История развития законодательства о налогообложении недропользования в России

История развития законодательства о налогообложении недропользования

в России

Г. Р. Голованов

Одним из необходимых этапов исследования правового регулирования налогообложения недропользования является изучение исторического аспекта данного вопроса. Так, по мнению Д. Л. Львова, задача финансовой науки заключается в том числе в наблюдении за движением государственного хозяйства в истории, в определении причин этого движения, в исследовании влияния, оказанного государством на развитие народного благосостояния; финансовое право отдельного государства не может отрешиться от своего прошлого1. Как отмечает В. М. Пушкарева, «если современность непонятна без истории, то история без современности — не актуальна ... теоретическое и прикладное решение современных финансовых проблем явилось развитием выводов науки прошлого»2. По И. И. Янжулу, среди вспомогательных наук, которыми может пользоваться наука о финансах при выводе своих общих положений, первое место отводится истории вообще и истории финансов в частности3.

Голованов Георгий Русланович — юрист, Всероссийская государственная налоговая академия Минфина России.

1 См.: Львов Д. Л. Курс Финансового права. Казань, 1887. С. 13.

2 Пушкарева В. М. История финансовой мысли и политики налогов. М., 2005. С. 5.

3 См.: Янжул И. И. Основные начала фи-

нансовой науки. СПб., 1904. С. 17.

В России элементы правового регулирования получения государством дохода от горных промыслов до возникновения налогового законодательства устанавливались в нормах горного законодательства, становление которого связывается с эпохой Петра Великого, к которой относится и создание российской горной промышленности. Основным законодательным актом Петра Великого, посвященным горному делу, была Берг-Привилегия от 10 декабря 1719 г. Ею была объявлена горная свобода (ст. 1): «Соиз-воляется всем и каждому дается воля, какого б чина и достоинства ни был, во всех местах, как на собственных, так и на чужих землях искать, плавить, варить и чистить всякие металлы, сиречь: золото, серебро, медь, олово, свинец, железо, також и минералы, яко селитра, сера, купорос, квасцы и всяких красок потребные земли и каменья, к чему каждый толико промышленник принять может, ко-лико тот завод и к тому надобное иждивение востребует»4.

Тем самым каждому желающему и имеющему соответствующие возможности было предоставлено право на поиск и добычу полезных ископаемых — независимо от того, в чьей собственности находится

4 Здесь и далее текст приводится по: Штоф А. А. Сравнительный очерк горного законодательства в России и Западной Европе. СПб., 1882. С. 138—142.

земля, на которой будут осуществляться такие работы. С одной стороны, предоставление этого права сыграло важную роль в развитии горного дела в России, так как одним из факторов, существенно его тормозивших, являлось нежелание собственников допускать на свои земли «рудознатцев». С другой стороны, оно обусловило юридическое отделение недр от поверхности земли, объявление права государственной собственности на полезные ископаемые и, как следствие, — возникновение имущественных обязанностей недропользователей перед государством. Так, в ст. 11 рассматриваемого документа указано: «... токмо Нам одним, яко Монарху, принадлежащие рудокопные заводы и оных употребление каждому и вообще всем, кто к тому охоту имеет, милостиво соизволяем, только требуем не больше, якож в иных государствах обыкновенно есть, десятую долю от прибытка, к зарплате Берг-Колле-гиуму, его служителям и на иные потребные к тому расходы. При сем же мы всемилостиво намерены и одну десятую на несколько лет отпустить и тем пожаловать, ежели при искании тех руд будет убыток больше прибыли».

Приведенные положения имеют существенное значение не только для горного, но и для финансового права. Установление права государственной собственности на полезные ископаемые определило и возникновение права государства на получение дохода от горных промыслов — введение горной подати, а также непосредственное осуществление государством добычи полезных ископаемых на всех землях империи путем создания казенных горных промыслов.

Представляется, что формулировка «рудокопные заводы и оных употребление» означает не сами горные заводы в современном их понимании, а учреждение таких заводов и «оных употребление»,

т. е. осуществление добычи полезных ископаемых. Иное истолкование данного положения привело бы к его противоречию с другими положениями Берг-Привилегии, которыми объявлялась горная свобода и право каждого «на устроение рудных заводов».

Многие исследователи на основании приведенного положения ст. 11 («Нам одним, яко Монарху, принадлежащие рудокопные заводы») делают вывод о том, что им провозглашается горная регалия5.

Рассматривая вопрос взимания горной подати, А. А. Штоф справедливо отмечает, что под «десятой долей от прибытка» в Берг-Приви-легии имеется в виду десятая доля от валового дохода, а не от чистой прибыли, так как иначе было бы необъяснимо обещание освобождать рудники от подати в том случае, когда «убыток будет больше прибыли»6.

Берг-Привилегия устанавливала, говоря современным языком, налоговые каникулы — «... одну десятую на несколько лет отпустить ... » — при уплате горной подати. Также устанавливалась возможность освобождения от уплаты горной подати, «ежели при искании тех руд будет убыток больше прибыли». В данном положении интересным является то, что возможность освобождения от уплаты горной подати ставилась в зависимость не от конкретных природных условий добычи, количества и качества полезного ископаемого, а от финансовых результатов деятельности горнопромышленника.

Кроме того, ст. 12 Берг-Привиле-гии закреплялось преимуществен-

5 См.: Штоф А. А. Указ. соч. С. 142; Яновский А. Е. Основные начала горного законодательства и пересмотр его в России. СПб., 1900. С. 131; Юшкарев И. Ю. Формирование горного права в российском государстве в конце XIX—начале XX вв. // НефтьГазПраво. 2006. № 3.

6 Штоф А. А. Указ. соч. С. 145.

ное право государства на покупку золота, серебра, меди и селитры. Данное положение, с одной стороны, обусловливалось финансовохозяйственными интересами государства, имея в виду чеканку монеты из указанных металлов и необходимость поставки металлов и минералов для нужд создаваемой Петром Великим военной промышленности, а с другой стороны — вполне обоснованно с правовой точки зрения следовало за юридическим отделением недр от поверхности земли и объявлением их собственностью государства.

Основные положения Берг-При-вилегии действовали на протяжении более 60 лет и оказали, несомненно, важное положительное влияние как на развитие горной промышленности в России, так и на пополнение государственной казны.

28 июня 1782 г. Императрица Екатерина II издала манифест, который изменил доктрину законодательства о горном деле. Статьей 1 данного документа было установлено, что право частной собственности не только распространяется на поверхность земли, но и включает право собственности на недра вместе с содержащимися в них полезными ископаемыми. Однако фискальные привилегии казны, определяемые правом государственной собственности на все недра вне зависимости от права собственности на землю, были во многом сохранены. Так, согласно ст. 8 манифеста «каждый помещик, или хозяин, или содержатель завода, на котором золото и серебро делаются, обязан в казну Нашу платить ежегодно десятую долю из сих выплавляемых им металлов; а более сего с них за золото и серебро не собирать и им не платить»7. Кроме того, манифестом сохранялось преимущественное право государства на покупку меди, а также соли в

местностях, где существовала монополия государства на ее продажу.

Следует отметить, что, с одной стороны, подобные положения манифеста отражают веяния западных экономических теорий конца XVIII в., не разделяющих собственность на поверхность земли и на недра, как видим, воспринятых Екатериной II. С другой стороны, понимание нецелесообразности отказа государства от преимуществ права государственной собственности на все недра, в частности, горных податей, и преимущественного права покупки государством необходимых ему металлов и минералов в манифесте сохраняются, в чем усматривается определенное внутреннее противоречие данного документа.

Вопрос же права поиска и добычи полезных ископаемых на казенных землях не был урегулирован и решался по усмотрению администрации. Применение на практике положений манифеста показало необходимость дальнейшего совершенствования законодательства о горном деле, устранения в нем внутренних противоречий, создания стимулов для развития отечественной горной промышленности и усиления механизма получения государством доходов от горной промышленности.

Следующим этапом развития законодательства о горном деле было издание 13 июля 1806 г. проекта горного Положения, который позже был положен в основу принятого в 1832 г. Устава горного. Данный документ вернул в большой степени свободу в отношении поисков и добычи полезных ископаемых в недрах казенных земель, причем это право сопровождалось обязанностью поставки добытой руды на казенные заводы по установленным ценам, освобождение от которой могло быть сделано в исключительных случаях, когда близлежащие казенные горные заводы не нуждались в поставке руды.

Последующее развитие дореволюционного законодательства о горном деле продолжалось вплоть до 1917 г. и было связано, во-первых, с уходом от единообразного правового регулирования всех горных промыслов и созданием различных условий поиска и добычи полезных ископаемых в различных регионах империи и даже на различных месторождениях, а во-вторых, — с постепенной заменой горных податей для отдельных подотраслей горного дела уплатой общего промыслового налога, постепенной отменой права преимущественной покупки государством полезных ископаемых с сохранением его только для золотодобывающей промышленности.

Как было отмечено, объявление недр собственностью государства Берг-Привилегией Петра I и последующее сохранение горных податей и преимущественного права покупки государством отдельных видов добытых полезных ископаемых было оценено большинством исследователей как установление горной регалии и соответствующих ее атрибутов. Несмотря на то, что в действующем законодательстве понятие регалии не используется, многие исследователи в области финансового и налогового права отмечают наличие среди источников доходов бюджетов доходов от регалий8. Также некоторые исследователи отмечают, что действующий в настоящее время налог на добычу полезных ископаемых относится к таким доходным источникам бюджета, как регалии9.

Таким образом, в настоящее время в связи с необходимостью полного и всестороннего исследования проблем правового регулирования налогообложения недропользования вопрос о регальной природе платы

8 См.: Кучеров И. И. Налоговое право России. М., 2006. С. 27; Пепеляев С. Г. Налоговое право. М., 2005. С. 23, 295.

9 См.: Грачева Е. Ю., Ивлиева М. Ф, Соко-

лова Э. Д. Налоговое право. М., 2006. С. 188.

за пользование недрами (горных податей, роялти, налога на добычу полезных ископаемых) не только не потерял своей актуальности, но и потребовал нового освещения применительно к изменившимся социально-экономическим и юридическим условиям.

Дореволюционные исследователи законодательства о горном деле связывали возникновение горной регалии в России с объявлением права государственной собственности на недра. Так, А. Е. Яновский отмечал, что «... законодательство наше тем не менее никогда не отказывалось от провозглашенной Петром I горной регалии, в силу которой ископаемые составляют собственность государства... Выразилось это в сохранении горной подати. Горная подать есть вознаграждение, которое государство взимает за разрешение разрабатывать принадлежащие ему недра»10. Однако полное и всестороннее исследование правовых основ и природы горной регалии в данных исследованиях не представлено. Изучение регалий, в том числе горной, как источника государственных доходов осуществлялось специалистами в области финансов и финансового права.

Слово «регалия» происходит от латинского «regalis» — «царский». Изначально регалии возникли как прерогативы короны, связанные с осуществлением верховной власти. Выделялись так называемые regalia majora — общие атрибуты верховной власти, такие, как право взимать налоги, право верховной собственности над землей государства, право вершить правосудие и т. д. Другая группа регалий — regalia minora — регалии, связанные с конкретной экономической деятельностью государства, так называемые доходные прерогативы казны. Широкое распространение регалии получили в эпоху Средневековья. В разное время в разных местно-

стях регалиями объявлялись самые различные виды деятельности (звериная и птичья ловля, рыбная регалия, соляная регалия и даже регалии битья свиней, точения ножей). С течением времени большинство регалий было отменено и сохранены только регалии наиболее значимые для государства и общества в целях фискальных и социально-экономических.

Ко второй половине XIX в. перечень и само понятие регалий существенно сузились. И. И. Янжул под регалиями понимал «... такого рода казенные промыслы, в которых государство имеет какое-либо преимущество перед подданными, или, другими словами, такие промысловые источники дохода, которыми государство пользуется преимущественно или исключительно для себя, совершенно не допуская частной конкуренции или же значительно ограничивая последнюю»11. Как видно, И. И. Янжул определял регалии как казенные (государственные) промыслы с различной степенью ограничения государством частной конкуренции при их осуществлении. По последнему признаку он подразделял регалии на три категории: частно-правового характера, т. е. те, в которых государство выступает наравне с частными предпринимателями (казенные железные дороги, отдельные государственные промыслы — фабрики оружейные, артиллерийские, пороховые, фарфоровые заводы и некоторые другие); юридические регалии, т. е. те, в которых государство ограничивает частную конкуренцию в общественных, экономических или политических интересах, так как при свободной конкуренции данные промыслы не могли бы выполнить своего назначения в такой степени, как того требует благо общества, или даже прямо могли оказаться вредными12 (юри-

11 Янжул И. И. Указ. соч. С. 101.

12 См.: Там же. С. 102.

дическими регалиями, по И. И. Ян-жулу, выступали почтовое, телеграфное, монетное дело); фискальные регалии — такие государственные промыслы, в которых исключение частной инициативы обусловливается единственно преследованием фискальных целей, которые приводят к обратной пропорциональности налогообложения, одинаково осуждаемой и наукой, и практикой, и по своему характеру приближаются к косвенным налогам (горная, соляная, табачная, спичечная, винная или питейная монополия)13.

Однако, рассматривая кажду ю категорию регалий в отдельности, И. И. Янжул, напротив, включил горную регалию в раздел юридических регалий, а не финансовых, определив ее как исключительное право государства на производство горного дела в его целом или некоторых отраслях, так и вообще право государства извлекать доход из добывания частными лицами металлов и минералов путем установления специальных налогов и пошлин или объявления права первой купли14.

Таким образом, И. И. Янжул разработал весьма полную и обоснованную классификацию существовавших регалий как государственных промыслов, Однако, как мы видим, все же одно звено данной классификации не было достаточно полно проработано, а именно не было полной ясности с вопросом о классификации горной регалии. Во-первых, как было отмечено ранее, в разных параграфах рассматриваемой работы И. И. Янжул относил горную регалию то к фискальным регалиям, то к юридическим, причем и в первом, и во втором случаях такое классифицирование им делается с достаточно убедительными доводами.

Представляется, что давая общее определение регалии и общее

13 См.: Там же. С. 103—104.

14 См.: Там же. С. 150.

описание различных категорий регалий, исследователь исходил из того, что любая регалия представляет собой какой-либо государственный промысел. Потому, видимо, и было сделано первоначальное отнесение горной регалии к фискальным, — существование в то время значительного числа казенных горных заводов являлось одним из существенных препятствий для развития отечественной горной промышленности.

Однако, рассматривая далее горную регалию, И. И. Янжул определял ее не только как исключительное право государства на производство горного дела, но и как право государства извлекать доход из добывания частными лицами металлов и минералов путем установления специальных налогов и пошлин или права первой купли. Такое определение горной регалии не соответствует общему определению регалий по И. И. Янжулу.

В то же время юридическое разделение доходов от казенных горных заводов и доходов государства от частных горных промыслов (горные подати) не было произведено, так как и первые, и вторые обусловливаются правом собственности государства на недра.

Д. Л. Львов понимал под регалиями преимущественное право казны на производство таких промышленных предприятий, которые изъем-лются от частной промышленности и переводятся в исключительное или преимущественное пользование казны15 . Д. Л. Львов, как И. И. Янжул, давал общее определение регалий как государственных промыслов, однако в отличие от последнего существенным признаком любой регалии видел преимущество казны в осуществлении производства или полное отсутствие частной предпринимательской деятельности в данной области производства. В связи с этим государ-

ственные промыслы, в которых частные предприниматели работали наравне с государством без каких-либо преимуществ (прежде всего, казенные фарфоровые, оружейные, гранильные заводы, типографии и др.), не относил к частноправовым регалиям, и, не выделяя такую категорию, называл их промышленными и финансовыми доменами, т. е. одним из видов государственного имущества.

Регалии Д. Л. Львов разделял на юридические (монетная, почтовая, телеграфная, железнодорожная) и финансовые или фискальные (горная, соляная, табачная и др.); также данный исследователь указывал на сходство фискальных регалий с косвенными налогами и постепенную замену фискальных регалий последними16 . И действительно, в настоящее время вместо когда-то существовавших винной, питейной и табачной регалий действуют акцизы на алкогольную и табачную продукцию. В то же время вместо горной и соляной регалий в настоящее время действует не косвенный, а прямой налог — налог на добычу полезных ископаемых, установленный гл. 26 Налогового кодекса РФ.

Следует отметить, что существовала и другая точка зрения на определение доходов от горных промыслов в системе государственных доходов: В. Г Яроцкий относил доходы от горных промыслов к доходам от государственных имуществ, так как они сводятся к добывающей промышленности и зависят от природных богатств17. Подобная точка зрения примечательна уже тем, что, в отличие от большинства исследователей своего времени, В. Г. Яроцкий указал на существенное отличие доходов от горных промыслов от регальных доходов, которому другими исследователями не предава-

16 См.: Там же. С. 168—169.

17 См.: Яроцкий В. Г. Финансовое право. СПб., 1898. С. 120.

’ См.: Львов Д. Л. Указ. соч. С. 13.

лось существенного значения. В отличие от других регалий добыча полезных ископаемых невозможна без использования принадлежащих государству недр. Так, табачная регалия заключается в том, что производство табака, которое может осуществляться частными предпринимателями без использования какого-либо государственного имущества, объявляется государством его прерогативой с устранением из данной области производства частной инициативы. Горный же промысел всегда предполагает использование государственной собственности, при этом месторождения полезных ископаемых истощаются, и их запасы рано или поздно заканчиваются. Следовательно, государство, действующее от имени народа и в его интересах, не только может, но и должно изымать в свою пользу определенную долю дохода от частных горных промыслов.

В то же время спорным представляется у В. Г. Яроцкого отнесение казенных горных заводов, существовавших еще в России конца XIX в., к государственному имуществу. Казенные фабрики и заводы (прежде всего, фарфоровые, оружейные, пороховые), которые И. И. Янжул относил к регалиям частноправового характера, В. Г. Яроцкий причислял к регалиям, допускающим частную конкуренцию. Таким образом, тем более логичным было бы отнесение казенных горных промыслов к регалиям, причем к регалиям, ограничивающим частную конкуренцию. К каким же именно тогда регалиям следовало бы отнести казенные горные промыслы — к юридическим или фискальным (финансовым)? Представляется, что в той части, в какой казенный горный завод создавался для развития отечественной горной промышленности, потом для обеспечения государства необходимыми металлами и минералами, безусловно, казенные горные заводы должны были быть отнесе-

ны к регалиям юридическим, установление которых обусловливалось интересами государства и, в итоге, интересами всего народа; с другой стороны, когда казенный горный завод действовал исключительно с целью получения повышенных доходов от монопольно устанавливаемых государством цен на производимую продукцию, особенно продукцию широкого круга потребления (например, керосин, служивший в то время основным средством освещения), то в данной части казенные горные заводы должны были быть отнесены к регалиям фискальным (финансовым), приводящим к неравномерному и несправедливому налоговому давлению на разные сословия, к тому же делающими отечественную горную промышленность менее конкурентоспособной.

Таким образом, можно утверждать, что до 1917 г. существовала горная регалия в виде казенных горных заводов. Что же касается горных податей с частных горных предприятий, то они уже обусловливались не горной регалией, а правом верховной собственности государства на недра и вытекающими из него правами на получение прибыли от добычи полезных ископаемых частными предприятиями. Следовательно, доход государства, получаемый от частных горных заводов (горные подати), носил преимущественно публично-правовой характер. Форма получения этого дохода государством в виде горных податей была более близка к налоговым платежам, так как установление горных податей осуществлялось законом или актом, приравненным к нему по юридической силе, уплата их производилась для удовлетворения необходимых общественных потребностей в государственную казну под страхом государственного принуждения. Право же преимущественной покупки государством продукции частных горных заводов по фиксированным

ценам, по мнению автора, имело двойственный характер: гражданско-правовой, так как в данном случае уже государство уплачивало частным предпринимателям установленную сумму за поставляемые полезные ископаемые, как бы оплачивая выполненные для себя работы по добыче полезных ископаемых, и публично-правовой, так как государство выступало в качестве представителя верховной власти с вытекающими правами на установление в одностороннем порядке цен, по которым им покупались полезные ископаемые.

Представляется также необходимым несколько подробнее рассмотреть вопрос о наличии связи горной регалии и горных податей с косвенными налогами.

Действительно, с экономической точки зрения можно проследить связь между существовавшими казенными горными заводами, деятельность которых имела, в основном, фискальную направленность, с акцизами, так как государство, пользуясь исключительными или преимущественными правами на разработку месторождений полезных ископаемых, реализуя добытые и обработанные полезные ископаемые, часто устанавливало монопольные завышенные цены на них. Эти цены еще более повышались в связи со значительными издержками государства при ведении горного хозяйства, так как «казне любое производство обходится дороже, чем частным пред-принимателям»18. В итоге покупатель производимых казенными горными заводами товаров оплачивал государству и неоправданно высокие издержки производства, и сверх того еще определенную государством сумму (своеобразный аналог акциза при ведении производства частными предпринимателями и обложении этого производства косвенным налогом).

Именно в том, что государство получало доход от казенных горных заводов при реализации производимой ими продукции и истинным источником этого дохода являлся в большей степени конечный потребитель, и видится связь казенных горных промыслов с косвенными налогами.

В то же время следует отметить и существенные отличия горной регалии (казенных горных заводов) от иных регалий, часть которых действительно впоследствии была преобразована в акцизы. Так, при винной регалии государство само производило алкогольную продукцию и осуществляло ее реализацию по монопольным ценам. После отмены винной регалии производство алкогольной продукции стали осуществлять частные предприниматели с уплатой в казну акциза, включаемого в цену товара. Частные предприниматели уплачивали сумму акциза в казну за реализацию тех товаров, которые полностью ими произведены, в связи с чем можно утверждать, что акциз в данном случае устанавливался как платеж, взимаемый за осуществление определенного вида деятельности с реализации продуктов производства. Однако несколько иначе было с горной регалией.

При осуществлении добычи полезных ископаемых предметом производства выступает уже не создание казенными или частными горными заводами продуктов производства в чистом виде, а извлечение из недр и обработка того, что уже создано самой природой и принадлежит всему народу, от имени которого в качестве собственника недр выступает государство. Как отмечает И. И. Янжул, «по естественному праву основанием собственности являются завладение и труд»19. Учитывая, что недра земли (во всяком случае, существовавших в то время казенных

земель, на которых с большей или меньшей степенью существовала горная свобода), — собственность государства, государство заинтересовано в бережливом и рачительном использовании своего имущества (недр), тем более что большинство полезных ископаемых являются невозобновляемыми. Любой же акциз приводит к уменьшению спроса на предмет его обложения (в зависимости от свойств товара и того места, которое он занимает в народном хозяйстве), так как тяжесть его налогового бремени перекладывается на конечного потребителя. Следовательно, государство не заинтересовано в обложении акцизом горных промыслов; это либо будет способствовать уменьшению спроса на предмет производства горной промышленности, либо, что более вероятно, приведет к излишнему налоговому давлению на малообеспеченные слои населения, имея в виду акцизное налогообложение предметов первой необходимости (керосин, бензин и т. п.).

Кроме того, при акцизном налогообложении предметов роскоши, алкогольной, табачной продукции совершенствование производственного процесса таких предметов, как видится, должно осуществляться частным предпринимателем и может интересовать государство лишь в той части, в какой оно связано с безопасностью таких продуктов для употребления или использования по назначению. В то же время при осуществлении добычи полезных ископаемых государство вряд ли вправе ограничить до такой степени область государственного регулировании и контроля, поскольку при разработке месторождений имеет место использование государственной собственности — недр. Следовательно, государство должно создать правовые условия полного и рационального производственного процесса добычи полезных ископаемых.

Акциз же, являющийся косвенным налогом, может взиматься лишь с тех полезных ископаемых, которые реализуются недропользователем. В связи с тем, что основной целью любой предпринимательской деятельности является извлечение прибыли, при акцизном налогообложении недропользователю будет выгоднее реализовывать, а, следовательно, и извлекать из недр лишь ту часть полезных ископаемых, которая может быть им добыта при минимальных издержках, оставляя большую их часть в недрах. Такая разработка месторождений полезных ископаемых справедливо называется хищнической. И государство должно принять все меры, в том числе налогово-правового характера, чтобы не допустить такой разработки. Одним из налогово-правовых методов воспрепятствования нерациональному недропользованию является обложение налогом не реализуемых полезных ископаемых, как это происходит при акцизном налогообложении, а всего объема полезных ископаемых, предназначенных для извлечения из недр, за исключением нормативных потерь. В таком случае обложению подлежат не только извлеченные из недр полезные ископаемые, но и осуществленные сверх установленных нормативов потери при добыче, что стимулирует наиболее полное и рациональное недропользование.

Подобное правовое регулирование, призванное не допустить хищническую разработку месторождений полезных ископаемых, в настоящее время применяется при взимании налога на добычу полезных ископаемых. Так, согласно п. 3 ст. 339 Налогового кодекса РФ, если налогоплательщик применяет прямой метод определения количества добытого полезного ископаемого, количество добытого полезного ископаемого определяется с учетом фактических потерь полезного ископаемого.

В соответствии с п. 1 ст. 342 Кодекса налогообложение производится по налоговой ставке 0 процентов (0 рублей в случае, если в отношении добытого полезного ископаемого налоговая база определяется в соответствии со ст. 338 Кодеса как количество добытых полезных ископаемых в натуральном выражении) при добыче полезных ископаемых в части нормативных потерь полезных ископаемых. В главе 26 «Налог на добычу полезных ископаемых» нормативными потерями полезных ископаемых признаются фактические потери полезных ископаемых при добыче, технологически связанные с принятой схемой и технологией разработки месторождения, в пределах нормативов потерь, утверждаемых в порядке, определяемом Правительством РФ. На сегодняш-

ний день постановлением Правительства Российской Федерации от

29 декабря 2001 г. № 921 утверждены Правила утверждения нормативов потерь полезных ископаемых при добыче, технологически связанных с принятой схемой и технологией разработки месторождения.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на применение налоговой ставки 0 процентов (0 рублей) только в отношении фактических потерь добытого полезного ископаемого, осуществленных в пределах утвержденных нормативов потерь. Все фактические потери добытого полезного ископаемого, осуществленные сверх утвержденных нормативов, облагаются налогом на добычу полезных ископаемых по общеустановленной налоговой ставке.