Юлия Чекалева: про Гесснер я ни разу от тренеров на дистанции не слышала

Лидер женской лыжной сборной России ЮЛИЯ ЧЕКАЛЕВА 2 февраля на этапе Кубка мира в Сочи выиграла серебро в скиатлоне — гонке на 15 км со сменой лыж и стилей передвижения, а 26 февраля стала обладательницей первой в карьере медали чемпионата мира — бронзовой в коньковой гонке на 10 км с раздельным стартом. В ней ее опередили лишь норвежки Тереза Йохау и Марит Бьорген. В интервью корреспонденту “Ъ” ВАЛЕРИИ МИРОНОВОЙ в Валь-ди-Фьемме 29-летняя гонщица из Вологодской области, опередившая в борьбе за награду на 0,5 сек. чемпионку мира по биатлону и серебряного призера Игр 2010 года в Ванкувере в лыжной эстафете немку Мириам Гесснер, сказала, что понятия не имела, кто ее главная конкурентка, и раскрыла причины своего прорыва.

1 / 3

— Какая из двух гонок — скиатлон или сегодняшняя разделка — была для вас здесь самой перспективной?

— Когда у меня не получился скиатлон (в нем Чекалева стала седьмой.— “Ъ”), я сразу же переориентировалась на «десятку». Накануне гонки и непосредственно перед стартом чувствовала в себе силы и знала, что побороться за медаль смогу. Тактика была простой: начать быстро, а финишировать еще быстрее. И на дистанции тренеры мне вскоре закричали: «Борешься за третье место!»

— А когда именно они начали кричать?

— Практически сразу. Меня же (Чекалева стартовала 72-й) вели по Марит Бьорген (68), а она стартовала позади шведки Шарлотты Каллы (64). То есть впереди меня бежали многие лидеры, и меня вели по ним. А когда все прошли первый круг, то стало ясно, кто позади и насколько. Тут-то мне и начали кричать, что мы друг от друга бежим в секундочках, и я борюсь за третью позицию.

— Опередить чемпионку мира биатлонистку Мириам Гесснер — удовольствие особенное?

— Так она же еще за эстафетную лыжную команду Германии в Ванкувере бежала, и там немки взяли серебро. Но на дистанции я понятия не имела, что борюсь именно с ней. Поняла, только когда финишировала.

— Что такое — выиграть полсекунды?

— Полботинка, значит.

— Где вы получили последнюю информацию?

— На последнем подъеме, примерно за километр до финиша. Оставался спуск и выход на стадион.

Но вся штука в том, что меня вели по Калле и по Бьорген, а фамилию Гесснер я ни разу от тренеров на дистанции не слышала. Может, времени у них на такие детали не было? Хотя информацию они мне давали регулярно. А на последнем километре из-за шума барабанов, колокольчиков и трещоток я вообще не слышала ни единого слова. Видеть — видела, как они бегают и что-то орут, а что конкретно — было не разобрать. Как в немом кино: вижу, но не слышу.

— Олимпийский чемпион Алексей Прокуроров, полтора года возглавлявший женскую сборную до своей гибели в 2008-м, с первых дней именно на вас возлагал самые большие надежды. Однако пик вашей карьеры пришелся лишь на нынешний сезон. Почему так поздно?

— Действительно, Алексей Прокуроров видел во мне большой потенциал. Но лично я связываю, если так можно сказать, свой прорыв с недавними беременностью и родами. После рождения сына 9 января прошлого года по существу я бегаю всего лишь первый сезон, но прилив сил ощущаю огромный. То есть этот сезон мне дается намного легче, чем все прежние. Организм обновился и отдохнул. А восстановление прошло очень быстро.

— Вы сейчас расправили крылья, почувствовали, что вошли в элиту лыжных гонок. Наверное, досадуете на отсутствие равных вам по силе партнерш в эстафетном квартете?

— Есть такое. Ну не хватает у нас сильных людей для равной борьбы с норвежками.

— Значит, только с норвежками и ни с кем другим?

— Надо всегда ориентироваться на сильнейших. Только тогда получишь максимум.

— Как вы провели почти месяц между удачным скиатлоном в Сочи и днем сегодняшним?

— Из Сочи мы сразу приехали на сбор в Валь-ди-Фьемме и с перерывом на выступление на кубковом этапе в Давосе готовились здесь все это время.

— Сегодняшний успех для вас закономерен?

— Конечно. Летом я тренировалась очень активно. Видимо, соскучилась.

— А Елена Вяльбе после финиша что вам сказала?

— Поблагодарила, обняла, а подробно мы пока что еще не говорили. Не успели. Она для нас ориентир. Сама тренировалась, бегала — знает, что это такое. Но в тренировочный процесс не вмешивается. Может быть, только с тренерами советуется, кого на какую гонку ставить.

— Чей труд вложен в вашу медаль?

— Сразу после родов и вплоть до первого сбора команды, на который я отправилась через пять месяцев, моей подготовкой занимались муж лыжник Алексей Курицын и наш вологодский специалист Вениамин Турутин. И поэтому я явилась на сбор уже более или менее подготовленной. Вроде немного времени после рождения сына прошло, но чувствовала я себя уже превосходно. Ну а потом я уже работала в команде под руководством Григория Меньшенина. Не забывая при этом прислушиваться и к наставлениями мужа. Алексею сейчас 35 лет, и опыт за плечами у него огромный. Ведь он и у Николая Лопухова тренировался, и у Юрия Каминского. Так что за семь лет нашей совместной жизни он меня научил очень многому.

— Марит Бьорген сказала, что считает россиянок одними из главных соперниц в Сочи. Это реверанс в сторону хозяек Игр или в ее словах есть доля правды?

— Думаю, она не слукавила. Ведь на крупнейших стартах, таких как Олимпийские игры или чемпионаты мира, нередко выстреливают спортсмены, ранее на пьедестал не всходившие. Пример — недавний чемпионат мира по биатлону. Там и полячка медаль получила, и украинки… А Олимпиада — соревнование, не сравнимое ни с каким другим. На ней и дух определенный, да и трасса будет все-таки наша, домашняя.

— Полячка Юстина Ковальчик, по-вашему, могла вмешаться сегодня в расклад сил?

— Безусловно, она бы составила конкуренцию. Но если отказалась бежать коньком, значит, главную ставку сделала на классическую «тридцатку». Но и я надеюсь статисткой не быть.