Моногорода как политическая проблема: политологический анализ

МОНОГОРОДА КАК ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА: ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

И.В. Потапова

Кафедра политических наук Российский университет дружбы народов ул. Миклухо-Маклая, 10а, Москва, Россия, 117198

Статья анализирует проблему моногородов в РФ как политическую проблему, решаемую политическими субъектами политическими методами. В ней представлены не только состояние самой проблематики ситуации, связанной с моногородами, позиция и оценка проблем моногородов высшим политическим руководством страны, но и ведение дел, подходы, направления, проблемы, свойственные субъектам политики и власти на местах.

Ключевые слова: моногорода, модернизация, политическая проблема, субъект политики.

Проблема моногородов в Российской Федерации по ряду причин переросла из проблемы экономической, производственной и социальной в проблему политическую. В этом суть нашего тезиса. Что позволяет нам заявить о таком развороте проблемы, связанной с моногородами, и как эта проблема решается политическими методами?

Формально объяснение актуальности проблемы моногородов можно найти и показать на конкретных примерах развития самой ситуации. Суть и значение ее в социально-экономическом аспекте предложили, например, на II Общероссийской конференции «Моногорода: современные решения» в мае 2010 г.: «Проблема развития монопрофильных городов в последние годы в России приобрела особое значение. Актуальность ее решения не вызывает сомнений: предприятия моногородов, специализирующиеся на 11 различных видах экономической деятельности и производящие 40% ВВП страны, являются основой российской экономики. Кроме того, в моногородах проживает четверть населения России, и благосостояние, настроение проживающих на этих территориях людей определяет социально-экономический климат общества в целом.

Мировой финансово-экономический кризис и обусловленный им спад во многих отраслях промышленности обострили ситуацию в монопрофильных городах. При этом серьезнее всего пострадали те узкоспециализированные города, в которых проживает большая часть населения страны. Перед органами власти всех уровней, перед бизнесом и общественностью стоит задача разработки механизмов преодоления спада промышленного производства и финансовых трудностей градообразующих предприятий. Вместе с этим подлежат формулированию решения в сфере управления, преодоления социальных проблем, в том числе на рынке труда» (См.: [6]).

Можно развивать и далее подобную логику объяснений, но уже становится ясным и очевидным — проблема моногородов для современного этапа развития Российской Федерации является проблемой существования и порой выживания миллионов людей страны. Эта проблема в силу только этого очевидного факта,

а также по причине масштабов предстоящих задач по ее решению уже становится политической проблемой. К ней естественным образом и по существу приковано внимание высшего политического и правительственного руководства федерального центра и власти в регионах и на местах.

Политический характер этой темы очевиден, однако примеры того перечня действий, которые предпринимаются политиками и политическими институтами, изучаются поверхностно, а значение и эффективность этих действий столь же проблематичны и неясны. Тем не менее, в литературе, печатных и интернет-источниках доступны многие факты, из которых можно составить достоверное представление о происходящем. Например, краткий обзор блогосферы высвечивает круг затрагиваемых нами проблем в следующем ключе.

Разброс мнений относительно восприятия моногородов как существенной и многопрофильной проблемы, и привязки ее к какому-то более широкому формату, велик: социальному, экономическому, технико-технологическому, переселенческому, политическому, историческому, культурному мышлению. Например, есть мнение, что это проблема подпорченности, поврежденности идей: «Моногорода — болезнь идей, пережиток советской номенклатуры, когда решение важнее здравого смысла... в совковое время было куда проще переселить народ, нежели вкладываться в развитие инфраструктуры. Сейчас, когда народ так просто уже не едет, начинают возникать проблемы...», — пишет 8Ы1о.

Профессор, д.э.н. В. Томашкевич рассуждает на эту тему иначе, обосновывая свое мнение в сравнении двух концептов: «ассимиляция» и «конвергенция»: «Проблемы моногородов, как и многие другие, воспроизводятся в течение почти 20 лет с нарастающей разрушительной силой. Ощущение такое, что мы делаем что-то не так в выборе средств на общем пути к рыночной экономике. Рыночные реформы в России единой эпохи Ельцина—Путина, да и сейчас, шли и идут в алгоритме АССИМИЛЯЦИИ в рыночное сообщество. Цель верна, но ассимиляционный, а еще точнее — копировальный механизм вряд ли подходит для России вообще и экономики в частности. Россию „не проглотишь и не выплюнешь". Российский масштаб и почти 100-летнее советское прошлое, оценка баланса плюсов и минусов которого нуждается в новом, более спокойном, не ангажированном осмыслении. Надо, наконец-то, избегать хронических желчных эмоций, политических ярлыков с позиций обеих крайностей. Надо совместить реальные противоположности, избежать эклектики и получить долговременный импульс для качественного развития всей страны. Грамотное, теоретически точное решение общих вопросов поднимет шлагбаум для более эффективного решения частных проблем, в том числе и моногородов. Думаю, что надо хорошенько проинвентаризировать различные наработки, синтезированные в понятии „КОНВЕРГЕНЦИЯ"».

Некоторые полагают, что проблема моногородов является вообще надуманной проблемой: «...Проблема моногородов высосана из пальца. Забудем на время о терминах моногород и градообразующее предприятие, заменим их на город и предприятие. Если предприятие не может зарабатывать деньги, его нужно либо закрывать, либо перепрофилировать. Далее вопрос экономической целесо-

образности. При закрытии всплывает вопрос о внутренней трудовой миграции, да и вообще о внутренней миграции как таковой. Миграция текущим властям не нужна, т.к. уменьшает подконтрольность толпы и, соответственно, увеличивает независимость человека. Вот и пытаются всеми силами поддерживать эти предприятия. Яркий пример — „АвтоВАЗ", как мне кажется. За 3$ млрд можно новый завод построить, который будет производить „Логан" или какую-нибудь бюджетную модель „Opel" по цене, аналогичной 9, 10 и „Приора". Проблема для государства в том, что работать на нем будет тысяч 30—40 вместо текущих 100. А, вообще, складывается впечатление, что наши нацлидеры и их „приспешники" могут думать только двухходовками: ... „Экономический кризис" — раздать деньги госконторам и т.д. Последовательности типа „Образование" — „Наука" — „Инновации" — „Технологии" — „Бизнес" — „Человек" — „Образование" для них запредельны для понимания. „Наркотики", в том числе и газово-нефтяные, плохо сказываются на мыслительных процессах» (drybochkin) (См.: [1]).

Если судить о материалах официальных органов власти, то это многочисленные поручения Президента РФ своему правительству, министрам и министерствам, региональным органам власти, бизнес-сообществу, отдельным бизнесменам, топменеджерскому составу градообразующих предприятий. Перечисление структур (учреждений, правительственных лиц) только государственного уровня (федерального, регионального, местного) и перечня предпринимаемых ими действий по осмыслению и решению проблем, связанных с моногородами, может быть очень велик по регламенту и масштабным по значению. Какова отдача от такого рода действий, и насколько эти действия могут быть эффективными, — в этом, собственно, суть затрагиваемой нами проблемы в политологическом ключе.

Прибегнем все же к конспективному изложению взглядов и оценок проблемы моногородов первыми лицами страны.

Приведенный ниже перечень в сжатой форме отражает возможности, которыми располагает государство, государственная власть, уровень стратегического мышления государственного аппарата и его конкретных персон в пределах отдельной проблемы, и действия, ведущие не обязательно к решению проблемы, а, возможно, к еще более сложному кризису, перед которым в настоящее время стоит российского государство и общество.

Так, Президент Д. Медведев дал поручение Правительству в течение полугода подготовить программу защиты моногородов. Об этом он заявил, выступая еще с посланием к Федеральному собранию в 2009 г. Он подчеркивал: «Особое и очень важное направление — нормализация ситуации в моногородах. Их в России несколько сотен. Живут в них более 16 миллионов человек и производятся значительные объемы товаров и услуг. В ближайшие месяцы нам необходимо принять оперативные меры, чтобы не допустить резкого падения уровня жизни в моногородах. Это задача и органов власти всех уровней, и руководства предприятий. В течение полугода Правительство должно утвердить программу содействия развитию моногородов, а также принять комплексные планы для тех населенных пунктов, которые находятся в наиболее сложной ситуации. В таких городах и поселках надо создать условия для применения способностей людей в самых раз-

ных сферах и, конечно, стимулы для частных инвестиций. Если же экономических перспектив для этого нет или они по каким-либо причинам очень малы, нужно помочь людям переехать в более благоприятное для жизни и работы место, тем более что у нас достаточно регионов, которые нуждаются в дополнительной рабочей силе. Думаю, что многие граждане самостоятельно определятся с новым видом работы. И в то же время рассчитываю на ответственное и внимательное отношение местных властей и работодателей к нуждам конкретных людей. Федеральное Правительство также должно организовать необходимую поддержку» (См.: [8]).

В конце октября 2009 г. Минэкономразвития сообщало, что уже ведется разработка программы реструктуризации моногородов и градообразующих предприятий. По словам главы ведомства Эльвиры Набиуллиной, из 400 моногородов 20 продолжают существовать за счет федеральных программ, но «теоретически могут быть закрыты». Она признала, что забастовка в моногороде Пикалево в июне 2009 г. стала одной из причин для разработки программы. «Это был один из многих факторов, которые привлекли внимание правительства, чтобы изучить ситуацию в этих городах», — признала Э. Набиуллина.

Весной 2009 г. в Пикалеве остановилось сразу три градообразующих предприятия, объединенных в общую технологическую цепь. В результате без работы, по разным данным, остались до двух тыс. человек. Позднее из-за долгов была остановлена работа местной ТЭЦ, в результате чего жилые дома, больницы и школы лишились горячей воды. 20 мая возмущенные жители взяли штурмом здание местной администрации, а 2 июня около 300 человек перекрыли федеральную трассу Петербург — Вологда, требуя выплаты долгов по зарплате. Проблема города начала решаться только после личного вмешательства премьер-министра Владимира Путина (См.: [2]).

Очевидная сложность с решением проблем моногородов не осталась без внимания общественности, министерств, представителей органов власти, бизнеса. 5 ноября 2009 г. состоялось заседание Круглого стола по теме: «Моногорода: от тактики выживания к стратегии развития» (См.: [3]). В нем приняли участие члены РСПП, представители органов государственной власти: Министерства промышленности и торговли РФ, Министерства регионального развития РФ, Министерства энергетики РФ, Министерства экономического развития РФ; Министерства здравоохранения и социального развития РФ; представители Совета Федерации РФ и Государственной Думы РФ; представители органов власти субъектов РФ и органов местного самоуправления; руководители российских и зарубежных компаний; руководители промышленных предприятий, научных организаций; ученые, эксперты, представители СМИ.

Девизом круглого стола стал отказ от формальной констатации фактов и внесение конкретных предложений по преодолению проблем моногородов. Общим мнением участников круглого стола было признание того, что решать эти проблемы можно только при комплексном участии государства, субъектов Федерации, органов местного самоуправления, а также представителей бизнеса.

Наблюдается перекладывание ответственности друг на друга между органами государственной власти и бизнесменами. Первые настаивают на том, что государство должно подготовить законодательную базу, а бизнес обязан вкладывать свои средства в развитие экономики моногородов. Вторые настаивают на обязательных государственных вливаниях в социальную сферу и инфраструктуру, оставляя за собой право выборочных капиталовложений.

При этом, как оказалось, не существует ни четкой законодательной базы, ни долговременных, а главное, уже реализуемых экономических программ. Так, нет четкого определения критериев моногорода, что автоматически обостряет идентификацию проблемных населенных пунктов.

Существующее определение трактует моногород как поселение, организации и жители которого неспособны своими силами компенсировать риски внешней экономической среды, исключающие возможность устойчивого развития этого населенного пункта.

В такого рода определении, на наш взгляд, не указывается первопричина неспособности компенсировать риски экономической среды, и условия, при которых формируется неблагоприятная ситуация, угрожающая выживанию населения. Между тем многие, но не все беды связываются с градообразующим предприятием.

Градообразующее предприятие — производственное предприятие, на котором занята значительная или даже основная часть работающих граждан города, поселка, в связи с чем оно определяющим образом влияет на занятость населения, воздействует на инфраструктуру и социальные проблемы.

Города с монопрофильной экономикой, в которых расположены градообразующие предприятия, также называется моногородами.

В СССР доля городов и рабочих поселков, полностью ориентированных на обслуживание одного производства, доходила до 30—40%. Законодательно градообразующее предприятие определяется Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 27.12.2009 «О несостоятельности (банкротстве)». Статья 169 трактует градообразующие предприятия следующим образом: «Для целей настоящего Федерального закона градообразующими организациями признаются юридические лица, численность работников которых составляет не менее двадцати пяти процентов численности работающего населения соответствующего населенного пункта». Ранее для определения градообразующего предприятия ссылались на Постановление Правительства РФ от 29.08.1994 № 1001, однако оно утратило силу. Субъекты РФ могут принимать свои законы, определяющие это понятие.

Таким образом, вместо того чтобы своевременно получить необходимую помощь или льготы, приходится доказывать свою принадлежность к моногородам. Что касается участия бизнеса, то его так и не удается убедить участвовать в проектах с долей финансовых рисков, к которым можно отнести большинство предприятий страны.

Остается неясным, как решать проблемы налогообложения моногородов, как укреплять социальную сферу. Но самым острым вопросом в области так на-

зываемых «депрессивных территорий» остается человеческий фактор. Решение этой проблемы находится в непосредственной взаимосвязи со всеми направлениями внутренней политики государства. Численность постоянного населения России стабильно сокращается, уровень жизни — снижается. Наблюдается постоянный дефицит кадров, что связано и с низким качеством образования, и со стремительным старением населения.

В отличие от других стран мира, в России наблюдается крайне низкая мобильность трудовых ресурсов. Люди не готовы переезжать в другие населенные пункты, даже если им гарантируется стабильная работа. Это связано с низкими заработными платами, которые предлагаются специалистам, а также с отсутствием нормального жилья, которое должно предоставляться приезжей рабочей силе. Последняя проблема является основной не только для моногородов, но и для всех населенных пунктов России, включая города федерального значения — Москву и Санкт-Петербург. Везде отмечается износ водопроводов, теплосетей, дорог и самих зданий жилого фонда. Поэтому возможность решения проблем моногородов путем переселения ее работоспособных жителей в другие регионы остается практически невыполнимой. Удручает и отсутствие какого-либо положительного опыта и динамики по преодолению этой проблемы в России. Определенные успехи некоторых территорий носят эпизодический и ненадежный характер. Западные модели плохо приживаются на российской земле либо имеют ряд существенных недостатков.

Однако и в такой критической ситуации существует довольно много предложений по решению проблем моногородов.

Практически все заинтересованные в проблеме моногородов сходятся во мнении, что проще и выгоднее будет не ликвидировать, а развивать моногорода. При непосредственном участии государства, органов местного самоуправления и всех заинтересованных граждан необходимо разрабатывать, а главное, реали-зовывать долгосрочные программы по трансформации экологического ландшафта, экономики, городской среды и изменению стиля и образа жизни. В первую очередь, нужно стимулировать и заинтересовать само население в возможности повышения уровня и качества жизни.

Проблема моногородов не была неожиданной проблемой для Правительства. Решениями первого заместителя Председателя Правительства Российской Федерации И.И. Шувалова от 2 февраля 2010 г. № 1419п-П16 и от 30 ноября 2009 г. № 5787п-П16 была сформирована Рабочая группа по модернизации моногородов при Правительственной комиссии по экономическому развитию и интеграции, в состав которой включены представители заинтересованных федеральных органов исполнительной власти, представители государственных корпораций, банков с государственным участием.

В рамках деятельности Рабочей группы по модернизации моногородов был сформирован общий перечень 335 городов, отнесенных к категории монопрофильных, и перечень 27 моногородов, в которых в 2010 г. необходимо в первоочередном порядке разработать и начать реализацию комплексных планов модернизации.

Указанные перечни были рассмотрены и одобрены на заседании Правительственной комиссии по повышению устойчивости развития российской экономики, состоявшемся 22 декабря 2009 г.

Исполнение поручений Президента Российской Федерации и ряда поручений Правительства Российской Федерации, надо полагать, активно восприняло Министерство регионального развития Российской Федерации. Приказом Министерства регионального развития Российской Федерации (от 21 июля 2009 г. № 301) была создана Межведомственная рабочая группа Минрегиона по вопросам снижения негативного воздействия финансового кризиса на социально-экономическое развитие моногородов в субъектах Российской Федерации. Плодом многотрудных усилий в рамках деятельности Межведомственной рабочей группы Минрегиона России стало «рассмотрение» и «одобрение» критериев отнесения населенных пунктов к категории монопрофильных: Таковыми стали:

— наличие предприятия или нескольких предприятий, осуществляющих деятельность в рамках единого производственно-технологического процесса, на котором занято на основной работе более 25% экономически активного населения;

— наличие в населенном пункте предприятия или нескольких предприятий, осуществляющих деятельность в рамках единого производственно-технологического процесса, на долю которых приходится более 50% объема промышленного производства.

Первоначально сообщалось, что на поддержку моногородов в 2010 г. из бюджета будет выделено 10 млрд руб. Будут использоваться бюджетные ассигнования инвестиционного фонда, региональные ведомственные программы, а также программы по поддержке малого и среднего предпринимательства и другие. Вице-премьер А. Жуков сообщал, что «есть достаточный нераспределенный резерв в бюджете на реализацию мер по поддержке экономики». Оттуда еще 10 млрд руб. может быть направлено на поддержку моногородов (См.: [4]).

Весной 2010 г. проблемы моногородов обсуждались на совещании, посвященном ситуации на рынке труда в Уральском федеральном округе. Ряд озвученных фактов и данных, приуроченных к этому совещанию, показывает, насколько проблема моногородов не только сложная, но и запутанная, и даже спекулятивная. По мнению Леонида Давыдова, председателя комиссии Общественной палаты по региональному развитию и местному самоуправлению, «тема моногородов все чаще становится объектом манипуляций» (См.: [7]).

Так, для решения проблем российских городов, согласно прогнозам Мин-региона, необходим 1 триллион руб. Об этом заявлял замдиректора департамента министерства Игорь Болотов. Можно лишь догадываться, почему и откуда возникла такая цифра. И хорошо лишь то, что эта цифра не была еще большей.

И. Болотов вновь подтвердил, что в 2010 г. моногородам предусмотрено выделение 25 млрд руб., из них 10 млрд руб. — бюджетные средства, 10 млрд руб. — инвестиции, а 5 млрд руб. планирует выделить Фонд содействия реформированию ЖКХ.

Демонстрация активных действий и усилий по решению проблем моногородов на правительственном уровне не лишена оснований. В ходе совещания ви-

це-премьер Александр Жуков объявил, что правительственная комиссия под руководством первого вице-премьера РФ Игоря Шувалова (11 марта 2010 г.) рассмотрит ситуацию с безработицей в Нижнем Тагиле. «Важно скоординировать мероприятия тех комплексных мер, планов, которые разрабатываются для моногородов, и они представляются на комиссию Шувалова», — говорил А. Жуков на совещании. Здесь же И. Болотов уточнял, что комиссия Шувалова будет рассматривать ситуацию по трем моногородам, включая Тольятти и Нижний Тагил. Говоря о комплексных инвестиционных программах, разработанных для 27 моногородов, И. Болотов отметил, что «только 8 из них ориентированы на создание новых производств», а 11 — предполагают модернизацию, «но не решают проблему монопрофильности».

И. Болотов также сообщал, что 24 программы были возвращены для доработки, и «в ближайшее время эти 24 программы должны поступить в Минрегион». А уже в декабре 2009 г. первый вице-премьер РФ Игорь Шувалов сообщал, что Правительство России в первом квартале 2010 г. начинает реализацию 20 пилотных проектов поддержки моногородов — населенных пунктов, которые зависят от одного или нескольких заводов-гигантов, связанных единым производством.

Пилотный проект программы развития моногородов РФ, который будет разработан на опыте Тольятти, станет алгоритмом решения проблем моногородов в целом по России. Что же стало достоянием реализации скоординированных мероприятий комплексных мер и планов, разработанных для моногородов? Определенную оценку им дал В.В. Путин на заседании правительства в декабре 2010 г. В частности, он отметил, что удалось лишь частично снять социальное напряжение в моногородах, несмотря на то, что в рамках антикризисных программ регионы получил 27 млрд руб. помощи от государства. В докладе на том же заседании Минрегионом вновь были предложены пути вывода из кризиса градообразующих предприятий (См.: [5]).

За формулировкой «удалось лишь частично снять социальное напряжение в моногородах» скрывается, с одной стороны, стремление не возбуждать лишних страстей, не превращать серьезную проблему в проблему неразрешимую и большую, чем она есть в действительности. С другой — очевиден сбой в политическом механизме и принимаемых решениях и их исполнении на всех уровнях политического управления.

В какой-то мере естественно, что Председателю Правительства не с руки брать ответственность на себя, на уровень центрального правительства. Поэтому В.В. Путин заявил, что решающая роль в поддержке моногородов принадлежит региональным и местным властям. По его словам, «там, где они проявляют инициативу, проблемы начинают решаться, появляются внятные и реалистичные планы долгосрочного развития». В такого рода заявлениях просматривается огрубленная форма политической культуры, при которой каждый из субъектов политики идет на определенные компромиссы.

В ранге Председателя Правительства В.В. Путину легко стать заложником навалившихся проблем, решение которых возможно, как это обычно представляется,

лишь с позиций этого высокого уровня. Но оправдывает ли такой подход недостатки политического управления со стороны центральной власти, когда налицо и серьезные провалы административного и политического управления региональных и местных властей? Ведь им даны не только полномочия, но и ресурсы. Напомним, в рамках антикризисных мер Правительство РФ использовало специальные инструменты помощи моногородам, вложив на эти цели 27 млрд руб. В.В. Путину пришлось подчеркнуть, что в 135 моногородах до сих пор не разработаны комплексные инвестиционные программы; что 50 ключевых инвестиционных проектов до 2015 г. в моногородах позволят создать не менее 200 тыс. новых рабочих мест, и эти проекты уже согласованы.

Председатель Правительства В.В. Путин призвал к выработке системного подхода, упомянув «правильную организацию производства и технологическую модернизацию». Стратегическое решение, по его словам, состоит «в диверсификации городской экономики и в уходе от чрезмерной зависимости от единственного градообразующего предприятия». Взят стратегический курс на модернизацию существующего производства. Идет поиск экономических путей оживления моногородов, поскольку местные администрации по запросу федеральных властей начали проработку программ развития. Такие программы должны базироваться на точной оценке намерений и поведения собственника градообразующего предприятия. К сожалению, это не всегда возможно: действия владельцев будут в значительной степени определяться экономической конъюнктурой, прогноз которой порой затруднен.

Однако есть и более предсказуемые параметры — такие, как значимость конкретного предприятия для холдинга собственника. Лучше шансы в том случае, если речь идет о федеральном собственнике, для бизнеса которого предприятие в моногороде играет ключевую роль. Иногда можно рассчитывать и на участие в антикризисных мерах собственника регионального, но только в том случае, если он не обескровлен кризисом и пользуется поддержкой со стороны местных властей.

Программы развития ряда моногородов предусматривают сохранение прежней структуры экономики с опорой на нынешнего собственника. Такие схемы приняты в Каменске-Уральском, Карабаше, Сатке.

Однако более перспективной является диверсификация экономики, когда поддержка градообразующего предприятия дополняется шагами по развитию сопутствующих или дополнительных отраслей — развитием переработки продукции существующих предприятий (Ленинск-Кузнецкий, Прокопьевск), ЖКХ (Набережные Челны), сельского хозяйства (Сарапул). Популярной становится идея развития туризма. Это логично в Кировске (Мурманская область), где уже существует горнолыжный курорт. Но универсальным средством преодоления кризиса туристическая отрасль не является: для внутреннего туризма в стране по-прежнему остается множество экономических и психологических барьеров.

Премьер Владимир Путин обозначил и еще один вариант — перепрофилирование через привлечение инвесторов. Набор отраслей здесь пока ограничен:

требуется поддержка субъекта Федерации, и дело чаще сводится к инфраструктурным и строительным проектам. Примеры иногда противоречат друг другу. В Дальнегорске горнохимический комбинат «Бор» решено переориентировать на выпуск сырья для цементной промышленности, а в Пикалеве, наоборот, начата попытка уйти от сосредоточения на производстве цемента.

Что касается других отраслей, то, вполне вероятно, понадобится помощь иностранных инвесторов. Но это — отдельная задача, требующая активной работы по привлечению партнеров и установлению льготных условий. Полноценной готовности к этому пока нет, и вероятность ее появления проблематична при сложившемся политическом курсе и стратегии развития экономики страны.

ЛИТЕРАТУРА

[ 1 ] URL: http://blogi.rbc.ru/index.php?/archives/485949-Monogoroda_ot_taktiki_vyZhivaniJa_k_ strategii_razvitiJa.html

[2] URL: http://grani.rU/Politics/Russia/President/m.161971.html

[3] URL: http://forsmi.ru/node/11523

[4] URL: http://forum.rubcovsk.ru/showthread.php?t=1674

[5] URL: http://www.bigness.ru/articles/2010-12-08/mono/119927

[6] URL: http://www.monocityforum.ru/program

[7] URL: http://www.ng.ru/ng_politics/2010-02-16/14_monogoroda.html

[8] Послание президента РФ Дмитрия Медведева Федеральному собранию Российской Федерации // Российская газета — Федеральный выпуск № 5038 (214) от 13 ноября 2009 г.

MONOCITIES AS THE POLITICAL PROBLEM: THE POLITOLOGICAL ANALYSIS

I.A. Potapova

The Department of Political Science Russian People's Friendship University

Miklukho-Maklaya str., 10a, Moscow, Russia, 117198

The article analyzes the problem of monocities in the Russian Federation as the political problem solved by political subjects by political methods. In the given article are presented not only the condition of the problematic of the situation connected with monocities and the estimation of problems of monocities by the higher political country leaders, but also business management approaches, directions, and problems peculiar to political subjects and local authorities.

Key words: monocities, modernization, political problem, the subject of politics.