Прифронтовые города и проблема нормированного снабжения их жителей (на примере Вологды и Череповца)

УДК 94(470.12-25).084.8

Ф. В. Копылов

Прифронтовые города и проблема нормированного снабжения их жителей

В статье рассматривается, как во время Великой Отечественной войны работала система нормированного распределения продуктов. Автор показал эффективность такой системы снабжения, её преимущества и недостатки.

This article discusses how to work the food distribution system during the Great Patriotic War. Author shows the effectiveness of the food distribution system, its advantages and disadvantages.

Ключевые слова: Великая Отечественная война, прифронтовые города, питание.

Key words: The Great Patriotic War, the front-line town, supply.

Одной из самых острых проблем Великой Отечественной войны была проблема питания населения тыла. Армия поглотила значительные ресурсы, противник захватил многие плодородные земли, что привело к возникновению продовольственного кризиса и товарного дефицита как его последствия.

В исторических источниках разных категорий проблема продовольственного снабжения трактуется неоднозначно. Официальные документы (в данном случае это протоколы и решения городских исполнительных комитетов) дают представление о мерах, которые принимались органами управления для развития и поощрения разнообразных форм организации питания населения. В то же время в них содержатся и негативные свидетельства о недостатках и злоупотреблениях в этой сфере. Источники личного происхождения демонстрируют нам субъективный взгляд лиц, получающих продукты питания, что позволяет ответить на вопрос: эффективными ли были принимаемые меры для местных жителей? В этой статье мы рассмотрим организацию нормированного снабжения прифронтовых городов Вологды и Череповца в 1941-1945 гг., показав при этом степень его эффективности путём сопоставления документальных и частных свидетельств.

Проблема продовольственного снабжения тыла в годы Великой Отечественной войны и нормированного распределения продуктов в частности достаточно хорошо освещена в исторической литературе [18].

106

В 1940-50-е гг. этот вопрос рассматривался как в работах общего характера по истории войны, развитию военной экономики СССР [3; 15, с. 549-556; 20], так и в специальных исследованиях [22, с. 117-136; 33, с. 88-98; 34]. В то время как в работах первой группы обозначались лишь общие принципы и формы продовольственного снабжения населения, в специальных исследованиях детально рассматривались отдельные аспекты проблемы. Большой вклад в изучение вопроса внёс У.Г. Чернявский. Автор, проанализировав разные формы продовольственного снабжения, впервые разделил его на две категории: централизованное и

децентрализованное. Он пришёл к выводу о том, что государство путём нормированного распределения сумело обеспечить всё население продуктами питания, хоть и в ограниченном объёме. Впоследствии эти тезисы неоднократно повторялись и развивались в работах советских и российских исследователей. В 1965-1985 гг. тема получила дальнейшее развитие [8; 19]. Одним из самых значительных трудов этого периода стала монография бывшего наркома торговли СССР А.В. Любимова. В ней рассматривается развитие торговли продуктами и предметами быта. Нормированная система признаётся единственно верной формой снабжения, обеспечившей в условиях дефицита экономное и целесообразное расходование имеющихся в наличии товаров.

Со второй половины 1980-х гг. появилось несколько новых подходов в изучении интересующей нас проблемы. Многие исследователи, занимающиеся вопросами социальной политики государства, в качестве отдельного аспекта рассматривали организацию питания на общероссийском [11; 12; 13, с. 117-126; 17] и региональном уровнях [14; 16; 23; 26; 35]. При исследовании продовольственной проблемы учёные, следуя уже заложенной традиции, разделяли все формы питания на две группы: централизованное (карточная система, общественное питание) и децентрализованное или дополнительное (подсобные хозяйства, рыночная торговля). В работах подчёркивались положительные и отрицательные стороны разных форм снабжения, повторялись выводы о значении снабжения, заключающегося в обеспечении минимальных потребностей населения. В то же время исследователи отмечали и тот факт, что объёмы этого обеспечения были недостаточными, социальная сфера финансировалась по остаточному принципу - все ресурсы перераспределялись в пользу фронта, а население испытывало постоянную острую нужду в самом необходимом.

В современной историографии выходят специальные исследования, посвящённые проблемам питания в тылу [7; 29]. В этих работах выделены региональные особенности материального снабжения

107

и в то же время показаны те общие черты, которые были замечены ранее. Некоторые авторы отмечают недостатки: условный характер равного распределения продуктов при нормированном снабжении, бюрократический характер системы и пр. Проблемы питания рассматриваются также в исследованиях, посвящённых повседневной жизни, социально-экономическому развитию отдельных городов или групп городов в военный период - как прифронтовых [9; 36], так и расположенных в глубоком тылу [4; 27]. Наконец, выходят монографии общего характера, в которых описывается характер продовольственного снабжения различных категорий населения в отдельных регионах, обладавших определённой спецификой в военное время [30].

Местные краеведы рассматривают проблему питания в контексте работ, касающихся различных аспектов истории региона в военный период [25, с. 45-55; 28, с. 68-74].

Советские авторы, идеализируя систему снабжения, в то же время пришли к важным выводам. Современные учёные, частично соглашаясь с ними, используют новые подходы в изучении вопроса, применяя критичный подход и делая неоднозначные выводы. На локальном примере этот вопрос не получил всестороннего и глубокого изучения.

Продовольственный кризис проявил себя уже с первых месяцев войны в таком явлении, как дефицит, что отчетливо прослеживается по воспоминаниям современников: «Люди начали скупать всё, что можно. Девочка хорошо запомнила, как однажды мама принесла домой переспелые груши - последний сладкий подарок перед голодом войны» [37, с. 25]. Другой свидетель вспоминает: «В начале войны была большая неразбериха. Хлеб из магазинов исчез в одночасье. Потом появились мешочки: те, кто работал организованно на своём предприятии, сдавали свои мешочки для хлеба, их выдавали обратно с хлебом. Так было до введения карточной системы» [2, с. 7].

Карточная система нормированного распределения продуктов на территории Вологодской области была введена в сентябре 1941 г. [5. Д. 1187. Л. 100]. Всё городское население поделили на четыре группы: рабочие и приравненные к ним, служащие и приравненные к ним, иждивенцы, дети до 12 лет. Рабочие и служащие по снабжению в свою очередь подразделялись на две категории. К первой относились лица, занятые трудом на предприятиях тяжёлой, в том числе оборонной, промышленности, на железнодорожном и водном транспорте, а также все те, кого причисляли к первой категории специальным решением правительства. Ко второй - рабочие и служащие предприятий и учреждений других отраслей промыш-

108

ленности и народного хозяйства, а также городское население, не отнесённое к первой категории [6. Д. 4. Л. 96]. Другие профессиональные группы населения прикрепляли к категории служащих или рабочих в зависимости от степени важности и тяжести выполняемой ими работы.

По карточкам люди снабжались разными продуктами, но во всех видах источников особое внимание уделяется проблеме снабжения хлебом как определяющей, что подчёркивает значимость этого продукта в обществе военной эпохи.

Суточная норма хлеба составляла: для рабочих - от 500 до 1000 г (в зависимости от категории и характера работы), для служащих - 400-450 г, для иждивенцев и детей - по 300 г [32. Д. 69. Л. 16]. Местные органы власти могли приравнять рабочих к той или иной категории, улучшить их питание в соответствии с законом, принимая в расчёт тяжесть и большой объём выполняемых работ [5. Д. 1208. Л. 142; Д. 1209. Л. 80, 147; Д. 1210. Л. 9-10; 32. Д. 59 Л. 104; Д. 69. Л. 178], их срочность и важность [5. Д. 1208. Л. 248], работу сверхурочно и перевыполнение норм [5. Д. 1252. Л. 23]. Для продажи карточек в прифронтовых городах начала работу сеть карточных бюро, претерпевшая в ходе войны некоторые изменения [5. Д. 1187. Л. 100; Д. 1225. Л. 100-101].

Рассмотрим особенности реализации этой системы.

Во-первых, получение продуктовых карточек для простого горожанина оказалось сложной бюрократической процедурой. В домовом управлении гражданин должен был оформить стандартную справку, в которой указывались Ф.И.О. получателя, адрес, категория снабжения, количество иждивенцев. Одновременно заполнялся контрольный талон, который оставался в управлении. Управдом ставил свою подпись в документах. Стандартная справка предъявлялась в карточном бюро, гражданин получал карточки в зависимости от категории снабжения и отоваривал их в магазине. В первые месяцы работы системы возникли дополнительные трудности: «Через некоторое время после введения карточек горожан обязали зарегистрировать их в том же бюро. Снова нужно было брать домовую книгу, документы и стоять огромную очередь. О прохождении регистрации свидетельствовал специальный штамп, ставившийся на карточках. По незарегистрированным карточкам хлеб не выдавался» [24, с. 83]. Порядок выдачи хлеба в магазинах по карточкам был следующим: «Хлеб можно было получить в магазине за один или два дня, за текущий и завтрашний. За прошедшее время хлеб не выдавался, его можно было получить только с разрешения торгового отдела горисполкома» [24, с. 82].

109

Такая бюрократическая процедура организовывалась с целью предотвращения многочисленных злоупотреблений: кражи карточек и получение хлеба по ним за других лиц, питание по карточкам недавно умерших родственников, лиц, попавших в тюрьму и призванных в армию, подделки документов и др. [5. Д. 1210. Л. 108; Д. 1222. Л. 170; Д. 1265. Л. 4; 31. Д. 480. Л. 87; Д. 481. Л. 63; 32. Д. 64. Л. 27; Д. 69. Л. 45].

Во-вторых, даже после введения ограничения на продажу хлеба и других продуктов в виде карточной системы производящие и торгующие продуктами организации не могли обеспечить бесперебойного снабжения магазинов - происходили срывы в поставках хлеба; отдельные магазины продавали хлеба больше, чем требовалось по прикреплённым к магазину контингентам, в результате чего впоследствии хлеб отсутствовал в продаже более двух дней [5. Д. 1225. Л. 62]. В Череповце перебои с хлебом по причине плохой работы производящих и торгующих организаций были на протяжении всего 1943 г. [31. Д. 500. Л. 2] и 1944 г. [32. Д. 64. Л. 4], продолжились зимой 1944-1945 гг.: «Несмотря на имеющиеся возможности (наличие хлеба на хлебокомбинате), Волоблторг не обеспечил бесперебойную продажу хлеба для населения в течение всего дня, как правило, хлеб бывает только до 12 часов дня» [32. Д. 69. Л. 8].

Постоянным явлением стали очереди [31. Д. 500. Л. 2]. Типичную картину военной эпохи рисуют в своих воспоминаниях её современники: «Мы с подружкой Галей Володиной с утра занимали очередь, а хлеб привозили только в шесть часов вечера. Хлеб - по два килограмма "в одни руки" - давали в деревянном ларьке между двумя деревянными магазинами, находившимися на углу улиц Ленина и Горького. <...> Мы занимали очередь, дожидались, когда за нами в неё встанут несколько человек, и, пользуясь тем, что были свободны от домашнего надзора, мчались по своим делам. <...> Обежав чуть не весь город, мы мчались проверять свою очередь, потом домой - пообедать, а часа в четыре шли в очередь уже окончательно». В очередях были заведены свои правила, о которых сообщает тот же автор: «Перед привозом хлеба к нам приходили домашние. <...> Это было узаконено очередью, и никто не протестовал: родственники приходили ко всем. Не разрешалось "примазываться" лишь знакомым, и за соблюдением этого правила следили бдительно» [24, с. 81].

В-третьих, даже получив на стол заветную буханку, изголодавшийся потребитель мог разочароваться. Очень часто вкусовые качества хлеба оставляли желать лучшего. Факторы разного плана -как связанные со сложившейся обстановкой в городах (тяжёлые условия изготовления, определяемые военной обстановкой, режим

110

экономии, установленный законом), так и целиком определяемые людьми, изготавливающими хлеб (халатность, простое нежелание работать), влияли на конечное качество продукта. Население Череповца в 1944 г. из-за безответственного отношения лиц, руководящих заготовкой сырья и выпечкой из него хлеба, получало себе на стол сырой, а иногда, наоборот, горелый хлеб с большой примесью отходов [32. Д. 64. Л. 4].

Качество хлеба, впрочем, начало снижаться законным образом ещё раньше. 15 ноября 1943 г. СНК СССР, руководствуясь соображениями экономии, издал постановление, согласно которому в муку при изготовлении хлеба предполагалось добавлять в качестве примеси картофель в определённом процентном соотношении [32. Д. 59. Л. 182]. Разрешалось даже продавать в счёт хлеба картофель в чистом виде. На практике руководители многих предприятий и организаций Вологды лишь частично применяли картофель в хлебопечении или же вовсе не применяли [5. Д. 1251. Л. 47]. Этому же принципу следовали и торгующие организации Череповца: «Из установленных планом расходования картофеля на декабрь месяц 134 тонны, фактически израсходовано 25 тн. Руководители торгующих организаций не обеспечили своевременного завоза картофеля из имеющегося в наличии, полученного с подсобных хозяйств на Хлебокомбинат. Последний, получив от торгорганизации во II декаде картофель в достаточном количестве, не обеспечил установленного процента примеси картофеля. До сего времени руководители торг[овых] организаций не выслали в районы представителей для получения картофеля по выделенным нарядам и доставке в город. Как результат, картофель на Хлебокомбинат доставляется из р-на только отд. Волоблторга, остальные торг. организации не доставили на Хлебокомбинат ни одной тонны картофеля из районов в свои хранилища» [32. Д. 59. Л. 182]. Всё это, с одной стороны, положительно отражалось на качестве продукта, с другой - влекло за собой перебои в снабжении хлебом города. Хлеб содержал меньше примесей, но не всегда был доступен потребителю.

Воспоминания современников свидетельствуют о том, что нормы выдаваемого хлеба были недостаточными. Бывшая ученица 1-й школы Череповца вспоминает: «Питались скудно, голодно было. Получали иждивенцы (все, кто не работает) по 300 г хлеба в день и ничего больше». Далее выясняется, что девочка всё-таки получала в школе дополнительное питание, по её словам, тоже недостаточное: «И в школе нас подкармливали: каждый получал на переменке кусочек в 50 г хлеба, очень вязкого, тёмного, горького, пустые щи или стакан кипятку с сахарином» [21, с. 65]. Таким образом, на одно- 111

111

го школьника Череповца в день приходилось 350 г хлеба, из которых 50 - не лучшего качества.

Рабочие Вологды также считали своё питание недостаточным -Борис Васильевич Зеленин так описывает свою жизнь: «Отработав смену на заводе, шли дежурить (Зеленин дежурил по городу в составе истребительного батальона - прим. Авт.). Голодные. Чего там эти 800 граммов хлеба? За один раз его съел - и всё. Согласия нашего никто не спрашивал: раз-два - и десять лет» [2, с. 7]. Администрация завода, на котором работал автор воспоминаний, ввела дополнительное питание - 1-2 кружки тёмного калорийного пива, которые выдавались нерегулярно [2, с. 7]. Дочь работницы Вологодской библиотеки вспоминает, как они буквально выживали вдвоём с матерью в 1942 г. в Вологде: «У мамы была иждивенческая карточка на меня. Это всего-то 300 грамм хлеба. Её паёк - 400 грамм. Раз в месяц по талонам выдавали 200 грамм крупы или муки. Поэтому маме приходилось сдавать кровь, ведь на донорский паёк можно было прожить несколько дней, а ей нельзя было это делать часто из-за больного сердца. Редкой радостью была картошка, которую запекали прямо в печке в библиотеке» [37, с. 25]. Некоторые доведённые до отчаяния люди вынуждены были искать дополнительные источники питания самого невероятного свойства: «Она (мать автора воспоминаний - прим. авт.) работала на бойне. Вечером рабочим, отстоявшим очередь, доставались кости и головы. Ещё приносила "ханыгу" (соскоб с брюховины вместе со всеми остатками, в которых иногда ползали червяки). Промывала и тушила на воде. Ели ворон, которых стреляли в Соляном [саде]» [1, с. 8].

Отношение к продуктам изменилось - во время войны ценность их по причине постоянной нехватки значительно возросла. Воспоминания молодой художницы Нины Железняк, жившей в Вологде в военные годы, хорошо передают чувства, которые она испытала при получении обычной буханки хлеба: «В конце октября я ходила рисовать солдат уже в другой госпиталь, что находился в железнодорожной поликлинике. <...> Рисовала с утра до вечера три дня. Каково же было моё удивление и радость, когда начальник госпиталя, поздравив меня с наступающим праздником Великого Октября, поднёс целую буханку хлеба! С этюдником в одной руке и буханкой, завернутой в газету, в другой, счастливая, отправилась домой.» [10, с. 2].

В период войны качественное и количественное содержание питания претерпело эволюцию. Положительные изменения хорошо можно проследить по воспоминаниям Н. Железняк: «В 1942 году я выстаивала ночами в магазине ГОРТа, чтобы отоварить хлебную карточку. К счастью, Союз художников прикрепили на отоваривание

112

к буфету драмтеатра. Там очереди были небольшие, и отоваривали даже крупы». Далее в воспоминаниях описывается, как осенью 1944 г. муж Н. Железняк «получил на продукты карточку "Литер Б". Из Америки стали поступать литровые банки с очень жирной тушёнкой, из Канады - двухлитровые кубические - с мясными консервами. Давали ещё банки с крабами, сливочное масло, крупы и сахар, часть которого мы меняли у хозяйки на картошку. Мы перестали варить в русской печке кашу из сырой ржи. Для меня началась новая счастливая полоса в жизни, хотя начинали мы оба как приезжие в чужой город - с нуля» [10, с. 2].

В сплошном однообразном потоке военных будней особо запоминались людям праздничные дни. Одна из причин, по которым это происходило, заключалась в том, что питание было разнообразнее и выдавалось в больших количествах, чем обычно. Особым явлением была праздничная торговля. Перед годовщинами Октябрьской революции и 1 мая власти города всегда старались улучшить снабжение населения. Городские исполнительные комитеты Череповца и Вологды постановили за два дня до празднования годовщины Октябрьской революции продавать хлеб на два дня вперёд в потребном количестве, для чего хлебокомбинат должен был обеспечить выпечку, а торговые организации создать запас хлеба в магазинах для бесперебойного снабжения населения [5. Д. 1210. Л. 82; Д. 1225. Л. 26-27; 31. Д. 500. Л. 86]. Современники вспоминают, как они отмечали новогодние праздники: «Каждый год устраивалась ёлка для детей, проводились вечера для взрослых. Готовили большой таз винегрета, наливали всем по 100 грамм водки, которую выдавали на праздники по талонам, угощали кусочками хлеба» [37, с. 26].

Собрав воедино все отмеченные факты, можно сделать достаточно неоднозначные выводы о значении нормированной системы снабжения для жизни горожан. С одной стороны, благодаря введению подобной системы удалось избежать таких негативных явлений, как дефицит продуктов питания и как его следствие голода в худших его проявлениях. Государство смогло обеспечить самый необходимый минимум снабжения для большинства категорий городского населения - минимум для того, чтобы выжить. С другой стороны, нормированное снабжение породило массу недостатков, среди которых стоит отметить местные злоупотребления разного рода, одной из причин которых являлась недостаточность снабжения как неотъемлемая часть всей системы. По причине этой недостаточности многие люди находились в полуголодном состоянии и вынуждены были самостоятельно добывать средства для своего питания.

113

Таким образом, государство смогло создать определённый минимум для выживания граждан, но ему не удалось обеспечить людей продуктами в достаточном количестве.

Список литературы

1. Амосова В.А. Дети войны // Г олос Череповца. - 2008. - № 15.

2. Ананьева С. Трудармия // Русский север. - 2001. - № 36.

3. Вознесенский Н.А. Военная экономика в период Отечественной войны. - М., 1947.

4. Гонцова М.В. Повседневная жизнь населения индустриального центра в годы Великой Отечественной войны (на материалах г. Нижний Тагил): авто-реф. дис. ... канд. ист. наук. - Нижний Тагил, 2011.

5. Государственный архив Вологодской области (ГАВО). Ф. 366. Оп. 1.

6. ГАВО. Ф. 2588. Оп. 1.

7. Демина Е.В. Торговля и снабжение населения Восточной Сибири в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.). - Красноярск, 2007.

8. Дихтяр Г.А. Советская торговля в период построения социализма. - М.,

1965.

9. Дружинина-Зайцева М.Г. Деятельность местных органов власти по организации повседневной жизни населения прифронтового Мурманска в период Великой Отечественной войны (22 июня 1941 - октябрь 1944 гг.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. - Пенза, 2007.

10. Железняк Н. Жизнь продолжалась // Красный север. - 1995. - № 53.

11. Загвоздкин Г.Г. Социальная политика ВКП(б) и Советского государства в годы Великой Отечественной войны: автореф. дис. ... д-р ист. наук. - Л., 1991.

12. Зинич М.С. Будни военного лихолетья. - Вып. 1-2. - М., 1994.

13. Зинич М.С. Социальная политика военного времени (1941-1945 гг.) // Актуальные проблемы археографии, источниковедения и историографии. Материалы к Всерос. науч. конф., посвящ. 50-летию Победы в Великой Отечественной войне. - Вологда, 1995.

14. Зяблицева С.А. Социально-бытовая сфера Западной Сибири в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. - Кемерово, 1995.

15. История Великой Отечественной войны Советского Союза: в 6 т. Т. 2. - М., 1961.

16. Исхакова Г.Р. Социальная политика Советского государства в годы Великой Отечественной войны (на материалах Башкортостана): дис. ... канд. ист. наук. - Уфа, 2002.

17. Кожурин В.С. Неизвестная война. Деятельность Советского государства по обеспечению условий жизни и труда рабочих в годы Великой Отечественной войны. - М., 1990.

18. Козлов Н.Д. Повседневная жизнь народа в годы Великой Отечественной войны. Некоторые аспекты современной российской историографии // Вестн. Ленингр. гос. ун-та им. А.С. Пушкина. Т. 4. История. - 2012. - № 2. -С. 93-110.

19. Любимов А.В. Торговля и снабжение в годы Великой Отечественной войны. - М., 1968.

20. Митрофанова А.В. Рабочий класс Советского Союза в первый период Великой Отечественной войны. - М., 1971.

114

21. Митрофанова И.Н. Дети войны // 130-летие Череповецкой средней школы № 1 им. Максима Горького. Исторический очерк развития школы за 130 лет (1865-1995 годы). - Череповец, 199б.

22. Москвин В.И. Советская торговля в годы Великой Отечественной войны // Сов. торговля за 30 лет. - М., 1947.

23. Нечепа В.Г. Деятельность местных органов власти Европейского Севера в социальной сфере в годы Великой Отечественной войны: автореф. дис. ... канд. ист. наук. - М., 1994.

24. Новикова Н.И. Из воспоминаний череповецкого старожила // Череповец. - Краеведческий альманах. - Вып. 2. - Вологда, 1999.

25. Першина А.Б. Заводские военные будни (по документам Вологодского паровозовагоноремонтного завода за 1941-1945 гг.) // Историческое краеведение и архивы: материалы обл. науч. конф. Вып. 12. Ч. 1. - Вологда, 2005.

26. Похилюк А.В. Война, власть, народ (Деятельность государственных и военных органов по защите и обеспечению жизнедеятельности населения прифронтовых и освобождённых районов Северо-запада СССР в период Великой Отечественной войны). - СПб., 1998.

27. Рубин В.А. Города Южного Урала в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.) Оренбург, 2007.

28. Сизоненко Т.В. Некоторые аспекты из жизни г. Череповца в 1939-1940 и 1944 гг. // Историческое краеведение и архивы: материалы обл. науч. конф. Вып. 12. Ч. 1. - Вологда, 2005.

29. Смирнова Л.Н. Продовольственное снабжение гражданского населения Северо-западного региона РСФСР в период Великой Отечественной войны (На материалах Ленинградской, Псковской, Новгородской областей). - СПб., 1996.

30. Филиппов Э.В. Питание в годы Великой Отечественной войны. Челябинск, 2005.

31. Череповецкий центр хранения документации (ЧЦХД). Ф. 7. Оп. 1.

32. ЧЦХД. Ф. 7. Оп. 5.

33. Чернявский У.Г. Обеспечение городов продовольствием в годы войны // История СССР. - 1959. - № 4.

34. Чернявский У.Г. Война и продовольствие. Снабжение городского населения в Великую Отечественную войну (1941-1945 гг.). - М., 1964.

35. Шалак А.В. Вопросы социальной политики в деятельности партийных комитетов Восточной Сибири в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. - Иркутск, 1991.

36. Шматов Е.Н. Города Среднего Поволжья в период Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. - Самара, 2006.

37. Шутова Ю. Детство, опалённое войной // Вологодская афиша. - 2010.

№ 1.

115