatel'nosti Rospatenta za 2019 god [Report on the activities of

Rospatent for 2019]. Federal Service for Intellectual Property. Available at: https://rupto.ru/content/uploadfiles/otchet-2019-ru.pdf (accessed 25 April, 2020) (in Russian).

10. Prinuditel'noe licenzirovanie: zarubezhnyi opyt [Forced licensing: foreign experience]. Byulleten' o razvitii konkurencii [Bulletin on the development of competition], 2017, p. 24. Available at: http://ac.gov.ru/files/ publication/a/15694.pdf (accessed: 24 April, 2020) (in Russian).

11. World Intellectual Property Indicators. Available at: https://www.wipo.int/ publications/en/series/index.jsp?id=37 (accessed: 25 April, 2020).