2010. 02. 016. Баскова Ю. С. Манипуляция в языке СМИ: эвфемизмы как «Слова-прикрытия». - Краснодар: КСЭИ, 2009. - 182 с

В научном стиле, особенно в конце второй половины ХХ в., господствует тенденция взаимозаменяемости знаков препинания. Одну и ту же функцию выполняют разные пунктуационные маркеры. Например, слова и фразы, находящиеся в середине предложения, которые уточняют, дополняют и т.д., получают оформление с помощью запятых, тире, скобок.

Узус круглых и квадратных скобок, как отмечает автор, на протяжении ХХ в. продолжает формироваться. Функции знака расширяются. В то же время круглые скобки вполне могут заменяться другими знаками: запятыми, тире.

Частотность употребления круглых скобок значительно выше частотности употребления квадратных скобок. Если раньше в квадратные скобки заключался редакторский материал, интерполируемый в тексте, то во второй половине ХХ в. в научных текстах при пунктуационном оформлении редакторских вставок можно часто наблюдать замену квадратных скобок на круглые.

Анализ фактического материала показал, что во второй половине ХХ в. функции квадратных скобок совпадают с функциями круглых скобок. Это свидетельствует о том, что в употреблении этих двух маркеров различий практически нет. В начале второй половины ХХ в. квадратные скобки употребляются внутри круглых скобок. Допускается употребление круглых скобок внутри квадратных, но встречается оно весьма редко. В 80-е - 90-е годы чаще употребляются круглые скобки внутри круглых скобок.

При пунктуировании отмечается процесс сужения функций квадратных скобок и расширение функций круглых скобок.

Е.А. Казак

2010.02.016. БАСКОВА Ю.С. МАНИПУЛЯЦИЯ В ЯЗЫКЕ СМИ: ЭВФЕМИЗМЫ КАК «СЛОВА-ПРИКРЫТИЯ». - Краснодар: КСЭИ, 2009. - 182 с.

В монографии эвфемизмы рассматриваются как средство манипуляции в языке СМИ, исследуются механизмы манипуляцион-ного воздействия эвфемизмов, предлагается систематизация мани-пулятивных способов и средств эвфемизации, используемых в современных СМИ.

Монография состоит из введения, двух глав, заключения и библиографического списка.

Во введении автор обращает внимание читателей на то, что в последние годы появилось большое количество работ, в которых анализируются манипулятивные технологии и методы, однако манипуляция в основном рассматривается в рамках психологии, политологии, социологии, философии, но не лингвистики, хотя в большинстве случаев манипулирование осуществляется именно с помощью средств языка и является «в такой же степени лингвистической проблемой, как и психологической» (с. 4). До этой работы, как отмечает исследователь, «широкого комплексного исследования манипулятивных возможностей эвфемии в лингвистике не предпринималось» (с. 5). «Научная новизна работы состоит в том, что в ней предпринято комплексное исследование эвфемизмов как средства манипулирования реципиентом, предложена классификация манипулятивных способов и средств эвфемизации с учетом задействованного языкового уровня» (с. 6). Целью монографии стало выявление природы и механизмов манипулятивного воздействия эвфемизмов, функционирующих в СМИ, которая определила задачи исследования: 1) установление и дефинирование специфики эвфемизмов как языковых единиц; 2) характеристика собственно лингвистических, психолингвистических и социолингвистических аспектов эвфемии; 3) выявление манипулятивного потенциала эвфемизмов, основанного на механизме ассоциативности и механизме «буфера»; 4) построение классификации манипулятивных способов и средств образования эвфемизмов на различных языковых уровнях; 5) рассмотрение лингво-коммуникативных особенностей функционирования эвфемизмов, способных манипулировать реципиентом, в текстах СМИ.

В ходе исследования были проанализированы более 1100 эвфемистических единиц русского и английского языков (600 русских и 500 английских), источником послужили тексты периодических изданий, стенограмм аудио- и видеозаписей телевизионных и радиопередач, новостных заметок, размещенных на Интернет-сайтах, в целом было просмотрено около 20000 страниц. В работе применялись следующие методы исследования: индуктивный метод, метод дефиниционного анализа, метод контекстуального анализ, метод систематизации и классификации материала, метод структурно-семантического описания, метод интерпретации текста, а также сопоставительный метод.

Глава первая «Лингвистические аспекты эвфемии и манипуляции сознанием» включает в себя два параграфа: «Специфика эвфемизмов как языковых единиц» и «Манипулятивное воздействие в языке СМИ».

Автор монографии под эвфемизмом предлагает понимать следующее: «Эвфемизм - это замена любого нежелательного в данной ситуации слова или выражения при помощи нейтрально коннотати-рованного обозначения с целью избежать конфликта в общении и/или скрыть неприятные явления действительности» (с. 16). Эвфе-мия в работе рассматривается достаточно широко - представлены психолингвистический, социолингвистический и собственно лингвистический аспект эвфемии.

К основным лингвистическим классификациям эвфемизмов относятся: 1) лексико-семантические классификации, которые представляют собой перечень предметно-понятийных сфер функционирования эвфемизмов; 2) лингво-психологические (мотиваци-онные) классификации, которые составляются на основе мотивов появления эвфемизмов; 3) собственно лингвистические классификации, которые очень разнообразны и могут быть построены с учетом следующих параметров: способ наименования, формальная структура, стилистическая коннотация, словообразовательный способ, стилистическая принадлежность, реализация эвфемистического потенциала.

Исследование специфики эвфемизма как языковой единицы показывает, что эвфемизация может использоваться не только по причине тактичного отношения к собеседнику, но и для манипулирования говорящим. И именно в ХХ столетии, благодаря бурному научно-техническому прогрессу, из-за стремительного развития средств массовой информации манипулирование приобрело такое массовое распространение, при этом манипулятивные возможности разных видов СМИ разные.

По мнению Ю.С. Басковой, доказательством того, что «эвфемизмы являются идеальным средством для манипулирования человеком» следующие: «1) они скрывают истинную сущность явления за счет создания нейтральной или положительной коннотации, за счет действия механизма ассоциативности и механизма "буфера"; 2) скрытый способ передачи информации более эффективен, чем прямое воздействие на человека; 3) реципиент обычно не успевает вычленить эвфемизмы из контекста и осмыслить их,

так как огромный информационный поток, транслируемый каналами массовой коммуникации, затрудняет ориентацию в языковом материале и его критическую оценку; 4) чтобы присвоить слову статус эвфемизма, надо понять, какой именно референт скрывается за этим словом; если адресат по каким-то причинам (дефицит времени, недостаточный уровень образования, отсутствие необходимых пресуппозиционных знаний) не может этого сделать, значит, эвфемизм не будет им «распознан»; 5) малая часть реципиентов знакома с данным лингвистическим явлением (в основном, это филологи и журналисты); не зная сути явления, невозможно понять, как осуществляется манипулятивное воздействие» (с. 60).

Глава вторая «Манипулятивные способы и средства эвфеми-зации в русском и английском языках» состоит из трех параграфов: «Способы образования эвфемизмов», «Языковые уровни создания манипулятивных эвфемизмов» и «Лингво-коммуникативные особенности функционирования эвфемизмов в текстах СМИ».

Способы создании эвфемизмов разнообразны: семантические сдвиги, способы изменения формы, заимствования (классификация А.М. Кацева); эвфемизация, возникающая на основе нарочито двусмысленной речи; эвфемизация, возникающая на основе нарочито неясной речи; эвфемизация, возникающая на основе нарочито неточной речи; эвфемизация, возникающая на основе речи, не оття-гощенной бытовыми ассоциациями (при прямом обозначении предмета речи) (классификация В.П. Москвина).

По мнению автора монографии, классификация манипуля-тивных способов и средств эвфемизации должна строиться на базе трех принципов: 1) принцип учета языкового уровня реализации эвфемистической зашифровки (графический, фонетический, морфологический, лексико-семантический, синтаксический); 2) принцип разграничения способа образования эвфемизмов и средств эвфемистической зашифровки в тех случаях, когда возможно провести разграничение (например, способ эвфемизации - фонетическое искажение, средство эвфемизации - аббревиация, сокращение, редупликация и т.д.); 3) принцип учета манипулятивного потенциала тех или иных способов эвфемизации (т.е. какие способы и средства образования эвфемизмов содействуют достижению наиболее сильного манипулятивного воздействия на человека).

Наиболее часто в СМИ используются эвфемизмы, образованные на лексико-семантическом и синтаксическом уровнях язы-

ка, поскольку именно эти уровни предоставляют максимально разнообразные и мощные средства воздействия. Например: «В последние годы очаг терроризма и политического экстремизма переместился в Карачаево-Черкесию в связи с активными действиями федеральных сил по наведению конституционного порядка в Чечне и Ингушетии» (из интервью с президентом Карачаево-Черкесской Республики Мустафой Батдыевым // Известия, 11 ноября 2004). В данном случае используется словосочетание с чрезмерно усложненной структурой, из-за чего значение фразы «распыляется», т.к. такие структуры «ослабляют концентрацию значения» (с. 131).

Анализ текстов СМИ показал, что в настоящее время функционирование эвфемизмов не ограничивается соображениями вежливости, такта, скромности; эвфемистические единицы скрытым образом манипулируют аудиторией, не сообщая истины о референте, создавая иллюзию оправдания непопулярной политики.

Общий итог проведенного исследования состоит в упорядочении и переосмыслении основных подходов к изучению эвфемистических наименований в контексте манипулирования реципиентом.

М.Б. Раренко

КОММУНИКАЦИЯ. ДИСКУРС. РЕЧЕВЫЕ ЖАНРЫ

2010.02.017. МЕТАФОРА В ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ: (По материалам журнала «Политическая лингвистика»). Науч.-аналит. обзор.

Метафоры, используемые в сфере политики, в наши дни привлекают внимание огромного числа исследователей во всем мире -лингвистов, политологов, социологов, психологов, культурологов, журналистов, специалистов в области массовой коммуникации и т.д. Основная причина наблюдаемого в последние два десятилетия повышенного интереса к политической метафоре кроется в популярности нового, когнитивного, подхода к самому понятию метафоры (Лакофф, Джонсон, 2004) и плодотворности его применения к анализу политических текстов. Однако это не единственный фактор. Существенную роль играют и развитие дискурсивных исследований, и возросшая актуальность проблемы речевого воздействия в эпоху массовых коммуникаций, которая